Журналистская этика: особые ситуации и особые герои

УДК: 364.14 ББК: 76.02

Фролова Т.И.

ЖУРНАЛИСТСКАЯ ЭТИКА: ОСОБЫЕ СИТУАЦИИ И ОСОБЫЕ ГЕРОИ

Frolova T.I.

ETHICS IN JOURNALISM: PARTICULAR CASES AND SPECIAL CHARACTERS

Ключевые слова: деонтология, профессиональная этика, журналистика, кодификация, принципы, нормы и правила этики, частная жизнь, медицина и здравоохранение, дети, меньшинства, жертвы преступлений.

Keywords: deontology, professional ethics, journalism, codification, principles, norms and rules of ethics, privacy, medicine and health, children, minorities, victims of crimes.

Аннотация: данная статья представляет собой обзор и систематизацию документов, отражающих профессиональное сознание журналистов по различным тематическим направлениям, имеющий целью раскрыть связь основных этических принципов с нормами и правилами профессиональной деятельности, а также оценить реальное состояние информационного поля с данных позиций. В обзор включены документы различных уровней - от международных кодексов до редакционных уставов - посвященные репрезентации вопросов частной жизни, медицины и здравоохранения, взаимодействию с детьми и подростками, жертвами преступлений, представителями меньшинств. Рассматриваются перспективы дальнейшего развития кодификации этических норм в журналистике.

Abstract: this article is a comprehensive review of documents reflecting the professional mentality of journalists in various thematic areas, which is aimed at revealing the connection of the basic ethical principles with the norms and rules of professional activity, as well as assessing the actual state of the information field from this point of view. The review includes a variety of documents of different level - from international codes to editorial charters - devoted to privacy issues, medicine and healthcare, interaction with children and adolescents, victims of crime, and minorities. Prospects for the further development of codification of ethical norms in journalism are regarded.

Проблематика профессиональной этики сегодня, в эпоху экзистенциальных разрывов, в период интенсивных поисков сущностных опор любой созидательной деятельности, в ситуации оживления информационных войн, актуален более чем когда -либо ранее. Особую остроту поискам смысла придает явственное, подчас демонстративное пренебрежение принципами и нормами общественной и личной морали, выдаваемое за новую «нравственность», якобы обусловленную вызовами информационной эпохи. Журналистика и социальные коммуникации как род деятельности и бытия оказались в авангарде этих процессов.

Профессиональная этика журналиста, а вслед за ней медиаэтика в последнее двадцатилетие выделились как самостоятельная область отечественной научной мысли.

Приоритет в постановке современного понимания проблемы принадлежит Д.С. Авраамову1 и Г.В. Лазутиной1 2; при этом следует отдать должное их предшественникам3. В этих работах получили толкование основные теоретические положения профессиональной этики журналиста. Не менее значимы исследования профессиональной этики, осуществленные тюменским Центром

1 Авраамов Д.С. Профессиональная этика журналиста. Парадоксы развития, поиски, перспективы. М., 1991; Авраамов Д.С. Профессиональная этика журналиста. 2-е изд., испр. и доп. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 2003.

2 Лазутина Г.В. Профессиональная этика журналиста. - М.: Аспект Пресс, 1999.

3 Теплюк В.М. Социальная ответственность журналиста. - М., 1984; Муратов С.А. Нравственные принципы журналистики - М., 1994; Шостак М.И. Репортер: профессионализм и этика. - М., 1999.

прикладной этики1, а также переводная литература1 2 3. В ряду достижений должны быть названы также работы И.М. Дзялошинско-го, Ю.В. Казакова, И.А. Кумылгановой, М.М. Лукиной, С.К. Шайхитдиновой . Пожалуй, в реестр критически важной в данном контексте литературы следует зачислить и работы более общего характера, выдвигающие в центр научного дискурса проблематику ценностей в журналистике4.

Параллельным курсом развивались процессы погружения профессионального сознания журналистов в анализ практических ситуаций, часто проблемного, преимущественно конфликтного характера. Представляя собой институционально организованное воздействие журналистского сообщества на поведение его членов, коллективная рефлексия (общее мнение профессиональной среды) - это форма самоконтроля, направленная на коррекцию профессионального поведения. Практика Судебной палаты по информационным спорам, Большого жюри Союза журналистов России, Общественной коллегии по жалобам на прессу, региональных советов по информационным спорам, несмотря на их недостаточную эффективность, все же имеет немалое значение в развитии профессионального сознания и поведения российских журналистов. Ситуация тотального нрав-

1 Бакштановский В.И., Согомонов Ю.В. Моральный выбор журналиста. - Тюмень, 2002; Тетради гуманитарной экспертизы. Медиаэтос. (1-6) - Тюмень, 1999 - 2005.

2 Ламбет Э.Б. Приверженность журналистскому долгу. Об этическом подходе к журналистской профессии. М., 1998; Уайт А. Говорить только правду. - М.: СЖ, 2009; Фихтелиус Э. Сложное искусство работы с информацией. М.: МедиаМир, 2008.

3 Дзялошинский И.М. Профессиональная этика журналиста. - М.: Юрайт, 2017; Казаков Ю.В. На пути к профессионально правильному. Российский медиаэтос как территория поиска. - М., 2001; Ку-мылганова И.А. Этические основы информационных коммуникаций: зарубежные подходы и традиции. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2013; Лукина М.М. Технология интервью. М.: Аспект Пресс, 2010; М.: Шайхит-динова С.К. Информационное общество и "ситуация человека" (Эволюция феномена отчуждения). - Казань: Изд-во Казанск. ун-та, 2004.

4 Журналистика. Общество. Ценности / ред.-

сост. В.А. Сидоров. СПб.: Петрополис, 2012; Мас-

смедиа и ценностные отношения общества / под ред. Г.В. Лазутиной. М.: МедиаМир, 2013.

ственного нигилизма с трудом, но преодолевается, нормы этики постепенно внедряются в практику.

Обсуждение информационных споров и принятия решений по ним опирается на нормативный фонд в виде профессиональных этических кодексов: межнациональных, национальных, корпоративных, редакционных уставов. Все эти документы рассматривают преимущественно общие, категориальные проблемы профессиональной этики, фиксируют основные принципы. С учетом того, что процесс их кодификации в мировом масштабе начался примерно столетие назад, это понятно. В дальнейшем профессиональное сознание журналистов развивалось по пути утверждения основных принципов, их иерархизации, пересмотра прио-ритетов5, а также углубления в конкретные области деятельности, что имело особый прагматический смысл.

Развитие данной проблематики предполагает как помещение профессиональной этики в более общее смысловое поле деонтологии журналистики, прояснение связей журналистской этики с другими константами профессии (С.Г. Корконосенко, Г.В. Лазутина, Е.П. Прохоров 6), так и детальную проработку конкретных направлений, дальнейшую инструментализацию профессиональных норм. Последнее положение требует уточнений: с одной стороны, журналист всегда находится в ситуации морального выбора, который он совершает самостоятельно в соответствии с собственными представлениями о профессиональном долге и чести («тихий голос совести»), с другой - профессиональные действия направляются нормами и правилами, выработанными в процессе длительного осмысления опыта и его кодификации в этических кодексах. Проблема состоит в том, чтобы обеспечить журналиста и профессиональные сообщества такими ориентирами, одновременно поощряя атмосферу дискуссионности и вы-

5 Авраамов Д.С. Профессиональная этика журналиста, С. 57-60.

6 Корконосенко С.Г. Теория журналистики: моделирование и применение: учеб. пособ. М.: Логос, 2010; Прохоров Е.П. Введение в теорию журналистики: учебник. 7-е изд., испр. и доп. М.: Аспект Пресс, 2009;

сокой требовательности к журналистам как со стороны потребителя (аудитории), так и корпоративную рефлексию. В документах до сих пор недостаточно детально проработанных рекомендаций, позволяющих гармонизировать ситуацию выбора. В то же время не только субъекты профессионального сознания, но и потребители информации остро нуждаются в качественной журналистике, все более настойчиво предъявляя свои требования. В этой ситуации уместно обратиться к темам, которые стали объектом особого внимания в профессиональноэтических документах и тщательно проработаны - они могут служить своего рода образцом, прецедентом развития профессионального сознания, совершившего движение от общих принципов к конкретизации норм и правил и служащих ориентиром в сложных ситуациях. Несмотря на то, что следование этим установлениям остается весьма проблемным, важно, что ориентиры имеются.

Методологически настоящая статья представляет собой обзор и систематизацию тематических положений документов, в которых содержатся принципы, нормы и правила профессиональной этики журналиста применительно к отдельным конкретным ситуациям журналистской практики. Это документы разного уровня - от международных кодексов до редакционных уставов. Задачи обзора видятся в том, чтобы привлечь внимание к актуальной этической проблематике, показать связь общих принципов с конкретными нормами и правилами; представить совокупность кодифицированных норм по ряду конкретных тем, а также оценить информационное поле с данных позиций. В тексте статьи представлены положения следующих документов: Декларация принципов поведения журналистов (мФЖ, 1954 г., 1986 г.); Кодекс профессиональной этики российского журналиста (СЖ РФ, 1994 г.); Кодекс этических норм (Общество профессиональных журналистов, 1996 г.); Хартия телерадиовещателей (1999 г.); Медиаэтический стандарт-2015 (Общественная коллегия по жалобам на прессу, 2015 г.); Принципы журналистской деятельности, рекомендованные Германским советом по делам печати (1973 г.); Хартия профессио-

нальных обязанностей французских журналистов (1918 г.); Этический кодекс комиссии по жалобам на прессу (Великобритания, 1999 г.) и др.

Предваряя обзор, следует отметить, что представленные положения опираются на основной этический принцип - принцип гуманизма, развивают его. Как в историческом понимании (приоритет морали, ненасилие, запрет жестокости), так и в современном контексте (создание общественных условий, максимально благоприятных для развития человека) принцип предполагает признание ценности человека как личности, его права на свободное развитие и проявление своих способностей; благо человека как критерий оценки общественных отношений. В профессиональных этических кодексах принцип гуманизма прочитывается как право на получение достоверной, точной, полной и непредвзято поданной информации, способствующей формированию у каждого из тех, кто имеет дело с журналистской продукцией, адекватной картины мира. Журналисты должны смело говорить обо всех положительных и отрицательных сторонах природы человеческой, даже когда многим это не нравится, дорожить собственными культурными ценностями, не навязывая их другим, избегать стереотипов в отношении к людям, помнить, что сбор и публикация информации могут нанести вред и причинить боль.

Частная жизнь. В числе таких особых ситуаций, репрезентация которых нуждается в особо тщательном регулировании, можно назвать частную жизнь, которая подразумевает в современном демократическом обществе право граждан вести жизнь по собственному усмотрению при минимальном постороннем вмешательстве в нее: это личная, семейная и домашняя жизнь, физическая и духовная неприкосновенность чести и репутации. По отношению к публичной сфере данное право означает недопустимость представления человека в ложном свете, нераскрытие не связанных с общественным интересом неблагоприятных фактов, запрет на несанкционированную публикацию частных фотографий, защищенность от неоправданных или недопустимых бестактных действий журналистов,

защиту от неправильного использования журналистами материалов личной переписки.

В реальности частная жизнь в ее многочисленных и незнакомых ранее аудитории версиях переполняет медийное пространство. Телевизионные «народные ток-шоу» на каждом федеральном телеканале, конфликтно-бытовые очерки и репортажи массовых газет, включая региональные, высокотиражный журнальный глянец с бытовой тематикой очерков и интервью, социальнобытовая драма телесериалов, контент сайтов и социальных сетей, форумы. Не только герои журналистских текстов и программ, но и их авторы стали объектом публичного, подчас безжалостного внимания. С развитием современных коммуникаций люди, несмотря на многочисленные и множащиеся этические стандарты, стали по-настоящему беззащитны от информационного произвола.

В таких условиях уместно вспомнить не только о действиях, которые являются объектом правового регулирования (клевета, диффамация, оскорбление) - немало и таких обстоятельств, которые, не являясь правонарушениями, попирают гражданские права с позиций морали и нравственности. Этические принципы и нормы освещения частной жизни берут под защиту частную жизнь человека: и закон, и этика признают право на частную жизнь; оно оговаривается во всех кодексах профессиональной этики -защита достоинства человека, его репутации в соответствии с нормами международного и национального права (неприкосновенность жилища, тайна переписки). То обстоятельство, что какое-либо лицо фигурирует в новостях, не лишает его права на уважение частной жизни. Этические кодексы декларируют уважение достоинства человека: корректность в отношении репутации, отказ от использования клеветы, оскорбления, диффамации. Не менее важно осознание угрозы дискриминации человека по признакам расы, пола, сексуальной ориентации, языка, религии, политических и иных взглядов, национального или социального происхождения - журналисты обязаны заботится о предотвращении такой угрозы. Лишь крайняя необходимость, про-

диктованная преобладающими общественными интересами, может оправдать вторжение в частную жизнь, при этом на первый план выходят правомерность и оправданность преодоления журналистом и редакцией запрета на вмешательство в частную жизнь. Случаи вторжения должны инициативно и тщательно обосновываться редакцией и могут становиться предметом специального критического изучения органом медийного саморегулирования.

Детализация принципов и норм, о которой мы говорили, содержится в рекомендациях такой международной гуманитарной организации, концентрирующей внимание на правозащитной деятельности, как Совет Европы1 (Россия - член СЕ). Этот документ разделяет правила по отношению к публичному лицу и обычным гражданам. Публичным лицом является человек, занимающий государственную должность и/или использующий государственные ресурсы и, в более широком смысле, лицо, которое играет роль в общественной жизни, в политике, экономике, искусстве, социальной сфере, спорте или в других отраслях. СМИ могут собирать и распространять информацию о частной жизни публичных лиц с их согласия, которое не должно быть получено обманным путем и могут вмешиваться в частную жизнь публичных лиц только в том случае, если общественный интерес к этой информации является «превалирующим и оправдывающим». При этом простое любопытство или жажда сенсации никогда не может оправдать нарушение права на уважение частной жизни. Оценка степени общественного интереса, оправдывающая вмешательство в частную жизнь, установлена Европейским судом по правам человека: «публикация должна быть в интересах общества, а не общество заинтересовано в ней».

Дальнейшая детализация правил гласит: можно публиковать сведения, открыто представленные в блогах и соцсетях; об образе жизни, если он не соответствует публичному имиджу и уровню доходов; о частной и семейной жизни, если он не соответствует публичному статусу героя; совер-

1 https://www.coe.int/en/web/portal

шенные ранее незначительные правонарушения не следует упоминать. Не должна распространяться без согласия публичного лица следующая информация: о его религиозных убеждениях, о месте жительства, о неприличном поведении родственников и друзей (за исключением случаев, если персона способствует ему или поддерживает его), об имуществе родственников (исключение: публичное лицо способствовало его приобретению). СМИ должны предоставить публичному лицу право на ответ.

Гораздо строже этические нормы по отношению к обычным гражданам. Не играя ответственной роли в обществе, обычные граждане должны в максимальной степени быть защищенными от освещения их частной жизни. Тот факт, что их персональные данные ранее уже были опубликованы, не оправдывает их появление в другом СМИ.

Говоря о нормах репрезентации частной жизни в СМИ, необходимо обратить внимание на этическую коллизию, которая ярко обозначила себя в последние годы: право на частную жизнь и право на публичность противоречат друг другу. Внедрение новых коммуникационных технологий влияет на отношение людей к приватности. Нарушение неприкосновенности перестало восприниматься как проблема. Частная жизнь стала популярным информационным поводом: стремление привлечь к себе внимание распространилось на рядовых граждан (реалити-шоу, социальные сети, блоги и т.д.). Современные коммуникации породили не только открытую информационную среду, но и так называемое «право на публичность». Люди широко делятся обстоятельствами частной жизни, подчас соревнуясь в максимальной реализации этого права. Немалое число публичных людей охотно выкладывает свои «секреты на миллион», провоцируя тем самым и журналистов, и аудиторию на допустимость нарушений в отношении всех и каждого. Фактически люди согласны на нарушение их прав на неприкосновенность частной жизни, вспоминая о «праве на приватность» лишь в тех случаях, когда общая практика обнаженности открывает их с неприглядной стороны (и то не всегда). Соблазн преступить разум-

ные этические границы, по сути, приобрел характер медийной эпидемии. Безразлично ли это обществу? При том, что создается устойчивое впечатление, что «все согласны» с нарушениями, это, безусловно, заблуждение. Размывание моральных устоев общества, в котором активно участвуют СМИ, абсолютно безнравственно, какими бы ложными посылами и рейтингами оно ни оправдывалось. И здесь недостаточно одной только кодификации норм. Нужны более действенные стратегии.

Медицина и здоровье. Продолжая разговор об этике освещения частной жизни, нужно особое внимание уделить медицинской тематике. Физические и душевные заболевания или расстройства людей входят в сферу их личной жизни. Ограничение на вторжение в частную жизнь имеет особое значение в случае наведения справок о лицах, находящихся в больницах, домах престарелых, пансионатах, реабилитационных центрах. На территории больниц и подобных учреждений журналисты должны представиться администрации. Существует понятие «неподобающее освещение», когда речь идет о недопустимости сенсационности в освещении страданий людей; обстоятельствах и подробностях болезни, смерти, ухода из жизни. Те же правила относятся к визуальным материалам, а также распространяются на умерших людей и их близких. Обычно интервью с пациентами больниц или других лечебных учреждений могут проводиться только с разрешения руководства клиники. В любом случае СМИ должны воздерживаться от интервьюирования лиц, лишенных достаточного понимания или серьезно пострадавших. Исключения допустимы в случаях расследования медицинской халатности, причинения вреда по небрежности врачей, коррупции или другой проверки жалоб на персонал лечебных учреждений или других случаях по инициативе пациентов.

Многие национальные и корпоративные кодексы уделяют внимание теме медицинских исследований. При публикации материалов на медицинские темы следует избегать сенсационности, способной вызвать у аудитории необоснованные надежды или опасения; следует проявлять особую тща-

тельность и ответственность при публикации исследований, направленных на борьбу с серьезными заболеваниями; результаты исследований на ранних стадиях нельзя подавать как окончательные; нельзя сеять необоснованную надежду; но при этом критика не должна вызывать у больных чувство неуверенности и сомнения в успехе лечения.

Особой осторожности требует освещение проблемы самоубийств. Это острая для России тема - в стране совершается, по разным данным, от 17 до 25 суицидов на 100 тыс. населения, актуальна ситуация с детскими и подростковыми самоубийствами. Необходимо проявлять особую осторожность, принимая во внимание опасность, заключающуюся в вероятности вдохновить на совершение самоубийств других людей, вызвать подражательный эффект. Не менее важно с уважением относиться к чувствам родственников. Роспотребнадзор обратился к журналистам со следующими рекомендациями: избегать размещения сообщений на видных местах; ограничивать остроту подачи, ограничиваться краткими сообщениями; избегать эмоциональности, предпочитать нейтральный тон; не представлять суицид обыденным явлением, не героизировать поступок, не драматизировать, не брать интервью у близких; избегать использования изображений; в интернете не размещать подборок на похожие происшествия; публиковать истории о том, как личности удалось справиться с трудностями; прибегать к помощи компетентных специалистов. Как видим, имеются не только зарубежные корпоративные документы, детально прописывающие действия журналистов в этически сложных ситуациях, но и вполне разумные отечественные рекомендации. Однако, как нам известно, журналисты с достаточной долей скепсиса отнеслись к этим рекомендациям.

Как и в случае с общими правилами освещения частной жизни, ограничения распространяются на представителей меньшинств - этнических, религиозных, сексуальных. Это социальные группы, нередко обделенные политическими, экономическими, социальными свободами. Они ищут поддержку со стороны СМИ и часто ее

находят, однако для журналистов характерна также подверженность стереотипизации; это своего рода испытание на независимость. Негативные стереотипы, как правило, являются следствием незнания или проводниками чьих-либо интересов, а репортеры (обычно — представители большинства) бессознательно выражают эти взгляды. Примером может служить освещение межэтнических конфликтов и показ представителей малых групп в ситуации бесчинств, протестов, столкновений. Это формирует негативный стереотип враждебной, разрушительной, воинствующей нации. Похожая ситуация с освещением религиозных конфликтов («малые» и «большие» конфессии).

Дети. Прежде всего следует обратить внимание на более общие документы -Конвенцию ООН о правах ребенка1 (1989г.), «Нормы и принципы освещения СМИ вопросов, касающихся детей»* 2 (2001г.),

«Принципы ЮНИСЕФ в отношении журналистских репортажей о детях»3 (2004 г.). Эти документы утверждают: достоинство и права каждого ребенка должны соблюдаться в любых обстоятельствах; настаивают на неотъемлемости прав каждого ребенка на частную жизнь и конфиденциальность, на выслушивание его мнения, на участие в принятии затрагивающих его решений, а также на защиту детей от любых неприятностей и наказаний, в том числе потенциальных. Журналисты должны помнить о том, что насущные интересы каждого ребенка необходимо защитить прежде всего; они стоят выше всех прочих соображений, в том числе решения общих проблем детей и содействия развитию прав ребенка. При попытке установить насущные интересы ребенка право ребенка на принятие в расчет его мнения учитывается в соответствии с его возрастом и зрелостью. Необходимы консультации с теми, кто находится ближе всех к ребенку по поводу последствий интервьюирования и других действий. Нельзя публиковать материалы или фотографии,

http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/

conventions/childcon

2 https://www.unicef.org/eca/mediachildright-srussian.pdf

3 http://online.zakon.kz/Document/?doc_id= 30353765

которые могут поставить под угрозу ребенка, его братьев, сестер или сверстников, даже в случае изменения или неуказания их имен. Интервьюирование детей также предполагает следование правилам: не навредите ребенку; избегайте вопросов, высказываний и комментариев, которые поверхностны и равнодушны к культурным ценностям, которые подвергают ребенка опасности или унижению, которые заставляют ребенка заново пережить боль и страдания тяжелых событий; при отборе детей для интервью не прибегайте к дискриминации их на основании пола, расы, возраста, религии, общественного положения.

Дети - объект повышенной заботы практически во всех профессиональных этических кодексах. При общении с детьми требуется проявлять особую осторожность, не травмировать их психику. Не допускается интервьюирование, фотографирование и съемка несовершеннолетних без согласия их родителей или опекунов. Когда дети находятся в школе, нельзя с ними беседовать без разрешения школьного руководства. Не допускается идентификация детей, ставших жертвами преступлений, в особенности сексуального характера: личность ребенка не должна указываться, детали не должны привести к идентификации потерпевшего ребенка. Рекомендуется не называть имена детей при сообщении о семейных конфликтах. Не раскрывается внешность ребенка в визуальных материалах. Не следует прибегать к инсценировкам и просить детей рассказать то, чего не было.

Как видим, взаимодействие с детьми детально проработано во множестве документов самого разнообразного характера. Однако опыт освещения конфликтных ситуаций в российских СМИ - история «ивантеевского стрелка», недавний конфликт в пермской школе и др. - в российских СМИ показывает, что эти правила повсеместно нарушаются.

Преступления и несчастные случаи. События такого рода в силу своего драматизма привлекают повышенное внимание журналистов. В 90-е годы, когда поток подобной информации в СМИ резко возрос, потребность в ее регламентации вызвала к жизни «Декларацию гильдии судебных ре-

портеров»1, в которой актуальность профессионально-этического отношения к деятельности журналистов объяснялась следующим образом: «чернуха», низкопробный криминальный репортаж вытесняет квалифицированные материалы, ориентированные на идеи правосудия, анализирующие социальные и иные причины преступлений; это положение не отвечает интересам демократии, права, правосознания; необходима защита репутации честных журналистов от дилетантских подходов, девальвировавших в глазах общества профессию. Декларация провозгласила в качестве основных принципов «презумпцию добропорядочности всех лиц» (для любых обвинений требуются веские аргументы). Решение о виновности или невиновности выносит только суд; при этом презумпция невиновности не препятствует журналистским расследованиям. Журналист может выдвигать обвинение, если располагает убедительными основаниями. Детализируя этические правила расследований, декларация утверждает: журналист вправе использовать «утечки» информации, но не может публиковать их без проведения расследования; объект критики имеет право изложить свою точку зрения до публикации; недопустима критика в грубых и унижающих достоинство выражениях; журналист вправе критиковать органы следствия, аргументируя это ссылкой на закон, а также говорить о негуманности следственных мероприятий; уважение к суду безусловно, решение суда подлежит исполнению. При этом журналисты могут критиковать пороки судебной системы, ошибки судей, обсуждать приговор. Недопустимо «давление на суд»: неграмотное комментирование, одностороннее освещение без предоставления слова обеим сторонам, распространение порочащих сведений о судьях, не имеющих отношения к делу.

Простое наблюдение показывает, что и эти правила повсеместно нарушаются, особенно в телевизионной журналистике и массовых СМИ. Это обстоятельство вызвало к жизни программу «Чистые перья», инициированную Союзом журналистом России в 2003 г., которая имела целью

1 http://www.guild.ru/info/23/deklaratsiya

борьбу с вовлечением СМИ в процессы коррупции, против заказных материалов и непроверенного компромата и материальную поддержку независимых журналистских расследований по теме, связанной со злоупотреблением властью и коррупцией. Участие в программе предусматривало предварительную экспертизу расследования до публикации и «право на ответ» для объекта расследования.

Этические нормы и правила при сообщении о преступлениях и расследованиях, общение с преступниками, жертвами, «третьими лицами» достаточно подробно разработаны в этических кодексах разных уровней и стран. Так, при публикации материалов о преступлениях упоминание принадлежности подозреваемого к тому или иному религиозному, этническому или другому меньшинству допустимо лишь в случае, если оно способствует лучшему пониманию описываемых событий, т.к. такие упоминания могут вызвать волну предубеждений; особое внимание уделяется потенциально уязвимому положению детей; необходим отказ от неподобающей сенсационности в материалах о насилии и жестокости. Желательно обратить внимание на такие вопросы, как, например, следующие: почему легко купить оружие? почему в обществе распространены равнодушие и безучастность? почему психологическая неустойчивость преступника не вызвала вопросов у профессионалов? Напротив, нежелательны для упоминания детали преступления, особенно эротические, шокирующие элементы биографии, превращение преступника в общенациональную знаменитость (ложные ориентиры и опасные модели для подражания, придание огласке может помешать раскрытию преступления), опрос свидетелей, слежка за полицейскими.

По отношению к преступникам и обвиняемым следует придерживаться таких правил: до вынесения судебного приговора обвиняемого нельзя называть виновным; если есть основания полагать, что подозреваемый невиновен, то не следует публиковать его имя и фотографии; в случае незначительных преступлений, совершенных молодыми людьми, в интересах их будущего следует отказаться от публикаций их имен и

позволяющих идентифицировать их фотографий. Интервью с преступниками не запрещены законом, но нуждаются в ограничениях. Являются нарушением журналистской этики, если оправдывают или преуменьшают совершенные преступления, ложатся тяжелым бременем на плечи пострадавших, если служат удовлетворению тяги аудитории к сенсациям. Недопустимы подробные описания преступлений и правонарушений. Нельзя брать интервью у преступников во время совершения преступлений.

Не менее важны правила в отношении жертв преступлений и несчастных случаев. Границы допустимого в освещении несчастных случаев и катастроф определяются уважением к испытаниям жертв и чувствам близких: нельзя подвергать их дополнительным страданиям через изображение в СМИ; нельзя сообщать имена жертв и потерпевших до тех пор, пока не будут поставлены в известность их ближайшие родственники; жертвы имеют право на особую защиту их имен; недопустимы фото- и видеоматериалы с подробностями происшествий; следует избегать идентификации родственников или друзей лиц («третьих лиц»), осужденных за преступление или обвиняемых в совершении преступления, без их согласия. Особое внимание уделяется положению детей. Визуализация жертв также имеет строгие ограничения: не следует публиковать имена пострадавших и всегда сопоставлять право общества на получение информации с личными правами людей. Потребность в сенсации не может служить оправданием общественного интереса. Жертвы имеют особое право на защиту имен, но отчасти это имеет отношение и к обвиняемым. Недопустима публикация имен и фотографий членов семей и прочих посторонних людей. Исключения составляют известные люди или особые обстоятельства, но и здесь требуется осторожность.

В настоящем обзоре рассмотрены лишь некоторые конкретные профессиональные области и ситуации, в отношении которых в профессиональных кодексах и редакционных уставах кодифицированы установления, регламентирующие этические - т.е. должные, правильные, морально

допустимые - действия журналистов. Перечень ситуаций, отрефлексированных на данный момент в документах, может быть продолжен: это, например, террористические атаки, избирательные кампании, практика фоторепортажа и цифровой фотографии, отчасти телевизионная журналистика. В целом же следует признать, что проработка этических норм и правил в отношении многих конкретных зон отмечена неполнотой, подчас противоречивостью. Это естественно: процесс кодификации развивается, создаются новые журналистские корпорации и сообщества, рождаются свежие документы. Помимо этого, расширяется и наше представление о коммуникациях, структуре информационного поля1, что также отражается в появлении новых этических документов. Надо полагать, что данные процессы потенциально способны оптимизировать медиапространство, снизить количество этических нарушений.

Вместе с тем справедливость требует признать, что ситуация, связанная с деонтологией журналистики в целом и профессиональной этикой в частности, достаточно сложна во всем мире. Ее острота вызвала активизацию движения этической журналистики2. Эпоха «постистины», «постправды» — это наше время; время, когда истина потеряла ценность для общества: глухота к фактам и отказ от критического осмысления информации, ориентация на собственные ощущения, зависимость интерпретации от «контекста» нарастают в журналистской практике и представляют серьезную угрозу для общества. Этический кризис профессии, имея внешние и внутренние проявления, стал предметом активного обсуждения в обществе и журналистской корпорации. Тем значимее внимание к результатам, уже достигнутым профессиональным сообществом в кодификации этических норм, тем настоятельнее потребность в разработке и освоении новых результатов.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИИ СПИСОК

1. Авраамов, Д.С. Профессиональная этика журналиста. Парадоксы развития, поиски, перспективы. - М., 1991.

2. Авраамов, Д.С. Профессиональная этика журналиста. - 2-е изд., испр. и доп. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 2003.

3. Бакштановский, В.И., Согомонов Ю.В. Моральный выбор журналиста. - Тюмень,

2002.

4. Дзялошинский, И.М. Профессиональная этика журналиста. - М.: Юрайт, 2017.

5. Журналистика. Общество. Ценности / ред.-сост. В.А. Сидоров. - СПб.: Петрополис,

2012.

6. Казаков, Ю.В. На пути к профессионально правильному. Российский медиаэтос как территория поиска. - М., 2001.

7. Корконосенко, С.Г. Теория журналистики: моделирование и применение: учеб. по-соб. - М.: Логос, 2010.

8. Кумылганова, И.А. Этические основы информационных коммуникаций: зарубежные подходы и традиции. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 2013 .

9. Лазутина, Г.В. Информационное поле страны: актуальность изменений в условиях цифровой революции // Журналист. Социальные коммуникации. - 2017. - №4.

10. Лазутина, Г.В. Профессиональная этика журналиста. - М.: Аспект Пресс, 1999.

11. Ламбет, Э.Б. Приверженность журналистскому долгу. Об этическом подходе к журналистской профессии. - М., 1998.

12. Лукина, М.М. Технология интервью. - М.: Аспект Пресс, 2010.

13. Массмедиа и ценностные отношения общества / под ред. Г.В. Лазутиной. - М.: Ме-диаМир, 2013.

1 Лазутина Г.В. Информационное поле страны: актуальность изменений в условиях цифровой

революции // Журналист. Социальные коммуника- ------------------------

ции, 2017, №4. 2 www.ethicaljoumalism.org

14. Муратов, С.А. Нравственные принципы журналистики. - М., 1994.

15. Прохоров, Е.П. Введение в теорию журналистики: учебник. - 7-е изд., испр. и доп. -М.: Аспект Пресс, 2009.

16. Теплюк, В.М. Социальная ответственность журналиста. - М., 1984.

17. Уайт, А. Говорить только правду. - М.: СЖ, 2009.

18. Фихтелиус, Э. Сложное искусство работы с информацией. - М.: МедиаМир, 2008.

19. Шайхитдинова, С.К. Информационное общество и "ситуация человека". (Эволюция феномена отчуждения). - Казань: Изд-во Казанск. ун-та, 2004.

20. Шостак, М.И. Репортер: профессионализм и этика. - М., 1999.