Синтаксический способ репрезентации концепта «Память»

кинутый, как правило, на плечи или используемый как поясной предмет (треугольником повязан поверх юбки)», «деталь национального костюма». Релевантные признаки отражают вкусовые предпочтения, в данном случае цыганских женщин. Совершенно очевидно, что в семантическое содержание данной лексемы будут входить и различные прагматические созначения, которые отражают вкусы, взгляды, отношение других людей к лексеме цыганский платок по принципу: нравится / не нравится; соответственно и коннотации могут быть положительными («красивый») и отрицательными («безвкусный», «броский»).

Особых размышлений требует ассоциативный ряд, который сформировался в результате опроса респондентов - носителей русского языка. Различные ассоциации, возникшие с лексемой «платок», представляют, несомненно, определенный научный интерес как результат восприятия человеческим сознанием в словах, формативах объективной действительности.

Ассоциативный ряд предоставляет нам интересные данные об особенностях индивидуального видения и понимания, которое всегда прагматично, личностно, эмоционально окрашено. Способность любого слова располагать «гибким веером» значений воплощает в себе уникальность человеческого мировидения. Несмотря на многообразие, а порой и неожиданность ассоциативных связей, тем не менее, можно выявить нечто общее и выделить наиболее частотные ассоциаты.

Особое внимание обращают на себя ассоциативные метафоры, при помощи которых респонденты передают собственные ощущения.

Так, лексема «платок» вне контекста чаще всего связывается в представлении с понятием «носовой», затем «головной» и только потом «шейный».

На данном этапе исследования полагаем, что представленная лексическая матрица оценочно-определительной валентности лексемы «платок» в достаточной степени отражает национально-культурную специфику фрагментарного видения мира: систему отношений и духовных ценностей, особенности быта, историю, традиции, культуру народа, этнографию и т. д. Информация, обладающая определенной степенью страноведческой насыщенности, особенно актуальна и значима для изучающих русский язык как неродной, потому что в зеркале лингвострановедения возможно приобщиться к культуре народа изучаемого языка, а именно глубже понять русский язык и русскую культуру.

Примечания

1. Степанов Ю. С. Константы: словарь русской культуры. М., 2001. С. 44-61.

2. Там же.

3. Там же. С. 46-48.

4. Там же. С. 43.

5. Карасик В. И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. Волгоград, 2002. С. 15; Воркачев С. Г. Концепт как «зонтиковый термин» // Язык, сознание, коммуникация. М., 2003. Вып. 24. С. 1-2.

6. Мерцалова М. Н. Поэзия народного костюма. М., 1988. С. 102.

7. Там же.

8. Ушаков Д. Н. Большой толковый словарь современного русского языка. М., 2008. С. 700.

9. Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1984. С. 449.

10. Ушаков Д. Н. Указ. соч. С. 773; Ожегов С. И. Указ. соч. С. 1199.

11. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. М., 2004. С. 274.

12. Там же.

13. Ожегов С. И. Указ. соч. С. 258.

14. Фасмер М. Указ. соч. С. 349.

15. Буровик К. А. Родословная вещей. М., 1991. С. 24-25.

УДК 81'367.622

Н. А. Бородина

СИНТАКСИЧЕСКИЙ СПОСОБ РЕПРЕЗЕНТАЦИИ КОНЦЕПТА «ПАМЯТЬ»

В данной статье предпринята попытка рассмотреть структурные схемы, предназначенные быть синтаксическими знаками концепта «память», их семантические и структурные особенности.

In this article the author makes an attempt to examine the structural schemes which are intended to be the syntactic marks of the concept "memory", from the point of view of their structural and semantic peculiarities.

Ключевые слова: когнитивная лингвистика; концепт; концепт «память»; структурная схема простого предложения.

Keywords: cognitive linguistics; syntactic concept; concept "memory"; structural scheme of the simple sentence.

Конец XX - начало XXI в. в языкознании отмечены стремительным развитием когнитивной лингвистики, одной из характерных черт которой является антропоцентризм. По мнению Е. С. Кубряковой, антропоцентризм «обнаруживается в том, что человек становится точкой отсчета в анализе тех или иных явлений, что он вовлечен в этот анализ, определяя его перспективу и конечные цели» [1]. Именно поэтому всё большую актуальность приобретают исследования внутреннего мира человека, мира его эмоций, познавательной деятельности.

Мышление является одним из самых сложных познавательных процессов. Его определяют как

© Бородина Н. А., 2009

«любую скрытую когнитивную или мысленную манипуляцию идеями,образами,символами, словами, суждениями, воспоминаниями, понятиями, образами восприятия, убеждениями или намерениями». Данный термин «охватывает все мысленные действия, связанные с формированием понятий, решением задач, интеллектуальным функционированием, творчеством, сложным научением, памятью, символической обработкой информации, воображением и т. д.» [2].

В семантическом пространстве языка концепт «мыслительная деятельность», представленный «россыпью» концептов (а именно «мышление», «мнение», «знание», «познание», «память», «воображение», «созидание объекта в результате мыслительной деятельности»), синтаксически маркирован не одной структурной схемой, а целой совокупностью структурных схем («кто думает что», «кто думает о ком / о чем», «кто думает про кого / что», «кто думает над чем», «кто додумывается до чего», «кто учится чему», «кто занимается чем», «кто подражает кому», «кто посвящает что кому / чему», «кому думается что», «кому думается о ком / о чем», «что придумано кем», «что придумывается кем»), при этом структурную схему простого предложения мы рассматриваем как языковой (синтаксический) знак, означаемым которого выступает типовая пропозиция, условно названная синтаксическим концептом, а означающими являются субъектив и предикатив со своими синтаксическими местами [3]. Следует отметить, что для описания компонентов структурных схем нами были использованы местоименные маркеры («кто думает что»), глагольные лексемы обобщенной семантики (думает, занимается), в ряде случаев лексический состав, репрезентирующий концепт «мыслительная деятельность», настолько узок, что для наименования схемы мы использовали конкретную лексику («кто учится чему», «кто подражает кому», «кто посвящает что кому / чему»).

В связи с ограниченным объемом статьи мы остановимся только на структурных схемах, означаемым которых может выступать концепт «память».

В психологической литературе под памятью понимается «познавательный (когнитивный, психологический) процесс, включающий в себя запоминание, сохранение, припоминание (воспоминание, воспроизведение), узнавание и забывание информации» [4].

Процессы памяти и мышления тесно взаимосвязаны. С одной стороны, образы памяти составляют основной материал мышления, именно в память поступает информация, полученная в результате мыслительной деятельности; с другой - чем больше и глубже человек размышляет над запоминаемым материалом, тем лучше он запоминается.

Связь памяти и мышления можно проследить и с точки зрения этимологии: глагол помнить является префиксальным образованием от мьни-ти («помнить, думать») [5], слова общеславянского индоевропейского характера, ср. (лит. manyti - «понимать, думать», др.-инд. manas -«ум», лат. mens - «ум, рассудок», латышск. minet - «гадать, упоминать», греч. memona -«замышляю» и др.) [6].

В результате проведенного анализа языкового материала нами были выявлены следующие структурные схемы, используемые для синтаксической репрезентации концепта «память»: «кто думает что» (в нашем материале представлена 879 примерами), «кто думает о ком / о чем» (159 примеров), «кто думает про кого / что» (32 примера), «кому думается что» (47 примеров) и «кому думается о ком / о чем» (2 примера).

Выделенные структурные схемы трехкомпо-нентны: они представлены субъективом, предикативом и объективом.

В лексическом наполнении субъектного компонента структурных схем «кто думает что», «кто думает о ком / о чем», «кто думает про кого / что» используются личные имена или их субституенты в именительном падеже, а в структурных схемах «кому думается что» и «кому думается о ком / о чем» - в дательном падеже. Например: Читал ноты с листа и легко запоминал ноты наизусть Воин Андреевич (Кунин И. Ф. Римский-Корсаков); Старший лейтенант, казалось, совсем забыл о транспорте (Соболев Л. Ночь летнего солнцестояния); Мне вспомнилось, каким добрым другом была для меня книга во дни отрочества и юности, и особенно ярко встала в памяти жизнь на маленькой железнодорожной станции между Волгой и Доном (Горький А. М. Книга).

Лингвисты, отмечая специфику дательного субъекта, указывают на его противопоставленность именительному субъекта по признаку зависимости / независимости действия от воли и намерений субъекта: «при субъекте в именительном падеже признак независимости от воли не-маркирован, при субъекте в дательном - маркирован» [7].

Позицию субъектива может занимать и лексема, называющая какое-либо животное, но так как «память у животных лишь генетическая, проявляющаяся в передаче из поколения в поколение жизненно необходимых биологических, психологических, поведенческих свойств, а также механическая, выступающая в форме способности к научению» [8], то данные примеры воспринимаются как метафорические переносы: Широколобый, удивившись его живучести, повернул к нему голову и хотел его добить, но вдруг вспомнил кончиком своего правого рога неприятную дряблость его бедра, отвернулся от него и тут же забыл о его суще-

ствовании (Искандер Ф. Широколобый); Этот ненавистный ей запах медведица запомнила на всю жизнь (Марысаев Е. Забава).

В нашем материале встречаются примеры, когда субъектив представлен наименованиями предметов фауны, что также характеризует семантику высказываний как метафорический перенос: Растения стояли и слушали вой ветра и вспоминали иной ветер, теплый, влажный, дававший им жизнь и здоровье (Гаршин В. М. Attalea princeps); Словно не могут позабыть эти белые березки всех тех заплаканных глаз, которые отыскивали небо между их зеленеющими ветвями, и словно не ветер, а глубокие вздохи продолжают колебать воздух и свежую листву (Андреев Л. Прекрасна жизнь для воскресших).

Структурообразующим компонентом структурных схем «кто думает что», «кто думает о ком / о чем», «кто думает про кого / что» является предикатив, маркированный, прежде всего, глаголами помнить, вспомнить, запомнить, припомнить, забыть, позабыть, запамятовать. Например: Проснулся он ночью, и дико ему стало. Забыл, что случилось в последние три дня, и не знает, отчего звезды из-за веток смотрят на него, отчего над ним деревья от ветра шумят, отчего ему холодно и лежит он не на своей пуховой постели, а на сырой траве. Стал вспоминать и все припомнил (Гаршин В. М. Сказание о гордом Аггее).

В качестве доминанты этой лексико-семанти-ческой группы выступает глагол помнить, который репрезентирует хранение информации и имеет значение «сохранять, удерживать в памяти, не забывать». Данное значение имеют и выражения держать в мыслях (в уме, в памяти), сохранять в памяти, хранить в памяти и другие [9]. Например: Но вы помните главу вторую моего «Завета»: жизнь должна стать стройной машиной и с механической неизбежностью вести нас к желанной цели (Замятин Е. И. Островитяне); Он рыться не имел охоты / В хронологической пыли / Бытописания земли; / Но дней минувших анекдоты / От Ромула до наших дней / Хранил он в памяти своей (Пушкин А. С. Евгений Онегин).

Производные глагола помнить - вспомнить, припомнить, а также фразеосочетания восстанавливать в памяти, извлекать из памяти, искать в памяти, перебирать в памяти, выудить из памяти и другие объединены общим значением «воспроизведение сохраненной информации». Например: Павлик вспоминал, какие еще пернатые остаются в здешних краях и зимою, но не вспомнил (Алексеев М. Н. Ивушка неплакучая); Он ловит в памяти обрывки разговоров, ищет чего-нибудь яркого, сильного, доказательного -и не находит ничего (Андреев Л. Нет прощения).

Процесс запоминания передается с помощью лексемы запомнить: На них я и запомнил на

всю жизнь, как пахнет летний вечер в провинциальном городке: горячей смолой, остывшей пылью на лопухах у забора, парным молоком, медвяностью раскрывшихся табаков в палисадниках и свежим, полевым, розовым от заката покоем, нисходившим на нас вместе с вечером (Шугаев В. Очертания родных холмов).

Следующую группу образуют глаголы забыть, забывать, позабыть, запамятовать и выражения выбрасывать из головы (памяти), выпускать из памяти, вычеркнуть из памяти, стирать из памяти и другие, описывающие утрату сохраненной информации: Она вскоре позабыла о визите старательных пионеров - она вообще часто забывала то, что только что происходило, но прошлое помнила ясно и цепко, - но чем ближе к вечеру скатывался этот день, тем все более явно ощущала она некую безадресную тревогу (Васильев Б. Л. Экспонат №...); А Сухоруков, жующий моченье, никак не может отделаться от мысли: людей этих объединяет скука, и ничего больше (Семенов Г. Приятная привычка).

Структурообразующий компонент структурных схем «кому думается что» и «кому думается о ком / о чем» представлен такими глагольными лексемами, как помниться ('сохраняться, удерживаться в памяти, не забываться'), вспомниться ('возобновиться в памяти'), запомниться ('сохраниться в памяти'), припомниться ('прийти на память'), а также фразеологическими сочетаниями приходить на память ('вспоминаться; вновь возникать в сознании'), врезаться в память ('прочно, крепко запоминаться, запечатлеваться') и другими. Дательный субъекта, возвратная форма глагола способствует тому, что запоминание, хранение и воспроизведение информации в данных структурных схемах воспринимаются как процессы, не связанные с волевыми усилиями субъекта, носят непроизвольный характер. Например: И навсегда запомнилось Куликову, как отступали наши войска из пшеничного края (Горбатов Б. Алексей Куликов, боец); Ему припомнились далекие солнечные дни в Нижнем (Колесников М. С. Лобачевский); Много я видал на своем веку домов, больших и малых, каменных и деревянных, старых и новых, но особенно врезался мне в память один дом (Чехов А. П. Приданое); Здесь мне приходит на память один забытый мною факт, который, как я вижу теперь, не будет лишен для вас, гг. эксперты, крупного интереса (Андреев Л. Мысль).

Третьим компонентом рассматриваемых структурных схем является объектив, в лексическом наполнении которого представлены отвлеченные и конкретные имена существительные или их суб-ституенты. При этом следует отметить, что, попадая в поле действия глаголов суждения и мышления, памяти и знания любая лексическая единица получает событийное прочтение, а «конкретное

дополнение при таком глаголе обычно представляет пропозицию, для восстановления которой иногда бывает необходимо заполнить семантическую лакуну, создаваемую привычным эллипсисом» [10].

В структурной схеме «кто думает что» объект маркирован винительным падежом имени, в схеме «кто думает про кого / что» - винительным падежом с предлогом про (что придает схеме разговорный характер), в структурных схемах «кто думает о ком / о чем» и «кому думается о ком / о чем» - предложным падежом с предлогом о (об), в схеме «кому думается что» - именительным падежом. Например: С детских лет он помнил рассказы о дедушке Александре Афанасьевиче -его судили за участие в «Обществе военных друзей» (Поступальская М. И., Ардашникова С. Д. Обручев); Он стал вспоминать про военные невзгоды (Толстой А. Н. Хождение по мукам); Играя во дворе, в поле или в лесу, Митя боялся, что вдруг мать умрет или сгорит их изба, и он хотел побежать домой, но жук или бабочка привлекали его, он разговаривал с ними и забывал о матери и о доме, а потом опять вспоминал о них и снова забывал, потому что и мать была ему нужна, и земля вокруг него была светла и полна маленьких добрых людей, бормочущих и зовущих его к себе в траву, в заросли орешника, в лесное озеро и в воздух на небе (Платонов А. Осьмушка); Во всей этой кутерьме запомнилось одно совершенно пьяное женское лицо с бессмысленными, но и в бессмысленности умоляющими глазами, и вспомнилось одно слово - «Фрида»! (Булгаков М. А. Мастер и Маргарита).

Необходимо отметить, что в структурной схеме «кто думает что» глагол забыть может присоединять в качестве дополнения инфинитивный оборот, а помнить и вспомнить - нет. Ср. Может, спросишь: откуда я знаю психологию председателя? Так я же сам был председателем колхоза три года, забыл рассказать (Овечкин В. Борзов и Мартынов) - *Помнил / вспомнил рассказать.

Позицию объекта во всех рассматриваемых структурных схемах могут занимать и предикативные единицы: Она не помнила, как бежала назад мертвыми, безлюдными улицами и переулками, барахталась в снежных сугробах, не помнила, как поднималась к себе на второй этаж, открывала дверь (Абрамов Ф. Потомок Джима); Доктор вспомнил о том, как он ехал в Туркмению, ехал без радости, по воле распределения, но все же с некоторой надеждой (Трифонов Ю. Доктор, студент и Митя); Ей запомнилось, как медленно шла она вслед за ним с душой, переполненной торжеством и печалью: сбылось несбыточное, но это значило, что Эрнст уйдет из отчего дома, и, может быть, навсегда (Данин Д. С. Резерфорд); О том, что есть у них приют в Погорелке, ей ни разу даже

не вспомнилось (Салтыков-Щедрин М. Е. Господа Головлевы).

Проанализировав языковой материал, мы пришли к следующим выводам:

1. Структурные схемы, означаемым которых выступает концепт «память», различаются частотностью реализации в речи, при этом схема «кто думает что» отмечена наибольшей частотой функционирования, а схема «кому думается о ком / о чем» - самая непродуктивная.

2. Возвратные глаголы, дательный падеж субъектива формируют структурные схемы «кому думается что» и «кому думается о ком / о чем» как знаки выраженной непроизвольности, инво-люнтивности субъекта.

3. Структурные схемы «кто думает о ком / о чем» и «кто думает про кого / что» вступают в синонимические отношения, при этом «кто думает про кого / что» - схема с разговорным оттенком.

Примечания

1. Кубрякова Е. С. Эволюция лингвистических идей во второй половине XX века (опыт парадигмального анализа) // Актуальные проблемы современной лингвистики / сост. Л. Н. Чурилина. М.: Флинта, 2007. С. 55.

2. Ребер А. Большой толковый психологический словарь: в 2 т. Т. I (А - О) / пер. с англ. Е. Ю. Чеботарева. М.: Вече, 2000. С. 469.

3. Казарина В. И. Синтаксический концепт «состояние» в современном русском языке (к вопросу о его формировании). Елец: ЕГУ им. И. А. Бунина, 2002. С. 26. См. также: Волохина Г. А, Попова 3. Д. Синтаксические концепты русского простого предложения. Воронеж, 1999. С. 8.

4. Немов Р. С. Психология: Словарь-справочник: в 2 ч. Ч. 2. М.: Изд-во ВЛАДОС - ПРЕСС, 2003. С. 96.

5. Шанский Н. М., Иванов В. В., Шанская Т. В. Краткий этимологический словарь русского языка / под ред. С. Г. Бархударова. М.: Просвещение, 1971. С. 353.

6. Там же. С. 267.

7. 3олотова Г. А. О принципах классификации простого предложения // Актуальные проблемы русского синтаксиса / под ред. К. В. Горшковой, Е. В. Клобуко-ва. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1984. С. 17; См. также: Золотова Г. А, Онипенко Н. К., Сидорова М. Ю. Коммуникативная грамматика русского языка. М.: МГУ, 1998. С. 126; Золотова Г. А. Очерк функционального синтаксиса русского языка. М.: КомКнига, 2005. С. 188.

8. Макович Г. В. Описательные предикаты со значением конкретного действия, поведения, когнитивно-познавательной и речевой деятельности в современном русском языке. Челябинск, 1995. С. 53.

9. Формулировки лексических значений даются на основе следующих словарей: Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1999; Словарь современного русского литературного языка: в 17 т. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1950-1965; Ушаков Д. Н. Большой толковый словарь русского языка. М.: Дом Славянской книги, 2008; Фразеологический словарь / под ред. Т. Н. Гурьевой. М.: Мир книги, 2003.

10. Арутюнова Н. Д. Предложение и смысл: логико-семантические проблемы. М.: Изд-во ЛКИ, 2007. С. 128.