Цели участников виртуального дискурса

Языкознание

ЦЕЛИ УЧАСТНИКОВ ВИРТУАЛЬНОГО ДИСКУРСА О. В. Лутовинова

Статья рассматривает виртуальный дискурс как текст, погруженный в ситуацию общения в виртуальной реальности, а также выделяет и описывает цели его участников. Описанию подвергаются социализация, инкультурация, саморепрезентация и развлечение как основные цели исследуемого типа дискурса.

Ключевые слова: виртуальный дискурс, цель, социализация, инкультурация, саморепрезентация, развлечение.

В конце прошлого - начале нынешнего века мир общения человека, огромный и разнообразный по своей природе, приобрел еще одну форму, проявившуюся в возможности взаимодействия посредством новых средств связи, созданных на основе современных информационных технологий. В жизни современного человека появился Интернет, ставший одним из наиболее эффективных способов взаимодействия. Интернет - это мир, который не знает государственных границ, в котором скорость прохождения информации определяется не географической удаленностью объектов друг от друга, а соединениями сетей, это способ быстрого получения любой информации, это возможность общения миллионов людей в различных частях света, независимо от их общественного положения и рода занятий. Темп современной жизни постоянно ускоряется, и без помощи компьютеризированных средств человек уже не успевает соответствовать этому ритму жизни. В сети люди совершают покупки, работают, становятся известными, знакомятся, ищут спутника жизни и т.д. Иными словами, мы живем в веке информационных технологий, медленно преобразуясь в «экранное» общество.

В связи с этим можно говорить о том, что коммуникативная среда Интернета дает возможность выделять и исследовать новые типа дискурса, такие как интернет-дискурс, сетевой дискурс, виртуальный дискурс и т.п.

Виртуальный дискурс, являющийся объектом нашего исследования, представляет собой текст, погруженный в ситуацию общения в виртуальной реальности. Вслед за В. М. Розиным [7] под вирту-

79

Lingua mobilis № 6 (39), 2012

альнои реальностью мы понимаем вид символическом реальности, которая создается на основе компьютерной и некомпьютерной техники, а так же реализует принцип обратной связи, то есть коммуникативную виртуальную реальность, основной целью существования и функционирования которой, как отмечает А. Е. Иванов [3], будет являться передача или взаимообмен информацией между людьми, то есть коммуникация. Таким образом, основой виртуальной реальности как отличной от действительного, материального мира будут являться нематериальные понятия - информация, мысли и образы. Однако, исходя из вышесказанного, не следует считать, что виртуальное является несуществующим. Виртуальное не есть несуществующее, просто мы не можем приписать ему объективное существование. Виртуальное содержание - то содержание, где отсутствует четкое разделение объективного и субъективного плана в понимании, где эти различные содержания перетекают друг в друга, становясь неразличимыми, неотличимыми. Кроме того, виртуальность, в отличие от других психических производных, типа воображения, характеризуется тем, что человек воспринимает и переживает ее не как порождение своего собственного ума, а как реальность.

Деятельность общения, порождаясь потребностью как источником активности, целиком ею не управляется. Определяющим моментом здесь является цель, в соответствии с которой говорящий разрабатывает стратегический план, включающий выбор необходимых для достижения данной цели средств. Цель - это образ конечного результата деятельности, это «отраженное индивидом в форме оценки отсутствующее благо, обязательно связанное в представлении субъекта с действиями, которые надлежит исполнить для его приобретения» [6. С. 70]. В психологии цели классифицируются на личные и общественные, близкие и дальние. На подразделение целей на общие и конкретные указывает П. Сопер, отмечая что «общая цель может заключаться в том, чтобы информировать, развлечь, воодушевить, убедить, призвать к действию. В то время как общая цель определяет, какой реакции вы хотите добиться, конкретная - ясно показывает, что слушатель должен знать, чувствовать и делать» [9. С. 41-57].

Как и в процессе реального общения, при виртуальной коммуникации пользователь Сети преследует те или иные цели, о которых мы можем говорить как о целях виртуального дискурса.

Виртуальный дискурс обладает всем разнообразием функциональных целей, присущих дискурсу реальному: коммуникативные,

80

Языкознание

игровые, социализирующие, психотерапевтические, манипуляционные и т.п. Однако в качестве основных целей, на наш взгляд, следует выделить третичную социализацию, сетевую инкультурацию, саморепрезентацию и развлечение. Рассмотрим каждую из основных выделенных целей.

При выделении основных целей виртуального дискурса, прежде всего, нужно говорить о социализации, поскольку пользователь Сети попадает в новую, не известную ему ранее социокультурную среду, в рамках которой он должен уметь адекватно взаимодействовать с другими пользователями. В основе ряда концепций современной отечественной психологии лежит мысль, связанная с идеями Л. С. Выготского о том, что личность должна в активной форме посредством деятельности присвоить исторический опыт человечества, зафиксированный в предметах материальной и духовной культуры. Только тогда личность может стать полноценным членом общества [5. С. 366]. Сходные идеи высказываются и в работах зарубежных ученых, отмечающих, что социализация нового члена общества происходит в процессе усвоения им ценностей, знаний, отношений и верований, существующих в обществе [11. P. 107; 12. P. 83; 13. P. 493]. Иными словами, личность усваивает устойчивые социокультурные стандарты поведения, социальный опыт, ценности, приобретает социальные качества сознания, то есть проходит процесс социализации, «всестороннее и последовательное вхождение индивида в объективный мир общества или отдельную его часть» [1. С. 212].

Мир виртуального взаимодействия пользователей в данном отношении практически не отличается от мира реального, поскольку невозможно свободно общаться в Сети, не зная, как это сделать. Пользователю, попавшему в Интернет впервые, бывает довольно сложно разобраться с теми или иными нюансами сетевого общения, он не обладает достаточным уровнем коммуникативной компетенции, необходимой для полноценного взаимодействия с другими пользователями. Как отмечается социологами, совмещение жизни индивида в реальном и виртуальном пространствах формирует третичную социализацию. Третичная социализация - это интериоризация норм, ценностей, паттернов поведения, принятых в конкретном сетевом сообществе, членом которого стал данный индивид, или являющихся общепринятыми в социальной общности киберпространства в целом [10. С. 106]. Хотя социализация и не воспринимается участниками виртуального дискурса как прямая цель посещения Сети, она

81

Lingua mobilis № 6 (39), 2012

все же является одной из основных целей, без достижения которой виртуальная коммуникация становится проблемной или даже вообще невозможной. Социализация языковой личности в виртуальном пространстве предполагает две фазы, инструментальную и социальную [10. С. 98]. Под инструментальной фазой понимается овладение навыками навигации в киберпространстве, а под социальной - освоение норм, ценностей, ролевых требований и т.п., существующих в том или ином сетевом сообществе и в виртуальном мире, в целом.

Здесь также следует отметить, что адаптация индивида в обществе, в том числе и сетевом, происходит не только посредством социализации, но и инкультурации. Инкультурация обозначает продолжающийся всю жизнь процесс усвоения традиций, обычаев, ценностей и норм родной культуры; изучение и передачу культуры от одного поколения к другим [4. С. 195]. Пользователь Сети, выходя в Интернет, «находит там отраженную культуру и самостоятельно вписывается в тот или иной ее сегмент» [2. С. 222]. Языковая личность, попавшая в виртуальное пространство, несомненно, будет приобщаться к тем ценностям, к той субкультуре, которые существуют в виртуальном мире, поскольку в нем она вступает в процесс коммуникации с себе подобными. Данная цель, как и социализация, обязательно преследуется языковой личностью в виртуальном дискурсе, хотя тоже не осознается как одна из целей.

Однако, рассматривая сетевую культуру и ценности виртуального мира в противопоставлении реальному миру, учитывая их качественное наполнение, приходится сталкиваться с вопросом, насколько правомерным является рассмотрение в качестве инкультурации процесса усвоения языковой личностью культурных и ценностных доминант виртуального мира. Конечным результатом инкультурации, как отмечает А. И. Кравченко, в отличие от социализации, является создание не личности, а интеллигента как совокупности приобретенных норм [4. С. 195]. Принимая во внимание актуализацию в виртуальной среде проблемы множественной идентичности, при которой очень часто языковая личность стремится освободиться от определенных черт, скрытых в ее реальной повседневной жизни теми или иными психологическими или социальными комплексами, а так же учитывая анонимность виртуальной коммуникации, можно говорить о том, что очень часто языковая личность стремится «примерить» на себя те ролевые маски, реализовать те модели поведения, которые не одобряются современным социумом. Отсюда вытекает

82

Языкознание

большое количество случаев употребления ненормативной лексики, возникновения ситуаций намеренного разжигания конфликта, наличия речевой агрессии при общении с партнером, инфляция определенных духовных и нравственных ценностей и т.д. Перечисленные факты с позиций современного несетевого общества являются признаками не инкультурации, а напротив, декультурации личности. «Декультурация личности означает реальное ее существование в обществе только благодаря физиологическим механизмам регуляции и полный распад социоадаптивного, смыслового и экзистенциональ-ного уровней регуляции» [8]. Действительно ли процесс инкультурации языковой личности в новой социокультурной среде ведет к ее декультурации за пределами виртуального мира? Данный вопрос остается открытым и, на наш взгляд, требует к себе пристального внимания специалистов различных областей гуманитарного знания. Для рассматриваемой же темы целей виртуального дискурса более релевантным является тот факт, что существуют специфическая виртуальная субкультура, и, следовательно, можно говорить об инкультурации языковой личности в Сети как об одной из целей рассматриваемого вида дискурса.

В качестве еще одной основной цели виртуального дискурса мы можем выделить саморепрезентацию, в процессе которой виртуальная языковая личность реализует свое стремление к публичности, к признанию другими, в то же самое время остается анонимной. Саморепрезентативная цель в виртуальном дискурсе является следствием деформирования структуры взаимодействия в виртуальном пространстве, по сравнению с реальным, а именно, вытеснением ориентации на другого ориентацией на самого себя. Здесь можно говорить о попытке языковой личности освободиться от определенных черт, скрытых в ее реальной повседневной жизни теми или иными психологическими или социальными комплексами. В течение всего процесса виртуального взаимодействия с другими пользователями Сети виртуальная языковая личность так или иначе стремится показать себя с лучшей, по ее мнению, стороны, предстать в выгодном свете, акцентируя внимание партнеров по коммуникации на тех своих чертах, качествах и т.п., которые считает или хочет считать своими достоинствами, или, напротив, может гиперболизировать отрицательные качества. Средствами саморепрезентации виртуальной языковой личности являются ее ник, или сетевое имя, которое берет себе пользователь для идентификации на том или ином сетевом ресурсе,

83

Lingua mobilis № 6 (39), 2012

ориджин, то есть подпись, прикрепляемая после основного текста сообщения в письмах или на форумах, название блога, авторская страница и речевое поведение в процессе коммуникации. Например, ник Sexy baby показывает, что его носитель зашел в чат явно не для обсуждения творчества философов-экзистенциалистов, а ориджин «Плачет душа моя громко навзрыд, плачет она по тебе...» говорит о том, что владелец дневника, скорее всего, испытывает определенные проблемы в личной жизни, и его дневник будет являться способом избавиться от этого состояния, поделившись своими несчастьями с другими авторами дневников и т.п. В силу того, что анонимность является одной из характеристик виртуального взаимодействия, участники виртуального дискурса могут выступать как от своего собственного лица, то есть, рассказывая о себе то, что с ними действительно происходит в реальной жизни, так и от лица выдуманного персонажа, придумывая те события, в которых они как бы принимали участие.

Саморепрезентативная цель виртуального дискурса преследуется его участниками на протяжении всего процесса виртуальной коммуникации, поскольку именно от того, как виртуальная языковая личность сумеет преподнести себя другим пользователям Сети, будет зависеть успех ее общения, положение, занимаемое в том или ином сетевом сообществе.

Поиск развлечения или отвлечения от повседневной рутины мы также выделяем в качестве одной из основных целей виртуального дискурса. В ходе опроса пользователей Интернета о том, для чего они чаще всего заходят в Сеть, один из наиболее часто даваемых ответов был связан именно с поиском развлечения тем или иным образом: Я например для того чтобы найти себе собеседника, чтоб отвлечься от мыслей всяких, развлечься», «Пообщаться и отвлечься от жизненных неурядиц, а вообще без Интернета уже не могу», «Для меня Интернет и развлечение, и общение, и т.п. Виртуальное общение противопоставляется многими пользователями реальному как нечто развлекательное, притягивающее - серьезному, обязательному. В Интернете можно поболтать о глупостях, подурачиться, высказать то, что думаешь, независимо от того, как будут восприняты твои слова, поскольку виртуальная коммуникация не отразиться на положении в обществе в реальной жизни, не повлияет негативно на непосредственное окружение, не принизит пользователя в глазах начальства: В сети я могу говорить все, что приходит мне в голову и

84

Языкознание

так, как я этого хочу. Я могу превратиться в хохотушку, укатывающуюся над любой нелепостью и смешинкой или даже пошлостью, хотя в жизни я довольно солидная дама и руковожу целым отделом, и вольности мало какие позволяю. А тут вот могу запросто показать кому-то язык, нарисовав соответствующий смайлик или написать РжунИмАгу или игриво надуть губки или даже погрозить мнимому обидчику, что плюну ему в ухо. Здесь все так несерьезно, такая развлекуха, можно классно снять стресс и всякие загру-зы по работе или в жизни вообще. Я тут отвлекаюсь и немного дурю. Исходя из того, что спрос рождает предложение, в Интернете множатся сайты, предлагающие различные ролевые игры, в которые включается все больше пользователей Сети, причем не только подростков, но и людей более старших возрастных групп. «Дяди» и «тети» играют в эльфов, воюют с пиратами, ищут сокровища, спасают мир, покоряя галактики и т.д. Сетевое общение предстает для них в виде хобби или приятного отдыха, занятие которым не требует дополнительных усилий на перемещение в пространстве, выхода за границы своей собственной квартиры.

Исходя из того, что спрос рождает предложение, в Интернете множатся сайты, предлагающие различные ролевые игры, в которые включается все больше пользователей сети, причем не только подростков, но и людей более старших возрастных групп. «Дяди» и «тети» играют в эльфов, воюют с пиратами, ищут сокровища, спасают мир, покоряя галактики и т.д. Сетевое общение предстает для них в виде хобби или приятного отдыха, занятие которым не требует дополнительных усилий на перемещение в пространстве, не выходя за границы своей собственной квартиры.

Подводя некоторые итоги, отметим, что в рамках виртуального дискурса как сложного многомерного образования можно выделить множество разнообразных целей, практически все те же, что и в дискурсе реальном, однако основными целями будут являться третичная социализация, инкультурация, саморепрезентация и развлечение виртуальной языковой личности. Данные цели обусловливают используемые участниками виртуального дискурса коммуникативные стратегии и накладывают отпечаток на весь процесс коммуникации.

Список литературы List of literature

1. Бергер, П. Социальное кон- 1. Berger, P. Social'noe konstru-

струирование реальности: трак- irovanie real'nosti: traktat po so-

85

Lingua mobilis № 6 (39), 2012

тат по социологии знания. М. : Моск. филос. фонд, 1995. 322 с.

2. Браславский, П. И. Интернет как средство инкультурации и аккультурации // Взаимопонимание в диалоге культур: условия успешности: монография: в 2 ч. / под общ. ред. Л. И. Гришаевой, М. К. Поповой. Воронеж: Воронежский гос. ун-т, 2004. Ч. 1. С. 215-228.

3. Иванов, А. Е. Философские и психологические аспекты виртуальной и социальной реальности и их взаимосвязь: автореф. дис. ... канд. филос. наук. М. : Московский гос. лингв. ун-т, 2004. 30 с.

4. Кравченко, А. И. Культурология: словарь. М. : Академический проект, 2000. 670 с.

5. Леонтьев, А. Н. Проблемы развития психики. 3-е изд. М. : Изд-во МГУ, 1972. 584 с.

6. Магун, В. С. Потребности и психология социальной деятельности личности. Л. : Наука. Ле-нингр. отд-ние, 1983. 176 с.

7. Розин, В. М. Существование, реальность, виртуальная реальность // Концепция виртуальных миров и научное познание / отв. ред. И. А. Акчурин, С. Н. Коняев. СПб.: РХГИ, 2000. С. 56-74.

8. Руденский, Е. В. Дефицит

культурного потенциала развивающейся личности как предмет социально-педагогической виктимологии [Электронный ресурс]. URL: http://www.

ciologii znanija. M. : Mosk. filos. fond, 1995. 322 s.

2. Braslavskij, P. I. Internet kak sredstvo inkul'turacii i akkul'turacii // Vzaimoponimanie v dialoge kul'tur: uslovija uspesh-nosti: monografija: v 2 ch. / pod obw. red. L. I. Grishaevoj, M. K. Popovoj. Voronezh: Vorone-zhskij gos. un-t, 2004. Ch. 1. S. 215-228.

3. Ivanov, A. E. Filosofskie i psi-hologicheskie aspekty virtual'noj i social'noj real'nosti i ih vzaimos-vjaz': avtoref. dis. ... kand. filos. nauk. M. : Moskovskij gos. lingv. un-t, 2004. 30 s.

4. Kravchenko, A. I. Kul'turologija: slovar'. M. : Akademicheskij pro-ekt, 2000. 670 s.

5. Leont'ev, A. N. Problemy raz-vitija psihiki. 3-e izd. M. : Izd-vo MGU, 1972. 584 s.

6. Magun, V. S. Potrebnosti i psi-hologija social'noj dejatel'nosti li-chnosti. L. : Nauka. Leningr. otd-nie, 1983. 176 s.

7. Rozin, V. M. Suwestvovanie, real'nost', virtual'naja real'nost' // Koncepcija virtual'nyh mirov i nauchnoe poznanie / otv. red. I. A. Akchurin, S. N. Konjaev. SPb.: RHGI, 2000. S. 56-74.

8. Rudenskij, E. V. Deficit kul'turnogo potenciala razviva-juwejsja lichnosti kak pred-met social'no-pedagogiches-koj viktimologii [Jelektronnyj resurs]. URL: http://www.bspu.

86

Языкознание

bspu.secna.ru/Journal/vestnik/ ARHIW/N1_1999/nauch_konf/ cpvv/19991105102053.doc (дата обращения: 18.05.2006).

9. Сопер, П. Основы искусства речи / пер. с англ. С. Д. Чижовой. М. : Прогресс ; Прогресс-Академия, 1992. 448 с.

10. Чистяков, А. В. Социализация личности в обществе интернеткоммуникаций (социокультурный анализ): автореф. дис. ... д-ра. со-циол. наук. Ростов-н/Д. : Ростовский гос. пед. ун-т, 2006. 58 с.

11. Schaefer, R. T. Sociology. New York : McGraw-Hill, 1989. 694 p.

12. Stimson, J. Sociology: Contemporary Readings / ed. by

J.Stimson and A.Stimson. 2nd ed. Itasca: F. E. Peacock Publishers, 1986. 402 p.

13. Zanden V. The Social Experience: an Introduction to Sociology. 2nd ed. New York : McGraw-Hill, 1990a. 664 p.

secna.ru/Journal/vestnik/ ARHIW/N1_1999/nauch_konf/ cpvv/19991105102053.doc (data obrawenija: 18.05.2006).

9. Soper, P. Osnovy iskusstva rechi / per. s angl. S. D. Chizhovoj. M. : Progress ; Progress-Akademija, 1992. 448 s.

10. Chistjakov, A. V. Socializacija lichnosti v obwestve internet-kom-munikacij (sociokul'turnyj analiz): avtoref. dis. ... d-ra. sociol. nauk. Rostov-n/D. : Rostovskij gos. ped. un-t, 2006. 58 s.

11. Schaefer, R. T. Sociology. New York : McGraw-Hill, 1989. 694 p.

12. Stimson, J. Sociology: Contemporary Readings / ed. by J.Stimson and A.Stimson. 2nd ed. Itasca: F. E. Peacock Publishers, 1986.402 p.

13. Zanden V. The Social Experience: an Introduction to Sociology. 2nd ed. New York : McGraw-Hill, 1990a. 664 p.

87