Алексей Сергеевич Ермолов (1847-1917 гг. ): ученый и министр

Е. С. Саенко

АЛЕКСЕЙ СЕРГЕЕВИЧ ЕРМОЛОВ (1847-1917 гг.):

УЧЕНЫЙ И МИНИСТР

Алексей Сергеевич Ермолов — один из видных государственных деятелей конца XIX в., который в течение двенадцати лет возглавлял Министерство сельского хозяйства России. Выходец из древнего русского дворянского рода1, он являл собой тот тип представителя российской управленческой элиты, который сочетал в своей деятельности профильную профессиональную подготовку, научные изыскания и многолетний опыт государственной службы. Когда А. С. Ермолов возглавил Министерство земледелия и государственных имуществ (МЗиГИ), его называли «руководителем сельскохозяйственной политики» и «человеком с ясно сформулированной программой»2. Имелось в виду не только то, что он обладал управленческим опытом, но то обстоятельство, что к 1894 г. он был автором ряда работ, посвященных актуальным для того времени вопросам сельскохозяйственного производства России3. Его труд «Организация полевого хозяйства. Системы земледелия и севообороты» уже вошел в анналы сельскохозяйственной литературы4. С 1878 г. А. Ермолов не раз представлял Вольное экономическое общество России на Всемирных выставках5, а в начале 90-х гг. стал российским делегатом Постоянного комитета Международной комиссии по сельскому хозяйству (первой международной организации, защищавшей интересы развития аграрного сектора в условиях формирования мирового капиталистического рынка)6. Создав МЗиГИ, Ермолов, несомненно, рассчитывал реализовать свои представления о модернизации отечественного сельского хозяйства в рамках программы деятельности министерства.

Алексей Сергеевич родился в 1847 г. в Тифлисе в семье военного губернатора. Свое первое образование он получил в Александровском Императорском лицее, который окончил с золотой медалью и чином IX класса7. 8 декабря 1866 г. Ермолов поступил в Петербургский земледельческий институт, по окончании которого, 11 декабря 1871 г., получил степень кандидата сельского хозяйства8. Свою исследовательскую работу в институте он вел под руководством профессора А. Н. Энгельгардта. Службу в Министерстве государственных имуществ (МГИ) Ермолов начал сразу после завершения обучения в Царскосельском лицее, имея чин титулярного советника.

Первое назначение в МГИ Ермолов получил на должность лектора Сельскохозяйственного музея этого министерства. В то же время, служа в министерстве финансов (МФ) с 1872 по 1892 г., он прошел путь от чиновника особых поручений VI класса департамента неокладных сборов до его директора.

В Министерстве же государственных имуществ А. Ермолов лишь через семь лет получил первое повышение—он был назначен на должность старшего редактора статистического отдела департамента земледелия и сельской промышленности. По материалам, собранным во время командировок в Воронежскую и Таврическую губернии, он подготовил сведения о состоянии школ, положении сельского духовенства и влиянии

© Е. С. Саенко, 2008

его на местное население, а также о положении помещичьих хозяйств. Через год А. Ермолов опубликовал отчет об овцеводстве в центральных и южных губерниях.

В 1881 г. А. Ермолов—член Ученого комитета МГИ. Этот сельскохозяйственный комитет был учрежден для обсуждения и разработки научно-технических вопросов в области сельского хозяйства. Он состоял из членов, назначавшихся императором по представлению министра. При комитете существовали специальные бюро по земледелию и почвоведению, прикладной ботанике, зоотехнике, метеорологии, зоологии и рыбоводству9. Важно отметить, что продвижение по карьерной лестнице А. Ермолова в двух министерствах в этот период совпадает со службой А. Ермолова (известного специалистам лишь своими работами) под началом самого С. Ю. Витте. Когда Ермолов находился на должности директора департамента неокладных сборов, он был назначен председателем Комитета при МФ для объединения и соглашения акцизных уставов, а в 1890 г.—членом Комитета по вопросу о таможенном объединении Великого княжества Финляндского с империей, за деятельность в котором ему была вынесена Высшая благодарность. После этого последовало еще одно назначение—в Комитет по обсуждению мер к поддержанию дворянского землевладения, а в 1892 г. он был назначен на пост заместителя министра финансов. К этому времени в ведении МФ находилось, как известно, управление всеми источниками государственных доходов: землями, оброчными статьями, имениями и пр., а также горной и соляной отраслями, внешней торговлей, таможнями, податями, пошлинами и сборами, акцизами, таможенными и железнодорожными тарифами, всей кассовой частью, внешними и внутренними займами и ссудными кассами; надзор за общественными и частными учреждениями, страхование, надзор и постановка педагогической части в учебных заведениях МФ. На посту заместителя министра финансов, курируя вопросы поощрения морского транспорта, изменения условий гербового сбора, развития винокурения и производства спирта, А. Ермолов прослужил год, после чего был назначен управляющим МГИ.

Становление А. Ермолова как министра сельского хозяйства совпало со сложным периодом в экономической жизни страны. Более ярко обозначились явления, возникновение которых было обусловлено реформой 1861 г. Сохранение помещичьего землевладения, доминирование устаревших методов эксплуатации почвы, слабое развитие рационализации, бесправное положение крестьянства,— все это тормозило развитие деревни и порождало кризис системного характера. Неурожай 1891 г. и последовавший за ним голод, охвативший 26 губерний и унесший тысячи жизней, стали «итогом» тридцатилетней аграрной политики. Ситуацию не спасали немногочисленные для огромной империи хозяйства, перешедшие на новые, рыночные принципы. В то же время мировой аграрно-продовольственный рынок и его новые игроки диктовали жесткие условия конкуренции для российского экспорта. Можно согласиться с мнением современных исследователей о том, что в России «не было упадка сельского хозяйства», что упадок был «некоторым» и что «временные трудности испытывали помещичьи хозяйства, ориентированные на экспорт хлеба...» и в целом Россия не испытывала до 90-х гг. системного кризиса10. Однако следует при этом заметить, что стоит не ограничиваться анализом показателей конъюнктуры российского аграрного рынка или налогообложения крестьянства и уровня благосостояния некоторых его слоев, а рассмотреть качественные и структурообразующие составляющие всего аграрного сектора. С этой точки зрения отечественный сельскохозяйственный сектор на порядок уступал западноевропейскому и тем более североамериканскому. В сложившихся условиях российское правительство пошло по пути административных реформ управленческого аппарата и приняло решение о создании нового Министерства сельского хозяйства.

I

Подготовка проекта нового Министерства сельского хозяйства была возложена на управляющего А. С. Ермолова11. Это решение привлекло внимание общественности, средств массовой информации — периодических изданий различной политической ориентации. На фоне многочисленных критических статей о неурожае и голоде начали появляться заметки, а потом и статьи о министерстве, с которым связывали робкие надежды на изменение положения в сельском хозяйстве. «Мы никогда не принадлежали к числу тех, которые ожидают тоЩз е1 теп/еШев от учреждения нового ведомства, или лучше сказать от переименования ведомства уже существующего»,12—скептически замечал либеральный «Вестник Европы».

Сам будущий министр МЗиГИ видел причины преобразования МГИ в необходимости, во-первых, «улучшить угнетенное положение землевладения в России, вызванное неблагоприятно сложившимися экономическими условиями в конце 80-х гг.»13, а, во-вторых, консолидировать «управление земледелием», ликвидировав подчиненность различным ведомствам по вопросам, находящимся в его ведении. Таким образом, целью нового министерства объявлялось осуществление вполне рыночной задачи—«развитие сельскохозяйственной промышленности и подъем производительности земледелия»14, хотя в этой ситуации принципиальными были не только конечные цели, но и средства и методы их достижения. Учитывая кризисные процессы в аграрном развитии страны, трудности формирования в конце века мирового рынка, с которым традиционно был связан хлебный экспорт России (источник золотовалютных поступлений), проблемы, связанные с властными структурами, прежде всего, нужны были оперативные меры (но без кардинальных изменений) для смягчения негативных тенденций. Это понимали в правительстве, этого желала монархия, этим был озабочен и сам А. Ермолов.

Проект нового министерства был внесен в Государственный Совет 21 марта 1894 г. и одобрен Николаем II. Преобразования в министерстве окончательно были утверждены 30 марта 1894 г. Эта дата считается датой создания нового министерства. В приветственной речи министр лишь в общих чертах наметил сферу деятельности нового министерства и изложил ближайшие задачи, которые ему предстояло выполнить «для удовлетворения нужд русского землевладения»15. Свою деятельность министр уже нового министерства начал с выяснения положения на местах. С 9 июня по 7 июля 1894 г. он совершил служебную поездку по внутренним губерниям, во время которой в планы ведомства были включены новые задачи. Пребывание на юге послужило поводом к обсуждению нового «кризиса». Крымские (одесские) солепромышленники отправили к министру депутатов с «жалобой» на состояние соляной промышленности в Крыму, ущерб которой нанесли французские и голландские компании16. Естественно, требовались протекционные меры. Алексей Сергеевич побывал в Одессе, где также высказал ряд принципиальных заявлений о «современных нуждах сельского хозяйства»17. Говоря о хлебном кризисе (а точнее — о мировом аграрном кризисе, который в то время охватил сельское хозяйство Западной Европы, вызвав понижение в два раза хлебных цен в результате мощной американской зерновой экспансии), он подчеркнул, что устранить эту крупномасштабную проблему министерство не в силах, т. к. «она результат мировых явлений, коренящихся и в России». В таких условиях А. Ермолов настаивал на вполне перспективной стратегии для России: не расширять хлебное производство, а заняться развитием других отраслей, например овцеводства18.

Затем А. Ермолов отправился на Кавказ. Обеспокоенный положением Кавказских Минеральных Вод (КМВ, которые также находились в ведении министерства), он (по собственному выражению) стремился тогда к тому, чтобы поставить их «на такую высоту», на которой они могли бы успешно конкурировать с заграничными курортами, и тем

самым постепенно «отучить русскую публику от пристрастия ко всему иностранному»|9. Как показало время, именно личное участие А. Ермолова в судьбе кавказских курортов во многом обеспечило их государственную (финансовую) поддержку.

Первая официальная ознакомительная поездка А. Ермолова на Кавказ состоялась в 1894 г., вторая — в 1897 г. Вернувшись в столицу, 17 октября 1898 г. министр внес в Государственный Совет представление, в котором была подробно изложена история КМВ, приведено краткое описание бальнеологических богатств и намечен общий план переустройства КВМ20. Вскоре он был назначен членом Особого комитета для выработки проекта законоположений по устройству Черноморского побережья Кавказа21.

Фактически план по КМВ разрабатывался несколько лет—с 1894 по 1897 гг. трудами целого ряда комиссий как в Петербурге, так и на местах. По первоначальным расчетам на переустройство КВМ из казны предполагалось выделить более 4 млн руб. При последующем обсуждении было решено, что эта сумма составит менее 3 млн руб. Сокращение произошло за счет исключения расходов на постройку гостиниц, театральных и концертных залов и т. п. Создание такого рода учреждений решено было предоставить частной инициативе.

12 апреля 1899 г. последовало Высочайшее утверждение мнения Государственного Совета, согласно которому было положено: отпускать из средств Государственного казначейства в течение шести лет, начиная с 1 января 1899 г., на окончание переустройства КМВ по 350 тыс. руб. в год. Благодаря ассигнованию столь солидной суммы появлялась возможность осуществить все намеченные мероприятия22.

В 1901 г. Ермолов снова посетил Кавказ. Поездка, помимо решения целого ряда вопросов, была связана с предстоящим проведением железной дороги вдоль черноморского побережья. О необходимости постройки этой дороги осенью 1901 г. А. Ермоловым был представлен особый доклад. В том же году по решению императора было создано особое совещание под председательством министра для обсуждения и объединения мероприятий по «оживлению Черноморского побережья Кавказа». В числе его основных задач было решение вопроса о дорогах, которые должны соединить прибрежные районы Черноморской губернии с другими регионами страны23.

Осенью 1895 г. состоялась поездка Ермолова в Сибирь: необходимо было изучить комплекс мероприятий, «связанных с предстоящим поземельным устройством местного населения и с задачами МЗиГИ по подготовке земель для переселенцев»). Кроме того, министр стремился решить следующие задачи: упорядочение эксплуатации лесных и горных богатств страны, удовлетворение потребностей строящейся Сибирской железной дороги (топливо и строительные материалы), а также изучение состояния сельского хозяйства и кустарной промышленности в этом регионе24. Осенью 1895 г., находясь в командировке в Олонецком крае, Верхне-Волжской губернии и на Урале, А. Ермолов знакомился с состоянием лесного и горного дела. В своем отчете о поездке он отмечал, что в Олонецкой губернии почти полностью отсутствовало частное землевладение, т. к. почти вся территория губернии покрыта лесом. Однако при этом проблемой для крестьян был недостаток леса. Объяснялось это тем, что «за крестьянами не было должного надзора», и леса были сплошь вырублены и превращены в совершенно непроизводительные пустыри. Крестьяне были вынуждены покупать у лесопромышленников лес по цене, в два-три раза превышавшей его реальную стоимость, или же добывали его незаконным путем, что вело к сокращению лесов. Помимо социально-экономических проблем, внимание А. Ермолова привлекла и экологическая проблема. Он отмечал на-: личие в этих регионах болот, вблизи которых лес большей частью был мелкий и не 1' имел никакой цены. Среди мер, предлагаемых А. Ермоловым, наряду с обеспечением

I

восстановления лесов и упорядочением лесопользования, значились и меры по осушке болот, что привело бы к успешному восстановлению лесов.

Изучая деятельность А. С. Ермолова на посту министра земледелия, можно выделить несколько направлений его политики, в том числе и поддержку земской агрономии. До начала 90-х гг. земства уделяли мало внимания вопросам непосредственной агрономической помощи населению. После реформы министерства 1894 г. наблюдается активизация земской работы: усиливается попечение о просвещении и здравоохранении, развиваются народные кустарные промыслы, техническое и агрономическое образование25. Земства активно создают агрономические службы: в 1893 г. агрономы были только у 9 губернских земств и 38 уездных, а к 1904 г.— у 31 губернского и 250 уездных земств.

Огромное внимание А. Ермолов уделял сельскохозяйственному образованию26. Именно в период его министерства государство отпускало значительные средства на содержание подведомственных учебных заведений. По мнению министра, без распространения агрономических знаний невозможно было выполнить одну из «наиважнейших задач, поставленных перед новым министерством—усовершенствование земледелия». На одном из агрономических съездов А. Ермолов сказал: «Для меня не может быть ни малейшего сомнения, что сельскохозяйственное образование составляет одно из главнейших условий развития сельского хозяйства в России. Для меня так же не может быть сомнения и в том, что учебные заведения нужны как в центре России, так и на ее окраинах»27. После реформы 1894 г. МЗиГИ полностью взяло на себя функции распространения сельскохозяйственных знаний28.

Уже в начале 1895 г. Ермолов докладывал императору Николаю II о создании особого совещания при МЗиГИ для обсуждения вопросов, касающихся организации низших сельскохозяйственных школ, улучшения преподавания в них теоретических и практических дисциплин, а также для разработки мер, способствующих популяризации современных агрономических знаний29. Совещанием были разработаны мероприятия по улучшению состояния низшего сельскохозяйственного образования. Школы 2-го разряда преобразовывались в перворазрядные, т. к. различия между ними были несущественны. Во всех школах 1-го разряда вводился общий стандарт преподавания30. Кроме того, было принято решение о создании «более дешевой школы»31, приспособленной к условиям мелкого крестьянского хозяйства. Предполагалось ввести преподавание агрономии в семинариях и других учебных заведениях, готовивших народных учителей.

Говоря о сельскохозяйственной политике А. Ермолова, нельзя оставить без внимания вопрос о развитии кустарной промышленности. Кустарным промыслам, дававшим многим миллионам сельских жителей России дополнительный заработок, правительство долгое время не уделяло никакого внимания. Только в начале 70-х гг. при совете торговли и мануфактур учредили особую комиссию для исследования кустарных промыслов с передачей в ее распоряжение небольших денежных средств. В последующие годы (с 1888 г.) именно МГИ взяло на себя кураторство над кустарями деревни. При преобразовании министерства в 1894 г. был создан Кустарный комитет в структуре департамента сельской экономики и сельскохозяйственной статистики. В него входили, кроме чиновников министерства, специалисты, приглашаемые министром для изучения отдельных вопросов развития кустарной промышленности (в том числе региональной специализации, развития артелей, выставок и конкурсов)32. В этот комитет на рассмотрение министром передавались наиболее важные предложения по развитию и улучшению кустарной промышленности. Правительство ставило задачу расширять кустарничество в деревне, поддерживать местные промыслы, оказывая им организационную,

информационную и финансовую помощь. Так, в 1903 г. по поручению Ермолова Кустарный комитет провел три заседания, чтобы обсудить вопросы упрощения предоставления кредита кустарям, организации складов кустарных изделий, снабжения кустарей сырьем и сбыта их изделий за границу33. На осуществление различных мер для поддержки кустарной промышленности (проведение исследований, содержание персонала, предоставление пособий школам, мастерским, выставкам, складам и пр.) министерство выделяло кредит в 100 тыс. руб. в год34. Конечно, современники отмечали очевидную недостаточность этой суммы, т. к. в то время в России кустарей было более 5 млн.

Подготовленные С. Ю. Витте проекты реформирования сельского хозяйства привели в 1905 г., как известно, к новому преобразованию профильного министерства и назначению министром «человека Витте» — бывшего товарища министра финансов и министра внутренних дел Н. Н. Кутлера. А. С. Ермолов оставил должность министра земледелия и государственных имуществ и был назначен членом Государственного Совета, в котором являлся председателем бюро группы Центра, председателем и членом многих комитетов по сельскохозяйственным и экономическим вопросам35, членом комитета по рассмотрению законопроекта об отмене смертной казни (1906 г.), по пересмотру законов от 9.11.1906 г. о землеустройстве, а также был председателем комитета об издании Общего рыболовного устава, по выработке курортного положения, по волостному земству и многих согласительных комитетов Госсовета и Государственной думы. В это же время он пишет ряд работ, в которых нашли отражение его многолетний опыт управленческой деятельности и оценка трудностей реформирования аграрного производства и самого сельского уклада36. Он выступал против политических программ национализации и ратовал за развитие крупных хозяйств в деревне. Ермолов поддерживал Столыпинскую аграрную реформу, считая, что она открывает перспективы развития российской деревни.

Оценивая государственную деятельность Алексея Сергеевича, в первую очередь следует обратиться к отзывам современников и его собственным оценкам своей деятельности. Николай II в рескрипте на имя А. Ермолова оценивал его работу следующим образом: «В течение 12 лет вы со свойственным вам глубоким знанием дела ревностно заботились об усовершенствовании вверенных вашему министерству различных сфер сельского хозяйства, причем самоотверженною неутомимою деятельностью своею снискали полное Мое доверие»37. Хотя монарх и отмечал «рвение в работе» министра, именно с такой оценкой не соглашалась общественность, требовавшая проведения серьезных аграрных реформ. Министра критиковали в «Сельском хозяине» со ссылкой на «Гражданина»38. Его упрекали в том, что «он слишком либерален, потому ничего и не успел сделать»39. Некоторые издания отмечали, что у Ермолова было больше «благих намерений, чем производительных дел»40. Другие же отмечали «разлагающее влияние малоземелья и неудовлетворительной финансовой политики государства»41. Единственным рациональным шагом А. Ермолова «Сельский хозяин» называл создание Сельскохозяйственного совета, который, однако, по его словам, «не сделал ничего существенного». Это также ставилось в вину министру, в котором видели человека «не решительного и не способного течь против течения»42. Среди недостатков деятельности Алексея Сергеевича «Русские ведомости» называли «замкнутость Ермолова только на вопросах агрикультурного характера и совершенное пренебрежение экономическими вопросами». Но здесь же отмечали, что с МЗиГИ связывались надежды на проведение масштабных земельных реформ, чего оно не могло сделать, т. к. «государственный механизм вообще че готов был к проведению крупных реформ, в которых нуждалось сельское ХОЗЯЙСТВО»43. Сам министр в своей «прощальной речи» говорил о том, что большая часть намеченных

им мероприятий была выполнена. В их числе он назвал преобразование министерства, развитие сельскохозяйственного образования, совместную работу с земскими учреждениями и образование сельскохозяйственных обществ. И это неоспоримый факт. Даже «Сельский хозяин» признавал, что при А. Ермолове значительно возросло число «практиков-специалистов» благодаря увеличению числа средних и низших сельскохозяйственных школ44. Учитывая сложность положения, в котором находилось МЗиГИ (недостаток средств, специалистов, порой нежелание самого правительства признать насущные проблемы, требующие финансовой поддержки и т. д.), Д. Ермолов проводил сельскохозяйственную политику, руководствуясь передовыми идеями того времени и уделяя особое внимание технократическим вопросам. Сегодня очевидно, что Столыпинские аграрные преобразования были подготовлены мероприятиями, которые проводились в период министерства А. С. Ермолова.

1 Российский Государственный исторический Архив (Далее—РГИА). Ф. 1343. Оп. 21. Д. 1132.

2 Логашев П. По вопросам, связанным с задачами и деятельностью министерства земледелия. СПб., 1895. С. 11.

3 Среди них: Опыт оценки результатов, полученных в России при применении искусственных удобрений. СПб., 1872; Организация теоретических и практических испытаний. Для решения вопроса об удобрении почв. С планом опытного и пробного полей. СПб., 1872; Экономические условия свеклосахарного производства в России. СПб., 1879; Современные сельскохозяйственные вопросы. Этюды из области сельскохозяйственной статистики. М., 1891; Неурожай и народное бедствие. СПб., 1892.

4 Никонов А. А. Спираль многовековой драмы: аграрная наука и политика России (ХУШ-ХХ вв.) Минск, 1996. С. 68. Ольховский Е. Р. Чиновничья карьера ученого и поэта//Петербургская мозаика. СПб., 2006. С. 180-204.

5 Ермолов А. Сельское хозяйство в Париже. Международный конгресс сельского хозяйства и сельскохозяйственный отдел парижской всемирной выставки//Труды Вольного экономического общества. 1978. Т. 3. Вып. IV. С. 407.

6 См. подробнее: НарыковаН.М. Аграрии и прогресс (Международные аграрные организации: от основания до мирового экономического кризиса 1929-1933 гг.). Ставрополь, 2001.

7 В России гражданский чин, дававший звание титулярного советника.

8 ЛевенсонМ.Л. Государственный совет. Пг., 1915. С. 40-41.

9 Высшие и центральные Государственные учреждения России 1801-1917: В 4 т. СПб., 2000. Т. 2. С. 83.

10 См., например: Предисловие // Александр Васильевич Кривошеин. М., 1992. С. 15; Миронов Б.Н. Мифологема о системном кризисе в России после Великих реформ 1860-1870-х гг.//Нестор (Журнал истории и культуры России и Восточной Европы. Смена парадигм: современная русистика. Источники, исследования, историография). 2007. № 11. С. 304-312.

11 28 марта 1893 г. он был назначен управляющим МГИ (См.: Приказ о назначении Товарища министра финансов Тайного Советника Ермолова управляющим Министерством Государственных имуществ//РГИА Ф. 1049. Оп. 9. Д. 66. С. 8). 31 мая 1893 г. последовал Именной Высочайший указ на имя управляющего МГИ о составлении предположений о «новом устройстве управлений сельскохозяйственною частью и государственными имуществами». См.: Сельскохозяйственное ведомство за 75 лет его деятельности (1837-1912 гг.). СПб., 1914. С. 19.

12 Вестник Европы. 1893. № 2 С. 855.

13 РГИА. Ф. 1149. Т. XI—1993. Д. 102. Л. 8 об.

14 Там же. Л. 9.

15 Открытие Министерства Земледелия и Государственных Имуществ // Известия Министерства Земледелия и Государственных Имуществ. СПб., 1894. № 1. С. 14.

16 Экономические вести // Неделя. СПб., 1894. № 26. С. 815.

17 Экономические вести//Там же. № 27. С. 851,

18 Там же.

19 100 лет Кавказским Минеральным Водам//Памятники Отечества. М., 2001. С. 32.

20 Ермолов А. С. К вопросу о переустройстве Кавказских минеральных вод, в связи с общим положением бальнеологического дела в России и заграницею. СПб., 1898. С. 3.

21 Там же. С. 5.

22 100 лет Кавказским Минеральным Водам... С. 33.

23 Ермолов А. С. Поездка Министра Земледелия и Государственных Имуществ в 1902 году. СПб., 1903. С. 2.

24 Всеподданнейший доклад Министра Земледелия и Государственных имуществ по поездке в Сибирь осенью 1895 г. СПб., 1896. С. 3.

23 Кашин В. Н. Российское земство в 1864-1918 гг.: его социально-экономическое значение и нереализованный потенциал//Экономическая история России Х1Х-ХХ вв. Современный взгляд. М., 2000. С. 330.

26 Еще в начале 70-х А. Ермолов написал работу «Высшее сельскохозяйственное образование в его отношениях к сельскохозяйственному делу в России», где касался проблемы становления высшего сельскохозяйственного образования в России и приближения образования к практическим нуждам жизни самой многочисленной части населения—крестьянства.

27 Агрономический обед, данный Харьковским обществом сельскохозяйственного управления Министерства Государственных имуществ. Речь т. с. А. С. Ермолова 6-го сентября 1893 г. Харьков, 1893. С. 4.

28 «Под сельскохозяйственным образованием конца XIX века принято понимать распространение сельскохозяйственных знаний среди населения посредством специальных школ или др. образовательных учреждений: курсов, чтений, а также через содействие народных училищ и др. мер народного образования». См.: Полная Энциклопедия Русского Сельского хозяйства и соприкасающихся с ним наук. СПб., 1900. Т. VI. С. 1.

29 Доклад по Департаменту Земледелия и Государственных Имуществ //РГИА.Ф. 389. Оп. 46. Д. 151. Л. 7.

30 Там же. Л. 8.

31 Там же.

32 Полная Энциклопедия... Т. VI.С. 693.

33 Хроника // Ручной труд. СПб., 1903. № 1. С. 9.

34 Полная Энциклопедия... Т. VI.С. 693.

35 См., например: Реформа продовольственной системы. Проект члена Госсовета Ермолова А. С. Симбирск, 1909.

36 Наш земельный вопрос. 1. Земля и труд. 2. Крестьяне и земля. 3. Действительность и земельные утопии. СПб., 1906; Наши неурожаи и продовольственный вопрос: В 2 т. СПб., 1909.

37 Высочайший рескрипт, данный на имя Министра Земледелия и Государственных Имуществ, действительного тайного советника Ермолова//РГИА. Ф. 1409. Оп. 9. Д. 66. Л. 43.

38 К уходу министра А. С. Ермолова//Сельский хозяин. 1905. № 29. С. 622-624.

39 Там же. С. 622.

40 Там же.

41 См. например: А. С. Ермолов//Земледельческая газета. 1905. № 20. С. 860.

42 К уходу министра А. С. Ермолова. С. 622.

43 Там же.

44 Там же. С. 624.