Протокольная форма досудебного производства - генезис, современное состояние, перспективы развития

Так, существенно изменился предмет ведомственного контроля и прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия. Изменения коснулись стадии возбуждения уголовного дела, судебных стадий, порядка производства дознания, применения мер пресечения, порядка производства отдельных следственных действий, процессуального положения потерпевшего, других участников уголовного судопроизводства.

Только в 2016 г. были внесены существенные поправки, касающиеся принципов уголовного судопроизводства, рассмотрения уголовных дел с

участием присяжных заседателей, предусмотрено новое производство о назначении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа при освобождении от уголовной ответственности.

В настоящее время в теории уголовного процесса и среди практических сотрудников продолжаются дискуссии по проблемам совершенствования уголовно-процессуального кодекса. Важны продуманные решения законодателя с учетом потребностей современного общества, правоприменительной практики, результатов фундаментальных научных исследований.

УДК 34 ББК 67

ПРОТОКОЛЬНАЯ ФОРМА ДОСУДЕБНОГО ПРОИЗВОДСТВА — ГЕНЕЗИС, СОВРЕМЕННОЕ

СОСТОЯНИЕ, ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ

БОРИС ЯКОВЛЕВИЧ ГАВРИЛОВ,

Заслуженный юрист Российской Федерации, профессор кафедры управления органами расследования преступлений Академии управления МВД России, доктор юридических наук, профессор Email: profgavrilov@yandex.ru Научная специальность 12.00.09—уголовный процесс

Citation-индекс в электронной библиотеке НИИОН

Аннотация. Статья посвящена проблемам становления протокольной формы расследования, современного состояния сокращенного дознания и перспективам возвращения в уголовное судопроизводство протокольной формы с учетом возможного введения в России уголовного проступка.

Ключевые слова: разумный срок, сокращенное дознание, протокольная форма, досудебная подготовка материалов, уголовный проступок.

Abstract. Article is devoted to problems of formation of a protocol form of investigation, the current state of the reduced inquiry and the prospects of return to criminal trial of a protocol form taking into account possible introduction in Russia of criminal offense.

Keywords: the reasonable term, the reduced inquiry, a protocol form, pre-judicial preparation of materials, criminal offense.

12

Вестник экономической безопасности

№ 5/2016

Внесение, особенно в последнее десятилетие, многочисленных (порядка 190 федеральными законами) изменений в уголовно-процессуальное законодательство, нередко несистемных, а в отдельных случаях — противоречащих как нормам Конституции РФ, так и действующего УПК РФ, поставило перед законодателем и представителями юридической науки задачу выработки концепции дальнейшего развития уголовно-процессуального законодательства, как одного из основополагающих факторов повышения эффективности деятельности правоохранительных органов России. В этой связи следует отметить, что в целом проблемы совершенствования уголовной политики обсуждались на Парламентских слушаниях в Совете Федерации РФ 18 ноября 2013 года1. О необходимости разработки концепции развития досудебного производства активная научная дискуссия имела место 24 июня 2014 г. на заседании «круглого» стола в Совете Федерации, на Бабаевских чтениях, организованных в мае 2015 г. Нижегородской Академией МВД и Нижегородской правовой академией, Кутафинских чтениях в апреле 2016 г. (г. Москва) и ряде других научных форумов.

Это обуславливается и тем обстоятельством, что, несмотря на произошедшие в России за три последних десятилетия экономические и социально-правовые изменения, современное уголовно-процессуальное законодательство, включая досудебное производство, является сегодня, с одной стороны, чрезвычайно затратным, а с другой — не обеспечивает реализацию задачи борьбы с преступностью, сформулированную в ст. 6 УПК РФ как назначение уголовного судопроизводства. В этой связи автор обращается к проблеме прошлого, настоящего и будущего развития дознания, в т.ч. так называемой протокольной формой расследования непосредственно полицией преступлений, не обладающих признаком значительной общественной опасности и при очевидности факта противоправного деяния, отсутствии сложности в его доказывании, что представляется особенно актуальным при условии возвращения в российское законодательство уголовного проступка, о чем сегодня идет активная научная дискуссия2.

При этом, одной из наиболее актуальных является проблема так называемого полицейского

дознания. Этапность его реформирования, как и в целом полиции, описаны одним из известных уче-ных-профессором И.Т. Тарасовым3. В этой связи следует отметить, что в отдельные временные периоды полиция обладала всей полнотой не только полицейской, но и судебной власти. При этом основной этап реформирования процессуальных функций полиции пришелся на период с 1860 по 1910 гг. С принятием в мае 1860 г. Закона о судебных следователях полиция была устранена от производства следствий по преступлениям и проступкам, подлежащим рассмотрению судебных уголовных мест и за нею оставлено только производство дознаний. Следующий этап обусловлен принятием 20 ноября 1864 г. Устава уголовного судопроизводства, а завершение дореволюционного реформирования уголовно-процессуальных функций полиции, определение их соотношения с судебными следователями, органами юстиции, включая прокурорский надзор, имело место с принятием Инструкции прокурора Московской Судебной Палаты г. Степанова от 15.10.1909, вступившей в силу с 1 января 1910 г.4 (далее — Инструкция).

Дореволюционным законодательством расследование уголовных дел о преступлениях и проступках было возложено на полицию и производилось как путем производства дознания, так и заключалось в обнаружении виновных, а в отдельных случаях допускалось производство следственных действий. С введением в действие Инструкции, конкретизировавшей положения Устава уголовного судопроизводства и уточнившей алгоритм действий чинов полиции при выполнении процессуальных действий, производство дознаний полицией и выполнение надзорных функций органами прокуратуры приобрели единообразный и упорядоченный характер и как следствие сложилась окончательная модель процессуальной деятельности и функций полиции5.

Тем самым процессуальной формой деятельности полиции по расследованию уголовных правонарушений было дознание, а судебный следователь и прокурор или его товарищ осуществляли формальное расследование уголовных дел. Так, в ст. 252 Устава уголовного судопроизводства (далее — УУС) говорилось о том, что «когда ни судебного следователя, ни прокурора или его товарища нет на

№ 5 / 2016

Вестник экономической безопасности

13

месте, то полиция, сообщая им о происшествии, заключающем в себе признаки преступного деяния, вместе с тем производит надлежащее о нем дозна-ние»6.

Необходимо также отметить, что в ст. 250 УУС за полицией была закреплена обязанность «о всяком происшествии, заключающем в себе признаки преступления или проступка немедленно и никак не позже суток по получении о том сведений, сообщать судебному следователю и прокурору или его товарищу», одновременно ст. 251 Устава уголовного судопроизводства предусматривала передачу полицией сведений о совершенных преступлениях и проступках мировым судьям по делам, отнесенным к их подследственности.

Говоря о процессуальных средствах осуществления дознания, в ст. 254 УУС отмечается, что «при производстве дознания полиция все нужные ей сведения собирает посредством розысков, словесными расспросами и негласным наблюдением, не производя ни обысков, ни выемок в домах». На полицию также возлагается обязанность принять меры к сохранению следов преступления и пресечению уклонения подозреваемого от расследования» (ст. 256 УУС), а согласно ст. 258 УУС полиции предоставлялось право в отсутствие судебного следователя произвести не терпящие отлагательства следственные действия, как осмотр, освидетельствование, обыск, выемка. Однако правом допроса свидетелей чины полиции не наделялись. Таким образом, правовой режим дознания предусматривал использование указанных выше процессуальных средств доказывания, при производстве которых полиция соблюдает во всей точности правила, постановленные для производства предварительного следствия» (ст. 259 УУС)7. С учетом этого производство полицией дознания выглядело в значительной мере разновидностью предварительного следствия, отличаясь от него по субъекту расследования и категориям расследуемых дел.

Важной составляющей производства дознания являлась форма фиксации полицией добытых ее сведений. Указанная выше Инструкция прокурора Московской судебной палаты г. Степанова определяла, что «Все собранные сведения записываются от имени лица, производящего дознание, в один об-

щий акт (протокол), с точным указанием источника, из которого они получены. Будучи исключительно личным расследованием, дознание не требует подписи допрошенных лиц, а представляет собою изложение за единоличной подписью лица, производившего дознание, предпринятых им действий и добытых сведений» (п. 21 Инструкции). В этом же пункте Инструкции чинам полиции рекомендуется: «При всяком дознании необходимо отделить существенно важное от бесполезных мелочей и подробностей; поэтому нет надобности собирать сведения об оттенках проступка или преступления, которые не имеют влияния на подсудность дела, или о том, что делали свидетели до или после совершившегося факта, являющегося предметом расследования и т.д. Для чинов полиции вполне достаточно, если они укажут виновных, подозреваемых, причины подозрения, лиц, могущих дать положительные и полезные для дела показания и в каком смысле»8.

Переходя к исследованию упрощенных форм предварительного расследования на постсоветском пространстве, автор обращается к протокольной форме досудебной подготовки материалов (ст. 414—419 УПК РСФСР 1960 г.), отмечая при этом, что основной задачей являлось максимальное приближение наказания к моменту совершения преступления, а с позиции сегодняшнего дня — это и обеспечение права потерпевшего на скорейший доступ к правосудию и возмещению причиненного вреда.

Следует отметить и высокую эффективность просуществовавшей 15 лет данной формы расследования, по которой в 1995—1996 гг. направлялось в суд порядка 300 тыс. уголовно-наказуемых деяний. И еще столько же уголовных дел органами дознания направлялось в суд, расследованных в форме дознания (в порядке ст. 120 УПК РФ).

Не включение в УПК РФ протокольной формы досудебной подготовки материалов было обусловлено, с одной стороны, позицией судейского сообщества о ее непринятии после известного Постановления Конституционного Суда РФ в связи с обращением Каратузского районного суда Красноярского края от 28 ноября 1996 г., когда суды более, чем в половине субъектов РФ стали возвращать органам дознания без разрешения указанные протоко-

14

Вестник экономической безопасности

№ 5/2016

лы (в 2000—2001 гг. в суд направлялось всего порядка 30 тыс. материалов по протокольной форме), а с другой стороны, ограничением права потерпевшего, как участника уголовного процесса.

Современный этап совершенствования досудебного производства характеризуется необходимостью реализации требований правоприменителя об упрощении расследования указанной выше категории уголовных дел, что и обусловило собой введение Федеральным законом от 04.03.2013 № 23-Ф39 в уголовно-процессуальное законодательство сокращенного дознания. Это вызвало к нему значительный научный интерес и, одновременно, его неоднозначную оценку10 в научном сообществе и среди практикующих юристов из-за весьма сущностных проблем.

Кроме позиции правоприменителей, необходимость введения в досудебное производство сокращенного дознания обусловлено еще рядом обстоятельств:

• первое, состоит в крайней заформализованно-сти современного уголовного судопроизводства России;

• другой фактор обусловлен введением в уголовный процесс нормы-принципа (ст. 61 «Разумный срок уголовного судопроизводства»), которая нуждается в научном обосновании и в выработке конкретных законодательных мер, направленных на сокращение сроков досудебного производства по уголовным делам о преступлениях, обстоятельства которых достаточно очевидны (совершившее преступление лицо задержано с поличным и, соответственно, расследование обстоятельств противоправного деяния не представляет сложности в доказывании.

Сегодня срок предварительного следствия и последующего судебного разбирательства уголовных дел до вступления приговора в силу по которым обвиняемый, подсудимый содержится под стражей, составляет в среднем 5 месяцев, а дознания — порядка 3 месяцев11, что снижает эффективность уголовного правосудия в отношении лица, совершившего преступление, а также реализацию предусмотренных ст. 52, 53 Конституции РФ прав потерпевших на доступ к правосудию и возмещение причиненного преступлением вреда.

Разрешение перечисленных выше проблем предварительного расследования в форме дознания возможно, во-первых, путем дальнейшего совершенствования норм УПК РФ, регламентирующих предусмотренные в Федеральном законе № 23-ФЗ процессуальные правила производства дознания в сокращенной форме и, во-вторых, за счет возвращения в УК РФ «уголовного проступка»12. Его расследование предлагается осуществлять по протокольной форме, но не на «бумаге», как сегодня, дознания в сокращенной форме (определенная аналогия протокольной формы досудебной подготовки материалов)13.

В ноябре 2011 г. для выработки соответствующих предложений в Академии управления МВД России был проведен «круглый стол» с широким привлечением ученых-процессуалистов и практиков из регионов Российской Федерации за счет использования возможностей видеоконферен-цсвязи и опубликования материалов «круглого стола»14.

Особо в этом плане следует выделить научную дискуссию после внесения в Государственную Думу РФ проектов федеральных законов: один от 21 ноября 2011 г. № 33012-615 (разработан в Администрации Президента РФ при участии Следственного комитета РФ) и второй законопроект от 21 ноября 2011 г. № 632173-516 (внесен Советом Федерации РФ), который содержал озвученные на круглом столе в Академии управления предложения о введении сокращенного расследования преступлений независимо от формы предварительного расследования (о последнем сегодня, к сожалению, забыли). Анализ приведенных выше законопроектов приведен в публикациях В.В. Кальницкого, К.В. Муравьева, а также В.А. Семенцова17.

Правоприменительная практика действия Федерального закона от 04.03.2013 № 23-ФЗ подтвердила опасения о том, что реализация его положений в части сокращенного дознания будет существенно затруднена, что подтверждено научным анализом его правоприменения, например, С.И. Гирько утверждает, что «в уголовном судопроизводстве, по сути, восстановлена процессуальная форма унифицированного досудебного производства, как таковое дознание — основной «процессуальный инструмент» осуществления полицией своих процессуальных

№ 5 / 2016

Вестник экономической безопасности

15

полномочий». Данным автором, при этом, высказаны ряд замечаний, обсуждение которых и выработка необходимых практических шагов возможны, по его мнению, в ходе системного мониторинга данного Закона18. Подробный анализ указанного Федерального закона приведен А.П. Крутиковым на основании имеющегося негативного опыта деятельности в СССР «несудебных органов», «особых совещаний», «троек»19, А.А. Суминым20, А.Р. Белкиным21 и др.

С учетом своего видения путей совершенствования расследования в форме дознания автор также высказывает собственные замечания по реализации Федерального закона № 23-Ф3, с учетом статистических данных о результатах расследования уголовных дел в форме сокращенного дознания. К их числу автор относит необоснованность позиции законодателя о расследовании в форме сокращенного дознания исключительно в зависимости от ходатайства подозреваемого, который может использовать его, как часть тактики, чтобы избежать уголовной ответственности. Автору22 представляется также необходимым указать и на ряд следующих обстоятельств действия Федерального закона № 23-Ф3:

• первое, законодателем через положения сделан очередной шаг к исключению из УПК РФ процессуальных правил, регламентирующих возбуждение уголовного дела (ст. 146), поскольку с принятием данного Закона до возбуждения уголовного дела разрешено: 1) получение от лица, в т.ч. в отношении которого проводятся проверочные действия в связи с возможным подозрением его в совершении преступления, объяснения, которое при соблюдении процессуальных норм, может явиться доказательством по уголовному делу; 2) изъятие предметов и документов по правилам УПК РФ и их осмотра; 3) назначение и производство судебной экспертизы и др. Тем самым до возбуждения уголовного дела в настоящее время разрешено, по сути, производство основных следственных действий23;

• второе, сбылись опасения о низкой результативности расследования в сокращенной форме (Глава 321 УПК РФ). Так, в 2014 г. в суд направлено всего 32 тыс., в 2015 г. — 55,6 тыс. и

в 2016 г. — 88,4 уголовных дел), однако по экспертным оценкам автора их количество должно

составлять не менее 250 тыс. в год.

С учетом недостаточной эффективности производства расследования в форме сокращенного дознания автор полагает возможным дознание в сокращенной форме построить по принципиально иной схеме, имея ввиду следующее:

1) форма предварительного расследования должна устанавливаться вне зависимости от подследственности и определяться обстоятельствами, свидетельствующими об очевидности совершенного преступления;

2) решение о производстве расследования по сокращенной форме должно исходить исключительно из положений УПК РФ и определяться лицом, производящим расследование, и, соответственно, не может зависеть от волеизъявления подозреваемого;

3) предоставленное потерпевшему право возражать против производства дознания в сокращенной форме (подп. 6 ч. 1 ст. 226.2 УПК РФ) может быть реализовано только при расследовании уголовных дел частного и по ряду составов преступлений — по делам частно-публичного обвинения. На необоснованность предоставления потерпевшему согласования о принятии органом расследования решения о производстве дознания в сокращенной форме указывает и профессор А.С. Александров24. В свою очередь, И.А. Попов считает целесообразным получать согласие потерпевшего в письменной форме только один раз при удовлетворении ходатайства подозреваемого о производстве дознания в сокращенной форме25, с чем лично автор согласиться не может;

4) при расследовании преступлений по сокращенным правилам доказывания обязательным условием является начало производства дознания по уголовному делу, минуя этап вынесения процессуального решения о возбуждении уголовного дела и проверки сообщения о преступлении;

5) автор не может согласиться с позицией законодателя, установившего в ч. 1 ст. 2266 УПК РФ срок производства дознания в сокращенной форме — 15 суток со дня вынесения дознавателем постановления о производстве дознания по этой форме расследования. Тем более, что указанный срок

16

Вестник экономической безопасности

№ 5/2016

расследования увеличивается за счет двух суток, предоставляемых подозреваемому для заявления ходатайства о производстве дознания в сокращенной форме после разъяснения ему данного права, и еще увеличивается на 24 часа для принятия дознавателем решения о расследовании в форме сокращенного дознания (ч. 2 и 3 ст. 2264 УПК РФ). При этом в указанный време6нной период не включается время после возбуждения уголовного дела и до первого допроса подозреваемого, которое может длиться несколько суток, этот срок законодатель не ограничил (ч. 1 ст. 2264 УПК РФ). По мнению автора, представляется необоснованным и законодательное решение о возможности продления прокурором срока дознания до 20 суток.

С учетом приведенных выше обстоятельств, предлагаются следующие компоненты реально сокращенного дознания (протокольной формы досудебного производства) и судебного разбирательства уголовных дел26:

• первое, незамедлительное (в течение 24 часов с момента регистрации сообщения о преступлении) начало расследования без вынесения постановления о возбуждении уголовного дела, которое считается возбужденным с момента приема дознавателем, органом дознания указанного сообщения;

• второе, в качестве оснований производства дознания в сокращенной форме должны быть: расследование в отношении конкретного лица по признакам преступления; признание подозреваемым факта совершенного деяния, причиненного вреда и согласие с правовой оценкой совершенного им преступления, а также учет обстоятельств, исключающих расследование в сокращенной форме, предусмотренных п. 1—5 ч. 1 ст. 2262 УПК РФ;

• третье, должны быть принципиально изменены правила расследования в связи с переходом на протокольную форму и введением формализованного бланка протокола, предусматривающего возможность фиксации в нем необходимых следственных действий: осмотра места происшествия, допроса подозреваемого, потерпевшего с разъяснением им процессуальных прав, изъятие вещественных

доказательств и приобщение их к уголовному делу, назначение судебной экспертизы только в случае обязательного ее производства (ст. 196 УПК РФ);

• четвертое, в УПК РФ следует включить правовую норму, не допускающую производство иных, кроме указанных выше, следственных действий, предусматривающую при этом возможность приобщения справки с указанием свидетелей в случае необходимости их вызова в судебное заседание, и справки о судимости, и возможно иных документов, необходимых, по мнению органа расследования, в судебном разбирательстве;

• пятое, срок расследования предлагается ограничить двумя сутками, что в условиях очевидности совершенного преступления и, исходя из реальной практики расследования большинства противоправных деяний (в будущем — уголовных проступков) является достаточным;

• шестое, для обеспечения исполнения приговора подозреваемое лицо (около 200 тыс. в год дополнительно к числу задерживаемых сегодня 130 тыс.) в обязательном случае подлежат задержанию (за определенными исключениями) в установленном ст. 91, 92 УПК РФ порядке на срок до 48 часов, что призвано способствовать сокращению, в основном, за указанные преступления числа находящихся в федеральном розыске лиц (сегодня 150 тыс.);

• седьмое, при поступлении уголовного дела в суд назначается судебное заседание и одновременно в соответствии с п. 3 ч. 7 ст. 108 УПК РФ, с учетом внесения в данную норму незначительных изменений, суд продлевает задержание подозреваемого на срок не более 72 часов, в течение которого разрешает уголовное дело;

• восьмое, с учетом изложенных обстоятельств право расследования уголовных дел по протокольной форме должно быть, наряду с дознавателями, предоставлено иным должностным лицам органа дознания (участковые уполномоченные, оперуполномоченные полиции). Принятие законодателем разработанного автором соответствующего проекта призвано обеспечить расследование по предлагаемой протоколь-

№ 5 / 2016

Вестник экономической безопасности

17

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

ной форме и последующее судебное разбирательство порядка 250—300 тыс. преступлений в год (в 1995—1996 г. ежегодно направлялось в суд порядка 300 тыс. материалов по протокольной форме досудебной подготовке).

Дело за российским законодателем.

1 Стенограмма парламентских слушаний «Уголовная политика в Российской Федерации: проблемы и решения» от 18 ноября 2013 года // интернет ресурс http://genproc.gov.ru/ genprokuror/appearances/document-85492/ (дата обращения 03.11.2016).

2 Гаврилов Б.Я., Рогова Е.В. Уголовный проступок в контексте реформирования российского уголовного закона // Российская юстиция. 2016. № 11. С. 2—5; Гордиенко В.В. Законодательное установление уголовного проступка и исключение института отказных материалов // Российский следователь. 2010. № 15. С. 11.

3 Полиция в эпоху реформ. Исследование профессора И.Т. Тарасова. М., 1885.

4 Инструкция чинам полиции по обнаружению и исследованию преступлений Прокурора Московской Судебной Палаты // Сборник и руководство к составлению полицейских протоколов с приложениями. СПб., 1911. С. 108.

5 Гирько С.И., Скударева Н.И. «Прокурорское дознание» в уголовном судопроизводстве российской империи и возможность его имплементации в современных условиях // Научный портал ВНИИ МВД России. 2012. № 3. С. 3—8; они же. Дознание в органах внутренних дел: история и современность, 2006. 232 с.; они же. Прошлое, настоящее и перспективы развития досудебного производства в форме дознания в уголовном процессе России: Материалы международной научно-практической конференции «150 лет Уставу уголовного судопроизводства России: современное состояние и перспективы развития уголовно-процессуального законодательства 9—10 апреля 2014 г. М. Академия управления МВД России. 2014. ч. 1. С. 200—215.

6 Российское законодательство Х—ХХ веков. том 8 / под ред. Б.В. Виленского. М.: Юрид. литер., 1991. С. 145.

7 Тот же источник. С. 145—146.

8 Инструкция чинам полиции по обнаружению и исследованию преступлений прокурора московской судебной палаты // Тот же источник.

9 О внесении изменений в статьи 62 и 303 Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 04.03.2013 № 27-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 2013. № 9. Ст. 875.

10 Гаврилов Б.Я. Сокращенное дознание: проблемы правоприменения и перспективы законодательного совершенствования: материалы международной конференции «Уголовный процесс и криминалистика: история и современность» памяти Н.И. По-рубова // Академия МВД Республики Беларусь. 2015. Ч. 1. С. 71—77.

11 Гаврилов Б.Я. Правовое регулирование защиты конституционных прав и свобод личности. Монография. М.: «Мир», 2005. С. 90—91.

12 Рогова Е.В. Понятие и сущность уголовного проступка // Труды Академии управления МВД России. 2012. № 3. С. 7—9.

13 Гаврилов Б.Я. Сокращенное дознание: проблемы правоприменения и перспективы законодательного совершенствования: материалы международной конференции «Уголовный процесс и криминалистика: история и современность» памяти Н.И. По-рубова // Академия МВД Республики Беларусь. 2015. Ч. 1. С. 71—77.

14 Юридический консультант: М.: «Юрмис, л. 2», 2012. № 3. С. 10—23.

15 Проект Федерального закона от 21 ноября 2011 г. «О внесении изменений в статьи 62 и 303 Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации № 33012-6» // Сайт «Российская газета». 2012. 11 марта.

16 Проект Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 6321735 «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в связи с введением института сокращенной формы уголовного судопроизводства» // Интернет-портал «Право.ги».

17 Кальницкий В.В., Муравьев К.В. Законопроект о сокращенном дознании концептуально эклектичен // материалы межд. науч.-практ. конф. «Совершенствование деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью в современных условиях», 2—3 ноября 2012 г. Тюмень. С. 292—297; Семенцов В.А. Сокращенная форма расследования // материалы межд. науч.-практ. конф. «Совершенствование деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью в современных условиях», 2—3 ноября 2012 г. Тюмень. С. 378—380.

18 Гирько С.И. Производство по уголовному делу дознания в сокращенной форме: прогнозы и суждения // Российский следователь. 2013. № 21. С. 2—5.

19 Кругликов А.П. Дополнение УПК РФ новой Главой о дознании в сокращенной форме и некоторые проблемы дифференциации уголовного судопроизводства // Российская юстиция, 2013. № 7. С. 45—49.

20 Сумин А.А. Сокращенное дознание: мертворожденное дитя реформаторов уголовного процесса // Адвокат. 2013. № 10. С. 5—8.

21 Белкин А.Р. Новеллы уголовно-процессуального законодательства — шаги вперед или возврат на проверенные позиции? // Уголовное судопроизводство. 2013. № 3. С. 4—12.

22 Гаврилов Б.Я. Сокращенное дознание: проблемы правоприменения и перспективы законодательного совершенствования: материалы международной конференции «Уголовный процесс и криминалистика: история и современность» памяти Н.И. По-рубова // Академия МВД Республики Беларусь. 2015. Ч. 1. С. 71—77.

23 Гаврилов Б.Я. Современные проблемы досудебного производства и меры по их разрешению // Российский следователь. 2013. № 21. С. 3.

24 Александров А.С., Сафин Р.Р., Юнусов Р.Р. К вопросу о сокращенной форме досудебного производства по уголовному делу // Актуальные проблемы экономики и права. 2012. № 4. С. 264—265.

25 Попов И.А. Дознание в сокращенной форме: достоинства, недостатки и первые результаты // Уголовное судопроизводство. 2013. № 3. С. 19, 22.

26 Гаврилов Б.Я. Сокращенное дознание: проблемы правоприменения и перспективы законодательного совершенствования: материалы международной конференции «Уголовный процесс и криминалистика: история и современность» памяти Н.И. По-рубова // Академия МВД Республики Беларусь. 2015. Ч. 1. С. 71—77.

18

Вестник экономической безопасности

№ 5/2016