К вопросу о позднеосеннем пролёте сапсана Falco peregrinus в Прибайкалье

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2008, Том 17, Экспресс-выпуск 449: 1547-1552

К вопросу о позднеосеннем пролёте сапсана Falco peregrinus в Прибайкалье

Ю. И. Мельников

Государственный природный заповедник «Байкало-Ленский», ул. Байкальская, 291 Б, а/я 3580, Иркутск, 664050, Россия

Поступила в редакцию 6 декабря 2008

Сапсан Falco peregrinus - один из наиболее редких соколов Прибайкалья. Сведения о его биологии, в том числе о сроках миграций, до сих пор фрагментарны (Мельников 1995, 1999а,б, 2001, 2002; Мельников и др. 2000; Рябцев 2003). Наши многолетние наблюдения и анализ литературных сведений показывают, что возможны очень поздние сроки осенней миграции сапсана (Мельников 1995; Мельников и др. 2000; Ананин 2002). Однако некоторые авторы, в частности В.В.Рябцев (1997, 2003), оспаривают такие поздние встречи сапсана, считая их невозможными. По его мнению, в подобных случаях имело место неправильное определение птиц и первые кречеты Falco rusticolus, прилетевшие на зимовку, были определены как сапсаны. В связи с этим, мы считаем необходимым провести специальный анализ позднеосенних и раннезимних встреч сапсана в Прибайкалье.

Многолетние наблюдения за сапсаном показывают, что уже в августе могут отмечаться первые пролётные особи. Однако основная их часть, особенно в начале августа, относится к кочующим птицам. Наиболее ранняя встреча сапсана отмечена 4 августа 1978 на побережье Южного Байкала у Толстого мыса. Кроме того, самец добыт 8 августа 1955 в окрестностях деревни Манзурка (Богородский 1989). На Лене сапсаны отмечены 11 августа 1988, в устье Аллилея (приток Лены) 14 августа 1994 и 28 августа 1995 (Попов и др. 1996, 1998). В долине реки Мурин в 3 км западнее села Алужино (Эхирит-Булагатский р-н) пролётный сапсан встречен 28 августа 2007 (Малеев, Попов 2007). Эти встречи, несомненно, относятся к местным птицам. Сапсан гнездится на скальных выходах по реке Лене на территории Байкало-Ленского заповедника и все вышеперечисленные находки расположены относительно недалеко от участков его постоянного обитания. Однако встречи 2 и 13 сентября 1995 на мысе Покойном, без всякого сомнения, относятся к пролётным особям (Попов и др. 1996, 1997), хотя и здесь на скальных выходах в среднем течении реки Рытая установлено гнездование сапсана (Мельников 2002). На южном Байкале (Приморский хребет) молодая самка сапсана попала в капкан в устье реки Сармы 4 сентября 1994 (Пыжьянов и др. 1997).

В окрестностях г. Зима сапсан встречен 5 августа 1984 (Фефелов 1997). Здесь этот сокол также гнездится в пойме реки Оки (Мельников 1999а). На путях миграций в устье реки Иркут (Ново-Ленинские болота) он отмечен 23 августа 1996 и 21 сентября 1987 (Рябцев, Фефелов 1997). Однако наши специальные работы по изучению миграций птиц в этом районе указывают на значительно более поздние сроки пролёта сапсана (Мельников 1995). Все наши наблюдения этих соколов (19831987 гг.) приходятся на октябрь — первую половину ноября. Сапсаны встречены в устье Иркута 8 ноября 1984, 12 ноября 1984, 31 октября 1985, 6 октября 1986, 9 октября 1986 и 30 октября 1986. Ошибка в определении полностью исключена, поскольку всех птиц рассматривали достаточно продолжительное время при хорошем освещении и в 12-кратный бинокль, с дистанции от 50 до 150 м. Следовательно, либо здесь отмечается две волны миграции — сначала местных птиц, а затем северных популяций, либо августовские встречи и наблюдения в начале сентября относятся к местным кочующим сапсанам. Последнее вполне вероятно, так как все наблюдения в это время приходятся на места гнездовий и предполагаемого обитания или поблизости от них.

Очень поздние осенние встречи сапсана известны и для других участков Прибайкалья. Он отмечен на просеке ЛЭП в пойме реки Ол-хи у ст. Трудный 11 ноября 1997. В начале ноября сапсан попал в капкан, настороженный на соболя, в пойме Нижней Тунгуски. Его чучело хранится в музее Иркутского заготовительного техникума. В пойме Оки у села Барлук (Куйтунский р-н) сапсан встречен 15 ноября 1992, в тот момент, когда он преследовал самку глухаря (Мельников 1995). В первой половине ноября сапсан отмечен в Баргузинском заповеднике: 12 ноября 1983 в устье реки Кудалды (бухта Сосновая) (А.А.Ананин, устн. сообщ.) и 11 ноября 1991 в посёлке Давша (Ананин 2002). Во всех случаях это были одиночные птицы, не задерживающиеся на остановке (снежный покров). В остальных источниках приводятся сведения только о существовании незначительной миграции сапсана без указания конкретных дат пролёта: хребет Хамар-Дабан и долина реки Темник (Васильченко 1987), пролив Малое Море на Байкале и Приольхо-нье (Скрябин, Пыжьянов 1987), дельта реки Селенги (Скрябин 1975; Фефелов 1994), на Южном Байкале по «миграционному коридору» (Дурнев и др. 1990) и в целом по Южному Предбайкалью (Сонин, Рябцев 1993; Рябцев 1996). Считается точно установленным, что пролёт сапсана идёт с конца августа по начало октября (Скрябин и др. 1988; Фефелов 1994; и др.).

Поскольку зимовки сапсана в нашем регионе неизвестны, это были, по-видимому, последние мигранты данного вида. Характерно, что все поздние встречи наблюдались в годы с тёплой продолжительной осенью и с поздним установлением постоянного снежного покрова. Кроме

того, примерно в эти сроки заканчивается миграция водоплавающих, численность которых на этих участках побережья Байкала остаётся ещё достаточно высокой (Мельников 1997). Поэтому, по моему мнению, сомнения В.В.Рябцева (1997) в возможности встреч сапсана поздней осенью не обоснованы.

Как видно из вышеприведенных материалов, основная часть позд-неосенних встреч сапсана приходится на завершение пролёта околоводных, водоплавающих и воробьиных птиц (дрозды). Численность их в это время, по сравнению с периодом массовой миграции, невысока, но достаточна для обеспечения кормом единичных пролётных сапсанов. В это время мы неоднократно наблюдали, как соколы преследовали в воздухе ослабленных птиц (подранков), неспособных продолжать миграцию (устье Иркута, Иркутское водохранилище). Количество подранков сразу после сезона охоты достаточно велико, что может облегчать сапсанам добычу пищи.

Анализируя материалы по пролёту сапсана необходимо обратить внимание на то, что основная часть имеющихся материалов, с точно зафиксированными сроками пролёта, приходится на начало столетия, когда численность этого вида была еще достаточно высока. Так за период осеннего пролета в 1959 году за 10 дней на Байкале было зарегистрировано 14 сапсанов (Скрябин и др. 1988). В настоящее время за это время, за исключением периода массового пролёта вида, скорее всего, не будет встречено ни одной птицы.

Смещение сроков пролета на более поздний период возможно связано с общим потеплением климата во второй половине XX — начале XXI века. В настоящее время значительно увеличилась повторяемость аномально тёплых осенних периодов с очень поздним установлением постоянного снежного покрова. Соответственно, происходят задержки на местах осенних остановок многих видов околоводных, водоплавающих и некоторых видов воробьиных птиц. Это может вызывать и задержки в миграции позднопролётных сапсанов, имеющих возможность достаточно легко добыть необходимое количество пищи. Однако на зимовке сапсанов здесь ещё никто не отмечал, в то время как кречеты зимой в Восточной Сибири достаточно обычны.

Численность сапсанов на пролёте в настоящее время очень низка. Обычно за весь период пролёта, при детальных и продолжительных наблюдениях (Мельников 1995; Мельников и др. 1997), когда пропуск птиц маловероятен, отмечаются не более 1-3 особей. Такая численность характерна для всех участков Прибайкалья, на которых велись специальные наблюдения за миграциями птиц (Богородский 1989; Ва-сильченко 1987; Скрябин, Пыжьянов 1989; Фефелов 1994; Дурнев и др. 1990; Липин и др. 1988). Поскольку такими наблюдениями охвачено практически все южное побережье Байкала, включая участки ин-

тенсивного пролёта хищных птиц (Рябцев и др. 2000; 2001), то эти данные отражают действительное состояние численности вида. Очевидно, она очень низка по всему ареалу в Восточной Сибири, включая и Якутию.

Таким образом, мнение В.В.Рябцева (1997, 2003) о невозможности такого позднего пролёта сапсана в Приангарье является ошибочным, что подтверждается всеми имеющимися материалами. Нельзя обвинить в некомпетентности всех профессиональных орнитологов, собиравших такие материалы долгие годы. В наиболее тёплые осени, такие как в 2008 году, без сомнения, возможны встречи сапсана даже в конце ноября, так как в это время ещё идёт выраженный пролёт водоплавающих птиц. Наиболее вероятно, что смещение сроков осеннего пролёта на более позднее время вызвано современной тенденцией к потеплению климата (Мельников 2007). Во всяком случае, это чётко отражается на сроках пролёта последних стай водоплавающих на Иркутском водохранилище. В тоже время окончание осенней миграции у пластинчатоклювых и сапсана совпадает по срокам, что может служить достаточно надёжным признаком определения времени завершения пролёта у сапсана.

Литература

Ананин А.А. 2002. Многолетняя динамика сроков весенних и осенних орнитофе-

нологических явлений // Тр. Баргузинского заповедника 8: 104-138. Богородский Ю.В. 1989. Птицы Южного Предбайкалья. Иркутск: 1-208. Васильченко А.А. 1987. Птицы Хамар-Дабана. Новосибирск: 1-104. Дурнев Ю.А., Липин С.И., Попов В.В., Пыжьянов С.В., Рябцев В.В., Сиро-хин И.Н., Сонин В.Д. 1990. Орнитологические памятники Байкальской котловины // Уникальные объекты живой природы бассейна Байкала. Новосибирск: 171-184.

Липин С.И., Сонин В.Д., Дурнев Ю.А., Безбородов В.И. 1988. Список птиц города Иркутска и его окрестностей // Экология наземных позвоночных Восточной Сибири. Иркутск: 70-79. Малеев В.Г., Попов В.В. 2007. Птицы лесостепей Верхнего Приангарья. Иркутск: 1-275.

Мельников Ю.И. 1995. Крупные соколы Верхнего Приангарья: пролёт и численность // Информ. вестн. по хищным птицам и совам России 3, 3: 3-4. Мельников Ю.И. 1997. Позднеосенний пролёт крупных чаек в Верхнем Приангарье // Вести. ИГСХА 3: 34-36. Мельников Ю.И. 1999а. Птицы Зиминско-Куйтунского степного участка (Восточная Сибирь). Часть 1. Неворобьиные // Рус. орнитол. журн. 8 (60): 3-13. Мельников Ю.И. 1999б. О способах охоты дневных хищных птиц // Рус. орнитол. журн. 8 (63): 10-16.

Мельников Ю.И. 2001. Случай гнездования сапсана Falco peregrinus под Иркутском // Рус. орнитол. журн. 10 (156): 727-728.

Мельников Ю.И. 2002. О видовом составе хищных птиц и их пролёте в начале осени на северо-западном побережье Байкала // Рус. орнитол. журн. 11 (199): 888-892.

Мельников Ю.И. 2007. Современные изменения климата и пульсация границ ареалов прибрежных птиц в Восточной Сибири // Природоохранное сотрудничество Читинской области (Российская Федерация) и автономного района Внутренняя Монголия (КНР) в трансграничных экологических регионах. Чита: 231-236.

Мельников Ю.И., Мельникова Н.И., Пронкевич В.В. 1997. Сезонная динамика населения птиц озёрно-болотных биогеоценозов устья реки Иркут // Фауна и экология наземных позвоночных Сибири. Красноярск: 15-31.

Мельников Ю.И., Мельникова Н.И., Пронкевич В.В. 2000. Миграции хищных птиц в устье реки Иркут // Рус. орнитол. журн. 9 (108): 3-17.

Попов В.В., Мурашов Ю.П., Оловянникова Н.М., Степаненко В.Н. 1996. К распространению редких видов Байкало-Ленского заповедника // Состояние и проблемы особо охраняемых природных территорий Байкальского региона. Улан-Удэ: 60-64.

Попов В.В., Мурашов Ю.П., Оловянникова Н.М., Степаненко В.Н., Устинов С.К. 1998. Редкие виды птиц Байкало-Ленского заповедника // Тр. Байкало-Ленского заповедника 1: 95-98.

Пыжьянов С.В., Тупицын И.И., Сафронов Н.Н. 1997. Новое в авифауне Байкальского побережья // Рус. орнитол. журн. 6 (30): 11-18.

Рябцев В.В. 1996. Сохранение видового разнообразия птиц Прибайкальского национального парка // Сохранение биологического разнообразия в Байкальском регионе: проблемы, подходы, практика. Улан-Удэ, 1: 213-215.

Рябцев В.В. 1997. Кречет Falco rusticolus в Прибайкалье // Рус. орнитол. журн. 6 (27): 3-5.

Рябцев В.В. 2003. Сапсан Falco peregrinus в Прибайкалье // Рус. орнитол. журн. 12 (237): 1067-1074.

Рябцев В.В., Фефелов И.В. 1997. Редкие виды птиц на Ново-Ленинских озёрах (Иркутск) // Рус. орнитол. журн. 6 (25): 11-18.

Рябцев В.В., Красноштанова М.К., Бергер У., Пайонк К., Рихтер У. 2000. Об изменениях численности хищных птиц на Сарминском стационаре на озере Байкал // Рус. орнитол. журн. 9 (126): 13-19.

Рябцев В.В., Дурнев Ю.А., Фефелов И.В. 2001. Осенний пролёт соколообраз-ных Falconiformes на юго-западном побережье озера Байкал // Рус. орнитол. журн. 10 (130): 63-68.

Скрябин Н.Г. 1975. Водоплавающие птицы Байкала. Иркутск: 1-244.

Скрябин Н.Г., Пыжьянов С.В. 1987. Население птиц. Структура и функционирование биоценозов островов // Биоценозы островов пролива Малое Море на Байкале. Иркутск: 133-175.

Скрябин Н.Г., Пыжьянов С.В., Садков В.С., Сафронов Н.Н., Подковыров В.А., Сумъяа Д. 1988. Редкие птицы Байкальской рифтовой зоны // Редкие наземные позвоночные Сибири. Новосибирск: 198-204.

Сонин В.Д., Рябцев В.В. 1993. Сапсан Falco peregrinus Tunstall, 1771 // Редкие животные Иркутской области (наземные позвоночные). Иркутск: 196-198.

Фефелов И.В. 1994. Хищные птицы дельты реки Селенги // Информ. вестн. по хищным птицам и совам России 2, 3: 4-5.

Фефелов И.В. 1997. Редкие виды птиц в Куйтунском районе Иркутской области // Рус. орнитол. журн. 6 (7): 7-10.

Ю ^

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2008, Том 17, Экспресс-выпуск 449: 1552-1554

О гибридизации скалистого Columba rupestris и сизого C. livia голубей в Южном Приморье

Ю. Н. Глущенко1), Д. В. Коробов2)

1) Уссурийский государственный педагогический институт, ул. Некрасова, 35, г. Уссурийск, 692500, Россия

2) Ханкайский государственный природный биосферный заповедник

Поступила в редакцию 8 ноября 2008

Приморский край входит в естественный ареал скалистого голубя Columba rupestris. Его распространение здесь носит локальный характер, а численность низка. Этот вид внесён в список редких позвоночных животных Дальнего Востока России (Нечаев 1989). С начала XXI века в пределах Ханкайско-Раздольненской равнины численность скалистого голубя стала нарастать на фоне проникновения в селитебные местообитания, однако он по-прежнему остаётся редким оседлым гемисинантропным видом (Глущенко и др. 2006 а, б).

Сизый голубь Columba livia в Приморье представлен лишь синан-тропной формой (Котов 1993), происхождение и время интродукции которой не совсем ясно. В первом списке птиц Приморского края, составленном Н.М.Пржевальским (1870), данный вид отсутствует. В то же время Р.К.Маак (1861) встречал голубей, якобы завезённых с Аргу-ни, в некоторых казачьих станицах по реке Уссури. Существует мнение, что эти сведения следует относить к скалистому голубю, а сизый голубь был, вероятно, завезён в Приморье позднее «из Японии, или вообще с востока, вместе с культурными расами голубей» (Шульпин 1936, с. 418).

По нашему мнению, завоз казаками в Приморье скалистого, а не сизого голубя маловероятен, а залёты одомашненных сизых голубей из Японии, судя по находкам здесь окольцованных птиц, периодически случаются (Назаров 2004). В любом случае сизый голубь в Приморье широко прогрессирует, и если в прошлом он встречался лишь в городах и других крупных населённых пунктах (Шульпин 1936; Воробьёв 1954; Панов 1973), то ныне он гнездится и в подавляющем большинстве мелких сёл края. Общая численность сизого голубя во Владивостоке