Пути повышения эффективности участия специалистов в оперативно-розыскных мероприятиях и следственных действиях

УДК 343.98

ПУТИ ПОВЫШЕНИЯ ЭФФЕКТИВНОСТИ УЧАСТИЯ СПЕЦИАЛИСТОВ В ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНЫХ МЕРОПРИЯТИЯХ И СЛЕДСТВЕННЫХ

ДЕЙСТВИЯХ

В.Н. Хрусталев

Рассматриваются вероятные пути повышения эффективности участия специалиста при производстве следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий. Аргументируется авторская точка зрения о том, что термин «предварительное исследование», как исследование, предваряющее судебную экспертизу, применим только к исследованиям, проводимым в полевых условиях, поскольку они проводятся по иным, более облегченным методикам, нежели экспертные исследования, далеко не всегда осуществляются сотрудниками судебно-экспертных учреждений, имеющими право самостоятельного производства соответствующих экспертиз.

Ключевые слова: эффективность, специалист, оперативно-розыскные мероприятия, следственные действия, судебная экспертиза, специальные знания, материальные следы преступления, раскрытие и расследование преступления, криминалистика, общая теория судебной экспертизы, предварительное исследование, заключение специалиста.

Значение использования специальных знаний в раскрытии и расследовании преступлений в условиях рыночной экономики и широкого использования преступниками достижений научно-технического прогресса постоянно возрастает. При этом следует признать, что в научных статьях и методической литературе, посвященных использованию специальных знаний в судопроизводстве, основное внимание уделяется процессуальной форме использования и такому ее виду, как производство судебной экспертизы. Работы же, посвященные привлечению специалиста к процессуальным (в т.ч. следственным) действиям и непроцессуальному использованию специальных знаний, крайне малочисленны и поверхностны. Между тем, значение этих направлений использования специальных знаний для успешного раскрытия и расследования преступлений по сравнению с судебной экспертизой представляется более существенным.

Прежде всего, необходимо подчеркнуть, что эффективность борьбы с преступностью в значительной степени зависит от того, как в целом поставлена работа с материальными следами преступления. Очевидным является то, что для создания реальных предпосылок успешного раскрытия и расследования неочевидных преступлений необходимо полное комплексное использование материальных носителей розыскной и доказательственной информации, обнаруживаемых в обстановке мест происшествий. Изначально нацеливать практических работников на выборочное использование отдельных видов материальных следов преступления недопустимо, поскольку в ходе производства первоначальных следственных действий определить, какие именно следы сыграют решающую роль в раскрытии конкретного преступления, в принципе невозможно. Поэтому следователи и специалисты, анализирующие материальную обстановку мест происшествий, должны

обеспечить комплексное собирание всех видов материальных следов, предположительно имеющих отношение к расследуемому событию.

Работу с материальными следами преступлений схематично можно рассматривать как многостадийный процесс, включающий собирание (обнаружение, фиксацию, изъятие, сопровождающееся не процессуальным предварительным исследованием в полевых условиях), лабораторное непроцессуальное или процессуальное исследование, оценку заключения эксперта или специалиста, использование полученных результатов в целях розыска или доказывания. В этой цепочке все этапы равно значимы, и сбой на каком-либо из них неизбежно приведет к невозможности результативного использования материальных следов преступления в его раскрытии и расследовании. Анализ практики экспертно-криминалистической службы органов внутренних дел показывает, что самым слабым звеном в этой цепи является первый этап - этап собирания следов на месте происшествия. На протяжении двух последних десятилетий комплексность изъятия следов с мест происшествий, осматриваемых с участием сотрудников службы, является недопустимо низкой и составляет около единицы. Это значит, что с одного места происшествия в среднем изымается один вид следов. О какой же комплексности можно говорить?! Такая неприглядная картина наблюдалась далеко не всегда: до развала СССР показатели эффективности осмотров мест происшествий, проводимых с участием сотрудников экспертной службы, а как следствие, и показатели эффективности производимых экспертиз были существенно выше. Падение произошло вследствие того, что в период острого политического и экономического кризиса в России в постсоветский период из экспертной службы ушла наиболее подготовленная часть сотрудников; смена поколений сотрудников произошла без обеспечения преемственности.

От решения проблемы существенного повышения квалификации специалистов-криминалистов, работающих на местах происшествий, зависят эффективность и технико-криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений, и судебной экспертизы, и использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве, да и в целом борьбы с преступностью. Работа с материальными следами на местах происшествий не менее важна и не менее сложна, чем производство судебных экспертиз. Специалисту-криминалисту для получения полной картины события необходимо «прочувствовать» всю обстановку на месте происшествия, нужно выработать умение, находясь на месте преступления, интуитивно ощущать поэтапную сущность процесса его совершения, определять, где и какие именно следы этого преступления можно выявить, что позволит обнаружить, зафиксировать и изъять ту совокупность следов, которая в значительной степени и предопределит успех последующего расследования.

И, наконец, нужно принципиально по-новому готовить к этой работе специалистов. Насколько успешна сложившаяся у нас система подготовки сотрудников судебно-экспертных учреждений? В настоящее время она осуществляется в двух основных формах: ученической (непосредственно в

судебно-экспертных учреждениях по принципу наставничества) и академической (при получении будущими экспертами, специалистами образования, как правило, высшего - судебно-экспертного, медицинского, химического, экологического и пр.). Ученическая система подготовки реализуется, начиная со времени создания первых судебно-экспертных учреждений, и в целом не вызывает возражений. Но она не лишена весьма существенных недостатков. Во-первых, в ее рамках подготовить значительное количество специалистов за ограниченный промежуток времени невозможно, а налицо острая потребность в подготовке существенного их числа. Во-вторых, качество подготавливаемых в рамках этой системы сотрудников в очень значительной степени зависит от профессионализма эксперта-наставника, реальный же уровень наставников в постсоветский период существенно снизился, и поэтому, за редким исключением, не отвечает предъявляемым требованиям. И, наконец, в третьих, качество осуществляемой в рамках ученической системы базовой криминалистической подготовки (получение молодыми специалистами знаний криминалистики и общей теории судебной экспертизы), как правило, не выдерживает критики. И выходит, что обучаемые изучают методы, приемы работы с материальными следами, методики экспертного исследования, не системно, не освоив соответствующую методологию. Молодых сотрудников «натаскивают» по данным методикам; при этом они стараются усвоить, как нужно поступать в различных ситуациях осмотра места происшествия, производства экспертизы, совершенно не понимая, почему нужно поступать именно так. Такой специалист, эксперт - не более чем ремесленник, а хороший специалист всегда должен быть творцом. Творческий подход, который должен реализовываться на каждом месте происшествия, в каждой реальной судебной экспертизе, и позволяет достигать наилучшего результата - получения максимально возможного в данной ситуации (оперативно-розыскной, следственной либо экспертной) объема достоверной уголовно- и гражданско-релевантной информации розыскного и доказательственного характера.

С нашей точки зрения, для кардинального улучшения ситуации настало время поставить и решить два вопроса. Первый - об изменении системы организации деятельности судебно-экспертных учреждений, сотрудники которых участвуют в качестве специалистов-криминалистов в следственных действиях и оперативно-розыскных мероприятиях (прежде всего это касается экспертно-криминалистических подразделений органов внутренних дел). В результате этой реорганизации в должностных инструкциях одного сотрудника должно быть исключено совмещение функций и участия в качестве специалиста-криминалиста в следственных действиях и оперативно-розыскных мероприятиях, и производства судебных экспертиз. Эти два автономных и одинаково важных направления деятельности, которые требуют совершенно разных специалистов.

Если речь идет об ученической системе подготовки сотрудников судебно-экспертных учреждений, предназначенных для обеспечения осмотров мест

происшествий, следует набирать из лиц с высшим естественнонаучным и техническим образованием (предъявляя к их качествам ничуть не меньшие требования, чем к будущим экспертам), и организовывать их подготовку в качестве специалистов-криминалистов не только и не столько в практических органах, сколько на курсах повышения квалификации в специализированных образовательных учреждениях. При этом может быть использован положительный опыт СЮИ МВД РФ, где по разработанной нами по поручению ЭКЦ МВД России примерной программе с 2007 по 2011 г.г. (до ликвидации вуза) регулярно проводилась профессиональная переподготовка сотрудников ЭКП ОВД России по участию в качестве специалистов-криминалистов в следственных действиях и оперативно-розыскных мероприятиях. В рамках месячной переподготовки сотрудники получали основы криминалистических знаний, изучали правовые и организационные основы участия специалиста-криминалиста в следственных действиях и оперативно-розыскных мероприятиях, методики собирания и предварительного исследования широкой гаммы материальных следов с привязкой к типичным ситуациям совершения различных видов преступлений, фото- и видеофиксации обстановки мест происшествий, после чего на криминалистических полигонах в обстановке, максимально приближенной к реальной, с ними проводились криминалистические игры по осмотрам мест происшествий по различным видам преступлений. Результаты такой подготовки неизбежно получали очень высокую оценку руководителей ЭКП ОВД, в составе которых продолжали свою службу эти сотрудники.

Кроме того, назрел вопрос об организации подготовки специалистов-криминалистов не только в форме подготовки, но и в форме образования. Специальность «Судебная экспертиза», в основном нацеленная на подготовку будущих экспертов, для этой цели не подходит. Представляется, что подготовка этих специалистов в рамках получения первого уровня высшего профессионального образования может осуществляться в рамках новой образовательной специальности «Следоведение» (да простят меня трасологи) в соответствии с экспериментальным образовательным стандартом, в разработке которого мы готовы принять участие. Это, наряду с вышеуказанными организационными мерами, действительно позволит вывести работу с материальными следами преступлений на качественно более высокий уровень.

Второй аспект рассматриваемой проблемы связан с необходимостью и возможностью использования результатов исследований, проводимых специалистами в непроцессуальной форме в рамках осуществления оперативно-розыскных мероприятий, в качестве доказательств. В статье 6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12.08.1995 № 144-ФЗ, определяющей исчерпывающий перечень оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ), указано, что при осуществлении оперативно-розыскной деятельности наряду с другими проводится исследование предметов и документов, а в статье 11 этого закона утверждается, что результаты оперативно-розыскной деятельности могут быть использованы для подготовки

и осуществления следственных и судебных действий, проведения оперативно-розыскных мероприятий, и могут служить поводом и основанием для возбуждения уголовного дела, а также использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств.

Статья же 89 УПК РФ «Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности» гласит: «В процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам настоящим Кодексом».

Следует согласиться с мнением профессора А.Ф. Волынского, трактующего это явное противоречие как искусственно созданный барьер в части использования ОРД в раскрытии и расследовании преступлений, а ее данных в процессе доказывания, поскольку указанные требования изложены в более, чем в десяти статьях и в основном без четко сформулированных критериев оценки таких категорий, как достоверность, относимость и допустимость доказательств.

Дополнительным формальным процессуальным барьером к использованию в доказывании результатов исследований, проводимых в рамках ОРД, является отказ специалисту в праве самому проводить какие-либо исследования, а возможность в своем заключении лишь высказывать суждение по вопросам, поставленным перед специалистом сторонами (ст. 80.3 УПК РФ).

Для того, чтобы разобраться в этой ситуации, необходимо рассмотреть понятие «предварительные исследования». Именно так в специальной литературе именуются исследования, осуществляемые в рамках ОРД. Тем самым подчеркивается, что для получения доказательств эти исследования (как второсортные) не пригодны, они лишь предваряют процессуальные экспертные исследования, предоставляющие доказательства в распоряжение следователя и суда.

Предварительное исследование - это внепроцессуальное применение специальных знаний для определения относимости обнаруженных следов к расследуемому событию, получения данных о механизме их образования, установления признаков следообразующего объекта и сбора сведений о возможных приметах, привычках и других данных, характеризующих преступника. Большинство авторов утверждает, что предварительные исследование проводятся как полевых, так и в лабораторных условиях. Последнее утверждение вызывает возражения. С нашей точки зрения, термин «предварительное исследование», как исследование, предваряющее судебную экспертизу, применим только к исследованиям, проводимым в полевых условиях. Они проводятся по иным, более облегченным методикам, нежели экспертные исследования, далеко не всегда осуществляются сотрудниками судебно-экспертных учреждений, имеющими право самостоятельного производства соответствующих экспертиз, осуществляются экспресс-методами

с использованием простейших технических средств и нацелены на скорейшее получение ориентирующей информации, степень достоверности которой существенно ниже, чем выводы эксперта. Поэтому результаты предварительных исследований формулируются только в вероятной форме, это сведения о фактах, наличие которых предполагается или устанавливается вероятно. Однако, их использование в качестве исходных оснований для следственных, розыскных версий, намечаемых оперативно-следственных действий, составления плана расследования и главное - раскрытия преступления по горячим следам - вполне оправдано. Для ее получения и проводится предварительное исследование, которое не исключает, а предваряет последующее процессуальное исследование, осуществляется без соблюдения процессуальных требований, предъявляемых к экспертизе.

В соответствии с принятым в теории судебных доказательств принципом вероятные выводы (экспертов и специалистов) не могут рассматриваться в качестве доказательств по делу. Но поскольку результаты таких предварительных исследований всегда формулируются только в вероятной форме, такие результаты изначально не могут приниматься в качестве доказательств по делу. Между тем заключение специалиста по новому УПК -источник доказательств, а значит, указанное предварительное исследование и заключение специалиста несовместимы в принципе.

Иное дело - исследования, проводимые в лабораторных условиях по заданиям оперативных аппаратов. Эти исследования проводятся всегда сотрудниками, имеющими право самостоятельного производства соответствующих экспертиз, по экспертным методикам, а значит, результаты таких исследований по степени достоверности не уступают выводам экспертов. Эти результаты можно и нужно использовать в доказывании, для чего необходимо снять надуманное процессуальное ограничение на возможность специалисту проводить исследования, отбирать у специалистов подписку об ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Закономерны вопросы, а чем такое заключение специалиста будет отличаться от заключения эксперта, и почему в подобных ситуациях не назначать судебную экспертизу, ведь УПК РФ предоставляет возможность проведения судебной экспертизы до возбуждения уголовного дела? Прежде всего, заключение специалиста будет отличаться от заключения эксперта по форме; форма эта должна быть упрощенной с указанием инициатора исследования, перечня поступивших объектов, вопросов и ответов на них -выводов специалиста. Не следует заставлять специалиста в своем заключении, так же как и в заключении эксперта, подробно описывать внешние признаки поступивших объектов, все этапы исследования с указанием используемого оборудования, выявленных на каждом из этапов признаков исследуемых объектов, подробный анализ совокупности выявленных признаков как основания для выводов. Составление такого заключения требует немалого времени, а результаты подобных исследований, как правило, необходимы инициатору срочно. Да и замена исследования, проводимого специалистом,

экспертизой, инициатором которой могут быть только следователь и суд, лишит оперативных сотрудников права назначать исследования, что, безусловно, обеднит оперативно-розыскную деятельность.

Хрусталев Виталий Николаевич, д-р юрид. наук, проф., проф. кафедры, Khrustaluov@yandex.ru, Россия, Москва, Российский университет транспорта

WAYS TO INCREASE EFFECTIVENESS OF PARTICIPATION OF SPECIALISTS IN OPERATIVE-PERSONAL ACTIVITIES AND INVESTIGATIONS

V.N. Khrustalev

Possible ways to increase the efficiency of specialist participation in investigative actions and operational search activities are considered. The author's point of view is that the term "preliminary investigation", as a pre-trial investigation, applies only to studies conducted in the field, because they are conducted according to other, more facilitated methods, rather than expert studies, are not always carried out by forensic experts who have the right of independent production of relevant expertise.

Key words: efficiency, specialist, operational-search measures, investigative actions, judicial expertise, special knowledge, material traces of crime, crime disclosure and investigation, criminalistics, general theory of forensic examination, preliminary research, expert conclusion.

Khrustalev Vitaliy Nikolaevich, Doctor of Law. Sciences, prof., prof. Department of Criminal Law, Criminal Procedure and Criminalistics of the Law Institute, Khrustaluov@yandex.ru, Russia, Moscow, Russian University of Transport