Допрос несовершеннолетнего подозреваемого (обвиняемого): сравнительный анализ упк РСФСР 1960 г. И упк РФ 2001 г

ДОПРОС НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНЕГО ПОДОЗРЕВАЕМОГО (ОБВИНЯЕМОГО): СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ УПК РСФСР 1960 г. И УПК РФ 2001 г.

С. В. Тетюев, кандидат юридических наук, ассистент кафедры уголов-

ного процесса и криминалистики ЮУрГУ

Несмотря на то, что УПК РФ действует уже почти пять лет, его до сих пор продолжают сравнивать с УПК РСФСР 1960 г., которому он пришел на смену. При этом в одних случаях он подвергается жесткой критике, в других - отмечается его прогрессивный и демократичный характер. Различная оценка тех или иных положений УПК РФ во многом зависит от позиций, занимаемых теоретиками и практиками (субъектами оценки), их взглядов и убеждений.

Нельзя сказать, что производство по уголовным делам несовершеннолетних претерпело серьезные изменения (по сравнению с УПК РСФСР). Вместе с тем в УПК РФ были закреплены новые дополнительные процессуальные гарантии для лиц, не достигших возраста 18 лет к моменту совершения преступления, а также улучшена правовая регламентация ранее закрепленных гарантий. В частности речь идет о предмете доказывания по делам несовершеннолетних, порядке допроса несовершеннолетнего подозреваемого (обвиняемого), статусе его законного представителя, основаниях и условиях прекращения производства по делу или уголовного преследования в отношении несовершеннолетнего и т.д.

В рамках настоящей статьи остановимся на анализе изменений, произошедших в правовом регулировании особенностей допроса несовершеннолетнего подозреваемого (обвиняемого).

Как известно, допрос - одно из самых распространенных следственных действий, которое является способом собирания такого доказательства, как показания. Средством их закрепления могут быть наряду с протоколом допроса различные приложения к протоколу (собственноручная запись показаний, аудио-или видеопленка и т.д.). Задачей лица, производящего допрос несовершеннолетнего правонарушителя, является получение от него достоверных показаний при максимальном соблюдении прав и законных интересов допрашиваемого. С этой целью УПК РФ устанавливает порядок допроса несовершеннолетнего

подозреваемого (обвиняемого), отличный от порядка допроса взрослого.

Порядок вызова несовершеннолетнего на допрос почти не изменился. В соответствии со ст. 424 УПК РФ вызов несовершеннолетнего подозреваемого (обвиняемого), не находящегося под стражей, к прокурору, следователю, дознавателю или в суд производится через его законных представителей, а если несовершеннолетний содержится в специализированном учреждении для несовершеннолетних

- через администрацию этого учреждения.

Повестка должна быть адресована законному представителю (их перечень установлен п. 12 ст. 5 УПК РФ) или администрации специального учреждения, в котором находится несовершеннолетний. Она вручается по общим правилам, предусмотренным ст. 188 УПК РФ: под расписку либо передается с помощью средств связи, а в случае временного отсутствия лица, которому адресована повестка, - совершеннолетнему члену его семьи либо передается администрации по месту его работы или по поручению следователя иным лицам и организациям, которые обязаны передать повестку данному лицу. В повестке должна быть указана обязанность законного представителя (администрации учреждения) обеспечить явку несовершеннолетнего.

Несовершеннолетний, содержащийся под стражей, вызывается на допрос через администрацию места содержания под стражей (ч. 3 ст. 172 УПК РФ).

Следует отметить, что УПК РФ более категоричен при определении порядка вызова несовершеннолетнего на допрос, чем УПК РСФСР, который допускал иной порядок вызова, когда это вызывается обстоятельствами дела (ч. 1 ст. 395). По справедливому замечанию А.Н. Попова, использование такого оценочного предписания вряд ли ориентировало следственную практику на единообразное понимание закона1. Очевидно, что под иным порядком подразумевался общий порядок вызова, хотя непосредственного указания на это УПК РСФСР не содержал. В качестве основа-

ний для применения общего порядка вызова несовершеннолетнего на допрос рассматривались те ситуации, когда у подозреваемого, обвиняемого родители отсутствовали или характеризовались отрицательно либо вызов несовершеннолетнего к следователю и в суд через законных представителей мог идти в ущерб интересам расследования дела, самого несовершеннолетнего2. Кроме того на практике положения ст. 395 УПК РСФСР не применялись, если была необходима немедленная явка несовершеннолетнего, в силу чего он вызывался через посыльного, телефонограммой по месту учебы, работы и т.д.

Статья 424 УПК РФ при всей своей категоричности не учитывает вышеуказанные случаи, при которых целесообразен общий порядок вызова (ст. 188 УПК РФ). Но это не значит, что он не может применяться. Вместе с тем необходимо помнить, что отступление от специальных правил допустимо, если это вызывается объективной необходимостью и не связано со злоупотреблением нормами права. Ведь вызов несовершеннолетнего правонарушителя через законных представителей, на первом месте среди которых стоят родители, - это важная процессуальная гарантия и для несовершеннолетнего, и для ответственных за его воспитание родителей. Таким образом они ставятся в известность о дне проведения допроса. Согласно УПК РФ с момента первого допроса несовершеннолетнего в качестве подозреваемого или обвиняемого законный представитель должен быть допущен к участию в уголовном судопроизводстве (ч. 1 ст. 426), а его участие является одной из форм реализации принципа обеспечения несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому права на защиту (ст. 16).

УПК РФ впервые определил продолжительность допроса. Согласно ст. 187 допрос не может длиться непрерывно более четырех часов. Продолжение допроса допускается после перерыва не менее чем на один час для отдыха и принятия пищи, причем общая продолжительность допроса в течение дня не должна превышать восьми часов. При наличии медицинских показаний продолжительность допроса устанавливается на основании заключения врача.

Для несовершеннолетних подозреваемых, обвиняемых продолжительность допроса сокращается вдвое. Их допрос не может длиться без перерыва более двух часов, а в общей сложности более четырех часов в день

(ч. 1 ст. 425 УПК РФ). Сама по себе идея нормативного ограничения продолжительности допроса несовершеннолетнего заслуживает всяческой поддержки, так как имеет целью уменьшить возможные злоупотребления на практике, когда допросы могли проводиться неограниченно долго. В то же время вызывает неоднозначную оценку очерченные законодателем границы производства допроса несовершеннолетнего. Так, одни авторы считают совершенно необоснованным ограничение продолжительности допросов в течение одного дня четырьмя часами, для психологической разрядки вполне достаточно перерывов между допросами3.

Иной подход у психологов и криминалистов, которые отмечают, что с учетом фактора быстрой утомляемости подростков допросы с их участием не должны длиться более одного часа4. По мнению Э.Б. Мельниковой и Т.Н. Ветровой, закон должен определять длительность допроса для разных возрастов5.

Действительно, если принять во внимание возрастные особенности несовершеннолетних (физиологические, психологические, социальные и т.д.), то норму УПК РФ о продолжительности их допроса целесообразно сформулировать по-другому: либо ограничить время допроса несовершеннолетнего (с учетом мнения психологов), либо закрепить (как это сделано, например, в Казахстане), что в случаях явного утомления несовершеннолетнего допрос должен быть прерван и до истечения времени, отведенного законом на проведение данного следственного действия (ч. 2 ст. 485 УПК Республики Казахстан 1997 г.). Да и педагог (психолог), участвующий в этом следственном действии, благодаря своим познаниям и опыту работы может по состоянию подростка констатировать наличие утомления, порекомендовать следователю оптимальную продолжительность допроса, способы переключения внимания несовершеннолетнего и т.д.

Некоторые изменения произошли в нормативной регламентации участия педагога в допросе несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, а часть вопросов так и осталась законодательно неразрешенной.

УПК РСФСР предусматривал только факультативное участие педагога в уголовном судопроизводстве, поскольку в соответствии со ст. 397 педагог мог стать участником допроса несовершеннолетнего обвиняемого по усмотрению следователя или прокурора либо по ходатайству защитника. При этом в законе

Тетюев С.В.

шла речь о возможности участия педагога в допросе несовершеннолетнего, не достигшего 16-летнего возраста, а также достигшего этого возраста, если он признан умственно отсталым. Про допрос подозреваемого в ст. 397 УПК РСФСР ничего не говорилось, хотя на практике эту норму толковали расширительно.

В отличие от УЖ РСФСР, УПК РФ закрепил три случая, когда участие педагога обязательно:

- если подозреваемый, обвиняемый не достиг возраста 16 лет;

- если подозреваемый, обвиняемый достиг возраста 16 лет, но страдает психическим расстройством;

- если подозреваемый, обвиняемый достиг возраста 16 лет, но отстает в психическом развитии (ч. 3 ст. 425).

В остальных случаях педагог может быть привлечен к участию в допросе несовершеннолетнего по инициативе допрашивающего лица или по ходатайству иного участника уголовного судопроизводства в соответствии сост. 168 УПК РФ.

Не смотря на это, мы присоединяемся к мнению тех авторов, которые предлагают закрепить в законе обязательный вызов педагога до достижения допрашиваемым 18-летия, так как и этот возраст еще не означает полного исчезновения тех особых черт характера и психологии, которые присущи юношескому возрасту6. Как справедливо отметил В.К. Комаров, ограничения относительно участия педагога в допросе несовершеннолетних не достаточно научно обоснованны и, в интересах расследования, практически должны рассматриваться несколько условно. Поэтому положение закона об участии педагога при допросе должно быть распространено на несовершеннолетних более старших возрастных групп, независимо от их процессуального положения7.

УПК РФ предусмотрел возможность участия в допросе несовершеннолетнего подозреваемого (обвиняемого) не только педагога, но и психолога. Ученые давно дискутировали по вопросу, является ли целесообразным участие в производстве по уголовному делу несовершеннолетнего только педагога. В юридической литературе высказывались предложения, что это может быть и психолог, специализирующийся в области детской психологии, либо иные лица, которые по долгу своей службы связаны с детьми (врач, тренер спортивной школы и т.п.). О.Х. Галимов при

обсуждении проектов УПК выступал за замену термина «педагог» на термин «специалист в области возрастной педагогики и психологии»8. По мнению И.А. Макаренко, в законе следует предусмотреть возможность участия в допросе несовершеннолетнего правонарушителя педагога и/или специалиста в области подростковой и юношеской психологии9. И. Склярский и А. Экмекчи еще в 70-х гг. прошлого века отмечали, что необходимо значительно шире ставить вопрос о привлечении психологов к участию в расследовании и рассмотрении уголовных дел по обвинению несовершеннолетних10. Э.Б. Мельникова полагает, что более полезным при допросе несовершеннолетнего будут специальные познания не педагога, а психолога или врача-психотерапевта, так как суждения только по чисто педагогическим вопросам в процессе важны очень редко. Оценка же признаков личности осуществляется судом именно на базе данных психологии11. Следовательно, новелла УПК РФ о возможности участия в допросе несовершеннолетнего психолога заслуживает положительной оценки.

До сих пор законодательно не определено, кто может выступать в уголовном процессе в качестве педагога (а теперь еще и психолога). Например, с точки зрения Л.Б. Обиди-ной, педагог - это сведущее лицо, имеющее педагогическое образование и работающее в учебном заведении; наличие такого образования предполагает специальные познания лица в области педагогики, детской и юношеской психологии12. В науке существует мнение и о том, что далеко не всякий педагог может разобраться в психологии несовершеннолетнего того или иного возраста, в силу чего в зависимости от конкретных обстоятельств нередко возникает необходимость приглашать для участия в допросе несовершеннолетнего не только педагогов по профессии и образованию, но и руководителей подростковых кружков, клубов и т.д. Поэтому целесообразно само понятие «педагог» в уголовном процессе толковать более широко, чем это принято13.

Представляется, что к педагогу как участнику уголовного судопроизводства целесообразно предъявлять такие требования, как наличие специального (педагогического) образования (средне-специального или высшего); опыт работы с подростками соответствующей возрастной группы не менее трех лет; соответствие педагога полу допрашиваемого несовершеннолетнего.

На наш взгляд, участие в допросе педагога, отвечающего этим требованиям, является наиболее желательным. Вместе с тем в некоторых случаях в качестве педагога можно приглашать лиц, имеющих только опыт практической работы с подрастающим поколением (например, руководителя кружка, дворового клуба, тренера, учителей, не получивших педагогического образования), поскольку решающее значение должны иметь опыт работы и вытекающее из него умение найти подход к ребенку, установить с ним психологический контакт, расположить к даче показаний. Немаловажным является характер отношений между педагогом и несовершеннолетним.

В процессуальной литературе к психологу предъявляются более жесткие требования. Так, Ю.П. Михальчук полагает, что психолог - это лицо, имеющее высшее психологическое образование, со специализацией в области детской, подростковой, юношеской психологии и имеющее стаж работы по специальности не менее пяти лет14. Возможно, это связано с тем, что, по мнению указанного автора, при допросе несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого необходимо отдавать приоритет психологу, поскольку совершение подростком противоправного деяния говорит о психологическом отклонении в его развитии, поэтому участие педагога здесь будет нецелесообразным, и его можно приглашать на допрос только в порядке исключения - в случае невозможности обеспечения участия психолога15. А. Экмекчи так же считает, что при допросах несовершеннолетних более полезным будет участие психолога, чем педагога, поскольку от педагога нельзя требовать досконального знания психологических особенностей, умелой ориентировки в сложных психологических проблемах, возникающих при расследовании дел несовершеннолетних16.

Поддерживая сказанное выше по поводу значения участия психолога в допросе несовершеннолетнего, согласимся с А.В. Хар-чиковым, считающим, что целесообразно предоставить следователю альтернативу в выборе между специалистами в области детской и юношеской психологии, иным психологом либо педагогом, а при необходимости возможность пользоваться помощью сразу нескольких специалистов17. При этом следует помнить, что следователь должен принимать все решения только в интересах несовершеннолетних.

УПК РФ более подробно, чем УПК РСФСР, урегулировал процессуальное положение законных представителей несовершеннолетних подозреваемых, обвиняемых. Если раньше официально они могли стать участниками уголовного судопроизводства с момента ознакомления несовершеннолетнего обвиняемого с материалами дела (ст. 398 УПК РСФСР), то сегодня их участие обязательно с момента первого допроса несовершеннолетнего в качестве подозреваемого или обвиняемого (ч. 1 ст. 426 УПК РФ). Это означает, что в период действия УПК РСФСР законный представитель не имел возможности участвовать в допросе несовершеннолетнего правонарушителя. Соответственно УПК РФ наделяет его таким правом (п. 3 ч. 2 ст. 426). Тем не менее часть исследователей считает участие родителей в допросе несовершеннолетнего не всегда желательным, а часть - неже-

18

лательным во всех случаях .

Как показывала правоприменительная практика до принятия УПК РФ, вопреки закону родители иногда участвовали в допросах. В их присутствии подросток терялся, испытывал стыд, страх; нередко они пытались помешать ходу следствия своим влиянием на допрашиваемого19. Следует также иметь в виду, что присутствие родителей может отвлекать несовершеннолетнего от задаваемых вопросов, заставляет его следить за реакцией родителей и отвечать на вопросы в зависимости от нее. Кроме того не все родители пользуются авторитетом у своего ребенка-правонарушителя (например, не принимают участия в его воспитании, злоупотребляют спиртными напитками, не работают), нередко ведут аморальный образ жизни. Думается, что участие таких законных представителей в допросе несовершеннолетнего лишено всякого смысла.

Поэтому, на наш взгляд, законодателю следовало предусмотреть возможность участия законных представителей в допросе несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого с разрешения следователя (исходя из обстоятельств дела), как это сделано в отношении иных следственных действий, поскольку участие родителей в допросе может негативно повлиять на процесс получения показаний вообще и достоверных в частности. Значит, п. 3 ч. 2 ст. 426 УПК РФ необходимо изложить следующим образом: «Законный представитель вправе... с разрешения следователя участвовать в следственных действиях,

Тетюев С.В.

производимых с участием несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого...».

Итак, сравнительно-правовой анализ УПК РСФСР и УПК РФ в части регламентации особенностей допроса несовершеннолетнего подозреваемого (обвиняемого) показал, что соответствующие нормы УПК РФ целесообразно изменить или дополнить с учетом вышеизложенного.

1 Попов А. Некоторые проблемы законодательного закрепления гарантий прав несовершеннолетних подозреваемых, обвиняемых в новом УПК РФ от 22 ноября 2001 г. // Правозащитник. - 2002. - № 4. - С. 43.

2 Там же. - С. 43-44.

3 Там же. - С. 44.

4 См., например: Еникеев М.И. Общая и юридическая психология. - М., 1996. - Ч. 2. - С. 349; Криминалистика: учебник / под ред. Р.С. Белкина. - М., 2000. - С. 75.

5 Мельникова Э., Ветрова Г. Российская модель ювенальной юстиции (теоретическая концепция) // Правозащитник. - 1996. - № 1. - С. 38.

6 См., например: Нека Л.И. К вопросу о регулировании в УПК РФ особенностей производства по делам несовершеннолетних // Материалы Межд. научн.-практ. конференции, посвященной принятию нового Уголовнопроцессуального кодекса РФ (МГЮА). - М., 2002. -С. 22; Экмекчи А. О судебно-психологической экспертизе // Советская юстиция. - 1968. - № 6. - С. 11.

7 Комаров В.К. Психологические и тактические особенности расследования преступлений несовершеннолетних: дис. ... канд. юрид. наук. - Свердловск, 1972. -С. 126.

8 Галимов О.Х. Малолетние лица в уголовном судопроизводстве. - М., 2001.-С. 137, 138.

9 См. подробнее: Макаренко И.А. Тактика допроса несовершеннолетнего обвиняемого: монография. - Уфа, 2001.-С. 68, 69.

10 Склярский И., Экмекчи А Защита несовершеннолетних по уголовным делам // Советская юстиция. - 1975. -№6.-С. 19.

11 Мельникова Э.Б. Ювенальная юстиция: проблемы уголовного права, уголовного процесса и криминологии: учебное пособие. - М., 2000. - С. 96.

12 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР / отв. ред. В.И. Радченко; под ред. В.Т. Томина. -М., 2001.

13 Флоря Д.Ф. Проблемы получения показаний несовершеннолетних на предварительном следствии // Фундаментальные и прикладные проблемы управления расследованием преступлений. - М., 2005. - Ч. 1. - С. 80.

14 Михальчук Ю.П.' Основные уголовно-процессуальные и криминалистические аспекты допроса несовершеннолетнего обвиняемого на предварительном следствии: учебное пособие. - Краснодар, 2004. - С. 40.

15 Там же.

16 Экмекчи А. О судебно-психологической экспертизе. -С. И.

17 Харчиков А.В. Проблемы получения и оценки показаний несовершеннолетних на предварительном следствии: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 1996. -С. 15, 16.

18 См., например: Криминалистика: учебник / под ред. Р.С. Белкина. - С. 886, 887; Гуковская Н.И. Участие третьих лиц в допросе несовершеннолетнего обвиняемого (в порядке обсуждения) // Вопросы борьбы с преступностью. - М., 1974. - Вып. 21. - С. 112; Шумилин С.Ф. Допрос // Руководство по расследованию преступлений. - М., 2002. - С. 492.

19 Каневский Л.Л. Расследование и профилактика преступлений несовершеннолетних. - М., 1982. - С. 68, 69.