Феноменология девиантного поведения в профессии: подходы, концепции, типология

дентов по изучению юридической психологии и помочь актуализировать полученные знания в профессиональной сфере.

Анализ результатов деятельности по обучению студентов юридической психологии свидетельствует, что использование практических заданий вызывает у данной категории лиц живой интерес к получению знаний и эмоционально-позитивное отношение к указанной дисциплине; активизирует развитие профессионально важных и профессионально значимых качеств личности [8, с. 304], способствует совершенствованию правосознания, консолидирует учебную группу. В целом способствует формированию общекультурной и профессиональной компетентности студентов, что в результате положительно отразится на их последующей профессиональной деятельности.

Литература

1. Аутов ПР. Технология и современное образование // Педагогика. — 1996. — № 2. — С. 11-17.

2. Балаев АА. Активные методы обучения. — М., 1986. — 96 с.

3. Государственный образовательный стандарт высшего профессионального образования по специальности 030501.65 «Юриспруденция», 2005.

4. Жевлакович С.С. Образовательная политика МВД России: Проблемы и пути решения // Вестн. Моск. ун-та МВД России. — 2005. — № 3.

5. Концепция совершенствования профессиональной подготовки кадров в системе МВД РФ на 2004-2010 гг. — М.: ГУК МВД РФ, 2003.

6. Ломов Б.В. Методологические и теоретические проблемы психологии. — М., 1984. — 443 с.

7. Мальцева Т.В. Юридическая психология: рабочая тетрадь: учеб. пособие. — Руза, 2007. — 36 с.

8. Поваренков Ю.П. Профессиональное становление личности: дис. д-ра ... психол. наук. — Ярославль: Ярослав. гос. пед. ун-т, 1999. — 359 с.

9. Прикладная юридическая психология: учеб. пособие для вузов / под ред. А.М. Столяренко. — М., 2001. — 639 с.

10. Энциклопедия юридической психологии / под общ. ред. А.М. Столяренко. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, Закон и право, 2003. — 607 с.

ФЕНОМЕНОЛОГИЯ ДЕВИАНТНОГО ПОВЕДЕНИЯ В ПРОФЕССИИ: ПОДХОДЫ, КОНЦЕПЦИИ, ТИПОЛОГИЯ

Н. В. Майсак

Аннотация: в статье рассматривается проблема девиантного поведения в профессиональной деятельности, дается анализ существующих классификаций, представлена разработанная автором типология девиаций в профессии.

Ключевые слова: девиантное поведение в профессиональной деятельности, типология девиаций в профессии.

The summary: the article deals with the problems of deviant behavior in professional activity, existing classifications

are analized, the typology of deviations in trades developed by the author is presented.

Keywords: deviant behaviour in professional work, typology of deviations in trades.

Профессиональная деятельность в рамках учреждений и организаций складывается из множества видов поведения, подчиненных цели, востребованной обществом, четко обозначен-

ной и институционально закрепленной. Так, Е.А. Климов под трудовой деятельностью понимает «производство социально ценных реальностей»: информации, упорядоченности чего-либо, новообразований в психике, во внутреннем мире других людей и своем собственном [10]. Становление и функционирование субъекта труда он рассматривает как приближение к идеалам культуры в соответствии с закономерностями окружающей действительности и психики личности.

Разумно выбранные профессия и специальность, соответствующие ценностям, интересам и направленности субъекта, на основе учета определенного набора индивидуально-типологических качеств, должны в дальнейшем обеспечивать человеку личностную и профессиональную успешность. Однако в процессе длительного занятия какой-либо профессиональной деятельностью у специалиста могут формироваться личностно-профессиональные деформации и деструкции, девиативные черты, качества и установки, блокирующие профессиональный рост и даже делающие его профнепригодным. Это происходит потому, что профессия способна заострять имевшиеся индивидуально-психологические особенности человека и формировать девиантные поведенческие паттерны, проявляющиеся в неконструктивных способах реагирования и проявления чувств, стереотипах мышления, нарушении коммуникативного стиля, стиля профессиональной деятельности и даже клинических симптомах — психосоматических, патохарактероло-гических и психопатологических [13].

Ученые (С.П. Безносов, Э.Ф. Зеер, Э.Э. Сыманюк и др.) констатируют, что на

стадии профессионализации для специалистов многих видов профессий характерно развитие личностной деформации, проявляющейся в профессиональной усталости, мотивационном, интеллектуальном, физическом истощении, возникновении психологических барьеров, обеднении репертуара способов выполнения деятельности, утрате профессиональных умений и навыков, снижении работоспособности, психосоматических и психопатологических симптомах [2; 6]. Среди специалистов помогающих профессий обнаружены поведенческие проявления такой формы личностной деформации, как эмоциональное и профессиональное выгорание: эмоциональное отчуждение, профессиональный цинизм, деперсонализация как потеря индивидуальности и личностная отстраненность, деморализация, редукция профессиональных обязанностей, профессиональный кретинизм, при котором отношение к людям и различным аспектам действительности рассматриваются сквозь призму профессии. Так, педагоги склонны к морализаторству, врачи — к постановке страшных диагнозов, сотрудникам ОВД свойственны предвзятость и обвинительная позиция, уверенность в собственной непогрешимости, культ силы, игнорирование требований закона и пр. [9; 13]. Наряду с такими проявлениями профессиональных деструк-ций, как «выученная беспомощность», консервация профессионального опыта или крайнее проявление трудоголиз-ма, акцентуации характера (агрессивность, авторитарность, демонстративность, догматизм, консерватизм и пр.), подобные явления могут быть отнесены к девиативным, отклоняющимся от профессиональной нормы [12]. Крайней

степенью профессиональной деформации, когда аморальность, нарушение законов, асоциальное поведение или профессиональное бессилие делают невозможным продолжение деятельности, выступает профессиональная деградация.

Среди профессиональных вариантов девиантного поведения В.Д. Менделе-вич [13] выделяет: эмоциональную черствость врачей и медицинских сестер хирургического профиля; агрессивное поведение спортсменов и работников правоохранительных органов; командное поведение военнослужащих; диктаторское поведение политиков; сентен-ционное и консервативное — педагогов; нарциссическое (рекламное), снобистское и суицидальное поведение представителей творческих профессий; не имеют четкой связи с профессиональной ориентацией противоправное (вымогательство, взяточничество), аддиктивное, алкогольное, паранойяльное, безнравственное и неэстетичное поведение.

С точки зрения В.Д. Менделевича [13], у личности могут быть выявлены такие девиативные черты, как безынициативность, жеманность, манерность, кокетство, бравирование, мнительность, наигранность, негативизм, педантизм, нигилизм, скептицизм, перфекционизм, пафосность, высокомерие, позерство, притворство, развязность и пр. Ученый обращает внимание на профессионально нежелательные качества личности (авторитарность, безответственность и др.), психопатологические симптомы (агеразия, аутизм, кверулянтство, сутяжничество и пр.) и девиативные паттерны личности, среди которых: 1) особенности действий, реакций и влечений (алчность, клептомания); 2) эмоциональные девиации (переживания с оттенком повыше-

ния или понижения настроения, тоскливостью, гневливостью); 3) экспрессивные стили при трактовке мимики, жестов, рукопожатий, позы, походки, взглядов, голоса, внешности (гримасничанье, мигание, тики, жевание, скрежетание зубами, тризм, бруксомания, гоготание, насильственный смех, ухмылка, шмыгание, яктация, неусидчивость, суетливость и т. д.); 4) речевые стили.

Особым типом отклоняющегося поведения В.Д. Менделевич считает тип девиантного поведения, основанный на гиперспособностях, который в рамках какой-либо профессиональной деятельности будет характеризоваться превышением среднестатистических способностей, а также проявлениями одаренности, таланта, гениальности [13, с. 85-86].

В. Соколов на примере госслужащих выделяет такие аморальные формы поведения, как доносительство, склоки, подхалимаж, грубость, бестактность, унижение человеческого достоинства, преднамеренная дискриминация, протекционизм, клановость, сговор, корысть и нечистоплотность ответственных чиновников, незаконные способы продвижения по службе и нарушение делового этикета [18].

Автор статьи полагает, что при выявлении у специалиста девиантного поведенческого стереотипа можно опираться на выделенные О.А. Гильбурдом [3] критерии анализа: 1) элементы поведения (позы, взгляд, мелкие двигательные стереотипии); 2) простые паттерны поведения (дистанция, приветствие, ориентация тела, мимика, глазной контакт, предпочтительные жесты, манипулирование одеждой); 3) сложные формы поведения (поддержание чистоты тела,

одежды, домашней территории и рабочей зоны; выбор фасонов одежды; внимание к стрижке, бритью, прическе или пренебрежительное отношение к ним; походка; агрессия и аутоагрессия; элементы неофобии; миграции; группирование по семейному, национальному и другим признакам; характер семейных отношений и сексуальное поведение).

При разграничении девиации и нормы следует анализировать способность к эффективному общению и речевую культуру специалиста как составляющие коммуникативной компетентности, стиля профессиональной деятельности и уровня его общей культуры. Л. Мухаря-мова [14] подчеркивает, что особенности речевого поведения и дискурс специалистов могут определять культурно-интеллектуальное состояние действующей элиты.

Под дискурсом традиционно понимается способ рассуждения и агрумента-ции, стиль мышления, речь, погруженная в социальный контекст [5]. Дискурс — это сложное единство языковой практики, экстралингвистических факторов (манифестируемое поведение), внея-зыковых семиотических процессов, необходимых для понимания устного или письменного текста, дающих представление об участниках коммуникации, их установках и целях, условиях восприятия сообщения [19]. Л. Мухарямова отмечает, что дискурс — это элемент харизмы, механизм распознавания в координатах «свой-чужой», способ борьбы за власть, инструмент легитимизации [14]. К деви-ативному дискурсу можно отнести блатную и матерную речь, криминализацию языка («наезд», «разборки», «замочим в сортире» и т. п.), жаргон и арготизмы, словотворчество и словоблудие, косно-

язычие, семантическую «неразбериху», засорение русского языка имеющими «родные» аналоги иностранными словами, что следует считать приметами деградации языка и языковых дисфункций. Девиативными могут являться сопровождающие речь невербальные поведенческие паттерны.

Основным механизмом девиантно-го поведения в профессиональной деятельности выступает несоответствие требований профессии личностным качествам и возможностям специалиста. Девиации поведения возникают и в силу влияния на личность специалиста таких специфических особенностей профессиональной деятельности, как монотонность, рутинность, интенсивность, рискованность, стрессогенность и пр. Неслучайно Е.В. Змановская отмечает, что в современных социокультурных условиях девиантное поведение становится все более распространенным способом адаптации отдельных индивидов и социальных групп к стрессогенному характеру современной жизни [7, с. 7].

К.Э. Оксинойд считает, что законы корпоративности предъявляют к специалисту определенные требования и даже могут навязывать оригинальный профессиональный стереотип [15]. Г.Р. Лат-фуллин и О.Н. Громова подчеркивают, что ценностные ориентации, установки и поведение людей напрямую соотносятся с тем способом, которым организованы их отношения [16, с. 364]. Так, работа может выполняться: индивидуально или по принципу взаимодействия в группе, с определенной степенью автономности или с применением строгих правил к выполнению должностных обязанностей. На основе анализа этих оригинальных признаков различные вари-

анты девиантного поведения в организации можно рассмотреть в четырех метафорических прототипах:

• «ястребы»—конкурентоспособные творческие индивиды, имеющие тенденцию создавать свои правила или менять их в свою пользу;

• «ослы» — для них главенствуют правила, но имеется недостаток автономии, низкий статус и относительная изолированность друг от друга; стремясь повысить независимость и обеспечить свои интересы, они идут на нарушение правил и норм;

• «стервятники» — сильно вовлечены в группу со слабыми правилами, с минимальной дифференциацией по рангам или функциям; девиации обусловлены сговором между работниками и менеджментом;

• «волчьи стаи» — с сильными правилами и сильным вовлечением в группу на основе долгосрочной стратегии в части как девиаций, так и других дел.

Представители этих групп в рамках профессиональной деятельности могут нарушать не только должностные обязанности и инструкции, но и нормы этикета, а участвуя в совместной преступной деятельности — моральные и правовые нормы. На основе работ Грина Г.Р. Латфуллин и О.Н. Громова описывают четыре категории профессионального криминала [16]: 1) преступления в интересах нанимающей (предпринимательской) организации; 2) преступления, совершаемые официальными лицами путем использования их правительственных полномочий; 3) преступления, совершаемые профессионалами путем использования своих профессиональных возможностей; 4) индивидуальные преступления.

Таким образом, противоправное поведение в одних профессиях может совершаться индивидуально, в других — при сговоре руководителей, но без участия членов организации; в третьих — требует групповой кооперации. Причиной подобных девиаций является деформация в когнитивной сфере, приводящая к аморальному, асоциальному, криминальному поведению и деструкции личности специалиста.

На основе исследований Е.А. Левиной (2004) выявлено, что в профессиональной сфере больше всего совершается корыстных преступлений, их мотивом выступает обретение определенного материального уровня, по достижении которого уровень притязаний на благосостояние возрастает все больше и больше; лишь затем идут преступления по неосторожности (на основе халатности, потери бдительности, невнимательности, недостаточной личной ответственности), а также насильственные и сексуальные преступления [9]. Однако В.В. Барис и Ю.О. На-родицкий считают, что все должностные и служебные правонарушения несравнимы по степени общественной опасности с коррупционными деяниями, стержнем которых является подкуп [1]. В мировой практике под коррупцией понимается отказ от ожидаемых стандартов поведения со стороны представителей власти ради незаконной личной выгоды, корыстное злоупотребление своим служебным или социально-политическим положением и влиянием в государстве. К. Магомедов отмечает, что к действиям коррупционного характера госслужащих могут подтолкнуть следующие причины: необходимость компенсировать недо-

статочно высокую зарплату; стремление к созданию резерва имущественных и денежных средств; желание быть не хуже других состоятельных людей, имеющих коттедж, машину, престижный досуг и пр.; особенность характера — не упускать возможность извлечения личной выгоды из любых предложений, в том числе незаконных [11].

Следует заметить, что приведенные классификации и подходы к определению девиантного поведения в профессии далеко не полные, поскольку ограничены только преступлениями и не включают в себя недопустимое с точки зрения норм, но не криминальное поведение специалистов в рамках профессии. В связи с этим наблюдаемые проявления девиантного поведения, за исключением криминальных его вариантов, в тех или иных профессиях носят пока гипотетически-описательный характер и редко становятся предметом специальных исследований. Г.Р. Латфуллин и О.Н. Громова отмечают, что в менеджменте под термином «девиация» кроме действий, которые не вписываются в рамки закона, понимается любое недозволенное поведение работника на рабочем месте [16, с. 360]. Автор статьи полагает, что если существуют две формы поступка — действие и бездействие, — то к девиациям в рамках профессии можно отнести как ненадлежащее выполнение деятельности, так и ее невыполнение (откровенный или маскируемый саботаж).

Необходимо особо подчеркнуть, что профессия предъявляет требования к реализации такой модели поведения и системы предписаний, которые должен усвоить индивид, чтобы его признали типичным представителем этой профес-

сии. Однако не всегда диктуемая профессиональной группой норма поведения может быть признана гармоничной или нормативной с точки зрения общепринятых норм, и наоборот. Социальные нормы возникают как результат отражения в сознании людей объективных закономерностей функционирования общества. Как подчеркивает И.А. Грошева, это отражение может быть как адекватным, так и искаженным [4, с. 82].

Итак, профессиональных норм, на основании которых можно было бы однозначно считать те или иные нарушения профессионального поведения де-виантными, на сегодняшний день не существует. Разработаны профессио-граммы специалистов традиционных и современных профессий, содержащие требования, предъявляемые определенной профессией к индивидуально-типологическим и личностным качествам специалистов, но отсутствуют описания моделей поведения типичного представителя определенной профессии. Как правило, работающие специалисты имеют слабые представления о профессиональных вариантах девиантного поведения, а представления о профессиональной поведенческой норме основываются на соблюдении законов РФ, следовании этическому кодексу (если таковой существует), должностным обязанностям и инструкциям.

Анализ научной литературы показал, что в настоящее время отсутству-етуниверсальная типология девиантно-го поведения в профессии; его классификация является проблемой психологической науки и практики, что связано с различным пониманием природы девиаций и механизмов, приводящих к отклонениям.

Исходя из потребностей психологической науки и практики в упорядочивании обширного поля девиантного поведения в профессиональной деятельности, автором статьи разработана типология девиаций в профессиональной сфере. Она представлена на рисунке 1, где отражены два уровня девиантно-сти — латентный и манифестный, — выделенные и описанные Е.В. Змановской в структурно-динамической модели девиантного поведения [8]. Манифестная девиантность зримо проявляется в деви-антном поведении и девиантном образе жизни. Латентная девиантность включает в себя изменения в структуре лично-

сти, не наблюдаемую внешне модификацию общих свойств и деформацию личностных качеств, в дальнейшем приводящих к манифестации различных девиаций. Возможно, что в самых сложных случаях в рамках отдельных профессий у специалистов могут выявляться все возможные виды девиаций.

Чтобы общество не теряло высококвалифицированных специалистов, на обучение которых затрачиваются огромные ресурсы, необходима специально организованная работа по своевременной диагностике, коррекции и профилактике различных вариантов девиантного поведения. Среди представителей раз-

Рис. 1. Типология девиаций в профессии

личных профессий в первую очередь необходимо нивелировать чувство неудовлетворенности характером труда, ибо еще Конфуций говорил, что нужно заниматься тем, что каждому из нас нравится, и тогда не придется работать ни одного дня в жизни. А.Н. Пастушеня подчеркивает, что речь должна идти и о формировании диспозиции к правомерному образу жизни в сфере взаимодействия с другими людьми, досуга и развлечений, а также материального обеспечения жизни [17]. Ибо человек, обладающий готовностью к правомерному образу жизни, отвергает противоправные способы и в состоянии противостоять криминогенному влиянию.

Для формирования гармоничной модели поведения специалиста в процессе работы необходимо целенаправленно формировать адекватный стиль профессиональной деятельности, взаимоотношений с партнерами и коллегами по работе, фрустрационную толерантность, коммуникативную и личностно-профессиональную компетентность. Особенно это касается специалистов профессий, связанных с интенсивным общением и взаимодействием с «трудным» контингентом, оказанием помощи людям, находящимся в стрессовых, проблемных, субэкстремальных и экстремальных жизненных ситуациях. Именно эти специалисты в большей степени подвергаются эмоциональному выгоранию, деформациям и деструкциям, негативно изменяющим отношение личности к выполнению профессионального долга.

Литература

1. Барис В.В., Народицкий Ю.О. Определение коррупции с политологической и государственно-

правовой точек зрения // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 18. Социология и политология. — 2009. — № 1. — С. 109-119.

2. Безносов С.П. Профессиональные деформации личности (подходы, концепции, метод): дис. ... д-ра психол. наук. — СПб.: С.-Петерб. гос. ун-т, 1997. — 398 с.

3. Гильбурд О.А. Избранные очерки эволюционной психиатрии. — Сургут: ОАО «Сургутнефтегаз», 2000. — С. 79-92.

4. Грошева И.А. Модальная личность: портрет с отклонениями // СОЦИС. — 2009. — № 3. — С. 8288.

5. Жура В.В. Дискурсивная компетенция врача в устном медицинском общении: монография. — Волгоград: Изд-во ВолГМУ; ООО «ДарКо», 2008. — 376 с.

6. Зеер Э.Ф., Сыманюк Э.Э. Психология профессиональных деструкций: учеб. пособие для вузов. — М.; Екатеринбург: Академический Проект; Деловая книга, 2005. — 240 с.

7. Змановская Е.В. Психология девиантного поведения: структурно-динамический подход: дис. ... д-ра психол. наук. — СПб., 2006. — 450 с.

8. Змановская ЕВ. Теоретико-методологические и прикладные проблемы современной девиантоло-гии / / Феноменология и профилактика девиантного поведения: материалы Всерос. науч.-практ. конф., 19-20 окт. 2007 г. — Краснодар: Краснодар. ун-т МВД России, 2008. — С. 62-66.

9. Змановская ЕВ, Рыбников ВЮ. Девиантное поведение личности и группы: учеб. пособие. — СПб.: Питер, 2010. — С. 225-228.

10. Климов Е.А. Идеалы культуры и становление субъекта профессиональной деятельности // Психол. журн. — 2009. — № 3. — С. 94-101.

11. Магомедов К. Социологический анализ этических проблем государственной службы // Гос. служба. — 2004. — № 6 (32). — С. 15-23.

12. Майсак Н.В. Особенности проявлений деви-ативных тенденций и паттернов личности в некоторых профессиях социономического типа // Актуальные проблемы психологического знания: теоретические и практические проблемы психологии. — 2009. — № 3 (12). — С. 91-97.

13. Менделевич В.Д. Психология девиантного поведения: учеб. пособие. — М.: МЕДпресс, 2001. — 432 с.

14. МухарямоваЛ. Российская Федерация: язык политика в условиях постсоветского развития // Гос. служба. — 2004. — № 2. — С. 17-23.

15. Оксинойд К.Э. Организационное поведение: учебник. — М.: КНОРУС, 2009. — 480 с.

16. Организационное поведение: учеб. для вузов / под ред. Г.Р. Латфуллина, О.Н. Громовой. — 2-е изд., перераб. и доп. — СПб.: Питер, 2009. — 464 с.

17. Пастушеня А.Н. Готовность личности к правомерному поведению: структурно-содержательная характеристика // Прикладная юридическая психология. — 2010. — № 3. — С. 17-25.

18. Соколов В. Модельный этический кодекс государственного служащего Российской Федерации // Гос. служба. — 2004. — № 2. — С. 6-16.

19. Усманова А.Р. Дискурс // ИКрУ/э^ап. уагйех.ги/~книги/Энциклопедия%20социологии/ Дискурс/ (Дата обращения: 15.11.2010).

СОЦИАЛЬНЫЕ И ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ РЕСОЦИАЛИЗАЦИИ УСЛОВНО ОСУЖДЕННЫХ

Я. С. Васильева

Аннотация: в публикации рассматриваются различные подходы к проблеме ресоциализации. Приводятся результаты исследования влияния социальных факторов и психологических особенностей на успешность процесса ресоциализации условно осужденных. Данная тема обусловлена высокой социальной значимостью задачи профилактики преступного поведения.

Ключевые слова: социализация, ресоциализация, десоциализация, условно осужденные, рецидивная преступность.

The summary: various approaches to the problem of resocialization are discussed in this publication. The results of investigation of the influence of social factors and psychological characteristics on the success of the process of resocialization of Probation are givenhere. The said subject is determined by the great social significance of the problem of crime prevention.

Keywords: socialization, resocializa-tion, desocialization, probationers, recidivism.

Статистические данные о совершенных преступлениях наглядно отражают изменение криминогенной ситуации в стране. Значительный рост преступности отмечался вплоть до 2001 г. В настоящее время наблюдается тенденция к снижению количества лиц, привлеченных к уголовной ответственности, хотя показатели остаются высокими. В 1980 г. в нашей стране было осуждено 645 544 чел., в 1990 г. — 537 643, наибольший пик пришелся на 2001 г. — 1 244 211, в 2009 г. — 882 288 чел. Безусловно, для любого цивилизованного общества решение проблемы преступности является важной, но трудной и комплексной задачей [11].

Современная реформа уголовного правосудия состоит в гуманизации репрессивных мер. В частности, в 1996 г. введен в действие новый Уголовный кодекс РФ, который значительно увеличил перечень санкций, предусматривающих наказания, не связанные с изоляцией от общества. В настоящее время судами активно расширяется практика назначения альтернативных видов наказаний. Так, по данным Судебного департамента РФ [11], до вступления в силу УК РФ