Диалектизмы, топонимы, гидронимы, арготизмы и просторечия в построении метафорического текста И. Сельвинского

УДК 811.161.1

М. С. Ястребов-Пестрицкий

ДИАЛЕКТИЗМЫ, ТОПОНИМЫ, ГИДРОНИМЫ, АРГОТИЗМЫ И ПРОСТОРЕЧИЯ В ПОСТРОЕНИИ МЕТАФОРИЧЕСКОГО ТЕКСТА И. СЕЛЬВИНСКОГО

В статье впервые рассматриваются диалектизмы, просторечия, арготизмы, авторские окказионализмы, разговорные речевые обороты, лексемы с окказионально-авторской аффиксацией (в том числе словоформы-диминутивы), а также топонимы и их разновидности (гидронимы) - тот языковой инструментарий, благодаря которому И. Сельвинскому удалось вполне достоверно отразить особенности местного колорита в произведении «Путешествие по Камчатке».

Ключевые слова: диалектизмы, окказионализмы, просторечиея арго, топонимы, И. Сельвинский.

При посредстве окказионализмов, диалектизмов, просторечий, арготизмов, разговорных речевых оборотов, лексем с окказионально-авторской аффиксацией (в том числе словоформ-диминутивов), а также топонимов и их разновидности (гидронимов), нередко усиленных метафорическими эпитетами, И. Сельвинский, воспринимающий мир в виде потока ощущений, преподносит читателю своё мировосприятие. Конвергенция же тропов и приёмов показывает непрекращающееся изменение окружающей действительности в конкретной местности, равно как и восприятие этой действительности автором, чьё поэтическое произведение посвящено Камчатке, камчатскому региону и всему, что с ним связано.

Глаголы обозначают в высказываниях И. Сельвинского не только грамматико-категориальные признаки семантически ключевых слов, но и лексически описывают способ протекания процесса (состояния), характеризуют означаемое ключевых слов с точки зрения его временных границ, быстротечности или длительности существования и т.п. Индивидуально-лексический способ отображения такого рода свойств элементов действительности, обычно обозначаемых грамматическими средствами, удерживает за глаголом знаково-словесное качество.

Ср., например, оборот с глаголом состояния:

Встаёт председатель. Камчаткой оброс,

Глядит угодничком на посадьях

[1. С. 11].

В данном выражении словоформа Камчаткой - метонимия, т.к. председатель оброс не самим полуостровом, а камчатским укладом, обычаями.

Эта метафора, равно как и следующая является наиболее яркой в данном произведении И. Сельвинского.

Вулкан оснежённой каплей вод

Сквозь тучу еле брезжит (С. 13)1.

Здесь представлена развёрнутая метафора, основанная на глаголе и включающая в себя индивидуально-авторский сравнительный оборот, выраженный творительным сравнения и образующий литоту (преуменьшение).

В данном двустишии употреблено причастие оснежённый от малоупотребительного глагола оснежить. В СУ указано значение глагола: «покрыть снегом» [7. С. 543]; следовательно, оснежённый значит 'покрытый снегом'. Сегодня допустимо считать, что глагол стоит на пути архаизации. Вулкан сравнивается с покрытой снегом каплей вод. В результате у читателя возникает ощущение огромности расстояний Камчатки, если с определённой точки гора кажется по размеру не больше капли.

Встает за четвертым Курильским проливом

Синий, как туча, мыс.

Он шумно качается в вое, в буе...

1 Здесь и далее в круглых скобках указаны номера цитируемых страниц согласно [1].

Камчатка действительно существует -

Лиловый гранитный факт;

Камчатка - действительно твердый берег!

И я открываю ее, как череп,

Как Лермонтов - Кавказ (С. 7).

Топоним функционально участвует в осуществлении структурно-смыслового единства художественного целого, задавая этому целому композиционную установку и таким образом метафоризируя его (Камчатка - далёкая зимняя парта).

С другой стороны, контекст целого играет семантизирующую роль по отношению к метафоре, основанной на топониме, как на микроэлементе произведения (Камчатка рассматривается как школа жизни, давшая автору много новых знаний и навыков). Всего топоним Камчатка и его производные встречаются в произведении 19 раз, то есть, в среднем, больше, чем один случай употребления на страницу.

Метафора «камчатка» и её реализация (Камчатка-полуостров; «камчатка» - последняя парта) в контексте произведения является концептуальной - текстообразующей и стилеобразующей постольку, поскольку лексема «камчатка» в значении последняя парта относится к разговорному стилю.

В метафорических выражениях И. Сельвинского мы отмечаем обилие разговорных лексем. Вот пример так называемого социолекта: эдакое сусало ( сказано о медвежонке); по способу образования это отвлеченная метафора, относящаяся к семантическому разряду «животные».

Способ метафоризации в выражении ходит по суше корпус судна - олицетворение. Первоначальный семантический разряд - «предмет» (корпус судна), конечный - «человек» (ходит). Отметим, что ходить по морю не метафора, а термин моряков; а вот судно, которое ходит по суше - результат зрительного эффекта со стороны наблюдающего из-за сопок.

В двустишии:

Угрюмо и мрачно стоит деревня, Или, вернее - железня (С. 9).

- мы видим ярчайшую индивидуально-авторскую метафору, включившую в себя окказионализм, на котором, собственно она и основана и, кроме того, усилена эпитетами. Метафора относится к семантическому разряду «предмет» (отчасти и «психический мир»).

Пройдёшься по рифмам полтура - в метафоре задействован фразеологизм из арго спортсменов. Способ образования - овеществление (пройдёшься по тротуару, бордюру, коридору и т.п.). Значение, таким образом, движется в диапазоне семантических разрядов: «предмет» - «абстракция» - «психический мир».

На примере пастух - прямой конквистадор убеждаемся, что в метафорической картине текста И. Сельвинского можно встретить аллюзии на исторические явления других культур (в данном случае - Испании).

В отдельных синтагмах автор, контаминируя лёгкую иронию со снисходительным отношением, прибегает к такому средству, как диминутивная аффиксация: глядит угодничком. В произведении обнаружен также пример окказионально-гендерной аффиксации: кролик и кролица.

Залёг на подвес из рыжего камня ушастый медведь - это развёрнутая метафора, основанная на использовании глагола и существительного, усиленная эпитетом; она содержит в своём составе лексему подвес (= выступ, уступ, ступень) - местный ландшафтный термин.

Пал мускулисто-скалистый пантач - эта метафора основана на глаголе, индивидуально-авторском составном эпитете, кроме того, в обороте присутствует существительное-диалектизм. Продолжая уподобление камчатской природы восхищающему его искусству, И. Сельвинский говорит:

Это здесь называется «Щёки», Но я бы назвал - «Голубой каньон», Но я бы, от масляных красок млея, Еще бы назвал «Зеркальной аллеей» Или, в скульптурную кладку вринясь, -«Каменный зверинец» (С. 13).

Внимательно вчитавшись в вышеприведённый отрывок, мы видим здесь приём противопоставления: как можно было бы назвать данный природный вид, с точки зрения автора, если бы пейзаж был создан средствами искусства. Зверинец, в прямом значении, - «место, где содержат диких зверей; помещение для диких зверей, содержимых в клетках (устар.)» [5. С. 879]. Таким образом, Сельвин-ский употребляет это существительное в переносном значении, как метафору, в том смысле, что этот уголок природы, эти каменные естественные образования ему напомнили фигуры зверей. В произведении есть несколько образов, подтверждающих эту мысль:

Действительно: вон залёг на подвес Из рыжего камня ушастый медведь. Вон в районе возможных дач Пал мускулисто-скалистый пантач. А эти ворота, где тихо-тихо, Где заключительный горный размах, Должны б называться приказом ВЦИКа: «Поединок двух росомах» (С. 13).

Итак, данная развёрнутая метафора строится путём переноса значения денотата с семантической сферы животные на семантическую сферу физический мир.

Следующий пример из «Путешествия по Камчатке» И. Сельвинского показывает развёрнутые метафорические образы:

И вот со дна и там и тут,

Как поздравители от населенья,

Вылезло стадом нечто тюленье -

Лают, плещутся, рядом идут.

Это нерпы. Им бы перчатки

Да пару идей из стандарта «вечных» -

И был бы Илья Петрович Бирчанский (С. 9).

Вылезло стадом нечто тюленье - учитывая то обстоятельство, что камчадалы промышляют тюленьими шкурами и салом и что к животному они относятся утилитарно-практически, можно предположить, что в местных понятиях фраза метафорой не является. Значит, данное выражение в тексте играет роль индикатора местного колорита. Здесь И. Сельвинский сочетает в своём произведении как приём вживания в местные реалии, отражение местных взглядов, так и приём остранения, когда описываемый объект видится как бы со стороны, свежим, незамутнённым взглядом, когда о нём ещё не сформировано никакое суждение.

Ещё пример развёрнутой метафоры в произведении И. Сельвинского:

И это всё. Не щебечут деревья. (Ибо их нет.) Не льётся песня. Угрюмо и мрачно стоит деревня, Или, вернее, - железня. А там, вдали, у небесного края, Стоит ослепительный великан, Обок с солнцем в «моргалки» играя, Висит в высоте Ключевский вулкан (С. 9).

В данном отрывке мы можем отметить метафоры: не щебечут деревья, не льётся песня, стоит великан, с солнцем в «моргалки» играя, висит вулкан.

Глагол щебетать в значении «петь» [8. С. 652] содержит в своём значении сему птицы. Читая: Не щебечут деревья, мы подразумеваем, что не щебечут птицы на деревьях. Уподобляя таким образом сами воображаемые деревья («их нет», - пишет автор) одушевлённым птицам, И. Сельвинский развивает перенос значения денотата с семантической сферы животные на семантическую сферу физический мир, продолжая таким образом строить свой поэтический, одушевлённый, живой мир чисто языковыми средствами. Кроме того, как уже отмечалось, в метафорах автор активно использует топонимы (Ключевский вулкан), сравнивая, например, вулканы с людьми.

И. Сельвинский создаёт поэтические метафоры, используя прозаические слова. Например, слово факт - слово с широким и отвлечённым значением. Казалось бы, оно неудобно для метафоризации и для создания словесно-художественных образов. Но вот строка из поэтического очерка И.Л. Сельвин-ского «Путешествие по Камчатке»:

Камчатка действительно существует -Лиловый гранитный факт (С. 7).

В данном контексте слово факт приобретает семантику вещественного существительного. В прямом значении слово факт означает «действительное событие, явление, то, что произошло в действительности»; «наличие, обнаружение какого-н. поступка, явления»; «данное, являющееся материалом для какого-н. заключения, вывода или служащее проверкой предположения, теории» [8. С. 511]. В приведённых значениях нами усматривается коннотация «отвлечённости», «невещественности». Однако поэт создаёт образ путём перевода значения денотата из семантической сферы абстракция в семантическую сферу физический мир. Реальный полуостров Камчатка приравнивается в этих строках к понятию факта. В сознании автора и читателя абстрактное слово «Камчатка», ассоциирующееся с чем-то далёким, превращается в реальный полуостров, по которому путешествует лирический герой. Находясь в ударной ритмической позиции, в конце строки, в рифме, слово факт приобретает ещё и оттенок значения утвердительная частица. Употр. в знач. конечно, непременно, действительно (просто-реч.)» [8. С. 511]. В выражении плыть в четырёх берегах - мы видим у И. Сельвинского индивидуально-авторский фразеологизированный окказионализм.

В двустишии:

Мечтают уже миллионы лет Её же кузины - Гекла и Этна (С. 17).

- присутствует метафора, основанная на глаголе и существительном, числительном (формант миллионы лет, если не вдаваться в астрономическую точность, семантически тождествен абстрактному существительному вечность), существительных-топонимах. И. Сельвинскому свойственно использовать топонимы (и их разновидность, гидронимы) в качестве средств выразительности. Данная деталь также способствует реконструкции фрагмента идиостиля в лингвопоэтике соответствующего периода творческой деятельности И. Сельвинского.

Следующая развёрнутая метафора, одна из самых интересных в данном произведении, распространяется на целое четверостишие:

Ни приседанья фрейлины Роны, Ни рыцарские реверансы Риона, Ни позы Невы, не знающей дна, Ни в четырёх коронах Дунай... (С. 14).

По способу образования это - метафора олицетворения, отчасти - и овеществления (в четырёх коронах - то есть протекающий по четырём государствам). Здесь задействованы почти все семантические разряды: «физический мир», «люди», «абстракция» (приседанья, реверансы, позы), «психический мир» (не знающей), «предметы» (короны).

Камчатка - это советский Клондайк - метафоризированный топоним, семантический разряд «абстракция» (так как Клондайк = богатство).

Камчатка - это советский Клондайк: Авантюристы, рвачи, шкеты! Дай монету, хоть голодай, А он рванул - и айда покеда (С. 10).

- строки, изобилующие, помимо топонимов, просторечиями и разговорными речевыми оборотами пейоративной семантики.

Село Ключи у подножья вулкана -Будущая Помпея. Живи, покуда тебя не взалкала Геологическая эпопея (С. 17).

- здесь опять И. Сельвинский выстраивает параллель между отечественным и зарубежным (в данном случае - античным) топонимом. Четверостишие также содержит глагол книжного стиля.

Далее, выражение мне не к лицу быть старушкой в избушке - является индивидуально-авторским фразеологизмом.

Медведь на цепи зовет пестунят - в этой строке присутствует отглагольное просторечие от архаизма пестовать.

Рассмотрим следующие строки: «Что ж, сынок: от сумы да тюрьмы... » «Плохо?» - «Да уж не сладко» (С. 19).

- в данном двустишии видим усечённый И. Сельвинским общеупотребительный фразеологизм.

В следующем двустишии: Они прошибали запах сивухи, / Все эти паузы, синкопы, ключи (С. 12), -просторечию противопоставлены музыкальные термины.

Я, вишь, работаю на «молю», Вот по сих пор в воде. В месяц тышшу рублев намелю. Ну, а куда их, касатик, деть?

- в данном четверостишии присутствует диалектизм (либо лесозаготовительный термин с семантикой: сплав леса - примечание И. Сельвинского). Четверостишие стилистически влечёт за собой строфу, практически полностью выстроенную из просторечных и разговорных лексем.

Нет, он не шибер, не бизнесмен - здесь заимствование бизнесмен составляет один ряд с просторечием шибер. Обе лексемы содержат пейоративную семантику.

Жаль ему старого, своего, / Новое слюбишь не сразу (С. 20) - это пример диалектной (либо просторечной) префиксации.

В отрывке: Иной и помрёт, зажмя в кулаке / В конце концов бесполезную трёшку, /А этот прибыл с женой и дитём... (С. 20) - слова Зажмя, дитём представляют собою диалектное (или просторечное) формообразование.

В следующих строках: Но где, когда, какой аферист, / Меняющий на галопы рысь / И переходящий в карьер напоследок, / Таскал за собою деток? (С. 18) - И. Сельвинский пейоративно-метафорически использует конно-спортивное арго.

Кстати, два слова: на Чёрном море, Едва показывается пароход, Баркасы, баржи, магуны, моторы -Всё пускается в ход (С. 8).

Магуны (плавсредства) - термин моряков, может рассматриваться как принадлежность социолекта моряков Крыма (в произведении о Камчатке И. Сельвинский вспоминает и свою малую родину).

Заливные рога - синтагма основана на существительном рога (= заливы, лиманы; местный морской термин, рыбацкий арготизм, диалектизм местных жителей - охотников на тюленей и т.п.).

В строках: Это легендарные подводные «бары», / Гордость Усть-Камчатска (С. 8) - Бары -диалектизм жителей Усть-Камчатского района.

Лава стечёт в район кабана - также принадлежность местного диалекта, точнее - регионолекта.

Рассмотрим следующую метафору: И чалый орлан, с хребта налетев, / Уронит образ таких благолепий (С. 15). Чалый (обычно - о лошадиной масти) - малоупотребительное прилагательное, окказионально применённое в данном контексте в качестве эпитета к хищной птице, могло бы быть отнесено к диалектизмам, однако прилагательные этого тематического ряда сегодня уходят в архаику (исключая узкий круг специалистов-коневодов, поскольку в кодифицированном языке прилагательное несёт семантику именно лошадиной масти [3. С. 812]).

В строках: Одно неясно: на чьем же заводе / У нас отливали эдакое вот? (С. 16), - эдакий - просторечное местоимение, семантически тождественное указательному местоимению такой.

Как бризантный удар - метафорическое сравнение, построенное на артиллерийском термине. Оно также соотносится с семантическим разрядом «психический мир».

В строках: Там посидеть, покурить, покалякать, / Послушать баяна, сходить в кино. / А нету? Что ж. Он обратно в окно (С. 20) - среди инфинитивных форм последняя - разговорная. Во второй строке - синекдохический оборот: инструмент вместо исполняемой на нём музыки. Кроме того, баян в винительном падеже имеет здесь форму винительного одушевлённого, что является морфологическим диалектизмом. Нету - разговорная форма слова нет.

Приведём ещё ряд примеров, демонстрирующих широкий спектр тропов и других выразительных средств, используемых И. Сельвинским для создания яркого и метафоризированного поэтического описания местности, обычаев и уклада Камчатки.

Вот где зарыта собака - инверсированный фразеологизм. Окказиональное перестраивание общеупотребительных фразеологизмов и идиоматизмов - характерная для И. Сельвинского практика.

И это рабочий с неразвитым вкусом -

Это «единый из малых сих». А есть и такой, что потерся по курсам И брал на язык английский язык (С. 20).

- четверостишие содержит выражение-библеизм, просторечный глагол и авторский каламбурный оборот.

Во второй строке отрывка: Тут он разменивается в восторге: / Эх, запузыривайте, соловьи! (С. 20) - используется императив-просторечие.

А далее выражение: Стоит геометрия среди корья (С. 21) - представляет собою разговорный речевой оборот, основанный на просторечном собирательном существительном.

Оборот: А тут хандрят боевые мужчины / «Во глубине камчатских недр» (С. 21) - основан на искажённой цитате из классики. Чтобы рабочий класс Камчатки / Не был «камчаткой» в рабочем классе (С. 21) - каламбурный оборот, выстроенный на основе топонима и его нарицательного производного. Строка: Чтобы кровей придать математике (С. 21) - содержит разговорный речевой оборот с морфологическим диалектизмом (сингулятив, употреблённый во множественном числе).

В строках: Чтоб рос молодняк/ ни под плюш, ни под плющ (С. 21) - молодняк (обычно так говорится о животных) - термин работников зоопарков и цирков; во второй строке использован авторский метафорический каламбур.

И. Сельвинский считал разнообразие лексических средств немаловажной составляющей стиля. Их умелое использование - существенная особенность его поэтических текстов, дающая возможность реконструировать и исследовать языковую картину мира писателя. Отправным пунктом такого исследования могут стать, во-первых, предпочтение Сельвинским тех или иных лексем, во-вторых -частотность их употребления. Анализируя таким образом язык писателя, исследователь проникает в его художественный мир, что соответствует установкам, сформулированным ещё Р.О. Якобсоном: «Ведению лингвистики подлежат все возможные проблемы отношения между речью и "универсумом речи"», - так Р.О. Якобсон говорит о «связи между словом и миром» [2. С. 220].

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Сельвинский И. Л. Путешествие по Камчатке. Поэтический очерк // Сельвинский И. Л. Собрание сочинений: в 6 т. Т. 4. М.: Худож. лит., 1973. С. 5-22.

2. Якобсон Р.О. Лингвистика и поэтика // Структурализм: «за» и «против»: сб. статей / под ред. Е.Я. Басина, М.Я. Полякова. М.: Прогресс, 1975. С. 218-227.

СПИСОК СЛОВАРЕЙ

3. Ожегов С.И. Словарь русского языка. 52 000 слов. 2-е изд. испр. и доп. / под общ. ред. акад. С.П. Обнорского; отв. ред. И.В. Лехин; научн. ред. к. ф. н. Р.М. Цейтлин. М.: Гос. изд-во иностр. и нац. словарей, 1952. 848 с.

4. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений // Российская академия наук. Институт русского языка им. В.В. Виноградова 4-е изд., доп. М.: Азбуковник, 1999. 944 с.

5. Толковый словарь русского языка под ред. Д.Н. Ушакова. 89 287 слов: в 4 т. М.; Л., Советская энциклопедия; ОГИЗ, 1935. Т. 1. 1562 стб.

6. Толковый словарь русского языка под ред. Д.Н. Ушакова: в 4 т. М.; Л.: Советская энциклопедия; ОГИЗ, 1938. Т. 2. 1040 стб.

7. Толковый словарь русского языка под ред. Д.Н. Ушакова: в 4 т. М.; Л.: Советская энциклопедия; ОГИЗ, 1939. Т. 3. 1486 стб.

8. Толковый словарь русского языка под ред. Д.Н. Ушакова: в 4 т. М.; Л.: Советская энциклопедия; ОГИЗ, 1940. Т. 4. 1502 стб.

Поступила в редакцию 18.07.16

M.S. Yastrebov-Pestritskiy

DIALECTISMS, TOPONYMS, HYDRONYMS, ARGOTISMS AND COLLOQUIALISMS IN THE CONSTRUCTION OF I. SELVINSKY'S METAPHORICAL TEXT

The article examines the dialectisms, colloquialisms, argotisms, author's occasionalisms, phrases with occasional-author affixation (including word-forms - diminutives), as well as toponyms and their variants (hydronyms) - the linguistic tools which allowed the author (I. Selvinsky) to reflect fairly well the local flavor in his poem "A journey across Kamchatka".

Keywords: dialectism, occasionalism, colloquialism, toponym, argotism.

Ястребов-Пестрицкий Михаил Сергеевич, ведущий специалист

Научная библиотека Госархива РФ (НБ ГАРФ) 119435, Россия, г. Москва, ул. Большая Пироговская, 17 E-mail: myp-63@mail.ru

Yastrebov-Pestritskiy M.S., leading specialist

Scientific Library of the State archive of the Russian Federation (SARF SL) Bolshaya Pirogovskaya st., 17, Moscow, Russia, 119435 E-mail: myp-63@mail.ru