Логическое обоснование места судебной практики в Российской правовой системе

7. Советский энциклопедический словарь. М., 1986. С. 512.

8. Гурова Т.В. Актуальные проблемы теории источников права: Дис. ... канд. юр. наук. Самара, 2000. С. 73.

9. Зивс С.Л. Источники права. М., 1981. С. 10, 30.

10. Коммерческое право: В 2 т. / Под ред. В.Ф. По-пондопуло, В.Ф. Яковлевой. С.-Пб., 1998. С. 31.

11. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М., 1997. С. 528.

ЛОГИЧЕСКОЕ ОБОСНОВАНИЕ МЕСТА СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ В РОССИЙСКОЙ ПРАВОВОЙ СИСТЕМЕ

М.Н. Придворова

Pridvorova M.N. A logical rationale for the position of judicial practice in Russia’s legal system. The article analyses judicial and legal practices, their nature and essence and contains a rationale for the position of these phenomena in Russia’s legal system.

Судебная практика является одним из видов юридической практики, имеющая пространственную, разветвленную структуру, в которой одновременно функционируют различные ее виды и подвиды, обладающие специфическими элементами содержания, формы, функциями. Изначально, в зависимости от способа преобразования общественных отношений, юридическая практика представлена правотворческим, правоприменительным, распорядительным и некоторыми другими типами практики. Одним из общепринятых критериев классификации юридической практики правоприменительного типа выступает ее разделение в зависимости от субъекта, нарабатывающего определенный вид практики. Таким образом, можно выделить законодательную, судебную, следственную, нотариальную практику. В зависимости от ее субъектного состава следует различать практику Конституционного Суда РФ, Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ, областных, городских, районных судов. Общей характеристикой всех перечисленных видов и подвидов правоприменительной практики является то, что она представляет собой единство властной деятельности компетентных органов, направленной на вынесение индивидуально-конкретных предписаний, и выработанного в ходе такой деятельности правового опыта [1].

Являясь составной частью социальной практики, юридическая практика основывается на познании и процессе формирования субъективных прав и обязанностей, выработ-

ке решений, в которых выражается сложное взаимодействие государственной воли и воли конкретного индивида. Содержание юридической практики складывается из взаимоотношений между ее субъектами. К ним, прежде всего, нужно отнести законодательные органы, принимающие правовые решения общего характера, формулирующие общие правовые предписания. Следующим видом участников выступают субъекты правоотношений, которые, взаимодействуя между собой, при помощи заключаемых договоров, подачи определенной формы заявлений и других индивидуальных правовых актов взаимодействуют друг с другом и остальными участниками юридической практики. К третьему виду участников можно отнести правоприменительные органы, разрешающие конкретные юридические дела и принимающие по ним соответствующие решения.

В современном российском правоведении высказываются различные и часто достаточно противоречивые взгляды на понятие юридической и судебной практики. Одна группа авторов (С.Н. Братусь, A.B. Венгеров, С.С. Алексеев) выдвигает точку зрения, согласно которой судебная практика представляет собой объективированный опыт правовой деятельности компетентных органов государственной власти и должностных лиц, связанный с выработкой особых нормативных регуляторов, именуемых правоположе-ния. По мнению других авторов, юридическая практика состоит исключительно из юридической деятельности (И.Я. Дюрягин,

A. Герлох). Иную позицию занимают авторы, которые рассматривают юридическую практику в единстве правовой деятельности и сформированного на ее основе социально-правового опыта (В.К. Бабаев, В.Н. Карташов,

B.И. Леушин).

Вместе с тем, правильный подход к пониманию таких категорий, как «юридическая практика», «правоприменительная практика», «судебная практика» можно выработать только с учетом философского подхода к фундаментальной гносеологической категории «практика», так как любое правильно выделенное видовое понятие не может не содержать всех признаков своего родового понятия. Диалектический материализм понимает практику как целенаправленную, чувственнопредметную коллективную деятельность людей, направленную на создание материальных благ, преобразование природы или общества.

Сущность правоприменительной деятельности состоит в вынесении решения по юридическому делу. Юридическое познание состоит и завершается правоприменительным решением. Его необходимые этапы заключаются в установлении фактических обстоятельств дела, их правовой оценке, выявлении воли законодателя, выраженной в норме права. Следующим элементом является установление действительного содержания правового отношения, то есть выявление круга субъективных прав и обязанностей и юридической ответственности. При этом содержание правоотношения является суммой результатов предшествующего познания, конкретной спорной ситуации и действующей на нее правовой нормы. Субъект правоприменения одновременно осуществляет познание и производит решение социальной ситуации, в соответствии с которым в дальнейшем обязаны действовать субъекты правоотношения. Общеобязательность решения основывается на властном авторитете вынесшего его субъекта правоприменения. Суд, рассматривая юридические дела в определенном процессуальном порядке, нередко сталкивается с такими сторонами и особенностями общественных отношений, которые недостаточно урегулированы правовыми нормами. Регулятором подобных отношений выступает суд, который в процессе своей деятельности вырабатывает судебную практику, являющуюся связующим звеном между общественными отношениями и правовыми

нормами. Практика представляет собой целостную систему, составными частями которой выступают представленные и существующие в единстве такие элементы, как: 1) цели человека, 2) средства, 3) результат, 4) сам процесс деятельности.

Практика, как основа всей юридической науки, критерий ее теоретических положений и выводов, не может сводиться к деятельности отдельной личности, государственного органа или государства, а представляет собой предметно-практическую деятельность общества в целом. Поэтому правильным можно считать подход к судебной практике как к понятию, обозначающему всю деятельность судебных органов по отправлению правосудия.

С.С. Алексеев полагает, что «по самой логике права на помощь закону приходит институт исконно правового порядка - правосудие, выраженное в деятельности суда, в судебной практике. Через судебную практику могут быть с достаточной основательностью раскрыты основные начала, «дух» данной сферы права, нашедшие не всегда полное закрепление в законодательстве, в кодексе» [2]. Развивая данную мысль, можно предположить, что судебная практика, с одной стороны, является вспомогательным способом регулирования общественных отношений, а с другой - выступает как процесс, как деятельность с конечным результатом. Выступая в качестве определенной деятельности, судебная практика является одним из способов применения правовых норм, а нормативные правоположения являются ее результатом. Можно сказать, что и юридическая практика, и судебная практика в частности, представляют собой диалектическое единство двух элементов: юридической деятельности и опыта этой деятельности [2, с. 118].

Смысл и содержание юридической деятельности состоит в определении субъективных прав и обязанностей, ответственности участников, правовой взаимосвязи между ними, воздействии на их поведение. Также при этом происходит анализ таких основных правовых явлений, как норма права и правоотношение. Норма права действует в различных режимах и должна рассматриваться в контексте с деятельностью различных субъектов, которые ее используют, а это и законодатель, и правоприменитель, и участники конкретных правоотношений. Законодатель,

принимая новую норму права, тем самым наделяет субъектов новыми возможностями по реализации их субъективных прав и налагает на них новые субъективные обязанности. При неисполнении обязанностей, предусмотренных диспозицией регулятивной нормы, возникает охранительное правоотношение, реализация которого обеспечивается в ходе правоприменительной деятельности соответствующих участников юридической практики.

Возникновение, формирование, реализация правоотношения связана с деятельностью законодателя, правоприменителя и субъектов права. Изменение правоотношений происходит по воле законодателя, законодательно обеспеченными полномочиями правоприменителя, путем вынесения правоприменительных актов, по воле субъектов правоотношений по их взаимному согласию.

Таким образом, можно сделать соответствующий вывод о том, что юридическая практика является основным объектом правоведения и включает в себя всю предметнопрактическую деятельность общества и государства по созданию норм права и их переводу на уровень конкретных правоотношений. В нее входят процессы правотворчества, правоприменения и реализации норм права при помощи действий управомоченных субъектов, направленных на возникновение, изменение или прекращение правоотношений.

В структуре юридической практики центральное место занимает правоприменительная деятельность. Правоприменительная деятельность включает в себя взаимосвязь правового познания и юридического решения. Правовое познание включает в себя установление фактических обстоятельств дела, их правовую квалификацию, толкование применяемой правовой нормы и определение конкретного содержания правоотношения. Основанием юридического решения будет служить познание фактической и правовой стороны дела и учет такого дополнительного источника как юридическая практика в виде опыта правоприменительной деятельности. Накопленный правоприменительный опыт обязательно учитывается при разрешении дел и действует в качестве дополнительного нормативного регулятора общественных отношений.

Если брать за основу нормативное содержание судебной практики, то правильным

будет рассматривать ее в двух аспектах: в широком и узком значении. В этом смысле следует согласиться с позицией, высказанной П.А. Гуком, который под судебной практикой в широком смысле понимает судебную деятельность всех судов, входящих в судебную систему, связанную с правоприменением и выработкой в процессе разбирательства конкретных дел общеобязательных правил поведения. В другом, узком смысле, судебная практика - это конкретные общеобязательные решения, выработанные в процессе судебной деятельности. Выработкой общеобязательных правовых положений занимаются высшие судебные органы: Конституционный Суд РФ, Верховный Суд РФ и Высший Арбитражный Суд РФ.

Судебная практика еще во времена существования СССР представляла собой сложное, многоуровневое явление. Народные суды ежегодно рассматривали большое количество уголовных и гражданских дел. Верховные суды союзных республик рассматривали наиболее важные дела, при этом осуществляли надзор за судебной деятельностью судебных органов республики, также они давали руководящие указания по вопросам применения республиканского законодательства при рассмотрении судебных дел. Высший судебный орган, в лице Верховного Суда СССР, осуществлял надзор за судебной деятельностью судебной системы СССР и республик, давал руководящие разъяснения по вопросам применения законодательства.

С.Н. Братусь и А.Б. Венгеров в работе «Судебная практика в советской правовой системе» высказали мнение, согласно которому большая часть разнообразной деятельности судов СССР не являлась судебной практикой. Но и в то время исключения делались для руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда СССР, которые служили единым ориентиром для деятельности судов всех уровней. По своей сути они были наиболее директивными актами и менее всего похожими на судебное решение из всех видов и форм, в которых может существовать судебная практика. В разъяснениях не было и нет необходимой для приговора или решения формы и отсутствуют описания конкретных обстоятельств дела. Разъяснения внешне выглядят как типичный законодательный или управленческий акт, в котором при необходимости можно обнаружить все необхо-

димые составляющие нормы права: гипотезу, диспозицию и санкцию.

При этом «практика», являясь философской категорией, не может интерпретироваться в узком смысле. Основным критерием отнесения той или иной деятельности к практике является характер деятельности, а не ее результаты. Поэтому правильным будет характеризовать судебную практику как разновидность практики, представляющую собой всю предметно-практическую деятельность судебных органов по разрешению уголовных и гражданских дел независимо от того, выражены ее результаты в форме правоположений или просто решений по конкретным делам [3].

В последнее время авторитет суда стал постепенно повышаться, что свидетельствует о той роли, которую он стал занимать в нашем обществе. Конституционно закреплен механизм, согласно которому стала возможной судебная проверка нормативных актов любого уровня. Решения федеральных органов государственной власти, высших государственных органов субъектов Российской Федерации и их должностных лиц подлежат обжалованию в Конституционном Суде РФ. Анализируя деятельность Конституционного Суда РФ как высшего судебного органа конституционного контроля, можно вполне определенно отметить, что в своей деятельности правоприменительные органы обращаются не только к Конституции РФ, как акту прямого действия, но и к прецедентам, создаваемым Конституционным Судом РФ, которые можно считать дополнительным регулятором общественных отношений. Судебная практика, создаваемая Верховным Судом РФ в виде судебных решений по конкретным делам и постановлений Пленума, позволяет восполнять пробелы в нормативных актах, единообразно ориентирует суды в принятии законных решений и так далее. Правополо-жения, выработанные Верховным Судом, являются итогом обобщения рассмотренных судебных дел определенной категории. Обязательность судебной практики обусловлена тем, что в случае непринятия к сведению постановления Пленума при рассмотрении дела, решение суда может быть отменено вышестоящей судебной инстанцией.

Заслуживает внимания позиция С.С. Алексеева, который выделяет наряду с руководящей и прецедентной (вырабатываемой высшими судебными инстанциями) текущую

форму практики. Она имеет место в решениях судов по конкретным юридическим делам [4]. Смысл решений, выносимых судом первой инстанции, состоит в предписаниях конкретного содержания, рассчитанных на практическое воплощение в реальном поведении людей. В данном случае, судебная практика начинается там, где происходит конкретизация понятий, содержащихся в словесной форме в статьях применяемых нормативных актов. Решение суда в данном случае будет содержать разъяснение, непосредственно не сформулированное в тексте закона, но раскрывающее его содержание. Решение, имеющее обязательное значение для конкретного дела, в силу авторитетности и убедительности будет влиять на практику судов по аналогичным делам [3, с. 22].

Таким образом, практика нарабатывается в результате различного рода судебной деятельности - и при отмене нормативных актов, и при прямом применении Конституции, и при разрешении конкретных споров. При этом предметно-практическая деятельность является важнейшим, но не единственным ее элементом, на котором следует акцентировать внимание. Поэтому ближе всего к правильному пониманию данной проблемы с философской точки зрения подходят те авторы, которые видят в юридической практике единство юридической деятельности и накопленного социально-правового опыта. Деятельность в сфере правовой действительности и накопленный опыт такой деятельности теснейшим образом связаны друг с другом. Опыт представляет собой концентрированное и обобщенное выражение деятельности, ее познавательный эффект, тем самым воздействует на будущую правоприменительную деятельность в аналогичных ситуациях.

1. Общая теория государства и права. Академический курс: В 2 т. / Под ред. М.Н. Марченко. М., 1998. Т. 2. С. 349.

2. Алексеев С. С. Право на пороге нового тысячелетия: Некоторые тенденции мирового

правового развития - надежда и драма современной эпохи. М., 2000. С. 118.

3. Леушин В.И. Юридическая практика в системе социалистических общественных отношений. Красноярск, 1987. С. 26.

4. Алексеев С.С. Общая теория права: В 2 т. М., 1981. Т. 1. С. 353.