Проект Центра Бременского университета по изучению трансформаций государств (реферативный обзор)

III. РАЗНОВИДНОСТИ СОВРЕМЕННОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ

ПРОЕКТ ЦЕНТРА БРЕМЕНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА ПО ИЗУЧЕНИЮ ТРАНСФОРМАЦИЙ ГОСУДАРСТВ

European review. - Cambridge, 2005. - Vol. 13, Supp. N 1. - 215 p.

Специальный выпуск «Европейского обозрения» за 2005 г. состоит из статей сотрудников Центра по исследованию трансформаций государств Бременского университета. Исследования Центра посвящены изучению стремительно изменяющихся связей между внутренней и внешней политикой, частным и общественным управлением и представляют собой сравнительный анализ национальных государств, входящих в Организацию экономического сотрудничества и развития периода их «золотой эпохи» 60-х - начала 70-х годов и в настоящее время. В исследованиях сопоставляются изменения, произошедшие с «хорошо сотканной» системой государств образца ХХ в. в связи с функциональным смешением на национальном уровне четырех составляющих государства: территория (territorial state), право (rule of law), демократия (democratic state), государственное вмешательство (intervention state). Для этих функциональных составляющих был придуман акроним TRUDI.

Исследования Центра сосредоточены на четырех измерениях государственности TRUDI: ресурсы (финансы, вооруженные силы), право, легитимность и социальное обеспечение. Авторы выпуска рассматривают, как эти измерения изменялись на протяжении четырех веков (период «золотой эпохи») в рамках национального го -

сударства. Однако с тех пор процессы глобализации, денационализации, приватизации, индивидуализации инициировали новую динамику. «Хорошо скроенная» национальная констелляция государства периода «золотой эпохи» распалась. К тому же в эру структурной неопределенности не все процессы изменяются равномерно. Исследователи обнаружили как структурные асимметричные изменения в облике государства, так и неравномерные трансформации каждого из четырех измерений. Таким образом, исследования Центра призваны решить следующие задачи: эмпирически описать эти трансформации начиная с середины 70-х годов; объяснить их причины и динамику; определить, каким образом они влияют на такие общественные блага, как безопасность, нормы права, демократическая легитимность, социальное обеспечение.

Специальный выпуск «Европейского обозрения» содержит девять текстов, включая вводную статью Михаэля Цорна и Стефана Лейбфрида, задающую исследовательские рамки и представляющую краткий обзор выводов исследователей Центра.

Статья Михаэля Цорна, директора Департамента транснациональных конфликтов и международных институтов Берлинского исследовательского центра по социальным наукам ^2В), и Стефана Лейбфрида, профессора политических наук университета в Бремене, «Перечеркивание национальной констелляции» посвящена анализу современных основ национального государства. Сначала авторы дают определение современному национальному государству с точки зрения четырех измерений - ресурсы, закон, легитимность и социальное обеспечение; затем рассматривают исторические основы и статус данных измерений, акцентируя внимание на слиянии нации и государства в XIX в. и развитии «национальной констелляции» институтов в ХХ в.

Ресурсное измерение, с точки зрения Михаэля Цорна и Стефана Лейбфрида, включает контроль над использованием силы и государственных доходов и связано с консолидацией современного территориального государства из разрозненных феодальных земель. Правовое измерение предполагает правосудие, суды и все необходимые элементы правовых норм, что в совокупности образует конституционное государство. Легитимность, или принятие политических норм, связана с возникновением демократического национального государства в XIX в. Социальное обеспечение или

усиление экономического роста и социального равенства, по мнению авторов статьи, являются лейтмотивом «вмешивающегося» государства, которое в ХХ в. признает свою ответственность за жизнь граждан.

Авторы дают оценку судьбе национального государства после Второй мировой войны и на примере стран, входящих в Организацию экономического сотрудничества и развития, рассматривают подъем и закат их «золотой эпохи» в 60-х - начале 70-х годов. По мнению авторов, значимыми особенностями национального государства образца ХХ1 в. являются объединение этих четырех измерений и их активное взаимодействие на общенациональном уровне.

В заключение авторы рассказывают о вызовах, стоящих перед национальным государством в ХХ1 в., а также о том, как четыре измерения справляются с этими вызовами. Авторы дают ответы на следующие вопросы: каким образом эти измерения существуют в ХХ1 в.; сходят ли они с арены; какие трансформации переживает национальное государство; трансформируется ли оно в одно гигантское мировое государство или в субнациональные и региональные формы самоуправления; каково вообще будущее государства?

Михаэль Цорн и Стефан Лейбфрид полагают, что изменение одного из измерений не приводит к кардинальной трансформации государства. Однако, по их мнению, специфика государства в ХХ1 в. такова, что все эти измерения тесно переплетаются друг с другом, усиливая эффект от изменений каждого из них.

Таким образом, Михаэль Цорн и Стефан Лейбфрид предлагают некоторые рабочие гипотезы о текущем и будущем пути развития государства, а именно: изменения, произошедшие за последние 40 лет, «не только оставили складки на материи национального государства, но и распутали нитки отлично скроенной национальной констелляции "золотой эпохи"»1.

В целом авторы приходят к следующим выводам. Во-первых, национальное государство крепко держится за такие сферы, как налоговые сборы и монополия на применение силы, поэтому ресурсное измерение может изменяться довольно медленно. Во-вторых, нормы права все более смещаются в область международной арены.

1 Zorn M., Leibfried S. Reconfiguring the national constellation // European review. - Cambridge, 2005. - Vol. 13, Supp. N 1. - P. 1.

Несмотря на то что внутренние институты - гаранты правовых норм - все еще играют значительную роль, они оказываются встроенными и поддерживаются внешними институтами. В-третьих, измерение социального обеспечения испытывает на себе влияние таких разнонаправленных процессов, как приватизация, интернационализация, транснационализация, вследствие чего изменяются национальные системы здравоохранения, пенсионного обеспечения, защиты потребителей и т.д. Проблема заключается также в том, что при этом ломаются географические рамки национальной констелляции, тогда как сама система социального обеспечения все еще остается под юрисдикцией национального государства. В этом отношении роль государства-обеспечителя сужается, тогда как его регулятивная роль возрастает. В-четвертых, авторы отмечают, что до сих пор остается неясным, каким образом и будет ли вообще гарантирована демократическая легитимность политических процессов в таком неконгруэнтном или даже непоследовательном и парадоксальном государстве.

Однако несмотря на констатацию кризиса нации-государства, авторы статьи не видят в этом процессе хаоса. В то же время Михаэль Цорн и Стефан Лейбфрид отмечают, что не существует ни стандартного пути развития государства эпохи постмодерна, ни симметричных паттернов для институтов, возникающих из четырех неравномерно изменяющихся измерений, поскольку их трансформация происходит по разным причинам, с разной скоростью и в разных направлениях.

Михаэль Цорн и Стефан Лейбфрид склонны обозначать такую ситуацию как «структурная неопределенность», в противоположность другому распространенному определению «постнация», имеющему негативный оттенок. Авторы полагают, что через некоторое время мы станем свидетелями новой конфигурации национальной констелляции государственных институтов.

Маркус Яктенфукс, профессор политических наук Международного университета в Бремене, в своей статье «Монополия на легитимную силу: Денационализация или все своим чередом?» рассматривает, как глобализация влияет на монополию государства, на вооруженные силы и полицию.

Традиционно со времен Макса Вебера считалось, что монополия на легитимное применение силы характерна только для со-

временного государства, именно этот признак отличает государство от остальных политических организаций. Государственная монополия состоит из двух элементов - монополии на использование силы и ее легитимности. Кроме исключительных случаев использование силы другими акторами расценивается как преступление. Монополия на власть развивалась в рамках двух организационных форм -вооруженные силы и полиция. Важно отметить, что отличие между ними заключается не в разнице их организационных структур, а в различии институциональных контекстов. Маркус Яктенфукс отмечает, что обычно исследователи фокусируются на изучении либо вооруженных сил и служб безопасности, либо полиции. Тогда как сам Маркус Яктенфукс полагает, что для понимания природы государства и потенциальных изменений необходимо рассматривать вооруженные силы и полицию в совокупности, как две стороны одной монеты. Нормальное и легитимное государство осуществляет тотальный контроль над силовыми ведомствами. Государство, неспособное установить монополию на силу или допускающее на своей территории нелегальную или повстанческую армию или полицию, можно признать банкротом.

Маркус Яктенфукс полагает, что современные процессы гло -бализации - интернационализация и регионализация - бросают вызов традиционной государственной монополии на силу. В то же время автор отмечает, что в современном цивилизованном мире не существует институтов, альтернативных государству как монополисту силы. Конечно, интернационализация оказывает влияние на монополию государства на силу, но не подрывает ее фундаментальные основы. Маркус Яктенфукс делает следующие выводы относительно трансформации монополии государства на силу.

Во-первых, монополия на силу не переносится на международные институты (например, НАТО, ООН, ЕС), а встраивается в них.

Во-вторых, следствием процесса встраивания является то, что условия для использования монополии на силу и легитимизация причин для ее использования во многом определяются международными институтами. Государства же медленно теряют свою автономию в оправдании использования силы.

В-третьих, потеря государством автономных прав на легитимное использование силы не означает потерю прав на реальное

использование силы. Полиция и армия все еще находятся под плотным контролем государства.

В-четвертых, реальное использование сил полиции и армии характеризуется поиском эффективных форм межправительственного сотрудничества. По сравнению с наднациональными институтами рыночной интеграции ЕС сотрудничество силовых структур находится на достаточно низком уровне. Беспокойство некоторых групп и политических партий относительно демократического контроля и защиты фундаментальных прав показывает, что эта сфера находится в плену политического дискурса.

В результате Маркус Яктенфукс интерпретирует этот процесс как часть глобального цивилизационного развития. С точки зрения автора, повышающаяся встроенность государства в институциональные рамки является признаком прогресса.

Автор дугой статьи «Глобализация и трансформация налоговой системы» Филипп Генсхель, ассоциированный профессор политических наук Международного университета в Бремене, рассматривает, как глобализация влияет на систему налогообложения.

Филипп Генсхель предлагает детальный анализ того, как либерализация мировой экономики, свидетелями которой мы являемся более 50 лет, влияет на налоговую политику. Сначала автор дает краткую характеристику налоговых систем, сложившихся до периода активной глобализации в 80-90-х годах. Затем переходит к рассмотрению вызовов, бросаемых глобализацией национальной системе налогообложения.

Основные компоненты налоговой политики - налоги на индивидуальные доходы и доходы компаний, потребительский налог на товары и услуги, взносы в фонды социального обеспечения -сформировались между 1910 и 1970 гг., когда экономические трансакции были ограничены национальными границами и национальными рынками. Поэтому налоговая политика регулировалась каждым государством самостоятельно. За период с начала до конца ХХ в. доля налоговых поступлений в валовом национальном продукте возросла с 10 до 40%. Значительную роль налоговых поступлений в государственном бюджете удачно подчеркивает Йозеф Шумпетер, называющий современное государство «налоговым го -сударством». Однако в силу относительной независимости государств их налоговая политика была различной. Так, в 70-х годах

потребительский налог в Ирландии обеспечивал 50% бюджетных поступлений, тогда как аналогичный налог в Люксембурге давал только 10% поступлений.

Филипп Генсхель отмечает, что довольно долгое время особенности национальных налоговых систем не являлись предметом всеобщего интереса и обсуждения. Однако по мере разрушения государственных границ межнациональные различия в налогообложении оказались в центре политических дискуссий. Филипп Генсхель пишет о четырех проблемах, появившихся в связи с этим: конкурен -тоспособность, уклонение от уплаты налогов, налоговая конкуренция и транснационализация налоговой базы. По мнению автора статьи, эти проблемы не существуют независимо друг от друга, наоборот, они представляют собой разные аспекты одного и того же явления - развитие национальной налоговой системы в контексте международного рынка.

Каким же образом эти проблемы влияют на трансформацию национальных налоговых систем? Филипп Генсхель отмечает, что в научном мире нет сложившейся точки зрения по этому вопросу. Одни исследователи утверждают, что глобализация - это начало конца национальной налоговой системы, другие полагают, что глобализация вообще никак не влияет на налоговую политику государства. Сам Филипп Генсхель занимает позицию между этими крайними точками зрения. Он отмечает, что нет никаких свидетельств, доказывающих подрывное влияние глобализации на налоговую систему, но в то же время государственная налоговая политика вынуждена реагировать на вызовы глобализации. Филипп Генсхель видит две возможности для национальных правительств. Во-первых, правительства вынуждены принимать меры по повышению контроля в рамках границ своего государства. Такие меры включают односторонние законодательные акты по предотвращению размывания национальной налоговой базы, межнациональную кооперацию по усилению налогового контроля. Во-вторых, правительства вынуждены реформировать свои налоговые системы, чтобы сделать их более конкурентными и менее дорогостоящими.

В итоге, полагает Филипп Генсхель, глобализация - это спусковой крючок для важных изменений в налоговой системе государства. В то же время значимость этих изменений по сравнению с

тем, что претерпела налоговая система после Первой мировой войны и до 70-х годов, не столь существенна.

Бернард Зангл, профессор университета в Бремене и содиректор Института интеллектуальных международных исследований, посвятил свою статью «Возникают ли международные нормы права?» изучению влияния международных правовых норм на фундаментальную трансформацию современных государств.

Начиная с XVII в. базовыми принципами государства были главенство правовых норм и суверенитет государства. Принцип главенства правовых норм требует, чтобы государство соблюдало законы, действующие внутри страны. Суверенитет дает государству полномочия действовать на свое усмотрение по применению международных правовых норм. В своей статье Бернард Зангл показывает, каким образом внедрение международных правовых норм во внутреннюю жизнь страны трансформирует современное государство. Бернард Зангл показывает это на следующих примерах.

1. Частное право, когда международные правовые нормы защищают индивидуальные блага государственных или негосударственных акторов. Примером международного регулятора в этой области служит ВТО.

2. Общественное право первого вида, когда международные правовые нормы можно сравнить с внутренним уголовным правом. В этом случае международные институты выступают против государств или негосударственных акторов, нарушающих международные нормы. Примером регулятора в этой сфере служит Совет Безопасности ООН.

3. Общественное право второго вида, когда международные правовые нормы можно сравнить с внутренним публичным правом. В этом случае международные институты выступают также против государств или негосударственных акторов, нарушающих международные нормы, но в сфере публичного права. Примером международного регулятора в этой сфере служит Международная организация труда (ILO).

Для Бернарда Зангла важным показателем укоренения международного права является то, что истцы и защитники апеллируют к этим нормам и признают их правомерность.

В то же время Бернард Зангл отмечает, что принятие международных правовых норм не является единственно верной дорогой

к прогрессу, поскольку на этом пути существует множество ловушек. Более того, во многих сферах становление международных правовых норм происходит в тандеме с ростом гегемонии США, что в принципе подвергает опасности само международное законодательство.

Тем не менее, по мнению Бернарда Зангла, становление международного законодательства означает фундаментальную трансформацию принципа суверенности современного государства.

Кристиан Йоргес - профессор по европейскому экономическому праву Европейского университета во Флоренции, и Кристин Годт - исследователь Центра европейского права и политики при университете в Бремене, являются авторами статьи «Свободная торговля: Эрозия национального управления и рождение транснационального регулирования».

Авторы отмечают, что принципы свободной торговли всегда широко обсуждались - были и ее сторонники, и противники. Однако со времен Второй мировой войны существенные изменения претерпели как сами принципы свободной торговли, так и аргументы «за» и «против». Так, в русле Генерального соглашения по тарифам и торговле (ГАТТ), принятого в 1947 г., возражения против свободной торговли были сугубо экономическими, а тарифы стали основным средством защиты интересов государства. Однако с начала 70-х годов происходит существенное внедрение международных правил и норм во внутренние экономические и торговые вопросы. Внутренние правила, в целом включенные в правовую систему национального государства или даже в ее конституцию, теперь становятся предметом переговоров и судебных решений на международном уровне. В 1994 г. система международной торговли приспособилась к этой ситуации, преобразовав ГАТТ во Всемирную торговую организацию (ВТО), которая имеет в своем арсенале более эффективные средства для урегулирования споров и включает множество специальных соглашений, таких как Соглашение по принятию санитарных и фитосанитарных мер, Соглашение по техническим торговым барьерам, целью которых является достижение равновесия экономических интересов свободной торговли с социальными проблемами. Все это породило многочисленные дискуссии об общей законности межнациональных мер регулирования и их «конститу -ционализации».

В своей статье Кристиан Йоргес и Кристин Годт дают ответы на следующие вопросы, возникающие в связи с широким распространением международных норм в странах Евросоюза: какие уроки необходимо извлечь из европейского опыта по организации свободной торговли на международном уровне; нужно ли адаптировать регулятивные меры европейской свободной торговли к специфическим транснациональным институтам и интересам; в какой степени социальные регуляторы становятся условием для функционирования международных рынков; если принципы свободной международной торговли могут быть реализованы только под руководством транснациональных правительственных соглашений, то как можно оценить и проконтролировать «благоразумность» транснационального управления; примет ли национальное государство как должное потерю автономности в вопросах регулирования международных рынков?

Кристиан Йоргес и Кристин Годт рассматривают эти вопросы в трех аспектах.

Во-первых, авторы анализируют европейский опыт, каким образом в Европе действует многоуровневая система управления. Во-вторых, авторы исследуют, как действуют международные торговые регуляторы, в частности ВТО. В-третьих, Кристиан Йоргес и Кристин Годт оценивают легитимность международных регуляторов в целом.

Статья группы авторов-исследователей Центра по изучению государственных трансформаций Ахима Хуррельманна, Зузана Крелл-Лалухова, Роланда Лота, Франка Нуллмейера, Стефана Шнайдера «Происходит ли кризис легитимности в национальном государстве» посвящена проблемам легитимности политической власти в современных национальных государствах.

Авторы отмечают, что легитимность политической власти в практическом смысле зависит от характера и качества демократических процедур. По состоянию на сегодняшний день авторы видят два важных фактора трансформации государства, влияющих на легитимность. Первый фактор - это интернационализация политической власти, т.е. ориентированность государств на международные и транснациональные режимы и организации (ВТО, ЕС). Авторы подчеркивают, что такие институты эффективны для решения многих проблем, но в то же время демократичность процедур принятия решений оказывается на низком уровне. Такая интернационализа-

ция подвергает опасности легитимность как национального государства, так и транснациональных организаций. Вторым фактором, влияющим на демократические процедуры, выступает потеря парламентского контроля над политической властью или, как это называют авторы, «депарламетаризация». Если раньше парламенты оказывали существенное влияние на процессы принятия решений, являясь ключевыми институтами представительной демократии, то на сегодняшний день более важные игроки - главы исполнительной власти, бизнес-корпорации, группы интересов и т.д. Поэтому даже в тех областях, где национальные государства сохраняют свое влияние и несут ответственность, демократический контроль над принятием политических решений не всегда гарантирован. Таким образом, происходящий сдвиг власти в сторону от парламента уводит государство все дальше от ключевых институтов легитимности демократического национального государства.

Авторы статьи отмечают, что отрыв процесса принятия решения от национальной суверенности и парламентской арены приводит к тому, что многие традиционные стандарты демократической легитимности скатываются на обочину. Однако авторы задают вопрос: является ли это доказательством эрозии народной поддержки национального государства? И если многие исследователи полагают, что все эти изменения в демократических, конституционных, социальных и властных структурах государства свидетельствуют о разрушении источников легитимности, то авторы статьи пытаются дать свой ответ на этот вопрос.

Далее авторы представляют результаты исследования общественных коммуникаций в контексте теорий легитимации, проведенного в Великобритании, Швейцарии и США. В ходе исследования авторы попытались найти ответы на следующие вопросы. На самом ли деле мы наблюдаем кризис легитимности национального государства? Действительно ли интернационализация и депарламен-таризация подрывают народную поддержку национального государства? В какой степени легитимность формируется уникальными институциональными соглашениями, политической повесткой дня и дебатами? Насколько многообразны и крепки ресурсы, используемые при легитимации национальных политических систем?

Исследователи использовали метод анализа текстов печатных СМИ - статьи двух ведущих газет в каждой из трех изучаемых

стран: «Гардиан» (Guardian) и «Таймс» (Times) в Великобритании, «Новая газета Цюриха» (Neue Zurcher Zeitung) и «Дневные ведомости» (Tagesanzeiger) в Швейцарии, «Нью-Йорк Таймс» (New York Times) и «Вашингтон пост» (Washington Post) в США. Исследователи фокусировали внимание на отдельных высказываниях о легитимации, сделанных журналистами изданий или приведенных в качестве цитат политических и общественных деятелей. Высказывание о легитимации исследователи определяют как высказывание, которое отвергает или принимает легитимность специфического объекта, используя специфическую модель легитимации. Структура и содержание высказывания о легитимации характеризуются этими двумя параметрами - объектом легитимации и моделью легитимации.

Под объектом легитимации авторы понимают ключевые институты или принципы национальной политической системы: политический порядок или режим; политическое сообщество в целом, т.е. нацию и граждан; институты и принципы, характеризующие современное западной государство, т.е. демократию, национальное государство, конституцию и нормы права, суверенитет; форму правления - монархию или республику; три ветви власти; избирательную систему; территориальную организацию - федеральную или унитарную; политическую элиту; партийную систему и систему групп интересов; тип демократии - парламентскую или президентскую, представительную или прямую. Высказывания относительно субнациональных институтов, специфических органов в анализ не включались.

Модели легитимации понимаются исследователями как критерий, на который опирается спикер при выказывании поддержки или сомнения относительно объекта легитимации. Исследователи классифицировали модели легитимации по двум измерениям. В рамках первого измерения авторы разделяют модели в зависимости от входящих и исходящих сторон принятия политических решений. Модель легитимации называется «ориентированной на вход», если она направлена на сам процесс принятия решения, на акторов и процедуры. Модель является «ориентированной на выход», если она направлена на результаты процесса, на их качество и последствия. В рамках второго измерения авторы выделяют демократические и недемократические критерии.

Авторы статьи приходят к следующим важным выводам.

1. В национальном дискурсе доминируют идеи делигитима-ции, но масштабы делигитимации имеют страновые различия. В большей степени это характерно для Великобритании.

2. Дискурс о легитимации отражает национальные институциональные установки и типы политической культуры.

3. Дискурс о легитимации активизируется под влиянием определенных событий, доминирующих в политической повестке дня и медийных репортажах.

4. Ресурсы легитимации национальных систем управления различаются по странам в зависимости от понимания измерения демократии.

5. Не так много доказательств гипотезы о том, что интернационализация и депарламентаризация являются ключевыми проблемами легитимации государства-нации.

В целом авторы отмечают, что, конечно же, трансформация современного государства в рамках процессов глобализации и транснациональной интеграции оказывает определенное влияние на легитимность. И поскольку структуры и институты принятия решений изменяются, то национальное государство сталкивается с серьезными вызовами своей легитимности. Однако такие вызовы не обязательно приводят к ослаблению общественной поддержки национального государства или к кризису легитимности, скорее можно говорить о трансформации легитимности и легитимизации современного государства.

Авторы статьи «Национальная и транснациональная публичная сфера: Казус ЕС» Бернард Петерс, Стефани Сиффт, Андреас Виммель, Майкл Брюггеманн, Катарина Клейнен фон Кенигслоу -сотрудники Центра по исследованию трансформаций государств -предлагают свой взгляд на влияние глобализации и интернационализации на общественную сферу. Проблема заключается в том, что многие важные социальные процессы пересекают национальные границы и их регулируют различные транснациональные институты. Тогда как демократическое участие все еще происходит почти исключительно в пределах отдельных национальных государств. Поскольку общественная информация и дебаты являются важными компонентами демократии, то может ли сужение их деятельности отдельными национальными общественными сферами угрожать демократическим устремлениям и легитимности межнациональных

институтов? Если так, то основной задачей выступает поиск возможностей сделать процесс принятия решений в ЕС как можно более близким и подотчетным гражданам Евросоюза, улучшить демократический контроль и участие на общеевропейском уровне, вывести публичную сферу за пределы границ отдельных государств.

Авторы статьи приводят результаты своего исследования, целью которого было понять, в каком направлении необходимо развивать общеевропейскую публичную сферу. В ходе исследования были изучены крупнейшие газеты пяти европейских стран -Германии, Франции, Великобритании, Дании и Австрии.

Исследователи акцентировали свое внимание на трех измерениях европеизации общественного дискурса.

Во-первых, это европеизация контентов. Это измерение включает в себя все способы, с помощью которых темы и художественные образы могут стать более европейскими или более транснациональными. Индикаторами европеизации являются рост числа ссылок на Евросоюз как таковой, а также на институты и политику ЕС, сходство повесток дня и систем координат государств, входящих в ЕС.

Во-вторых, это европеизация публичных индентичностей. Речь идет о базовой ориентации публичного диалога и дебатов не на национальные, а на общеевропейские ценности и перспективы.

В-третьих, европеизация коммуникативных потоков. Это измерение означает, что сфера публичного дискурса должна затрагивать все европейское коммуникативное пространство.

Результаты исследования показывают, что настоящая европеизация публичной сферы еще не наступила, тогда как национальная публичная сфера остается наиболее важной для общественного сознания. Причиной этого помимо естественных языковых барьеров являются особенности европейского политического курса как такового: эта тема привлекательна для публичного внимания на национальном уровне. Авторы статьи оценивают такое положение как аномальное, поскольку глобализация и денационализация во многих сферах экономики, общества и культуры являются очевидным и свершившимся фактом. Исследователи объясняют это тем, что распространение идей, мнений и настроений происходит не только и не столько через каналы средств массовой коммуникации. В национальных государствах для этого существует множество других структур, включающих в себя образовательные и исследова-

тельские средства, социальные сети, политические партии, группы интересов, общественные организации и т.д. Все эти инфраструктурные организации развивались годами, и их не так просто интегрировать в публичную сферу на общеевропейском уровне.

Коллективная статья сотрудников Центра по исследованию трансформаций государств Герберта Обингера, Стефана Лейбфри-да, Клаудии Богдан, Эдит Джиндулис, Джулии Мозер и Петера Старка «Трансформация государства всеобщего благоденствия на примере маленьких открытых экономических систем» посвящена тем изменениям, которые претерпевает современная государственность при ответе на внутренние и внешние вызовы. Авторы отмечают, что за последнее время государство всеобщего благоденствия сталкивается с такими проблемами, как рост безработицы, увеличение государственного долга, спад экономического роста, изменение демографической структуры; все это оказывает существенное давление на развитые государства всеобщего благоденствия.

Авторы дают ответы на следующие ключевые вопросы: каким образом государства всеобщего благоденствия отвечают на эти изменяющиеся условия; какие модели адаптации государства возможны и каковы будут последствия; значит ли что-то политика для выработки социально значимых решений или она становится зависимой от рыночных регуляторов?

Комбинируя количественные и качественные подходы на примере четырех маленьких открытых экономических систем - Австрии, Дании, Новой Зеландии и Швейцарии, - авторы проанализировали, как за последние 30 лет преобразовалось государство всеобщего благоденствия. Под преобразованием государства всеобщего благоденствия авторы понимают изменение политики благотворительности и структур социального обеспечения, базовых принципов и моделей регулирования социальной сферы. Исследователи провели сравнительный анализ политики социальных расходов и путей национальных реформ в этих странах. Несмотря на значительные изменения международной экономики и политических курсов, роль государства в сфере социального обеспечения остается значимой. Авторы отмечают, что государство всеобщего благоденствия все еще остается важным бастионом национального государства, поскольку необходимость социальных расходов делает участие правительства в социальной сфере более значимым, чем

когда бы то ни было ранее. Более того, в этой сфере не произошло передачи социальных обязанностей национального государства каким-либо наднациональным структурам. Для определения изменений социальной политики авторы статьи используют термин «двойная конвергенция». С одной стороны, это означает, что уровень социальных расходов не только увеличивается во всех странах, но и сближается. С другой стороны, государства всеобщего благоденствия сближаются структурно таким образом, что их регулятивные меры оказываются похожими. Кроме того, у исследуемых государств оказались одинаковыми политические курсы в области социальной и трудовой политики. В заключение авторы отмечают, что тенденции в развитии социальной политики в исследуемых странах свидетельствуют о «ползучей» трансформации национального государства, которые будут более очевидны при долгосрочном анализе.

Авторы статьи «Изменяющаяся роль государства в системе здравоохранения» Хейнц Ротганг, Мирелла Какасе, Симон Грим-мейсен, Клаус Вендт акцентируют внимание на двух главных вопросах, касающихся изменения роли государства в системе здравоохранения стран, входящих в Организацию экономического сотрудничества и развития. Во-первых, произошли ли за последние 30 лет какие-либо значимые изменения в уровне участия государства в системе здравоохранения? Во-вторых, существует ли конвергенция между тремя типами систем здравоохранения - национальным медицинским обслуживанием, системой социального страхования и частной страховой системой? И если многие исследователи анализируют изменения в системе здравоохранения исключительно с точки зрения финансовых показателей, то авторы статьи одновременно рассматривают три аспекта системы - финансы, сервисное обслуживание и регулирование. Авторы проводят исследование в трех странах - Германии, Великобритании и США.

По результатам исследования авторы приходят к следующим выводам.

Во-первых, во всех трех странах в общей структуре расходов на здравоохранение доля расходов на общественное здравоохранение упала, что привело к частичному сдвигу от государственного финансирования к частному.

Во-вторых, несмотря на проблемы с наличием данных по частному и общественному обеспечению услуг здравоохранения, дос-

тупные исследователям данные не свидетельствуют ни об отступе государства, ни о конвергенции трех систем. Так, средняя доля государственных больничных коек превышает 80% в общенациональных системах здравоохранения, около 55% - в системах социального страхования и около 20% - в частных страховых системах.

В-третьих, авторы обнаружили, что в каждом типе систем здравоохранения присутствуют не свойственные ей ранее методы регулирования. Так, в Великобритании традиционно значительная роль государства в регулировании уменьшилась в пользу более рыночных методов координации. Что касается Германии, то здесь государство продолжает оставаться рефери, вмешивающимся в процессы по своему усмотрению. В США исследователи обнаружили как некоторый откат государства от прямого вмешательства, так и усиление иерархического регулирования, действующего через частный сектор.

Однако в целом, отмечают авторы, все эти изменения не ведут к размыванию черт, характерных для каждой системы здравоохранения, - национальная система здравоохранения Великобритании все еще базируется на принципах иерархического планирования и контроля; в Германии можно увидеть усиление корпоративной структуры системы социального страхования; частная система США ощущает некоторые послабления в госконтроле над сектором частной страховой медицины.

В заключение авторы приходят к выводу, что изменения происходят не в рамках определенных систем здравоохранения, а ведут к созданию систем смешанного типа. Именно создание смешанных систем служит показателем восприимчивости к глобальным изменениям, тогда как консервирование определенной системы указывает на инерцию и зависимость от прошлого.

Н.В. Анохина