Эволюция взглядов на цели и задачи потребительской кооперации с точки зрения эффективности её управления

Вестник Челябинского государственного университета. 2010. № 26 (207). Экономика. Вып. 28. С. 18-22.

С. В. Максимов

эволюция взглядов на цели и задачи потребительской кооперации с точки зрения эффективности её управления

Дается анализ развития теории потребительской кооперации в России и других странах. Рассматриваются этапы формирования научных взглядов на цели и задачи потребительских обществ. Выясняется специфика российских подходов к институциональным проблемам потребительской кооперации. Обращается внимание на слабую изученность социальной базы потребительской кооперации в России как важную причину отставания науки в разработке эффективной модели кооперативного управления.

Ключевые слова: потребительская кооперация, субъект кооперативной экономики, член кооператива, эффективность кооперативного управления, социально-экономический потенциал потребительской кооперации.

В нашей стране деятельность потребительской кооперации в основном направлена на удовлетворение социально-экономических потребностей жителей села. Законодательство выделяет несколько сфер, где потребительские общества оказывают существенное влияние на уровень и качество жизни людей. К таким сферам относится строительство жилья, финансовая взаимопомощь, совместная закупка и продажа товаров и т. д. Кооперативы потребителей функционируют на основе присущих только им ценностей и принципов, среди которых выделяются: организационная самодеятельность; солидарность; самостоятельность кооперативного управления; кооперативная демократия (один пай - один голос) и предоставление пайщикам, участвующим в хозяйственной деятельности кооператива, соответствующих выплат.

Федеральный Закон «О потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации» (от 19 июня 1992 г.) понимает под потребительскими обществами добровольные объединения граждан, созданные для решения торговых, заготовительных, производственных задач в целях удовлетворения материальных и иных потребностей членов-пайщиков [1. Ст. 1]. Согласно логике закона, потребительские общества в интересах пайщиков в широких масштабах ведут оптовую и розничную торговлю, производят пищевые продукты, осуществляют заготовку сельскохозяйственного сырья.

Однако в статьях закона имеется ряд умолчаний (п. 1 ст. 4; ст. 5 и др.), позволяющих широко трактовать основополагающий принцип: «кооперация для пайщика». Так, закон разре-

шает потребительским обществам вести предпринимательскую деятельность, если она не противоречит интересам пайщиков, не при этом определяя сущность данных интересов. Вследствие расплывчатости указанного положения целевым сегментом деятельности потребительских обществ становится всё сельское население страны. Различия между пайщиками и не членами кооперативов, важные для понимания социально-экономической сущности, стратегии и тактики управления потребительскими обществами законодательно не актуализируются. Соответственно, практика кооперативного строительства также игнорирует эти различия. Возникает закономерный вопрос: возможно ли эффективное управление потребительской кооперацией при том существенном расхождении, которое имеется ныне между сформировавшейся организационно-правовой и хозяйственной практикой и основополагающими принципами, на которых должна базироваться деятельность потребительских кооперативов?

Дать корректный ответ поможет углубление в теорию. Классическая кооперативная теория отличалась последовательностью в вопросе о единстве целей, задач и хозяйственной практики потребительских объединений. Р. Оуэн и Ш. Фурье, признанные основатели кооперации, призывая создавать потребительские кооперативы, исходили из предположения, согласно которому трудящиеся и мелкие собственники желали избавиться от господства крупного капитала. Кооперативы, таким образом, предназначались для конкретной цели. Создав с их помощью крупный паевой капитал из средств, получае-

мых в виде заработной платы или предпринимательского дохода, можно было начать крупномасштабное переустройство общества. Именно для борьбы с капиталом предлагались добровольные кооперативные ассоциации — объединения лиц наемного или ремесленного труда, наделенные всеми элементами управленческой и хозяйственной самостоятельности. Таков был первоначальный взгляд на задачи потребительских обществ. Активность и самоуправление пайщиков при таком подходе являлись основой всех последующих организационно-управленческих действий.

Несколько десятилетий спустя, Дж. Митчелл, сначала возглавлявший легендарное рочдельское общество, а затем правление Общества оптовых закупок Англии, немало способствовавшее развитию английской потребительской кооперации, рассматривал кооператив как «самодовлеющую колонию объединенных интересов». Общая философия оставалась прежней, однако, в отличие от основателей кооперации, боровшихся с общественным строем, Митчелл видел её задачу в предоставлении денежных выгод пайщикам и улучшении их хозяйственного и общественного положения [Цит. по: 6. С. 34-37].

Точно так же рассматривали проблему рочдельские пионеры, опыт деятельности которых до сих пор является образцом истинно кооперативного подхода к делу и высоко оценивается Международным кооперативным альянсом (МКА). Опираясь на кооперативную прибыль, рочдельские ткачи намеревались развивать розничную торговлю, производство товаров широкого потребления, строить доступное жильё, приобретать и арендовать земельные участки, помогать безработным, вести воспитательную работу и т. д. «Общество справедливых рочдельских пионеров» должно было в результате превратиться в самостоятельную общину с общими интересами [9. С. 58].

Личному потреблению отводилась роль стимула и основы дальнейшего роста кооперации. Что касается не членов кооператива, т.е. подавляющего большинства представителей аналогичной социальной и, следовательно, потребительской группы, то им предполагалось оказывать методическую помощь по созданию новых потребительских организаций.

Первые потребительские общества, возникшие в середине — второй половине XIX в.,

были типичными ассоциациями потребительской взаимопомощи и не вели розничной или оптовой торговли для широкого круга потребителей. С другой стороны, соблюдая кооперативные принципы, они регулярно начисляли кооперативные выплаты тем пайщикам, кто принимал активное участие в хозяйственной деятельности кооператива, т. е. приобретал товары в кооперативных лавках. Это обстоятельство кардинально отличало потребительские общества от частных производственно-хозяйственных структур.

На примере рочдельской инициативы мы видим гармонично развивающуюся хозяйственную систему кооперативного типа, где прогрессирующая экономика является результатом понимания и последовательного выполнения социальной миссии кооператива.

Дальнейшее развитие кооперативной теории отражало те изменения, которые переживала потребительская кооперация в последующие годы. В частности, происходила её интенсивная интеграция в национальные экономики. Хозяйственные задачи начинали превалировать, отодвигая социальную проблематику на второй план.

Одним из зачинателей экономического направления в исследовании кооперации был В. Кинг, первым предложивший создавать потребительские общества на паевых началах и развивать кооперативную экономику, преумножая паевой капитал. В противном случае, считал Кинг, кооператив ждет крах под давлением иждивенческих настроений членов, либо вырождение в псевдо-кооперативные формы.

Около ста лет назад (в 1902 г.), уже после Кинга, прозвучала идея о кооперации как «коррективе капиталистических отношений». Кооперативы, по мысли одного из авторов новой идеи, итальянца Валенти, являлись тем недостающим звеном капиталистического распределения, благодаря которому в несовершенный процесс обмена интегрировались рядовые потребители, защищенные формой кооперативного взаимодействия. Члены потребительского кооператива, в иных условиях принужденные платить больше реальной стоимости товара, благодаря созданной ими потребительской организации, устраняют или присваивают сверхприбыль и, таким образом, освобождаются от ущерба, который потерпели бы в случае отсутствия кооперативов [10. С. 63-64].

Валенти доказывал, что кооперация является экономическим учреждением и преследует распределительную цель. Таким образом, любые виды её деятельности служат средством справедливого распределения. Валенти также принадлежит важная мысль о внешней идентичности кооперативов и частных предприятий [10. С. 64].

Другой представитель итальянской школы, М. Мариани (1906 г.), также рассматривал кооперативы как экономические ассоциации, порожденные стремлением удовлетворить конкретные потребности своих членов. Кооперация, по его мнению, основывается на индивидуализме («мотивах гедонистического характера», как выразился В. Ф. Тотомианц), «альтруистические принципы взаимопомощи» полностью исключаются автором из её теоретического обоснования. Согласно Мариани, субъект сравнивает пользу от кооперации с жертвой, которую придется принести для вступления или учреждения кооператива [10. С. 66]. Мариани определяет индивидуальную пользу пайщиков в виде выгод: 1) от устранения посредничества; 2) от устранения системы наемного труда; 3) от уничтожения монопольной прибыли. Индивидуальная выгода или непосредственное благо признаются Мариани единственным мотивом пайщика для вступления и участия в кооперативной ассоциации [10. С. 68].

Настроенный сугубо прагматически, Мариани заключает: потребительское общество есть «экономическая ассоциация потребителей, вошедших в соглашение с целью сокращения закупочных цен и достигающих своей цели путем создания предприятия, каким они раньше пользовались у поставщика» [10. С. 68].

Потребительская кооперация Европы уже в начале ХХ в. перестала быть формой политической борьбы трудящихся и приняла на себя миссию оказания пайщикам торговых услуг. Причиной тому послужил рост уровня жизни европейцев, напрямую коснувшийся положения наемных рабочих - социальной основы европейской потребительской кооперации. Теоретикам оставалось лишь подвести под изменившуюся кооперацию новую научную базу. Однако следует иметь в виду, что основные кооперативные принципы при этом сохранились неизменными.

Российская научная мысль поначалу также исходила из классического понимания потреби-

тельской кооперации. Сторонниками рочдельских принципов были все крупнейшие теоретики кооперации конца XIX — начала ХХ в.:

А. Н. Анциферов, А. Д. Билимович, И. Х. Озеров, С. Н. Прокопович, В. Ф. Тотомианц, М. И. Туган-Барановский, А. В. Чаянов и многие другие.

Однако со временем подходы отечественных учёных заметно изменились. Современная российская наука в основном исходит из представлений о двойственной сущности потребительских обществ. При этом в сочетании социальных и экономических составляющих потребительской кооперации ведущее место отводится экономике.

Так, К. А. Раицкий считает основой развития потребительской кооперации её эффективную экономику [8]. По мнению Т.Н. Прижигалинской, кооперативы выполняют функцию «удовлетворения потребностей своих членов через рыночные отношения путем производства товаров и оказания услуг» [7. С. 15]. Авторы коллективной монографии «Формы кооперативного движения в условиях рыночных реформ» считают, что кооперативы как равноправные субъекты рынка должны действовать на конкурентной основе и стремиться получать максимальную прибыль [2. С. 180-181].

Ныне превалирует мнение, что целью современных потребительских обществ является: 1) получении прибыли, достаточной для самофинансирования отраслей деятельности; 2) достижение рентабельности капитала не ниже, чем у конкурентов; 3) устойчивый рост объемов продаж [См., например: 7. С. 70]. Как видим, ориентация кооператива на удовлетворение потребностей пайщиков заменяется ориентацией на достижение экономической эффективности как таковой.

Аналогичные цели и задачи ставит перед системой «Концепция развития потребительской кооперации Российской Федерации до 2015 года» [далее Концепция.— С. М.], принятая к исполнению 134-м общим Собранием представителей потребительских обществ Российской Федерации в самом начале 2008 г.

Основными целями потребительских обществ на среднесрочную перспективу Концепция признает усиление позиций потребительских обществ на традиционных рынках (в сельских поселениях на уровне районных центров и центральных усадеб), развитие и конкуренцию на региональном, межрегиональном и федераль-

ном уровнях, выход на рынки средних и крупных городов и т. д. [4. С. 8]. Ориентация идет на удовлетворение интересов и потребностей максимально широкого круга сельских и отчасти городских жителей. К таковым Концепцией отнесены потребители товаров и услуг кооперативных обществ, сдатчики сырья в заготовительные пункты кооперации и т. д. Как минимум три цели из пяти, обозначенных в Концепции, прямо ориентированы на потребности всего сельского социума. Единственной, на наш взгляд, кооперативной целью в Концепции остается сохранение и развитие потребительской кооперации как самобытной системы [4. С. 8]. Однако и здесь имеются определенные трудности.

Под самобытностью в широком смысле слова международная кооперативная общественность понимает несколько важных положений кооперативной теории и практики: добровольное и открытое членство; демократическое управление и контроль; хозяйственную самодеятельность; «участие членов в экономике кооператива»; заботу о местных интересах («о местной общине») и т. д. [11. Р. 7-16]. Таким образом, Международный кооперативный альянс и Центросоюз РФ расходятся в понимании некоторых важных аспектов кооперативной самобытности, имеющих прямое отношение к месту и роли пайщика в кооперативной экономике.

Среди тех, кто в настоящее время пытается анализировать проблемы кооперации с позиций, близких к классической кооперативной теории, можно назвать Е. П. Карлину, Т. Г. Храмцову,

О. И. Клименко, Е. В. Исаенко, В. В. Каширина,

В. Ф. Ермакова, М. В. Сероштан, А. Н. Лебедева и др. В их трудах сделаны первые, хотя и не всегда последовательные шаги по преодолению экономического детерминизма современных кооперативных воззрений.

Так, Е. П. Карлина справедливо считает пайщиков основой социально-экономического потенциала потребительской кооперации, однако в то же самое время отводит аналогичную роль трудовым ресурсам, задействованным в кооперативных организациях [3. С. 149-150]. А. Н. Лебедев, отдавая дань господствующим представлениям, считает, что институциональная роль потребительской кооперации заключается в снижении транзакционных издержек и обеспечении на этой основе экономических выгод «лояльным потребителям». В едином конгломерате лиц, интересы которых обслуживают потребительские

общества, автор всё же находит нужным выделить организационно-экономические приоритеты членов-пайщиков, указывая, что стратегия кооператива определяется его учредителями [5.

С. 40]. Противоречия встречаются и в работах других авторов.

Современная наука пока не в состоянии точно выделить субъект кооперативной экономики. Таковым у неё поочередно является то кооперативная организация, то кооперированный пайщик, то лояльный потребитель. Поскольку противоречивость в понимании места и роли пайщика не разрешена в теории, сохраняется она и на практике, находя своё юридическое закрепление в законах.

Одной из причин неудовлетворительного состояния науки в этом вопросе является слабая изученность социальной базы потребительской кооперации, а следовательно, неопределенность в понимании её экономических интересов. Исследователям не удастся сформировать адекватную научную концепцию потребительской кооперации и создать жизнеспособную модель развития кооперативной экономики без внимательного анализа и учета социально-экономических интересов пайщиков.

Список литературы

1. Федеральный закон от 19 июня 1992 г. № 3085-1 «О потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации».

2. Гутман, Г. В. Формы кооперативного движения в условиях рыночных реформ : монография / Г. В. Гутман, О. Б. Дигилина, Н. И. Чукин,

В. П. Ситько, В. В. Калмыков. М. : Дашков и К°, 2003. 384 с.

3. Карлина, Е. П. Разработка стратегии адаптации потребительской кооперации к рыночным условиям : дис. ... д-ра экон. наук / Е. П. Карлина. СПб., 2003.

4. Концепция развития потребительской кооперации Российской Федерации до 2015 года. Общие положения // Деловой вестн. 2008. № 4.

5. Лебедев, А. Н. Экономический механизм управления организациями потребительской кооперации (теория, методология, практика) : авто-реф. дис. ... д-ра экон. наук / А. Н. Лебедев. М., 2005. 44 с.

6. Максимов, С. В. Теория потребительской кооперации: Управленческий аспект : монография /

С. В. Максимов. 2-е изд., перераб. и доп. Арзамас : АНО ВПО ЦС РФ «Российский университет кооперации», Арзамас. фил., 2009. 202 с.

7. Прижигалинская, Т. Н. Развитие инфраструктуры потребительской кооперации: теория, методология, практика : автореф. дис. ... д-ра экон. наук / Т. Н. Прижигалинская. Белгород, 2004.

8. Раицкий, К. А. Эффективная экономика — основа развития потребительской кооперации /

К. А. Раицкий // Кооперативная самобытность в новом тысячелетии : материалы Рос. науч.-практ. конф. М. : Моск. ун-т потреб. кооперации, 2001.

9. Творцы кооперации : сборник / сост.

Л. А. Самсонов. М. : Моск. рабочий, 1991. 300 с.

10. Тотомианц, В. Ф. Основы кооперации /

В. Ф. Тотомианц. Берлин, 1923.

11. XXXI ICA Congress, Manchester, 1995.