Национальная культура и этнополитический экстремизм

Приложение 1 к региональным компонентам регулирования и саморегулирования (критериям) адаптационной модели культурной политики региона.

Реализация компонентов регулирования и стимулирования в модели региональной культурной политики

№ Основные критерии адаптационной модели

1. гуманизация и демократизация культуры Концепции развития культуры и искусства Российской Федерации на 1996—1999 годы

2. культурная идентификация Федеральная целевая программа по национально-культурной политике

З. нормативно-правовое управление «Основы Законодательства Российской Федерации о культуре). 1992 г.

4. институционализация неформальных проявлений Закон РФ « О некоммерческих объединениях»

5. модернизация технологий культуры Программы и проекты развития информационных ресурсов и внедрения новых технологий культуры

Реализация компонентов в модели региональной культурной политики:

№ Дополнительные критерии адаптационной модели

1. устранение культурных разрывов Создание преемственной системы образования в сфере культуры и искусства

2. отфильтровывание культурных ценностей Проекты экспертизы произведений культуры и искусства

З. переориентация на консолидированный бюджет Создание координационного совета по объединению возможных ресурсов и источников финансирования

4. все формы поддержки культурных инициатив Соединение федеральных и региональных и муниципальных форм поддержки культуры и искусства

5. формирование регионального культурного опыта Создание центров сохранения и развития историкокультурных

6. интеграция национально-культурного пространства Создание центров сохранения и развития народных традиций

7. создание комплексной зоны единого культурного ландшафта региона Проектирование комплексных зон, мемориальных центров ,историко-культурных заповедников, этнопарков

Библиографический список

1. Курячий, В.А. Региональная культурная политика: проблемы формирования структуры.: автореф. дис. ...д-ра культурол. - М., 2005.

2. Ляпкина, Т.Ф. Концептуализация культурного пространства региона // Фундаментальные проблемы культурологии: в 7 т. - Спб., 2009. -

Т. 4.

3. Хоруженко, К.М. Культурология. Энциклопедический словарь. - Ростов-на-Дону: Феникс, 1997.

4. Тульчинский, Г.Л. Маркетинг в сфере культуры: уч. пособие. - Спб., 2002.

5. Моль, А. Социодинамика культуры. - М., 1986.

6. Арнольдов, А.И. Введение в культурологию. - М., 1993.

7. Драгичевич-Шешич, М. Культура: менеджмент, анимация, маркетинг / М. Драгичевич-Шешич, Б. Стойкович. - Новосибирск, 2000.

8. Рукша, Г.Л. Основы культурной политики: уч. пособие. - Красноярск, 2006.

Bibliography

1. Kurjachy, V.A. Century And. The regional cultural policy: problems of formation of structure.: Author. ... Candidate. Cultural Science. - М., 2005.

2. Ljapkina, T.F. Kontseptualizatsija of cultural space of region // Fundamental problems of cultural science: in 7 b. - St.P., 2009. - V. 4.

3. Horuzhenko, K.M. Cultural science. The encyclopedic dictionary. - Rostov-on-Don: Phoenix, 1997.

4. Tulchinsky, G.L. Marketing in culture sphere: the manual. - St.P., 2002.

5. Mol, A. Socialdinamika of culture. - М., 1986.

6. Arnoldov, A.I. Iintroduction in cultural science. - М, 1993.

7. Dragichevich-Sheshich М, Kultura: management, animation, marketing / M.Dragichevich-Sheshich, B. Stojkovich. - Novosibirsk, 2000.

8. Ruksha, G.L. Fudamentals of the cultural policy: the manual. - Krasnoyarsk, 2006.

Article Submitted 16.02.11

УДК 130.2

O.H. Фотиева, acn. АлтГУ, г. Барнаул, E-mail: fotieva@bk.ru

НАЦИОНАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА И ЭТНОПОЛИТИЧЕСКИЙ ЭКСТРЕМИЗМ

В статье анализируется проблема истоков этнополитического экстремизма и его возможной связи с этнической и культурной идентичностью. Демонстрируется ошибочность распространенного подхода, при котором стремление сохранить свою культуру и национальную специфику в современном глобальном мире почти с неизбежностью ведет к экстремистским настроениям; показывается важность этнокультурной идентичности и опасность утраты культурно-национальной специфики, выделяются причины экстремистских настроений и тенденций.

Ключевые слова: этнополитический экстремизм, этнокультурная идентичность, глобализация, культурные традиции, факторы экстремизма.

З14

Актуальность исследования проблемы этнополитического экстремизма и его оснований не только в России, но и во всем мире неуклонно возрастает в связи с участившимися случаями его проявления со стороны различных социальных групп. Сложность исследования данной проблемы особенно высока из-за отсутствия в современных науках единого подхода к самому понятию экстремизма, многозначностью его трактовок. Сейчас экстремизм нередко отождествляется с такими понятиями, как терроризм и даже фашизм или нацизм и т.д. В то же время многие авторы справедливо подчеркивают, что в своем исходном значении термин «экстремизм» означает просто проявление крайних взглядов и позиций в любой области. В настоящее же время данный термин имеет стойкий негативный оттенок, что позволяет манипулировать им как самим экстремистским группировкам, так и недобросовестным представителям властных структур. Но в условиях становления гражданского общества в стране, утверждения демократических принципов и принципов толерантности, необходимо, с одной стороны, принимать действенные меры по противодействию реальным экстремистским проявлениям, ставящим под угрозу нормальное функционирование общества, но, с другой стороны, не допускать ложных толкований понятия «экстремизм» и, соответственно, неправомерных действий по отношению к группировкам и личностям, хотя и стоящим в каких-то отношениях на крайних позициях, но при этом не представляющих реальной угрозы обществу.

Одновременно с этим, многие авторы отмечают заметный рост экстремистских настроений в обществе и рост числа людей, сочувствующих экстремистам. В условиях глобального экономического кризиса, постоянно ухудшающейся экологической обстановки, учащения природных катаклизмов и, как следствия этого - растущей волны миграций, экстремистские националистические организации и их лидеры зачастую приобретают статус национальных героев в глазах некоторых представителей коренного населения принимающих стран, так как переселенцы претендуют на материальные ресурсы и рабочие места, которые сегодня становятся предметом жесткой конкуренции. Националистические и религиозные организации, в том числе различные секты в условиях кризиса пользуются особой популярностью благодаря предлагаемой ими возможности «псевдоухода» от реальности; многие из этих организаций тоже являются экстремистскими. Все это вынуждает правительство ужесточать меры по отношению к экстремистским организациям в отсутствии иных действенных механизмов противодействия экстремизму. Но это ужесточение, в свою очередь, лишь провоцирует нарастание экстремистских настроений.

Таким образом, для эффективного противодействия реальной угрозе распространения экстремизма необходимо прежде всего серьезное теоретическое осмысление данного явления, и прежде всего, как уже сказано, его оснований. Можно сформулировать вопрос следующим образом: не заложен ли потенциал экстремизма уже в самом факте существования различных национальностей, религий и культур?

Для того, чтобы ответить на этот вопрос, рассмотрим вначале близкое понятие национализма, который чаще всего рассматривается как идеология этноэкстремизма. Как известно, сегодня наиболее принято деление национализма на гражданский, или государственный, и этнический этнонационализм. Как отмечают Ю.В. Арутюнян и др., первый часто рассматривают как рациональный, основанный на свободном самоопределении личности, отождествляют с патриотизмом и признают нормой человеческого общежития, поскольку он направлен на консолидацию населения государства с помощью юридических институтов, общегражданских прав, культуры, идеологии. Но в крайних вариантах он нацелен на государственную экспансию либо на агресивные формы шовинизма или изоляционизма. Этнический же национализм (этнонационализм), в свою очередь, может быть политическим или культурным. Политический этнонационализм имеет целью достижение или удержание государственности, культурный этнонационализм направлен на сохранение целостности народа, на поддержание и развитие его языка, культуры, исторического наследия. Он играет положи-

тельную роль при двух условиях: «во-первых, если не содержит в себе идей культурной замкнутости и изоляционизма, негативной направленности против других культур, и во-вторых, если у него нет стремления возродить и распространять те архаические элементы в культуре, которые препятствуют развитию этноса. Обычно критике подвергается именно политический этнонационализм, который характеризуют как направленный на достижение преимуществ для одного институтов и идеологии. Этнонационализм недоминирующих этнических групп в экстремальных формах преследует цели сепаратизма, устранения неравенства любыми путями и средствами» [1, с. 25-26].

Но в сложных современных условиях глобализации, стирания национальных границ и процессов утраты культурной идентичности проблема сохранения языка, культуры народа, его исторического наследия оказывается очень непростой. Прежде всего, возникает вопрос о том, возможно ли и даже нужно ли сохранять этническую, культурную, религиозную идентичность, не есть ли это «пережиток» традиционного общества, навсегда уходящий в прошлое? И не служит ли он во всех случаях питательной почвой для развития экстремистских настроений? Где проходит граница между национальнокультурной идентичностью и развивающимся чувством превосходства над другими нациями и культурами и тем более отвержения или даже подавления последних? Так, А.М. Верховский пишет: «...Ощущение и проповедь (пропаганда) исключительности по религиозному признаку есть неотъемлемое качество религиозной идентичности во многих самых распространенных религиях, включая православие» [2, с. 14]. В этом же сборнике эксперт В.А. Лихачев отмечает: «Сама по себе пропаганда исключительности и превосходства. не должна караться никоим образом хотя бы потому, что буквальное применение этой статьи загонит в подполье большинство религиозных организаций (по крайней мере, всех традиционных монотеистов). Абсурдным представляется понятие “религиозного экстремизма” - в рамках сложившихся представлений большинство религиозных доктрин может быть признано экстремистским (монотеистический Бог тоталитарен). Сотериология большинства религий (“мы спасемся, остальные - нет”) в рамках действующей ст. 282 УК и так является преступной» [2, с. 36]. Но если и не касаться религиозного аспекта, то даже настойчивое стремление сохранить свою культуру, национальные традиции почти всегда сегодня сталкивается с серьезными препятствиями: у титульных наций - например, из-за проблем, связанных с миграцией, формированием мощных диаспор, оказывающих все более сильное влияние на социокультурное бытие нации; у нетитульных, соответственно, - из-за «размывания» национально-культурных традиций в инородной среде, особенно среди молодежи. И если преодолеть эти препятствия не удается легальными способами, то, казалось бы, почти неизбежен переход на использование способов нелегальных. Отсюда вывод: постепенная утрата национально-культурных специфик - не только неизбежна в процессе глобализации, но и позитивна. Известный западный автор С. Хантингтон прямо утверждает, что «в нарождающемся мире основным источником конфликтов будет уже не идеология и не экономика. Важнейшие границы, разделяющие человечество, преобладающие источники конфликтов будут определяться культурой... Наиболее значимые конфликты... будут разворачиваться между нациями и группами, принадлежащими к разным цивилизациям... Линии разлома между цивилизациями это и есть линии будущих фронтов» [3, с. 33].

На эту позицию можно выдвинуть ряд возражений. Во-первых, надо отметить важность этнокультурной идентичности для личности и нации в целом. Иногда факт ее ослабления или даже утраты интерпретируется как нейтральный процесс, считается, что ее может компенсировать другая форма идентичности. Но на самом деле, как пишет С.В. Кортунов, «если в результате модернизации меняется национальная идентичность, это значит лишь то, что последняя не выдерживает модернизации и перерождается в нечто иное. Великие нации же умеют успешно модернизироваться, сохраняя свою идентичность. Более правильным нам поэтому представляется вывод В.И. Пантина и И.С. Семененко, которые отмечают, что процессы

формирования новой, современной идентичности (современных идентичностей) сопровождаются поисками путей и методов органичного совмещения императивов модернизации с императивами сохранения основы культурной идентичности, определённой преемственности в культуре. В противном случае, при наличии значительных разрывов в культуре и формировании слабо связанных между собой идентичностей "из разных эпох" разрушается культурная ткань модернизирующегося общества, и все кажущиеся успехи модернизации рано или поздно оборачиваются её поражениями» [4]. Во-вторых, утрата национально-культурной идентичности связана с утратой многообразия ценностей и с навязанным доминированием одной системы ценностей. Не говоря уже о том, что это означает крайнее обеднение культурного пространства человечества, но такой процесс чреват и негативными практическими последствиями, так как базовые ценности во многом определяют и магистральный путь развития страны и, в целом, цивилизации. И утверждение одной системы ценностей, утрата остальных не оставляет выбора в случае тупиков и неудач. В-третьих, именно нарастающая культурная и национальная унификация породила феномен массового человека и массового общества, которые были подвергнуты справедливой критике многими ведущими авторами 20 века. И, наконец, в-четвертых, ряд исследователей справедливо ставит вопрос о том, не является ли сама эта унификация не столько естественным, сколько сконструированным процессом, инициированным определенными политическими и финансовыми кругами и «обслуживаемым» идеологией постмодернизма.

Но вернемся к вопросу о том, не является ли само по себе культивирование этнокультурной идентичности питательной почвой для этноэкстремизма и интолерантности?

Как пишет С.Н. Ениколопов, в связи с данной темой существует психологическая проблема предубежденности по отношению к какому-то объекту, «.когда человека убивают потому, что он принадлежит к какой-то определенной группе людей. Есть ядерная группа, которая ненавидит всех, там любой объект является объектом предубежденности, ненависти, можно взаимозаменять негров, евреев, гомосексуалистов, коммунистов. Они готовы участвовать в любом движении, которое против. Есть другая группа, достаточно парциальная, их больше, они ненавидят одну определенную группу людей. Вплоть до того, что они могут ненавидеть лесбиянок, но спокойно относиться к неграм, евреям, и даже, может быть, можно найти группу людей, которые хорошо относятся к гомосексуалистам, но не любят лесбиянок. Проблема в том, что когда в стране происходят какие-то трансформации в хорошую или в плохую

сторону, одним из индикаторов изменений является рост агрессивности как на индивидуальном уровне, так и на социальном. Какие-то люди чувствуют угрозу своей безопасности, своему положению, своему стабильном состоянию, пускай даже не очень высокому. Но само ощущение угрозы ведет к тому, что они будут срываться в сторону проявлений негативных, в первую очередь агрессивных, будут искать на почти бессознательном уровне ту организацию, которая готова легитимизировать их ненависть и реализовывать на более высоком сознательном уровне» [5].

Эго мнение так или иначе разделяют многие современные авторы, и таким образом, напрашивается вывод о том, что базовой причиной экстремистских появлений являются не национально-культурные различия сами по себе, а целый ряд внешних и, главное, внутренних факторов. Люди, подверженные действию этих факторов, фактически совершают фрейдовскую «рационализацию», оправдывая свою агрессивность сторонними, в том числе, национальными мотивами.

И в заключение, можно вспомнить работы русских философов на данную тему, в частности, Н.С. Трубецкого. В своей работе «Об истинном и ложном национализме» он выделяет воинствующий шовинизм, культурный консерватизм, «который искусственно отождествляет национальную самобытность с какими-нибудь уже созданными в прошлом культурными ценностями или формами быта и не допускает изменение их»; и государственный национализм, стремящийся любыми средствами создать национальное государство. «Однако следует всегда помнить, - предупреждает Н.С. Трубецкой, - что. государственная самостоятельность как самоцель - бессмысленна. А между тем у националистов, о которых идет речь, государственная самостоятельность... обращается именно в самоцель. Мало того, ради этой самоцели приносится в жертву самобытная национальная культура» [6, с. 114]. И, наконец, он вводит понятие «общеевразийский национализм», проявившийся в истории, когда «народная русская стихия, инстинктивно ощущавшая подлинную задачу России, усваивала по отношению к туземному населению тактику братания, охотно заимствовала от покоренных разные черты их быта; в новоприсоединенных областях сами собой вырабатывались особые смешанные бытовые типы, которые со временем могли бы послужить основанием для целой радуги евразийских культур, разновидностей одной, общеевразийской» [6, с. 287]. Таким образом, как отечественная история, так и история ряда других стран, о которых мы не будем упоминать, ограниченные рамками статьи, дает нам живые примеры позитивного и плодотворного проявления этнокультурной иденитчности.

Библиографический список

1. Арутюнян, Ю.В. Этносоциология / Ю.В. Арутюнян, Л.М. Дробижева, А.А. Сусоколов - М.: Аспект-Пресс, 1999.

2. Верховский, А.М.. Государство против радикального национализма. Что делать и чего не делать? - М.: РОО “Центр “Панорама”, 2002.

3. Хантингтон, С. Столкновение цивилизаций // Полис. - 1994. - №1.

4. Кортунов, С.В. Глобализация и национальная идентичность. - [Э/Ь] - http://viperson.ru/wind.php?ID=294887&soch=1.

5. Отчет о научно-практическом семинаре "Экстремизм и национальный вопрос в России", проведенном в Гос. Думе РФ 28 мая 2009 г. Комитетом по безопасности и Национальным Антикриминальным и Антитеррористическим Фондом в соответствии с планом работы на 2009 год. - [Э/Ь] - Ьйр://«'«^^аа£т/^ех_т.р1ъ^есйоп=7&рага^ар11=11&агйс1е=3.

6. Трубецкой, Н.С. Наследие Чингисхана. - М.: Прогресс, 1999.

Bibliography

1. Arutyunyan, Ju.V. Ethnosociology / Ju.V. Arutyunyan, L.M. Drobizheva, A.A. Susokolov. - M: Aspect-press, 1999.

2. Verhovsky, A.M. The state against radical nationalism. What to do and that not to do? - M: POO “Center" Panorama ", 2002.

3. Huntington, S. Collision of civilizations // Polis. - 1994. - №1.

4. Kortunov, S.V. Globalization and national identity. - [E/r] - http://viperson.ru/ wind.php? ID=294887&soch=1.

5. The report on a scientifically-practical seminar "Extremism and an ethnic question in Russia", May, 28th, 2009. - [E/r] - http:// www.waaf.ru/index_ru.php?section=7¶graph=11&article=3.

6. Trubetskoi, N.S. Heritage of Chingiz-Khan. - M: Progress, 1999.

Article Submitted 16.02.11