К вопросу об определении понятия «Жилище» в уголовном праве

Матвеев М.С., Чиняева В.А.

К ВОПРОСУ ОБ ОПРЕДЕЛЕНИИ ПОНЯТИЯ «ЖИЛИЩЕ» В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ

Курский государственный университет

Ключевые слова: жилище, нарушение неприкосновенности жилища, толкование уголовного закона.

Аннотация: В статье рассмотрены вопросы, касающиеся определения понятия «жилище» в уголовном праве, проанализированы проблемы правоприменительной практики, возникающие при квалификации нарушения неприкосновенности жилища, и предложены пути их решения.

Keywords: housing, the violation of privacy of the home, the interpretation of criminal law.

Abstract: The questions relating to the definition of the concept of «home» in criminal law, law enforcement practice are analyzed problems arising from the breach of qualification inviolability of the home, and the ways of their solution.

Право на неприкосновенность жилища относится к числу основных прав человека, провозглашенных в международных правовых актах как универсального, так и регионального характера. В соответствии со статьей 12 Всеобщей декларации прав человека «Никто не может подвергаться произвольному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным посягательствам на неприкосновенность его жилища, тайну его корреспонденции или на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств.

Неприкосновенность жилища провозглашается так же Международным пактом о гражданских и политических правах (ст. 17), Конвенцией СНГ о правах и основных свободах человека (ст. 9). В соответствии со ст. 25 Конституции Российской Федерации «Жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения».

Эффективная реализация прав человека напрямую зависит от степени их гарантированности. К числу гарантий неприкосновенности жилища относится в частности уголовно-правовая защита данного права. Так, Уголовный кодекс Российской Федерации (далее - УК РФ) статьёй 139 устанавливает ответственность за незаконное

проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица. Помимо этого, нарушение неприкосновенности жилища выступает квалифицирующим признаком некоторых преступлений (например, ст. 158 «Кража»).

Следует отметить высокую распространенность преступлений против собственности, совершенных с незаконным проникновением в жилище, помещение или хранилище: в 2015 году - это каждая четвёртая кража (25,1%), каждый двадцать второй грабеж (4,6%), и каждое тринадцатое разбойное нападение (7,9%).

Для правильной квалификации преступлений, в объективную сторону состава которых входит незаконное проникновение в жилище, необходимо четко понимать, что такое «жилище», и, соответственно, какие помещения являются жилищем, а какие нет.

Понятие «жилище» применительно к составу хищения личного имущества граждан было разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г. № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности»: жилище - это помещение, предназначенное для постоянного или временного проживания людей (индивидуальный дом, квартира, комната в гостинице, дача, садовый домик и т.п.), а также те его составные части, которые используются для отдыха, хранения имущества либо удовлетворения иных потребностей человека (балконы, застекленные веранды, кладовые и т.п.). Не могут признаваться жилищем помещения, не предназначенные и не приспособленные для постоянного или временного проживания (например, обособленные от жилых построек погреба, амбары, гаражи и другие хозяйственные помещения).

В 2001 году в УК РФ появилась дефиниция жилища. В соответствии с примечанием к ст. 139 «Под жилищем в настоящей статье, а также в других статьях настоящего Кодекса понимаются индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания». Однако данная формулировка не является совершенной и вызывает неоднозначное толкование, как в теории уголовного права, так и в правоприменительной практике. Рассмотрим подробнее данный вопрос, для чего разделим приведенное понятие на две части:

1. Индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы

собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания.

2. Иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания.

С толкованием первой части не возникает трудностей, она проста и понятна, если мы обратимся к жилищному законодательству. Что касается второй - то она вызывает существование различных подходов к её толкованию по объему: имеют место и расширительное, и ограничительное толкование. Что значит «предназначенные для временного проживания помещения или строения»? Можно ли признать жилищем дачный дом, купе пассажирского поезда дальнего следования, туристическую палатку и т.п.?

А.В. Бриллиантов, О.А. Вагин, Е.В. Донец считают, что «к жилищу не относятся надворные постройки, погреба, амбары, гаражи и другие помещения, отделенные от жилых построек и не используемые для проживания людей. К жилищу, даже временному, не могут быть отнесены купе поезда, каюта теплохода, поскольку поезд и теплоход являются транспортными средствами». А.С. Абаньшин и В.Ю. Туранин отмечают, что примечание к ст. 139 УК РФ охватывает практически весь круг объектов, предназначенных для постоянного или временного проживания, в том числе купе поезда дальнего следования. По мнению А.В. Шеслера, вопрос об отнесении помещения к жилищу должен решаться на основании двух критериев:

1) помещение должно быть предназначено в основном для постоянного или временного проживания людей;

2) оно может обеспечить неприкосновенность частной жизни. Такой же точки зрения придерживается Н.Ю. Акинина. Исходя из последней приведенной точки зрения, к жилищу в уголовно-правовом смысле нельзя отнести, например, общую больничную палату, так как постоянное или временное проживание не является её основным предназначением, а открытость палаты не сможет обеспечить неприкосновенность частной жизни.

Европейский Суд по правам человека расширительно толкует понятие «жилище» в своих решениях: к нему относятся и служебные помещения, если в них занимаются не только профессиональными, но и непрофессиональными делами.

В правоприменительной практике встречаются различные подходы к толкованию понятия «жилище» при квалификации преступлений. Так, приговором Тихорецкого городского суда от 25 февраля 2015 года Иминов А.С. был осужден за грабеж, совершенный с незаконным проникновением в жилище. В данном деле суд признал жилищем

турный железнодорожный вагон поезда. Железнодорожный районный суд г. Красноярска осудил гражданина Н. за кражу, совершенную с незаконным проникновением в жилище, при следующих обстоятельствах. Гражданин Н. во время стоянки поезда, когда пассажиры выходили на станции, проникал в купе и совершал хищения крупных денежных сумм. Осужденный посчитал лишним вменение ему квалифицирующего признака «с незаконным проникновением в жилище» и обратился с жалобой в прокуратуру. Однако состоявшееся судебное решение Прокуратура Красноярского края признала законным и обоснованным, а правовую квалификацию -правильной, так как купе пассажирского поезда является помещением, не входящим в жилищный фонд, но предназначенным для временного проживания и в соответствии с примечанием к ст. 139 УК РФ должно быть отнесено к жилищу. Следует отметить, что тот же суд квалифицировал аналогичную ситуацию по-другому. Как кража, совершенная с незаконным проникновением в помещение было квалифицировано хищение из купе проводников пассажирского поезда.

Таким образом, практика по делам о нарушении неприкосновенности жилища отличается противоречивостью. Отсутствие единообразного подхода к толкованию понятия жилища, которое обусловлено неудачной законодательной формулировкой, данной в примечании к ст. 139 УК РФ, негативно сказывается на правопримнении. Данная проблема требует решения. Проанализировав точки зрения различных ученых и правоприменителей по исследуемой проблеме, приходим к следующим выводам.

Основным объектом рассматриваемого преступления являются общественные отношения, охраняющие конституционное право человека на неприкосновенность жилища, которое является составляющим права на неприкосновенность частной жизни. В своем жилище человек занимается своими личными делами, которые составляют его частную жизнь, и он вправе самостоятельно решать, подвергать её огласке или нет. Человек сам определяет сферу своей личной жизни и только он сможет дать ответ на вопрос о том, была ли она нарушена. Временное нахождение человека вне своего дома, например в общей больничной палате, в гостиничном номере, рассчитанном на проживание нескольких лиц, в купе пассажирского поезда и т.д. не может лишать его возможности заниматься своими личными делами, которые входят в сферу его частной жизни (вести дневник, хранить личные фотографии, вещи и т.д.).

Каждый человек вправе сам выбирать, реализовывать ему свои

права или нет, в том числе право на неприкосновенность своей частной жизни. Но только лишь такой критерий как осознание потерпевшим помещения своим жилищем позволит необоснованно чрезмерно широко толковать данное понятие и относить к жилищу практически любые объекты. Представляется, что определяющим должен являться еще следующий признак: помещение или строение должно обеспечивать неприкосновенность частной жизни (здесь мы соглашаемся с вышеприведенной точкой зрения А.В. Шеслера). Так, проживающее в помещении или строении лицо должно иметь возможность ограничить в него доступ других лиц без своего согласия (например, закрыть на замок).

Итак, помимо признаков жилища, указанных в его законодательном определении, на квалификацию преступлений должен влиять еще один основополагающий признак: возможность помещения или строения обеспечивать неприкосновенность частной жизни. Уголовное законодательство Российской Федерации состоит из УК РФ, являющегося единственным источником уголовного права. Поэтому для обеспечения единообразного толкования понятия жилища в правоприменительной практике необходимо внести изменения в примечание к ст. 139 и изложить его в следующей редакции: индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания и способные обеспечить неприкосновенность частной жизни проживающего в нем лица.

Список литературы

1. Акинина Н.Ю. Уголовно-правовая характеристика нарушения неприкосновенности жилища. Ханты-Мансийск: Югорский государственный университет. 2011. С. 66 - 72.

2. В Красноярском крае прокуратура согласна с судом, что кража из купе - равняется краже из жилья. URL: http://ria-sibir.ru/viewnews/30976.html?cdate=2008-11-31 (дата обращения: 24.05.2016).

3. Килкэли У., Чефранова Е.А. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод. Статья 8. Право на уважение частной и семейной жизни, жилища и корреспонденции. Прецеденты и комментарии. М., 2001. С. 10.

4. Туранин В.Ю., Абаньшин А.С. Право человека на жилище и

проблема определения ключевого понятия // Семейное и жилищное право. 2010. № 5. С. 47 - 48.

5. Уголовное право России. Части Общая и Особенная: учебник / В.А. Блинников, А.В. Бриллиантов, О.А. Вагин и др.; под ред. А.В. Бриллиантова. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2015. 1184 с.

6. Шеслер А.В. Общие квалифицирующие признаки хищения // Законность. 2014. № 2. С. 33 - 38.

Нечаев А.Д.

РАСПРОСТРАНЕННОСТЬ КАК КРИТЕРИЙ ОБЩЕСТВЕННОЙ ОПАСНОСТИ: ДИСКУРС ДЕЙНДЖЕРИЗАЦИИ ДЕЯНИЯ

Южный федеральный университет

Ключевые слова: криминализация, дейнджеризация, вредоносность, распространненность, прецедентность.

Аннотация: В статье представлены результаты исследования дейнджеризации деяния как первого этапа криминализации. Автор обосновывает необходимость учета в процессе признания деяния общественно опасным не только его вредоносности, но и распространенности.

Keywords: criminalization, dangerization, harmfulness, diffusion, precedent.

Abstract: The paper presents the results of the research about dangerization as the first stage of criminalization. The author argues the necessity of taking into account not only the harmfulness criterion but also a diffusion one while solving a dangerization dilemma.

Криминализация как процесс представляет собой совокупность двух этапов: дейнджеризация деяния (процесс и результат признания деяния общественно опасным) и адекватизация запрета (процесс и результат признания уголовно-правового запрета адекватным существующей системе общественных отношений).

Выработка кумулятивной модели дейнджеризации деяния требует обозначения исследовательских границ, связанных с тем, какие критерии определяют общественную опасность деяния. На сегодняшний день в доктрине уголовного права общепризнано, что общественная опасность деяния определяется его вредоносностью, однако это лишь конвенциональное решение.

Представляется, что назрела необходимость переосмысления данного доктринального подхода. По нашему мнению, наряду с