Социально-демографическая и клинико-психологическая характеристика лиц детско-подросткового возраста с завершенными суицидами и суицидальным поведением

Суицидология и аддиктология

на лиц с органическими расстройствами личности (F07.xx) возбудимого и тормозимого спектра.

Снижение тяжести проявления пограничных психических расстройств и улучшение психического состояния суицидентов с пограничными психическими расстройствами под влиянием лечебно - реабилитационных мер подтвердилось положительной динамикой по шкале общего клинического впечатления с подшкалой тяжести состояния CGI-S на 1,1 балл (с 2,9 до 1,8), а также снижением выраженности депрессии по шкалам Гамильтона, 17-вопросный вариант (HamD17) на 11,8 баллов (с 15,3 до 3,6) и Бека, достигающей 8,4 баллов (с 13,6 до 5,3).

Высокая эффективность разработанных комплексных дифференцированных реабилитационных и профилактических мероприятий у суицидентов с пограничными психическими расстройствами подтверждена подшкалой эффективности терапии CGI-I: у 78,2% пациентов отмечалось «выраженное» и «существенное» улучшение состояния, а также шкалой В.Я. Семке, оценивающей эффективность терапии лиц с пограничными психическими расстройствами: существенное улучшение (состояние «А» и «B») достигнуто у 79,3% пролеченных пациентов.

Вывод. Таким образом, своевременная ранняя диагностика варианта постсуицидального периода, обстоятельств и структуры этапности суицидального поведения на основе клинико-патогенетических факторов у лиц с пограничными формами психических расстройств с последующим адекватным использованием предложенных программ реабилитации и психопрофилактики позволяет добиться значительного результата по их вторичной и третичной профилактики и социальной реадаптации, снизить суицидальный риск и выраженность симптоматики.

Литература:

1. Аксенов М.М., Семке В.Я., Ветлугина Т.П. и др. Клиническая динамика стрессоустойчивости при непсихотических психических расстройствах // Сибирский вестник психиатрии и наркологии. - 2011. - № 4. - С. 11-19.

2. Александровский Ю. А. Общее понятие о пограничных формах психических расстройств (пограничных состояниях) // Новые медицинские технологии. Новое медицинское оборудование: ежемесячный научно-практический рецензируемый журнал. -2010. - № 5. - С. 58-71.

3. Васильев В.В. Суицидальное поведение женщин (обзор литературы) // Суицидология. - 2012. - № 1. - С. 18-27.

4. Дмитриева Т.Б. Отчет ежегодной сессии съезда психиатров НЦПЗ РАМН. - М., 2008 - 22с.

5. Любов, Е.Б., Морев М.В., Фалалеева О.И. Экономическое бремя суицидов в Российской федерации // Суицидология. - 2012. -№3. - С. 3-9.

6. Положий, Б.С., Панченко Е.А. Дифференцированная профилактика суицидального поведения // Суицидология. - 2012. - № 1. -С. 8-13.

7. Семке В.Я. Персонология и психотерапия // Сибирский вестник психиатрии и наркологии. - 2008. - № 2. - С. 7-11.

8. Borges G., Nock M.K. et al. Twelve-month prevalence of and risk factors for suicide attempts in the WHO world mental health surveys // J. Clin. Psychiatry - 2010. - № 71. - P. 617-28.

9. Nisenbaum R., Links P.S., Eynan R., Heisel M.J. Variability and predictors of negative mood intensity in patients with borderline personality disorder and recurrent suicidal behavior: multilevel analyses applied to experience sampling methodology // J. of abnormal psychology. - 2010. - Vol.119, Issue 2. - P. 433-439.

СОЦИАЛЬНО-ДЕМОГРАФИЧЕСКАЯ И КЛИНИКО-ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЛИЦ ДЕТСКОПОДРОСТКОВОГО ВОЗРАСТА С ЗАВЕРШЕННЫМИ СУИЦИДАМИ И СУИЦИДАЛЬНЫМ ПОВЕДЕНИЕМ

Е.Н. Кривулин, О.Е. Кривулина

Южно-Уральский ГМУ, г. Челябинск

Представлены результаты сравнительного изучения социально-демографических и клинико-психологических характеристик лиц детско-подросткового возраста с завершенными суицидами и суицидальным поведением. Выявлены отличительные суицидогенные факторы по полу, возрасту суицидальной активности, личностным особенностям, причинам суицидов, их связи с временами года и способами суицидальных действий.

Ключевые слова: дети, подростки, суицидальное поведение, завершенные суициды, суицидогенные факторы.

По данным ВОЗ аутоагрессивное поведение в виде суицидов является сегодня одной из актуальных проблем здравоохранения. Средний показатель самоубийств составляет 15,1 на 100000 человек, а гендерное соотношение - мужчина : женщина - 3,5:1. Самоубийства доминируют в возрастной группе 15-34 лет, где они занимают первое или второе место в качестве причины смерти представителей обоих полов (ВОЗ, 2001). Россия занимает одно из ведущих мест в рейтинге по этой проблеме. Данные в отношении суицидальных попыток имеются лишь в некоторых странах [1]. Следует отметить, что количество попыток самоубийства в 10-20 раз превышает число завершенных суицидов, что характеризует истинные масштабы происходящего явления [2]. При этом на каждый суицид со смертельным исходом у подростков приходится не менее 10-100 суицидальных попыток [10]. Статистика парасуицидов колеблется в значительных пределах - от 60 до 220 на 100000 населения.

В настоящее время существуют достаточно противоречивые точки зрения различных исследователей на феномен суицида и вызывающие его причины [1, 5]. Тем не менее, большинством суицидологов признается, что суицидальное поведение имеет многофакторную природу, в которой социально-демографические и клинико-психологические факторы играют достаточно значимую роль [3, 6, 9]. По мнению специалистов, существует связь между повышенной напряженностью защитных механизмов и выявляющейся пресуицидальной и суицидальной активностью [4, 8]. Ряд исследователей доказали, что помимо индивидуальных факторов, межличностных конфликтов и социальных предпосылок, внешние природные факторы оказывают существенное влияние на реализацию суицидального намерения [11-13]. Значительный уровень аутоагрессивных действий регистрируется при различных формах психических и поведенческих расстройств [7]. В связи с неоднозначностью точки зрения различных ученых, особый интерес представляют исследования, посвященные суицидогенезу в детско-подростковом возрасте.

6

Тюменский медицинский журнал Том 16, № 1, 2014

Суицидология и аддиктология

Цель исследования: сравнительный анализ социально-демографических и клинико -психологических характеристик детей и подростков с завершенными суицидами и суицидальным поведением, и выделение некоторых патогенных факторы суицидальных действий в детско-подростковой популяции.

Материал и методы.

Исследованию подверглись данные оперативной сводки правоохранительных органов за 2004 год на 41 ребенка и подростка, покончивших жизнь самоубийством (I группа) и 30 детей и подростков в возрасте от

10 до 17 лет, госпитализированных в детское отделение Челябинской областной клинической специализированной психоневрологической больницы №1 в 2012 г., в анамнезе и клинике которых было выявлено аутоагрессивное поведение в виде суицидальных попыток (II группа).

Психическая патология у 9 (22,1%) суицидентов I группы определялись различными формами девиантного поведения. Психические и поведенческие расстройства госпитализированных детей и подростков II группы диагностировались как эмоциональные расстройства и расстройства поведения, начинающимися обычно в детском и подростковом возрасте (F90-99) у 19 (63,4%) человек, органические расстройства личности (F07,0-07,9) у 5 (16,7%) пациентов, в 3 (10,0%) случаях расстройства адаптации (F 43.2), в единичных наблюдениях - шизотипическое расстройство личности (F21,8), легкая умственная отсталость (F70,1) и нервная анорексия (F50,0).

Результаты и обсуждение.

Сравнительный анализ некоторых социально -демографиских и клинико-психологических характеристик изучаемого контингента больных позволил установить, что среди суицидентов I группы было 29 (70,7%) лиц мужского и 12 (29,3%) женского пола (соотношение 2,4:1), против 6 (20,0%) мальчиков и 24 (80,0%) девочек во II группе (соотношение 1:4).

По возрастному фактору в наблюдаемых группах пациенты распределились следующим образом: 4 (9,8%) и соответственно 3 (10,0%) ребенка до 12 лет,

11 (26,8%) и 22 (73,3%) от 13 до 15 лет, и 26 (63,4%) и 5 (16,7%) подростков в возрасте 16-17 лет.

Среди обследованных I группы 33 (80,4%) подростка учились, 2 (4,8%) работали и 6 (14,8%) человек не учились и не работали. Все обследованные II группы были учащимися образовательных учреждений.

Более половины подростков (n=23; 56,1%) I группы воспитывались в полной семье, 21,9% (n=9) - матерью или отцом, в 19,5% (n=8) случаев опекались родственниками и 1 (2,6%) ребенок воспитывался в детском доме, тогда как третья часть детей и подростков II группы воспитывались в полной семье 33,3% (n=10) и в 33,3% (n=10) случаев одной матерью или отцом, 8 (26,7%) пациентов находились в детском доме, и 2 ребенка (6,7%) опекались родственниками.

Независимо от состава семьи, большинство несовершеннолетних обеих групп воспитывались в условиях гипоопеки (44,2% и 40,0%), безнадзорности (23,4% и 20,0%), эмоциональной депривации (23,4% и 26,7%) или отвержения (9,0% и 13,3%).

До совершения суицидальных действий большинство респондентов не состояли на учете у психиатра или нарколога и лишь 9 (22,1%) первой и 10 (33,3%) человек второй группы состояли на учете в психиатрическом диспансере.

Сравнительный анализ личностных особенностей по группам наблюдения показал, что для суицидентов I группы типичны шизоидные (17,1% против 3,3% во II группе; p<0,05), сензитивно-шизоидные 31,7% против 13,3%; p<0,05) и эмоционально-лабильные (17,7% против 3,3%; p<0,05) черты, тогда как для пациентов психиатрического стационара характерны неустойчивые (46,7% против 17,1%; p<0,05),), сензитивные (16,7% против 12,1%), истероидные (10,0% против 4,9%; p<0,05) и возбудимые (6,7% против 0%; p<0,05) акцентуации характера.

В структуре способов суицидальных действий у обследованных I группы ведущими были самоповеше-нье (95,1% против 13,3% во второй; p<0,05), тогда как у несовершеннолетних II группы самопорезы (50,0% против 0%; p<0,05), прием лекарственных средств (20,0% против 0%; p<0,05), реже наблюдались падения с высоты (16,7% против 4,9%; p<0,05), причем, алкогольное опьянение наблюдалось лишь у 3 (7,3%) человек первой и 2 (6,7%) подростков второй группы.

Анализ связи суицидов с временами года показал, что несовершеннолетние I группы в 53,6% случаев против 20,0% второй (p<0,05) суициды совершили весной, достоверно реже суицидальные действия у них наблюдались летом (17,1% против 40,0%; p<0,05) и зимой 12,2% против 20,0%; p<0,05), с одинаковой частотой в обеих группах аутоагрессивное поведение отмечалось осенью (соответственно 17,1% в первой и 20,0% во второй группе).

Причинами суицидального поведения в 90,2% в первой и 73,4% случаев второй группы (p<0,05) являлись обыденные ситуации, которые несовершеннолетними переживались как субъективно - сложные, кризисные или непреодолимые жизненные обстоятельства, касающихся отношениям с родителями. Реже причинами суицидов служили конфликты со сверстниками 9,8% и 16,7%, в единичных случаях проблемные ситуации с родственниками и учителями.

Таким образом, проведенное исследование позволило определить как общие, так и отличительные патогенные характеристики суицидального поведения у несовершеннолетних с завершенными суицидами и суицидальными попытками. К общим характеристикам относятся: воспитание ребенка в полной тили деструктивной семье, в условиях дефицита внимания или эмоционального отвержения, совершение суицидальных действий на фоне обыденных жизненных ситуаций или конфликтов с родителями и сверстниками, которые переживались как экстремальные и субьективно значимые. У пятой части обследованных суицидальная активность наблюдалась осенью.

Типичными социально-демографическими и клинико-психологическими характеристиками несовершеннолетних с завершенными суицидами являются лица мужского пола (70,7%) в возрасте позитивной фазы пубертата (16-17 лет), часть которых нигде не учились (14,8%), характеризующихся личностными

Том 16, № 1, 2014 Тюменский медицинский журнал

7

Суицидология и аддиктология

особенностями шизоидного, сензитивно-шизоидного или эмоционально-лабильного типов. Суицидальные акты они совершали достоверно чаще весной (53,6%) в виде самоповешенья (95,1%). Верифицированной связи суицидов с психическими расстройствами у них не отмечено.

Суицидальное поведение у подростков, госпитализированных в психиатрический стационар достоверно чаще наблюдалось у лиц женского пола (80,0%) в возрасте негативной фазы пубертатна (13-15 лет), обнаруживающих расстройства адаптации и поведения, либо резидуально-органическую психическую патологию, характеризующихся личностными особенностями неустойчивого, сензитивного, истероидного или возбудимого типов. Суицидальные попытки они совершали в летний период времени. Основными способами суицидов являлись самопорезы (50,0%), прием лекарственных средств (20,0%, реже падения с высоты (16,7%). Следует обратить внимание на своевременное выявление пресуицидальных состояний у данного контингента лиц для оказания им адекватной социально -психологической и психотерапевтической помощи.

Литература:

1. Амбрумова А.Г., Вроно Е.М. О ситуационных реакциях у подростков в суицидологической практике // Журнал невропатологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. - 1985. - № 10. - С. 15571560.

2. Войцех В.Ф. Клиническая суицидология. - М.: Миклош, 2008. -257 с.

3. Злова Т.П., Ишимбаева А.Н., Ахметолва В.В. Социальнопсихологические особенности незавершенных суицидов у детей и подростков // Суицидология. - 2012. - № 2. - С. 26-28.

4. Зотов П.Б., Родяшин Е.В. Суицидальные действия в г. Тюмени и юге Тюменской области (Западная Сибирь): динамика за 20072012 гг. // Суицидология. - 2013. - Том 4, № 1. - С. 54-61.

5. Кривулин Е.Н. Анализ завершенных суицидов в детскоподростковом возрасте // Неврологический вестник. Медицина. - 2007. - Том ХХХ1Х. - Вып. 1. - С. 157-158.

6. Кривулин Е.Н., Бецков А.С., Охтяркин Е.В. Социальнопсихологические характеристики лиц молодого возраста, находящихся в условиях социальной изоляции с наркологической патологией и аутоагрессивным поведением // Сибирский вестник психиатрии и наркологии. - 2011. - № 5. - С. 53-55.

7. Кривулин Е.Н., Бецков А.С., Бохан Н.А., Юркина Н.В. Клинические особенности формирования аддиктивных состояний у осужденных лиц молодого возраста с аутоагрессивным поведением // Наркология. - 2013. - № 6. - С. 57-60.

8. Положий Б.С., Панченко Е.А. Дифференцированная профилактика суицидального поведения // Суицидология. - 2012. - № 1. -С. 8-12.

9. Церковников Н.Г. Психологические особенности личности подростков, склонных к суицидальному поведению // Суицидология. - 2012. - № 2. - С. 24-26.

10. Apter A., Wasserman D. Suicide In Psychiatric Disorders During Adolescents // Suicide In Psychiatric Disorders. R. Tatarelli, M. Pompili et al. - NY, 2001. - P. 3-17.

11. Cornelissen G., Halberg F.,Wendt H. et al. Resonance of about-weekly human heart rate rhythm with solar activity change // Biolo-gia. Bratislava. - 1996. - № 51 (5). - Р. 749-756.

12. Deisenhammer E.A. Weather and suicide: the present state of knowledge on the association of meteorological factors with suicidal behavior // Acta Psychiatr. Scand. - 2003. - Vol. 108, № 6. - Р. 402-409.

13. Partonen T., Haukka J., Pirkola S. et al. Time patterns and seasonal mismatch in suicide // Acta Psychiatr. Scand. - 2004. - Vol. 109, №

2. - Р. 110-115.

ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ НАСИЛИЕ И СУИЦИД

И.А. Кудрявцев

ГНЦ ССП им. В.П. Сербского, г. Москва E-mail автора: psylab.kja@serbsky.ru

Раскрыты механизмы суицидогенеза, связанного с психологическим моральным насилием. С учётом различий смыслового содержания, формы применения (открытой или скрытой) и психологической технологии реализации насилия выделены два патогенетических варианта суицидов: «морально-садистический вариант» и «индуцированный квазиальтруистический вариант».

Ключевые слова: суицид, психологическое моральное насилие, суицидогенез, варианты суицидов.

Проблема самоубийств по мере прогресса мировой глобализации приобретает всё большую актуальность. Количество суицидов в СНГ и за рубежом в XXI веке продолжает расти, приобретая в некоторых странах характер национальной проблемы, что во многом определяются существенным ухудшением «нравственной экологии» бытия с генерализацией морального насилия над личностью.

В зависимости от целей, средств и способов применения морального насилия, его смыслового содержания, явной или скрытой психологической технологии его осуществления и можно различать два основных варианта внешне мотивированного суицида (доведения до самоубийства):

1. Вызванный открытой, часто демонстративнопоказательной моральной агрессией, унижающий личное достоинство потерпевшего, нередко в сочетании с физическим насилием («морально - садистический вариант»).

2. Основанный на скрытом внушении, направленной дезинформации и обмане тотальном контроле поведения, неосознаваемыми объектами воздействия, с циничным разрушением и асоциальной модификацией их личности под маской «духовного роста» и других выдуманных иллюзорных благ («индуцированный квазиальтруистический вариант»).

Суицидогенез первого рода достаточно хорошо известен криминалистам, судебным экспертам, уголовному следствию и суду при правовой оценке причин смерти или/и решении вопросов доведения до самоубийства. Данные литературы [1, 3] и наш личный опыт проведения Комплексных Судебных ПсихологоПсихиатрических Экспертиз (КСППЭ) [2] свидетельствуют, что самоубийство или попытка самоубийства чаще бывают вызваны сочетанием повторяющегося (систематического) психического насилия в форме морального унижения, в первую очередь, личного достоинства, с проявлениями физической жестокой агрессии. Решающее значение имеют моральные травмы, о чем свидетельствует характер и содержание мучительных пресуицидных переживаний: овладевающие сознанием чувства стыда, позора, незаслуженного оскорбления и публичного унижения, потери уважения, личного престижа, морального статуса в референтной группе. Именно публичное унижение человеческого достоинства, безнаказанное глумление над системати-

8

Тюменский медицинский журнал Том 16, № 1, 2014