ОСОБЕННОСТИ ПЕРЕЖИВАНИЯ ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНОГО ОПЫТА И ЕГО СВЯЗЬ С ТРЕВОЖНОСТЬЮ В ПЕРИОД ПАНДЕМИИ COVID-19

Эмпирические исследования

УДК 159.9

DOI: 10.28995/2073-6398-2021-4-24-40

Особенности переживания экзистенциального опыта и его связь с тревожностью в период пандемии COVID-19

Владимир А. Мохов

Российский государственный гуманитарный университет, Москва, Россия, vlmokhov@gmail.com

Светлана Л. Бабушкина

Российский государственный гуманитарный университет, Москва, Россия, svetlana.babushkina@gmail.com

Аннотация. Пандемия коронавирусной инфекции стала настоящим потрясением, заставляя людей усомниться в базовом чувстве безопасности в мире и столкнуться с экзистенциальными данностями конечности жизни, одиночества, свободы и смысла жизни. Продолжающаяся эпидемия вызвала волну работ, посвященных механизмам эффективного совладения со стрессом в ситуации угрозы жизни и безопасности. При этом все больше ученых обращают внимание на экзистенциальный характер тревоги, порожденной пандемией, а последние результаты говорят об опосредующей роли экзистенциальной тревоги между симптомами посттравматического стресса и посттравматическим ростом. Цель работы - исследование особенностей переживания экзистенциального опыта и его связи с совладанием с тревогой в период пандемии. Был проведен анализ письменных интервью 108 респондентов в возрасте 2545 лет, проходивших в период второй волны коронавируса в Москве, на представленность экзистенциальных тем смерти, одиночества, свободы и смысла. Выделены типы переживания экзистенциального опыта, предпринят эмпирический анализ связи особенностей переживания экзистенциального опыта с личностной тревожностью. По результатам исследования 90% респондентов прочувствовали одну или несколько экзистенциальных данностей, что может говорить о присутствии ненормативного экзистенциального кризиса. Обнаружена связь между развернутым чувственным экзистенциального опыта и наличием ресурса и успешным совладанием с переживанием стрессом в условиях пандемии. Обоснована необходимость включения фундаментальных экзи-

© Мохов В.А., Бабушкина С.Л., 2021

ISSN 207.3-6.398 • RSUII/RGGU Bulletin: "Psychology. Pedagogies. Education" Series, 2021, no. 4

стенциальных вопросов в процесс оказания психологической помощи в период пандемии коронавируса, а также помощи лицам, испытавших травматический опыт.

Ключевые слова: экзистенциальный опыт, экзистенциальный кризис, экзистенциальные данности, тревожность, стресс, пандемия, коронавирус,

COVID-19

Для цитирования: Мохов В.А., Бабушкина С.Л. Особенности переживания экзистенциального опыта и его связь с тревожностью в период пандемии COVID-19 // Вестник РГГУ. Серия «Психология. Педагогика. Образование». 2021. № 4. С. 24-40. DOI: 10.28995/2073-6398-2021-4-24-40

Aspects of processing existential experience and its relationship with anxiety during the COVID-19 pandemic

Vladimir A. Mokhov

Russian State University for the Humanities, Moscow>, Russia, vlmokhov@gmail.com

Svetlana L. Babushkina

Russian State University for the Humanities, Moscow), Russia, svetlana.babushkina@gmail.com

Abstract. The COVID-19 pandemic has been a real shock, forcing people to question the basic sense of security and face existential givens, such as finiteness of life, loneliness, freedom and meaning. The ongoing epidemic has sparked a wave of research on the mechanisms of effective stress coping in the situation of threat to life and safety. At the same time, more scientists are emphasizing the existential nature of anxiety caused by the pandemic, and the results of recent studies indicate a mediating role of existential anxiety between the symptoms of post-traumatic stress and post-traumatic growth. The purpose of this research is to study the aspects of processing existential experience and its connection with coping with anxiety during COVID-19 pandemic. The study analyzed written interviews of 108 subjects aged 25-45 years, held during the second wave of coronavirus in Moscow, for the presence of existential issues of death, loneliness, freedom and meaning. The types of processing existential experience were distinguished; an empirical analysis of the connection between the aspects of processing the existential experience and trait anxiety was carried out. Results showed that 90% of respondents are confronted with one or more existential given, which may indicate the presence of a situational existential crisis. A connection

has been found between an emotional processing of existential experience together with the availability of personal resources and successful stress coping during the pandemic. The necessity of including fundamental existential issues in the process of providing psychological help during the COVID-19 pandemic, as well as assistance to people, who have had traumatic experiences, has been argued.

Keywords: existential experience, existential crisis, existential givens, anxiety, stress, pandemic, coronavirus, COVID-19

For citation: Mokhov, V.A. and Babushkina, S.L. (2021), "Aspects of processing existential experience and its relationship with anxiety during the COVID-19 pandemic", RSUH/RGGU Bulletin. "Psychology. Pedagogics. Education" Series, no. 4, pp. 24-40, DOI: 10.28995/2073-6398-2021-4-24-40

Пандемия, продолжающаяся больше года, стала настоящим потрясением для многих людей, заставляя их усомниться в базовом чувстве безопасности в мире и столкнуться с экзистенциальными данностями конечности жизни, одиночества, свободы и смысла существования. Непосредственно пережитый многими людьми опыт болезни, собственной или близких, утраты близких, борьбы с тяжелыми последствиями заражения, а также наблюдение за опытом других людей актуализировали тему смерти и утраты [Воронов 2021]. Закрытие организаций и бизнесов, потеря работы или финансовые ограничения подняли до небывалого уровень неопределенности и страха за собственное выживание, резко повысили уровень экзистенциальной тревоги, с одной стороны, и привнесли депривацию в общении и включенности в социальные контексты, с другой [Blustein, Guarino 2020]. Введенные меры самоизоляции, ограничение свободы передвижения, переживание разрыва с близкими людьми из-за опасности пандемии и необходимость соблюдения ограничительных мер актуализировали темы одиночества и свободы. Многие люди встретились с чувством беспомощности и экзистенциальной вины, невозможности помочь близким. Повышенная осведомленность о неудачных мерах правительств разных стран по борьбе с пандемией могли подорвать доверие миру и веру в справедливое течение жизни [Hoffman 2020]. Беспрецедентный характер и широкое распространение пандемии лишило многих людей привычных способов структурирования жизни, ограничивая доступ к ресурсам и друг к другу. Согласно Д. Бластейну, повсеместная гибель людей может вызвать чувство утраты и горя сродни утрате и скорби, которые существовали после мировых войн XX века [Blustein, Guarino 2020]. Э. Кортни и Дж. Голденберг назвали пандемию глобальной инфекцией смертности, лично затронувшей каждого человека [Courtney et al. 2020].

Продолжающаяся пандемия коронавируса стала причиной волны исследований, посвященных механизмам совладения со стрессом в ситуации угрозы жизни и безопасности [Рассказова и др. 2020; Rogowska et al. 2021; Nelson, Bergeman 2020]. При этом все больше ученых обращают внимание на экзистенциальный характер тревоги, вызванной пандемией. Польский психолог K. Tomaszek сравнивает эпидемию коронавируса с экзистенциальным кризисом или травматическим опытом, который может привести к появлению или обострению психических расстройств, потере смысла и удовлетворенности жизнью. Он также отмечает возможный положительный эффект переживания экзистенциальной тревоги для раскрытия человеческого потенциала, ссылаясь на исследование, подтвердившее опосредующую связь экзистенциальной тревоги между симптомами посттравматического стресса и посттравматическим ростом за счет запуска процесса смыслоо-бразования [Callely 2017]. K. Tomaszek провел исследование во время разгара первой волны эпидемии коронавируса в Польше, обнаружив влияние посттравматического стрессового расстройства на посттравматический рост, опосредованное экзистенциальной тревогой и уровнем удовлетворенности жизнью [Tomaszek, Muchacka-Cymerman 2020].

Позитивные личностные изменения в результате конфронтации с экзистенциальными данностями описаны многими экзистенциальными психологами и исследователями такими, как И. Ялом, Дж. Гринберг, С. Куул, М. Темпл, Н.В. Гришина [Ялом 1999; Koole et al. 2006; Temple, Gall 2016; Гришина 2018]. Опираясь на практический опыт работы во время пандемии, Л. Хофман перечислил экзистенциальные темы, актуализированные в опыте клиентов по мере продолжения эпидемии, включающие экзистенциальную вину и смыслоутрату, экзистенциальную тревогу и изоляцию. Согласно психологу, последствия эпидемии оказывают значительное влияние на жизни многих людей, а процесс восстановления после переживания кризиса может занимать много месяцев или годы. Под «восстановлением» Л. Хофман понимает не восстановление состояния до бедствия, а обретение нового состояния, интегрирующего пережитый опыт, что можно рассматривать как посттравматический рост [Hoffman 2020, c. 43].

А. Блэнд также приглашает рассмотреть пандемию в контексте возможностей, как для личностного, так и для коллективного роста через совместное создание нового культурного нарратива, основанного на осознанности и взаимной заботе. Так, ситуация угрозы жизни и безопасности может служить платформой для принятия непостоянства жизни, преодоления эгоцентричной зам-

кнутости на себе и развитие большего чувства сострадания и взаимной связи с другими людьми. Социальное дистанцирование предоставляет шансы для замедления и переживания универсальной данности экзистенциального одиночества, что может помочь почувствовать глубокую причастность к миру и желание действовать в интересах общества, а также развитию сострадания к себе и другим. Психолог применяет феноменологический процесс извлечения смысла Р. Баргдила при переживании кризисной ситуации для иллюстрации возможности проявления более эффективных способов жизни и поведения в условиях пандемии [Bland 2020].

Экзистенциальный опыт является результатом переживания человеком экзистенциальных проблем смерти, свободы, одиночества и смысла. Он определяет базовое представление человека о мире и является ценностно-смысловым регулятором его поведения на разных уровнях жизнедеятельности, влияя на ход всей жизни [Гришина 2015; Знаков 2014]. Основной структурный элемент экзистенциального опыта - переживание. Л.Р. Фахрут-динова разработала теорию переживания, описывающую психологический механизм формирования субъективного, в том числе экзистенциального, опыта. Экзистенциальный опыт, наделяя впечатления глубоким личностным смыслом, может привести к изменению восприятия мира, а также сущности самой личности [Фахрутдинова 2013].

В данном исследовании мы анализировали письменные интервью респондентов, проводившиеся в период второй волны пандемии коронавируса в Москве, на представленность и особенности переживания экзистенциальных тем смерти, одиночества, свободы и смысла, с дальнейшей эмпирической проверкой связи особенностей переживания экзистенциального опыта с личностной тревожностью.

Выборка. В исследовании приняли участие 108 человек, из них 87 женщин и 21 мужчина. Возрастной диапазон - от 25 до 45 лет (средний возраст 35).

Методы. Для исследования особенностей переживания экзистенциального опыта было проведено письменное интервью. Респондентам предлагалось развернуто описать 3-5 значимых или примечательных события, произошедших с ними за последний год, а также включить эмоциональное отношение к пережитым событиям.

Для исследования уровня тревожности была использована «Шкала личностной тревожности» Ч.Д. Спилбергера, в адаптации Ю.Л. Ханина [Сергиенко и др. 2003]. Шкала направлена на диагностику тревожности как устойчивой личностной черты,

проявляющейся в поведении и отношении человека к разным событиям на протяжении последних месяцев (не менее шести).

Сбор данных проводился анонимно онлайн (Google Forms) с декабря 2020 г. по март 2021 г. Цели исследования сообщались участникам в общем виде.

Методы обработки данных. Для анализа письменных интервью респондентов на представленность экзистенциальных тем, а также выделения особенностей переживания экзистенциального опыта был проведен контент-анализ данных. Для анализа связи особенностей переживания экзистенциального опыта с личностной тревожностью использовались методы статистической обработки с помощью IBM SPSS Statistics 23.

Анализ переживания экзистенциального опыта

Опираясь на клинический опыт работы с экзистенциальными данностями И. Ялома, детально описанный им в виде практических кейсов [Ялом 1999], письменные интервью респондентов были проанализированы на представленность экзистенциальных данностей, а в случае наличия тем смерти, свободы, одиночества и смысла - на способ их переживания (осознанный или неосознанный).

50% 40% 30% 20%

10%

0%

Смерть 44,4%

Одиночество 47,2%

Свобода 33,3%

Смысл 13,0%

Рж. 1. Представленность экзистенциальных тем в письменных интервью респондентов в процентах от выборки

Анализ письменных интервью респондентов показал, что в опыте 90% респондентов актуализирована одна или несколько экзистенциальных данностей. 10% респондентов предоставили недостаточно информации для оценки наличия экзистенциальных вопросов или не упоминали темы смерти, свободы, одиночества и смысла в описании значимого опыта. 51 респондент переживает тему одиночества (из них 26 осознанно и 25 неосознанно), 48 человек переживают тему смерти (из них 25 неосознанно, 23 осознанно), 36 человек переживают тему свободы-ответственности (из них 19 осознанно и 17 неосознанно), 14 человек переживают тему смысла жизни (из них 10 осознанно и 4 неосознанно).

100% 80% 60% 40% 20%

87%

67% 56% 53%

23% 16% 23%

4% 21% 18% 24% 9%

0%

не упоминают проживают проживают осознанно

неосознанно

Смерть  Свобода  Одиночество  Смысл

Рис. 2. Способ переживания экзистенциальных тем в процентах от выборки

Выделение типов переживания экзистенциального опыта

Следующим этапом исследования стало выделение типов переживания экзистенциального опыта с помощью контент-анализ письменных интервью респондентов. Опираясь на исследовательские работы Д.А. Леонтьева [Леонтьев 1999] и M. Cohn, J. Pennebaker [Cohn et al. 2003], для анализа значимого опыта респондентов были выделены категории и соответствующие им лингвистические маркеры. Основными критериями стали наличие развернутых чувственных переживаний и рефлексии опыта, а также наличие эмоциональных ресурсов. В соответствии с описанными категориями нами были выделены четыре группы с разным типом переживания экзистенциального опыта.

Группа с развернутым переживанием опыта и наличием ресурсов (РР) характеризуется наличием развернутых чувственных переживаний и/или рефлексией описываемого опыта, а также наличием эмоциональных ресурсов, выраженных в преобладании позитивных переживаний и позитивной оценке опыта и наличием активной позиции респондента по отношению к жизни.

Группа с развернутым переживанием опыта и дефицитом ресурсов (РД) характеризуется наличием развернутых чувственных переживаний и/или рефлексией описываемого опыта и дефицитом эмоциональных ресурсов, выраженных в преобладании негативных чувственных переживаний и негативной оценке опыта, а также наличием пассивной позиции респондента по отношению к жизни.

Группа с кратким описанием опыта и наличием ресурсов (КР) характеризуется событийным описанием значимого опыта, отсутствием или дефицитом чувственных переживаний и/или рефлексии опыта, а также наличием эмоциональных ресурсов, выраженных в преобладании позитивного опыта и наличием активной позиции респондента по отношению к жизни.

Группа с кратким описанием опыта и дефицитом ресурсов (КД) характеризуется событийным описанием значимого опыта, отсут-

ствием или дефицитом чувственных переживаний и/или рефлексии опыта, дефицитом эмоциональных ресурсов, выраженных в преобладании негативного опыта, а также наличием пассивной позиции респондента по отношению к жизни.

Описание групп с разным типом переживания экзистенциального опыта

Группа РР представлена 45 респондентами (средний возраст 34,5), из них 36 женщин и 9 мужчин. Группа РД включает 32 респондента (средний возраст 34), из них 27 женщин и 5 мужчин. Группа КР представлена 19 респондентами (средний возраст 35), из них 14 женщин и 5 мужчин. Группа КД включает 12 респондентов (средний возраст 37), из них 10 женщин и 2 мужчины.

Анализ переживаемых экзистенциальных данностей в группах с разным типом переживания экзистенциального опыта Смерть. В группе с развернутым типом переживания опыта и наличием ресурсов (РР) 27 человек не упоминают тему смерти, 18 человек переживают тему смерти (из них 10 осознанно и 8 неосознанно). В группе с развернутым типом переживания значимого опыта и дефицитом ресурсов (РД) 11 человек не упоминают тему смерти, 21 человек переживает тему смерти (из них 9 осознанно и 12 неосознанно). В группе с кратким описанием значимого опыта и наличием ресурсов (КР) 16 человек не упоминают тему смерти, 3 человека переживают тему смерти неосознанно. В группе с кратким описанием значимого опыта и дефицитом ресурсов 6 человек не упоминают тему смерти, 6 человек переживают тему смерти (из них 4 осознанно и 2 неосознанно).

100% 80% 60% 40% 20% 0%

не упоминают  проживают неосознанно проживают осознанно

Смерть

84%

РР РД КР КД

Рис. 3. Способ переживания темы смерти в группах с разным типом переживания экзистенциального опыта в процентах от группы

Одиночество. В группе с развернутым переживанием значимого опыта и наличием ресурсов (РР) 24 человек не упоминают тему

одиночества, 21 человек переживает тему одиночества (из них 14 осознанно и 7 неосоззнанно). В группе с раззвернутым переживанием ззначимого опыта и дефицитом ресурсов (РД) 9 человек не упоминают тему одиночества, 23 человека переживают тему одиночества (из них 12 осоззнанно и 11 неосоззнанно). В группе с кратким описанием ззначимого опыта и наличием ресурсов (КР) 13 человек не упоминают тему одиночества, 6 человек переживают тему одиночества неосоззнанно. В группе с кратким описанием ззначимого опыта и дефицитом ресурсов (КД) 11 человек не упоминают тему одиночества, 1 человек переживает тему одиночества неосоззнанно.

Одиночество

100% 92%

50%

0%

68%

53%

" -31% 28%34%38% 32%

16%

8%

РР РД КР КД

I не упоминают  проживают неосознанно  проживают осознанно

Рис. 4. Способ переживания темы одиночества в группах с разным типом переживания экзистенциального опыта в процентах от группы

Свобода. В группе с раззвернутым переживанием ззначимого опыта и наличием ресурсов (РР) 22 человека не упоминают тему свободы, 23 человека переживают тему свободы (из них 14 осозз-нанно и 9 неосоззнанно). В группе с раззвернутым переживанием ззначимого опыта и дефицитом ресурсов (РД) 25 человек не упоминают тему свободы, 7 человек переживают тему свободы (из них 5 осоззнанно и 2 неосоззнанно). В группе с кратким описанием ззна-чимого опыта и наличием ресурсов (КР) 16 человек не упоминают тему свободы, 3 человека переживают тему свободы неосоззнанно. В группе с кратким описанием ззначимого опыта и дефицитом ресурсов (КД) 9 человек не упоминают тему свободы, 3 человека переживают тему свободы неосоззнанно.

Смысл. В группе с раззвернутым переживанием ззначимого опыта и наличием ресурсов (РР) 37 человек не упоминают тему смысла, 8 человек переживают тему смысла (из них 5 осоззнанно и 3 неосоззнанно). В группе с раззвернутым переживанием ззна-чимого опыта и дефицитом ресурсов (РД) 26 человек не упоминают тему смысла, 6 человек переживают тему смысла (из них 5 осознанно и 1 неосознанно). В группах с кратким описанием значимого опыта и наличием ресурсов (КР) и группе с кратким описанием ззначимого опыта и дефицитом ресурсов (КД) испытуемые не упоминают тему смысла.

Свобода

100% -

80% -

60% 49%

40% 20% 0%

78%

84%

31%

75%

25%

РР РД КР КД

не упоминают  проживают неосознанно  проживают осознанно

Рис. 5. Способ переживания темы свободы в группах с разным типом переживания экзистенциального опыта в процентах от группы

Смысл

100% 80% 60% 40% 20% 0%

82%

11%

РР

I не упоминают

3%

16%

РД КР КД

проживают неосознанно  проживают осознанно

100%

100%

81%

Рис. 6. Способ переживания темы смысла в группах с разным типом переживания экзистенциального опыта в процентах от группы

Таким образом, самыми актуализированными в опыте респондентов экзистенциальными данностями стали темы одиночества и смерти. Наиболее редко упоминаемая - тема смысла жизни. Мы использовали критерий хи-квадрат Пирсона для оценки значимости отличий между группами развернуто переживающих экзистенциальный опыт с наличием или дефицитом ресурсов (РР и РД) по способу переживания темы одиночества и смерти, показавший существенно более частое переживание темы одиночества (р=0,05) и тенденцию, не достигающую статистической значимости (р=0,07), к более частому переживанию темы смерти в группе с развернутым типом переживания экзистенциального опыта и дефицитом ресурсов (РД). В группе кратко описывающих значимый опыт и имеющих дефицит ресурсов (КД) респонденты переживают осознанно только тему смерти. В группе кратко описывающих значимый опыт и имеющих ресурсы (КР) респонденты либо не упоминают экзистенциальные тем, либо проживают их неосознанно.

Анализ связи особенностей переживания экзистенциального

опыта с личностной тревожностью

Для анализа связи особенностей экзистенциального опыта с личностной тревожностью было проведено сравнение результатов опросника «Шкала личностной тревожности» Ч.Д. Спилбергера, в адаптации Ю.Л. Ханина [Сергиенко и др. 2003] по критерию Ман-на-Уитни в группах с разным типом переживания экзистенциального опыта. В качестве нормы взят верхний предел, отвечающий умеренной личностной тревожности, в соответствии с диагностическими критериями, предоставленными авторами методики.

60

43 43 43 43

40

20

40,9 46,5 55,3 56,4

0

РР КР РД КД

Индекс ЛТ ——Норма

Рис. 7. Показатель личностной тревожности шкалы личностной тревожности Ч.Д. Спилбергера в изучаемых группах, средние

Индекс личностной тревожности в группе с развернутым переживанием экзистенциального опыта и наличием ресурсов (РР) соответствует умеренному уровню тревожности, в остальных группах - высокому.

Уровень личностной тревожности в группе с развернутым переживанием экзистенциального опыта и наличием ресурсов (РР) значимо ниже уровня тревожности в группе с кратким описанием значимого опыта и наличием ресурсов (КР) (р<0,05). Анализ личностной тревожности в группах РД и КД с дефицитом ресурсов, отличающихся в части развернутости переживания опыта, не показал значимых отличий между группами. В группе с развернутым переживанием опыта и наличием ресурса (РР) уровень личностной тревожности значимо ниже по сравнению с группой с развернутым переживанием опыта и дефицитом ресурсов (РД) (р<0,01). В группе с кратким описанием опыта и наличием ресурса (КР) уровень личностной тревожности значимо ниже по сравнению с группой с кратким описанием опыта и дефицитом ресурсов (КД) (р<0,01). В группе с кратким описанием опыта и наличием ресурса (КР) уровень личностной тревожности значимо ниже по сравнению с группой с развернутым переживанием опыта и дефицитом ресурсов (РД) (р<0,01). В группе с развернутым переживанием опыта и

наличием ресурса (РР) уровень личностной тревожности значимо ниже по сравнению с группой с кратким описанием опыта и дефицитом ресурсов (КД) (р<0,01).

Обсуждение результатов

Более половины респондентов демонстрируют высокий уровень тревожности (58,3%). Согласно контент-анализу письменных интервью, 90% респондентов переживают одну или несколько экзистенциальных данностей, что может говорить о присутствии ненормативного экзистенциального кризиса. Это свидетельствует о том, что, помимо работы со стрессовым совладанием, психологическая помощь в период пандемии коронавируса должна включать экзистенциальные вопросы смерти, одиночества, свободы и смысла. В более широком смысле это также может говорить о том, что после переживания травматической ситуации, связанной с угрозой жизни и безопасности, люди к тому же переживают экзистенциальный кризис, включающий страх смерти, экзистенциальную вину и смыслоутрату, что подтверждает необходимость включения фундаментальных экзистенциальных вопросов в процесс оказания психологической помощи лицам, пережившим травматический опыт. Высказанное предположение согласуется с данными зарубежных исследований последнего года [Hoffman 2020; Tomaszek, Muchacka-Cymerman 2020].

Респонденты с развернутым типом переживания экзистенциального опыта и наличием ресурсов имеют умеренный уровень личностной тревожности, респонденты с другими типами переживания экзистенциального опыта - высокий уровень тревожности. Респонденты с развернутым типом переживания экзистенциального опыта и наличием ресурсов имеют значимо более низкий уровень личностной тревожности по сравнению с респондентами с кратким типом переживания экзистенциального опыта и наличием ресурсов. Полученные данные могут говорить о том, что повышенная тревога в условиях пандемии связана как с отсутствием ресурсов, необходимых для переживания актуализированного экзистенциального опыта, так и отсутствием доступа к чувственным переживаниям и рефлексии опыта. Способность к развернутому чувственному переживанию экзистенциального опыта и наличие ресурса помогает успешному совладанию со стрессом в условиях пандемии коронавирусной инфекции.

Согласно анализу представленности экзистенциальных данностей, темы смерти и одиночества значимо чаще встречаются в интервью респондентов с развернутым типом переживания опыта и дефицитом ресурсов по сравнению с респондентами с разверну-

тым типом переживания опыта и наличием ресурсов. Это говорит о важности ресурсов в процессе переживания экзистенциальных данностей для успешного совладания со стрессом в условиях пандемии. Согласно И. Ялому, конфронтация с данностями бытия болезненна, однако может привести к исцелению и личностному росту [Ялом 1999]. Это также согласуется с эмпирическими исследованиями, отмечающими опосредующую связь экзистенциальной тревоги с симптомами посттравматического стресса и посттравматическим ростом за счет запуска процесса смыслообразования [Callely 2017]. При этом более тяжелые посттравматические симптомы, вызванные пандемией, опосредованные удовлетворенностью жизни, связаны с большим посттравматическим ростом [Tomaszek, Muchacka-Cymerman 2020]. В контексте осуществления психологической помощи, это свидетельствует о важности эмоциональной поддержки клиента в переживании экзистенциального опыта. Для оказания эффективной психологической помощи в работе с экзистенциальной тревогой терапевты должны быть готовы проделать собственную внутреннюю работу.

Результаты исследования могут быть использованы при составлении программы оказания психологической помощи в период эпидемии коронавирусной инфекции, а также в кризисных ситуациях и работе с травмой.

Выводы

1. Согласно контент-анализу письменных интервью, 90% респондентов переживают одну или несколько экзистенциальных данностей, что может говорить о присутствии ненормативного экзистенциального кризиса.

2. Респонденты с развернутым типом переживания экзистенциального опыта и наличием ресурсов имеют умеренный уровень личностной тревожности, респонденты с другими типами переживания экзистенциального опыта - высокий уровень тревожности. Развернутое переживание экзистенциального опыта и наличие ресурсов положительно связаны с более низким уровнем личностной тревожности.

3. Темы смерти и одиночества значимо чаще встречаются в интервью респондентов с развернутым типом переживания опыта и дефицитом ресурсов по сравнению с респондентами с развернутым типом переживания опыта и наличием ресурса. Это может говорить о значимости ресурса в процессе переживания экзистенциальных данностей для успешного совладания со стрессом в период пандемии. В контексте же осуществления психологической помощи это свидетельствует о важности включения экзистенциальных вопросов в процесс оказания психоло-

гической помощи в ситуациях неопределенности, угрозы жизни и безопасности.

Ограничения исследования. Ограничением является недостаточная численность и территориальный охват выборки, неоднородность полового состава респондентов, а также отсутствие экспертной группы в части проведения качественного анализа материалов исследования.

Литература

Воронов 2021 - Воронов В.М. Пандемия COVID-19 как экзистенциальное и культурное событие: группы, культурные границы и феномен настроения (на примере российского общества) // Журнал Фронтирных Исследований. 2021. № 1. С.41-68. Гришина 201.5 - Гришина Н.В. Экзистенциальная психология в поисках своего вектора развития [Электронный ресурс] // Психологические исследования. 2015. № 42 (8). URL: http://psystudy.ru (дата обращения 3 июля 2021). Гришина 2018 - Гришина Н.В. Экзистенциальная психология. СПб.: Изд-во С.-Пе-терб. ун-та, 2018.

Знаков 2014 - Знаков В.В. Теоретические основания психологии понимания многомерного мира человека // Вопросы психологии. 2014. № 4. С. 16-29. Леонтьев 1999 - Леонтьев Д.А. Методика предельных смыслов (МПС): Методическое руководство. М.: Смысл, 1999.

Рассказова и др. 2020 - Рассказова Е.И., Леонтьев Д.А., Лебедева А.А. Пандемия как вызов субъективному благополучию: тревога и совладание // Консультативная психология и психотерапия. 2020. № 2 (28). С. 90-108.

Сергиенко и др. 2003 - Сергиенко С.К., Бодров В.А., Писаренко Ю.Э. Практикум по инженерной психологии и эргономике: Учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений / Под ред. Л.П. Стрелкова. М.: Издательский центр «Академия», 2003. Фахрутдинова 2013 - Фахрутдинова Л.Р. Переживание, впечатление и экзистенциальный опыт // Человек, субъект, личность в современной психологии. Материалы Международной конференции, посвященной 80-летию А.В. Брушлинского / Под ред. А.Л. Журавлев, Е.А. Сергиенко. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2013. С. 455.

Ялом 1999 - Ялом И. Экзистенциальная психотерапия. М.: Класс, 1999.

Bland 2020 - Bland A. Existential Givens in the COVID-19 Crisis // Journal of

Humanistic Psychology. 2020. Vol. 60 (5). P. 710-724.

Blustein, Guarino 2020 - Blustein D, Guarino P. Work and Unemployment in the Time of COVID-19: The Existential Experience of Loss and Fear // Journal of Humanistic Psychology. 2020. Vol. 60 (5). P. 702-709.

Callely 2017 - Callely N. Overcoming Trauma: Utilizing Existential Anxiety to Stimulate Posttraumatic Growth [Электронный ресурс] // College of Social and Behavioral Sciences. 2017. no. 1. URL: https://scholarworks.lib.csusb.edu/meeting-minds/2017/ oral-pres-full/62/ (дата обращения 3 июля 2021).

Cohn et al. 2003 - Cohn M., Mehl M., PennebackerJ. Linguistic Markers of Psychological Change Surrounding September 11, 2001 // Psychological Science. 2003. Vol. 15 (3). P. 687-693.

Courtney et al. 2020 - Courtney E, Goldenberg J., Boyd P. The contagion of mortality: A terror management health model for pandemics [Электронный ресурс] // British Journal of Social Psychology. Vol. 59 (3). P. 607-617. URL: https://www.ncbi.nlm.nih. gov/pmc/articles/PMC7323320/ (дата обращения 3 июля 2021). Hoffman 2020 - Hoffman L. Existential-Humanistic Therapy and Disaster Response: Lessons From the COVID-19 Pandemic // Journal of Humanistic Psychology. 2020. Vol. 61 (1). P. 33-54.

Koole et al. 2006 - Koole S., Greenberg J., Pyszczynski T. Introducing Science to the Psychology of the Soul // Current Directions in Psychological Science. 2006. Vol. 5 (5). P. 212-216.

Nelson, Bergeman 2021 - Nelson N, Bergeman C. Daily Stress Processes in a Pandemic: The Effects of Worry, Age, and Affect // Gerontologist. 2021. Vol. 61(2). P. 196-204. Rogowska et al. 2021 - Rogowska A., Kusnierz C, Ochnik D. Changes in Stress, Coping Styles, and Life Satisfaction between the First and SecondWaves of the COVID-19 Pandemic: A Longitudinal Cross-Lagged Study in a Sample of University Students // Journal Of Clinical Medicine. 2021. Vol. 10. P. 1-21.

Temple, Gall 2016 - Temple M, Gall T. Working through existential anxiety towards authenticity: a spiritual journey of making meaning // Journal of Humanistic psychology. 2016. Vol. 58 (2). P. 1-26.

Tomaszek, Muchacka-Cymerman 2020 - TomaszekK, Muchacka-Cymerman A. Thinking about My Existence during COVID-19, I Feel Anxiety and Awe - The Mediating Role of Existential Anxiety and Life Satisfaction on the Relationship between PTSD Symptoms and Post-Traumatic Growth // International Journal of Environmental research and Public health. 2020. Vol. 17. P. 1-13.

References

Bland, A. (2020), "Existential Givens in the COVID-19 Crisis", Journal of Humanistic Psychology, vol. 60 (5), pp. 710-724.

Blustein, D. and Guarino, P. (2020), "Work and Unemployment in the Time of COVID-19: The Existential Experience of Loss and Fear", Journal of Humanistic Psychology, vol. 60 (5), pp. 702-709.

Callely, N. (2017), "Overcoming Trauma: Utilizing Existential Anxiety to Stimulate Posttraumatic Growth", College of Social and Behavioral Sciences [Electronic], available at: https://scholarworks.lib.csusb.edu/meeting-minds/2017/oral-pres-full/62/

(Accessed 3 July 2021).

Cohn, M., Mehl, M. and Pennebacker, J. (2003), "Linguistic Markers of Psychological Change Surrounding September 11, 2001", Psychological Science, vol. 15 (3), pp. 687693.

Courtney, E., Goldenberg, J. and Boyd, P.

Fakhrutdinova, L.R. (2013), Perezhivanie, vpechatlenie i ehkzistentsial'nyi opyt. Chelovek, sub'ekt, lichnost' v sovremennoi psikhologii. Materialy Mezhdunarodnoi konferentsii, posvyashchennoi 80-letiyu A.V. Brushlinskogo [Impression, processing, and

existential experience. Man, subject, personality in modern psychology. Materials of the International Conference dedicated to the 80th anniversary of A.V. Brushlinsky], Institut psikhologii RAN, Moscow, Russia.

Grishina, N.V (201.5), "Existential psychology in .search of development vector", Psikhologicheskie issledovaniya, [Electonic], no. 42 (8), available at: http://piiyiitudy.ru (Accessed 3 July 2021).

Grishina, N.V. (2018), Ehkzistentsial'naya psikhologiya [Existential Psychology], SPbGU, Saint-Petersburg, Russia.

Hoffman, L. (2020), "Existential-Humanistic Therapy and Disaster Response: Lessons From the COVID-19 Pandemic", Journal of Humanistic Psychology, vol. 61 (1), pp. 3354.

Koole, S., Greenberg, J. and Pyszczynski, T. (2006), "Introducing Science to the Psychology of the Soul", Current Directions in Psychological Science, vol. 5 (5), pp. 212216.

Leont'ev, D.A. (1999), Metodika predel'nykh smyslov (MPS): Metodicheskoe rukovodstvo [Ultimate Meaning Technique (MPS): Methodological Guide], Smysl, Moscow, Russia. Nelson, N. and Bergeman, C. (2021), "Daily Stress Processes in a Pandemic: The Effects of Worry, Age, and Affect", Gerontologist, vol. 61 (2), pp. 196-204. Rasskazova, E.I., Leont'ev, D.A. and Lebedeva, A.A. (2020), "Pandemic as a challenge to subjective well-being: anxiety and coping", Konsul'tativnaya psikhologiya i psikhoterapiya, no. 2 (28), pp. 90-108.

Rogowska, A., Kusnierz, C. and Ochnik, D. (2021), "Changes in Stress, Coping Styles, and Life Satisfaction between the First and Second Waves of the COVID-19 Pandemic: A Longitudinal Cross-Lagged Study in a Sample of University Students", Journal Of Clinical Medicine, vol. 10, pp. 1-21.

Sergienko, S.K., Bodrov, V.A. and Pisarenko, U.E. (2003), Praktikum po inzhenernoi psikhologii i ehrgonomike: Uchebnoe posobie dlya studentov vysshikh uchebnykh zavedenii [Workbook on engineering psychology and ergonomics: Textbook. university student manual], Akademiya, Moscow, Russia.

Temple, M. and Gall, T. (2016), "Working through existential anxiety towards authenticity: a spiritual journey of making meaning", Journal of Humanistic psychology, vol. 58 (2), pp. 1-26.

Tomaszek, K. and Muchacka-Cymerman, A. (2020), "Thinking about My Existence during COVID-19, I Feel Anxiety and Awe - The Mediating Role of Existential Anxiety and Life Satisfaction on the Relationship between PTSD Symptoms and Post-Traumatic Growth", International Journal of Environmental research and Public health, vol. 17, pp. 1-13.

Voronov, V.M. (2021), "The COVID-19 Pandemic as an Existential and Cultural Event: Groups, New Cultural Boundaries, and the Phenomenon of Mood (a Sase Study of the Russian Society), Zhurnal Frontirnykh Issledovanii, no. 1, pp. 41-68. Yalom, I. (1999), Ehkzistentsial'naya psikhoterapiya [Existential Psychotherapy], Klass, Moscow, Russia.

Znakov, V.V. (2014), "Theoretical foundations of the psychology of understanding the multidimensional world of man", Voprosy psikhologii, no. 4, pp. 16-29.

Информация об авторах

Владимир А. Мохов, кандидат психологических паук, доцент, Российский государственный гуманитарный университет, Москва, Россия; 125047, Россия, Москва, Миусская пл., д. 6; vlmokhov@gmail.com

Светлана Л. Бабушкина, Российский государственный гуманитарный университет, Москва, Россия; 125047, Россия, Москва, Миусская пл., д. 6; svetlana. babushkina@gmail.com

Information about authors

Vladimir A. Mokhov, Cand. of Sci. (Psychology), associate professor, Russian State University for the Humanities, Moscow, Russia; bld. 6, Miusskaya Square, Moscow, Russia, 125047; vlmokhov@gmail.com

Svetlana L. Babushkina, Russian State University for the Humanities, Moscow, Russia; bld. 6, Miusskaya Square, Moscow, Russia, 125047; vetlana.babushkina@gmail. com