Понятие бланкетных диспозиции и поиск путей их эффективного использования в специальных видах мошенничества

УДК 343.72

ПОНЯТИЕ БЛАНКЕТНЫХ ДИСПОЗИЦИИ И ПОИСК ПУТЕЙ ИХ ЭФФЕКТИВНОГО ИСПОЛЬЗОВАНИЯ В СПЕЦИАЛЬНЫХ ВИДАХ МОШЕННИЧЕСТВА

© 2018

Чесноков Максим Владимирович, преподаватель

Югорский государственный университет

Аннотация. Одной из задач уголовного закона является охрана собственности, а конкретнее, общественных отношений, складывающихся по поводу данной правовой категории. Общественные отношения по вопросам собственности регламентируются регулятивным законодательством, определяя права, обязанности участников правоотношений, а так же устанавливая порядок реализации этих прав и обязанностей. В силу этого законодатель вынужден использовать в нормотворческой деятельности, касающейся уголовного закона, заимствование терминов, категорий, положений из регулятивных нормативно правовых актов для характеристики отдельных объективных и субъективных признаков состава общественно опасного деяния. Проблематика, связанная с применением бланкетных диспозиций в уголовном законе, проявилась в отношении специальных видов мошенничества после принятия Федеральный закон от 29 ноября 2012 г. № 207-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации». В настоящей статье автором будет изложено понятие бланкетной диспозиции и предложены способы преодоления проблем связанных с их применением в области уголовного законодательства. Поставленный вопрос будет решаться посредством совместного правового анализа и синтеза правовых норм содержащихся в различных отраслях права, а также посредством изучения специальной литературы и периодических изданий, посвященных данной теме.

Ключевые слова: специальные виды мошенничества, гипотеза, диспозиция, санкция, ссылочная, бланкетная, уголовно-правовая норма, уголовный закон, регулятивное законодательство, отрасли права, источники права.

CONCEPT OF BLANQUET DISPOSITION AND SEARCH OF WAYS OF THEIR EFFECTIVE USE IN SPECIAL FRAUDS

© 2018

Chesnokov Maksim Vladimirovich, lecturer

Yugra State University

Abstract. One of the objectives of the criminal law is the protection of property, and more specifically, the protection of social relations that are emerging over this legal category. Public relations on property issues are regulated by the regulatory legislation, defining the rights, obligations of participants in legal relations, as well as establishing the procedure for the implementation of these rights and obligations. Therefore, the legislator has to use the borrowing of terms, categories, provisions from regulatory legal acts to characterize certain objective and subjective signs of the composition of a socially dangerous act in the normative activities related to the criminal law. The problems associated with the use of blanket dispositions in the criminal law also manifested itself in special types of fraud after adoption of the Federal Law of November 29, 2012 No. 207-FZ "On Amendments to the Criminal Code of the Russian Federation and Certain Legislative Acts of the Russian Federation". In the present article, the author will outline the concept of blanket dispositions and suggest ways to overcome the problems associated with their application in criminal law. The question will be solved through joint legal analysis and synthesis of legal norms contained in various branches of law, as well as through the study of special literature and periodicals devoted to this topic.

Keywords: special types of fraud, hypothesis, disposition, sanction, reference, blanket, criminally-legal norm, criminal law, regulatory legislation, branches of law, sources of law.

Федеральный закон от 29 ноября 2012 г. № 207-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» [1] закрепил дифференциацию специальных видов мошенничества. В настоящее время в Уголовном кодексе РФ [2] уголовно-правовые нормы, касающиеся специальных видов мошенничества, затрагивают общественные отношения в следующих сферах: банковская (ст. 159.1), безналичных расчетов (ст. 159.3 УК РФ), социального обеспечения (ст. 159.2 УК РФ), страхования (ст. 159.5 УК РФ), компьютерной информации (ст. 159.6 УК РФ), предпринимательство (ч. 5-7 УК РФ).

Все перечисленные статьи, предусматривающие составы специального мошенничества, носят бланкетный характер. Таким образом, с целью правильного применения уголовно-правовых норм, касающихся специальных видов мошенничества, необходимо так же применять нормы иных отраслей права. Массив вспомогательных норм права значителен, так как указанные статьи УК РФ устанавливают уголовный запрет в различных сферах общественных отношений.

В связи с данным обстоятельством нельзя обойтись без анализа влияния бланкетной диспозиции уголовно-правовой нормы на правоприменительную деятельность.

Общественные отношения изменчивы, в силу этого можно констатировать имеющую место быть нестабильность законодательства, регламентирующего те

или иные общественные отношения. В свою очередь уголовный закон, относящийся к охранительной отрасли права, призван защищать общественные отношения, регулируемые гражданским, банковским, страховым и д.р. законодательством. В связи с этим законодатель при нормотворчестве часто использует бланкетную диспозицию, что позволяет уголовно-правовой норме оперативно подстраиваться под изменения позитивного законодательства, или же вообще не изменять содержания диспозиции уголовно-правовой нормы.

Поэтому мы поддерживаем Т.В. Кленову в том, что «применение бланкетных диспозиций при конструировании составов преступлений позволяет сделать уголовный закон, с одной стороны, более гибким, а с другой -повысить его стабильность, поскольку изменение иных нормативных актов не обязывает законодателя изменять соответствующие уголовно-правовые нормы» [3, с. 83].

Использование данного приема, а именное, применение банкетной диспозиции, также связано с тем, что позитивное законодательство включает в себя не только федеральное законодательство, но и региональное, а также подзаконные правовые акты.

Таким образом, применение бланкетных диспозиций законодательный прием, без которого нельзя обойтись. Поэтому не стоит искать инструменты минимизации бланкетных диспозиций в уголовном законе. Но необходимо найти пути наиболее эффективного и правильного применения бланкетных диспозиций уголовно-правовых норм.

Имеется важный момент, который нельзя обойти стороной при рассмотрении поставленного вопроса.

Как известно, единственным источником уголовного права является Уголовный кодекс РФ. Но если говорить о бланкетной диспозиции уголовно-правовой нормы, отсылающей правоприменителя к иным отраслям права, то перед нами встает вопрос об отнесении норм позитивного законодательства к источником уголовного права. Имеются положительные и отрицательные точки зрения.

Некоторые ученые, например, Т.В. Кленова, указывают, что к источникам уголовно-правовой нормы, если ее диспозиция является бланкетной, наравне с уголовным законом, относятся нормативно правовые акты иных отраслей права [4, с. 144]. В это же время имеются и противники мнения, например, Л.Л. Кругликов, о признании источниками уголовного права, наравне с уголовным законом, нормативно правовые акты входящих в систему иной отрасли права [5, с. 40-42].

С первой точкой зрения нельзя согласиться, так как применение бланкетной диспозиции не означает внедрение уголовного закона в иные отрасли права, с которыми уголовный закон разграничен предметом правового регулирования. Уголовный закон использует правовые категории иных отраслей права, с целью эффективной защиты тех общественных отношений, которые они, иные отрасли права, регулируют. Например, ст. 159.1 и ст. 159.3 УК РФ отсылает к гражданскому и банковскому праву; ст. 159.2 УК РФ отсылает к трудовому праву, пенсионному праву и т. д.

В ст. 159.3 УК РФ закреплены такое правовое понятие как электронное средство платежа. С целью уяснения данного понятия мы должны обратиться к Федеральному закону от 27 июня 2011 года за N 161-ФЗ «О национальной платежной системе», согласно которому «электронное средство платежа - средство и (или) способ, позволяющие клиенту оператора по переводу денежных средств составлять, удостоверять и передавать распоряжения в целях осуществления перевода денежных средств в рамках применяемых форм безналичных расчетов с использованием информационно-коммуникационных технологий, электронных носителей информации, в том числе платежных карт, а также иных технических устройств» [6]. Как мы можем наблюдать в данном понятии, в частности, используется термин платежная карта. И поэтому мы сразу же обращаемся к Положению от 24 декабря 2004 г. № 266-П «Об эмиссии банковских карт и об операциях, совершаемых с использованием платежных карт» [7]. Например, согласно данного Положения расчетная (дебетовая) карта это электронное средство платежа используется для совершения операций ее держателем в пределах расходного лимита - суммы денежных средств клиента, находящихся на его банковском счете, и (или) кредита, предоставляемого кредитной организацией - эмитентом клиенту при недостаточности или отсутствии на банковском счете денежных средств (овердрафт). Под кредитной картой понимается электронное средство платежа используемое для совершения ее держателем операций за счет денежных средств, предоставленных кредитной организацией -эмитентом клиенту в пределах расходного лимита в соответствии с условиями кредитного договора.

Таким образом, обращаясь к банковскому законодательству, применяя ст. 159.3 УК РФ, мы уясняем легальные признаки таких правовых понятий как кредитная и расчетная карты. Но это не дает основание говорить о том, что Положение от 24 декабря 2004 г. № 266-П стало источником уголовного права.

Применение в уголовных правоотношениях норм права иных отраслей права, с целью восполнения уголовного закона, не дает основание считать их частью уголовно-правовых норм.

Как правильно отмечено, что «несмотря на отсылочный характер бланкетных диспозиций признаки уголов-422

но-правового деяния (преступления) формулируются только в уголовном праве и законе. Именно в диспозиции статьи уголовного закона называются криминообра-зующие признаки, свидетельствующие о преступности конкретного деяния» [8, с. 106].

Только уголовный закон определяет преступности и наказуемость деяния, а нормы права, содержащиеся в иных отраслях права, на которые ссылаются бланкетные диспозиции уголовно-правовых норм, помогают раскрытию и уяснению отдельных объективных и субъективных признаков состава преступления.

Общепринято считать, что норма права состоит из трех элементов - гипотеза, диспозиция и санкция.

А.В. Малько определил гипотезу как «элемент нормы права, указывающий на условия ее действия, применения (время, место, субъектный состав и т. п.), которые определяются путем закрепления юридических фактов (например, в уголовном праве в качестве условий привлечения к ответственности выступают общие признаки субъекта преступления: соответствующий возраст и вменяемость)» [9, с. 134].

Л.А. Морозова указала, что «диспозиция нормы права содержит само правило поведения, права и обязанности субъектов правового общения, т. е. определяет меру дозволенного и должного поведения» [10, с. 180].

А.В. Мелехин определил санкцию как «логически завершающий элемент (структурный элемент), содержащий указание на неблагоприятные последствия, возникающие в результате нарушения диспозиции» [11, с. 262].

Поскольку предметом исследования настоящей статьи является бланкетная диспозиция, наше внимание будет уделено именно ей, без правового анализа гипотезы и санкции.

Превалирует точка зрения, которую мы поддерживаем, что диспозиция является ядром, сердцевиной нормы права. К сторонникам данной точки зрения можно отнести Л.А. Морозову [12, с. 134], А.В. Малько и Н.И. Матузов [13, с. 180].

Существует несколько видов классификации диспозиции, но нас интересует классификация в зависимости от содержания в диспозиции признаков общественно опасного деяния.

На основании данной классификации диспозиции делятся на диспозиции, полностью содержащие признаки преступления и диспозиции, которые, с целью уяснения признаком преступления, отсылают правоприменителя к иным уголовно-правовым нормам, либо к нормам права содержащихся в иных отраслях права. Диспозиции, указанные во втором случае, делятся на ссылочные, бланкетные или ссылочно-бланкетные диспозиции.

Ссылочная диспозиция направляет правоприменителя к иным статьям уголовного закона, либо к иным частям этой же статьи, которая содержит ссылочную диспозицию. Диспозиции уголовно-правовых норм, касающихся специальных видов мошенничества, являются ссылочными на основании следующего.

Все диспозиции уголовно-правовых норм, посвященных специальным видам мошенничества, содержат такой термин как «хищение». Но понятие данного термина в статьях УК РФ, закрепляющих специальные виды мошенничества, отсутствует. С целью его уяснения необходимо обратиться к примечанию 1 ст. 158 УК РФ.

При бланкетной диспозиции, с целью уяснения признаком преступления, необходимо обращаться к нормам права, содержащимся в иных отраслях права. И как мы ранее уже указали, все диспозиции уголовно-правовых норм, посвященных специальным видам мошенничества, являются бланкетными.

Ссылочно-бланкетные диспозиции - это диспозиция, которая одновременно относит правоприменителя как к иным отраслям права, так и к нормам права, содержащихся в этом же источнике права, где и расположена ссылочно-бланкетная диспозиция.

Baltic Humanitarian Journal. 2018. Т. 7. № 2

Таким образом, диспозиции статей УК РФ, касающихся специальных видов мошенничества, являются ссылочно-бланкетными.

Встречается мнение о бланкетной норме, которой, например, придерживается Л.Д. Гаухман [14, с. 237]. Но Н.А. Лопашенко верно указала, что в уголовном законе отсутствуют бланкетные нормы, так как все нормы в уголовном законе принадлежат только ему, но имеются бланкетные диспозиции уголовно-правовых норм права [15, с. 104].

В диспозициях статей УК РФ, касающихся специальных видов мошенничества, имеются бланкетные признаки-понятия, в частности:

1. Кредитование, заемщик, банк, кредитор, денежные средства (ст. 159.1 УК РФ).

2. Выплаты, денежные средства, имущество, пособия, компенсации, субсидии, социальные выплаты (ст. 159.2 УК РФ).

3. Электронные средства платежа (ст. 159.3 УК РФ).

4. Страхование, страховой случай, страховой возмещение, страхователь (ст. 159.5 УК РФ).

5. Компьютерная информация, информация информационно-телекоммуникационных сетей (159.6 УК РФ).

С целью уяснения закрепленных в диспозициях указанных статей УК РФ признаков-понятий необходимо обращаться к позитивным отраслям права.

Так, например, для понимания термина «страхование», и, соответственно, объекта преступления, необходимо обратиться к Закону РФ от 27.11.1992 года за № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» [16] и не только к ст. 2 данного Закона, дающей определение понятия «страхование», но и к иным статьям этого же Закона.

Для применения всех бланкетных признаков-понятий, содержащихся в ст. 159.5 УК РФ, необходимо обращаться к нескольким федеральным нормативно правовым актам, в частности, к Гражданскому кодексу РФ [17], Закону РФ от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», Федеральному закону от 29 ноября 2010 г. № З26-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» [18] и т. д.

Как мы видим, объем нормативно правовых актов значителен, даже если не учитывать региональное законодательство и подзаконные нормативно правовые акты.

Если же коснуться бланкетной диспозиции уголовно-правовой нормы, содержащейся в ст. 159.2 УК РФ, то будет наблюдаться наличие нескольких бланкетных признаков. Используя признак-понятие «пособие», диспозиция нас отсылает не к одному Федеральному закону, а к нескольким. Например, к Федеральному закону от 29.12.2006 года за № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» [19], Федеральному закону от 12.01.1996 года за № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» [20] и т. д.

Причем, законодатель, используя в ст. 159.2 УК РФ слова «установленных законами и иными нормативно правовыми актами» [2], прямо указывает на необходимость обращения к нормативно правовым актам, относящимся к иным отраслям права. Но при этом не уточняется конкретное законодательство. В это же время, ст. 159.5 УК РФ указывает на законодательство, к которому необходимо обратиться, а именно к законодательству о страховании.

Бланкетная диспозиция ставит уголовно-правовую норму в зависимость от позитивного законодательства, включающего в себя многочисленные нормативно правовые акты и подзаконные акты.

Поэтому А.Н. Караханов писал, что бланкетные диспозиции порождают много проблем, и «основанная из них - это объемная, иногда противоречивая и систематически изменяющаяся правовая база, к которой необ-

ходимо обращаться при применении уголовно-правовых норм» [21, с. 591].

Примером может выступать уголовно-правовая норма, расположенная в ст. 159.1 УК РФ, содержащая термин «заемщик». Понятие «заемщик» закреплено в ст. 3 Федерального закона от 21.12.2013 года за № З53-Ф3 «О потребительском кредите (займе)» [22]. Под заемщиком понимается физическое лицо, обратившееся к кредитору с намерением получить, получающее или получившее потребительский кредит (заем). ГК РФ закрепляет термин «заемщик» в ст. 807 и ст. 819. В силу ст. 807 ГК РФ заемщиком является лицо, получившее денежные средства от займодавца. В свою очередь, ст. 819 ГК РФ закрепляет, что заемщиком является лицо, заключившее с банком кредитный договор.

Таким образом, мы можем наблюдать, что нормативно правовые акты, относящиеся к гражданскому законодательству, по-разному определяют момент приобретения лицом статуса «заемщик». А это, безусловно, влияет на применение ст. 159.1 УК РФ.

Как мы уже говорили, с бланкетной диспозицией не стоит бороться, так как эта нормотворческая техника не устранима. Но необходимо выработать приемы, способы и механизмы преодоления проблематики, связанной с применением бланкетных диспозиций.

Некоторые ученые предлагали издать перечень нормативно правовых актов, к которым отсылают бланкетные диспозиции уголовно-правовых норм [23, с. 229]. Но данный прием не сможет решить поставленную задачу в связи с большим количеством нормативно правовых актов позитивного законодательства и постоянной их изменчивостью. Если мы укажем в перечне конкретный законодательный акт, то возникнет вопрос с его актуальной редакцией. Будет стоять вопрос, применять редакцию нормативно правового акта на дату включения его в список, или же применять последнюю редакцию, даже если она имела место быть после включения нормативно правового акта в специальный список.

По нашему мнению не стоит в уголовном законе закреплять собственные понятия, термины и определения, касающиеся правовых категорий позитивного права, посредством примечаний, приложений, специальных списков и т.д. Это приведет, во-первых, к перезагруженности уголовного закона, во-вторых, к постоянной изменчивости самого уголовно закона в связи с динамичностью общественных отношений.

Для преодоления проблем, связанных с применением бланкетной диспозиции, необходимо в первоочередном порядке определить сферу тех общественных отношений, на страже которых стоит уголовно-правовая норма, имеющая бланкетную диспозицию.

Если мы говорим о специальных видах мошенничества, то можно было бы говорить, что проблем с этим не возникает, так как сфера применения уголовной нормы указана в названиях статей УК РФ. Например, ст. 159.5 УК РФ применяется в сфере страхования, так как название статьи звучит как «Мошенничество в сфере страхования». Но если, же мы коснемся, например, мошенничества в сфере кредитования, то картина будет иная.

Применяя ст. 159.1 УК РФ, необходимо установить конкретные общественные отношения, находящиеся в области ее уголовно-правовой охраны. Наличие указания в наименовании ст. 159.1 УК РФ на термин «кредитование» не будет достаточно, так как отношение в сфере кредитования регламентируются различными отраслями права. Например, о кредите говорится в ст. 66 Налогового кодекса РФ, которая содержит ному права, касающуюся инвестиционного налогового кредита. И в ст. 93.2 Бюджетного кодекса РФ говорится о бюджетном кредите.

С целью решения поставленного вопроса, а конкретнее, определения сферы применения ст. 159.1 УК РФ, необходимо проанализировать иные термины позитивного законодательства, содержащиеся в диспозиции

уголовно-правовой нормы, касающейся мошенничества в сфере кредитования. В нашем случае это термины «денежные средства», «заемщик», «банк», «кредитор». Указание законодателя в диспозиции нормы права, закрепленной в ст. 159.1 УК РФ, на упомянутые термины направляет правоприменителя в сторону гражданского законодательства, а именно к ГК РФ. Ст. 819 ГК РФ так же закрепляет термины «кредит», «заемщик», «банк», «денежные средства». Таким образом, посредством логически-правового анализа определяется сфера применения ст. 159.1 УК РФ, а именно, сфера банковского кредитования. Мы так же выявляем основной источник позитивного права, к которому отсылает диспозиция рассматриваемой уголовно-правовой нормы. Для мошенничества в сфере кредитования - это ГК РФ.

Дополнительно следует отметить, что наименования статей УК РФ, закрепляющих специальные виды мошенничества, не всегда указывают на непосредственный объект преступления. С целью его уяснения необходимо анализировать все термины, содержащиеся с диспозиции уголовно-правовой нормы.

К помогающим источникам позитивного права, в отношении ст. 159.1 УК РФ, можно отнести Федеральный закон от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» [24], в ст. 1 которого дается определение банка, и указываются его специфические признаки. Анализ указанного закона позволяет определить «жертву» мошенничества в сфере кредитования, которой является банк как юридическое лицо, обладающее исключительными правами, наделенными ЦБ РФ, а именно: привлечение во вклады денежных средств физических и юридических лиц; размещение указанных средств от своего имени и за свой счет на условиях возвратности, платности, срочности, открытие; ведение банковских счетов физических и юридических лиц.

Таким образом, мы можем констатировать, что целенаправленный логический анализ содержания бланкетной диспозиции уголовно-правовой нормы в сочетании с нормами иных отраслей права позволяет с большей степенью эффективности преодолеть проблемы, связанные со «слиянием» в одной статье норм уголовного и позитивного права.

Как уже отмечалось отношение в науке уголовного права к бланкетным диспозициям различное. Имеются и отрицательные мнения и положительные. Некоторые бланкетность называют злом. Так, О.Л. Дубовик писал, что «бланкетность - вынужденная черта современного законодательства, не успевающего за стремительным развитием науки и техники. Однако надо по мере сил стремиться ограничивать размеры этого неизбежного зла. Один из эффективных путей к этой цели - максимальное упрощение уголовного закона. Это равным образом благотворно скажется и на научных исследованиях, и на правоприменительной практике» [25, с. 149].

Л.Д. Гаухман видел положительные и отрицательные стороны присутствия норм с бланкетными диспозициями в УК РФ [26, с. 241-242]. К положительной стороне он относил экономию текста уголовно закона, так как законодатель избавляется от описания субъективный и объективных признаков состава преступления, которые раскрыты в нормативно правовых актах иной отрасли права. К отрицательной стороне он отнес «размытость» уголовного закона другими нормативно правовыми актами, что затрудняет применение уголовного закона. С одной стороны, Л.Д. Гаухман прав, но с учетом того, что положительных сторон все-таки больше, отрицательная сторона уступает.

К положительным чертам можно отнести: «а) без инородных вкраплений текст УК превратился бы в многотомное собрание сочинений, неподъемное для практикующей юриспруденции; б) бланкетность - самый надежный способ снятия диалектического противоречия между требованием стабильности закона и необходимостью его систематического обновления; в) без взаимно-424

го обмена терминами и прочей информацией в текстах разноотраслевых нормативных актов не только практики, но и сам законодатель утратил бы системное видение права; г) употребление в тексте УК бланкетной информации хотя бы частично сглаживает ту неловкость, которая порождена тысячелетней заповедью «незнание закона не освобождает от уголовной ответственности»» [27, с. 14].

По нашему мнению, бланкетная диспозиция должна применятся в уголовном законе, особенно в преступлениях в сфере экономики, и не стоит снижать ее проявление. Это связано с важным достоинством бланкетной диспозиции, а именно, «то, что нет необходимости всякий раз вносить изменения в уголовное право, если изменились специальные правила» [28, с. 390] установленные регулятивным законодательством.

С учетом всего изложенного поведем итоги:

1. Имеется реальная потребность использования бланкетной диспозиции в уголовно-правовых нормах права, так как это позволяет уйти от перезагруженности уголовного закона и от постоянного, систематического обновления содержания уголовных норм права в условиях постоянной изменчивости позитивного законодательства.

2. Явление бланкетности непреодолимо, и с ним не стоит бороться посредством минимизации бланкетных диспозиций, но необходимо найти эффективные пути их использования.

3. Преодоление проблем, связанных с бланкетными диспозициями уголовно-правовой нормы, связано с применение глубокого логически-правового анализа бланкетной диспозиции, с целью уяснения тех основных и вспомогательных источников позитивного права, которые регламентируют общественных отношения находящихся под охраной рассматриваемой уголовной нормы. После выявление источников позитивного права необходимо «черпать» из них информацию, позволяющую определить отдельные объективные и субъективные признаки изучаемого преступления.

4. Источники позитивного права, к которым мы обращаемся, при бланкетной диспозиции, не становятся источниками уголовного права, так как они только позволяют уяснить отдельные признаки преступления. И только уголовный закона определяет преступность и наказуемость деяния.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Федеральный закон от 29 ноября 2012 г. № 207-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 15.04.2018 года).

2. Уголовный кодекс РФ // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 15.04.2018 года).

3. Кленова Т.В. Структура уголовно-правовой нормы и выражение ее предписаний в законодательстве // Советское государство и право. 1988. № 11.

4. Кленова Т.В. Основы теории кодификации уголовно-правовых норм. Самара, 2001.

5. Кругликов Л.Л. Проблемы теории уголовного права: Избранные статьи. Ярославль, 1999.

6. Федеральный закон от 27 июня 2011 года за N 161-ФЗ «О национальной платежной системе» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 20.04.2018 года).

7. Положение Банка России от 24 декабря 2004 г. № 266-П «Об эмиссии банковских карт и об операциях, совершаемых с использованием платежных карт» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 20.04.2018 года).

8. Лопашенко Н.А. Основы уголовно-правового воздействия: уголовное право, уголовный закон, уголовно-правовая политика. СПб., 2004.

9. Теория государства и права: Учебник. Н.И. Матузов, А.В. Малько. М.: Юристъ, 2004.

10. Теория государства и права. Учебник. 4-е изд., перераб. и доп. / Л.А. Морозова М.: Российское юриди-

Baltic Humanitarian Journal. 2018. Т. 7. № 2

ческое образование, 2010.

11. Теория государства и права: учеб. / А. В. Мелехин. — М. : Маркет ДС, 2007.

12. Теория государства и права: Учебник. Н.И. Матузов, А.В. Малько. М.: Юристъ, 2004.

13. Теория государства и права. Учебник. 4-е изд., перераб. и доп. / Л.А. Морозова М.: Российское юридическое образование, 2010.

14. Гаухман Л.Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика. М., 2001.

15. Лопашенко Н.А. Основы уголовно-правового воздействия: уголовное право, уголовный закон, уголовно-правовая политика. СПб., 2004.

16. Закон РФ от 27.11.1992 года за № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 22.04.2018 года).

17. Гражданский кодекс РФ // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 25.04.2018 года).

18. Федеральный закон от 29 ноября 2010 г. № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 25.04.2018 года).

19. Федеральный закон от 29.12.2006 года за № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 26.04.2018 года).

20. Федеральный закон от 12.01.1996 года за № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 26.04.2018 года).

21. Уголовное право России. Части Общая и Особенная / Под ред. А.В. Бриллиантова. М., 2009.

22. Федеральный закон от 21.12.2013 года за № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 27.04.2018 года).

23. Кругликов Л.Л., Смирнова Л.Е. Унификация в уголовном праве. СПб., 2008.

24. Федеральный закон от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 27.04.2018 года).

25. Дубовик О.Л. Экологическое право в вопросах и ответах: Учебное пособие. М., 2001.

26. Гаухман Л.Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика. М., 2005.

27. Бойко А.С. Бланкетность - гордиев узел уголовного права // Библиотека уголовного права и криминологии. 2013. № 1.

28. Энциклопедия уголовного права. Т. 1. Понятие уголовного права. СПб., 2005.

Статья поступила в редакцию 28.04.2018

Статья принята к публикации 26.06.2018