Становление философского теизма в российских духовных академиях в первой половине XIX В. (на примере деятельности теиста Иннокентия (Борисова)

УДК 291.1

В.В. Родин*

СТАНОВЛЕНИЕ ФИЛОСОФСКОГО ТЕИЗМА В РОССИЙСКИХ ДУХОВНЫХ АКАДЕМИЯХ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в.

Статья посвящена обоснованию тезисао том, что духовно-академический теизм стоял у истоков всей русской философии, был средоточием философской и духовной жизни в России. Автор отмечает, что проблема морального становления человека решается философией в плодотворном взаимодействии с христианским теизмом, а морально-философские воззрения архиепископа Иннокентия (Борисова) являются достойным вкладомв область философской науки.

Ключевые слова: духовная академия, религия, теизм, философия, этика, мораль.

Formation of philosophical theism in theological academies of Russia in the first half of the XIXth century (the contribution of theist Innokenty (Borisov).

VADIM V RODIN(Far Eastern Federal University).

The article deals with the contribution of theological academies to the development of Russian philosophical thought and the whole spiritual life of the country. The author emphasizes that the problem of human morals is solved by philosophy in fruitful collaboration with Christian theism, and philosophical views of archbishop Innokenty (Borisov) contributed much to this goal.

Keywords: Theological Academy, religion, theism, philosophy, ethics, morality.

Наше Отечество имеет долгую историю, богатую событиями духовной жизни. На протяжении всей истории российского государства, наряду с успехами в литературе, искусстве, науках, развивалась религиозно-философская мысль.Основательным выглядит преподавание и творческое развитие философии в духовных академиях, где ориентировались не на скороспелые просветительские идеи, но на исторический опыт мировой философии, на фундаментальные философские и теистические концепции, обращённые к вечности и святоотеческому наследию.

Знаменательным этапом в развитии истории российской религиозной философии является тот факт, что в русских духовных академиях в XIX в.

впервые философия религии отделяется от религиозной философии и становится самостоятельной научной дисциплиной. Вместе с тем она не превращается в замкнутую сферу знания, а вписывается в цельную мировоззренческую картину и понимается как часть системы знаний о мире [4, с. 152].

Православные духовные академии внесли существенный вклад в область исследования проблем русской философской мысли. Оплотом православной философско-теистической мысли в XIX в. были четыре духовные академии - Московская, Киевская, Санкт-Петербургская и Казанская. В каждой изних находились как минимум четыре философские кафедры: истории философии,

* РОДИН Вадим Владимирович, кандидат богословских наук, преподаватель Владивостокского духовного училища, аспирант кафедры философии и социально-гуманитарного образования Школы педагогики Дальневосточного федерального университета.

E-mail: atk41818@yandex.ru О Родин В.В., 2014

метафизики, логики и психологии, нравственной философии или этики. Сами названия этих кафедр говорят о том, что в этих учебных заведениях глубоко исследовались и изучались вопросы философии, в т.ч.истории философии.

Профессорско-преподавательский состав духовных академий отличался высоким уровнем подготовки. В программах учебных дисциплин рекомендовались к изучению труды всемирно известных европейских философов различных исторических периодов. О профессионализме академических преподавателей философии свидетельствует высокий уровень философских диссертаций, написанных под их руководством. Результаты исследований публиковались в периодических изданиях философских и теистических журналов, сборников, таких как «Православный собеседник», «Странник», «Христианское чтение», «Вера и разум» и др.

Уровень преподавания философии во всех академиях был на протяжении всего XIX в. значительно выше, чем в университетах. Именно под влиянием профессоров - выпускников духовных академий -в университетской среде также пробуждался интерес к религиозной философии. Научное взаимодействие между духовными академиями и университетами было довольно интенсивным.

Среди профессиональных русских философов вплоть до конца XIX в. наибольший авторитет имели именно выходцы из православных духовных академий. Философские идеи, зародившиеся в стенах академий, оказали влияние и на русских мыслителей, не принадлежащих к духовно-акаце-мической традиции. Оригинальная школа духовноакадемического теизма (в т.ч. сформировавшаяся в Киевской духовной академии в первой половине XIX в.) органично сочетает в себе святоотеческую традицию и европейскую рационалистическую мысль [8, с. 21].

Духовно-академический теизм, по сути, стоял у истоков русской философии, был средоточием всей философской и духовной жизни в России. Профессора духовных академий создавали концепции, основанные на синтезе церковной традиции и переосмысленных западных философских идей [4, с. 146].

Историк русской эмиграции В.В. Зеньковский прослеживает развитие русской религиозной философской мысли, её связи с европейской философией. Он считает плодотворной взаимосвязь русской и западной культур, философий, но при этом утверждает, что российские мыслители не утратили самобытности. По охвату материала и

глубине интерпретации это исследование до сих пор остаётся непревзойдённым. Концепция истории русской философии В.В. Зеньковского вытекает из общих основ его мировоззрения. Русская философская мысль, по Зеньковскому, вполне оригинальна и коренится в глубинах православного миросозерцания народа [3]. Прогрессивное развитие русской философии шло в направлении всё большего уяснения собственных православных оснований, традиций.

К началу XIX в., когда русская религиозная философия уже представляла собой сформировавшуюся систему знаний, начинается создание истории философского теизма как науки, как предмета преподавания в духовных учебных заведениях. Историк российского философского теизма, профессор А.А. Бронзов в своей книге «Православно-христианское учение о нравственности» перечислил и охарактеризовал все крупные и малые труды фи-лософов-теистов, вышедшие в XIX в. [2, с. 256].

Знаменательным этапом в истории российской религиозной философии можно считать тот факт, что в русских духовных академиях конца XIX в. -начала XX в. складывается новый тип философствования, который характеризуется стремлением к созданию систематической христианской философии. Ярким примером такой систематизации являются труды В.И. Несмелова, профессора Киевской духовной академии, автора двухтомного издания «Наука о человеке».

Известный религиозный мыслитель, теист и историк русского зарубежья Г.В. Флоровский (1893-1979) высоко оценивает историко-культурное значение «дореформенных» духовных школ. По его мнению, именно эта духовно-школьная сеть оказалась базисом для развития и расширения русской культуры и просвещения в XIX в. Светская школа окрепла очень нескоро, не раньше 40-х годов XIX в. - Казанская гимназия и даже университет были далеко позади тогдашних семинарий, не говоря уже о преобразованных академиях. Именно семинарист в течение десятилетий оставался строителем русского просвещения в самых разных областях. История русской науки и учёности вообще самым кровным образом связана и с духовной школой, и с духовным сословием. И в русской академической и литературной психологии до самого последнего времени можно было распознать явные отзвуки и следы этого духовно-школьного прошлого. Именно первая половина XIX в. была ключевым периодом в истории русского теизма, как и в истории русской философии.

Христианских философов-теистов в течение двух тысячелетий истории христианства было

немало. Творческое наследие многих известных и выдающихся православных теистов изучается сегодня.Изучение течений и философских школ в духовных академиях даёт нам представление об уровне развития русской философской науки.

Взгляды архиепископа Иннокентия, представителя духовно академического теизма XIX в., созвучны с теми теоретическими течениями, которые преобладали в западноевропейской философии и религиоведении. Европейская философская традиция оказала существенное влияние на сложившуюся к началу XIX в. классическую философию. Именно на неё опирались русские православные авторы в своём творчестве.

В годы советской власти позитивное значение трудоввыдающихсяправославных мыслителей не изучалось. Однако в последние годы внимание к ним активизировалось. О них можно прочесть в публикациях современных исследователей: С.В.Пишуна, Е.П. Красотина, В.И. Коцюбы, которые обстоятельно анализировалось духовное наследие философов-теистов, в т.ч. и архиепископа Иннокентия (Борисова).

Большой интерес представляют исследование С.В. Пишуна «Православная персонология и духовно-академическая философия XIX века», в котором рассматриваются вопросы религиоз-но-философской антропологии в трудах российских теистов. Он пишет, что «в отечественной духовно-академической традиции существовали две тенденции, две рефлексии на место философии в культурно-исторической и нравственно-религиозной жизни». С деятельностью представителей духовных академий связана первая из них, именуемая «высокой православной схоластикой XIX в.» [10, с. 7]. Теисты стремились найти место для философии при создании общей духовной науки. Главная проблема духовной философии концентрируется вокруг отношений между Богом и человеком. Некоторые православные авторы умозрительно допускали момент сближения божественного и человеческого через идею бого-подражания [10, с. 10]. Для православных теистов человек духовен именно по своему существу. Создание духовной науки, способной удовлетворить запросы «образованного христианина в отношении познания собственной сущности - такова высшая цель православных мыслителей» [10, с. 10].

С.В. Пишун отмечает, что отечественная духовно-академическая философия XIX в., представителем которой был Иннокентий (Борисов), является одним из крупнейших течений европейского теизма [10, с. 11]. Общий вектор движения познающего ума в духовно-академической фило-

софии был направлен от именно Абсолютного к ограниченному [10, с. 11].

В исследованиях Е.П. Красотина прослеживается процесс становления философской школы в Киевской духовной академии в 30-40 годы XIX в. Духовно-академический теизм, по Е.П. Красоти-ну, стоял у истоков всей русской философии, был средоточием всей философской и духовной жизни в России. От западной философской мысли русская философия получила мощный импульс для своей профессионализации. Её громадное значение ясно прослеживается в начале XIX в.

Е.П. Красотин даёт обстоятельный анализ деятельности и религиозно-философских взглядов архиепископа Иннокентия, возглавляющего в тот период Киевскую духовную академию. Теистическая система взглядов знаменитого архиепископа, как утверждает исследователь, имеет метафизическую, философскую основу. Отмечается, что в системе взглядов Иннокентия философский и религиозный подход взаимодействуют в осмыслении проблем бытия и познания, сущности веры и души человека. Исследователь Красотин высказывает убеждение в том, что архиепископ Иннокентий оказал большое влияние на российских моралистов Н.Г. Городенского и Г.В. Малеванского и на процесс возникновения в России духовно-нравственной философии.

Архиепископ Иннокентий (Борисов) (1800— 1857) - знаменитый русский богослов и церковный оратор, один из ярких представителей русской духовно-академической философии XIX в., талантливая, оригинально мыслящая личность, решительный церковный администратор, архипастырь, патриот своего Отечества - внес особый вклад в развитие философского теизма.

Теист Иннокентий - воспитанник Киевской духовной академии, был профессором Санкт-Петербургской духовной академии, затем ректором Киевской духовной академии. В 1836 г. был рукоположен во епископы; занимал кафедры в Вологде и Харькове. В 1845 г. за отличное управление Харьковской епархией епископ Иннокентий был возведён в сан архиепископа. По замечанию митрополита Филарета (Дроздова), эта награда явилась «новым выражением справедливости, отданной достоинству служения преосвященного Иннокентия» [12, с. 210].

Во время Крымской войны, в период обороны Одессы и Севастополя, архиепископ совершал богослужение в походных храмах, проявлял исключительную заботу о раненых воинах. За доблестное служение Церкви и Отечеству в тяжёлое для России время он был удостоен ряда правитель-

ственных наград и поощрений. Современникам проповедник Иннокентий запомнился яркими речами, а также моральными качествами, умением сохранять присутствие духа в минуты опасности и духовно укреплять других.

Особенно интересны речи и проповеди архиепископа Иннокентия. В них христианское учение было связано с реалиями современного ему времени, давалась оценка нравов и важных событий с точки зрения православного мыслителя [6, с. 79].

Речи Иннокентия были известны не только в России, но и в Западной Европе, они переводились на французский, немецкий, польский, сербский, новогреческий языки [11, с. 69]. Выступления известного проповедника служили предметом общего внимания почти всей тогдашней прессы. Высказывания архиепископа широко печатались, обсуждались в обществе, и таким образом через них складывалось восприятие и понимание христианства у представителей русской философии.

В продолжение шестнадцати лет профессорства он преподавал, в самостоятельной обработке, все главные отрасли теизма. Обладая блестящим даром изложения, православный теист оживил интерес к ученым занятиям среди учащихся. В Киевской духовной академии добился отмены преподавания теистических дисциплин на латинском языке, державшем русскую православную мысль в рабской зависимости от католической.

Архиепископ Иннокентий ввел в России новый метод изложения теизма - исторический и историко-сравнительный, широко пользуясь пособиями западной теистической литературы, преимущественно протестантской. Им были введены новые предметы преподавания, соответствующие уровню научного развития на Западе.

Православный теист образовал целое поколение русских теистов и ученых, принял деятельное участие в переустройстве духовно-учебных заведений, составил новые программы для академических и семинарских курсов, умело реформировал учебный процесс в Киевской духовной академии, изменил саму систему философской подготовки.

Будучи ректором Киевской духовной академии, Иннокентий очень много сделал для расширения и обновления программ по истории философии. По словам его современника Т. Буткевича, «преподавание философии Иннокентий поставил на небывалую до тех пор высоту и совершенство» [1, с. 58]. Религиозный мыслитель хорошо знал современную ему западную философию и теизм, вёл переписку с российскими и иностранными мыслителями, представителями аристократии, государственными деятелями.

Под началом архиепископа Иннокентия выросли и проявили себя известные впоследствии преподаватели философии, составившие так называемую киевскую школу КДА: О.Н. Новицкий, архимандрит Феофан (Авсеев), В.Н. Карпов и др. В историко-философской литературе эта школа известна как киевская школа философского теизма, и архиепископ Иннокентий признается одним из выдающихся ее представителей [9, с. 67].

Религиозно-философские суждения теиста Иннокентия стали существенным вкладом в область отечественной религиозной философии и духовно-академического теизма. В его системе представлены все важнейшие элементы философского знания- онтология, гносеология, космология, антропология, этика и эстетика. Наибольшее внимание Иннокентий уделяет вопросам нравственной онтологии, гносеологии и антропологии. Области философского знания рассматриваются архиепископом с точки зрения православного теиста.

Духовно-академический теизм неизбежно включает в своё содержание значительный нравственный элемент, выходит на уровень религиозно-философской антропологии, рассматривая такие темы, как значимость человеческой души и нравственное достоинство человека [8, с.21]. Архиепископ Иннокентий полагает в основу своих высказываний Евангельское учение о морали. В то же время он говорит о воспитательном воздействии на человека естественной нравственности -внутреннего морального закона. Сопоставляя естественную нравственность и Евангельскую, религиозный мыслитель пишет, что естественная нравственность является приготовлением к более возвышенной христианской нравственности, а языческие добродетели - приготовлением к христианским добродетелям [7, с. 230].

Цель христианского нравоучения мыслитель Иннокентий видит в достижении внутреннего изменения, в преображении ветхого человека, в восстановлении в себе утраченного образа Божьего [5, с. 564]. Человек должен обновиться во всей полноте и целостности. Поэтому и предмет науки христианской морали - «весь человек с внутренней и внешней стороны: и душа, и тело человека, способности, все состояния его, возрасты, жизнь и смерть» [5, с. 567].

Разбор нравственных воззрений Иннокентия с позиций способов познания - теологии и философии - помогает уяснить значимость моральных его суждений, вклад в этику как важную составляющую европейской философии, современной метафизики.Православный теист ставил проблему человека на первый план и решал её в духе

сочетания платонизма и схоластического аристо-телизма с наследием святых отцов и учителей Церкви. Такое направление появилось вследствие взаимодействия теологии и философии, имело целью сформировать единое «православное» мировоззрение, определяло цель и смысл жизни право-славно-верующего человека [10, с. 20].

Философская школа в Киевской духовной академии, представителем которой был Иннокентий, являлась «проевропейской», т.к. соединяла в себе идеи европейского рационализма с идеями и ценностями христианской традиции, в сочетании с духовным опытом, верой, стремлением к «сверхрациональному» [9, с. 67]. Примером такого сосуществования и взаимодействия идей является философская концепция Иннокентия (Борисова), к такому же концептуальному взгляду склонялись и другие киевские профессора-теисты.

В речах, посланиях, проповедях теиста Иннокентия моральные ценности общечеловеческого значения и нетленные евангельские истины близки, созвучны, родственны. В истинности этого утверждения мы убеждаемся, изучив содержание его религиозно-философских воззрений.

В воззваниях архиепископа Иннокентия, обращённых к народу, не употребляются сложные философские категории, такиекак метафизика, онтология, гносеология, известные западноевропейской философии с давних времен. Однако анализ многочисленных выступлений архиепископа убеждает в том, что эти сложные концептуальные истины были основой его воззрений, духовного творчества.

Разбор нравственных воззрений Иннокентия (Борисова) с позиций способов познания - теологии и философии помогает уяснить значимость его моральных суждений, вклад в этику как важную составляющую европейскойфилософии,со-временнойметафизики.

Рассматривая идеи и принципы духовного наследия теиста Иннокентия, можно видеть их сходство с идеями и принципами метафизики как науки о наиболее общих законах социального бытия, духовно-нравственной жизни человека.

Проблемы нравственной онтологии и теистический анализ проблем нравственности у архиепископа Иннокентия близки по содержанию и оценкам. Это сходство обусловливается тем, что и философия, и теизм в данном случае отражают одну и ту же реальность, а именноморальное бытие человека.

Российская философско-теистическая мысль развивалась под влиянием патриотической литературы: творений отцов и учителей Церкви.К примеру,для решения вопросов в области антропологии

российские теисты обратились к учению религиозного мыслителя Иоанна Дамаскина - крупнейшего византийского теиста, проповедника, церковного поэта и философапервой половины VIII в. Его фундаментальный труд «Точное изложение православной веры», где систематически изложено православное вероучение, до сих пор остается основной символической книгойправославия,основным источником христианского учения.

Православное учение византийского теиста Иоанна Дамаскина вошло в курс лекций преподавателей Киевской духовной академии, ректором и профессором которой был в 30-х годах XIX в. архиепископ Иннокентий. Акцент преподавателей философии Киевских духовных школ был сделан на антропологизме, философском осмыслении морализма.

Этико-философские воззрения архиепископа Иннокентия имеют много общего со взглядами византийских представителей философской нау-киэтики. К примеру, общими являются суждения об Абсолюте - источнике высокой морали, правды и справедливости. Общность взглядов просматривается в суждениях о совести, моральном становлении человека. Как и византийские учителя нравственности, архиепископ Иннокентий призывает к правдолюбию, милосердию и состраданию; побуждает к нравственной деятельности, благотворительности и благодеянию; призывает к защите истины, обличает неправду. Все эти этикофилософские и теистические категории и понятия хорошо известны христианской Византии ещё с давних времён.

Проблема морального сознания и нравственная деятельность человека являются центральными темами как в философской науке этике, так и в философском теизме. Философия и теизм воодушевляют человека к достижению таких качеств, как высокая мораль, добродетельная жизнь, раз-умно-творческая созидательная деятельность, отвержение зла.

Программа морального совершенствования человека в течение многих веков доносилась до людей через теологию и усилия представителей философии. Задачу нравственного усовершенствования философия решает в плодотворномвза-имодействии с христианским теизмом.Они имеют общность взглядов на вопросы морального воспитания, межличностные отношения, окружающий природный мир; схожи в трактовке содержания нравственного бытия, в рассмотрении реальных проблем нравственности.

Сходство, родство идей философии и теологии объясняется тем, что и западноевропейская

философия, и христианское теистическое учение стремились датьпредставление о сущности бытия, объективных законах развития природы, социальной и индивидуальной жизни человека; имели один и тот же объект отражения, познания, исследуемый гносеологией.

Западноевропейская этика и христианский теизм возникли практически одновременно: развиваясь, они взаимодействовали. В этике и теизме зачастую употреблялись одни и те же или близкие понятия, категории: добродетель, милосердие, правдивость, долг, благо, зло и др. Сам факт близости, схожести результатов познавательных усилий обеих наук свидетельствует о том, что бытие реально, познаваемо; онтология и гносеология могут служить концептуальной основой духовно-познавательной, духовно-творческой деятельности человека.Философия и теология не только адекватно отражают и исследуют действительность, бытие (в т.ч. нравственное бытие), но и активно, продуктивно воздействуют на них.

В трудах теиста Иннокентия содержатся моральные взгляды, ориентирующие человека на жизнедеятельность в соответствии с высокими нравственными принципами, изложенными в библейском Откровении. Истины, понятия и категории нравственности рассмотрены теистом с глубоким библейским и философским обоснованием. Автор письменных трудов Иннокентий даёт разъяснения буквально по всем основным проблемам нравственной жизни человека.

В моральных суждениях теиста Иннокентия мы видим, как христианское моральное учение соотносится с нравственной философией. Из всех высказываний православного мыслителя можно заключить, что православно-христианское учения о нравственности и нравственная философия не рассматривались им как две различные системы знания. Нравственная философия - это философское, православно-христианское обоснование категорий, проблем нравственного теизма, имеющих одно и то же наименование (благодетель, совесть, воля и т.д.).

Историки и современники Иннокентия (Борисова) дают высокую оценку религиозно-просветительской деятельности известного теиста XIX в., говорят о его вкладе в развитие моральной метафизики. Теистическая система взглядов знаменитого архиепископа, как утверждает современный исследователь Е.П. Красотин, имеет метафизическую, философскую основу. В суждениях мыслителя Иннокентия философский и религиозный подходы взаимодействуют в области осмысления проблем бытия и познания, во взглядах на сущность веры и душу человека [8, с. 11].

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Буткевич Т. Иннокентий Борисов, бывший архиепископ Херсонский. СПб, 1877.

2. Бронзов А.А. Православно-христианское учение о нравственности. СПб, 1901.

3. Зеньковский В.В. История русской философии. Париж, 1948.

4. Ермишин О.Т. Философия религии. М., 2008.

5. Иннокентий Херсонский, архиеп. Введение в нравственное богословие // Сочинения.Единецко-Бричанская епархия, 2006.С. 560-564.

6. Иннокентий (Борисов), архиеп. Без исповеди не полно покаяние. Рига, 1893.С. 78-79.

7. Иннокентий (Борисов), архиеп. Сочинения. Т. 6.СП6., 1908.

8. Красотин Е.П. Архиепископ Иннокентий (Борисов)и становление религиозно-философской школы в Киевской духовной академии во второй третиХ1Х века. Благовещенск, 2007.

9. Коцюба В.И. Богословие. Философия // Антропологические проблемы в наследии святителя Иннокентия Херсонского. 2007. Вып. 4 (20). С.67-86.

10. Пишун С.В. Православная персонология и духовно-академическая философия XIX века. М.: «Прометей», 1996.

11. Погодин М. Венок на могилу высокопре-освященнейшего Иннокентия, архиепископа Таврического. М., 1867.

12. Филарет (Дроздов), митр. Письма к преосвященному Иннокентию // Христианское чтение. 1884. Ч. 1.С.208-210.

REFERENCES

1. Butkevich, Т., 1877. Innokentii Borisov, byvshiiarhiepiskop Hersonskii [Innokenty Borisov, a former Archbishop of Kherson], Sankt-Peterburg.

2. Bronzov, A.A., 1901. Pravoslavno-

hristianskoeuchenie о nravstvennosti [Orthodox Christian moral teaching]. Sankt-Peterburg.

3. Zen'kovskii, V.V., 1948. Istoriyarusskoi filosofii [History of Russian philosophy], Parizh.

4. Ermishin, O.T., 2008. Filosofiya religii [Philosophy of religion], Moskva,

5. Innokentii Hersonskii, arhiep., 2006, Vvedenie v nravstvennoe bogoslovie [Introduction to moral theology]. In: Sochineniya. Edinetsko-Brichanskaya eparhiya, pp. 560-564.

6. Innokentii

7. Innokentii

PHILOSOPHIA PERENNIS

8. Krasotin, E.P., 2007. Arhiepiskop Innokentii

9. Kocyuba, V.I., 2007. Bogoslovie. Filosofiya [Theology. Philosophy], In: Antropologicheskie problemy v nasledii svyatitelya Innokentiya Hersonskogo. no. 4

10. Pishun, S.V., 1996. Pravoslavnaya

personologiya i duhovno-akademicheskaya filosofiya

XIX veka [Orthodox personology and philosophy in theological academies of Russia in the XIX century]. Moskva: «Prometei».

11. Pogodin, M., 1867. Venok na mogilu

vysokopreosvyashhenneishego Innokentiya, arhie-piskopa Tavricheskogo [Wreath for the grave of His Most Reverend Innokentiy, Archbishop of Tauris]. Moskva,

12. Filaret

УДК 165.6

И.О. Щедрина*

ГЕРМЕНЕВТИКА КАК ОСНОВНАЯ МЕТОДОЛОГИЧЕСКАЯ СТРАТЕГИЯ КУЛЬТУРНО-ИСТОРИЧЕСКОЙ ЭПИСТЕМОЛОГИИ: ПОЛЬ РИКЕР И АРОН ГУРЕВИЧ**

В статье предпринята попытка показать особенности герменевтики как методологической стратегии в рамках конкретного исторического опыта двух ученых -философа Поля Рикера и историка Арона Гуревича. Оба шли в исследованиях разными путями: Рикер трактовал интерпретацию как обобщенную стратегию истолкования текста, Гуревич - как стратегию исследования индивидуальных исторических феноменов и личностей. Их взаимодополняющее соотнесение образует проблему культурно-исторической эпистемологии гуманитарного познания.

Ключевые слова: герменевтика, культурно-исторический подход, Рикер, Гуревич, эпистемология интерпретации, онтология понимания.

Hermeneutics as a main methodological strategy of cultural-historical epistemology: Paul Ricoeur and Aron Gurevich. IRINA O. SHCHEDRINA

The author tries to show distinctive features of hermeneutics as a methodological strategy analyzing the experience of two prominent scholars - a philosopher Paul Ricoeur and a historian Aron Gurevich. They both took different roads in their studies in humanities: Ricoeur treated interpretation as a generalized construing strategy of any text, while Gurevich developed it as a research strategy for individual historical phenomena and personalities. Their mutually reinforcing comparison forms a problem of cultural-historical epistemology of humanities.

Keywords: hermeneutics, cultural-historical approach, Paul Ricoeur, Aron Gurevich, epistemological interpretation, ontology of understanding

Существуют три основных определения герменевтики: а) искусство понимания, т.е. постижения смысла и значения знаков; б) учение об онтологии понимания; б) эпистемология интерпретации. Именно третий аспект берется в качестве ключевого для данного исследования. Интерпретация возможна как процедура, как способ истолкования, которому можно научить, в отличие от собственно акта понимания, проникновения в смысл постигаемого феномена. Пониманию научить невозможно - это всегда индивидуальный акт; понять человек может только сам, своим усилием,

и понятое содержание всегда несет на себе отпечаток индивидуальности. Но мы можем говорить также и о том, что герменевтика - одна из актуальных стратегий методологии гуманитарного познания. В статье сделана попытка показать эпистемологические возможности этой стратегии с опорой на конкретный познавательный опыт Поля Рикера и Арона Гуревича. Они идут разными путями в своих герменевтических исследованиях; и если иметь в виду герменевтику как эпистемологию интерпретации и онтологию понимания, то можно сказать, что Рикер выстраивает свою схему интер-

* ЩЕДРИНА Ирина Олеговна, магистрант философского факультета Государственного академического университета гуманитарных наук.

E-mail: semargel@mail.ru

** Работа выполнена при финансовой поддержке гранта РГНФ. Проект № 13-33-01259.

О Щедрина И.О., 2014