Право же как вышло

Арбитражный суд Пермского края отказал Росимуществу в изъятии в собственность РФ бомбоубежища, принадлежащего региональному отделению общества инвалидов. Спорный объект находится в здании по ул. Данщина, 7, переданном обществу в рамках приватизации завода «Торгмаш» в 1993 году. Истец настаивал, что сооружения гражданской обороны приватизированы быть не могли. В качестве самостоятельного основания отказа в требованиях суд указал пропуск срока исковой давности. Эксперты отмечают, что в делах, касающихся изъятия имущества в собственность государства, суды часто отказывают в применении срока давности. Но эта практика распространяется на споры, касающиеся приватизации крупных активов. Бомбоубежище общества инвалидов таким активом не является.

Фото: Максим Кимерлинг, Коммерсантъ

Как следует из документов суда, спорное помещение находится под зданием по ул. Данщина, 7 в Перми, которое ранее входило в производственный и имущественный комплекс завода «Торгмаш». Согласно данным МЧС, подвал здания одновременно является и защитным сооружением гражданской обороны (бомбоубежищем II класса), в котором могут укрыться до 600 человек. Здание вместе с защитным сооружением гражданской обороны было сдано в эксплуатацию в 1976 году. Подвал был изолирован от внешнего воздействия защитно-герметичными дверными блоками, специальными ставнями, в нем были размещены емкости для хранения запаса питьевой воды. Прикамское отделение Всероссийского общества инвалидов получило контроль над зданием в 1993 году, когда решением Малого совета Пермского областного совета малых депутатов ему было передано имущество госпредприятия «Завод „Торгмаш“» в рамках приватизации. Сейчас общество инвалидов сдает здание в аренду дочернему ООО «Завод „Торгмаш“».

С иском о признании права собственности на бомбоубежище за Российской Федерацией территориальное управление Росимущества обратилось в прошлом году. Требования федерального агентства поддержали ГУ МЧС по Пермскому краю и прокуратура. Судя по решению арбитража, свои требования Росимущество обосновывало несколькими нормативными актами, принятыми еще в начале 90-х, в частности, приложением к постановлению Верховного совета РФ от 27 декабря 1991 года «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации», которым устанавливалось, что защитные сооружения ГО могут находиться только в федеральной собственности. Также в судебном акте упоминается постановление правительства, которое запрещало включать подобные объекты в состав приватизируемого имущества. Таким образом, регистрация права собственности на бомбоубежище общественной организацией противоречит этим нормативным актам.

В ходе первого рассмотрения дела суд удовлетворил требования Росимущества. Затем дело несколько раз проходило через апелляционную и кассационную инстанцию и снова вернулось в Арбитражный суд Пермского края, на новое рассмотрение. В результате в удовлетворении требований государственных органов было отказано. В качестве самостоятельного основания для отказа в иске суд сослался на пропуск срока исковой давности. Как отмечается в решении, при приватизации ГП «Завод Торгмаш» в 1993 году бомбоубежище не исключалось из перечня объектов, которые передавались обществу инвалидов. При этом передача имущества на основании решения Пермского областного совета является законным основанием для получения имущества в собственность. Отдельно суд отметил, что в 1993 году законодательством не устанавливалось специального регулирования процедуры приватизации. Поэтому права собственности на имущество возникали у приобретателя с момента передачи имущества.

Суд решил, что срок исковой давности в данном случае следует отсчитывать с момента решения совета депутатов, то есть с конца марта 1993 года. О передаче бомбоубежища в собственность общества инвалидов государству было известно уже тогда, поскольку Госкомитет по управлению имуществом был стороной сделки. Кроме того, арбитраж отметил, что право собственности на бомбоубежище проходило госрегистрацию, все документы прошли правовую экспертизу, и вопросов к ним не было. Также в судебном решении упоминается, что по итогам неоднократных проверок бомбоубежища МЧС общество инвалидов неоднократно привлекалось к административной ответственности как собственник здания.

Старший партнер юридической фирмы Intellect Роман Речкин считает решение суда обоснованным, поскольку здание было передано правопредшественнику ответчика еще 30 лет назад «без каких-либо изъятий». На протяжении этого времени и до подачи иска уполномоченные органы о правах на объект не заявляли, мер по его возврату не принимали. Также эксперт отметил, что при рассмотрении исков, касающихся изъятия имущества в собственность РФ, суды часто отказывают ответчикам в применении срока исковой давности. «Но это касается именно „политических“ дел по искам Генпрокуратуры или ФАС РФ о возврате значимых для государства активов,— рассуждает юрист.— Данное дело — совсем иной случай, это обычный текущий спор по иску теруправления Росимущества в отношении объекта, состояние которого, очевидно, даже не позволяет использовать его по назначению. Поэтому и спор в данном случае рассмотрен строго в соответствии с законом».

Ольга Жукова, старший юрист ProLegals, также отмечает, что суд верно пришел к выводу об истечении срока исковой давности. Так, уполномоченный орган должен был узнать о приватизации имущества не только после его передачи, но и по итогам проверок объекта, которые проводились как МЧС, так и самим Росимуществом. «Особые правила исчисления срока исковой давности действуют по искам Генпрокуратуры об истребовании акций приватизированных крупных предприятий. Предшествующая же судебная практика по истребованию Росимуществом объектов гражданской обороны и ЧС, напротив, свидетельствует об активном применении судами трехлетнего срока исковой давности»,— говорит эксперт.