Топ-кадры

В 2008 году президент Дмитрий Медведев объявил о новой кадровой политике, призвав государственные органы обмениваться управленческими ресурсами с бизнесом по принципу "сообщающихся сосудов". Петербургская экономическая элита такой подход практикуют давно. Эксперты считают, что ротация между топ-менеджерами и чиновниками не всегда обходится без проблем.

Одним из лозунгов, с которым Валентина Матвиенко победила на губернаторских выборах 2003 года, было обещание привести в Смольный "молодых менеджеров". В русле этой стратегии посты в городском правительстве получили несколько представителей влиятельных спонсоров предвыборной кампании губернатора разных возрастных категорий и ее бывшие соратники по комсомолу (некоторые из них, впрочем, успели поработать и в бизнесе). С тех пор ключевыми фигурами городской экономики остаются вице-губернаторы Михаил Осеевский (бывший первый заместитель председателя правления петербургского Промстройбанка) и Юрий Молчанов (основатель и председатель совета директоров холдинга "Бизнес Линк"). А самый влиятельный долгожитель Смольного, вице-губернатор Александр Вахмистров, после 16-летней карьеры чиновника предпочел вернуться в бизнес, возглавив строительную группу ЛСР.

"Чиновник — это человек, носящий чин, у каждого за плечами багаж и опыт. А управленческий опыт, независимо от того, где он приобретен — в бизнесе или госструктуре, — можно успешно применить в любой сфере деятельности. Если этот опыт к тому же не только управленческий, но и отраслевой — то адаптация проходит очень быстро... почти мгновенно. Единственное, к чему пока не могу привыкнуть, так это к тому, что работа начинается только в 9:00. В Смольном на рабочем месте всегда был в 8:00-8:30", — признается господин Вахмистров.

Впрочем, недавно вернувшийся из бизнеса в Смольный глава комитета по инвестициям и стратегическим проектам (КИСП) Алексей Чичканов, сравнивая свою работу в юридической фирме DLA Piper с предыдущей 13-летней госслужбой, отмечает более принципиальные различия. "Главная особенность управления в бизнесе — возможность гибко реагировать на поставленные задачи и возникающие проблемы, сосредотачиваясь на самых важных проектах, тратя на них больше времени и в случае надобности, привлекая дополнительные ресурсы. На госслужбе времени всегда не хватает и приходится решать весь комплекс административных вопросов с жестко ограниченным бюджетом и количеством сотрудников", — говорит господин Чичканов.

Еще больше бюрократических проблем отмечает глава комитета экономического развития, промышленной политики и торговли (КЭРППиТ) Евгений Елин, сравнивая свой опыт работы в различных бизнес-структурах со службой в Минфине и Смольном. "Главным минусом госслужбы является сложность формирования команды и жесткие ограничения на пути к повышению ее эффективности. Уволить бездельника и поощрить эффективного специалиста подчас оказывается запредельной задачей для руководителя. При этом у чиновника на рынке услуг существенно меньше конкурентов и, как следствие, в его деятельности отсутствует мотивация. В коммерческом секторе более жесткие стандарты эффективности, на госслужбе они хотя и содержатся в нормативных документах, но фактически остаются виртуальным понятием. Но если специалист нацелен на рост, интенсивность его работы должна быть существенно выше, чем в бизнесе, поскольку львиную долю рабочего времени он вынужден тратить на рутину", — считает глава КЭРППиТ.

Оба чиновника приходят к выводу, что ротация кадров между властью и бизнесом, должна быть двусторонней на всех уровнях карьерного роста. "Для успешного бизнесмена период работы на госслужбе — это вариант повышения квалификации, аналогичного обучению уровня MBA. Топ-менеджер бизнеса, временно покидающий сферу реальной экономики, может позволить себе прийти во власть "не тырить", а служить. Он приходит с опытом, накопленным на быстро развивающемся рынке для решения более масштабных задач. Мотивацией в таком случае является интерес к проекту, а также доверие к пригласившему его в свою команду руководителю", уверен Евгений Елин. Алексей Чичканов также считает, что оптимальным для роста любого специалиста является сочетание опыта работы в бизнесе и на госслужбе. "Опыт, полученный в бизнесе, позволяет чиновнику лучше понимать, чем руководствуется бизнесмен при принятии решений. При этом руководитель органа власти обязан думать о прецеденте, который будет создан решением по тому или иному проекту. Поскольку правила игры, которые формирует правительство, не могут зависеть от конкретного результата, на который в каждом отдельном случае нацелен инвестор", — рассуждает глава КИСП.

Однако эффективность такого повышения квалификации независимые эксперты оценивают по-разному. "Переход компетентного специалиста из бизнеса в администрацию — это всегда качественно новое вливание во властные структуры и, скорее, имеет положительный эффект, — полагает Евгения Васильева, заместитель директора департамента консалтинга Colliers International. — Во-первых, в работу включается человек, который лично знаком с механизмами построения и функционирования бизнеса, его действия на новом посту в администрации будут соответствовать действительности рынка, учитывать как интересы города, так и участников рынка. Во-вторых, человек, который работал в бизнесе, знает, как сделать работу наиболее эффективной, и будет стремиться к этому и в своей работе в администрации. Люди из бизнеса в первую очередь нацелены на результат, на активные действия, в то время как большинство чиновников — на процесс". По мнению госпожи Васильевой, "увеличение во власти доли специалистов из бизнеса позволит уменьшить, а в дальнейшем (в идеале) и ликвидировать оторванность представителей власти от реальной жизни города".

Директор петербургского филиала Высшей школы экономики Александр Ходачек смотрит на ситуацию более скептически. Он уверен, что "специфика госслужбы отличается от методов управления банками и корпорациями, поэтому успешный бизнесмен не всегда может быть эффективен в кресле чиновника. "Один из факторов риска — пренебрежение общественным мнением: если бывший топ-менеджер раньше не был публичной фигурой, ему трудно привыкнуть к тому, что любое сказанное слово отражается на рейтинге всей администрации", — отмечает господин Ходачек. Отметим, что подтверждением этого тезиса стала карьера Сергея Бодрунова, сменившего пост главы корпорации "Аэрокосмическое оборудование" на председательское кресло в КЭРППиТ, но вскоре вынужденного подать в отставку из-за скандала с журналистами Пятого канала. Другой опасностью, связанной с вливанием бизнесменов во власть, господин Ходачек считает отсутствие умения просчитывать социальные и экономические последствия своих решений. "Чиновник обязан их учитывать — как в краткосрочной перспективе, так и с точки зрения развития города, а руководитель частной компании может об этом не задумываться", — отмечает эксперт. Для гармоничной ротации кадров, считает господин Ходачек, "требуется отлаженная система стажировок и разумный баланс между управленцами разных возрастных категорий". А наиболее эффективным вариантом он называет привлечение представителей бизнеса для реализации узкой государственной задачи или проекта. "Например, экс-владельца Промышленно-строительного банка Владимира Когана, возглавляющего департамент капитальных вложений Минрегиона, вряд ли следует считать чиновником: фактически он выполняет персональное поручение достроить дамбу, — рассуждает эксперт. — Бывшему банкиру с опытом инвестиций в строительство проще отличить реальную банковскую гарантию от мнимой и реализовать проект, связанный с большим объемом производства и освоением бюджетных средств, чем профессиональному аппаратчику".

Что касается перемещения опытных управленцев из власти в бизнес, то, по единодушному мнению экспертов, такие варианты обычно оказываются успешными: топ-менеджерское кресло бывшему чиновнику обеспечивает не только его профессиональный опыт, но в первую очередь личные связи и знание государственной системы.