Международная экономическая интеграция и проект "экономический пояс Шелкового пути"

Цветкова Н.Н.*

МЕЖДУНАРОДНАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ИНТЕГРАЦИЯ И ПРОЕКТ «ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ПОЯС ШЕЛКОВОГО ПУТИ»

N. Tsvetkova**

INTERNATIONAL ECONOMIC INTEGRATION AND THE PROJECT OF «THE ECONOMIC BULLETIN OF THE SILK ROAD»

Аннотация: задача статьи состоит в том, чтобы рассмотреть проект ЭПШП с точки зрения теоретических предпосылок развития региональной экономической интеграции, в контексте процессов международной экономической интеграции. Анализируется географическая структура экспорта и импорта КНР на 2016 г. и место в ней России, стран Центральной Азии и других стран СНГ.

Ключевые слова: предпосылки региональной экономической интеграции, Китай, Россия, Центральная Азия, экспорт, импорт

Abstract: The aim of the article is to consider the Economic Belt of the Silk Road project from the point of view of theoretical prerequisites of regional economic integration in the context of actual processes of international economic integration. The geographical structure of exports and imports of China is analyzed, and the place of Russia and Central Asia in it is shown.

Key words: prerequisites of regional economic integration, China, Russia, Central Asia, exports, imports.

т-» и и и и

Важной чертой современной мировои экономики стали рост взаимозависимости экономики разных стран, развитие интеграционных процессов. Регионализацию определяют как хозяйственное сближение стран на региональной основе, принимающее форму экономической интеграции [2, с. 377], в основе которого лежат глубокие и устойчивые связи между предприятиями этих стран.

Существуют разные подходы к оценке места региональной интеграции и ее соотношения с глобализацией. В экономической литературе некоторые авторы противопоставляют региональную интеграцию глобализации, другие, например, Н.Н. Ливенцев, справедливо утверждают, что регионализация -важный компонент глобализации, а не ее сегментация [2, с. 382]. Региональная интеграция приобретает в условиях глобализации все большее значение. Страны развивают торговое, экономическое сотрудничество не равномерно со всеми подряд, а, нередко, прежде всего с соседними странами. Хотя это и не всегда так: многие страны Африки, например, были ориентированы в своей внешней торговле на развитые страны, прежде всего западноевропейские, оттуда же они в основном получали помощь и прямые иностранные инвестиции. Региональная интеграция призвана способствовать созданию

Международная экономическая интеграция и проект «Экономсческий пояс Шелтового чути»

более емкого, чем рынки отдельных стран, общерегионального рынка, повысить привлекательность стран объединения для иностранных инвестиций, давая возможность осуществления крупномасштабных проектов.

п Ч и

В отечественной экономической литературе выделяются условия и предпосылки развития международной экономической интеграции. Это 1) «уровень экономического развития стран; 2) интеграция развивается более успешно тогда, когда экономика стран находится на подъеме; 3) географическая близость стран участниц; 4) политическая воля руководства интегрирующихся стран; 5) создание уже на первых порах структур, которым страны постепенно должны передавать, делегировать отдельные полномочия, инструменты для их осуществления; 6) создание инициирующего центра из одного-двух государств, которые должны сплачивать страны-партнеры; 7) демонстрационный эффект; 8) эффект домино» [1, с. 21].

Н.Н. Ливенцев подчеркивает, что интегрирующиеся страны должны обладать сходным уровнем развития и зрелости рыночной экономики. Еще одним условием может являться не просто географическая близость, но наличие исторически сложившихся экономических отношений. Третьим фактором он называет «назревание в группе стран экономических проблем, решение которых требует совместных усилий» [2, с. 380]. Еще нередко говорят о важности наличия культурно-исторической общности (например, общего европейского наследия).

Оценивая каждый проект региональной интеграции, следует, прежде всего, анализировать существующие для него предпосылки. Вместе с тем, не следует абсолютизировать их значение. За исторической и географической общностью может скрываться история войн и конфликтов (тех же Германии и Франции, сегодня тесно сотрудничающих). Географическая близость может быть сведена «на нет» отсутствием транспортной инфраструктуры. Многие страны Африки имели с колониальных времен хорошие дороги, которые вели в порты, для экспорта и импорта товаров метрополии, но отсутствуют дороги для связей с соседними странами.

Даже наличие общей истории (она может интерпретироваться по-разному, пример тому - отношения России и Украины), тесной промышленной кооперации (пример тех же России и Украины) не является залогом развития интеграции. Важнейшей предпосылкой для успешного развития региональной экономической интеграции выступает политическая воля государств-участников.

Региональная интеграция развивается на макроуровне: это создание межгосударственных интеграционных объединений - таких, как Евросоюз, АСЕАН и т. д., и на микроуровне, в этом случае речь идет о сотрудничестве предприятий, прямых иностранных инвестициях и неакционерных формах организации международного производства, глобальных цепочках стоимости. Высокая доля взаимной торговли электронными компонентами (79% в 2013 г.) в регионе Восточной и Юго-Восточной Азии свидетельствует об углублении региональной интеграции на уровне микроэкономики, о расширении сотрудничества

предприятий, о развитии подетального, постадийного разделения труда, производственной кооперации предприятий, хотя она и не всегда вписывается в рамки региональных объединений (АСЕАН, Китай+АСЕАН (КАФТА), Южная Корея+АСЕАН) (из них исключен Тайвань). Существует тесная интеграция КНР и стран Восточной и Юго-Восточной Азии на уровне микроэкономики, глобальных цепочек стоимости по производству товаров ИКТ.

К середине 2010-х гг. резко интенсифицировались процессы региональной экономической интеграции. На повестку дня было поставлено создание мега-группировок. Например, Трансатлантического торгового и инвестиционного партнерства (ТТИП) с участием США, с одной стороны, и Евросоюза -с другой. В Евросоюзе достигнут наиболее высокий уровень интеграции: взаимный экспорт в 2014 г. составил порядка 2/з от всего экспорта, высокой была и доля взаимных инвестиций. К мега-проектам и по числу участников, и по их доле в мировом ВВП и, особенно, в мировом населении может быть отнесен и проект Регионального всеобъемлющего экономического партнерства (РВЭП) между 16 потенциальными участниками: 10 странами АСЕАН, а также Японией, Южной Кореей, Австралией, Новой Зеландией, Китаем и Индией. Переговоры о его создании продолжаются. Это проект с участием Китая.

Но есть в АТР и другие проекты, участие Китая в которых не предусматривалось. В 2016 г. был подписан договор о создании Транстихоокеанского партнерства (ТТП) с участием 12 стран: США, Японии, Австралии, Новой Зеландии, Сингапура, Брунея, Вьетнама, Малайзии, Канады, Мексики, Чили, Перу. Такой показатель, характеризующий реально достигнутый уровень региональной интеграции, как доля взаимного экспорта в общем экспорте составил в 2014 г. у 12 стран, вошедших в ТТП, - 47,5%, это означает, что между странами уже существуют достаточно развитые экономические связи. Для сравнения: доля взаимного экспорта у стран АСЕАН (в нее входят Сингапур, Малайзия, Филиппины, Индонезия, Бруней, Таиланд, Мьянма, Вьетнам, Камбоджа, Лаос) в 2014 г. составляла 25,3%. На взаимный экспорт стран-членов СААРК (Ассоциации регионального сотрудничества стран Южной Азии -Индии, Пакистана, Непала, Бутана, Бангладеш, Шри-Ланки, Мальдивских островов и Афганистана) приходилось только 6,7% [3, с. 54].

С 2017 г. обозначились проблемы в развитии региональной интеграции. Немалые трудности переживает сегодня Евросоюз: это проблемы, связанные с предстоящим выходом из него Великобритании, миграционный кризис. Кризисные явления в Евросоюзе опровергают положения о двух предпосылках, которые называются важными и даже критичными для успешного развития региональной интеграции, - наличии в организации страны гегемона (в ЕС на эту роль претендует Германия), и о необходимости деятельности развитых наднациональных институтов (чье развитие в ЕС достигло апогея).

Транстихоокеанское партнерство (ТТП) называли «регионализмом XXI в., в котором повысилось значение таких категорий, как торговля - инвестиции - услуги - защита интеллектуальной собственности, глобальные цепочки

Международн ая якономи пеская интеграция и проект «Экономкческий пояс Шентовего пути»>

создания стоимости, в то время как регионализм ХХ в. ограничивался, прежде всего, созданием зон свободной торговли.

Однако одним из первых указов президента США Дональда Трампа стал указ о выходе США из Транстихоокеанского партнерства. Неравномерность в распределении доходов в США была ключевым вопросом в дебатах президентской кампании в 2016 г. Трамп дал обещания способствовать возвращению в США рабочих мест и выйти из договора о ТТП. Он выполнил последнее обещание притом, что другие свои обещания, например, о нормализации отношений с Россией, отнюдь не стал выполнять. Результатом стало закрепление нового изоляционизма США. Без США соглашение о ТТП оказалось в подвешенном состоянии. Чтобы оно вошло в силу, его должны ратифицировать 6 стран, на которые приходится не менее 85% ВВП всех стран ТТП (без США это невозможно). Необходим пересмотр условий соглашения [7].

Застопорились и переговоры о Трансатлантическом торговом и инвестиционном партнерстве (ТТИП) (планируемое соглашение о свободной торговле между Европейским Союзом и США).

Но процессы развития межрегиональной интеграции продолжаются. В 2016 г. было подписано соглашение о создании Зоны свободной торговли Канада - Евросоюз [4].

В июле 2017 г. было объявлено о заключении соглашения о Зоне свободной торговли между Японией и Евросоюзом. Соглашение предусматривает существенное снижение таможенных пошлин, сотрудничество в вопросах стандартизации и взаимное открытие для компаний из стран ЕС доступа к тендерам на государственные закупки в Японии и наоборот. Япония ожидает снижения пошлин на экспорт автомобилей в ЕС, а европейские импортеры -снижения импортных пошлин на вино, сыр, молочные продукты. Снижение тарифов начнется после окончательного подписания соглашения и будет проходить постепенно на протяжении 15 лет. Соглашение должно вступить в силу в начале 2019 г. [9].

Пока ратифицировали соглашение о ТТП только Япония и Новая Зеландия. Однако не исключено, что проект ТТП сохранится и без участия США, место лидера в нем не прочь занять Япония. На совещании 11 стран «на полях» АТЭС в ноябре 2017 г. были согласованы основные элементы нового соглашения. В январе 2018 г. была достигнута договоренность, что переговоры по новой версии ТТП пройдут в марте 2018 г. в Чили [10].

Долгое время проект Транстихоокеанского партнерства подспудно предусматривал принцип - «против кого дружить будем?» Разумеется, этот принцип официально не декларировался. Однако и Китай, и Индия, и Россия остались в стороне от этого интеграционного проекта. В январе 2017 г. Трамп вышел из ТТП, буквально «хлопнув дверью». Хотя до выхода США из ТТП многие исследователи сходились во мнении, что проект ТТП отвечает прежде всего интересам крупнейших американских ТНК. Статьи договора предусматривают, например, механизм урегулирования споров между инвестором и принимающим государством. ТНК вправе подать в суд на государство,

в котором расположен ее филиал, если это государство приняло законы об экономическом регулировании (о лицензиях, об экологических требованиях, о валютных ограничениях, об ограничениях импорта), в результате действия которых филиал ТНК будет нести убытки. Решать же вопрос должен будет арбитражный суд. Естественно эти правила дают большой простор для действий ТНК, которые могут вести судебное преследование государственных органов за почти любые меры (а в их распоряжении находятся весьма опытные юристы) [7].

В число статей ТТП входят и статьи об ограничении недобросовестной конкуренции со стороны государственных торговых компаний. Они, естественно не выгодны КНР, в экономике и внешней торговле которой большую роль играют государственные компании. Статья о государственных закупках содержит требование о равном допуске к тендерам компаний всех стран-членов партнерства. Хотя трудно себе представить, чтобы контракт на поставки Пентагону получила российская или китайская компания. Большое внимание уделяется в ТТП защите прав интеллектуальной собственности (читай: патентов крупнейших ТНК). Сейчас стали говорить о возможности привлечения Китая в ТТП. Однако выгодно ли это соглашение для Китая?

Таков международный контекст развития региональной экономической интеграции. В условиях, когда формируются мега-блоки, страны, оставшиеся в стороне от этих трансрегиональных и внерегиональных интеграционных группировок, еще больше заинтересованы в объединении, пусть и не в столь совершенной форме. На фоне создания мега-группировок с участием развитых стран Китай активизирует свои интеграционные проекты, и в том числе проект «Экономический пояс Шелкового пути».

Любопытно, Э. Петерсен и П. Лодисина (эксперты консультационной компании АТ Керни) рассматривают создание ТТП и ТТИП как важный составной элемент глобализации. А вот переговоры по созданию Всестороннего регионального экономического партнерства (ВРЭП), усиление ШОС, в которую вступили новые члены, и создание Азиатского банка инфраструктурных инвестиций они оценивают как проявление поляризации мировой экономики, рост экономического национализма со стороны КНР [8]. И здесь налицо двойные стандарты!

Китай - ведущий мировой экспортер (2 трлн долл. в 2016 г., уже при снижении экспорта). Одним из основных внешнеторговых партнеров для Китая является Евросоюз, поэтому наличие налаженных сухопутных и морских перевозок с Европой чрезвычайно важно для КНР.

Основными торговыми партнерами Китая по экспорту в 2016 г. были развивающиеся страны (52% экспорта товаров), и в первую очередь развивающиеся страны Восточной и Юго-Восточной Азии (соответственно 20,4% и 12,2% экспорта), и развитые страны (47% экспорта), среди последних - США (крупнейший торговый партнер, 18,4% экспорта), развитые страны Европы (16,5% экспорта). Такая же географическая структура была характерна и для импорта КНР: 49% импорта поступало из развивающихся

Международная эсономическаэ интеграция и проект «Экономкческий пояс Щитового пути»и

стран, 41,9% - из развитых стран (кроме того, может иметь место «неклассифицированный» импорт и экспорт) (подсч. по рис. 1).

Рисунок 1

Экспорт и импорт КНР, 2016 г.

Составлено по: Merchandise trade matrix - product groups, exports in thousands of dollars, annual, 19952016; Merchandise trade matrix - product groups, imports in thousands of dollars, annual, 1995-2016. http://unctadstat.unctad.org/wds/TableViewer/tableView.aspx

На все переходные страны (включая СНГ и страны Юго-Восточной Европы, не входящие в Евросоюз - Сербию, Черногорию, Албанию и т. д.) в 2016 г. приходилось по 3% экспорта и импорта Китая. Доля России в экспорте Китая составляла 1,8%, в импорте - 2,0%. Однако и импорт из РФ в КНР и экспорт КНР в РФ многократно превышали соответствующие показатели стран СНГ.

Импорт в КНР из Туркменистана в 2016 г. составлял 5,5 млрд долл., Казахстана - 4,8 млрд долл., Украины - 2,6 млрд долл., Узбекистана - 1,6 млрд долл. У Беларуси, Азербайджана, Кыргызстана, Грузии, Армении, Молдовы импорт

из КНР был ниже 1 млрд долл.

Рисунок 2

Экспорт КНР в страны постсоветского пространства и импорт КНР из этих стран, 2016 г.

Составлено по: Merchandise trade matrix - product groups, exports in thousands of dollars, annual, 19952016; Merchandise trade matrix - product groups, imports in thousands of dollars, annual, 1995-2016. http://unctadstat.unctad.org/wds/TableViewer/tableView.aspx

Экспорт КНР в РФ достиг в 2016 г. 37,3 млрд долл., в Казахстан -8,3 млрд долл., в Кыргызстан - 5,6 млрд долл., в Украину - 4,2 млрд долл., в Узбекистан - 2 млрд долл., в Таджикистан - 1,7 млрд долл. Сегодня трудно (скорее, невозможно) найти на рынке которой не продавались бы китайские товары. Тем более что на рынках стран с невысоким ВВП на душу населения могут сбываться те товары, которые невозможно было бы продать на рынках богатых стран. Для Китая процентная доля рынков стран постсоветского пространства в официальном экспорте минимальна (есть еще и «серый» импорт). Но для принимающих стран эта торговля весьма значима. Есть заинтересованность в сотрудничестве с этими странами и у КНР.

Для контрагентов КНР доля Китая во внешней торговле была более значительна, чем торговли с ними для самого Китая. В Китай в 2016 г. направлялось

Международная экономическая интеграция и проект «Экономсческий пояс Шелтового чути»

49% экспорта Туркменистана, 11,4% - Казахстана, 9,8% - России, 8,1 - Грузии, 7,1 - Кыргызстана, 4,9% экспорта Украины и 1% экспорта Молдовы (подсч. по рис. 3).

Рисунок 3

Экспорт товаров, в т. ч. экспорт в КНР, 2016 г. (млрд долл.).

Составлено по: Merchandise trade matrix - product groups, exports in thousands of dollars, annual, 19952016; Merchandise trade matrix - product groups, imports in thousands of dollars, annual, 1995-2016. http://unctadstat.unctad.org/wds/TableViewer/tableView.aspx

Маршрут Нового Шелкового пути, идущий в Западную Европу, имеет значение, прежде всего, для транспортировки китайских товаров на этот важный рынок сбыта (16,5% экспорта товаров из Китая). Страны постсоветского пространства не являются для Китая крупными экспортными рынками: даже на Россию в 2016 г. приходилось только 1,8% экспорта товаров из КНР, а экспорт КНР в страны Центральной Азии, Украину, Беларусь многократно ниже. Однако думается, что Китай не пренебрегает никакими рынками сбыта своих товаров. Важную роль в проекте ЭПШП играют геополитические соображения, создание и закрепление сфер влияния, а также использование промышленного потенциала Китая (недогруженных производственных мощностей), аккумулированного им опыта (например, строительства скоростных железнодорожных магистралей) в зарубежных проектах для расширения своих позиций в странах Центральной Азии, Закавказья, всего постсоветского пространства.

Предпосылки для осуществления проекта региональной интеграции ЭПШП имеются: это, прежде всего, политическая воля стран-участниц (хотя у ряда партнеров Китая и наличествуют определенные опасения). Есть и материальные предпосылки - возможность инвестиций, например, через Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, аккумулированные Китаем технологии, оборудование, производственные ресурсы. Есть демонстрационный эффект -успехи Китая для стран Центральной Азии, да и для России.

Значение проекта ЭПШП состоит и в том, что, хотя важной предпосылкой региональной экономической интеграции считается территориальная близость стран-участниц, сближает страны не столько географическое соседство, сколько хорошая транспортная инфраструктура.

Литература / References

1. Мантусов В.Б. Международная экономическая интеграция в современных мирохозяйственных отношениях. М: Юнити - Дана, 2011.

2. Международные экономические отношения. Под ред. Н.Н. Ливенцева, М.: Проспект, 2008.

3. Цветкова Н.Н. Новые тенденции в глобализации: регионализация и усиление протекционизма // Труды Института востоковедения РАН, Вып. 4: Экономические, социально-политические, этно -конфессиональные проблемы афро-азиатских стран /отв. ред. выпуска О.П. Бибикова, Н.Н. Цветкова. М.: ИВ РАН, 2017.

4. EU and Canada sign Ceta free trade deal. https://www.theguardian. com/ business/2016/oct/ 30/eu-canada-sign-ceta-free-trade-deal-trudeau-juncker/ (дата обращения: 10.03.2017).

5. Merchandise trade matrix - product groups, exports in thousands of dollars, annual, 1995-2016; http://unctadstat.unctad.org/wds/TableViewer/table View.aspx

6. Merchandise trade matrix - product groups, imports in thousands of dollars, annual, 1995-2016. http://unctadstat.unctad.org/wds/TableViewer/table View.aspx

Международн ая якономи пеская интеграция и проект «Экономкческий пояс Шентовего пути»>

7. New Life for the TPP? https://thediplomat.com/2017/05/new-life-for-the-tpp/ (дата обращения: 10.10.2017).

8. Peterson E.R., Laudicina P.A. Global Business Policy Council, A.T. Kearney. From Globalization to Islandization. https://www. atkearney.com/gbpc/thought-leadership/detail/-/asset_publisher/03 JmqNRaRZj 7/content/from-globalization-to-islandization/10192/ (дата обращения: 10.03.2017).

9. The Japan-EU deal is a political win for Abe and a repudiation of Trump-style protectionism. By A. Fensom. July 08, 2017. with-eu-deal-japan-sends-powerful-message-on-free-trade/ (дата обращения 10.10.2017).

10. Trans-Pacific Partnership revived after 11 nations agree to trade deal - without US. https://www.theguardian.com/world/2018/jan/24/trans-pacific-partnership-revived-after-11-nations-agree-to-trade-deal (дата обращения: 27.01.2018).