ЧЕЛОВЕКОРАЗМЕРНОСТЬ КАК ПРИНЦИП ЭКООРИЕНТИРОВАННОЙ РЕГУЛЯЦИИ ЭКОНОМИКИ

КОРАБЛЕВ ДЕНИС ГЕННАДЬЕВИЧ, аспирант кафедры истории и философии РЭУ имени Г.В.Плеханова

KORABLEV, DENIS G. - Ph.D. student, Department of history and philosophy, Plekhanov Russian University of Economics.

УДК 130.2:331.101.1

СТАРКОВ С.А.

ЧЕЛОВЕКОРАЗМЕРНОСТЬ КАК ПРИНЦИП ЭКООРИЕНТИРОВАННОЙ

РЕГУЛЯЦИИ ЭКОНОМИКИ

Ключевые слова: человекоразмерность, экономическая жизнь общества, субъект, глобализация, счастье, бытие, обладание.

Обоснована методологическая роль категории «человекоразмерность» как выражения свойств субъектов экономической жизни. Показано, что экофилософское мировоззрение обеспечивает развитие экономического бытия человека и общества на основе целостности и гармонического взаимодействия с природой.

STARKOV, S.A.

HUMAN-DIMENSION AS A PRINCIPLE OF ECOORIENTED REGULATION OF ECONOMY

Keywords: human-dimension, the economic life of society, the subject, globalization, happiness, being, possession.

It reveals the methodological role of the category «human-dimension» as an expression of the properties of subject of economic life. It is shown that ecophilosophical worldview provides the development of economic being of a human and society on the basis of integrity and harmonious interaction with nature..

Глобализация современного мира исследуется, в основном, как формирование надрегиональных структур, в первую очередь, связанных с обновлением финансово-экономического, и технологического пространства, что оставляет в тени проблему субъкта. Однако смысл проблемы заключается в следующем: каким должен быть человек по своим субъектным параметрам, чтобы соответствовать глобализации как новому масштабу предметности, требующей регулирования и переработки? Поскольку объединенного планетарного человечества как субъекта еще не существует, то можно говорить о ценностно-мировоззренческих моделях субъектной ориентировки, в которых обеспечивается сохранение и реализация самого свойства субъектности - как способности людей противостоять миру в формах знания, культуры, нравственности и разумности, обеспечивая тем самым в глобализации «меру человеческого». А данная мера выражается в возможности включения нового содержания, возникающего на основе глобализации, в такие формы. [1]

Однако, здесь возникает важное условие: так же, как глобализация выявляет надрегиональные нормы и стандарты, требующие своего регионального освоения и внедрения, так и ее субъектное введение в указанные формы требует некоторой общей основы, способной перевести гуманитарные нормы на уровень глобального мира. Такой основой становится сегодня экофилософская парадигма, так как «в структуре современного научного познания определяющими интегрирующими тенденциями становятся тенденции «экологизации» (как когда-то «физикализации», «математизации», «кибернетизации» и т.д.). [2]

Почему эта парадигма сегодня становится в основе современной теоретической и практической деятельности, расширяя вместе с тем пространство общения? Природная среда - это и есть та общепланетарная «предметность», в рамках которой согласовываются интересы мирового сообщества, и вместе с тем - начинает формироваться субъектная сторона процесса глобализации. Но этот процесс актуализирует вопрос о формировании современного типа «человекоразмерности» - той среды и ее структуры, в которой человеческое субъектное, нравственно культурное и разумное «присутствие» оказывается внутренней определющей формой.

Понятие «человекоразмерность» сегодня активно осваивается в философской литературе [3, 4]. Если это понятие связывать с экофилософией, то можно выделить сформулированный Н.Н. Моисеевым принцип экологического императива, состоящего в требовании, запрещающем выход за границы, разрушающие природу, включая природу человека. Здесь выявлена моральная сторона человекоразмерности - выявление ответственности человечества, как субъекта глобализации за сохранение природной среды через форму партнерского взаимодействия с ней. Но освоение экологического императива предполагает и восстановление границ этой меры в системе «человек - мир» на основе конкретизирующих структуру экофилософии экоэтики, экоэстетики, эколингвистики, экологии коммуникаций. [5]

В ряде современных исследований показана нормативность соответствия человекоразмерности, как особого регулятора взаимодействия общества и природы. В частности, как показал ранее В.П.Казначеев, «без приоритета меры человеческого в человеке сама его деятельность становится фактором, ведущим к дальнейшей разбалансировке параметров изменений биосферы и ноосферы, а, следовательно, пространства Вселенной как целостности». [6. с. 27-28].

Размышляя о философском смысле человекооразмерности, В.А.Баранов подчеркивает, что «проблема человекоразмерности важна с точки зрения ментальных и физических возможностей индивида, его отношений к вещам и другим людям. Она важна по причине того, что в современных условиях необходимо обеспечить иное приспособление человека к окружающей его природе и совершенно новому урбанизированному обществу. И с этих позиций человеческая размерность должна выступать как элемент защиты самой человеческой сущности. Человеческая размерность актуальна в том плане, что в современном обществе индивид испытывает на себе поток такого количества информации, что не в состоянии не только с ним справиться, но и классифицировать его. Налицо проблема человеческой вместимости, как фактор выживания в обществе информационной цивилизации. Следовательно, человекоразмерность есть, прежде всего, регулятивная основа бытия» [4. с. 117].

Таким образом, человекоразмерность оказывается возможной благодаря способности человека переводить объективные процессы и отношения в их субъективно узнаваемые и очеловеченные формы. И наоборот - найденные идеи и отношения переводить в объективный статус вещей и процессов. Человекоразмерность сегодня - это продолжение и конкретизация идеи Протагора о том, что «человек есть мера всех вещей, существующих, поскольку они существуют, и не существующих, поскольку они не существуют».

Человекоразмерность - не только рационально выраженное соответствие человека и мира. Внутренним переживанием и осознанием человекоразмерности - гармонической встроенности индивидов и обществе, как субъектов, в мир - является их осознание себя в «модусе» счастья.

Э.В. Баркова, рассматривая экофилософское представление о счастье, считает, что «человек, сущность которого не сводима к технологии деятельности, переживает полноту своего бытия на основе своей включенности в целостность мира, в его великую и сложно-драматическую гармонию, включая эстетику и этику взаимодействий человека, природы, культуры и общества. Здесь философское представление о счастье исходит из целостности-тотальности бытия, в универсальной эволюции которого человек счастливый приобретает новый масштаб и систему координат своего жизнетворчества». [7. с. 39-40]. Для проблемы человекоразмерности в экофилософском аспекте переживание счастья оказывается способом включения личности (субъекта) в целостность мира, на основе его гармоничности, целесообразности и динамики. Именно внутри этого отношения оказывается и феномен человекоразмерности в его функции экоориентированного регулятора экономики.

Здесь выявляется важный принцип: с позиций человекоразмерности не человек существует для экономики, но экономика существует и развивается для человека. Но если экономика объективна как проявление бытия общества и пространство его законов, а

человек в его сознании отражает реальность, т.е. оказывается проводником объективных экономических отношений, то каким образом экономика может быть простым средством для человека?

Как известно, в общем плане на этот вопрос ответил Э. Фромм, выделивший два способа существования - бытия и обладания. Он показал, что обладание по отношению к бытию является частичным отношением к миру, оно без опоры на бытие негативно влияет на человека и общество [8].

Однако Фромм не связывал эти категории с экофилософским мировоззрением. И потому в свете сказанного представляется важным ответить на вопрос: почему человекоразмерность - если она регулирует экономику - должна быть проявлением объективности человека как субъекта? И в чем эта объективность человека должна быть «выше» объективности экономики, чтобы регулировать последнюю в субъектно-объектном взаимодействии?

В экофилософском мировоззрении человекоразмерность выступает как способ постижения целостности мира, т.е. как субъектное проявление этой целостности. Если человек относится к миру частично, он - как субъект - незавершен, т.к. сам оказывается не свободным в своих меняющихся потребностях. Человекоразмерность в ее экофилософском измерении оказывается способом и условием не только горизонтального, но и вертикально-ценностного «простирания» человека, расширения пространства его активного субъектного присутствия в мире.

Так, открывается один из критериев воздействия человекоразмерности на экономику: человек должен испытывать счастье в сфере экономики - как в производстве, так и в распределении, и потреблении. И такое счастье не может сводиться к расширению ассортимента потребляемых товаров. Следовательно, в самой экономике должны сосуществовать эти два основных модуса - бытие и обладание, присвоение. Присвоение само по себе, как уже показано в литературе, порождает отчуждение человека от общества, от труда, от самого себя. Значит, человекоразмерность должна обеспечивать устойчивое сосуществование этих двух начал. И при этом - бытийная сторона человека в экономике должна быть выше его потребительской и даже производственной роли (или функции). Как это возможно?

Отметим, что материальное производство существует как созидание материальных условий жизни людей. Это - более высокий и общий уровень существования экономики, который выражает постоянство ее исторического существования - ее общую цель. При постоянно растущем населении, развитии науки, совершенствовании средств транспорта и связи, росте внутреннего и внешнего товарообмена, эта бытийная функция экономики выражается в эстетизации продуктов производства, в постоянном росте производительности труда, технизации и технологизации производства. Однако эстетизация и технологизция производства не связываются сегодня с бытийным статусом экономики: все эти достижения направлены на рост потребления, т.е. бытие здесь «закрывается» и отходит на задний план в сравнении с идеологически и массово-культурно выраженным обеспечением приоритета потребления.

Современная экономика уже показала, что на основе существующей парадигмы неограниченного расходования ресурсов природы она не способна в своем самосознании выйти на приоритеты современных форм ее бытия. Поэтому нужна смена парадигмы, -освоение экофилософского мировоззрения, его содержания, принципов и целей. Самое главное здесь то, что понимание природы освобождается от навязанного еще в новое время потребительского отношения к природе, которая теперь - уже в экономике, а не только в культуре и этике - рассматривается как источник и носитель жизни, как великая продуктивная основа всего существующего. Человекоразмерность как выражение бытийности социальных, культурных, экономических и других субъектов позволяет увидеть в экономике в первую очередь не огромную систему присвоения и переработки ресурсов природы, а проводника и распределителя тех «каналов» воспроизводства жизни (т.е. бытия

человека в его изначальности), которые совмещают увеличение (качества) бытийности с ростом объема и качества переработки и присвоения продукции.

Именно формирование современных человекоразмерных позиций у социально-экономических субъектов впервые обеспечивает то соответствие экономической жизни и бытия человека, которое сегодня востребовано ростом технологической конструктивной практики общества. Если все этапы предшествующей экономики, включая ее индустриальный этап, были опытом освоения различных сил и свойств человека и окружающей среды (земля, труд, научное знание), и при этом человеческая субъективность -как основное содержание экономической деятельности, воплощенной в машины, технологии, способы организации труда, коммуникации и т.п. не «узнавалась» самой экономикой в этом своем статусе, то в рамках экофилософской парадигмы субъективность приобретает общественно объективный смысл, так как человекоразмерность связывает эту субъективность с целостностью реальности, оказывается проявлением и «моделью» бытия последней. Это значит, что не отдельные субъекты - классы, группы или нации, - выступают способом освоения реальности, а складывающееся планетарное сообщество, которое отрывается от локальных оснований и проектируется именно как проявление глобализации. Субъекты существуют как «проводники» воздействия целостности на конкретные процессы и отношения. Но, существуя при этом на этом уровне организации, люди создают направления этого движения, цели и приоритеты, выступают здесь как движущая основа экономической системы.

Отсюда логически следует, что экономика как сфера бытия общества, в процессе его глобализации должна быть включена в экофилософскую картину мира, т.е. соответствовать требованиям и логике этой картины реальности. Здесь человекоразмерность играет очень важную роль особого «посредника», соединяя различные по своей ритмике и направленности цели функционирования природной среды, общества, культуры, экономики, а также сложной «ткани» общественно-исторического процесса. Из функции переработки природы и развития технологической среды, ограниченной только технологически и социально исторически, включенная в экономику человекоразмерность в ее экологическом проявлении, на основе которой моделируется и осваивается в самом бытии субъектов единство мира - его целостность, становится нормой и проводником самих экономических процессов и отношений.

Тем самым, в экономику вносятся в качестве регуляторов более общие и фундаментальные требования, которые значительно повышают статус полноты человеческой жизни в пространстве ее экономического бытия, что оказывает воздействие и на качество продукции, в первую очередь, в экологическом отношении. Ряд изменений в современной экономике - ужесточение экологических норм производства, совершенствование природоохранной политики и ее направлений, формирование и развитие «зеленой экономики», которая вполне успешно конкурирует в своей эффективности и качестве с традиционной экономикой - все это свидетельствует о том, что указанная здесь тенденция, которая объективно выражается в усилении воздействия человекоразмерной функции субъектов, обеспеченной переходу к экофилософскому сознанию, мировоззрению и культуре, - реально осуществляется.

Именно таким образом разрешается проблема соединения субъекта и объекта в пространстве современной экономики, чего требует современный процесс глобализации как выбор и защита наиболее востребованного и актуального направления развития современного человечества. Человекоразмерность, поэтому, становится категорией, которая имеет основания занять свое место в системе философско-экономической теории, выступая как важный системный аспект жизни становящегося глобального субъекта.

Литература и источники

1. Росс А. Индустрии будущего. М.: АСТ, 2017. 287.

2. Сартаева Р.С., Нысанбаев А.Н., Сагикызы А. Экология человека в структуре современного научного познания // Вопросы философии. 2015. № 4.

3. Бублик П.И. Человекоразмерность как посильность социального опыта // URL: http://netgorod.narod.ru/articls/Bublic_4elovekorazmernost.htm

4. Баранов В.А. Человекоразмерность как регулятивная основа бытия // Таврический научный обозреватель. 2016. №3(8). С.116-121.

5. Баркова Э.В. Развитие экологического императива Н.Н. Моисеева в целеполагающих стратегиях информационной экологии // Материалы ежегодной Международной заочной научно-практической конференции. М.: МНЭПУ, 2015. С.100-108

6. Культура, наука, образование: контекст познания и развития универсума: Монография / под ред. В.П.Казначеева. Новосибирск: МСА, 2013. 340 с.

7. Баркова Э.В. Экофилософское измерение модели экономики счастья // Вестник Челябинского государственного университета. 2016. №5. С.38-44.

8. Фромм Э. Иметь или быть? М.: Прогресс, 1990.

9. Бузская О.М._ Экология коммуникаций в обеспечении устойчивого развития современной России // Материалы ежегодных Моисеевских чтений. М.: МНЭПУ, 2015. Т. 4. С. 126-131.

СТАРКОВ СЕРГЕЙ АНДРЕЕВИЧ - аспирант кафедры истории и философии Российского экономического университета имени Г.В. Плеханова

STARKOV, SERGEY A. - Ph.D. student, Department of history and philosophy, Plekhanov Russian University of Economics

УДК 321.011.7

ЗАЙЦЕВА Н.В., НОСКОВ Э.Г., БОДРОВ А.А., ШЕВЧЕНКО Е.Б. СОВРЕМЕННЫЕ ПРИНЦИПЫ АГРЕГАЦИИ ПОЛИТИЧЕСКОГО

ПРОСТРАНСТВА

Ключевые слова: суверенитет, глобализация, федерализация, государство.

В современных условиях принципы государственной организации гео-политического пространства приобрели конкурентов в виде иных политических агрегаторов - наднациональных, субрегиональных и региональных. В работе установлены причины этого явления: 1) развитие глобализационного процесса, 2) формирование новых центров силы в современном политическом поле - транснациональных компаний, военно-политических блоков и союзов, международных организаций, гигаполисов, вобравших в себя огромные человеческие и финансово-промышленные ресурсы, 3) распространение федеративных практик и институтов, что, в свою очередь, связано с 4) формированием межрегиональных и региональных группировок, возникших на волне противостояния глобализации.

ZAITSEVA, N.V., NOSKOV, E.G., BODROV, A.A., SHEVCHENKO, E.B.

MODERN PRINCIPLES OF AGGREGATION OF THE POLITICAL SPACE

Keywords: sovereignty, globalization, federalization, state.

In modern conditions the principles of state organization of geopolitical space acquired a competitors in the form of other political aggregators - supranational, subregional and regional. In the work established the reasons of this phenomenon: 1) development of globalization process, 2) formation of new centers of force in the modern political field - multinational companies, military-political blocks and unions, international organizations, gigapolicies which incorporated huge human and financial-industrial resources, 3) distribution of federal practices and institutions that, in turn, linked to 4) the formation of inter-regional and regional groupings, that emerged on the wave of the confrontation of globalization.

Суверенитет - в качестве неотъемлемой характеристики независимого существования государства - в последнее время стал активно подвергаться сомнению. Получило распространение мнение, что данный отличительный признак государственных образований отжил свое и превратился в чрезвычайно размытое понятие. В этом контексте представляется важным рассмотреть соотношение таких свойственных современности процессов как федерализация и глобализация.

Этой проблеме вообще посвящено немало дискуссий и поставленный вопрос, если говорить в целом, еще далек от однозначного решения. В ходе осмысления названной темы может показаться, в некотором смысле, неожиданным утверждение, что еще в Новое время в