Подготовка военных священников для работы в армии и на флоте в истории российской империи XVIII - XIX веке

ПОДГОТОВКА ВОЕННЫХ СВЯЩЕННИКОВ ДЛЯ РАБОТЫ В АРМИИ И НА ФЛОТЕ В ИСТОРИИ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ XVIII - XIX ВЕКЕ

Иванов В.П., старший преподаватель кафедры педагогики ФГКВОУ ВПО «Военный университет МО РФ»

В статье дается историко-педагогический анализ состояния духовенства дореволюционной России и меры по повышению качества профессиональной подготовки священников для работы в армии и на флоте.

Ключевые слова: религия; военное духовенство; требования к профессиональной подготовке; духовные школы; военная семинария; изучаемые предметы; результаты работы.

TRAINING MILITARY CHAPLAINS TO SERVE IN THE ARMY AND NAVY IN THE HISTORY OF THE RUSSIAN EMPIRE XVIII - XIX CENTURY

Ivanov V., The Military University of the Ministry of Defence of the Russian Federation, VGКVОU VPО

Iwanovvladimir@yandex.ru

The article gives the historical-pedagogical analysis of clergy of pre-revolutionary Russia and measures to improve the quality of training priests to serve in the army and Navy.

Keywords: religion; military clergy; training requirements; religious schools; military Seminary; subjects studied; the results of the work.

История зарождения института военного духовенства и начало его воспитательной деятельности в армии и на флоте Российской Империи, тесно связана с реформами Петра I в военной и церковной областях, проведенными в конце XVII - первой четверти XVIII века. Именно эти реформы создают в России регулярные армию и флот, делают Православную Церковь государственной структурой, а православную религию государственной идеологией. Личность царя, как самим Богом избранного и превознесенного от людей, провозглашалась священной и неприкосновенной, никто не имел права касаться царской власти с намерением ее ограничить. Никому, кроме Бога, царь не обязан был давать отчета. Было установлено, что он самодержавный и богоизбранный. Необходимо отметить, что роль Церкви в обществе не ограничивалась функцией сакрализации монархической власти, православие, кроме того, поддерживало целостность государства, стабильность его развития, проповедуя умеренность и законопослушание.

Обращение к православию являлось закономерным поступком Петра I, так как именно эту религию с конца IX века исповедовало большинство народов России. Доминирующее положение православные занимали и в русской армии. Перемены в формировании, устройстве, обучении и воспитании русских войск, совершенные Петром I, не только изменили их организацию, внешний вид, но и произвели их духовную трансформацию. «Известно всему миру, каковая скудность и немощь была воинства Российского, - отмечалось в «Духовном регламенте»,- когда оное не имело правильного себе учения, и как несравненно умножилась сила его, и надчаяние велика и страшна стала, когда ... наш Монарх, Его Царское Величество Петр Первый обучил оное изрядными регулами» [2.С.45].

С момента создания регулярной российской армии вплоть до революционных событий начала XX века идеологическую основу формирования у русских воинов духовно-нравственных, боевых, психологических качеств составляли религиозные идеи и традиции Православной церкви. Это было еще одной закономерностью, так как практически поголовно православный личный состав армии и флота требовал, в условиях военной службы, отправления своих православных религиозных потребностей. Православная церковь, обладающая многовековым опытом воспитательного воздействия на народ, имеющая стройную структуру организации и духовного воздействия на верующих была незаменимым идеологическим инструментом в армии и на флоте.

Необходимость укрепления духовных основ военнослужащих регулярной армии понимали и передовые люди того времени. Так, известный историк петровского времени И.Посошков писал Петру I через боярина Ф.А.Головина: «Государь, и главному их делу научишь, чтоб они всегда в сердцах своих страх Божий (курсив мой) имели; понеже и Писание повелевает воину быть святу и житие иметь чистое, паче иноков, потому что всегда воин готовится к смерти и пред нелицеприятного Судию стать» [8.С.85].

Структура корпуса военных священников сложилась не сразу, а претерпела длительную эволюцию в ходе развития российских армии и флота. Структура церковного управления, созданная Пет-

ром I, была следующая: Священному Синоду, замыкавшегося на царя, подчинялись епархиальные архиереи, которым, в свою очередь, подчинялось приходское духовенство, в том числе и военное. Только архиереям было дано право назначать священников на приходы и в воинские части.

Особенностью ее формирования в XVIII веке являлось то, что должность военного священника выполнял местный приходской священник, имевший приход в месте дислокации воинской части. При передислокации воинских частей, с ведением боевых действий на других территориях священник в часть назначался епархиальным архиереем из местных, приходских, причем не всегда из лучших. Как писал «Вестник военного духовенства»: «епархиальные архиереи всегда были заинтересованы в том, чтобы удерживать лучшие силы у себя дома» [5.С.10].

Исторические источники, сохранившиеся до наших дней, свидетельствуют о том, что армия и флот начали комплектоваться священниками практически одновременно. В московском архиве Министерства иностранных дел сохранилось письмо адмирала Крюй-са от 1704 года; здесь приведена «Роспись», согласно которой на семь галер требовалось семь попов, а на сто бригантин - три попа [11.С.5]. В это же время появляются сведения о первых священниках в полках. Так, петровский Указ от 31 августа 1705 года назывался «О сборе в Москве с шести сороков старост поповских; с Патриаршей области и со Архиерейских Епархий на дачу полковым священникам денег». 13 марта 1710 года был издан Указ подтверждающий действие указа от 31 августа 1705 года и предписывающего собирать на дачу полковым священникам.

Законодательными актами, оформившим положение священника в армии и на флоте были разработанные Петром I «Инструкция и Артикулы военные Российскому флоту» 1710 г., а так же «Устав воинский с артикулами от 30 марта 1716 года. Особое внимание обращается на качественный состав военного духовенства. Церковный историк Т.В.Барсов писал: «Император Петр Великий, озабочиваясь правильным устройством духовной части в полках, именным указом повелел Синоду: «в армейские полки, для церковного священнослужения и надлежащих священному чину потреб, определить и отправлять из ученых в школах искусных людей, а которые школьного учения не прошли, таковых в полки не отсылать» [1.С.4-5]

Что касается флотского духовенства, то на начальных порах источником его комплектования была преимущественно иеромонахи. Это стало возможным потому, что они не были связаны семейными узами и потому, что приходские священники чаще всего отказывались от назначения во флот. Право назначения иеромонахов для службы во флоте до открытия в 1721 г. Священного Синода фактически принадлежало Александро-Невской лавре. Это отчасти вызывалось самим положением дел: Балтийский флот сосредоточивался главным образом вблизи новой столицы — Санкт-Петербурга, поэтому и священнослужителей для него удобнее было набирать в столичном монастыре. Практика эта уже на самых первых порах после учреждения флотского духовенства получила под-

тверждение и в Высочайшем по-велении от 8 апреля 1719 г.: «В корабельном флоте на каждом корабле иметь по одному иеромонаху, которых брать из Александро-Невского монастыря» [4.С.7]. Кроме того, сосредоточение всего дела назначения флотских иеромонахов в одном монастыре освобождало правительство от тяжелой обязанности подыскивать достойных лиц по разным монастырям.

Петровские указания о назначении в армейские полки священников искусных имело под собой серьезные основания. Это было связано, прежде всего, с высокой ответственностью, лежащей на военном священнике по выполнению своих обязанностей и во вторых с качественным составом духовенства того времени. По свидетельству М.Н.Никольского образованность приходских священников была крайне низкая, одной из причин этого была покупка церковных должностей, продолжавшаяся вплоть до первой четверти XVIII века. «За какие-нибудь 15-20 рублей прихожане охотно представляли епископу кандидатуру не самую достойную, а самую ловкую. И высшие и низшие клирики смотрели на свои должности прежде всего, как на доходные лены... обнаруживали великую «силу и храбрость к вино-питию... Правительство было озабочено, ... тем прямым злом, какое представляли собой праздные клирики, не брезговавшие иной раз даже разбоем на большой дороге» [7.С.213]. В Петровской «Духовном регламенте» омечалось, что «многие в священнический чин вди-раются не для чего иного, только большей свободы и препитания, а никакого званию должного искусства не имеют» [2.С.96].

Религиозным «окормлением» военнослужащих, занимались не только местные приходские священники, но и так называемые «безместные попы или «крестовые». Название «крестовый» сложилось в следствии того, что часто «безместные» (не имеющие своего прихода) попы стояли на «крестце» - перекрестке дорог в надежде найти себе заработок. Это были священнослужители по каким-либо причинам оставшиеся без места на приходе, а иногда и запрещенные в священно служении за провинности. Как отмечает К.Г.Капков эти священники за умеренную плату нанимались удовлетворять религиозные потребности военнослужащих воинских частей. Договорившись с каким- либо военным чином, «безместный» священник мог исполнять требы для ратных людей и определенное время находиться в воинской части. Такое положение вызывало нарекание местных священников, которые лишались доходов с проводимых богослужений. В «Духовном регламенте по этому поводу было записано: «Отселе не быть. крестовым попам: ибо сие лишнее есть, и от единой спеси деется, и духовному чину укорительное. . Ибо священник изгнан за преступление или своевольно сам оставил врученную себе церковь, уже почитай и не Священник есть, и великий грех приемлет, действуя священнически. И приемлющий его господин тому греху участник есть, и сугубо: ибо и помощник греху тому, и правлению церковному противник есть» . Источники свидетельствуют, что государство в течении рассматриваемого периода неоднократно пыталась изжить институт бродячего священства. В ст.26 «Духовного регламента», было записано: «Не дерзать священнику самовольно, без благословения своего Епископа, приставать к полку воинскому и воинским властям не принимать таковых. За преступления же сего священника взять под жестокое наказание, а на власти воинские. Епископам о том писать в Синод, а из Синода будет о управе искано в Военной коллегии» [2.С.115].

Понимая качественную ущербность священников, правительство принимало энергичные меры по повышению образования приходского духовенства. Учитывая, что должность приходского священника была наследственной, правительство в первую очередь обращало на подготовку детей священников. В «Духовном регламенте», разработанном по повелению царя, в целях «Исправления Церкви», местным архиереям предписывалось иметь «.при доме своем школу для детей священнослужащих и прочих в надежду священства определенных». Эти школы в «Регламенте» назывались по разному: и просто духовные школы, и семинарии, и Академии. Обращалось внимание архиереев на тщательный отбор в духовные учебные заведения. Предписывалось «новопрешедшего ученика отведать память и остроумие, и если покажется весьма туп, не принимать в Академию, ибо лета потеряет, а ничему не научится, а еще возымеет о себе мнение, что он мудрый и от таковых несть горших бездельников. Архиереи обязывались наблюдать за успехами учеников и в процессе учебы. В «Регламенте» было записано «. А который бы ученик будет крайне туп или хотя бы и остроумен, да развращен, и упрям и непобедимой лености, таковых бы по довольном искушении, отпускать от школ, отняв им всякую надежду от чина священнического» [2.С.29]. Регламент предписы-

вал учить и кормить учеников духовных школ бесплатно, из ари-хиерейской казны. Предусматривалось жесточайшее наказание тому архиерею, который «неученого в оной школе поставит в священники» [2.С.31].

Наряду с «Духовным регламентом» В 1721 году Петр I издал указ, по которому сыновья духовенства, не обучавшиеся в школах, не допускались к церковным должностям. Без аттестатов «поповичей» запрещено было принимать и в «чины гражданской службы», кроме «солдатского чина».

В Петербурге в 1721 году были открыты сразу две школы: одна в Александро-Невской лавре, другая на Карповке. В том же году открылась семинария в Н.Новгороде, в 1722 г. в г.Харькове и Твери, в 1723 г. в Казани, Вятке, Холмогорах, Коломне, в 1724 г. - в Рязани и Вологде, в 1725 г. во Пскове [9.С.409]. Духовные школы были закрытого типа, «подобно военным корпусам», а общежития при них назывались семинариями, как в последствии стали называться сами духовные школы. Курс обучения в них разделялся на восемь классов где последовательно изучаличь: латинская грамматика, география и история; арифметика и геометрия; логика с диалектикой; риторика и пиитика; физика и метафизика; политика; богословие. Из языков изучались: латинский (на нем велось обучение), греческий, еврейский, церковно-славянский. Писание изучалось по Вульгате '.

Главным недостатком семинарского образования оставался его схоластический характер, оторванность от приходской и армейской жизни, суровость дисциплины.

При Анне Иоанновне, к концу 30-х годов XVIII века в России насчитывалось 17 семинарий, при Елизавете Петровне их число выросло до 26 с шестью тысячами обучающихся студентов. В правление Екатерины II был составлен и реализован проект коренной реформы духовного образования. В семинариях вопреки латинскому стали изучать греческий, древнееврейский и новые языки. Расширился круг общеобразовательных дисциплин. Во всех семинариях были открыты высшие философские и богословские классы [9.С.410]. К началу XIX века общее число духовных учебных заведений возросло до 115, среди них 2 академии, 37 семинарий и 76 низших училищ с 29 тысячами учащимися [7.С.229].

Рубеж конца XVIII- начала XIX века стал тем временем, когда в государстве вслух стали говорить о военном духовенстве, как сословии оформившимся. Наступил момент, когда централизация разрозненных усилий по религиозному воспитанию войск оказалась возможной, а военное духовенство осознало свою корпоративность. 9 мая 1800 г., по высочайшему повелению, была учреждена особая, с непосредственным подчинением Святейшему Синоду и с непременным правом состоять членом Синода, должность обер-священника армии и флота, которой придавались полномочия по самостоятельному управлению всем гвардейским, армейским и флотским духовенством. Первым обер-священником армии и флота стал протоиерей П.Я. Озерецковский (1800 - 1807 гг), развернувший бурную деятельность по приведению своего ведомства в порядок. Одним из первых шагов П.Я.Озерецковского, было создание собственного военно-духовного учебного заведения, способного качественно готовить военных священников с учетом специфики их деятельности и тех задач, которые возлагала военная организация на полкового и корабельного священника.

«Озабочиваясь замещением священнических вакансий в полках лучшими и достойными лицами и во избежание излишней переписки с епархиальными преосвященными о присылке из епархий кандидатов на имеющиеся вакансии, нередко замедлявшей назначение в полки священников, П.Я.Озерецковский остановился на мысли учредить особую армейскую семинарию, в коей бы кандидаты священства воспитывались под его ближайшем наблюдением, и по окончании курса, состояли бы в его непосредственном распоряжении и подчинении. С этою целью он составил проект об учреждении семинарии и в том же, 1800 году, поднес его на Высочайшее рассмотрение» [3.С.12]. В докладе императору необходимость открытия специальной армейской семинарии для подготовки профессиональных военных пастырей П.Я. Озерецковский объяснял, в частности, желанием знать поведение каждого кандидата, просящегося в его ведомство. В июне 1800 года проект создания армейской семинарии был утвержден Павлом I. 6 июня этого же года им были направлены письма в Государственные Военную и Адмиралтейскую Коллегии, в которых указывалось: «Его Императорское Величество Государь Император Сего Июня всевысочай-ше Указать соизволил, чтобы дети армейского и флотского духо-

4 ТЯАШРОЯТ ВШШБ88 Ш ЯШ81А | №6 2013 |

венства обучающиеся в семинариях ни в какое другое состояние не поступали, как только в Армию на священнические места; и чтобы все они обучались в одной Семинарии под моим присмотром» [10. Д. 162. Л.1]. «В силу того высочайшего повеления» Коллегии должны были обязать господ инспекторов по армии и господ частных по флотам и Адмиралтейству начальникам «дабы они об этом высокомонаршем Соизволении приказали священникам..., что бы они о детях своих немедленно прислали ко мне обстоятельные ведомости» [10. Д. 162. Л.1].

Помещение для семинарии было отведено в здании Тверского подворья на Васильевском острове в Санкт-Петербурге, рядом с лейб-гвардии Измайловским полком. Структурно армейская семинария включала два отделения: высшее и низшее. В высшем отделении полагалось три класса и назывались они так: первой класс Словесных наук, второй философских, и третий Богословских наук. Курс учения разделялся следующим образом: а) два года для класса словесных наук, к которым присоединяется всеобщая История. б) два года для класса философских наук, к коим присоединяется математика и физика. С) два года для Богословских наук, к коим присоединяется история, языки греческий, немецкий и французский преподавались в течении всех 6 лет, а еврейский в последние 4 года. Несколько часов в неделю отводилось изучению военного устава и артикулов, а также медицине. И это не случайно. Боевой опыт показывал. Что во время боевых действий военные священники непосредственно занимались больными и ранеными.

Если в обычных, епархиальных семинариях французский и немецкий языки изучались по желанию, в армейской семинарии они должны быть необходимыми по той причине, что воспитанники, поступающие в полки священниками, иногда случается быть за границею, где знание этих языков было необходимо.

В низшем отделении полагается также три класса - первый, второй и третий. В первом классе курс учения составлял два года со следующими предметами: а) чтение и письмо на российском и латинском языках; б) сокращенный катихизис2; с) начало нотного пения; д) начала Российской грамматики; е) четыре первые правила арифметики. Причем, ученики, успевшие в этом классе весь первый год переводились в высший. Во втором классе курс учения длился два года с изучением следующих предметов: а) Российская и славянская грамматика; б) арифметика; с) церковное обихотное, и отчасти партесное пение с уставом церковным; д) пространный Катихизис; е) начала языка латинского; х) начала языка греческого. Примечание: успевающие ученики в первый год, также, переводились в следующий класс.

В третьем классе курс учения, так же, составлял два года. Предметы для изучения были следующие: а) продолжение пространного катихизиса; б) греческий и латинский языки; в) священная история; г) география всеобщая и российская; д) повторение арифметики; е) усовершенствование в нотном пении» [10. Д. 162. Л.3].

В высшем отделении занятия проходили по восемь часов в день, кроме четверга, когда назначалась баня, и в субботу - для подготовки к выполнению должности при священнослужении. В низшем отделении для третьего и второго классов занятия проводились по шесть часов: четыре часа до обеда и два часа после обеда (кроме четверга и субботы). Для первого класса продолжительность занятий - пять часов: до обеда три часа и после обеда два часа, исключая, также, после обеда четверг и субботу.

Всего, в 1800 году в армейской семинарии было 109 учеников и почти все из семей военного духовенства. Следует отметить, что в армейскую семинарию поступали далеко не все желающие и имеющие на то право, как в 1800, так и в последующие годы [10. Д. 174. Л.4]. Условия приема и обучения в семинарии были достаточно жесткими, особое внимание обращалось на прилежание к учебе и дисциплину.

В процессе обучения в армейской семинарии воспитанникам прививались те качества, которые были необходимы военным пастырям. «Для успешного прохождения пастырской деятельности прежде всего требуется любовь т преданность своему делу и пастве,- писал «Вестник военного духовенства»,- а для этого нужно сделать пастырское служение главным делом своей жизни, нужно воспитать в себе такое душевное настроение, при котором все трудности, выпадающие на долю пастыря, сделались бы «игом благим

1 Латинский перевод Библии.

2 Катихизис - краткое наставление в христианской вере, изложенное в виде вопросов и ответов.

и бременем удобным». Далее, необходимы - бдительность, настойчивость и постоянное самоусовершенствование пастыря, как одно из важных средств для приобретения и укрепления указанных качеств. При этом недостаточно одного только возобновления тех сведений, которые даются в учебных заведениях.. .не лишнем будет ознакомление и с светскими науками. .Это необходимо, прежде всего, чтобы быть в состоянии разрешать различного рода недоумения, возникающие среди членов паствы и ... для сохранения пастырского авторитета, особенно среди образованного общества офицеров» [5. С.43].

Меры по улучшению качественного состава военного духовенства предпринимались и в последующие годы. Особый упор делался на самосовершенствование военных священников. Для того, чтобы успешно осуществлять свою деятельность . » самому священнику нужно немало работать над собственным умственным и нравственным развитием, оживлять и восполнять свои знания, вынесенные из школы. Но в этом-то саморазвитии разве не заключается та высшая услада духа, которую по преимуществу должен испытывать пастырь церкви» [5. С.72]. Прохождение пастырской службы в отдаленных гарнизонах не служило препятствием к самообразованию. «Где бы ни стоял полк, военный священник не может очутиться в безотрадной глуши и всегда имеет возможность обновить и восполнить свои знания чтением хороших книг и оживлять их в беседах с образованными людьми, более подходящими к его сану по своему серьезному воззрению и складу жизни» [5. С.73].

К концу XIX века отбор священников в армию и на флот был предельно ужесточен. Так, при протопресвитере А.А. Желобовс-ком, в 1899 г. было объявлено, что впредь священнические места в военном ведомстве будут предоставлены лицам по преимуществу с высшим академическим образованием или окончившими семинарский курс по первому разряду.

То внимание, которое государство уделяло качеству подготовки военных священников в армию и на флот, дало свои положительные результаты. Военный министр России А.Н. Куропатки подчеркивал, что «помощь духовенства народу и войску во всех случаях его исторической жизни была огромная» [6. С.311].

В своих воспоминаниях Протопресвитер военного и морского духовенства Г.И.Шавельский писал: «О деятельности военного духовенства на театре военных действий я имел счастье слышать блестящие отзывы от обоих Верховных Главнокомандующих. В конце 1916 года Государь как-то сказал мне: «От всех, приезжающих ко мне с фронта военных начальников я слышу самые лучшие отзывы о работе военных священников в рядах армии». Еще решительнее, в присутствии чинов своего штаба, отозвался в 1915 году великий князь Николай Николаевич: « Мы в ноги должны поклониться военному духовенству за его великолепную работу в армии». Я дважды слышал от него эти слова» [12. С.97].

Литература:

1. Барсов Т.В. Новое положение об управлении церквами и духовенством военного и морского ведомств. СПб. Тип. А.Катанско-го и К.,1893. С.4-5.

2. Духовный регламент. Тщением и повелением Всепресветлей-шего Государя Петра Первого Императора. сочиненный. Изд.1.М., Синод. Тип. 1856. С.45.

3. Из истории управления военным и морским духовенством с 1800 по 1901 год.// Сост. А.Боголюбов. СПб. 1902. С. 12.

4. История флотского духовенства: Сборник / Сост. А.Б. Григорьев. - М.: Андреевский флаг, 1993.С.7

5. К вопросу о прошлом и современном состоянии военного духовенства//Вестник военного духовенства. 1890. №1.С.10

6. Куропаткин А. Н. Русская армия / А. Н. Куропаткин. — СПб. ООО «Издательство Полигон», 2003. С.311.

7. Никольский М.Н. История русской церкви. М., ИПЛ, 1983.С.213.

8. Посошков И. Россиянин прошедшего века или предложение Ивана Посошкова, поданное боярину Ф.А.Головину 1701 года. М.,1793. С. 85.

9. Православная энциклопедия. Русская православная Церковь, М.,2000. С.409.

10. РГИА. Ф. 806. Ст. 1

11. Смирнов А. Протоиерей. История флотского духовенства// Вахтенный журнал. М., «Андреевский флаг», 1993,С.5.

12. Шавельский Г.И. Воспоминания последнего протопресвитера Русской армии и флота. В 2-х томах, Нью-Йорк, 1954. Т.2. С.97.