Феномен «Гибкой» информационной власти: потенциал и проблема развития

ФЕНОМЕН «ГИБКОЙ» ИНФОРМАЦИОННОЙ ВЛАСТИ: ПОТЕНЦИАЛ И ПРОБЛЕМА РАЗВИТИЯ

УДК 321.015

Информация сегодня рассматривается как социальная сила и играет ведущую роль в общественных преобразованиях, а власть знаний и информации, оттесняя на второй план влияние денег и государственного принуждения, становится решающей в управлении обществом.

В связи с переходом общества в новую среду обитания - информационную - меняется и природа властных отношений, а также и самой власти. Так, информация и знания стали важнейшими ресурсами власти, которые позволяют достичь искомых целей, минимально расходуя ресурс власти; позволяют убедить людей в их личной заинтересованности в этих целях; превратить противников в союзников. Учитывая значимость информационного воздействия в сфере властных отношений и их динамический характер, наиболее удобной классификацией власти видится ее деление в соответствии с ресурсами, на которых она основывается: власть может быть экономической, социальной, принудительной (силовой), духовной и информационной. При этом все эти виды власти в той или иной степени интегрированы в политический процесс и оказывают на него важное воздействие.

Такие фундаментальные характеристики информационной сферы как глобальный характер информационных технологий, которые охватывают все сферы социальной деятельности человека; формирование информационного единства всей человеческой цивилизации; реализация свободного доступа каждого человека к информационным ресурсам цивилизации позволяют говорить о повышении эффективности информационной власти, обусловливая необходимость исследования ее сущности, форм проявления, природы, ресурсов и потенциала.

Информационная власть как новый феномен, порожденный информационной революцией, требует своего теоретического осмысления. Очевидна потребность в определении данной категории. При этом мы применяем следующую логику. Берем классическое определение «власти» и находим в нем недостающее звено

Ю.Д. ДАЛАЕВА

под названием «информация». В результате получаем определение данному феномену: «информационная власть есть способность и возможность оказывать определяющее воздействие на сознание, поведение, деятельность людей с помощью информации и коммуникации» [7, с. 11]. Оказывать наряду с «волей, авторитетом, правом, насилием» посредством развитых гуманитарных технологий, системы средств массовой информации, межличностной коммуникации.

С позиции неклассической методологии необходимо наряду с субъект-объектным подходом уделить особое внимание субъект-субъектному, при котором где в условиях демократии народ становится источником информационной власти, возрастает значение информационной демократии. С данной позиции взаимодействие между властью и народом должно иметь характер диалоговой, дискурсной модели политической коммуникации. Это является главным элементом, отправной точкой пути развития информационной демократии [2, с. 4]. С позиции социальной информациологии специфической методологией исследования информационной власти, информационных и политико-информационных отношений являются методы политической информациологии. Здесь внимание акцентируется на политической информации, ее обмене, поскольку государство не может осуществлять свою политику без соответствующей политической коммуникации, без учета общественного мнения [3, с. 22-23].

Понятие «информационная власть» выходит за рамки ранее принятой «четвертой власти», соотносимой всецело со средствами классической журналистики. Информационная власть не ограничивается только журналистикой как основным субъектом воздействия на общественное сознание. Сегодня понятие «субъектность» в этом смысле существенно разрушилось. Информация как результат вначале гносеологической коммуникации, вследствие многообразия отражения отраженного, интерпретации в средствах массовой информации и

отражения людьми своей повседневной жизни, фактов бытия становится принадлежностью многих субъектов и объектов. При этом объект (читайте народ) «четвертой власти» в демократическом обществе при диалоговой парадигме информационной власти обретает свойства субъекта. В том числе субъекта информационной власти. Иначе нарушаются все критерии построения истинного информационного общества. Свойствами субъекта информационной власти обладают не только президент, премьер, министры, депутаты, журналисты, чиновники. Ею обладают простые люди - субъекты и объекты межличностного общения, которые по-своему интерпретируют медийную и бытийственную информацию. Кто не встречал на лавочках у подъездов активных старушек и не слышал их речей и оценок и власти, и передач телевидения, и деяний всего начальства? Это неформальная социальная коммуникация может заглушить любую газетную. Исследования показывают, что люди доверяют, прежде всего: родным и близким, друзьям и товарищам; коллегам по работе; соседям по подъезду, по улице и только потом средствам массовой информации.

Необходимо отметить, что понятия «четвертая власть», «власть информационная» входят в научный оборот вначале как метафоры. Но впоследствии они «обретают свойства «ключей к пониманию закономерности мышления» и даже формирование и «применение метафорического анализа к исследованию социально-политической проблемы» [1, с. 13]. И, действительно, возьмем, к примеру, метафору: «Кто владеет информацией - тот владеет миром». Можно добавить - тот управляет миром. Здесь и во многих других случаях она выражает социально-информациоло-гическую закономерность формирования и функционирования глобального информационного пространства, и позволяет выявить его хозяев - субъектов.

При ее развитии взаимодействие между властью и народом должно иметь характер диалоговой, дискурсной модели политической коммуникации. Для этого требуется (по-Луману) коммуникативно-информационная парадигма управления системой средств массовой информации и массовой коммуникации. Если они служат власти, государству, элите и не служат гражданскому обществу, народу, то такое состояние может привести общество к стагнации.

Необходимо отметить, что здесь как и в других делах необходимо чувство меры,

оптимизация в подаче политической информации.

Реализация потенциала информационной власти предполагает реальные возможности всех субъектов политики (государственных деятелей, политиков, деятелей культуры и искусства, журналистов) воздействовать на общественное сознание, главной целью которой является реализация, защита национальных интересов России и формирование целостного информационного общества.

Согласно Конституции РФ основным источником власти является народ как общность. Общность и власть имеют коммуникативную природу, следовательно исходным пунктом информационной демократии являются социальная и политическая коммуникация, где осуществляется обмен информацией между властью и народом.

Для раскрытия сущности информационной власти необходимо принять во внимание важный методологический подход, предложенный известным ученым Дж. Наем в книге «Гибкая власть». Ученый акцентирует внимание на власти не материальных факторов, а ценностей, информации и образов. Под «гибкой» властью понимается способность субъекта властвования получить то, что он хочет получить, через привлечение, а не через подавление или некие «проплаты» [4, с. 25]. По мнению исследователя, данная форма власти более подвижна, легко приспосабливается к обстоятельствам и со временем станет наиболее важным ингредиентом, наряду с военной и экономической властью. Применительно к информационной политике демократического государства необходимо уделять особое внимание гибкой информационной власти, а особенно дискурсной модели построения информационных отношений государства и общества. С учетом новых требований цивилизационной трансформации информационная власть обязана быть гибкой. Гибкость в нашем случае - это диалектическое единство свободы слова и ответственности за слово, это единство слова и дела.

В настоящее время происходит разрушение традиционных коммуникаций и коллективных ценностей. Это приводит к индивидуализации сознания значительной части граждан. Исследования показывают: сегодня подавляющее большинство людей получает политическую и социальную информацию исключительно от средств массовой информации, а это

приводит к тому, что экономическое и политическое поведение людей становится зависимым непосредственно от массме-диа. Это с одной стороны. А с другой - эта информация входит в противоречие с информацией бытийственной как результат гносеологической коммуникации. Поэтому актуализируется проблема информационной идентичности.

Ученый, известный журналист М.Ф. Ненашев справедливо указывает на два типа современной журналистики: социальную и либеральную. Социальная - по природе своей направлена на информирование, просвещение, защиту интересов граждан. Но «она ныне не в чести, ибо не приносит дохода». Либеральная рассматривает СМИ только как бизнес, а их продукт - как товар. Государство «на практике придерживается либерального курса». За кем идет пресса? Кому служит? Власти и богатству. И, действительно, в этих условиях трудно дождаться «признания вины за тот вред, что она принесла сознанию и нравственности россиян. Пресса преуспела в разрушении моральных устоев общества». По критерию мы, пожалуй, догнали и обогнали Америку. И не только по моральным показателям. «Большинство наших граждан просто не могут объяснить и понять происходящие события... более 40% граждан признаются: они не понимают, что происходит в стране» [5, с. 9]. Что-то похожее на разрушение массового сознания. И пока не поздно СМИ «должны послужить духовному возрождению России». Сила науки не измеряется только долларами, евро, рублями. История возрождения стран свидетельствует, что экономический прогресс исходит из силы духа нации. А духопатия ведет в социальный мрак, к деградации нации, к смуте или социальному взрыву. Вот почему необходимо признание информационной власти и важности

ее мощного средства - государственной информационной политики.

Учитывая состояние социальной структуры российского общества и состояние его сознания важно отметить, что «информационная власть объективно, по определению обязана быть очень гибкой, поскольку она имеет дело с самым сложным и утонченным объектом воздействия - с сознанием и психикой человека. Вместе с тем она не может быть слабой, она обязательно включает в себя политическую волю, но в рамках закона и демократических норм с использованием силы информации» [8, с. 11]. Силу информации и политическую силу можно понять с позиции развивающейся энергоинформационной теории [7, с. 18].

Как отмечает Н. Луман, в современном обществе, в отличие от традиционного, именно СМИ «генерируют социальную память» и задают социальный смысл происходящих событий [9, с. 135]. Тем самым они программируют не только настоящее, но и будущее поведение граждан.

Итак, при всей важности политической и экономической и других видов власти в последнее десятилетие наблюдается стремительный рост политического влияния информационной власти. Необходимы реально действующие и динамично развивающиеся методы, основанные на «гибкости» информационной власти и информационной политики, в свою очередь, опирающихся на единство ментальной и информационной идентичности. Использование потенциала информационной власти на демократической основе - одно из важнейших условий для построения равноправных отношений социального партнерства, эффективного управления обществом, создания стабильности демократического государства.

1. Будаев Э.В. Социум и власть в зеркале метафоры: исследовательские эвристики [Текст] / Э.В. Будаев // Социум и власть. - 2008. - № 2.

2. Далаева Ю.Д. «Гибкая» информационная власть в глобальную информационную эпоху [Текст] / Ю.Д. Дала-ева // Вестник РАГС при Президенте РФ. - 2010. - № 2.

3. Мухамедова Л.И. Политическая информациология как отрасль научного знания: лекция [Текст] / Л.И. Му-хамедова. - М., 2007.

4. Най Дж. Гибкая власть [Текст] / Дж. Най. - М., 2006.

5. Ненашев М.Ф. Долговая яма. Наблюдения о состоянии журналистики в современной России [Текст] / М.Ф. Ненашев // Литературная газета. - 2010. - 2 - 8 июня.

6. Павлова Е.Д. Сознание в информационном пространстве [Текст] / Е.Д. Павлова. - М., 2007.

7. Попов В.Д. Информация: как открывается ящик Пандоры [Текст] / В.Д. Попов. - М., 2010.

8. Попов В.Д. Парадигмы исследования информационных процессов: лекции [Текст] / В.Д. Попов. - М.,

2008.

9. Luhmann N. Die Realitat der Massenmedien [Text] / N. Luhmann. - Opladen, 1996.