Национальный запас мировой  классики

Сенсация марта — гастроли знаменитого ABT, украсившие афишу II Международного фестиваля Мстислава Ростроповича. Старейшая балетная труппа Америки, отметив в прошлом году 70-летие, не приезжала к нам — страшно сказать! — с 1966 года. А между тем нет, пожалуй, на Западе другой компании, так тесно связанной именно с русским (дореволюционным, советским и постсоветским) балетом. Сегодня для современной российской балерины или танцовщика нет высшего профессионального триумфа, чем провести в качестве guest star вместе с ABT его главный — весенний или осенний — нью-йоркский сезон. (В остальные времена года ведущая национальная труппа добросовестно обслуживает прочие 49 штатов, колеся по своей обширной родине.) Чести потанцевать в составе ABT удостаивались единицы: не считая "человека мира" Владимира Малахова, первой постоянной guest star в начале 1990-х стала прима Большого Нина Ананиашвили, следом — звезда Мариинки Диана Вишнева и, наконец, опять москвичка из Большого — Наталья Осипова. Балетных звезд, бежавших из СССР, здесь тоже привечали охотно, именно в ABT стекались главные советские невозвращенцы: Наталья Макарова, Михаил Барышников, Александр Годунов — вплоть до Андриса Лиепы, подвизавшегося в труппе в пору своей женитьбы на американке.

Пристрастие ко всему русскому выдает и репертуар ABT, с давних пор культивирующий нашу классику XIX века. Ныне за ее сохранность и благолепие отвечает народная артистка СССР, депутат Верховного Совета СССР и Герой Социалистического труда Ирина Александровна Колпакова, всю свою балеринскую жизнь сберегавшая культурное наследие в Ленинградском театре оперы и балета имени Кирова (нынешней Мариинке). И даже руководителем Американского балетного театра целых десять лет (с 1980-го по 1990-й) был русский: Михаил Барышников, прививший американцам вкус к роскошным постановкам классики и на этом едва не разоривший труппу.

Но даже не это главное. Американский балетный театр, при своем рождении в 1940 году называвшийся просто Ballet Theatre, генетически вырос из русского балета. Его основательницей

За английский репертуар отвечал хореограф Энтони Тюдор, за новый русский — бывшие "дягилевцы" — сначала Фокин, после его смерти — Мясин (благо недостатка в балетных эмигрантах Нью-Йорк не испытывал ни тогда, ни теперь).

А вот собственный, американский национальный вопрос решить удалось не сразу. Несмотря на то что с первого же сезона репертуар пополнили спектакли американских авторов, дебаты о том, что считать истинно национальным продуктом — место действия, сюжет, танцы кантри или музыку,— продолжались еще не один сезон. Наиболее прозорливые теоретики объясняли: национальность — это стиль. Но в чем он состоит, сформулировать не могли. Это сделали своими балетами два выходца из России — Джером Роббинс, урожденный Рабинович, сын еврейских эмигрантов, и Георгий Баланчивадзе, с легкой руки Дягилева ставший Баланчиным.

В военном 1944 году на музыку, специально написанную Леонардом Бернстайном, Роббинс поставил камерный балетик "Матросы на берегу" (Fancy Free). Резонанс он вызвал невероятный и чуть ли не с премьеры был определен в разряд национальной классики. "Это великолепная комедия. В ней со знанием дела и абсолютно правдиво рассказывается о том, как живут люди в нашей стране",— резюмировали критики. Меж тем балет отнюдь не претендовал на широкий охват американской действительности. В сущности, это бытовая зарисовка: три матроса, получившие увольнительную, слоняются по ночному Нью-Йорку, заглядывают в бар, пьют пиво, кадрят девушек, затевают из-за них драку и опять пропадают в темноте ночных улиц. Однако балетмейстеру удалось так точно схватить их повадки, так живо передать характеры, так смачно переплести балетные па с буги-вуги, акробатику с блюзом, танец с бытом, трюки с актерской игрой, что бесхитростный "Fancy Free" казался воплощением всего американского: свободы, отваги, атлетизма, оптимизма — словом, всего наилучшего в наилучшей стране. Американский балетный театр бережно сохраняет балет в репертуаре, давая увольнительную все новым поколениям "матросов" (в свое время среди них был и Барышников), и периодически вывозит его на гастроли как национальное достояние. Вот и на этот раз "Матросы на берегу" венчают программу АВТ в Большом.

А открывает ее "Тема с вариациями" — совсем иная, нежанровая, ипостась национального стиля. Этот балет на музыку Чайковского Джордж Баланчин поставил для ABT в 1947-м, когда у него еще не было собственной труппы, и ничего труднее (по крайней мере, для ведущей пары солистов) с тех пор в классическом балете не появлялось. За 60 с лишним лет "Тему с вариациями" в ABT возобновляли пять раз — когда в труппе обнаруживались артисты, способные ее станцевать. В историю вошли те, для кого все это придумывалось — Алисия Алонсо и Игорь Юшкевич. Следующими — почти через 20 лет — стали Михаил Барышников и Джелси Кирклэнд.

"Тему с вариациями" американцы называют "одним из величайших бессюжетных балетов, который подводит итог искусству балета XIX века". Здесь иерархия императорского театра предстает слегка урезанной: восемь пар кордебалета, четыре пары корифеев, прима и премьер. Все они проходят через преображенные до неузнаваемости традиционные разделы балетного урока: простейшие батманы, маленькие и большие прыжки, вращения, адажио. В сущности — чистейшей воды классика, но классика, исполняемая в таком ошеломляющем темпе, с такими виртуозными комбинациями, таким рекордным количеством воздушных туров и пируэтов, что ничего похожего в других балетных странах не бывало. Эта трансформированная Баланчиным классика и стала основой американского стиля балетного танца.

Между двумя историческими сокровищами труппа представит два новейших балета. "Семь сонат" — балет для трех пар на музыку Доменико Скарлатти — поставил в 2009 году бывший художественный руководитель Большого, а ныне балетмейстер-резидент ABT Алексей Ратманский. В России эту его работу еще не видели. А "Тройку" — опус Бенжамена Миллепье на музыку Баха — не видели еще нигде в мире: бойфренд Натали Портман поставил этот балет специально для московских гастролей труппы и посвятил его Мстиславу Ростроповичу. Дирижеров американцы привозят своих — Чарльза Баркера и Дэвида Ламарша. Оркестр же будет российский — Московский государственный академический симфонический.

Большой театр, 29, 30, 31 марта, 19.00