Заключение под стражу: проблемы правовой регламентации на стадии подготовки к судебному заседанию

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ПОД СТРАЖУ: ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОЙ РЕГЛАМЕНТАЦИИ НА СТАДИИ ПОДГОТОВКИ К СУДЕБНОМУ

ЗАСЕДАНИЮ

В статье рассматриваются существующие проблемы правовой регламентации применения меры пресечения в виде заключения йод стражу на стадии подготовки к судебному заседанию. Обосновывается мнение автора об особенностях действия сроков меры пресечения в виде заключения под стражу, избранной в ходе предварительного расследования. Предлагаются изменения и дополнения в действующий Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации.

Стадия подготовки к судебному заседанию является первой стадией судебного производства и берет свое начало с момента поступления уголовного дела с обвинительным заключением (обвинительным актом) в суд.

В современном российском уголовном процессе данную стадию традиционно рассматривают в таких двух формах, как общий порядок подготовки к судебному заседанию и предварительное слушание1. Вместе с тем строгое выделение в рамках стадии подготовки к судебному заседанию двух самостоятельных форм является искусственным и не соответствует точному смыслу УПК РФ, И в данном случае представляется более правильным говорить о том, что рассматриваемая стадия обеспечивается общим порядком подготовки к судебному заседанию с проведением предварительного слушания или без такого, регламентируемых правовыми нормами глав 33 и 34 УПК РФ.

Так, если руководствоваться буквальной структурой норм, предлагаемых законодателем в главе 33 УПК РФ «Общий порядок подготовки к судебному заседанию», то получается, что вопрос о назначении предварительного слушания, являющегося одной из трех альтернативных решений в рамках полномочий судьи по поступившему в суд уголовному делу, не может быть разрешен вне рамок этого самого «общего порядка». Предварительное слушание носит факультативный характер, проводится не по всем уголовным делам, имеет строго очерченный круг оснований к своему проведению (статья 229 УПК РФ) и, без сомнения, не может, минуя процедуру общего порядка подготовки к судебному заседанию, открывать рассматриваемую стадию процесса. Иными словами, общий порядок подготовки к судебному заседанию в уголовном судопроизводстве присутствует и без предварительного слушания, но предварительное слушание без открывающей стадию процедуры общего порядка подготовки к судебному заседанию существовать не может.

Исходя из смысла статей 341-342 Модельного УПК для государств-участников СНГ, предварительное слушание предшествует назначению судебного разбирательства, то есть вопрос предания обвиняемого суду в любом случае, по замыслам разработчиков документа, должен решаться в уголовном судопроизводстве по результатам предварительного слушания. Однако, как указывает И. Л. Петрухин, Российская Федерация этим документом при разработке действующего УПК РФ не воспользовалась2.

УПК РФ в соответствии со статьей 227 определяет, что по поступившему в суд уголовному делу судья принимает одно из следующих решений:

о направлении уголовного дела по подсудности; о назначении предварительного слушания; о назначении судебного заседания. ’

При этом часть вторая означенной статьи устанавливает, что в случае, если

поступает уголовное дело в отношении обвиняемого, содержащегося под

стражей, судья должен принять решение не позднее 14 суток со дня поступления уголовного дела в суд.

Широко распространенная практика направления уголовного дела в суд накануне истечения срока заключения под стражу, избранного в период предварительного расследования, в сочетании с буквальным содержанием приведенной нормы УПК РФ, фактически предполагает возможность до двух недель не решать вопрос о мере пресечения обвиняемому, содержащемуся под стражей, даже в том случае, если предельный срок такого заключения истек, например, через несколько дней после поступления уголовного дела в суд.

Указанный вывод неголословен и следует из примеров сложившейся правоприменительной практики. Так, например, по делу обвиняемого Т. Миминошвили к моменту поступления уголовного дела в суд в конце 2002 года, срок содержания его под стражей истек. Однако суд вынес постановление только через

11 дней, решив меру пресечения оставить прежней, и не приведя вообще никаких оснований необходимости содержания обвиняемого под стражей3. Оконченные расследованием уголовные дела в отношении граждан М. Н. Алекперова, А. В. Евстафьева, П. Л. Лебедева, Г. Л. Ойнаса, В. А. Приходько, А. Ю. Реутова,

А. С. Синякова и Е. А, Суворова были направлены в суд накануне или в день истечения срока содержания обвиняемых под стражей, который был установлен судами на стадии предварительного расследования. В течение от 5 до 14 дней после поступления дел в суд, а по некоторым делам — в более поздние сроки, судьи принимали вне судебного заседания решения об оставлении меры пресечения без изменения, причем оформляли их не отдельным актом, а включали в постановления о назначении предварительного слушания или о назначении судебного заседания4, В Ленинградский областной суд 30 ноября 2004 года поступило уголовное дело в отношении подсудимого А., срок содержания под стражей которого истекал 1 декабря 2004 года Вопрос о дальнейшем применении рассматриваемой меры пресечения был решен судом только 24 декабря 2004 года, ввиду чего подсудимый 23 дня содержался под стражей без судебного решения. Срок содержания по поступившему в суд уголовному делу в отношении обвиняемого А. истек 21 марта 2006 года. Продление данного срока судья Тюменского областного суда осуществил по итогам предварительного слушания только через неделю 28 марта 2006 года в результате чего обвиняемый 7 дней содержался под стражей

незаконно5.

Очевидно что В системе ныне действующего уголовно-процессуального регулирования исходя из признаваемых отечественным законодательством международных стандартов, а также принципов, суальным законом и Основным законом

Федерации, возможтоот1 С0^™^/ПИ окурором уголовного дела в суд, яв-—Гправовые позиции неоднократно сформулирован,

и Конституционным Судом Российской Федерации.

В данной связи одну из серьезных процессуальных проблем заключает в себе вопрос о том, распространяется ли действие меры пресечения в виде заключения под стражу, которая избрана в ходе досудебного производства, на последующие -судебные стадии уголовного процесса.

По мнению Конституционного Суда Российской Федерации, выраженному в постановлении от 22 марта 2005 года Ха 4-П, «переход от одной процессуальной стадии к другой не влечет автоматического прекращения действия примененной на предыдущих стадиях меры пресечения»6. При этом, например, В. А. Михайлов полагает, что мера пресечения, избранная в стадии предварительного расследования, действует в период направления прокурором дела в суд и в первой судебной стадии, но не более 14 суток с момента поступления уголовного дела в суд, если обвиняемый содержится под стражей, и в течение месяца по остальным делам7. С точки зрения норм уголовно-процессуального закона^, данные позиции представляются небесспорными.

Как известно, предельно допустимый законодателем максимальный срок содержания под стражей обвиняемого при расследовании преступлений не может превышать 18 месяцев.

Из анализа действующего законодательства следует, что указанный срок никоим образом не распространяется на стадию подготовки к судебному разбирательству и последующие судебные стадии. Так, часть 1 статьи 109 УПК РФ, определяя первоначальную продолжительность срока содержания под стражей, отмечает, что данный срок имеет место «при расследовании преступлений», которое очевидно и явно предшествует направлению уголовного дела в суд. Как указано в части 2 статьи 109 УПК РФ, при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения, «этот срок», то есть срок содержания под стражей при расследовании преступлений, может быть продлен.

Напрашивается определенный вывод о том, что суд, удовлетворяя ходатайство следователя (с согласия руководителя следственного органа) или дознавателя (с согласия прокурора) о применении рассматриваемой меры пресечения на досудебных стадиях процесса, избирает ее в рамках действия предельных сроков содержания под стражей, установленных частей 1-3 статьи 109 УПК РФ и лишь на период расследования преступлений, то есть в рамках досудебного производства (до направления прокурором уголовного дела в суд для рассмотрения его по существу).

В целом статья 109 УПК РФ, хотя и расположена в первой части Кодекса, и, следовательно, имеет общее значение для всех стадий уголовного судопроизводства, фактически содержит нормы, относящиеся только к досудебному производству. В частности, рассматриваемая статья говорит лишь о подозреваемом и обвиняемом, тогда как процессуальная фигура подсудимого появляется на судебной стадии — в момент вынесения постановления о назначении судебного разбирательства.

Соответственно, и исчисление срока в период предварительного следствия, как это установлено частью 9 статьи 109 УПК РФ, осуществляется с момента заключения подозреваемого, обвиняемого под стражу и до направления прокурором уголовного дела в суд.

Указанный выше вывод подтверждается также частью 7 статьи 109 УПК РФ, устанавливающей, что, если после окончания предварительного следствия сроки предъявления материалов уголовного дела обвиняемому, предусмотренные

частью 5 статьи 109 УПК РФ, были соблюдены, однако 30 суток для ознакомления с материалами уголовного дела оказалось недостаточно, то следовать с согласил руководителя следственного органа по субъеиу Российской Федетадии или приравненного к нему руководителя иного следственного органа впрюе не

позднее чем за 7 суток до истечения предельного срока содержания под стражей возбудить соответствующее ходатайство о продлении этого срока перед судом. В свою очередь, в соответствии с пунктом 1 части 8 статьи 109 УПК РФ, судья не позднее чем через пять суток со дня получения указанного ходатайства следователя вправе принять решение о продлении срока содержания под стражей обвиняемого до момента окончания ознакомления с материалами уголовного дела и направления прокурором уголовного дела в суд.

Представляются неслучайными подобные требования уголовно-процессуального закона, И в данном случае законодатель отчетливо разграничивает досудебное производство от судебных стадий уголовного процесса, не позволяя утверждать, как это сделал Конституционный Суд РФ, о распространении сроков заключения под стражу обвиняемого и на стадию предания суду. Иное позволило бы нам говорить о том, что избранный на досудебной стадии срок заключения под стражу без прямых на то указаний уголовно-процессуального закона как бы расчленяется и оставшейся («неизрасходованной» в досудебной стадии) своей частью действует и после направления прокурором уголовного дела в суд — на судебных стадиях уголовного судопроизводства.

Конечно, нельзя не отметить, применительно к пункту 1 части 8 статьи 109 УПК РФ, неконституционный характер данной нормы. Возможность продления срока содержания под стражей «до момента окончания ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела и направления прокурором уголовного дела в суд», как допускает УПК РФ, фактически позволяет бессрочное содержание обвиняемого под стражей, не ограниченное никакими пределами, В данной связи Конституционный Суд РФ указывал, что ознакомление с материалами дела, являясь непременным условием продления срока содержания под стражей, не может выступать в качестве его основания, тем более единственного и достаточного, а применение заключения под стражу вне каких-либо определенных или контролируемых сроков придает ограничению права на свободу при применении данной меры пресечения произвольный характер8.

Необходимо внести изменения в пункт 1 части 8 статьи 109 УПК РФ, вернув требования ранее действовавшей статья 97 УПК РСФСР, которая также допускала продление срока содержания под стражей до момента окончания ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами делан направления прокурором дела в суд, но ограничивала данный срок шестью месяцами.

В соответствии с Федеральным законом РФ от 5 июня 2007 года № 87-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской

том числе изменения в части 3 статьи 108 УПК РФ, прокурор лшгоя возможно™ ходатайствовать перед судом об избрании в качестве меры "Рвения заключения под стражу. Подобное изменение Уже “^^даи об-позицией Конституционного Суда РФ о том, что ПР°^°Р "Ри д“а

винительного заключения (обвинительного акта) вУ™Л * ия в суд «обязан проверить, не истекает ли установленный судом срок содержат.

обвиняемого под стражей и достаточен ли он для того, чтобы судья имел возможность принять решение о наличии или отсутствии оснований для дальнейшего применения заключения под стражу на судебных стадиях производства по делу». При этом, как указывает Конституционный Суд РФ, «если к моменту направления дела в суд этот срок истекает или если он оказывается недостаточным для того, чтобы судья в стадии подготовки к судебному заседанию мог принять решение о наличии или отсутствии оснований для дальнейшего применения заключения под стражу, прокурор в соответствии со статьями 108 и 109 УПК РФ обязан обратиться в суд с ходатайством о продлении срока содержания обвиняемого под стражей».

Несмотря на определенную туманность формулировки Конституционного суда РФ о некоем сроке, который должен быть достаточен для судьи, чтобы принять решение на судебной стадии об избрании самой строгой меры пресечения, с учетом изменений, внесенных в УПК РФ Федеральным законом РФ от 5 июня 2007 года № 87-ФЗ, можно было бы сделать вывод о том, что теперь именно следователь или дознаватель, направляя уголовное дело прокурору для утверждения обвинительного заключения (акта), должны определяться с необходимостью своевременного возбуждения ходатайства о продлении обвиняемому срока содержания под стражей. Вместе с тем данная позиция законодателя представляется ошибочной.

В соответствии с УПК РФ прокурор является должностным лицом, уполномоченным, в пределах своей компетенции, осуществлять от имени государства уголовное преследование в ходе уголовного судопроизводства, а также надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия. При этом в ходе судебного производства по уголовному делу прокурор поддерживает государственное обвинение, обеспечивая его законность и обоснованность (часть 3 статьи 37 УПК РФ). Лишение прокурора возможности, как минимум в судебных стадиях процесса, ходатайствовать перед судом о применении к обвиняемому или подсудимому заключения под стражу в качестве меры пресечения, кажется необоснованным и нелогичным. Прокурор оказывается в явно двусмысленной ситуации. В частности, имея право отменять данную меру пресечения, прокурор не может ходатайствовать об ее избрании. При этом, не имея полномочий ходатайствовать о заключении обвиняемого под стражу, даже при наличии оснований, предусмотренных статьей 97 УПК РФ, он в то же время обязан обеспечить розыск обвиняемого, если тот вдруг скрылся и место пребывания его неизвестно (часть 2 статьи 238 УПК РФ).

Представляется необходимым вернуть прокурору полномочия ходатайствовать перед судом о применении меры пресечения в виде заключения под стражу на всех стадиях уголовного судопроизводства, в особенности при направлении уголовного дела в суд и на судебных стадиях. При этом, учитывая нашу позицию о том, что заключение под стражу исчерпывает себя в любом случае при направлении уголовного дела в суд, соответствующее ходатайство прокурора, принесенное в порядке, предусмотренном статьей 108 УЖ РФ, должно стать правилом в тех случаях, когда отсутствие оснований для отмены или изменения меры пресечения в виде заключения под стражу сохранится и будет продолжать иметь место на первой судебной стадии уголовного процесса.

Можно предположить, что срок, достаточный для принятия судьей решения о мере пресечения в виде заключения под стражу ограничивается семью днями.

Подобный вывод вытекает из требований части 1 статьи 109 УПК РФ о том что

ходатайство о продлении срока содержания под стражей должно быГпГстГ лено в суд не позднее чем за семи суток до его истечения 1Д

В соответствии с пунктом 3 статьи 228 УПК РФ обязательному выяснению по поступившему в суд уголовному делу подлежит вопрос об отмене или изГ нении избранной меры пресечения. Указанная норма практически в точности повторяет требование пункта 5 статьи 222 УПК РСФСР 1960 года.

Как следует из самого содержания пункта 3 статьи 228 УПК РФ, правовая норма сформулирована достаточно широко и касается всех семи мер пресечения перечисленных в статье 98 УПК РФ. При этом, говоря именно о возможности отмены или изменения уже избранной меры пресечения, законодатель со всей очевидностью допускает и оставление соответствующей меры пресечения без изменения.

Остается непонятным, в рамках какой процедуры в настоящее время должен быть изучен судьей вопрос о мере пресечения на стадии подготовки к судебному заседанию и как этот вопрос может быть разрешен, в том числе применительно к заключению под стражу.

УПК РФ не позволяет разрешить данный вопрос в полном объеме в рамках предварительного слушания, которое в соответствии со статьей 229 УПК РФ проводится лишь:

при наличии ходатайства стороны об исключении доказательства, заявленного в соответствии с частью 3 статьи 229 УПК РФ;

при наличии основания для возвращения уголовного дела прокурору в случаях, предусмотренных статьей 237 УПК РФ;

при наличии основания для приостановления или прекращения уголовного дела; при наличии ходатайства стороны о проведении судебного разбирательства в порядке, установленном частью 5 статьи 247 УПК РФ;

для решения вопроса о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей.

В рамках предварительного слушания УПК РФ ставит в обязанность судье решение вопроса о мере пресечения лишь в случае возвращения уголовного дела прокурору (часть 3 статьи 237 УПК РФ). Также в соответствии с частью 2 статьи 238 УПК РФ, если обвиняемый, не содержащийся под стражей, скрылся и место его пребывания неизвестно, то судья приостанавливает производство по уголовному делу, избирает обвиняемому меру пресечения в виде заключения под стражу и поручает прокурору обеспечить его розыск. При решении вопроса о прекращении уголовного дела или уголовного преследования в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 239 УПК РФ избранная ранее мера пресечения подлежит отмене, о чем указывается в постановлении суда. „„МПСТП5Г„

Исходя из вышеизложенного, вопрос о мере пресечения не являйся * тельным основанием для проведения предварительного С^0^0^,

в холе ттелваиигельного слушания допускает возможность или необходимость пр дв р пить в случаях возвращения уголовного дела прокурору,

решения данного вопроса явногодела. К сказанному можно

а таске приосгмювления.пибо прекращ ^ в ходе ^едаи.

Добавить, что в соответствии с частью о с - 0 предоставлении ему

тельного слушания при разрешении ходатайства обвиняемого о, ир.д ^ ,

ния обвиняемого под стражей в ходе предварительного следствия истек, То суд должен изменить меру пресечения в виде заключения под стражу.

Однако, по мнению В. П. Божьева и ряда других ученых-процессуалистов, помимо оснований, указанных в статье 229 УПК РФ, основанием назначения предварительного слушания выделяется необходимость принятия решения по вопросу о применении или об оставлении без изменения меры пресечения в виде домашнего ареста или заключения под стражу. Это мнение обосновывается правовой позицией Конституционного Суда РФ10.

Вместе с тем очевидно, что перечень оснований проведения предварительного слушания, перечисленный в части 2 статьи 229 УПК РФ, является закрытым и не подлежит никакому расширительному толкованию, В данном случае предполагаемый дефект правовой нормы может быть исправлен только на основании соответствующего федерального закона о внесении изменений в УПК РФ.

Более того, попытка, например, одной из сторон заявить ходатайство о проведении предварительного слушания, основьюаясь на необходимости принятия решения судом по вопросу о применении или об оставлении без изменения меры пресечения в виде заключения под стражу, не будет иметь результата: такое ходатайство не подлежит удовлетворению судом, поскольку фактически незаконно. Подобное понимание уголовно-процессуального закона нашло свое отражение и в ряде решений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации. В частности, отсутствие в ходатайстве ссылок на основания, в связи с которыми необходимо провести предварительное слушание, лишает суд возможности сделать верный вывод об оправданности ходатайства, а прокурора — сформировать аргументированную позицию. На это обращено внимание и в информационном письме Генеральной прокуратуры РФ от 17 сентября

2003 года № 12/12-03 «О практике применения отдельных норм УПК РФ»11. Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта

2004 года № 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (с изменениями от 5 декабря 2006 года и 11 января 2007 года) особо обращается внимание суда на то, что «судья вправе в ходе предварительного слушания по ходатайству стороны или по собственной инициативе решить вопрос об избрании в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления, в качестве меры пресечения заключения под стражу». Данное утверждение Пленум Верховного Суда подтверждает ссылкой на часть 7 статьи 236 и часть 10 статьи 108 УПК РФ. При этом указывается, что в постановлении о назначении судебного заседания (статья 236 УПК РФ) судье надлежит, руководствуясь частями 1,2 и 4 статьи 108 УПК РФ, мотивировать решение об избрании подсудимому указанной меры пресечения.

Статья 236 УПК РФ устанавливает, что по результатам предварительного слушания судья принимает одно из следующих решений:

о направлении уголовного дела по подсудности в случае, предусмотренном частью пятой статьи 236 УПК РФ;

о возвращении уголовного дела прокурору; о приостановлении производства по уголовному делу; о прекращении уголовного дела;

о назначении судебного заседания.

По общему правилу решение судьи оформляется постановлением.

Согласно части 7 статьи 236 УПК РФ судебное решение, принятое по результатам предварительного слушания, обжалованию не подлежит, за исключением решении о прекращении уголовного дела и (или) о назначении судебного засела-

ния в части разрешения вопроса о мере пресечения.

По строгому смыслу указанной нормы, если возможно обжалование решения суда в части разрешения вопроса о мере пресечения, рассмотренного в ходе предварительного слушания, то суд наделен правом на данном этапе уголовного судопроизводства разрешить вопрос о любой мере пресечения, предусмотренной статьей 98 УПК РФ. Применительно к самой строгой мере пресечения — заключению под стражу — право суда на ее избрание вытекает из содержания части 10 статьи 108 УПК РФ, устанавливающей, что если вопрос об избрании в отношении подсудимого в качестве меры пресечения заключения под стражу возникает в суде, то решение об этом принимает суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе, о чем выносится определение или постановление.

Казалось бы, исходя из этих двух указанных норм УПК РФ, вышеприведенный абзац 1 пункта 8 постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2004 года № 1 совершенно справедливо указывает на право судьи в ходе предварительного слушания решить вопрос об избрании в отношении обвиняемого заключения под стражу в качестве меры пресечения.

Однако часть 10 статьи 108 УПК РФ говорит об избрании заключения под стражу в отношении «подсудимого», процессуальная фигура которого появляется лишь на стадии судебного разбирательства. Более того, при назначении судебного заседания вопрос об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу не разрешается (пункт 6 части 2 статьи 231 УПК РФ).

Таким образом, положение абзаца 1 пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2004 года № 1 не только не разрешает процессуальную проблему решения вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу на стадии предания обвиняемого суду, но вступает в прямое противоречие с требованиями УПК РФ.

Следует отметить еще одну характерную деталь.

Пунктом 6 части 2 статьи 231 УПК РФ устанавливается, что в постановлении о назначении судебного заседания без проведения предварительного слушания должен быть разрешен и вопрос о мере пресечения, за исключением случаев избрания меры пресечения в виде домашнего ареста или заключения под стражу. В указанной норме законодатель прямо запрещает возможность разрешения в постановлении вопроса судьей об избрании меры пресечения в виде под стражу, но не оговаривает правовую ситуацию, касающуюся разр вопроса о продлении меры пресечения в виде заключения под ~ 0

Лягшглй факт обусловил на практике единоличное, и в отсутствие о и его защитшка, продление судьей срока содержания

при назначении судебного заседания без проведения предвар отношении

Показателен пример в данном случае гражданина А^В.Горско , ^

которого судья Хамовнического районного суда ее избранной ему

дебного заседания принял решение об остдалеши ез решение

меры пресечения в виде заключения под его защитншса Ука-

судьей принималось в отсутствие как самого б „ рф) 0ПрЄДелив-

занный факт стал предметом рассмотрения р~й федерации —

шем, что «норма п>гскта 6 части второй стшъи 231 УПК Российской Федерации

по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего уголовнопроцессуального регулирования — не предполагает, что при подготовке к судебному заседанию суд вправе принять решение об оставлении без изменения меры пресечения в виде заключения под стражу и тем самым продлить эту меру пресечения, не выслушав мнение обвиняемого по данному вопросу и не исследовав его доводы. При принятии судом соответствующего решения должны быть соблюдены все установленные статьями 108,109 и 255 УПК Российской Федерации требования, в том числе

об участии в судебном рассмотрении данного вопроса обвиняемого и его защитника (если он участвует в деле), что применительно к иным предусмотренным законом ситуациям обеспечивается на этапе подготовки к судебному заседанию проведением предварительного слушания в порядке, установленном главой 34 УПК Российской Федерации»12.

В настоящее время рядом ученых-процессуалистов предлагается изменить статью 229 УПК РФ в части расширения перечня оснований проведения предварительного слушания за счет необходимости решения <шопроса об избрании, отмене или изменении в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста»13.

По мнению автора в этом нет объективной необходимости. Разрешение вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу на стадии подготовки к судебному заседанию не следует увязывать именно с проведением предварительного слушания, так как в рамках указанной процедуры не всегда возможно этот вопрос разрешить, В данном случае представляется заслуживающем внимания мнение А. С. Червоткина, считающего, что «решение вопроса о мере пресечения на стадии назначения судебного заседания не требует обязательного предварительного слушания и во многих случаях совместить эти процедуры просто не представляется возможным» и предлагающего дополнить статью 228 УПК РФ частью второй следующего содержания: «Вопрос о мере пресечения в виде заключения под стражу подлежит разрешению отдельно или наряду другими вопросами в судебном заседании в соответствии с процедурой, предусмотренной статьями 108 и 109 настоящего Кодекса»14.

Применение самой суровой меры пресечения - заключения под стражу -должно не только неукоснительно подчиняться требованиям закона, но и иметь строгую, непротиворечивую и эффективную процессуальную форму для всех стадий уголовного судопроизводства. К сожалению, в данном вопросе многие проблемы еще ждут своего разрешения.

Примечания

5 См,, например: Гольцов А. Т. Заключение под стражу в Российской Федерации: Дис, ... канд. юрид. наук. М., 2006. С. 134; Смирнов А, В., Калиновский К. Б, Уголовный процесс: Учеб, для вузов / Под общ. ред. А. В. Смирнова. СПб., 2005. С. 485.

2 См.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Л. Н. Башкатов, Б. Е. Безлепкин [и др.]; отв. ред. И. Л. Петрукин. М., 2008. С. 4.

3 См. об этом: Права человека в России // Шр'Лwww.hro.org/с!осз/герЕ/2002/ип/12.Ьйп.

4 См.: Постановление Конституц. Суда РФ от 22 марта 2005 года № 4-П «По делу о проверке конституционности ряда положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих порядок и сроки применения в качестве меры пресечения заключения под стражу на стадиях уголовного судопроизвод-

ства, следующих за окончанием предварительного расследования и направлением уго-СудаРФ 2005 №3^ * °ВЯЗИ ° жалобами РяДа граждан» // Вестн. Конституц.

5 См*: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РФ от б октября 2005 года № 33-005-63; Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РФ от 30 мая 2006 г. № 89-0 06-20, Приводится по. Червоткин А. С. Решение вопроса о мере пресечения на стадии назначения судебного заседания // Уголовный процесс. 2007. № 12. С. 44-45.

6 См.: Постановление Конституц. Суда РФ от 22 марта 2005 года № 4-П «По делу о проверке конституционности ряда положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих порядок игроки применения в качестве меры пресечения заключения под стражу на стадиях уголовного судопроизводства, следующих за окончанием предварительного расследования и направлением уголовного дела в суд, в связи с жалобами ряда граждан» // Вестн. Конституц. Суда РФ. 2005. № 3.

7 См.: Михайлов В. А. Меры пресечения в российском уголовном процессе. М., 1996. С. 257

8 См.: Определение Конституц. Суда РФ от 25 декабря 1998 года № 167-0 «По делу о проверке конституционности частей четвертой, пятой и шестой статьи 97 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан П. В. Янчева,

В. А. Жеребенкова и М. И. Сапронова» // Собр. законодательства РФ. 1999. № 1. Ст. 230; Постановление Конституц. Суда РФ от 13 июня 1996 года № 14-П «По делу о проверке конституционности части пятой статьи 97 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданина В. В. Щелухина» // Собр, законодательства РФ, 1996. № 26. Ст. 3185.

9 См.: Парлам. газ, 2007,15 июня.

10 См., например: Уголовный процесс: Учеб. / Под ред. В. П. Боэюьееа. М., 2008. С. 301.

11 См. об этом также: Григорьев В, Н., Победкин А, В„ Яшин В. Н, Уголовный процесс: Учеб. М., 2006. С. 572. мтл

12 См.: Определение Конституц. Суда РФ от 8 апреля 2004 года № 132-0

«По жалобе гражданина Горского Анатолия Вадимовича на нарушение его конституционных прав пунктом 6 части 2 статьи 231 Уголовно-процессуального кодекса

Российской Федерации» // Вестн, Конституц, Суда РФ. 2004. № 6.

13 См., например: Долгих Т. Я. Институт предварительного слушания в уголовном

судопроизводстве: Автореф.... канд. юрид. наук. Калининград, 2007. _____

14 См.: Червоткин А. С. Решение вопроса о мере пресечения на стадии назначения

судебного заседания // Уголовный процесс. 2007. № 12. С. 48-49.