Едим своё

Едим своё

Дмитрий Балаболин

Управляющий партнер ООО "Шелфер", Генеральный директор ООО «Завод БИКОР», член ЭКС Росимущества, профессиональный поверенный Росимущества

Андрей Карпов

исполнительный директор Ассоциации компаний розничной торговли

Наталья Поляковская

- Добрый вечер, дамы и господа. В эфире передача «Национальный продукт» и я, ее ведущая, Наталья Поляковская. В нашей передаче мы говорим об отечественных предприятиях, разработках, инновациях и о том, как российские предприниматели производят товары и услуги на уровне мировых стандартов. Сегодня тема нашей передачи «Едим свое», и говорить мы будем о следующем: какую сельхозпродукцию сегодня потребляют россияне, как перестроились и размахнулись российские сельхозпроизводители и переработчики после введения санкций, с продукцией из каких стран конкурируют сегодня российские овощи, и что сегодня сделано, чтобы обеспечить жителей России качественными овощами. Сегодня со мной гость, Дмитрий Балаболин - управляющий партнер компании «Шелфер», он же российский разработчик уникальной технологии сохранения продуктов. И позже к нам еще присоединится один гость. С вами я его познакомлю немного позднее. Итак, Дмитрий, здравствуй. Добрый вечер.

Дмитрий Балаболин

- Привет. Добрый вечер, все. Добрый вечер, уважаемые гости студии и уважаемые слушатели.

Наталья Поляковская

- Дмитрий, пока нет нашего гостя, я хотела бы тебя спросить. Ты - явный разработчик, у вас есть собственная технология охлаждения овощей, плюс ко всему прочему, вы активно работаете с розничными сетями и поставляете им овощи. Вот скажи, пожалуйста, сегодня как ты оцениваешь ретейлеров и розничные сети: они для производителя, для поставщика стали более доступными?

Дмитрий Балаболин

- Конечно, санкции сказались, будем откровенны, и для многих российских поставщиков разница в цене между европейскими продуктами и российскими стала более чем двукратной. Конечно, стало входить легче. Любой производитель с картошкой по 6-7 рублей за килограмм, конечно, легко конкурирует с польской картошкой, которая только доезжает сюда за эти деньги. И в этом смысле все легко. Но, к сожалению, существуют разного рода технологические проблемы для сельхозпроизводителей, потому что они производят картошку, но, например, не упаковывают ее в сетки - для этого требуется отдельное оборудование. Они, скажем, научились упаковывать в сетки, но еще не научились мыть картофель. Научились мыть картофель, но не научились его сохранять. Тоже самое касается других овощей. И в этом смысле еще предстоит некоторый путь, я предполагаю, что от года до двух, когда сельхозпроизводители станут еще и сельхозпереработчиками, поскольку на сегодня это два совершенно разных клана.

Наталья Поляковская

- Дмитрий, я знаю, что ваша компания разработала уникальную технологию охлаждения овощей. Скажи, это стало, так сказать, ответом на санкции? неким окном возможностей, и вы не преминули этим воспользоваться? И что, вообще, это за технология, в чем ее преимущество? И какие овощи после обработки вашей технологией? Скоро зима и, я думаю, многие думают: запасаться мешками с картофелем либо все-таки в магазинах покупать охлажденную продукцию?

Дмитрий Балаболин

- Наша компания занялась этим проектом еще до начала санкций, и идеология была совершенно в другом, не в том, чтобы каким-то образом препятствовать проникновению свежих овощей на прилавки магазинов и заменять их нашей замороженной продукцией. Мы разработали уникальную технологию, которая позволяет заморозить овощи и, главное, получить их обратно в таком виде, в котором они были до заморозки. И в этом вся разница - мы конкурируем не со свежими овощами, а мы конкурируем как раз с недозрелыми овощами. То есть летняя продукция, которая снята с грядки (перчик, кабачок, картошка) имеют уникальные вкусовые качества тех самых продуктов с грядки. Все знают, какие гидропонные огурцы на вкус, какие помидоры с теплички - это некие пластиковые изделия, которые имеют подобный помидору вкус, подобный огурцу вкус и очень похожи на вид, но, тем не менее, помидорчики зимой - они больше желтые, чем красные и вкус у них совершенно другой. Логика нашей разработки была такая, что мы хотели донести до потребителя летние овощи, летние фрукты, чтобы они зимой оставались ровно в таком же качестве. Для этого нужно всего-навсего сделать одну единственную вещь – сделать так, чтобы они не обледеневали внутри, чтобы кристаллы льда не разрывали клетки продукта. И с помощью сделанных ранее учеными в области образования льда открытий, с помощью нашей технологии, с помощью годичной отработки режимов заморозки, мы получили такой результат и мы можем сейчас констатировать, что сегодня возможно заморозить картофель, и он не будет сладкий после того, как вы его приготовите, это будет нормальный, точно такой же картофель с летним вкусом, но вы его получите зимой. То есть вы сможете получить молодой картофель в декабре, в январе, феврале и марте.

Наталья Поляковская

- Скажи, а это наша уникальная российская разработка охлаждения овощей?

Дмитрий Балаболин

- Да, охлаждение овощей – это наша российская разработка. Хотя в мире подобные технологии имеются, но они не применяются в таком массовом масштабе для овощей, это, скорее, лабораторные установки, которые позволяют каким-то образом предотвратить образование льда в продуктах. Например, похожие технологии используются для заморозки органов при трансплантации.

Наталья Поляковская

- Но объемы в масштабах всей России, как я услышала заявку твою. А как устроена система хранения вот этих охлажденных овощей?

Дмитрий Балаболин

- Система хранения важна для образования качественного продукта, для образования овоща в том виде, в котором его можно потом разморозить и получить то, что мы имели в начале. Для этого важен сам процесс заморозки. А процесс хранения - в течение года можно хранить в обычной морозилке, то есть при температуре -18°, у каждого человека в морозилке такая температура есть. После года начинается тот самый физико-химический процесс образования льда, хотя лед уже в этот момент присутствует в аморфном виде в продукте, но кристаллов льда нет. Через год начинается образование кристаллов льда, и мы получаем вместо наших уникальных продуктов просто продукты, замороженные обычным способом. Но есть надежда, что через год будет новый урожай и никому не понадобятся больше, чем год хранящиеся замороженные овощи.

Наталья Поляковская

- Скажи, а если будет заявка с Дальнего Востока о поставке ваших овощей, вы это как осуществите?

Дмитрий Балаболин

- Мы здесь все заморозим, положим в морозильники (есть специальные рефрижераторные вагоны, есть контейнеры) и сможем это поставить, осуществить поставку в любой дальний регион (кстати, за границу точно также), сделать северный завоз тех же самых овощей, которые потом северяне будет потреблять в таком же виде, в каком они привыкли кушать летом.

Наталья Поляковская

- А сегодня вы в каком масштабе производите свою продукцию? И, вообще, какие планы по масштабированию, созданию распределительных центров своей логистической системы? Что у вас в планах?

Дмитрий Балаболин

- В этом году, у нас план до следующего урожая заморозить 5000 тонн. В следующем году мы планируем уже 20 000 тонн, а через два года мы планируем заниматься поставками уже не самих овощей, а технологий, чтобы каждый крупный производитель овощной продукции имел у себя такую установку.

Наталья Поляковская

- То есть, речь идет о трансферте технологий внутри России?

Дмитрий Балаболин

- Да. Причем мы не собираемся продавать за границу - пусть кушают наши овощи.

Наталья Поляковская

- А кто является потребителями этих технологий? Это непосредственно сами сельхозпроизводители?

Дмитрий Балаболин

- Да, практически, это они и есть. То есть сельхозпроизводитель сможет у себя на поле поставить контейнер, подвести к нему не очень много электроэнергии и получить на выходе замороженные продукты, которые потом отдать на хранение крупному логистическому центру, который уже каждому производителю иметь не нужно.

Наталья Поляковская

- Сегодня вообще агропромышленный комплекс и российская сельскохозяйственная продукция находится в приоритете у нашего государства. Есть ли сегодня уже меры поддержки, намерения, что вас будет поддерживать и министерство сельского хозяйства, и другие структуры, возможно, региональные правительства - именно те, кто является образующими агропромышленными регионами?

Дмитрий Балаболин

- Это прекрасный вопрос. И я отвечу несколько иронично: «За нами, к сожалению, они пока не бегают». То есть уже кое-кто в правительстве знает и в Минпромторге мы показывали нашу презентацию, и некоторым представителям российского правительства демонстрировали, но пока такой адресной поддержки нас нет, хотя технология наша крайне интересна. Она крайне интересна тем, что она позволяет на 20-30% повысить урожайность текущих полей и огородов. То есть, если сейчас вырастает кабачок, его надо умудриться съесть за месяц, потому что через месяц кабачки больше не вырастут. При этом некоторые из них перезревают, и в результате мы видим кабачковую икру, которой заставлены все полки магазина. Вместо свежих кабачков - кабачковая икра. А мы можем сохранить эти кабачки на целый год. Например, в этом году я заходил в магазин «Лента», прекрасная сеть федерального масштаба, - 280 рублей стоит килограмм кабачка свежего. 280 рублей! Аналогичный по качеству замороженный будет стоить 100, то есть для потребителя это возможность потребления свежих овощей. Просто есть овощи, которые только свежие потребляются, а есть, которые потребляются только в приготовленном виде. Свежий - это огурец и помидор, немного зелени. Кабачок свежий не едят, баклажан свежий не едят. Помидоры 80% потребляют приготовленные. И вот именно на этот сегмент приготовленных овощей мы и нацелены.

Наталья Поляковская

- Открой, пожалуйста, секрет для наших радиослушателей, где они смогут зимой покупать продукцию, а именно кабачки по 100 рублей? Где вы уже представлены и где будете представлены в ближайшее время?

Дмитрий Балаболин

- Мы рассчитываем на такие сети, как «METRO», «Ашан», «О’Кей», «Лента», «Пятерочка» и «Дикси». Их лояльность к нам зависит от наших цен, прежде всего, и от нашего качества. При каждой демонстрации, которую мы делаем, берем наш кабачок и достаем из пакета... Кстати, хочу для всех радиослушателей объяснить, почему наша продукция всегда в прозрачных пакетах, а конкурирующая всегда в непрозрачных. Потому что через не прозрачный пакет не видно, что там половина льда, а половина кабачков. А через наш прозрачный пакет видно, что у нас кроме продукта ничего нет: нет ни льда, ни специй - это чистый овощ.

Наталья Поляковская

- То есть это такой маркетинговый ход для того, чтобы потребитель видел ту продукцию, которую он в магазине покупает.

Дмитрий Балаболин

- Да, конечно. Человек должен понимать отличие в качестве. Вы видели креветки, в каком виде продаются, в каком виде рыба продается, в каком виде продаются замороженные овощи. И поскольку наш продукт новый для рынка и вообще такого раньше не было, конечно, мы обязаны просто демонстрировать разницу в качестве.

Наталья Поляковская

- Скажи, пожалуйста, а санкции, кризис, все эти меры как-то сказались на вымещении китайской продукции с российского рынка либо все-таки конкуренция в этом поле остается?

Дмитрий Балаболин

- Чем овощная продукция интересна с точки зрения как раз развития российского производства, роста ВВП, что овощи достаточно просто вырастить. Если корову надо 4-5 лет готовить, чтобы она давала молоко, если стадо крупного рогатого скота готовится 5-7 до 10 лет (мясное производство достаточно долгое, куриное производство побыстрей), то овощная продукция может быть уже завтра. То есть уже в следующем году Россия может быть уже полностью обеспечена своими овощами за исключением такой экзотики, которая у нас не растет. Поэтому овощеводство, я считаю, — это драйвер российской экономики. Это не тяжелая промышленность, которую 10-15 лет ждать, это не крупный рогатый скот (5 лет), это овощи, которые будут завтра и это огромное потребление, потому что овощи поздоровее мяса - диетологи никому не рекомендуют наедаться мясом, говорят: «Кушайте овощи».

Наталья Поляковская

- А ты сам не вегетарианец, случайно?

Дмитрий Балаболин

- Нет, совершенно нет, но я в личной жизни предпочитаю дикое мясо. Я иногда хожу на охоту, покупаю лицензию, и мы берем в лесу лося, который кушал природу, и потом целый год всей семьей едим этого лося.

Наталья Поляковская

- Хорошо, об этом мы поговорим в следующей передаче. Мне, например, всегда животных очень жалко. Я хочу напомнить нашим радиослушателям, что в эфире передача «Национальный продукт», и сегодня мы говорим на тему «Едим свое». В гостях у нас Дмитрий Балаболин - управляющий партнер компании «Шелфер», российского разработчика уникальной технологии сохранения продуктов. Дмитрий, продолжаем наш разговор. Скажи, наметилась ли конкуренция среди российских сельхозразработчиков? Стоит ли к вам очередь из производителей сельскохозяйственной продукции? Либо у вас есть свои критерии отбора овощей? Как вообще этот процесс сегодня происходит? Ты уже сказал, что сейчас активизировался агропромышленный комплекс, стали засеивать поля, собирать урожаи. Что сегодня происходит?

Дмитрий Балаболин

- Мы на этом рынке в этом году пока не занимаем никакой существенной доли, это буквально доли процентов, и поэтому, конечно, к нам никакой очереди нет. Но есть несколько активных сайтов, которые занимаются налаживанием связей между поставщиками и покупателями овощной продукции и переработчиками. Должен сказать, что в этом году этот рынок существенно активизировался, но на нем выросли цены. Дело в том, у нас еще недостаточно много производства, санкции не так давно, и наши производители конкурируют, кроме нас самих, еще и с иностранцами, в том числе, это сербы, египтяне, китайцы (те страны, против которых санкций нет), и они достаточно много на рынке занимают, а их продукция подорожала. И, конечно, наши производители подтянули цены к иностранцам. Но это производители свежих продуктов. И вот в чем наше преимущество, что мы можем себе позволить приобрести продукцию и заморозить ее на пике низкой цены. То есть в тот самый день, когда кабачок стоит 10 рублей, мы тогда его и купим, а не тогда, когда цена будет на рынке стабилизирована в районе 20. Поэтому мы и зимой сможем предоставить более высокое качество, поскольку мы покупаем свежие продукты полной спелости по самой низкой цене. То есть именно тогда и бывает низкая цена, когда уже все созрело, они бегают по всему рынку, кабачков уже полные грузовики и непонятно куда деть, потому что за один день это переработать невозможно и нет другой технологии, кроме как заморозить. Их нельзя сложить. Картошка складывается, морковка складывается, а кабачок не складывается, баклажан не складывается, броколли не лежит, перчик не лежит. То есть какая-то категория продуктов имеет более стабильную цену — это картофель, морковь, свекла - корнеплоды, скажем так, а то, что торчит из земли (снаружи) имеет свои существенные сезонные колебания. И вот на эти колебания влияют два момента. Первое - это объем нашего российского производства, который пока не велик, но в следующем году, я думаю, в 3-4 раза будет больше. И влияние импорта, который сейчас до сих пор присутствует (и польский импорт, и бельгийский и так далее), и в магазинах можно легко встретить продукцию, которая…

Наталья Поляковская

- Вроде с польским борются.

Дмитрий Балаболин

- Борются, я бы сам стучал на польских поставщиков (это наши конкуренты), знать бы куда.

Наталья Поляковская

- Ну как? Последнее время очень популярно в социальных сетях, я вижу сообщения, что пользователи социальных сетей в публичном пространстве заявляют: «Рыбу нашел», «Фрукты нашел», «Яблочки польские».

Дмитрий Балаболин

- Если бы прямо в прокуратуру направлен был этот тренд, трек из «Facebook», сразу прокурорам, в Россельхознадзор, на таможню, тогда - да. Но, к сожалению, это все разные пространства, это наши бытовые рассуждения. Но радует, по крайней мере, то, что люди в целом хотят потреблять наше.

Наталья Поляковская

- Я немного не до конца поняла, сельхозпроизводители сами вас находят, либо вы их находите? По какому принципу идет отбор продукции и, самое главное – это производители из каких регионов - из Краснодара, Ростова, из южных регионов? Где у вас находится ваше предприятие, где вы охлаждает овощи? Вот как именно вы сохраняете ваш товар?

Дмитрий Балаболин

- Наша производственна база находится в Зеленограде, а закупаем мы овощи, начиная от Белгородской области и заканчивая Астраханью. Кое-что, видимо, позже будем закупать еще и в Узбекистане, поскольку у них сезон заканчивается позже. Это такая волна, которая движется с юга на север: сначала собрали в Астрахани, созрели кабачки - мы замораживаем астраханские кабачки, потом воронежские, потом будут московские, а потом уже будет какой-нибудь тюменский кабачок. Для нас это удобно, потому что сезон разный, страна у нас большая, география очень длинная (2,5 тысячи километров сельскохозяйственной территории с юга на север), и мы, соответственно, в этой волне и движемся для того, чтобы обеспечить минимальное содержание гербицидов и азотов (азотных удобрений) и внешний вид. В Европе калибруют продукты: яблоки должны быть 8,5 см в диаметре и не должны ржаветь после того, как их откусили. В России немного другие требования и, слава Богу. Мы покупаем просто приличные на вид продукты, которые без излишних химических добавок (мы это все проверяем на входном контроле, обязательно нитрат-тест).

Наталья Поляковская

- Дмитрий, мы так много говорим об овощах, скажи, а эта технология применима ли для других продуктов питания, и можно ли ее тиражировать, например, на рыбу, мясо или, может быть, на какие-то другие продукты?

Дмитрий Балаболин

- Да, конечно. Можно на любые другие продукты, в том числе и ягоды. Я надеюсь, что в следующем году мы доработаем ягодную технологию до такого состояния, что будете кушать замороженные ягоды, и будет вам сложно отличить их от свежих. Рыба - прекрасный пример. Ягоды от нас недалеко находятся, и они довольно долго лежат, до недели их можно до переработки хранить. А вот рыбу в течение суток желательно заморозить. Она ловится в море, и до нашего Зеленограда рыбу доставить невозможно с такой скоростью, надо такие установки ставить уже на кораблях. Все-таки рыба производится в морях, океанах, и она замораживается прямо на борту тех сейнеров, которые ее и производят (за редким исключением), поэтому мы не можем ждать, пока рыба придет к нам. Нам надо самим идти к рыбе, и у нас намечены переговоры на осень этого года.

Наталья Поляковская

- Здорово. Уважаемые радиослушатели, я вам хочу напомнить, что в эфире передача «Национальный продукт», и тема нашей сегодняшней передачи «Едим свое». Я вам анонсировала в начале передачи, что у нас еще один гость. Он, наконец-то, к нам присоединился - это Андрей Карпов, исполнительный директор Ассоциации компаний розничной торговли «АКОРТ». Андрей, добрый вечер.

Андрей Карпов

- Добрый вечер.

Дмитрий Балаболин

- Добрый вечер, Андрей.

Наталья Поляковская

- Андрей, ты представитель достаточно большой Ассоциации, она объединяет всех крупных ритейлеров розничных сетей. Расскажи, пожалуйста, именно про Ассоциацию розничной торговли, что ваша организация делает конкретно для потребителей? Сегодня мы как-то начали говорить, в первую очередь, о потребителях и о той продукции, которую они потребляют. Как Ассоциация оберегает нас, покупателей, и заботится о качестве продуктов на прилавках магазинов?

Андрей Карпов

- Добрый вечер. Действительно, вопрос качества продукции – достаточно важный вопрос, и этому вопросу торговые сети уделяют достаточно большое внимание. В каждой, практически, компании крупной есть своя служба качества, есть своя система качества по приемке товара, начиная от РЦ, кончая непосредственно магазином. К сожалению, или, может быть, даже, к счастью, потребитель не видит тот колоссальный объем продукции, который сетями возвращается обратно поставщику. Второй, конечно, вопрос достаточно важный - куда дальше эта продукция девается? Скорее всего, все равно оказывается на прилавках, только уже на совершенно других прилавках - там, где, наверное, немного меньше вопросов к качеству задают. И эта задача одна из важнейших для нас на сегодняшний день, и мы ей планируем уделять максимально серьезное внимание. Несмотря на то, что у нас сети достаточно часто проверяют, и мы слышим, что и там, и там выявлены какие-то объемы некачественной продукции, на самом деле, не всю продукцию удается выявить, потому что сложно. Торговая сеть по определению не может проверить всю продукцию, которая ей поступает - это, во-первых. Во-вторых, откуда торговая сеть знает, что в батоне колбасы содержится? Это можно проверить только лабораторными какими-то исследованиями. В общем-то, все стремятся к тому, чтобы на прилавках у нас была продукция достаточно качественная, и потребитель поменьше задумывался о том, что он покупает.

Наталья Поляковская

- Андрей, в «АКОРТе» создан комитет по качеству.

Андрей Карпов

- Да.

Наталья Поляковская

- И, насколько я знаю, он нацелен на повышение качества продукции по защите потребителей. Какие мероприятия проводятся этим комитетом, и может ли, например, обычный покупатель вам пожаловаться? Если может, то на какой адрес ему писать или куда идти? Мы уже с Дмитрием говорили, вдруг в какой-то розничной сети будет санкционный товар, и покупатель захочет пожаловаться на наличие деликатеса?

Андрей Карпов

- Мы не скрываем абсолютно координаты нашего комитета по качеству, у него адрес - quality@acort.ru, у нас есть стандартный адрес электронный info@acort.ru, на который может обратится любой покупатель с той или иной информацией. Комитет у нас создан не так давно, немного больше года, но, в общем-то, он проделал уже достаточно большую работу, у него целый ряд направлений на сегодняшний день - это, в частности, и оценка регулирующего воздействия тех нормативных актов, которые у нас рассматривает и Государственная Дума, и любые федеральные органы исполнительной власти; это систематизация неких требований к качеству с тем, чтобы стремиться к тому, чтобы продукция у нас была качественная; это рассмотрение различных жалоб и предложений со стороны как непосредственно потребителей, так и со стороны различных отраслевых организаций. Мы проводим целый ряд согласительных совещаний между поставщиками и торговыми сетями с тем, чтобы снять разные проблемные вопросы, которые возникают во взаимоотношениях. В общем, делается достаточно большой объем работы с тем, чтобы у нас, действительно, на прилавках оказывалась достаточно качественная продукция.

Наталья Поляковская

- Андрей, сегодня очень популярная тема – санкции. Скажи, как розничные сети подстроились под данные меры? Как происходило и происходит замещение импортных продуктов на прилавках магазинов и происходит ли? Есть ли именно уже превалирование российской продукции преимущественно перед импортной либо всё-таки другие страны, такие, как (мы с Дмитрием говорили) Египет, Китай, они активно открывают для себя российский рынок и увеличивают свое присутствие?

Андрей Карпов

- Если вернуться на год назад и посмотреть, когда были введены специальные экономические меры, это, конечно, было неожиданностью для всех участников на рынке, и, соответственно, возникли определенные сложности в поиске новых поставщиков. Дело в том, что бы у нас не говорили чиновники в Министерстве сельского хозяйства и других, не готов у нас был на тот момент наш производитель (в общем-то, как и сейчас еще пока) мгновенно заместить тот выпадающий объем продукции. Максимум, на сколько удалось увеличить в тех же торговых сетях долю российской продукции, это процентов на 10-15, и то, как правило, за счет того, что эта продукция перераспределилась - она была, фактически, взята у других потребителей и перешла так же в сеть. Поэтому на тот момент срочно пришлось замещать данную продукцию у тех стран, которые не попали под специальные экономические меры – это, действительно, Африка, Турция, Китай, Латинская Америка и так далее. Затем у нас произошло падение курса рубля, что, в общем-то, внесло следующий фактор для импортозамещения, и все торговые сети, все розничные продавцы начали искать, где можно приобрести продукцию, как можно ближе. Скажем так, на сегодняшний день ситуация по представленности отечественной продукции, наверное, в какой-то мере даже улучшилась. В частности, если брать те же овощи и фрукты, у нас неплохое предложение на рынке и динамика изменения цен (она ниже уровня инфляции), и даже цены иногда сопоставимы со стоимостью продукции год назад. Это отрадный фактор. Но это именно в той части продукции, которая достаточно быстро воспроизводится, те же самые овощи, например. В мясной продукции с этим, в общем-то, проблема традиционно. По свинине, говядине были не самые лучшие (нельзя сказать, что катастрофичные), цифры вполне неплохие, но они далеки от тех цифр, которые мы хотели бы видеть. Для сравнения, например, той же курятины порядка 90% - это наша отечественная продукция, и она каждый год увеличивается. Но, в то же время, потребление курятины увеличивается с учетом того, что курица дешевле и говядины, и свинины, поэтому за счет этого идет всегда некое замещение, в том числе. И, несмотря на то, что 90% у нас собственной курятины, мы наблюдали рост цен на эту продукцию. Это происходило потому, что пошло перераспределение спроса. То есть, как только свинина и говядина начинала расти, все, соответственно, начинали больше приобретать курятины. Плюс производители полуфабрикатов, которые раньше пользовались замороженным мясом, которое поступало из той же Канады, Америки, Австралии, они, соответственно, переключились на курятину вследствие того, что она гораздо дешевле.

Наталья Поляковская

- Большое тебе спасибо. Говоря про рост цен, что очень сильно ударяет по кошельку потребителя, есть ли в вашей Ассоциации особые меры, где розничные сети сдерживают рост цен либо контролируют с тем, чтобы не было завышенных цен со стороны либо поставщиков, либо маржа, которую устанавливают розничные сети?

Андрей Карпов

- На самом деле, фактически, цены все-таки устанавливает рынок и сам потребитель. Ни одна торговая сеть не заинтересована в том, чтобы цены завысить, потому что это приводит к тому, что сеть будет вынуждена уйти с рынка, потому что она просто потеряет своего потребителя. Потребитель всегда голосует кошельком, и на сегодняшний день у потребителя есть, в общем-то, и возможность выбора, и возможность сравнить цены. И это один из основных факторов. Как бы ни говорили, что все стремятся заработать, это, в принципе, нормально, потому что все игроки стремятся продать свой товар дороже - и поставщик, соответственно, поставить в торговую сеть, как можно дороже, и сама торговая сеть хотела бы продавать так же дороже, но, как я уже сказал, потребитель попросту не придет в эти магазины. Поэтому все магазины конкурируют между собой, поэтому задача торговой сети стремиться к тому, чтобы цены от поставщика не росли. Поэтому, когда поставщик нам пытается поднять цену - это тоже нормальный момент, и это ситуация не только сегодняшнего дня или декабря, когда была высокая волотильность рынка, это всегда происходит, в течение любого периода времени - поставщик обращается в сеть с желанием поднять цену на свою продукцию, торговая сеть анализирует ситуацию на рынке и, соответственно, если есть такая конъюнктура, то она вынужденно с этим соглашается. Конъюнктура – это когда все поставщики начинают поднимать в этот момент цены, поднятие цен обосновано, найти продукцию по более низкой цене невозможно, тогда сеть находит с поставщиком какой-то баланс ценовой. Если это отдельные какие-то случаи, которые идут от отдельного поставщика, то торговая сеть с этим не соглашается, и если поставщик отказывается поставлять продукцию по старой цене, то просто торговая сеть переориентируется на другого поставщика. Как правило, достаточно редкие случаи, когда поставщик перестает поставлять продукцию, потому что конъюнктура рынка если не соответствует, то цены в магазинах не растут. Поэтому этот некий баланс, который сложился, он позволяет получать потребителю максимально низкую цену. Мало того, у потребителя есть еще возможность приобретать акционный товар, и, в общем-то, в такие сложные экономические периоды потребитель этим всячески пользуется и мигрирует от магазина к магазину, покупая именно товар, который продается по акциям.

Наталья Поляковская

- Да, это, наверное, определенное хобби, может быть. Дмитрий, ты у нас сегодня, как представитель поставщиков. Дай, пожалуйста, свой ответ, свою оценку в отношении баланса. Готова ли твоя компания с охлажденными овощами двигаться в сторону уменьшения продукции либо есть, все-таки, лимит, определенная стоимость, ниже которой вы просто не сможете продавать?

Дмитрий Балаболин

- Да, есть, конечно, такой лимит. Это наблюдается, на самом деле, в торговых сетях, когда какая-то часть продукции вообще вымывается с полок. У каждого поставщика есть норма прибыли, он должен свои 20% зарабатывать годовых, слегка превышая уровень инфляции, и он пытается это делать. И те продукты, которые из этой логики выпадают, он просто перестает поставлять в сеть, и у сетей, это совершенно очевидно, на сегодня сокращается ассортимент. За счет чего? Именно за счет этих продуктов - их замещают какие-то другие, появляются новые ниши. Но в целом ассортимент в условиях серьезной волатильности, когда высокие риски… подчеркиваю, еще есть элемент риска, риска того, что ты произвел продукцию или её импортировал, но не сможешь ее продать. Вот эти риски заставляют поставщиков закладывать это в цену, и они вынуждены эту цену поднимать, потому что они не знают будущего. И такая волатильность, в том числе, повышает цены. Как только ты повышаешь цены, сеть на них реагирует, говорит: «Ребята, это будет дорого». Я говорю: «Извините, я не знаю, сколько мне надо произвести кабачков замороженных - 20 тысяч тонн или тысячу тонн? Вы же мне прогноз не даете. И вы сами ничего не знаете. Я должен будущее списание заложить в себестоимость». И эта ситуация нестабильности приводит к росту цен и к очередному вымыванию каких-то продуктов. Конечно, лимит этот присутствует, просто некоторые компании, дойдя до этого лимита, умирают. А наиболее эффективные остаются на рынке. Как говорится, рано или поздно останется только одна компании на рынке сама эффективная, а все конкуренты умрут. И этот процесс уйдет, сейчас идет процесс очищения рынка от малопроизводительных, от малоэффективных поставщиков, людей, которые понасажали огромные офисы с менеджерами, которые сидят и выходят покурить на улицу по 40 минут. Эта ситуация заканчивается, страну нашу заставили начать работать эффективно. И мы проверим буквально за пару лет, кто в этой ситуации более крепкий, более интересный, более умный и более жилой.

Наталья Поляковская

- Дмитрий, то есть при росте объема производства и гарантированном сбыте, кабачки твои будут стоить дешевле 100 рублей зимой?

Дмитрий Балаболин

- Если мне сеть скажет с точностью до килограмма, сколько она заберет, то я снижу цену на 30%. Вот что такое риски.

Наталья Поляковская

- Андрей, тебя не было, мы с Дмитрием обсуждали, поэтому мы и радиослушатели ответ уже со стороны Дмитрия знаем. Вот скажи, пожалуйста, как ты видишь, как представитель розничных сетей, сегодня после санкций в условиях кризиса розничные сети стали более открыты, более доступные для российских поставщиков? Может быть, даже в каких-то сетях существует система преференций и льгот, то есть если ты российский производитель, то тебе право первой ночи?

Андрей Карпов

- На самом деле, я считаю, что торговые сети всегда были открыты для российских поставщиков и, на самом деле, время это показывает. Если мы вспомним, а нам сложно уже вспоминать, потому что всё плохое забывается, и мы исходим только из нынешних реалий, но те же самые 15 лет назад, если не вспоминать чуть больше времени, когда у нас хлынул поток иностранной продукции, когда внутреннее производство практически остановилось, и чтобы люди смогли что-то кушать, российское правительство в 90-е годы открыло этот рынок, крайне было сложно отечественному производителю возвращать эту некую долю. И вот в такие экономические моменты и происходило более экстенсивное наращивание присутствия отечественной продукции. И за последние 15 лет доля отечественной продукции неуклонно росла. И сейчас эта продукция достаточно свободно присутствует. Другое дело, что жалобы, конечно, остаются со стороны производителя на сложности попасть в сети, но это, как правило, по тем категориям продукции, в которых очень высока конкуренция.

Наталья Поляковская

- Это какие?

Андрей Карпов

- Достаточно много. Те же самые макаронные изделия, хлебобулочные изделия, колбасные изделия, рынок полуфабрикатов - широкий очень круг товаров, в которых присутствие игроков достаточно широко. Те же самые макароны - ни одной домохозяйке не нужен выбор сотен видов макаронных изделий, потому что выбор крайне затруднительный. Так же этот выбор не нужен эконом.сегменту торговых сетей - у них присутствует некие три вида, чуть расширенные.

Дмитрий Балаболин

- Макароны и вермишель.

Андрей Карпов

- Условно можем и так рассуждать. В общем, торговая сеть, выкладывая этот товар, примерно понимает, что хочет потребитель. Потребитель голосует кошельком. И в случае, если спрос со стороны потребителя переходит на другой товар, то торговая сеть достаточно быстро этому отвечает и наращивает присутствие. Но у нас, с учетом более низкой цены входа на производство тех же самых макаронных изделий, их готов производить кто угодно - открывают чуть ли не в гаражах макаронные линии по производству. Соответственно, потом они начинают жаловаться, что они могут нарастить на порядки этот объем продукции. Вот не надо этого. Есть различная продукция, в которой есть дефицит на рынке, соответственно, именно в тех категориях достаточно низкая конкуренция, и попасть в торговую сеть несложно. Опять же, вы можете даже выйти и на рынки конкурентной продукции, но за счет чего? За счет того, что вы предложите товар по более низкой стоимости (естественно, не в ущерб качеству продукции), вы сделаете хорошее продвижение этой продукции, мы не говорим именно в тех же торговых сетях, а продвижение среди потребителя на каких-то масс-медиа, средствах массовой информации, используя различные маркетинговые инструментарии.

Наталья Поляковская

- Формируя спрос?

Андрей Карпов

- Именно формируя спрос.

Наталья Поляковская

- Именно на конкретные бренды.

Андрей Карпов

- Конечно. Наверное, мы сможем вспомнить разные бренды, которые выходили на рынки и завоевывали своего потребителя, в том числе, иногда и дисконтируя по цене на тот период времени. Соответственно, когда спрос на эту продукцию увеличивался, и торговая сеть не могла уже мыслить свои полки без этой продукции, потихоньку даже цены на эту продукцию растут, иногда эта продукция переходит из более низкого ценового сегмента в средний ценовой сегмент - это абсолютно нормально, когда производитель работает вместе с торговой сетью по продвижению данной продукции. Вообще, за российскую историю развития ритейла достаточно много российских производителей из маленьких локальных компаний стали крупными федеральными игроками, их развитие шло вслед за торговыми сетями. Опять же, этому тоже есть достаточно примеров по разным видам продукции, и по мясной продукции, и по целому ряду товаров. Они, именно зайдя в торговую сеть, когда она еще не была торговой сетью, это был магазин, и магазин потихоньку развивался, а каждый магазин, конечно, работает по привычке с той группой поставщиков, с кем он привык работать, таким образом, шло развитие поставщиков. С одной стороны, Дмитрий правильно сказал, что очень важно понимать, сколько торговая сеть готова взять. И торговая сеть, в общем-то, зачастую формирует этот объем, это предложение для производителя, и производитель, который сотрудничает с торговой сетью, четко понимает планы. Может, он до конца не понимает, сколько торговая сеть продаст продукции, но он понимает планы развития торговой сети, и торговая сеть декларирует свое развитие, например, на 20% увеличения магазинов, соответственно, он примерно понимает, что на 20%... ну, не совсем на 20, потому что при открытии новых магазинов объем продаж чуть ниже, он потихоньку наращивается, но он может прогнозировать свой рост продаж, исходя из этого, и инвестирует в свое развитие. За счет этого он получает более низкую стоимость своей продукции, потому что он сказал, что, чем больше он производит, тем, соответственно, у него ниже себестоимость – это, действительно, тоже факт. Поэтому достаточно много производителей этим воспользовались. Другое дело, что у меня лично в практике были случаи, когда не все производители понимали эту ситуацию. Те же 5-7 лет назад, когда им как раз предлагали развиваться дальше, выходить за пределы своего региона с учетом спроса на их продукцию, они отказывались и, как история показала, что эти отказы были с их стороны не продуманными, как правило, эти игроки уходили рынка, потому что локальным игрокам бывает трудно выжить в нашу эпоху глобализации. Когда поставщики работают и развивают свои объемы, поставляют продукцию в разные регионы, разные торговые сети, они имеют конкурентное преимущество.

Наталья Поляковская

- Андрей, спасибо. К сожалению, наш эфир скоро закончится. Я хочу радиослушателям напомнить, что у нас в эфире была передача «Национальный продукт» и говорили мы сегодня на тему «Едим свое». И в завершении передачи у меня к нашим гостям, и к Андрею, и к Дмитрию, есть один вопрос: завтра отменяют санкции, что на ваш взгляд будет с рынком российского производства и российского продовольствия?

Андрей Карпов

- Наверное, ничего страшного не произойдет, потому что на сегодняшний день, я считаю, что в какой-то мере (не во всех категориях), но санкции уже и не действуют. Подешевевший рубль является барьером на доступ импортной продукции в Россию, потому что мы не готовы сейчас платить в два раза больше за разные виды импортной продукции. Поэтому в какой-то мере это хороший барьер. С другой стороны, для увеличения, наверное, в некоторых сегментах доли отечественного присутствия требуется более внятная экономическая политика, посылы со стороны государства с тем, чтобы обеспечить себя импортозамещением, как это декларируется.

Дмитрий Балаболин

- Я, как переработчик сельхозпродукции, скажу, что мне государство не нужно в этой ситуации.

Наталья Поляковская

- И будущий переработчик рыбы.

Дмитрий Балаболин

- И будущий переработчик рыбы, да. Государство мне не нужно. Если государство забудет о нашем существовании, нам будет только хорошо, чтобы оно вообще не лезло в наши дела, чтобы оно не интересовалось, есть мы или нет, чтобы оно не улучшало условия нашей жизни, не придумывало новые отчетности, не придумывало новые системы и новые юридические лица. То есть мы все заняты улучшение собственной жизни, вместе с государством, пусть оно на лет пять уберет руки и подождет, а через пять лет повернется и увидит здесь страну-сад. И нас совершенно не беспокоят, естественно, на сегодняшний день (нашу компанию точно) никакие санкции - мы начали производство замороженных овощей до санкций. Будут они, не будут, никакого значения не имеет. Такого качества продукцию в Европе никто не производит, и при равной цене мы в любом случае будем иметь преимущество, а цена у нас в любом случае на 30% ниже, потому что наши овощи не содержат ни льда, ни специй - ничего. У нас ниже себестоимость и выше качество, поэтому мы не беспокоимся. Мы будем поддерживать всех производителей Российской Федерации. Я думаю, что через 2-3 года эта технология будет распространена значительно больше, то есть в каждом крупном областном центре будет стоять несколько центров переработки овощей, и мы полностью заместим всю овощную продукцию, которая здесь может расти. Есть кое-что, что здесь не растет - это будем импортировать (авокадо разные).

Наталья Поляковская

- Хорошо. Спасибо вам большое. Итак, я напомню, с нами были Дмитрий Балаболин - управляющий партнер кампании «Шелфер», российский разработчик уникальной технологии сохранения продуктов, и Андрей Карпов - исполнительный директор ассоциации компаний розничной торговли «Аккорд». И я, ведущая передачи, Наталья Поляковская. Оставайтесь с нами по понедельникам и четвергам в 19 часов. До встречи.