Изменения в уголовной политике в связи с проблемами обеспечения безопасности интернет-пространства

Уголовное право и уголовный процесс

28. Архив Ленинградского областного суда. Определение от 27 февраля 2013 г. N° 22-463/2013.

29. Архив Ленинградского областного суда. Определение от 24 января 2013 г. № 22-182/2013.

30. Архив Санкт-Петербургского городского суда. Определение от 6 июня 2012 г. № 222610/2012.

31. Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 26 июня 2014 г. № 5-АПУ14-23 на приговор Московского городского суда от 6 декабря 2013 г. // КонсультантПлюс.

32. Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 23 апреля 2014 г. № 34-АПУ14-6 на приговор Мурманского областного суда от 12 февраля 2014 г. // КонсультантПлюс.

УДК 343.2/.7 Н.Ш. Козаев*

Изменения в уголовной политике в связи с проблемами обеспечения безопасности интернет-пространства

В статье рассматриваются некоторые проблемы обеспечения общественной безопасности, обусловленные развитием современных информационных технологий, и роли уголовной политики государства в предупреждении преступлений совершаемые с помощью сети Интернет.

Ключевые слова: уголовная политика, информация, Интернет, уголовно-правовая охрана, уголовная ответственность.

N.S. Kozaev*. Changes in the Criminal Policy as a result of Internet Security Insuring Problems.

The article considers some problems of public security due to development of modern information technologies, and the role of the criminal policy of the state in the prevention of crimes committed using the Internet.

Keywords: criminal policy; information; Internet; criminal-legal protection; criminal responsibility.

Уголовная политика - явление многомерное и неоднозначное. Однако ее общая концепция на современном этапе может быть определена как обеспечение безопасности личности, государства, социума. В качестве основных средств раскрытия социальной сущности уголовной политики могут рассматриваться: достижение разумного баланса между гуманизацией технологий наказания, иных мер уголовно-правового реагирования и достижением социальной справедливости; усиление превентивного потенциала уголовно-правовых норм.

Разумеется, уголовная политика не может оставаться статичной, поскольку с внедрением новых технологий и стереотипов поведения требуется качественный пересмотр уголовно-правовой оценки преступных деяний, а также тех деликтов, которые в создавшихся условиях приобретают признаки криминала.

Одним из ключевых направлений обеспечения правопорядка на текущем этапе является проблема информационной безопасности. Как обоснованно отмечает А.И. Васильев, «информационные технологии принципиально изменили объем и важность информации, обращающейся в технических средствах, ее передачи и обработки» [2], что в условиях устранения государственной монополии на информационные ресурсы и свободной реализации конституционного права граждан на поиск, получение и распространение информации требует обнаружения путей минимизации злоупотреблений в данной сфере уголовно-правовыми средствами.

С развитием новых каналов распространения информации все больше преступлений совершается с использованием сети Интернет. Посмотрим, как отразилось это на конструкциях соответствующих составов преступлений и в целом на тексте УК РФ.

Вполне закономерным в этой связи было появление новых составов и пересмотр уже имеющихся. Так, ст. 1853 «Манипулирование ценами на рынке ценных бумаг» была введена Федеральным законом от 30 октября 2009 г. № 241-ФЗ, однако уже в июле 2010 г. ее редакция подверглась кардинальной корректировке. Существенно была расширена объективная сторона данного деяния, что отразилось и в заголовке. Об этом свидетельствует избрание формулировки «манипулирование рынком» и достаточно подробное раскрытие в диспозиции статьи способов и последствий совершения преступления. Признак использования при этом средств массовой информации, в т.ч. электронных, информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет), являвшийся в начальной редакции квалифицирующим, перекочевал в основной состав. В 2011 г. Федеральным законом от

* Козаев, Нодар Шотаевич, докторант, Краснодарский университет МВД России, кандидат юридических наук, доцент. Адрес: Россия, 350005, г. Краснодар, ул. Ярославская, 128. Тел. моб.: 8-903-484-99-78. E-mail: nkosaev@mail.ru.

* Kozaev, Nodar Shotaevich, person working for doctor's degree, Krasnodar Russia Internal Affairs Ministry University, Candidate of Law Sciences, Associate Professor. Address: Russia, 350005, Krasnodar, Yaroslavskaya str., 128. Tel.: 8-903-484-99-78. E-mail: nkosaev@mail.ru

© Козаев Н.Ш., 2015

Козаев Н.Ш. Изменения в уголовной политике в связи с проблемами обеспечения безопасности.

11 июля 2011 г. № 200-ФЗ вновь внесены изменения, которыми из формулировки «электронные, информационно-телекоммуникационные сети общего пользования» исключены последние два слова, дабы обеспечить соответствие терминологии вновь принятого ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации». Согласно ФЗ от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ, санкции ч. 1 и ч. 2 статьи дополнены наказанием в виде принудительных работ с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, а в санкции ч. 2 также существенно увеличена максимально возможная сумма штрафа.

В июле 2011 г. была введена ст. 1712 «Незаконные организация и проведение азартных игр» [6], а в ноябре 2012 г. - ст. 1596 «Мошенничество в сфере компьютерной информации» [7]. Обе статьи предусматривают возможность совершения указанных деяний с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети Интернет.

В целях более прицельной защиты общества от наркоугрозы Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ в текст УК РФ введена новая ст. 2281. В марте 2012 г. статья подверглась ревизии, в особенности в части квалифицирующих признаков, среди которых появилось указание на использование средств массовой информации либо электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет) с установлением весьма серьезного наказания с верхним пределом 12 лет лишения свободы. Подобные изменения данной статьи имеют под собой серьезную криминологическую основу. Дело в том, что преступления, представляющие ядро незаконного оборота наркотиков, и ранее характеризовались как экстерриториальные и транснациональные, а возможности Интернета и вовсе стерли все границы. И речь идет не только о собственно сбыте наркотиков, но и об их популяризации и пропаганде. Поэтому считаем, жесткие санкции здесь как никогда обоснованы.

Изготовление и оборот порнографических материалов или предметов, в т.ч. с привлечением к этому несовершеннолетних, является еще одной острой социальной проблемой современного общества. И, как и в случае с незаконным оборотом наркотиков, Интернет широко используется криминальными структурами для распространения соответствующих контентов. Законодатель отреагировал на это конструированием квалифицированных составов. Считаем, что изменения, внесенные в ст. 242, 2421 УК РФ Федеральным законом от 29 февраля 2012 г. № 14-ФЗ, а также введение этим же законом новой ст. 2422 следует оценить положительно, хотя отметим и значительное запаздывание правовой реакции на это, и многие другие негативные социальные явления, которые предстают в новых формах благодаря внедрению в общественную жизнь информационно-коммуникационных технологий.

В этой связи следует все же отдать должное отечественному правотворцу в его достаточно оперативной оценке подъема националистических настроений и попыток «переписать историю», что в последние годы проявлялось не только в отдельных акциях распоясавшихся молодчиков, но и в заявлениях и позициях официальных лиц некоторых иностранных государств. Последней каплей в череде данных нелицеприятных фактов явились события в Украине, внешне выглядящие как борьба за национальное самоопределение, но на деле являющиеся банальным дележом власти и сфер влияния, подогреваемым западом в своих интересах. Как ответ на эти вызовы, Федеральным законом от 5 мая 2014 г. № 128-ФЗ в УК РФ введена новая статья 3541 «Реабилитация нацизма», где в качестве квалифицирующего признака указано использование средств массовой информации. Но уже сейчас очевидно, что данная формулировка должна быть дополнена словами «и (или) информационно-телекоммуникационных сетей (в том числе сети Интернет)», как это сделано в диспозиции вновь вводимого тем же законом состава административного правонарушения, сходного по объективной стороне, а также в ранее проанализированных статьях УК РФ. Наша позиция объясняется просто: гражданские войны могут вестись не только на полях сражений, но и в Интернет-пространстве, только здесь количество «бойцов» гораздо больше, и именуются такие войны информационными.

Аналогичным образом следовало бы скорректировать и формулировки ч. 2 ст. 1281 ч. 1 и 3 ст. 137, ч. 2 ст. 2052, ч. 2 ст. 280, ч. 2 ст. 354 УК РФ, где упоминаются средства массовой информации, но - намеренно или случайно - упущены информационно-телекоммуникационные сети и Интернет.

Между тем, современные технологии не только меняют общественную жизнь, но и сами, являясь частью сложной синергетической системы, трансформируются. Расширяются их функционал и значение. Так, компьютерная техника (ранее именовавшаяся ЭВМ) изначально созданная для проведения сложных вычислений и обработки больших объемов информации, теперь служит помимо этого и средством формирования информационных баз, но самое главное - средством коммуникации. Подавляющее большинство частных и корпоративных компьютеров подключено к локальным и виртуальным сетям, а также к всемирной сети Интернет. Пример реакции уголовного закона на подобные изменения мы наблюдаем в ст. 274 УК РФ, которая была существенно переработана по сравнению с первоначальной редакцией [8]. Отметим также, что санкция части первой дополнена наказанием в виде лишения свободы. Думается, что законодатель тем самым хотел подчеркнуть значимость для современного общества процессов хранения, обработки или передачи компьютерной информации, а также использования информационно-телекоммуникационных сетей и оконечного оборудования. Между тем считаем, что мера наказания в виде лишения свободы в данном случае, пусть даже и на небольшой срок, не может рассматриваться как эффективное средство воздействия на преступника. Более перспективными в этом отношении представляются такие наказания, как штраф и различные виды работ, а среди иных мер уголовно-правового воздействия - конфискация.

Уголовное право и уголовный процесс

Анализируя все вышеприведенные составы, мы пришли к выводу, что не всегда корректно (исходя из контекста диспозиций норм) определено соотношение сети Интернет со средствами массовой информации. Так, например, в ст. 1853, 242, 2421 УК РФ законодатель использует формулировку «средства массовой информации, в том числе электронные, информационно-телекоммуникационные сети (включая сеть «Интернет»), что в буквальном прочтении означает отнесение всех информационно-телекоммуникационных сетей к СМИ, а это входит в противоречие с законодательством о СМИ [9]. В другом случае (ст. 2281 УК РФ), понятия «средства массовой информации» и «электронные, информационно-телекоммуникационные сети (включая сеть «Интернет»)» разделяются (различаются) путем использования союза «либо». Надо признать, что оба случая неудачны. Очевидно, что Интернет - это сетевое средство коммуникации, но всемирная востребованность его как канала распространения информации дает повод относить его к СМИ [5, с. 23-25; 4; 3; 1, с. 221-227]. Этот подход, в частности, взяли на вооружение такие страны, как США, Казахстан, Финляндия. В России долгое время вопрос о правовой регламентации размещения информации в сети Интернет вообще обходился стороной, а брешь в праве латали посредством применения судейского усмотрения, которое не было единообразным вплоть до 2010 г., когда было принято Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2010 г. № 16 «О практике применения судами Закона РФ «О средствах массовой информации». Из его положений ясно следует, что к СМИ можно относить (и, следовательно, распространять соответствующую правовую регламентацию) лишь на те Интернет-ресурсы, которые в добровольном порядке зарегистрированы в качестве таковых. Добавим также, что не всё, что размещается в сети Интернет, носит открытый для всех характер (например, часть блогосферы и личная переписка, скрытые настройками приватности).

Учитывая сказанное выше и возвращаясь к тексту Особенной части УК РФ, считаем уместным в ст. 1596, 1712, 1853, 2281, 242, 2421, 2422, 274, 3541 УК РФ, где есть прямое указание на использование сети Интернет в преступных целях, либо таковое подразумевается, унифицировать формулировки и после слов «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей» через запятую включить вербальную конструкцию «а равно сети Интернет». Аналогичным образом, как мы считаем, следует поступить и со статьями УК РФ, где объективная сторона предполагает незаконные манипуляции с информацией, осуществляемые в СМИ. Так, ч. 2 ст. 1281 и ч. 1 ст. 137 УК РФ после слов «или средствах массовой информации» и части вторые ст. 280, 2052, 282, 354 после слов «с использованием средств массовой информации» требуют дополнения формулировкой «а равно сети Интернет». Тем самым мы подчеркнем относительную уникальность данного информационного канала, но в то же время отразим его телекоммуникационную сущность и не будем опровергать возможность при соблюдении ряда условий отнесения к СМИ.

В качестве вывода отметим, что масштабный захват информационного пространства представителями различных криминальных кругов, лавинообразное распространение запрещенных контентов и активное паразитирование на социальных болезнях общества требуют от уголовной политики более внимательного и своевременного реагирования на подобные тенденции. И сегодня наряду с криминализацией ряда деяний мы можем наблюдать усиление репрессивных мер в тех случаях, когда речь идет о реализации противоправных целей посредством использования телекоммуникационных сетей. Конечно, государство не может препятствовать развитию информационных технологий, но оно имеет возможность, в т.ч. и уголовно-правовыми средствами, противодействовать нарушению прав граждан и созданию опасности самой государственности и конституционному строю иным путем - путем предоставления повышенной защиты этим благам.

Список литературы

1. Беглова, О. А. Регулирование распространения информации через Интернет: перспективы в России // Известия вузов. Правоведение. - 2010. - № 6. - С. 221-227.

2. Васильев, А. И. Система национальной безопасности Российской Федерации : Конституционно-правовой анализ : дис. ... докт. юрид. наук. - СПб., 1999. - 340 с.

3. Наумов, В. Б. Правовое регулирование распространения информации в сети Интернет : дис. ... канд. юрид. наук. - СПб., 2003. - 165 с.

4. Рассолов, И. М. Право и Интернет: теоретические проблемы / 2-е изд., доп. - М., 2009. - 384 с.

5. Широкова, Е. К. Правовая природа распространения информации в сети Интернет: СМИ или не СМИ // Арбитражная практика. - 2009. - № 10. - С. 23-25.

6. Федеральный закон от 20 июля 2011 г. № 250-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. - 2011. - № 30 (ч. 1). - Ст. 4598.

7. Федеральный закон от 29 ноября 2012 г. № 207-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. - 2012. - № 49. - Ст. 6752.

8. Федеральный закон от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ (в ред. от 28 декабря 2013 г.) «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. - 2011. - № 50. - Ст. 7362.

9. Закон РФ от 27 декабря 1991 г. № 2124-1 (в ред. от 2 июля 2013 г.) «О средствах массовой информации» // Ведомости СНД и ВС РФ. - 1992. - № 7. - Ст. 300.