порядок и устроение. К публикации раздела Ratio studiorum (1599)

Публикация

«ПОРЯДОК И УСТРОЕНИЕ».

К ПУБЛИКАЦИИ РАЗДЕЛА «RATIO STUDIORUM» (1599)1

Д. В. Шмонин

Развернутым предисловием к публикации «Правил для профессоров высших дисциплин» («Regulae professoribus superiorum facultatum»), которые являются разделом «Ratio atque Institutio studiorum Societatis Jesu» (1599), можно считать нашу статью в «Вестнике РХГА», опубликованную в 2009 г.2 Кроме того, в 2010 г вышел в свет сборник трудов «Религиозное образование в России и Европе в XVI веке», в который вошла статья итальянской исследовательницы Симоны Негруццо3. Статья раскрывает ряд деталей подготовки «Ratio» и особенности организации учебного процесса в учреждениях Общества Иисуса. Настоящее вступление, таким образом, имеет скромную цель сделать некоторые замечания, которые помогут читателю точнее разобраться в некоторых нюансах текста.

Первое замечание касается названия. «Ratio studiorum» на новые языки обычно переводят как «План занятий», что, в общем, адекватно передает содержание и регулятивную функцию педагогического устава иезуитов. Размышление над полным названием документа позволяет, однако, высветить некоторые оттенки смысла, благодаря которым мы начинаем воспринимать этот кодекс не только как регламент, но как новую идею образования, его философию.

Известно, что ratio, среди прочего, может переводиться как способ, метод, принцип, перечень или путь. В названии при помощи союза ас/atque оно связывается со словом institutio, означающим, в свою очередь, устройство, образ действия, обычай, наставление, учение, указание. Конъюнкция взаимно усиливает эти слова, их значения накладываются друг на друга, что, по нашему мнению, следует учиты-

1 Работа выполнена при поддержке РГНФ, проект № 11-03-00827а «Три века схоластики: XV-XVII вв.».

2 Шмонин Д. В. Regulae professoribus, или Как иезуиты учили философии //Вестник Русской христианской гуманитарной академии. — 2009. — Т. 10. — Вып. 4. — С. 84-99.

3 Негруццо С. Ratio Studiorum иезуитов — вершина и источник католической педагогики // Религиозное образование в России и Европе в XVI веке / под ред. Е. Токаревой, М. Инглота. — СПб., 2010. С. 88-99.

308

Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2011. Том 12. Выпуск 4

вать в переводе. Разумеется, в нем должна звучать уставная твердость, и она звучит в варианте, который предлагает современный американский переводчик священник Клод Паву (SJ), называя «Ratio» в подзаголовке своего перевода «Официальным планом иезуитского образования»4. Это верно и важно, поскольку появлению итогового документа 1599 г. предшествовали более ранние иезуитские учебные регламенты: «Constitutiones Collegii Messanensis» (1548), «Ratio studiorum Collegii Romani» (1558), «Ratio studiorum Borgiana» (1569), «Ratio studiorum» (1586 и 1591) и др. Более того, жанр rationes не принадлежал только иезуитам и был весьма распространен в XVI веке. Важность рассматриваемого нами «Ratio atque Institutio studiorum Societatis Jesu» (1599), таким образом, заключается в универсально-кодифицирующем характере и в той особой роли, которую ему предназначено было сыграть в истории образования: благодаря распространению иезуитских школ, коллегий, университетов, он становится своего рода общеевропейским образовательным стандартом и служит в этом качестве до 1832 г.5 Эту роль учитывает немецкий перевод в издании Г. М. Пачтлера: «Система и план занятий в Обществе Иисуса»,6 делающий акцент на то, что «Ratio» представляет собой, с одной стороны, не набор теоретических принципов, изложенных в виде сухих статей закона, и, с другой стороны, не формальный учебный план. Это именно совокупность практических методов воспитания и образования и описание системы обучения, в которой этим методы могут успешно реализовываться. Поэтому нам наиболее удачным кажется перевод полного названия на русский язык следующим образом: «Порядок и устроение занятий в Обществе Иисуса». Не будучи буквальным, такое русское название раскрывает дух и смысл документа, не «облегчает» его содержание и, как кажется, соответствует стилистике времени.

Второе замечание касается мировоззренческих (теоретических и практических одновременно) оснований «Ratio». Организационная и методическая упорядоченность системы иезуитского образования базируется на двух взаимосвязанных и взаимодополняющих принципах — целостном христианском взгляде на мир и дисциплинарном разделении наук, входящих в систему. Под целостностью христианского мировоззрения мы понимаем не философско-теологический синтез в том смысле, в каком он обычно приписывается высокой схоластике, в особенности Фоме Аквинскому. Такое смешение задач, функций и «истин» теологии и философии в конце XVI в. выглядело бы архаичным.7 Вместе с тем, очевидно, что иезуитская система строится на органичном единстве религии и рационального знания. Теоретическое выражение религии остается за схоластическим богословием, задача которого — свидетельствовать об истинах веры8, а религиозная практика составляет неотъемлемую часть воспитательного процесса и основана на усилиях наставников, которые побуждают

4 The Ratio Studiorum. The Official Plan for Jesuit Education / transl. and comment, by Claude Pavur. St.Louis, 2005.

5 Разумеется, мы учитываем период запрещения ордена иезуитов в Европе (1773-1814); надо заметить, однако, что «Ratio studiorum» продолжал функционировать в учебных заведениях на польских и белорусских землях, вошедших в 1772 г. в состав Российской империи.

6 System und Plan der Studien in der Gesellschaft Jesu.

7 Вызревание такого разделения в 1-й половине — середине XVI в. мы, кстати, старались показать в главе «Вторая схоластика: от теологии к философии» в кн.: Шмонин Д. В. В тени Ренессанса. Вторая схоластика в Испании. СПб., 2006.

8 Ratio Studiorum. [Н 19.] Regulae professoris philosophiae. [207.] Regula 1.

учеников своими знаниями и личным примером добродетельной жизни слушаться и любить Бога9.

Идея иезуитского образования — последовательное интеллектуальное и нравственное восхождение по ступеням наук к построению непротиворечивого и целостного теологического мировоззрения. И мы говорим здесь не только об избранных эрудитах, интеллектуальной элите, но о каждом, кто воспитывается в стенах иезуитских коллегий, поэтому гармоничность христианского понимания мира может проявляться на разных уровнях и в разных формах.

Но — повторим еще раз — целостность не означает путаницы, смешения. В процессе учебы иезуиты действуют как специалисты; эта специализация заложена в «Ratio»: и профессор, и ученик всегда должны понимать, кем они являются в данный момент: «теологами», «философами», «логиками», «математиками» или «риторами». «Разделение труда», определяемое и утверждаемое священноначалием, в принципе характерно для Общества Иисуса. Дисциплине в организации занятий соответствовало строгое разделение обязанностей между преподавателями10, не менее строгой была дифференциация научной деятельности и, разумеется, классификация наук, в которой теология, философия, «свободные искусства» отделены друг от друга11, но взаимосвязаны12.

Для перевода, который впервые знакомит читателя с текстом «Ratio» по-русски, был выбран 4-й раздел, публикующий regulae professoribus superiorum facultatum — правила для профессоров высших дисциплин. Он следует после правил для провинциалов (настоятелей иезуитских провинций), ректоров коллегий и префектов по учебе13, и является показательным как с точки зрения организации учебного процесса, так и с точки зрения содержания образования. Перевод с латинского выполнен Д. В. Шмониным по изданию 2005 г., подготовленному свящ. Клодом Паву (SJ),14 нумерация разделов и статей, данная в квадратных скобках, взята оттуда. Также учтено использовавшееся нами ранее издание свящ. Г. М. Пачтлера 1887 г.15 При сверке использовались существующие переводы на новые языки, в том числе украинский перевод 2008 г.16 Переводчик благодарит свою коллегу Г. В. Вдовину за советы и замечания.

9 Ratio Studiorum. Regulae communes omnibus professoribus superiorum faculatum. [H 4. 129, 131-135.] Regulae 1, 3-7.

10 Вспомним, вокруг чего возникает конфликт между Ф. Суаресом и Г. Васкесом в Университете Алкала-де-Энарес в 1590-е гг. Первый, желавший покоя и спокойной работы над теологическими трактатами, был вынужден читать лекции; второй, будучи ярким, харизматичным лектором, по указанию Аквавивы обязан был разбирать и готовить к изданию рукописи. И такая «специализация» была нерушима до тех пор, пока Суаресу не удалось добиться от генерала разрешения удалиться с кафедры, уступив ее Васкесу, (см.: Шмонин Д. В. В тени Ренессанса. Вторая схоластика в Испании. — СПб., 2006. С. 140-142).

11 См. недавно вышедшую работу: Савинов Р. В. Постсредневековая схоластика как вариант философской парадигмы Нового времени //Вестник Русской христианской гуманитарной академии. — 2011. — Т. 12. — Вып. 3. — С. 100.

12 Вспомним слова того же Суареса: «Невозможно стать хорошим теологом, не овладев сначала твердыми основаниями метафизики» // Suarez Fr. Disputationes metaphysicae. Ad lectorem.

13 Prefectus studiorum — должность заместителя ректора по учебной работе.

14 См. прим. 4 к настоящей статье.

15 Monumenta Germaniae Paedagogica. — Berlin, 1887. — Band V. Ratio studiorum et Institutiones scholasticae Societatis Jesu — 2.

16 Ratio Studiorum. Уклад студій Товариства Ісусового. Система єзуїтської освіти. — Львів,

2008.

ПОРЯДОК И УСТРОЕНИЕ ЗАНЯТИЙ В ОБЩЕСТВЕ ИИСУСА

Н 4 Общие правила для всех профессоров высших дисциплин

129. Цель.

1. Пусть наставник прикладывает особые усилия — и на лекциях, когда выпадает случай, и помимо них, — чтобы подвигнуть своих студентов слушаться Бога и любить Его, а также любить те добродетели, которыми нам следует Ему угождать; и чтобы все студенты стремились к этой цели.

130. Перед лекциями необходимо молиться.

2. А для того, чтобы им об этом напоминать, пусть перед началом лекции кто-либо произносит краткую молитву, предназначенную для этого, а наставник и все ученики пускай с непокрытой головой внимательно ей внемлют; или, по крайней мере пусть сам наставник непокрытой головой осенит себя крестным знамением, а тогда уже начинает.

131. Нужно способствовать набожности учеников.

3. К тому же, пусть он поддерживает учеников частой молитвой к Богу и добродетельным примером собственной жизни. Не следует опускать [повода] для наставления, кроме как накануне торжественных дней, а также когда предоставлены более длинные каникулы. Прежде всего, пусть наставляет молиться Богу, выполнять по вечерам испытание совести, часто и добросовестно прибегать к таинствам покаяния и евхаристии; ежедневно принимать участие в мессе; каждый праздничный день прослушивать проповеди; избегать вредных привычек; ненавидеть пороки; взращивать добродетели, достойные христианина.

132. Нужно подчиняться префекту.

4. Пусть он подчиняется префекту во всем, что касается учебы и школьной дисциплины; дает ему на проверку все выводы до того, как они будут представлены. Он не должен браться за изложение содержания какой-либо необычной книги или же необычного автора, ни вводить какие-либо новые обычаи в обучении или диспутах.

133. Скромность в опровержениях.

5. В тех вопросах, где можно принять позицию какой-либо стороны, нужно так защищать одну из них, чтобы скромно и благожелательно отдавать должное и другой, и тем более предыдущему профессору, если он учил чему-либо противоположному; а если можно согласовать различных авторов, то важно этим не пренебрегать. Наконец, пусть он ведет себя скромно, и упоминая авторов, и опровергая их.

134. Нужно избегать новизны взглядов.

6. Даже там, где не кроется никакой опасности для веры и набожности, пусть никто в важных вещах не вводит новых вопросов, ни единого нового взгляда, которого нет у соответствующих авторов, не посоветовавшись с теми, кто руководит; и пусть не учит чему-либо противному аксиомам Докторов, а только тому, что является общим мнением школ. Скорее все должны придерживаться самых проверенных докторов и того, что с продолжительной практикой наилучшим образом прижилось в католических академиях.

135. Стесненность в опровержении чужого и доказательстве своего.

7. Пусть не приводит ненужных, устаревших, абсурдных, откровенно неверных мыслей; а относительно других — пусть не слишком растягивает их изложение или опровержение. Пусть стремится доказывать выводы не столько числом аргументов, сколько их весомостью. Пусть не входит в чужие материи; и пусть не трактует одни из своих [материй] более пространно, чем это целесообразно, а другие — в ненадлежащем месте. Пусть не умножает возражений, а коротко излагает только наиболее значимые, да и то лишь тогда, когда их опровержение не [слишком] легко вывести из принятых положений.

136. Умеренность и точность [в ссылках] на авторитет.

8. Не следует допускать чрезмерностей в ссылках на авторитет докторов. Если же наставник для подтверждения свой мысли все-таки будет обращаться к свидетельствам выдающихся авторов, то пусть по возможности цитирует их собственные слова — однако немного и точно; а еще больше [это касается] Святого Писания, Соборов, Святых отцов. И дело чести для наставника — почти всегда обращаться только к тем авторам, которых он сам читал.

137. Про диктовку.

9. Если кто-либо может обучать так, чтобы студенты и без диктовки легко улавливали, что именно им следует записывать, желательно, чтобы он не диктовал. А если [уж] диктуют — то пусть выговаривают одним дыханием, а не делают остановку после каждого слова. В случае необходимости пусть повторяют [продиктованное] теми же словами, но не так, чтобы надиктовывать целый вопрос, а только потом — его пояснять: пусть одинаковое количество раз его по очереди диктуют и поясняют.

138. Когда отсылать учеников к авторам.

10. То, что нужно привести из тех произведений авторов, которые есть под рукой, пусть лучше поясняет, а не диктует; и пусть отсылает студентов к трудам тех авторов, которые подробно и тщательно разбирают ту или иную материю.

139. Повторение в школе.

11. После лекции он должен по крайней мере на четверть часа остаться в школе или поблизости от школы, чтобы студенты могли подойти к нему с вопросами; чтобы иногда требовать от них пересказа содержания лекции и ее повторения.

140. Повторение дома.

12. Также дома следует каждый день, кроме суббот, каникул и праздников, назначить нашим студентам определенный час для повторения и диспута; таким образом и будет нарабатываться навык, и лучше будут разъясняться встречающиеся трудности. Так что одному-двум [студентам] следует заранее напомнить, чтобы они повторяли наизусть — не дольше, чем четверть часа. Потом — опять-таки, один-два — пусть выдвигают аргументы, а столько же [студентов] пусть отвечают. Если останется время, нужно предлагать вопросы, вызывающие затруднения (с1иЫа), а чтобы это время все-таки осталось, пусть наставник строго следит за соблюдением формы спора, и если спор не приносит ничего нового, пусть его прекращает.

141. Общее повторение.

13. Под конец года нужно устраивать повторение предыдущих лекций — так, чтобы, если ничто не будет мешать, целый месяц оставался свободным не только от лекций, но и от повторений.

142. Еженедельные диспуты.

14. В субботу или другой день — в зависимости от того, как требует обычай академии, — пусть в течение двух часов будут диспуты в школе; они могут быть и более длительными там, где есть много внешних [студентов]. Когда же на какую-либо неделю выпадает два праздничных дня или один праздничный день и недельные каникулы, то в субботу следует не диспутировать, а читать; но если такое продолжается в течение трех недель, то следует вставить один диспут.

143. Ежемесячные диспуты.

15. Там, где этому не противоречит принятый в академии обычай, пусть в определенный день ежемесячно, кроме трех последних летних месяцев (а если студентов мало, то один раз в два месяца), проходят общие диспуты и до полудня, и после. Сколько будет наставников, столько пусть защищается студентов, чтобы каждый [отвечал] на вопросы каждого из наставников.

144. Кто должен возобновлять спор.

16. Пусть в диспутах по возможности принимают участие также другие профессора и доктора, даже и других факультетов. Они должны опровергать выдвигаемые аргументы, чтобы соревнование становилось живее, и не подхватывать довод, который уже был убедительно и с пользой защищен диспутантом. То же самое могут обеспечивать и внешние доктора, а потому их даже можно приглашать специально для участия в споре, если принят такой обычай.

145. Пусть дискутируют только те, кто лучше обучены.

17. Пускай публично диспутируют лишь те из студентов, кто лучше обучен; а другие пусть упражняются приватно до тех пор, пока не будут вышколены так, чтобы их посчитали достойными публичного диспута.

146. Забота о диспутах.

18. Наставник должен отдавать себе отчет, что день диспутов берет не меньше труда и приносит не меньше плодов, чем лекционный день; и что от него зависит польза от диспутов и их запал. Он должен так председательствовать на диспутах, чтобы казалось, что будто он сам спорит в каждом из соперников: пусть хвалит, когда кто-то хорошо скажет, и призывает всех к вниманию. Если сложится затруднительная ситуация, пусть кратко выскажет нечто, что либо поддержит отвечающего на аргументы, либо подскажет нужное направление тому, кто их выдвигает. Пусть не молчит подолгу, но и не говорит постоянно, чтобы ученики сами высказывали то, что знают; а уже высказанное пусть исправляет или улучшает. Пусть велит диспутанту двигаться далее, даже если затруднения нарастают; более того, ему самому надлежит эти затруднения умножать. Пусть не прощает, если кто-то, выдвигая аргументы, перескакивает [с одного аргумента] на другой. Пусть не терпит ни дальнейшего настаивания на аргументе, который практически решен, ни длительного отстаивания плохо обоснованного ответа; вместо этого, дав [соперникам] немного посоревноваться, он должен кратко определить и разъяснить вопрос в целом. Наконец, если где-то есть обычай, который мог бы сделать диспуты частыми и более живыми, его необходимо тщательно соблюдать.

147. Следует общаться со старостой.

19. Пусть наставник иногда общается с помощником или старостой, которого назначил ректор, сообщает ему про состояние всего класса и про прилежание и успехи внешних студентов. Пусть также заботится о том, чтобы староста верно и тщательно выполнял свои обязанности.

148. Успехи (развитие, продвижение) студентов.

20. Наконец, он должен по вдохновению Божьей благодати, во всем быть старательным и настойчивым, и стремиться, чтобы студенты делали успехи в лекциях и других ученых занятиях. Пусть не проявляет большей приязни к одному, чем к другому; пусть никем не пренебрегает; пусть одинаково следит за учением богатого и убогого. И отдельно заботится об успехах каждого из своих школяров.

Правила для профессора священного писания

149. Особенно [следует] придерживаться буквального смысла...

1. Он должен понимать, что прежде всего его делом является набожное, ученое и взвешенное разъяснение прямого и буквального смысла Божественного Писания, что укрепляет истинную веру в Бога и способствует утверждению добродетелей.

150...и редакции «Вульгаты».

2. Помимо прочего, для достижения этой цели нужно будет отстаивать тот перевод [Священного Писания], который утвердила Церковь.

151. Нужно обращать внимание на высказывания в Священном Писании и сравнивать их между собой.

3. А для того, чтобы уловить буквальный смысл, профессор должен обращать внимание на высказывания и обороты, свойственные Священному Писанию, и уме-

ло сравнивать между собой не только то, что предшествует месту, над которым он работает, и то, что идет за ним, но и другие места, в которых [встречается] то самое высказывание — или в том же самом, или в другом значении.

152. Еврейский и греческий тексты.

4. Для этого дела могут пригодиться примеры из греческого и еврейского текстов [Священного Писания], — но кратко и только тогда, когда потребуется согласовать какое-либо расхождение между ними и латинской редакцией Вульгаты, или когда другие языки с их идиоматическими выражениями дают большую четкость или лучший смысл.

153. Как пользоваться другими переводами.

5. Пусть он не берется опровергать ошибки других переводов, будь то новейшие латинские переводы, или арамейские и сирийские, или переводы Феодотиона, Аквилы и Симмаха, — разве что эти ошибки будут общеизвестными и очевидными. С другой стороны, пусть не упускает того, что весьма благоприятно для латинской редакции Вульгаты и для таинств нашей веры, особенно же если оно есть в переводе Семидесяти, о которых всегда следует говорить с уважением.

154. Следует защищать толкования Пап (архиереев) и Соборов.

6. Если каноны пап и соборов, особенно вселенских, признают смысл какого-либо места буквальным, следует отстаивать его всецелую буквальность и не вводить других смыслов, кроме буквального, разве что в предельно суженном толковании. Если же Папы и Соборы специально предложат некий иной смысл, чтобы подкрепить какой-либо догмат веры, то профессор должен учить, что этот смысл, будь он буквальным или мистическим, является [полностью] истинным.

155. Нужно следовать путями Отцов.

7. Он должен почтительно следовать путями святых Отцов; и если они между собой соглашаются относительно какого-либо смысла — буквального или аллегорического, а особенно когда ясно и прямо обсуждают Св.Писание или догматы, — пусть он от этого смысла не отступает. Если же они не соглашаются, то из разных толкований нужно отдать предпочтение тому, к которому, как видится, издавна и единодушно склоняется Церковь.

156. Догматы веры нужно подкреплять Священным Писанием.

8. Пусть он не отрицает, что некий догмат веры может быть обоснован Священным Писанием, если только этого не оспаривает большинство Отцов или богословов.

157. Не следует приписывать авторитет раввинам.

9. Если у еврейских раввинов будет что-либо полезное для того, чтобы применить на защиту или латинской редакции Вульгаты, или католических догматов, — пусть применяет так, чтобы не приписывать раввинам авторитет, который мог бы к ним кого-нибудь привлечь, особенно ели они писали после времен Христа Господа.

158. Не следует задавать себе труда с раввиновыми материями или ошибками.

10. В остальном не стоит труда углубляться в сказанное раввинами или даже вскрывать их ошибки, кроме самых известных; то же самое относится и к чтению некоторых христианских толкователей, которые слишком уж придерживаются раввинов.

159. Не следует слишком доверять вокализации [рипсШ].

11. И даже вокализации — изобретению раввинов — пусть не доверяет чересчур; взамен этого пусть внимательно взвесит, как прочитывал или наш переводчик, или Семьдесят толковников, или другие, когда вокализации еще не было.

160. Стремление к краткости.

12. Чтобы не замедлять движение вперед, пусть не задерживается слишком на каком-либо одном месте Писания, разве что оно действительно времени и труда; а достигнуть этого будет проще всего, если более легкие вещи просматривать бегло или вовсе их опускать.

161. Вопросы не следует трактовать схоластически.

13. К вопросам, относящимся к Св.Писанию в собственном смысле, преподаватель не должен применять схоластического метода.

162. Не следует задерживаться ни на хронологии и подобных вещах...

14. Ему не следует тратить много времени на установление различных дат, мест Св. Земли и на прочие незначительные вещи (если только этого не требует догматически значимый фрагмент Писания). Достаточно будет сослаться на авторов, которые подробно об этом пишут.

163....ни на аллегориях и моралях...

15. Пусть не опускает тех аллегорий или моралей, которые не слишком избиты, возникают как бы из самого буквального смысла и заключают в себе нечто верное и проницательное. Что касается остальных, то пусть лишь указывает, у каких Отцов их можно отыскать.

164....ни на противоречивых вопросах.

16. Найдя место, относительно которого мы или спорим с еретиками, или в богословских рассуждениях становимся по разные стороны, пусть просто его изложит, но [пусть сделает это] весомо и решительно, особенно если это место действенно против еретиков, будучи авторитетным для разрешения спорного вопроса. А все прочее пусть опускает, чтобы, помня о своих обязанностях, не выглядеть учащим чему-либо, кроме Св.Писания.

165. Новый и Ветхий Заветы по очереди.

17. Он должен в один год толковать Новый, в другой — Ветхий Завет, если только не будет решено, что лучше [делать] иначе.

166. Каждый год следует читать новую книгу.

18. Книгу, начатую в одном году, в следующем пусть не продолжает — разве что по уважительной причине. Более того, ему не следует возвращаться к толкованию той же самой книги, пока не будет разъяснена большая часть самых важных книг.

167. Повторение и домашние лекции.

19. Кроме повторения дома раз в неделю, пусть по предписанию ректора иногда собираются для чтения в трапезной.

168. Публичные лекции.

20. Иногда вместо обычной лекции следует назначать кого-либо из учеников, чтобы он подробно и аргументировано пояснял какое-либо известное место Св.Писания. Когда же он закончит, то пусть против него выдвигают аргументы один или двое его товарищей по обучению, черпая их, однако, исключительно из разных мест Св.Писания, или идиоматических выражений языков, или толкований Отцов.

Правила для профессора еврейского языка

169. Точность перевода.

1. Для него не может быть ничего важнее того, чтобы переводить изначальные слова Св. Писания с наисовершеннейшей точностью.

170. Защита Вульгаты.

2. Помимо этого, пусть прикладывает усилия к тому, чтобы защищать перевод [Св. Писания], одобренный Церковь.

171. Грамматику следует привязывать к священному тексту.

3. В начале года пусть разъяснит начала грамматики, а потом, проходя остальные правила, пусть разъясняет какую-либо из наиболее легких книг Святого Писания.

172. Прежде всего, заботиться о словах.

4. В толковании священных книг он должен работать не столько над содержанием и мыслью, сколько над значением слов и их силой, над идиомами языка, над правилами грамматики, которых следует придерживаться согласно присущим авторам обычаям.

173. Необычность этого языка следует смягчать воодушевлением.

5. Обучая, он должен так себя вести, чтобы необычность и трудность, связанные у многих с изучением этого языка, смягчались его усердием.

Правила для профессора схоластического богословия

174. Цель.

1. Он должен понимать, что его обязанность — так объединять основательность и искусность в диспутах с правой верой и набожностью, чтобы служить прежде всего вере.

175. Нужно придерживаться Святого Фомы...

2. Пусть во всем придерживаются учения Святого Фомы и принимают его как собственного учителя; и прикладывают все усилия к тому, чтобы и студенты относи-

лись к нему наилучшим образом. Однако следует понимать, что они не должны быть так уж привязаны к св. Фоме, чтобы ни в чем не отступать от него: ведь и те, которые признают себя наибольшими томистами, иногда все-таки отступают от него; а нашим [собратьям] не следует привязываться к святому Фоме теснее самих томистов.

176... за следующим исключением.

3. Относительно зачатия Пресвятой Марии и торжественных обетов следует придерживаться общего мнения, которое в данное время распространено среди богословов. Также и в чисто философских вопросах, или даже и в тех, что касаются Священного Писания или канонов, можно придерживаться других [авторов], которые подробно трактуют эти вещи.

177. В сомнительных [случаях] можно становиться на чью-либо сторону.

4. Если, бывает, обнаружится у св. Фомы неоднозначная мысль, или у католических докторов не будет единства относительно вопросов, которых он мог и не касаться, — можно будет стать на чью-либо сторону, как сказано в общих правилах в правиле пятом.

178. Забота о вере и набожности.

5. Обучая, прежде всего, нужно заботиться об укреплении веры и воспитании набожности. Поэтому в тех вопросах, которые подробно трактует св. Фома, пусть никто не учит чему-либо такому, что не слишком согласовывалось бы с мыслью Церкви и принятым [в ней] традициями или каким-либо образом ослабляло бы прочность и крепость благочестия. Сюда относится и требование не опровергать уже принятых соображений, которыми обычно обосновывают веру — лишь бы только были последовательны; и не выдумывать новых навскидку, а только [исходя] из устоявшихся, несокрушимых начал.

179. Не следует оглашать мыслей, которые обижают католиков.

6. Если известно, что какие-либо мнения глубоко обижают католиков какой-либо провинции или академии, какому бы автору они не принадлежали, пусть их там не преподает и не защищает. Потому что если нет угрозы ни для вероучения, ни для чистоты обычаев, уважительная любовь требует от наших собратьев приспосабливаться к тем, с кем они общаются.

180. Курс нужно завершать за четыре года.

7. Полный курс богословия нужно завершать за четыре года. Если будет два профессора богословия,то:

181. Распределение вопросов.

1) Первый пусть в течение первого года поясняет 43 вопроса из первой части; во второй год — материал про ангелов, а также двадцать один вопрос из первой [части] второй [части]; в третий год — от вопроса 55 или 77 до конца первой [части] второй [части]; в четвертый год — материал про веру, надежду и любовь из второй [части] второй [части].

182.

2) Второй профессор пусть в первый год поясняет вопросы про справедливость и право, а также самые важные про религию из второй [части] второй [части]; во второй

год — вопросы из третьей [части] про Воплощение, а если сможет — пусть преподает по крайней мере самое важное [из того, что есть] в общем про Св.Таинства; на третьем году — про Крещение и Евхаристию, а если сможет — то кое-что про освящение, миропомазание и елеопомазаниие (соборование), на четвертом — про покаяние и брак.

183.

3) А если будет трое профессоров богословия, то первый пусть в первый год преподает 26 вопросов из первой части; во второй — какие сможет из оставшихся глав той же части, в третий — что сможет из первой [части] второй [части] вплоть до вопроса 81; в четвертый год — оставшиеся главы первой [части] второй [части].

184.

4) Второй [пусть] в первый год [излагает] из второй [части] второй [части] спорные [вопросы] про Св. Писание, Св. Предание, Церковь, Соборы, Римского понтифика; во второй [год] — про веру, надежду и любовь; на третий [год] — вопросы о справедливости и праве, о возмещениях и ростовщичестве, и сколько сможет -о договорах; в четвертый — то, что останется о договорах, о религии и о жизненных состояниях файЬш).

185.

5) Третий [профессор пусть] в первый год [читает] вопросы о Воплощении; во второй — в общем о Св. Таинствах, о Крещении и Евхаристии, в третий [год] — о покаянии и браке; в четвертый — о церковных порицаниях (сешигае есс1е81а81кае) и о других Св. Таинствах.

186. Вопросы на каждый год следует завершать в том же году.

8. Каждый из вопросов, которые он должен пояснить, следует завершать в том же году, на который он запланирован. А если с каким-либо не успеет, то пусть целиком их пропускает, а не переносит на другой год; взамен этого пусть отсылает студентов к какому-либо определенному автору.

187. От каких вопросов [следует] воздерживаться.

9. А для того, чтобы легче продвигаться в схоластическом богословии, преподавателям целесообразно по возможности воздерживаться от вопросов относительно предметов определенного рода. Прежде всего, имеются в виду следующие четыре рода вопросов;

188....от свойственных для Св.Писания;

1) Один из этих родов охватывает вопросы или комментарии, относящиеся собственно к Св.Писанию: их нужно предоставить толкователям Писания.

189...от спорных;

2) Второй род вопросов касается споров с еретиками. Каждый раз, когда они будут встречаться в частях [Суммы] св. Фомы, пусть преподаватель, рассматривая их, придерживается лучше схоластического, чем исторического метода, и считает два-три обоснования достаточным подкреплением для каждого вывода, и приблизительно столько же — [достаточным] опровержением для основных еретических поклепов (са-

кппшая). Что же касается каждого из них в отдельности, пусть будет указан какой-либо автор, откуда тот, кто захочет, мог бы почерпнуть и остальные [обоснования].

190.... от философских;

3) К третьему роду принадлежат философские предметы. Не следует их специально рассматривать или обсуждать; вместо этого лучше пояснить их своими или чужими словами.

191.... от казусов сомнения.

4) К четвертому роду принадлежат казусы совести. Здесь нужно опускать тонкое и подробное пояснение казусов, удовлетворяясь теми общими принципами морали, которые обычно обговаривают богословски.

192. Не следует повторяться.

10. Если у св. Фома один сложный предмет растягивается на несколько параграфов, да еще принадлежащих к разным Вопросам, то во избежание повтора в двух местах одного и того же он [,профессор,] может либо свести эти параграфы до одного обсуждения, либо, если предмет не требует продолжительного пояснения, — до сжатого изложения (это будет четко указано в перечне вопросов, приложенном к этим правилам)17; лишь бы только ни в одном из параграфов он не опускал того, что требует внимания.

193. Каким образом пояснять параграфы св. Фомы.

11. Простые параграфы пусть просматривает бегло, а именно: прочитав сначала заголовок, пусть или кратко укажет на вывод св. Фомы, или скажет, какой ответ — положительный или отрицательный — дает св. Фома. В более сложных случаях пусть поступает таким образом и в таком порядке: сначала следует пояснить заголовок, если в нем есть что-то непонятное; далее изложить различения (если они имеются), из членов которых вытекают выводы; далее -представить основной вывод св. Фомы, а сразу за ним другие [выводы]. К каждому выводу — разве что он будет очевидным — следует приложить некое обоснование и так его пояснить, чтобы студенты поняли: в различиях и рассуждениях св. Фомы больше силы, чем порой может показаться на первый взгляд.

194. Не следует излагать пространные рассуждения.

12. Пояснив какой-либо параграф, в случае необходимости пусть излагает и [целый] вопрос, но не [вдаваясь] в пространные рассуждения — разве что в предметах, которых нет у св. Фомы, или которые, хотя они у него имеются, полезнее пояснять в сжатом изложении.

17 Речь идет о «Перечне некоторых вопросов [св. Фомы Аквината]», который в тексте «Ratio» помещается между «Правилами для профессора схоластического богословия» и «Правилами для профессора философии». Поскольку Аквинат был провозглашен официальным авторитетом Общества Иисуса, адаптация его текстов к теологическому образованию являлась деликатной темой. В период подготовки «Ratio» эта тема вызвала серьезные дискуссии. Подробнее об этом см.: Шмо-нин Д. В. Regulae professoribus, или Как иезуиты учили философии // Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2009. Т. 10. Вып. 4. С. 84-99. В данной публикации «Catalogue Aliquod Quaestionum» опущен, чтобы не разрывать текста «Правил».

195. Следует либо защищать св. Фому, либо пропускать вопросы.

13. Недостаточно приводить мнения докторов, а свое замалчивать; но следует, как было сказано, либо защищать позицию св. Фомы, либо опустить сам вопрос.

196. Ежемесячные диспуты.

14. На ежемесячных диспутах, где следует защищаться стольким [учащимся], сколько было наставников, пусть обычно трое спорят до полудня, и столько же — пополудни. Любой может выступать против каждого из тех, кто защищается; к тому же, если не будет препятствий, пусть после обеда вторым отвечает тот, кто утром отвечал первым.

Правила для профессора философии

207. Цель.

1. Поскольку естественные науки развивают способности к теологии, служат ее совершенному познанию и применению, да и сами по себе способствуют [достижению] той же самой цели [что и теология], то пусть наставник так их трактует — с надлежащим старанием и во всем искренне ища славы и чести для Бога, — чтобы приготовить своих студентов, в наибольшей мере наших18, к теологии и как можно сильнее побудить их к познанию своего Творца.

208. нужно идти за Аристотелем — но до определенной степени.

2. Во [всех] сколько-нибудь важных вещах пусть не отступает от Аристотеля — разве что встретилось бы что-то чуждое тому учению, которое всюду одобряют академии, а тем более если бы оно противоречило ортодоксальной вере. Так что пусть он, согласно требованию Латеранского собора19, отважно старается опровергнуть [все] аргументы против нее — как аристотелевские, так и других философов.

209. Авторы, которые навредили христианской вере.

3. Толкователей Аристотеля, которые навредили христианской вере, пусть читает и излагает в школе очень избирательно; и пусть следит, чтобы ученики к ним не приохотились.

210. Аверроэс.

4. Поэтому пусть не излагает заблуждений Аверроэса особо и подробно (равно как и прочих подобных [толкователей]); если же нужно привести что-либо дельное из его [мыслей], пусть делает это без похвалы и по возможности покажет, что Аверроэс позаимствовал это где-либо еще.

211. Не склоняться ни к одной секте.

5. Пусть не приписывает ни себя, ни своих [учеников] ни к одной секте, например, к аверроистам, александрийцам и другим; пусть не скрывает ошибок

18 Имеются в виду ученики, готовящиеся ко вступлению в Общество.

19 Имеется в виду Пятый Латеранский собор 1513 г., внесший запрещение учить тому, что противоречит принятым истинам веры.

Аверроэса, Александра20 и прочих, а, указывая на них, еще больше подрывает их авторитет.

212. Св.Фома.

6. О св. Фоме, наоборот, нужно говорить только с почтением, и каждый раз, когда будет уместно, с дорогой душой идти за ним; а если [у св. Фомы будет найдено] что-либо менее подходящее, то отступать от него с уважением и грустью.

213. Не менее чем трехлетний курс философии.

7. Всю философию пусть читает не менее чем три года, по 2 часа каждый день: один час до полудня, один пополудни, — разве что в каком-либо университете будет установлено иначе.

214. Когда завершать курс.

8. А поэтому никогда не следует завершать курс ранее, чем настанут или будут уже очень близко каникулы, которые обычно назначаются в конце года.

215. Что преподавать, а что опускать на первом году.

9.1. На первом году пусть излагает логику, перед этим в течение около двух месяцев преподав ее основы, — не столько диктуя, сколько поясняя то, что будет казаться необходимым, из Толедо или Фонсеки.

216.

9.2. Во введении в логику пусть лишь обговорит, является ли она наукой и каков ее предмет, и кое-что о вторых интенциях; полное обсуждение универсалий пусть отнесет к метафизике, тут удовлетворившись лишь изложением общих сведений о них.

20 Существуют разночтения относительно того, какой именно Александр здесь имеется в виду. Клод Паву однозначно указывает на Александра Гэльского (The Ratio Studiorum. The Official Plan for Jesuit Education. — P. 100. Note 126) как одного из «титульных» (наряду с Иоанном Дунсом Скотом) францисканских авторов. Той же точки зрения придерживаются и переводчики «Ratio» на украинский язык: «Александрийцы: философская школа, основанная Александром Гэльским (ум. 1245), францисканским богословом и философом, который первым сделал попытку систематического изложения христианского учения в свете определенных, недавно открытых трудов Аристотеля» (Ratio Studiorum. Уклад студій Товариства Ісусового. Система єзуїтської освіти. С. 124. Примітка 91.). За этим мнением некритически последовали и мы, в т.ч. в только что вышедшей статье в «Вопросах философии» (Шмонин Д. В. Схоластика как философия образования // Вопросы философии. — 2011. — № 10. — С. 152). Однако при внимательном рассмотрении (за привлечение внимания к этому моменту мы благодарны Р. В. Савинову) более основательным нам показалось другое мнение, согласно которому, речь идет о так называемых «александристах» XVI в., представителях секулярного аристотелизма (П. Помпонацци, А. Нифо). Последние считали себя сторонниками Александра Афродизийского (конец II — начало III в.), в отличие от «аверроистов», с которыми у них были расхождения по ряду тем, в том числе по вопросу о бессмертии души. Если принять такую точку зрения, то становится понятно, почему в «Ratio» «секты» «аверроистов» и «александрийцев» разбираются вместе. Взятые для подтверждения тексты конца XVI в. — «О душе» Суареса и «Комментарии к Сумме теологии» Баньеса — показали, что, хотя и выдающийся иезуит, и знаменитый доминиканец, оппонент иезуитов, ссылаются и на Александра Гэльского, более частые ссылки относятся к Александру Афродизийскому, Помпонацци, Нифо, причем эти ссылки касаются метафизики и учения о душе, в то время как редкие упоминания Александра Гэльсского касаются богословских вопросов.

217.

9.3. Также и о категориях пусть излагает самое простое, чего преимущественно касается Аристотель, а остальное — отложит до следующего года; однако об аналогии и отношениях, поскольку они наиболее часто встречаются в диспутах, пусть будет достаточно сказано еще в [курсе] логики.

218.

9.4. Вторую книгу Об истолковании и обе [книги] Первой [аналитики], кроме первых восьми — девяти глав первой [книги], пусть дает бегло, в сжатом изложении. Однако относящиеся сюда вопросы пусть пояснит, причем то, что относится к случайным событиям (сопи^епйа),- наиболее кратко, не затрагивая свободы выбора.

219.

9.5. Для того, чтобы весь второй год посвятить физическим темам, в конце первого года нужно обсудить классификацию наук; туда же приложить большую часть вступления к Физике, а именно: разделение наук, виды абстракций, членение науки на умозрительную и практическую, иерархию наук, а также различия в методе между физическими и математическими [науками] (об этом см. — Аристотель у 2 кн [иге] Физики); наконец — то, что сказано об определениях во 2 кн [иге] О душе.

220.

9.6. Что касается логических ошибок, которые рассматриваются в Топике и Софистических опровержениях, то их лучше поставить в удобном порядке и пояснять обобщенно — в самом начале [курса] логики.

221. Что — во второй [год].

10.1. Во второй год пусть поясняет восемь книг Физики, книги О небе и первую [книгу] О возникновении и уничтожении. Из восьми книг Физики в сжатом изложении подавать текст шестой и седьмой, а также ту часть первой [книги], где идет речь о мнениях древних. В восьмой книге ничуть не распространяться ни о числе интеллигенций, ни о свободе, ни о бесконечности перводвигателя: это следует обсудить в метафизике и только согласно учению Аристотеля.

222.

10.2. Тексты второй, третий, четвертый [трактата] О небе пройти бегло, а большую часть его — [вообще] опустить. В этих книгах трактовать только (неисчисляемые) вопросы об элементах, о небе же — лишь постольку, поскольку будет речь о его субстанции и влияниях; остальное предоставить профессору математики или изложить кратко.

223.

10.3. Что касается Метеорологики, то ее [следует] бегло пересказать в летние месяцы в последний пополуденный школьный час; это следует делать или ординарному профессору — если сможет, — или экстраординарному, разве что покажется целесообразным сделать иначе.

224. Что на третий год.

11.1. На третьем году пусть поясняет вторую [книгу] О возникновении и уничтожении, книги О душе и Метафизику. В первой книге О душе пусть бегло подытожит мысли древних философов; в другой, изложив относящееся к чувствам, пусть не отклоняется в анатомию и другие медицинские [предметы].

225.

11.2. В Метафизике опускать вопросы о Боге и об интеллигенциях, поскольку они или целиком, или в большой мере зависят от истин, данных в Божественной вере. Пролог, а также текст 7 и 12 книг, следует тщательно пояснить; из других книг — выбрать ниболее важные тексты, являющиеся основой для вопросов, которые принадлежат к метафизике.

226. Придавать текстам Аристотеля наибольшую весомость.

12. Пусть преподаватель изо всех сил старается хорошо толковать аристотелевские тексты и прикладывает к этому не меньшие усилий, чем к вопросам21. Также пусть убеждает студентов, что, если они не поймут их важности, их философия окажется полностью искалеченной и неполноценной.

227. Какие тексты толковать прежде всего и каким образом.

13. Каждый раз, как придется иметь дело с общеизвестными текстами, на которые принято ссылаться в диспутах, пусть их тщательно взвесит, сопоставив между собой несколько самых известных толкований, чтобы можно было понять, чему и перед чем давать преимущество, — понять или из оснований и выводов, или из значения греческих выражений, или из обозрения других мест, или из авторитета известных комментаторов, или, наконец, из веса доказательств. Только тогда он может перейти к различным спорным вопросам; чрезмерно их не выискивать, но и тех, которые чем-либо важны, не опускать.

228. Выбор и порядок вопросов.

14. Также ему следует иметь большой выбор вопросов. Среди них есть такие, что вытекают не из самих размышлений Аристотеля, но по случаю, из какого-то утверждения, которым тот мимоходом воспользовался в обсуждении; и если им отведено отдельное место в других книгах, то и отложить их следует до [рассмотрения] тех [книг]; если же нет, то следует пояснять их сразу после того текста, где они встретились.

229. Какие вопросы следует вплетать между текстами.

15. Те вопросы, которые сами по себе касаются материй, над которыми размышляет Аристотель, не следует трактовать до тех пор, пока не будут пояснены все тексты, касающиеся предложенного вывода по предмету; но только тогда, когда этих текстов не больше, чем можно изложить за одну — две лекции. Если же они растянутся на большее — например, как [вопросы] о началах, причинах, движении, — то не следует ни давать им подробной трактовки, ни ставить общую совокупность аристотелевских

21 Текст Аристотеля становится не менее важным предметом сам по себе; не только как объект, но как предмет.

текстов перед вопросами, а вместо этого сочетать одно с другим, чтобы после определенной серии текстов были вплетены вопросы, которые вытекают из нее.

230. Повторение в школе.

16. После завершения лекций пусть некоторые [студенты] в течение получаса повторяют между собой услышанное, [собираясь] примерно по десять [человек]; а во главе каждой десятки по возможности ставится кто-либо из соучеников Общества.

231. Ежемесячные диспуты.

17. В ежемесячных диспутах должны спорить не менее трех [студентов] утром и столько же после обеда; первый [из студентов] — час, остальные — примерно по три четверти часа. Утром пусть в первую очередь диспутирует какой-нибудь богослов (если будет достаточно богословов) против метафизика, против физика — метафизик, против логика — физик; а после обеда — метафизик с метафизиком, физик с физиком, логик с логиком. Также утром метафизик, а после обеда — физик пусть сжато и по-философски обоснуют один-два вывода.

232. Сколько диспутировать во время итогового [изложения].

18. В то время, когда наставник преподает основы логики, на такие диспуты ни он, ни его студенты пусть не ходят. Также первые неделю-другую логики пусть совсем не диспутируют, а по большей мере удовлетворяются только пояснениями предмета; а уже после того могут в субботу защищать в своем классе какие-либо положения.

233. Торжественные диспуты.

19. Там, где есть только один преподаватель философии, пусть он три или четыре раза в год, в праздничные дни или на выходные, устраивает торжественные диспуты; причем с блеском и парадностью, пригласив к спору монахов и других докторов, чтобы это дело добавляло нашим занятиям плодотворного пыла.

234. Формальные требования в диспуте.

20. От самых начал логики юношей следует так наставлять, чтобы для них не было большего позора в диспуте, чем отступить от формальных требований; пусть наставник ничего не требует от них так строго, как [соблюдения] законов диспута и установленной очередности. Так что пусть отвечающий сначала повторит всю аргументацию, не отвечая на выдвинутые тезисы по отдельности; затем пусть повторит тезисы, добавляя: «Возражаю (соглашаюсь) относительно большей [посылки], меньшего вывода»; кое-где пусть проводит и различения, но доказательства и декларативные заявления пусть высказывает редко, особенно тем, кто к ним равнодушен.

Правила для профессоров моральной философии

235. Обязанности.

1. Он должен сознавать, что его задача — не вдаваться в богословские вопросы, а, продвигаясь по тексту, сжато, учено и весомо пояснять важнейшие главы моральной науки, содержащиеся в десяти книгах аристотелевской Этики.

236. Время лекций.

2. Там, где профессор курса философии обычно не читает этики, пусть тот, кто преподает этику, излагает самые важные вопросы этой науки метафизикам — по три четверти [часа] или по получасу ежедневно.

237. Повторение.

3. На повторение этики следует отводить, по крайней мере, пятнадцать дней, в тот период времени, который установит ректор, — даже если из-за этого придется пропустить одно повторение метафизики.

238. Выводы.

4. Устраивая диспуты — или ежемесячные в школе, или приватные дома, — пусть студенты метафизики всегда добавляют к выводам какое-либо утверждение из этики, против которого в течение четверти часа будет диспутировать тот метафизик, который выдвигает аргументы.

Правила для профессора математики

239. Когда, кому и каких авторов пояснять.

1. Студентам-физикам [профессор математики] пусть по три четверти часа поясняет в школе Начала Эвклида, а после того, как они за два месяца уже несколько набьют на этом руку, пусть прибавляет что-либо из географии, или из Сферы, или из чего-либо другого, что обычно охотно слушают, или в один день, или через день с Эвклидом.

240. Задачи.

2. Пусть он позаботится, чтобы каждый месяц или по крайней мере через месяц на большом собрании студентов философии и богословия решали какую-либо трудную задачу, а затем, если кажется целесообразным, чтобы вступали в спор.

241. Повторения.

3. Раз в месяц, преимущественно в субботу, следует вместо лекции публично повторять самое важное из того, что было разъяснено в этом месяце.