Раневое покрытие
WOUND COATING

Изобретение относится к медицине, а именно к раневым покрытиям, и предназначено для лечения ожогов 2-4 степени. Описано раневое покрытие, обладающее лечебным действием, на основе бактериальной целлюлозы, синтезированной штаммом Gluconoacetobacter hansenii АТСС 10821, включающей в качестве активного компонента с противовоспалительным и антибактериальным действием сульфатированный полисахарид (фукоидан), выделенный из бурых водорослей Fucus vesiculosus. Также описан способ изготовления такого раневого покрытия. Представляемое изобретение направлено на оптимизацию терапии ожогов различной степени тяжести и подавление раневой инфекции.
Современные требования к перевязочным материалам подразумевают, что раневое покрытие должно не только изолировать рану от инфицирования, но и поддерживать оптимальные условия для паро- и воздухопроницаемости, быть атравматичным и нетоксичным, не оказывать местно-раздражающего действия, выдерживать стерилизацию и оказывать терапевтическое действие, что, в совокупности, должно способствовать более быстрому заживлению раны и профилактике осложнений (А.В. Бледнов. Новости хирургии, №1, 2006 [1]; Е.О. Медушева, Диссертация на соискание уч. степени д.м.н., Москва, 2004 [2]). Такие характеристики могут быть достигнуты благодаря физическим свойствам перевязочного материала и наличию биологически активных веществ в его составе. Термином "раневое покрытие" называют ряд изделий медицинского назначения, используемых в качестве перевязочных средств (марля, сетка, трикотаж, нетканое полотно), а также в виде продуктов для замещения раневых дефектов (пленки, губки, гидроколлоиды, гели или комбинации различных полимеров (Г.И. Назаренко и др. М.: Медицина, 2002 [3]; Метод. Рекоменд. Под общ. ред. В.Д. Федорова, И.М. Чижа. - Железногорск, 2000 [4]). Очевидно, что основную роль в реализации вышеперечисленных функций играют различные матрицы на основе полимерных материалов.
В последние годы появилось огромное количество новых раневых покрытий, назначение и свойства которых определяются физико-химическими параметрами разнообразных полимеров, входящих в их состав. Одним из наиболее распространенных материалов для создания матриц для раневых покрытий является природный полимер целлюлоза и ее производные. Источниками этого полимера для создания раневых повязок являются растения и бактерии. Однако именно бактериальная целлюлоза (БЦ) в настоящее время активно исследуется и разрабатывается в качестве как самостоятельного, так и композитного материала для лечения ран, ожогов и язв (Sulaeva I. et al. Biotechnol. Adv. 33, 2015 [5]). Бактериальная целлюлоза, будучи одним из распространенных природных полимеров, обладает схожей с растительной целлюлозой химической структурой и представляет собой наноструктурную гель-пленку. Благодаря тончайшей пористости, влаго- и газопроницаемости, БЦ, в отличие от синтетических полимеров и растительной целлюлозы, способна удерживать большое количество жидкости (до 1000% от своей сухой массы), обладает адгезивными и антисептическими свойствами, биологически совместима с тканями человеческого организма, легко накладывается и снимается с любой поверхности. Благодаря вышеперечисленным свойствам данный материал весьма перспективен для получения различных медицинских изделий, в частности, раневых покрытий.
Известно биологически активное раневое покрытие, обладающее лечебным действием, на основе бактериальной целлюлозы, синтезированной симбиотической культурой Medusomyces gisevii Sa-12, содержащее в качестве биологически активных компонентов до 10% гемостатических и до 3% антимикробных средств, и высушенной сублимационной сушкой (патент РФ №2624242 [6]). Раневое покрытие обладает гемостатическим, адгезивным и атравматичным действием, что способствует выраженному снижению кровопотери. Разработанный способ получения данного раневого покрытия дает возможность дополнительно вводить в структуру бактериальной целлюлозы гемостатические, антимикробные компоненты или их композиции. Недостатком данного аналога является то, что оно обеспечивает, в основном, лишь прочную изоляцию раневой поверхности от внешнего воздействия и контаминации, но не оказывает выраженного стимулирующего воздействия на эпителизацию раны.
Известно также биологически активное раневое покрытие, содержащее в своей основе бактериальную целлюлозу, синтезированную штаммом Gluconacetobacter xylinus ВКМ В-880 и представляющую собой механически перфорированную полимерную матрицу-носитель лечебного комплекса препаратов, состоящего из модифицированного серебром монтмориллонита и фуллеренола, обладающих антимикробным и антиоксидантным действием (патент РФ №2545729 [7]). В данном патенте разработан способ иммобилизации биоактивных компонентов в перфорированную бактериальную целлюлозу, что, по мнению авторов, обеспечивает дозированный и пролонгированный выход последних в раневое ложе при сохранении ее сорбционной способности. В соответствии с патентом, сетчатое биоактивное раневое покрытие может быть использовано для лечения огнестрельных ран, ран при тяжелой механической травме, неинфицированных и инфицированных ран, в том числе гнойных и длительно незаживающих, гранулирующих ран после глубоких термических, химических и лучевых ожогов, в комплексном лечении трофических язв и пролежней в стационарных, амбулаторных и полевых условиях. К недостаткам данной композиции следует отнести способность кластера фуллерена с Tween-80, входящего в состав раневого покрытия, к локальным разрыхлениям ленточной структуры бактериальной целлюлозы. Согласно исследованиям Хайруллина А.Р. (Хайруллин А.Р. Автореферат дисс. на соиск. учен. степ. канд. физ.-мат. наук, Санкт-Петербург, 2013 [8]), это приводит к изменениям физических свойств структуры матрицы, что, в итоге, ухудшает регенеративные свойства предлагаемого раневого покрытия и способно в ряде случае привести к неэффективности описываемой терапии.
Известно, что усиление терапевтической эффективности раневого покрытия возможно при введении в его структуру компонентов природного происхождения. В настоящее время активно разрабатываются способы применения фукоиданов в различных комбинациях с другими веществами в качестве антимикробных и антиоксидантных средств. Фукоиданы - сложные сульфатированные полисахариды, выделяемые из клеточных стенок бурых водорослей, представляют собой полимеры с разветвленной структурой, состоят в основном из L-фукозы и содержат в небольших количествах другие моносахариды (маннозу, галактозу, глюкозу и т.д.) в различных соотношениях, уроновые кислоты и ацетильные группы (Morua V.K. et al. Appl. Microbiol. Biotechnol., 2012 [9]). Они обладают широким спектром биологических активностей, в том числе противовоспалительными и антибактериальными свойствами (Li В. et al, Molecules, 2008, [10]).
Известны примеры применения фукоидана для раневых покрытий. В работах (A.D. Sezer et al. AAPS PharmSciTech, 2007 [11] и A.D. Sezer et al Biol. Pharm. Bull., 2008 [12]) показано, что фукоидан-содержащий гидрогель на основе хитозана эффективен для лечения ожоговых ран у кроликов. Известна заявка на патент CN 106943619 «Liquid wound dressing and a preparation method thereof» [13], в которой защищается сложная композиция из природных экстрактов, включая фукоидан и гель алоэ, и синтетических полимеров для приготовления жидкой повязки, предназначенной для стимулирования заживления ран и бактериостаза. Ограничением данного изобретения можно считать то, что оно не предназначено для лечения ожоговых ран.
Известна заявка на патент CN 108553481 (A) «Carbohydrate composition with wound healing promoting effect and application of carbohydrate composition» [14], где в состав предназначенного для заживления ран материала на основе производного хитозана входят фукоидан и два других сульфатированных полисахарида, гепарансульфат и хондроитинсульфат, а также гиалуроновая кислота. Эффект защищаемого средства заключается в увеличении экспрессии фактора роста эндотелия сосудов A (VEGF А), фактора роста фибробластов 2 (FGF 2), белка VE-кадгерина мРНК, а также стимуляции пролиферации фибробластов кожи (HSF) и иммортализованных кератиноцитов человека (НаСаТ). Поскольку эффективность описываемого медицинского средства проверена только на клеточных моделях, эндотелиальных клетках пупочной вены человека HUVEC, клеточных линиях фибробластов кожи HSF, иммортализованных кератиноцитов человека НаСаТ и трансформированных макрофагов мышей линии RAW 264.7, нельзя утверждать, что эффект может быть воспроизведен и использован в клинических условиях. Кроме того, процесс изготовления карбоксиметилхитозана является многостадийным химическим синтезом, что может быть причиной наличия химических примесей в продукте.
В качестве прототипа заявляемому изобретению рассмотрен патент РФ 2304974 «Способ получения антибактериального ранозаживляющего средства» [15], как наиболее близкий к описываемому здесь по области применения и составу, т.к., помимо других ингредиентов, содержит композицию, в состав которой входит высокомолекулярное углеводное соединение - метилцеллюлоза, а также фукоидан. Данное антибактериальное ранозаживляющее средство получают иммобилизацией нативного белка казеина из козьего молока на метилцеллюлозе с последующей добавкой соли азотно-кислого серебра и спиртового раствора фукоидана.
Недостатками данного изобретения являются сложность изготовления препарата (многостадийность производства) и неунифицированность натуральных компонентов. Так, состав козьего молока может варьироваться в зависимости от партии. Метилцеллюлоза является соединением, получаемым химическим способом: метилированием под высоким давлением разбухшей в щелочи растительной α-целлюлозы, следовательно, возможно содержание нежелательных химических примесей, таких как незамещенная целлюлоза, хлоргидрин, диоксан (Химическая энциклопедия. Под ред. Кнунянца И.Л., М.: Большая Российская энцикл., 1992 [16]), что в случае недостаточной очистки может привести к ухудшению биосовместимости. Исходя из текста патента неясно, возможно ли применение данной композиции для терапии ожоговых повреждений в силу того, что фукоидан присутствует в препарате в виде спиртового раствора. Помимо этого, в настоящее время накапливаются сведения о высокой резорбции солей серебра при местном применении, оказывающих токсические эффекты в зоне раневого дефекта и на системном уровне, что ставит под сомнение эффективность свободных солей серебра при лечении ожоговых ран и профилактике их осложнений. Кроме того, эпителизация не подтверждена конкретными данными, в частности, результатами исследований восстановления микроциркуляторного и регионарного кровеносного русла в области ожогового поражения покровных тканей, и не приведены данные по эффективности заживления на моделях in vivo.
Таким образом, была поставлена задача найти оптимальное сочетание компонентов, которые обеспечивали бы высокий регенеративный эффект, проявляющийся, в том числе, в усилении процессов ангиогенеза в области ожоговых ран. При этом технология изготовления раневого покрытия должна быть упрощена.
Технический результат заявляемого изобретения заключается в создании эффективного раневого покрытия для ожоговых ран на основе материала природного происхождения, упрощение технологии его изготовления.
Технический результат достигается тем, что предлагается раневое покрытие, содержащее матрицу-носитель в виде высокомолекулярного углеводного соединения и антибактериальный компонент, выделенный из бурых водорослей, а именно фукоидан, в котором новым является то, что в качестве матрицы-носителя использована бактериальная целлюлоза, а также содержащее стерильный физиологический раствор, в котором растворен фукоидан, причем массовая концентрация фукоидана в физиологическом растворе не менее 2% (2 г на 100 мл стерильного физиологического раствора, далее используется термин «2% раствор фукоидана в физиологическом растворе»).
Оптимальная толщина бактериальной целлюлозы составляет 0,5-2 мм.
Высокий регенеративный эффект заявляемого раневого покрытия обусловлен ускорением эпителизации раны, прежде всего, за счет интенсификации ангиогенеза в области ожогового поражения покровных тканей. Разрабатываемое раневое покрытие нетоксично для организма, что доказано в ходе экспериментальных исследований на моделях in vivo.
Новизна и изобретательский уровень данного изобретения состоит в том, что из открытых публикаций не выявлено композиции заявляемого состава для лечения ожоговых ран, а также то, что такое сочетание бактериальной целлюлозы с фукоиданом обеспечивает адгезивную защитную пленку на ране, препятствующую ее бактериальному загрязнению, впитывающую выделения, образующиеся в ране при заживлении, а фукоидан стимулирует активацию процессов васкуляризации за счет ангиогенеза в области ожогового поражения покровных тканей. Показано экспериментально, что применение комбинации бактериальной целлюлозы с фукоиданом для терапии ожоговой болезни способствует существенному уменьшению степени поражения внутренних органов и систем подопытных животных и достоверно ускоряет заживление раневого дефекта в области ожоговой раны после ранней некрэктомии преимущественно за счет прямой стимуляции фибробластов, эндотелиоцитов и ускорения синтеза внеклеточного матрикса соединительной ткани.
Способ получения патентуемого раневого покрытия на основе бактериальной целлюлозы, пропитанной фукоиданом, включает следующие операции.
Получение бактериальной целлюлозы. Штамм Gluconoacetobacter hansenii АТСС 10821 культивировали в статических условиях при температуре 28°С в течение 6 или 10 дней в колбах Эрленмейера (250 мл) в среде, приготовленной по методике (Hestrin, S. & Schramm, М. Biochem. J., 1954 [17]) до достижения толщины диска бактериальной целлюлозы 0,5-2 мм. Для удаления клеточного дебриса бактерий полученные диски БЦ промывали несколько раз водой, обрабатывали 0,5 М раствором щелочи (NaOH) в течение 12 ч на шейкере, снова промывали водой, выдерживали в растворе 0,1 М NaOH при 60°С в течение 30 минут, затем промывали деминерализованной водой до нейтрального значения рН, после чего стерилизовали автоклавированием.
2
2
Получение фукоидана. Фукоидан выделяли из сухих измельченных водорослей Fucus vesiculosus по методике, разработанной на основе материалов, изложенных Усовым А.И. и Биланом М.И. (Успехи химии, 2009 [18]). А именно, сухие измельченные водоросли F. vesiculosus (100 г) обрабатывали смесью метанол-хлороформ-вода (в соотношении 4:2:1) для удаления липидов и пигментов. Высушенные обезжиренные водоросли (90 г) заливали 1 л 2%-ного раствора CaCl и выдерживали при перемешивании и 85°С в течение 5 ч. Экстракт отделяли центрифугированием при 5500 об/мин и к надосадочной жидкости (около 700 мл) приливали этанол (1,2 л). Выпавший осадок отделяли центрифугированием при 5500 об/мин, растворяли его в 200 мл 2%-ного раствора CaCl и диализовали в мешке с размером пор 12-14 кДа против дистиллированной воды в течение 12 ч. Нерастворимую часть отделяли центрифугированием и после лиофилизации супернатанта получали фукоидан в виде сухого порошка. Перед использованием стерильные диски БЦ выдерживали в растворенном в физиологическом растворе фукоидане (массовая концентрация 2%) в течение 4 часов и далее апплицировали на раневые поверхности экспериментальных животных. Выбор 2%-ной массовой концентрации фукоидана в физиологическом растворе обусловлен оптимальной растворимостью фукоидана в нем и обеспечением выраженного терапевтического эффекта.
Для доказательств возможности реализации заявленных назначений и достижения указанного технического результата приводим следующие данные.
ПРИМЕР 1. Эксперименты выполнены в Центре доклинических и клинических исследований ОМРБ ПИЯФ ФГБУ НИЦ «Курчатовский институт». В исследование были включены 27 крыс самцов Wistar, разведения Филиал "Столбовая" ФГБУН НЦБМТ ФМБА России, массой тела на момент начала экспериментов 240-280 г. Содержание и питание животных, манипуляции с ними, в т.ч., процедуры эвтаназии, проводились в соответствии с нормативными актами Российской Федерации. Были выделены 5 экспериментальных групп животных (n - число животных в группе). Группа №1 - контрольная, т.е. без ожогов (n=5) и 4 группы животных, у которых воспроизведено ожоговое поражение кожных покровов и прилегающих тканей III степени тяжести. Группа №2: ожоговое поражение (ОП) без лечения (патогенез заболевания, n=5). На животных были исследованы различные типы раневых покрытий, нанесенных на ожоговые поражения, а именно: группа №3: ОП + СТ - стандартная терапия (левомеколевая мазевая повязка с фиксацией курафиксом, n=5); группа №4: ОП + БЦ, n=5; Группа №5: ОП + БЦ + Фукоидан (2% массовая концентрация фукоидана в физиологическом растворе, n=7). Наружная терапия производилась в течение 5 суток с последующим анализом определяемых показателей. Моделирование ожогового поражения кожных покровов и прилегающих тканей III степени тяжести у лабораторных крыс производилось путем нагревания поверхности тела животного горячей (99-100°С) водой в стеклянной круглодонной колбе с последующей некрэктомией (Алмазов И.А. Автореферат дисс. на соиск. учен, степ кандидата медицинских наук. Санкт-Петербург, 2017 [19]).
Применение исследуемых типов раневых покрытий производилось путем аппликации на пораженную поверхность тела в виде готовой лекарственной формы на площади 100% от общей площади пораженных кожных покровов. Данный способ использования исследуемых продуктов соответствует планируемому для применения в клинической практике. Оценку изучаемых показателей производили на 1 и 5 сутки от момента моделирования ожогового поражения покровных тканей животных.
Определяемые показатели: напряженность модели (летальность), результаты общего клинического анализа крови, биохимический анализ крови (билирубин и его фракции, АЛТ, ACT, глюкоза, общий холестерин и его фракции, мочевина, креатинин, СОД, МДА), состояние микроциркуляторного русла кровеносной системы в области поражения и скорость эпителизации кожных покровов. Статистический анализ производили общепринятыми методами.
Уровень напряженности модели патологического процесса был удовлетворительным: гибели животных в ходе эксперимента не регистрировалась ни в одной из обследованных групп. Ожог кожных покровов и прилегающих тканей III степени тяжести не приводил к клинически значимым изменениям в составе форменных элементов крови у крыс. Наблюдаемые отличия (умеренное увеличение гематокрита, общего содержания лейкоцитов и тромбоцитов в крови) имели незначительный характер и не выходили за пределы референсных значений, принятых в лаборатории.
На фоне терапии заявляемым раневым покрытием наблюдалась выраженная тенденция к ускорению эпителизации раневой поверхности. В среднем, скорость заживления ожоговой раны у животных, получавших экспериментальную терапию, была в 4 раза выше, по сравнению с группой нелеченных крыс (р=0,060) и была сопоставима со скоростью заживления раны в группе крыс, получавших стандартную терапию (р=0,810). На этом фоне было зарегистрирована активация процессов васкуляризации за счет ангиогенеза в области ожогового поражения покровных тканей животных при терапии заявляемым раневым покрытием. Так, по сравнению с показателями животных, не получавших лечение, уровень VEGF в крови крыс (маркер интенсивности ангиогенеза) был увеличен в среднем в 2,3 раза (р=0,065), оксида азота - в 1,3 раза (р=0,328), а концентрация эндотелина-1 была снижена в среднем в 2,1 раза (р=0,030). Увеличение под действием исследуемого раневого покрытия функциональной активности эндотелия закономерно приводило к ускорению ангиогенеза в области поражения: удельная плотность микроциркуляторного русла (ключевой показатель интенсивности васкуляризации тканей) в группе крыс, получавших терапию, была клинически значимо выше по сравнению с показателями группы нелеченных животных в 2,2 раза (р=0,065).
На фиг. 1 показана степень эпителизации раневой поверхности для рассмотренных типов раневых покрытий эксперимента 1.
Применение комбинации бактериальной целлюлозы с фукоиданом для терапии ожоговой болезни способствовало существенному уменьшению степени поражения внутренних органов и систем подопытных животных. Результаты биохимического анализа приведены в таблице 1.
Из данных табл. 1 следует, что заявляемое раневое покрытие достоверно снижает уровень активности печеночных ферментов, клинически значимо превышая эффективность стандартной методики лечения ожоговой болезни и раневого покрытия из чистой бактериальной целлюлозы. Уменьшение активности АЛТ и ACT у животных, получавших лечение заявляемым раневым покрытием, был достоверно ниже по сравнению с показателями нелеченных крыс, в среднем на 22% (р=0,030) и 21% (р=0,004), соответственно. Этот процесс ослабления цитолитического синдрома поражения печени на фоне применения разработанного раневого покрытия является прямым доказательством снижения системного токсического эффекта ожоговой болезни. Влияние раневого покрытия на системные проявления патологического процесса было продемонстрировано при анализе биохимических показателй, а именно, маркеров работы выделительной системы. Уровень креатинина в крови подопытных крыс, получавших лечение исследуемым раневым покрытием, был достоверно ниже по сравнения с показателями у нелеченных животных, на 23% (р=0,030); уровень мочевины на20%(р=0,065).
ПРИМЕР 2. Экспериментальное подтверждение изобретения было выполнено в НИЛ экспериментальной хирургии СПб ГПМУ на 40 самцах крыс линии Wistar-Kyoto массой 230-250 г. Все манипуляции с животными осуществляли под ингаляционным (эфирным) наркозом в асептических условиях, соблюдая положения Хельсинской декларации Всемирной медицинской ассоциации (2013 г). Все животные были разделены на 5 групп (по 8 особей) с учетом выбора методики их местного лечения: Группа №1: контроль без лечения; Группа №2: раневые покрытия на основе БЦ толщиной 0,5-1 мм, пропитанные раствором фукоидана (2% массовая концентрация фукоидана в физиологическом растворе); Группа №3: раневые покрытия на основе БЦ толщиной 1-2 мм, пропитанные раствором фукоидана (2% массовая концентрация фукоидана в физиологическом растворе); Группа №4: раневые покрытия на основе БЦ толщиной 0,5-1 мм без фукоидана; Группа №5: коммерческие раневые покрытия на основе гиалуроновой кислоты (Джи-дерм, РФ).
Оценку эффективности анализируемых методик лечения проводили на 7 и 14 сутки. Выполняли осмотр ран, отмечали характер отделяемого, наличие и вид грануляций, фиксировали сроки заживления раневых поверхностей. Планиметрическим методом Л.Н. Поповой (К.М. Фенчин. Киев: Здоровье, 1979 [20]) определяли площадь раны и проводили статистический анализ полученных данных. Отбор биоптатов для гистологического исследования осуществляли на 7 и 14 сутки лечения. Результаты проведенных экспериментов приведены в таблице 2.
Из табл. 2 следует, что использование раневых покрытий на основе БЦ толщиной 0,5-1 мм и 1-2 мм с 2%-ным раствором фукоидана в физиологическом растворе позволило наиболее эффективно оптимизировать процесс регенерации на экспериментальной модели. К 14 суткам исследования в данных группах животных площадь ран была меньше на 54% и 47%, соответственно, по сравнению с контролем (р<0,05). Использование покрытий из БЦ без фукоидана и коммерческого покрытия с гиалуроновой кислотой позволило сократить площадь раны к концу второй недели на 39% и 36% (р<0,05), соответственно, по сравнению с контрольной группой.
При гистологическом исследовании биоптатов ран установлено, что у животных контрольной группы №1 (без лечения) к 14-м суткам наблюдения в области раны определяется крупный раневой дефект со значительным количеством гнойного экссудата на поверхности. Субэпителиально визуализируется волокнистая ткань дермы без деления на сосочковый и сетчатый слои, с массивными кровоизлияниями, очаговыми лимфогистиоцитарными инфильтратами и примесью нейтрофильных лейкоцитов, что свидетельствует о продолжающихся процессах воспаления и полном отсутствии переключения репаративных процессов на фазу реэпителизации (Broughton, G. Plastic and Reconstructive surgery, 2006 [21]). В группе животных №5, перенесших аппликацию коммерческими раневыми покрытиями на основе гиалуроновой кислоты, на 14 сутки наблюдения раневой дефект был покрыт фибринозной пленкой, инфильтрированной нейтрофилами. В подлежащих слоях определялась грануляционная ткань с большим количеством вновь образованных сосудов. Инфильтрация грануляционной ткани нейтрофилами и моноцитами при этом была выражена умеренно.
В наибольшей степени процессы ранней репаративной регенерации были выражены в группе животных, где после некрэктомии выполнялась аппликация раневых покрытий на основе БЦ с 2%-ным фукоиданом в физиологическом растворе. Гистологически на 14-е сутки в этой группе животных определялся дефект, покрытый фибринозным экссудатом, густо инфильтрированным нейтрофильными лейкоцитами. Под фибринозными пленками наблюдается грануляционная ткань, в которой преобладают лимфоциты и макрофаги, очагово отмечаются крупные лейкоцитарные инфильтраты. В подлежащих слоях обнаруживается незрелая соединительная ткань со значительным количеством мелких фибробластов и новообразованных сосудов капиллярного типа, что позволяет заключить о положительном влиянии раневого покрытия на раннюю фазу раневого процесса.
Анализ результатов эксперимента 2 позволяет заключить, что применение раневых покрытий на основе БЦ + Ф достоверно ускоряет заживление раневого дефекта в зоне ожоговой раны после ранней некрэктомии преимущественно за счет прямой стимуляции фибробластов, эндотелиоцитов и ускорения синтеза внеклеточного матрикса соединительной ткани. Стимуляция пролиферации эндотелиоцитов, фибробластов и кератиноцитов имеет большое значение для регенерации полнослойного кожного раневого дефекта (A.R.C. Lee, Н.К. Moon, Archives of Pharmacal Research., 2003 [22]).
Выводы: на основании результатов двух экспериментов можно сделать вывод, что создано эффективное ранозаживляющее средство на основе материалов природного происхождения, упрощена технология его изготовления и применения. Действие заявленных компонентов обеспечивает регенеративный (репаративный) эффект, проявляющийся в усилении процесса ангиогенеза в области раны.
Важным преимуществом заявляемой композиции является то, что ее компоненты биосовместимы с тканями человека, при этом БЦ сохранила все положительные качества: может быть выращена любой площади и конфигурации, в сочетании с 2%-ной массовой концентрацией фукоидана и именно в физиологическом растворе (в отличие от прототипа, где фукоидан в смеси со спиртом) не потеряла своих адгезивных свойств, легко накладывается и снимается с любой поверхности, не травмируя рану, осталась воздухопроницаемой, сохранила свою наноструктуру (гель-пленку). Благодаря вышеперечисленным свойствам данный материал весьма перспективен для получения различных медицинских изделий, в частности, раневых покрытий.
Рекомендуемая форма для применения раневого покрытия. Предполагается изготовлять набор, содержащий следующие компоненты: стерильный фрагмент бактериальной целлюлозы толщиной 0.5-2 мм, определенное количество упакованного сухого порошка фукоидана, обеспечивающее получение 2%-ной массовой концентрации его в физиологическом растворе (2 г на 100 мл физиологического раствора), и флакон со стерильным физиологическим раствором. Потребитель растворяет фукоидан в физиологическом растворе, пропитывает им диск бактериальной целлюлозы, помещает на рану и закрепляет бинтом или эластичным фиксатором.
Список литературы
1. Бледнов А.В. Перспективные направления в разработке новых перевязочных средств. Новости хирургии, №1, 2006, т. 14.
2. Медушева, Е.О. Диссертация на соискание уч. степени д.м.н. «Разработка, экспериментальное обоснование и внедрение в хирургическую практику раневых покрытий с комплексным некролитическим, антимикробным и антиоксидантным действием (экспериментальное исследование)» Москва, 2004 г.
3. Рана. Повязка. Больной. Руководство для мед. сестер / Г.И. Назаренко, И.Ю. Сугурова, С.П. Глянцев, М.: Медицина, 2002.
4. Биологически активные перевязочные средства в комплексном лечении гнойно-некротических ран: метод. рекоменд. / Под общ. Ред. Федорова В.Д., Чижа И.М., Железногорск, 2000, 36 с.
5. Sulaeva I., Henniges U., Rosenau Т., Potthast A. Bacterial cellulose as a material for wound treatment: Properties and modifications. A review. Biotechnol. Adv. 33 (2015) 1547-1571.
6. Патент РФ 2624242, приоритет 10.08.2018; МПК: A61L 15/18; A61L 15/44; A61L 15/1; A61L 15/28; A61L 13/00. Раневое покрытие, обладающее гемостатическим действием, и способ его получения.
7. Патент РФ 2545729, приоритет 15.10.2013; МПК: А61К 9/00, A61L 15/18, A61L 15/28, A61L 15/20, Сетчатое биоактивное боевое покрытие.
8. Хайруллин А.Р. Автореферат дисс. на соиск. учен. степ. канд. физ.-мат. наук «Диэлектрические свойства и структура бактериальной целлюлозы Gluconacetobacter xylinus и ее композитов с углеродными наночастицами и фосфатами кальция», Санкт-Петербург, 2013, с. 4.
9. Morua V.K., Kim J., Kim Е.-K. Algal fucoidan: structural and size-dependent bioactivities and their perspectives. Appl. Microbiol. Biotechnol. 93 (2012) 71-82.
10. Li В., Lu F., Wei X., Zhao R. Fucoidan: Structure and Bioactivity. Molecules (2008) 13, 1671-1695.
11. Sezer A.D.,  Cevher E.,  Chitosan film containing fucoidan as a wound dressing for dermal burn healing: Preparation and in vitro/in vivo evaluation. AAPS PharmSciTech (2007) 8(2) Article 39.
12. Sezer A.D., Cevher E.,  Preparation of fucoidan-chitosan hydrogel and its application as burn healing accelerator on rabbits. Biol. Pharm. Bull. (2008) 31(12), 2326-2333.
13. CN 106943619, приоритет 2017-03-17; МПК: A61L 26/00. Liquid wound dressing and a preparation method thereof.
14. CN 108553481, приоритет 2018-05-25; МПК: A61K 31/702; A61K 31/715; A61K 31/722. Carbohydrate composition with wound healing promoting effect and application of carbohydrate composition.
15. РФ 2304974, приоритет 2003-04-14; МПК: А61К 36/03; А61К 35/20. Способ приготовления жидкой повязки (Прототип).
16. Химическая энциклопедия / Под ред. Кнунянца И.Л., М.: Большая Российская энцикл., 1992. Т. 3. С. [67] (стб. 126). 639 с. ISBN 5-85270-039-8.
17. Hestrin, S., Schramm, M. Synthesis of cellulose by Acetobacter xylinum: Preparation of freeze dried cells capable of polymerizing glucose to cellulose. Biochem. J. (1954) 58, 345-352.
18. Усов А.И., Билан М.И. Фукоиданы - сульфатированные полисахариды бурых водорослей. Успехи химии (2009) 78(8), 846-862.
19. Алмазов И.А. Автореферат дисс. на соиск. учен. степ. кандидата медицинских наук «Патогенетическое обоснование выполнения хирургической дермабразии при ожогах» Санкт-Петербург, 2017, 21 с.
20. Фенчин, К.М. Заживление ран / К.М. Фенчин. - Киев: Здоровье, 1979, с. 167.
21. Broughton G. The basic science of wound healing / G. Broughton, J.E. Janis, C.E. Attinger // Plastic and Reconstructive surgery. 2006, 117. P. 12-34.
22. Lee A.R.C. Effect of topically applied silver sulfadiazine on fibroblast cell proliferation and biomechanical properties of the wound / A.R.C. Lee, H.K. Moon // Arch. Pharmacal. Res. (2003) 26, 855-860.