Луга в 1917 г.

В. И. Хрисанфов ЛУГА В 1917 г.

Луга до 1917 г. была небольшим уездным городом, в котором жизнь текла мирно и размеренно. Дважды в неделю выходила местная газета «Лужский листок», освещавшая бытовые проблемы. Политика почти не звучала на ее страницах. Общественная жизнь города в основном сосредоточивалась в стенах земской и городской управ,1

Первая мировая война круто изменила жизнь города и всего уезда. Лужский край превратился в тыловую базу Северного фронта. Здесь в прифронтовых авторемонтных мастерских, напоминавших собой минизавод, восстанавливалась боевая техника. В них работало по одним данным до 1500 чел., по другим - около 2 тыс. чел.2 В Луге и на полигонах обучались новобранцы, комплектовались воинские части, в лазаретах находились на излечении раненые солдаты.

Лужский гарнизон насчитывал военнослужащих по крайней мере раза в полтора больше, чем жителей самого города. Однако более точные цифры о численности луж-ского гарнизона назвать пока невозможно - слишком большой разброс дается в исторической литературе: от 25 тыс. чел. до 60 тыс., и вопрос остается открытым, хотя, по нашему мнению, в гарнизоне насчитывалось не более 15 тыс. По мнению одного из активных участников будущих событий А. Заплавского, из всего состава гарнизона более-менее боеспособными были только две части: артбригада, готовившаяся к отправке во Францию, на Западный фронт в помощь союзникам России. Ее командиром был брат царского военного министра генерал (по другим источникам - полковник) Беляев. Другая - 4 тыловые автомобильные мастерские, расположенные недалеко от города, на одном из полигонов. Из воспоминаний еще одного активного участника тех событий выясняется, что под Лугой располагалась команда конно-гренадерского полка во главе с начальником управления Виленского сборного пункта кавалерийских частей генерал-лейтенантом Г.Г. Менгденом. Учебная команда насчитывала около 300 солдат и унтер-офицеров.3 Еще в 3-4 км от Луги находились казармы 1-го запасного артдивизиона. В самой Луге располагался драгунский полк, размещавшийся на Песках.

1917-й год привел к резкой политизации жизни города. Этому способствовали прежде всего события, происходившие в Петрограде. Вслед за столицей уже 26 февраля начинаются революционные волнения в лужском гарнизоне, имевшем постоянные контакты с Петроградом.

Командование гарнизона, уже знавшее о волнениях в столице, и некоторые командиры частей, сторонники монархии, попытались оградить вверенные им подразделения от внешнего воздействия. Днем 27 февраля у и. о. начальника лужского гарнизона полковника Б. (настоящую фамилию установить пока не удалось. -В.Х.) состоялось совещание командиров отдельных частей с обсуждением столичных событий. Участники совещания по-разному реагировали на них. Так, генерал-лейтенант Г.Г. Менгден, начальник Управления Виленским сборным пунктом кавалерийских частей и начальник

© В.И. Хрисанфов, 2007

команды конно-гренадерского полка, не придавал особого значения сообщениям из Петрограда. «Я уверен, - заявил генерал, - в преданности государю императору вверенных мне частей», безапелляционно утверждая, что готов в любой момент с их помощью подавить в Луге всякие беспорядки.4 Генерал Беляев, артбригада которого, как было сказано, предназначалась к отправке во Францию, также был уверен в своих солдатах, как генерал Менгден в своих кавалеристах. Присутствовавший на совещании лужский исправник также ручался за полный порядок в городе.

Однако другие участники этого совещания - командир автомобильной роты и командир запасного артдивизиона - откровенно признались, что не уверены в благонадежности своих подчиненных. В итоге было принято решение «запретить все отпуска и командировки нижних чинов в Петроград, чтобы изолировать гарнизон от «беспокойной столицы» и установить наблюдение «за двумя неблагополучными частями»5.

Однако дальнейшее развитие событий пошло иначе. Несмотря на предпринимаемые меры, в солдатских массах уже носились слухи о начавшейся революции. Новые архивные материалы позволяют более детально проследить за развитием февральских событий в Луге.

Главную роль в развитии революционного процесса сыграли солдаты 4 тыловых авторемонтных мастерских. Личный состав автомастерских составляли рабочие, имевшие трудовой стаж от 5 до 30 лет и средний возраст до 43 лет, т. е. зрелые, достаточно опытные люди с большим жизненным багажом. Состав рабочих менялся мало, что давало возможность достаточно хорошо понимать друг друга. О том, что в столице неблагополучно, в мастерских было известно уже давно. А для более детального выяснения обстановки в Петроград был послан рабочий Григорий Кривенко. Он пробыл там два дня и, возвратившись в Лугу в 11 часов вечера 27 февраля, рассказал о столкновениях на улицах Петрограда. Он привез с собой документ за подписью председателя Государственной Думы Родзянко с воззванием к населению и армии о поддержке новой власти.6

К этому времени в автомастерских уже существовала инициативная группа во главе с механиком автомастерских унтер-офицером А. П. Заплавским. Все они были старые рабочие - Вас. Мезин (из-под Харькова), Фокин, Иващенко (из Днепропетровска), Вл. Игнатов и Павел Булычев (из Москвы), Зубков (из Петрограда), Мелентьев (из Пскова). Григорий Кривенко - самый молодой из всех, и, наконец, Заплавский, родом из Луганска. О принадлежности к какой-либо партии никто тогда еще не говорил - «просто прониклись революционным духом». Правда, позднее все они окажутся в разных партиях: Иващенко, Кривенко и Фокин - у большевиков, Мелентьев и Зубков - у эсеров, а Булычев будет называть себя первое время и социал-демократом и социалистом-революционером одновременно.7

28 февраля на вечерней поверке солдаты автомастерских отказались петь царский гимн, несмотря на усиленные требования дежурного офицера.8 А утром 1 марта состоялся митинг, на котором выступил Кривенко. Начальник мастерских капитан Керу-ченко попытался помешать проведению митинга, некоторые молодые солдаты дрогнули и только решительные действия Заплавского не дали его сорвать. Заплавский, пригрозив ему наганом, неизвестно как оказавшимся у него в руках, предложил не мешать, а молодой инженер прапорщик А.А. Коночадов взял его за руку и увел в канцелярию.

Выступления на митинге были краткими, а затем было решено организовать «временный революционный комитет». В него, по имеющимся сведениям, вошли Заплавский, Зубов, Мелентьев, Елисеенко и Спиридонов. Председателем комитета выбрали Заплавского, секретарем - Иващенко, кооптированного в состав комитета.

«Революционный комитет» не бездействовал. В первый же день он принял несколько важных решений. Его первым распоряжением был арест начальника мастерских капитана Керученко, что и было выполнено. Была организована боевая дружина, командование над которой взял на себя Заплавский. Дружинники были вооружены бе-бутами. Вторым постановлением было установление контроля над железнодорожной станцией, почтово-телеграфной конторой и телефонной станцией путем посылки туда своих представителей. Им было поручено не пропускать в Петроград ни одного военного - ни офицера, ни солдата - без разрешения комитета. Всех сопротивляющихся предписывалось арестовывать, все телеграммы, идущие через железнодорожный или почтовый телеграф, контролировать, а также задерживать все воинские эшелоны, идущие на Петроград. И, наконец, было приказано проверить тюрьму - оставить уголовных, а остальных выпустить.

Третье постановление касалось разоружения всех офицеров артдивизиона, а потом и всего гарнизона. Это была, пожалуй, самая трудная задача. Заниматься этим и должна была боевая дружина. Она насчитывала около 200 чел., первоначально, правда, плохо вооруженных. По словам Заплавского, у них имелась «пара винтовок и 8 бебу-тов». Тогда было решено немедленно вооружаться за счет артиллеристов, казармы которых были рядом. Заплавский повел команду из 40 человек к соседней казарме артдивизиона, расположенной «на правой стороне узкоколейки». Когда подошли к казарме, Заплавский с наганом в руке потребовал у офицеров, стоявших у входа, сдать оружие. В ответ один из них в звании подполковника выхватил шашку и с криком «вон отсюда, мерзавцы» бросился на Заплавского. Тот выстрелил, ранив нападавшего в руку. Затем три или четыре солдата схватили его, арестовали и отправили в карцер. Другие офицеры сдали свое оружие и таким образом прибавилось еще 5 револьверов, 20 шашек и 8 бебутов.9

Около 20 артиллеристов присоединились к восставшим, и все двинулись к главной артиллерийской канцелярии. Вести о событиях в казарме опередили их, и в канцелярии уже ждали - там собрались все офицеры, за исключением дежурных, которые не выпускали солдат из казарм. Офицеры были разоружены, всем им были выданы справки (для отчета) о том, что оружие у них отобрали. Затем открыли казарму, провели выборы в комитет и предложили готовиться к демонстрации.

Не остались в стороне от революции и кавалеристы, хотя внешне их жизнь протекала по плану. На 1 марта 1917 г. в 11 час утра был назначен смотр маршевого эшелона учебной команды, предназначенной к отправке на фронт10. И все же жизнь вносит свои коррективы. Уже в 9 или 10 час утра 1 марта у начальника гарнизона состоялось совещание командиров всех частей, так как было известно, что накануне автомобильная рота отказалась петь гимн, а в 8 час утра организовала митинг.

На этом совещании генерал Менгден принял решение изолировать подчиненную ему команду. Растерявшийся исправник стал просить Менгдена назначить конный патруль для охраны порядка в городе, но генерал категорически отказал ему, заявив, что ни один из его кавалеристов не выйдет за пределы расположения Виленского сборного пункта, и покинул совещание, проходившее в это утро в здании управления воинского начальника.11

Но революция сама пришла в казармы кавалеристов. После совещания генерал в сопровождении своего адъютанта ротмистра Вороновича направился на смотр маршевого эшелона. Все это заняло около получаса. Без четверти двенадцать Воронович вернулся в Управление пункта и ему доложили, что к казармам идут солдаты с красным

знаменем «поднимать кавалерию». Только тогда начальство объяснило изолированной команде о событиях в Петрограде. Потом прошел совместный митинг, на который собралась 10-тысячная толпа солдат.12

Вечером генерал Менгден снова пришел в казарму кавалерийского полка и призвал оставаться верными присяге. В ответ - гробовое молчание. А затем по приказу «военного комитета» генерал был арестован за то, что не признал новое революционное правительство и призывал к этому своих солдат. Вместе с ним были арестованы еще несколько офицеров. Всех их препроводили на гауптвахту. А вскоре стало известно, что генерал Менгден, полковник Эгерштрон и ротмистр Клейнмихель были убиты. Как оказалось, арестованные офицеры своими репликами, типа «завтра всех перевешаем», спровоцировали солдат, которые, ворвавшись в карцер, прикладами забили арестованных.13

Установив свою власть на полигоне, восставшие солдаты, построившись в колонну, с флагом, наскоро сделанном из красной рубахи, и с транспарантами-надписями, кому что в голову пришло, пошли в Лугу «демонстрировать революционную силу». При входе головной части демонстрантов на улицы города и по всему пути следования их колонны восторженно приветствовали люди. Военные, правда, не все, присоединялись к колонне, а гражданское население шло рядом, по колено в снегу, заполняя улицы. Так военные прошли через весь город и, повернув обратно, возвратились в казармы. По воспоминаниям участника событий, солдата автомастерских Лейберга, в городе в первую очередь разгромили участок, освободили политических заключенных из лужской тюрьмы. Правда, таковым оказался лишь один местный учитель. Пристава поймать не удалось, а исправника Харченко не тронули, так как посчитали, что он «неплохо относился к народу». Этот факт свидетельствует о том, что в этой акции участвовали и гражданские лица. А на Базарной площади поймали городового по прозвищу «Палкан» и при участии женщин забили до смерти.14 Миронов, в те дни новобранец-артиллерист, служивший на 1-м полигоне, вспоминал позже, что колонная с красным флагом и пением революционных песен направилась на проспект Свободы (тогда - Покровская ул.). По его свидетельству, солдат разбили на две группы: первая пошла к 24-й бригаде, чтобы присоединить к восставшим улан и кирасир, а вторая группа направилась к вокзалу.15 Все проводилось организованно. По городу были расставлены пикеты, чтобы не допустить «безобразия со стороны солдат и гражданского населения». У всех учреждений были поставлены часовые «только из солдат автомастерских». И тем не менее не все было так просто. Не обошлось и без крови. То, что произошло на гарнизонной гауптвахте, как видим, не было единичным случаем.

По нашему мнению, к моменту появления колонны в городе, боевая дружина уже сделала свое дело: взяла под контроль все правительственные здания, о чем Мелентьев поставил в известность председателя «военного комитета» Заплавского, встретив колонну у входа в город. Так прошел первый день восстания. По словам Заплавского, никаких потерь со стороны революционных солдат не было. Может так оно и было, но нельзя сказать, что новая власть устанавливалась бескровно. К тому же ночью в лесу между двумя полигонами произошли беспорядки. Несколько человек было ранено. Не обошлось и без убитых - результат развязавшейся между новобранцами драки. По признанию Заплавского, «дружина не смогла навести порядок и увести в казармы разбушевавшуюся молодежь».16 Не справляясь силами дружины, комитет принял решение усилить ее «за счет более сознательных солдат артдивизиона и выставить патрули. К охране порядка был привлечен и Воронович, который вывел своих гвардейцев из казарм в город, расставил караулы у здания тюрьмы, отправил взвод охранять казенный винный склад.

Уже в первые дни Февральской революции в Петрограде лужский гарнизон сыграл важную роль в ее победе. Как известно, вечером 27 февраля Ставка приняла решение направить в Петроград карательную экспедицию под командованием генерал-адъютанта Н.И. Иванова. С Северного и Западного фронтов были выделены пехотные и кавалерийские полки. Однако «военный комитет» лужского гарнизона по собственной инициативе стал задерживать все двигавшиеся на столицу войска, разоружая их или поворачивая обратно. По некоторым данным в районе Луги было задержано 12 эшелонов. Первыми были задержаны 2 эшелона с солдатами 68-го лейб-Бородинского полка с Северного фронта. Произошло это в третьем часу ночи. На всякий случай на платформе было выставлено учебное орудие. Но полк был разоружен без единого выстрела.

0 том, как это произошло, существуют две версии. По версии Вороновича, он вместе с поручиком Гуковским и прапорщиком Коночадовым предъявили ультиматум командиру полка, который был принят. В тот же день эшелоны были отправлены обратно в Псков.17 По версии Заплавского, солдат удалось уговорить, беседуя с ними и разъясняя суть событий. Инцидент с Бородинским полком закончился его расформированием, а офицерам разрешили выехать в сторону фронта.18

Сложно и запутанно шел процесс формирования органов власти и управления в городе и уезде. С одной стороны, лужский гарнизон по существу распоряжался всей полнотой власти. Однако в его среде наблюдалось действие двух тенденций, ведущих к установлению двоевластия. В городе существовали два совета: один, возникший в среде солдатских масс - «военный комитет» - и состоявший из представителей автомастерских, поддерживал Петроградский Совет; другой, возникший в противовес ему, поддерживал Государственную Думу. Он был создан по инициативе прибывших из Петрограда представителей Государственной Думы. Судя по воспоминаниям, выборы исполкома прошли весьма оригинальным способом, и вся процедура выборов заняла 5 мин. В новый комитет, таким образом, вошли совершенно случайные люди. Председателем стал генерал Беляев. Новый комитет объявил себя единственной законной властью в городе. Но так как продолжал действовать и старый комитет, то в городе установилось двоевластие. Поэтому вскоре было проведено совместное совещание, на котором было решено подчиниться Петроградскому Совету, а заодно и провести новые выборы. В результате 2 марта в 8 час вечера в парадных комнатах лужского вокзала собрались делегаты от воинских частей. Так состоялось первое заседание Совета солдатских и офицерских депутатов. Выборы исполкома закончились в 12 час ночи. В состав ИК вошли 4 офицера,

1 врач и 7 солдат.

Вслед за этим 4 марта были распущены старая городская дума и городская управа. Вместо них в городе стала действовать Временная городская исполнительная комиссия. Правда, ее первое заседание, по имеющимся сведениям, состоялось только 18 марта. Этому предшествовали следующие события. 9 марта в Луге состоялся многолюдный митинг, на котором присутствовали около 1 тыс. горожан и представители военного комитета, по инициативе которого и был созван этот митинг. Собравшиеся избрали из своей среды Лужский объединенный комитет рабочих и служащих в количестве 35 чел. (Впоследствии Лужский объединенный комитет вырос до 128 чел.)19

Уездом руководила земская управа. При управе был комиссар Временного правительства. Его роль, судя по воспоминаниям, была непонятна: всегда сидел на собрании, слушал, но никогда не выступал.20 Соорганизовались после Февральской революции и железнодорожники ст. Луга. Сразу же после известных событий была создана вооруженная железнодорожная милиция. Вооружение, правда, было самое разнообразное.

Милиционеры дежурили около поездов. Затем железнодорожники организовали свой кооператив, создали свое самоуправление - при всех службах были избраны комитеты, которые руководили всей работой железной дороги. Организовали даже свой товарищеский суд.21

Вскоре же по требованию членов Совета солдатских и офицерских депутатов он был переименован в Совет солдатских депутатов, так как большинство офицеров гарнизона бойкотировали его работу. В середине марта исполком Совета солдатских депутатов предложил гражданским лицам принять непосредственное участие в работе городского совета, который уже вынес решение о желательности преобразования его в Совет солдатских, рабочих и крестьянских депутатов. 19 апреля 1917 г. исполком Совета солдатских депутатов принял постановление организовать единый Совет22. Согласно проекту Объединенный комитет должен был состоять из 30 чел. (20 мест отводилось военным и 10 - рабочим и крестьянам).23 Съезд крестьянских депутатов состоялся 7-9 мая 1917 г. На нем присутствовали 102 делегата. На третий день работы обсуждался вопрос о слиянии советов. В ходе обсуждения возникла дискуссия и о количестве представителей от крестьян, поскольку именно они составляли большинство населения уезда. В итоге остановились на 60 крестьянских депутатах. После этого участвовавший в работе съезда Воронович как председатель Лужского Совета объявил о его переименовании в Совет солдатских, рабочих и крестьянских депутатов.24

В политическом жизни города ведущую роль играли эсеры. После февральских событий в короткий срок эсеровская организация стала весьма многочисленной. Наряду с гимназистами, либеральными чиновниками и местной интеллигенцией в нее вступила значительная часть офицеров и солдат местного гарнизона. Штаб-квартира партии эсеров помещалась в большом двухэтажном здании Петроградской гостиницы, находившейся на привокзальной площади. В числе руководителей эсеров упоминается Беленький, солдат авторемонтных мастерских, сын местного лесопромышленника. Эсеры имели довольно сильных ораторов. Особенно популярны были Беленький, Давиденко, Елисеенко и Булычев. Руководителями меньшевистской организации в Луге были военный врач Ладунг и рабочий Голубев. Неискушенным в политике солдатам и горожанам было так сложно разобраться в обстановке, что некоторые из них записывались сразу и в эсеры и в социал-демократы. До лета 1917 г. большевиков в Луге практически не было слышно.

1 июня 1917 г. вышел первый номер газеты «Лужский голос». Формально эта еженедельная общественно-политическая газета издавалась при лужской земской управе, но в действительности была органом группы «умеренных социалистов» (правый центр). Газета ориентировалась на Г.В. Плеханова, Церетели, Керенского и призывала всех объединяться вокруг названных деятелей. Редактором газеты был местный агроном С. Соболев. Сама редакция располагалась в здании земской управы.25

18 июня по улицам Луги прошла манифестация жителей города и солдат гарнизона со знаменами и музыкой (оркестр играл «Марсельезу») в знак солидарности с рабочими и солдатами Петрограда, где проходила такая же демонстрация. Лозунги, которые преобладали в обоих случаях, были в поддержку Совета и будущего Учредительного собрания.

События 3-4 июля в Петрограде и реакция на них в Луге нашли отражение на страницах местной газеты. «Лужский голос» обращал внимание читателей на лояльность лужского гарнизона и его выборных органов и осуждал выступление частей петроградского гарнизона против правительства. Действительно, 5 июля эсеровский совет в Луге

осудил действия левых в Петрограде и выразил полное доверие Временному правительству. На заседании Совета депутаты потребовали выдачи Ленина правительству. В тот же день под влиянием митингов, проведенных эсерами в воинских частях, лужский гарнизон также выразил готовность защищать правительство. На страницах газеты появилась анонимная статья, направленная по своему содержанию против большевиков. В ней звучали намеки на «немецкие деньги». Позиция большевиков изложена правильно, но со своим комментарием: «Чего хотят большевики? - спрашивал анонимный автор, скрывшийся за тремя буквами Н. Н. У., и сам отвечал: прекратить войну и заключить мир с немцами, т.е. бросить союзников на произвол судьбы. А еще они хотят свергнуть Временное правительство и захватить власть в свои руки. А раз так, они - враги Временного правительства, а потому и наши враги», - комментирует он. Далее он пишет: «Большевики хотят захватить все барские земли и отдать крестьянам». Спрашивается, что же здесь плохого. Но автора статьи это не устраивает и он обращается к народу: «Нет, братья, подождите Учредительного собрания, оно все даст...»26

А между тем летом 1917 г. в деревнях лужского уезда, на волостных сходах крестьяне требовали землю, а им вновь предлагали идти «на полюбовный мир» с помещиками: арендовать у него угодья и пашни, наниматься в батраки к тому же кулаку, у которого они и так находились в многолетней кабале. В поисках справедливости крестьянские ходоки добирались до Петроградского Совета. Но там найти поддержки они не могли, поэтому-то крестьяне в некоторых лужских деревнях стали самовольно захватывать помещичьи земли, что и вызвало появление статей, осуждавших высказывания большевиков. Лужское земское собрание также высказало свое отрицательное отношение к тактике большевиков, вносящей, по их мнению, дезорганизацию в работу земельных комитетов, и выразило полное доверие Временному правительству.27

Политические симпатии лужан четко проявились во время выборов в Городскую думу 9 июля. Впервые на основе самого демократического избирательного закона предстояло избрать 47 гласных. Лужане оказались столь нетерпеливыми, что, не дожидаясь опубликования правительственного закона о выборах, выработали свой собственный «закон». Отсюда списки избирателей составлялись и исправлялись по несколько раз. Списки кандидатов также менялись по каким-то таинственным причинам. Всего было опубликовано 10 списков. Такое большое количество списков могло сбить с толку избирателей. Ведь даже в Петрограде, где давно уже все поделились на партии и течения, при выборах в Городскую думу их было не больше 7, а в Луге - целых 10! Причем это были даже не партийные списки, а нечто другое. В разных списках мелькали одни и те же лица по 2-3 раза («беспартийные списки» № 3, 5, 7, 9). Был даже «семейный список» (№ 2), в котором фигурировали два Сидоровых (отец и сын), два Емельяновых, Боровов с четырьмя сыновьями, три брата Сухаревых и др. Список № 1 представлял кандидатов от Комитета Союза служащих в учреждениях г. Луги. В нем значился и бывший городской голова А. С. Камарзин, числившийся как председатель Временного городского исполнительного комитета, а также председатель земской управы Н.Э. Госс, секретарь земской управы И.И. Иванов, директор городского банка Н.И. Горшков и др., всего

27 чел.28 Список № 4 был представлен партией Народной свободы, т.е. бывшими кадетами. В Луге кадеты были немногочисленны. Список № 6 был выдвинут эсерами и социал-демократами. Список № 8 был представлен польскими беженцами. Правда, к концу предвыборной кампании число списков сократилось до шести. Предвыборной агитацией были охвачены все категории населения города, даже находящиеся на излечении в городских лазаретах.

В ходе избирательной кампании обнаружилось множество нарушений, и все же выборы состоялись. Из общего количества избирателей (около 12 тыс.) в выборах участвовали 7455 человек, т.е. 75% избирателей. Большинство избирателей (4168 чел.) отдали свои голоса кандидатам от партий социалистической ориентации - список № 6. Последние получили 28 мест в городской думе; 1381 человек проголосовал за список N° 8 (польские националисты), получивший 8 мест. От «внепартийных» прошли 3 человека, от кадетов - 1. Через неделю состоялось первое заседание вновь избранной думы, председателем которой, по некоторым сведениям, был избран солдат Попов.29

Несмотря на высокую степень политизации общества, город продолжал жить полнокровной жизнью. Поэтому несправедливы упреки некоторых участников событий 1917 г. в Луге в адрес Городской думы и дооктябрьского Совета в бездеятельности в куль-турно-бытовой и хозяйственной сферах деятельности. Уже весной началась борьба с винокурением в уезде. 2 мая начальником милиции Красногорской волости Романовым при участии двух солдат, командированных Исполнительной комиссией Лужского Объединенного комитета, был обнаружен самогонный завод и запасы хлеба в д. Медвежья у некоего Таза, а 22 мая по поручению начальника гарнизона г. Луги на винокуренном заводе в имении князя Кропоткина «Томчино» Вшельской волости был уничтожен запас спирта в количестве 400 ведер.30 Успешно действовало Добровольное пожарное общество. Когда вечером 4 июля на углу Болотной и Никольской улиц вспыхнули постройки Белоусова и возникла опасность возгорания соседних домов, дружная работа местной пожарной команды не позволила распространиться огню.31

В Луге был открыт театр «Летучая мышь», негласными хозяевами которого, по данным хорошо информированного человека, были два москвича из авторемонтных мастерских - Филиппов и Рясинский. Этот театр охотно посещали солдаты гарнизона32 . 27 июля лужане слушали оперу «Демон» в летнем театре в исполнении артистов Петроградского Мариинского театра и Театра музыкальной драмы. Публика осталась довольна пением И.А. Никольского, М.И. Южинова, Л.С. Коломейцева и К.А. Савелова. Это был первый дебют оперных артистов в Луге.

В 1917 г. при Министерстве народного просвещения работала комиссия, готовившая новую реформу образования. В предверии предстоящего реформирования народного образования в Петрограде при земской учительской школе состоялись две конференции, где избранные от уездов губернии делегаты разрабатывали проект управления народной школой. Учителя всей губернии в лице своих представителей высказались против существовавшего института инспекторов и уездных учительских советов. Представитель Лужского уезда гр. Неклюдов также был согласен с предстоящими переменами в системе образования. 5-7 сентября в Лужской земской управе проходило совещание школьной комиссии при уездном земстве. Это было первое в истории лужского земства заседание, на котором присутствовали учителя.33

И все же политические события давлели над городом. В конце августа Луга оказалась в центре внимания всей российской общественности в связи с корниловским мятежом. Источники свидетельствуют о том, что вокзал и привокзальная площадь были в это время ареной политических страстей. Всесторонняя агитация, которую проводили как правящие центристы, так и левые (представители большевиков) среди казаков 1-й Донской дивизии, направлявшейся на Петроград и остановленной в Луге, дала свои плоды - казаки отказались идти на Петроград.

После разгрома корниловщины Луга продолжала играть большое военно-стратегическое значение, поскольку являлась важным транспортным узлом на ближайших

подступах к столице. Гражданское население города насчитывало 10-15 тыс., военный гарнизон - также не более 15 тыс., хотя в мемуарной литературе приводится цифра 25 тыс. (среди них: осадный полк тяжелой артиллерии, ряд запасных артдивизионов, 4 автомастерские, драгунский полк, отряд атамана Попова и др.).34 Среди солдат гарнизона велась активная политическая работа представителями всех политических партий. Большим авторитетом пользовался и Лужский Совет.

Судя по многочисленным воспоминаниям, заседания Лужского Совета и его исполкома осенью 1917 г. проходили публично и оживленно. Председателем исполкома в это время был уже военный врач Онищенко (эсер), сменивший Вороновича, который, учитывая его активную роль в подавлении корниловского мятежа, скорее всего ушел в армию с повышением. На заседаниях Совета всегда присутствовали не только его члены, но и представители частей, солдаты гарнизона. Они рассаживались на «хорах», небольшой возвышенности, отгороженной от зала деревянными перилами. Как вспоминал Е. Тарасов, «середина комнаты была обнесена барьером и в центре установлены скамейки, где сидели члены Совета. За барьером - места для публики, всегда заполненные, откуда публика кричала хором в случае недовольства каким-либо решением Совета».35

Немногочисленная организация большевиков не могла противостоять опытным эсеровским ораторам. Поэтому 6 сентября на общем собрании членов РСДРП(б) было принято решение просить ЦК оказать помощь в налаживании партийной работы в Луге, назначить хотя бы временно опытных агитаторов для правильной постановки партийной работы, снабдить необходимой литературой. Обращение было подписано В. Рож-ковским как председателем собрания.36 ЦК РСДРП(б) откликнулось на эту просьбу. По имеющимся сведениям в начале октября в Луге побывали видные деятели партии Ф,Ф. Ильин-Раскольников, И.П. Дзявалтовский, Н.А. Семашко. Все они выступали с докладами и вместе с лужскими большевиками в течение недели принимали участие в проведении собраний и митингов в частях гарнизона. Особенно большое впечатление на солдат произвело выступление Раскольникова в помещении Совета на вокзале.

Активная работа большевиков привела к тому, что эсеры Луги стали утрачивать свое былое влияние на солдатские массы гарнизона, но еще пользовались известной поддержкой и возглавляли исполком Совета. 15 октября Лужский Совет постановил отозвать своих представителей из Петросоветв ввиду несогласия с его тактикой или, точнее, как писала пресса тех лет, «вследствии большевистского характера деятельности последнего».37 Отсюда все последующие действия Лужского Совета и его исполкома выглядят логично и закономерно. Их поступки последовательны и понятны, и никакого «тайного умысла», как писалось в советской историографии, в них не было.

Исполком Лужского Совета активно поддерживал Временное правительство и в дни Октябрьского переворота в Петрограде. Утром 26 октября в Луге была получена радиограмма из Петрограда о победе вооруженного восстания и открытии

II Всероссийского съезда Советов. В тот же день было принято и обращение Петроградского ВРК к Лужскому Совету с призывом не пропускать в Петроград эшелоны, направленные туда по приказу низложенного правительства. Однако лужский исполком не только проигнорировал это обращение, но еще раньше начал действия в защиту этого правительства. 26 октября окфю 12 час ночи к помещению Лужского Совета в конном строю прибыл отряд атамана Попова из Турова и окружил вокзал и здание гостиницы, где находились члены ВРК, в основном состоявшего из большевиков. По словам Е. Тарасова, предполагая такое развитие событий, члены ВРК еще раньше договорились

с драгунами (эскадрон драгун был приведен в боевую готовность) и перебрались к ним. Через телефонную связь информировали все части о своем новом месте расположения. Клысс, оставленный в номере гостиницы, где размещался ВРК, был арестован и препровожден в Совет. А 27 октября на вокзале был задержан председатель ВРК Златкин. Позднее, находясь в Смольном в числе делегатов Лужского Совета, представитель эсеров, отрицая принятие официального решения об аресте членов ВРК, признал сам факт задержания. На встрече с членами Петроградского ВРК он заявил, что распоряжение об аресте ВРК не отдавалось, но признал, что распоряжение о борьбе с ним имелось.38

Рано утром 27 октября член солдатского комитета военно-телеграфной станции Радзевич передал ВРК радиограмму. В ней сообщалось, что в Петрограде состоялся

II Всероссийский съезд Советов, на котором было образовано Советское правительство и приняты Декреты о мире и земле. Эту весть ВРК быстро передал всем солдатским комитетам гарнизона. Но уже во второй половине того же дня Радзевич передал ВРК другое, весьма тревожное сообщение: «Из Пскова началось движение эшелонов с войсками генерала Краснова».39 В тот же день части П.Н. Краснова, с ходу проскочив Лугу благодаря попустительству Лужского исполкома и местного комитета Викжеля, заняли Гатчину, а 28 октября - Царское Село, выйдя на ближние подступы к столице. В эти тревожные для Петрограда дни, видимо, бурлила и Луга, обсуждая сложившуюся ситуацию.

28 октября ВРК предъявил исполкому Совета ультимативное требование в письменном форме - о немедленной приостановке движения эшелонов в сторону Гатчины, в противном случае обещая это сделать собственными силами. Срок ответа отводился до 7 час вечера. Все части гарнизона были поставлены в известность об ультиматуме, а наиболее радикальные - драгунский эскадрон и артдивизион - были приведены в боевую готовность. Ровно в 7 час, когда представители ВРК прибыли в Совет за ответом, находившийся там Булычев от имени Совета предложил собраться вместе для обсуждения мер, направленных на реализацию требований ВРК. Это предложение после обсуждения в ВРК было принято.

В тот же вечер состоялось совместное заседание. От ВРК на нем присутствовали И. Златкин, В. Рожковский, Павловский, Горбунов и Е. Тарасов. После бурного обсуждения стороны пришли к следующему соглашению: 1. Пропускать эшелоны с войсками Керенского и войсками сторонников Советской власти; 2. Выделить делегатов для посылки в Псков, Гатчину и Смольный на предмет мирного улаживания конфликта между Временным правительством и сторонниками Советской власти. (В условиях ультиматума стоял еще пункт о перевыборах, но здесь он, видимо, пока не обсуждался.) Были согласованы кандидатуры делегатов. В Псков в составе делегации от ВРК отправился В. Рожковский. С ночи 28 октября прохождение эшелонов на Гатчину было прекращено, а обе делегации отправились в путь.40

О поездке в Гатчину - Смольный довольно подробно писал в свое время один из ее участников - Е.Тарасов. К сожалению, в его воспоминаниях по разным причинам некоторые события были упущены, другие освещены неточно, третьи просто мистифицированы. К счастью, сохранились протокольные материалы Петроградского ВРК о встрече с лужской делегацией, которые позволяют восстановить реальные детали этой встречи. Из протокола заседания ВРК Петросовета видно, что принималась делегация «от Лужского совета и рады гарнизона», хотя последняя в опубликованных источникам ни разу не фигурировала.

Итак, 29 октября делегация в составе Тарасова (большевик), Новикова (эсер), военврача Ладунга (меньшевик), Комарова (меньшевик-интернационалист) и офицера, фамилию которого Тарасов не называет, представлявшего украинских националистов, отправилась в Гатчину. Около 3 час ночи делегация прибыла на ст. Гатчина-Вар-шавская и оттуда была доставлена в штаб Керенского, где была встречена Войтинским. Последний передал свои требования для Смольного, и делегация отправилась на ст. Тос-но, а оттуда на вечернем поезде прибыла в Петроград. Здесь делегация смогла с самого начала убедиться, что в городе все спокойно и слухи о беспорядках в столице, дошедшие до Луги, оказались беспочвенными.

В Смольном делегацию принял комендант Смольного и направил ее в ВРК, где, по словам Тарасова, он рассказывал 10 мин «людям военным и гражданским о положении в Луге».41 На самом деле, судя по протокольным записям Петроградского ВРК, высказывались и другие делегаты. Чего же хотели, с чем приехали делегаты от Луги? Цель делегации, как отмечено в протоколе заседания ВРК Петросовета, - переговоры о мирной ликвидации создавшегося положения. Делегация уже посетила А.Ф. Керенского, Комитет Общественного спасения, Петроградский революционный комитет. О результатах переговоров с Керенским и Комитетом Общественного спасения делегация ничего не сказала в ВРК, но, как уже было замечено, Керенский их не принял. Главное, что интересовало делегатов, - мнение большевиков о «конструкции новой власти». Рассказы делегатов о настроении лужских войск и степени их осведомленности о событиях в Петрограде были противоречивы. Так, один делегат заявил, что они знают только то, что есть две воюющие стороны, а что требует каждая из сторон - не знают. Он говорил, что события их интересуют постольку, поскольку они отражаются на доставке им продовольствия, и просил обеспечить гарнизон продовольствием. По заявлению этого делегата, войска Керенского шли по призыву ЦИК Советов, ЦК Советов крестьянских депутатов, Комитета общественного спасения и ВИКЖЕЛя. Один из делегатов просил дать за подписью членов ВРК подробную информацию о ходе политических событий в Петрограде в прошлом и о новом правительстве. Другой просил дать опровержение тех слухов о юнкерах, которые сильно волновали массы: как, например, о расстреле юнкеров, издевательствах над ними и пр. Делегаты требовали, чтобы в новое правительство не вошли представители от оборонцев и правых эсеров. На многие свои вопросы делегация получила ответы. Так, выступивший на встрече зам. председателя ВРК Ф.Э. Дзержинский подробно информировал представителей Луги о II съезде Советов. Дзержинский также заявил от имени ВРК, что слухи о расправе с юнкерами - ложь и клевета. Он посоветовал делегации взять всю необходимую литературу, а главное, предложил членам ВРК Петросовета посетить Лугу «для информации на месте».42

Выслушав всех делегатов, ВРК принял решение одного из них (это и был Е. Тарасов) «связаться со штабом ВРК». Так, Е. Тарасов оказался на 2-м этаже Смольного и беседовал с Крыленко, который обещал к 1 ноября прислать в Лугу броневик. И действительно, по словам Тарасова, б или 7 ноября в Лугу прибыли П.Е. Дыбенко и Рошаль с отрядом матросов; обсуждался вопрос о разгоне так называемого «Комитета спасения родины и революции» и запрещении его деятельности в Луге.

Но это будет позже. А пока делегация возвращается в Лугу через Гатчину, где застала П.Е. Дыбенко и П.Н. Краснова, обсуждавших вопрос об аресте А.Ф. Керенского.

Пока лужская делегация вела переговоры в Смольном, в самом городе события достигли своего апогея. Из содержания протокола заседания Петроградского ВРК 31 октября видно, что в самой Луге и гарнизоне обстановка не была такой радужной, как об

этом писали в советские годы в опубликованных воспоминаниях активные участники октябрьских событий 1917 г. Златкин и Е. Тарасов. По имевшимся в Петрограде сведениям на 23 час 29 октября Луга еще была против новой власти, имея в виду позицию исполкома Лужского Совета. Но она не была и такой, как пишет в своих мемуарах А.Ф. Керенский, утверждавший, что Лужский гарнизон был на стороне Временного правительства.43

На самом деле его поддерживал в полной мере лишь исполком Совета. А из многотысячного гарнизона на стороне Временного правительства продолжал оставаться только 4-й осадный полк.44 Правда, когда большевики совместно с представителями других частей заявили, что лишат его продовольствия, ситуация, видимо, изменилась. И все же бывшему комиссару Временного правительства на Северном фронте Войтинскому во время митинга на полигоне удалось организовать добровольческий отряд численностью в 280 чел., готовый идти на помощь Керенскому-Краснову в Гатчину. Кроме того, нужно иметь в виду, еще и наличие в Луге местного комитета ВИКЖЕЛЯ, занимавшего самостоятельную позицию. Председатель этого комитета заявил, что он не поддерживает Петроградский ВРК и не отказывается перевозить войска Керенского. По нашему мнению, именно лужский ВИКЖЕЛЬ открыл «зеленую улицу» для эшелонов Керенского-Краснова, проскочивших, как уже отмечалось, Лугу без остановки. Но чем закончился мятеж - хорошо известно. Таким образом, существовавшая в советской историографии версия о том, что Луга стала заслоном на пути контрреволюционных войск, не совсем верна. Такой она стала только после перевыборов исполкома и местного Совета. Окончательно вопрос о стабилизации обстановки в районе Луги решился в начале ноября. 4 ноября высадившийся в Луге 9-й Финляндский стрелковый полк заявил о готовности поддержать Советскую власть и послать своих представителей в Петроградский Совет. Единственная внушающая тревогу часть лужского гарнизона - отряд атамана Попова, расположенный в деревнях под Лугой, был совершенно деморализован. Его представители прибыли в Смольный 3 ноября, где в штабе ВРК им было предложено отправиться на фронт. На это они согласились.45 Таким образом, по мнению Штаба ВРК, направление Гатчина-Луга-Псков было надежно обеспечено революционными войсками.

За это время группа большевиков вместе с представителями воинских частей, сочувствующих левым, приняла решение требовать проведения перевыборов Совета. Исполком не согласился, но когда на собраниях в воинских подразделениях этот вопрос был решен положительно, исполком вынужден был согласиться. Работа старого Совета была признана неудовлетворительной, так как он не признал Советскую власть.

4 ноября 1917 г. состоялось заседание нового состава под председательством И. Златкина. Одобрив решения II Всероссийского съезда Советов, депутаты избрали председателем исполкома солдата Оскара Вальтера. После этого лужский ВРК самораспустился, all ноября его председатель И. Златкин был избран комиссаром уезда. В Лужском крае установилась Советская власть.

1 Хрисанфов В.И. Незнакомая Луга. Луга, 2004.

2 ЦГА ИПД СПб. Ф. 4000. Оп. 5. Д. 1397. Л. 3; Д. 1635. Л. 5; Д. 1398. Л. 1

3 Воронович Н.В. Записки председателя Совета солдатских депутатов // Страна гибнет сегодня. Воспоминания о Февральской революции 1917. М., 1991. С. 300.

4 Там же. С. 296.

5 Там же. С. 298.

6 ЦГА ИПД СПб. Ф. 4000. Оп. 5. Д. 1397. Л. 9 (Заплавский А.П. Воспоминания).

7 Там же.

8 Там же. Д. 1398. Л. 1 (Лейберг. Воспоминания).

9 Там же. Д. 1397. Л. 13.

10 Воронович Н. В. Записки председателя... С. 303.

11 Там же.

12 ЦГА ИПД СПб. Ф. 4000. Оп. 5. Д. 1684. Л. 3 (Мякишев Н.Ф. Воспоминания).

13 Воронович Н.В. Записки председателя... С. 311. - В личном деле генерал-лейтенанта графа Г.Г. Менгдена, хранящемся в РГИА, записано: умер 1 марта 1917 г. от ран, полученных во время беспорядков в Луге. Похоронен 7 марта на лужском городском кладбище. При этом присутствовали прикомандированные к сборному пункту священник Михаил Бобковский и диакон Сильвестр Вернадский.

14 ЦГА ИПД СПб. Ф. 4000. Оп. 5. Д. 1400. Л. 1 (Потребич М.И. Воспоминания).

15 Там же. Д. 1683. Л. 2 (Миронов В.А. Воспоминания).

16 Там же. Д. 1397. Л. 18 (Заплавский А.П. Воспоминания).

17 Воронович Н.В. Записки председателя... С. 315.

18 ЦГА ИПД СПб. Ф. 4000. Оп. 5. Д. 1397. Л. 22 (Заплавский А.П. Воспоминания).

19 Лебедева Н.Б. Лужский уезд в 1917 г. // Борьба большевиков за установление и упрочение Советской власти в Петроградской губернии. Очерки и документы. Л., 1972, С. 61.

20 ЦГА ИПД СПб. Ф. 0-1309. Оп. 1. Д. 4. Л. 2 (Вальберг. Воспоминания).

21 Там же.

22 ЦГА СПб. Путеводитель. СПб., 2000. Т. 1. С. 57.

23 Борьба большевиков за установление и упрочение Советской власти... С. 254-255.

24 Воронович Н.В. Записки председателя ... С. 336.

25 Лужский голос. 1917. 8 июня.

26 Там же. 22 июля.

27 Там же. 6 июля.

28 Там же. 8 июня.

29 Там же. 15 июля.

30 Там же. 8 июля.

31 Там же.

32 ЦГА ИПД СПб. Ф. 4000. Оп. 5. Д. 1397. Л. 8 (Заплавский А.П. Воспоминания).

33 Лужский голос. 1917. 23 сентября.

34 ЦГА ИПД СПб. Ф. 4000. Оп. 5. Д. 1688. Л. 18 (Тарасов Е.Ф. Воспоминания).

35 Там же. Ф. 0-1309. Оп. 1. Д. 6. Л. 83 (Тарасов Е.Ф. Воспоминания).

36 Борьба большевиков за установление и укрепление Советской власти,.. С. 275.

37 Губарева В. М. Борьба за установление Советской власти на Северо-Западе. Л., 1971. С. 192.

38 Документы великой пролетарской революции. М., 1938. Т. 1. С. 137.

39 Тарасов Е.Ф. Победа (воспоминания) // Лужская правда. 1967. 26 февр.

40 ЦГА ИПД СПб. Ф. 0-1309. Оп. 1. Д. 6. Л. 88 (Тарасов Е.Ф. Воспоминания).

41 Там же. Ф. 4000. Оп. 5. Д. 1688. Л. 30, 41 (Тарасов Е.Ф. Воспоминания).

42 Документы великой пролетарской революции. Т. 1. С. 137,140, 143.

43 Керенский А.Ф. Россия на историческом повороте. М., 1993. С. 314.

44 Документы великой пролетарской революции. Т. 1. С. 138.

45 Борьба большевиков за установление и упрочение Советской власти... С. 305.

Статья принята к печти 28 декабря 2006 г.