ТРУДОВОЕ ПРАВО И СОЦИАЛЬНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ В ГОСУДАРСТВАХ ЕАЭС В УСЛОВИЯХ ПАНДЕМИИ COVID-19: ОПЫТ БЕЛАРУСИ, КАЗАХСТАНА, КЫРГЫЗСТАНА И РОССИИ

С. Ю. Головина

Уральский государственный юридический университет

К. С. Раманкулов

Кыргызский национальный университет им. Ж. Баласагына

К. Л. Томашевский

Международный университет «МИТСО», Белорусский государственный университет

М. Х. Хасенов

Университет КАЗГЮУ им. М. С. Нарикбаева, Институт законодательства и правовой информации Республики Казахстан

ТРУДОВОЕ ПРАВО И СОЦИАЛЬНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ В ГОСУДАРСТВАХ ЕАЭС В УСЛОВИЯХ ПАНДЕМИИ СОУГО-19: ОПЫТ БЕЛАРУСИ, КАЗАХСТАНА, КЫРГЫЗСТАНА И РОССИИ*

Распространение новой коронавирусной инфекции (COVID-19) повлияло практически на все сферы человеческой деятельности, но одной из самых уязвимых сфер оказались трудовые отношения. Меры, предпринятые в целях предотвращения распространения инфекции, привели к приостановке деятельности многих организаций, что повлекло за собой рост безработицы и падение уровня жизни населения. Работодатели столкнулись с необходимостью «переформатирования» трудовых отношений, организации трудовых процессов таким образом, чтобы обеспечить социальную изоляцию работников, в частности посредством перехода на удаленную работу, при том что в трудовом законодательстве такой способ организации труда не регламентирован. Перед государствами-членами ЕАЭС встала проблема усиления социальной поддержки граждан, пересмотра системы мер государственных пособий и выплат.

На основе метода компаративистики проведен анализ законодательных мер, предпринимаемых в государствах-членах ЕАЭС для предотвращения распространения пандемии и смягчения ее последствий, выявлены проблемы правоприменения, обусловленные дефектами трудового и социального законодательства. Приводятся примеры адаптации трудового законодательства и законодательства о социальном обеспечении к сложившимся в связи с пандемией отношениям. Авторы приходят к выводу, что COVID-19 сформировал общественный запрос на поиск новых правовых механизмов, способствующих усилению трудовой мобильности населения и в определенной мере трансформации современных трудовых отношений.

Ключевые слова: коронавирусная инфекция, COVID-19, самоизоляция, нерабочие дни, удаленная и дистанционная работа, трудовое законодательство стран ЕАЭС, социальная помощь

DOI: 10.34076/2410-2709-2020-4-13-33

В условиях объявленной 11 марта 2020 г. Всемирной организацией здравоохранения пандемии коронавирусной инфекции

* Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда (проект № 19-18-00517).

(COVID-19) большинство государств приняли меры по закрытию границ и ограничению возможности передвижения граждан по территории своих стран. При этом многие страны ввели карантин или даже объявили

чрезвычайное положение, либо так называемый жесткий карантин, либо режим повышенной готовности (Великобритания, Индия, Китай, Казахстан, Кыргызстан, большинство стран Европейского союза, Россия, США, Украина), некоторые государства (к примеру, Беларусь, Бразилия, Швеция) ограничились мягкими сдерживающими мерами, запрещая своим гражданам перемещаться по территории страны и не «закрывая» экономику. Говорить о том, какая модель оказалась более эффективной, пока преждевременно. Тем не менее в странах ЕС (Литва, Латвия, Эстония) и ЕАЭС (Казахстан и Кыргызстан) карантинные меры позволили во многом сдержать первую волну распространения корона-вируса.

В законодательстве появились новые понятия - «самоизоляция», «социальная дистанция», «удаленная работа», которые в разных странах толкуются по-разному.

В марте 2020 г. Международная организация труда опубликовала аналитическую записку, посвященную COVID-19 и труду, к концу мая вышло ее 4-е дополненное издание1. Вслед за этим появился ряд руководств и обзоров как МОТ, так и экспертов и правозащитников с рекомендациями о том, как следует действовать бизнесу в условиях пандемии в целях сохранения рабочих мест, обеспечения охраны труда и уровня социальной защиты работников2. В Италии был оперативно опубликован на английском языке специальный выпуск журнала на тему «COVID-19 и трудовое право» с обзорами мер, принимаемых в 80 странах [Italian Labour Law е-Journal 2020]. Представляет научный интерес сравнительный анализ законодательных мер, нацеленных на преодоление проблем в сфере труда и социального обеспечения, в государствах-членах ЕАЭС.

1 COVID-19 and the World of Work: Impact and Policy Responses: ILO Monitor 4th Edition. 27 May 2020 // URL: https://www.ilo.org/wcmsp5/groups/public/@dgre-ports/@dcomm/documents/briefingnote/wcms_745963.pdf

2 Дейкало Е., Гулак О. COVID-19, бизнес и права человека: вызовы и стратегии поведения (аналитическая записка) // URL: https://belhelcom.org/sites/ default/files/covid-19_businesshuman_rights_5.0_0. pdf; An Employers' Guide on Managing Your Workplace During COVID-19. Geneva: International Labour Office, 2020 // URL: https://www.ilo.org/wcmsp5/groups/public/ ---ed_dialogue/---act_emp/documents/publication/ wcms_740212.pdf.

Он позволит выработать рекомендации по синхронизации этих мер в целях совместного преодоления последствий пандемии коронавируса.

Республика Беларусь

1. Правовые основы самоизоляции граждан, введенные в связи с пандемией COVID-19

Согласно ст. 23 Закона Республики Беларусь от 7 января 2012 г. № 340-3 «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» ограничительные мероприятия вводятся (отменяются) решением Совета министров Республики Беларусь, местных исполнительных и распорядительных органов. В соответствии с указанной нормой в целях предотвращения распространения инфекции, вызванной коронавирусом, на территории Республики Беларусь была введена самоизоляция (постановление Совета министров Республики Беларусь от 8 апреля 2020 г. № 208 «О введении ограничительного мероприятия» (далее - Постановление № 208).

В п. 2 Постановления № 208 самоизоляция определена как система мероприятий, обеспечивающих изоляцию (в домашних или иных условиях) лиц, прибывших из эпидемически неблагополучных стран, либо лиц, которые имели или могли иметь контакты с лицами, имеющими инфекционные заболевания, и (или) лицами-носителями возбудителей таких инфекционных заболеваний, и (или) лицами, находящимися в стадии выздоровления после перенесенных инфекционных заболеваний.

В силу п. 3 Постановления № 208 самоизоляции подлежат граждане Республики Беларусь, иностранные граждане и лица без гражданства трех категорий:

1) имеющие инфекцию COVID-19;

2) относящиеся к контактам:

первого уровня с лицами, имеющими инфекцию COVID-19, - в течение 14 календарных дней с даты последнего контакта;

второго уровня с лицами, имеющими инфекцию COVID-19, при наличии одного или нескольких респираторных симптомов -на период наличия указанных симптомов.

Критерии отнесения граждан к лицам, имеющим указанные контакты первого и второго уровня, устанавливаются Мини-

стерством здравоохранения. При этом факт наличия у гражданина контакта и его уровень должны быть подтверждены должностными лицами органов и учреждений, осуществляющих государственный санитарный надзор, государственных органов, осуществляющих управление деятельностью в области санитарно-эпидемиологического благополучия населения;

3) лица, прибывшие в Республику Беларусь из стран, в которых регистрируются случаи инфекции COVID-19, в течение 14 календарных дней со дня прибытия в Республику Беларусь, т. е. лица, указанные в подп. 1.1 п. 1 постановления Совета министров Республики Беларусь от 25 марта 2020 г. № 171 «О мерах по предотвращению завоза и распространения инфекции, вызванной коронавирусом COVID-19».

Первым двум категориям гражданам, на которых распространяется государственное социальное страхование и за них, а также ими самими в предусмотренных законодательством о государственном социальном страховании случаях уплачиваются обязательные страховые взносы в бюджет государственного внебюджетного фонда социальной защиты населения Республики Беларусь на социальное страхование, выдается листок нетрудоспособности на период пребывания в самоизоляции. Следовательно, в этот период граждане данных категорий подлежат обеспечению пособиями по временной нетрудоспособности. В случае нарушения гражданином требования о самоизоляции указанное пособие назначается в размере 50 % от пособия, исчисленного в соответствии с законодательством.

Пункт п. 6 Постановления № 208 возлагает на граждан, находящихся в самоизоляции, следующие обязанности:

1) не покидать места проживания (пребывания), в том числе не посещать места работы (учебы), объекты торговли и общественного питания, спортивные, выставочные и концертные залы, кинотеатры, вокзалы и другие места массового пребывания людей, за исключением случаев крайней необходимости - посещение ближайших продовольственного магазина или аптеки для приобретения необходимых товаров, вынос бытовых отходов в ближайшее место сбора отходов;

2) при выходе из жилого помещения в вышеуказанных случаях крайней необходимости использовать маску, не допускать контактов с другими лицами;

3) уведомить нанимателя о причине отсутствия на работе;

4) исключать пользование услугами, предполагающими контакты с другими лицами, кроме случаев, когда такие услуги требуются для обеспечения безопасности жизнедеятельности;

5) в случае ухудшения состояния здоровья (повышение температуры тела до 37 °C и выше, появление кашля, одышки) обратиться в скорую медицинскую помощь по телефону 103 или отправив SMS, сообщив при этом о нахождении в самоизоляции.

Таким образом, понятие «самоизоляция» в законодательстве Республики Беларусь было легализовано постановлениями Правительства и Министерства здравоохранения, в них четко определены три категории граждан, подлежащих самоизоляции, и механизм ее соблюдения.

2. Поддержка экономики Беларуси в условиях распространения коронавирусной инфекции за счет ограничения трудовых прав работников

Указ Президента Республики Беларусь от 28 мая 2020 г. № 178 «О временных мерах государственной поддержки нанимателей и отдельных категорий граждан» был принят в целях минимизации влияния мировой эпидемиологической ситуации на экономику Беларуси и для обеспечения социальной стабильности. Указ закрепляет возможность получения нанимателями субсидий для доплаты до минимальной заработной платы (375 белорусских рублей на 30 мая 2020 г.) своим работникам в случае их вынужденной неполной занятости или объявления простоя в период с 1 мая по 31 июля 2020 г., а также уплаты взносов в государственный внебюджетный фонд социальной защиты населения. Решение о предоставлении субсидий принимается местным исполнительным и распорядительным органом, а денежные средства перечисляет орган Фонда социальной защиты населения. Этим же Указом предусмотрено продление по 31 августа 2020 г. периода предоставления государственной адресной поддержки в виде ежемесячного социального пособия гражданам, у которых в мае - июле

2020 г. истекает срок действия такого пособия.

Отдельного внимания заслуживают некоторые нормы Указа Президента Республики Беларусь от 24 апреля 2020 г. № 143 «О поддержке экономики» (далее - Указ № 143), касающиеся расширения прав нанимателей по одностороннему изменению трудовых отношений с работниками.

Согласно абз. 2 п. 14 Указа № 143 нанимателям предоставлено право изменять существенные условия труда работника, за исключением уменьшения размера оплаты труда, в связи с обоснованными причинами неблагоприятного воздействия эпидемиологической ситуации на деятельность нанимателя. При этом наниматель обязан предупредить работника об изменении существенных условий труда письменно не позднее чем за один день.

Остается надеяться, что нормы, ограничивающие трудовые права работников и входящие в противоречие с фундаментальными Конвенциями МОТ, будут носить временный характер, и вскоре последует их отмена

Следует заметить, что ранее уже предпринималась попытка сократить предусмотренный ст. 32 Трудового кодекса Республики Беларусь месячный срок предупреждения. Подпункт 3.2 п. 3 Декрета Президента Республики Беларусь от 15 декабря 2014 г. № 5 «Об усилении требований к руководящим кадрам и работникам организаций» давал руководителям организаций право изменять существенные условия труда работника в связи с обоснованными производственными, организационными или экономическими причинами, с предупреждением об этом письменно не позднее чем за семь календарных дней. Однако Декретом Президента Республики Беларусь от 9 апреля 2020 г. № 1 «Об изменении декретов Президента Республики Беларусь» указанная норма о семидневном сроке предупреждения, входящая в противоречие с ч. 3 ст. 32 ТК Беларуси, которая предусматривает срок предупреждения работников не позднее чем за один месяц, была признана утратившей силу. Тем не ме-

нее с 25 апреля 2020 г. белорусские наниматели снова получили право изменять существенные условия труда, кроме уменьшения размера оплаты труда, с предупреждением работника за один день.

Для сравнения: в России подобные предупреждения работодатель должен делать не позднее чем за два месяца (ст. 74 Трудового кодекса РФ), в Кыргызстане - не позднее чем за один месяц (ст. 71 Трудового кодекса Кыргызской Республики), в Казахстане - не позднее чем за 15 календарных дней до соответствующих изменений (ст. 46 Трудового кодекса Республики Казахстан). В итоге вместо реальной поддержки в условиях возможных потерь в заработке белорусский работник оказался перед дилеммой: дать согласие со следующего дня работать в существенно измененных условиях труда или быть уволенным за отказ от продолжения работы в связи с изменением существенных условий труда по п. 5 ст. 35 ТК Беларуси с выплатой выходного пособия в размере не менее двухнедельного среднего заработка (ч. 5 ст. 48 ТК Беларуси).

В абз. 2 п. 14 Указа № 143 появилась еще одна сомнительная норма, которая также ограничивает трудовые права работников: нанимателям предоставляется право производить временный перевод, в том числе в другое структурное подразделение, к другому нанимателю в связи с производственной необходимостью, вызванной неблагоприятным воздействием эпидемиологической ситуации на деятельность нанимателя, а также для замещения отсутствующего работника без согласия работника на срок до трех месяцев.

Из толкования абз. 2 п. 14 Указа № 143 можно заключить, что возможности временных переводов значительно расширены: если ранее срок подобного перевода без согласия был ограничен одним месяцем, то теперь - тремя месяцами, при этом установленный в ч. 3 ст. 33 ТК Беларуси ограничитель «в пределах календарного года (с 1 января по 31 декабря)» при переводе для замещения временно отсутствующего работника в Указе не использован. На наш взгляд, рассматриваемая норма сформулирована не совсем удачно и при буквальном грамматическом ее толковании может приводить правоприменителей к ошибочному

выводу о том, что временный перевод для замещения временно отсутствующего работника на срок до трех месяцев не обязательно должен быть связан с неблагоприятной эпидемической ситуацией и ее влиянием на деятельность нанимателя. Остается надеяться, что нормы п. 14 Указа № 143, ограничивающие трудовые права работников и входящие в противоречие с фундаментальными Конвенциями МОТ № 29 «Относительно принудительного или обязательного труда» и № 105 «Об упразднении принудительного труда», ратифицированными Республикой Беларусь, будут носить временный характер, и вскоре последует их отмена.

3. Оплата пособий по временной нетрудоспособности

Единственной реальной формой материальной поддержки Белорусским государством населения в условиях эпидемии и мирового экономического кризиса можно считать расширение оснований для оплаты листков временной нетрудоспособности.

В п. 15 Указа № 143 предписано обеспечить выплату пособия по временной нетрудоспособности лицам, которые фактически осуществляют уход за ребенком в возрасте до 10 лет, посещающим учреждение дошкольного или общего среднего образования, если этот ребенок относится к контактам первого или второго уровня с лицами, имеющими инфекцию COVID-19, при наличии одного или нескольких респираторных симптомов. Данное пособие по уходу назначается в порядке, установленном Советом министров Республики Беларусь для назначения пособия по временной нетрудоспособности в случае ухода за больным ребенком в возрасте до 14 лет.

4. Гарантии и компенсации при возвращении из заграничных командировок

Согласно постановлению Совета министров Республики Беларусь от 3 апреля 2020 г. № 194 «О служебных командировках за границу» при невозможности возвращения в Республику Беларусь работника из служебной командировки из страны, в которой регистрируются случаи инфекции, вызванной коронавирусом, срок служебной командировки продлевается до дня прибытия работника в Республику Беларусь включительно. За командированными

работниками сохраняются место работы (службы) и должность служащего (профессия), государственного служащего, а также им возмещаются расходы в соответствии с законодательством. Со дня продления служебной командировки до дня прибытия в Республику Беларусь включительно, а также при невозможности выполнения работы по трудовому договору (выполнения должностных обязанностей) в период нахождения командированных работников после их возвращения из служебной командировки в самоизоляции (14 календарных дней) им сохраняется заработная плата в размере не ниже двух третей установленных им тарифной ставки (тарифного оклада), оклада, если иное не определено коллективным договором, соглашением или иным локальным правовым актом организации.

Республика Казахстан

1. Правовые основы самоизоляции граждан, введенные в Казахстане в связи с пандемией COVID-19

В Казахстане впервые в истории страны с 16 марта до 1 мая 2020 г. на всей ее территории действовал режим чрезвычайного положения (далее - ЧП). В соответствии с Указом Президента Республики Казахстан от 15 марта 2020 г. № 285 «О введении чрезвычайного положения в Республике Казахстан» была создана Государственная комиссия по обеспечению режима чрезвычайного положения при Президенте Республики Казахстан (далее - Государственная комиссия), установлены такие меры и временные ограничения, как карантин, приостановка деятельности объектов с массовым скоплением людей, ограничения на въезд на территорию Республики Казахстан, а также на выезд с ее территории всеми видами транспорта.

Решением Государственной комиссии от 27 марта 2020 г. с 30 марта по 5 апреля 2020 г. в Нур-Султане и Алматы приостановлена деятельность всех предприятий и организаций вне зависимости от форм собственности, за исключением центральных государственных органов, акиматов, правоохранительных органов, организаций здравоохранения, СМИ, продуктовых магазинов, аптек и организаций жизнеобеспечения. Аналогичный режим введен в Шымкенте с 4 апреля 2020 г.

Кроме Государственной комиссии, в период пандемии ограничительные меры принимались Комитетом контроля качества и безопасности товаров и услуг Министерства здравоохранения РК, Главным государственным санитарным врачом РК.

Согласно ст. 7-1 Кодекса РК от 18 сентября 2009 г. № 193-ГУ «О здоровье народа и системе здравоохранения» к компетенции государственного органа в сфере санитарно-эпидемического благополучия населения отнесено, в частности, введение ограничительных мероприятий, в том числе карантина, с особыми условиями хозяйственной и (или) иной деятельности и жизни населения. Ограничительные мероприятия, в том числе карантин, определены как меры, направленные на предотвращение распространения инфекционных заболеваний и предусматривающие особый режим предпринимательской и (или) иной деятельности.

Порядок реализации ограничительных мероприятий, в том числе карантина, и перечень инфекционных заболеваний, при угрозе возникновения и распространения которых вводятся ограничительные мероприятия, в том числе карантин, устанавливаются государственным органом в сфере санитарно-эпидемиологического благополучия населения.

Впервые понятие изоляции на дому (домашний карантин) было введено постановлением Главного государственного санитарного врача РК от 16 марта 2020 г. № 25-ПГВр «О мерах по обеспечению безопасности населения Республики Казахстан в соответствии с Указом Президента Республики Казахстан „О введении чрезвычайного положения в РК"» (в настоящее время утратил силу в связи с принятием новых уточняющих постановлений). Для лиц, пребывающих из неблагополучных по коронавирусной инфекции стран, было установлено три режима: карантин, изоляция на дому (домашний карантин) и медицинское наблюдение. Первые два предполагают изоляцию граждан, а значит, невозможность продолжения работы (кроме дистанционной) в течение всего периода карантина.

Изоляции в различных формах (в карантинном стационаре, на дому, в помещениях, определенных местными исполнительными органами) подлежат лица, прибывшие

из неблагополучных по эпидемической ситуации стран, с момента последнего посещения которых прошло менее 14 дней, за исключением правительственных делегаций, а также владельцев дипломатических паспортов, пилотов авиакомпаний и членов локомотивных бригад, лиц, связанных с перевозочной деятельностью на железнодорожном транспорте; лица, близко контактировавшие с больными или инфицированными коро-навирусной инфекцией. Карантин длится 14 дней с даты выезда из неблагополучной страны либо с момента последнего потенциального контакта с лицом, у которого диагноз COVГD-19 был подтвержден.

Правила изоляции на дому приписывают гражданам, находящимся на домашнем карантине, не выходить из дома и исключить посещение их посторонними лицами. За нарушение гражданином режима предусмотрена административная ответственность.

Впоследствии в официальных актах наряду с понятием «домашний карантин» использовался термин «самоизоляция на дому» (постановление Главного государственного санитарного врача РК от 1 апреля 2020 г. № 30-ПГВр «О мерах по обеспечению безопасности населения Республики Казахстан в соответствии с Указом Президента Республики Казахстан „О введении чрезвычайного положения в РК"».

Постановлением Главного государственного санитарного врача РК от 1 мая 2020 г. № 35-ПГВр «О мерах по обеспечению безопасности населения Республики Казахстан в соответствии с Указом Президента Республики Казахстан „О введении чрезвычайного положения в РК"» утвержден порядок назначения вида карантина для лиц, имевших повышенный риск заражения COVГD-19. В зависимости от степени риска эти лица подразделяются на близкие и потенциальные контакты и подлежат карантинизации. Близкие контакты при наличии условий изоляции изолируются на дому, а при отсутствии таковых условий - в помещениях, определенных местными исполнительными органами. Все лица, прибывшие из-за рубежа, подлежат изоляции на двое суток в карантинном стационаре для проведения лабораторного обследования на наличие COVГD-19. Лица с положительным результатом переводятся

в инфекционный стационар для лечения, лица с отрицательным результатом в течение 12 суток изолируются на дому (домашний карантин) или в помещениях, определенных местными исполнительными органами.

Таким образом, постановлениями Главного государственного санитарного врача РК было легализовано понятие «самоизоляция», которого до этого не было в законодательстве Республики Казахстан, а также установлены категории лиц, подлежащих изоляции на дому (домашнему карантину), и механизм реализации данного режима.

2. Антикризисные меры в целях поддержки экономики Казахстана в условиях распространения коронавирусной инфекции

В Казахстане с момента введения режима ЧП одновременно с ограничительными мерами были приняты антикризисные меры поддержки наиболее пострадавших от карантинных мер секторов экономики. Условно все меры можно подразделить на три группы: 1) предоставление налоговых льгот; 2) предоставление банковских льгот; 3) социальная поддержка.

Третья группа включает социальные выплаты гражданам и предоставление продук-тово-бытовых наборов социально уязвимым категориям населения, к числу которых относятся как субъекты предпринимательства, так и работники и граждане иных категорий.

Принято решение всем самозанятым и неоплачиваемым работникам малого и среднего бизнеса произвести социальные выплаты в размере одной минимальной заработной платы (приказ Министра труда и социальной защиты населения РК от 26 марта 2020 г. № 110 «Об утверждении Правил осуществления социальной выплаты участникам системы обязательного социального страхования и физическим лицам, получающим доходы по договорам гражданско-правового характера, предметом которых является выполнение работ (оказание услуг), за которых налоговыми агентами уплачены обязательные пенсионные взносы на период чрезвычайного положения». Социальная выплата по случаю потери дохода в связи с ограничениями деятельности на период действия ЧП предоставляется:

1) индивидуальным предпринимателям и работникам субъектов малого и среднего

предпринимательства, находящимся в отпуске без сохранения заработной платы (кроме работников юридических лиц, акции и доли участия в уставном капитале которых прямо или косвенно принадлежат государству, банков второго уровня, организаций, осуществляющих банковские операции отдельных видов);

2) работникам субъектов крупного предпринимательства, осуществляющим деятельность в населенных пунктах, где введен карантин, находящимся в отпуске без сохранения заработной платы (кроме работников юридических лиц, акции и доли участия в уставном капитале которых прямо или косвенно принадлежат государству, банков второго уровня, организаций, осуществляющих банковские операции отдельных видов);

3) лицам, занимающимся частной практикой;

4) физическим лицам, являющимся плательщиками единого совокупного платежа в соответствии со ст. 774 Кодекса РК «О налогах и других обязательных платежах в бюджет»;

В Казахстане во время пандемии не принимались какие-либо законодательные меры, направленные на ограничение трудовых прав работников для поддержки экономики

5) физическим лицам, получающим доходы по договорам гражданско-правового характера, предметом которых выступает выполнение работ (оказание услуг), за которых налоговыми агентами уплачены обязательные пенсионные взносы;

6) работникам некоммерческих юридических лиц, находящимся в отпуске без сохранения заработной платы, кроме государственных.

Также бесплатными продуктово-бытовы-ми наборами были обеспечены инвалиды, дети и официально зарегистрированные безработные (приказ министра труда и социальной защиты населения РК от 25 марта 2020 г. № 109 «О некоторых вопросах оказания государственных услуг в социально-трудовой сфере и обеспечения продуктово-быто-вым набором некоторых категорий населения на период чрезвычайного положения»).

Необходимо отметить, что в Казахстане во время пандемии не принимались какие-либо законодательные меры, направленные на ограничение трудовых прав работников для поддержки экономики, работодателям не были предоставлены дополнительные права и возможности по одностороннему изменению трудовых договоров с работниками. И, в отличие от России, на работодателя не была возложена обязанность выплаты заработной платы за дни, когда люди не работали в связи с карантином.

Законодательство Казахстана до снятия режима ЧП не содержало норм, позволяющих ограничить или приостановить применение или соблюдение правил трудового законодательства в период ЧП. Уже после снятия режима ЧП был принят Закон РК от 16 мая 2020 г. № 330-У! ЗРК «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам чрезвычайного положения», наделяющий Президента РК в целях обеспечения экономической безопасности страны в период введения ЧП и возникшей в связи с этим кризисной ситуации в социально-экономической сфере полномочиями устанавливать особенности действия отдельных отраслей законодательства, в том числе трудового законодательства и законодательства в сфере социальной защиты граждан. Данно-ые полномочия до настоящего времени еще не были реализованы, но есть основания полагать, что у Президента появятся реальные возможности корректировать трудовое законодательство с учетом складывающейся эпидемической обстановки.

3. Оплата пособий по временной нетрудоспособности

Главное новшество коснулось порядка выдачи листов временной нетрудоспособности: согласно п. 11 постановления Главного государственного санитарного врача РК от 16 марта 2020 г. № 25-ПГВр руководителям управлений здравоохранения было предписано обеспечить оформление листов временной нетрудоспособности без посещения медицинских организаций для лиц, находящихся в карантине на дому.

Другая новелла была введена в целях подтверждения основания для перевода работников на дистанционную работу. Так, со-

гласно приказу Министра здравоохранения РК от 9 апреля 2020 г. № К,Р ДСМ-34/2020 «О внесении изменения в приказ Министра здравоохранения и социального развития Республики Казахстан от 31 марта 2015 г. № 183 „Об утверждении Правил проведения экспертизы временной нетрудоспособности, выдачи листа и справки о временной нетрудоспособности"» лицо на период нахождения на домашнем или стационарном карантине в связи с чрезвычайной ситуацией в области общественного здравоохранения по взаимному соглашению с работодателем может осуществлять дистанционную работу на основании справки, выданной по форме согласно приказу исполняющего обязанности министра здравоохранения РК от 21 декабря 2010 г. № 907 «Об утверждении форм первичной медицинской документации организаций здравоохранения», в качестве документа, удостоверяющего его нахождение под медицинским наблюдением. Лист о временной нетрудоспособности в таком случае не выдается (соответственно не подлежит оплате).

Кыргызская Республика

1. Правовые основы режима чрезвычайного положения и самоизоляции граждан, введенных в Кыргызской Республике в связи с пандемией COVID-19

В связи с выявлением случаев заболевания коронавирусной инфекцией в Кыргызской Республике и ее распространением 21 марта 2020 г. был объявлен режим чрезвычайной ситуации, сменившийся затем введением 24 марта 2020 г. режима чрезвычайного положения (Указы Президента КР от 24 марта 2020 г. УП № 55 «О введении чрезвычайного положения на территории города Бишкек Кыргызской Республики», УП № 56 «О введении чрезвычайного положения на территории города Ош, Ноокатско-го и Кара-Суйского районов Ошской области Кыргызской Республики», УП № 57 «О введении чрезвычайного положения на территории города Джалал-Абад и Сузакского района Джалал-Абадской области Кыргызской Республики» (далее - Указы Президента № 55, № 56, № 57). В соответствии с п. 1 ст. 3 Конституционного закона КР от 24 октября 1998 г. № 135 «О чрезвычайном

положении» чрезвычайное положение в Кыргызской Республике вводится при возникновении кризисных ситуаций, в частности биологического характера (эпидемии), устранение которых невозможно без применения чрезвычайных мер.

Для конкретизации правил о режиме чрезвычайного положения было принято постановление Правительства КР от 9 апреля 2020 г. № 197 «Об утверждении Порядка введения и осуществления ограничительных / карантинных мер в области общественного здравоохранения в Кыргызской Республике» (далее - Постановление № 197). Оно предусмотрело ряд новых понятий: «изоляция», «обсервация», «ограничительные мероприятия (карантин)», «самоизоляция», «чрезвычайная эпидемическая ситуация». Так, согласно п. 2 Постановления ограничительные мероприятия (карантин) - это система временных организационных, режимно-огра-ничительных, административно-хозяйственных, санитарно-эпидемиологических мероприятий, направленных на предупреждение распространения инфекционных болезней, обеспечение локализации эпидемического очага с последующей ликвидацией и предусматривающих особый режим хозяйственной или иной деятельности, ограничение передвижения населения, транспортных средств, грузов, товаров и животных.

Одновременно с введением чрезвычайного положения было объявлено о введении комендантского часа и правил самоизоляции. В соответствии с п. 2 Постановления № 197 самоизоляция - это воздержание лица от контакта с другими, чтобы уменьшить риск инфицирования.

Самоизоляция осуществляется по прибытии физических лиц из неблагополучных по особо опасным инфекционным заболеваниям пунктов и стран, при этом физическое лицо дает службам общественного здравоохранения обязательство о принятии мер по невступлению в какие-либо контакты с третьими лицами на срок инкубационного периода инфекции.

Согласно Указам Президента № 55, 56, 57 все организации и предприятия должны изменить график работы на время действия режима чрезвычайного положения и продолжать свою деятельность дистанционно, в том числе в онлайн-режиме. На период действия

чрезвычайного положения работа общественного транспорта была остановлена. Запрет также распространялся на все передвижения на личном автотранспорте, за исключением случаев поездок от места жительства до места работы и обратно при наличии справки с места работы в организациях, деятельность которых была разрешена в период чрезвычайного положения (п. 1 приказа комендатуры города Бишкек от 30 марта 2020 г. № 15 «О дополнительных мерах по обеспечению режима чрезвычайного положения»).

Был установлен запрет на передвижение людей на улицах без крайней необходимости, за исключением некоторых случаев, причем при выходе необходимо наличие маршрутного листа.

В связи с осложнением эпидемической ситуации в мире в целях усиления противо-эпидеческих и карантинных мероприятий Министерством здравоохранения Кыргызстана был утвержден алгоритм действий для предупреждения ввоза и распространения COVID-19 через пункты пропуска государственной границы Кыргызской Республики (санитарно-карантинные пункты, временные медицинские пункты) (приложение 2 к приказу министра здравоохранения Кыргызской Республики от 17 марта 2020 г. № 156 «О введении новой редакции приказа МЗКР № 52 от 31.01.2020 по исполнению распоряжения Правительства от 29 января № 30, протокольного поручения № 1 от 29 января 2020 г. заседания Республиканского штаба по предупреждению завоза и недопущению дальнейшего распространения коронави-русной инфекции на территорию Кыргызской Республики»).

В соответствии с указанным алгоритмом лица, прибывающие в Кыргызскую Республику из других стран, независимо от гражданства подразделяются на две категории:

1) лица с клиническими проявлениями (температура выше 38 °С, кашель и т. д.), подлежащие госпитализации в стационаре;

2) лица без клинических проявлений, в отношении которых осуществляется медицинское наблюдение в течение трех дней в условиях обсервации, где проводится осуществляется эпидемиологический анализ; при отрицательном результате лицу выдается соответствующая справка, и лицо отправляется на домашний карантин, ко-

торый предполагает изоляцию на дому в течение 14 дней, ежедневное наблюдение медработниками первичной медико-санитарной помощи (ПМСП) на дому, а также сдачу повторного анализа на 10-12-й день после прибытия.

Таким образом, новыми нормативными правовыми актами Правительства КР и Министерства здравоохранения было легализовано понятие «самоизоляция», однако недостаточно определенным остается правовое положение граждан, находящихся на домашнем карантине.

2. Действие норм о трудовом договоре и охране труда в условиях распространения коронавирусной инфекции

В связи с распространением короновирус-ной инфекции и действием режима чрезвычайного положения в Кыргызской Республике встал вопрос о необходимости перевода на дистанционную работу лиц, работающих по трудовому договору. Так, распоряжением Правительства КР от 27 апреля 2020 г. № 147-р Министерству труда и социального развития КР предписывалось в месячный срок внести проект нормативного правового акта о внесении изменений в Трудовой кодекс КР в части законодательного закрепления порядка дистанционной работы в период введения режима чрезвычайного положения на территории КР (п. 4). При этом сомнительно, что поставленную Правительством задачу по подготовке норм о дистанционной работе удастся реализовать в указанный срок, если учесть особенности процедуры, закрепленной ст. 9 Закона КР от 25 июля 2003 г. № 154 «О социальном партнерстве в области трудовых отношений в Кыргызской Республике».

Для сравнения отметим, что нормы о регулировании труда дистанционных работников закреплены Трудовыми кодексами России (гл. 49.1), Казахстана (ст. 138) и Беларуси (гл. 25-1). При этом, например, ТК России предусматривает взаимодействие дистанционного работника или лица, поступающего на дистанционную работу, и работодателя путем обмена электронными документами, использование усиленных квалифицированных электронных подписей дистанционного работника или лица, поступающего на дистанционную работу, и работодателя

в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ. Каждая из сторон указанного обмена обязана направлять в форме электронного документа подтверждение получения электронного документа от другой стороны в срок, определенный трудовым договором о дистанционной работе (ч. 4 ст. 312.1 ТК РФ). Возможность использования электронного документа при внесении изменений в трудовой договор с дистанционным работником предусмотрена и в ч. 1 ст. 307-2 ТК Беларуси. В настоящее время данный порядок с правовой точки зрения нельзя реализовать в Кыргызстане ввиду отсутствия норм об электронных подписях.

В соответствии с Указами № 55, 56, 57 запрещаются увольнения рабочих и служащих по собственному желанию, кроме случаев увольнения по уважительным причинам. Данное правило не вполне корректно (не в полном объеме) воспроизводит содержание п. 8 ст. 22 Конституционного закона КР от 24 октября 1998 г. № 135 «О чрезвычайном положении», в котором устанавливается, что в условиях чрезвычайного положения в зависимости от конкретных обстоятельств органы государственной власти и управления КР могут применять чрезвычайные меры, включая запрещение увольнения рабочих и служащих по собственному желанию, кроме случаев увольнения по уважительным причинам.

Представляется, что данная норма имеет защитный характер, поскольку исключает возможность увольнения работников по желанию работодателей под видом увольнения по собственному желанию. Но поскольку зачастую в подобных ситуациях речь идет об оптимизации затрат на персонал, то одним из возможных оснований прекращения трудового договора по инициативе работодателя становится сокращение численности или штата, на которое в условиях чрезвычайного положения запрет не установлен. Указы Президента оставляют открытыми и другие вопросы о способах оптимизации расходов на заработную плату сотрудников в условиях чрезвычайного положения, в частности о возможности введения простоя или перевода работника на неполный рабочий день.

В целях снижения рисков в связи с сохраняющейся угрозой распространения ко-

ронавирусной инфекции на территории Кыргызстана, а также в связи с поэтапным возобновлением экономической деятельности постановлением Правительства КР от 11 мая 2020 г. № 244 были утверждены Временные санитарно-эпидемиологические правила и нормативы «Санитарно-эпидемиологические требования по недопущению распространения коронавирусной инфекции (COVID-19)».

К сожалению, приходится констатировать, что вопросы санитарно-эпидемиологического благополучия населения к моменту распространения коронавирусной инфекции на территории Кыргызстана оказались, по сути, вне правового регулирования ввиду отмены системы санитарных правил и норм, действовавших в Республике еще со времен СССР1. Отменены были также санитарные нормы и правила КР, принятые в 2000-х гг. И хотя эти стандарты были старые и нуждались в изменении с учетом технического прогресса и экономических условий, они представляли собой практическую основу применения санитарных правил и норм в сфере охраны труда. Между тем Временные санитарно-эпидемиологические правила и нормативы каких-либо новых норм не содержат.

Еще одна проблема связана с осуществлением контроля за соблюдением санитарных правил и норм и недопущением распространения коронавирусной инфекции. В Кыргызстане продолжают действовать установленные Законом КР от 25 мая 2007 г. № 72 «О порядке проведения проверок субъектов предпринимательства» и постановлением Правительства КР от 17 декабря 2018 г. № 586 «О введении временного запрета (моратория) на проведение проверок субъектов предпринимательства» ограничения и запреты на проведение проверок Государственной инспекцией труда и профсоюзами, включая проверки в области охраны и гигиены труда. Все эти ограничения и запреты явно не соответствуют требованиям приоритетной Конвенции МОТ № 81 об инспекции труда в промышленности и торговле 1947 г., ратифицированной Кыргызской Республикой. Соответственно законодательство в этой части нуждается в корректировке.

1 В соответствии с п. 3 ст. 36 Закона Кыргызской Республики от 20 июля 2009 г. № 241 «О нормативных правовых актах Кыргызской Республики» нормативные правовые акты СССР действовали только до 31 декабря 2009 г.

3. Оплата труда в Кыргызской Республике в условиях распространения COVID-19

В нормативных правовых актах были конкретизированы вопросы регулирования оплаты труда в условиях распространения коронавирусной инфекции только работников двух категорий - государственных служащих и медицинских работников.

Распоряжением Правительства от 27 апреля 2020 г. № 147-р установлены следующие правила:

государственным гражданским служащим и муниципальным служащим, а также работникам государственных органов и органов местного самоуправления, работающим в период чрезвычайной ситуации и чрезвычайного положения в штатном режиме, заработная плата начисляется в полном объеме;

В Кыргызской Республике оплата труда лиц, продолжающих работать на своих рабочих местах, и лиц, переведенных на дистанционную работу, была дифференцирована

государственным гражданским служащим и муниципальным служащим, работающим в период чрезвычайной ситуации и чрезвычайного положения в дистанционном режиме, выплачиваются должностной оклад, надбавки за классный чин и выслугу лет, ученую степень и работу в высокогорных и отдаленных местностях.

Таким образом, оплата труда лиц, продолжающих работать на своих рабочих местах, и лиц, переведенных на дистанционную работу, была дифференцирована. Размер доходов государственных и муниципальных служащих второй категории может снижаться за счет премий и иных видов доплат (материальная помощь, льготы по оплате жилищно-коммунальных услуг).

Постановлением Правительства КР от

3 марта 2020 г. № 194 «Об утверждении Положения о порядке расходования средств, поступающих на проведение мероприятий по предупреждению и борьбе с эпидемиями» установлены дополнительные выплаты медицинским работникам, причем довольно оригинально определен их статус. Выпла-

ты работникам системы здравоохранения и привлеченным лицам других служб и ведомств, задействованным в борьбе с коро-навирусной инфекцией, за период с 1 по 22 марта 2020 г. из расчета 500 сомов за один день (примерно 465 руб.) являются безвозмездными выплатами в виде компенсации в связи с обстоятельствами непреодолимой силы. Такое уточнение сделано не напрасно, поскольку эти выплаты, во-первых, не являются заработной платой и, во-вторых, подпадают под налоговые льготы. Поскольку Правительство КР признало распространение коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы (постановление Правительства КР от 8 мая 2020 г. № 241 «О мерах по реализации Закона Кыргызской Республики „О внесении изменений в некоторые законодательные акты Кыргызской Республики по вопросам стабилизации социально-экономической ситуации в связи с обстоятельствами непреодолимой силы"»), то к указанным выплатам применяется правило п. 7 ст. 167 Налогового кодекса КР, в соответствии с которым суммы, полученные безвозмездно в связи с обстоятельствами непреодолимой силы, не облагаются подоходным налогом.

Работникам системы здравоохранения и персоналу других служб и ведомств, специально привлекаемым к работам по предупреждению эпидемий и борьбе с ними, помимо основной заработной платы производятся компенсационные выплаты, размер которых установлен постановлением Правительства КР от 11 мая 2020 г. № 249 «О внесении изменений в постановление Правительства Кыргызской Республики от 3 апреля 2020 г. № 194 „Об утверждении Положения о порядке расходования средств, поступающих на проведение мероприятий по предупреждению и борьбе с эпидемиями"».

4. Порядок выплат пособий в Кыргызской Республике в период чрезвычайного положения в условиях распространения COVID-19

Распоряжением Правительства КР от 10 апреля 2020 г. № 123-р в целях оказания социальной поддержки социально уязвимым слоям населения и обеспечения социальной стабильности в условиях чрезвычайной ситуации / чрезвычайного положения, введенных в связи с распространением коронавирусной

инфекции, установлено, что до последнего числа месяца, следующего за месяцем отмены режимов чрезвычайной ситуации / чрезвычайного положения, без истребования документов продлеваются сроки:

выплаты государственных пособий лицам, которым назначены государственные пособия в соответствии с Законом КР «О государственных пособиях в Кыргызской Республике»;

выплаты ежемесячных денежных компенсаций взамен льгот лицам, получающим такие компенсации в соответствии с постановлением Правительства КР от 22 декабря 2009 г. № 795 «О выплате ежемесячных денежных компенсаций взамен льгот»;

выплаты пенсий по инвалидности лицам с ограниченными возможностями здоровья, получающим пенсии по инвалидности;

действия договоров на оказание услуг персональных ассистентов по уходу за ребенком с ограниченными возможностями здоровья, нуждающимся в постоянном уходе и надзоре;

действия справок территориальных (межрайонных) медико-социальных экспертных комиссий, устанавливающих инвалидность, а также очередного переосвидетельствования, с дальнейшим зачетом пропущенного срока без изменения группы инвалидности, установленной на день прекращения действия справки;

действия добровольных патентов и страховых полисов по обязательному государственному страхованию персональных ассистентов по уходу за ребенком с ограниченными возможностями здоровья, нуждающимся в постоянном уходе и надзоре;

действия договоров о передаче ребенка (детей) на воспитание в приемные семьи;

выплаты финансовых средств на содержание приемных детей, а также заработной платы приемным родителям;

действия путевок в санаторно-курортные учреждения, выданных лицам с ограниченными возможностями здоровья;

выплаты пособий по безработице гражданам, получающим пособие по безработице, без истребования сведений о поиске работы.

Таким образом, освободив граждан от необходимости предоставления документов в целях получения установленных им социальных выплат, Правительство предприняло

меры, направленные на поддержание социального дистанцирования и режима самоизоляции.

Российская Федерация

1. Правовые основы самоизоляции граждан в условиях распространения корнавирус-ной инфекции

Россия, в отличие от Казахстана и Кыргызстана, не стала вводить режим чрезвычайного положения, ограничившись требованием соблюдения гражданами режима самоизоляции, а также введением режима повышенной готовности. Надо отметить, что в Российской Федерации сложилась особая ситуация в силу огромной территории и разной плотности населения. Поскольку эпидемическая обстановка по-разному развивалась в отдельных регионах страны, ограничительные меры, направленные на предупреждение распространения новой ко-ронавирусной инфекции (COVID-19), сначала вводились на уровне главы государства, а затем полномочия по продлению действия ограничительных мер, направленных на обеспечение санитарно-эпидемического благополучия населения, перешли к высшим должностным лицам субъектов РФ. Именно они стали определять, какие предприятия и организации могут возобновить свою работу и с какого времени.

Указами Президента РФ от 25 марта 2020 г. № 206 «Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней», от 2 апреля 2020 г. № 239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой ко-ронавирусной инфекции (COVID-19)» с 30 марта по 30 апреля 2020 г. включительно были установлены нерабочие дни с сохранением за работниками заработной платы. Указом Президента РФ от 28 апреля 2020 г. № 294 «О продлении действия мер по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» установлены дополнительные нерабочие дни с сохранением за работниками заработной платы с 6 по 8 мая 2020 г. Таким образом, нерабочие дни с уче-

том майских праздников и выходных дней, в том числе перенесенных с января на май, продолжались с 30 марта по 10 мая включительно.

С 11 мая вопрос о продлении нерабочих дней стал прерогативой глав субъектов РФ. Указом Президента РФ от 11 мая 2020 г. № 316 «Об определении порядка продления действия мер по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения в субъектах Российской Федерации в связи с распространением новой корона-вирусной инфекции (COVID-19)» высшим должностным лицам (руководителям высших исполнительных органов государственной власти) субъектов РФ предоставлено право приостанавливать (ограничивать, в том числе путем определения особенностей режима работы, численности работников) деятельность находящихся на соответствующей территории отдельных организаций независимо от организационно-правовой формы и формы собственности, а также индивидуальных предпринимателей с учетом методических рекомендаций Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, рекомендаций главных государственных санитарных врачей субъектов РФ. В случае принятия подобного решения за работниками таких организаций и лицами, работающими у индивидуальных предпринимателей, сохраняется заработная плата.

Правовыми актами глав регионов режим повышенной готовности был повсеместно продлен на разные сроки с перспективой поэтапного выхода и отмены самоизоляции. Например, в Москве режим самоизоляции и пропускной режим были отменены только с 9 июня, в Ставропольском крае -с 11 июня, в Чечне - с 22 июня, при этом некоторые меры предосторожности продолжают действовать.

В связи с введением противоэпидемических мер работодателям было предложено реализовать дополнительные мероприятия в области охраны труда и поддержания здоровья работающих граждан. Так, Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека в письме от 7 апреля 2020 г. № 02/63382020-15 «О рекомендациях по профилактике коронавирусной инфекции

среди работников» рекомендовала работодателям осуществлять ряд организационных мероприятий по предотвращению распространения коронавирусной инфекции. В их числе - временное отстранение от работы или перевод на дистанционную форму работы лиц из групп риска, к которым относятся лица старше 65 лет, а также имеющие хронические заболевания, сниженный иммунитет, беременные, с обеспечением режима самоизоляции в период подъема и высокого уровня заболеваемости COVID-19. Заметим, что пока это были только рекомендации, а не обязанности, и зафиксированы они не в нормативном правовом акте, а лишь в письме. Следовательно, говорить об ответственности за неисполнение этих предписаний не приходится.

Свою лепту в расширение объема обязанностей работодателей внесли главы субъектов РФ. К примеру, указ мэра Москвы от 5 марта 2020 г. № 12-УМ «О введении режима повышенной готовности» обязал всех работодателей, осуществляющих деятельность на территории Москвы: 1) обеспечить измерение температуры тела работникам на рабочих местах с обязательным отстранением от нахождения на рабочем месте лиц с повышенной температурой; 2) оказывать работникам содействие в обеспечении соблюдения режима самоизоляции на дому; 3) при поступлении запроса Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по городу Москве незамедлительно представлять информацию о всех контактах заболевшего новой коронавирусной инфекцией в связи с исполнением им трудовых функций, обеспечить проведение дезинфекции помещений, где находился заболевший.

Если с первым и третьим пунктом все понятно, по крайней мере, возможность отстранения от работы по требованию органов или должностных лиц, уполномоченных федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ, предусмотрена ст. 76 Трудового кодекса РФ, то вопрос о том, каким образом работодатель должен содействовать работнику в обеспечении режима самоизоляции на дому, остается открытым. Один из таких способов - перевод на удаленную работу (работу на дому). Однако понятие удаленной работы в ТК РФ отсутству-

ет, его применяет Минтруд России, разъясняя, что сотрудники, работающие удаленно, по согласованию с работодателем имеют право на продолжение работы в таком режиме в период действия Указов Президента с обязательным соблюдением требований Минздрава России и Роспотребнадзора по профилактике новой коронавирусной инфекции. Проблему оформления изменения условий трудового договора (а переход на работу в удаленном режиме - это, как минимум, изменение условия о месте работы, а возможно, и режима труда и отдыха, и размера оплаты труда) Минтруд предлагает решать путем обмена электронными образами документов с последующим их оформлением в установленном порядке (информация Минтруда России от 27 марта 2020 г. «Дополнение к Рекомендациям работникам и работодателям в связи с Указом Президента Российской Федерации от 25 марта 2020 г. № 206 „Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней"»).

Даже такой далеко не полный обзор правовых источников, регулирующих трудовые отношения в период пандемии коронавирус-ной инфекции, позволяет судить о нарушении иерархии нормативных правовых актов, выстроенной в ст. 5 ТК РФ, и их определенной несогласованности. Вероятно, это объясняется спешным характером формирования правовой базы в условиях стремительного распространения COVID-19 [подробнее см.: Головина 2020: 5-6].

2. Проблемы применения новелл, регулирующих трудовые отношения в период пандемии коронавирусной инфекции

Первая проблема, с которой столкнулись работодатели в связи с принятием Указов Президента РФ о нерабочих днях, - отсутствие в ТК РФ соответствующих терминов и правовых конструкций, которыми оперируют Указы Президента и иные правовые акты, принятые в связи с пандемией.

Прежде всего это касается понятия «нерабочие дни». ТК РФ под нерабочими днями понимает время отдыха, а именно выходные дни и нерабочие праздничные дни. Причем, как правило, они употребляются в кодексе вместе, поскольку применительно к ним устанавливаются практически одинаковые правила (запрещение работы в нера-

бочие выходные и праздничные дни, повышенная оплата труда в эти дни и др.). Что касается нерабочих дней по Указам Президента, то их нельзя отнести ко времени отдыха, так как ст. 107 ТК РФ фиксирует закрытый перечень видов времени отдыха, да и само определение понятия «время отдыха» (ст. 106 ТК РФ) содержит важную характеристику - работник может использовать это время по своему усмотрению. Нерабочие же дни предоставляются для обеспечения социального дистанцирования, работникам предписано соблюдать требование изоляции на дому. Иными словами, нерабочие дни установлены для минимизации контактов между людьми, а не для отдыха.

Минтруд России в письме от 26 марта 2020 г. № 14-4/10/П-2696 (Рекомендации работникам и работодателям в связи с Указом Президента Российской Федерации от 25 марта 2020 г. № 206 «Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней», одобренные по итогам заседания оперативного штаба по предупреждению завоза и распространения новой коронавирусной инфекции на территории Российской Федерации) подтверждает, что нерабочие дни не относятся к выходным или нерабочим праздничным дням, поэтому работникам организаций, которые продолжают работать в период пандемии коронавируса, оплата производится в обычном, а не повышенном размере.

И тут возникает проблема, наводящая на мысль о том, что предложенное государством решение вопроса о заработной плате нарушает общеправовой принцип справедливости и принцип запрещения дискриминации в сфере труда (ст. 2 ТК РФ). С введением режима самоизоляции все работники вынужденно разделились на три группы: 1) продолжающие работать в связи с тем, что на их работодателей не распространяется действие Указов Президента о нерабочих днях; 2) переведенные на удаленную работу и продолжающие работать в домашних условиях; 3) освобожденные от работы с сохранением заработной платы. У работников 1-й и 2-й групп возникает закономерная претензия: почему работающие и освобожденные от работы имеют одинаковое право на получение установленной системой оплаты труда заработной платы? Разве это справедливо? А. М. Куренной отмечает, что

«большинство работников не имеют иных источников существования, кроме заработной платы, поэтому они крайне остро реагируют на тему справедливости именно в этой сфере» [Куренной 2018: 6].

Сохранение за неработающими работниками заработной платы вызвало недоумение и у работодателей, которые столкнулись с вопросом о том, в каком размере сохранять заработную плату. Дело в том, что ТК РФ не предусматривает такую правовую конструкцию, как «сохранение за работником заработной платы», а для оплаты дней, когда работник по закону освобождается от работы,

Нерабочие дни не относятся к выходным или нерабочим праздничным дням, поэтому работникам организаций, которые продолжают работать в период пандемии коронавируса, оплата производится в обычном, а не повышенном размере

используется термин «средний заработок», порядок исчисления которого определен в ст. 139 ТК РФ. Совершенно очевидно, что «сохранение заработной платы» и «сохранение среднего заработка» не являются синонимами, поэтому остается неясным способ начисления заработной платы за объявленные нерабочие дни, поскольку ни в одном из Указов Президента РФ, посвященных нерабочим дням, не установлен механизм реализации требования сохранения заработной платы. Данная выплата (с учетом того, что понятие «заработная плата» определяется через родовой признак «вознаграждение за труд») зарплатой в ее правовом смысле не является, поскольку с выполнением работы не связана. Представляется, что с учетом ее целевого назначения она больше походит на компенсацию утраченного заработка. Тем не менее при определении размера выплаты работодатель должен руководствоваться ч. 1 ст. 129 ТК РФ, определяющей содержание заработной части (ее составные части). Согласно этой норме в заработную плату кроме собственно вознаграждения за труд входят компенсационные и стимулирующие выплаты.

Следовательно, «сохранение заработной платы» подразумевает выплату работнику суммы, в которую должны быть вклю-

чены должностной оклад (тарифная ставка), компенсационные доплаты (за работу во вредных и опасных условиях труда, за совмещение профессий, должностей, за работу в ночное время и др.), стимулирующие выплаты (за профессиональное мастерство, за стаж работы, за высокую квалификацию, за выполнение особо важных работ и иные, установленные коллективными договорами, локальными нормативными актами об оплате труда и трудовыми договорами), одним словом, все выплаты, установленные действующей у работодателя системой оплаты труда.

Тенденция к «отходу» от канонов трудового

законодательства может усилиться с передачей дополнительных полномочий в сфере регламентации труда органам исполнительной власти

Этот вывод подтверждает Минтруд России в письме от 26 марта 2020 г. № 14-4/10/П-2696: «Размер оплаты должен соответствовать тому, который работник получил бы, если бы отработал эти дни полностью (отработал норму рабочего времени при повременной оплате, выполнил норму труда при сдельной оплате). Порядок и условия осуществления стимулирующих выплат определяются локальными актами конкретного работодателя и коллективными договорами (при их наличии)».

Надо отметить, что Минтруд России взял на себя роль регулятора трудовых отношений, однако использовал при этом форму писем, которые, как известно, не носят нормативного характера, а значит, и не имеют обязательной юридической силы.

Так, письмом Минтруда России от 23 апреля 2020 г. № 14-2/10/П-3710 «О направлении Рекомендаций по применению гибких форм занятости в условиях предупреждения распространения новой коронавирусной инфекции на территории РФ» работодателям рекомендовано применять гибкие режимы работы и в первую очередь различные формы работы на дому (удаленная, дистанционная, надомная работа). Предложено перевести на удаленную работу всех работников, для которых существуют такие технические возможности, но прежде всего - беременных женщин, родителей с малолетними детьми (ро-

дителей (опекунов, попечителей, приемных родителей), воспитывающих детей в возрасте до четырнадцати лет или ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет), инвалидов, лиц в возрасте 65 лет и старше. Вопрос о переходе на удаленную работу должен решаться с учетом задач, которые возложены на работника, и возможности выполнять их удаленно. Работодателю необходимо оценить технические возможности организации такой работы как со своей стороны, так и со стороны работника.

Однако возникла проблема, связанная с отсутствием в ТК РФ норм, регламентирующих такой способ организации труда, как «удаленная работа». Если понятие дистанционной работы и особенности правового регулирования труда дистанционных работников получили закрепление в главе 49.1 ТК РФ, то понятие удаленной работы и порядок ее оформления в трудовом законодательстве отсутствуют. Соответственно возникает масса вопросов, в частности о режиме труда и отдыха, об обеспечении работников оборудованием и программно-техническими средствами, средствами защиты информации, о компенсации работнику расходов на связь, Интернет и т. д. Нормы о дистанционном труде также нуждаются в пересмотре и дополнении. Исследователи многократно ставили вопрос о необходимости оптимизации правового регулирования дистанционного труда. Так, предлагался «комбинированный» вариант - частично на стационарном рабочем месте, частично в дистанционном формате [Лютов 2018: 34; Коршунова 2020: 120]. Пандемия подтолкнула законодателя к активному обсуждению данного вопроса. В период подготовки нами статьи в Государственной Думе уже рассматривался законопроект № 973264-7 «О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации в части регулирования дистанционной и удаленной работы»1.

И еще один штрих к вопросу о дальнейших перспективах корректировки трудового законодательства. Тенденция к «отходу» от канонов трудового законодательства может усилиться с передачей дополнительных полномочий в сфере регламентации труда органам исполнительной власти. В июне это-

1 В ГД внесен законопроект об удаленной работе // URL: http://duma.gov.ru/news/48824/.

го года Правительство РФ получило право в 2020 г. принимать решения, предусматривающие установление особенностей правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (ст. 17 Федерального закона от 1 апреля 2020 г. № 98-ФЗ (ред. от 8 июня 2020 г.) «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций»). Нетрудно предположить, что в случае ухудшения экономической ситуации работодательское сообщество будет настаивать на пересмотре и минимизации установленных ТК РФ трудовых гарантий. И здесь весьма важно сохранить баланс интересов работников, работодателей и государства.

3. Меры социальной поддержки в период пандемии коронавирусной инфекции

Существенной корректировке подверглось социальное законодательство, дополненное рядом новелл, направленных на поддержание граждан в условиях появления новых социальных рисков [О видах социальных рисков см.: Истомина 2019].

Прежде всего изменения коснулись порядка назначения и выплаты пособий по социальному страхованию. Федеральным законом от 1 апреля 2020 г. № 104-ФЗ установлены особенности выплаты пособий по временной нетрудоспособности. Если пособие в расчете за полный календарный месяц окажется ниже минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом, оно должно выплачиваться в размере МРОТ. В случае установления работнику неполного рабочего времени пособие будет исчисляться пропорционально продолжительности рабочего времени. Такой порядок будет действовать до 31 декабря 2020 г.

Постановлением Правительства РФ от 18 марта 2020 г. № 294 утверждены Временные правила оформления листков нетрудоспособности, назначения и выплаты пособий по временной нетрудоспособности в случае карантина. Согласно им формирование электронного листка нетрудоспособности осуществляется без явки застрахован-

ного лица единовременно на 14 календарных дней на основании полученного заявления о выдаче электронного листка нетрудоспособности и прилагающихся к нему документов. Правила действуют до 1 июля 2020 г.

Особое внимание государство уделило лицам старшей возрастной категории, которые, как известно, находятся в группе риска по ко-ронавирусной инфекции. В случае карантина лицам 65 лет и страше оформляются листки нетрудоспособности, пособия назначаются и выплачиваются в соответствии с Временными правилами, утвержденными постановлением Правительства РФ от 1 апреля 2020 г. № 402. Действие документа распространяется на застрахованных лиц, соблюдающих режим самоизоляции по месту жительства либо месту пребывания, фактического нахождения, за исключением лиц, переведенных на работу в дистанционном режиме или находящихся в ежегодном оплачиваемом отпуске. Такие выплаты осуществляются поэтапно с 6 апреля, а их прекращение будет зависеть от окончания срока соблюдения режима самоизоляции, определенного решением высшего должностного лица субъекта Российской Федерации о продлении срока действия ограничительных мер, направленных на обеспечение санитарно-эпидемического благополучия населения.

К новым видам социальных пособий следует отнести пособия на детей, установленные Указом Президента РФ от 7 апреля 2020 г. № 249 (ред. от 11 мая 2020 г.) «О дополнительных мерах социальной поддержки семей, имеющих детей»: 1) единовременную выплату в размере 10 тыс. руб. гражданам РФ, проживающим на территории РФ, на каждого ребенка в возрасте от трех до 16 лет, имеющего гражданство РФ; 2) ежемесячные выплаты с апреля по июнь 2020 г. в размере 5 тыс. руб. на каждого ребенка в возрасте до трех лет, имеющего гражданство РФ. Причем указанные выплаты не учитываются в составе дохода семьи при предоставлении иных мер социальной поддержки. Указом Президента РФ от 23 июня 2020 г. № 412 была предусмотрена повторная выплата пособий на детей в возрасте до 16 лет в размере 10 тыс. рублей на каждого ребенка.

Определенные изменения претерпели правила регистрации безработных граждан и размеры пособий по безработице. Но-

вый (бесконтактный) порядок регистрации установлен постановлением Правительства РФ от 8 апреля 2020 г. № 460 (ред. от 10 июня 2020 г.) «Об утверждении Временных правил регистрации граждан в целях поиска подходящей работы и в качестве безработных, а также осуществления социальных выплат гражданам, признанным в установленном порядке безработными» (действуют до 31 декабря 2020 г.).

В период действия на территории субъектов РФ режима повышенной готовности в связи с угрозой распространения новой ко-ронавирусной инфекции граждане обращаются в государственные учреждения службы занятости населения в целях поиска подходящей работы в дистанционной форме. Заявление в электронной форме заполняется гражданином в личном кабинете общероссийской базы вакансий «Работа в России» либо в личном кабинете на Едином портале государственных и муниципальных услуг (функций). Центры занятости запрашивают у других государственных органов (Пенсионного фонда РФ, органов ЗАГС, МВД и др.) в электронном виде сведения, необходимые для регистрации гражданина в качестве безработного и назначения пособия по безработице. Уведомление граждан о регистрации в качестве безработных, о размере и сроках выплаты пособия по безработице также осуществляется в электронной форме с использованием информационно-аналитической системы либо Единого портала государственных и муниципальных услуг.

С учетом обстановки, складывающейся на рынке труда, государство пересмотрело размеры пособий по безработице. В постановлении Правительства РФ от 27 марта 2020 г. № 346 (ред. от 10 июня 2020 г.) «О размерах минимальной и максимальной величин пособия по безработице на 2020 год» предусмотрен ряд специальных мер, направленных на поддержку граждан, потерявших работу в период коронавируса. Так, гражданам, уволенным и признанным в установленном порядке безработными с 1 марта 2020 г., за исключением граждан, уволенных за нарушение трудовой дисциплины или другие виновные действия, пособие по безработице в апреле - июне 2020 г. устанавливается в максимальном размере 12 130 руб. Гражданам, уволенным

и признанным в установленном порядке безработными с 1 марта 2020 г. и имеющим детей в возрасте до 18 лет, размер пособия по безработице в апреле - июне 2020 г. увеличивается пропорционально количеству таких детей из расчета 3 тыс. руб. за каждого ребенка одному из родителей, приемных родителей, усыновителей, а также опекуну (попечителю). Гражданам, которым пособие по безработице назначено в размере минимальной величины пособия по безработице (1500 руб.), такое пособие за май - июль 2020 г. устанавливается в размере 4500 руб. Безработным гражданам, имеющим детей в возрасте до 18 лет, размер пособия по безработице в июне - августе 2020 г. увеличивается пропорционально количеству таких детей из расчета 3 тыс. руб. за каждого ребенка одному из родителей, приемных родителей, усыновителей, а также опекуну (попечителю) и др.

Заключение

1. Пандемия коронавирусной инфекции, создавшая реальную угрозу жизни и здоровью миллионов жителей планеты, включая граждан государств-членов ЕАЭС, потребовала от государственных органов законодательной и исполнительной власти большинства стран принятия чрезвычайных экстренных мер. Некоторые из них рассчитаны на поддержку граждан в сложных экономических условиях, а другие вынужденно привели к ограничениям прав человека (свободы труда, свободы передвижения, права на неприкосновенность частной жизни и т. д.). Существенным образом отразилась ситуация и на трудовых отношениях: значительное количество людей осталось без работы, некоторые сохранили трудовые отношения, но потеряли часть заработной платы, кто-то вынужден был перейти на работу в удаленном режиме, а те, кто продолжили работу, получили ряд новых обязанностей в сфере охраны труда.

Для предотвращения распространения коронавирусной инфекции стали активно применяться не только новые формы организации труда, связанные с возможностями цифровых технологий (удаленная работа, электронный документооборот), но и давно известные трудовому законодательству пра-

вовые конструкции - отстранение от работы, использование гибких режимов работы, установление неполного рабочего времени, разделение рабочего дня на части, организация работы в несколько смен с целью минимизации контактов работников. Тем не менее мы разделяем мнение о том, что в ситуации, когда обществу требуется кратковременная социальная изоляция, готового решения, подходящего для всех работодателей (невзирая на их производственные особенности), трудовое законодательство пока не предлагает [Черных 2020: 157].

2. В законодательстве сравниваемых стран появились новые понятия, некоторые из них получили легальное закрепление (например, понятие «самоизоляция» с определением категорий граждан, подлежащих самоизоляции, понятие «домашний карантин» с уточнением правил поведения в этот период). Другие правовые формулировки («нерабочие дни», «сохранение заработной платы», «удаленная работа») так и остались без нормативного толкования, что привело к неоднозначному их пониманию и правоприменительным ошибкам. В России роль «толкователя» новых правил взяло на себя Министерство труда и социальной защиты посредством издания методических рекомендаций и информации по типу «вопросы - ответы», что вряд ли можно считать оправданной практикой.

3. В связи с принятием государствами ЕАЭС нормативных правовых актов, направленных на предотвращение распространения COVID-19, коррекции подверглись сразу несколько институтов трудового права: трудовой договор, рабочее время, время отдыха, заработная плата, охрана труда. Изменения коснулись и права социального обеспечения: появились новые виды пособий, а размеры традиционных пособий увеличились, изменился порядок выдачи листов нетрудоспособности.

Однако некоторые правила, принятые в целях предотвращения распространения ко-ронавирусной инфекции и в связи с необходимостью соблюдения «социальной дистанции», вошли в противоречие с международными актами и принципами трудового права. Так, введенные Указом Президента Беларуси нормы, расширяющие права белорусских нанимателей по изменению существенных условий труда с предупреждением работни-

ков за один день и допускающие временные переводы работников без их согласия на срок до трех месяцев, противоречат ст. 41 Конституции Беларуси, ст. 32 и 33 ТК Беларуси, Конвенциям МОТ № 29 и 105 и подлежат отмене или признанию неконституционными.

4. Набор и характер мер социальной поддержки в странах ЕАЭС существенно различается, что объясняется не только финансовыми возможностями государств, но и выбранной ими стратегией борьбы с пандемией. Чрезвычайный характер ситуации обусловил появление новых видов социальной помощи населению и трансформацию традиционных, уже известных праву социального обеспечения. Многие из мер социальной поддержки граждан являются либо разовыми, либо временными, рассчитанными на период преодоления объективно возникших трудностей. Возможно, эти меры будут меняться в зависимости от социальных и экономических последствий пандемии. Появился прогрессивный опыт дистанционного оформления пособий и выплат, а также подтверждения иных прав на социальное обеспечение с помощью информационно-коммуникационных технологий, средств мобильной связи.

5. К положительным последствиям анализируемой ситуации можно отнести то, что государства ЕАЭС осознали насущную необходимость модернизации трудового законодательства в направлении развития дистанционной (удаленной) занятости, активного внедрения в практику работодателей электронного документооборота и ускорили разработку соответствующих законопроектов. Можно сказать, что коронавирусная инфекция сформировала общественный запрос на поиск новых правовых механизмов, способствующих усилению трудовой мобильности населения и в определенной мере - трансформации современных трудовых отношений.

Полагаем, что с учетом накопленного за первую половину 2020 г. правотворческого опыта в рамках ЕАЭС целесообразно принять на уровне Высшего совета или Евразийской экономической комиссии правовой акт, который на наднациональном уровне установит для государств-членов рекомендации по сдерживанию распространения COVID-19, беспрепятственному обмену медицинскими препаратами, оборудованием, средствами

индивидуальной защиты, тестами, в перспективе - вакцинами, а также обеспечит проведение согласованных мер по постепенному открытию границ внутри ЕАЭС для свободного передвижения рабочей силы, капиталов, товаров, работ и услуг. В целях выработки единой политики в сфере труда в подобных чрезвы-

чайных ситуациях можно принять документ в форме рекомендаций (предусмотрены Регламентом работы Евразийской экономической комиссии), который будет разработан с учетом лучших практик, сложившихся в странах ЕАЭС в период пандемии коронави-русной инфекции.

Список литературы

Italian Labour Law е-Journal. Special Issue: COVID-19 and Labour Law. A Global Review. 2020. Vol. 13. № 1S.

Головина С. Ю. Пандемия коронавирусной инфекции (COVID-19) как новый вызов трудовому праву // Трудовое право в России и за рубежом. 2020. № 3. С. 3-7.

Истомина Е. А. Динамика развития социальных рисков и защита от них // Социальное и пенсионное право. 2019. № 4. С. 40-44.

Коршунова Т. Ю. Договор о дистанционной работе как способ оформления нетипичных трудовых отношений // Журнал российского права. 2020. № 2. С. 112-125.

Куренной А. М. Право и справедливость в российской системе регулирования трудовых отношений // Трудовое право в России и за рубежом. 2018. № 4. С. 3-7.

Лютов Н. Л. Дистанционный труд: опыт Европейского союза и проблемы правового регулирования в России // Lex Russica. 2018. № 10. С. 30-39.

Черных Н. В. Трудовое законодательство России vs. коронавирус: кто победит? // Актуальные проблемы российского права. 2020. Т. 15. № 5. С. 151-159.

Светлана Юрьевна Головина - доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой трудового права Уральского государственного юридического университета. 620137, Российская Федерация, Екатеринбург, ул. Комсомольская, д. 21. E-mail: tp@usla.ru.

Кубанычбек Советович Раманкулов - кандидат юридических наук, доцент, заведующий кафедрой гражданского, трудового и экологического права Кыргызского национального университета им. Ж. Баласагына. 720033, Кыргызская Республика, Бишкек, ул. Фрунзе, д. 547. E-mail: ramaks65knu@mail.ru.

Кирилл Леонидович Томашевский - доктор юридических наук, профессор кафедры гражданско-правовых дисциплин Международного университета «МИТСО», профессор кафедры гражданского процесса и трудового права Белорусского государственного университета. 220099, Республика Беларусь, Минск, ул. Казинца, д. 21, корп. 3. E-mail: k_tomashevski@tut.by.

Муслим Ханатович Хасенов - PhD, адъюнкт-доцент Университета КАЗГЮУ им. М. С. Нарикбаева, ведущий научный сотрудник Института законодательства и правовой информации Республики Казахстан, 010000, Республика Казахстан, Нур-Султан, ул. Коргал-жын, д. 8. E-mail: muslimkhassenov@gmail.com.

Labour Law and Social Security in the EAEU States During the COVID-19 Pandemic: Experience of Belarus, Kazakhstan, Kyrgyzstan and Russia

The spread of the new coronavirus infection (COVID-19) has affected almost all areas of human activity, but one of the most vulnerable areas covers employment relations. Measures taken to prevent the spread of a dangerous infection entailed the suspension of many organizations, which caused negative consequences such as rising unemployment and falling living standards. Employers faced the need to «reformat» employment relations and organize labor processes in such a way as to ensure social isolation of employees, in particular, by transfer to remote work, despite the fact that this method of labor organization is not regulated in labor legislation.

The EAEU member states challenged the tasks of strengthening social support for citizens, revising the system of measures for state benefits and payments.

Using the comparative method, the authors analyze specific legislative measures taken in the EAEU member states in order to prevent the spread of the pandemic and mitigate its consequences, reveal the problems of law enforcement due to defects in labor and social legislation. The article provides examples of adaptation of labor and social security legislation to the relations arising within the pandemic.

The authors conclude that COVID-19 has formulated a public request for the search for new legal mechanisms to enhance the labor mobility of the population and, to a certain extent, the transformation of modern employment relations.

Keywords: coronavirus infection (COVID-19), self-isolation, non-working days, remote work and telework, labor legislation of the EAEU countries, social aid

References

Chernykh N. V. Trudovoe zakonodatel'stvo Rossii vs. koronavirus: kto pobedit? [Labor Legislation of Russia vs. Coronavirus: Who Will Win?], Aktual'nyye problemy rossiiskogo prava, 2020, vol. 15, no. 5, pp. 151-159.

Golovina S. Yu. Pandemiya koronavirusnoi infektsii (COVID-19) kak novyi vyzov trudovomu pravu [The Coronavirus Pandemic (COVID-19) as a New Challenge to Labor Law], Trudovoe pravo v Rossii i za rubezhom, 2020, no. 3, pp. 3-7.

Istomina E. A. Dinamika razvitiya sotsial'nykh riskov i zashchita ot nikh [Dynamics of Development of Social Risks and Protection From Them], Sotsial'noe i pensionnoe pravo, 2019, no. 4, pp. 40-44.

Italian Labour Law e-Journal. Special Issue: COVID-19 and Labour Law. A Global Review, 2020, vol. 13, no. 1S.

Korshunova T. Yu. Dogovor o distantsionnoi rabote kak sposob oformleniya netipichnykh trudovykh otnoshenii [The Contract on Remote Work as a Way to Design Non-Typical Labor Relationship], Zhurnal rossiiskogo prava, 2020, no. 2, pp. 112-125.

Kurennoy A. M. Pravo i spravedlivost' v rossiiskoi sisteme regulirovaniya trudovykh otnoshenii [Law and Justice in the Russian System of Labor Relations Regulation], Trudovoe pravo v Rossii i za rubezhom, 2018, no. 4, pp. 3-7.

Lyutov N. L. Distantsionnyi trud: opyt Yevropeiskogo soyuza i problemy pravovogo regulirovaniya v Rossii [Distance Work: Experience of the European Union and Problems of Legal Regulation in Russia], Lex Russica, 2018, no. 10, pp. 30-39.

Svetlana Golovina - doctor of juridical sciences, professor, head of the Labor law department, Ural State Law University. 620137, Russian Federation, Yekaterinburg, Komsomol'skaya str., 21. E-mail: golovina.s@inbox.ru.

Kubanychbek Ramankulov - candidate of juridical sciences, associate professor, head of the Department of civil, labor and environmental law, Zh. Balasagyn Kyrgyz National University. 720033, Kyrgyz Republic, Bishkek, Frunze str., 547. E-mail: ramaks65knu@mail.ru.

Kirill Tomashevski - doctor of juridical sciences, professor of the Department of civil law International University «MITSO», professor of the Department of civil procedure and labor law, Belarusian State University. 220099, Republic of Belarus, Minsk, Kazinets str., 21, bldg. 3. E-mail: k_tomashevski@tut.by.

Muslim Hasenov - PhD, adjunct assistant professor of M. S. Narikbayev KAZGUU University, researcher of the Institute of Legislation and Legal Information of the Republic of Kazakhstan. 010000, Republic of Kazakhstan, Nur-Sultan, Korgalzhyn str., 8. E-mail: muslimkhas-senov@gmail.com.

Дата поступления в редакцию / Received: 25.06.2020

Дата принятия решения об опубликовании / Accepted: 13.07.2020