Как сделать карьеру в Голливуде и с успехом вернуться на родину

Как сделать карьеру в Голливуде и с успехом вернуться на родину

Александр Кузнецов

Советский и российский актёр, сценарист и театральный педагог

Мария Третьякова

– Добрый день, друзья. С вами программа «Личность в искусстве» с Марией Третьяковой на радио «МедиаМетрикс». С вами я – искусствовед и общественный деятель Мария Третьякова. С вами, как всегда, русская поэзия, которая, как говорил Бродский, делает наш мир выносимым. У нас сегодня замечательный гость, настоящий Мистер Успех, любимый актер советского, российского кино, театра – Александр Кузнецов. Саша, здравствуй, очень-очень рада видеть тебя.

Александр Кузнецов

– Машенька, добрый день. Добрый день, уважаемые радиослушатели. Искренне рад попасть на радио «MediaMetrics». Это для меня событие, так что надеюсь, наша передача будет очень интересной.

Мария Третьякова

– С твоей занятостью было безумно тяжело тебя вытащить, выдернуть из всех твоих проектов: зарубежных, российских, театральных, кинопроектов, но всё же наша встреча состоялась. Друзья, я напомню, что Александр подарил нам яркие, великолепные роли в фильмах: «Джек Восьмеркин – «американец», «Приморский бульвар», в западных картинах американских «Беверли Хиллз 90210», «Разрушитель», множестве других замечательных фильмов. Недавно Александр триумфально, хоть и в небольшой роли, показался на телеканале СТС в проекте «Лондонград». По-моему, один из самых рейтинговых сейчас сериалов?

Александр Кузнецов

– Он такой яркий, интересный, очень необычный, я считаю (и картинка и сюжет) для обычного российского сериала, поэтому он явно выделяется на общем фоне.

Мария Третьякова

– Расскажи про твоего героя. Ты там очень красивый, так красиво одет, стильно, в общем, всё очень-очень здорово.

Александр Кузнецов

– Мне позвонил мой агент, сказал: «Саша, мне даже неприлично предлагать тебе эту роль, потому что два съемочных дня». Я говорю: «Всего?», он говорит: «Да, но съемки в Лондоне». Поэтому я говорю: «Хорошо, тогда мы попробуем. Естественно, я посмотрю, во-первых – сценарий, а во-вторых – кто мои партнеры». В результате я увидел, что этот человек – это русский парень, молодой мужчина, который попал каким-то образом в область олигархов, и (не будем вдаваться во все детали) переехал из Москвы в Лондон, и сейчас живет, не просто проживает, а великолепно, красиво живет в одном из самых красивых замков Англии. Это здание было построено в XVI веке, в 1549 году.

Мария Третьякова

– Старый, как и вся Англия.

Александр Кузнецов

– Да-да, но такого я еще в своей жизни не видел. Я много путешествовал, как турист, и как актер бывал во всевозможных архитектурных красотах всего мира, но для меня этот замок – это было реальное потрясение. Я вдруг погрузился в невероятную историю средневековой Англии. Одно из ярких впечатлений - я только вошел на съемочную площадку… А, всё началось еще в гримерной, где мне попробовали костюмы, и вдруг художник по костюмам говорит: «Давай попробуем еще вот этот халат». Я беру и сразу чувствую, что что-то здесь не то. Выясняется, что в этом халате Олег Иванович Янковский, царство ему небесное, великий советский артист, играл Каренина. Я сразу подумал, что это хороший знак.

Мария Третьякова

– Халат с хорошей энергетикой.

Александр Кузнецов

– Да. Когда в результате я вошел в этот замок – а это огромнейшее поместье со своей конюшней, со своим полем, со своей лужайкой, где они играют в гольф и в поло на лошадях – мне ассистент актера говорит: «Иди, я тебе покажу». Она подводит меня – там огромные стеллажи, библиотека – и берет книжку, на которой написано «Сервантес». Мы открываем – это 1559 год, что ли, прижизненное издание Сервантеса. Следующий том – это прижизненное издание Шекспира, полное собрание сочинений. Такие книжки, которые стоят просто так, они ничем не выделяются.

Мария Третьякова

– Не в музее.

Александр Кузнецов

– Они даже ничем не выделяются среди десятков тысяч других книг, которые так же стоят на полках, такого же возраста и такие же, наверное, раритеты.

Мария Третьякова

– Понятно, почему роль русского олигарха так далась легко.

Александр Кузнецов

– Не знаю. Я подумал: что такое русский олигарх сейчас? Я знаю многих богатых людей (приблизительно такого уровня люди), и есть среди них угрюмые, есть среди них очень делово ориентированные, сухие, выжатые такие бизнес-люди, а есть люди, которые развлекаются, красиво развлекаются, при том что, наверное, давление финансовое и бизнес очень серьезные. Я попробовал найти именно такого персонажа в своем персонаже.

Мария Третьякова

– Такой фан, так понимать?

Александр Кузнецов

– Да-да. Человек, который не разучился улыбаться, он не разучился получать удовольствие от общения с людьми. Именно поэтому одна из сцен сюжетного развития моего персонажа – то, что он приглашает своих соседей поиграть в удивительную криминальную игру по Шерлоку Холмсу.

Мария Третьякова

– Вот как раз, когда ты сказал: «Халат», у меня чуть не вырвалось: «Бэрримор, сэр». Прекрасная, конечно, яркая вспышка получилась. Я могу только сказать продюсерам сериала: «Верните героя назад срочно!».

Александр Кузнецов

– Да-да, я им сегодня передам. Скажу: «Мне сказали, что меня нужно срочно вернуть».

Мария Третьякова

– Вернуть срочно! Поклонники требуют, обязательно. Как важен успех в жизни? Мы сейчас об этом поговорим. Конечно, когда мы говорим о тебе, мы всегда ориентируемся на твои яркие роли и на то, что ты один из первых, кто успешно выступил в Голливуде, снялся с такими звездами, как Сталлоне, Клинт Иствуд и многие другие (ты сейчас сам о них расскажешь). Наша тема сегодняшняя была так скромно озвучена в заголовке, потому что понятно – ты такой человек глубокий, что с тобой интересно говорить обо всем: о твоих ролях, о твоем мироощущении, даже о том, какой ты здоровый образ жизни ведешь, как ты пропагандируешь всё это замечательно на своей странице в «Facebook», и так далее. Ты действительно воплощенный Мистер Успех и об этом песня.

Мария Третьякова

– С нами сегодня великолепный Александр Кузнецов. Саша, я подбираюсь к твоей голливудской истории, потому что мы живем в такое время – все думают, как заработать деньги, как добиться успеха. Я в своей программе больше стараюсь говорить о душе, но, тем не менее, очень много деловых людей нас слушает, молодежи. Если смотреть на историю успеха, то, наверное, можно сделать выводы для себя, и брать человека, такого, как ты, за ориентир. Пока я не подобралась еще вплотную к этой голливудской истории, я хотела бы вопрос тебе задать. Когда я готовила наш эфир… Просто ты очень скромный человек, и ты об этом не говорил, но я очень готовилась серьезно.

Александр Кузнецов

– Да, я скромный. О некоторых вещах я, естественно, хочу, чтобы люди услышали, а о некоторых – зачем? У меня есть свои тайны.

Мария Третьякова

– Вот! Скажи, пожалуйста, я прочитала, что тебя с третьего курса, студентом, пригласили в Театр на Малой Бронной. Это так?

Александр Кузнецов

– Да, это было так. Мне повезло в жизни.

Мария Третьякова

– Ты талант.

Александр Кузнецов

– Мы все попадаем иной раз в определенную ситуацию группой или даже толпой. Одна из моих технологий и то, чему я учу своих студентов, – ты должен научиться в нужный момент выделяться из толпы для того, чтобы тебя хотя бы просто заметили, на тебя обратили внимание, что ты такой есть. Как ты это делаешь – это уже твои технологии, твои способы, но ты это должен уметь делать. На тот момент, когда я был студентом третьего курса Театрального училища имени Щукина (тогда это было училище), я, наверное, каким-то образом выделялся, прежде всего, потому что я был одним из самых активных студентов. Плюс ко всему, практически самый пластически подготовленный к профессии актера, если рассматривать эту профессию с точки зрения пластики, танца, движения и так далее. Я просто в 13 лет (так повезло мне в моей жизни), будучи подростком, который рос на окраинах Москвы, в местном своем Доме культуры посмотрел удивительный фильм (в удлиненной программе) под названием «Индийские йоги – кто они?». Я совершенно не знал, кто такие йоги и что там, в Индии, происходит, и вдруг я вижу этот фильм и выхожу оттуда с измененным сознанием. Я вышел оттуда просто другим человеком. Это на меня настолько сильно повлияло, я пришел домой, почувствовал, что я это не только знаю, это моё, оно даже внутри меня. Позже я понял, что, скорее всего, всё-таки реинкарнация существует и знание передается не только на сознательном уровне через книжки и через образование, но и на подсознательном уровне. Я понял, что это знание пришло ко мне оттуда, начал практиковаться, и с того момента, с 13 лет, то есть уже 42 года я занимаюсь йогой в различных ее формах.

Мария Третьякова

– Невероятно! Вот это новость даже для меня. Ого!

Александр Кузнецов

– На тот момент, когда я учился в Театральном училище имени Щукина, у нас был такой спектакль, который строился на лучших номерах программы обучения. У меня было что-то около двенадцати номеров – это было очень много, больше всех. Один из номеров я делал – «Первобытный охотник» - это пантомима-движение-танец, где нет ни одного слова. Я стоял сначала на одной ноге, потом я ногу закидывал за голову, вторую ногу закидывал за голову, стоял на руках (там было много всяких удивительных штук), и это увидел Евгений Лазарев - актер Театра Маяковского и начинающий режиссер. В тот момент он поставил «Ящерицу» – очень успешный пластический спектакль с Андреем Дразниным (а Дразнин преподавал у меня). Когда Лазарев был назначен в Театр на Малой Бронной главным режиссером, он тут же сказал: «Кузнецов должен играть главную роль». Таким образом, я попал с третьего курса в Театр на Малой Бронной, и считаю, конечно, что это огромная удача, потому что тут же на меня свалилась не только главная роль в новом спектакле, а еще пять ролей в других спектаклях.

Мария Третьякова

– То есть тебя ввели уже в спектакли, которые шли на сцене?

Александр Кузнецов

– Там еще так случилось, что молодой артист, который до этого играл эти главные роли, ушел из театра, и меня ввели. Одна из чудесных ролей, на которой мы подружились со Львом Константиновичем Дуровым (это был его спектакль, в его постановке), «И всё-таки она вертится» - фантастическая, смешная история, где я тоже сыграл главную роль.

Мария Третьякова

– Недавно ушедший от нас.

Александр Кузнецов

– Да. Это большая, прямо невероятная потеря. Лев Константинович был, я считаю, одним из самых талантливых людей, которых я видел в своей жизни.

Мария Третьякова

– И очень добрый. Энергетика у него плещет невероятно.

Александр Кузнецов

– Да. Он очень добрый, он очень гостеприимный, он очень веселый, он очень заботливый, он очень трогательный, очень внимательный к людям. Все эти термины я могу перечислять бесконечно. Это одно из самых ярких впечатлений в моей жизни.

Мария Третьякова

– Ничто никуда не уходит в нашей жизни, друзья, потому что есть память о хороших людях. Нужно оставлять о себе хорошую память.

Александр Кузнецов

– Безусловно. Он оставил и человеческую память, и творческую память, и эмоциональную память невероятную в кино.

Мария Третьякова

– Вы же стали с ним партнерами в «Джеке Восьмеркине», насколько я знаю, вы вместе играли. Там есть песня замечательная в его исполнении. Мы, правда, сейчас эту песню слушать не будем. Я советую всем радиослушателям – пересмотрите этот великолепный фильм. Саша там совсем юный еще, только выпускник или студент.

Александр Кузнецов

– Не совсем юный, мне на тот момент было 27 лет. Это я выглядел, может быть, подростком.

Мария Третьякова

– Понятно. Вообще, очень интересно складываются наши эфиры. Недавно у меня была замечательная девушка – Любовь Каткова - одна из тех, кто привез в Россию пилатес. Йога – это тоже направление «body and mind», но это достаточно разные методики. Нам надо о йоге с тобой отдельный эфир сделать, если ты в своем безумном графике найдешь…

Александр Кузнецов

– С удовольствием, потому что я считаю, это, пожалуй, самый совершенный тренинг для человеческого и тела, и мозга, и души, и концентрации, и воли, и всего на свете.

Мария Третьякова

– Я так эти передачи и называю - «Поэзия движения», у нас была как раз первая. Саша, приглашаю тебя, как эксперта, потому что столько лет…

Александр Кузнецов

– С удовольствием.

Мария Третьякова

– Договорились. Дорогие друзья, будем анонсировать, не пропустите.

Александр Кузнецов

– К сожалению, человеческий организм так устроен, что ему надо периодически тренировать и свои мозги, и свое физическое тело, иначе оно атрофируется и отмирает.

Мария Третьякова

– Развиваться надо всегда. Саша, с таким триумфом ты взошел, будучи студентом, на театральные подмостки, и всё же твое имя у нас, твоих почитателей, прежде всего, ассоциируется с кинематографом. Твоя актерская судьба – это, прежде всего, кино. Расскажи, пожалуйста, как ты сам себя ощущаешь и как ты попал в Голливуд, потому что это очень-очень интересно. Расскажи о твоей истории успеха.

Александр Кузнецов

– Я развивался в простой семье служащих. Моя мама – учительница русского языка и литературы в школе, а отец был радиоинженер, который закончил в свое время МАИ. И так генетически мне повезло и передалось, что с детства технические науки, химия, математика мне очень легко давались, и я рос именно в этом направлении. Поэтому, когда время подходило куда-то поступать, я даже не раздумывал, потому что радиоэлектроника мне была очень понятна. Я любил собирать всякие приемники, сам паял, свои карманные деньги тратил на то, чтобы поехать в магазин «Пионер» на Тверскую и купить там какие-то радиодетали. Когда я поступил в Московский Авиационный институт, я учился, чудесно себя чувствовал, мне всё было понятно, интересно. Вдруг на четвертом курсе мама говорит: «Сашенька, родители моих учеников мне дали два билета в Театр на Таганке, я слышала, это какой-то хороший театр. Ну, чего я пойду? Сходи ты. Далеко ехать, мне тетради надо проверять, а ты - давай». И это была, наверное, ее самая большая ошибка.

Мария Третьякова

– Сейчас она так не считает.

Александр Кузнецов

– Да. Конечно, я шучу, никакая это не ошибка. Это было само провидение, потому что я поехал в театр, посмотрел спектакль «Тартюф» в постановке Любимова, и вдруг этот спектакль перевернул меня прямо с ног на голову. Я вышел совершенно другим человеком, сразу почувствовал удивительный прилив сил и интереса - что это такое, как это? Меня поразило не только лицедейство, потому что с точки зрения театра и технологий театра, и актерских работ, и оформления сцены, это вообще чудесный спектакль, но меня поразила еще остросоциальная направленность. Я с детства рос очень социально активным, борющимся за справедливость, почему-то это есть во мне.

Мария Третьякова

– Как любой интеллигентный парень.

Александр Кузнецов

– Наверное, да. Вдруг меня поразила та острота, с которой они говорили со сцены. Наверное, это больше всего меня и потянуло в театр. Мне хотелось так же, как они, быть патриотом, говорить о наших проблемах, двигаться вперед, потому что я не мог понять – почему мы говорим одно, и нас воспитывают так: говорим одно, думаем другое, а делаем третье.

Мария Третьякова

– Какой это был год, Саша?

Александр Кузнецов

– Это был 1979 год. Конец. Начало 1980.

Мария Третьякова

– Это расцвет Таганки.

Александр Кузнецов

– Да. Это был самый такой, можно сказать, и попасть туда было невозможно.

Мария Третьякова

– Так русская авиация лишилась инженера, а мы получили прекрасного актера.

Александр Кузнецов

– Я в первый год не поступил. Вдруг меня пригласили в театральную студию после того, как я не поступил. Я отзанимался полгода в театральной студии и начал опять поступать, когда я уже был на пятом курсе, и благополучно был принят во все творческие вузы города Москвы. Но в результате выбрал Театральный институт имени Щукина, потому что там оказались какие-то друзья, которые уже на тот момент образовались. Я считаю, что это было интуитивно правильно принятое решение. Щукинская школа, которую Михаил Чехов вместе с Вахтанговым организовали, Театральный институт имени Щукина, как потом выяснилось, когда я уже попал в Голливуд, как раз Михаил Чехов считается одним из самых успешных «acting coach», то есть актерских тренеров, которые работали с супермегазвездами Голливуда на тот момент.

Мария Третьякова

– Как было принято твое решение уехать? Это было подготовлено или спонтанно?

Александр Кузнецов

– На всё сложились обстоятельства. Обстоятельства сложились таким образом, что в 1990 году, где-то весной, звонит Леонид Гайдай и говорит: «Александр, я знаю, кто вы, я знаю вас как артиста. Вы мне очень нравитесь, я приглашаю вас на главную роль в фильме «На Дерибасовской хорошая погода. На Брайтон-Бич опять идут дожди». Я встречаюсь с Гайдаем, мы жмем друг другу руки, и говорим: «Какое счастье». Господи, для меня это невероятная совершенно честь - работать с классиком советской комедии - блистательным Гайдаем. И я говорю: «Вот мой контактный телефон, я сейчас уезжаю в Мюнхен к друзьям на месячишко. На всякий случай, мало ли что произойдет». В результате я сижу в Мюнхене, в квартире друзей, включается автоответчик, и вдруг голос на ломаном английском говорит: «Я хочу поговорить с Александром Кузнецовым. Я - немецкий продюсер, хочу пригласить его на главную роль». Я тут беру с автоответчика трубку, говорю: «Кто это? Что это за дурь? Прекратите разыгрывать меня». Он говорит: «Нет, нет, нет. Я немецкий продюсер, Артур Браунер. Мы снимаем 13-серийный телевизионный фильм по Джеку Лондону «Золотая лихорадка», съемки у нас в Польше, Чехословакии, Германии и России. Мы вам предлагаем одну из главных ролей». Я был потрясен. В результате действительно я получил роль на английском языке с режиссером-оскароносцем - он получил Оскара за «Born free» («Рожденная свободной») про семью львов.

Мария Третьякова

– Львы, да. По Джой Адамсон, великолепный фильм.

Александр Кузнецов

– Я помню этот фильм. Я видел этот фильм ребенком в кинотеатре. И когда мне это сказали, я говорю: «Господи, это вообще знак». Я получаю главную роль, начинаю сниматься, потом получаю еще одно предложение сниматься в американском кино, которое снимается тоже в России, - это «The Ice Runner» – «Бегущий по льду». Я получаю предложение, принимаю его, всё настолько закручивается со съемками за границей, что я вынужден отказаться от съемок у Леонида Гайдая в кино, за что мне Дима Харатьян, который сыграл эту роль, безумно благодарен. Всё время при встрече жмет руку, говорит: «Спасибо». Так в жизни актера часто бывает – люди получают роли, которые первоначально, может быть, были предназначены не для них. Это судьба актерская, от этого никуда не уйдешь. Я знаю много баек по этому поводу.

Мария Третьякова

– А что было дальше? Тебя так благосклонно приняли, пригласили, позвали, ты чувствовал, что ты нужен. Как, вообще, почувствовать себя там, как получать новые роли? Что там произошло дальше, и как тебе там жилось? Я знаю, что у тебя своя актерская школа. Ты сказал о Чехове. Я знаю, что ты преподаешь по системе Станиславского и Чехова, и это очень востребовано. Наша русская академическая театральная школа считается самой лучшей в мире, особенно, я знаю, в Голливуде ее почитают. Мне рассказывали смотрительницы, когда я была в музее Станиславского, о том, как в Москву однажды приехал Джек Николсон, твой коллега и адепт системы Станиславского (это тоже ведь близко, это русская классическая школа театральная), и он первым делом с самолета пришел в музей, попросил привезти его в дом-музей Станиславского, лег на эту сцену, упал и начал ее целовать. А бабушки, которые за всем присматривают, говорят: «Ой, кто же это такой сирый? А мы-то полы еще сегодня не помыли». Им потом сказали. Они, конечно же, не знали, кто такой Николсон. Но прежде, чем давать интервью, ехать на свои мероприятия, он поцеловал эту сцену – опять же, это свидетельство того, что русские артисты востребованы. Но востребованы как? Как там прижиться? Что бы ты посоветовал твоим юным коллегам? Наверняка твои ученики тоже спрашивают у тебя: «Саша, что делать? Как нам пробиться? Где нам лучше всё-таки - здесь (потому что дома и стены помогают) или там»? У кого-то же есть амбиции покорить этот Олимп. Что ты скажешь? Что ты посоветуешь?

Александр Кузнецов

– Машенька, спасибо. Чудесная тема, я считаю, очень актуальная, потому что Россия всё-таки огромная страна, у нас невероятное количество талантов, и мы заслуживаем внимания. Слава богу, сейчас происходят какие-то и политические вещи, и социальные вещи в искусстве театра и кино, и всё равно мы остаемся одной из лидирующих культур мира. Так получилось, что три года назад в Москве проходила неделя маркетинга, наши с Кристиной знакомые позвонили нам и говорят: «Мы бы хотели Сашу пригласить спикером на эту неделю маркетинга, согласен ли он»? Я согласился. Меня попросили сделать презентацию – как они продают в Голливуде свою рекламу, продукты и так далее. И я нашел удивительные исследования, что в 2012 году Голливуд из 80 с чем-то миллиардов долларов, которые он заработал, 80% заработал за рубежом, то есть домашний рынок – это всего лишь 20%. Выясняется удивительная вещь: Россия – самый крупный рынок-потребитель американского кино в Европе и третий в мире, поэтому американские продюсеры, Голливуд, как площадка, начинают агрессивнее внедряться в сети, в умы и телевизоры нашего российского зрителя. Это, естественно, не может идти нам в противоречие, наоборот, мы должны использовать это как удивительную площадку, на которой российские таланты, российские актеры должны преуспевать. В тот момент, когда я оказался в Лос-Анджелесе, в Голливуде, там было три русских актера – это Крамаров, Баскин и Олег Видов. Сейчас российского происхождения актеров становится больше. Мне кажется, это очень интересно. Но я пережил на самом деле, несмотря на то, что я полтора года снимался на английском языке с американскими актерами и общался с американцами или англичанами на английском языке на площадке и вне площадки, я был потрясен реально, раздавлен: когда я попал в Лос-Анджелес, включив телевизор, я не понимал ни одного, ни одного, Маша, слова практически.

Мария Третьякова

– Понимаю. Я первый раз в Америке так же чувствовала себя.

Александр Кузнецов

– Для меня это было «ойвлавраслапллврвлавал». Я был просто в шоке. Первую покупку, которую я пошел тогда и сделал, – я купил телевизор и начал слушать по максимуму. И радио в машине у меня работало всё время, и телевизор работал всё время - я их пытался понять, хотя бы выуживать оттуда отдельные слова. Потом это стало соединяться в какие-то фразы, потом возникал смысл какой-то, и уже потом, через год с лишним, через два года я начал смеяться вместе со всеми в кинотеатре, потому что до этого я не понимал, о чем они смеются.

Мария Третьякова

– Специальных курсов ты там не заканчивал каких-то?

Александр Кузнецов

– Языковых – нет. Я пошел работать. Я пошел там подрабатывать: я работал барменом, даже официантом, я работал массажистом - у меня талант массажиста, я очень хорошо чувствую ткани человеческие.

Мария Третьякова

– Раз ты йог такой серьезный, конечно, конечно.

Александр Кузнецов

– Да. Я управляю этой энергией хорошо, поэтому у меня возникла сразу же хорошая клиентура, и это был идеальный бизнес молодого, вернее, начинающего артиста в Америке.

Мария Третьякова

– А ведь это один из секретов успеха, друзья. Не чурайтесь работы, не чурайтесь. Всё будет хорошо, ищите. А у нас сейчас будет об этом песня.

Мария Третьякова

– Действительно, равны возможности. Если человек хочет добиться успеха – он идет к нему. Если у него нет сейчас актерской работы, он работает официантом, массажистом, ищет себя, вкладывает те деньги, которые он заработал, в свое дальнейшее образование. Это история человека, который у нас сегодня в гостях - замечательного
Александра Кузнецова. Сашенька, мы остановились на том, что молодые люди, которые хотят добиться успеха в Голливуде, прежде всего, должны получить актерское образование и, конечно же, выучить язык, потому что без языка они обречены на какую-то пантомиму, немые эпизоды. С сильным акцентом они, наверное, обречены играть, если это мужчина, то русских мафиози или каких-то бандитов, девочки – каких-то официанток. Ведь даже наша замечательная Ольга Куриленко, которая сыграла девушку Бонда, наверное, всё-таки из-за акцента кубинкой стала или по сценарию? Я не знаю эту историю, но, тем не менее, скорее всего, это акцент. Скажи, пожалуйста, насколько важен совершенный английский? Преподают это в твоей школе или к тебе нужно уже идти со знанием английского? Пожалуйста, расскажи.

Александр Кузнецов

– Я хочу сказать, что необязательно бояться акцента собственного. Ты должен понимать, что любой рынок всё равно сегментирован. Первое время я, когда пробовался на разные роли, кастинг-режиссер, американка Мелисса Скофф, которая была кастинг-режиссером на нескольких очень крупных телевизионных шоу, мне сказала: «Саша, как ни старайся, но ты выглядишь, как европеец. Ты еще рот не открыл, но уже видно, что ты не этот человек».

Мария Третьякова

– Немец или англичанин - что-то такое, нордическое.

Александр Кузнецов

– Поэтому надо понять, что рынок ролей твоих всё равно сегментирован. Конечно, изучать английский нужно и находить свободу нужно, и работать над расширением своего актерского диапазона. В Америке очень большой рынок акцентированных ролей – они стопроцентно точно, специфически и очень детально относятся к нью-йоркскому акценту, к лос-анджелесскому акценту, к техасскому акценту, и актеры получают роли именно благодаря тому, что они умеют этим владеть. У меня тоже был английский акцент, американский акцент, немецкий акцент, скандинавский акцент и так далее. Я хочу сказать, что в Голливуд можно попасть или из Лос-Анджелеса, или из Москвы, или через Лондон, – там тоже крупнейший центр кастинга, продюсерский центр голливудского крупного кино. Поэтому не обязательно ехать в Лос-Анджелес, всё бросать и отрываться от того, что ты делаешь здесь, но фигурировать, как англоговорящий актер, который делает театральные работы или хотя демонстрационный ролик на английском языке – это очень важно для актеров, которые хотят расширить свой диапазон и играть роли не только на русском, но и на английском языке. Я почувствовал именно эту прелесть. Так сложилась моя судьба, когда в 1991 году я приглашен был на досъемки и озвучание, смешная история была. «Бегущий по льду», последний съемочный день, мы снимаем на Красной площади сцену, где главный герой (это начало фильма) идет по Красной площади, ничего не подозревая, и вдруг со всех сторон съезжаются черные «Волги», оттуда выбегают агенты, бегут, хватают его и сажают его в тюрьму. Триллер. Мы снимаем эту сцену, по команде режиссера: «Начали!» на Красную площадь вместе с главным героем выезжают не только черные «Волги», но и танки. Все так: «Вау! Неужели? Мы что – заказывали?». Нет, выясняется, что это ГКЧП – государственный переворот. Те звонят в посольство, им говорят: «В два дня покинуть страну, иначе мы ни за что не отвечаем». Группа вылетает обратно в Лос-Анджелес, и я впопыхах вместе с ними. Я поучаствовал еще в баррикадах активно. Я жил на Смоленской площади, и всё это происходило прямо у меня на глазах - участвовал в баррикадах, пули летали над моей головой. С Юлией Рутберг мы как раз были женаты на тот момент, и это была удивительная часть нашей совместной жизни.

Мария Третьякова

– Прекрасная актриса – Юлия Рутберг.

Александр Кузнецов

– Великолепная, блистательная Юлия.

Мария Третьякова

– Саша, а снять-то успели «Волги» и танки, хоть кусочек?

Александр Кузнецов

– У меня было снято очень много. Я записывал и на видеокамеру, и на видеомагнитофон, потому что считал, что это уникальный footage. Мы жили на одиннадцатом этаже, в башне напротив магазина «Руслан» и «Золотого кольца», я выбросил антенну на крышу одиннадцатого этажа и ловил «CNN» бесплатно. Для меня это было потрясение.

Мария Третьякова

– Это сказались первые курсы МАИ - продвинутый человек.

Александр Кузнецов

– В результате я улетаю в Лос-Анджелес. Понимаете, 1991 год был страшный год в истории Советского Союза, особенно, наверное, пережила это творческая интеллигенция Советского Союза, потому что все киностудии вдруг, прямо у меня на глазах, закрылись и сложились, как карточный домик.

Мария Третьякова

– Как будто война. Как будто пережили войну.

Александр Кузнецов

– Да. Все известные звезды, актеры пошли торговать джинсами или пирожками на площадях, а тут я каким-то образом оказался в Лос-Анджелесе, в центре, можно сказать, киноиндустрии мира, и подумал: «Наверное, это хороший шанс для того, чтобы поучиться у мастеров американского кино». Пошел сначала учиться актерскому мастерству, и мне повезло, опять же - первый педагог, к которому я попал совершенно случайно, был Дэрилл Хикман. Он снимался ребенком с Михаилом Чеховым в кино «Осенняя соната».

Мария Третьякова

– Это еще, наверное, был 19… начало какое-то. 1910, скорее всего…

Александр Кузнецов

– Нет-нет. Это были какие-то шестидесятые годы.

Мария Третьякова

– Уже шестидесятые годы, середина ХХ века.

Александр Кузнецов

– Михаил Чехов уехал из России в 1938 году.

Мария Третьякова

– Уехал вовремя.

Александр Кузнецов

– Конечно, он спас себе жизнь таким образом.

Мария Третьякова

– Спас себе жизнь. Нелегка судьба артиста в России. Те лихие девяностые, о которых ты говоришь, действительно танком проехались по судьбам, по всей стране.

Александр Кузнецов

– Но я люблю учиться, и я люблю учиться у великих. Мне повезло, потому что я снимался в Советском Союзе и с Дуровым Львом, и Евстигнеевым, и Гундаревой, и Гафтом, и Смирницким и так далее. Партнеры у меня были, у которых действительно можно и есть чему поучиться. Я был бесконечно рад, когда вдруг на первой картине в Америке я оказался прямо лицом к лицу, на соседних стульях со Сталлоне. И тоже подумал: «Это хороший знак».

Мария Третьякова

– Да, это ведь тоже не случайно. Всё в жизни не случайно. Если ты идешь – ты приходишь. Такие замечательные имена ты называешь сегодня, Саша, и каждое из этих имен сразу какой-то образ рождает из любимого фильма. То, на чем мы выросли, то, что нас питает до сих пор – великолепное российское, советское кино. Обязательно нужно об этом сказать, потому что это было прекрасно. Так стремительно бежит время, так много вопросов хочется задать. Мы уже договорились, что наша встреча состоится еще, я буду очень-очень рада. Есть еще несколько вопросов, связанных с карьерой, с твоими советами молодым артистам. Я знаю, что у тебя есть актерские школы, как мы упомянули уже, в Америке и в России. Расскажи, как они называются? Как туда попасть? Чему вы учите? И помогаете ли вы трудоустроиться в дальнейшем? Это очень-очень всех интересует, меня завалили в чате вопросами еще вчера.

Александр Кузнецов

– Называется «Кузница кино и телевидения» в Москве. В Лос-Анджелесе называется «International Film School».

Мария Третьякова

– «Кузница кино и телевидения», друзья, и «International Film School» в Лос-Анджелесе.

Александр Кузнецов

– Да. Я сейчас не преподаю. То есть это не формальная школа, где выдаются определенные дипломы. Я не хочу заниматься этим full time, мне это не очень интересно. Мне гораздо интересней повышать квалификацию актеров наших театральных ВУЗов, потому что, к величайшему сожалению, для меня непонятному, до сих пор в наших театральных ВУЗах не учат искусству работы актера на съемочной площадке с камерой.

Мария Третьякова

– На театр всё рассчитано, да? На дальнюю точку, постановку голоса.

Александр Кузнецов

– Да. А здесь свои технологии, свои умения, свои навыки, своя терминология, свои методы работы, как актера, так и вообще творца. Это огромный пробел, я стараюсь этот пробел восполнить.

Мария Третьякова

– А учишь ли ты режиссеров? Я знаю, но радиослушатели…

Александр Кузнецов

– Нет, я лично не обучаю режиссеров, для этого есть более совершенные педагоги. Я сотрудничаю со школой Александра Митты. Рекомендую, это отличная совершенно организация с очень талантливыми педагогами и приглашенными звездами.

Мария Третьякова

– И вопрос, конечно же, о твоих проектах. Я скажу нашим радиослушателям, что Александра можно увидеть (и нужно обязательно), все идите в театр на чудесное представление в Театре киноактера - просто праздник – «Труффальдино из Бергамо». Очень советую вам. Подарите себе и своим близким эту радость. А что еще есть, Саша?

Александр Кузнецов

– В театре пока ничего нет, я не настолько активно работаю в театре. Есть сейчас антреприза, которая в репетициях находится. Я периодически делаю антрепризные спектакли - мне это с точки зрения динамики и с точки зрения результатов, которые ты получаешь за короткий промежуток времени, более интересно.

Мария Третьякова

– Это интересно. Будем раскрывать карты – как называется, где посмотреть?

Александр Кузнецов

– Это по рассказам Аверченко – чудесные совершенно, невероятно смешные штуки. Когда она выйдет на площадки города Москвы и страны нашей великой России, тогда мы и будем говорить об этом, сейчас еще рано. У меня несколько шапок: я выступаю как актер телевидения, кино, театра, я преподаю актерское мастерство для актеров и для бизнесменов - я провожу корпоративные тренинги публичных выступлений, коммуникаций, презентаций, коммерческих презентаций и переговоров.

Мария Третьякова

– Это очень важно. Это тренд. Нас слушает большая очень деловая аудитория.

Александр Кузнецов

– Да, живя в обществе и развиваясь в обществе успешно, ты должен уметь понимать свою аудиторию, слышать нужды аудитории, быть способным донести то, что ты хочешь. Не только донести, проинформировать, но и хотя бы немножечко увлечь аудиторию и убедить в том, что твое видение более правильное и заслуживает большего внимания. Поэтому, я считаю, один из непременных залогов успеха – твоя возможность коммуницировать с себе подобными, и успешно и продуктивно коммуницировать.

Мария Третьякова

– Учитесь, друзья, учитесь. А где можно найти информацию, Саша, об этом тренинге? Я думаю, что нашим радиослушателям это будет очень интересно.

Александр Кузнецов

– Есть несколько компаний, с которыми я сотрудничаю - это «ЭД Консалт», «Ораторика» (на сайте «Ораторики» есть много информации обо мне), есть в «Facebook» огромное количество. За последний год я был уже в Казахстане, я был в Украине, сейчас еду в Израиль. То есть география как-то расширяется, потому что, опять же, я веду тренинги на русском и на английском языках.

Мария Третьякова

– Это плюс. Дорогие друзья, у нас в гостях был замечательный актер, очень светлый потрясающий человек – Александр Кузнецов.

Александр Кузнецов

– Маша, спасибо огромное. Я искренне рад, что у нас состоялась эта программа. Я очень рад пообщаться с радиослушателями программы радио «МедиаМетрикс». Поэтому – до новых встреч.

Мария Третьякова

– А вот у нас есть еще один маленький сюрпризик. Мы говорили с тобой о поэзии, ведь поэзия делает нашу жизнь выносимой. Я всегда начинаю свою программу с этой фразы Иосифа Бродского. Друзья, Александр Кузнецов – великолепный чтец. Когда мы обсуждали с ним эфир, я спросила, может ли он что-нибудь почитать из своего любимого. Саша сказал: «Да. Давайте «Облако в штанах». Саша, пожалуйста, почитай нам «Облако в штанах» Маяковского и сделай нам чудесный день. Ты такой светлый, замечательный. Друзья, с вами была программа «Личность в искусстве» с Марией Третьяковой на радио «МедиаМетрикс» и мой замечательный гость – Александр Кузнецов. А сейчас – «Облако в штанах». До новых встреч.

Александр Кузнецов

– Четверостишье не из «Облака в штанах», а четверостишье Маяковского сначала:

«Я хочу быть понят своей страной,

А не буду понят, – что ж,

По родной стране пройду стороной,

Как проходит косой дождь».

«Вашу мысль,

Мечтающую на размягченном мозгу,

Как выжиревший лакей на засаленной кушетке,

Буду дразнить об окровавленный сердца лоскут:

Досыта изъиздеваюсь, нахальный и едкий.

У меня в душе ни одного седого волоса,

И старческой нежности нет в ней!

Мир огромив мощью голоса,

Иду – красивый,

Двадцатидвухлетний».