Невербальные компоненты этикетного речевого жанра приветствия/прощания (на материале русской художественной прозы хiх-хх вв. )

ФИЛОЛОГИЯ

УДК 81/23

И. И. Дорфман

НЕВЕРБАЛЬНЫЕ КОМПОНЕНТЫ ЭТИКЕТНОГО РЕЧЕВОГО ЖАНРА ПРИВЕТСТВИЯ/ПРОЩАНИЯ (НА МАТЕРИАЛЕ РУССКОЙ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПРОЗЫ Х1Х-ХХ вв.)1

Аннотация. Актуальность и цели. Невербальное общение как наиболее древняя и базисная форма коммуникации достаточно хорошо изучено, однако до сих пор исследователями не предпринято попытки охарактеризовать особенности употребления невербальных средств общения этикетного речевого жанра приветствия/прощания на материале русской художественной прозы Х1Х-ХХ вв. Изучение данных особенностей является основной целью исследования. Материалы и методы. Методологической основой исследования послужил системный подход к объектам изучения, а также достижениям последних лет в области теории речевых жанров. Анализ материала осуществлялся на основе описательного метода с применением приемов социолингвистического и психолингвистического анализов, а также с помощью исследовательских приемов систематизации и классификации полученных данных. Результаты. Анализ лингвистической литературы показал, что в процессе взаимодействия людей от 60 до 80 % коммуникации осуществляется за счет невербальных средств выражения, и только 20-40 % информации передается с помощью вербальных, поэтому изучение невербальных компонентов этикетного речевого жанра приветствия/прощания считается одним из приоритетных направлений. Выводы. Кодирование и декодирование сигналов невербальной коммуникации является сложной задачей, успешное решение которой зависит от значительного количества факторов. Их знание необходимо, поскольку от правильности выбора невербального компонента речевого жанра приветствия/ прощания будет зависеть, реализуется ли главная цель этого жанра или нет. Ключевые слова: приветствие/прощание, речевой жанр, невербальные средства общения, классификация невербальных средств общения.

1.1. Dorfman

NONVERBAL COMPONENTS OF ETIQUETTE SPEECH GENRE OF GREETING/FAREWELL

АЬз^ай. Background. Nonverbal communication as the most ancient and basic form of communication, it is rather well studied, however, still researchers have made no attempts to characterize features of the use of nonverbal means of communication of etiquette speech genre of greeting/farewell by the material of the Russian

1 Исследование выполнено при финансовой поддержке ФЦП в рамках финансирования Федеральной целевой программы «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009-2013 годы. Лот № 2, шифр лота 2011-1.3.2303-013 (госконтракт № 14.740.11.1308 от 20.06.2011).

fiction prose of the XIX-XX centuries. Studying of these features is the main objective of our research. Materials and methods. System approach to objects of studying, and also achievements of the last years in the field of the theory of speech genres formed a methodological basis of research. The analysis of the material was carried out on the basis of the descriptive method with application of receptions of the soci-olinguistic and psycholinguistic analysis, and also by means of research receptions of systematization and classification of the obtained data. Results. The analysis of the linguistic literature showed that in the course of interaction of people from 60 to 80 % of communication is carried out at the expense of nonverbal means of expressions and only 20-40 % of information is transferred by means of verbal means, andtherefore we consider studying of nonverbal components of etiquette speech genre of greeting/farewell to be one of the priority directions. Conclusions. Coding and decoding of signals of nonverbal communication is the complex challenge the successful solution of which depends on a significant amount of factors. The knowledge of such factors is necessary due to the fact that the correctness of a choice of the speech genre nonverbal components of greeting/farewell depends on whether the main goal of this genre is realized or not.

Key words: greeting/farewell, speech genre, means of nonverbal communication, classification of means of nonverbal communication.

Наметившееся в XX в. смещение парадигмы гуманитарного знания в сторону антропоцентризма привело в том числе к тому, «что современные лингвистические исследования сосредоточены вокруг проблемы «человек в языке». Одна из универсальных категорий, которая... должна быть положена в основу методов антропологического языковедения, - это категория речевого жанра (РЖ)» [1, с. 95]. Интерес к ней связан с возвращением в конце XX в. творческого наследия М. М. Бахтина, работавшего над созданием и совершенствованием теории РЖ на протяжении всей жизни. На сегодняшний день в России сформировалось несколько крупных научных центров (Волгоград, Екатеринбург, Краснодар, Красноярск, Москва, Новосибирск, Омск, Орел, Пермь, Санкт-Петербург, Саратов, Тверь), где последовательно и весьма успешно осуществляются описание и систематизация РЖ, а также разработка специального метаязыка для описания речевого жанра [2, с. 7].

Исследователи активно изучают самые разнообразные жанры. Увлечение идеями теории РЖ приводит к тому, что в терминологии этой теории начинают объяснять все новые явления. Так, И. В. Голубева считает РЖ поздравление в SMS-коммуникации, В. В. Дешевова - телешоу, Е. П. Иванова -словарь, А. О. Лалетина - гороскоп, М. Л. Макаров - такие виды электронной коммуникации, как чат, электронная почта, ICQ, Н. А. Минаева - извинение, Е. И. Шейгал - экзамен и др.

В таких исследованиях жанр часто понимается по-разному, поскольку на сегодняшний день не существует ни единого определения РЖ, ни общепринятой их классификации.

Т. В. Шмелева пишет, что «интуитивно РЖ - довольно ясное понятие: стоит привести два-три примера, как у любого человека складывается впечатление, что ему все понятно и он может работать с РЖ и решать какие-то проблемы. Это впечатление подкрепляется, во-первых, имеющимся почти у всех опытом общения с жанрами художественной речи, теоретически осмысленными наиболее тщательно, что в малых дозах представлено даже в школьном преподавании литературы, а во-вторых, речевым сознанием, той

его частью, которую можно обозначить как интуитивная жанровая рефлексия» [3, с. 89].

Поскольку РЖ - явление многоаспектное, то и однозначно определить его достаточно сложно. Большую популярность поэтому в последнее время приобрела типология РЖ, предложенная Т. В. Шмелевой. Исследователь выделяет следующие его типы: информативные, императивные, оценочные, этикетные (перформативные), каждый из которых объединяет довольно большое количество жанров, различающихся внутри названных типов по другим жанрообразующим признакам [3, с. 91-92].

На сегодняшний день среди многообразных РЖ наибольший интерес у ученых (А. А. Акишина, В. Е. Гольдин, Н. И. Формановская и др.) вызывают этикетные, цель которых - осуществление особого события, поступка в социальной сфере, предусмотренного этикетом данного социума.

В системе этикетных РЖ ведущее место принадлежит жанру приветствия/прощания, который изучается не только с учетом особенностей вербальных способов речевого воздействия (при помощи слов): «Формы приветствия -прощания в английском языке» (Н. П. Меснянкина), «Концептосфера: встреча/приветствие - прощание/расставание в русском языке» (В. А. Шемарова), «Verbal and bodily rituals of greeting and parting. In the interpretation of ritual» (R. Firth), «English conversational formulas» (J. Povey) и др.; но и невербальных способов речевого воздействия (при помощи несловесных средств, которые сопровождают нашу речь: жесты, мимика, поведение во время речи, внешность говорящего, дистанция общения и др.): «Невербальный этикет: этикетные ситуации приветствия и прощания» (Г. Е. Крейдлин), «Поклон как этикетный жест» (Е. Б. Морозова), «The handshake as interaction» (P. M. Hall, D. A. S. Hall), «The rhetoric of goodbye: Verbal and nonverbal correlates of human leave-taking» (M. L. Knapp, R. P. Hart, G. W. Friedrich & G. M. Schulman) и др.

В настоящее время заметно повышенный интерес отечественных и зарубежных лингвистов к компонентам эффективного общения обусловлен тем, что неграмотное употребление в речи общающихся способов речевого воздействия приводит к коммуникативным барьерам.

Несмотря на то, что невербальное общение, как наиболее древняя и базисная форма коммуникации, достаточно хорошо изучено, до сих пор исследователями не предпринято попытки охарактеризовать особенности употребления невербальных средств общения этикетного РЖ приветствия/прощания на материале русской художественной прозы ХIX-XX вв. Эта проблема, на наш взгляд, должна стать предметом пристального внимания лингвистов и методистов, потому что изучение невербальных компонентов РЖ приветствия/прощания на материале художественной литературы способствует накоплению у последующих поколений знаний об этих физиогномических стереотипах, учит соотносить внешнее выражение эмоции с внутренним эмоциональным состоянием личности и с контекстом общения, вербализованно распредмечивать стереотипизированные описания эмоций в текстах, а также видеть, осознавать, интерпретировать и оценивать степень истинности проявления того или иного чувства, что весьма актуально в настоящее время, поскольку одной из ведущих задач на сегодняшний день остается сохранение культуры самого высокого уровня.

Под невербальными способами речевого воздействия в ситуации приветствия/прощания мы вслед за Г. Е. Крейдлиным будем понимать жестовые

комплексы, которые состоят из невербальных знаков разных типов (нередко в сочетании со знаками вербальными) и которые люди используют в коммуникации с определенной целью, а именно, чтобы, вступая в контакт с человеком и выходя из такого контакта, почувствовать партнера и дать понять ему, кто они друг другу и в каком социуме живут, чтобы снять напряжение от неожиданной встречи или успокоить партнера [4, с. 53].

Приведем примеры: Гринев соскочил с лошади, поклонился батюшке и матушке и крепко пожал мне руку (А. С. Пушкин «Капитанская дочка»); Он быстро поцеловал руки жене и теще с видом человека, который рад, что покончил с тяжелой работой, повалился в кресло (А. П. Чехов «Напастье»); Я подошел к нему и поклонился; он молча отвечал мне на поклон (М. Ю. Лермонтов «Герой нашего времени»); «Adieu, Marie», - сказал он тихо сестре, поцеловался с нею рука в руку и скорыми шагами вышел из комнаты (Л. Н. Толстой «Война и мир»); Прощаясь с матерью, он поцеловал ее в лоб, а она обняла его и за спиной, украдкой, его благословила трижды (И. С. Тургенев «Отцы и дети»).

Для РЖ приветствия/прощания характерно наличие не только автора, ставшего инициатором разговора или готового окончить разговор, но и адресата, который выступает как ответчик. Адресат может:

- ответить взаимным приветствием/прощанием, например: Увидев вошедшего, Рюхин побледнел, кашлянул и робко сказал: «Здравствуй, доктор». Доктор поклонился Рюхину... (М. А. Булгаков «Мастер и Маргарита»); Маша, бледная и трепещущая, подошла к Ивану Кузмичу, стала на колени и поклонилась ему в землю. Старый комендант перекрестил ее трижды; потом поднял и, поцеловав, сказал ей изменившимся голосом: «Ну, Маша, будь счастлива [...] прощай, Маша...» (Маша кинулась ему на шею и зарыдала) (А. С. Пушкин «Капитанская дочка»).

- не ответить приветствием/прощанием, а заменить данный жанр другой речевой формулой, тем самым выразив свою неготовность общаться (если люди не знакомы или между ними утеряна связь), или окончить разговор, например: Пьер поспешно подошел к ней. Он думал, что она ему, как всегда, подаст руку; но она, близко подойдя к нему, остановилась, тяжело дыша и безжизненно опустив руки, совершенно в той же позе, в которой она выходила на середину залы, чтобы петь, но совсем с другим выражением (Л. Н. Толстой «Война и мир»); «Прощай, Настя», - сказал я, проходя мимо. Она хотела что-то отвечать, но только вздохнула (М. Ю. Лермонтов «Герой нашего времени»); [. ] в комнату вошла полная симпатичная женщина в белом чистом халате и сказала Ивану: «Доброе утро!». Иван не ответил, так как счел это приветствие в данных условиях неуместным (М. А. Булгаков «Мастер и Маргарита»); Он на пороге остановился: ему хотелось пожать мне руку... и если б я показал ему малейшее на это желание, то он бросился бы мне на шею; но я остался холоден, как камень, - и он вышел (М. Ю. Лермонтов «Герой нашего времени»).

Таким образом, в процессе общения творческий характер имеет как деятельность автора, так и деятельность адресата.

Поскольку РЖ приветствия/прощания выполняет регулирующую функцию, служа сигналом к началу/окончанию взаимодействия партнеров общения, считаем целесообразным начать описание специфики невербальных

компонентов в ситуации приветствия/прощания с рассмотрения одной из самых больших групп невербальных знаков - кинесических.

Под кинесическими средствами вслед за А. Я. Кибановым будем понимать зрительно воспринимаемые движения другого человека, выполняющие выразительно-регулятивную функцию в общении. К кинесике относятся выразительные средства движения, проявляющиеся в позе, жесте, мимике, походке, взгляде [5, с. 130].

Особая роль в передаче информации отводится мимике - движению мышц лица, поскольку лицо является важнейшей характеристикой физического облика человека, так как постоянно находится в поле зрения партнера по коммуникации. В. А. Лабунской была разработана схема мимических кодов эмоциональных состояний, в которой исследователь различает следующие мимические выражения шести основных эмоциональных состояний человека: гнев, страх, страдание, удивление, презрение, радость [6, с. 100]. Обращение к текстам художественной литературы показало, что в подавляющем большинстве случаев в ситуации приветствия/прощания на лицах героев изображена авторами радость от встречи/расставания. Только в ситуациях, где герои прощаются, возможно, навсегда, авторы изображают на лицах героев страх, страдания. Например: «Здравствуйте, батюшка Евгений Васильевич», - начал старичок и радостно улыбнулся, отчего все лицо его вдруг покрылось морщинами (И. С. Тургенев «Отцы и дети»); «Ну, прощай», -отвечала Наташа. И та же шаловливая улыбка, как бы забывшись, долго оставалась на ее лице (Л. Н. Толстой «Война и мир»); Я обнял ее. «Прощай, ангел мой, - сказал я, - прощай, моя милая, моя желанная! Что бы со мною ни было, верь, что последняя моя мысль и последняя молитва будет о тебе!» Маша рыдала, прильнув к моей груди. Я с жаром ее поцеловал и поспешно вышел из комнаты (А. С. Пушкин «Капитанская дочка»); «До свидания, голубчик, - сказал Тушин, - милая душа! прощайте, голубчик», - сказал Тушин со слезами, которые неизвестно почему вдруг выступили ему на глаза (Л. Н. Толстой «Война и мир»).

Нередки случаи, когда авторы намеренно прибегают к показу мимических реакций в момент приветствия/прощания коммуникантов, которые вызывают негативные ассоциации. Например: Когда граф взошел к ней, она беспокойно оборотилась на звук его мужских шагов, и лицо ее приняло прежнее холодное и даже злое выражение. Она даже не поднялась навстречу ему (Л. Н. Толстой «Война и мир»); Взошел доктор: лоб у него был нахмурен; он, против обыкновения, не протянул мне руки (М. Ю. Лермонтов «Герой нашего времени»).

С мимикой очень тесно связан такой вид средств невербального общения, как взгляд, или визуальный контакт, который свидетельствует о расположении/нерасположении к общению, о приятии/неприятии одного человека другим. Направление взгляда в общении зависит от его фиксации, от содержания общения, от индивидуальных различий, от характера взаимоотношений. Сравним: У порога дома встретила меня жена. Глаза ее весело смеялись, и все лицо дышало удовольствием (А. П. Чехов «Шампанское»); «А, здравствуйте пожалуйста!» - встретил его Иван Петрович, улыбаясь одними глазами (А. П. Чехов «Ионыч») и «Здорово, Сычиха!» - сказал я ей. Она искоса поглядела на меня и молча прошла мимо... (А. П. Чехов «Драма на охоте»).

Среди кинесических средств общения можно также выделить две большие группы - жестикуляцию и пантомимику (движение и позы), разграничение которых представляет значительную практическую трудность. С нашей точки зрения, удачно эти понятия разводит В. Ламб, который рассматривает позу как действие, влекущее за собой непрерывное приспособление каждой части тела в последовательности в процессе изменения, а жест как действие, ограниченное какой-либо частью или несколькими частями тела [7, с. 35]. Кроме этого, важным фактором в разграничении данных понятий служит время. В норме человек быстро переходит от одного жеста к другому, поза же, как правило, сохраняется гораздо дольше. Тот факт, что участники общения используют большое количество жестов за относительно короткий промежуток времени, дает им возможность передать жестами множество значений. Набор и вариативность поз, а следовательно, и передаваемых ими значений, наоборот, ограничены.

Рассмотрим эти невербальные компоненты подробно.

По мнению А. Я. Кибанова, общее количество различных положений, которые может принять человеческое тело, составляет около 1000. Из них в силу культурной традиции каждого народа некоторые позы запрещаются, а другие - закрепляются [5, с. 130]. В ситуации приветствия/прощания коммуниканты нередко заменяют этикетные речевые формулы РЖ приветствия/прощания или используют в сочетании с такими видами пантомимики, как поклон, поза приветствия у военнослужащих (отдания почести высшему составу), реверанс. Например: Он радостно, весело улыбнулся, кланяясь маленькой княгине, как близкой знакомой, и подошел к тетушке (Л. Н. Толстой «Война и мир»); «Добро пожаловать еще раз!» - промолвил Василий Иванович, прикладывая по-военному руку к засаленной ермолке, прикрывавшей его голову (И. С. Тургенев «Отцы и дети»); Девицы одновременно сделали юнкерам легкие реверансы, и одна из них сказала: «Позвольте вас проводить...» (И. А. Куприн «Юнкера»).

Наряду с позицией, которую принимают коммуниканты во время общения, также необходимо учитывать жесты, сопровождающие речевые высказывания. На сегодняшний день существует множество классификаций жестов, проведенных по различным основаниям. Мы остановимся лишь на одной типологии жестов, которая имеет практическое значение для нашей работы, а именно на типологии коммуникативных жестов, предложенной Г. Е. Крейдлиным. Исследователь жесты, используемые в ситуации приветствия/прощания, делит на симметричные - знаки солидарности (обе стороны производят тождественные или сходные невербальные знаковые действия) и несимметричные - знаки уважения (один из участников выполняет действия, которые другой не выполняет) [4, с. 62]. Сравним: Оба приятеля очень крепко поцеловались, и Манилов увел своего гостя в комнату (Н. В. Гоголь «Мертвые души») и Мы простились довольно сухо. Добрый Максим Макси-мыч сделался упрямым, сварливым штабс-капитаном! И отчего? Оттого, что Печорин в рассеянности или от другой причины протянул ему руку, когда тот хотел кинуться ему на шею (М. Ю. Лермонтов «Герой нашего времени»);

Г. Е. Крейдлин также полагает, что целесообразно различать жесты близкого и далекого приветствия/прощания [4, с. 62].

Область паралингвистики, занимающаяся исследованием расстояния между участниками общения и влиянием его на процесс коммуникации, получила название проксемики. Основными понятиями проксемики являются пространство, дистанция и территория. Работы в этой области в большинстве своем базируются на открытии американского антрополога Э. Холла.

В зависимости от положения человека в пространстве исследователь выделяет следующие зоны в человеческом контакте:

- интимная зона (до 50 см), в которую разрешается проникнуть только тем лицам, кто находится в тесном эмоциональном контакте с говорящим (родственники, близкие друзья). Например: Здравствуй, здравствуй, Петрушка, - говорил отец мне, прижимая меня к сердцу, - слава богу, дождались тебя (А. С. Пушкин «Капитанская дочка»);

- личная зона (от 50 до 120 см) - это расстояние, которое обычно разделяет коммуникантов, которых связывают дружеские отношения (коллеги, знакомые). Например: [... ] когда я вошел в сад, где меня отец Федор тотчас же схватил за руку и, весело смеясь, закричал:

- Здравствуйте! [...] Пожалуйте скорее сюда, сюда... (Н. С. Лесков «Колыванский муж (Из остзейских наблюдений)»);

- социальная зона (от 120 до 400 см) - расстояние между малознакомыми людьми, а также между знакомыми в формальной обстановке. Например: Наконец из дома вышел маленький человечек с бритым старческим лицом и с взъерошенной прической... Он шаркнул своими рваными, шитыми золотом туфлями, кисло улыбнулся и уставил неподвижный взгляд на непрошеных гостей...

- Г-н Михайлов? - начал Ковалев, приподнимая шляпу. - Честь имею кланяться... Мы вот с женой прочли публикацию земельного банка о продаже вашего именья и теперь приехали познакомиться с ним. Быть может, купим... Будьте любезны, покажите нам его.

Михайлов еще раз кисло улыбнулся... (А. П. Чехов «Чужая беда»);

- публичная зона (свыше 400 см) - расстояние, требуемое при общении с большой группой людей, например при общении лектора с аудиторией [5, с. 140]. Например: Вдруг все зашевелилось, толпа заговорила, подвинулась, опять раздвинулась, и между двух расступившихся рядов, при звуках заигравшей музыки, вошел государь [...] кланяясь направо, налево... (Л. Н. Толстой «Война и мир»).

Обращение к образцам русской художественной прозы Х1Х-ХХ вв. позволило выявить активное использование невербальных компонентов РЖ приветствия/прощания во всех четырех дистанционных зонах общения, выделенных Э. Холлом. Нарушение личного пространства общающихся в ситуации приветствия/прощания нередко приводит к внутренним и внешним конфликтам.

С проксемикой очень тесно связана следующая область паралингвистики - такесика. К такесическим средствам относятся статические прикосновения в форме рукопожатия, поцелуя, дотрагивания и динамические прикосновения - поглаживания, похлопывания [8, с. 16]. Использование человеком в общении разных видов прикосновений определяется многими факторами. Среди них особое значение имеют статус партнеров, возраст, степень их знакомства, а также пол. Приведем примеры:

- мужчина с мужчиной - пожатие руки (или рук), объятия, похлопывания. Например: Скворцов, довольный тем, что поставил человека на путь истины, ласково потрепал Лушкова по плечу и даже подал ему на прощанье руку (А. П. Чехов «Нищий»); Пришел Грушницкий и бросился мне на шею (М. Ю. Лермонтов «Герой нашего времени»); - Ну, прощайте, ваше сиятельство, не хворайте, - сказал Растопчин, с свойственными ему быстрыми движениями поднимаясь и протягивая руку князю.

- Прощай, голубчик, [... ] - сказал старый князь, удерживая его за руку и подставляя ему для поцелуя щеку (Л. Н. Толстой «Война и мир»);

- женщина с женщиной - объятия и поцелуй(и). Приведем примеры: Она вырвала свою руку и, едва удерживаясь от слез, хотела уйти из комнаты. Maman удержала ее, обняла, и они обе расплакались (Л. Н. Толстой «Детство»); У княжны снова блеснули слезы: она обняла мать и, поцеловав ее, вышла, держа в одной руке зажженную свечу, а в другой складень (Н. С. Лесков «Захудалый род. Семейная хроника князей Протозановых»);

- женщина с мужчиной - пожатие руки (или рук), объятия и поце-луй(и), поцелуй руки. Приведем примеры: Она опомнилась, тряхнула головкой, как будто желая этим движением отогнать грустные мысли, подала руку Карлу Иванычу и поцеловала его в морщинистый висок, в то время как он целовал ее руку (Л. Н. Толстой «Детство»); Она встала с дивана и, небрежно натягивая себе на плечи бархатную шубку на пожелтелом горностаевом меху, лениво промолвила: «Здравствуйте, Victor», - и пожала Сит-никову руку (И. С. Тургенев «Отцы и дети»); Увидев меня, она вскрикнула от радости, и если б это было не в парке, наверное, бросилась бы мне на шею; она крепко жала мне руки и смеялась, и я тоже смеялся и едва не плакал от волнения (А. П. Чехов «Ариадна»);

- взрослый с ребенком / ребенок со взрослым: поцелуй(и), поцелуй руки. Приведем примеры: Ну, теперь прощай! - Он дал поцеловать сыну свою руку и обнял его (Л. Н. Толстой «Война и мир»); «Здравствуй, папа!» - сказал он мягким голосом, полезая к отцу на колени и быстро целуя его в шею (А. П. Чехов «Дома»).

Особая роль в передаче информации отводится также таким областям паралингвисти, как просодика (общее название таких ритмико-интонационных сторон речи, как высота, громкость голосового тона, темп голоса, сила ударения), и экстралингвистики (включение в речь пауз, а также различного рода психофизиологических проявлений человека: плача, кашля, смеха, вздохов и т.д.). Просодическими и экстралингвистическими средствами регулируется поток речи, дополняются, замещаются и предвосхищаются речевые высказывания, выражаются эмоциональные состояния. Данные невербальные компоненты РЖ приветствия/прощания нашли отражение в образцах русской художественной прозы. Приведем примеры: - Здравствуй, Фенечка, - проговорил он сквозь зубы.

- Здравствуйте-с, - ответила она негромким, но звучным голосом... (И. С. Тургенев «Отцы и дети»); «Прощайте, княжна», - сказал он. Она опомнилась, вспыхнула и тяжело вздохнула (Л. Н. Толстой «Война и мир»); «Прощайте, Николай Иванович!» - закричала Маргарита, приплясывая перед Николаем Ивановичем. Тот охнул и пополз по скамейке... (М. А. Булгаков «Мастер и Маргарита»).

Авторы русской художественной прозы Х1Х-ХХ вв. намеренно прибегают к использованию различных видов невербальных компонентов в ситуации приветствия/прощания. Вербальные компоненты являются продуктом тщательного обдумывания, невербальное же поведение представляет собой уровень, на котором обычно отсутствует сознательный контроль, столь характерный для речи. Кроме того, невербальные знаки общения нередко передают больше смысла, чем произносимые слова, а иногда меняют значение высказывания на противоположное. Например, «А, Г'остов? Здог'ово, Здог'о-во», - закричал он все тем же голосом, как, бывало, и в полку; но Ростов с грустью заметил, как за этой привычной развязностью и оживленностью какое-то новое, дурное, затаенное чувство проглядывало в выражении лица, в интонациях и словах Денисова (Л. Н. Толстой «Война и мир»).

Итак, в процессе общения вербальные и невербальные факторы речевого воздействия самым тесным образом взаимосвязаны, однако есть заметные различия в их роли на разных этапах общения.

Анализ лингвистической литературы показал, что в процессе взаимодействия людей от 60 до 80 % коммуникации осуществляется за счет невербальных средств выражения и только 20-40 % информации передается с помощью вербальных, поэтому считаем изучение невербальных компонентов этикетного РЖ приветствия/прощания одним из приоритетных направлений.

Кодирование и декодирование сигналов невербальной коммуникации является сложной задачей, успешное решение которой зависит от значительного количества факторов. Их знание необходимо, поскольку от правильности выбора невербального компонента РЖ приветствия/прощания будет зависеть, реализуется ли главная цель этого жанра или нет.

Мы полагаем, что такая работа имеет большое практическое значение, поскольку результаты исследования могут быть внедрены в образовательный процесс - при чтении спецкурсов по современному русскому языку и методике его преподавания, а также курсов «Речевая коммуникация», где основное внимание уделяется обучению основам эффективного речевого общения, способам и средствам воздействия, влияющим на развитие межличностной коммуникации, совершенствованию коммуникативных навыков, способствующих достижению успеха в различных сферах и ситуациях общения.

Список литературы

1. Голубева, И. В. Речевой жанр поздравления в 8М5-коммуникации / И. В. Голубева // Современные проблемы лингвистики и методики преподавания русского языка в вузе и в школе : сб. науч. тр. - Воронеж : Научная книга, 2010. - Вып. 14, ч. 1. - С. 95-100.

2. Дементьев, В. В. Теория речевых жанров / В. В. Дементьев. - М. : Знак, 2010. -600 с.

3. Шмелева, Т. В. Модель речевого жанра / Т. В. Шмелева // Жанры речи. -Саратов : Колледж, 1997. - С. 88-98.

4. Крейдлин, Г. Е. Невербальный этикет: невербальные приветствия и прощания / Г. Е. Крейдлин // Речевой этикет: семантика и прагматика: тематический выпуск Московского лингвистического журнала. - М. : Издательский центр РГГУ, 2002. -Т. 7, № 2. - С. 53-66.

5. Кибанов, А. Я. Этика деловых отношений : учеб. / А. Я. Кибанов, Д. К. Захаров, В. Г. Коновалова ; под ред. А. Я. Кибанова. - М. : ИНФРА-М, 2002. - 368 с.

6. Лабунская, В. А. Невербальное поведение: структура и функции / В. А. Ла-бунская // Социальная психология: Хрестоматия : учеб. пособие для студентов

вузов / сост. Е. П. Белинская, О. А. Тихомандрицкая. - М. : Аспект Пресс, 2003. -С. 84-110.

7. Lamb, W. Body code: The meaning in movement / W. Lamb, E. Watson. - London : Routledge & Kegan Paul Ltd., 1979.

8. Волков, Б. С. Психология общения в детском возрасте / Б. С. Волков, Н. В. Волкова. - СПб. : Питер, 2008. - 272 с.

9. URL: http://lib.rus.ec/

References

1. Golubeva I. V. Sovremennye problemy lingvistiki i metodiki prepodavaniya russkogo yazyka v vuze i v shkole: sb. nauch. tr. [Modern problems of linguistics and Russian language teaching technique in universities and schools: collected papers]. Voronezh: Nauchnaya kniga, 2010, iss. 14, part 1, pp. 95-100.

2. Dement'ev V. V. Teoriya rechevykh zhanrov [Theory of speech genres]. Moscow: Znak, 2010, 600 p.

3. Shmeleva T. V. Zhanry rechi [Speech genres]. Saratov: Kolledzh, 1997, pp. 88-98.

4. Kreydlin G. E. Rechevoy etiket: semantika i pragmatika: tematicheskiy vypusk Moskov-skogo lingvisticheskogo zhurnala [Speech etiquette: semantics and pragmatics: theme issue of the Moscow linguistic journal] Moscow: Izdatel'skiy tsentr RGGU, 2002, vol. 7, no. 2, pp. 53-66.

5. Kibanov A. Ya., Zakharov D. K., Konovalova V. G. Etika delovykh otnosheniy: ucheb. [Ethics of business relations: textbook]. Moscow: INFRA-M, 2002, 368 p.

6. Labunskaya V. A. Sotsial’naya psikhologiya: Khrestomatiya: ucheb. posobie dlya stu-dentov vuzov [Social psychology: Reader: tutorial for university students]. Moscow: Aspekt Press, 2003, pp. 84-110.

7. Lamb W., Watson E. Body code: The meaning in movement. London: Routledge & Kegan Paul Ltd., 1979.

8. Volkov B. S., Volkova N. V. Psikhologiya obshcheniya v detskom vozraste [Psychology of communication in childhood]. Saint Petersburg: Piter, 2008, 272 p.

9. Available at: http://lib.rus.ec/

Дорфман Ирина Игоревна аспирант, Таганрогский государственный педагогический институт имени А. П. Чехова

E-mail: dorfman_ira@mail.ru

Dorfman Irina Igorevna Postgraduate student, Taganrog State Pedagogical Institute named after A. P. Chekhov

УДК 81/23

Дорфман, И. И.

Невербальные компоненты этикетного речевого жанра приветствия/прощания (на материале русской художественной прозы Х1Х-ХХ вв.) /

И. И. Дорфман // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Гуманитарные науки. - 2013. - № 4 (28). - С. 86-95.