О воровстве строительного материала у птиц

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2008, Том 17, Экспресс-выпуск 418: 734-738

О воровстве строительного материала у птиц

А. В. Бардин

Кафедра зоологии позвоночных, биолого-почвенный факультет, Санкт-Петербургский университет, Университетская набережная, 7/9, Санкт-Петербург, 199034, Россия

Поступила в редакцию 3 апреля 2008

В ежегоднике «Птицы Москвы и Подмосковья 2004» опубликованы заметки И.В.Кузикова (2006) и М.В.Калякина (2006). В них описаны случаи, когда гнёзда ополовников Aegithalos caudatus, найденные во время строительства, через некоторое время бесследно исчезали.

Мне также приходилось сталкиваться с таким «загадочным» исчезновением искусных сооружений ополовников. Обратив на это внимание и проводя наблюдения, я пришёл к выводу, что в большинстве случаев виной тому было растаскивание материала гнезда другими птицами, строящими гнёзда, а также самими хозяевами, если они приступили к постройке нового гнезда взамен брошенного.

Похищение строительного материала наблюдалось в гнёздах разных видов воробьиных. В частности, я замечал такого рода воровство даже у дуплогнездников: пухляка Parus montanus, болотной гаички P. palustris, лазоревки P. caeruleus и хохлатой синицы P. cristatus. Из гнёзд при хозяевах материал утаскивался редко, тайком, небольшими порциями, из брошенных — гораздо чаще. Обычно заимствовались лишь наиболее дефицитные материалы — шерсть, пух, перья, а основная часть постройки ещё долго оставалась на своём месте.

Полностью растаскивались чаще всего гнёзда именно ополовника. Это объясняется ценными качествами материала, из которого они сделаны. Наружный слой образован множеством мелких кусочков лишайника (а также кусочков мха, чешуй почек, луба, коры берёзы и т.п.), скреплённых обволакивающей их сеточкой из тщательно расчёсанной паутины от коконов пауков и насекомых. Всё вместе образует лёгкую и эластичную массу, которая хорошо формуется и сцепляется с субстратом. Гнездо из «шёлка», импрегнированного растительным материалом, достаточно прочно и сильно растяжимо. Последнее качество очень важно, так как число птенцов в выводке этого вида может достигать 14, а оба родителя ночуют вместе с ними в гнезде до самого их вылета. На изготовление гнездовой массы у ополовников уходит очень много времени. Много времени занимает и поиск дефицитных материалов, формовка, выстилка гнезда изнутри. В целом строительство гнезда у этих птиц может длиться 3-4 недели, с перерывами в дни с ненастной погодой.

В апреле 1974 г. мне удалось почти от начала до конца проследить постройку гнезда ополовниками в окрестностях г. Печоры Псковской области. Гнездо располагалось на краю смешанного леса (ель, сосна, осина, берёза) на берёзе Betula pendula между стволом и толстой ветвью, на высоте 4 м от земли. 6 апреля сооружалась платформа в основании гнезда (строительство, видимо, началось 5 апреля), 8 апреля начато возведение боковых стенок. 16 апреля гнездо снаружи выглядело готовым. Птицы оформили леток и начали укреплять и выстилать стенки гнезда изнутри, используя шерсть, пух, полоски луба осины Populus tremula и тонкой коры берёзы. До 25 апреля, когда гнездо было разорено, птицы продолжали выстилать его шерстью и перьями.

Строили гнездо обе птицы. Летали всё время вместе, материал собирали в радиусе 40-50 м. Эта пара совсем не использовала мох, что было связано с сырой погодой, когда трудно найти сухие его дерновин-ки. Главным растительным материалом был растущий на деревьях лишайник - в основном Hypogymnia physodes, изредка Cetraria sepin-cola, Cetraria glauca, Parmeliopsis hyperopta и др. Отдельно собиралась паутина.

Подцепившись к веточке, птицы отрывали небольшие кусочки таллома лишайника. Набив ими рот, ополовники парочкой летели к гнезду, приближаясь к нему одним и тем же путём. Одна птица тотчас садилась в гнездо, другая - на веточку рядом. Делая основание и стенки, птица множество раз водила клювом из стороны в сторону, как бы «размазывая» кусочки лишайника по поверхности. Они прилипали к паутине. Разместив кусочки, птица затем долго опутывала их паутинками. Один сеанс такой работы обычно занимал более 10 мин, а мог длиться и до 30 мин. Всё это время другой член пары терпеливо ждал своей очереди. Когда первая птица заканчивала пристраивать принесённую паутину или лишайник, её место занимала вторая. Пока она «работала», первая могла ещё один-два раза собрать лишайник или паутину на ближайших ветвях. Плетение стенок занимало почти всё светлое время суток (с 2-3 перерывами на кормление в час) в течение 10 дней. Гнездостроение включало и другое весьма разнообразное поведение (описание см., например: Perrins 1979, p. 77-80), но в данном случае важно то, что много времени уходит на изготовление самого материала стенок. Поэтому для птиц этот материал является очень «дорогим» в смысле затрат на него времени и энергии, а использование уже готового - выгодным с точки зрения их экономии.

С 16 апреля, когда был возведён свод гнезда, поведение птиц изменилось. С этого времени они стали проводить ночь внутри гнезда, а днём около него были гораздо осторожнее, чем раньше. Теперь опо-ловники искали перья для выстилки гнезда, далеко перемещались в их поисках и появлялись у гнезда гораздо реже, всегда парой.

Совместная ночёвка партнёров в гнезде — одна из замечательных особенностей ополовника. Как показали исследования в Англии на A. c. rosaceus, в первые дни строительства гнезда ополовники, как и зимой, продолжают ночевать коллективно, всей зимней социальной группой, собираясь стайкой вечером и вновь разлетаясь парочками по утрам. Когда же гнездо приобретает законченную форму, пары начинают проводить ночи в гнёздах и продолжают ночевать в них вплоть до вылета птенцов (Lack, Lack 1958; Gaston 1973). Ещё до завершения строительства гнезда в нём появляются первые яйца. Кладка у этого вида — одна из самых больших среди наших воробьиных, так что период откладки яиц занимает около 2 недель.

Как известно, успешность размножения ополовников очень низка. Так, в Уайзем-Вуд под Оксфордом в разные годы было разорено 86% (Lack, Lack 1958) и 84% гнёзд (Gaston 1973), причём, по данным последнего исследователя, 43% гнёзд оказывалось разорённым ещё до начала кладки. Возникает вопрос, какова же причина столь частого разорения недостроенных гнёзд. Дневных хищников (а для ополовника главный враг - это сойка Garrulus glandarius) может приучать к этому возможность найти яйца даже в недостроенных гнёздах, а ночных (куньи) — ночующих там взрослых птиц. Но строящиеся гнёзда могут представлять интерес и просто как источник строительного материала. Это обстоятельство редко принимается во внимание исследователями, но в условиях дефицита строительного материала оно может быть важной причиной разорения гнёзд.

Нужно заметить, что даже просто побеспокоенные на ночлеге опо-ловники нередко бросают гнёзда и начинают строить новые. При этом они часто используют материал брошенного гнезда. Отчасти благодаря этому повторные гнёзда строятся гораздо быстрее.

Но вернёмся к гнезду, находившемуся под наблюдением в 1974 г. 24 апреля я видел, как самка зяблика Fringilla coelebs ухитрилась незаметно утащить из него клочок материала, хотя ополовники решительно отгоняли её при попытке приблизиться к их гнезду. На следующий день, когда гнездо было брошено, зяблики стали растаскивать его уже совершенно открыто. А через пару дней от постройки ополов-ников не осталось и следа. Как раз настали тёплые дни. 25 апреля началось икрометание у травяных лягушек Rana temporaria, 26 апреля вылупились первые птенцы хохлатых синиц Parus cristatus, зяблики дружно строили гнёзда.

Сами зяблики тоже очень сильно страдают от растаскивания их гнёзд другими птицами. Например, 3 мая 1973 г. на вишне перед нашим окном в Печорах начала строить гнездо самка зяблика. Вскоре этим гнездом заинтересовались домовые воробьи Passer domesticus и стали таскать из него материал. Самец зяблика, как мог, препятство-

вал воробьям, но те обычно действовали группами. В конце концов зяблики были вынуждены бросить гнездо, и воробьи беспрепятственно разнесли весь строительный материал по своим гнёздам. О частом растаскивании строящихся гнёзд зябликов другими птицами сообщают также А.С.Мальчевский и Ю.Б.Пукинский (1983, с. 339).

Несколько раз мне доводилось видеть, как сойки находили строящиеся гнёзда зябликов, выхватывали из него внутренний слой и уносили в свои гнёзда. Возможно, что они могут таким же образом поступать и с гнёздами ополовников, но этого мне видеть не довелось. Зато использование чужих гнёзд для выстилки собственных я неоднократно наблюдал у саксаульной сойки Podoces panderi, когда в 1979 и 1981 годах работал в Заунгузских Каракумах, на стационаре кафедры зоологии позвоночных Ленинградского университета в окрестностях крепости Шах-Сенем.

Строительством гнезда у саксаульной сойки занимаются оба члена пары. Наружный каркас сооружается из тонких сухих веточек. Внутри делается плотная чаша из размочаленной сухой травы, корней, коротких сухих веточек, тряпок, луба. Лоток обильно выстилается сухой травой, волокнами луба, тонкими корешками, тряпками, растительным пухом, шерстью зайцев, овец, верблюдов. Всё это спутывается в плотный войлок. Материалы для лотка редко встречаются в пустыне. Поэтому при строительстве нового гнезда взамен разорённого сойки обычно перетаскивают в него выстилку из старого гнезда. Более того, как показали наблюдения, саксаульные сойки часто используют в качестве строительного материала гнёзда южных бормотушек Hippolais rama — фоновых птиц полузакреплённых песков, чьи гнёзда легко обнаружить в полупрозрачных кронах пустынных кустарников. Некоторые найденные гнёзда P. panderi были полностью выстланы частями и целыми гнёздами этих птичек!

16 мая 1981, следя за парой строящих гнездо саксаульных соек, я стал свидетелем такого эпизода. Сойки искали и носили строительный материал, передвигаясь в основном пешком. Перебегая от деревца к деревцу, они наткнулись на уже известное мне гнездо бормотушки, располагавшееся на высоте 1 м на белом саксауле Haloxylon persicum. В гнезде была неполная кладка из 2 яиц. Сойка (самка) вскочила на ветку, схватила клювом гнездо, сдёрнула его с ветки и вытряхнула содержимое. Не обращая внимания на волнующихся рядом бормотушек и на упавшие в песок яйца, она оторвала клок от гнезда, спрыгнула на землю и побежала к своему гнезду. Самец последовал за ней. Видимо, моё присутствие помешало ему взять строительный материал, так как самцы более осторожны, чем самки. Однако вскоре сойки возвратились и перетащили весь материал разорённого ими гнезда в своё. Выброшенные на песок яйца бормотушки они так и не тронули. Очевидно,

ими владела иная доминанта и они отнеслись к гнезду только как к источнику дефицитного строительного материала. Гнездо соек находилось в S0 м на склоне небольшого бархана на краю такыра. Оно было устроено на белом саксауле на высоте 1.2 м. Гнездо (повторное, после разорения первого) было почти готово, шла выстилка лотка. Добавлю, что первое яйцо в этом гнезде появилось 1S мая, а в полной кладке было б яиц (масса яиц в день откладки б.7, б.9, б.0, б.0, б.3, б.3 г).

Только что рассмотренный случай - уже не воровство, а грабёж, причём «целью» разорения гнёзд была не пища (яйца или птенцы), а материал, из которого они построены. Обычно, однако, чужой строительный материал не столь притягателен для других птиц, как, например, пища. Но при некоторых условиях и в отношении некоторых видов и сами гнёзда могут служить объектом регулярного «промысла» со стороны других птиц. И в частности, этот фактор оказывает весьма заметное влияние на успешность гнездования ополовника.

Литература

Калякин М.В. 200б. На ту же тему - про гнездо ополовника в Виноградовской

пойме р. Москвы // Птицы Москвы и Подмосковья - 2GG4. М.: S0. Кузиков И.В. 200б. Загадочное исчезновение гнезда ополовника // Птицы Москвы и Подмосковья - 2GG4. М.: 79-S0. Мальчевский А.С., Пукинский Ю.Б. 19S3. Птицы Ленинградской области и

сопредельных территорий: История, биология, охрана. Л., 2: 1-504. Gaston A.J. 1973. The ecology and behaviour of the long-tailed tit // Ibis 115: 330-351. Lack D., Lack E. 1958. The nesting of the long-tailed tit // Bird Study 5: 1-19. Perrins C.M. 1979. British Tits. London: 1-304.

Ю ^

ISSN G869-4362

Русский орнитологический журнал 2GG8, Том 17, Экспресс-выпуск 418: 738-739

К распространению обыкновенной горихвостки Phoenicurus phoenicurus в Якутии

Ф. П. Соловьёв, В. Т. Седалищев

Второе издание. Первая публикация в 1981*

В Якутии горихвостка Phoenicurus phoenicurus впервые отмечена Б.Н.Андреевым (1974) весной 19бб года в окрестностях села Вилючан

* Соловьёв Ф. П., Седалищев В. Т. 1981. К распространению обыкновенной горихвостки в Якутии // Орнитология 16: 158.

Сунтарского района. В юго-западной Якутии обыкновенную горихвостку встретил Г.П.Ларионов (устн. сообщ.).

Мы добыли взрослую самку Ph. phoenicurus 27 августа 1973 в районе бассейна Средней Лены, в 100 км ниже устья Вилюя, в смешанном лесу. Летом 1975 г. в гнездовой период мы неоднократно видели обыкновенную горихвостку в окрестностях города Вилюйска.

Литература

Андреев Б.Н. 1974. Птицы Вилюйского бассейна. Якутск: 1-311.

Ю ^

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2008, Том 17, Экспресс-выпуск 418: 739-740

Зимний залёт белокрылого жаворонка Melanocorypha leucoptera в западные предгорья Алтая

Н. Н. Березовиков

Лаборатория орнитологии и герпетологии, Институт зоологии Центра биологических исследований Министерства образования и науки, проспект Аль-Фараби, 93, Академгородок, Алматы, 050060, Казахстан. E-mail: berezovikov_n@mail.ru

Поступила в редакцию 28 апреля 2008

Основная область зимовки белокрылого жаворонка Melanocorypha leucoptera в Казахстане находится в пустынных местностях в междуречье Сырдарьи, Чу, Или, Лепсы и Аягуза. Северо-восточнее, в алтайских предгорьях, случаи появления этого вида исключительно редки и известна лишь одна зимняя встреча для Усть-Каменогорска (Хроков 1979; Кучин 1982; Березовиков и др. 2007). Приведём ещё один случай залёта M. leucoptera в западные предгорья Алтая в ранних зимних условиях. На окраине села Берёзовка, в 60 км западнее города Усть-Каменогорска, во время сильной метели 17 ноября 1976 на выдувах правого берега Иртыша наблюдались 4 белокрылых жаворонка, один из которых добыт мной в коллекцию. Вместе с ними кормились 9 рогатых жаворонков Eremophila alpestris и 1 зяблик Fringilla coelebs.

Литература

Березовиков Н.Н., Самусев И.Ф., Хроков В.В., Егоров В.А. 2007. Воробьиные птицы поймы Иртыша и предгорий Алтая. Часть 1 // Рус. орнитол. журн. 16 (371): 1031-1055. Кучин А.П. 1982. Птицы Алтая. Воробьиные. Барнаул: 1-206.