Динамика численности и пространственной структуры населения монгольской чайки larus mongolicus на Байкале

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2018, Том 27, Экспресс-выпуск 1687: 5311-5314

Динамика численности и пространственной структуры населения монгольской чайки Larus mongolicus на Байкале

С.В.Пыжьянов

Второе издание. Первая публикация в 2018*

Монгольская чайка Larus mongolicus (Sushkin, 1925) - один из самых широко распространённых и многочисленных на Байкале видов чайковых птиц (Скрябин 1977; Пыжьянов 1997). Широкое распространение по озеру (и не только) обусловлено экологической пластичностью этого вида, позволяющей гнездится в самых разнообразных условиях и биотопах — от болот дельты реки Селенги и Верхнеангарского сора до скалистых мысов и островов Малого Моря и Чивыркуйского залива (Пыжьянов 1996, 1997), от едва точащих над водой камней порогов реки Ангары в её нижнем течении до пней и наклонённых стволов деревьев на облесённых островах того же участка Ангары (Пыжьянов 2013), ныне затопленному водами Богучанской ГЭС. Определяющим фактором для обитания монгольских чаек являются не условия гнездования, а кормовая ситуация — наличие и доступность пищевых объектов. Именно поэтому распределение этого вида на Байкале сопряжено с продуктивностью его отдельных районов: наибольшие скопления монгольских чаек наблюдаются в наиболее продуктивных участках Байкала — в дельте Селенги, на Малом Море, в Чивыркуйском заливе и Верхнеангарском соре (Скрябин 1977; Пыжьянов 1997; Пыжьянов и др. 1989).

На Байкале монгольская чайка населяет два резко различающихся по своим экологическим характеристикам биотопа — скалы (острова Малого Моря и Чивыркуйского залива) и болота (дельта реки Селенги и Верхнеангарский сор) (Пыжьянов 1997; Пыжьянов и др. 1989). Экологические различия этих биотопов и прежде всего их стабильность обуславливают и различия в экологии гнездования чаек в этих условиях. Наиболее ярко это отражалось на пространственной структуре населения чаек на болотах и скалах. На болотах численность гнездящихся чаек и их распределение по дельте определялось, прежде всего, гидрологическими условиями того или иного года — уровнем воды в дельте и его колебаниями (Пыжьянов 1997). И даже улучшение кормовой базы в дельте в результате массового расселения ротана-голо-

* Пыжьянов С.В. 2018. Динамика численности и пространственной структуры населения монгольской чайки на Байкале II Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии: Материалы 6-й Международ. орнитол. конф. Иркутск: 184-188.

вешки РетссоЬЬив glenii привело только к увеличению численности обитающих здесь монгольских чаек (Тупицын 1995), а распределение их колоний по дельте всё равно диктовалось и продолжает диктоваться гидрологическим режимом (Фефелов и др. 2018).

Иная картина наблюдается в стабильных биотопах, к каковым относятся скалы. Здесь пространственная структура населения чаек стабильна и не претерпевала до недавнего времени резких изменений от года к году. Динамика численности гнездящихся здесь чаек носила закономерный характер и определялась успешностью их гнездования (Пыжьянов 1997). Суть этой закономерности заключалась в том, что подавляющее большинство (более 90%) чаек гнездились в крупных поселениях, разделившихся на две чётко обособленные категории: плотные и разреженные (Пыжьянов 1996, 1997; Пыжьянов и др. 1989). Причём общий рост численности чаек в этом районе определялся увеличением их численности в крупных разреженных поселениях. Такая ситуация наблюдалась почти до конца ХХ века. К концу этого периода численность чаек в одной из наиболее крупных группировок — маломорской - стабилизировалась, а с начала XXI столетия в структуре населения и динамике численности монгольских чаек на Малом Море, да и на всем западном побережье Байкала, стали происходит изменения. Изначально они были малозаметны и в целом не выходили за рамки межгодовых флуктуаций, но со временем приобрели более выраженный характер и чёткую направленность. Сейчас совершенно очевидно, что численность монгольских чаек на Малом Море, а по всей видимости, и в целом на Байкале существенно снизилась. Причём это снижение произошло как раз за счёт деградации крупных поселений как плотных, так и разреженных. Вместо этого стали появляться в относительно большом количестве новые небольшие поселения численностью от 2-3 до 10-15 пар и одиночно гнездящиеся пары. По данным учётов 2016-2017 годов, зафиксированы одиночные гнезда и небольшие поселения на многих маломорских мысах острова Ольхон (Хальтэ, Хасурта, Хорогойский, Хадай, Шибетэй, Елгай, Хужирский, Будун и пр.). Кроме рассредоточения в пределах основных районов обитания наблюдается выселение чаек из них и расселение по озеру. Так, на западном берегу озера, помимо Малого Моря, чайки обитали только на нескольких мысах южнее пролива Ольхонские Ворота (мысы Орсо, Улан-Нур, Саган-Заба), которые территориально тяготеют к Тажеран-ским степям и далее на южном побережье два относительно крупных поселения на мысах Шарыжалгай и Хабартуй, известные давно (Богородский 1981, 1989; Пыжьянов 1996). На отрезке побережья от мыса Крестовский до мысов Шарыжалгай и Хабартуй поселения чаек отсутствовали (Пыжьянов 1996, 1997). В начале 1990-х годов возобновила своё существование колония монгольских чаек на острове Бакланий

Камень в районе бухты Песчаная, известная только по очень ранним источникам (Пыжьянов 1996). В последнем случае нельзя однозначно сказать, связано это с увеличением численности чаек на Байкале или с их перераспределением по озеру.

Учёты вдоль западного берега озера, проведённые в 2016-2017 годах, показали, что здесь появились новые поселения в местах, ранее чайками не освоенных. В районе, прилегающем к Тажеранским степям, появились небольшие поселения на мысе Орга-Итэ, на скалах в бухте Ая. Южнее, в районе бухты Песчаная, чайки загнездились на скалах в бухте Бабушка, мысе Большой Колокольный, скалах около пади Верхние Хомуты, на островах в устье реки Голоустной, южнее на скалах «Чертов Мост» и «Скрипер», скалах мыса Берёзовый (два поселения), скалах мыса Лиственничный. На южной оконечности озера на отрезке побережья от посёлка Маритуй до посёлка Култук вместо двух колоний учтено 6 поселений численностью от 13-15 до 55-60 гнёзд.

Все эти изменения происходят на фоне катастрофической депрессии численности промысловых видов рыб, прежде всего омуля, и прекращения рыбного промысла и рыбообработки на западном берегу озера. Деградация рыбной промышленности, отходами которой питались монгольские чайки, и оскудение рыбных запасов привели к резкому падению успешности гнездования чаек на Малом Море и, как следствие, снижению численности их здесь. Мною много лет назад высказывалась мысль о связи увеличения численности чаек на Малом Море с восстановлением запасов омуля (Пыжьянов 1982). Кроме этого, дефицит основных кормов потребовал от чаек переключения на новые источники пищи, в поисках которых они стали расселяться по побережью, чем и объясняется появления целого ряда новых поселений при общем снижении численности этого вида на Байкале.

Литератур а

Богородский Ю.В. 1981. Серебристая чайка на Южном Байкале // Размещение и состояние гнездовий околоводных птиц на территории СССР. М.: 31-32. Богородский Ю.В. 1989. Птицы Южного Предбайкалья. Иркутск: 1-208. Пыжьянов С.В. 1982. Динамика численности маломорской популяции серебристой чайки на Байкале и причины, её определяющие // Проблемы экологии Прибайкалья. Тез. докл. Всесоюз. конф. Иркутск: 100. Пыжьянов С.В. 1996. Larus argentatus mongolicus Suschkin, 1925: численность и распространение // Рус. орнитол. журн. 5, 3/4: 95-100. Пыжьянов С.В. 1997. Серебристая чайка на Байкале. Иркутск: 1-70. Пыжьянов С.В. 2013. Летнее население птиц поймы и островов нижнего течения р. Ангары // Байкал. зоол. журн. 1 (12): 81-86. Пыжьянов С.В., Скрябин Н.Г., Садков В.С., Сафронов Н.Н. 1989. Условия обитания, размещение и численность серебристой чайки на Байкале // Исследования по экологии и морфологии животных. Куйбышев: 69-81. Скрябин Н.Г. 1977. Экология серебристой и сизой чаек на Байкале // Экология птиц Восточной Сибири. Иркутск: 4-36.

Тупицын И.И. (1995) 2011. Изменение кормовой базы рыбоядных птиц в результате интродукции головешки-ротана Perccottus glenii в бассейн озера Байкал // Рус. орнитол. журн. 20 (703): 2231-2233. Фефелов И.В., Анисимов Ю.А., Тупицын И.И., Подковыров В.А. и др. 2018. Реакции колониальных птиц дельты Селенги (озеро Байкал) на затяжное мелководье // Первый всероссийский орнитол. конгресс: Тез. докл. Тверь: 330-331.

ю ^

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2018, Том 27, Экспресс-выпуск 1687: 5314-5315

Продолжительность жизни некоторых куликов Чукотки

П.С.Томкович

Второе издание. Первая публикация в 2003*

По данным московского Центра кольцевания птиц, для Чукотки имеется единственный возврат кулика возрастом свыше 10 лет. Это камнешарка Arenaria interpres с американским кольцом № 1103-00112, помеченная уже взрослой на Прибыловых островах и добытая через 10 лет и 10 месяцев у посёлка Беринговский. При норме размножения лишь с двухлетнего возраста минимальной оценкой возраста данной птицы следует считать почти 13 лет.

В 1986-1988 годах на косе Беляка (Колючинская губа, Чукотский полуостров) были окольцованы 834 кулика 18 видов (примерно две трети — птенцы). В июне-июле 2002 года в составе Международной арктической экспедиции ИПЭЭ РАН удалось вновь обследовать косу Беляка, при этом там обнаружены 5 куликов 3 видов, которые имели на ногах металлические кольца. Эти находки фиксируют первые сведения о большой продолжительности жизни всех этих трёх видов куликов на Чукотке. У 3 куликов-лопатней Eurynorhynchus pygmeus из разных пар (самец и две самки, судя по поведению, а затем и по морфологии) удалось первый раз разглядеть кольца 4 июня 2002 — почти сразу после прилёта птиц к месту размножения.

У самца лопатня впоследствии найдены поочерёдно два гнезда с первой погибшей и повторной кладками. На втором из них птицу удалось отловить; она имела кольцо MOSKWA 0250198 (заменено на кольцо MOSKWA FS00169). Этим кольцом был помечен уже взрослый размножавшийся самец, отловленный на гнезде 7 июля 1987 на расстоянии примерно 460 м от места поимки в 2002 году. Таким образом, если

* Томкович П.С. 2003. Продолжительность жизни некоторых куликов Чукотки IIИнформ. материалы Рабочей группы по куликам. М., 16: 55-56.