Некоторые проблемы использования специальных знаний в доказывании по уголовному делу в контексте реализации права на состязательное судопроизводство

Т.С. Гудовских*

Некоторые проблемы использования специальных знаний в доказывании по уголовному делу в контексте реализации права на состязательное судопроизводство**

Аннотация. В работе анализируются проблемные вопросы, касающиеся порядка получения и применения в уголовном процессе заключения и показаний специалиста. Особое внимание акцентируется на основаниях и условиях признания правоприменителем признака допустимости данного вида доказательств, приобретения ими доказательственного значения. В статье приводятся статистические данные исследований, подтверждающие выводы относительно сложившихся в правоприменительной практике проблем и степени их актуальности для эффективного и справедливого осуществления правосудия по уголовным делам. Указанные проблемы рассматриваются через призму нарушенного баланса сил и интересов между сторонами обвинения и защиты. Для проведения научного исследования применялись исторический, формально-юридический, конкретно-социологический и статистический методы, а также метод комплексного подхода к исследованию проблемных вопросов. В результате проведенного исследования автор приходит к выводу о том, что недостатки уголовно-процессуального законодательства и сложившаяся правоприменительная практика создают препятствия для получения и использования заключения и показаний специалиста участниками уголовного судопроизводства, выступающими на стороне защиты. В связи с этим предлагаются рациональные пути решения обозначенных проблем и устранения пробелов в законодательстве.

Ключевые слова: специальные знания, заключение специалиста, допустимость доказательств, доказательственное значение, сторона защиты, баланс сил, процессуальные действия, принцип состязательности, Устав уголовного судопроизводства, правоприменительная практика.

Институт использования специальных знаний в отечественном уголовном процессе имеет достаточно длительную и сложную историю. Еще в начале XVI в. так называемыми сведущими лицами при судебных разбирательствах проводились осмотры документов в целях установления их подлинности, а также исследовались почерки и подписи. В документах рассматриваемого периода достаточно часто упоминаются случаи проведения судебно-медицинских исследований (например, в 1535 г. врач Феофил по поручению правительницы Елены произвел освидетельствование удельного князя Андрея Старицкого по поводу подозрения в симуляции болезни)1. Наличие норм о фальшивомонетни-

честве и подлоге документов в IV и V главах Соборного Уложения 1649 г. также прямо свидетельствует о том, что уже в период раннего абсолютизма специальные знания широко применялись на практике для выявления и раскрытия преступлений, на что указывает подробное описание составов указанных преступлений и способов их совершения («в серебро учнут прибавливати медь или олово или свинец...»)2. Прообраз норм института судебной экспертизы содержал Указ от 9 декабря 1699 г. «О порядке исследования подписей на крепостных актах в случае возникшего о подлинности оных спора или сомнения»3. Отдельные

1 См.: Петрова Т.В. Исторический опыт использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве. URL: http://alldocs.ru/zakons/index.php?from=9355 (дата обращения — 24 февраля 2014 г.).

2 Тихомиров М.Н., Епифанов П.Н. Соборное Уложение 1649 г. М.: Моск. ун-т., 1961. URL: http://www.hist.msu.ru/ER/ Etext/1649/whole.htm#4 (дата обращения — 24 февраля 2014 г.).

3 См.: Крылов И.Ф. Криминалистическая экспертиза в России и в СССР в ее историческом развитии: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Л., 1966. С. 5.

© Гудовских Т.С., 2014

* Гудовских Татьяна Сергеевна — студент кафедры уголовного процесса, Ульяновский государственный

университет.

[Icekress@mail.ru]

432700, Россия, г. Ульяновск, ул. Гончарова, д. 40/9.

** Материалы международной научно-практической конференции «Уголовное судопроизводство: история и современность», посвященной 150-летию Устава уголовного судопроизводства Российской империи.

Актуальные проблемы уголовного процесса

нормы, регламентирующие порядок применения специальных знаний в области судебной медицины, содержались в Артикуле воинском Петра I от 26 апреля 1715 г., в котором было прописано указание о привлечении «сведущих лиц» (лекарей) для исследования повреждений потерпевшего (артикул 154 гл. 19 — «О смертном убийстве»)4.

В то же время вплоть до судебной реформы второй половины XIX в. российское законодательство не содержало конкретизированных норм, регламентирующих основания и порядок применения специальных знаний в уголовном судопроизводстве, хотя определенные предпосылки для этого уже существовали. Ситуация кардинально изменилась с принятием Судебных уставов 1864 г., которые не только полностью изменили порядок осуществления предварительного расследования, закрепили новые принципы судопроизводства и отменили такой процессуальный рудимент, как теория формальных доказательств, но и возвысили статус «сведущих лиц», заключения которых теперь приобрели важное доказательственное значение, а вместе с тем потребовали и колоссального развития специальных знаний, что было вызвано развитием науки и совершенствованием способов совершения преступлений. Устав уголовного судопроизводства 1864 г. предусмотрел выполнение «сведущими людьми» трех основных функций:

1) участие в следственных действиях (прежде всего в осмотре места совершения преступления и при освидетельствовании) для закрепления и изъятия следов преступления;

2) исследование этих следов и других предметов, представленных органами предварительного расследования или судом для получения вывода в форме заключения, имеющего доказательственное значение;

3) дача разъяснений органам предварительного расследования и суду по вопросам, относящимся к области их специальных (профессиональных) знаний5.

При этом именно в Уставе уголовного судопроизводства было впервые в российском процессуальном законодательстве намечено разграничение между судебной экспертизой в чистом виде (§ 3 отд. 1 гл. 4) и следственными действиями, производство которых происходило при участии «сведущих людей», что содержит определенные признаки выделения специалистов в отдельную категорию лиц, обладающих специальными знаниями (§ 2 отд. 1 гл. 4).

4 Артикул воинский от 26 апреля 1715 г. URL: http://www. hist.msu.ru/ER/Etext/articul.htm (дата обращения — 24 февраля 2014 г.).

5 См.: Махов В.Н. Становление заключения и показаний специалиста как доказательства в уголовном процессе

Российской Федерации // Российский следователь. 2013.

№ 9. С. 6.

Процесс развития норм о применении специальных знаний в уголовном судопроизводстве неразрывно связан с тенденцией обособления норм о судебной экспертизе и норм об участии специалиста в производстве отдельных следственных действий. Это нашло свое закономерное отражение в УПК РСФСР 1960 г., нормы которого первоначально закрепили участие специалиста при производстве таких следственных действий, как осмотр (ст. 179 УПК РСФСР), следственный эксперимент (ст. 183 УПК РСФСР) и получение образцов для сравнительного исследования (ст. 186 УПК РСФСР). Однако уже в 1966 г. был принят Указ Президиума ВС РСФСР от 31.08.1966 «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР», который детально регламентировал порядок участия специалиста как при производстве отдельных следственных действий, перечень которых был существенно расширен, так и в ходе судебного разбирательства. Действующий УПК РФ во многом воспринял указанные положения (ст. 58, 71, 80, 168, 251 и др.).

Вовлечение специальных знаний в уголовный процесс — результат необходимости познания объективной действительности. Заинтересованность государства в уголовном преследовании предопределило наличие указанного инструмента в руках стороны обвинения и суда. И только переориентация уголовного судопроизводства с борьбы с преступностью на защиту прав и свобод человека в корне изменило концептуальный подход к использованию специальных знаний. Особо остро встают указанные проблемы в контексте состязательности уголовного процесса. Специальные знания как отражение объективных достижений науки и техники должны быть одинаково доступны как стороне обвинения, так и стороне защиты. Большой шаг в этом направлении был сделан при внесении в уголовный процесс такого вида доказательства, как заключение и показания специалиста, получение которых на досудебных стадиях процесса не связано с инициативой исключительно стороны обвинения. Однако нормы, содержащиеся в УПК РФ, не позволяют в полной мере воспользоваться указанными способами собирания сведений и тем самым обеспечить реальную состязательность в уголовном судопроизводстве.

Таким образом, некоторые вопросы применения специальных знаний, особенно на стадии досудебного производства, до сих пор недостаточно хорошо регламентированы, существуют проблемные вопросы, которые требуют более детальной регламентации.

Первая и наиболее очевидная проблема состоит в неопределенном процессуальном статусе заключения специалиста, непризнании за

Т.С. Гудовских

ним доказательственного значения, равного заключению эксперта (п. 3.1 ч. 2 ст. 74 УПК РФ). Данный вид доказательства был включен в УПК РФ Федеральным законом от 04.07.2003 № 92-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации». Заключение специалиста имеет правовую, а главное, и логическую природу, аналогичную природе заключения эксперта. Специалист может быть допрошен и, соответственно, несет ответственность за дачу заведомо ложных показаний. Следовательно, недопустимо лишать заключение специалиста доказательственного значения. По своему содержанию это такое же доказательство, как и заключение эксперта, однако именно оно, в отличие от заключения эксперта, позволяет привнести в уголовное судопроизводство специальные знания стороной защиты6.

Однако по вопросу о его силе как доказательства однозначного мнения в отечественной процессуальной доктрине и правоприменительной практике не сложилось до сих пор. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» принципиально различает «суждения» специалиста и «выводы» эксперта. Подчеркивается невозможность проведения исследования специалистом, а при необходимости рекомендуется назначать экспертизу. При таком подходе заключение специалиста воспринимаются как имеющие необязательное, второстепенное значение.

Практика следует путем, указанным Верховным Судом РФ. По результатам проведенного Е.А. Семеновым анкетирования 134 сотрудников органов дознания и следствия МВД РФ, 95 % опрошенных выразили положительное отношение к новому виду доказательств7. В то же время, как отмечает Т.Ю. Маркова, в настоящее время заключение специалиста чаще всего отвергается правоприменителем в качестве доказательства по различным, как правило, не соответствующим закону основаниям, которые сводятся к следующему:

1) заключение специалиста — всего лишь его суждение по определенным вопросам;

2) заключение специалиста получено непроцессуальным путем;

3) специалист не имеет лицензии на дачу заключения;

4) специалист дает свое заключение в интересах той стороны, которая его привлекает (поскольку она оплачивает его услуги);

5) специалист не предупреждается об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

При этом заключение специалиста не рассматривается в качестве доказательства лишь в тех случаях, когда оно предоставлено подозреваемым, обвиняемым, защитником, потерпевшим либо его представителем8. О том, что заключение специалиста практически не используется в практике органов предварительного расследования, свидетельствуют и исследования Е.А. Артамоновой9. Проведенный анализ практики судов по Приволжскому ФО (в общей сложности было изучено 53 приговора и 27 кассационных определений за период с 2010 по 2012 г.) по вопросам оценки судами заключения и показаний специалиста, выступающего на стороне защиты, также показал, что в подавляющем большинстве случаев суд, пользуясь сравнительно небольшим объемом правовой регламентации, признавал данные виды доказательств недопустимыми и недостоверными10.

Таким образом, в сложившейся ситуации грубым образом нарушается баланс и равенство между сторонами защиты и обвинения, а значит, и сам принцип состязательности в уголовном судопроизводстве, провозглашенный в ст. 15 УПК РФ. Следует согласиться с мнением Н.С. Мано-вой о том, что это формально обусловлено требованием допустимости. Доказательством могут являться только сведения, полученные в установленном законом порядке. Если УПК РФ не регламентирует порядка получения заключения специалиста, то сведения, содержащиеся в таком заключении, априори не могут обладать свойством допустимости, а значит, заключение специалиста в данном случае может быть приобщено к материалам уголовного дела, однако доказательственного значения оно иметь не может11.

Действительно, если проанализировать нормы УПК РФ, регламентирующие порядок участия специалиста в уголовном судопроизводстве, можно обнаружить, что в настоящее время не урегулированы такие проблемы, как порядок постановки вопросов перед специалистом, порядок представления заключения специалиста лицу, осуществляющему предварительное расследование, порядок допроса специалиста, содержание

6 См.: Маркова Т.Ю. Заключение специалиста — доказательство в уголовном судопроизводстве? // Уголовное судопроизводство. 2010. № 2. С. 14-15.

7 См.: Семенов Е.А. Заключение специалиста как источник доказательств // Адвокатская практика. 2010. № 2. С. 15.

8 См.: Маркова Т.Ю. Указ. соч. С. 13-14.

9 См.: Артамонова Е.А. Основы теории доказательств в современном уголовном судопроизводстве. М.: Юрлитин-форм, 2010. С. 132.

10 См.: Максимов О.А., Нагорный В.А. Некоторые теоретические и практические вопросы участия специалиста на стороне защиты // Адвокатская практика. 2013. № 2. С. 12.

11 См.: Манова Н.С. Заключение и показания специалиста: опыт и перспективы использования в доказывании по уголовным делам // Известия вузов. Правоведение. 2011. № 2. С. 214-215.

заключения специалиста и требования, предъявляемые к нему.

Таким образом, детальной регламентации требуют вопросы, разрешение которых позволит придать заключению специалиста необходимый процессуальный статус и доказательственное значение и безусловно наделить его свойством допустимости как в случаях предоставления их стороной обвинения, так и стороной защиты. До тех пор пока указанные вопросы не получат детальной регламентации в УПК РФ, данные доказательства будут признаваться недопустимыми по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, либо не будут приниматься органами предварительного расследования и судом в расчет при вынесении решения по делу. В связи с этим. требуется внесение изменений в уголовно-процессуальное законодательство, направленных на дальнейшее совершенствование норм об участии специалиста в уголовном судопроизводстве.

В действующем УПК РФ вопросам производства судебной экспертизы посвящена одноименная гл. 27, в то время как нормы о привлечении специалиста к участию в следственных и судебных действиях носят разрозненный характер. Исправить сложившуюся ситуацию целесообразно одним из следующих способов:

1) путем включения в УПК РФ гл. 27.1 «Получение заключения и показаний специалиста»;

2) путем включения соответствующих норм в гл. 27 УПК с соответствующим изменением названия главы на «Производство судебной экспертизы и получение заключения и показаний специалиста».

Предлагаемые нормы должны содержать указания на основания и порядок привлечения специалиста к участию в следственных и судебных действиях с целью дачи заключений по тем или иным вопросам, требующим специальных познаний, процессуальный порядок оформления привлечения специалиста к участию в следственных и судебных действиях, требования к оформлению заключения специалиста и его содержанию, права участников уголовного судопроизводства при привлечении специалиста к участию в процессуальных действиях, порядок допроса специалиста и дачи им показаний.

Стоит отметить, что предложения по наделению участников уголовного судопроизводства, выступающих на стороне защиты, субъективными правами в отношении назначения и производства заключения специалиста и включения соответствующих дополнений в ст. 198 УПК РФ высказывались

Актуальные проблемы уголовного процесса

и ранее, однако в силу ряда причин так и не были услышаны российским законодателем12.

Другим тесно связанным с нарушением баланса сил между сторонами обвинения и защиты комплексом проблем является использование заключения и показаний специалиста представителями стороны защиты. Так, буквальный анализ содержания ст. 58 УПК РФ свидетельствует о том, что специалист вправе принимать участие в любых следственных и судебных действиях, закон не содержит никаких ограничений, касающихся данной деятельности. В то же время. ст. 86 УПК РФ прямо не называет заключение специалиста в качестве доказательств, которые вправе собирать защитник. Более того, ч. 2 ст. 58 УПК РФ говорит о том, что вызов специалиста и порядок его участия в уголовном судопроизводстве определяются ст. 168 и 270 УПК РФ, в то время как ст. 168 УПК РФ содержит указание лишь на право следователя привлечь специалиста к участию в следственном действии. Исходя из рассмотренных положений уголовно-процессуального законодательства, можно сделать вывод, что законодатель изначально (умышленно или случайно) лишил сторону защиты права на привлечение специалиста с целью дачи заключения и показаний по тем или иным вопросам, требующим специальных знаний, которые могут повлиять на результаты предварительного расследования и вынесение судом соответствующего решения при рассмотрении дела по существу. Решить данную проблему можно путем включения в ст. 168 УПК РФ указания на возможность привлечения специалистов к участию в следственных действиях не только по решению следователя, но и по ходатайству иных участников уголовного судопроизводства (прежде всего подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, защитника или представителя).

Подводя итог вышесказанному, необходимо отметить, что действующий уголовно-процессуальный закон требует внесения существенных корректив, направленных на более детальную регламентацию вопросов, касающихся применения специалистом специальных знаний при производстве следственных и (или) судебных действий. Эти новеллы позволят восстановить нарушенный баланс сил и интересов между сторонами обвинения и защиты и тем самым создадут условия для реального воплощения принципа состязательности в условиях российской правовой действительности и сложившейся правоприменительной практики.

12 См.: Быков В.М., Ситникова Т.Ю. Заключение специалиста и особенности его оценки // Вестник криминалистики. 2004. Вып. 1 (9). С. 19-25.

Библиография:

1. Артамонова Е.А. Основы теории доказательств в современном уголовном судопроизводстве. М.: Юрлитин-форм, 2010. 168 с.

2. Быков В.М., Ситникова ТЮ. Заключение специалиста и особенности его оценки // Вестник криминалистики. 2004. Вып. 1 (9). С. 19-25.

3. Крылов И.Ф. Криминалистическая экспертиза в России и в СССР в ее историческом развитии: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Л., 1966. 35с.

4. Максимов О.А., Нагорный В.А. Некоторые теоретические и практические вопросы участия специалиста на стороне защиты // Адвокатская практика. 2013. № 2. С. 12-15.

5. Манова Н.С. Заключение и показания специалиста: опыт и перспективы использования в доказывании по уголовным делам // Известия вузов. Правоведение. 2011. № 2. С. 214-221.

6. Маркова Т.Ю. Заключение специалиста-доказательство в уголовном судопроизводстве? // Уголовное судопроизводство. 2010. № 2. С. 13-16.

7. Махов В.Н. Становление заключения и показаний специалиста как доказательства в уголовном процессе Российской Федерации // Российский следователь. 2013. № 9. С. 6-9.

8. Семенов Е.А. Заключение специалиста как источник доказательств // Адвокатская практика. 2010. № 2. С. 15-17.

References (transliteration):

1. Artamonova E.A. Osnovy teorii dokazatel'stv v sovremennom ugolovnom sudoproizvodstve. M.: Yurlitinform, 2010. 168 s.

2. Bykov V.M., Sitnikova TYu. Zaklyuchenie spetsialista i osobennosti ego otsenki // Vestnik kriminalistiki. 2004. Vyp. 1 (9). S.19-25.

3. Krylov I.F. Kriminalisticheskaya ekspertiza v Rossii i v SSSR v ee istoricheskom razvitii: avtoref. dis. ... d-ra yurid. nauk. L., 1966. 35 s.

4. Maksimov O.A., Nagornyi V.A. Nekotorye teoreticheskie i prakticheskie voprosy uchastiya spetsialista na storone za-shchity // Advokatskaya praktika. 2013. № 2. S.12-15.

5. Manova N.S. Zaklyuchenie i pokazaniya spetsialista: opyt i perspektivy ispol'zovaniya v dokazyvanii po ugolovnym delam // Izvestiya vuzov. Pravovedenie. 2011. № 2. S. 214-221.

6. Markova TYu. Zaklyuchenie spetsialista-dokazatel'stvo v ugolovnom sudoproizvodstve? // Ugolovnoe sudoproizvod-stvo. 2010. № 2. S.13-16.

7. Makhov V.N. Stanovlenie zaklyucheniya i pokazanii spetsialista kak dokazatel'stva v ugolovnom protsesse Rossiiskoi Federatsii // Rossiiskii sledovatel'. 2013. № 9. S. 6-9.

8. Semenov E.A. Zaklyuchenie spetsialista kak istochnik dokazatel'stv // Advokatskaya praktika. 2010. № 2. S.15-17.

Материал поступил в редакцию 01 марта 2014 г.