С замороженным на юрлице

Законодатели упростили для банков выведение замороженных за рубежом активов в отдельное юрлицо. Согласно принятым поправкам, несогласные с реорганизацией акционеры теперь не смогут потребовать выкупить у них акции, а физлица — досрочно изъять свои средства. Для юрлиц, у которых на этих депозитах лежит более 10 трлн руб., право изъятия средств остается. Но юристы считают, что основные риски реорганизации для банков новые правила сняли.

Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ

Госдума утвердила во втором чтении поправки к закону, разрешающие подсанкционным банкам вывести в новое юрлицо замороженные в недружественных странах активы и пассивы в виде обязательств перед иностранными кредиторами.

В частности, исключается право акционеров, не согласившихся с реорганизацией, требовать выкупа их бумаг. Кроме того, право кредиторов—физлиц из дружественных стран требовать вернуть их средства сохраняется, только если предусмотрено договором. У юрлиц из дружественных стран осталось право потребовать средства в случае реорганизации. Ее срок продлевается до конца 2024 года.

По словам источника “Ъ” на банковском рынке, утвержденные положения стали компромиссом между банками и регулятором.

Банкиры просили возможности не возвращать досрочно депозиты как физлицам, так и юрлицам из дружественных стран, а ЦБ вообще был готов только на отказ в выкупе акций. Позицию банкиров на съезде Ассоциации банков России (АБР) в мае представил зампред правления ВТБ Дмитрий Пьянов (см. “Ъ” от 29 мая). Тогда же зампред ЦБ Ольга Полякова сообщила, что закон и без поправок работает, один из системно значимых банков уже прошел процедуру.

Вместе с тем, согласно опубликованной отчетности на 1 июня, размеры депозитов юрлиц в подсанкционных банках весьма внушительные. Так, у ВТБ они оцениваются в 4 трлн руб., у Сбербанка — в 3,4 трлн руб., у других кредитных организаций — более 3 трлн руб. Выделить, сколько приходится на компании из дружественных стран и, соответственно, может быть предъявлено для досрочного возврата, не представляется возможным.

По оценке независимого эксперта Ольги Ульяновой, в целом по системе объем замороженных активов не превышает 5–7% от общих активов, но в отдельных банках пропорция может быть существенно выше.

«Реорганизация и вывод замороженных зарубежных активов с основных балансов банков позволит этим банкам очистить результаты своей операционной деятельности от влияния разовых форс-мажорных факторов, а также гибче и свободнее применять к выведенным активам механизмы их возврата или монетизации, в том числе и такие механизмы, которые в повседневной банковской деятельности обычно не используются»,— поясняет она.

Эти механизмы, по словам эксперта, могут включать схемы обмена, перепродажи на внебиржевом рынке, конвертации и прочее. Господин Пьянов ранее отмечал, что процедура снятия с баланса заблокированных активов и обязательств может оказать существенное положительное влияние на капитал ВТБ и речь идет «о сотнях миллиардов рублей».

Установленная в законе схема предполагает создание SPV (special purpose vehicle), которой будут передаваться замороженные активы, за счет которых планируется гасить долги перед нерезидентами.

По словам партнера Akderli Legal Даниила Акдерли, «законодатель выбрал реорганизацию для "сброса" замороженных активов неспроста: передавать обязательства, права и целые договоры с нерезидентами по отдельности достаточно долгий процесс, а также сложнореализуемый, так как требует согласие таких нерезидентов».

Основные риски для банков, связанные с требованиями акционеров по выкупу их акций и требованиями кредиторов по досрочному исполнению обязательств на случай реорганизации, принятые поправки нивелируют. По словам господина Акдерли, остается только один существенный риск — дополнительные штрафы и ограничения в отношении банков за предполагаемый обход санкций, на основании которых активы были заморожены.