Формы миграции химических элементов в подземных водах бассейна р. Катунь в ее среднем течении

7. Николис Г., Пригожин И. Познание сложного. - М.: Мир, 1990. - 342 с.

8. Пригожин И. От существующего к возникающему. Время и

сложность в физических науках. - М.: Наука, 1985. - 327 с.

9. Пригожин П., Стенгерс И. Порядок из хаоса. Новый диалог

человека с природой. Пер. с англ. Ю.А. Данилова. 3-е изд. -

М.: Эдиториал УРСС, 2001. - 312 с.

10. Николис Г., Пригожин И. Самоорганизация в неравновесных системах. - М.: Мир, 1979. - 512 с.

11. Хакен Г. Синергетика. - М.: Мир, 1980. - 406 с.

12. Вернадский В.И. История природных вод. - М.: Наука, 2003. -751с.

13. Пиннекер Е.В., Писарский Б.И., Шварцев С.Л. и др. Основы гидрогеологии. Общая гидрогеология. - Новосибирск: Наука, 1980.-231 с.

14. Львович М.И. Мировые водные ресурсы и их будущее. - М.: Мысль, 1974. - 448 с.

15. Алексеев В.А., Рыженко Б.Н., Шварцев С.Л. и др. Геологическая эволюция и самоорганизация системы вода - порода. Т. 1. Система вода - порода в земной коре: взаимодействие, кинетика, равновесие, моделирование. - Новосибирск: Изд. СО РАН, 2005.-244 с.

16. Ковалевский В.С. Условия формирования и прогнозы естественного режима подземных вод. - М.: Недра, 1973. - 153 с.

17. Шварцев С.Л. Гидрогеохимия зоны гипергенеза. Изд. 2-е испр. и доп. - М.: Недра, 1998. - 367 с.

18. Алексеев В.А. Кинетика и механизмы реакций полевых шпатов с водными растворами. - М.: ГЕОС, 2002. - 256 с.

19. Шварцев С.Л. Прогрессивная самоорганизация в системе вода

- порода // Известия РАЕН. Секц. наук о Земле. - 2005. -Вып. 13. - С. 139-152.

20. O’Neil J.R., Taylor H.P The oxygen isotope and cation exchange chemistry of feldspars // Amer. Miner. - 1967. - V. 52. - № 9-10.

- p. 1414-1437.

21. Rubie D.C., Thompson A.B. Kinetics of metamorphic reactions at elevated temperatures and pressures: an appraisal of available experimental data // Advances in Physical Geoghemistry. V. 4. Metamorphic Reactions: kinetics, textures and deformation. - New York: Springer-Verlag, 1985. - P. 26-79.

22. Kerrick D.M., Easaga A.C., Raeburn S.P. Kinetics ofheterogeneous reactions // Reviews in Mineralogy. V. 26. Contact Metamorphism. Washington: Miner. Soc. Amer. - 1991. - P. 583-671.

23. Pilla G., Sacchi E., Zuppi G., Braga G., Ciancetti G. Hydrogeochemistry and isotopegeochemistry as tools for groundwater hydrodynamic investigation in multilayer aquifers: a case study from Lomellina, Po plain, South-Western Lombardy, Italy// Hydrogeol. J. - 2006. -V. 14. - № 5. - P. 795-808.

24. Cloutier V., Lefebvre R., Savard M.M., Bourque E., Therrien R. Hydrogeochemistry and groundwater origin of the Basses-Laurenti-des sedimentary rock aquifer system, St. Lawrence Lowlands, Quebec, Canada // Hydrogeol. J. - 2006. - V. 14. - № 4. - P. 573-590.

25. Gascoyne M., Davison C.C., Ross J.D., Pearson R. Saline groundwaters and brines in plutons in the Canadian Shield // Geol. Assoctat. of Canada Special Paper. - 1987. - № 33. - P. 53-68

26. Gascoyne M. Hydrogeochemistry, groundwater ages and sources of salts in a granitic batholith on the Canadian Shield, southeastern Manitoba // Appl. Geochem. - 2004. - V. 19. - № 4. - P. 519-560.

Поступила 02.07.2007г.

УДК 550.42:577.4

ФОРМЫ МИГРАЦИИ ХИМИЧЕСКИХ ЭЛЕМЕНТОВ В ПОДЗЕМНЫХ ВОДАХ БАССЕЙНА р. КАТУНЬ В ЕЕ СРЕДНЕМ ТЕЧЕНИИ

Ю.Ю. Лоханова, Н.М. Рассказов

Томский политехнический университет E-mail: Julia-tomsk2004@rambler.ru

Приведена характеристика состояния химических элементов состава подземных вод бассейна р. Катунь (Горный Алтай), выделены основные формы миграции макро- и микроэлементов: Na*, Mg2*, Са2*, Mn2*, Fe2*, Pb2*, Си2*, Zn2*. Проведены статистические расчеты, целью которых являлось подтверждение результатов моделирования процессов комплексообразования.

Введение

Исследованием форм миграции элементов в природных водах занимались в разные годы зарубежные и отечественные исследователи: P.M. Гаррелс,

4.JI. Крайст, С.Л. Шварцев, С.Р. Крайнов, В.М. Швец, Г.Б. Наумов, Б.Н. Рыженко, П.Н. Линник, Б.И. Наби-ванец и многие другие. Достижения этих исследователей позволяют нам решать задачи моделирования процессов формирования состава подземных вод.

Целью данной работы является выделение главных форм миграции ряда компонентов в подзем-

ных водах бассейна р. Катунь (Горный Алтай) в среднем течении.

Растворенное состояние химических элементов в природных водах чрезвычайно разнообразно. Некоторые элементы склонны образовывать только сравнительно простые соединения, другие - сложные ассоциаты, в том числе с органическими лигандами. Основные формы миграции элементов зависят не только от свойств самого элемента (катионы или анионы), но и от внешних факторов миграции (pH, ЕЬ среды, активные концентрации ио-нов-комплексообразователей и др.).

С.Р. Крайнов и В.М. Швец считают, что «миграция элементов в подземных водах в виде сложных ионных и молекулярных ассоциатов имеет очень важные последствия. Разные соединения одного и того же элемента имеют различные термодинамические параметры (свободные энергии, коэффициенты ионной и молекулярной диффузии). Поэтому процессы массопереноса, растворения-кристалли-зации, ионного обмена и прочие, составляющие основу процесса формирования химического состава подземных вод, невозможно правильно интерпретировать и прогнозировать без знания форм переноса элементов. Именно эти формы определяют возможность и геологическую значимость процессов, а также их кинетику. При образовании устойчивых комплексных соединений происходит смещение равновесий в геохимических процессах (в растворении, выщелачивании, осаждении и соосажде-нии, сорбции, ионном обмене, окислении-восста-новлении) в сторону водной фазы» [1. С. 33].

Физико-химические расчеты играют роль ориентира при гидрогеохимических исследованиях, их результаты могут быть использованы для приблизительной оценки и вероятностного прогнозирования реальных геохимических процессов. Однако, эти расчеты зачастую базируются на аналитических данных о составе вод, суммирующих свободные и связанные формы элементов, что не вполне правомерно при попытке воссоздать процессы, идущие в реальной системе.

Материалом для исследований явились данные, полученные в результате опробования водных объектов в регионе, которые проводились сотрудниками Томского филиала института нефтегазовой геологии и геофизики СО РАН и сотрудниками Томского политехнического университета с участием авторов (2005 г.).

Методика физико-химических исследований ком-плексообразования достаточно подробно изложена в [1-3]. Базовые положения теории заключаются в следующем.

Так называемые комплексные соединения образуются при взаимодействии иона-комплексооб-разователя (Ме) и лигандов (А) органического или неорганического происхождения:

МеАи"*+"=Ме"++тАк~.

Характеристикой комплексного соединения служит константа устойчивости К, -

[МеАт”*+я]

У(Т’Р) [Меи+][А*Т ’

где [Ме"+] - молярная концентрация элемента с зарядом п+ в незакомплексованной форме; [А*-] -молярная концентрация адденда А с зарядом кг; [МеАи”*+"] - молярная концентрация комплексного соединения, имеющего суммарный заряд тк+п.

Диссоциация комплексного соединения, как правило, происходит ступенчато по типовой схеме: Ме(А)2-о-МеА++А~-о-Ме2++2А~, поэтому использу-

ют как полные константы устойчивости, так и ступенчатые. В равновесных стандартных условиях (при 25 °С и 0,1 Па) константа устойчивости комплексного соединения К, связана со свободной энергией Гиббса выражением Дб!0=-1,364-1§^, где

де0=1де%од-1де°исх.

Энергия Гиббса, рассчитанная такими исследователями как И.Л. Шок, Х.К. Хэлгесон, П.Н. Лин-ник, Б.И. Набиванец, И.И. Волков, Г.А. Соломин, И.К. Карпов и др. для различных соединений, включается в базу данных. На основании энергий Гиббса и данных о физических условиях реакции, вычисляются константы устойчивости комплекса элемента. Но количественные соотношения между состояниями какого-либо присутствующего в воде элемента-комплексообразователя зависят не только от констант устойчивости его соединений, но и от концентраций аддендов. Особое значение для комплексообразования имеют фульвокислоты, т. к. способность к комплексообразованию гуминовых и прочих органических кислот намного слабее.

Расчет концентраций различных форм миграции элементов в подземных водах производился с помощью программного модуля для ПК НуёгОео (автор - М.Б. Букаты, ТФ ИНГГ СО РАН) [4].

Описание объекта исследований

Бассейн среднего течения р. Катунь (Горный Алтай) занимает площадь от устья реки Коксы до устья р. Смульта. Гидрогеологические условия определяются значительной расчлененностью рельефа, активным водообменном и наличием двух водоносных комплексов пород - аллювиальных образований, приуроченных к долинам рек, и трещиноватых коренных, в основном палеозойских, пород, разбитых дизъюнктивными тектоническими разрушениями, которые активно влияет на движение подземных вод. Воды зон этих нарушений выявлены и изучены слабо. Основное значение имеет воды трещиноватости коренных пород и аллювиальных отложений.

В связи с этим процесс формирования их химического состава протекает в различных условиях. Модуль подземного стока составляет в регионе

3.2...4.0 л/с-км2. Приточность находится в пределах 0,1...0,4км3/год [5]. Интервал опробования в скважинах в основном составляет до 100 м от дневной поверхности (максимальная глубина скважин 160 м).

Подземные воды рассматриваемой территории повсеместно пресные с минерализацией

70...700 мг/л, как правило, нейтральные или слабощелочные (pH 7,0...8,8); по составу гидрокарбонатные кальциевые. Более детальная характеристика геолого-гидрогеологических условий и геохимии подземных вод бассейна среднего течения р. Катунь дана в публикациях [6-9].

В данной работе изложены результаты исследований форм миграции основных макро- и микрокомпонентов, особенно тщательно нормируемых,

без учета элемент-органических форм. Схема расположения точек опробования приведена на рис. 1, исходные данные для расчетов - в табл. 1, результаты расчетов представлены в табл. 2.

Рис. 1. Схема расположения точек наблюдений: 1) наблюдательные (режимные) гидрогеологические скважины; 2) родники и их номера

Результаты физико-химических расчетов

В табл. 2 показаны результаты расчетов ком-плексообразования в водах опробованных режимных родников, которые позволяют сделать следующие выводы.

Без учета соединений с органическими радикалами, преимущественно в ионной форме, мигрируют ионы N3, К, Са, Mg, С1, НСО„ Б, 1Ч02, N0,, НС03, Бе и Мп. Доля их составляет, как правило, более 90 %, что вполне закономерно, учитывая околонейтральные значения pH вод, окислительную геохимическую обстановку, низкую минерализацию растворов и невысокие значения их ионной силы (0,01...0,02).

Среди форм миграции макроэлементов (табл. 2) преобладают комплексы-ассоциаты с участием доминирующих анионов НС03 , С032~ изредка встречаются соединения с С1~ и Р. Гидроокис-ные формы миграции более характерны для эл-ементов-гидролизатов: основной формами миграции 814+ (более 50 %) является Н48Ю4.

В то же время, для А1 практически единственной миграционной формой является продукты диссоциации А1 (А102~ и А10(0Н)2~), т. к. концен-

трации А1 столь малы, что недостаточны для образования слаборастворимых гидроокислов АР+, А10Н2+ или AlÓ(OH)3. Si, содержащийся в водах Катунского полигона в количествах, близких к предельно допустимому, находится в виде двух основных форм миграции - доминирующей - H4Si04 и подчиненной - Si02 в количестве 52 и 48 % соответственно.

Таблица 1. Использованные в расчетах данные по составу подземных вод бассейна среднего течения р. Ка-тунь

Показатель ЕД. изм. Пункты отбора проб - родники

Толго- ек До- рож- ный Скаль ный Каин- заир- ский Пи- тье- вой Куюс- ский

1 2 3 4 5 6

рн 7,9 7,8 7,7 7,7 7,6 8

Ионная сила моль/л 0,01 0,01 0,01 0,01 0,01 0,01

Минерали- зация мг/л 360,0 350,0 390,0 290,0 370,0 290,0

Na+ 3,50 4,00 7,00 0,80 8,00 5,00

Са2+ 44,0 56,0 60,0 60,0 72,0 52,0

Мд2+ 9,80 20,70 25,60 12,20 9,80 10,50

К+ 1,50 1,10 1,20 1,50 0,80 0,90

Fe2+ 0,8 0,01 0,05 0,08 0,07 0,03

Fe3+ 2 0,1 0,02 0,02 0,02 0,02

Mn2+ 68,70 18,60 20,40 12,00 10,40 12,70

nh4+ 0,10 0,08 0,10 0,10 0,07 0,06

Al3+ 0,25 0,25 0,25 0,25 0,25 0,25

cr 1,56 1,42 1,42 3,55 2,84 1,28

HCCV 268,4 292,8 366,0 268,4 329,4 244,0

F“ 0,15 0,12 0,56 0,10 0,22 0,18

N(V 0,39 0,01 0,01 0,01 0,01 0,01

N(V 4,03 3,33 5,90 17,24 16,91 3,25

s¡o2- 3,70 3,70 3,35 4,15 4,15 4,80

co-r 0,4 1,2 0,4 0,6 0,4 0,4

Pb2+ мкг/л 2,73 1,25 1,09 0,46 - 0,17

Cu2+ 10,6 1,98 3,28 0,75 - 0,03

Cd2+ 0,11 0,1 0,09 0,03 - 0,07

L¡+ 9,00 7,00 9,00 8,00 - 9,00

Zn2+ 29,2 49,3 26,7 0,7 - 1,93

Hg2+ 0,002 0,002 0,001 0,003 - 0,001

По результатам расчетов, основными миграционными формами для Мп оказались Мп2+ (более 70 %), а также МпНС03+, МпСО30 и Мп(НС03)2.

Несколько иные формы миграции характерны для Бе. В данной геохимической обстановке основной формой миграции Бе является Ре(ОН)2+ (более 68 %), а второстепенными - Ре(ОН)3°, Ре(ОН)2+, Ре(ОН)4~. Из соединений Ре двухвалентного преобладает ион Ре2+, второстепенными его формами являются РеНС03+, РеСО30, Ре(НС03)2.

Приведенные на рис. 2 результаты расчета основных форм миграции микрокомпонентов в водах бассейна р. Катунь показывают, что доминирующими в растворе являются гидрокарбонат- и кар-бонат-комплексы с ионами 11, Си, ¿п, Сс1 и РЬ.

Таблица 2. Результаты расчета основных форм миграции макрокомпонентов в подземных водах, %

Формы миграции Пункты отбора проб

1 2 3 4 5 6

ГОН,* 0.09 95,05 0.07 90,19 0.09 93,76 0.09 95,10 0.06 89,89 0.05 91,38

мн4нсо3 0,00 0,00 0,26 0,19 0,24 0,19

1\1Н4СОз~ 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00

1\1Н4С1 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00

1\1Н4ОН 0,00 - 0,39 0,41 0,38 0,39

(МН4)2СОз 0,01 0,00 5,19 3,89 9,10 7,64

ГОНз0 0,00 - 0,39 0,41 0,38 0,39

N02' 039 99,86 0,009 99,86 0,009 99,87 0,009 99,86 0,009 99,87 0,009 99,86

Н1\Ю2 0,00 0,13 - - - -

Мд2* 9.11 92,97 20,07 96,96 24.75 96,68 11.9 97,56 9.49 96,92 10.23 97,41

МдНС03+ 1,33 0,56 3,07 2,27 2,87 2,42

МдСОз 0,05 0,02 0,10 0,08 0,09 0,08

МдС1+ 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00

Мд(НС03)2 0,06 0,03 0,09 0,05 0,09 0,06

МдС12 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00

МдР+ 0,00 1,15 0,04 0,03 0,02 0,01

МдОН+ 0,00 - 0,00 0,00 0,00 0,00

3.45 98,58 3.98 99,43 6.96 99,37 0.79 99,54 7.95 99,40 4.98 99,52

№НС03 0,37 0,07 0,61 0,44 0,59 0,47

№С1 0,00 0,01 0,00 0,00 0,00 0,00

№Н35Ю4 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00

№Н5Ю3 0,00 0,01 0,00 0,00 0,00 0,00

АР* 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00

(АЮ2Г 0.24 96,64 0.25 100,00 0.23 92,89 0.23 92,82 0.23 92,88 0.23 92,82

АК ОН )3 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00

(А10(0Н)2)- 3,6 0,00 7,11 7,18 7,12 7,17

БЮг 1.81 48,91 1.81 48,91 1.64 48,91 2.03 48,91 2.03 48,91 2.35 48,91

(Н35Ю4Г 0,11 0,11 0,11 0,11 0,11 0,11

ЬЦЯСХ, 50,84 50,84 50,84 50,84 50,84 50,84

(Н5Ю3)- 0,13 0,12 0,13 0,13 0,13 0,13

К* 1.37 91,71 1.09 99,41 1.19 99,36 1.49 99,54 0.79 99,39 0.89 99,51

КНСОз 0,03 0,00 0,63 0,46 0,60 0,48

КС03 0,00 0,00 0,00 0,00 0,01 0,00

КС1 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00

К2С03 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00

Са2* 42,49 96,56 54.11 96,62 57.73 96,22 58,34 97,24 69.41 96,39 50,46 97,04

СаНС03+ 2,98 0,85 3,28 2,45 3,20 2,61

СаСОз 0,22 0,06 0,24 0,18 0,23 0,19

Са(НС03)2 0,15 0,08 0,18 0,09 0,17 0,11

Са(С03)22- 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00

Са1\Ю3+ 0,08 - 0,07 0,02 - 0,03

СаС1+ 0,01 0,04 0,00 0,00 0,00 0,00

СаС12 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00

СаР+ 0,01 0,36 0,01 0,01 0,00 0,00

Мп2* 48.11 70,03 14.45 77,67 15.53 76,33 9.74 81,19 8.03 77,17 10.18 80,19

(МпНС03)+ 0,01 0,00 11,89 9,50 11,49 9,99

МпСОз 0,01 0,00 10,74 8,69 10,39 9,15

Мп(НС03)2 0,00 0,00 0,99 0,57 0,92 0,64

(МпС1)+ 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00

МпС12 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00

МпОЬГ 0,00 - 0,03 0,03 0,03 0,03

Ре2* 0.72 90,56 0,009 94,66 0.05 94,26 0,076 95,63 0,066 94,51 0,029 95,37

(РеНС03)+ 0,04 0,00 2,89 2,21 2,77 2,34

РеСОз 0,03 0,00 2,09 1,62 2,09 1,72

Ре(НС03)2 0,01 0,00 0,49 0,27 0,44 0,30

РеСГ 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00

РеОЬГ 0,00 - 0,25 0,27 0,25 0,27

Ре3* 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00

(РеОН)2+ 6,23 4,79 3,26 2,80 2,82 3,06

(Ре(ОН)2)+ 1.41 70.41 0,068 68,21 0,014 71,23 0,018 88,86 0,016 78,91 0,002 80,30

Ре(ОН)3 23,32 26,90 25,26 8,02 17,96 16,48

(Ре(ОН)4Г 0,10 0,19 0,35 0,43 0,43 0,29

Примечание: мг/л ~ содержание формы компонента в воде, число в знаменателе (%), приходящийся на это содержание в воде

Группа ОН" дает второстепенные комплексы РЬ, Ъо., Си и Сё в порядке уменьшения роли данного комплекса с названными элементами, но в среднем роль этих комплексов не превышает 1...2 % в случае Ъа, и 20...40 % в случае РЬ.

Комплексы миграции Н§, рассчитанные нами, указывают на преобладающую роль метилированной ртути (Н§(1ЧН3)2)2+. Очевидно, что на долю Н§(1ЧН3)2+ приходиться не более 1 % от суммарного количества ртути в растворе.

Следует отметить, что неучтенные нами взаимодействия ионов раствора с органическими соединениями также могут влиять как на образование форм миграции элементов, так и на процессы ми-нералообразования. Еще одним следствием присутствия в растворе органических веществ является преимущественное связывание ими микроэлементов, в то время как Са2+ и М§2+ образуют очень слабые по прочности соединения.

Фульвокислоты связывают в прочные органокомплексы от 0,0п до 50 % содержаний микроэлементов (особенно, СсР). Минимальная степень связывания ионов характерна для П+ и Zn2+ (0,0п %, рис. 2, г, д), в то время как фульво-ком-плексы способны связывать от 0,0 до 16 % первоначального количества катионов РЬ2+ и Си2+ (рис. 2, а, б). И, наконец, максимальная степень связи характерна для СсР, достигая от 3 до 60 % (рис. 2, в).

Основные выводы

Компоненты Са, Ка, К, М§, Бе, С1 и Б мигрируют преимущественно в ионной форме, составляющей 95...99 % от их общего количества. Среди разнообразных форм миграции таких элементов или соединений как Мп и 1ЧН4, ионная форма занимает только до 80...95 %; для Сс1, РЬ - всего 5...40 %, а для Си, Ъп и П она составляет от 99...76 %. Максимальные значения связанности с фульвокислотами характерны для Сс1 (3...60 %). При гидрогеохимиче-

100

I

i

j¥S¥

j¥S¥

j¥S¥

$¥$¥

j¥S¥

j¥S¥

j¥S¥

j¥S¥

j¥S¥

j¥S¥

$¥$¥

j¥S¥

Ш Cu(CQ)f m Cu(HCQ)2  CuC03 0 CuHCC?

Ш Cu +

i o o %

ш

ш

ш

ш

Ш

Ш

555555

¡i

1

EnCdCl

cd(co£

E3 CdCO 3

scdHcq

m cd2+

sZn(C03)^  Zn(HCO¡)2 Щ ZnC03 EiZnHCO;

ED Zn2+

LiC03 H LiHC03 ЕЭ Li+

Рис. 2. Результаты расчета основных форм миграции микрокомпонентов

ских исследованиях необходимо обязательно учитывать степень связанности элементов в прочные комплексные соединения, т. к. степень их связан-

ности заметно сказывается на процессах миграции, сорбции, окисления-восстановления элементов или осаждения-растворения их соединений.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Крайнов С.Р., Швец В.М. Геохимия подземных вод хозяй-ственно-питьевого назначения. - М.: Недра, 1987. - 237 с.

2. Гаррелс P.M., Крайст Ч.Л. Растворы, минералы, равновесия. -М.: Мир, 1968. - 368 с.

3. Линник П.Н., Набиванец Б.И. Формы миграции металлов в пресных поверхностных водах. - Л.: Гидрометеоиздат, 1986. -272 с.

4. Букаты М.Б. Геоинформационные системы и математическое моделирование. - Томск: Изд-во ТПУ, 2002. - 75 с.

5. Шварцев С.Л., Воротников Б.А., Кусковский B.C. и др. Гидрогеохимические условия бассейна р. Катуни в зоне влияния проектируемого водохранилища // Катунский проект: проблемы экспертизы: Матер, к общ.-научн. конф. 13-14 апреля 1990 г. - Новосибирск, 1990. - Т. 1. - С. 62-63.

6. Шварцев С.Л., Кусковский B.C., Савичев О.Г., Копылова Ю.Г., Лукин А.А., Домрочева Е.В. Эколого-геохимическое состояние подземных вод бассейна Катуни, используемых для хозяй-ственно-питьевых целей // Тенденции и перспективы развития

гидрогеологии и инженерной геологии в условиях рыночной экономики России. VI Толстихинские чтения: Тез. докл. науч-но-методич. конф. / СПбГИ(ТУ). - СПб., 1999. - С. 135-140.

7. Катунь: экогеохимия ртути / Под ред. НА. Рослякова, B.C. Кусковского, Г.В. Нестеренко, С.Л. Шварцева и др. - Новосибирск: Изд-во СО РАН, 1992. - 180 с.

8. Лоханова Ю.Ю., Рассказов Н.М. Геохимия природных вод бассейна р. Катунь в ее среднем течении // Известия Томского политехнического университета. - 2006. - Т. 309. - № 6. -С. 32-37.

9. Шварцев С.Л. Гидрогеохимия зоны гипергенеза. - 2-е изд., ис-правл. и доп. - М.: Недра, 1998. - 366 с.

10. Копылова Ю.Г. Органическое вещество в подземных водах горных областей юго-востока Западной Сибири и изучение влияния органических кислот на миграцию химических элементов в водах. - Томск: Изд-во ТПИ, 1984. - 49 с.

Поступила 20.12.2006 г.