Минобороны понесет неуставные траты

Верховный суд РФ признал, что именно государство должно нести ответственность за смерть солдата-срочника, который покончил с собой из-за неуставных отношений в армии. Судьи согласились, что компенсировать моральный вред семье погибшего солдата должно государство, а не конкретный офицер, пусть даже именно он довел призывника до суицида. Ранее все суды отказали матери военнослужащего в удовлетворении иска к Минобороны. Теперь ВС направил его на новое рассмотрение — одновременно с коммуникацией жалобы в ЕСПЧ.

Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного суда РФ удовлетворила кассационную жалобу в интересах Светланы Латюк — матери военнослужащего Станислава Куземы. Ее сын был призван в армию в 2018 году из Магнитогорска и проходил военную службу в войсковой части в Уссурийске (Приморский край). Во время службы он подвергся физическому насилию и унижениям со стороны старшего лейтенанта Евгения Хомякова, что привело к трагедии: солдат-срочник совершил суицид. Военные суды приговорили офицера к шести годам лишения свободы за превышение должностных полномочий (п. «а», «в», ч.3 ст.286 УК РФ). После этого семья погибшего солдата предъявила иск о компенсации морального вреда к Министерству обороны в размере 9 млн руб.

«Мы утверждаем, что трагедия была спровоцирована начальником погибшего при попустительстве командования, которое предпочитало закрывать глаза на происходящее»,— пояснил “Ъ” адвокат потерпевших Александр Передрук

Однако все три судебные инстанции постановили, что материальную ответственность за страдания семьи должен нести только военнослужащий Хомяков. Военные суды утверждали, что противоправные действия осужденного не были обусловлены «непосредственным выполнением им боевых задач» и действовал он «не по заданию командования войсковой части». В итоге с осужденного взыскали лишь 2,1 млн руб. компенсации.

Тем не менее истцам удалось убедить ВС в том, что государство должно отвечать за незаконные действия его должностных лиц. В определении суд напомнил, что вред, причиненный гражданам в результате незаконных действий должностных лиц государственных органов, подлежит возмещению за счет казны (ст.1069 ГК РФ). Иск был направлен на новое рассмотрение в Уссурийский гарнизонный военный суд. Александр Передрук называет решение ВС «прецедентным». «К сожалению, судебная практика показывает, что компенсации морального вреда за преступления, совершенные должностными лицами, взыскиваются с самих осужденных,— пояснил он.— А отказ национальных судов возложить компенсацию морального вреда на государство демонстрирует, что оно необоснованно отрицает свою ответственность в связи с неспособностью гарантировать право военнослужащего на жизнь».

Накануне решения ВС жалобу Светланы Латюк коммуницировал и Европейский суд по правам человека. По словам господина Передрука, ЕСПЧ поставил перед сторонами вопрос о соблюдении государством-ответчиком положений статей 2 (право на жизнь) и 3 (запрет пыток и жестокого обращения) Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Адвокат полагает, что при вынесении решения ВС учел как позиции Европейского суда по аналогичным делам, так и факт коммуникации жалобы в ЕСПЧ. «Если в итоге пересмотра дела компенсация не будет выплачена или будет выплачена в ненадлежащем размере, ЕСПЧ укажет на нарушение прав моей доверительницы,— добавил адвокат.— Но благодаря этому решению ВС появилась возможность пересмотреть это дело и защитить права потерпевшей стороны в России. Это хороший пример того, каким образом Конвенция по защите прав и свобод имплементируется на нашу национальную практику и учитывается национальными судами».

Координатор отдела по защите прав военнослужащих организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга» Антон Щербак называет типичными ситуации, когда Минобороны избегает ответственности за действия или бездействие командиров.

«Они касаются не только гибели, но и травматизма личного состава,— пояснил правозащитник.— Если есть какой-то конкретный “причинитель” вреда, государство в лице Минобороны всегда пытается переложить ответственность на него». В октябре 2020 года пленум ВС разъяснил судам, что государственный орган должен нести ответственность за противоправные действия своего должностного лица. «Хотя в таких случаях должно быть достаточно ст.1069 ГК, которая прямо говорит, что государство ответственно за вред, причиненный должностными лицами. Но почему-то суды часто считали по-другому»,— подытожил эксперт.