К вопросу о применении сверхимперативных норм международного частного права судами

О.Ф. Засемкова*

К вопросу о применении сверхимперативных норм международного частного права судами

Аннотация. В настоящее время необходимость применения сверхимперативных норм получает все большее признание со стороны международного сообщества, что находит свое выражение во включении данной категории норм в национальные акты различных государств, а также в международные договоры. Вместе с тем при применении сверхимперативных норм возникает множество вопросов, требующих рассмотрения: о сфере применения, обратной силе сверхимперативных норм, соотношении таких норм с нормами международных договоров. Кроме того, в статье рассматривается понятие сверхимперативных норм. Особое внимание уделяется особенностям применения сверхимперативных норм третьих стран. При проведении настоящего исследования были использованы метод толкования правовых норм, а также сравнительно-правовой метод. Автор приходит к выводу, что применение сверхимперативных норм имеет существенные особенности по сравнению с применением других категорий норм. Делается вывод о том, что решение вопроса о применении таких норм зависит от того, к какой категории относится соответствующая сверхимперативная норма. Выделяются особенности применения сверхимперативных норм третьих стран, рассматриваются условия, необходимые для решения вопроса о применении. Ключевые слова: сверхимперативные нормы, нормы третьих стран, нормы страны суда, международное частное право, автономия воли, коллизионная норма, принцип тесной связи, международный договор, преобладающие императивные положения, публичные интересы.

В опрос о применении сверхимперативных норм является одним из наиболее сложных, и в то же время актуальных вопросов современного международного частного права.

Единого определения норм, рассматриваемых в настоящей статье, нет.

На сегодняшний день единственное легальное определение таких норм содержит Регламент Европейского Парламента и Совета Европейского союза от 17.06.2008 №593/2008 «О праве, применимом к договорным обязательствам» (Рим I) (далее — Регламент Рим I)1. Так, в соответствии с п. 1 ст. 9, под преобладающими императивными положениями (overriding mandatory provisions)2 понимаются нормы, соблюдение которых имеет принципиальное значение для охраны публичных интересов государства, таких как его политическое, социальное и экономическое устройство.

Прежде чем перейти к рассмотрению вопроса о применении таких норм, отметим, что анализ

1 Regulation (EC) №593/2008 of the European Parliament and the Council of 17 June 2008 On the Law Applicable to Contractual Obligations (Rome I) // Official Journal of the European Union. 2008. L 177/6.

2 Для обозначения сверхимперативных норм в Регламенте используется термин «преобладающие императив-

законодательства различных государств, а также ряда международных договоров, позволяет выделить несколько видов сверхимперативных норм. Основанием для такой классификации является принадлежность соответствующей нормы к той или иной правовой системе, связанной со спорным отношением. Так, к первой категории относятся сверхимперативные нормы страны суда (lex fori). Вторую категорию составляют нормы права, применимого к отношению сторон (lex causae), как в силу выбора сторонами отношения, так и определенного судом на основании положений международного частного права. Третью категорию составляют сверхимперативные нормы иных стран, имеющих связь с отношением. Для обозначения данной категории в литературе используется термин «сверхимперативные нормы третьих стран»3.

Следует отметить, что применение сверхимперативных норм имеет некоторые особенности: во-первых, суд может применить соответствующую норму как в случае, когда применимое право было избрано сторонами, так и в ситуации, когда оно было определено судом на основании поло-

ные положения».

3 Жильцов А.Н. Проблема применения императивных норм третьих стран в европейском международном частном праве // Законодательство и экономика. 1997. № 23. С. 37.

© Засемкова О.Ф., 2014

* Засемкова Олеся Федоровна — аспирант кафедры международного частного права Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА). [alex.rospravo@mail.ru]

123995, Россия, г. Москва, ул. Садовая-Кудринская, д. 9.

Актуальные проблемы международного частного права

жений международного частного права. Таким образом, сверхимперативные нормы выполняют две важные функции, во-первых, устанавливая определенные ограничения автономии воли сторон и, во-вторых, корректируя результаты применения коллизионных норм страны суда4.

Во-вторых, сверхимперативные нормы устраняют действие иных норм, регулирующих соответствующие вопросы, независимо от их содержания. Другими словами, применение отечественных сверхимперативных норм устраняет действие норм иностранного права даже в том случае, когда их содержание идентично5.

В-третьих, необходимо учитывать, что применение сверхимперативной нормы не подчиняет все спорное отношение в целом действию законодательства государства, принявшего такую норму. Следовательно, к тем аспектам, которые не подпадают под сферу действия сверхимперативной нормы, применяется право, избранное сторонами или судом.

В-четвертых, возможность применения сверхимперативной нормы зависит от того, к какой из перечисленных ранее категорий она относится. Так, при рассмотрении спора суд обязан применять сверхимперативные нормы своего государства (lex fori). В отличие от этого, применение соответствующих норм третьих стран носит разрешительный характер. Таким образом, решение вопроса о применении или неприменении таких норм полностью зависит от усмотрения суда, рассматривающего конкретный спор. Следует отметить, что такой подход берет свое начало из п. 1 ст. 7 Римской конвенции «О праве, применимом к договорным обязательствам» от 19 июня 1980 г. (далее — Римская конвенция)6. В то же время сформировавшаяся до принятия данной Конвенции судебная практика исходила из противоположного подхода, закрепляя не право, а обязанность суда применять такие нормы7. В целом подход, закрепленный в Конвенции, представляется более целесообразным. Это связано в первую очередь с тем, что нормы иностранного права могут иметь необоснованно широкую экстерриториальную сферу применения. Поэтому суд должен иметь возможность отказаться от сверхимперативных норм, применение которых он сочтет неоправданным.

В-пятых, несмотря на то, что суд не обязан применять сверхимперативные нормы третьих стран, он в любом случае должен учитывать потенциальную возможность существования соответствующих норм, претендующих на применение. Важно учитывать, что отсутствие указания на рассмотрение данного вопроса может послужить основанием для отмены решения. Так, в 2010 г. Кассационный суд Франции отменил решение, вынесенное французским Апелляционным судом8. Основанием для отмены послужило отсутствие указания на то, что в ходе судебного разбирательства был рассмотрен вопрос о применении сверхимперативных норм третьей страны (в данном деле — Ганы). Таким образом, суд в любом случае должен рассмотреть вопрос о применении сверхимперативных норм.

Следующим вопросом, на который необходимо обратить внимание, является вопрос об обратной силе таких норм. Могут ли быть применены к отношению сторон сверхимперативные нормы, принятые после заключения соответствующего контракта? В настоящее время преобладающей является позиция, в соответствии с которой сверхимперативные нормы, принятые после заключения контракта, не должны приниматься во внимание судом. Такой вывод находит свое подтверждение и в рабочих материалах к Римской конвенции9.

Особое значение данный вопрос имеет применительно к сверхимперативным нормам третьих стран. В настоящее время в доктрине преобладает позиция, в соответствии с которой суд не будет применять сверхимперативную норму третьей страны, если такие обстоятельства возникли после заключения контракта и не могли быть предвидены другой стороной. Так, швейцарский исследователь Ф. Ви-шер указывает, что «интерес, выраженный в сверхимперативной норме третьей страны, принятой после заключения соответствующего контракта, не должен иметь превосходства над законными ожиданиями сторон, которые оказываются застигнутыми врасплох таким внезапным вторжением в их договорные отношения»10.

Отметим, что решение вопроса о применении сверхимперативных норм, препятствующих

4 См.: Богуславский М.М., Лисицын-Светланов А.Г., Трунк А. Современное международное частное право. М., 2013. Кн. 1. С. 604.

5 См.: Толстых В.Л. Международное частное право: коллизионное регулирование. СПб., 2004. С. 365.

6 Convention «On the Law Applicable to Contractual Obligations» of 18 June 1980. (последнее посещение — 3 марта 2014 г.).

7 См. напр.: Решение Верховного суда Нидерландов по

делу Van Nievelt, Goudriaan and Co's Stoomvaartmij N.V.

против N.V. Hollandsche Assurantie Societeit and others от

13.05.1966 // Clunet. 1969. Vol. 96. № 4. P. 1010.

8 См.: Conflict of Laws. URL: http://www.conflictoflaws. net/2010/french-case-on-foreign-mandatory-rules/ (последнее посещение — 2 марта 2014 г.).

9 См.: Lando O. European Private International Law of Obligations: Acts and Documents of an International Colloquium on the European Preliminary Draft Convention on the Law Applicable to Contractual and Non-Contractual Obligations. Tubingen, 1975. P. 17.

10 Visher F. "Лю Antagonism between Legal Security and the Search for Justice in the Field of Contracts // Recueil des Cours / Collected Courses of the Hague Academy of International Law. Vol. 142. 1974-II. P. 23-24; См., также: Жильцов А.Н. Применимое право в международном коммерческом арбитраже (императивные нормы): дис. ... канд. юрид. наук. М., 1998. С. 104.

исполнению обязательства, во многом будет зависеть от того, знала ли другая сторона в момент заключения контракта о таких обстоятельствах. Таким образом, при решении вопроса о применении сверхимперативных норм третьих стран необходимо учитывать все обстоятельства дела.

Другой важный вопрос, связанный с применением сверхимперативных норм, — вопрос о сфере их применения. Отметим, что применение сверхимперативных норм на территории всех стран — членов Европейского союза в настоящее время обеспечивает Регламент Рим I11, который ограничивает их применение сферой договорных обязательств.

Другой документ, действующий на территории Европейского союза — Регламент Европейского Парламента и Совета Европейского союза от 11 июля 2007 г. №864/2007 «О праве, применимом к внедоговорным обязательствам» (Рим II) (далее — Регламент Рим II)12 — распространяет действие таких норм на сферу внедоговорных обязательств. Следует учитывать, что данный Регламент предусматривает возможность применения лишь сверхимперативных норм, предусмотренных законодательством страны суда (lex fori). Отметим, что первоначальный проект статьи, посвященной сверхимперативным нормам, предусматривал применение как норм страны суда (lex fori), так и соответствующих норм третьих стран. Однако в ходе работы над документом было принято решение об исключении положения, предусматривающего применение сверхимперативных норм третьих стран.

В настоящее время положения, предусматривающие применение сверхимперативных норм, содержатся в законодательстве практически всех государств. Так, Закон о международном частном праве Швейцарии от 18 декабря 1987 г. предусматривает применение как сверхимперативных норм страны суда (lexfori), так и соответствующих норм третьих стран, распространяя их действие на все виды отношений13.

Не ограничивает применение сверхимперативных норм сферой договорных обязательств и Гражданский кодекс Дании (п. 3 ст. 10:7)14.

ГК РФ также распространяет действие сверхимперативных норм на все виды отношений

(ст. 1192)15, предусматривая применение как норм страны суда (lexfori), так и соответствующих норм третьих стран.

Нормы, предусматривающие применение данной категории, содержатся и в законодательстве иных государств, таких как Бельгия16 и Венесуэла17.

Таким образом, в настоящее время можно с уверенностью говорить о том, что возможность применения сверхимперативных норм получает все большее признание не только в сфере договорных обязательств, но и применительно к другим видам отношений.

Следующим вопросом, который, безусловно, требует рассмотрения, является вопрос о соотношении сверхимперативных норм с нормами международных договоров. При рассмотрении данного вопроса необходимо сделать два замечания: во-первых, в большинстве международных договоров содержатся положения, регулирующие соотношение данных категорий. Такое положение содержится, например, в ст. 16 Гаагской конвенции «О праве, применимом к трастам и об их признании» от 1 июля 1985 г.18, Гаагской конвенции «О праве, применимом к отношениям представительства и посредническим договорам» от 14 марта 1978 г.19, Регламентах Рим I и Рим II, а также в ряде других международных договоров. В целом, все перечисленные документы указывают на приоритет сверхимперативных норм, предусмотренных национальным законодательством соответствующего государства. Так, в соответствии с п. 2 ст. 9 Регламента Рим I, «ничто не ограничивает применение соответствующих сверхимперативных норм, предусмотренных законодательством страны суда (lex fori)»20. Таким образом, решение вопроса о соотношении сверхимперативных норм и международных договоров в любом случае необходимо начинать с анализа текста соответствующего международного договора.

Во-вторых, необходимо учитывать, что вопрос о соотношении норм национального законодательства и международных договоров, как прави-

11 Исключение составляет лишь Дания, для которой продолжает действовать Римская конвенция.

12 Regulation (EC) № 864/2007 of the European Parliament and the Council of 11 July 2007 «On the Law Applicable to Non-Contractual Obligations» (Rome II) // Official Journal of the European Union. 2007. L 199/40.

13 Federal Act on Private International Law of 18 December 1987. URL: http://www.andreasbucher-law.ch/images/stories/ pil_act_1987_as_amended_until_1_7_2013.pdf (последнее посещение — 9 марта 2014 г.).

14 Dutch Civil Code (Civil Code of the Netherlands) of 1 January 2012. URL: (последнее посещение — 3 марта 2014 г.).

15 Собрание законодательства РФ. 2001. № 49. Ст. 4552.

16 The Code of Private International Law of 16 July 2004. URL: http://www.ipr.be/ data/B.WbIPR%5BEN%5D.pdf (последнее посещение — 10 марта 2014 г.).

17 Private International Law Act of 11 October 1998 // Gaceta Oficial de la Republica de Venezuela. 1998. № 36. P. 511.

18 Convention «On the Law Applicable to Trusts and on their Recognition» of 1 July 1985 // Treaty Series.New York, 2000. № 1664. P. 311-335.

19 Convention «On the Law Applicable to Agency» of 14 March 1978. URL: http://www.hcch.net/index_en.php?act=conventions. pdf&cid=89 (последнее посещение — 10 марта 2014 г.).

20 Regulation (EC) №593/2008 of the European Parliament and the Council of 17 June 2008 «On the Law Applicable to Contractual Obligations» (Rome I) // Official Journal of the European Union. 2008. L 177/6.

Актуальные проблемы международного частного права

ло, разрешен в законодательстве самого государства. Так, в соответствии с п. 4 ст. 15 Конституции РФ нормы международных договоров, в которых РФ участвует, имеют приоритет над нормами национального законодательства21. Аналогичное положение содержится и в п. 2 ст. 7 ГК РФ22.

Таким образом, при решении указанного вопроса необходимо прежде всего обратиться к тексту соответствующего международного договора. При отсутствии в нем положений, позволяющих решить данный вопрос, следует обратиться к национальному законодательству своего государства.

Последним вопросом, который хотелось бы осветить в рамках настоящей статьи, является вопрос об отношении судов к сверхимперативным нормам третьих стран. Как было отмечено ранее, решение вопроса о применении либо неприменении данной категории норм зависит от усмотрения суда, рассматривающего конкретный спор. Вместе с тем такое решение не является произвольным. В частности, как законодательство разных стран, так и международные договоры, предусматривающие возможность применения таких норм, содержат ряд условий, которые необходимо принимать во внимание при решении указанного вопроса. В целом можно выделить два вида таких условий.

Первую группу составляют условия, которые являются общими для всех документов. К их числу относятся характер, цели, а также последствия применения, а также неприменения сверхимперативных норм третьих стран.

Ко второй группе относятся условия, которые определяют круг тех сверхимперативных норм, вопрос о применении которых надлежит решить суду. Таких условий два. Так, возможность применения сверхимперативных норм третьих стран может определяться либо на основании критерия тесной связи, либо на основании места исполнения обязательства.

Отметим, что в настоящее время законодательство большинства государств связывает возможность применения таких норм именно с требованием о наличии тесной связи отношения с правом государства, принявшего соответствующую норму23.

В то же время принятый в 2008 г. Регламент Рим I закрепил иной подход, ограничив круг потенциально применимых сверхимперативных

21 Конституция РФ от 12 декабря 1993 г. URL: http://www. constitution.kremlin.ru (последнее посещение — 10 марта 2014 г.).

22 Собрание законодательства РФ. 1994. № 32. Ст. 3301.

23 См. напр.: Federal Act on Private International Law of 18 December 1987. URL: (последнее посещение — 9 марта 2014 г.); Dutch Civil Code (Civil Code of the Netherlands) of 1 January 2012. URL: http://www. dutchcivillaw.com/ civilcodebook01010. htm (последнее посещение — 3 марта 2014 г.); Собрание законодательства РФ. 2001. № 49. Ст. 4552.

норм третьих стран соответствующими нормами места исполнения обязательства (lex loci solutionis). Регламент Рим I содержит и дополнительное условие применения таких норм, ограничивая их лишь теми нормами, которые делают исполнение обязательства незаконным (unlawfulness of performance).

В целом, подход, закрепленный в Регламенте Рим I, позволяет обеспечить большую степень предсказуемости в решении вопроса о применении сверхимперативных норм третьих стран, что, несомненно, является достоинством такого подхода.

Подводя итог всему вышеизложенному, необходимо отметить следующее: во-первых, в настоящее время можно с уверенностью говорить о признании необходимости применения сверхимперативных норм со стороны международного сообщества. Такой вывод находит свое подтверждение в многочисленных документах, закрепляющих возможность применения таких норм.

Во-вторых, применение сверхимперативных норм не ограничивается лишь сферой договорных обязательств, распространяясь и на иные виды отношений (например, внедоговорные обязательства).

В-третьих, отношение суда к вопросу о применении сверхимперативных норм зависит от того, к какой правовой системе, связанной с отношением, относится соответствующая норма. Так, суд обязан применять сверхимперативные нормы своего государства (lexfori), в то время как возможность применения сверхимперативных норм, предусмотренных законодательством иного государства, зависит от усмотрения суда, рассматривающего спор. При этом для применения соответствующей нормы необходимо соблюдение определенных условий, к числу которых относятся характер, цель, а также последствия применения либо неприменения таких норм. Кроме того, важнейшим условием применения сверхимперативных норм третьих стран, является соблюдение одного из двух критериев — тесной связи, либо места исполнения обязательства.

В-четвертых, сложность самого процесса применения сверхимперативных норм зависит от двух условий: во-первых, от того, к какой категории относится соответствующая норма; и, во-вторых, от критерия, на основании которого суд принимает решение о применении либо неприменении указанной нормы.

Так, процесс применения сверхимперативных норм страны суда (lex fori) состоит из следующих этапов:

(1) установление сверхимперативных норм, применимых к спорному отношению;

(2) их применение.

В отличие от этого, применение сверхимперативных норм третьих стран состоит из большего количества этапов.

(1) определение потенциально применимых сверхимперативных норм;

(2) установление характера, целей, а также последствий, к которым приведет применение либо неприменение такой нормы.

Разумеется, проблемы, связанные с применением сверхимперативных норм международного частного права, не ограничиваются вопросами, которые были рассмотрены в настоящей статье, и требуют проведения дальнейших исследований.

Библиография:

1. Богуславский М.М., Лисицын-Светланов А.Г., Трунк А. Современное международное частное право. М., 2013. Кн. 1. 656 с.

2. Жильцов А.Н. Применимое право в международном коммерческом арбитраже (императивные нормы): дис. ... канд. юрид. наук. М., 1998. 214 с.

3. Жильцов А.Н. Проблема применения императивных норм третьих стран в европейском международном частном праве // Законодательство и экономика. 1997. № 23. С. 37—48.

4. Толстых В.Л. Международное частное право: коллизионное регулирование. СПб., 2004. 526 с.

5. Lando O., von Hoffmann B., Siehr K. European Private International Law of Obligations: Acts and Documents of an International Colloquium on the European Preliminary Draft Convention on the Law Applicable to Contractual and Non-Contractual Obligations. Tubingen, 1975. 338 p.

6. Visher F. The Antagonism between Legal Security and the Search for Justice in the Field of Contracts // Recueil de cours. Collected Courses of the Hague Academy of International Law. Vol. 142. Hague, 1974. II. 406 p.

References (transliteration):

1. Boguslavskii M.M., Lisitsyn-Svetlanov A.G., Trunk A. Sovremennoe mezhdunarodnoe chastnoe pravo. M., 2013. Kn. 1. 656 s.

2. Zhil'tsov A.N. Primenimoe pravo v mezhdunarodnom kommercheskom arbitrazhe (imperativnye normy): dis. ... kand. yurid. nauk. M., 1998. 214 s.

3. Zhil'tsov A.N. Problema primeneniya imperativnykh norm tret'ikh stran v evropeiskom mezhdunarodnom chastnom prave // Zakonodatel'stvo i ekonomika. 1997. № 23. S. 37—48.

4. Tolstykh V.L. Mezhdunarodnoe chastnoe pravo: kollizionnoe regulirovanie. SPb., 2004. 526 s.

Материал поступил в редакцию 12 марта 2014 г.