Древнейший период освоения Завеличья: Новые археологические данные

Е. В. Салмина, С. А. Салмин, А. В. Михайлов

ДРЕВНЕЙШИЙ ПЕРИОД ОСВОЕНИЯ ЗАВЕЛИЧЬЯ:

НОВЫЕ АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ

Статья посвящена предварительному анализу археологических данных, полученных при охранных раскопках на Завеличье в первое десятилетие 21 века. В результате раскопок 2006-2008 гг. удалось локализовать очаги начального освоения и заселения Завеличья (в том числе — сакральный комплекс) и проследить линию развития района от VIII кХ в. Материалы XI-XII вв. представлены на Завеличье значительно более цельно и выразительно. Археологические данные дают возможность реконструировать для этого периода картину богатой и быстро растущей, развивающейся и структурирующейся части города, тяготеющей к административному центру «на Крому».

Ключевые слова: Псков, Завеличье, археологическое изучение Пскова.

Ye. V. Salmina, S. A. Salmin, A. V. Mikhailov (Псков) THE ANCIENT PERIOD OF ZAVELICH'E DEVELOPMENT: NEW ARCHAEOLOGICAL DATA

The article is devoted to the preliminary analysis of archaeological data obtained from excavations at Zavelich’e in the first decade of the 21st century. The excavations of2006-2008 made it possible to localize the places of initial development and settlement in Zavelich’e (including — the sacred complex) and to trace the development of the district from the VIII to the X c. The finds of the Xl-theXII cc. in Zavelich’e are much more representative. Archaeological data allow to reconstruct a picture of a rich and fast-growing, developing and structurizing part of the city, adjoining to the administrative center «on the Crom.» of this period.

Keywords: Pskov, Zavelich’e, archaeological study of Pskov.

Основные объемы работ в Пскове в последние десятилетия происходят в формате спасательных, охранных работ, и получение новых данных идет высокими темпами. Проблема заселения Завеличья и его роли внутри городской структуры Пскова получила новый импульс после проведения ряда раскопов вдоль современной трассы улицы Горького. Открытия 2006, затем 2008 года на Завеличье ярки и не во всём вписываются в привычную нам картину развития древнего Пскова. В предлагаемой статье мы подводим определенные итоги осмысления новых данных по истории начального развития и функционирования Завеличья.

Завеличье — район средневекового и современного Пскова, расположенный на левом (западном) берегу р. Великой (рис. 1). С севера и юга границы заселённой в средневековье городской территории отмечены Свято-Иоанновским и Спасо-Мирожским монастырями, территории севернее и южнее этих монастырей еще до середины XX в. воспринимались как загородные, «сельские». В направлении к западу граница максимального расширения средневекового Завеличья маркируется Мироносицким монастырём.

Заселённая часть Завеличья представляла собой вытянутую вдоль реки полосу. В период Средневековья границы «завеличенского поселения» были соотносимы с максимальным расширением Псковской крепости по оси С - Ю (Варлаамская башня напротив Иоанновского и Покровская напротив Мирожского монастырей).

Основной причиной приуроченности полосы освоения к берегу являлась насущная потребность населения в воде, которая с учетом особенностей гидрологии местности удовлетворялась лишь благодаря близости к реке. Устройство водоносных колодцев на известняковой скале трудоемко и малопродуктивно, основным источником воды остаётся Великая и впадаю-

Рис. 1. Общая схема расположения раскопов в Пскове

щие в неё ручьи. На склонах пойменных террас западного берега Великой существовали также выходы грунтовых вод в виде родников. Для сельскохозяйственного освоения прибрежная полоса также малопривлекательна: пахотное земледелие на глинисто-щебнёвых почвах осложнено, притом, что на незначительном расстоянии к западу присутствуют гораздо более благоприятные для сельского хозяйства участки. Кроме того, зона заселения закономерно тяготеет к связи с противоположным берегом, то есть к переправе — ещё раз подчеркнем, что по протяженности и местоположению археологически зафиксированные синхронные зоны освоения на противоположных берегах Великой, тяготея к реке, пространственно соответствуют одна другой.

Для Завеличья характерны свои особенности природно-культурного ландшафта, в значительной мере обусловленные палеорельефом местности на левом берегу р. Великой, определяемые несколькими крупными оврагами, врезающимися под острым углом в пойму р. Великой [Яковлева и др., 2012, стр. 151]. Протяжённость оврагов и балок, предполагаемых в первоначальном рельефе, а ныне засыпанных, значительна: от 0,3 до 1 км. Устьевые части этих оврагов в древности могли быть заполнены речной водой, постоянно или сезонно. Устья оврагов, выходящих на берег Великой, с высокой долей вероятностью должны были использоваться как гавани (во всяком случае, к одному из устьев был приурочен немецкий двор [Кирпичников, 1994; Юрасов, 1997]; у такого устья напротив Нижних решеток еще до 60-х годов ХХ века функционировала пристань для речных катеров).

В ранний период истории Пскова Завеличье долгое время оставалось относительно безопасным районом — основные нападения на город осуществлялись либо с юго-востока (Полоцкое направление), либо с северо-востока (Новгородское направление). Летописные известия XI-XII вв. сообщают о нападениях полочан и литовцев 1065 и 1183 гг. как о разрушительных, о новгородской угрозе в 1137 г. как о представляющей серьезную опасность — при этом конфликты с «чудью» 1176 и 1179 гг. таковыми не восприняты [ПСРЛ, т. 9, 1862, с. 256; Н1Л, 2010, с. 212, 229, 230, 232]. Нападениям с юго-запада во многом препятствовала Избор-ская крепость, и опасным для Пскова это направление стало лишь в первой четверти XIII в.

Капитальные укрепления так и не были возведены здесь из-за отсутствия предполагаемого противника (ср. ситуацию в Новгороде, где необходимость возведения острога возникла так же довольно поздно — только в 1169 г. [Фроянов, 1995]. Впрочем, появление каменных стен на Завеличье вряд ли было бы оправдано — слишком легко район мог быть блокирован «с реки». Самым значительным защитным рубежом в случае серьёзной опасности с запада для местных жителей всегда оставалась сама р. Великая.

Завеличье как район города впервые упоминается в псковских летописях только в 1323 и затем в 1348 гг. [ПСРЛ, том 5, вып.1]. Однако археологические раскопки 80-90-х гг. дали информацию об освоении прибрежной территории Завеличья в XII-XIII вв., а исследования начала XXI века принесли свидетельства начала освоения прибрежной полосы левобережья Великой и в значительно более раннее время.

Древнейшие находки на Пароменскихраскопах

Самые древние следы антропогенной активности на Завеличье зафиксированы на Па-роменском-1 раскопе, в нескольких сотнях метров к западу от местоположения летописной переправы — «Паромени», в районе существующего Ольгинского моста (рис. 1). Здесь, на пологом склоне надпойменной террасы, обнаружены несколько находок, датируемых VIII в., близких к известным древностям типа Рыуге и находкам с городища Камно, имеющих также аналогии в материалах раскопок в Псковском Кремле. Найдены литейная форма для отливки небольших прямоугольных бляшек, глиняное биконическое пряслице с широким отверстием (рис. 2), фрагменты лепных керамических «баночных» сосудов со слегка отогнутым наружу венчиком. Такие керамические сосуды могли бытовать в Пскове вплоть до последней четверти Х в. Перечисленные находки обнаружены розно, не образуют хорошо локализуемого комплекса, происходят из своеобразного предматерикового очень плотного слабогумусиро-

Рис. 2. Древнейшие находки Пароменских раскопов.

1 - форма литейная двусторонняя, известняк; 2 - пряслице, глина

ванного суглинка. Что именно маркирует это «местонахождение» — сказать, пользуясь сегодняшним объемом данных, пока не представляется возможным.

Сакральный комплекс УІІІ-Х вв. в северной части Завеличья

Вещевые комплексы и отдельные находки, которые можно датировать от УІІІ-Х до Х-ХІ вв., концентрируются не только в районе летописной «Поромяни», но и на участке напротив Кремля. В УІІІ-Х вв., судя по составу находок, на Завеличье (в северной части, практически напротив впадения р. Псковы в р. Великую), функционировал своеобразный «сакральный комплекс», исследованный на Ольгинских 5 и 6 раскопах (рис. 1).

Участок, на котором располагались эти раскопы, до ещё 60-х годов ХХ века был отделен глубоким оврагом, ежегодно заливаемым в половодье. Наличие у оврага двух устьев, выходящих к реке Великой, позволяет предположить, что овраг представляет собой старицу одного из рукавов. Возможно, в более раннее время, когда уровень воды в реке был выше, рассматриваемый участок в периоды половодья практически превращался в остров. Этот «островок», например, очевиден еще на планах ХУІІІ в. [Лагунин, 2003, стр. 299, рис 7]. Именно здесь впоследствии, в конце ХІІІ или на рубеже ХІІІ-ХІУ вв. возник Ильинский девичий монастырь [Салмин, Салмина, 2011а, стр. 58-81].

В одной из материковых ям на Ольгинском 6 раскопе обнаружен довольно необычный объект [Салмин, Салмина, Прибурова, 2010, стр. 29-32, 258-260]. В слое темно-серого насыщенного углем грунта, заполнявшего яму, вырубленную в известняковой скале геологического основания, один над другим находились два валуна (рис. 3:3). «Верхний» — уплощенный, овальной в плане формы, размерами около 60х50х18 см, обожженный, прокалённый и вследствие этого рассыпающийся. Под ним залегал второй красновато-коричневый гранитный валун. «Нижний» камень был надежно забит в яму: в небольшие зазоры по краям вставлены известняковые плитки. «Нижний» валун имел неправильную пирамидальную форму, размеры около 60х50х40 см. Он был обожжен, растрескался еще в древности в результате прокаливания и распался на куски — видимо, будучи уже помещенным в яму. На одной из сторон неглубокими линиями-насечками проработаны два «глаза» (для одного в качестве основы использована естественная кварцитовая конкреция в валуне), прямой «нос» и овальный «подбородок» (борода?). В нижней части «лица» две естественных (подработанных?) трещины образуют подобие усов (рис. 3:1, 2).

Однозначная трактовка знаков на валуне как «личины» не безусловна, однако гораздо более важным является контекст обнаружения находки: камень обожжен, расколот, помещен в яму, «придавлен» вторым камнем.

Согласно нивелировочным отметкам материка Ольгинских 5, 6, 7 и 8 раскопов, яма располагалась у подножия возвышенности, верхние точки которой находятся значительно южнее комплекса раскопов 2008 года. Однако, следует признать, что территория к северу от раскопов не исследована археологически — следовательно, это наблюдение о возможном присутствии возвышенности носит предварительный характер. Немногочисленные фрагменты керамических сосудов ХІ-ХІІІ вв. из верхнего слоя заполнения ямы, перекрывающего первый валун,

Рис. 3. Каменное изваяние с Ольгинского 6 раскопа 1 — фото, 2 —прорисовка, 3 — стратиграфический разрез ямы, где было обнаружено изваяние

косвенно указывают на время помещения камня в яму. Над этим слоем сформировался горизонт разрушения построек Никольского монастыря, произошедшего в начале XVII в. при осаде Пскова Густавом Адольфом [Салмин, Салмина, 2011а, стр. 59, 67-68; Аракчеев, 2004, цветная вкладка 2].

В предматериковом суглинке на Ольгинском 6 раскопе, на участке, соотносимом с сакральным комплексом, найдено более трех десятков осколков лепных керамических сосудов, в том числе — два фрагмента венчиков. Время существования лепной керамики в Пскове

— не позднее последней четверти Х в. Здесь же собрана серия стеклянных (пастовых) бус, бронзовых и серебряных ювелирных изделий (перстни, браслеты, серьги), имеющих широкие аналогии в древностях балтийско-финского круга, датируемых временем от VШ-X вв. до Х-Х11 вв. [Седов, 1987, стр. 250-251; Седов, 1987а, стр. 424, 426; Седов, 1987б, стр. 433; Седова, 1981, стр. 26-27, 74-75, 86-87, 103-106, 110, 129-131, 156-157; Седова, 1997, стр. 67-78, 302-306, Шпилев, 2009, стр. 242, 249]. В этот же комплекс входят находки каменного тесла, фигурных кремней, литые бронзовые ножны с ажурной орнаментацией, привеска из клыка животного семейства собачьих, железные наконечники стрел, которые могут быть датированы в том же хронологическом диапазоне [Еремеев, Дзюба, 2010, стр. 180, 204; Кирпичников, Медведев, 1985, стр. 352-353] (рис. 4, 5).

Значительное число находок украшений или предметов культового круга — при отсутствии связываемого с этим периодом бытового материала — позволяет предположить культовый характер использования этого участка. Активные культовые отправления (в том числе

— накопление «приношений»), скорее всего, прекратились уже в XI в., окончательное разрушение святилища (закапывание камня?) произошло в XIII в. Необходимость упорядочивания отношения к пережиткам «поганства» требовала ликвидации культового места, связанного с язычеством, и передачи его под церковный патронат. Вероятно, это и послужило одной из причин выбора места для будущего Ильинского монастыря.

Связаны ли каким-то образом местонахождение находок УШ в. на Паромени и сакральный комплекс, датируемый не позднее УШ - последней четверти X в., до получения новых археологических данных проблематично.

Погребальные памятники Завеличья Х-Х1 вв.

Достаточно близко к Ольгинским 5 и 6 раскопам, на которых был обнаружен сакральный комплекс, определяется местоположение погребения, обнаруженного в начале ХХ века при ремонтных работах близ Ивановского собора. В погребении были найдены серебряные украшения и два денария X-XI вв. [Каталог, 1914, стр. 12]. К сожалению, эти находки не сохранились.

Наиболее ранний погребальный комплекс, найденный на Завеличье в первое десятилетие XXI века, зафиксирован на Изборских 9-11 раскопах (рис. 1), примерно в 500 м к югу от местонахождения наиболее раннего вещевого комплекса [Закурина, Степанов, 2008, стр. 14-20]. Здесь были зафиксированы три погребения и два скопления костей. В одном из погребений размеры ямы и наличие остатков настила позволили авторам предполагать камерную конструк-

Рис. 4. Находки УШ—ХП вв., происходящие из Ольгинских 5 и 6 раскопов 1, 2 — наконечники ножен; 3 — ложечка-подвеска; 4 , 5 — булавки; 6 — фигурка кремневая; 7 — стрела кремневая; 8 — бубенчик; 9 — тесло; 10, 11, 13, 16, 17, 18, 19 — браслеты; 12 — амулет из клыка животного сем. собачьих; 14 — пряжка; 15 — пинцет.

1, 3-5, 8, 10-11, 13, 15-19 — бронза; 2 — латунь; 6-7 — кремень; 9 — сланец;

12 — кость; 14 — железо

Рис. 5. Находки УШ—ХП вв., происходящие из Ольгинских V и VI раскопов 1, 8 — наконечники стрел; 2, 3, 4, 5, 6, 7 — фибулы; 9, 10, 12, 13 — перстни;

11, 18 — кресты нательные; 14, 21, 22, 23, 24 — височные кольца; 15, 16, 17, 19 — бусины;

20 — подвеска. 1, 8 — железо, 2-7, 10-14, 20-24 — бронза, 9 — серебро; 15 — янтарь;

16-17, 19 — «глухое стекло»; 18 — известняк

цию, в двух сохранились остатки гробов. Вещевой инвентарь — железная весовая гирька в медной обтяжке, бочонковидная золотостеклянная бусина, железные топорик, нож, гвозди, фрагменты лепной керамики. Авторы, основываясь на датировках вещевых находок, предполагают, что курганный (?) могильник возник на этой территории не позднее второй пол. Х в. и функционировал до начала XI в. Вместе с этим, авторы отмечают факт формирования на площади некрополя уже в середине XI в «поселения, основное ядро которого... располагалось восточнее, ближе к берегу р. Великой, и зафиксировано на Изборских 3-5 раскопах» [Закурина, Степанов, 2008, стр. 21].

Следы поселения, соответствующему по времени охарактеризованному могильнику и культовому комплексу, мы можем видеть в наиболее ранних вещевых находках Пароменских 1 и 2 раскопов, Ольгинских 1-3 раскопов. Так, в вещевой коллекции Ольгинских 1-3 раскопов [Салмин, Салмина, 2011, стр. 182-183] очевидно присутствие датируемых Х^! вв. предметов элитного, социально-престижного круга - например, серия находок подвесок-топориков (признанных атрибутов воинского сословия [Голубева, 1997, стр. 153-154, 338; Макаров, 1988, стр. 30-32]. Здесь же обнаружены и другие находки, соответствующие этой датировке [Салмин, Салмина, 2010, стр. 257, 260-262]. Нельзя обойти вниманием находки на этих же раскопах датируемой X в. керамики с валиком, типологически сходной с керамикой Псковского городища и сравнительно широкую представленность форм керамики, характерных для Х-XI вв. [Белецкий, 1996; Королева и др., 2003].

Заселение и застройка Завеличья в Х1-ХШ вв.

Материалы XI-XП вв. представлены на Завеличье значительно более цельно и выразительно. Археологические данные дают возможность реконструировать для этого периода

картину богатой и быстро растущей, развивающейся и структурирующейся части города. В начале II тысячелетия н. э. Завеличье предстает перед нами как новообразующийся городской район, тяготеющий к административному центру «на мысу», связанный с ним паромной переправой (?).Каменное мощение дороги-улицы, раскрытой на Ольгинских НИ раскопах [Салмина, 2007 а, стр. 179-190; Салмин, Салмина, 2010, стр. 256-258], датируется XI-XП вв. но сама трасса, безусловно, использовалась еще до устройства вымостки (рис. 6). Есть основания предполагать существование обустроенного подъезда к переправе через Великую в ранний период — тем более, что вещевые реалии X-XI вв. найдены непосредственно рядом с мостовой и отчасти в ее составе. Обращает на себя внимание тот факт, что мощёная камнем дорога Ольгинских раскопов векторно направлена на южную часть Городища — это, возможно, маркирует место переправы, расположенной несколько севернее Паромени, где она локализуется на сегодняшний день.

Мы также не можем датировать время появления на Завеличье древней Изборской улицы, подходившей к Паромени с юго-запада, известной по письменным источникам, впервые упомянутой в летописи в 1417/1418 гг. Вполне реально, эта улица (дорога), трасса которой была обусловлена особенностями рельефа местности, в частности, упоминавшимися оврагами, определяла особенности планировки участка еще в самом начале формирования застройки Завеличья. Рассмотрение названия стоявшего на этой улице храма Николы на «Могильнике» позволило И. К. Лабутиной предполагать существование древнего некрополя на Завеличье в предшествующее возникновению монастыря время [Лабутина, 2011, с. 242-243]. В таком случае, захоронения с Изборских раскопов и Никольский «могильник» тяготеют к одной и той же Изборской улице.

В слоях XI-X[II вв. в северной части Завеличья (напротив Кремля, Ольгинские 1-3 раскопы) фиксируются две довольно большие по площади усадьбы, состав находок свидетельствует о высоком социальном и имущественном уровне хозяев. [Салмин, Салмина, 2010, стр. 258-263]. В западной части Пароменского I раскопа в отложениях этого же периода также зафиксированы следы значительной по размеру усадьбы, основная часть которой оказалась за пределами рас-

Рис. 6. Мощеная камнем дорога (улица) на Ольгинских 1-3 раскопах 1 — чертеж замощения; 2 — чертеж материковых отложений под булыжным покрытием; 3 —разрез мостовой; 4 — общий вид трассы дороги (улицы) после разборки каменного покрытия и выборки заполнения кюветов (вид с востока); 5 — разрез отложений участок с

мостовой в профилях раскопов

Рис. 7. Находки Х-Х111 вв., происходящие из Ольгинских 1-3 раскопов 1 — наконечник стрелы; 2 — серьга; 3, 7 — стремена; 4 — псалий; 5 — ключ; 6 — писало;

8 — топорики-подвески; 9 — фибулы; 10, 23 — перстни; 11 — рукояти; 12 — гребни;

13, 25 — браслеты; 14, 16, 22 — кресты нательные; 15 — расчёски составной деталь;

17, 18 — наконечники ремней; 19 — пряслица; 20 — кольцо височное;

21, 24 — кольца орнаментированные; 26 — пряжка; 27 — шейная гривна; 28, 29 — бусы 1, 3 — железо; 2, 6, 8, 9, 13, 14, 18, 21, 22, 23, 24, 26, 27 — бронза; 4, 5, 7 — железо, бронза;

10 — бронза, эмаль; 11, 12, 15 — кость; 17 — бронза, серебрение, чернь; 16 — известняк;

19 — шифер розовый; 20 — серебро; 25, 29 — стекло; 28 — «глухое стекло»

копа. При работах в 1986-1987 гг. на Изборских раскопах при изучении горизонта древнейших отложений (XI-XII вв.) также были широко представлены находки социально-престижного плана. [Харлашов, 1994, с. 55-59, 69-75]. Общий набор предметов позволяет говорить о богатых, «аристократических усадьбах» (рис. 7).

Об этом прежде всего говорят находки серебряных монет-денариев, предметы восточного импорта, предметы вооружения и снаряжения всадника и верхового коня. Находки писала и музыкальных инструментов свидетельствуют о культурном уровне жителей. Ювелирные украшения разнообразны и многочисленны, среди них немало высокохудожественных и высокотехнологичных изделий. С использованием сложных приемов изготовлены и некоторые бытовые изделия — инкрустированный бронзой по железу ключ, выполненные в той же технике псалии и стремя. Одновременно с этим высок процент обнаруженных на Ольгинских и

Пароменских раскопах украшений из железа: браслеты, фрагменты пряжки и фибулы (можно предположить, что такие украшения были атрибутами небогатого, возможно - зависимого населения). Состав находок отражает следы двух ремесел: косторезного и бронзолитейного. Основная масса находок хорошо датируется по классическим аналогиям и относится к временному диапазону XI-XIII вв. или XI-начало XIII вв. Следы планировки в виде частоколь-ных траншей — вместе с трассами улиц — указывают на развитую структуру участка.

Вполне вероятно, что, рассматривая начальный период истории Завеличья, мы видим, как представители привилегированных слоев общества изначально расселяются ядрами на территориях (в том числе и заречных, но тяготеющих к Городищу) - ср. картину застройки и заселения пражских Градчан и Малой Страны на раннем этапе. Разреженная застройка, чередование собственно жилой зоны с различными угодьями и свободная планировка, которую Завеличье сохранит до XVI-XVIII вв., (Лабутина, 1985, с. 102, 107; Марасинова Л. М., 1966, с. 58, 69), с одной стороны напоминает сельское поселение, с другой стороны — может говорить о размещении здесь больших усадеб с обширным хозяйством. Вынесение жилищ на заречные территории напротив Крома могли позволить одновременно и не удаляться от общественно-политического центра территории, и избегать проживания в условиях городской скученности.

Интересно отметить наблюдаемый на Завеличье некоторый оттенок этнической «особенности» района города. Так, в центральной части Завеличья на Изборских 3 и 5 раскопах исследованы жилища с глинобитными печами на плитняковом основании, имеющие аналогии в древностях Латвии XI в. [Харлашов, 1994, стр. 55-57]. Этнический компонент безусловен и в погребениях получившего широкую известность могильника XI-XIII вв. в районе и на территории Земской больницы [Ершова, 1999, стр. 84-91; Ершова, 2011, стр. 307-309; Ушаков Ф. А, 1897, стр. 72-78]. Напомним также, что существенная часть находок, соотносимых с культовым комплексом в северной части Завеличья имеет аналогии в древностях балто-финнского круга.

Небольшие по площади работы в южной части Завеличья (раскопки Т. Е. Ершовой, Р. Г. Подгорной, С. А. Салмина на территории Мирожского монастыря и на участке у ц. Св. Климента) показывают присутствие находок X-XII вв. и на этой территории [Подгорная, Салмин, 2010).

Логичная линия развития богатого посада на Завеличье окажется прервана нарушена внешнеполитическими обстоятельствами первой четверти XIII века. Нарастание угрозы с запада и затянувшиеся на многие десятилетия конфликты с западными соседями определило дальнейшую дискретность освоения этого района города.

Литература

1. Аракчеев В. А. Средневековый Псков: власть, общество, повседневная жизнь в XV-XVII веках. Цветная вкладка 2: «Диспозиция осады Пскова войсками Густава-Адольфа 1615 г.». Псков, 2004.

2. Белецкий С. В. Начало Пскова. СПб, 1996.

3. Голубева Л. А. Амулеты // Древняя Русь. Быт и культура. М, 1997.

4. Еремеев И. И., Дзюба О. В. Очерки исторической географии лесной части пути из варяг в греки. СПб, 2010.

5. Ершова Т. Е. Некоторые данные о могильнике на Завеличье в районе Земской больницы // Древности Пскова. История, археология, архитектура. Псков, 1999.

6. Ершова Т. Е. Погребальные памятники ближней округи Пскова XI-XII вв. и проблемы этнической истории псковской земли в раннем средневековье // Древности Пскова. История, археология, архитектура. Выпуск 2. Псков, 2011.

7. Закурина Т. Ю., Степанов С. В., Археологические раскопки на Завеличье (Изборские IX-XI раскопы // АИППЗ. Псков, 2008.

8. Каталог музея Псковского археологического общества. Псков. 1914.

9. Кирпичников А. Н. Сообщение немецкого путешественника Самуэля Кихеля о Пскове XVI в. Публикация источника и исследование. Часть 2 (исследование). // Вестник Санкт-Петербургского

университета, 1994. Серия 2. Вып. 3 (№ 1б). СПб, 1994.

10. Кирпичников А. Н., Медведев А. Ф. Вооружение // Древняя Русь. Город, замок, село. М., 19S5.

11. Королева Э. В., Кулакова М. И., Степанов С. В., 2003. Керамика средневекового Пскова X-XVII вв. // АИППЗ 2001-2002. Псков.

12. Лабутина И. К. Историческая топография Пскова в XIV-XV веках. Москва, 2011.

13. Лагунин И. И. Историко-градостроительный ансамбль города Пскова. Вопросы истории, охраны и развития // Псков в Российской и европейской истории (к 1100-летию летописного упоминания). Том 2. Москва, 2003.

14. Макаров Н. А. Древнерусские амулеты-топорики. АИППЗ. Псков, 199S.

15. Марасинова Л. М. Новые псковские грамоты XIV-XV вв. М., 19бб.

16. Подгорная Р. Г., Салмин С. А. Работы на Климентовском I раскопе в 2009 году. Доклад, прочитанный на LV заседании псковского семинара имени академика В. В. Седова.

17. Салмина Е. В. Открытие мощеной улицы XII-XIII вв. на Завеличье средневекового Пскова (Оль-гинские I-III раскопы 200б г.) // Новгород и Новгородская земля. История и археология. Выпуск 21. Великий Новгород, 2007.

1S. Салмин С. А., Салмина Е. В. Новые открытия на Завеличье средневекового Пскова: поселение или город? // Краеугольный камень. Археология, история, искусство, культура России и сопредельных стран. Том II. М, 2010.

19. Салмин С. А., Салмина Е. В. Завеличье средневекового Пскова X-XIII вв. по материалам Ольгин-ских раскопов // Труды III (XIX) Всероссийского Археологического съезда. Великий Новгород -Старая Русса. Санкт-Петербург - Москва - Великий Новгород. 2011. Том II.

20. Салмин С. А, Салмина Е. В. Исследования Ильинского девичьего монастыря на Завеличье средневекового Пскова // Древности Пскова. История, археология, архитектура. Выпуск 2. Псков, 2011.

21. Салмин С. А, Салмина Е. В., Прибурова Т. Ф, Находка каменного изваяния на Завеличье в Пскове (предварительная публикация) // Археология и история Пскова и Псковской земли. Семинар имени академика В. В. Седова. Материалы 55 заседания, посвященного юбилею профессора И. К. Лабу-тиной (13-15 апреля 2009 г.). Псков, 2010, стр. 29-32, 25S-260.

22. Седов В. В. Эсты // Финно-угры и балты в эпоху средневековья. М, 19S7.

23. Седов В. В. Латгалы // Финно-угры и балты в эпоху средневековья. М, 19S7.

24. Седов В. В. Селы // Финно-угры и балты в эпоху средневековья. М, 19S7.

25. Седова М. В. Ювелирные изделии древнего Новгорода. М., 19S1.

26. Седова М. В. Украшения из меди и сплавов // Древняя Русь. Быт и культура. М, 1997.

27. Ушаков Ф. А. Каталог вещам и предметам, хранящимся в музее Псковского археологического общества 1S97 года. Псков. 1S97.

2S. Фроянов И. Я. Древняя Русь. М.-СПб, 1995.

29. Харлашов Б. Н. Некоторые итоги раскопок на Завеличье // Археологическое изучение Пскова. Выпуск 2. Псков, 1994.

30. Шпилев А. Г. Украшения круга «скандинавских древностей» из Курской области // Средневековый город Юго-Восточной Руси. К 100-летию начала исследований Гочевского археологического комплекса. Курск, 2009.

31. Юрасов А. В. К истории Немецко-Шведского гостиного двора в Пскове в XVII веке // Метаморфозы истории. Альманах. Выпуск 1. Вена - СПб - Псков, 1997.

32. Яковлева Е. А., Салмина Е. В., Королева Э. В. Псков // Русь в IX-X веках: археологическая панорама. М., 2012.