Особенности учета личности осужденного к лишению свободы в уголовно-исполнительном праве

ОСОБЕННОСТИ УЧЕТА ЛИЧНОСТИ ОСУЖДЕННОГО К ЛИШЕНИЮ СВОБОДЫ В УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОМ ПРАВЕ

Аннотация: в статье анализируются нормы Общей части УИК РФ, предусматривающие учет личности осужденного в практике исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы.

Ключевые слова: личность осужденного, признаки личности осужденного, индивидуализация исполнения наказания, принципы уголовно-исполнительного законодательства.

Summary: this article deals with analysis of rules of general section of the Penal Code of the Russian Federation, providing for the consideration of prisoners' personality in the practice of deprivation of liberty.

Keywords: personality of prisoners, traits of personality of prisoners, individualization of execution of punishment, principles of the penal legislation.

Эффективность борьбы с преступностью в целом не может быть результативной без глубокого знания того, кто и почему совершает преступления. Оценка состояния и динамики преступности, прогноз ее тенденций зависят от обобщенных данных о личности людей, совершающих преступления, характеристики контингента этих лиц по полу, возрасту, семейному положению, культурно-образовательному уровню, ведущим социально-ролевым свойствам, особенностям психологии и т. д.

Уголовно-исполнительная практика исполнения лишения свободы свидетельствует о ее неоднозначности, необходимости поиска новых путей повыше-

Р. А. Филиппов

ния эффективности исправления осужденных. Специальная перепись осужденных, проведенная в 2009 г., свидетельствует, что их характеристики значительно отличаются от характеристик осужденных, выявленных при проведении предыдущих переписей (1984 г., 1999 г.). В условиях реализации Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года, модернизации учреждений, исполняющих наказания, учет личностных особенностей осужденных лежит в основе таких преобразований.

Несмотря на то, что легальное понятие личности осужденного в уголовно-исполнительном праве отсутствует, соответствующая отрасль законодательства отводит важную роль личностному фактору. Для уяснения этой роли необходимо, прежде всего, обратиться к целям наказания, так как они корреспондируют с личностью осужденного: а) восстановление социальной справедливости; б) исправление осужденного; в) предупреждение совершения новых преступлений (ст. 43 УК РФ). Цели исправления осужденных и предупреждения совершения новых преступлений, в том числе осужденными, определены в уголовно-исполнительном законодательстве (ч. 1 ст. 1 УИК РФ). Последние определяют следующие задачи уголовно-исполнительного законодательства: а) регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказания; б) определение средств исправ-

ления осужденных; в) охрана их прав, свобод и законных интересов; г) оказание осужденным помощи в социальной защите. Достижение этих целей и выполнение задач невозможно без учета личности осужденного.

Однако, если восстановление социальной справедливости возможно на основе учета общественной опасности лица, осужденного за совершение преступления, то другие две цели и задачи требуют оценки осужденного в более широком контексте. Для того, чтобы осужденного исправить, добиться исключения рецидива преступления, необходимо найти в нем основу, которая бы характеризовала не только его прошлое, но и обеспечивала максимально объективный прогноз на будущее. Мы полагаем, что как бы ни было существенно само по себе то или иное проявление личности осужденного, правильное суждение о ней возможно лишь на основе системы социальных свойств и их проявлений, из соотношения удельного веса социально-положительных и социально-отрицательных свойств. Именно такая взвешенная совокупность свойств личности осужденного должна быть положена в основу криминологической и уголовно-исполнительной оценки осужденного, изучения его личности.

Общая часть УИК РФ содержит целый ряд норм, в которых в той или иной степени говорится о личности осужденного. Это касается, прежде всего, общих положений, содержащихся в ст. 8 и 9. Так, согласно ст. 8 («Принципы уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации») уголовно-исполнительное законодательство основывается в том числе на принципах равенства осужденных перед

законом, дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний, рационального применения мер принуждения, средств исправления и стимулирования правопослушного поведения, соединения наказания с исправительным воздействием.

В ч. 3 ст. 9 УИК РФ говорится, что средства исправления осужденных применяются с учетом личности осужденных и их поведения.

Характеристика осужденных позволяет судить о них не только в момент прибытия в исправительное учреждение, но и в определенной степени прогнозировать их действия после освобождения, на этой основе вырабатывать соответствующие профилактические меры [1, С. 3]. Эти данные свидетельствуют о том, как воздействует на осужденных наказание, как характеризуется их отношение к требованиям режима, труду, воспитательным мероприятиям, какова в целом степень их исправления.

Более конкретно уголовно-исполнительное законодательство фиксирует учет особенностей личности осужденного уже в ст. 5 УИК РФ. В указанной статье законодатель определяет действие уголовно-исполнительного законодательства в отношении военнослужащих. В ней отмечается, что наказания в отношении военнослужащих исполняются в соответствии с УИК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами, а также правилами отбывания уголовных наказаний осужденными военнослужащими, утвержденными федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулиро-

ванию в области обороны, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации.

В ч. 3 ст. 10 УИК РФ выделяется личность осужденных — иностранных граждан и лиц без гражданства. В ней идет речь о том, что указанные лица пользуются правами и несут обязанности, которые установлены международными договорами Российской Федерации, законодательством Российской Федерации о правовом положении иностранных граждан и лиц без гражданства с изъятиями и ограничениями, предусмотренными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Норма, выделяющая личность осужденного по признаку гражданства, имеет место в ч. 5 ст. 12 УИК РФ. В ней речь идет о языке дачи объяснения, ведения переписки, обращения. Согласно ей осужденные — граждане Российской Федерации дают объяснения, ведут переписку, обращаются с предложениями, заявлениями и жалобами к администрации учреждения или органа, исполняющего наказания, в вышестоящие органы управления учреждениями и органами, исполняющими наказания, суд, органы прокуратуры, органы государственной власти и органы местного самоуправления, общественные наблюдательные комиссии, общественные объединения, межгосударственные органы по защите прав и свобод человека (ч. 4 ст. 12 УИК РФ) на государственном языке субъекта Российской Федерации по месту отбывания наказания.

Осужденные—иностранные граждане и лица без гражданства вправе давать объяснения и вести переписку, а также обращаться с указанными в ч. 4

ст. 12 УИК предложениями, заявлениями и жалобами на родном языке или на любом другом языке, которым они владеют, а в необходимых случаях пользоваться услугами переводчика. Ответы осужденным даются на языке обращения. При отсутствии возможности дать ответ на языке обращения он дается на государственном языке Российской Федерации с переводом ответа на язык обращения, обеспечиваемым учреждением или органом, исполняющим наказания.

Другая норма устанавливает право осужденных — иностранцев поддерживать связь с дипломатическими представительствами и консульскими учреждениями своих государств в Российской Федерации, а граждане государств, не имеющих дипломатических представительств и консульских учреждений в Российской Федерации, — с дипломатическими представительствами государств, взявших на себя охрану их интересов, или межгосударственными органами, занимающимися защитой указанных осужденных (ч. 9 ст. 12 УИК).

В плане более максимального учета личностных особенностей осужденных — иностранцев в уголовно-исполнительном законодательстве представляется целесообразным кодифицировать нормы, регулирующие правовое положение осужденных иностранцев. Такое решение могло бы быть реализовано в выделении соответствующей отдельной главы (статьи). Ряд стран в данном плане имеют опыт. Например, именно так решен вопрос в одном из государств-участников СНГ — Таджикистане (ст. 18 УИК Республики Таджикистан). В УИК указанной республики имеются еще две самостоятельные статьи,

регламентирующие действие законодательства этой страны об исполнении уголовных наказаний в отношении лиц, осужденных судами иностранного государства (ст. 6) и выдачу лиц, осужденных судами Республики (ст. 7).

Уголовно-исполнительное законодательство в самостоятельную статью выделяет нормы, обеспечивающие право осужденного на личную безопасность — ст. 13 УИК РФ. Согласно ей, при возникновении угрозы личной безопасности осужденного он вправе обратиться с заявлением к любому должностному лицу учреждения, исполняющего наказания в виде принудительных работ, ареста или лишения свободы, с просьбой об обеспечении личной безопасности. В этом случае указанное должностное лицо обязано незамедлительно принять меры по обеспечению личной безопасности обратившегося осужденного.

Общая часть УИК РФ определяет категории осужденных, к которым приглашаются священнослужители. Речь идет об осужденных, отбывающих принудительные работы, арест или лишение свободы (ч. 4 ст. 14). Тяжело больным осужденным, а также осужденным к смертной казни перед исполнением приговора по их просьбе обеспечивается возможность совершить все необходимые религиозные обряды с приглашением священнослужителей (ч. 6 ст. 14).

В зависимости от вида наказания, примененного к осужденным, законодатель определяет учреждения (орган, их исполняющий) — ст. 16 УИК.

Если проанализировать содержание вышеперечисленных норм, то окажется, что в них личность осужденного рассматривается в качестве самостоятельного понятия. В одних статьях законо-

датель предлагает учитывать личность осужденного в целом и считает ее оценку одним из критериев индивидуализации отбывания наказания. В других статьях конкретизированы подлежащие учету разные обстоятельства, которые характеризуют личность осужденного. Она в них рассматривается в качестве необходимого условия применения этих статей.

Такими условиями являются: вид гражданства, вид назначенного наказания, наличие тяжелого заболевания, категория осужденных.

Есть статьи УИК РФ, в которых законодатель подразумевает учет особенностей личности, но не конкретизирует признаки, подлежащие учету.

Это касается принципов уголовно-исполнительного законодательства, применения средств исправления.

В тех статьях УИК РФ, в которых законодатель конкретизировал признаки личности осужденного, их учет, как правило, не сложен. В таких случаях нужно добиваться единообразия в понимании этих показателей личности и безусловного неприменения данных статей, если таковые отсутствуют.

Реальные трудности проявляются тогда, когда требуется учесть личность осужденного в целом в качестве критерия порядка и условий отбывания наказания и когда требуется на основе предусмотренных в статье признаков личности дать ей оценку, то есть признать или не признать ее необходимым условием применения статьи. При этом в самих статьях УИК РФ содержание оценки в целом не конкретизировано, а только подразумевается. Речь идет, прежде всего, о ст. 8 УИК РФ.

Данная статья только устанавливает виды принципов уголовно-исполни-

тельного законодательства, никоим образом их не раскрывая (в отличие от уголовного законодательства).

Верховный Суд РФ неоднократно давал разъяснения по вопросу применения многих из этих статей. Однако эти разъяснения сводились к перечислению определенных обстоятельств, характеризующих личность и всегда оставляли за судом или администрацией широкий простор для оценки их по своему усмотрению [2].

Даже при учете судом и администрацией всей совокупности предусмотренных обстоятельств, все равно оставался вопрос о том, в какой мере такая совокупность отвечает задачам этих статей УИК РФ. Не восполняют этот недостаток и фундаментальные теоретические работы, посвященные проблеме исполнения наказания в виде лишения свободы. В них вопросам оценки личности осужденного уделено скромное место и кроме перечисления общих признаков личности, других рекомендаций по их учету при индивидуализации исполнения наказания они не содержат.

Отмеченные трудности не случайны. Тактически только отдельные статьи содержат элементы правил учета личностных свойств осужденных. В то же время в отношении порядка отбывания наказания законодатель предусмотрел основы таких правил. Если сравнить подход к описанию в законе этих двух категорий, то становится ясным, что в отношении личности осужденного законодатель явно остается в долгу.

Такое неравенство фактически приводит к тому, что предписание уголовного закона о необходимости руководствоваться оценкой личности при индивидуализации исполнения наказа-

ния является императивным по форме, но не по содержанию. Поэтому в судебной и уголовно-исполнительной практике чрезмерно возросло значение судебного и административного усмотрения, что является, по существу, судебным и административным толкованием норм уголовно-исполнительного права.

Когда правовые нормы, предусматривающие учет личности осужденного в уголовно-исполнительном праве, не содержат формализованных критериев, обеспечивающих соразмерность между условиями отбывания наказания и личностью осужденного, и когда принципы уголовно-исполнительного законодательства не восполняют указанного пробела, это приводит к различного рода отрицательным последствиям, к административному беспределу.

Во-первых, суд и администрация, не связанные законодательными пределами при оценке такого критерия, как личность осужденного, решает вопрос индивидуализации отбывания наказания, применения основных средств исправления осужденных на основе житейского опыта и своего усмотрения. В ряде случаев это приводит к ущемлению прав и законных интересов осужденных. В качестве примера могут служить случаи необоснованного отказа осужденному в условно-досрочном освобождении или, наоборот, неправильного его применения.

Во-вторых, в уголовно-исполнительной практике формируется своеобразная тенденция, которая сама по себе влияет на условия отбывания наказания и при этом в значительной степени оказывается зависимой от характеристики лиц, отбывающих наказания, от степени их криминогенной заражен-

ности. Примером являются развитие наказаний без изоляции от общества, расширение круга лиц, к которым применяется отсрочка отбывания наказания и др.

На основании вышеизложенного можно сделать следующий вывод. Значение личности осужденного в Общей части уголовно-исполнительного права состоит, во-первых, в признании ее обязательным условием применения ряда норм, направленных на дифференциацию условий отбывания наказания, и, во-вторых, в отношении ее к одному из

основных критериев индивидуализации применения основных средств исправления осужденных.

Литература

1. Барабанов Н.П. Роль начальника исправительно-трудовой колонии в организации борьбы с наркоманией. Рязань, 1995. — 82 с.

2. См., например: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.04.2009 № 8 (ред. от 09.02.2012) «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания» // Бюллетень Верховного Суда РФ. № 7, июль, 2009.