Гражданская культура городского населения Сибири: местное самоуправление во второй половине XIX - начале ХХ века

Литература

1. Бенуа А. История живописи всех времен и народов. - СПб., 1912. - Ч. 1, вып. 13. - 112 с.

2. Зиммель Г. Микеланджело // Соч.: в 2 т. - М.: Юрист, 1996. - Т. 1: Философия культуры. - С. 411-433.

3. Казаков Е. Ф. Душа европейского человека. - Кемерово, 2012. - 463 с.

4. Лосев А. Ф. Эстетика Возрождения. - М.: Мысль, 1982. - 624 с.

5. Флоренский П. А. Иконостас: избр. тр. по искусству. - СПб.: Рус. кн., 1993. - 406 с.

6. Успенский Л. На путях к единству? // Философия русского религиозного искусства. - М.: Прогресс-Культура.-1993. - Вып. 1. - С. 350-374.

References

1. Benua A. Istoriia zhivopisi vsekh vremen i narodov [The history of painting of all time]. St. Petersburg, 1912, part. 1, iss. 13. 112 p. (In Russ.).

2. Zimmel' G. Mikelandzhelo. Tom 1. Filosofiia kul'tury [Works by Michelangelo. Vol. 1. Philosophy of Culture]. Moscow, Jurist Publ., 1996, pp. 411-433. (In Russ.).

3. Kazakov E.F. Dusha evropeiskogo cheloveka [European human soul]. Kemerovo, 2012. 463 p. (In Russ.).

4. Losev A.F. Estetika Vozrozhdeniia [The aesthetics of the Renaissance]. Moscow, Mysl' Publ., 1982. 624 p. (In Russ.).

5. Florenskii P.A. Ikonostas: izbrannye trudy po iskusstvu [The iconostasis: Selected Works of Art]. St. Petersburg, Russkaia kniga Publ., 1993. 406 p. (In Russ.).

6. Uspenskii L. Na putiakh k edinstvu? [On the Road to Unity?]. Filosofiia russkogo religioznogo iskusstva [Philosophy of Russian religious art]. Moscow, Progress-Kul'tura Publ., 1993, iss. 1, pp. 350-374. (In Russ.).

УДК 930.85

ГРАЖДАНСКАЯ КУЛЬТУРА ГОРОДСКОГО НАСЕЛЕНИЯ СИБИРИ: МЕСТНОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX - НАЧАЛЕ ХХ ВЕКА

Макарчук Сергей Владимирович, доктор исторических наук, профессор, профессор кафедры отечественной истории, Кемеровский государственный университет (г. Кемерово, РФ). E-mail: makar@ kemsu.ru

Звягин Сергей Павлович, доктор исторических наук, профессор кафедры музейного дела, Кемеровский государственный университет культуры и искусств (г. Кемерово, РФ). E-mail: whitesiberia@ narod.ru

В статье рассматривается проблема становления гражданской культуры городского населения Сибири на примере местного самоуправления во второй половине XIX - начале ХХ веков. Актуальность темы очевидна не только с научной точки зрения, но и для современной социальной практики, когда остро стоит вопрос учёта исторического опыта в условиях становления гражданского общества и его культуры в регионах России.

Методологической основой работы послужило положение о том, что специфические особенности гражданской культуры определяются историческим опытом. Поэтому в статье поставлена задача реконструкции конкретно-исторической обстановки и показ конкретных форм социально-политического участия. Целью авторов является исследование проявлений гражданской культуры через участие в органах местного самоуправления горожан сибирского региона в конкретный исторический отрезок времени.

Особое внимание уделяется деятельности городских дум и влиянию на них представителей политических партий. Авторы приходят к выводу, что постепенно гражданская культура местного самоуправления приобретала либеральные черты. Доказывается преимущественное влияние либералов на

местные «общества обывателей и избирателей», а также на сменившие их повсеместно «прогрессивные группы». Благодаря этому, толерантность, основанная на признании прав другого, становилась частью гражданской культуры городского самоуправления, а через него и значительной части горожан Сибири.

Ключевые слова: гражданское общество, гражданская культура, политическая культура, местное самоуправление, городские думы, политические партии, либерализм.

CIVIC CULTURE OF THE URBAN POPULATION OF SIBERIA: THE LOCAL GOVERNMENT IN THE SECOND HALF OF XIX - EARLY XX CENTURY

Makarchuk Sergey Vladimirovich, Dr. of Historical Sciences, Professor, Professor of Department of National History, Kemerovo State University (Kemerovo, Russian Federation). E-mail: makar@kemsu.ru

Zviagin Sergey Pavlovich, Dr. of Historical Sciences, Professor of Department of Museum Sciences, Kemerovo State University of Culture and Arts (Kemerovo, Russian Federation). E-mail: whitesiberia@narod.ru

The problem of formation of civil culture of the urban population of Siberia as an example of local government in the second half of XIX - early XX centuries. Relevance of the topic is obvious not only from the scientific point of view, but also for the contemporary social practice when accounting is an issue of historical experience in the conditions of formation of civil society and its culture in the regions of Russia.

The methodological basis of the work was the position that the specific features of civic culture are determined by historical experience. Therefore, this article the task of reconstruction the specific historical situation and show specific forms of social and political participation. The aim of the authors is to investigate the manifestations of civic culture through participation in local government, residents of the Siberian region in a particular historical period.

Particular attention is paid to the activities of city councils and the impact on them of the political parties. The authors conclude that the civic culture gradually acquired local government liberal features. It proved the dominant influence of liberals in the local "society and inhabitants of voters", as well as replaced them everywhere "progressive group". Because of this, the tolerance based on the recognition of the rights of another, became part of the civic culture of municipal government, and through it, and a large part of the citizens of Siberia.

Keywords: civil society, civic culture, political culture, local government, city councils, political parties, liberalism.

Понятие «гражданская культура» только начинает выделяться из базового понятия «политическая культура», постепенно становясь объектом интереса зарубежных и российских исследователей [1-3]. Возникшее первоначально как определённая модификация политической культуры оно расширило сферу своего применения, непосредственно сочетаясь с такими понятиями как демократия, гражданское общество [6, с. 29-30]. Специфические особенности гражданской культуры любых слоёв населения в любое время определяются историческим опытом, поэтому важен показ конкретно-исторической обстановки и конкретных форм социально-политического участия. Нашей целью является исследование проявлений

гражданской культуры через участие в местном самоуправлении горожан Сибири в конкретный исторический отрезок времени.

Гражданская культура может начать формироваться лишь в условиях зарождающегося гражданского общества и демократии. Таким элементом гражданского общества в России стали органы городского самоуправления. Основы местного самоуправления и гражданских прав для горожан Сибири стали вводиться еще в период "просвещенного абсолютизма", согласно "жалованным грамотам" городам и дворянству. Однако отсутствие в крае помещиков и малочисленность дворянского сословия делало неактуальным общественное самоуправление дво-

рян. Согласно «Жалованной грамоты на права и выгоды городам Российской империи» 1785 года город провозглашался всесословным самоуправляющимся союзом, охватывающим все городское население. Свои права «союз» осуществлял через выборные городские думы. Но, в силу малонаселенности сибирских городов, здесь вместо дум создавались ратуши, состоящие из бургомистров и ратманов, избирающихся горожанами сроком на три года [14, с. 151-152].

Только к середине XIX века в Омске, Томске, Тобольске и Тюмени были организованы городские думы, работающие по городовому положению «жалованной грамоты». Но это не привело к всплеску социально-политического участия горожан, так как избирательным правом пользовались лишь шесть разрядов городского населения, выбирающие городского голову и шестигласную думу. Возрастной и имущественный цензы резко ограничивали количество избирателей. Так, в Омске на первых выборах в городскую думу в 1840 году избирательное право получили лишь 223 человека, представляющие исключительно мещанское и купеческое сословие [25, с. 12].

Гражданская культура характеризуется демократическим содержанием, высоким уровнем социального и политического участия, ориентировкой на развитие гражданских качеств человека. В этом отношении реорганизация местного самоуправления в 1864 году, по мнению А. П. Толочко и И. А. Коновалова, «мало изменила городскую жизнь» [26, с. 14]. В городские думы стали избираться депутаты от домовладельцев всех сословий. В этой связи следует признать не совсем точным утверждение М. В. Шиловско-го о том, что городское самоуправление Сибири ведет свой отсчет лишь с 1864 года. Выборные городские думы в сибирских городах существовали до этого времени, и 1864 год не внес в их формирование и работу существенных изменений. В то же время М. В. Шиловский совершенно прав в обосновании вывода, что городские самоуправления Сибири из-за отсутствия земских учреждений взяли на себя апелляцию к властям по насущным проблемам местной жизни. Либерально настроенные гласные городских дум стали ставить вопросы о введении в Сибири земства, о свободе слова, печати, гласного суда, личной и имущественной неприкосновенности [9, с. 9, 25]. Посте-

пенно требования демократизации общества звучали все увереннее, одновременно утверждалось понимание того, что без демократических прав и свобод невозможно развитие гражданского общества и гражданской культуры.

Горожане стремились расширить сферу гражданского общества и принести элементы гражданской культуры на село. Городские думы нередко выражали интересы и сельской округи, тем более что процессы становления самоуправления в городах Сибири значительно опережали аналогичные процессы на селе. В сибирской деревне вся полнота власти находилась у исправников и окружных полицейских управлений. Только в 1879 году на землях государственных крестьян началось создание крестьянского самоуправления. Сельские общества получили право схода, на котором решались вопросы местной хозяйственной жизни. Сход избирал сельского старосту, выполняющего его постановления. Староста представлял интересы своего общества в волостном правлении. Однако по закону 2 июня 1898 года крестьянское общественное самоуправление попало под надзор государственного чиновника -крестьянского начальника, находящегося в подчинении губернского управления [26, с. 86-87]. Сельское самоуправление в большей степени, чем городское, испытывало на себе давление государственных административных органов.

Развитие гражданской культуры требовало расширения социально-политического участия. Дальнейшее совершенствование городского самоуправления шло по пути расширения избирательных прав. Согласно новому городовому положению 1870 года в Омске, к примеру, право избирать в думу получили 1346 человек [7, с. 116]. На избирательных собраниях проходили выборы городской думы, городской управы и городского головы. Минимальный имущественный ценз городовым положением не устанавливался, но вводилась трехразрядная система по которой все избиратели делились на категории в соответствии с уплачиваемыми в казну налогами. Каждый из 3 разрядов получал право избирать одинаковое число гласных. В результате, как доказывает В. А. Нардова, незначительная группа наиболее состоятельных горожан, вносившая 1/3 часть налогов, могла послать в городскую думу столько же, сколько посылала основные

масса избирателей [13, с. 10]. На примере того же Омска это выглядело следующим образом: первый разряд включал 23 избирателя, уплативших треть городских налогов, второй - 123 и третий -1200 избирателей [7, с. 168].

Проведенные в России контрреформы вновь уменьшили социально-политическое участие масс во всех сферах гражданского общества. Городская контрреформа 1892 года вводила имущественный ценз для избирателей. В губернских городах он достигал 1000 рублей. В результате Омск, например, смог выставить на выборы лишь 280 избирателей [26, с. 49]. В выборах гласных в городскую думу Омска в 1901-1905 годах участвовали 1,1 % от общего числа жителей; в 1905-1909 годах - 1,6 %; в 1910-1914 годах -1,4 % [5, с. 168]. Избирательная и общественная активность низших цензовых групп была невысока. Как правило в избирательных собраниях в сибирских городах принимали участие 20-30 % от имеющих право голоса. Абсолютное большинство гласных дум составляли купцы, чиновники и мещане (преимущественно крупные домовладельцы). К примеру, в 1910 году в Томской городской думе из 60 гласных 25 были купцами, 18 - дворянами и чиновниками, 8 - мещанами. В Бийске из 29 гласных - 22 мещанина и один -чиновник [10, с. 178]. Доля городских демократических слоев населения среди гласных дум была незначительна. К ним можно отнести представителей мелкого чиновничества, врачей, учителей, инженеров, техников, присяжных поверенных. Слабость демократического элемента не способствовала становлению и развитию гражданской культуры в органах городского самоуправления.

Гражданская культура характеризуется принятием гражданами принципа главенства государства, но её успешное развитие не приемлет полной зависимости элементов гражданского общества от государственных структур. Между тем, Городовое положение 1892 года и последующие правительственные распоряжения ограничивали права городского самоуправления, ставили его в прямую зависимость от органов государственного управления. Исполнительный орган городского самоуправления - управа - более зависела от губернатора, нежели от думы. Члены городской управы приравнивались к государственным чиновникам, получали жалование, а губернатор мог

делать им распоряжения и предписания, наказывать вплоть до отстранения от должности. Решения самой думы могли исполняться, если они не опротестовывались состоящим из госчиновников губернским по городским делам присутствием (см. [18-19]).

Для гражданской культуры характерна общая вера её участников в необходимость выполнения гражданских обязанностей. Гласные городских дум работали в многочисленных комиссиях, занимающихся вопросами городского благо устройства, санитарного состояния, строительства, народного просвещения и здравоохранения. Важнейшей прерогативой городского самоуправления являлось формирование городских бюджетов. Стремясь завоевать доверие горожан многие думы постоянно проводили линию на увеличение ассигнований на народные нужды. Омская дума добилась того, что городские расходы выросли за период с 1909 по 1913 год в три раза. Самыми крупными расходами являлись ассигнования на врачебно-санитарную часть и народное образование [12, с. 37].

Важнейшим показателем гражданской культуры является активное гражданство, инициативное поведение и гражданское соучастие в общественных делах. Думы открывали в городах училища и гимназии, муниципальные аптеки и благотворительные заведения. Они занимались мобилизацией 1914 года, организовывали сборные пункты, госпитали, оказывали помощь раненым, боролись с бедностью и голодом. В сентябре 1915 года совещание гласных городской думы в Томске обсудило вопрос об обеспечении горожан продуктами. После этого городская дума приняла постановление о создании городских складов муки, дров, крупы, соли, сахара, чая. Продовольственная комиссия думы изыскала возможность ассигновать на это дело 400 тыс. рублей (см. [21, с. 224]). Подобные действия были характерны для большинства городских дум Сибири.

Гражданская культура - это, прежде всего, культура участия. Граждане считают себя вправе влиять на власть, участвуя в выборах, в деятельности политических партий и общественных движений. Длительное время городские думы занимались хозяйственной деятельностью и почти не касались политических вопросов. Однако очередные перевыборы дум в 1902 году дали значи-

тельное количество мест представителям либерально настроенной интеллигенции. По данным О. А. Харусь, в числе 38 гласных Красноярской городской думы, избранных на 1902-1905 годы, насчитывалось 14 человек, вступивших позднее в кадетскую партию и один будущий октябрист. Из 54 гласных Томской городской думы будущих кадетов было 9 и октябристов - 11. Двое гласных Барнаульской городской думы, в том числе городской голова, стали кадетами, а один - октябристом (см. [21, с. 96]).

Для гражданской культуры в целом характерны традиционализм и отстаивание местных ценностей. В то же время, приверженность к демократической политической культуре требовало поддержки широкого политического реформизма. Под влиянием развертывающегося в стране либерального движения местная интеллигенция стала ставить вопросы политического реформаторства и, прежде всего, реорганизации местного самоуправления. Уже Программа Союза освобождения требовала, «чтобы государственное устройство преобразованной России было утверждено на широком местном и областном самоуправлении» [11, с. 463]. Программа конституционно-демократической партии заявляла о необходимости выборов органов местного самоуправления на основе всеобщего, равного, прямого, закрытого голосования и обеспечения их независимости от органов государственной администрации. Даже в более умеренной программе Союза 17 октября содержались требования расширения прав земского и городского самоуправления, придания ему самостоятельности и упразднения административной опеки.

Особенностью восточных регионов страны было отсутствие земского самоуправления, поэтому политические устремления либералов были направлены на введение земского самоуправления и реорганизацию на демократических началах органов самоуправления городского. Сибирские кадеты рассчитывали, что будущее реформированное законодательство «предоставит городскому самоуправлению активную и самостоятельную роль» [13]. Лидеры и идеологи сибирских кадетов И. А. Малиновский, Н. Я. Новомбергский считали, что правовое государство не должно вмешиваться в сферу гражданского общества к которому они относили и городское самоуправление.

Необходимость его реорганизации они, в свою очередь, связывали с потребностями развития гражданского самосознания и становления гражданского общества. Профессор Томского университета Н. Я. Новомбергский в демократическом местном самоуправлении видел фундамент обновленной России. «Никакие декларации прав и конституционные хартии, - писал он, - не выведут нашего Отечества из переживаемого кризиса, если в основу преобразования не будет положена самая широкая реформа местного управления. Только в этой области нужно искать фундамент для обновленной России, иначе народное представительство окажется висящим в воздухе» (см. [20, с. 122-127]).

Гражданская культура предполагает инициативное гражданское поведение, связанное с активным политическим и общественным участием. В период революции 1905-1907 годов под влиянием либералов городские думы стали более активно включаться в политическое движение. Они взяли на себя инициативу разработки реформ по вопросам совершенствования государственного благоустройства и самоуправления на местах. О. А. Харусь приводит примеры того, как после опубликования рескрипта о булыгинской думе доминирующей идеей в проектах гласных Томска, Красноярска, Тобольска, Барнаула становится организация выборов народных представителей на основании всеобщего, равного избирательного права при тайной подаче голосов, а также полной свободе предвыборных собраний, слова и печати при гарантии неприкосновенности личности. Гласные Барнаульской думы подняли вопрос о необходимости изменений в городовом положении. В проекте выдвигались требования устранения опеки со стороны губернской власти над органами городского самоуправления, их самостоятельности и ответственности только перед судом. На заседаниях Томской, Барнаульской, Тобольской, Красноярской, Енисейской и Минусинской дум были сформированы комиссии по подготовке проекта земской реформы. Красноярская городская дума в телеграмме на имя С. Ю. Витте отмечала, что успокоение страны возможно «лишь при условии немедленной амнистии политических борцов за свободу, уничтожения военных положений, усиленных охран и исключительных полицейских полномочий товарища МВД, предо-

ставления народу всеобщего, прямого и равного избирательного права с тайной подачей голосов» (см. [21, с. 97-98, 99-101]).

Городские думы стали откликаться и на политические события местного значения. Та же Красноярская дума избрала депутацию для выяснения обстоятельств, происшедшего 10 августа 1905 года столкновения между рабочими и полицией. Томская дума на заседании 18 октября

1905 года высказала протест по поводу разгона и избиения полицией собравшихся около коммерческого училища учащихся. Городская дума Тюмени рассматривала вопрос о создании охраны из местного населения. Проект об организации самообороны был принят и Иркутской городской думой. Гласные городской думы Бийска в январе

1906 года послали Томскому губернатору послание протеста против ареста мирового судьи Петрова, ветеринарного врача Ахонтова и Л. Еши-на «за печатание и распространение листков к.-д. характера». Покой в Бийске не будет нарушен, - заверяло послание, - если «к жителям гор. Бийска не будет применено каких-либо чрезвычайных репрессивных мер» [4, л. 12].

Некоторые монархически настроенные члены городских дум выступали против их политизации, впоследствии они стали членами Союза русского народа. Зарегистрированный 7 августа 1906 года Устав Союза заявлял, что деятельность властей, в том числе и местных, должна быть направлена на обеспечение свободы слова, собраний, союзов, «но с установлением правил, определяющих границы указанной свободы, дабы не нарушался государственный правопорядок» [22, с. 412]. Целям ограничения зарождающегося гражданского общества в стране призван был служить циркуляр, направленный 30 сентября 1906 года Советом СРН местным организациям черносотенцев. В нем сказано: «...союз основною своею целью полагает уничтожение в стране всякой политической партийности, влекущей за собою взаимную вражду и ненависть» [23, с. 93].

Стремясь защитить государственные ценности, центральный орган СРН газета «Русское Знамя» в своих статьях обрушивался на «кадетское и кадетствующее самоуправление» [15]. Особенно нетерпимым стал ее тон после повсеместного возникновения в стране в 1909 году обществ обывателей и избирателей, возглавляемых,

как правило, либералами и призванных обеспечивать выдвижение в городские думы «прогрессивных кандидатов». Черносотенцы объявили общества обывателей и избирателей организациями, конкурирующими с органами городского самоуправления «в интересах второй революции», которые пытается захватить в свои руки «жидо-кадетская шайка» [23]. Даже умеренных октябристов, участвующих в работе обществ, газета объявила партией «политических иезуитов-предателей» [15]. По отношению же к кадетам, родственная «Русскому Знамени» газета красноярских монархистов «Сусанин» писала: «Не верьте кадетам... Они давно морочат русский народ, именуя себя партией народной свободы, являясь же наоборот партией народной неволи» [24].

Монархисты всячески стремились оградить гражданскую культуру от элементов партийности и политики. Газета «Русское Знамя» обращала внимание правительства: «В некоторых местах делается попытка привлечь под фирму обществ обывателей и избирателей бывшие и еще влачащие жалкое существование профессиональные союзы... Почтенные и умеренные имена, обладатели коих восседают в первых рядах обновленных комитетов (монархисты в правлениях обществ обывателей и избирателей. - С. М.) -это лишь декорация, ширма. Всем делом заправляют редакции прогрессивных и еврейских изданий» [15]. Под этими изданиями черносотенцы имели ввиду местные газеты в редакции которых входили в большинстве своем либералы и умеренные социалисты. В одной из статей орган СРН предупреждал: «Вообще общества обывателей и избирателей, за немногим исключением, начинают представлять из себя отделы нелегализован-ных партий, обществ и союзов, закрытые администрацией» [15].

Антикадетская агитация черносотенцев сыграла свою роль. В числе 29 гласных Тюменской городской думы, избранных до 1911 года, оказалось только 3 кадета. В Томске из 60 гласных, избранных до 1910 года, всего 7 являлись представителями кадетской партии, а 19 принадлежало к октябристам. Только в городской думе Красноярска до 1909 года кадетам принадлежало 20 из 46 мест гласных [27, с. 96].

Общества обывателей и избирателей прибавили места в городских думах «прогрессис-

там» - в основном либералам и отчасти правым социалистам. Так, при выборах 1909 года «прогрессисты» Красноярска увеличили представительство в городской думе до 34 гласных, в то время как черносотенцы получили всего 19 мест [17].

Постепенно гражданская культура местного самоуправления приобретала либеральные черты. После повсеместного закрытия во второй половине 1910 года обществ обывателей и избирателей им на смену в 1913-1914 годах пришло движение «прогрессивных групп», которые в некоторых сибирских городах противостояли монархистам. В том же Красноярске «прогрессивная группа» на выборах гласных противостояла правой группировке, сплотившейся вокруг газеты «Сусанин». По мнению О. А. Харусь, выборы в городские думы сибирских городов 1913-1914 годов сохранили в них паритет между консерваторами и либералами [27, с. 612]. Более оптимистической точки зрения по отношению к либералам придерживаются Л. М. Коломыцева и М. В. Ши-ловский, считая городские самоуправления «тра-

диционными центрами сосредоточения либеральной оппозиции» в межреволюционный период. Из 182 сторонников кадетской партии, установленных Л. М. Коломыцевой, 65 являлись гласными городских дум, а трое - городскими головами Барнаула, Бийска и Иркутска [8-9].

Очевидно значительное влияние как монархистов, так и либералов на органы местного городского самоуправления в Сибири, в то же время гласные стали проявлять больше толерантности к представителям различных политических сил, в том числе к социалистам. Совместно с кадетами умеренное крыло социалистических партий приняло участие в работе обществ обывателей и избирателей, прогрессивных групп. Некоторые из них успешно баллотировались в гласные городских дум. Кадеты (особенно левые) демонстрировали солидарность с правыми социалистами, причем, часто более тесную, чем с октябристами и черносотенцами. Толерантность, основанная на признании прав другого, становилась частью гражданской культуры городского самоуправления, а через него и горожан Сибири.

Литература

1. Алмонд Г., Верба С. Гражданская культура и стабильность демократии // Полит. исслед. - 1992. - № 4. -С. 101-135.

2. Лаут Х., Меркель В. Гражданское общество и трансформация // Повороты истории. Постсоциалистическая трансформация глазами немецких исследователей: в 2 т. - СПб.: М.; Берлин, 2003. - Т. 1. - С. 364-401.

3. Омеличкин О. В. Гражданская культура: теор.-методолог. проблемы. - Кемерово: Кузбассвузиздат, 1996. -227 с.

4. Архивный отдел администрации г. Бийска. - Ф. Д-1. - Оп. 1. - Д. 2.

5. Вибе П. П., Михеев А. П., Пугачева Н. М. Омский историко-краеведческий словарь. - М., 1994.

6. Ивлев С. В. Понятие «гражданская культура» в контексте современных процессов развития общества // Вестн. Кемеров. гос. ун-та культуры и искусств. - 2014. - № 29, ч. 2.

7. Из истории Омска. 1716-1917 годы. Очерки, док., мат-лы. - Омск, 1967.

8. Коломыцева Л. М. Конституционные демократы в Сибири. Февраль 1917 - начало 1918 года: дис. ... канд. ист. наук. - Томск, 1993. - С. 234-268.

9. Шиловский М. В. Общественно-политическое движение в Сибири второй половины XIX - начала XX века. -Новосибирск, 1995. - Вып. 2: Либералы. - С. 43.

10. Литягина А. В. Отражение истории городского самоуправления Западной Сибири в документах РГИА // Акт. вопр. истории Сибири. Науч. чтения памяти проф. А. П. Бородавкина. - Барнаул, 1998.

11. Манифесты политических сил // Первый штурм. - М., 1990.

12. Меренкова Е. Ю. Бюджетная политика омского городского самоуправления накануне первой мировой войны // Исторический ежегодник. - Омск, 1996.

13. Нардова В. А. Самодержавие и городские думы в России в конце XIX - начале XX века. - СПб., 1994.

14. Рабцевич В. В. Сибирский город в дореформенной системе управления. - Новосибирск, 1984.

15. Русское Знамя. - 1909. - 3 нояб.

16. Сибирская жизнь. - 1905. - 18 нояб.

17. Сибирская жизнь. - 1909. - 28 нояб.

18. Городовое положение. - СПб., 1910.

19. Выписки из указов Правительствующего Сената по Первому Департаменту. - СПб., 1909.

20. Харусь О. А. Либерализм в Сибири начала ХХ века. Идеология и политика. - Томск, 1996.

21. Харусь О. А. Городские думы: замыслы реорганизации и реалии практической деятельности сибирских либералов в период первой российской революции // Революция 1905-1907 годов и общественное движение в Сибири и на Дальнем Востоке. - Омск, 1995.

22. Союз русского народа. По мат-лам чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства. 1917 год. - М., 1929.

23. Подготовка второй революции // Русское Знамя. - 1909. - 26 нояб.

24. Сусанин. - 1907. - 29 сент.

25. Толочко А. П., Коновалов И. А. Городское самоуправление в Омске в дореволюционный период. - Омск, 1997.

26. Томская область. Ист. очерк / под ред. В. П. Зиновьева. - Омск, 1994.

27. Харусь О. А. Либерализм в Сибири начала ХХ века: дис. ... д-ра ист. наук. - Томск, 1998.

References

1. Almond G., Verba S. Grazhdanskaia kul'tura i stabil'nost' demokratii [Civil Culture and Stability of Democracy]. Politicheskie issledovaniia [Political study], 1992, no 4, pp. 101-135.

2. Lout Kh., Merkel' V. Grazhdanskoe obshchestvo i transformatsiia [Civil Society and Transformation]. Povoroty is-torii. Postsotsialisticheskaia transformatsiia glazami nemetskikh issledovatelei [Turns of history. The post-socialist transformation of eyes German researchers], St. Petersburg, Moscow, Berlin, 2003, vol. 1, pp. 364-401.

3. Omelichkin O.V. Grazhdanskaia kul'tura: teoretiko-metodologicheskie problemy [Civil culture: theoretical and methodological problems]. Kemerovo, Kuzbassvuzizdat Publ., 1996. 227 p. (In Russ.).

4. Arkhivnyi otdel administratsii g. Biiska [Archival department of administration of Biisk]. F. D 1. Op. 1. D. 2. (In Russ.).

5. Wibe P.P., Mikheev A.P., Pugacheva N.M. Omskii istoriko-kraevedcheskii slovar' [Omsk Local History Dictionary]. Moscow, 1994. (In Russ.).

6. Ivlev S.V. Poniatie "grazhdanskaia kul'tura" v kontekste sovremennykh protsessov razvitiia obshchestva [The concept of "civil culture" in the context of modern processes development of the society]. Vestnik Kemerovskogo gosu-darstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv [Bulletin of Kemerovo state university of culture and arts], 2014, no 29, part 2. (In Russ.).

7. Iz istorii Omska. 1716-1917 gody. Ocherki, dokumenty, materialy [From the history of Omsk. 1716-1917 years. Sketches, documents, materials]. Omsk, 1967. (In Russ.).

8. Kolomytseva L.M. Konstitutsionnye demokraty v Sibiri. Fevral' 1917 - nachalo 1918 goda: dis. kand. ist. nauk [Constitutional democracy in Siberia. February 1917 - early 1918: PhD hist. sci. diss.]. Tomsk, 1993, pp. 234-268.

9. Shilovskii M.V. Obshchestvenno-politicheskoe dvizhenie v Sibiri vtoroi poloviny XIX - nachala XX veka. Vyp. 2. Liberaly [Socio-political movement in Siberia second half XIX - early XX century. Iss. 2. Liberals]. Novosibirsk, 1995, p. 43. (In Russ.).

10. Litiagina A.V. Otrazhenie istorii gorodskogo samoupravleniia Zapadnoi Sibiri v dokumentakh RGIA [Reflection history of municipal government in the Western Siberia RSHA documents]. Aktual'nye voprosy istorii Sibiri. Nauch. chteniia pamiati prof. A.P. Borodavkina [Actual problems of the history of Siberia. Sci. read memory prof. A.P. Borodavkina]. Barnaul, 1998. (In Russ.).

11. Manifesty politicheskikh sil [Petitions political forces]. Pervyi shturm [The first assault]. Moscow, 1990. (In Russ.).

12. Merenkova E.Iu. Biudzhetnaia politika omskogo gorodskogo samoupravleniia nakanune pervoi mirovoi voiny [Budgetary policy of the Omsk city government on the eve of World War]. Istoricheskii ezhegodnik [Historical yearbook]. Omsk, 1996. (In Russ.).

13. Nardova V.A. Samoderzhavie i gorodskie dumy v Rossii v kontse XIX - nachale XX veka [Autocracy and city councils in Russia in the late XIX - early XX century]. St. Petersburg, 1994. (In Russ.).

14. Rabtsevich V.V. Sibirskii gorod v doreformennoi sisteme upravleniia [Siberian city in the pre-reform system of governance]. Novosibirsk, 1984. (In Russ.).

15. Russkoe Znamia [Russian flag], 1909, Nov 3. (In Russ.).

16. Sibirskaia zhizn' [Siberian life], 1905, 18 Nov. (In Russ.).

17. Sibirskaia zhizn' [Siberian life], 1909, 28 Nov. (In Russ.).

18. Gorodovoe polozhenie [City regulations]. St. Petersburg, 1910.

19. Vypiski iz ukazov Pravitel'stvuiushchego Senata po Pervomu Departamentu [Excerpts from the Government Decree First Department of the Senate]. St. Petersburg, 1909. (In Russ.).

20. Harus' O.A. Liberalizm v Sibiri nachala XX veka. Ideologiia i politika [Liberalism in Siberia in the early twentieth century. Ideology and politics]. Tomsk, 1996. (In Russ.).

21. Harus' O. A. Gorodskie dumy: zamysly reorganizatsii i realii prakticheskoi deiatel'nosti sibirskikh liberalov v period pervoi rossiiskoi revoliutsii [City Duma: restructuring plans and practical realities Siberian Liberals activities during the first Russian revolution]. Revoliutsiia 1905-1907 godov i obshchestvennoe dvizhenie v Sibiri i na Dal'nem Vostoke [Revolution Of1905-1907 and social movement in Siberia and the Far East]. Omsk, 1995. (In Russ.).

22. Soiuz russkogo naroda. Po materialam chrezvychainoi sledstvennoi komissii Vremennogo pravitel'stva. 1917 god [The Union of the Russian people. According to the materials of the Interim Extraordinary Commission of Inquiry government. 1917]. Moscow, 1929. (In Russ.).

23. Podgotovka vtoroi revoliutsii [The preparation of the second revolution]. Russkoe Znamia [Russian flag], 1909, 26 Nov. (In Russ.).

24. Susanin [Susanin], 1907, 29 September. (In Russ.).

25. Tolochko A.P., Konovalov I.A. Gorodskoe samoupravlenie v Omske v dorevoliutsionnyi period [Municipal government in Omsk before the revolution period]. Omsk, 1997. (In Russ.).

26. Tomskaia oblast'. Istoricheskii ocherk [Tomsk region. Historical Review]. Ed. V.P. Zinoviev. Omsk, 1994. (In Russ.).

27. Harus' O.A. Liberalizm v Sibiri nachala XX veka: dis. dokt. ist. nauk [Liberalism in Siberia in the early twentieth century: PhD hist. sci. diss.]. Tomsk, 1998. (In Russ.).

УДК 304.3

ОБРАЗ ЖИЗНИ СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО КРЕСТЬЯНСТВА В КОНТЕКСТЕ ЦИВИЛИЗАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ

Гук Алексей Александрович, доктор философских наук, доцент, директор НИИ прикладной культурологии, Кемеровский государственный университет культуры и искусств (г. Кемерово, РФ). E-mail: guk56mai@mail.ru

Около трети населения современной России составляет крестьянство. Их образ жизни значительно отличается от того, как живет городское население, которое все больше погружается в информационную реальность, медиасреду, актуализируя ее культурные ценности. У крестьянской части населения эти ценностные установки и их проявления носят иной характер. Изученность в определенных аспектах российского крестьянства дореволюционного и советского периодов не распространяется на современную ситуацию. Образ жизни российских крестьян сегодня исследован явно недостаточно. К тому же нет работ, где жизнь современного крестьянства была бы рассмотрена как целостное социокультурное явление. Такое интегрированное знание способен дать только культурологический метод познания. В статье анализируется не образ жизни российского крестьянства непосредственно, а ее отражение в документальном кинопроизведении - фильме Е. Соломина «Глубинка 35х45». В нем глубоко и правдиво представлен определенный срез жизни современного крестьянина в различных ее проявлениях. Анализ содержательно-смысловой сферы фильма дает основание утверждать самодостаточность форм жизнедеятельности современного крестьянства, их устойчивость к внешним цивилизационным воздействиям. Исследование формообразующих элементов фильма позволяет приблизиться к пониманию российской национальной идентичности, которая сохраняет свой ценностный стержень и жизнетворную основу. Утверждается также, что современный крестьянин, будучи включен отчасти в цивилиза-ционные процессы, получает ощущение полноты своего бытия в большей степени от общения с природой, реальными людьми и от результатов своей творческо-созидательной деятельности.

Ключевые слова: российское крестьянство, образ жизни, цивилизационные достижения, традиционная культура, фильм «Глубинка 35х45».