О колопроктологии без стеснения

О колопроктологии без стеснения

Колопроктология

Оганес Саруханян

Детский хирург, колопроктолог. Зам. директора по науке НИИ Неотложной детской хирургии и травматологии. Д.м.н.

А. Аверина:

В эфире программа «Онлайн терапия», я её ведущая – Анна Аверина, врач-терапевт и врач по спортивной медицине. Сегодня мы поговорим об очень интересной медицинской специальности, о которой, я уверена, многие мало знают. У нас в гостях уважаемый Оганес Оганесович Саруханян, детский хирург, колопроктолог, академик, доктор медицинских наук.

О. Саруханян:

Мне очень интересна эта специальность, это направление и тема, которой я занимался долгие годы. Это достаточно узкопрофильная специальность, на сегодняшний день российская школа по которой уже создана. Если чуть вернуться к истории, то основоположником детский хирургии, в частности, колопроктологии, был профессор Далецкий, дальше школу начал создавать профессор Лёнюшкин Алексей Иванович, у которого я учился и проходил докторантуру. Сегодня и в Москве, и по всей России создана большая база специалистов, которая, конечно, более сконцентрирована по своей узкопрофильности в Москве, в Санкт-Петербурге и других городах, являющихся региональными центрами. Профессия колопроктология включает в себя 2 базовых направления, одно из которых занимается такой большой проблемой, как пороки развития у детей, связанные с дистальным отделом толстого кишечника.

А. Аверина:

Пороки развития врождённые или приобретённые в первые годы жизни?

О. Саруханян:

Нет, это врождённые и довольно-таки сложные пороки развития, комбинированные, порой даже являющиеся основой инвалидизации детей. На сегодняшний день, говоря о школе, о технике выполнениях этих операций, техника их ведения распределяется на несколько этапов операций, стараются делать всё более отсрочено. Но, по жизненным показаниям, конечно, при рождении с наличием порока, который не позволяет нормально жить и функционировать, проводятся эти операции и в новорождённом возрасте.

А. Аверина:

Оганес Оганесович, нас наверняка слушают молодые люди, которые готовятся и планируют стать молодыми родителями. Что они должны знать? Например, можно ли провести диагностику на врождённые пороки кишечника в период беременности, в перинатальном периоде? Что должны знать слушатели, как они должны что-то почувствовать, когда принесли новорождённого ребёнка домой?

О. Саруханян:

Сегодняшние технологии, в частности, уровень развития ультразвуковой диагностики и иных технологий, позволяет в период беременности, конечно, выявить у новорождённого те или иные нарушения. В частности, по колопроктологии сложно однозначно сказать, что можно на 100% всё выявить, потому что работа кишечника начинается именно в тот период, когда ребёнок рождается. Соответственно, наличие тех или иных пороков (свищи, недоразвитость или отсутствие анального отверстия) выявляется именно в период новорождённости, прямо в роддоме, где детишек осматривают специалисты и сразу же выявляют.

Бывают пороки, которые выявляются только в более отсроченном порядке. Но надо понимать основу, что, как только ребёнок рождается, у него должен появиться меконий, должен появиться кал, естественно, у детей грудного возраста от 2-3 раз в день, оформленный. Бывают, конечно, те или иные нарушения, но, в любом случае, это стандартный механизм работы кишечника и желудочно-кишечного тракта, который должен быть. Есть явные пороки, на сегодняшний день, думаю, вряд ли бывают такие случаи, чтобы их не отметили и не выявили, и не оповестили бы об этом родителей. Есть ситуации несколько иные врождённые и приобретённые, но они уже к порокам не относятся. Это либо функциональные нарушения, либо органические нарушения. Чтобы было более понятно, функциональные - это нарушения тех или функций кишечника: движения, моторика, выделение ферментов в кишечнике и так далее.

Самое частое нарушение, что беспокоит очень многих родителей, это запоры у детишек грудного возраста. Родители и педиатры часто не трактуют проблему, как именно запоры, так как в понимании родителей это должна быть более длительная задержка, 3-4 суток. На самом деле – нет, если у грудничка стул задерживается даже на одни сутки, значит, уже надо обращать на это внимание и следить за этим, потому что уже включается некий порочный механизм. В чём он заключается? При задержке стула у ребёнка грудного возраста идёт скапливание, то есть, увеличение диаметра, соответственно, когда у ребёнка физиологически происходит выделительная функция, образуются трещины, вызывающие боль, появляется травма. Из-за неё ребёнок уже сам психологически может подавлять выделительную функцию, в результате чего возникает порочный круг.

надо помнить, что кишечник является одним из механизмов очистки организма от токсинов, которые, оставаясь в кишечнике, продолжают обратно всасываться в таком фундаментально кровоснабжаемом органе, как дистальный отдел толстого кишечника, что приводит к самоотравлению организма. Надо знать: если есть задержки стула, которые принимают постоянный, стабильный характер, то необходимо внимание, общение с педиатрами, и, по возможности, проконсультироваться с колопроктологами. Конечно, специалистов на первичном этапе поликлинической службы очень мало, но, я думаю, что поликлиники могут отправить на специализированную, стационарную помощь. Очень многие обращаются, в частности, и в наш институт, с жалобой на кровь в кале. Многие сразу начинают подозревать в такой ситуации различные новообразования, а на самом деле, самая банальная причина – трещины.

Для грудничка запором считается задержка стула на сутки и более

А. Аверина:

Оганес Оганесович, из нашего опыта онлайн консультирования, могу сказать, что почти треть обращений к педиатрам связана именно с тем, что маленькие детки страдают запорами. Я бы даже хотела рассказать такой небольшой анекдотичный случай, который разбирался на нашей конференции. Мама обратилась к педиатру, в течение периода менее суток не было стула. Ребёнок на грудном вскармливании. было проговорено всё, что касается питания, про то, какое пособие можно оказать сейчас. Предположим, был дан совет поставить свечку или съесть что-то маме, чтобы добиться послабления стула. Это всё не помогло, и через пару часов мама уже ночью связалась повторно с нами, это было уже ночью. У нас дежурил педиатр и детский хирург, который подтвердил, что, если всё сделано так, как советовали, то ничего страшного, можно ещё сделать массаж животика. Уже ранним утром, в 5 часов, мама снова обратилась. Ребёнку на тот период был всего месяц, а мама была очень молодая, тогда уже педиатр сказал: «Вполне возможно, что у ребёнка в данный момент нет стула, давайте просто немного подождём». В данный момент тоже важно и уметь подождать, да?

О. Саруханян:

Да, возможно, конечно.

А. Аверина:

Это случай из нашего опыта. Если родители заподозрили проблему с кишечником у своего ребёнка, но, предположим, что находятся они не в Москве и даже не в Московской области. Какой путь они должны пройти, если речь идёт о возможном пороке развития кишечника? Какой путь они должны пройти для того, чтобы попасть на обследование и лечение в НИИ неотложной травматологии, в котором вы работаете, в отделение колопроктологии? Доступно ли это по ОМС? Есть ли платные услуги? Какой правильный алгоритм действий для родителей?

О. Саруханян:

Внесу небольшую корректировку, связанную именно с Институтом неотложной детской хирургии. По специальности я колопроктолог, большую часть своей практики я занимался именно этими патологиями и проблемами, сейчас также веду консультации и некоторые операции. Но в нашем институте нет отделения колопроктологии и нет отделения новорождённых. Почему я это подчёркиваю? Врождённые пороки выявляются у новорождённых детей, соответственно, ими сразу же необходимо заниматься. Есть специализированные московские центры и отделения, которые занимаются этими проблемами, есть также федеральные центры – Институт педиатрии, научный центр здоровья детей. Туда можно обращаться из регионов.

Хочу постараться коротко, тезисно рассказать о системе. ОМС, конечно же, на 100% перекрывает все расходы по такому лечению, оно полностью входит в систему государственных гарантий. На сегодняшний день существует ещё пока такое понятие, как ВМП, высокотехнологичная медицинская помощь – высокотехнологичные операции, вмешательства, которые оплачиваются несколько другими суммами. Много денег или мало – это уже второй вопрос, мы сейчас это не обсуждаем, но государство на сегодняшний день всё это выплачивает и вполне спокойно, если ребёнок – гражданин Российской Федерации, не зависимо от того, где он зарегистрирован и живёт.

Какой этап обращения? Первичный диагноз, как я уже сказал, выставляется, возможно, хотя бы под вопросом, уже в роддоме. Дальше ребёнок направляет в патронаж, возможно, что сразу из роддома, смотря, какой порок, так как, повторюсь, что бывают необходимы экстренные операции по жизненным показаниям. Таким образом ребёнок попадает в стационар, где есть детское отделение и где занимаются данной патологией. Экстренная хирургия произведёт все манипуляции, которые в данный момент необходимы, чтобы спасти жизнь, отрегулировать и стабилизировать ребёнка. Следующим этапом пойдёт этап реконструкции. Он необходим, так как прямая кишка, толстая кишка – очень сложные системы, лечение их патологий находится, практически, на уровне микрохирургических операций: это и сфинктерный аппарат, и иннервация, и тонкие, буквально миллиметровые стеночки кишечника и так далее, и тому подобное. Очень важно, соответственно, чтобы ребёнок попал в правильные руки хирурга и в правильное отделение. Такие операции, как всегда говорил Алексей Иванович Лёнюшкин, нужно выполнять один раз. Второй раз переделывать очень чревато различными осложнениями и сулит неудовлетворительные результаты.

Во всех регионах и городах есть региональные центры, кафедры и подразделения, которые занимаются этой патологией. Соответственно, территориальные медицинские управления должны и обязаны направить ребёнка туда, куда необходимо. Если же родители что-то не до конца понимают, если у них есть сомнения, может быть, им недостаточно точно что-то объясняют, то обращусь уже к телемедицине, онлайн консультации, которая сегодня развивается активными темпами. Это меня очень радует, как, думаю, и тех, кто либо уже воспользовался, либо планирует воспользоваться такой возможностью. Родители могут обратиться к телемедицине и найти нужного специалиста. Это может быть детский хирург, так как каждый детский хирург обязан понимать, что это такое, куда следует обратиться и какой дать совет родителям.

Нужно будет собрать все необходимые диагностические документы, взять направление и приехать в тот стационар, где ребёнка примут. В том числе и наш институт участвует в этих консультациях, у нас есть специалисты, которые смогут дать необходимую консультацию. Если будет такой ребёнок, который находится уже на отсроченном этапе операции, втором или третьем, которого мы можем принять и прооперировать, то мы это обязательно сделаем. Мы принимаем детишек, начиная с 3-6 месяцев, в более плановом и отсроченном порядке. Направлением, связанным именно с пороками новорождённых, в Москве занимается Филатовская больница, у них очень успешная практика лечения пороков дистального отдела. Много учреждений по регионам; вспомнить и перечислить всё сейчас сложно, надо понимать, откуда обращаются люди. В любом случае, такая система оказания помощи есть, и возможности для этого тоже все есть.

А. Аверина:

Я хочу подчеркнуть: вы сказали, что по ОМС, обязательному медицинскому страхованию, либо по высокотехнологичной помощи все дети в России имеют право на бесплатную помощь при выявлении порока.

Тогда я хотела бы спросить следующее. Часто около метро можно встретить молодых ребят, которые заявляют, что они волонтёры и собирают на операцию ребёнку. Этот вопрос я уже задавала Александру Румянцеву, директору Онкологического центра имени Рогачёва, который с болью в глазах ответил, что все операции для онкологических детей в нашей стране проводятся бесплатно, и всё необходимое лечение проводится также бесплатно. Когда мы общались с Лео Антоновичем Бокерия, он также сказал, что у них даже очереди нет в их Институте на операции по порокам сердца. Он даже просил связываться непосредственно с ним, если есть случаи, что кому-то отказали, сказав, что это платная операция. Также я знаю, что в вашем НИИ прямо возле регистратуры висит объявление со списком телефонов, по которым следует обращаться, если речь заходит о сумме в оплату за лечение –знаю об этом точно, так как нередко у вас бываю.

Что это за благотворительные фонды, скажите? Ведь помочь, безусловно, хочется, и многие люди поддаются этим сердечным влечениям. Нет ли там подводных камней? Что вы нам можете об этом сказать?

О. Саруханян:

Обсуждать и характеризовать какие-то фонды я не могу и не хочу, я думаю, что это компетенция служб, которые должны ограждать граждан от этого всего. Считается, что у нас страна свободная, и каждый может выразить всё, что находится в рамках закона, а тот, кто должен это всё воспринять, волен воспринимать или нет. На сегодняшний день всё поставлено в рамки ситуации «я сказал, ты услышал, давай будем вместе понимать, кто прав, кто виноват». Ещё раз хочу сказать, что реально вся помощь может быть оказана и оказывается при обращении в региональные, федеральные центры, медицинские учреждения, лечебные учреждения.

мы не должны забывать о том, что сегодняшняя жизнь тоже имеет определённые сложности. Ещё лет 5 или 10 назад, действительно, было всё совсем страшно, вообще никакая помощь не могла быть оказана, всё переводилось в русло денег. Сейчас всё это исходит из административного ресурса, который обращает на это внимание, и говорит об этом. Об этом надо говорить, чтобы люди знали! Люди не знают. они подходят в регистратуру или поликлинику, где им, естественно, говорят: «Ой, у нас такое не делают, идите, собирайте деньги!» Она сказала и никакой ответственности за это, практически, не несёт, максимум, могут сделать выговор или уволить, и то, навряд ли. Не обсуждаю эти фонды, так как не знаю, зачем и как они это делают. Хочу ещё раз повториться, что вся необходимая экстренная, неотложная, отсроченная плановая помощь, исключая косметические операции, пластику именно косметического характера (потому что есть и другая пластика, после обширных ран, к примеру) входит в систему оплаты по государственной гарантии, ОМС и ВМП.

Другой вопрос в том, что мы знаем, как оборудованы, оснащены и сформированы по всей России эти центры. Хотя, опять-таки, небо и земля то, что происходит сегодня в сравнении с тем, что было 10 лет назад. За это время были потрачены миллиарды рублей на создание новых центров, на их переоснащение, на закупку оборудования. Всё это было сделано. Но тут возникает следующий вопрос: кадры. Одно дело – поставить аппаратуру, поставить оборудование, но с этими аппаратами должны работать кадры. Здесь есть проблема в кадровой политике, поэтому, не все регионы могут всегда качественно оказать необходимую помощь, особенно на высоком уровне. Возможно и здесь, в Москве, пациент попадёт в какой-то центр или клинику, где ему не смогут что-то сделать. Мы не можем идеализировать, что мир у нас прекрасен, всё великолепно и так далее! Проблемы есть. С чем сталкиваются пациенты, дети и взрослые, сложно сказать.

А. Аверина:

Медицинские центры сейчас хорошо оснащены, развита сеть оказания помощи по ОМС по квотам, но проблемы остаются, об этом мы и поговорим. Оганес Оганесович, какая самая большая проблема сейчас?

О. Саруханян:

Одной проблемой мы весь этот путь не пройдём, конечно. Я считаю, что наше государство и наша система образования должна акцентировать внимание на подготовке кадров. Уже вчера должна была начать меняться система подготовки кадров! Её необходимо пересматривать, потому что на сегодняшний день та подготовка и те системы, которые существуют, недостаточны, и необходимо шагать дальше, использовать новые технологии и расширять возможности. Конечно, для этого опять-таки нужна определённая аппаратура, нужны базы. Я считаю, что на кадровой политике необходимо акцентировать внимание, нужно принимать любые возможности, в том числе специализацию в азиатских и любых других странах. Нам необходимо использовать любую возможность повышения качества кадров.

Естественно, необходимо продолжать расширять и оснащать в регионах медицинские центры, потому что Россия – крупная страна, которая не может концентрироваться на Москве, на Санкт-Петербурге или на любом каком-то ином городе, Новосибирске, к примеру. Чтобы развивать и заинтересовывать наши кадры, чтобы у наших молодых специалистов было желание пойти обучиться, пройти специализацию, необходимо оплачивать этих специалистов, и тут возникает наша следующая проблема. Врач не должен думать о чём-то другом, он с утра и до вечера должен работать и учиться, получая за это те деньги, которые позволят ему работать, существовать, содержать свою семью и так далее.

Глобальных проблем в медицине, в общем-то, немало. Редко слышу сегодня, что детские хирурги проходит специализацию по колопроктологии, чаще встречается ситуация, когда хирурги, реаниматологи и даже анестезиологи идут и проходят первичную специализацию по дерматологии.

Для работы на современном, высокотехнологичном оборудовании нужны современные специалисты

А. Аверина:

Чтобы стать потом пластическими хирургами.

О. Саруханян:

Даже пластическими хирургами они не станут, они просто хотят заниматься медицинской косметологией. Это просто, это дорого, финансово выгодно и востребовано. Сказать, что это плохо и так делать нельзя, мы не можем – это сегодняшний тренд, люди меняют своё направление и идут туда, где могут спокойно работать и зарабатывать деньги. Поэтому, все эти направления должны оплачиваться достойно, чтобы у молодых хирургов было понятие о том, куда они идут. Ни за месяц, ни за два, ни даже за год или 5 лет он не станет специалистом, это только старт и первые шаги! Лет пять ещё ему надо стоять рядышком с профессионалом, отрабатывать каждое движение, которое должно в итоге стать чётким, буквально под миллиметр, потому что, ещё раз повторю, эти операции надо делать один раз.

А. Аверина:

И пока есть учителя! Вы помните своих великих учителей, нужно чтобы и сегодняшнюю молодежь кто-то учил. Если допустить сейчас разрыв, то окажется потом, что некому будет учить.

О. Саруханян:

Я считаю, что на сегодняшний день есть база советской академической медицины и науки. Все профессора и академики, которые есть сегодня, и их ученики, которые есть сегодня - это тот этап, который был передан, и, естественно, эта система пока есть и работает. Но надо вносить новый дух, новый поток, новую систему. Надо стимулировать молодое поколение специалистов, чтобы они были заинтересованы получать ту или иную специальность и были бы обеспечены.

А. Аверина:

Для этого, конечно, должно быть заинтересовано государство. Оно должно быть заинтересовано, во-первых, в том, чтобы дети росли здоровыми, чтобы поколение было здоровое, а для этого нужны врачи и нужно вкладываться в их обучение.

От здоровых, как мы надеемся, детей перейдём к здоровью их родителей. Вы знаете, ещё совсем недавно врач-проктолог был не очень известен широкой публике. Более того, если кто-то ходил на лечение или на консультацию, он старался об этом не говорить. Некоторые даже при упоминании врача-проктолога поднимали бровь и удивлённо спрашивали, что это за врач. Но времена меняются, люли стали более образованными и большинство знает, что в определённое время, даже если ничего не беспокоит, в 45 лет они должны пройти скрининг на рак кишечника. Это колоноскопия.

Давайте мы ещё раз объясним, какие существуют показания для скрининговой колоноскопии, а также какие неудобства и жалобы должны заставить человека обратиться к проктологу.

О. Саруханян:

В первую очередь, давайте разделим все ситуации на два вида: плановые, профилактические, о которых вы сейчас сказали, и острые ситуации, заболевания, которые возникают у взрослых. После 45 лет, действительно, необходимо уже наблюдаться и проводить определённые исследования, в частности, колоноскопию. О заболеваниях, я думаю, мы сейчас не будем говорить, а будем говорить о профилактике.

Профилактика обязательна! Ещё раз напомню, что кишечник – это наша пограничная зона и фильтрационная система, через которую проходит всё питание, все отходы, которые выводятся из организма. Представьте способности кишечника, как он всё это фильтрует, убирает и отождествляет! Естественно, что он первым подвергается атаке всех токсинов, которые выводятся из организма. В первую очередь необходимо помнить о том, как мы питаемся, чем мы питаемся, какой образ жизни мы ведём.

Опять-таки, сама функция кишечника. Очень большой процент взрослых женщин и мужчин страдают запорами. Есть ситуации, когда, наоборот, есть проблема жидкого стула, неоформленного. бывает, что присутствует и то, и другое. Соответственно, это колиты, которые проявляются нарушением ритма выделительной системы и формы, болями – колющими, режущими, спастическими. На фоне всех этих проявлений необходимо обращаться к гастроэнтерологу, чтобы понять, с чем это связано. И гастроэнтеролог, и сами мы должны помнить о том, что в определённом возрасте необходимо пройти консультацию колопроктолога или пройти так называемый чек-ап исследований, который либо что-то выявит на раннем этапе, либо подтвердит, что всё нормально.

Что по поводу колоноскопии? На сегодняшний день это наиболее достоверное и четкое исследование, которое покажет все отделы толстого кишечника. Сегодняшняя техника и оптика, в том числе, позволяет всё это делать на высоком разрешающем уровне, определять изменения слизистой кишечника и, при необходимости, брать те или иные кусочки для биопсии, чтобы провести их дальнейшее исследование. Почему после 40 лет? Я скажу даже, что если раз в год послышится часто, то раз в 3 года – это минимум, который надо проводить, а если есть какие-то сомнения, то, конечно, раз в год обязательно.

А. Аверина:

Если генетика есть, да? Если кто-то страдал раком кишечника из близких родственников?

О. Саруханян:

Генетику никто не может ни отменить, ни подтвердить на 100%. Наша сегодняшняя жизнь и то, чем мы сегодня питаемся, и всё то, что находится вокруг нас, является одним из основных принципов, которые должны нас заставить проходить профосмотры и исследования толстого кишечника. Бывает так, что образуются липомы, или другие доброкачественные опухоли, полипы, в том числе. Наверное, из 10 обследованных у 9 можно, я думаю, что-то выявить. Сегодня они доброкачественные, завтра ситуация изменится, и они могут перейти в иную, не очень благоприятную форму. Поэтому необходимо пройти колоноскопию. Могут быть выявлены подозрения, обнаружены полипы или образования, которые, может быть, и не надо трогать.

А. Аверина:

Да, это врач должен решить. Какой врач? Проктолог?

О. Саруханян:

Изначально колоноскопию делает эндоскопист, который всё описывает. На основании описания колопроктолог принимает решение. Бывают выявлены образования, которые доступны к удалению эндоскопическим путём. Тут тоже должен быть определённый профессионализм, естественно, не должно быть никакой агрессии. Сейчас не все желают проходить колоноскопию без обезболивания. Я, например, считаю, что на внутривенном наркозе спокойно в течение 15-20 минут пациент спит, не испытывая при этом боли, мучений и страданий. Но здесь повторю, что до исследования доктор должен предупредить обязательно, что, если он обнаружит новообразование, которое, на его взгляд, можно будет удалить, то пациент должен дать согласие на это удаление. На сегодняшний день же подписывают всё.

А. Аверина:

Тогда исследование уже превращается в операцию.

О. Саруханян:

Да. А если он не спросил, пациент согласие не подписал, то доктор, в принципе, не имеет право ничего удалять. Если возникнут сложности или осложнения, а они могут возникнуть, то будет уже не очень приятная ситуация как для доктора, так и для медицинского учреждения в целом.

А. Аверина:

Я ещё хотела сказать, что некоторые люди, приходя к нам, терапевтам, на приём, спрашивают о возможной чистке кишечника. В народе есть такое выражение, «чистка кишечника». Видимо, они представляют себе кишечник в виде ржавой, чем-то забитой трубы, и всячески используют различные предлагаемые для его очистки методики. Хотелось бы сказать, что кишечник – удивительно приятный орган! Хирурги всегда отмечают, что это трубка, имеющая гладкие стенки, хорошо кровоснабжаемая, и ничего там никогда не застревает. Нарасти может, да, мы сейчас с вами поговорили по поводу полипов и новообразований, а, скажем, по поводу пищи, то такого нет. Правильно я говорю?

О. Саруханян:

Да, конечно, да. Все эти чистки, разные методики, всё, что сейчас в этом направлении предлагается, а есть масса информации в Интернете и журналах всяких, требует очень осторожного и внимательного отношения. Вы очень правильно сказали, что кишечник – это очень интересный, если можно так назвать, и сложный орган. Очень важно подчеркнуть, что это также и очень нежный орган, в котором формируется вся флора, которая способствует пищеварению и фильтрации всех необходимых микроэлементов, которые в нашем организме должны остаться. Если эта флора нарушается настолько, что сбивается весь ритм, ничего не усваивается организмом, появляются диареи, жидкий стул. Проведя некоторые очистительные мероприятия, можно получить в итоге очень большие сложности. Для этого существуют, опять-таки, этапы терапевт – колопроктолог. Мы не должны также забывать о курортологии, которая тоже существует, а там есть гастроэнтерологи, которые выберут те или иные методы орошения, очищения и так далее, которые не навредят, а напротив приведут всё в порядок.

Различные «чистки кишечника», проводимые самостоятельно, могут привести к печальным последствиям

А. Аверина:

Уважаемые друзья, мы сегодня с вами познакомились ближе с такой уникальной специальностью, как врач-колопроктолог. Мы теперь знаем, в каком случае нужно обращаться к врачам этой специальности. Предлагаем также использовать возможность удалённых консультаций, посредством которых вы можете связаться и с терапевтом, и с гастроэнтерологом. Мы ответим на ваши вопросы и аргументированно объясним дальнейший план действий. Не забывайте, что качество жизни и детей, и взрослых зависит в первую очередь от нашего образа жизни, от правильного и разумного питания. Мы не говорим о диетах, о каких-то фанатичных ограничениях. Прежде, чем что-то съесть, пожалуйста, подумайте, нужно ли это вашему организму. Обязательно ведите активный образ жизни, чтобы мышцы и внутренние органы работали, нужно двигаться, не забывайте об этом! Тогда, в том числе, и кишечник ваш будет работать как часы. Не забывайте также о скрининге, чтобы не попасть в тяжёлую ситуацию. Колоноскопия обязательно после 40-45 лет должна быть в вашем календаре.

Я хочу поблагодарить Оганеса Оганесовича за содержательную беседу. Спасибо большое! С вами были Оганес Оганесович Саруханян и Анна Аверина.