Белорусский компонент в социокультурном пространстве Сибири

Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2016. № 3 (11). С. 64-75. УДК 39

М. А. Жигунова

БЕЛОРУССКИЙ КОМПОНЕНТ В СОЦИОКУЛЬТУРНОМ ПРОСТРАНСТВЕ СИБИРИ

На основе многолетних историко-этнографических, этносоциологических и музееведческих исследований автора анализируется история появления белорусов в Сибири, специфика их самосознания и традиционно-бытовой культуры. Приводятся данные по расселению и численности белорусов, их хозяйственным занятиям, вариантам идентификации и критериям современного самоопределения. Отдельное внимание уделяется этническим стереотипам и образам, этнокультурным предпочтениям, особенностям кулинарии.

Ключевые слова: белорусы; Сибирь; идентичность; традиционно-бытовая культура; музейные коллекции.

M. A. Zhigunova

BELARUSIAN COMPONENT IN SOCIOCULTURAL SPACE OF SIBERIA

On the basis of long-term historical and ethnographic, ethnosociological and museological researches of the author the history of appearance of Belarusians in Siberia, specifics of their consciousness and traditional and household culture is analyzed. Data on moving and number of Belarusians, their economic occupations, options of identification and criteria of modern self-determination are provided. The separate attention is paid to ethnic stereotypes and images, ethnocultural preferences, features of cookery.

Keywords: Belarusians; Siberia; identity; traditional and household culture; museum collections.

Природа этничности, несмотря на многочисленные исследования, до сих пор ещё чётко не определена. Но в самом общем виде можно утверждать, что этническое имеет значительную общую область с социальным. Изучение социокультурного пространства Сибири представляет несомненный интерес, поскольку даёт возможность не только проследить историю заселения отдельных групп населения, но и выявить особенности процесса их адаптации, сохранения этнических элементов культуры, проследить межэтнические контакты. Всё это позволяет выйти на новый уровень социального прогнозирования и оптимизации современной социокультурной политики.

Белорусскому населению Сибири посвятили свои работы многие сибирские историки и этнографы (Ю. В. Аргудяева, М. А. Бережнова, Ф. Ф. Болонев, Г. Г. Ермак, А. А. Крих, А. А. Люцидарская, А. Ю. Майни-

© Жигунова М. А., 2016

чева, Т. С. Мамсик, Р. Ю. Фёдоров, Л. Е. Фетисова, Е. Ф. Фурсова и др.). В имеющихся публикациях рассматривалась этническая история белорусов, специфика их расселения и самосознания, особенности традиционно-бытовой культуры и пр. Одной из первых авторских монографий стала работа Ю. В. Аргудяевой, посвящённая истории формирования восточнославянского населения юга Дальнего Востока России, хозяйственной деятельности, семье и браку, семейной обрядности русского, украинского и белорусского крестьянства [1]. Заметный вклад в изучение белорусов Сибири внесли совместные работы российских и белорусских коллег. Учёные Института истории СО РАН и Института истории Национальной академии наук Белоруссии выявили основные факторы, воздействовавшие на движение белорусов в Сибирь, их адаптацию к экстремальным природно-климатическим условиям

и социокультурную интеграцию с коренным и многонациональным пришлым населением на пространствах от Урала до Тихоокеанского побережья [2], а также представили глубокий хронологический срез участия белорусов в освоении Сибири [3]. Сотрудник Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН Л. Е. Фетисова исследовала обрядово-фольклорный комплекс в качестве одного из показателей этнической принадлежности [4]. Итогом совместной деятельности Института археологии и этнографии СО РАН и НАН Республики Беларусь явилась коллективная монография, посвящённая значению и роли механизмов традиционной культуры в условиях современности [5]. Изучение заявленной темы началось автором в начале 1980-х гг., когда, ещё будучи студенткой Омского государственного университета, в период проведения архивной практики я выяснила, что мои предки по материнской и отцовской линиям были выходцами из Витебской губернии, переселившиеся в Сибирь самоходом (рис. 1). На протяжении последующих лет белорусская тематика постоянно возникала в поле

моего научного зрения, поскольку я занялась изучением самосознания и современных этнических процессов параллельно с каталогизацией этнографических коллекций сибирских музеев. Существенным подспорьем послужили материалы, собранные в результате опроса ближайших родственников и преподавательской деятельности. Большая часть этих материалов вводится в научный оборот впервые.

Для многих жителей Европы Сибирь представляется далёкой страной, где господствуют морозы, холод и снега, но добывают алмазы и нефть. На самом деле, главным богатством Сибири являются населяющие её люди. Уникальность этой территории не только в многообразии природно-геогра-фических зон (северные болота и тайга плавно сменяются к югу смешанными лесами, лесостепью, степью, горной местностью). Но и в том, что здесь на протяжении многих веков мирно сосуществуют различные народы, религии, культуры. В этом калейдоскопе среди других можно выделить и белорусский компонент. В настоящее время под белорусами понимается, прежде всего, коренное

Рис. 1. Семья Ульяновых - переселенцев из Витебской губернии. Начало ХХ в.

население Республики Беларусь. Но белорусы проживают также на Украине, в России (в том числе в Сибири), Казахстане, Латвии, Литве, Эстонии, Польше, США, Аргентине, Австралии, Бельгии, Германии, Великобритании, Канаде и других странах мира. В этнической истории и культуре белорусов прослеживается общая восточнославянская основа, укрепившаяся со времён древнерусского государства Киевская Русь. По поводу происхождение этнонима «белорусы» не существует единой точки зрения. Считается, что произошёл он от названия части древнерусских земель - «Белая Русь», закрепился с XVII в., широкое распространение получил лишь в конце XIX - начале XX в. в процессе завершения формирования белорусской нации [6]. Исконная территория проживания белорусов граничит на севере с Латвией и Литвой, на юге - с Украиной, на западе -с Польшей, а на востоке - с Россией. В истории этих земель были периоды, когда они входили в состав Великого княжества Литовского и Речи Посполитой, лишь в конце XVIII в. воссоединились с Россией. Поэтому жителей Белоруссии называли также литвины (литва) и поляки, в Сибири они звались «бульбашами» (от белорус. «бульба» - картошка), лапотонами и лапотниками (по названию распространённой обуви - плетёных лаптей), переселенцами (посельщики, по-сельга), кацапами, хохлами, самоходами (т. к. шли в Сибирь добровольно «своим ходом»), но чаще по местам выхода: российские / расея, минщина (минские), витебские, гомельские, могилёвские и др.

Одним из основных критериев этнического определения является происхождение (по крови, по родителям). Как правило, современные потомки белорусов, родившиеся в Сибири, чаще определяют себя так: «Корни белорусские, но считаю себя русским». Это обусловлено территорией проживания, социальным окружением и воспитанием, превалирующими культурными традициями и образом жизни. К числу наиболее устойчивых этнических признаков относится язык. Обычно название языка и народа совпадают. Но в настоящее время далеко не всегда языковая и этническая идентичности оказываются одинаковыми. Подавляющее большинство белорусов в Сибири используют при

общении русский язык, около 70 % называют его в качестве родного (хотя отдельные речевые особенности фиксируются лингвистами по сей день). В русских говорах Сибири влияние белорусского языка (белорусизмов) прослеживается при произношении отдельных слов (чаще всего в неправильном ударении) и употреблении широких гласных. По мнению окружающего русского населения, белорусы разговаривают на «неправильном русском языке», «коверкая слова или произнося их с неверным ударением».

Особо значимым признаком этноса являлась религия. Но среди белорусов встречаются как православные (их большинство), так и католики, униаты и последователи других конфессий. Особенности физического типа также не могут играть роль существенного этноопределителя. Антропологически белорусы относятся к большой европеоидной расе. И по внешним признакам трудно отделить белоруса от поляка, немца или латыша, поскольку среди представителей многих народов встречаются люди со светлыми глазами и русыми волосами.

Известно, что в массовом сознании существуют этнические стереотипы и образы -устойчивые схематические стандартизированные представления о различных странах и народах, основанные в том числе и на реальных жизненных наблюдениях. У современных жителей Сибири при слове «белорусы» чаще всего возникают следующие ассоциации: картошка (картофель, бульба), наши родственники / братья, трактор «Беларусь», Лукашенко, Минск, партизаны, Беловежская пуща, ансамбли «Песняры», «Сябры», «Верасы». Авторы учебников по этнической психологии считают, что в качестве этнических черт белорусам присущи трудолюбие, упорство, надёжность, скромность, честность, верность дружбе, незлобливость, добросовестность, выносливость, коммуникабельность, любовь к технике. Как правило, белорусы немногословны, эмоционально уравновешенны, стремятся избегать конфликтов [7]. Интересно, что подобные характеристики свойственны подавляющему большинству сибиряков [8].

Для многих современников ответ на вопрос: «Какие черты характера присущи белорусам?» - вызывает затруднение: «Не знаю»; «Они такие же, как русские»; «Ни в чём

с русскими разницы нет». Тем не менее более половины респондентов, опрошенных нами в 2000-2015-е гг., смогли назвать психологические особенности белорусов. Среди них лидировали следующие: добродушные, гостеприимные, спокойные, трудолюбивые, открытые, порядочные, весёлые. Примечательно, что практически не упоминаются отрицательные характеристики. Интересно, что среди распространённых анекдотов, в которых фигурируют различные национальности, чаще всего встречаются в Сибири тексты про русских, чукчей, хохлов (украинцев) и армян. Довольно редко можно встретить анекдоты, где упоминаются белорусы. Как правило, в них подчёркивается их бесконфликтность и любовь к блюдам из картофеля.

К середине ХХ в. присущее ранее этническому самосознанию деление на локальные, социальные, конфессиональные и другие группы было практически утрачено. В советский период подростки из национально смешанных семей часто выбирали русскую национальность. При получении паспорта в графу «национальность» записывалось самоопределение человека, не учитывая его этническое происхождение. Активные межэтнические брачные контакты белорусов с русскими, украинцами, немцами, казахами и представителями других народов привели к тому, что потомки этих браков затрудняются чётко определить свою национальность. Среди вариантов ответов: «смешанная», «многонациональная», «интернационалист», «гибрид», «метис», «славянин», «восточнославянская», «внук Велеса», «россиянка», «наполовину русский, наполовину белорус», «русский белорус», «русско-украинско-белорусско-финская» и др. Начиная с 1990-х гг. всё чаще стал использоваться в качестве этнонима бывший топоним «сибиряк». Причём сибиряками считают себя не только русские и белорусы, но и немцы, казахи, татары, армяне, представители других народов, проживающих в Западной Сибири.

В большинстве своём, если говорить о белорусах в Сибири, их причисляют к группе переселенческого населения. Между тем и среди сибирских старожилов довольно чётко прослеживается белорусский компонент. Так, в составе дружины легендарного казачьего атамана Ермака, начавшего освоение Си-

бири ещё в 1580-е гг., были выходцы из Белоруссии. По подсчётам омского историка С. М. Андреева, в 1879 г. этнические белорусы в Сибирском казачьем войске составляли около 3 % населения (2 793 человека) [9]. Кроме служилых людей белорусы встречались и среди первых земледельцев, в том числе на первой русской пашне на территории Сибири - Чёкрушевском поле, которое расположено в Омской области близ города Тары. «Государева десятинная пашня» была организована здесь в 1599 г. На этом поле 25 июля 1999 г. был установлен памятный знак в честь 400-летия землепашества в Сибири. На высоком крутом берегу реки Иртыш беглыми холопами из Гомельской, Витебской и Вятской губерний был основан в 1790 г. Белый Яр Тарского района. По легенде, современное название - Пологрудово -возникло от проезжего купца, увидевшего, как в лютый мороз местные крестьяне заготавливали лес в распахнутых на груди полушубках, т. е. «с полой грудью». Выходцы из Белоруссии способствовали хозяйственному освоению, территориальному расширению и становлению российской государственности в Сибири, добывали руду и трудились на заводах Алтайского горного округа. Особая роль в социокультурном пространстве Сибири принадлежит двум перемещённым сюда во второй половине XVIII в. группам старообрядцев, известных как «семейские Забайкалья» и «поляки» Алтая. Часть их была представлена этническими белорусами.

Но массовое их переселение в Сибирь началось в период реформ П. Д. Киселёва в 1840-1850-е гг. и продлилось до начала XX в. В этот период только в Западной Сибири, наиболее удобной в природно-геогра-фическом отношении и ближайшей к Европейской России территориально, водворилось 1,5 млн крестьян [10]. Далёкие просторы хотя и пугали неизведанностью, каторгой и ссылкой, но манили романтической свободой и природными богатствами. В народной среде бытовали поговорки: «В Сибири и на берёзах калачи растут», «Там хоть и холодно, да не голодно!», «В Сибири бабы коромыслами соболей бьют», «Страшна Сибирь слухом, а люди в ней лучше нашего живут», «В Сибири 100 рублей - не деньги, 100 вёрст -не расстояние». Внучка переселенцев из Ви-

тебской губернии вспоминала: «Бабушке моей Кате 17 лет было, когда она замуж вышла. А муж её с братьями собрались в Сибирь ехать. Никто их не ссылал, сами решили переселяться, самоходом. Родители её отговаривали, мать плакала: "Как же вы там жить будете? Там, говорят, медведи и волки по улицам ходят. А люди-то там хоть живут?" -"Живут. Вот и мы жить будем!" Шли на лошадях, погрузив на подводы домашний скарб и хозяйственный инвентарь. Когда дорога закончилась, рубили и корчевали лес. Пришли на берег реки, увидели - яр красивый такой. Решили там остаться. Жили сначала в землянках. Комары, мошки с непривычки сильно кусались. Баба Катя, девчонка тогда совсем, устала от всего этого, собралась, ушла в лес, села под ёлку: "Пусть меня лучше волки съедят, тут больше жить не могу!" Дед бегал по лесу её искал, звал: "Катенька, отзовись!" Когда нашёл, домой на руках принёс. И стали они здесь дальше жить». Так, в одной семейной истории прослеживается трагедия разрыва со своей прежней родиной, тяготы переселенческой жизни и боязнь неизвестного.

В связи со строительством в 1890-е гг. Транссибирской магистрали, соединившей железнодорожной линией Европейскую часть России и Сибирь, началось интенсивное освоение лесостепных районов. Столыпинская аграрная реформа 1906-1911 гг. способствовала следующей волне массовых переселений в Сибирь. Но теперь в миграционных процессах основное участие принимали уже не служилые люди, промышленники и ссыльные каторжане, а крестьяне и ремесленники. Малоземелье, нищета, недовольство существующими порядками вынуждали искать лучшей доли за Уралом, в Сибири. Переселялись как одиночками, так и семьями, целыми родственными кланами, деревнями. По возможности выбирали схожие с местами исхода условия проживания. Перемещение и адаптация к меняющимся условиям требовала постоянного приобретения знаний и их передачи. В результате приспособления и трансформации принесённых с собою народных традиций складывался и начинал функционировать местный комплекс хозяйственно-бытовых навыков, соответствующий той или иной природной зоне.

Прежде всего, это нашло отражение в культуре жизнеобеспечения.

Как правило, белорусы селились вдоль рек в северных лесных и таёжных районах. Из архивных данных известно, что большинство выходцев из Белоруссии осели в Тар-ском уезде Тобольской губернии (Атирской, Кейзесской, Новоягодинской, Седельников-ской и других волостях). Согласно анализу историко-этнографических и фольклорных материалов позднее они компактно проживали в ряде населённых пунктов северных районов Омской области: Большеуковском (Бе-логривка), Знаменском (Айлинка, Журавлёв-ка, Липовка, Усть-Шиш), Муромцевском (Алексеевка, Игоревка, Поречье), Седельни-ковском (Богдановка, Вознесенка, Денисов-ка, Короленка, Кейзес, Мядельск, Петропавловка, Седельниково, Соловьёвка, Спасск, Успенка), Тарском (Атирка, Белый Яр, Большие Тунзы, Малые Тунзы, Васис, Вставское, Ермаковка, Ивановка, Князевка, Красный Яр, Минск-Дворянск, Усюльган), Тевризском (Бородинка, Екатериновка, Ер-миловка) и др. В начале ХХ в. основная часть белорусских переселенцев в Сибири оседала в уже существующих, основанных старожилами деревнях. В данном случае образовывались соответственно «сибирский / чалдонский» и «россейский / витебский, минский и другие» края. До настоящего времени в отдельных поселениях сохраняется это условное деление на «свою» и «чужую» территорию. По-разному складывались отношения со старожилами, считавшими переселенцев лишними конкурентами. Иногда существующая деревня разделялась на две. Так, например, в Кыштовском районе Новосибирской области сохраняются Старая Скирла и Малая Скирла, в Большереченском районе Омской области - Могильно-Посельское и Могильно-Старожильское, а в Любинском районе Омской области - Любино-Малорос-сы, Любино-Старожилы и Любино-Москали.

Стремясь сохранить память о своей исторической родине, переселенцы называли соответственно не только улицы и концы населённых пунктов, но и новые деревни и сёла: Белорусская, Виленка, Минское, Минск-Дворянск, Мядельск, Смоленка и др. Зачастую в одном поселении размещались выходцы из нескольких белорусских губер-

ний. Так, например, в конце XIX в. близ Се-дельникова на высоком крутом берегу реки Уй образовалась д. Денисовка, в которой несколько семей «самоходов» поставили свои хаты, образовав вдоль реки одну улицу - Витебскую, где проживало и 3 семьи из Могилёва. Позднее к ним подселились другие выходцы из Белоруссии и появилось ещё 3 улицы: Минщина (Минская), Забегайловка и Поперечная. В д. Мядельск Верхне-Бак-лянского сельсовета жили польские белорусы (по фамилиям: Бобрович, Синкевич, Про-копович и др.), а в д. Эстонке и Лилейке -«литвины» (по фамилиям: Адамсон, Вилен-сон и т. п.).

Накануне Великой Отечественной войны продолжались плановые сельскохозяйственные переселения на территорию Западной Сибири. Так, только за 1940 г. колхозам Омской области удалось принять около 10 тыс. переселенческих хозяйств (преимущественно из Украинской и Белорусской ССР, из районов Центральной России) [11]. В годы Великой Отечественной войны здесь были размещены депортированные, эвакуированные, а после войны - репатриированные граждане. С середины ХХ в. в Сибирь устремились новые переселенческие потоки, связанные с её промышленным освоением, разработкой нефтяных и газовых месторождений, целинных и залежных земель.

Проследить точную динамику белорусского населения в Сибири довольно сложно, поскольку этническая составляющая в ранних документах почти не освещалась, указывалось вероисповедание, что свидетельствовало о значимости религиозного фактора в жизни российского общества. Кроме того, даже в конце XIX - начале XX в. выходцев из Белоруссии зачастую записывали русскими, в официальных документах под русскими подразумевалось всё восточнославянское население (великорусы, украинцы, белорусы). Согласно данным Первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 г., в Сибири проживало 6 575 белорусов. Всесоюзная перепись 1926 г. зафиксировала уже 222 900 белорусов в Сибирском регионе. В настоящее время больше всего белорусов -в Тюменской области (36 тыс. человек), Ханты-Мансийском автономном округе (20 500 человек), Красноярском крае (18 200 чело-

век), Иркутской области (14 тыс. человек) и Приморском крае (11 тыс. человек).

В Омской области современная белорусская диаспора насчитывает около 6 тыс. человек. В её формировании приняли участие выходцы из Витебской, Гомельской, Гродненской, Минской, Могилёвской, Смоленской, Псковской и Черниговской губерний. Состав их был чрезвычайно многообразен: казаки и первопроходцы, беглые и служилые люди, крестьяне, политические ссыльные и спецпереселенцы, рабочие и служащие Транссибирской магистрали, беженцы и эвакуированные времён Первой мировой войны, раскулаченные крестьяне, комсомольская молодёжь и специалисты различного профиля, прибывшие в советское время на различные стройки Сибири по путёвкам ВЛКСМ и послевузовскому распределению, целинники и поздние мигранты. В результате коллективизации и начавшегося в 1950-1960-е гг. процесса укрупнения колхозов и ликвидации «неперспективных деревень» к концу ХХ в. практически не сохранилось крупных компактных поселений белорусов. Как правило, они расселены небольшими дисперсными группами во всех районах Сибири и активно смешиваются с русскими. Согласно данным Всесоюзных переписей населения, в Омской области численность белорусов на протяжении второй половины ХХ в. оставалась относительно стабильной: в 1959 г. - 9 634 человека, в 1970 г. - 9 977 человек, в 1989 г. -10 964 человека, в 2002 г. - 9 075 человек. Но уже к 2010 г. количество белорусов уменьшилось до 5 933 человек. В основном это обусловлено переходом на русскую этничность. Переселявшиеся в Сибирь белорусы являлись преимущественно сельскими жителями. В настоящее время большинство белорусов проживают в городской местности (в том числе 53 % - в г. Омске). Наиболее крупные группы белорусского населения (от 200 до 500 человек) фиксируются в Омском, Исиль-кульском, Марьяновском, Таврическом, Нововаршавском, Черлакском, Калачинском, Одесском, Тарском районах, в остальных районах Омской области их численность колеблется от 20 до 170 человек.

Традиционно основными хозяйственными занятиями для белорусов являлись земледелие (выращивание зерновых, овощ-

ных и технических культур) и животноводство (разведение крупного и мелкого рогатого скота, лошадей, свиней, кур, уток, гусей). Существенную роль играли охота, рыболовство, пчеловодство, собирательство, различные ремёсла и промыслы (обработка дерева, кожи и меха, плетение, прядение и ткачество, кузнечное дело и др.). Появившись в Сибири, белорусы начали особо культивировать картофель и лён.

Сибирская кулинария не отличалась чрезвычайной сложностью. «Была бы корова да курочка, так сготовит и дурочка» - гласила известная поговорка. На полях в Среднем Прииртышье сеяли рожь (жито), просо, ячмень, овёс, гречиху, пшеницу, лён, коноплю, рыжик, картофель (с конца XVIII в.). В огородах выращивали брюкву, репу, редьку, капусту, морковь, свёклу (бураки), огурцы, тыкву, арбузы, горох, бобы, лук (репчатый и батун), чеснок, хрен, укроп, мак. Существенно обогащался рацион за счёт продуктов животноводства, рыболовства, охоты, пчеловодства и собирательства. Ранее значительную роль играла сословная и религиозная принадлежность. Например, староверы долгое время отказывались употреблять в пищу покупной чай, водку, не допускалось совместное пользование посудой с «мирянами» и т. д. Сезонность потребления мясомолочных (скоромных) продуктов регламентировала православная церковь.

У сибиряков самым распространённым мясом была говядина, а у переселенцев -свинина. В настоящее время наиболее предпочитаема свинина, встречается потребление конины и баранины (особенно в районах смешанного расселения). Любимым праздничным блюдом являются зажаренные целиком молочные поросята, а также гуси, утки, куры. Определённое место занимают продукты, полученные в результате охотничьего промысла: мясо оленя, лося, косули, медведя, зайца, боровой дичи. До наших дней сохранилось немало уникальных рецептов приготовления традиционных для белорусской кухни кушаний: борща, верещаги, грибовни-цы и полёвки, драников, свекольника, «ленивки» (ленивых голубцов), холодца и холо-дника, щей (шчей) из крапивы и щавеля и др.

Частично сохраняется изготовление домашних колбас. Обычно их делали поздней

осенью в период массового забоя скота. Согласно традиционному рецепту, записанному автором от переселенцев из Витебской губернии в Седельниковском районе Омской области, для фарша использовали мясо свинины, говядины, баранины. Кусочки мяса измельчались в деревянном корытце при помощи металлического секача. Добавляли соль, чёрный молотый перец, мелко растёртый лавровый лист, рубленый репчатый лук. Готовый фарш тщательно перемешивался руками. Свиные кишки предварительно подготавливали: тщательно промывали водой, выворачивали, клали в корыто с водой. Затем выкладывали на доску и зачищали ножом со всех сторон. Промывали снова, клали в таз с холодной водой и оставляли на ночь. На следующий день воду сливали, кишки промывали, отжимали руками, нарезали отрезками по 50-70 см и начиняли фаршем. Для этого использовали специальное конусообразное приспособление, изготовленное из берёсты («навроде колечка с носиком»), которое вставляли в отверстие кишки. Если в колбасе образовывался пузырёк с воздухом - пустота, то его протыкали булавкой (обычно этим занимались маленькие дети). Готовые колбасы укладывали кругами и выносили на мороз. Весной остатки колбас размораживали, подвешивали на жёрдочках и вялили на солнце. Такая колбаса и сегодня считается у белорусов обязательной на рождественском и пасхальном столе. Обычно её подают вместе с кусочками розовой квашеной капусты, заправленной сметаной. Особой популярностью пользуются копчёные мясные изделия и свежесолёное свиное сало с мясными прослойками. Чтобы получить такой продукт, свиней заранее ставят на специальный откорм, где чередуются обильное кормление с почти недельным голоданием. При засолке сала используется крупная соль, рубленый чеснок и семена тмина.

В Сибири белорусы включили в свой рацион излюбленное блюдо сибиряков -пельмени. Характерно, что раньше пельмени считались первым блюдом и употреблялись вместе с бульоном, в котором варились. В настоящее время они чаще встречаются в качестве второго блюда и приправляются сливочным маслом, томатным соусом, майонезом, сметаной, уксусом, горчицей. В зим-

ний период времени сохраняется заготовка пельменей впрок (путём замораживания). В последние годы всё большую популярность приобретают среднеазиатские манты. Любимы многими вареники, которые готовят с сырой и варёной картошкой, творогом, капустой, ягодами. Встречаются также традиционные белорусские камы и колдуны (блюдо типа пельменей с начинкой из картошки и кусочков сала), галушки и клёцки.

Наличие обширной сети рек и озёр в Западной Сибири способствовали широкому распространению рыбных блюд. Рыбу варили, жарили, коптили, вялили, солили, сушили, использовали для начинки пирогов и др. Сейчас наиболее употребляемы караси, чеба-ки, лещи, окуни, щуки (шурогайки), судаки. Зимой (преимущественно мужчинами) употребляется традиционная сибирская строганина, а летом - «сыроежка» из стерляди. В отдельных семьях делают рыбные котлеты (тельное), реже - пельмени. Из икры речной и озёрной рыбы готовят оладьи и запеканки. Знаменитая сибирская уха готовится из 3 сортов свежей рыбы. Уху из стерляди, муксуна и горбуши нередко подают к столу на свадьбах и похоронах.

Особенностью белорусской кухни являлось широкое употребление мучных и крупяных блюд. Гороховая, гречневая, овсяная, просяная, перловая, тыквенная и ячменные каши до середины XX в. готовились поочередно практически каждый день. Заправлялись они растительным (конопляным, льняным, рыжиковым, подсолнечным) или сливочным маслом, а также шкварками. В настоящее время наиболее употребляемыми крупами являются гречка и рис. Овощные супы, крупени и молочные «белёнки» уходят из активного употребления, используются в основном в качестве диетических блюд и в питании беднейших слоёв населения. Крупяные блюда активно вытесняются различными макаронными изделиями.

На рубеже XIX-ХХ вв. «вторым хлебом» в Западной Сибири стал картофель. Его варили, запекали, тушили, использовали для приготовления супов, клёцек, запеканок, драников, толчёнок, начинок для пирогов и вареников. Из брюквы, моркови, свёклы (бураков) до середины ХХ в. изготавливали «парёнки». Для этого овощи варили, очища-

ли от кожуры, нарезали тонкими пластинами (шириной 1-3 см, длиной 5-10 см, толщиной 0,5 см) и сушили на поду русской печи. По сведениям информаторов, «парёнки наместо конфет сосали». Также лакомством считались «сырчики» (лепёшки из творога, замороженные на листе) и «снежки» (замороженные шарики из творога, смешанного со сметаной и сахаром). К концу ХХ в. практически исчезли ягодные лепёшки, которые обычно готовили из чёрной смородины или малины. Для этого ягоды толкли, складывали тонким слоем (до 1 см) на свежие капустные листья и ставили в печь сушить. Использовались такие лепёшки для начинки пирогов, улучшения вкусовых качеств хлебного кваса, а также самостоятельно (как пастила). В северных районах продолжают заготавливать на зиму мочёную бруснику и голубику.

Но главным кушаньем, употребляемым всеми и ежедневно, был хлеб домашней выпечки. В начале ХХ в. превалировал ржаной хлеб, сейчас наиболее популярным является пшеничный. Ещё в 1960-е гг. сохранялись древнейшие представления, связывающие человека с хлебом. Так, например, автору удалось зафиксировать интересный обряд со свадебными куличами. В 1963 г. в д. Де-нисовке Седельниковского района (заселённой выходцами из Витебской и Могилёвской губерний) состоялась свадьба, на которой для жениха и невесты выпекли специальные куличи. Эти куличи украсили бумажными цветами и передали их в руки крёстных родителей жениха и невесты. Родня жениха пыталась украсть кулич невесты, а родственники невесты - кулич жениха. Таким образом, свадебные куличи являлись своеобразными символами молодожёнов.

Широкое распространение получили всевозможные пироги и пирожки. Их выпекают из пресного или дрожжевого теста на поду русской печи (в духовке газовой или электрической плиты) или жарят на сковородке (на растительном масле или жире). Для приготовления пирогов используются следующие начинки: овощные (картофель, капуста, морковь, свёкла, лук, щавель, ревень), мясные (рубленое мясо, фарш, ливер), рыбные, грибные, крупяные, творожные, смешанные (овощи-мясо, мясо-крупа, рыба-крупа, варёные яйца с луком и др.). Сладкие пи-

роги выпекают с начинкой из ягод смородины, земляники, клюквы, брусники, костяники, черемухи, мака. Часто готовятся блины и блинчики (в качестве самостоятельного блюда или с начинкой). Кроме названных видов «стряпни» выпекаются разнообразные булочки, ватрушки, калачи, каральки, пече-нюшки, пончики, пряники, оладьи, вафли («труфли»), хворост («стружки», «вергуны», «кудри», «розанцы», «пряженцы») и т. д.

Ушли из активного бытования традиционные кислые кисели. Ещё в 1950-1960-е гг. овсяную или гороховую муку заливали кипятком, заквашивали, процеживали через сито и варили, пока не загустеет. Готовый кисель разливали по чашкам, сдабривали маслом или молоком, разрезали на кусочки и «ели как холодец». Сейчас часто варят в северных районах клюквенный кисель, а в южных - облепиховый. Повсеместно употребляется компот из сухих или свежих ягод и фруктов - «узвар / взвар», иногда в него добавляют крахмал. Встречается такое блюдо и на поминальном столе.

Для заварки чая используют листья смородины, земляники, малины, плоды шиповника, цветы липы, а также мяту, кипрей, чабрец и другие лекарственные травы. Обычно чай употребляют с печеньем, сушками, пряниками, конфетами, вареньем, мёдом и т. д., часто «для забелки» в него добавляют молоко. Частично сохраняется приготовление медовухи - хмельного медового напитка, бражки, домашнего пива, ягодных настоек и квасов. Для приготовления кваса в глиняный жбан с высоким узким горлышком засыпали сушёные ягоды боярышника и чёрной смородины, заливали кипятком, добавляли сахар и немного сусла для закваски. Закрывали плотно деревянной пробкой и оставляли в кладовке настаиваться несколько дней. Весной делали «бярёзовку» - квас из берёзового сока с добавлением лепёшек из обойной муки и замороженного картофеля.

В современном рационе населения Западной Сибири довольно заметно влияние белорусской кухни (бабка картофельная, би-гус, буженина, верещага, галушки, драники, дрочёна, клёцки, «ленивка» (ленивые голубцы), «расчинные» блины, рулька, свекольник (бурачки), суп-крупеня, узвар, холодец, цеппелины и др.). Сохраняется квашение капус-

ты «по-белорусски»: кочан разрезается на крупные части, которые пересыпаются мелко нашинкованной капустой и свёклой, семенами тмина, крупной солью. Перед употреблением капуста нарезается, заправляется сметаной и кольцами репчатого лука. Также заправляются и солёные грузди. Ранее часто встречались затирка, кулага, налистники, пя-чыста, саламата, сбитень, толокно и др.

Жилища белорусских переселенцев были различными: сначала землянки, дерновые избы, бараки, затем срубные избушки и хаты, пятистенки, связи, крестовые дома, но в технике их строительства и планировки сохранялись и получили дальнейшее развитие традиции мест выхода. Особенностью строительства в Западной Сибири являлось широкое использование хвойных пород деревьев (рис. 2). Их активное применение объясняется не только наличием обширных массивов тайги, но и высокой устойчивостью этих пород против гниения. Менее состоятельные жители использовали для строительства берёзу и осину, крыли крыши соломой или камышом. В южных районах встречаются каркасные, насыпные, саманные и глинобитные постройки, а также «перекатанные дома», для чего размечали венцы сруба, разбирали его по брёвнам, перевозили и заново складывали на новом месте жительства. Восточнославянское жилище можно было безошибочно угадать по наличию переднего (красного, святого, цветного) угла с полочкой - божничкой для икон. Иконы переселенцы везли в Сибирь с мест исхода (рис. 3). Интерьер жилища дополняли орнаментированные полотенца, тканые половики и дорожки, скатерти, покрывала, подзоры, вышивки, салфетки (рис. 4).

Одним из способов успешной адаптации переселенцев являлись браки со старожилами. Совместные праздники и гуляния способствовали знакомству и дальнейшему сближению переселенческой и старожильческой культур. В Сибири, по сравнению с Европейской Россией, всегда довольно толерантно относились к межэтническим, межрелигиозным и межсословным бракам. На ранних этапах колонизации нехватка женщин способствовала довольно активным брачным контактам с представительницами местных народов. В дальнейшем в брачные отношения вступали не только различные

Рис. 2. Крестовый дом

группы старожилов и переселенцев, но и разные группы переселенцев. Особенно активно этот процесс развивался начиная с 1930-х гг. Так, согласно данным архивов ЗАГС, в отдельных регионах Западной Сибири в 1950-1970-е гг. межэтнические браки составляли до 73 % от всех зарегистрированных, в настоящее время на их долю приходится около 20 %. Данные наших исследова-

ний 1986-2016 гг. свидетельствуют о том, что в семьях 70 % опрошенных русских Западной Сибири имеются близкие родственники других национальностей (чаще всего украинской, немецкой, белорусской, татарской, казахской). Больше половины опрошенных полагают, что национальность при вступлении в брак не имеет значения: «Лишь бы человек был хороший».

В настоящее время специфические черты традиционной культуры белорусов довольно отчётливо можно проследить в обрядовой сфере, фольклоре, системе питания. Так, например, разговление на Пасху начинается в семье с того, что старшая женщина очищает одно крашеное яйцо, разрезает на столько частей, сколько человек за столом, и даёт каждому его дольку: «Чтобы в доме был мир, дружно жили». В родильной обрядности встречаются хрестинные песни, сохранение первой пелёнки и распашонки новорождённого первенца для передачи их последующим детям в этой семье. Частично бытуют похоронные причеты, а также традиция повязывать на могильный крест полотенце. Из традиционных танцев известны хороводы, польки, кадрили, лявониха и др. Отдельные этнические традиции белорусов начали возрождаться в Сибири в связи с созданием в 1990-е гг. национально-культурных центров и фольклорно-этнографических ансамблей.

Чтобы лучше понять специфику культуры и самосознания белорусского населения Сибири, обратимся к анализу их современных этнокультурных предпочтений. Среди известных и любимых пословиц встречаются как русифицированные версии белорусских, так и русские народные: «Помирать збирайся, а жито сей»; «Человек есть хлеб трояки: белы, чорны и неяки»; «Где гость, там и Бог ёсть»; «Яко дерево, таков и клин, каков батька - таков сын»; «Ласковое теля две матки сосёт»; «Была бы шея, а хомут найдётся»; «Брехать -не цепом махать»; «Без труда не вынешь рыбку из пруда»; «Любишь кататься - люби и саночки возить»; «Не имей 100 рублей, а имей 100 друзей»; «Здоровье не купишь». Приведённые пословицы свидетельствуют о том, что для белорусов приоритетными чертами характера являются трудолюбие, неторопливость и осмотрительность, активность, смелость, оптимизм, терпение, дружелюбие и коллективизм. Среди любимых праздников -Новый год и Пасха, День Победы (9 мая), дни рождения детей и внуков. Любимые национальные кушанья - драники, пельмени, картошка (во всех видах, жаренная с грибами), цеппелины, заливное (холодец). Любимые напитки - морс клюквенный, квас, молоко.

Существенным подспорьем при изучении традиционной культуры являются этнографические собрания сибирских музеев,

в которых сконцентрированы различные документальные, материальные, иллюстративные и вещественные источники по данной теме. В современном обществе музейные собрания рассматриваются в качестве основного средства культурной самоидентификации. Но здесь исследователя подстерегают определённые трудности, поскольку в исторических документах зачастую всё восточнославянское население именовалось русскими или православными, не разделяя собственно русских, украинцев и белорусов. Кроме того, проживая в смешанных по этническому составу населённых пунктах, они заимствовали друг у друга способы производства, орнаментику и другие элементы культуры. Это привело к тому, что в музейных собраниях можно встретить абсолютно идентичные предметы, принадлежащие каждому из трёх братских восточнославянских народов, но атрибутированные как русские, украинские или белорусские.

Практически в каждом районном исто-рико-краеведческом музее встречаются коллекции, посвящённые культуре русского населения, реже - украинского. Менее всего представлена в музейных собраниях Сибири культура белорусов (в качестве положительного примера можно привести Седельников-ский историко-краеведческий музей Омской области). Малочисленны белорусские коллекции и в крупнейших областных музеях Западной Сибири. Так, например, в Новосибирском государственном краеведческом музее белорусская этнографическая коллекция насчитывает всего 49 предметов (рис. 5). Первым изданием, в котором была представлена культура белорусского населения Омской области, явился каталог Музея археологии и этнографии Омского государственного университета им. Ф. М. Достоевского [12]. Восточнославянская коллекция этого музея насчитывает более 450 предметов, из них 49 % - русская, 26 % - украинская, 21 % -казачья, 4 % - белорусская. Последняя была сформирована М. А. Жигуновой в 19992008 гг. и насчитывает 21 единицу хранения (4 образца холста, 3 пестряди, 8 полотенец, 2 скатерти, подзор, покрывало, прошва, фартук). Основу коллекции составили предметы, изготовленные в 1930-1950-е гг. переселенцами из Витебской губернии в Седельников-ском районе Омской области.

Рис. 5. Белорусский женский комплекс одежды Новосибирский государственный краеведческий музей

Белорусы вполне удачно вписались в сибирский социум и обрели здесь свою новую родину. Как только терялись родственные связи, прекращались или сокращались общения с родственниками из европейской части России, так всё активнее проходил процесс «осибирячивания» белорусов. По мере проживания в Сибири постепенно стирались локальные различия в культуре, вырабатывались общесибирские черты, включая менталитет. Белорусы принесли в Сибирь не только собственно белорусские традиции, которые отличались известным многообразием, но и отдельные элементы польской и прибалтийской культуры, а также заимствованные ими от других народов по пути следования в Сибирь. Начиная с ранних периодов истории конца XVI в. и заканчивая современностью, в социокультурном пространстве Сибири довольно явственно можно выделить белорусский компонент. Белорусы

и их потомки внесли существенный вклад не только в её территориальное, земледельческое, промышленное освоение, но и в научное, социокультурное измерение Сибири.

ЛИТЕРАТУРА

1. Аргудяева Ю. В. Крестьянская семья у восточных славян на юге Дальнего Востока России (50-е годы XIX - начало ХХ в). - М. : Изд-во РАН, 1997. - 316 с.

2. Белорусы в Сибири / В. А. Ламин и др. ; отв. ред. В. А. Ламин, Н. С. Сташкевич. - Новосибирск : Изд-во СО РАН, 2000. - 148 с.

3. Очерки истории белорусов в Сибири в XIX-XX вв. - Новосибирск : Новосиб. гос. ун-т,

2001. - 240 с.

4. Фетисова Л. Е. Белорусские традиции в народно-бытовой культуре Приморья. - Владивосток : Типография ОАО «Дальприбор»,

2002. - 240 с.

5. Белорусы в Сибири: сохранение и трансформации этнической культуры / Е. Ф. Фурсова и др. - Новосибирск : Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН, 2011. - 424 с.

6. Этнография восточных славян: очерки традиционной культуры. - М. : Наука, 1987. - С. 148.

7. Мельникова Е. В. Культура и традиции народов мира: этнопсихологический аспект. - М. : Диалог культур, 2006. - С. 22.

8. Жигунова М. А. Влияние региональной идентичности на специфику культурного развития (на примере Сибири) // Человек в меняющемся мире. Проблемы идентичности и социальной адаптации в истории и современности: методология, методика и практики исследования : сб. науч. ст. - Томск : Изд-во Том. ун-та, 2015. - С. 158.

9. Андреев С. М. Этнический и религиозный состав сибирского казачества // Сибирское казачество - Отечества служивая рать : сб. науч. ст. и материалов, посвящённых 430-летию сибирского казачества / под ред. М. А. Жигуновой, Г. Н. Привалова. - Омск : Изд-во КАН, 2012. - С. 17-18.

10. Чуркин М. К. Переселения крестьян чернозёмного центра Европейской России в Западную Сибирь во второй половине XIX - начале XX вв.: детерминирующие факторы миграционной мобильности и адаптации. - Омск : Изд-во ОмГПУ, 2006. - С. 202.

11. Бадалян Т. М., Мелентьева А. П. Опыт сельскохозяйственного переселения в Западную Сибирь в предвоенные годы // Проблемы этнологии и этнопедагогики. - Новосибирск : Изд-во НГПУ, 1999. - С. 40-41.

12. Жигунова М. А., Захарова И. В. Культура восточных славян в этнографических коллекциях Музея археологии и этнографии Омского государственного университета. - Омск : Издат. дом «Наука», 2009. - 264 с.