Парадигматика "Запад Восток" и античная Грузия

Гурам ЛОРДКИПАНИДЗЕ

Доктор исторических наук, профессор Тбилисского государственного университета

им. Иванэ Джавахишвили, член-корреспондент Национальной академии наук Грузии

(Тбилиси, Грузия).

ПАРАДИГМАТИКА «ЗАПАД - ВОСТОК» И АНТИЧНАЯ ГРУЗИЯ

Резюме

Проблемы культурной и политической ориентации Грузии рассматриваются с точки зрения противостояния западной и восточной цивилизаций в период с VI века до н.э. по IV век н.э.

На основе изучения письменных источников (национальная хроника, гре-

ко-римские авторы) и археологических данных показано геополитическое значение страны, расположенной на стыке Европы и Азии, у перекрестка важнейших коммуникаций.

Достаточно остро стоит вопрос и о цивилизационной принадлежности Грузии, культурная ориентация которой не

всегда совпадала с ее политическими интересами; при столкновении Запада с Востоком ее территория зачастую становилась театром военных действий. Каждая очередная разоряющая страну

волна завоеваний (монголы составляют исключение) сопровождалась, как правило, идеологическим воздействием; в стране распространялись чуждые местному населению религиозные верования.

В в е д е н и е

Цивилизационное и политическое противостояние Запад — Восток (Европа — Азия), которое началось еще в античную эпоху, является одной из важнейших культурологических проблем, не теряющей своей актуальности; Кавказ, расположенный на стыке Европы и Азии и являющийся своеобразным мостом между двумя различными культурными типами, служит ярким примером их тысячелетнего диалога1.

По-прежнему в грузинской национальной историографии остро стоит вопрос о цивилизационной принадлежности страны2, которая зачастую выполняла роль буферной зоны между двумя, а иногда и тремя враждебными империями, преследовавшими свои политико-экономические цели.

Именно в Грузии столкнулись интересы трех великих держав (России, Персии и Турции); драматичность происходивших событий ярко передал Д. Гурамишвили (1705— 1792) в поэме «Бедствия Грузии»3. Имея в виду царя Грузии Вахтанга VI, являвшегося великим военачальником иранского шаха, он с горечью и сарказмом пишет: «Внемлет он его приказам, чтит и русского и турка. Как заспорят эти трое — вовлекут и нас в сраженья. Трех царей он почитает — три ярма готовит разом».

В произведении звучит отнюдь не риторический вопрос: «Разве могут три дракона предоставить льву свободу?». Образ льва символизирует Грузию, которой испокон веков приходилось защищать свою независимость то от Запада, то от Востока; кроме того, через Кавказ проходила естественная граница между оседлым населением и кочевниками.

Этнокультурное разнообразие Грузии не ускользнуло и от внимания Страбона (64/63 гг. до н.э. — 23/24 гг. н.э.): «Население равнин (земледельцы) склонно к мирной жизни, горцы же воинственны, живут по обычаям скифов и сарматов, хотя и занимаются земледелием. В случае военной опасности они выставляют много десятков тысяч воинов, в том числе из числа скифов и сарматов» (Strabo, XI, III, 3).

Греко-персидские войны и Грузия

Колхидское царство (Западная Грузия) и Иберия (Восточная Грузия, Картлийское царство) являются первыми грузинскими государственными образованиями, располагавшимися на перекрестках важных торговых путей (включая речную магистраль Фа-

1 См.: Метревели Р. Кавказская цивилизация в контексте глобализации. Стокгольм: CA&CC Press, 2009. С. 8—9.

2 См.: Гамкрелидзе Т. Грузия — Европа или Азия? // Academia (историко-филологический журнал), Тб., 2001, №. 1. С. 3—8; Чиковани Н. Культурная сущность и цивилизационная принадлежность Грузии, в контексте теории цивилизации (Теоретические и методологические аспекты). Тб., 2005. С. 250—319 (все на груз. яз).

3 См.: Гурамишвили Д. Давитиани. Киев — Тбилиси, 1980. С. 28.

сис — Кура)4; они играли и играют важнейшую геополитическую и геоэкономическую роль5.

Через территорию Грузии в античный период проходили стратегические дороги, связывающие Причерноморье и Северный Кавказ с прикаспийскими странами и Передней Азией. Кроме того, через Кавказ пролегала естественная граница между номадами (кочевниками) и земледельцами; об этом были прекрасно осведомлены древние авторы (Геродот, Страбон и др.).

Контролировать ключевые горные перевалы (Дарьяльский, Мамисонский, Клухор-ский, Дербентский) и Меотидо-колхидскую дорогу старались как греки, так и персы, что в античную эпоху предопределяло значение Грузии как самостоятельного регионального игрока.

Геродот (V в. до н.э.), описывая Меотидо-Колхидскую дорогу, сообщает немаловажные сведения об этнополитической истории Кавказа: «От озера Меотиды (Азовское море. — Г.Л.) до реки Фасиса (Риони. — Г.Л.) и страны колхов 30 дней пути для пешехода налегке» (расстояние от Азовского моря до Риони составляет 430 км!). По словам древнегреческого историка (Herod. I, 104), от Колхиды до Мидии (до границ Персидского царства) «живет одна народность — саспиры» (имеются в виду восточногрузинские племена иберов); это название сохранилось в топониме Спери (старинная грузинская провинция, расположенная в верхнем течении р. Чорохи; в современной Турции — «Испир»).

Геродоту известно и о том, что часть восточногрузинских племен была непосредственно включена в XVIII и XIX сатрапии Ахеменидской империи. По его словам, персидское владычество (uJpo; Pevrsh/si a[rcetai) простирается до Главного кавказского хребта; на территории к северу от него власть персов не распространялась (Herod. III, 97, 4).

Таким образом, в VI—IV веках до н.э. Ахемениды, стараясь обеспечить безопасность границ своей империи, контролировали горные перевалы Кавказа при помощи местной родовой знати. Этим можно объяснить происхождение так называемого «Каз-бегского клада»6, в состав которого, кроме всего прочего, входила серебряная фиала (чаша) с омфалосом ионийско-ахеменидского круга, украшенная пальметками, цветами лотоса, головками лебедей; на чаше была обнаружена надпись, выполненная по арамейски алфавитом.

Интерес персов к горным перевалам Кавказа не ослабевал и в последующие века: источник XI века «Картлис цховреба» (История Грузии) сообщает: «Отправился царь персов и занял все ущелья (Хеви) племен Кавказа, назначил всюду мтаваров»7.

Как уже отмечалось, Геродоту было известно о путях передвижения скифов через кавказский перешеек; более того, историк знал и об их тактических уловках при выборе маршрута. Он писал: «Скифы, однако, вторглись не по тому пути, но отклонились на верхнюю дорогу, гораздо более длинную» (Herod. I, 104).

Недалеко от этой дороги (у современного села Манави) археологом К. Пицхелаури была обнаружена монументальная скифская каменная скульптура VI—V веков до н.э., изображающая божество войны8.

4 См.: Lortkipanidze O. Trade on the Black Sea. The Premise of the Great Silk Road. В кн.: 9th International Symposium on the Ancient History and Archeology of the Black Sea Area. Vani — Tbilisi, 1999. P. 58, 59.

5 См.: Исмаилов Э., Папава В. Центральный Кавказ: от геополитики к геоэкономике. Стокгольм: CA&CC Press, 2006. С. 26—27.

6 См.: «Казбегский клад» был обнаружен в 1877 году в Дарьяльском ущелье у села Казбеги в Хеви археологом Г.Д. Филимоновым (во время расширения Военно-Грузинской дороги); ныне он выставлен в экспозиции Государственного исторического музея Москвы.

7 Картлис цховреба (История Грузии) / Гл. ред. академик Р. Метревели. Тб., 2008. С. 41, 47.

8 См.: Дашевская О.Д., Лордкипанидзе Г.А. Скифское изваяние из Восточной Грузии. В кн.: Историкоархеологический альманах. Армавир — Москва, 1995. С. 99—101.

Таким образом, сведения Геродота о Кавказе вполне заслуживают доверия. Кроме того, присутствие мидийцев, а потом и ахеменидов подтверждается результатами археологических раскопок в ряде районов Восточной Грузии9.

Вполне вероятно, что политическое влияние Ахеменидов распространялось и на Западную Грузию, входящую в орбиту эллинской культуры10; как же иначе можно объяснить тот факт, что во время греко-персидских войн VI—IV веков до н.э.11 воины из Колхиды воевали на стороне персов? Упоминая об этом, Геродот пишет: «Ведь персы считают Азию и живущие там варварские племена своими; Европа же, Эллада для них чужая страна» (Herod. I, 4).

Реку Фасис, а шире Грузию, Геродот считает (Herod. IV, 45) границей между Европой и Азией; и эллины, и персы имели здесь свои интересы. Он подробно сообщает о вооружении колхских вспомогательных отрядов (аналогичных месхам и саспирам-иберам), которыми командовал (ei\con) некий Фарандат, сын Теаспия (Herod. VII, 79).

Колхские воины наряду с короткими копьями и маленькими щитами из бычьей шкуры были вооружены махаирами (mavcairai), которые представляли собой рубящее одно-лезвенное изогнутое оружие всадников (засвидетельствовано в памятниках материальной культуры Колхиды V—IV вв. до н.э.).

Геродот сообщает и еще об одном важном факте: «Еще в мое время (ej~ ejmev) колхи обязались посылать дары персам; они доставляли каждые пять лет по сто мальчиков и по сто девочек» (Herod. III, 97, 4).

Как известно, существовавшая в тот период система подарков (dw’ra — dwreav) вовсе не носила добровольного характера, тем более в такой унизительной форме; можно предположить, что Западная Грузия находилась в вассальных отношениях с Персией и была обязана в случае войны выставлять ей вспомогательные отряды. Возможно, именно с этим связано столь частое упоминание в греческих письменных источниках V—IV веков до н.э. рабов-колхов.

Геродот, сообщая о том, что при Дарии персы подчинили греческие острова и европейские народы до территории фессалийцев (III, 96), выдвигает свою концепцию происходящих событий: «Греко-персидские войны направлялись божественной волей (to; qei’on). Боги даровали Европу эллинам, а Азию персам и прочим варварам. Нарушив это равновесие, захватив больше предначертанного свыше, персы получили заслуженную Божью кару».

Граница между двумя враждебными мирами проходила через Грузию, что подтверждается сведениями национальных хроник IV—XII веков, известных под общим названием «История Грузии».

Согласно этим хроникам, общий предок кавказцев, этнарх Таргамос, после «разделения языков» в Вавилоне получает от Бога «по уделу» обширную территорию между Гурганским (Каспийским) и Понтийским (Черным) морями. Заселили ее потомки восьмерых братьев-богатырей; Картлосу достались земли Центрального Кавказа (отсюда самоназвание грузин — картвелы), а Эгросу, его младшему брату, — Западный Кавказ (так появилось название картвельского племени мегрелов).

Когда не было междоусобиц между братьями-кавказцами, наступали мир и благополучие, что действительно находит подтверждение в 2500-летней истории Грузии.

9 См.: Kipiani G. Achamenian Heritage in Ancient Georgian Architecture. В кн.: Ancient Near Eastern Studies. Vol. XLI. Louvain: Pecters Press, 2004. P. 167—191.

10 См.: Лордкипанидзе Г.А. Некоторые вопросы истории античной культуры Грузии. В сб.: Проблемы античной культуры. Москва: Наука, 1986. С. 237—242; Лордкипанидзе О. Наследие Грузии. Тб.: Мецниере-ба, 1989; Дундуа Т. Колхида и греческие поселения в Западной Грузии. Тб.: Универсал, 2009. C. 22—42 (на груз. яз.).

11 См.: Cawkwel G. Greek Wars: The Failure of Persia. London: Oxford University Press, 2005. P. 5—325.

Источник (Картлис цховреба, с. 17) сообщает и о вероисповедании грузин — язычников, поклонявшихся Солнцу, Луне и пяти звездам. Главной святыней и объектом клятвы являлась могила этнарха грузин — Картлоса.

Эллинистическая эпоха

Походы Александра Македонского против персидского царя Дария Младшего (334—332 гг. до н.э.) стали для Грузии (и для всего Кавказа) прямым продолжением греко-персидских войн.

В первой грузинской исторической хронике IV века «Обращение Картли», вошедшей в XI веке в состав официальной идеологизированной «Истории Грузии», сказано: «Александр появился в Греции — в стране, называемой Македония. Александр, завоевав все четыре края света, вступил к нам, в Картли; на первых порах он не задержался в стране с мощными городами и прочными крепостями» (Картлис цховреба, гл. III, с. 20). После завоевания всего мира Александр снова вступил в Картли, где жили воинственные люди. В течение 6 месяцев Александр покорил 12 больших городов-крепостей Грузии, которые реально существовали в IV—III веках до н.э. Управлять страной он оставил патрика (от греческого лахргко^ — букв., праотец) Азо-Азона, сына македонянина Иардоса, правителя «Ариан Картли».

Предположительно «Персидская Грузия», входившая в состав Ахеменидской империи (Herod. III, 94), оказалась между Персией и Селевкидской державой12.

Александр Македонский, разгромив Дария III, естественно, имел виды и на его кавказские владения, знакомые ему, в частности, по мифам об аргонавтах и Прометее; однако все исследователи без исключения отрицают вероятность такого похода.

Вместе с тем нельзя полностью исключить подобную вероятность в отношении, например, диадохов, в течение 20 лет после смерти Александра деливших между собой власть; возможно, именно об этом периоде повествует древнегрузинская историческая традиция (323—281 гг. до н.э.).

Летопись сообщает: «За двенадцать лет завоевал он все края света и на четырнадцатом году умер» (Картлис цховреба, гл. IV, с. 21, 24).

Александр не оставил наследников и не сделал никаких распоряжений относительно будущего всемирного царства. Однако грузинские летописцы придерживаются иной точки зрения, называя поименно официальных наследников, назначенных великим полководцем еще при жизни.

Антиоху он отдает «в удел Сирию и Армению, отведя ему восточную часть своего государства»; возможно, имеется в виду Антиох I Сотер (281—261 гг. до н.э.), преемник Селевка I (358—281). Следует отметить, что в источнике основатель города Антиохии иногда именуется «Антикозом» (явное «lapsus calami» переписчика). Что касается Ромоса и Византиоса (имена диадохов), то они, скорее всего, являются плодом воображения хро-никиста.

На фоне борьбы за верховную власть летописец излагает историю становления нового царства грузинского, в достоверности которой вряд ли можно усомниться. На престол Грузии, о чем уже упоминалось, македонцы возводят Азо-Азона, власть которого целиком опирается на чужеземцев, в частности на греческий военный корпус; он обозначен военным термином «протатос» (provtasi~ — protavssw — передовой отряд).

12 Cm.: BraundD. Georgia in Antiquity: A History of Colchis and Transcaucasian Iberia. 650 B.C. — A.D. 562. Oxford: Clarendon Press, 1994. P. 124—151

Азон вводит в четыре главных стратегических пункта страны греческие гарнизоны, с помощью которых правит Восточной и Западной Грузией в течение 20 лет.

Подчиняясь «царю Греции Византиосу», он, будучи человеком жестоким и кровожадным, усиливает эксплуатацию населения и издает указ, гласящий: «Всякого грузина, у которого будет обнаружено оружие, умертвите»; летописец сообщает, что «протатосцы» так и поступали (Картлис цховреба, гл. IV, с. 21, 38).

Наряду с этим вместо традиционных астральных культов Азо насильственно насаждает чуждый народу царский культ — поклонение новым династическим идолам. Возмущение народа перерастает в антимакедонское (антигреческое) восстание, которое возглавил представитель местной родовой знати Парнаваз; его ближайшие предки были правителями Мцхеты и были убиты в период завоеваний Александра (Картлис цховреба, гл. IV, с. 25, 5).

Парнаваз, которого поддержали народы Кавказа, описывается как умный и бесстрашный воин и охотник. Противостояние продолжалось два года, а затем «тысяча отборных римских (анахронизм — должно быть «греческих». — Г.Л.) воинов перешли на сторону восставших; Парнаваз победителем вступил в столицу. Несмотря на военную помощь из Греции, «греки потерпели поражение и обратились в бегство».

Парнаваз же заручается помощью Антиоха Асурастанского, то есть Сирийского, и через него, при содействии правителей Армении, приступает к реорганизации правления страны. Правил он «по подобию распорядка Царства Персидского», то есть Селевкидс-кой державы13 (царство Селевкидов, проводившее политику эллинизации, стало называться Сирийским лишь после потери им большей части Азии).

Грузия была разделена на 8 округов (сатрапий) — саэристао; особую административную единицу составляла центральная часть страны со столицей Мцхетой. Во главе этих военно-административных округов стояли эристави (букв. глава народа). Ими управляли царь и спаспет (главнокомандующий армией). При содействии «тысяченачаль-ников» поступала «дань царская и дань эриставская». Аналогичная должность начальника тысячного отряда (хилиархос) существовала и у македонцев.

Царь Парнаваз (284—219 гг.), по словам летописца, «обезопасил себя от любых врагов» (Картлис цховреба, гл. IV, с. 24, 4), строил и наполнял Грузию всеми благами... города и крепости Грузии, опустошенные Александром, он построил заново».

Парнаваз, как и правители Каппадокии, Армении и других соседних государств эллинистической эпохи14, «верно служил Антиоху, царю Асурастана» (Картлис цховреба, гл. IV, с. 24, 34).

Все вышеизложенное находит прямое подтверждение в материалах археологических раскопок, проведенных в Грузии. Города, упомянутые в «Истории Грузии», в IV—III веках до н.э. действительно подверглись разрушительным нападениям. Именно в это время было уничтожено стратегически важное, хорошо укрепленное поселение Ховле гора (Каспский район Грузии), расположенное в Картлийской низменности, на правом берегу Куры. Здесь при археологических раскопках впервые на Кавказе были обнаружены (в третьем культурном слое) каменные ядра разного калибра15, выпущенные из метательных орудий так называемого терсонного типа (катапульты и баллисты-палинто-ны); они получили название «античной артиллерии»16. Как известно, такими технически совершенными метательными боевыми машинами в то время располагала исключительно македонская полевая армия, обслуживаемая специально обученными инженерными частями.

13 См.: Бuкepмaн Э. Государство Селевкидов. M.: Наука, 1985. С. 184—185, 190—191.

14 См.: Там же. С. 156.

15 См.: Mycxeлuшвuлu Д.Л. К вопросу о связях Центрального Закавказья с Передним Востоком в раннеантичную эпоху. В сб.: Вопросы истории Грузии. Тб., 1978. С. 17—30.

16 Marsden E.W. Greek and Roman Artillery. London: Oxford University Press, 1969. P. 65.

Во время раскопок городищ Самадло-Настакиси, Уплис-Цихе и Урбниси, расположенных в пойме Куры, в слое пожарища IV—III веков до н.э. были обнаружены каменные ядра весом 9,5 кг и диаметром 21 см; эти находки связаны с военными действиями македонцев (Картлис цховреба, гл. III, с. 20, 25).

Археологические источники свидетельствуют о настоящем «урбанистическом взрыве»: были выявлены мощные фортификационные сооружения, общественные и дворцовые постройки, храмовые комплексы, свидетельствующие о значительной степени эллинизации страны.

Селевкиды налаживали тесные торгово-экономические связи с Грузией, что во многом содействовало мирному процессу. В стране находились в обращении золотые стате-ры Александра Македонского и Лиссимаха, а также селевкидские, каппадокийские и пто-ломеевские монеты.

Римская эпоха

После падения государства Селевкидов, ставшего жертвой нового глобального противостояния Запада и Востока, Грузия вновь была втянута в водоворот бурных международных событий II—I веков до н.э.

Будучи союзником Понтийского царя Митридата VI Евпатора и царя Армении Тиграна II Великого, Грузия стала ареной боевых действий римлян. Анализ греко-римских письменных источников (Плутарх, Аппиан и др.) показывает, что в штабе Помпея был составлен стратегический план широкомасштабного вторжения в Грузию; Плутарх сообщает о деталях этой военной операции. Характеризуя иберов как воинственный народ, он отмечает: «Иберы не были подвластны ни мидийцам, ни персам; им даже удалось избежать власти македонян, так как Александр слишком быстро должен был отступить из Гиркании. Однако Помпей разгромил их в большом сражении. После этого он вторгся в Колхиду. Здесь, на реке Фасис, его встретил Сервилий, который стоял во главе флота, охранявшего Эвксинский понт» (Plut. Pomp. XXXIV).

С этого момента Грузия прочно вошла в сферу стратегических интересов Римской республики (впоследствии империи), которая вступила в длительный, тяжелый конфликт с возрождающейся Персией; противостояние Запад — Восток вступило в новую фазу, продолжавшуюся еще несколько веков.

В центре внимания великих держав снова оказались проблемы безопасности кавказских перевалов; правители Грузии в борьбе против персов и римлян периодически призывали на помощь северных кочевников и воинственных горцев. Этот немаловажный фактор в известной мере способствовал росту политического влияния страны на международной арене.

Прямым подтверждением усиления политического влияния Грузии в регионе служит обнаруженная в Мцхете лапидарная греческая 17-строчная надпись — декларация императора Веспасиана; она датирована 75 годом н.э.17 В ней в патетическом тоне говорится о строительстве римлянами крепостной стены (TA TEIXH ESO ESQXYPQ2AM): «Царю иберов Митридату, сыну царя Парсмана, и царевичу Амазаспу, другу Цезаря и [грузинскому] народу, любящим римлян» (Ф1ЛОКА1САР1 KAI Ф1ЛОРОМА1КО).

Археологические исследования подтвердили наличие мощной оборонительной линии, расположенной к юго-востоку от столицы царства Армазис Цихе (Мцхета), преграждавшей путь в долину Куры и блокировавшей дорогу, ведущую в Армению и Парфию.

17 См.: Kauchtschishwili T. Korpus der Griechischen Inschritten in Georgien. Tbilisi, 2004. S. 337—338.

Примечательно, что в надписи, явно составленной в канцелярии «Автократора Цезаря Веспасиана Себастоса», «Отца Отечества» и пр., Митридат, сын Парсмана, без всяких эпитетов назван просто «Царем Иберии».

Вместе с тем на так называемой Стеле Сарагаша I века н.э. (из раскопок некрополя Армази (Мцхета) обнаружена арамейская надпись, содержащая официальную титулату-ру — «Великий царь Митридат, сын великого царя Парсмана»18.

Упомянутый в надписи Веспасиана «царевич Амазасп» также является реальной исторической личностью, что подтверждается еще одним эпиграфическим источником19: в окрестностях Рима обнаружена лапидарная греческая надпись (эпитафия) на надгробной плите (114/115 гг.), гласящая: «Славный царевич Амазасп, брат царя Митридата, чья родная земля находится у Каспийских ворот. Ибер, сын Ибера, покоится у священного города [г. Низибис], основанного Никатором у осененного оливками потока Мигедона, скончался спутник Владыки [императора Траяна], предводитель авзонов, прибыв сражаться с парфянами, скончался, прежде чем успел обагрить вражеской кровью мощную руку, копье, лук и острие меча, пеший и конный».

Промежуток между созданием этих эпиграфических памятников составляет около 40 лет. Амазасп все эти годы оставался другом римских цезарей, однако в это время Грузия старается вести выгодную ей внешнюю политику, ориентированную на Запад20; об этом свидетельствуют и письменные источники.

Корнелий Тацит (57—138 гг.), описывая события 32—37 годов, сообщает: «Царь Иберии Парсман ведет успешные войны против Парфии и ее союзника Армении. Он получает поддержку албанцев, поднимая сарматов; иберы, хозяева этой страны, быстро пропустили (их) по Каспийской дороге, двинув против армян» (Tacit. Ann. VI, 33).

На фоне обострившихся взаимоотношений между Римской и Парфянской империями Иосиф Флавий (37—95 гг.), понимая стратегическое значение Грузии, выделил значительные денежные средства для задабривания правителей Иберии, контролирующих «Каспийские ворота» (resp. Дарьяльские); он направлял аланов то на Парфию, то на Армению и Каппадокию (Jos. Fl. Antiq Jud. XVIII, 96—101).

Археологические исследования в древней столице Грузии Мцхете подтверждают тесную политико-экономическую связь страны с римским миром (I—IV вв.); известны имена представителей высшей знати, являвшихся римскими гражданами (Публикиус Аг-риппа, Флавиус Дадес)21, а также главного художника и архитектора города Мцхеты (Ав-релиус Ахолис).

В знак дружбы в качестве «дипломатических подарков» из Рима поступала высокохудожественная серебряная столовая утварь и посуда с портретными изображениями импера-торов22, а также драгоценные ювелирные изделия, интальо Каракалы (208—217 гг. н.э.), Птолемея V Эпифана (210—180 гг. н.э.), Антиноя — интимного друга императора Адриана и др.

Кроме того, были найдены предметы с изображениями божеств греко-римского пантеона — Зевса, Юпитера, Афины (Минервы), Ники (Виктории), Аполлона, Ареса (Марса), Асклепия, Тихе (Фортуны) и др.

В этой связи следует также упомянуть и о содержащихся в местных хрониках сведениях о религиозной политике девятнадцатого языческого царя Грузии Рева Аршакида

18 Церетели Г.В. Эпиграфические находки в Мцхете — древней столице Грузии // Вестник древней Натрии (ВДН), Москва, 1948, № 2. С. 52.

19 Цит. По: Kauchitschwili T. Op. cit. P. 12.

20 См.: Бокщанин А.Г. Парфия и Рим. М.: Изд-во Московского университета, 1966. С. 266—267; Ломоу-ри Н.Ю. Грузино-римские взаимоотношения. Т. I. Тб.: Изд-во Тбилисского университета, 1981. С. 163.

21 См.: Dundua T. Publicus Agrippa, Flavius Dades and a Dual Citizenship — a Pattern for Europe in Future? В кн.: Georgians and Roman Frontier Policy in the East. Tbilisi: Meridian Publishers, 2003. P. 3—14.

22 См.: Мачабели К. Серебро древней Грузии. Тб.: Хеловнеба, 1983. С. 18—28; Она же. Позднеантичная торевтика Грузии. Тб.: Изд. «Мецниереба», 1976. С. 17.

(240—280 гг.), который в честь своей жены — гречанки, «дочери Логофета по имени Се-фелия» — воздвиг над Мцхетой статую «идола по имени Афродита» (Картлис цховреба, гл. III, с. 37).

В ходе археологических исследований были найдены и памятники парфяно-сасанид-ской торевтики, однако их не так много.

В I—IV веках на денежном рынке Грузии в обращении находились в основном римские денарии и ауреусы, а также парфянские и сасанидские серебряные монеты (их было меньше).

Греческий язык постепенно вытеснил арамейский; в этом отношении показателен комплекс богатых погребений II—III веков, обнаруженных в с. Згудери (Каспский район)23.

Здесь после случайных находок были дополнительно исследованы три деревянных саркофага с богатым погребальным инвентарем, которые принадлежали представителям провинциальной влиятельной знати.

Были найдены различные предметы роскоши (скорее всего, царские подарки) с дарственными надписями на греческом языке. Кроме того, было обнаружено 11 золотых римских монет I—III веков, 28 денариев Августа (27 г. до н.э. — 14 г. н.э.), 5 серебряных парфянских драхм Артабана II (10—38 гг.).

Среди римских ауреусов наиболее ранней является золотая монета времени правления императора Домициана (81—96 гг.), выпущенная в 77/78 гг.

Однако наиболее важной находкой являются золотые монеты императора Антонина Пия (138—161 гг.) и императрицы Фаустины Старшей (100—141 гг.); в период их правления царь Парсман II был приглашен в Рим. Об этом важном событии подробно рассказывает Дион Кассий в своей книге «Римская история».

Беспрецедентным событием является установление конной статуи царя Парсмана на Марсовом поле Рима (там же состоялся смотр его военного отряда); ему также было позволено совершить жертвоприношение в Капитолии (Dio Cass. Ist.Rom., LXX, 2, Fr. 3). О важности этого визита свидетельствует запись в официальных римских хрониках Фасты (dies Fasti), обнаруженных в Остии (7-строчная лапидарная латинская надпись восходит к 141—144 гг.).

В м е с т о з а к л ю ч е н и я

Трехвековые тесные отношения с Римской империей предопределили весь дальнейший путь культурно-экономического развития Грузии, включая принятие христианства в качестве государственной религии (в 326 г. при Мириане III).

Ни агрессивная политика Сасанидов, огнем и мечом насаждавших зороастризм, ни греко-персидские войны VI—IV веков до н.э., происходившие на территории Грузии, не смогли изменить западную ориентацию страны.

23 См.: BraundD., Javakhiswili K., Nemsadze G. The Treasures of Zghuderi. Georgia, Tb., 2000. P. 4—98.