Константин Богомолов прописал театру манифест

Константин Богомолов опубликовал еще один манифест — теперь это правила Театра на Малой Бронной. Правда, написал их не сам режиссер. Он позаимствовал этический кодекс латвийского постановщика Алвиса Херманиса, разумеется, с его разрешения. Богомолов назвал текст «блистательным». Какие правила решил перенять Константин Богомолов? И что думают об этом другие режиссеры? С ними поговорил Александр Мезенцев.

Казалось бы, только недавно утихли споры по поводу «Похищение Европы 2.0» — манифеста, где Константин Богомолов говорил о потерянной Европе и призывал строить новую правую идеологию. Судя по всему, начать он решил со своего театра. Первое правило — свобода слова без ограничений, остальные пункты так или иначе его дополняют. Политкорректность недопустима, если она входит в театр, то «его надо закрыть и разойтись по домам». Такое правило поддерживает и худрук театра «Модерн» Юрий Грымов. По его словам, спектакли должны быть честными и порой неудобными: «Театр субъективен и эмоционален в своих решениях, в своих заблуждениях, кто бы это ни формулировал, всегда это есть. Я исповедую такую теорию, что театр — это высказывание, театр — это очень живое и очень некомфортное, если мы говорим про конформизм».

Шутить, по мнению Херманиса и Богомолова, в театре можно на любые темы. И если юмор показался человеку оскорбительным, это «его личная проблема восприятия». Допускается флирт и романы между актерами и зрителями, приветствуются споры из-за политических убеждений. И каждому позволено верить в то, что его взгляды самые правильные — таким правилом завершается манифест. Худрук Центра имени Мейерхольда Дмитрий Волкострелов не стал бы вводить такие нормы в театре:

«Прекрасная фраза, что все могут заводить романы, флиртовать с кем угодно. Очевидно же, что это косвенная реакция на большое количество событий, связанных с харассментом. Работая внутри коллектива, ты должен уважать людей и быть все-таки корректным, в том числе политкорректным, потому что это может быть обидным».

Новые правила Театра на Малой Бронной вызвали споры в соцсетях. Кто-то похвалил режиссера за смелость, другие увидели в этом лицемерие — месяц назад Богомолов критиковал европейские нормы, а теперь готов перенять этический кодекс Нового Рижского театра. На самом деле, противоречия в этом нет, и позиция режиссера последовательна, объясняет критик Павел Руднев:

«Манифест Херманиса — это, конечно, реакция на феминистcкую оптику, на антиколониальные, антиимперские настроения, которые есть на Западе, которые есть в России, это прямая реакция на новые этические законы.

Манифест Херманиса тоже ведь из Европы идет, и парадокс в том, что Европа очень разная — есть различные тенденции».

Однако в российских реалиях этот манифест выглядит не так остро, как в европейских, продолжает драматург «Гоголь-центра» Валерий Печейкин: «Богомолов не жил и не работал в Европе так много, как Херманис. Последний написал, вероятно, вещь, с которой он сталкивается лично. Поэтому, мне кажется, нам сначала надо узнать, что такое “левацкая цензура”, что такое, когда феминистки делали жизнь российских мужчин невыносимой. Проблематика нашей творческой индустрии в том, что она ничего не хочет менять, и она гораздо консервативнее, чем манифест Богомолова».

Большинство собеседников “Ъ FM” новые правила Театра на Малой Бронной все-таки поддержали. И дело здесь не в сопротивлении «новой этике»: в России много внутренних проблем и табуированных тем, которые требуют осмысления через творчество, порой сатирическое. Готово ли к этому общество? Возможно, Константину Богомолову удастся найти ответ.