Методологические проблемы истории психологии

УДК 159.9

В.А. Мазилов

д-р психол. наук, профессор, зав. кафедрой общей и социальной психологии, ФГБОУ ВПО «Ярославский государственный педагогический университет им. К.Д. Ушинского»

МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ ПСИХОЛОГИИ

Аннотация. История психологии в России в настоящее время представляет собой интенсивно и динамично развивающуюся область научной психологии, имеющей, что важно подчеркнуть, собственную методологию и соответствующие методологические разработки. Масштабные достижения не должны заслонять и многочисленных разноуровневых методологических проблем, стоящих перед историей психологии и требующих специального обсуждения и решения. В статье обозначены некоторые из методологических проблем, стоящих перед современной отечественной историей психологии. Предпринят анализ данных методологических проблем. Установлено, что наиболее значимыми из них являются проблема факта, проблема фактологической основы, проблема терминологии, проблема клиширования и др. Показано, что ядром методологических сложностей на современном этапе является недостаточная разработанность философии психологии как высшего уровня методологии психологической науки.

Ключевые слова: психология, проблема, история психологии, методология, методологическая проблема, факт, теория.

V.A. Mazilov, The Yaroslavl state pedagogical university of K.D. Ushinsky

METHODOLOGICAL PROBLEMS OF THE HISTORY OF PSYCHOLOGY

Abstract. The history of psychology in Russia at the moment is a hard and fast developing area of scientific psychology, having, it is important to emphasize its own methodology and relevant methodological developments. Achieve scale and should not overshadow the many different levels of methodological problems facing the history of psychology and require special consideration and decision. The article highlights some of the methodological problems facing the modern domestic history of psychology. Undertaken analysis of the methodological challenges currently facing the domestic history of psychology. Found that the most significant of these are the problem of the fact, the problem of the factual basis, the problem of terminology, et al. Shown that the core of the methodological difficulties at the present stage is the lack of elaboration philosophy of psychology as a higher level of psychological science methodology.

Keywords: psychology, the problem, the history of psychology, methodology, methodological problem, the fact, the theory.

Введение. История психологии в России в настоящее время представляет собой интенсивно и динамично развивающуюся область научной психологии, имеющей, что важно подчеркнуть, собственную методологию и соответствующие методологические разработки.

Масштабные достижения не должны заслонять и многочисленных разноуровневых методологических проблем, стоящих перед историей психологии и требующих специального обсуждения и решения. В современной истории психологии ярко и отчетливо проявляются проблемы, характерные для российской психологии в целом. На наш взгляд, главной такой проблемой является недостаточная методологическая проработанность историко-психологической науки и нерешенность ряда важных, имеющих методологические аспекты вопросов. Не имея возможности дать в рамках настоящего текста системного анализа методологических вопросов историко-психологической науки, остановимся предельно кратко лишь на некоторых, особенно актуальных вопросах.

Основная часть. Обозначим некоторые из методологических проблем, стоящих, как нам представляется, перед современной отечественной историей психологии.

1. Проблема факта. Это общая проблема всех психологических наук (и, представляется, не только психологических). Остановимся на ней более подробно. Проблема факта в психологии представляет собой актуальную методологическую проблему современной психологии [8, 9, 11, 12]. Обратимся к популярному Большому психологическому словарю, который сообщает, что факт "результат наблюдения (в том числе измерения) и

эксперимента, не допускающий нескольких истолкований" [1, с. 568]. Это же самое определение воспроизводится в других современных психологических словарях. Между тем известно, что история психологии знает много случаев, когда один и тот же факт оценивается разными учеными совершенно по-разному. Психология относится к дисциплинам, имеющим эмпирическую фактологическую основу. Практически общепринятая в настоящее время в психологии точка зрения, согласно которой факт есть нечто простое, не допускающее "нескольких истолкований", является существенным препятствием для развития психологической науки и практики. Проблема факта представляет собой фундаментальную проблему современной психологии. Рассматривая факт как нечто простое и однозначное, психологи не исследовали до сих пор его структуру, не выявили уровни, не построили типологий факта. Факт при таком подходе не выступает (и не может выступать) фундаментом, обеспечивающим взаимопонимание ученых.

Таким образом, остро необходима разработка концепции психологического факта. Концепция психологического факта будет содержать информацию о структуре психологического факта, его уровневом строении, основных детерминантах. Это позволит разработать типологию факта в психологии.

В структуре факта могут быть выделены следующие уровни: идеологический, предметный, процедурный. Идеологический уровень связан с трактовкой предмета психологии, предметный и процедурный, соответственно, с базовой категорией и моделирующими представлениями. Не имея возможности здесь останавливаться на анализе уровней научного факта, сделаем лишь одно замечание, важное для истории психологии. Скажем, возьмем классическое исследование М. Вертгеймером «фи»-феномена. Иногда замечают, что стробоскопический эффект был известен до этого, факт не был новым. Это правильно, но лишь по отношению к процедурному уровню. Ценность этого научного факта - в идеологическом и предметном уровнях. На предметном уровне была доказана целостность гештальта («видимого движения»), на идеологическом Вертгеймер показал наличие феноменального поля. Поэтому уровневая трактовка факта, на наш взгляд, открывает новые перспективы в намеченном направлении.

Отметим, что такая трактовка факта позволяет по-новому решить ряд традиционных психологических проблем и объяснить известные факты: почему разными учеными одни и те же факты воспринимались и оценивались принципиально по-разному. С нашей позиции, ответ очевиден: в этих случаях факты воспринимались так потому, что оказались по-разному теоретически нагруженными, так как оценивались с позиции разных предтеорий.

2. Проблема фактологической основы истории психологии. Известно, что в истории психологии существуют многочисленные белые пятна, мифы [6, 11, 15, 16]. В этом нет ничего удивительного, история психологии - живой процесс, в котором проводятся исследования, какие-то лакуны заполняются, появляются новые нерешенные вопросы и т.п. Между тем стоит обратить внимание, что целенаправленной специальной работы по формированию и проверке фактологической основы не проводится, вообще этим вопросам не уделяется необходимого внимания.

Для прояснения ситуации приведем пример. Во многих работах по истории психологии, в том числе и в учебниках, можно найти упоминания о "пирамиде потребностей А. Маслоу". Достаточно заглянуть в интернет, можно обнаружить многочисленные пирамиды Маслоу, и плоскостные, и объемные. Между тем известно, что сам Маслоу данный термин не использовал. Графическое изображение появилось у германоязычных комментаторов работ Маслоу, с целью "придания наглядности" теориям выдающегося психолога.

По нашему глубокому убеждению, необходима специальная повседневная работа по организации и упорядочению фактологической основы в истории психологии.

3. Проблема терминологии в истории психологии. Извечная проблема психологии. Она интенсивно обсуждалась в прошлом веке, о ней писали Н.Н. Ланге и Л.С. Выготский. Выготский сетовал, на то, что "одну гипотезу называют то 1) монизмом, то 2) двойственностью, то 3) параллелизмом, то 4) тождеством" [2, с. 367]. Удивительнее всего, что для этого есть основания, т.к. "эта гипотеза сама может быть развита на почве тех или иных еще более общих воззрений и может принять тот или иной смысл в зависимости от них: одни подчеркивают в ней двойственность, другие - монизм и т.д." [2, с. 367]. Актуальны по-прежнему рассуждения Л.С. Выготского, сделанные без малого век назад: "В пределе научное слово стремится к математическому знаку, т. е. к чистому термину. Ведь математическая формула есть тоже ряд слов, но слов до конца терминированных и потому условных в высшей степени. Поэтому всякое знание в такой мере научно, в какой математично (Кант). Но язык эмпирической психологии есть прямой антипод языка математического. Как показали Локк, Лейбниц и все языкознание, все слова психологии суть метафоры, взятые из пространств мира" [2, с. 369].

К сожалению, необходимо констатировать, что положение дел в этой области за прошедшие восемьдесят восемь лет совершенно не изменилось. Особенно обидно, что при подготовке новых поколений психологов этим вопросам не уделяется специального внимания. А, между тем, и без того сложная ситуация иногда дополнительно запутывается авторскими оценкам и самоназваниями. Скажем, к примеру, широко известно, что свой авторский подход Карл Густав Юнг после разрыва с Фрейдом определил как аналитическую психологию. Известно, почему он так поступил - в силу известных причин он не мог именовать свой подход психоанализом, но далеко уходить от него явно не хотелось. Поэтому как удачный для Юнга компромисс возникло название аналитическая психология. Хотя - если сравнивать юнговский подход с фрейдовским, особенно принимая во внимание метод симплификации, - правильнее, безусловно, было бы именовать юнговский подход синтетическим, но никак не аналитическим.

По нашему мнению, необходима специальная работа в направлении совершенствования терминологии. Она разнообразна, имеется много возможностей для ее осуществления. В частности, хочется упомянуть о перспективных, на наш взгляд, методах определения реальных и мнимых спектрах значений психологических понятий [6, 7, 8].

4. Проблема "клиширования". В истории психологии мы сталкиваемся с неизбежностью - необходимо представить взгляды того или иного автора в крайне сжатой, обозримой форме. Так появляются "клише", которые имеют странную тенденцию "перемещаться". Можно заметить, что некоторые клише кочуют и перемещаются из руководства в руководство и имеют, таким образом, весьма длинную жизнь. Вероятно, каждому, кому приходилось работать с источниками по истории психологии, доводилось оказаться в странной ситуации. Странность состоит в том, что знакомясь с текстами какого-то психолога XIX или XX столетия мы поражаемся свежести мысли и оригинальности суждений автора, но в историко-психологической литературе зачастую мы находим сжатый материал (клише), в котором оригинальность и свежесть исчезли напрочь, взгляды исследователя упрощены, от богатства мыслей не осталось следа, часто доводится испытывать глубокое разочарование тем, как отображены в учебных текстах позиции того или иного автора, так как неадекватность репрезентации очевидна. Не у каждого автора "руки доходят" до первоисточников, а при заимствовании чужих клише велика вероятность наделить их совсем другим смыслом, так как используемая терминонология не однозначна (см. выше).

5. Проблема "неявной" методологии. Еще одной сложностью, добавляющей неоднозначности в историко-психологическое пространство, является неопределенность авторами руководств и исследовательских подходов своих методологических позиций. Отсутствие соответствующих деклараций не означает их реального отсутствия. Оценки, которые получают те или иные события или идеи, реально определяются методологическими

позициями авторов. Это еще один источник аберраций при переносе клише.

6. роблема усиления методологической составляющей при описании истории психологии. При описании и изложении истории психологии существенным недостатком является описательность. К сожалению, приходится констатировать, что история психологии -и отечественная и зарубежная - в значительной степени до сих пор остается описательной наукой, перечислением имен, направлений, событий, теорий. Разумеется, это не означает того, что в данном направлении ничего не делается. В первую очередь необходимо отметить многолетние исследования М.Г. Ярошевского, в которых получил оформление категориальный анализ в истории психологии. Но в целом отмеченная картина достаточно характерна. Причина такого положения вещей, на наш взгляд, в значительной степени в том, что при анализе психологических концепций недостаточно используется методологический анализ.

По нашему мнению, высококлассный психолог-исследователь может сформироваться только в том случае, если будет иметь представление о внутреннем устройстве психологической концепции, о реальных детерминантах выбора методов исследования и т.п. История психологии представляет собой идеальный «полигон» для проведения такой подготовки, история психологии сближается с методологией, представляя собой своего рода историческую методологию науки. Могут быть описаны основные принципы построения и содержание университетского курса «История психологии», акцентирующего методологические проблемы [3, 4, 5, 9, 10].

Инструментом подобного акцентирования выступает концепция коммуникативной методологии, ориентированная на соотнесение различных психологических концепций. В основе концепции коммуникативной методологии лежит модель соотношения теории и метода в психологии (данная схема неоднократно публиковалась, см., например, [6, 7, 12]. Предложен и описан вспомогательный аппарат коммуникативной методологии, представлена конкретная технология интеграции психологического знания, разработанная на основе коммуникативной методологии.

7. Проблема отсутствия (недостаточной разработанности) философской психологии.

Нам уже приходилось писать о философии психологии и о философском уровне

методологии психологии. На наш взгляд, самые серьезные методологические проблемы современной отечественной истории психологии связаны с недостаточной разработанностью этих разделов психологии. Коротко обозначим самое основное. Научная психология, историю которой стараются зафиксировать в первую очередь, исторически представляет собой лишь одну - несомненно важнейшую - но одну ветвь психологического знания. Параллельно развиваются и другие ветви - практическая психология, философская психология. Только философский уровень методологии психологии может зафиксировать актуальные для того иного временного отрезка отношения между этими потоками психологического знания. Философский уровень обеспечивает единство психологии, обеспечивает интеграцию различных потоков психологического знания. В данном пункте требуются хотя бы минимальные пояснения. Дадим их. Речь, в частности, о том, что кроме «академической», научной психологии существуют другие потоки психологического знания в культуре. Это и трансперсональная психология, и гуманистическая, и различные варианты практической психологии и психопрактики. И литература, и искусство, которые тоже по-своему раскрывают психическую жизнь человека. Философия психологии, как мы ее представили в настоящем тексте, существует реально, только, к сожалению, в силу разных причин, к настоящему времени недостаточно разработана. И особенно удивительным представляется то, что в психологии совершенно не исследованы представления о философии психологии реальных психологов-исследователей, делающих науку сегодня. Вряд ли стоит разъяснить, что от этих представлений (в разной степени осознанных и отрефлексированных) в значительной степени зависит эффективность собственных научно-психологических исследований. Предполагаем

осуществления цикла эмпирических исследований содержания и структуры философии психологии как раздела психологии.

Заключение. В статье очерчен круг методологических проблем, стоящих в настоящее время перед отечественной историей психологии. Наиболее значимыми из них являются проблема факта, проблема фактологической основы, проблема терминологии, проблема клиширования и др. Показано, что ядром методологических сложностей на современном этапе является недостаточная разработанность философии психологии как высшего уровня методологии психологической науки.

Список литературы:

1. Большой психологический словарь / под ред. В.П. Зинченко, Б.Г. Мещерякова. СПб.: Прайм Еврознак, 2008.

2. Выготский Л.С. Собрание сочинений. М.: Педагогика, 1982. Т. 1.

3. Мазилов В.А. Проблемы подготовки психолога в современной высшей школе // Человеческий фактор: социальный психолог. 2012. Вып. 2(24). С. 35-42.

4. Мазилов В.А., Слепко Ю.Н. Учебно-методический комплекс по дисциплине «Методологические основы психологии» для студентов направления «Психология» (квалификация - бакалавр психологии). Ярославль: МАПН, 2012.

5. Мазилов В.А., Слепко Ю.Н. Учебно-методический комплекс по учебной дисциплине «История психологии» для студентов направления «Психология» (квалификация - бакалавр психологии). Изд. второе, стер. Ярославль: Изд-во ЯГПУ, 2012.

6. Мазилов В.А. Методология психологической науки: история и современность: монография. Ярославль, 2007.

7. Мазилов В.А. Интеграция психологического знания: етодологические проблемы: монография. Ярославль: МАПН, 2008. 112 с.

8. Мазилов В.А. О предмете научной психологии: утраты и обретения // Ярославский педагогический вестник: научный журнал. 2014. № 1, т. 2 (психолого-педагогические науки). С. 266-270.

9. Мазилов В.А. Актуальные методологические проблемы современной отечественной истории психологии // Ярославский педагогический вестник: научный журнал. 2014. № 2, т. 2 (психолого-педагогические науки). С. 202-210.

10. Мазилов В.А., Слепко Ю.Н. О некоторых резервах фундаментализации профессиональной подготовки психолога в современном вузе // Изв. Сарат. ун-та. Нов. сер. Сер. Акмеология образования. Психология развития. 2014. Т. 3, вып. 1 (9). С. 44-47.

11. Мазилов В.А. История психологии и философия психологии: необходимо взаимодействие // Вестник Вятского государственного гуманитарного университета. 2014. № 2. С.94-100.

12. Мазилов В.А. Актуальные методологические проблемы современной психологии // Ярославский педагогический вестник. 2013. Т. 2, № 2. С. 149-155.

15. Стоюхина Н.Ю., Мазилов В.А. Забытый съезд: Первый Всероссийский съезд по психоневрологии // Ярославский педагогический вестник: научный журнал. 2013. № 4, т. 2 (психолого-педагогические науки). С. 251-260.

16. Стоюхина Н.Ю., Мазилов В.А. Неизвестные съезды: Второй психоневрологический // Ярославский педагогический вестник: научный журнал. 2014. № 1, т. 2 (психолого-педагогические науки). С. 277-287.