Сбербанк нацелился на «Перспективу плюс»

После подачи иска о банкротстве Игоря Чекменева Сбербанк начал банкротить принадлежащие ему компании. Суд принял к производству иск о несостоятельности второго подконтрольного господину Чекменеву ООО «ИК „Перспектива плюс“». Как считают юристы, не исключено, что банк попытается привлечь к субсидиарной ответственности руководителя компании, которым, согласно данным «СПАРК-Интерфакс», является сын Игоря Чекменева Дмитрий Чекменев.

Арбитражный суд Самарской области принял к производству иск ПАО «Сбербанк» о признании ООО «ИК „Перспектива плюс“» несостоятельным. Это вторая компания Игоря Чекменева, которую банк потребовал признать несостоятельной. В конце февраля суд начал производство по делу о банкротстве ООО «Стаунтон‑1». Лично к предпринимателю у банка также есть претензии. Кредитная организация требует его банкротства из-за долга в размере 62 млн руб. по договорам поручительства.

ООО «ИК „Перспектива плюс“» создано в 1995 году. Компания специализируется на деятельности в области инвестиций. В 2012 году выручка организации превысила 8 млрд руб. Однако почти все годы компания вела убыточную деятельность.

Последующие годы общество демонстрировало снижение выручки. В 2016 году она составила 824 млн руб. Согласно данным системы «СПАРК-Интерфакс», собственниками компании выступают Игорь Чекменев (50,22%), Дмитрий Чекменев (44,28%) и Сергей Янкелевич (5,50%). Руководит «Перспективой плюс» Дмитрий Чекменев.

ООО «Стаунтон‑1» зарегистрировано в 2008 году. Организация специализируется на аренде и управлении нежилым недвижимым имуществом. Согласно данным «СПАРК-Интерфакс», выручка компании не превышала 500 тыс. руб., а максимальная прибыль достигала всего 58 тыс. руб. В 2016 году компания выручила 315 тыс. руб., прибыль составила 14 тыс. руб. Владельцами «Стаунтона‑1» в равных долях являются Игорь Чекменев, Дмитрий Чекменев, Владимир Рябов, ЗАО «Стаунтон‑2» и Леонид Тренин. Руководит организацией Игорь Чекменев.

Помимо «Перспективы плюс» и «Стаунтона‑1» Игорю Чекменеву принадлежат ООО «Гринланд», ООО «Комплект современных технологий», ООО «Лесное», ООО «НПФ „Технологии упрочнения материалов“», ООО «Фонд-инвест» и т. д. Дмитрий Чекменев указывается директором и совладельцем ООО «Гринланд», ООО «Фабрика камня», ООО «Стройдектор», ООО «ДВС групп» и т. д.

Наиболее громкий процесс, связанный с Игорем Чекменевым, — уголовное дело о мошенничестве на посту заместителя генерального директора ЗАО «Волжское конструкторское бюро ракетно-космической корпорации „Энергия“» Владимира Рябова. В 2017 году господина Чекменева обвинили в мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ) при выполнении государственного заказа по программе «Роскосмоса». Аналогичное обвинение предъявляли Владимиру Рябову и бывшему главному конструктору «Энергии» Михаилу Фирстову. В 2016 году Михаила Фирстова приговорили к двум годам колонии общего режима, Владимира Рябова — к полутора годам в колонии общего режима. Игорь Чекменев находился под домашним арестом. В феврале его отпустили под подписку о невыезде.

В том же месяце Сбербанк обратился в арбитражный суд с требованием признать Игоря Чекменева банкротом. Как указано в материалах на сайте суда, бизнесмен задолжал банку 62 млн руб. по договорам поручительства. Через несколько дней кредитная организация направила в суд исковые заявление о признании двух подконтрольных господину Чекменеву компаний несостоятельными. Сумма требований составила также 62 млн руб. В конце февраля суд принял к производству иск о банкротстве «Стаунтона‑1». Иск в отношении «Перспективы плюс» суд оставил без движения. В текущем месяце арбитраж начал производство по делу.

По словам управляющего партнера юридической компании «УК Право и бизнес» Александра Пахомова, в числе мотивов вхождения в процедуру банкротства должника банк видит возможность удовлетворения требований за счет возложения субсидиарной ответственности на руководителя или собственника должника.

«Их привлечение к субсидиарной ответственности возможно в случае нанесения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения либо одобрения контролирующим лицом одной или нескольких сделок должника. Горизонт для оспаривания таких сделок составляет три года до принятия заявления о признании должника банкротом. Возможность удовлетворения требований Сбербанка во многом будет зависеть от того, насколько в суде будет доказана причинно-следственная связь между действиями руководства должника, ущербом, нанесенным обществу, и возникновением признаков банкротства», — говорит юрист.