Миграция в Италии: роль католической церкви в формировании общественного мнения

УДК 261.6: 323.1 Вероника ЯЗЬКОВА

МИГРАЦИЯ В ИТАЛИИ: РОЛЬ КАТОЛИЧЕСКОЙ ЦЕРКВИ В ФОРМИРОВАНИИ ОБЩЕСТВЕННОГО МНЕНИЯ

Аннотация. В статье рассматривается роль католической церкви в формировании отношения современного итальянского общества к проблеме миграции. Автор показывает, что католическая церковь прошла долгий путь, включавший в себя различные этапы. Если папы последней четверти XIX в. усматривали в этом явлении угрозу вере, то понтифики новейшего времени увидели в нём новый ресурс, духовный и культурный потенциал, дар межнационального, межкультурного и межрелигиозного диалога. Второй Ватиканский собор изменил не только представление о мигранте и о его роли в церкви, но и облик современного миссионера - социального помощника, пастыря-попечителя, строителя местной церкви. В то же время открытость церкви миру во всём его многообразии имеет и свои ограничения. Речь идёт прежде всего о взаимодействии с нехристианскими религиями, в частности, с исламом, общение с которыми, по мнению Ватикана, должно строиться на принципах взаимного уважения и признания религиозной свободы обеих сторон - участниц диалога. Особое внимание в статье уделено "интеркультурной" модели интеграции мигрантов в итальянское общество - модели, которая проистекает из национальной идентичности страны как родины римского права и глубочайших христианских корней, то есть лежит в плоскости государственной и церковной политики.

Ключевые слова: миграция, мультикультурализм, Ватикан, Италия, Второй Ватиканский собор, католическая церковь, Франциск I.

Вовлечение Италии в процессы экономической, политической и культурной глобализации определяет нынешнюю жизнь страны. Не удивительно поэтому, что в центре внимания общественного мнения и католической церкви в Италии оказываются не только национальные вопросы, но и глобальные проблемы: взаимодействие культур и религий, права человека, в том числе на свободу религии, борьба с бедностью и, конечно, этические ценности в постиндустриальном обществе.

На 1 января 2016 г. в Италии проживали 5.026.153 иностранных граждан, что составляет 8,3% от общего числа граждан страны [Colombo, 2017]. Это преимущественно выходцы из Румынии, Албании, Марокко, Китая, Украины, Филиппин, Индии, Молдавии и др. Из них, по данным фонда Ismu, свыше 1,6 млн исповедуют христианство в его православном варианте, свыше 1,4 млн - ислам, чуть более 1 млн - католицизм, 182 000 - буддизм, 72 000 - индуизм [Immigrati, 2016]. Азиат-

© Язькова Вероника Евгеньевна - канд. ист. наук, старший научный сотрудник Центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАИ. Адрес: 125009, Москва, ул. Моховая, д. 11, стр. 3. E-mail: yazkova@yandex.ru.

екая миграция на протяжении последних пяти-шеети лет являет собой весьма пёструю религиозную картину. Уроженцы Пакистана и Бангладеш исповедуют по преимуществу ислам; большинство филиппинцев (86%) и жителей Шри Ланки (61%) -католицизм; граждане Индии - сикхизм (52,2%), индуизм (34,4%), ислам (5,3%) и католицизм (4%); китайцы считают себя атеистами (58,5%) и буддистами (32,5%). В сравнительном меньшинстве - протестанты пятидесятники и баптисты в основном из числа корейцев, китайцев и филиппинцев [Baldussi, 2009: 65].

В географическом отношении распределение иностранных граждан таково: большая часть (34.1%) оседает на северо-западе, в Милане, Турине, Генуе; 24,5% -на северо-востоке, 25,4% - в центре и меньше всего (15,9 %) на юге и на островах. Весьма ощутимо иностранное присутствие в крупных городах - в Риме (529 тыс.), Милане (446 тыс.), Турине (222 тыс.). Финансовое положение мигрантов существенно хуже положения итальянцев; примерно половина семей - особенно на юге страны - живёт за чертой бедности (аналогичный показатель в итальянских семьях - 17%) [Immigrazione, 2017].

Как известно, особую, весьма болезненную проблему составляют беженцы из Северной Африки. В 2014 г. в Италии высадилось более 170 тысяч человек, что почти на 300% превысило данные по 2013 году. На конец февраля 2017 г. число беженцев на 45% превысило показатели 2016 г. [Polchi, 2017]. Почти вдвое выросло количество несовершеннолетних, прибывших без сопровождения взрослых: 25 846 в 2016 г. против 13 400 в 2015 г. В этом отношении "2017 год обещает побить рекорды", заявляют специалисты [Custodero, 2017]. По данным доклада ОБСЕ "Перспективы международных миграций 2016 г." из 153 000 беженцев, оказавшихся в Италии, 83 540 обратились за предоставлением убежища. Это прежде всего жители Мали, Гамбии, Сомали, Нигерии, Кот-д'Ивуар, Ганы, Буркина-Фасо [L'immigrazione, 2017].

Таким образом, проблема приёма и интегрирования беженцев и трудовых мигрантов в общество - одна из важнейших в современной Италии.

Модели интегрирования мигрантов

В числе прочих традиционно выделяются две такие модели: модель ассимиляции и мультикультурализм. Первая требует от мигранта такого усвоения культуры новой родины, при которой его этические и религиозные ценности становятся не более чем фактом частной биографии. Во Франции эта модель встречает жёсткое сопротивление мигрантов-мусульман, для которых неприемлема политика так называемого "позитивного секуляризма" и принятое в этой стране жёсткое разделение религиозной и гражданской сфер. Подтверждение тому - трагические события с "Шарли Эбдо".

Другая модель - мультикультурализм, признающий за любым этническим и религиозным сообществом право на самоопределение. Эксперты, однако, усматривают в этом опасность формирования так называемых "параллельных" островков общества, имеющих сильную связь внутри общины и слабую с остальным государством [Gaspari, 2011]. В основе мультикультурализма лежит релятивизм в области культуры, который, в свою очередь, порождает релятивизм юридический, стремление узаконить различия и традиции в правовом поле.

Как известно, Великобритания официально объявила о провале мультикультурализма, который прежде противопоставлялся melting pot - "американской кастрюле". И дело не только в том, что в Англии в некоторых мусульманских общинах фактически начали прибегать к законам шариата. Беженцы и трудовые мигранты

зачастую требуют к себе отношения не как к индивидам (что в Европе было бы понятно, учитывая принципы индивидуальной ответственности), а как к группе, имеющей особую культуру. В результате происходит атомизация культурных сообществ, замена национальной идентичности религиозной и этнической, слабая социальная интеграция иммигрантов. По мнению ряда исследователей, речь не идёт, однако, о подлинном мультикультурализме, но о культурной фрагментации, поскольку включение мигрантов с их собственными культурами в коренное население Европы осуществляется в качестве анклавов. Между тем как под истинным мультикультурализ-мом традиционно подразумевают "совместное проживание народов с разной этнической и культурной идентичностью", с наличием автономий и общегражданской идентичностью [Федотова, 2015: 16]. Такую картину мы наблюдаем в России.

В Италии обе модели - ассимиляция и мультикультурализм - подверглись критике. Бытует мнение, что Италия должна найти некое "третье" - "интеркулътур-ное" - решение, которое проистекает из её национальной идентичности как родины римского права и глубочайших христианских корней, то есть лежит в плоскости государственной и церковной политики. Речь идёт о так называемой "обогащённой идентичности". Важнейший вклад в формирование этой концепции внесла католическая церковь.

От аллармизма к "глобализации любви и сотрудничества"

Интерес церкви к мигрантам продиктован не только стремлением проповедовать Слово Божье всем народам, то есть евангелизацией, и не только стремлением облегчить участь страждущих посредством социального служения, но и не в последнюю очередь (и это заложено в социальной доктрине РКЦ) - во имя защиты прав человека и справедливости в отношении каждой конкретной личности. В инструкции Любовь Христа к мигрантам от 2004 г. Папский Совет пастырства по делам мигрантов и путешествующих призывает к научному изучению проблемы, принимая во внимание три главных направления деятельности церкви - внутрицер-ковное, экуменическое и межрелигиозное. Поскольку Христос ассоциирует себя со "странником", которого "приняли" (Мф. 25, 35), а Его церковь именует себя "странствующей" и возводит гостеприимство в добродетель со времён патристики и возникновения монашества, то очевидно, что забота о мигрантах становится важной составляющей её миссии [Erga migrantes, 2004].

Собственно, феномен миграции вызвала к жизни промышленная революция в Новое время, и именно тогда церковь была вынуждена выработать своё отношение к этому явлению. С той важной особенностью, что первоначально с последней четверти XIX в. "проблемой" был процесс массовой эмиграции самих итальянцев из страны в поисках лучшей жизни. В 1875 г. Пий IX (1903-19141) усмотрел в этом феномене угрозу вере и для обеспечения духовных нужд итальянских мигрантов отправил в Аргентину монахов-салезианцев Дона Боско. В те же годы католические церкви для итальянцев были открыты в Лондоне, Берлине, в обеих Америках. В 1914 г. (когда за один только год Италию покинули 900 тысяч человек) папа Пий X настаивал на создании специальных институтов для оказания духовной и социальной помощи эмигрантам в разных странах.

XX век стал веком массовых передвижений. Миграция начала приобретать глобальный характер вследствие социальных потрясений, войн, тоталитарных режимов. Папа Пий XlI (1939-58) первым проанализировал этот феномен во всех его

1 Здесь и далее даны годы понтификата.

Современная Европа, 2017, №5

аспектах - социально-политическом, демографическом, религиозном и моральном. В Апостольской конституции Exsul familia от 1952 г. понтифик отстаивал право человека эмигрировать в поисках работы и более достойных условий жизни, а также право семьи воссоединиться с ним. Экклезиология Второго Ватиканского Собора внесла свой вклад в пастырское попечение мигрантов, доверив его местным церквям, а не одной только конгрегации римской курии, как это было раньше. Призывая положить конец вынужденной - форсированной - миграции, Иоанн XXIII (1958-1963) указывал, что мигранты привносят благо принимающей стороне, что нужно не изолировать их в гетто, а учить адаптироваться к новым условиям, уважать язык, обычаи новой родины (речь от 20.10.1961; энциклика Pacem in Terris, 1963; моту проприо1 De pastorali migratorum cura, 1969). Папа Павел VI (1963-1978) добавил к сказанному предшественником в 1973 г., что "мобильности современного мира" должна соответствовать "пастырская мобильность церкви", что иммигранты, где бы они ни были, призваны сохранить свою культуру, литургию, духовность, традиции. Это способствует универсализации церкви, её духовному обогащению и интеграции [Manzone, 2006]. В конце 80-х - начале 90-х гг. XX в. расширилась сеть волонтёров, оказывающих содействие мигрантам. Ватикан высказывался против оголтелой эксплуатации иностранных рабочих, экономической политики, которая вынуждает людей покидать родину, ратовал за справедливое распределение природных богатств Земли. Иоанн Павел II заявлял в 1981 г., что отношение работодателя к работнику-иммигранту должны определять те же нормы, что и отношение к любому другому работнику в той же стране. Что же касается церкви, то она призвана стать "родиной" мигрантов в самом широком понимании этого слова -трудовых и политических мигрантов и всех, кто осуждён на долгое отсутствие -беженцев, военных, заключённых и т.д (энциклика Laborem exercens, 1981; Апостольское обращение Familiaris consortio, 1981; энциклика Redemptoris missio, 1990; омелия на беатификацию епископа Дж.Б.Скалабрини,1997; речи и послания к Юбилею 2000; Послание к Международному дню мигранта, 2005). Нынешний папа Франциск призвал верующих к "глобализации любви и сотрудничества" - "эмиграции" из замкнутого индивидуального мирка в мир универсальный [Santa Sede, 2014].

Таким образом, более чем за 100 лет католическая церковь радикально изменила своё отношение к феномену миграции. Папы Новейшего времени оказались от аллармизма, усмотрев в этом явлении новый ресурс, духовный и культурный потенциал, возможность новых контактов, обмена ценностями, дар межкультурного и межрелигиозного диалога. Эволюция представлений о мигранте и о его роли в церкви изменила облик современного миссионера. Это уже не только социальный помощник и пастырь-попечитель, но и строитель местной церкви.

Культурный и религиозный плюрализм

Экклезиология Второго Ватиканского собора (1962-1965) предусматривает, что пастырское служение католической церкви должно осуществляться следующим образом. Пятидесятница, призвавшая верующих к духовному единению, не отменяет различия в языках и культурах, но, напротив, признаёт их в их многообразии, "инаковости". Из этого следует, что усердие духовенства должно быть направлено вовне, во внешний мир, чтобы "передать другим своё сокровище и обогатиться новыми дарами и ценностями", - говорится в инструкции "Любовь Христа к мигран-

1 Proprio motu (с лат. - "по собственной инициативе") - папский рескрипт, формула, употреблявшаяся в практике отношений папы с иностранными державами.

Современная Европа, 2017, №5

там". Единая католическая церковь, - утверждает Догматическая конституция о Церкви 1964 г. Lumen Gentium, - несёт на себе печать вселенскости, так как она "образована из отдельных Церквей и в них пребывает, также как и отдельные Церкви образованы Церковью вселенской и существуют внутри неё" [Erga migrantes, 2014]. Попечение о мигрантах-католиках включает в себя: 1) поддержку этнических групп с целью воспитания в них истинного духа католицизма; 2) сохранение единства общины без подавления языковой и культурной самостоятельности; 3) уважение к родному языку мигрантов, через который они выражают особенности мировоззрения, культуры, традиций национальных церквей; 4) создание "домов мигрантов", столовых, хостелов, центров доверия и т.д. Особая роль в этом должна возлагаться на религиозные, благотворительные и культурные христианские организации. Феномен миграции имеет, таким образом, не только социальное, но и религиозное измерение.

Что касается мигрантов-некатоликов (например, верующих восточных Церквей), то в случае, когда "священники, служители или общины, не находящиеся в полном общении с Католической церковью, не имеют места либо необходимых для литургии предметов... епископ диоцеза может позволить им использовать католическую церковь или здание, а также предоставить необходимые предметы культа" [Erga migrantes, 2014]. В определённых случаях допустимы причащение христиан-некатоликов, церковное отпевание и захоронение тела на католических кладбищах. Подобные меры вызваны тем особым уважением, которое высказал Восточным Церквям Второй Ватиканский собор. "Церковь Востока, - отмечается в соборном декрете об экуменизме 1964 г. Unitatis Redintegratio, - с самого начала обладает той сокровищницей, из которой Церковь Запада немало почерпнула в литургической области, в духовном предании и в каноническом праве" [Документы, 2004: 183]. C протестантскими церквями (особенно с англиканской и лютеранской) Ватикан ведёт межрелигиозный диалог, пересматривая значение и последствия Реформации XVI в. [Türk M, 2014].

В отношении нехристианских религий, в частности, ислама католическая церковь придерживается принципа, высказанного в соборной Декларации 1965 г. Nostra Aetate: "Католическая Церковь не отвергает ничего из того, что истинно и свято в этих религиях. Она с искренним уважением рассматривает тот образ действия и жизни, те предписания и учения, которые, во многом отличаясь от того, чего она придерживается и чему учит, всё же нередко доносят луч Истины, просвещающей всех людей" [Документы, 2004: 278].

Встреча людей и верований, открывающая возможности для межрелигиозного диалога, ставит, однако, и свои ограничения. Церковь не считает возможным предоставлять для нужд нехристианских религий католические храмы, капеллы, места культа, помещения, отведённые под дела евангелизации. Согласно инструкции "Любовь Христа к мигрантам", не следует вносить изменения в образовательную программу католических школ в случае появления в классах детей мигрантов-нехристиан, равно как и принуждать ребёнка участвовать в католической литургии или выполнять действия, противные его религиозным убеждениям. Между тем необходимо прививать веротерпимость учащимся католических школ, учить их быть "адвокатами" прав меньшинства и, по мере возможности, знакомить с историей других религий. Преодоление культурных и религиозных барьеров должно стать задачей центров досугового и развлекательного характера [Erga migrantes, 2014]. Идеалом же церковь считает такие отношения между христианами и нехристиана-

ми, которые строятся на принципах взаимного уважения и признания религиозной свободы обеих сторон - участниц диалога.

Важный шаг в этом направлении сделан. В Италии действуют различные исламские организации - Ассоциация итальянских мусульман, основанная в 1982 г. итальянцами, принявшими ислам; Союз исламских общин Италии (1990); Культурный исламский центр Италии (1966 г.), в ведении которого находится главная мечеть Рима, открытая для богослужений с 1995 г.; Исламская религиозная община Италии (1997); автономная ассоциация Всемирной исламской лиги (1997), суфийские братства и другие организации. Исламская религиозная община Италии находится в тесном взаимодействии с итальянским государством благодаря проповеди умеренного ислама, Союз исламских общин пользуется особой популярностью среди иммигрантов-мусульман [Manducchi, 2009: 30-31]. За последние годы начинает постепенно претерпевать изменения и традиционная модель мусульманской семьи. Если первоначально большинство мигрантов-мусульман составляли мужчины, к которым впоследствии приезжали жена и дети, то теперь нередки случаи, когда "первопроходцами" становятся женщины, что меняет традиционные представления о супружестве, ответственности, ролевом поведении и т.д. [Baldussi, 2009: 64].

Инструкция "Любовь Христа к мигрантам" призывает верующих католиков к осторожности, бдительности, когда речь заходит о доктринах, практике и моральных законах ислама, чуждых для христианина. Фундаментальные свободы, равноправие полов, политическая умеренность, светский тип государственного устройства - принципы, декларируемые в Хартии мусульман Европы, подписанной в Брюсселе в 2008, не всегда соблюдаются на практике. В связи с этим возникают серьёзные трудности с заключением брака между христианкой и мусульманином, крещением детей от такого брака и особенно добровольное отпадение взрослых мусульман от ислама и их обращение в христианство. Вероотступничество в ряде исламских стран карается смертью. Причём, как показали судебные разбирательства в Италии, обвинение в апостасии далеко не всегда опирается на достаточные доказательства: довольно, что женщина не носит платок и не соблюдает строгих предписаний религии [Tribunale, 2012]. Подобные обвинения за последние десять лет неоднократно поступали, в частности, в адрес Соуад Сбай, известной правоза-щитницы и защитницы прав женщин, президента Конфедерации марокканских женщин в Италии, лауреата более 20 престижных премий [Buffa, 2007].

Предание огласке фактов религиозной нетерпимости подняло обсуждение проблемы на новый уровень - о ней заговорили в прессе, на ТВ, в Интернете. Аккуратные, если не сказать политкорректные заявления нынешнего папы Франциска вызвали недоумение СМИ ["Il Papa sbaglia, 2016; Valli, 2016]. Его упрекали в том, что, говоря об исламском экстремизме, он ограничивается лишь общими заявлениями о толерантности, склонен называть причиной насилия лишь материальные интересы, деньги, торговлю оружием, психологические, культурные и социальные проблемы, игнорируя религиозный фактор. Как отмечает известный ватиканист А.М. Валли, папа Франциск всегда говорил: "Реальность выше идеи". Этот девиз лежит в основе его духовной и пастырской деятельности. Однако в случае с религиозным экстремизмом может показаться, что папа противоречит сам себе. Многие усматривают в осторожных заявлениях понтифика нежелание подливать масла в огонь, настраивать радикалов против католической церкви, стремление различать понятия индивидуальной веры и религии как идеологического и политического феномена, а возможно, и убеждённость в том, что всякая религия по природе своей несёт мир. Бергольо как духовный сын Второго Ватиканского собора следует его основным

заветам, - утверждает A.M. Валли. - Собор распахнул "окна" и "двери" церкви миру во всём его многообразии, заявив и продолжая завлять о своём доверии к людям, даже если они не отвечают тем же [Valli, 2016].

На пути к толерантности?

Иммиграция - серьёзный вызов Италии, так как требует от итальянцев переосмысления своей собственной национальной идентичности, исторического прошлого страны, традиций, то есть всего того, что, собственно, сделало Италию такой, какая она есть. Но возможно ли преодолеть "торжествующий монотеизм мысли" [Pagano, 2017], не желающей и слышать об "инаковости"? Возможно, если признать универсальный характер человеческого опыта, - считает итальянский журналист и писатель Дж. Паолуччи, в прошлом шеф-редактор ведущей католической газеты "Аввенире". Межличностное общение, - утверждает он, - продуктивно там, где два индивида взаимно дополняют друг друга. В сущности, нет "я" без "ты", и только из встречи "я" и "ты" возникает новое "мы", то есть то, что сегодня принято называть "обогащённой идентичностью" [Paolucci, 2008]. Речь идёт на межличностном уровне о колоссальной внутренней работе, самосовершенствовании, открытости, милосердии, опыте возрастания в вере; на общественном уровне - о готовности к бескорыстному социальному служению; на религиозном и научном уровнях - о межрелигиозном диалоге. Всё это возможно, разумеется, лишь в условиях развитого гражданского общества. Такое общество открыто мигрантам, но в то же время не ущемляет фундаментальные права и свободы коренного населения в угоду политкорректное™. Конечно, не стоит обманывать себя: сменится не одно поколение, прежде чем желаемое станет реальностью.

Сегодня же можно констатировать одно: итальянцы воспринимают мигрантов неоднозначно. Согласно опросу, проведённому Л. Моресса совместно с Open Society Fountations, наибольшее доверие вызывают иностранцы, занятые в работе по дому - филиппинцы и украинцы. К китайцам отношение настороженное: "подрывают национальную экономику" и "своими магазинами меняют облик итальянских городов". Румын, албанцев, марокканцев итальянцы склонны считать бездельниками и нечистыми на руку [Distefano, 2014]. Нередко, хотя и в меньшей степени, чем 7-10 лет назад, в ответах сквозит страх: итальянцы опасаются террористов в среде беженцев (40%); роста преступности, так как треть заключённых (32,6%) в итальянских тюрьмах - иностранные граждане; безработицы (49%). Мусульмане же жалуются на то, что им не дают учиться на родном языке, меню столовых не учитывает элементарных ограничений, а система образования идёт вразрез с декларируемой "интеркультурностью": курс католического воспитания представлен в полном объёме, тогда как ислам представлен в искажённом виде, и другим религиям практически не отведено места [La disparitá, 2017].

В то же время, несмотря на опасения и отчуждённость, в обществе растёт понимание того, что трудовые мигранты и беженцы компенсируют снижение численности коренного населения, участвуют в получении прибыли, способствуют росту итальянского рынка. В этом вопросе, отмечается в отчёте исследовательского центра Конфиндустрии, "следует соединить прагматизм с этикой... Интеграция иммигрантов... целесообразна из соображений... экономической эффективности и политической дальновидности" [Pagano, 2017]. На территории страны действуют центры временного приёма, курсы итальянского языка. Часть средств европейских фондов социальной поддержки идёт на создание рабочих мест. Подписан ряд со-

глашений с промышленными и сельскохозяйственными компаниями, которые предлагают мигрантам пройти курсы профессиональной переподготовки для последующего трудоустройства. Договор с Итальянским олимпийским комитетом открывает им путь в спортивные залы. Как заявил глава департамента по вопросам иммиграции и гражданским свободам МВД Италии М. Морконе, правительство поощряет участие вновь прибывших мигрантов в бесплатных общественно-полезных работах [Щербакова, 2016]. В 2017 г. правительство рассчитывает ускорить сроки предоставления права убежища. Разумеется, определённый процент мигрантов остаётся "за кадром": кто-то инертен, кто-то выбирает нелегальное положение, незаконную деятельность. В интересах национальной безопасности итальянское правительство препятствует образованию районов концентрированного проживания той или иной иностранной общины, "рассеивает" мигрантов, ведёт диалог с представителями различных религий, реорганизует работу центров репатриации беженцев.

Социологи утверждают, за последние пять лет терпимость итальянцев возросла, что Италия входит в число наиболее толерантных к иммигрантам стран Европы [ОН йаПаш, 2017]. По материалам центра Бешо8&Р1, 44% опрошенных считают иностранцев важным "экономическим ресурсом", 80% высказались в пользу предоставления гражданства детям иммигрантов, рождённым в Италии, 99% заявили, что мигранты, исправно платящие налоги, имеют право на медицинскую страховку, а 88% сочли справедливым их участие в выборах местных органов власти. Конечно, ситуация далека от безоблачной, страхи, предрассудки и тревога присутствуют, особенно перед лицом финансового кризиса и безработицы, однако в целом итальянцы уже не воспринимают "иностранца как козла отпущения, виновного во всех бедствиях этого мира" [Ро1сЫ, 2014]. Показателен и широкий общественный резонанс, который имел вышедший на экраны итальянский художественный фильм "Дела другого мира" (реж. Ф.Патьерно, 2011). Создатели фильма задались вопросом: что станет с Италией, если из неё внезапно в силу аномальных стихийных причин исчезнут разом все иммигранты? Оказалось, что тяжелее всего в таком случае придётся самим итальянцам. Картина, выполненная в жанре комедии, обращает внимание зрителя на истинные причины нетерпимости к чужакам: невежество, ксенофобию, ханжество, цинизм, лицемерие.

* * *

В Италии роль церкви в формировании общественного сознания чрезвычайно велика. Позитивное вйдение мигранта в его "инаковости", предложенное Ватиканом в целом ряде программных документов, настойчиво проводится в общество посредством пастырской деятельности самой церкви, СМИ, кинематографа. Идея соразмерного участия мирян и клириков в "домостроительстве спасения" подразумевает открытость миру, милосердие, коррелятивность христианской веры и западной секулярной рациональности, интерес к наследию других - христианских и нехристианских - культур и народов. Эти факторы, по мнению католических иерархов, способствуют универсализации христианства, а следовательно, определят его судьбу в будущем.

Список литературы

Документы II Ватиканского Собора (2004). Москва, Россия, с. 183.

Федотова В.Г. (2015) "Европа как регион и как концепт: к методологии вопроса", Знание. Понимание. Умение, №4, Москва, Россия.

Щербакова В.

References

Dokumenty II Vatikanskogo Sobora (2004) Moscow, Russia.

Fedotova V.G. (2015), "Evropa kak region y kak konzept: k metodologii voprosa", Znanye. Ponimanye. Umenye, №4, Moscow, Russia.

Sherbakova V.

Baldussi A. (2009) "Dall'Asia all'Italia. Dinamiche migratorie e modelli culturali", Cooperazione mediterranea. 2009, №7, Urbino, Italia.

Buffa D.

Colombo F.

Custodero A. (2017) "Migranti, tornano gli sbarchi: il 2017 sara anno record" 24.02.2017 [Online], available at: URL:

http://www.repubblica.it/cronaca/2017/02/24/news/migranti_sbarcati_sbarchi_record_italia_immigrazione_m inori_non_accompagnati_trend_accoglienza_hot_spot-159082391/

Distefano M.C.

Erga migrantes caritas Christi (La carita di Cristo verso i migranti), (2004), 03.05.2004, [Online], available at: URL:

http://www.vatican.va/roman_curia/pontifical_councils/migrants/documents/rc_pc_migrants_doc_20040514_ erga-migrantes-caritas-christi_it.html

Gaspari A.

"Gli italiani sono tra i piu tolleranti in Europa verso gli immigrati", [Online], available at: URL: // http://banchedati.chiesacattolica.it/documenti/2005/04/00010524_gli_italiani_sono_tra_i_piu_tolleranti_in.ht ml

"Il Papa sbaglia, stiamo subendo l'odio da parte di una religione", dice il Patriarca di Antiochia", Il Fo-glio

"Immigrati e religioni in Italia: gli ortodossi sono piu numerosi dei musulmani"

"Immigrazione in Italia", 2017, [Online], available at: URL: http://www.it.wikipedia.org/wiki/Immigrazione_in_Italia#cite_note-Bilancio2016-17

"La disparita tra religioni rischia di creare problemi, soprattutto dopo l'11 settembre".

"L'immigrazione in Italia e le sue implicazioni internazionali",

Manducchi P. (2009) "Inclusione sociale e "cittadinanza religiosa", Cooperazione mediterranea. 2009, №7, Urbino, Italia.

Manzone G. (2006) "Le migrazioni umane nella dottrina sociale della Chiesa", Nuntium 3, [Online], available at: URL:

http://www.giannimanzone.it/Articoli/Le%20migrazioni%20umane%20nella%20Dottrina%20sociale%20dell a%20Chiesa.html

Mons. Perego G.C.

Pagano G.

Paolucci G.

Polchi V. (2014) "Migranti, l'ambivalenza degli italiani, tra aperture e timori", 28.02.2014 [Online], available at: URL:

http://www.repubblica.it/solidarieta/immigrazione/2014/02/28/news/migranti_l_ambivalenza_degli_italiani_t ra_aperture_e_timori-79901989/

Polchi V. (2017) "Sbarchi, "Se il 2016 e stato terribile, quest'anno si annuncia orribile", 22 febbraio 2017 [Online], available at: URL:

http://www.repubblica.it/solidarieta/immigrazione/2017/02/22/news/sbarchi-158920995/?ref=search

"Santa Sede. Papa: migranti, globalizzare la carita",

"Tribunale da ragione a Souad Sbai: se si e islamici, accusare un altro di apostasia equivale a chiederne la morte",

Türk M. "Per l'unita tra cattolici e riformati", L'Osservatore romano

Valli A.M.

Migration in Italy: the role of the Catholic Church in the formation of public opinion

Author. Yazkova V., Candidate of Science (History), Senior researcher at the Center for Religion and Society, Institute of Europe RAS. Address: 11-3, Mokhovaya st., Moscow, Russia, 125009. E-mail: yazkova@yandex.ru.

Abstract. The article deals with the role of the Catholic Church in shaping attitudes of the contemporary Italian society to the problem of migrations. The author states that the Catholic Church accomplished a long way, which included various stages: from alarmism in the last quarter of the XIX century, to a fundamentally new position, which discovered a new resource, new spiritual and cultural potential, the gift of international, intercultural and interreligious dialogue. The Second Vatican Council changed not only the representation of the migrant and his role in the Church but also the image of modern missionary, a person undertaking a religious mission, counselor, shepherd of the ward, Builder of the local Church. The openness of the Church to the world in all its diversity has some limitations. The article deals primarily with the problem of the interaction and dialogue with non-Christian religions, particularly with Islam. Vatican's attitude is based on the principles of mutual respect and recognition of religious freedom. Special attention is paid to the "intercultural" policies of integrating migrants into Italian society. Indeed, Italy is homeland of Roman law, it possesses deepest Christian roots and state and Church policies should be based on these principles.

Key words: migration, multiculturalism, Vatican, Italy, Second Vatican Council, Catholic Church, Fran-cisc I.