Феномен оптимальности как философская и физиолого-гигиеническая проблема

УДК 613:101.8

Н.В. ТОЛМАЧЕВА, В.Л. СУСЛИКОВ

ФЕНОМЕН ОПТИМАЛЬНОСТИ КАК ФИЛОСОФСКАЯ И ФИЗИОЛОГО-ГИГИЕНИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА

Ключевые слова: мировоззрение, методология, гуманизм, экология.

Разработка современных интегративных концепций и выработка рекомендаций по оптимизации среды жизни современного человека и его образа жизни могут быть осуществлены лишь на основе последовательного применения материалистической диалектики, принципа единства социального и биологического в развитии системы «человек-биосфера».

N.V. TOLMACHYOVA, V.L. SUSLIKOV THE OPTIMALITY PHENOMENON AS A PHILOSOPHICAL AND PHYSIOLOGICALLY-HYGIENIC PROBLEM

Key words: World outlook, methodological, humanistic, ecological bases are analyzed.

Modern integrative conceptions' development and recommendations' working-out of environment's optimization of a modern man and optimization of his way of life can be accomplished only on the base of successive application of materialistic dialectics, the principle of the unity of social and biological in the development of «a man<->-biosphere» system.

В постановлениях Правительства Российской Федерации, в ряде федеральных законов РФ ставится важнейшая задача оптимизации среды обитания населения, макро- и микроэлементного состава суточных пищевых рационов за счет восполнения дефицита витаминов, минеральных веществ Са, Na, К, пищевых волокон и микроэлементов J, F, Se, Zn, Fe. Предлагается решить важнейшую задачу «восполнения дефицита микроэлементов за счет подземных вод, если ее солевой состав соответствует представлениям об оптимальном содержании в ней макро- и микроэлементов» [12]. Однако следует признать, что методологического обоснования критериев оптимальности как среды обитания населения, так и макро- и микроэлементного состава питьевых вод и пищевых рационов до настоящего времени нет ни в отечественной, ни в зарубежной научной литературе.

Решение этой стратегической задачи содержит значительные философские и физиолого-гигиенические аспекты, требует обращения к материалистической диалектике. Один из важнейших этапов - это анализ мировоззренческих, методологических, гуманистических и экологических оснований.

Наиболее адекватно отношение рассматриваемых оснований отражает мировозренческо-методологический принцип диалектического единства социальной и биологической сторон. Этот принцип служит основой для построения философско-социологической концепции оптимизации процесса социальнобиологического развития человека в оптимальной среде обитания.

Концепция оптимизации, раскрывающая многоуровневость и многомерность диалектического единства социальной и биологической сторон в процессе развития человека, имеет эвристическое значение как для обоснования путей оптимизации, так и для методологического обоснования наук о человеке и биосфере с физиолого-гигиенических позиций. Оптимизация отношения сторон необходима для дальнейшего развития природы в направлении всё большего соответствия требованиям общества, формирования оптимальной среды жизни, природы человека.

Острота проблемы оптимизации среды обитания и процесса развития человека связана с тем, что выбор критериев оптимальности содержит глубокий гуманистический и нравственный смысл и во многом зависит от ценностных ориентаций относительно понятия «оптимум». По мнению Т.В. Корсаев-ской, понятие «оптимум» становится ключевым для сознательного регулирования дифференцированных объектов управления, так как наличие ряда уровней взаимодействия социальной и природной сторон в рамках целостной

системы придаёт оптимуму характер многоуровневой иеарархической структуры [3]. Для разработки этой структуры требуется, по представлениям И.В. Бустужева-Лады, знание системы конкретных оптимумов [1].

Значительная сложность проблемы оптимизации системы «человек -биосфера» как на её отдельных уровнях, так и на конкретных её частях (вода, пища, воздух) обусловлена прежде всего необходимостью определения наиболее объективного критерия оптимальности на достаточно научных и гуманистических основаниях. Поскольку эти критерии могут противоречить друг другу, а оптимизация каждой части системы может не давать нужного эффекта для системы в целом, возникает необходимость в их интеграции.

Некоторые авторы предлагают учитывать совокупность критериев посредством обобщённого показателя оптимальности, приводящего к задаче многократной оптимизации, означающей наиболее желательное компромиссное состояние системы с учётом всего многообразия разрешаемых противоречий. В этом случае понятие оптимизации сближается с понятием гармонизации и так якобы достигается согласованность составляющих систему элементов.

Попытки Г.И. Сидоренко, Ю.И. Прокопенко и Е.Л. Райх оценить степень гармоничности природных и социальных процессов при решении экологических противоречий привлекли внимание к такому интегративному показателю, как здоровье населения, который используется в качестве обобщающего критерия оптимальности соотношения природного и социального в жизнедеятельности человека [7, 9]. В середине 70-х годов прошлого тысячелетия так называемый «социально-экологический оптимум» удовлетворял советскому обществу и соответствовал коммунистическому идеалу всестороннего развития человека и гармонизации отношений общества и природы.

Однако необходимо отметить, что 19 мая 1997 г. вице-президент РАН академик Н.П. Лаверов обратился в Совет безопасности РФ с письмом о необходимости рассмотреть и поддержать предложения по медико-экологическому мониторингу городов и регионов России, так как состояние здоровья населения неблагополучно. Общее собрание РАН и РАМН в конце 2003 г., посвященное теме «Наука -здоровью человека», убедительно показало необходимость междисциплинарных исследований, направленных на улучшение здоровья и качества жизни людей. И, наконец, слова вице-президента РАН академика Н.П. Лаверова о том, что «все наши знания, умения и действия должны приносить биосфере Земли и человеку-как нашим современникам, так и будущим поколениям - только пользу, прежде всего здоровье, долголетие и высокое качество жизни» [5], могут быть реализованы только при оптимизации среды обитания и внутренней среды человека.

В 1995 г. В.В. Ермаковым были предложены биогеохимические критерии для подразделения территорий по степени экологической опасности: 1) зона относительного благополучия с относительно удовлетворительной экологической обстановкой; 2) зона экологического риска с обратимыми, ограниченными и в большинстве случаев устранимыми экологическими нарушениями; 3) зона экологического риска с достаточно высокой степенью экологического неблагополучия, устранение которого требует много времени и значительных затрат; 4) зона экологического бедствия с очень высокой степенью экологического неблагополучия, практически необратимыми нарушениями, имеющими четкую локализацию и специальное использование. В качестве эколого-биогеохимичес-кого критерия В.В. Ермаков предлагал определенные уровни содержания и соотношения микроэлементов в укосах трав и кормах для животных [2].

На основе имеющихся данных по содержанию и соотношению микроэлементов в растениях и кормах, выращенных в различных районах Чувашии, мы провели зонирование территории республики по этим эколого-биогеохимичес-ким критериям.

Как показали наши исследования районов, относящихся к зонам экологического бедствия по содержанию основных микроэлементов (без данных по селену), на территории Чувашской Республики не установлено. Большинство районов Чувашской Республики относятся к зоне экологического кризиса из-за пониженного содержания йода, исключая 2 черноземных района (Батыревский и Вурнарский), в укосах и кормах, а соответственно и в корекпубнеплодах, в зернобобовых, что характерно для большинства территорий, входящих в Нечерноземную зону России. В зону экологического риска по сниженному содержанию в кормах и в укосах цинка входят Алатырский, Порецкий и Шумерлинский районы, по относительному недостатку меди - Алатырский и Порецкий районы, по относительно высокому содержанию фтора - Вурнарский и Ядринский районы, по относительно оптимальным уровням йода - Батыревский и Вурнарский районы, а также по низким концентрациям молибдена - все районы республики. По эколо-го-биогеохимическим критериям В.В. Ермакова в зону относительно удовлетворительного состояния по содержанию цинка, меди, кобальта, молибдена, бора, фтора и меди входят большинство районов республики.

По содержанию высокотоксичных химических элементов в укосах растений (мы располагаем данными о кадмии, хроме, свинце, никеле) вся территория республики входит в зону относительно удовлетворительного состояния.

По содержанию бериллия в растительных кормах, по отношениям Са/Р и Са/Бг вся территория Чувашской Республики входит в зону относительно удовлетворительного состояния.

Высоко оценивая предложенный метод эколого-биогеохимической оценки территорий, следует обратить внимание на выраженное несоответствие полученных оценочных данных с показателями здоровья населения Чувашской Республики. Так, по данным ежегодных докладов о состоянии здоровья населения Чувашии, самая высокая общая заболеваемость и общая смертность регистрируются в Апатырском, Порецком, Шумерлинском районах, т.е. в районах, входящих в зону экологического благополучия по большинству показателей как биогеохимических, так и по величине реальной нагрузки. Более объективное обоснование обнаруженному несоответствию можно получить при анализе материалов многофакторного изучения здоровья населения, разработанных С.П. Сапожниковым [8]. Методика многофакторного математического анализа показателей здоровья населения в зависимости от факторных нагрузок по 52 показателям позволила установить общность причинных факторов, определяющих высокую заболеваемость и смертность населения Апатырского, Порец-кого и Шумерлинского районов. Эта общность имеет наиболее тесную корреляционную связь с биогеохимическими характеристиками Присурского субрегиона, установленного при биогеохимическом районировании территории Чувашии В.Л. Сусликовым и В.Д. Семеновым в 1980 г. [11]. Таким образом, можно констатировать, что метод биогеохимического районирования ограниченных территорий является наиболее объективным критерием эколого-биогеохимической оценки влияния факторов окружающей среды на здоровье населения.

Из материалов биогеохимического районирования территории Чувашии следует, что Присурский субрегион отличается высоким содержанием кремния, относительно повышенным содержанием фтора, марганца, стронция, кальция на фоне умеренного недостатка йода, магния и кобальта в суточных пищевых рационах населения. В пределах Присурского субрегиона В.В. Ковальским и В.Л. Сусликовым была открыта зональная, естественная кремниевая биогеохи-мическая провинция в зоне крупных месторождений кремнистых трепелов в Апатырском и Порецком районах [4]. Кремниевая биогеохимическая провинция привлекла к себе внимание первоначально специалистов строительной индустрии, а впоследствии и специалистов сельского хозяйства. Интенсивное извле-

чение из недр кремнистых трепелов для хозяйственного использования закономерно повлекло увеличение водной, почвенной и воздушной миграции кремния и, соответственно, возрастание этого элемента в пищевой биогеохимической цепи. Ранее скрытый природный дисбаланс микроэлементов в кремниевом био-геохимическом субрегионе приобрел явный антропогенный характер с выраженным преобладанием незамкнутости круговорота кремния в антропобиосфере, что согласуется с данными других исследований.

Резюмируя материалы отечественных и зарубежных авторов, затрагивающих вопросы нормирования оптимальных уровней и соотношений макро-и микроэлементов в питьевой воде и суточных пищевых рационах населения в целях организации управления процессами первичной профилактики широко распространенных микроэлементозов, следует заметить, что не отрицается острая необходимость нормирования оптимальных уровней и соотношений макро- и микроэлементов. Предложены многочисленные методологические подходы к проблеме нормирования уровней химических элементов, однако они приемлемы для нормирования одного микроэлемента по одному из лимитирующих показателей вредности.

В настоящей работе впервые представлена новая методология проблемы физиолого-гигиенического обоснования оптимальных уровней и соотношений макро- и микроэлементов в питьевой воде и в суточных пищевых рационах населения на основе установленных нами закономерностей адаптации населения в различных эколого-биогеохимических зонах постоянного их проживания.

Многолетними комплексными исследованиями причинно-следственных связей между эндемическими и некоторыми хроническими неинфекционными заболеваниями с макро- и микроэлементным составом водно-пищевых рационов населения из различных биогеохимических субрегионов Чувашской Республики была доказана «пусковая», причинная роль определенных аномальных соотношений микроэлементов в развитии эндемического уролитиаза, зоба, язвенной болезни, ишемической болезни сердца, острого инфаркта миокарда, метахронных новообразований, корковой катаракты и сахарного диабета [10]. Выполненный нами многофакторный математический анализ показал высокую (до 82%) значимость аномально-нерегулируемых соотношений микроэлементов в динамике показателей смертности по классу болезней системы кровообращения. На основании этих исследований, а также по данным популяционного скрининга болезней мочеполовой, иммунной, эндокринной систем и функциональных нарушений репродуктивной функции женщин, представленного нами, а также многими исследователями на базе данных биогеохимического районирования территории Чувашской Республики, был сделан вывод о том, что методологической основой для оценки здоровья населения и среды обитания должна служить система эколого-биогеохимического зонирования ограниченных территорий.

В полном соответствии с методическими указаниями по определению реальной нагрузки (PH) на человека химических веществ, поступающих с атмосферным воздухом, питьевой водой и пищевыми продуктами, были определены фактические величины PH в каждом административно-территориальном районе Чувашии с использованием официальных документов центров Сан-эпиднадзора, Министерств здравоохранения и социального развития, охраны окружающей среды и природных ресурсов Чувашской Республики.

Критерии эколого-биогеохимической оценки территорий были разработаны нами на основании фактических данных изучения закономерностей проявления биологических реакций практически здоровых людей, проживающих постоянно в установленных нами же ранее эколого-биогеохимических зонах республики. Эти критерии включали следующие данные: 1) величины реальной нагрузки; 2) удель-

ный вес отклонений от гигиенических норм по: а) числу децентрализованных источников водоснабжения; б) числу скважин и централизованных источников водоснабжения; в) числу проб воздуха селитебных зон; в) числу проб почв; г) числу суточных водно-пищевых рационов; д) числу измерений интенсивности шума и вибрации; е) числу измерений интенсивности электромагнитных полей в жилых и общественных помещениях; ж) числу измерений общей радиоактивности в жилых и общественных помещениях; 3) удельный вес обследованных практически здоровых людей с отклонениями клинико-биохимических, иммунологических и микробиологических показателей от физиологических норм; 4) процентное соотношение показателей нарушенных тестов функциональных нагрузочных проб; 5) общую заболеваемость; 6) общую смертность; 7) рождаемость; 8) общую инвалидность; 9) удельный вес детей школьного возраста (10-12 лет), входящих в первую группу здоровья; 10) 25 основных параметров жизнеспособности новорожденных; 11) 30 акушерско-гинекологических факторов риска различных заболеваний у новорожденных и их матерей; 12) 7 основных факторов риска сердечнососудистых заболеваний у взрослого обследованного населения; 13) удельный вес долгожителей (людей в возрасте 90 лет и старше).

Эколого-биогеохимическое зонирование и картографирование территории Чувашской Республики обозначили границы четырех эколого-биогеохимических зон: 1) оптимума, 2) риска, 3) кризиса, 4) бедствия, которые существенно отличаются как антропогенными, так и природными характеристиками, с одной стороны, и биологическими реакциями здоровых жителей - с другой.

Таким образом, разработка интегративных концепций на основе философского обоснования феномена оптимальности и выработка научных рекомендаций по оптимизации среды обитания современного человека и оптимизация его образа жизни на основе методологии эколого-биогеохимического зонирования территорий могут быть осуществлены лишь на базе материалистической диалектики.

Литература

1. Бестужев-Лада И.В. Проблема оптимума в социально-экологическом прогнозировании // Взаимосвязь наук при решении экологических проблем. М.: Обнинск, 1976. С. 27-33.

2. Ермаков В.В. Биогеохимическое районирование. Концепция, классификация и экологическая оценка. Основные направления геохимии. М.: Наука, 1995. С. 183-197.

3. Карсаевская Т.В. Принцип диалектического единства социального и биологического в исследовании соци-ально-экологического оптимума человека // Методологические проблемы медицины и биологии. Новосибирск: Наука, 1985. С. 176-186.

4. Ковальский В.В., Сусликов В.Л. Кремниевые субрегионы биосферы. Биохимическое районирование и геохимическая экология. М.: Наука, 1980. 58 с.

5. Лаверов Н.П. Предисловие к книге «Экология человека в изменяющемся мире». Екатеринбург: УрО РАН, 2008. С. 3.

6. Онищенко Г.Г. Актуальные вопросы обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения Российской Федерации //Гигиена и санитария. 2006. № 5. С 4-10.

7. Райх Е.Л. Окружающая среда и экология человека // Окружающая среда и здоровье. М.: Наука, 1979. С. 112-145.

8. Сапожников С.П. Влияние эколого-биогеохимических факторов среды обитания на функциональное состояние и здоровье населения Чувашии: автореф. дис. ... докт. мед. наук. М., 2001. 33 с.

9. Сидоренко ГМ., Прокопенко ЮМ. Здоровье населения - важнейший системно-образующий фактор при комплексном решении экологических проблем // Экология и здоровье. М.: Обнинск, 1976. С. 39-46.

10. Сусликов В.Л. Геохимическая экология болезней: в 4т. Т. 3. Атомовитозы. М.: Гелиос АРВ, 2002. 670 с.

11. Сусликов В.Л., Семёнов В.Д.. Биогеохимическое районирование Чувашской АССР // Труды биогеохимиче-ской лаборатории. М.: Наука, 1981. Т.19. С. 65-85.

12. Федеральный закон РФ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» № 29-ФЗ от 02.01.2000 г. М.,

2000.

ТОЛМАЧЕВА НАТАЛИЯ ВИКЕНТЬЕВНА. См. с. 167. СУСЛИКОВ ВИКЕНТИЙ ЛЕОНИДОВИЧ. См. с. 167.