Премьеры Парижской оперы

На этой неделе Парижская опера, обычно по месяцу гоняющая один и тот же спектакль, показывает сразу три новых балета. Причем все постановки разительно отличаются друг от друга.

Любителям классических сюжетов предназначена "Сильвия" (на фото вверху) в постановке современного классика Джона Ноймайера, идущая на сцене Opera Bastille. Этот спектакль на сюжет Торквато Тассо о нимфе-девственнице, раненной Эротом и полюбившей простого пастуха, имеет богатую историю. "Сильвия" была первым балетом, показанным 130 лет назад в свежепостроенном здании Парижской оперы — утопающем в золоте Palais Garnier. Музыка композитора Делиба в то время считалась высшим достижением балетного театра: Чайковский, например, уверял, что, если бы своевременно ознакомился с "Сильвией", никогда не решился бы написать "Лебединое озеро". В ХХ веке многие знаменитые хореографы по обе стороны океана обращались к античному сюжету, трактуя его на разные лады. Джон Ноймайер, поставивший "Сильвию" специально для Парижской оперы, попытался разобраться разом и в проблемах феминизма, и в различиях между сексом и любовью, и в конфликте природы и цивилизации. Сильвия у него — заложница феминистских догм, Эрот — столичный хлыщ, пастушок — провинциал-идеалист. Сценограф Янис Коккос придумал для балета стильные сценические одежды: дорогого стоит черно-белый зал с исполинскими обломками античных статуй — столичное гнездо разврата, где Сильвия теряет свою драгоценную девственность. Можно ручаться и за совершенное исполнение дуэтов и ансамблей — все роли доверены звездам. В спектакле заняты Орели Дюрон, Мари-Аньес Жило, Манюэль Легри, Николя ле Риш, Жозе Мартинес.

Балет "Грозовой перевал" по знаменитому роману Эмилии Бронте трактует те же проблемы, но в буйном романтическом ключе. Спектакль на оригинальную музыку Филиппа Эрсана поставил звезда Парижской оперы Кадер Беларби — танцовщик, которому стало тесно в рамках чужих постановок. Респектабельному миру, скованному веригами классического танца, он противопоставил своих одержимых страстью героев, босоногих и свободных от балетных догм. Этуали Николя ле Риш и Мари-Аньес Жило радостно отрываются в современном танце, легко обходясь без пуантов и традиционных па. Сценограф Петер Пабст, любимец Пины Бауш, заваливший сцену миллионом алых роз в ее "Мойщике окон", в "Грозовом перевале" куда более суров, но столь же метафоричен.

Замыкает неделю суперавангардный "Wolf" (на фото внизу) — безумный микст из оперы-танца-драмы. Спектакли этого пограничного жанра, так и именуемого — "frontiere", насаждает на сцене Парижской оперы ее нынешний руководитель Жерар Мортье. "Wolf" (фамильярное сокращение имени Вольфганга Амадея Моцарта, на музыку которого поставлено действо) — это попытка стереть границы театральных территорий, выйдя на безбрежную свалку городской культуры. Моцарт здесь — не великий венский классик, а растиражированный попсовый автор, чьи мотивчики пронизывают быт миллионами телефонных звонков. Граффити, рэп, уличный брейк, классические арии замесил в крутое тесто культовый режиссер Алан Платель, задействовав в спектакле бельгийскую танцевальную труппу Ballets C de la B, трех профессиональных певиц, венский оркестр и 14 собак.