Процесс оценивания в семантике глаголов показа (на материале современного английского языка)

УДК 811.111 ББК 81.432.1-2

Е.Ю. Холдеева

ПРОЦЕСС ОЦЕНИВАНИЯ В СЕМАНТИКЕ ГЛАГОЛОВ ПОКАЗА

В статье представлен анализ глаголов показа с оценочным компонентом в семантике. Анализ осуществлен с позиции наблюдателя-интерпретатора, который проявляет сложные когнитивные уровни восприятия и формирует мыслительные репрезентации, основанные на наблюдениях.

Ключевые слова: наблюдатель; субъект; наблюдаемое; восприятие; оценивание; интерпретация; глаголы показа; чувства; эмоции; поведение

E.Y. Kholdeyeva

THE PROCESS OF EVALUATION IN SEMANTICS OF SOME VERBS OF SHOWING IN THE MODERN ENGLISH

The article presents an analysis of verbs of showing that incorporate the evaluative component. The analysis is done from the point of view of the observer who acts as an interpreter, showing complex cognitive levels of perception and forming intellectual representations based on observation.

Key words: observer; subject; observed; perception; evaluation; interpretation; verbs of showing; feelings; emotions; behavior

Несомненно, предикаты с очевидной семантической доминантой хорошо выделимы и вследствие этого достаточно глубоко исследованы. Таковы, например, глаголы физического действия, ментальные предикаты и т.п. Гораздо хуже описаны предикаты со смешанной семантикой [Кустова, 1999, с. 229]. Интересующие нас предикаты - лексико-семанти-ческая группа глаголов с центральным предикатом show: express, display, demonstrate и т. п. Действия типа «показать что-то» выполняются детьми на ранней стадии развития и представляют собой уникально человеческие социальные и когнитивные навыки [Tomasello, 2005]. Бесспорно, в семантике глаголов исследуемой группы категория действия занимает лидирующие позиции. Но глаголы показа концептуализируют гораздо более широкую онтологическую область, нежели «действие». Главное значение глагола show трактуется как «to let someone see smth, especially by holding it out so that they can look at it» [LDCE, 2000]. На основании данных лингвистического анализа словарных дефиниций может быть построена следующая модель прототипической ситуации показа. В данном смысле показать значит позволить кому-либо увидеть что-либо, а именно: держать наблюдаемое в руках и протянуть его так, чтобы наблюдатель увидел. Но предложения, организованные данными предикатами, обладают обширным

семантическим потенциалом. Они могут выражать ситуации, весьма заметно отклоняющиеся от прототипического действия show. В результате исследуемая нами группа глаголов со значением показа может организовывать семантически неидентичные конструкции. Сравним следующие предложения:

(1) He got out a photo of his wife and showed i_t to me [Activator, 1996, p. 1226].

(2) Two thousandyears ago, Jesus showedclear leadership when he showed love and compassion to those who had become the outcasts of society [BNC. URL: http://www.natcorp.ox.ac.uk/].

Пример (1) полностью раскрывает прото-типическое действие показа - мужчина держит фото своей жены в руках и протягивает его так, чтобы наблюдатель смог его рассмотреть. В примере (2) show употребляется в совершенно другой ситуации. В таких предложениях глагол show трактуется, как «to let your feelings, attitudes, or personal qualities be clearly seen in the way you behave, the way you look» [LDCE, 2000, p. 1325]. Семантико-концепту-альную модель для данного вида ситуаций можно «сконструировать» следующим образом. В них в качестве наблюдаемого выступают проявления чувств, эмоций, черт характера, отношения к чему-либо. Субъект эмоционального состояния (отношения, поведения и т.п.) становится наблюдаемым, точнее, одним из параметров наблюдаемого, поскольку на-

Вестник ИГЛУ, 2014

© Холдеева Е.Ю., 2014

блюдаемое в такой ситуации - это, все же, не человек как таковой, а его поведение и выражение аффективных состояний [Верхотурова, 2008, с. 190]. Наблюдатель их воспринимает, интерпретирует и/или оценивает. Глаголы со значением показа в подобных высказываниях описывают ситуации логического вывода, основанного на восприятии наблюдателем событийных сущностей с обязательным последующим анализом и интерпретацией. Наблюдатель при этом уходит «за кадр», становясь синтаксически невыразимым элементом семантики высказывания. Здесь он проявляет более сложные когнитивные уровни восприятия и мыслится как некое обобщенное воспринимающее и анализирующее лицо [Верхотурова, 2010, с. 156]. Таким образом, ситуация, описываемая таким значением show, указывает на наличие двух взаимосвязанных систем деятельности - кто-то (субъект показа) ведет себя так, что другой (субъект восприятия - наблюдатель) воспринимает его/ее поведение; кто-то (субъект восприятия - наблюдатель) оказывается не только свидетелем, но и интерпретатором некоторого события (в широком смысле этого понятия в лингвистике). Причем целенаправленность действия субъекта показа не встроена эксплицитным образом в семантику данного значения глагола show, см., например, словарную дефиницию, где глагол show толкуется как «to show a felling, attitude, or quality although you do not intend to» [Activator, 1996, p. 1222]. В примере (2) Христос выражал свои чувства, не ставя цели быть увиденным. Любовь и сострадание к живым существам - это проявления естественного состояния его души.

Итак, данная статья посвящена изучению процесса оценивания в терминах категории наблюдателя. Появление в научном дискурсе этой категории обусловлено переосмыслением процессов восприятия в целом, а также интересом к способам взаимодействия субъекта восприятия с внешним миром [Еремина, 2010, с. 36]. Оценочный компонент в рассматриваемых нами предикатах восходит к наблюдателю-интерпретатору [Плотникова, 2000]. Цель работы - изучить, как упомянутый компонент обнаруживает себя в ситуациях, организованных некоторыми предикатами показа.

Оценивание - явление многогранное, поэтому этот процесс привлекает внимание ис-

следователей в области логики, философии, лингвистики. Много и плодотворно писали в этой области Н.Д. Арутюнова и Е.М. Вольф. Как отмечает Г.В. Колшанский, оценивание содержится повсюду, где субъект (в нашем понимании наблюдатель) каким-либо образом соприкасается с объективным миром [Колшанский, 1990]. Оценивание рассматривается как специфическая форма познания. Под оцениванием в общем смысле понимается вписывание воспринимаемого/осознаваемого в «сетку» опыта субъекта (наблюдателя) и его «жизненное пространство», которое неотвратимо влечет за собой его интерпретацию. Таким образом, «предельное» понимание оценивания есть его понимание как концептуализации действительности [Лингвистика и аксиология, 2011, с. 34].

Рассмотрим подробнее структуру процесса оценивания. Она включает в себя целый ряд элементов, обязательными из которых являются субъект и объект оценивания [Вольф, 1985, с. 9]. Субъект оценивания - это лицо или социум, с точки зрения которого ведется процесс оценивания. Являясь обязательным элементом, он присутствует всегда в той или иной форме [Арутюнова, 1999]. Субъект оценивания в любых научных исследованиях относится к аксиологическому проблемному полю ценностных смыслов. Очевидно, что таковым может быть только сознательный субъект, человеческое существо [Верхотуро-ва, 2011. Режим доступа: http//md.islu.ru/]. В лингвистических исследованиях на определенном уровне анализа субъект оценивания обычно включают в вершинную в иерархическом отношении категорию субъекта сознания/познания [Там же]. Наблюдатель рассматривается как перцептивно-когнитивный субъект, воспринимающий и, одновременно, подвергающий воспринимаемое, наблюдаемое когнитивно-аффективной, оценочной обработке. Происходит расширение аналитической функции наблюдателя: из перцептивной фигуры категориально-указательного языкового уровня он вырастает в перцептивно-когнитивную фигуру наблюдателя, совмещающего акт перцепции с оцениванием [Верхотурова, 2008, с. 160]. Таким образом, субъект оценивания (наблюдатель) - основной элемент процесса оценивания. Следующим по значимости компонентом исследуемого

процесса является объект оценивания, который всегда выражен эксплицитно [Луганская, 2004, с. 58]. Процесс оценивания направлен на кого-либо или что-либо, поэтому в прото-типической ситуации оценивания обязательно участвует объект (наблюдаемое). Оцениваемыми объектами не являются исключительно люди с их природными и приобретенными качествами. К ним принадлежат опредме-ченные результаты мыслительной и творческой деятельности (статья, книга и т. д.), не-опредмеченные результаты мыслительной и творческой деятельности (мысль, идея и т.п.), действия и поступки человека (уход, побег и т.д.), психические эмоциональные состояния человека (ужас, страх и т.д.), а также желания, увлечения, интересы и др. [Луганская, 2004, с. 59]. Объектом оценивания может быть любое сущее - физический мир (объекты живой и неживой природы, техногенные процессы, исторические события и т. д.). Ценностно мерным объектом оценивания является и сам человек, его ментальный внутренний мир [Лингвистика и аксиология, 2011, с. 79]. Сравним следующую группу предложений:

(3) Gelfald S face split into its parts; his mouth still kept into its smile, but his eyes showed a certain wild alarm [COCA. URL: http://corpus. byu.edu/coca/].

(4) Her words sliced through Shannon like burning arrows, but only a faint staining of her cheeks showed she'd been affected in the slightest [BNC. URL: http://www.natcorp.ox.ac.uk/].

(5) His glowing face showed that he was aware of the breakthrough [Ibid].

(6) The hunter's dog, which was usually very brave and courageous, showed fear of another animal for the first time in his life [COCA. URL: http://corpus.byu.edu/coca/].

(7) She showed no interest in the workers and indeed, apart from the indoor staff, knew few of them by name [BNC. URL: http://www.natcorp. ox.ac.uk/].

В приведенных выше примерах интерпретации и оцениванию подвергаются чувства и эмоции наблюдаемых субъектов. В таких предложениях, организованных глаголом show, наблюдаемое (объект оценивания) стоит в позиции подлежащего, а позицию прямого дополнения занимает результат интерпретации и оценивания. Наблюдатель мыслится как обобщенный и в синтаксис высказывания

очень часто не «выходит» (исключение могут составлять такие предложения, как пример (2), где предлог ^о указывает на наблюдателя, но и в этом случае под наблюдателем понимаются все и каждый). Проявления эмоций носят, в норме, непроизвольный характер и фиксируются наблюдателем, который не является субъектом описываемого эмоционального состояния, но лишь констатирует его.

Повествуя о невербальной концептуализации эмоций, Г.Е. Крейдлин отмечает, что в большей степени она связана с лицом, чем с другими частями тела. Малейшие изменения лица объекта оценивания (примеры (3), (4), (5)) бывают чрезвычайно информативными, и на их основе наблюдатель выносит самые разнообразные суждения [Крейдлин, 2002]. Мимика, жесты и другие проявления, фиксируемые наблюдателем, выступают для него в роли знаков. Невербальная коммуникация является одной из важнейших областей функционирования знаков и знаковой информации и занимает значительное место в жизни человека [Моррис, 2001]. С развитием семиотики невербальным проявлениям человека стали придавать функцию знака. Многие признаки внешности человека и его экспрессивное поведение позволяют судить наблюдателю о его эмоциональном состоянии. Сами способы выражения эмоций следует отличать от способов их проявления. В частности, имеются органы тела, которые ориентированы на внешнее проявление испытываемых ощущений - это, например, щеки, которые могут покраснеть от волнения (пример (4)), а есть органы, которые приспособлены не только для проявления, но и для выражения эмоций, - это, например, глаза, выражение которых выдает дикий страх (пример (3)) или голос, показывающий недоверие (см. пример (12) ниже по тексту) [Крейдлин, 1994, с. 151]. В примерах (6) и (7) наблюдатель делает выводы о состоянии наблюдаемого объекта, основываясь уже не на органах тела, а на поведении объекта оценивания. В примере (6) собака своим необычным поведением выдает страх перед неизвестным ей существом. Наблюдатель, увидев нехарактерные для нее действия, пришел к выводу, что собака напугана. В примере (7) девушка не считает необходимым обращать внимание на обычных рабочих, тем более, запоминать их по именам. Сторонний наблюдатель, ана-

лизируя ее поведение, приходит к выводу, что простые рабочие ей безразличны.

Следующая группа предложений, организованных устойчивым словосочетанием show signs of, раскрывает другой объект оценивания - собственно типы поведения, которые фиксируются сторонним наблюдателем. Говоря о поведении, необходимо отметить, что именная категоризация указывает на эту способность живых существ в целом - как людей, так и животных (the behavior of dolphins), с одной стороны. С другой стороны, поведение как совокупность различных действий и поступков не обязательно характеризуется преднамеренностью определенного типа поведения, ср.:

(8) The doctor behaved very unprofessionally [OALD, 2010].

Вряд ли можно утверждать, что доктор вел себя непрофессионально намеренно или демонстративно. О недемонстративном типе поведения можно говорить и в случае отсутствия зрителей:

(9) I want you to behave yourselves while I'm away [Ibid].

Вышеупомянутое устойчивое сочетание проявлять признаки чего-то подчеркивает видимое поведение, которое интерпретируется и оценивается наблюдателем, отсутствующим в синтаксисе предложения. Это поведение позволяет оценить эмоциональное состояние человека, ср.:

(10) She seemed to think that it was her own child and showed signs of distress when Carrie took the baby from her [Ibid].

(11) The officer gave her the kiss of life for five minutes before she showed signs of life [Ibid].

В самой семантике словосочетания show signs of не указано, что объект наблюдения вел себя так специально, демонстративно. Опять же спонтанность различных типов поведения не позволяет вывести наблюдателя в синтаксис предложения. Пример (10) раскрывает ситуацию, в которой наблюдатель по внешним признакам состояния девушки приходит к выводу, что она испытывает душевное страдание при разлуке с ребенком, которого воспринимает, как своего. Вряд ли она смогла изобразить душевные муки намеренно. В примере (11) пострадавшая стала подавать признаки жизни после сделанного ей искусственного дыхания. Окружающие ее люди по

каким-либо признакам (возможно, по появившемуся пульсу, кашлю и т. д.) пришли к выводу, что она жива. Было бы абсурдно предполагать, что в такой ситуации субъект оценивания делал все это преднамеренно.

Итак, в семантике глагола show нет указания на целенаправленное проявление чувств или качеств, на целенаправленное поведение. Иными словами, его семантика нейтральна в отношении контролируемости (или отсутствия контроля) проявления/выражения чувств. Главное, что семантика этого предиката обращена к наблюдателю. Вольно или невольно выражались или проявлялись качества, чувства, типы поведения (плохого, хорошего, агрессивного, доброжелательного и т.п.), важно, что они фиксировались, интерпретировались и оценивались наблюдателем, который в принципе встроен в семантику глагола show. Представляется, что именно отсутствие указания о намеренности проявления чувств и т. п., а скорее, их спонтанность, не позволяет открывать место для наблюдателя в синтаксисе предложения. Ведь чувства не «показываются» кому-то конкретно, как это может происходить с предметами*, ср.: She showed me the picture vs ?She showed me her surprise.

Проанализируем примеры с другим глаголом исследуемой лексико-семантической группы:

(12) Sarah's voice expressed utter incredulity [BNC. URL: http://www.natcorp.ox.ac.uk/].

(13) I could tell that Otto's face expressed more sympathy than he felt [Ibid].

Глагол express в подобных предложениях имеет значение «to show or make known a meaning, idea or feeling (by words, looks or actions)» [Hornby, 2006, p. 456]. Наблюдаемым - воспринимаемым на слух - в предложении (12) является тембр голоса девушки, который наблюдатель (отсутствующий в синтаксисе предложения) интерпретирует и оценивает как проявление полного недоверия. Слово voice характеризуется некоторой метонимичностью, обозначая говорящего человека. Физические параметры голоса позволяют наблю-

* Вообще говоря, чувства в принципе не наблюдаемы, они принадлежат к внутреннему миру человека, который «онтологически недоступен восприятию. <.. .> Скрытая феноменологическая сфера человека проявляется через «выход на поверхность» внешних симптомов, что требует присутствия наблюдателя, способного не только вос-принять физиологические реакции, но и семиологизировать их» [Семенова, 2007, с. 137; выделено нами - Е.Х.].

дателю сделать вывод о настрое объекта наблюдения. Голос относится к тем устройствам и органам, которые способны передавать эмоциональное состояние объекта оценивания, но голос не может служить гарантом подлинности передаваемого состояния [Крейдлин, 1994, с. 151]. Пример (13) свидетельствует о том, что глагол express может описывать ситуации намеренного выражения чувств (в частности, притворства). Внешние проявления чувств зачастую отличаются от реально испытываемых эмоций. В таких высказываниях эксплицируется «рассогласование» внутренней сферы человека и ее внешней симптоматики, подчеркивается несоответствие притворного действительному [Семенова, 2010, с. 106]. В примере (13) попытка Отто выразить большую степень сочувствия, чем он на самом деле чувствовал, не достигает цели, и сторонний наблюдатель осознает притворный характер поведения. Неискренняя демонстрация эмоций в данном примере декодируется наблюдателем благодаря мимике Отто, которая свидетельствует о рассогласовании между переживаемым эмоциональным состоянием и его внешним проявлением.

В ситуациях, описываемых глаголом display, проявляется схожий механизм процесса оценивания. Его толкование «to clearly show an attitude, quality, or feeling by what you do or say» [Activator, 1996, p. 1222] указывает на присутствие наблюдателя, который выступает в роли интерпретатора случайно проявляемых или намеренно выражаемых состояний объекта наблюдений. Приведем несколько примеров:

(14) Heather's face displayed a mixture of ecstasy and relief; we were both on a big high [BNC. URL: http://www.natcorp.ox.ac.uk/].

(15) Sime had been in court on the day of his death and had displayed no anxiety or stress [Ibid].

В предложениях, организованных предикатом display, знаковую информацию для интерпретации могут нести изменения лица объекта оценивания (пример (14)). В ситуациях, описываемых этим глаголом, оцениванию может подвергаться и все поведение человека (пример (15)).

Еще один глагол группы demonstrate также целиком и полностью ориентирован на наблюдателя-интерпретатора. Однако ситуа-

ции, описываемые данным глаголом, характеризуют поведение, которое является намеренным выражением чувств и отношений субъекта поведения:«to do something in order to deliberately and clearly show an attitude or feeling» [Activator, 1996, p. 1222]. Толкование указывает на присутствие наблюдателя, который выступает в роли интерпретатора намеренно выражаемых отношений, состояний, чувств объекта наблюдения, поэтому в таких предложениях часто употребляются глаголы типа need (to demonstrate), want (to demonstrate). Проанализируем следующее предложение:

(16) We want to demonstrate our commitment to human rights [OALD, 2010].

В примере (16) описывается демонстративное поведение: субъектам этого поведения необходимо, чтобы наблюдатель (наблюдатели) оценили его соответствующим образом. Демонстрация отношения и/или чувств чаще всего в подобных ситуациях является социально ориентированным поведением, рассчитанным не на конкретного наблюдателя, но на всех или любого [Верхотурова, 2010, с. 155]. Демонстративное поведение всегда ориентировано на наблюдателя, чье присутствие и обусловливает демонстративный аспект поведения. Попросту говоря: нет наблюдателей, не нужна демонстрация [Верхотурова, 2008, с. 192]. Приведем для сравнения еще один пример:

(17) The continuing need to demonstrate self control results in all lesser activities being put offfor the time-being [BNC. URL: http://www. natcorp.ox.ac.uk/].

Итак, в английском языке в обширном лек-сико-семантическом поле показа выделяется группа глагольных предикатов (show, express, display, demonstrate и др.), содержащая в своей семантике аксиологический компонент, предполагающий процесс интерпретирования и оценивания. Он восходит к фигуре наблюдателя, который является не только субъектом восприятия, но и оценивания (интерпретации) наблюдаемого. Большинство глаголов лексико-семантической группы показа могут выступать в качестве предикатов оценивания симптомов эмоций, спонтанного (машинального) либо демонстративного поведения, а также качеств наблюдаемых объектов. Все глаголы объединяются наличием наблюдате-

ля, который крайне редко выходит в синтаксис предложения. Наблюдатель - это тот концептуально значимый смысловой элемент, в котором реализуется когнитивная триада «се-миотизация - интерпретация - оценивание». Он не только воспринимает вышеописанные симптомы и признаки, но и семиологизирует их - наделяет семиотической значимостью [Семенова, 2007, с. 141]. Семиотизация всегда неразрывно связана, с одной стороны, с интерпретацией как нахождением смысла, а с другой - с оцениванием, которое, как было определено выше, имеет самое непосредственное отношение к концептуализации действительности.

Библиографический список:

1. Арутюнова, Н.Д. Язык и мир человека [Текст] / Н.Д. Арутюнова. - 2-е изд., испр. - М.: Языки русской культуры, 1999. - 896 с.

2. Верхотурова, Т.Л. Понятийная вариативность категории «субъект» в научном дискурсе. [Электронный ресурс] / Т.Л. Верхотурова // Magister Dixit - научно-педагогический журнал Восточной Сибири. - 2011. - №2 (06). - Режим доступа: http//md.islu.ru/ (дата обращения: 24.03.2014).

3. Верхотурова, Т.Л. Фактор Наблюдателя в значении слова и предложения [Текст] / Т.Л. Верхотурова // Слово в предложении: кол. монография / под ред. Л.М. Ковалевой (отв. ред.), С.Ю. Богдановой, Т.И. Семеновой. - Иркутск: ИГЛУ, 2010. - С. 148-169.

4. Верхотурова, Т.Л. Фактор наблюдателя в языке науки [Текст]: монография / Т.Л. Верхотурова. - Иркутск: ИГЛУ, 2008. - 289 с.

5. Вольф, Е.М. Функциональная семантика оценки [Текст] / Е.М. Вольф. - М.: Наука, 1985. - 224 с.

6. Еремина, О.В. Перцептивно-оценочная семантика ряда речевых глаголов [Текст] / О.В. Еремина // Вестник ИГЛУ. - 2010. - № 2 (10). - С. 35-40.

7. Колшанский, Г.В. Объективная картина мира в познании и тексте [Текст] / Г.В. Колшанский. - М.: Наука, 1990. - 108 с.

8. Крейдлин, Г.Е. Голос, голосовые признаки и оценка речи [Текст] / Г.Е. Крейдлин // Логический анализ языка. Язык речевых действий. - М.: Наука, 1994. -С. 141-159.

9. Крейдлин, Г.Е. Невербальная семиотика: Язык

тела и естественный язык [Текст] / Г.Е. Крейдлин. - М.: Новое литер. обозрение, 2002. - 581 с.

10. Кустова, Г.И. Перцептивные события: участники, наблюдатели, локусы [Текст] / Г.И. Кустова // Логический анализ языка. Образ человека в культуре и языке. - М.: Индрик, 1999. - С. 229-243.

11. Лингвистика и аксиология: этносемиометрия ценностных смыслов [Текст]: кол. монография / отв. ред. Л.Г. Викулова. - М.: ТЕЗАУРУС, 2011. - 352 с.

12. Луганская, Е.В. Аксиологическая оценка в ген-дерном аспекте (на материале англоязычных открытых писем) [Текст]: дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04 / Е.В. Луганская. - Иркутск, 2004. - 188 с.

13. Моррис, Ч.У. Основания теории знаков [Текст] / Ч.У Моррис // Семиотика: Антология / сост. Ю.С. Степанов. - изд. 2-е, испр. и доп. - М.: Академический проект; Екатеринбург: Деловая книга, 2001. - С. 45-97.

14. Плотникова, С.Н. Неискренний дискурс (в когнитивном и структурно-функциональном аспектах) [Текст] / С.Н. Плотникова. - Иркутск: ИГЛУ, 2000. -244 с.

15. Семенова, Т.И. Лингвистический феномен кажимости [Текст]: монография. - Иркутск : ИГЛУ, 2007. - 237 с.

16. Семенова, Т.И. От притворства до игры: синкретизм глагола pretend [Текст] / Т.И. Семенова // Слово в предложении: кол. монография / под ред. Л.М. Ковалевой (отв. ред.), С.Ю. Богдановой, Т.И. Семеновой. -Иркутск: ИГЛУ, 2010. - С. 95-114.

17. Activator Longman Activator [Text]. - England: Longman, 1996. - 1587 р.

18. COCA - Corpus of Contemporary American English [Electronic resource]. - URL: http://corpus.byu. edu/coca/ (дата обращения: 28.03.2014).

19. BNC - British National Corpus [Electronic resource]. - URL: http://www.natcorp.ox.ac.uk/ (дата обращения: 27.03.2014).

20. Hornby, A.S. The advanced learner's dictionary of current English [Text] / A.S. Hornby. - М.: АСТ, 2006. -1566 р.

21. LDCE - Longman Dictionary of Contemporary English [Text]. - Harlow: Longman, 2000. - 1668 p.

22. OALD - Oxford Advanced Learner's Dictionary [Text]. - Oxford University Press, 2010. - 1796 p.

23. Tomasello, M. Understanding and sharing intentions: The origin of cultural cognition [Text] // Behavioral and Brain Sciences / M. Tomasello, M. Carpenter, J. Call, T. Behne, H. Moll, 2005. - Vol. 28. - P. 675-691.

УДК 81'4 ББК 81.055.1

Л.Р. Хомкова, Т.Г. Панина МЕТАФОРА КАК УНИВЕРСАЛЬНО-СПЕЦИФИЧНОЕ КУЛЬТУРНО-ЯЗЫКОВОЕ ЯВЛЕНИЕ

В статье метафора рассматривается с точки зрения универсальности и специфичности ее характеристик в аспектах языка, мышления и культуры, выявлены возникающие при употреблении метафор расхождения между языками в семасиологическом и в ономасиологическом планах; также предпринята попытка проследить влияние экстралингвистических фак-

© Хомкова Л.Р., Панина Т.Г., 2014