Древневерхненемецкие модальные компоненты: на пути к грамматикализации

НЕЭКОНОМИЧЕСКИЙ POST SCRIPTUM

С. Т. НЕФЁДОВ1

Сергей Трофимович Нефёдов — кандидат филологических наук, доцент кафедры немецкой филологии Санкт-Петербургского государственного университета.

В 1983 г. закончил Ленинградский государственный университет по специальности филолог-германист, преподаватель немецкого языка и литературы. В 1987 г. защитил кандидатскую диссертацию. С октября 1987 г. зачислен в штат кафедры немецкой филологии, с 1995 г. по настоящее время работает в должности доцента. Докторант СПбГУЭФ.

Сфера научных интересов — теоретическая грамматика и история немецкого языка.

^ ^ ^

ДРЕВНЕВЕРХНЕНЕМЕЦКИЕ МОДАЛЬНЫЕ КОМПОНЕНТЫ: НА ПУТИ К ГРАММАТИКАЛИЗАЦИИ

В новейшей лингвистике интерес к грамматикализации, к приобретению полноценными номинативными единицами в ходе эволюционных изменений частично или полностью служебно-грамматических и дискурсивных свойств вновь обостряется. В последние годы эта проблематика активно дискутируется на материале разных языков в работах многих зарубежных авторов — Б. Хайне, К. Лемана, Э. Траугот, М. Хаспельмата, Ф. Зиммлера, И. Депота и др.1 Исследования в этой области постепенно набирают обороты и в отечественной лингвистике2. Следует заметить, что отечественная русистика и германистика обладают в этой сфере весьма богатыми традициями изучения «семантических переосмыслений» компонентов и «синтаксических переразложений» их смысловых зависимостей в составе целой конструкции как в ракурсах одномоментного синхронного анализа на том или ином временном срезе, так и в диахронической перспективе. Эти две магистральные линии обсуждения синхронной вариативности языковых единиц и их исторических изменений занимают существенное место в трудах Л. В. Щербы, В. В. Виноградова, В. М. Жирмунского, В. Н. Ярцевой, М. М. Гухман и многих других3. Возвращение к этим «извечным» проблемам языковедческой науки на современном витке знаний о языке вполне закономерно; оно мотивировано естественным стремлением лингвистов повысить доказательную базу и объяснительную силу своих лингвистических теорий.

С особой остротой весь этот круг вопросов всякий раз обнажается при обращении к языковым феноменам, обнаруживающим в своем употреблении то или иное варьирование функциональных нагрузок в зависимости от контекстуальных, ситуативно-речевых и прагматических факторов. Это многообразие функций в их «остановленном» динамизме на конкретном синхронном срезе выступает первопричиной и потенциальной возможностью их будущих эволюционных изменений в поступательном движении языка.

К числу таких функционально подвижных языковых единиц, бесспорно, могут быть отнесены и разноструктурные древневерхненемецкие модальные компоненты (МК) эпистемической семантики uuar, giuuesso, zi uuare, in giuuissi, thaz ist alauuar и т. д. со значением истинности/уверенности говорящего лица. В своих текстовых реализациях они оказываются подключенными к разным сторонам речевого высказывания: к его структурной организации, денотативной наполненности, экспрессивно-прагматическому потенциалу.

Некоторые обобщения касательно «грамматики» МК — их связей с другими составляющими и функциональной нагрузки в целом — в диахронической перспективе представлены и проиллюстрированы ниже на

основе обследования одного из важнейших письменных памятников древневерхненемецкого периода (VIII-XI вв.) — «Евангелической гармонии» Отфрида (рейнско-франкский диалект, 863-871 гг. )4. Эта древняя поэма на библейские сюжеты занимает совершенно уникальное место в культурном пространстве

1 © С. Т. Нефёдов, 2008

германского мира. Это — единственный, значительный по объему (7400 двустиший) древневерхненемецкий памятник, сохранившийся не в отдельных фрагментах или во вторичных списках, разбросанных по монастырям Германии различных диалектных ареалов, а как целостное речевое произведение известного по имени автора. Кроме того, сохранился манускрипт, отредактированный самим автором, что вообще уникально как факт для рукописей данного исторического периода.

Применение МК в поэме Отфрида в целом соответствует общему характеру «Евангелической гармонии», которую с полным на то основанием можно назвать авторской стихотворной парафразой на темы книг канонических Евангелий. Большинство модальных включений у Отфрида — около двух третей от общего корпуса в 1100 текстовых извлечений — как раз и формируют основной инструментарий авторской «аранжировки» высказывания как в формально-структурном, так и в коммуникативно-прагматическом планах. Такое их использование обусловлено функциональной подвижностью МК в контекстах речи, которая опосредована их субъективной эгореферентной семантикой и относительно автономным семантико-синтаксическим положением в составе целостной грамматической конструкции.

В денотативном плане выявленные у Отфрида МК сосредоточены на выражении значений эпистемического модуса5 — когнитивных установок знания и мнения говорящего лица о предмете речи и его истинностных оценок достоверности сообщаемого. Выражение указанных модальных значений выступает здесь как дискурсивно и коммуникативно связанное. Их экспликация в контекстах речи осложнена, кроме того, сопутствующими значениями уверенности/сомнения, проецирующими в разворачиваемый дискурс контакт говорящего с адресатом. Такой синкретизм при выражении модальных значений являет собой закономерное следствие взаимодополнительности прагматических оснований языковых функций выражения отношения человека к миру и его воздействия на партнера по коммуникации.

Отмеченные семантико-функциональные качества эпистемических МК позволяют применять их с различными целями: как средство структурной организации рифмованного ассонансного стиха, поскольку они в силу своей относительной автономности обладают высокой степенью мобильности в рамках целого; в союзно-связующей функции, для авторской (говорящего лица) расстановки смысловых акцентов и повышения прагматического воздействия высказывания на собеседника. Синтаксическая роль и функциональная нагрузка МК в речевом использовании может быть определена исходя из структурной организации наличной грамматической конструкции, из анализа внутренних семантико-синтаксических отношений между облигаторными и факультативными компонентами высказывания, а также с учетом контекстуально-ситуативных параметров.

Упомянутые факторы побуждают говорить во многих случаях употребления МК в поэме Отфрида об их частичной десемантизации, поскольку они сосредоточены не столько на выражении авторизованной модальности — когнитивных эпистемических установок знания и мнения говорящего и его истинностных оценок достоверности сообщаемого, т. е. некоторого денотативно и коммуникативно значимого смысла, сколько берут на себя в первую очередь более абстрактные грамматические функции выражения логико-смысловой связи предложения с предтекстом, сегментирования и переакцентировки элементов передаваемой предметной информации и становятся средством логико-семантической и коммуникативной организации высказывания на уровне дискурса. Сопутствующая применению МК союзно-связующая и выделительная нагрузки, таким образом, выходят у них в многочисленных речевых контекстах поэмы Отфрида на первый план. Следует отметить, однако, что даже в специальных исторических работах, посвященных обсуждению дискурсивных коннекторных единиц у Отфрида, сходные функции у модальных компонентов остаются без внимания6. Кстати сказать, благодаря таким грамматическим свойствам МК становятся в «Евангелической гармонии» весьма часто трудно переводимыми элементами высказывания. В известной степени их семантическая нерелевантность, информативная обедненность и использование «по совместительству» в роли коннекторного и акцентирующего элемента высказывания соответствует достаточно высокой ступени их грамматикализации и приобретению ими чисто дискурсивно-текстовых и экспрессивных функций.

Схематично намеченный здесь процесс эволюционирования МК отражает один из возможных путей диахронического развития грамматических форм в направлении их все большей прагматизации и дискурсивизации. Этот процесс связан с приобретением языковой единицей, имеющей полноценное денотативное значение, функции организации речевого сообщения или функции отражения его коммуникативно-информационного членения. Исторические изменения модальных лексико-синтаксических форм, линии их дальнейшего эволюционного развития в немецком языке не были предметом специального обсуждения ни в зарубежной, ни в отечественной германистике.

В общем плане можно сказать, что эволюция МК подпадает под частный случай грамматикализации, выявляемый в типологических исследованиях для большинства дискурсивных слов. Это развитие МК описывается при помощи канонической шкалы грамматикализации «Приглагольное наречие > Сентенциональное обстоятельство > Дискурсивная частица»7.

Отрыв МК из сферы «влияния» предиката, выраженного главным образом verba dicendi, verba cognoscendi и verba sentiendi, первоначально в небольшом количестве типов речевых контекстов, описывающих денотативные ситуации речи, мысли и эмоциональных переживаний говорящего — ситуаций, обладающих, однако, коммуникативной важностью и высокой частотностью в речи — сопровождается семантическим переосмыслением квалитативного члена при предикате и расширением сферы его

«семантического тяготения» с одного члена (предиката) на всю грамматическую структуру в целом. Обстоятельственный приглагольный член, таким образом, постепенно утрачивает смысловые связи, сфокусированные только на одном элементе грамматической конструкции и получает относительную смысловую самостоятельность, что делает возможным его употребление в практически неограниченном количестве речевых контекстов. Расширение речевых контекстов употребления МК вне зависимости от лексического наполнения и структурной организации синтаксических образований отражает процесс абстрагирования при их применении от наличных контекстуальных условий, который может двигаться в направлении их все большей грамматикализации — в сторону приобретения ими дискурсивно-текстовых и экспрессивно-прагматических функций.

По сути дела, грамматическое функционирование МК в «Евангелической гармонии» Отфрида свидетельствует об очень высокой ступени их грамматической абстракции, об их промежуточном положении между конечными позициями статусного ряда «приглагольный качественно-характеризующий член — модальный детерминант — дискурсивный грамматический элемент (> замещение / нуль)».

Не неся релевантной денотативной информации, весьма часто МК у Отфрида в отличие от их использования в «Древневерхненемецком Исидоре» и в «Евангельской гармонии» Тациана являются формально-структурным средством организации поэтической формы повествования. Вместе с тем «память» синтаксического разряда модальных детерминантов индуцирует для них участие в создании экспрессивно-выразительной синтаксической формы воплощения отображаемых предметных связей на базе нарочитого расчленения сообщения в целях формирования локального коммуникативного напряжения в микроконтексте высказывания. Этот экспрессивно-прагматический эффект достигается у Отфрида двумя основными приемами: i) намеренным «разрывом» смысловых связей между «тяготеющими» друг к другу облигаторными компонентами структуры или 2) через фокусирование — синтагматическое объединение МК с теми или иными составляющими и образование в рамках целостной конструкции структурно и по смыслу обособленного компонента.

Отчасти эти способы включения МК в состав целостного грамматического построения можно истолковать на основе «грамматической метафоры» вклинивания. Дискурсивно-текстовые манипуляции «вклинивания» МК затрагивают у Отфрида разные семантико-синтаксические связи между компонентами грамматической конструкции, прежде всего смысловые отношения взаимозависимости между субъектом и предикатом, формирующие предикативную основу предложения; например:

(1) Er tho in alawari / then liutin deta mari, // thaz iz was ther heilant / ther inan thes seres inbant // (O., III, 4, 47: 107) — Тогда он (больной, исцеленный Иисусом у купальни Вифезда), точно, рассказывал людям, что это был именно Спаситель, кто освободил его от болезни8.

(2) Druhtin selbo in wara / giang sar in eina fiara... // (O., III, 4, 41: 107) — Сам Господь, воистину, тотчас скрылся (от толпы);

(3) Niuzit thar in wara / salida thin sela... // (O., V, 23, 213: 259) — Войдет там, воистину, благодать в твою

душу;

(4) Uns klibent hiar in rihti / manago unmahti // (O., V, 23, 77: 258) — Нас одолевают здесь, точно, многие болезни;

(5) Allaz guat zi ware / so floz fon imo thare // allen liutin io ginuag, ... / (O., III, 14. 82: 126) — Все хорошее, по правде, оно так и исходило от него там для всех людей в достаточном количестве.

Весьма часто у Отфрида МК «вклиниваются» в смысловые связи между предикатом и прогнозируемым его семантической валентностью объектом, прерывая плавное поступление информации в ходе развертывания сообщения и стимулируя у адресата ожидания новой информации; например:

(6) Thu horist thar ana wank / io thero engilo sank... // (O., V, 23, 179: 258) — Ты услышишь там, без сомнений, пение ангелов;

(7) Sie wurfun nidar ana wank / iro selono gifank // (O., IV, 4, 43: 167) — Они сбрасывали, без сомнений, свои душевные оковы (когда устилали вход Иисуса в Иерусалим пальмовыми ветвями и своими одеждами);

(8) Ther brang mit imo in wara / salbun filu diura, ... // (O., IV, 35, 19: 213) — Никодим принес с собой, по правде, благовонье очень дорогое;

(9) Zalta in ouh in wara / woroltliuto fara... // (O., IV, 15, 41: 185) — Он рассказал им, воистину, о мирском пути людей;

(10) ...salige thie milte joh muates mammunte, ... // Buent sie in wara / erda filu mara // (O., II, 16, 7: 88) — Блаженны кроткие и богатые (сильные) духом, ибо ... наследуют они, воистину, землю прекрасную.

Нарочитое расчленение внутренне целостного речевого сообщения с эффектом создания коммуникативного напряжения в поступательном развертывании текстового содержания имеет место в поэме Отфрида и во многих других позиционных вклиниваниях МК между тесно связанными в семантико-смысловом отношении элементами построения, например, между предикатами движения, положения в пространстве и обстоятельственными членами локальной семантики, заполняющими обязательные позиции при них; например:

(11) Er quam in girihti / in thesa woroltslihti, // in thiz lant breita, / al soso er gimeinta // (O., II, 2, 15: 570 — Иисус пришел, точно, в этот бедный мир, на эту огромную землю, как это наметил Бог;

(12) Ni lag Johannes noh tho in war, / in themo karkare thar, // tho thiz ward sus gibredigot, / fon imo al so giredinot // (O., II, 13, 39: 83) — Не находился Иоанн-Креститель еще тогда, воистину, в темнице там, когда это им так проповедовалось, им все это говорилось.

В поэме Отфрида встречаются также довольно многочисленные случаи вклинивания МК между частями составного глагольного сказуемого, которые могут быть, среди прочего, проиллюстрированы следующими типичными примерами:

(13) Ther fon ther erdu hinana ist, .../ er scal giwisso rachon fon irthisgen sachon; // (O., II, 13, 20: 82) — Тот, кто является сущим от земли, ... тот должен, точно, говорить о земных делах;

(14) Iz mag ouh in wara / burdin dragan suara // (O., IV, 5, 9: 165) — Он может, воистину, переносить тяжелую ношу;

(15) Joh hiaz er sie ouh giwisso / bringen thero fisgo // (O., V, 13, 35: 240) — И повелел он им, доподлинно, принести тех рыб.

Членящему воздействию МК на семантико-синтаксическую структуру построения может сопутствовать в ряде случаев их применения акцентирование тех или иных составляющих по степени их смысловой важности в контексте целостного сообщения. В этом случае МК обычно подключаются в постпозиции к фокусируемому элементу, образуя вместе с ним грамматически обособленное структурное единство. Такие синтагматические объединения с участием МК на правах структурно и/или интонационно выделенных обособленных членов очень часто служат у Отфрида коммуникативным целям уточнения и пояснения элементов, данных в предтексте. Денотативно соотнесенные друг с другом компоненты образуют при этом смысловой повтор разнообъемных номинаций; например:

(16) So ist themo gotes drute / gesprochan zi guate, // Moysese in ware, / themo wizodspentare // (O., V, 8, 36: 229) — Так сказано слуге Господа во благо, а именно Моисею, законоустановителю;

(17) Tho leittun nan thie liuti / thar was thaz heroti; // ther biscof Kaiphas was thar / joh ther herizoho in war // (O., IV, 20, 2: 194) — Тогда отвели они его туда, где была высшая власть; где был епископ Каиафа, он же и наместник (Иудеи);

(18) ...maht lesan..., // wie thie scalka sih irhuabun / joh thie gotes boton sluagun, // ..., thes hereren sun in wara (O., IV, 6, 9: 168) — можешь прочесть ..., как слуги поднялись и били посланника Бога, ..., а именно сына Господа...

Структурно-синтаксическое обособление и выделение компонентов в отдельный смысловой блок информации при синтагматическом подключении к ним МК имеет место и без повтора и может касаться у Отфрида любых элементов, которые с точки зрения автора поэмы являются важными смысловыми элементами сообщения и поэтому выделяются на фоне целостного высказывания. МК при этом выступают как средства коммуникативной «аранжировки» высказывания со стороны автора поэмы. Например:

(19) Zi in sprach tho Judas, / ther iro leitiri was, //furista ouh in wara / thera armilichun fara // (O., IV, 16, 24: 186) — Сказал им тогда Иуда, который был их предводителем, а именно главным в этом жалком деле...;

(20) Fuarun sie tho blide / mit themo alten ride, //folle balawes in war / zi themo herizohen sar // (O., IV, 36, 4: 214) — Пошли тогда фарисеи, ослепленные старой завистью, истинно полные злобы, к наместнику.

Весьма затруднительными, по понятным причинам, оказываются попытки установить прямые текстовые соответствия для разбираемого текстового материала из «Евангелической гармонии» Отфрида в рамках того же синхронного среза, а также в переводах Библии на последующих диахронических этапах развития немецкого языка. Для большинства текстовых извлечений такие параллели выявляются на уровне текстового смысла, но не на уровне формы его воплощения в синтаксических структурах. Будучи не сакральным текстом религиозного содержания, а в высшей степени оригинальным художественным произведением древности, «Евангелическая гармония» несет на себе печать субъективной индивидуальности конкретного автора, который самолично осуществляет отбор языковых средств в соответствии со своим творческим замыслом, установками и видением описываемых событий.

Дело, кроме того, осложняется и тем, что в обсуждаемых употреблениях у МК на первый план выдвигаются дискурсивно-текстовые функции на фоне весьма значительного ослабления их денотативного содержания. Именно поэтому в отношении таких контекстов использования МК можно говорить о продвинутом этапе в их эволюции, о высокой ступени в их грамматикализации на пути превращения в грамматические элементы со служебно-связующими и выделительными функциями.

Указанная линия постепенной дискурсивизации МК может быть прослежена примерно для десяти процентов случаев от общего указанного выше числа их применений, когда Отфрид практически буквально передает содержание Евангелий. Сравнение с текстовыми извлечениями из Библии Ментеля, Лютера и из современного канонического текста «Нового Завета» выявляет функциональную эквивалентность МК другим сопоставимым средствам или их замещение в дискурсивно-текстовых функциях специализированными союзными словами, выполняющими связующе-членящую функцию в составе грамматических образований. Приведем несколько таких примеров.

(21) Gistuant gener (wan ih) thenken, / thaz er wolti wenken, // thoh sluog er imo in wara / thana thaz zesua ora // (O., IV, 17, 6: 188 = J., 18, 10) — Пусть тот (Петр) и начал, думаю я, размышлять, что он ошибается, но отрубил ему все же правое ухо.

Членяще-выделительное воздействие на структуру целостного образования в целях создания коммуникативного напряжения и усиления прагматического воздействия на адресата достигается в

приведенном текстовом фрагменте из Отфрида за счет включения устойчивого предложно-субстантивного словосочетания in wara, взаимодействующего семантически с уступительно-противительным союзом thoh. В сопоставимом текстовом фрагменте из перевода «Евангельской гармонии» Тациана, указанную дискурсивно-текстовую нагрузку берет на себя стилистически более нейтральное языковое средство — сочинительный союз inti (und), позволяющий менее категорично, чем в поэме Отфрида, передавать ту же усилительно-выделительную нюансировку при экспликации денотативных отношений. Некоторая экспрессия тем не менее достигается в Тациане через многократный повтор этого союза — стилистический прием, воспроизводимый и в текстовых соответствиях на последующих синхронных срезах; ср.:

(21а) Simon Petrus habenti suert nam iz üz inti sluoc thes bisgoffes scalc inti abahio sin öra thaz zeseuua; uuas namo thes scalkes Malchus (T., 185, 2: 307); (21б) Dorumb symon petter hett ein waffen er zoch es auß: vnd schluog den knecht des fursten der pfaffen: vnd hieb im ab sein zesems or. Wann der nam des knechts was malchus (M., 408); (21в) Da hatte Simon Petrus ein Schwert, vnd zoch es aus, vnd schlug nach des Hohenpriesters Knechte, vnd hieb jm sein rechte Ohr ab. Vnd der Knecht hies Malchus (Luth., 122); (21 г) Simon Petrus aber hatte ein Schwert und zog es und schlug nach dem Knecht des Hohenpriesters und hieb ihm sein rechtes Ohr ab. Und der Knecht hieß Malchus (Nhd., 135).

В процессе исторического развития аналитических грамматических форм, к которым, бесспорно, должны быть отнесены и широко представленные у Отфрида предложно-субстантивные словосочетания модально-оценочной семантики, возможно, как отмечает В. М. Жирмунский, слияние «акцентно ослабленных форм служебных слов с знаменательными в единое слово»9. При этом эволюция грамматических форм по пути их грамматикализации в прототипических ее вариантах часто сопровождается частичной утратой такими формами фонетического материала10. Отмеченный путь эволюционного развития характерен для некоторых контекстов употребления zi ware, которому в ранне- и нововерхненемецких текстах может быть поставлен в соответствие усилительно-уточняющий уступительный союз zwar, например:

(22) "Unsu werk zi ware / thiu gaganent uns hiare, // joh ruarent nu in thrati thio unso missodati;... // (O., IV, 31, 9: 209 = L., 23, 41) — «Именно наши дела, они привели нас сюда, и они касаются прежде всего наших проступков... » (один из распятых разбойников увещевает другого).

В тексте Тациана находим практически аналогичный способ рематизации важного в смысловом отношении компонента высказывания за счет подключения к нему в постпозиции МК giuuesso, сегментирующе-выделительное действие которого усилено сочинительным союзом inti:

(22а) ...inti uuir giuuesso rehto, uuir uuirdigiu tatin intfahemes; ... (T., 206, 5: 323) — Именно нам воздается по справедливости, мы получаем соответственно нашим поступкам.

В Библии Ментеля МК перемещается в препозицию и синтагматически объединяется с союзом: (22б) Vnd ernstlich wir recht: wann wir enpfachen wirdige ding der werck... (M., 323).

Сравним завершающий этап грамматикализации zi ware и превращение его в дискурсивный маркер — (составной) союз (und) zwar в Библии Лютера и в современном тексте Библии: (22в) Vnd zwar wir sind bilich drinnen, denn wir empfangen was vnser Thaten werd sind (Luth., 97); (22г) "Wir sind es zwar mit Recht, denn wir empfangen was unsre Taten verdienen; ... (Nhd., 107).

Поскольку эпистемические слова и выражения в одной из своих ипостасей — в когнитивном плане — представляют собой результат оценочной речемыслительной деятельности говорящего, то они легко включаются в экспликацию умозаключений и выводного знания и маркируют «по совместительству» логический ход мысли и соответственно в разворачивающемся дискурсе — логико-семантические связи между текстовыми составляющими. В такой совмещенной модально-союзной функции, специфичной для древневерхненемецкого периода, МК замещаются обычно специализированными союзными средствами на последующих этапах развития немецкого языка; например:

(23) Ni sant er nan zi waru / bi niheinigeru faru, / thaz thiu sin selbes guati / thia worolt pinoti; // sunter se zi imo leitti / joh alle giheilti, // in thiu se thes biginnen, thaz sie zi imo thingen // (O., II, 12. 75-79: 80 = J., 3, 17) — Не посылал Бог Иисуса, конечно же, ни в коем случае, чтобы через эту его терпимость (благодать) осудить мир, но для того, чтобы они обратились к нему, начав служить ему. Сравним на последующих синхронных срезах:

(23а) Wann gott sant sein sun in die werlt rich das er vrteil die werlt: wann daz die werlt wurd behalten durch in (M., 344); (23б) Denn Gott hat seinen Son nicht gesand in die welt, das er die welt richte. Sondern das die welt durch jn selig werde (Luth., 102); (23в) Denn Gott hat seinen Sohn nicht in die Welt gesandt, daß er die Welt richte, sondern daß die Welt durch ihn gerettet werde (Nhd., 113).

(24) "Oba thu", quad er, "datist, / thia gotes gift irknatis, ... // Thu batis inan odo sar, / er gabi thir in alawar // zi liebe joh zi wunnon / springentan brunnon" // (O., II, 14, 25: 84) = J., 4, 10) — «Если бы ты, — сказал Иисус, — знала дар Божий, то ты бы его, возможно, попросила (об этом), и он дал бы тебе, конечно же, для любви и радости воду животворящую». Сравним:

(24а) Jhesus antwurt: vnd sprach zuo ir. Westest du den gib gotz. vnd wer der ist der zuo dir spricht gib mir zetrincken: villeicht hettestu geeischen von im: vnd er hett dir gegeben lebentiges wasser (M., 347); (24б) Jhesus antwortet, vnd sprach zu jr. Wenn du erkennetest die gabe Gottes, vnd wer der ist, der zu dir saget. Gib mir trincken. Du betest jn, vnd er gebe dir lebendiges Wasser (Luth., 103); (24в) Jesus antwortete und sprach zu ihr: Wenn du

erkenntest die Gabe Gottes und wer der ist, der zu dir sagt: Gib mir zu trinken!, du bätest ihn, und der gäbe dir lebendiges Wasser (Nhd., 114).

Таким образом, МК в составе рассмотренных грамматических построений представляют собой чисто авторские вкрапления, образующие личный инструментарий Отфрида в предпринятом им изложении и комментировании библейских сюжетов. Подавляющее большинство речевых контекстов использования МК в «Евангелической гармонии» отражает независимость их семантико-синтаксического положения от лексического наполнения и структурно-синтаксической организации конструкции, высокую степень их грамматикализации и эволюционную продвинутость в направлении приобретения ими дискурсивно-текстовых и экспрессивно-прагматических свойств при ослаблении у них денотативно-смысловой значимости в контексте сообщения. Включение МК в широкий диапазон речевых контекстов продиктовано здесь факторами формально-структурной (ритмической) организации поэтической формы изложения и коммуникативно-прагматическими причинами. МК образуют авторский арсенал языковых средств, используемых Отфридом для формально-структурной (фонетической), текстово-семантической и коммуникативной «аранжировки» высказывания, а также для повышения его эмоционально-экспрессивного (прагматического) воздействия на адресата.

СОКРАЩЕНИЯ

T. — Tatian: Lateinisch und althochdeutsch/ Hrsg. von E. Sievers. Paderborn, 1872. O. — Otfrids Evangelienbuch / Hrsg. von Oskar Erdmann. 6. Aufl. von Ludwig Wolff. Tübingen, 1973.

M. — Die erste deutsche Bibel. 1. Bd. (Evangelien) / Hrsg. von W. Kurrelmeyer. Tübingen, 1904.

Luth. — Die Bibel. Die ganze heilige Schrift des Alten und Neuen Testaments in der deutschen Übersetzung von D. Martin

Luther (nach der Luther-Bibel von 1545). 1. Aufl. Gütersloh, 1986.

Nhd. — Die Bibel / Hrsg. von der Evangelischen Kirche in Deutschland. Stuttgart, 1985.

J. — das Johannes-Evangelium.

L. — das Lukas-Evangelium.

ЛИТЕРАТУРА

1 Heine B. Grammaticalization // The handbook of historical linguistics / Ed. by B. D. Joseph, R. D. Janda. — Oxford: Blackwell, 2003. — P. 575-601; Lehmann Ch. Theory and method in grammaticalization // Grammatikalisierung / Hrsg. von G. Diewald. — Berlin, 2005. [http://www.uni-erfurt. de/sprachwissenschaft /personal /lehmann/CL_Publ/]; Traugott E. C. Constructions in grammaticalization // The handbook of historical linguistics ... P. 624-647; Haspelmath M. On directionality in language change with particular reference to grammaticalization // Up and down the cline: The nature of grammaticalization // Typological studies in language / Ed. by O. Fischer, M. Norde, H. Perridon. Vol. 59. — Amsterdam, 2004. P. 8-35; Simmler Fr. Satzverknüpfungsmittel und ihre textuellen Funktionen in der lateinisch-althochdeutschen Tatianbilingue und ihre Geschichte // Konnektoren im älteren Deutsch: Akten des Pariser Kolloquiums März 2002 / Hrsg. von Y. Desports. Heidelberg, 2003. S. 9-40; Desportes Y. Auh im althochdeutschen Isidor // Ebenda: — S. 271-319.

2 Баранов А. Н., Плугнян В. А., Рахилина Е. В. Путеводитель по дискурсивным словам русского языка. — М., 1993; Дискурсивные слова русского языка: Опыт контекстно-семантического описания / Под ред. К. Л. Киселева, Д. Пайер. — М., 1998; Майсак Т. А. Типология грамматикализации конструкций с глаголами движения и глаголами позиции. М., 2005; Денисова Н. В. Квазисочинение и прагматика открытых рядов (на материале современного английского языка): Дис. ... канд. филол. наук. — СПб., 2007.

3 Щерба Л. В. Преподавание иностранных языков в средней школе. Общие вопросы методики. М., 1974. — С. 82-96; Виноградов В. В. О категории модальности и модальных словах в русском языке // Виноградов В. В. Избранные труды. Исследования по русской грамматике. М., 1975. — С. 53-87; Жирмунский В. М. Об аналитических конструкциях // Аналитические конструкции в языках различных типов / Отв. ред. В. М. Жирмунский, О. П. Суник. — М.; Л., 1965. — С. 5-57; Гухман М. М. Процесс грамматизации некоторых лексических группировок в индоевропейских языках // Вопросы грамматики. Сб. статей к 75-летию акад. И. И. Мещанинова / Ред. В. М. Жирмунский. — М.; Л., 1960. — С. 280-290; Ярцева В. Н. О формах развития простого предложения // Там же. — С. 454-469.

4 Гухман М. М., Семенюк Н. Н. История немецкого литературного языка IX-XV вв. — М., 1983. — С. 27; Meineke E., Schwerdt J. Einführung in das Althochdeutsche. — Paderborn; München; Wien, 2001. — S. 149-157.

5 О семантической классификации модусов см., напр.: Арутюнова Н. Д. Типы модусов. Инверсия модуса и пропозиции // Арутюнова Н. Д. Язык и мир человека. — М., 1998. — С. 411-440.

6 См., напр.: Valentin P. Konnektoren bei Otfrid // Konnektoren im älteren Deutsch: Akten des Pariser Kolloquiums März 2002 / Hrsg. von Y. Desports. — Heidelberg, 2003. — S. 179-191.

7 Traugott E. C. Op. cit. — P. 643; Майсак Т. А. Указ. соч. — С. 52.

8 Все переводы на русский язык носят характер подстрочника и сделаны автором статьи; кроме того, для удобства восприятия и анализа в древненемецкий оригинал поэмы Отфрида внесены авторские маркеры членения стиха: одна

косая черта обозначает границы полустишья, а две — границы стиха в рамках рифмованного двустишья.

9 Жирмунский В. М. Указ. соч. — С. 8.

10 Там же; Heine B. The handbook of historical linguistics ... — P. 576.