Предвидение возможности наступления общественно опасных последствий как признак умысла

С.В. Дубовиченко

ПРЕДВИДЕНИЕ ВОЗМОЖНОСТИ НАСТУПЛЕНИЯ ОБЩЕСТВЕННО ОПАСНЫХ ПОСЛЕДСТВИЙ КАК ПРИЗНАК УМЫСЛА

Предвидение возможности наступления общественно опасных последствий традиционно рассматривается как характеристика интеллектуального элемента умысла. Изначально учение о непрямом умысле основывалось только на одном элементе-предвидении, которое позже легло в основу теории представления. В действующем уголовном законодательстве элемент предвидения общественной опасности сохранен, законодатель воспринял предложения, выдвигавшиеся в науке уголовного права, и уточнил характер предвидения: от возможности до неизбежности.

Предвидение является существенной характеристикой сознательной деятельности человека. Прежде чем действовать, в сознании создается образ будущего результата.

Этимологически предвидеть означает «знать заранее, предполагать возможность появления, наступления чего-нибудь»1. Из толкования слова «предвидение» вытекает, что оно всегда обращено в будущее, настоящее находится за пределами предвидения, поскольку осознается в данный, текущий момент. Предвидение позволяет выйти за рамки непосредственно воспринимаемого и, основываясь на актуально осознаваемом, предвосхитить будущий результат. Эта способность - важнейшая черта целенаправленной деятельности человека. Трудно представить себе организацию любого вида деятельности без сознания ее результатов. Преступная деятельность в этом отношении не отличается от других видов деятельности. Поэтому характер предвидения оказывает большое влияние на содержание умысла, в зависимости от предвидения умысел подразделяется на конкретизированный и неконкретизированный. Существенно отличается предвидение в умысле и неосторожности.

Включение в ст.8 (Совершение преступления умышленно) Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 сознания общественной опасности породило спор о его соотношении с предвидением общественно опасных последствий. Эта дискуссия продолжается до сих пор. Полемика возникла вокруг вопроса о том, какой интеллектуальный элемент- сознание общественной опасности или предвидение в генетическом плане является первоочередным. Мнение исследователей по этому поводу разделилось. Одни полагают, что в основе сознания общественной опасности лежит предвидение2, другие напротив считают, что предвидение невозможно без сознания общественной опасности своего деяния, предвидение есть часть сознания3.

1 Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений. -М., 2004. - С.579.

2 См.: Дагель П.С., Котов Д.П. Субъективная сторона преступления и ее установление. - Воронеж: Изд-во Воронеж. ун-та, 1974. - 86; Ворошилин Е.В., Кригер Г.А. Субъективная сторона преступления. - М.: МГУ, 1987. -С.13, 27; Коржанский Н.И. Очерки теории уголовного права. - Волгоград: Высш. след. шк., 1992. - С.60; Назаренко Г.В. Вина в уголовном праве. - Орел: Орл. ВШ., 1996. - 45; Нерсесян В.А. Неосторожная вина: проблемы и решения // Государство и право. - 2000. - №4. - С.63, 65.

3 См.: Демидов Ю.А. Предметное содержание умысла по советскому уголовному праву. // Тр. ВШ МООП РСФСР. 1965. Вып. - 12. - С.29; Никифоров Б.С. Об умысле по действующему законодательству. // Советское государство и право. - 1966. - №6. - С.27-28; Самолюк И.Д. Определенный и неопределенный умысел. // Советское государство и право. - 1966. - №7. - С.121; Волков Б.С. Детерминистическая природа преступного поведения. - Казань: КГУ, 1975. - С.8; Гринберг М.С. Преступная самонадеянность // Правоведение. - 1976. - №3.

- С.68; Сухарев Е.А., Горбуза А.Д. О формах вины в преступлениях с бланкетной диспозицией состава // Вопросы повышения эффективности уголовного законодательства в современных условиях. - Свердловск, 1979. - С.68-69; Козаченко И.Я., Сухарев Е.А., Горбуза А.Д. Понятие вины в уголовном праве (исторический и психологоправовой анализ). - Екатеринбург: УЮА, 1993. - С.32; Иванов Н. Умысел в уголовном праве России // Российская юстиция. - 1995. - №12. - С.17; Пинчук В.И. Вина. - СПб., 1998. - С.9; Якушин В.А. Субъективное вменение и его значение в уголовном праве. Тольятти: ТолПИ, 1998. - С.133; Векленко С.В. Понятие, сущность, содержание и формы вины в уголовном прав. Омск: Омская академия МВД России, 2002. - С.148; Соколова О.В. Уголовноправовой аспект мотивации преступного поведения и проблемы доказывания: Автореф. дисс. ...канд. юрид. наук.

- Саратов, 2003. - С.18.

На наш взгляд, этот вопрос необходимо разделить на два подвопроса: как соотносится сознание и предвидение и, собственно, сознание общественной опасности и предвидение общественной опасности. Последнее напрямую зависит от решения вопроса о соотношения сознания и предвидения.

В философии предвидение рассматривается как форма опережающего, продуктивного отражения. Продуктивность образа состоит в преобразовании содержания знания, его отходе от наличного состояния объекта, преодолении настоящего. В предвидении воспроизводятся явления, которые уже были в жизни человека на основе их повторяемости, а также новые явления, непосредственно не воспринимавшиеся субъектом. Предвидение - важнейшая функция сознания1. А.Г. Спиркин пишет, что «сознанием является такая форма внутренней активности субъекта и его ориентации в мире и в самом себе, когда он антиципирует, предусматривает конечный результат своих поступков...»2 В этом качестве предвидение является неотъемлемой частью сознания, формой его проявления3. Если разделить эти понятия, то есть сознание и предвидение, то придется признать, что существует уголовноправовое определение сознания, отличное от общеметодологического, выработанного философией и психологией. Несомненно, могут существовать различные взгляды на сознание, например, в медицине, психиатрии, в том числе и в праве, но не подменяющие сущность сознания как феномена духовной жизни. Разделение сознания и предвидения условно, в уголовно-правовой плоскости это разделение преследует цель уяснения субъектом фактов настоящего и будущего.

В психологии не принято использовать термин предвидение, для обозначения форм опережающего отражения применяется термин «представление». Под ним понимают «образ предмета или явления (события), возникающий на основе прошлого опыта... путем его воспроизведения в памяти или в воображении»4. Представление можно соотнести с восприятием, основное отличие их заключается в том, что восприятие относится к настоящему, а представление воспроизводит или преобразует ранее воспринятые образы. Восприятие играет двоякую роль: с одной стороны, образы ранее воспринятого лежат в основе представления, с другой стороны, актуальное восприятие инициирует процесс преобразования данного (воображение) или воспроизведения прошлого опыта (представление памяти). То есть восприятие всегда первично, невозможно предвидение будущего без сознания настоящего. С точки зрения психологии предвидение реализуется в рамках воображения или представлений памяти. Отличие этих процессов заключается в том, что для воображения характерно преобразование, а для образов памяти - воспроизведение ранее воспринятых образов5.

Принимая во внимание условность принятого деления интеллектуальных моментов умысла на сознание и предвидение, можно констатировать, что сознание общественной опасности предшествует предвидению общественно опасных последствий, лежит в основе этого предвидения. Совершенно верно писал Н.Д. Сергеевский: «... мы одинаково можем предвидеть явление только тогда, когда знаем соответствующую ему, как последствию, комбинация предыдущих сил и фактов...»6. Не осознав характер причины, нельзя осознать характер последствий. Невозможно планировать, прогнозировать, предполагать последствия, если отсутствует сознание социальных и фактических признаков деяния. Тем более законодатель говорит о сознании возможности наступления общественно опасных

1 См.: Коршунов А.М. Отражение, деятельность, познание. - М.: Полит. лит, 1979. - С.187, 212.

2 Спиркин А.Г. Сознание и самосознание. - М.: Полит. лит., 1972. - С.82.

3 в психологии предвидение как воображение также рассматривается, в качестве элемента структуры сознания см.: Общая психология: Курс лекций для первой ступени педагогического образования / Сост. Е.И. Рогов. - М.: Гуманит. изд. Центр ВЛАдОс, 1999. - С.45.

4 Психологический словарь/ Под ред. В.П. Зинченко, Б.Г. Мещерякова.- М.: Изд-во Астрель; АСТ; Транзиткнига, 2004. - С.305.

5 См.: Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. - СПб.: ПИТЕР, 2002. - С.296.

6 Сергеевский Н.Д. Русское уголовное право. Пособие к лекциям. Часть общая. - СПб.: Типография М. М. Стасюлевича,1911. - С.251.

последствий, возможность выражает наличие условий для возникновения явления1. Для предвидения возможности наступления общественно опасных последствий необходимо сознание условий, обуславливающих переход возможности в действительность. В качестве таких условий выступают действия (бездействия) лица, поэтому предвидение возможности наступления общественно опасных последствий проистекает из сознания своего деяния как условия наступления преступного результата.

Н.Г. Иванов, исходя из того, что предвидение входит в состав сознания, делает вывод о необходимости исключения элемента предвидения из законодательной конструкции умысла2. На наш взгляд, предлагаемая редакция не желательна, поскольку предвидение имеет важное значение для материальных составов, выделение из сознания предвидения в данном случае ориентирует правоприменителя на детальное выяснение специфики осознания субъектом последствий своих действий.

Вопрос о предметном содержании предвидения в умысле также является достаточно спорным. Предвидением охватывается общественно-опасное последствие, однако, его понимание в уголовно-правовой литературе неоднозначно. Различные подходы к определению общественно опасных последствий непосредственно связаны с решением проблемы его предвидения.

Любое преступление выступает в качестве акта взаимодействия личности с окружающей действительностью и поэтому вызывает целый веер разнообразных последствий, которые более или менее полно воспроизводятся в сознании. Но не все последствия имеют одинаковое уголовно-правовое значение, при определении вида умысла в расчет должны приниматься только те фактические последствия, которые описаны в уголовном законе3. Общественно опасные последствия, которые не указаны в диспозиции статьи, влияют на индивидуализацию наказания при условии их сознания, на вид умысла эти последствия не влияют .

Под общественно опасным последствием следует понимать материально выраженный результат, с которым связан момент признания преступления оконченным. Особенностью преступлений, для которых обязательным признаком объективной стороны выступают последствия, является то, что причинение вреда объекту уголовно-правовой охраны обусловлено наступлением общественно опасного результата, указанного в диспозиции состава преступления. При отсутствии такого последствия вред объекту не причиняется, но создается реальная угроза его причинения. Например, при покушении на кражу создается угроза причинения вреда отношениям собственности. В преступлениях, для которых последствия не обязательны, вред объекту причиняется в результате действий.

На наш взгляд не следует отрицать деление составов на формальные и материальные. Противники этой классификации аргументируют свою позицию тем, что беспоследственных преступлений не существует. Это действительно так, если понимать под последствиями причинение вреда объекту уголовно-правовой охраны5. Факт бесспорный, поскольку любое преступление имеет материальное содержание в виде общественной опасности. Но это не относится к классификации составов на формальные и материальные. Основанием данной классификации является наличие или отсутствие материально выраженных последствий, обозначенных в качестве характеристики объективной стороны преступления в уголовном законе, а не вред объекту, которому всегда причиняется вред или создается угроза причинения вреда. Как писал Б.С. Волоков: «особенностью «формальных» преступлений, является не отсутствие общественно опасных последствий, а невключение последних в число

1 См.: Философский словарь /Под ред. М.М. Розенталя. М.: Полит. лит., 1972. - С.63.

2 См.: Иванов Н.Г. Принцип субъективного вменения и его реализация в УК // Государство и право. - 1999. -№10. - С.56; такую же позицию занимали другие исследователи см.: Сухарев Е.А., Горбуза А.Д. Указ. статья С.68-69.

3 См.: Лунеев В.В. Субъективное вменение. - М.: Спарк, 2000. - С.36-37.

4 здесь речь идет не о любых последствиях, а только о таких, которые способны причинить вред объектам уголовно правовой охраны. При определении объектов, подлежащих защите, следует исходить из ч. 1 ст.2 УК РФ.

5 См.: Кузнецова Н.Ф. Избранные труды. - СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. - С.30.

необходимых элементов объективной стороны соответствующих преступных деяний»1. Основная цель этой классификации - точное определение момента окончания преступления. Что касается причинения вреда объекту уголовно-правовой охраны, то оно охватывается сознанием общественной опасности. В преступлениях с материальным составом необходимо определять волевое отношение к материально выраженному преступному результату (вред здоровью, материальный ущерб). Умысел в «материальных преступлениях» может быть как прямым, так и косвенным.

Волевой элемент в преступлениях с формальным составом проявляется в виде волевого усилия, направленного на совершение действия (бездействия), поэтому умысел в таких преступлениях может быть только прямой2.

Законодательное определение умысла ориентировано на преступления с материальным составом. В этой связи правоприменитель вынужден искажать понятие прямого умысла, которое дается в УК РФ путем перенесения волевого момента с последствия на действие (бездействия). На незаконность и недопустимость такого изменения содержания умышленной вины уже неоднократно указывалось в науке уголовного права3. Однако правоприменитель вынужден искажать содержание умысла вследствие несовершенства законодательной дефиниции. Необходимо внесение изменений в ст.25 УК РФ поскольку абсолютное большинство преступлений по действующему УК относятся к формальным составам, тем более, что число последних постоянно увеличивается.

Можно предложить следующую редакцию ч.2 ст.25 УК РФ: «Преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало характер и степень общественной опасности и уголовной противоправности своих действий (бездействия) и желало их совершения, а в случае если деяние по настоящему Кодексу признается доведенным до конца с наступлением определенных последствий также предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления».

Предвидением охватывается сознание как фактических, так и социальных признаков общественно опасного последствия. Сознание общественной опасности и предвидение общественно опасных последствий органически связаны, четкость предвидения обусловлена характером сознания действия. Умысел в отличие от легкомыслия характеризуется достаточно высокой степенью конкретности предвидения.

Предвидение может варьироваться от более четкого, определенного к менее конкретному4, субъекта не требуется фотографического предвидения. Главное, чтобы в сознании нашли отражение наиболее существенные признаки преступного последствия. При убийстве лицо должно сознавать возможность наступления смерти, при краже причинение ущерба собственнику или иному владельцу и т.п., предвидением также должна охватываться причинно-следственная связь между действиями лица и наступившими последствиями.

1 Волков Б.С. Проблема воли и уголовная ответственность. - Казань: КГУ, 1965. - С.27.

2 См.: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Часть общая. - СПб., 1902. - Т.1. - С.603; Курс советского уголовного права. Часть общая. - Л.: ЛГУ, 1968. - Т.1. - С.419; Филановский И.Г. Преступления, совершаемые по неосторожности // Правоведение. - 1969. - № 2. - С.78; Рарог А.И. Умысел в формальных преступлениях, при приготовлении, покушении и соучастии // Советское государство и право. - 1977. - №1. - С.65; Ворошилин Е.В., Кригер Г.А. Указ. соч. - С.34; Гилязев Ф.Г. Вина и криминогенное поведение личности (уголовно-правовые, криминологические и социально-психологические черты). - М.: ВЗПИ, 1991. - С.25-26; Кондратьев Ю.А. Регулирование умышленной вины требует радикальных изменений // Современные тенденции развития уголовной политики и уголовного законодательства. - М.: ИГПАН, 1994. - С.63; Иванов В.Д., Мазуков С.Х. Субъективная сторона преступления. - Ростов-на Дону: Булат, 1999. - С.16; Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть: Курс лекций. - М.: БЕК, 1999. - С.232; Лунеев В.В. Указ. соч. - С.39; Авшеев Э.Ю. Уголовноправовая охрана права на неприкосновенность жилища: Автореф. дисс. ...канд. юрид. наук. - Ростов-на-Дону, 2005. - С.20.

3 См.: Филановский И.Г. Социально-психологическое отношение субъекта к преступлению Автореф. дис. ...д-ра. юрид. наук. Л., 1970. - С.23; Иванов Н.Г. Указ. статья // Государство и право. - 1999. - №10. - С.57; Назаренко Г.В. Вина в уголовном праве. - С.45.

4 иного взгляда придерживался Б.С. Утевский который считал, что «нельзя предвидеть больше или меньше» См.: Утевский Б.С. Вина в советском уголовном праве- М.: Юриздат, 1950. -С.73.

Преступник должен понимать, что преступный результат является следствием его собственных действий.

Здесь причинная связь нас интересует не в ее объективной выраженности, а в «отражении этого процесса в сознании лица»,1 но это не означает противопоставления причинности и предвидения как объективного и субъективного. Они хотя и отличаются друг от друга как понятия, имеющие специфическое содержание, но находятся друг с другом в диалектическом единстве, выраженном в общем понятии преступления.

От преступника не требуется сознание причинной связи со всеми подробностями, «достаточно чтобы действующее лицо, в основных чертах сознавало существо, ход и связь фактов и действий, приводящих к преступному результату» . Однако, сознание прикосновенности к последствию в смысле теории conditio sine qua non, еще не означает сознание наличия причинной связи. Лицо должно предвидеть реальную возможность наступления общественно опасных последствий3 в результате совершения действий (бездействий). В основании этого утверждения лежит установленное в психологии положение, что предметом воли может быть только то, что находится в сфере ее господства и практического осуществления, что предполагает способность лица воздействовать на фактическое развитие событий в определенном направлении, когда он мысленно привлекает такие средства, которые обладают реальной возможностью вызвать желаемый результат, надежда «на авось» не может обосновать умысел4.

В законе говорится о предвидении возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий, как соотносятся эти понятия, каким образом оценивается вероятность наступления будущих событий? В науке уголовного права некоторые исследователи оспаривают предвидение неизбежности считают, что человек может предвидеть последствия только как вероятные5. С.В. Векленко исключает предвидение неизбежности на том основании, что возможности прогностического аппарата человека ограничены6. Представляется, что автор необоснованно занижает способности человека к предвидению, конечно, если прогнозируются сложные социальные и природные процессы, то прогноз будет носить вероятностный характер. Но если преступник сбрасывает жертву с 10 этажа, или производит выстрел в упор в голову, то он несомненно сознает неизбежность наступления смерти. При этом важно отметить, что неизбежность характеризует предвидение последствий, объективно наступление которых может быть вероятным, а не неизбежным. В философии при оценке возможности используют шкалу вероятности от 0 до 1 и высчитывают, с какой степенью вероятности возможно будущее событие7. При научном прогнозировании такие расчеты, несомненно, имеют важное значение, но применительно к оценке субъектом возможности наступления последствий своих действий вряд ли могут быть использованы.

Оценка возможности наступления преступных последствий основывается не на количественных, а на качественных показателях: реальности и конкретности. Возможность является реальной, если наступление будущего события обусловлено сущностными

1 Церетели Т.В. Причинная связь в уголовном праве. - М.: Госюриздат, 1963. - С.306.

2 Трайнин А.Н. Общее учение о составе преступления. - М.: Гос. издат. юрид. лит., 1957.С.199.

3 См.: Гончаренко С.В. Преступная небрежность. Уголовно-правовой и криминологический аспекты: Автореф. дисс. ...канд. юрид. наук. - Киев, 1990. - С.10.

4 См.: Макашвили В.Г. Волевой и интеллектуальный элемент умысла // Советское государство и право. - 1966. -№7. - С.105; Дагель П.С. Проблемы вины в советском уголовном праве // Учен. зап. / ДВГУ. - 1968. - Вып. 21. -Ч.1. - С.84.

5 См.: Будзинский С. Начала уголовного права. - Варшава, 1870. - С.145-146; Фельдштейн Г.С. Природа умысла. - М.: Т-во тип-я А.И. Мамонтова , 1898. - С. 14; Сергеевский Н.Д. Указ. соч. - С.254; Потапов Д.П. Содержание интеллектуального момента умышленной вины. Дисс. на соиск. уч. ст. к.ю.н. Волгоград, 1992 -С.56, 59; Коржанский Н.И. Очерки теории уголовного права. - С.71; Векленко С. Интеллектуальное содержание умышленной вины // Уголовное право. - 2001. - №4. - С.19; Козлов А.П. Понятие преступления. - СПб.: Юридический центр Пресс, 2004. - С.341, 604.

6 См.: Векленко С. В. Сущность, содержание и формы вины в уголовном праве. // Правоведение. - 2002. - № 6. -С.135.

7 См.: Алексеев П.В., Панин А.В. Философия. М.: ООО «ТК Велби», 2002. - С.512-513.

свойствами наличного явления (существует реальная возможность отравить мышьяком, цианистым калием, а не сахаром или солью). Конкретная возможность означает, что существуют необходимые условия для реализации возможности (цианистый калий подсыпан будущей жертве в утренний кофе). «Чтобы возможность перешла в действительность,- пишет А.Г. Спиркин,- необходимы два фактора: действие определенного закона и наличие соответствующих условий»1.

Конкретность и реальность возможности наступления последствий не зависит от того, с какой формой вины совершается преступление, однако оцениваются эти характеристики возможности в умысле и неосторожности неодинаково. В умысле лицо с большей или меньшей степенью адекватно сознает реальность и конкретность наступления будущего результата собственных действий. Отличительной чертой предвидения общественно опасных последствий при легкомыслии является его абстрактный характер, то есть субъект не проецирует возможность преступных последствий применительно к конкретным условиям, к своим действиям. Еще Н.С. Таганцев писал, что при легкомыслии «действующий, если можно так выразиться, сознает возможность учинения преступного деяния т abstracto, но не сознает возможности наступления его т ^^теШ»2.

Возможность наступления последствий, в отличие от неизбежности, характеризуется присутствием момента неопределенности, вероятностью вмешательства каких-либо внешних обстоятельств, которые могут воспрепятствовать развитию причинной связи. Даже этимологически возможность, вероятность отражает некоторый оттенок сомнения3. Неизбежность или, выражаясь философским языком, необходимость, напротив, свидетельствует об абсолютной определенности, однозначности, стопроцентной вероятности наступления ожидаемого события. Субъектом оценки выступает лицо, совершающее преступление, а не следователь или суд то, что для последних может быть только вероятным, для преступника может представляться как необходимое.

Реальная и конкретная возможность- категории, которые раскрывают необходимый характер причинной связи. Однако, при характеристике предвидения, нас интересует, прежде всего, отражение этой необходимости в сознании лица. Предвидение возможности, как реальной и конкретной, обуславливается рядом объективных и субъективных факторов. К последним можно отнести отсутствие расчета на предотвращение последствий или надежды на «авось», наличие криминальных навыков, представление о том, что сделано все необходимое для наступления преступного результата и др. Субъективные моменты оцениваются с точки зрения объективных обстоятельств, их нельзя отрывать друг от друга. К ним можно отнести, к примеру, благоприятную обстановку совершения преступления (отсутствие сторожа на складе, беспомощность или беспечность жертвы), особенности применяемых орудий, отсутствие надлежащего контроля и др. Именно оценка объективных обстоятельств порождает субъективную уверенность в наступлении общественно опасного результата. Неверная оценка объективных обстоятельств может привести к ошибке. Например, ошибке в средствах совершения преступления.

1 Спиркин Г.А. Философия. - М.: Грардарики, 2004. - С.292.

2 Таганцев ^ С. Русское уголовное право. - С. 608; Курс советского уголовного права. Часть общая. Преступление. Т.Н. - М.: Наука, 1970. - С.312-313; Макашвили В.Г. О разграничении эвентуального умысла и самонадеянности // Правоведение. - 1965. - № 2. - С. 167; Курс советского уголовного права. Часть общая. - Л.: ЛГУ, 1968. - Т.1. - С.424; Меркушев М.Н. Преступная самонадеянность и сознание общественной опасности деяния // Проблемы уголовного права. Сб. статей / Под ред. И.С. Тешкевича. - Минск: Изд-во БГУ, 1976. - С.18, 26; Гилязев Ф.Г. Особенности вины и значение ошибки в уголовном праве. - Уфа: Изд-е Башкирского университета,1993. - С.61-62; Наумов А.В. Российское уголовное право. - С.238; Рарог А.И. Субъективная сторона и квалификация преступлений. - М.: ООО «Профобразование», 2001 - С.46; Уголовное право Российской Федерации: В 2Т. Общая часть: Учебник /Под ред. проф. Л.В. Иногамовой - Хегай. - М.:ИНФРА-М., 2002. Т.1. -С.131; Тяжкова И.М. Неосторожные преступления с использованием источников повышенной опасности. - СПб.: Юридический центр Пресс, 2002. - С.22.

3 См.: Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений. - М., 2004. - С.75, 92.

Существует особенность сознания связи между деянием и последствием при совершении преступления путем бездействия. Общественно опасное последствие при бездействии является результатом развития причинной связи, появление и существование которой зачастую не зависит от лица. Возьмем классический пример, отказ матери от кормления новорожденного ребенка. Новорожденный ребенок, в силу соматических особенностей, постоянно находится в состоянии опасном для жизни. Именно это состояние, при отсутствии питания, приводит к смерти, само бездействие создает лишь необходимые для этого условия. Сознанием детоубийцы должно охватываться, что это состояние в своем объективном течении может стать причиной смерти, на это она и рассчитывает. Поэтому, при совершении преступления, путем бездействия, предметом предвидения становится причинная связь и последствие, существующее помимо деятельности преступника. Конечно, возникает резонный вопрос, на каком основании вменять такой преступный результат? Основанием ответственности здесь будет - обязанность, основанная на специальном указании закона, договора и т.д., вмешаться в эту объективную связь явлений и процессов и не дать наступить общественно опасному последствию.

С различным характером предвидения последствий связан еще один очень спорный вопрос: свидетельствует ли предвидение неизбежности наступления побочных общественно опасных последствий об их желании или возможно допущение этих последствий? Одни исследователи связывают предвидение неизбежности побочных последствий только с прямым умыслом1, другие полагают возможным косвенный умысел2.

На наш взгляд, решение законодателя об уточнении характера предвидения в прямом умысле вполне оправдано, неизбежное побочное последствие - неотъемлемый атрибут результата, к которому стремился субъект и потому неотделимо от него. Предвидение в косвенном умысле всегда вероятностно, поскольку сознательное допущение, образующее смысловую линию поведения лица при косвенном умысле, выражает вероятностное предположение преступного результата.

В уголовно-правовой литературе были предприняты попытки классифицировать предвидение. На наш взгляд, предвидение можно классифицировать по нескольким основаниям: содержанию, характеру предвидения и юридическому значению.

1 См.: Белгориц- Котляревский Л.С. Учебник русского уголовного права. Общая и особенная части. - Киев: Южно-Русское Книгоиздательство Ф.А. Югансона, 1903. - С.144; Гурвич И.Г. Косвенный умысел по советскому уголовному праву: Автореф. дисс. ...канд. юрид. наук. - М., 1951. - С.7; Советское уголовное право. Часть общая.

- М., 1952. - С.229; Трайнин А.Н. Общее учение о составе преступления. - С.200; Комментарий к УК РСФСР / Под ред. М.Д. Шаргородского, Н.А. Беляева. - Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1960. - С.28-29; Демидов Ю.А. Умысел и его виды по советскому уголовному праву: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 1964. - С.10, 12; Филимонов В.Д. Общественная опасность личности преступника. - Томск: Изд-во Томского ун-та, 1970. - С.144; Андреева Л.А. О характере предвидения последствий при умышленной вине // Вопросы совершенствования предварительного следствия. - Л, 1971. - С.188; Механизм преступного поведения. - М.: Наука, 1981. - С.218; Рарог А.И. Вина в советском уголовном праве. - М.: Юриздат, 1950. -С.23; Новое уголовное право России. Общая часть: Учеб. пособ. - М.: Зерцало; ТЕИС, 1996. - С. - С.51; Назаренко Г.В. Вина в уголовном праве. - С.39; Уголовный закон и преступление / Под ред. Э.С. Тенчова. - Иваново: Ивановский государственный университет, 1997. - С.82; Бородин С.В. Преступления против жизни. - М.: Юрист, 1999. - С.58.

2 Утевский Б.С. Вина в советском уголовном праве. - М.: Юриздат, 1950. -С.252, 255, 256; Тихонов К.Ф. К вопросу о разграничении форм виновности в советском уголовном праве // Правоведение. - 1963. - № 3. - С. 82; Куринов Б.А. Установление субъективной стороны преступления при посягательстве на жизнь и здоровье человека // Советское государство и право. - 1967. - №6. - С.134; Дагель П.С., Михеев Р.И. Теоретические основы установления вины. - Владивосток: ДГУ, 1975. - С.49-50; Гринберг М.С. Преступное действие (управленческие и психологические аспекты) // Правоведение. - 1983. - №5. - С.43; Гилязев Ф.Г. Вина и криминогенное поведение личности. - С.29; Шарапов Н.Д. Физическое насилие в уголовном праве. - СПб.: Юридический центр Пресс, 2001.

- С.243; Российское уголовное право. Курс лекций. Преступление / Под ред. проф. А.И. Коробеева. Владивосток: Изд-во Дальневосточного университета,1999.-Т.1. - С.402-403; Ситковская О.Д. Психологический комментарий к УК РФ. - М.: Зерцало, 1999. - С.43-44; Милюков С.Ф. Российское уголовное законодательство: опыт критического анализа. - СПб.: СПбиВЭСЭП; Знание, 2000. - С.60-61; Козлов А.П. Указ. соч. - С.115-117.

Классификация предвидения по содержанию осуществляется в зависимости от соотношения представляемого лицом результата с целью действий:

1) представляемый преступный результат совпадает с целью, которую ставил субъект (убийство из мести), в свою очередь преступное последствие может соответствовать основной цели, либо промежуточной (убийство сторожа, для проникновения на склад);

2) представляемый преступный результат не совпадает ни с основной, ни с промежуточной целью, подобное может иметь место в том случае, если последствие является побочным результатом преступного деяния (характерно для косвенного умысла).

Эта классификация имеет значение при разграничении прямого и косвенного умыла, для которого последствия выступают в качестве побочного результата.

По характеру предвидение общественно опасных последствий может быть вероятным или неизбежным. Предвидение неизбежности свидетельствует о наличии прямого умысла. То есть, разделение предвидения по характеру также позволяет дифференцировать виды умысла (прямой и косвенный), кроме того, предвидение неизбежности говорит о наличии определенного умысла.

По юридическому значению можно выделить предвидение последствий, которые являются элементом состава преступления и предвидение последствий, которые находятся за пределами состава преступления. Вид умысла определяется в зависимости от отношения к первому виду последствий, предвидение последствий, находящихся за рамками состава преступления, на вид умысла на влияет, но учитывается при назначении наказания.