К вопросу о категории предельности

лингвистика

М.Н. Дорохина

к вопросу о категории предельности

в статье рассматривается эволюция предельных отношений в системе глагола в разные исторические периоды развития английского языка: древнеанглийском, среднеанглийском и ранненовоанглийском. Автор исследует вопрос о том, как

реализуется категория предельности на семантическом, лексическом и лексикограмматическом уровнях. особое внимание уделено функционированию лексико-грамматических показателей предельности: префиксов и послелогов. Ключевые слова: предельность, лексико-грамматиче^ая категория, послелоги, положительная видовая заряженность, отрицательная видовая заряженность, пространственно-временные отношения, адвербиалии.

По определению И.Г. Кошевой, основной функцией категории предельности является выражение пространственно-временных отношений реальной действительности. Категория предельности охватывает и именную, и глагольную системы, а далее реализуется в словосочетании, в предложении, сверхфразовом единстве и тексте. Эта категория существует на всех уровнях языковой абстракции: семантическом, лексическом, парадигматическом и синтагматическом [7, с. 154].

На семантическом уровне за основу берется исходная семантика языковых структур, так называемый семантико-фонетический комплекс (СФК), являющийся единицей кодирования информации, структура которого представляет собой фиксированную последовательность согласных в корне слова [Там же, с. 17]. Поскольку каждый СФК обладает особым видовым зарядом, возникает следующая оппозиция: положительно-заряженные СФК - отрицательно-заряженные СФК [4, с. 116]. Положительнозаряженные СФК, как их характеризует И.Я. Курилина, принадлежат к универсально-семантическому полю обладания, которые имеют ограниченный характер протекания действий, тогда как отрицательно-заряженные СФК относятся к полю бытия с неограниченным характером протекания действий [9, с. 6].

Положительно-заряженные СФК типа b(ui)ld, t(a)k(e), (e)nt(e)r на семантическом уровне выражают направленность к конечной точке протекания действия, представляющей собой его предел.

Отрицательно-заряженные СФК типа: l(i)v(e), l(o)v(e), w(a)lk на семантическом уровне выражают действия с беспредельным характером протекания.

На следующем лексическом уровне создаются лексические единицы. При этом семантический видовой характер сохраняется в производной лексеме вне зависимости от того, к какой части речи она принадлежит [7, с. 154]. Например: L(o)v(e) - love (v), lovely (adj) - сохраняется значение непредельности; (E)nt(e)r - enter(v), entrance (n) - сохраняется значение предельности. Безусловно, видовая характеристика глагольных и именных форм будет также зависеть и от присущих им константы значений: статики или динамики.

Филологические

науки

лингвистика

Как полагают ученые, динамичный характер глагольных словоформ усиливает их видовой характер, а статичный характер именных словоформ - ослабляет, но не приводит к исчезновению изначально присущей им видовой характеристики [2, с. 8-15; 7, с. 154].

На лексическом уровне возникает оппозиция глагольных форм, в основе которой лежит разделение по способу действия (СД): предельный глагол как глагол положительного способа действия - непредельный глагол как глагол отрицательного способа действия. Глаголы положительного способа действия (СД+) в своем значении содержат ограниченность протекания глагольного действия; глаголы отрицательного способа действия (СД-) передают действия, неограниченные в своем протекании [4, с. 117].

В группу предельных глаголов входят: результативные (build, put), инхоативные (start, finish), мгновенные (fall и т.д.). Они различаются по описательному и определительно-количественному характеру. Инхоативные глаголы описывают процесс действия в его начинательной или завершительной фазе; в результативных и мгновенных глаголах важен результат действия, который определяет их количественно-объемную характеристику.

Среди непредельных глаголов выделяют: длительные (love, see), курсивные (draw) и т.п., т.е. те, которые характеризуются длительным характером протекания действия.

На лексико-грамматическом уровне функционирует лексико-грамматический показатель, который способствует формированию противопоставлений более высокого уровня. В роли такого лексико-грамматического показателя выступают послелоги (in, out, up и т.д.) [Там же, с. 119].

Французский лингвист Антуан Мейе писал, что «послелоги» произошли от праиндоевропейских специальных элементов, преломляющих в языке пространственные отношения, называемые адвербиалиями [11, с. 234].

В 1950-е гг. И.Е. Аничков вводит понятие «адвербиального послелога» и посвящает свои труды исследованию их функционирования. Он выражает следующую точку зрения: послелоги - это знаменательные слова, которые в предложении выполняют функцию наречий [1, с. 389].

Необходимо отметить, что функция послелогов не только грамматическая - показатель предела действия, но и словообразовательная - уточнение или изменение лексического значения исходного глагола, в силу чего они являются не «чисто» лексическими или грамматическими, а лексикограмматическими знаками языка. Иными словами, послелоги - это единицы лексико-грамматического характера.

Если на лексическом уровне противопоставление: «предельный глагол - непредельный глагол» строится на основе способа действия (поло-

жительного или отрицательного), то на лексико-грамматическом уровне наличие послелога делает глагол грамматически предельным, а отсутствие послелога - грамматически непредельным. При этом послелоги, присоединяясь к лексически предельным глаголам, усиливают их предельный характер, а в сочетании с лексически непредельными глаголами - сообщают им лексико-грамматическую предельность. Таким образом, дифференциация по способу действия не является определяющей на лексико-грамматическом уровне, но оказывается обязательной в формировании предельных отношений: to come (непредельный глагол) - to come in (предельный глагол).

Отдельно целесообразно остановиться на происхождении послелогов в английском языке.

Анализ фактического материала убедительно свидетельствует о том, что послелоги произошли от древнеанглийских лексически полнозначных приставок (ut-, forp-, up-, in-, ofer-, ymb-, for-, at-), которые, прежде всего, являлись словообразовательными элементами, меняли семантическое значение глагола, к которому они присоединялись. Например: at-ferian - to carry away («удаление от некой точки, объекта»); up-cyne -to rise («движение вверх»); ymb-iernan - to run round («движение вокруг»).

Также необходимо отметить, что лексически-значимые префиксы выражали и абстрактный предел действия. Приставочный глагол описывал действие, ограниченное неким пределом, а бесприставочный - бесконечное действие, не имеющее конечной точки протекания.

O.E. 18 So^Hce da ^ing de of dam m^e ga^, cuma^ of dsre heortan, and da besmfta^ done mann.

M.E. 18 But tho thingis that cummen forth fro the mouth, gon out of the herte, and tho thingus defoulen a man.

E.M.E. 18 Butt those thinges which procede out of the mought, come from the herte, and they dyffyle a man (Gospels of S. Mathew, chapter 15) [14, с. 78].

А исходящее из уст - из сердца исходит - сие оскверняет человека [12, с. 57].

O.E. 53 And da hi ofer-segledon, hi comon to Genesaret, and dar wfcedon.

M.E. 53 And whanne thei hadden passid ouer the see, thei camen in to the loud of Ganazareth, and setten to londe.

E.M.E. 53 And they cam over, and went into the loude off Genazareth, and drue vp into the haven (Gospels of S. Mark, chapter 6) [14, с. 198].

И, переправившись, прибыли в землю Геннисаретскую и пристали к берегу [12, с. 141].

Как показывают примеры, взятые из Евангелия, два древнеанглийских глагола cumap и ofer-segledon выражают разные действия с точки зрения

Филологические

науки

лингвистика

их протекания в пространстве. Если первый глагол cumap, соответствующий ранненовоанглийскому come (исходит) - передает процесс протекания действия, его длительность, то второй глагол ofer-segledon - camover (переправившись), обозначает результат действия, преодоление некой преграды, а не процесс.

Следует отметить, что глаголы с полнозначными префиксами не передавали завершенность или полноту действия, а выражали лишь направленность к достижению предела, сосредоточенного в префиксе. Завершенность/незавершенность действия определялась контекстом.

Наряду с полнозначными префиксами, в древнеанглийском языке функционировали и глаголы с десемантизированными префиксами (a-, be-, ge-, on-), которые, как определяет академик В.В. Виноградов, утратили свое вещественное значение [4, с. 137]. В. Штрайтберг, И.Г. Кошевая, Л.К. Свиридова и другие полагают, что эти приставки тоже выражают предел действия, но не столько направленность к пределу, а саму его достигнутость [8, с. 94; 13].

O.E. 3 Da Herodes dst gehyrde da wear^ he gedrefed, and eal Hierosolim -warn mid him.

M.E. 3 Sothely kyng Hero de herynge is trublid, and al Jerusalem with him.

E.M.E. 3 Herode the kynge after he had herde thys was troubled, and all Jerusalem with hym (Gospels of S. Mathew, chapter 2) [14, с. 6].

Услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним [12, с. 8].

При анализе употребления глагола с десемантизированным префиксом ge- видно, что древнеанглийский глагол gehyrde соответствует ранненовоанглийской форме причастия прошедшего времени: had herde, что подтверждает, что глаголы с десемантизированными префиксами передают действия предельные и завершенные. В отличие от лексически значимых приставок, которые передают направленность к пределу, десемантизиро-ванные приставки акцентируют внимание на совершении действия, его результативности.

По мнению ряда исследователей (И. Вакернагеля, Б.А. Ильиша, И.Г. Кошевой, Л.К. Свиридовой) десемантизированные приставки a-, ge- в своей функции выражать завершенные действия напоминают приставки совершенного вида в русском языке и являются видовыми [3, с. 129-130; 8, с. 94; 15].

Однако отсутствие однозначно выраженного значения недостигну-тости предела в бесприставочном глаголе снимает саму возможность выражения видовой оппозиции. Объясняется это тем, что в древнеанглийском языке бесприставочный глагол в видовом отношении полностью

зависит от контекста, т.е. его форма оказывается аспектно-бифункционального типа:

= плыть недостигнутая ^ ^ предельность

Swimman контекст

'ч ^ достигнутая ^ = уплыть предельность

Поэтому само противопоставление в силу такой хромающей оппозиции оказывалось эволюционно неустойчивым и требовало создания иных парадигматических моделей.

Итак, возникает системное противопоставление, охватывающее все глагольные формы, в основе которых лежит выражение предельного характера: отсутствие направленности к пределу / наличие направленности к пределу.

В полном соответствии с этим в языке появляются пары «бесприставочный глагол / глагол с полнозначной приставкой»:

forp-bringan ofer-swimman

Bringan Swimman

in-bringan №t-swimman

Отношения между противоположными членами построены по принципу парадигматической автономии и носят центробежный характер (термин, введенный И. Вакернагелем) [6, с. 117]. Пары слов имеют единый корень, но полнозначные префиксы добавляют новое семантическое значение во вновь образованное слово. Иными словами, образуются лексически новые пары слов, отличающиеся от исходных.

В среднеанглийский период, когда, как известно германское силовое ударение передвигается на корень слова, подвергаются редукции конечные слоги, а лексически-значимые приставки постепенно отделяются от глагола и переходят в постпозицию. Например: forp-gap

Что касается судьбы десемантизированных приставок, то они под влиянием постепенного распада синтетического строя древнеанглийского языка нивелируются. Значения «законченности» и «завершенности» действия в среднеанглийском периоде выражаются простыми формами прошедшего времени или перфектными формами настоящего и прошедшего времени. Например:

Ge-endode (древнеангл.) ^ hadde eendide (среднеангл.) ^ hadfynysshed (ранненовоангл.).

Филологические

науки

лингвистика

В ранненовоанглийском же периоде, по мнению И.Е. Аничкова, Б.А. Ильиша, и др., количество послелогов и глагольных сочетаний с послелогами заметно возрастает [1, с. 386-389; 3, с. 368].

Послелоги, как и полнозначные префиксы древнеанглийского языка, выражают идеи предела и, выполняя словообразовательную функцию, уточняют значение исходного слова. Например: enter into - входить. Послелог into не меняет семантику исходного глагола enter, но при этом передает некую четко выраженную направленность движению и служит пределом действия.

Но с течением времени, полагает Б.А. Ильиш, послелоги на основе пространственных значений развивают идиоматические, и английский язык все больше обогащается устойчивыми глагольными сочетаниями с послелогами [3, с. 369]:

Данные лексико-грамматические пары слов построены по принципу парадигматической автономии: вновь образованные глагольные сочетания с послелогами имеют единый корень с исходным словом put, но в семантическом отношении отличаются от исходного слова. Наличие послелогов превращает составные глаголы (put about, put away, put back) в грамматически предельные, а отсутствие послелога делает исходный глагол put грамматически непредельным.

Итак, нами были рассмотрены способы выражения предельных отношений в разные исторические периоды английского языка. Результаты проведенного исследования свидетельствуют о том, что лексико-грамматическая категория предельности в языке служит для отражения ограничительных отношений реальной действительности. Лексико-грамматическим показателем предельности являются послелоги. Эти адвербиальные элементы, с одной стороны, могут существовать независимо в предложении, т.к. обладают индивидуальным лексическим значением, а с другой -в сочетании с глаголом служат направительно-маркированной точкой протекания глагольного действия.

Образование послелогов не случайно. Этимологически они произошли от древнеанглийских полнозначных приставок и постепенно стали составной частью глагольной парадигмы: глагол без послелога / глагол с послелогом. Так, в основе образования лексико-грамматических пар лежит принцип парадигматической автономии с центробежной направленностью. Однако такие оппозиционные пары характеризуются своей

Put about распространять

Put away убирать

Put back ставить на место

г

нестабильностью. Это связано с удаленностью каждого вновь образованного глагола с послелогом от исходной глагольной формы, что препятствует появлению грамматически соотнесенных глагольных видовых пар, с центростремительной направленностью и парадигматической субординацией. Но именно этот момент характеризует предельность как категорию не грамматического, а лексико-грамматического плана, которая в иерархии видовых значений занимает позицию, приближающуюся к виду, но не равную ему, поскольку вид предполагает чисто грамматическую парадигму своего функционирования, основанную не на центробежной, а на центростремительной спаянности оппозиционно-парных дублетов.

Библиографический список

1. Аничков И.Е. Труды по языкознанию. СПб., 1997.

2. Арсланов В.Ш. Актуализация центробежности и центростремительности глагольно-именными конструкциями типа «to have a smoke» в англ. языке: Автореф. дис.... канд. филол. наук. М., 1993.

3. Ильиш Б.А. История английского языка. М., 1958.

4. Кошевая И.Г. Курс сравнительной типологии английского и русского языков. М., 2008.

5. Кошевая И.Г. О тройной сегментации времени и пространства // Вестник МГГУ им. М.А. Шолохова. Сер. «Филологические науки». 2013. № 2. С. 64-67.

6. Кошевая И.Г. Проблемы языкознания и теории английского языка: Принципы формирования видо-временного значения в языке. Теоретический курс. Изд. 2-е, доп. М., 2012.

7. Кошевая И.Г. Теоретическая грамматика английского языка. М., 2012.

8. Кошевая И.Г., Свиридова Л.К. Грамматические структуры и категории английского языка: Теоретический курс. М., 2010.

9. Курилина И.Я. Структура глагольной лимитации. М., 1989.

10. Свиридова Л.К. Категория тождества в процессе осознания объекта // Вестник МГГУ им. М.А. Шолохова. Сер. «Филологические науки». 2013. № 4. С. 58-62.

11. Мейе А. Общеславянский язык. М., 2000.

12. Святое Евангелие. М., 2010.

13. Streitberg W. Perfective und Imperfective Aktionsart im Germanischen. P.B.B.XV-В., 1889.

14. The Gothic and Anglo-Saxon Gospels in parallel columns with the versions of Wicliffe and Tyndale. L., 1874.

15. Wackernagel J. Lectures on Syntax. Oxford, 2001.

Филологические

науки