Немая сцена

Большой театр обживает возвращенное ему после реконструкции здание. На 28 октября назначено торжественное открытие (событию будет посвящен гала-концерт с участием мировых оперных звезд), а пока в театре готовятся к полноценной жизни на двух сценах, новой и старой. Перед официальным открытием в театре побывал СЕРГЕЙ ХОДНЕВ.

С высоты четвертого яруса зал Большого, несмотря на густое сияние свежей позолоты, кажется непривычно уютным — особенно сейчас, когда он почти пуст. Люстра для каких-то надобностей спущена вниз, сверху, под самым потолком, реставратор подправляет подол у музы Урании, расположившейся на плафоне прямо над царской ложей. Внизу, в партере, видны уборщица, смахивающая пыль с зрительских стульев, и режиссер Юрий Любимов, сосредоточенно рассматривающий оркестровую яму. Юрий Петрович зашел по делу, обсудить будущую постановку "Князя Игоря", но осмотреть уже готовое, но пока не открытое здание театра хотят многие. У пресс-секретаря Большого Катерины Новиковой, например, следующей в ее графике значится делегация Службы внешней разведки. И у них тоже наверняка на открытие Большого свои виды.

На площади перед театром теперь появились неброские стеклянные будочки, прикрывающие лестницы, ведущие куда-то вниз. Это аварийные выходы, хотя когда-то шли разговоры о том, чтобы предложить зрителям попадать в театр снизу (спускаясь с площади или даже проходя прямо со станции метро). Начало маршрута к месту в зрительском зале теперь выглядит так же, как и раньше: простые смертные в театр по-прежнему попадают, проходя через портик главного фасада. Либо через два боковых входа.

У администрации и артистов вариантов больше: весь образовавшийся за последние десять лет комплекс зданий соединен переходами, так что из-за исторической сцены Большого можно, не выходя на улицу, попасть и на Новую сцену, и в административный корпус, и в близлежащий "Дом Хомякова", где расположились репетиционные помещения.

Старинный вестибюль выглядит мало изменившимся, даже метлахская плитка точно такая же, как и та, что была уложена здесь в 1890-е годы. Обладатели билетов во второй, третий и четвертый ярусы из главного вестибюля могут подниматься к своим местам. Пешком идти не обязательно — теперь все зрительские уровни объединены лифтами. Причем панорамными, так что можно рассмотреть отделку уровней, мимо которых проезжаешь. Полукруглые зрительские коридоры перед входами в зал на всех уровнях выложены "терраццо" — мозаикой из камешков на бетонной основе. Так задумал еще Кавос, при котором эту мозаику выложили с применением известняка. Но мягкий камень быстро стал крошиться, так что в советское время в этих коридорах положили паркет.

Сохранилось только несколько квадратных метров первоначального покрытия, которое теперь и воспроизвели, заменив известняк на гранит. Вот во всех исторических фойе уложен паркет, а в зрительном зале — паркетная доска: покрытие смотрится не очень притязательно, но зато оно, видимо, удовлетворило немецких специалистов по акустике, педантично тестировавших на предмет звуковых качеств каждый элемент отделки: деревянные панели (каждую по отдельности), ткани, папье-маше, из которого сделана раззолоченная лепнина.

А вот публике партера, бельэтажа и первого яруса сначала предлагается спуститься на минус первый уровень, в новый вестибюль. Теперь гардероб для этой части зала именно там. Что же до антрактов, то главный зрительский буфет находится отныне на самом верху, под самой крышей. Точнее говоря, это целая анфилада помещений, тоном своей отделки напоминающих помпезный буфет Новой сцены Большого: вместительность зрительного зала несколько меньше, чем в советские времена, но все равно это около 1700 человек.

Все эти десятилетия большинству посетителей Большого и в голову не могло прийти, что театр в беде. Беда оставалась за сценой — тесно, жарко, неудобно, часть электропроводки сохранилась с 1890-х годов, санузлы и душевые для артистов доступны по принципу "удобства в коридоре". Но и это еще не самое страшное. Уже к концу XIX века театр стал буквально трещать по швам — подвели фундаменты. Историческое здание закрыли летом 2005 года. Сначала взялись за разрушившиеся фундаменты: здание предполагалось сначала опереть на задавленные в грунт временные сваи, а потом сделать новый фундамент. Однако по всем несущим стенам Большого сверху донизу обнаружились "силовые трещины" — здание в любой момент было готово рассыпаться. И понадобилось дополнительное время и средства на то, чтобы зафиксировать эти фрагменты.

Первоначально рассчитывали, что все работы будут закончены весной 2008 года. Потом дата открытия начала отодвигаться. Параллельно росла цена реконструкции. Сначала в утвержденной Главгосэкпертизой смете речь шла примерно об $1 млрд. Но тогдашний министр экономразвития Герман Греф весь 2005 год требовал от театра урезать сумму до 9 млрд руб. Клинч, чуть было не приведший к смене генерального подрядчика, разрешился компромиссом — театру пообещали выделить на реконструкцию 15 млрд руб. Осенью 2009 года вокруг реконструкции поднялся очередной скандал: Счетная палата заявила, что институту "Курортпроект" переплатили за проектные работы, а на стройплощадку пришел новый генподрядчик. Точнее, обновленный: компанию "СУИпроект" купила группа "Сумма", которая и контролировала ход работ до сего дня. Сколько в итоге было затрачено на реконструкцию, сказать сложно — официальные подсчеты пока не опубликованы. Приблизительная сумма, называвшаяся в последние месяцы, составляет 24,2 млрд руб.

Теперь историческая сцена Большого должна стать едва ли не самой современной в смысле своих технологических возможностей, например гидравлическая машина, которая управляет трансформациями сцены и оркестровой ямы,— самая большая в Европе. Помимо основной сцены театр теперь располагает несколькими репетиционными залами, точной копией главной сцены и оркестровой ямы в натуральную величину (эта репетиционная площадка расположена под самой крышей), подземным депо для декораций, подземным же вестибюлем и, наконец, опять-таки подземным многофункциональным залом. Этот зал, тоже начиненный механикой, может в считанные минуты превращаться из концертной площадки в фойе, из фойе — в репетиционный зал, а из репетиционного зала — в студию звукозаписи. Новый зал назван Бетховенским, а вот Большому императорскому фойе, которое с 1920-х годов носило имя Бетховена, возвращено историческое название. И исторический декор — теперь и в зрительском зале, и в анфиладе фойе воссоздано убранство по состоянию на 1856 год.

Соткан новый основной занавес по мотивам старого, советского, который был сделан в свое время по картону создателя кремлевских звезд Федора Федоровского, только советскую символику заменил двуглавый орел, а вместо "СССР", соответственно, "Россия". А во время церемонии открытия Большой покажет и еще один воссозданный исторический занавес — грандиозное полотнище с изображением Минина и Пожарского, украшавшее сцену театра во время коронационных торжеств 1856 года.