Экономика некоммерческого сектора на примере нко Москвы

ЭКОНОМИКА НЕКОММЕРЧЕСКОГО СЕКТОРА НА ПРИМЕРЕ НКО МОСКВЫ ECONOMY OF A NONPROFIT SECTOR ON THE EXAMPLE OF NCO MOSCOW

ЗОТОВ ВЛАДИМИР БОРИСОВИЧ

Заведующий кафедрой «Государственное и муниципальное управление» ФГБОУ ВО «Государственный университет управления», доктор экономических наук, профессор

VLADIMIR B. ZOTOV

Doctor of Economics, Professor, head of the Department «State and municipal management» of the State University of management

АННОТАЦИЯ

В статье рассматривается специфика функционирования некоммерческого сектора Российской Федерации в целом, а также анализируются его особенности на примере г. Москвы и Московской области, включая количественные и качественные показатели. Оценивается роль сектора НКО в социально-экономической жизни общества, глобальной экономике. Выявлены

основные механизмы поддержки деятельности НКО в российских условиях, рассматривается их продуктивность и сохраняющиеся в данной области проблемы, которые, по мнению автора, могут быть решены в том числе за счет адаптации методических подходов, используемых в зарубежной практике, включающих переход к созданию устойчивой системы стимулов для деятельности НКО в интеграции с ресурсной финансовой поддержкой и переходом от исключительно проектного финансирования к поддержке текущей деятельности субъектов НКО. ABSTRACT

In the article there are analyzed the specifics of functioning of the noncommercial sector of the Russian Federation in general and also its features on the example of Moscow and the Moscow region, including quantitative and quality indicators. The role of NGO sector in social and economic life of society, global economy is estimated. The main mechanisms of support of activity of NGO in the Russian conditions are revealed, their efficiency and problems remaining in the field which, according to the author, can be solved including due to adaptation of the methodical approaches used in foreign practice, including transition to creation of a steady system of incentives for activity of NGO in integration with resource financial support and transition from exclusively project financing to support of the current activity of subjects of NGO is considered.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА

Негосударственная коммерческая организация, некоммерческие организации, НКО, экономика НКО, социальный институт, некоммерческий сектор.

KEYWORDS

Non-government organizations, non-for-profit organizations, NFPO, NGO, economy of NGO, economy of NFPO, social institute, noncommercial sector.

В текущих условиях некоммерческий сектор в развитых странах мира вносит существенный вклад в развитие экономики. В то же время в нашей стране данный сектор еще находится на стадии становления и, по оценкам специалистов, пока не занимает такого места в экономике страны, как в развитых странах Европы. По данным Минюста России, по состоянию на 2019 г. в нашей стране было зарегистрировано свыше 300 тыс. некоммерческих организаций (НКО), в которых осуществляет трудовую деятельность более 1,2% экономически активного населения, или более 900 тыс. человек. Отметим, что в развитых странах мира число занятых в данной области составляет в настоящее время более 8%. [1]

Тем не менее, следует констатировать тот факт, что некоммерческий сектор в современных условиях выполняет одну из важнейших ролей в социально-экономической жизни российского общества, обеспечивая повышение уровня жизни населения, устойчивое развитие государства, позволяя достигать «социальных, благотворительных, культурных, образовательных, научных и управленческих целей в целях охраны здоровья населения, развития физической культуры и спорта, обеспечения нравственно-духовных и иных нематериальных потребностей, защиты прав, законных интересов граждан и организаций и т.д.». [1]

По оценкам специалистов [2-5], в течение последних десятилетий сектор НКО трансформировался в силу, играющую значительную роль в глобальной экономике, о чем свидетельствуют следующие характеристики: сектор НКО в настоящее время является седьмой крупнейшей экономикой в мире; одним из ведущих работодателей в мире, а также эффективным средством мобилизации социальных ресурсов.

В сегодняшних условиях во всех странах мира сектор НКО вносит как прямой, так и косвенный вклад в национальную экономику. Первый из них связан с обеспечением занятости и самозанятости населения, в том числе включая социально уязвимую часть населения (инвалиды, их родители и т.д.), покупкой и производством товаров и услуг, необходимых для деятельности, что положительно влияет на стимулирование совокупного спроса и предложения, активизации предпринимательской деятельности; изначальным функционированием в нишах, которые не интересуют коммерческий сектор ввиду слишком низких норм прибыли [6, с. 147; 7]. Следует также особо подчеркнуть тот факт, что сектор НКО выполняет важнейшую роль источника и площадки для разработки, апробации социальных инноваций и передовых методик и практик, тиражируемых затем в муниципальной и государственной практике. Деятельность НКО способствует улучшению показателей уровня образования и здоровья нации, что, по данным зарубежных исследователей, приводит к активизации темпов экономического роста в целом [8]. Кроме того, некоммерческие организации являются важнейшим механизмом гражданской активности. [3] В свою очередь, косвенный вклад сектора НКО связан с вносимыми его субъектами элементами конкуренции в социальную сферу, что положительно влияет на результативность функционирования системы предоставления социальных услуг в целом, снижает изъятие ресурсов из экономики и позволяет направлять их больший объем в виде инвестиций на обеспечение роста в будущем [3].

Характеризуя в данном контексте некоммерческий сектор нашей страны, который функционирует уже более 20 лет, нужно отметить, что, несмотря на кризис, начавший-

ся в 2008 году в финансовой сфере, который оказал существенное влияние на состояние гражданского общества, на «третий сектор», который оказался под ударом из-за усилившегося дефицита финансовых ресурсов в коммерческой сфере, снизивших поступление финансовых средств в виде пожертвований, спонсорских вливаний и личного участия в некоммерческом секторе, сокращение финансовой поддержки со стороны государства, в последние годы снова демонстрирует стабильный рост (более чем на 40% ежегодно, при измерении в количественных характеристик роста числа НКО). Следует заметить, что в числе российских городов Москва при этом занимает лидирующие позиции по количеству зарегистрированных НКО. О динамичном развитии некоммерческого сектора в регионе свидетельствуют высокие темпы роста численности НКО в г. Москве. По оценкам Министерства юстиции России, на конец 2017 г. в Москве было зарегистрировано более 40 тыс. НКО, которые осуществляют свою деятельность на муниципальном, окружном, городском и федеральном уровнях [9]. Если обратиться к эволюции «третьего сектора» в московском регионе, то, по оценкам экспертов, наиболее резкий скачок развития он пережил с 1996 по 2000 г. В 2001-2005 г. развитие сектора НКО в московском регионе претерпело существенное снижение. Однако уже с начала 2006 г. (несмотря на кризис 2009 г.), в целом начался постепенный рост количественных показателей НКО в регионе, сопровождаемый качественным ростом в области результатов их деятельности, что связано с ежегодно предоставляемой государственной, региональной и муниципальной поддержкой развития НКО как инструментов гражданского общества. В настоящий момент численность НКО в г. Москве превышает 40 тысяч органи-

г п /

заций, таким образом на 1 тыс. человек населения в городе приходится более 3,6 НКО (эти данные в 2,2 раза превышают показатели 2008 г.) [1]. Примерно половина от общего числа зарегистрированных в последние 10 лет организаций НКО приходится на общественные организации (объединения), движения, профсоюзы — 49,8%. [1, 9] Хотя при этом следует учитывать, что часть подобных организаций находится в так называемой фазе «сна».

Московский сектор НКО выполняет сегодня заметную роль в социально-экономической жизни города, выступая источником различных социальных инноваций и площадкой для их апробации. Особое внимание в российских условиях и на региональном уровне уделяется привлечению НКО к оказанию социальных услуг в бюджетной сфере. Речь не идет о полном отказе от деятельности государственных муниципальных учреждений, но направлена на максимальную активизацию потенциала и возможностей НКО в данной области, как это давно принято во многих странах мира. Именно социальные услуги НКО, по оценкам экспертов Общественной палаты РФ, сегодня наиболее востребованы российским населением, в том числе в таком регионе, как Москва. Среди представителей самих НКО в масштабе всей страны превалируют такие направления, как социальная поддержка и оказание социальных услуг, благотворительная деятельность [9].

Характеризуя более подробно основные сферы деятельности НКО в Москве и области, следует отметить, что наиболее распространенными видами деятельности НКО, по состоянию на 2018 г., являются: образование — 42%, проведение исследований, экспертиз — 30%, полиграфия и издательская деятельность — 24%. [10] На территории региона

доля НКО в сфере поддержки социально незащищенных категорий населения остается ведущей (23%). [10] Тем не менее, по социальной статистике сегодня в Москве лишь 21 НКО зарегистрирован в качестве социально-ориентированных, пока это можно оценить как достаточно небольшой показатель для огромного города, в сравнении с мировой практикой. [11]

В сегодняшних условиях сектор НКО как на региональном, так и федеральном уровне в целом продолжает отличаться относительной неустойчивостью. Основной формой государственной поддержки организаций сектора НКО в текущих условиях выступают бюджетные субсидии (гранты). Их общий объем из числа федеральных средств за последние 3 года увеличился более чем в 3 раза, превысив по состоянию на начало 2018 г. 13 млрд рублей. В 2018 г. созданным годом ранее Фондом президентских грантов было распределено свыше 8 млрд руб. На конкурс за 2017-2018 гг. при этом были представлены около 35 тыс. проектов более 16 тыс. НКО, работающих в сфере социальной защиты, здравоохранения, образования и науки, молодежной политики, поддержки молодых талантов в области культуры и искусства, 16 629 проектов при этом получили государственную поддержку [9]. Отметим тот факт, что одним из главных вопросов грантовой поддержки в текущих условиях остается разработка методических инструментов для эффективной и комплексной оценки реального социального эффекта реализуемых некоммерческих проектов. Важным механизмом поддержки деятельности сектора НКО выступают также внесенные в 2018 г. поправки в Налоговый кодекс РФ, освобождающие от уплаты налога на доходы физических лиц при получении грантовых средств.

ПН-

Определяя далее сложившиеся в российских условиях механизмы ресурсной поддержки НКО, следует отметить, что нашим государством с 2017 г. осуществляется активное вовлечение НКО в процесс оказания социальных услуг гражданам [9]. В связи с этим поставлена цель о трансфере 10% бюджетных средств, выделяемых на социальную сферу, НКО, для чего на протяжении последних 6 лет в РФ формируется соответствующая нормативно-правовая база. В частности, в рамках положений Федерального закона от 28.12.2013 № 442-ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации» в регионах, вт.ч. в Москве, формируются реестры поставщиков социальных услуг. Основным механизмом реализации ресурсной поддержки выступает Комплекс мер, направленных на обеспечение поэтапного доступа социально ориентированных НКО, работающих в социальной сфере, к бюджетным средствам на 2016-2020 г. Действующий с 2017 г. Федеральный закон от 03.07.2016 № 287-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон „О некоммерческих организациях"» установил для НКО, которые оказывают социальные услуги, право на приоритетное получение господдержки и бюджетных средств. В связи с этим для сектора НКО в текущих условиях особую важность представляет проявление активности по включению в реестр с целью получения льгот и механизмов поддержки. Процедура включения в реестр СО НКО, алгоритм которой утвержден постановлением Правительства РФ от 26.01.2017 № 89 не требует дополнительных расходов, и имеет упрощенный характер, что позволяет НКО осуществлять участие в конкурсных процедурах для получения ресурсной поддержки. Существенным шагом является то, что на территориальном уровне

в данной сфере ведется также активная информационная деятельность со стороны местных органов власти. В частности, на примере рассматриваемого нами региона следует отметить, что Территориальным органом юстиции заключено соглашение об информационном взаимодействии с Комитетом общественных связей г. Москвы, которым проводятся конкурсы на предоставление бюджетных субсидий СО НКО. Юристами Главного управления Минюста России по Москве проводятся лекции по вопросам регистрации социально-ориентированных организаций в Ресурсном центре НКО Комитета общественных связей г. Москвы. [11]

По данным Минэкономразвития, в рамках обозначенного выше Комплекса мер, по состоянию на конец 2018 г. 72 субъекта Федерации, в числе которых г. Москва, осуществляли финансирование СО НКО в социальной сфере, получая доступ к средствам бюджета по таким направлениям, как социальная защита и социальное обслуживание, образование, культура, охрана здоровья граждан, физическая культура и спорт. Общий объем средств финансирования превысил 24 млрд рублей. [9] При этом НКО г. Москвы и Московской области занимают одну из лидирующих позиций в реализации обозначенного Комплекса мер, о чем свидетельствуют данные, представленные в таблице 1, однако пока еще не входят в пятерку лидеров среди российских регионов (по результатам рейтинга Минэкономразвития России на конец 2018 г. лидерами являются Ханты-Мансийский АО, Хабаровский край, Республика Саха (Якутия), Самарская область, Пермский край) [9], что говорит о невостребованных резервах роста и сохраняющихся проблемах регионального сектора НКО.

Та бл и ца 1

Информация о реализации Комплекса мер, направленных на обеспечение поэтапного доступа социально ориентированных НКО к бюджетным средствам (по состоянию на 2018 г.) [12]

Отрасли соц. сферы Количество СО НКО, которым передавались услуги на исполнение, ед. Общий объем средств бюджетов субъектов РФ, переданных на оказание услуг, млн руб. Субъекты Федерации — лидеры по передаче услуг СО НКО

Отрасли социальной сферы 874 5823,2 г. Москва, Самарская, Московская области, Республика Башкортостан, г. Санкт-Петербург

Социальная защита и социальное обслуживание 1297 7424,4 г. Москва, Самарская область, Республика Саха (Якутия), Республика Татарстан, г. Санкт-Петербург

Культура 732 3853,2 г. Москва, Самарская область, Республика Татарстан, г. Санкт-Петербург, Приморский край

Здравоохранение 95 644,7 Курская область, г. Москва, Ханты-Мансийский АО, Республика Татарстан, Республика Карелия

Физическая культура и массовый спорт 784 6310,9 Красноярский край, Ханты-Мансийский АО, Чеченская Республика, Оренбургская область, г. Санкт-Петербург

Молодежная политика 329 596,9 Республика Татарстан, Приморский край, Ямало-Не-нецкий АО, Челябинская, Тульская области

Отмечая финансовую поддержку НКО, которую осуществляют сегодня органы исполнительной власти субъектов РФ и органы местного самоуправления (подобные программы в настоящее время приняты и реализуются в 74 регионах страны), применительно к исследуемому нами региону, нужно отметить, что в Москве на осуществление социально значимых проектов в 2017 году было выделено свыше 270 млн рублей: при этом в конкурсе приняли участие 687 НКО. В 2018 году бюджет конкурсных процедур составил 400 млн руб., что в частности, 20 раз превышает, например, аналогичный бюджет Липецкой области и практически в 6 раз — бюджет Пензенской области. [12]

Следует подчеркнуть, что проектная поддержка деятельности НКО выступает в нашей стране сегодня одним из ведущих видов в числе используемых механизмов, однако, обращаясь к зарубежному опыту, нельзя не отметить, что во многих европейских странах особое внимание сегодня уделяется также государственному финансированию текущей деятельности организации, что позволяет осуществлять реализацию долгосрочных социальных проектов. Российский некоммерческий сектор испытывает существенную нехватку подобных механизмов, так как именно поддержка текущей деятельности представляет сегодня одну из ведущих проблем для стабильного функционирования современных организаций «третьего сектора». В определенной степени эту проблему решает такой используемый в отечественных условиях механизм, как имущественная поддержка НКО в форме передачи во владение и пользование нежилых помещений, предоставление на льготных условиях площадей для коворкинга, то есть совместной деятельности субъектов НКО (данный

1 Ах /пл

механизм активно применяется, в частности, на базе Комитета общественных связей и молодежной политики г. Москвы). Общее количество СО НКО, получивших недвижимое имущество в аренду на льготных или безвозмездных условиях, в 2018 г. превысило 3,5 тыс. организаций. [9] Кроме того, 29 субъектов РФ, в том числе Москва, реализуют меры по предоставлению СО НКО льготных рекламных площадей. Правовую, консультационную, информационную и организационную поддержку НКО оказывают ресурсные центры. Финансовая поддержка на региональном уровне в 2017 году оказывалась 125 ресурсным центрам в 67 субъектах РФ, в том числе в Московском регионе, общий объем которой на текущий период составил более 170 млн рублей. Следует отметить, что такой важный ресурс поддержки деятельности НКО, как ресурсный центр, еще недостаточно востребован в российских регионах; так, если в Москве подобные структуры действуют практически в каждом округе и об их существовании известно НКО, но регулярно их услугами при этом пользуются не более 20% организаций некоммерческого сектора. [12]

В числе проблем, с которыми сталкиваются российские, в том числе региональные московские НКО, в своей текущей деятельности, следует отметить как финансовые трудности (60%), так и несовершенство законодательной базы (52%), отсутствие взаимодействия со СМИ (32%), отсутствие поддержи со стороны органов местной власти (22%). [9] Остановимся на ряде из них более подробно. Так, касаясь несовершенства правовой базы, следует отметить отсутствие четких механизмов предоставления льгот и преференций для СО НКО. Вхождение в уже рассмотренный нами выше реестр как перспективный механизм к данному моменту

выступает для НКО своеобразным знаком качества, но пока не дает особых преференций — административные регламенты, регулирующие этот алгоритм в регионах, пока слабо распространены. Недостаточно реализуется на практике и положение о приоритетной поддержке СО НКО на местах — исполнителям общественно полезных услуг (в региональных нормативно-правовых актах порядок приоритетной поддержки не раскрывается либо носит общий характер формулировки). Присутствует и неравенство условий для выхода СО НКО на рынок соцуслуг, в сравнении с бизнес-структурами — у НКО, в отличие от европейской, американской практики, в России отсутствует возможность получения заемного финансирования, льготного кредитования и др. [9]

Нельзя не отметить и существенную проблему функционирования так называемых «теневых» НКО, которая активно проявляется в московском регионе: по состоянию на конец 2015 г. в Москве и Московской области число таких организаций составило более 21,6% в общем числе российских территорий [13, с. 982] Распространена, в частности, деятельность НКО, где полученные ресурсы не направляются на осуществление основной цели деятельности — социальную поддержку и защиту населения, или происходит отмывание денежных средств и финансирование преступной деятельности [14]. Проблема сокращения масштабов теневой экономики в секторе НКО должна решаться путем дальнейшего развития правовых экономических условий по сокращению теневой экономики и установления экономически целесообразного, но четко администрируемого налогообложения; введения системы экономического стимулирования выхода НКО из теневого сектора экономики [13]. Важно также обращение к зарубежному опыту поддержки деятельности

НКО, где функционирование этого сектора имеет более глубокие исторические основы.

В настоящее время в практике сформировались два основных методических подхода, в рамках которых в экономике распределяются ресурсы, необходимые для предоставления социально значимых благ. В рамках первого государством собираются налоги, формируется заказ на предоставление субсидируемой части социально значимых благ, проводится его размещение среди государственных, негосударственных поставщиков. При этом последние сами изыскивают ресурсы для финансирования несубсидируемой части. В контексте второго подхода государство формирует систему стимулов, частично освобождая от налогов, предоставляя льготы в тех сегментах, где рыночные механизмы не действуют. Это ведет к увеличению доли ресурсов, позволяя привлечь средства в социальную сферу с меньшими издержками. Поэтому второй подход, на наш взгляд, можно охарактеризовать как более системный, зрелый в отношении исследуемой проблемы.

Данные подходы применяются как в чистом виде, так и в тесной интеграции, имея национальную специфику. Общей тенденцией при этом выступает децентрализация, делегирование функций. Даже в рамках первого подхода (через распределение бюджетных средств, которое превалирует сейчас в российских условиях, в то время как второе из направлений остается еще недостаточно развитым) роль государства как непосредственного поставщика услуг стремительно падает, в том числе в европейских странах. Например, в Германии сегодня более трети всех детских садов и более половины интернатов для инвалидов, домов престарелых и больниц выведены на негосударственный уровень функционирования [3]. Детальное изучение

и адаптация данного опыта в российских условиях представляет, на наш взгляд, существенный интерес в условиях оптимизации и модернизации отечественной системы здравоохранения, образования и социального обеспечения, испытывающей существенный недостаток в финансах для административного, материального, организационного и другого рода обновления, которое может быть решено при участии гражданского общества. Задачей государства остается быть заказчиком общественных услуг, аккумулируя соответствующие ресурсы через налоговую систему и выбирая наиболее эффективного поставщика. В этом контексте сектор НКО представляет собой определенный компромисс между рынком и государством [4] и в то же время ресурс, который способен оперативно реагировать на новые социальные вызовы и проблемы с низкими административными издержками, обеспечивать более высокую прозрачность деятельности, выступать катализатором обратной связи между населением и государством, что требует, опираясь на зарубежный опыт деятельности НКО, активного внимания к созданию устойчивой системы стимулирования НКО (а не ее отрывочных, отдельных механизмов), функционирующей в тесной взаимосвязи с направлением финансовой поддержки сектора НКО, включая переход от практики исключительно проектного финансирования к поддержке текущей деятельности организаций «третьего сектора».

Библиографический список

1. Грищенко А.В. О тенденциях развития некоммерческих организаций в России и г. Москве [Электронный источник] // Некоммерческие организации в России. 2014. № 4. URL: https://dis.ru/ library/665/34279/ (дата обращения: 29.08.2019).

2. Некоммерческий сектор экономики и инновационное развитие региона / В.К. Крутиков [и др.].-Калуга: Полиграф, 2013. 236 с.

3. Косарева Н.Б. Некоммерческий сектор: международный опыт [Электронный источник] // Институт развития экономики города. 2018. URL: http://www.urbaneconomics.ru/node/4594 (дата обращения: 25.08.2019).

4. Salamon L.M., Sokolowski W., List R. Global Civil Society: An Overview. N.Y.: The Johns Hopkins Comparative Nonprofit Sector Project, 2003. 200 p.

5. Вейс Т.П., Крутиков В.К., Щербакова Е.С. Некоммерческий сектор современной российской экономики как проводник инновационного развития социальных институтов общества // Известия Тул-ГУ. Сер. Гуманитарные науки. 2014. № 1. С. 212-219.

6. Колесникова Н.А. Некоммерческие организации как основные институциональные формы гражданского общества // Известия ТулГУ. Сер. Гуманитарные науки. 2013. № 1. С. 146-155.

7. Некоммерческие организации Москвы: цифры и факты: Аналитический обзор ГУ г. Москвы «Дом общественных организаций» [Электронный источник]. URL: http://rcenter.su/upload/iblock/52e/ ydofessqkgzbk%20bzhfvtvamrn%20macgbw.pdf (дата обращения: 28.08.2019).

8. Mankiw N.G., Romer D., Weil D.N. A Contribution to the Empirics of Economic Growth// The Quarterly Journal of Economics. 1992. № 5. Pp.105-110.

9. Некоммерческий сектор РФ: динамика развития: Аналитический отчет (по состоянию на 2018 г.) [Электронный источник] // Общественная палата РФ. URL: https://report2018.oprf.ru/ru/3.php (дата обращения: 29.08.2019).

10. Статистика НКО. Практики НКО [Электронный ресурс]. URL: http:// so-nko.ru/statistika-nko (дата обращения: 25.08.2019).

11. Перспективы «третьего сектора» [Электронный источник]// Минюст РФ. 2018. URL: https://to77.minjust.ru/ru/novosti/ perspektivy-tretego-sektora-o-merah-po-razvitiyu-socialno-orientirovannyh-nekommercheskih (дата обращения: 26.08.2019).

12. Доклад о деятельности и развитии социально ориентированных некоммерческих организаций в 2018 г. [Электронный источник] // Портал единой автоматизированной информационной системы поддержки СО НКО Минэкономразития РФ. URL: http://nko. economy.gov.ru/PortalNews/Read/4439 (дата обращения: 26.08.2019).

13. Базаров Р. Т., Басырова Э. И., Синетова Р. Г., Тишкина Т. В. Теневая деятельность некоммерческих организаций на примере Российской Федерации // Концепт: научно-методический журнал. 2016. Т. 15. С. 981-985.

References

1. Grishchenko A.V. On the development trends of non-profit organizations in Russia and Moscow [Electronic source] // Nonprofit organizations in Russia. 2014. № 4. URL: https://dis.ru/ library/665/34279/

2. Non-profit sector of the economy and innovative development of the region / V.K. Krutikov [et al.]. Kaluga: Polygraph, 2013.236 p.

3. Kosareva N.B. Non-profit sector: international experience [Electronic source] // Institute for the Development of the City Economy. 2018. URL: http://www.urbaneconomics.ru/node/4594

4. Salamon L.M., Sokolowski W., List R. Global Civil Society: An Overview. N.Y.: The Johns Hopkins Comparative Nonprofit Sector Project, 2003. 200 p.

5. Weiss T.P., Krutikov V.K., Scherbakova E.S. Non-profit sector of the modern Russian economy as a conductor of the innovative development of social institutions of society // Izvestiya TulGU. Ser. Humanitarian sciences. 2014. №. 1. P. 212-219.

_

6. Kolesnikova N.A. Non-profit organizations as the main institutional forms of civil society // Izvestiya TulGU. Ser. Humanitarian sciences. 2013. № 1, pp. 146-155.

7. Non-profit organizations in Moscow: figures and facts: An analytical review of the Moscow State University "House of Public Organizations" [Electronic source]. URL: http://rcenter.su/upload/iblock/52e/ ydofessqkgzbk%20bzhfvtvamrn%20macgbw.pdf

8. Mankiw N.G., Romer D., Weil D.N. A Contribution to the Empirics of Economic Growth// The Quarterly Journal of Economics. 1992. N 5. Pp.105-110.

9. Non-profit sector of the Russian Federation: development dynamics: Analytical report

10. NCO statistics. Practices of NPOs [Electronic resource]. URL: http:// so-nko.ru/statistika-nko

11. Prospects for the "third sector" [Electronic source] // Ministry of Justice of the Russian Federation. 2018. URL: https://to77.minjust. ru/en/novosti/perspektivy-tretego-sektora-o-merah-po-razvitiyu-socialno-orientirovannyh-nekommercheskih

12. Report on the activities and development of socially oriented nonprofit organizations in 2018 [Electronic source] // Portal of a unified automated information system for supporting SB NGOs of the Ministry of Economic Development of the Russian Federation. URL: http://nko. economy.gov.ru/PortalNews/Read/4439

13. Bazarov R.T., Basyrova E.I., Sinetova R.G., Tishkina T.V. Shadow activity of non-profit organizations on the example of the Russian Federation // Concept: scientific and methodological journal. 2016.Vol. 15. P. 981-985.

Контактная информация

Зотов Владимир Борисович

ФГБОУ ВО «Государственный университет управления», г. Москва Zotov-Vladimir@yandex.ru