Морские храмы России

Морские храмы России

А.И.Макаров, МАРХИ (государственная академия), Москва

В статье рассматривается развитие архитектуры храмов Морского ведомства Российской империи XVIII - начала XX века. Начиная с времён Петра Великого, в Российской империи параллельно с созданием военно-морских баз возводились и православные храмы для структур военно-морского флота. Многие из них были созданы выдающимися русскими архитекторами С.И. Чевакинским, Ч. Камероном, Ю.М. Фель-теном, А.И. Штакеншнейдером, К. Тоном, А.А. Авдеевым, М. Перетятковичем в таких городах, как Санкт-Петербург, Севастополь. Многие из этих храмов выполняли не только религиозную функцию, так как были возведены в память как побед Русского флота, так и поражений. Также обращается внимание на морские храмы и соборы, имеющие мемориальное значение в связи как с победами, так и с трагическими событиями российского флота.

Ключевые слова: морской храм, Санкт-Петербург, Севастополь, Кронштадт, В.А. Косяков, Чарльз Камерон, С.И. Чевакинский, Петр I, Николай I, Екатерина II.

Churches of the Russian Navy

A.I.Makarov, Moscow Architectural Institute (MArchI), Moscow.

The article discusses the architectural development of churches of the Navy department of the Russian Empire from the beginning of the XVIII till the beginning of XX centuries. Since the time of Peter the Great, Russian Empire along with creation of naval bases had been built Orthodox churches for the Navy structures. Many of them were created by outstanding Russian architects S.I. Chevakinsky, Ch. Cameron, J.M. Felten, A.I. Shtakenshneider, K. Ton, A.A. Avdeev, M. Peretyatkovich in such cities as St. Petersburg, Sevastopol. Many of these churches performed not only a religious function as they were created in memory of the victories and defeats of the Russian fleet. Also, attention is drawn to marine churches and cathedrals that have a memorial significance regarding both the victories and the tragic events of the Russian navy.

Keywords: Fleet churches, Saint-Petersburg, Sevastopol, Kronstadt, V. A. Kosyakov, Ch. Cameron, S. I. Chevakinsky, Peter I, Nicholas I, Catherine II

Россия как морская держава заявила о себе в начале XVIII века. На протяжении более чем двух столетий основным центром морской деятельности был Санкт-Петербург. Со временем, с укреплением военного потенциала империи,

в ней стали основываться новые военные и торговые порты, в них возводились как православные флотские, так и иноверческие церкви. Церковь занимала существенное место как в армейской жизни, так и в жизни российского флота. Со времён Петра Великого в штате любого военного корабля крупного водоизмещения всегда был священнослужитель, и продолжалось это вплоть до 1918 года.

Как правило, свой храм был у каждого корабля (кроме совсем мелких), у морских учебных заведений, заводов, обеспечивающих флот, у госпиталей и даже тюрем, значившихся по Морскому ведомству. В одном из первых документов Адмиралтейств-коллегии значилось: «Во всяком госпитале (обязательно в каждом порту) надлежит иметь церковь и одного священника, который будет отправлять службу Божию, исповедовать и причащать больных и, впрочем, во всём направлять их» [1, с. 5].

До начала XIX века все «морские» храмы принадлежали епархиям. С этого периода, начало которому было положено императором Павлом I, их стали закреплять за военным и морским ведомствами, выводя из подчинения местных епархиальных структур. Главой общецерковной структуры, ведающей храмами армии и флота, становился священнослужитель в сане протопресвитера военного и морского духовенства, по должности входивший в состав Святейшего Синода.

Первым главой военного и морского духовенства стал обер-священник протоиерей Павел Озерецковский, введенный императором Павлом Первым в состав Святейшего Синода личным указом.

Следует отметить, что некоторые храмы, в том числе достаточно известные, со временем были обратно переданы в епархиальное управление, в том числе и специально возводившиеся для нужд флота. Объяснялось это тем, что сами храмы оказывались на значительном удалении от структур морского ведомства и подразделений, для которых они возводились, в случае их перевода в другие места или расформирования. Так, например, Соломбальский Преображенский Адмиралтейский собор с упразднением Архангельского военного порта был передан местной епархии, а с ликвидацией в Санкт-Петербурге на Фонтанке Партикулярной верфи Пантелеймоновская церковь, построенная в честь Гангутской и Гренгамской побед, перешла в местную епархию. Здесь хотелось бы отметить, что основал корабельную верфь в Со-ломбале в 1693 году Петр I и заложил на ней первый торговый корабль «Святой Павел». Построенные в Санкт-Петербурге рядом с Московским трактом в память победы над турецким

флотом при Чесме церковь и богадельня, переделанная из императорского дворца (архитектор Ю.М. Фельтен) из-за удалённости флотских подразделений были переданы Санкт-Петербургскому военному ведомству [1, с. 8].

В.В. Клавинг в своих трудах, посвящённых истории военных храмов России, отмечает, что морские храмы ведут своё начало от собора Успения Божьей Матери в Воронеже, основанного ещё при царе Борисе Годунове и перестроенного в конце XVII века. Отмечается, что «в этом храме молился и пел на клиросе молодой царь Петр Первый», в нём освящались корабельные флаги. На воронежской верфи был построен военный корабль «Предестанция». Успенский собор - единственный сохранившийся архитектурный памятник, связанный с национальным военным кораблестроением на рубеже XVП-XVШ веков. Построенный в Воронеже флот дал возможность русской армии 19 июля 1696 года взять турецкую крепость Азов. Строительство флота на юге России длилось до 1721 года, и с этого момента Успенский собор из Адмиралтейского превратился в приходской.

К морскому ведомству относились как соборы, так и небольшие флотские церкви и часовни, которые могли быть приписаны к первым. В 1898 году по проекту архитектора В.А. Косякова возведённый на Васильевском острове большой храм Милующей Божьей Матери был приписан к небольшой, но особо почитаемой деревянной гаваньской Троицкой церкви Петровского Галерного флота, а построенный на видном месте в Севастополе Владимирский (адмиральский) морской собор - к севастопольскому Адмиралтейскому Николаевскому собору (последний не сохранился).

Военные моряки, несмотря на наличие храмов на кораблях, пользовались как правило портовыми храмами. В конце XIX века в морском ведомстве уже был разработан типовой проект судовой церкви, а день её освящения стал считаться судовым праздником.

Санкт-Петербург - столица на море, и до середины XIX века военные корабли строились на стапелях Адмиралтейства. Автор первого проекта Адмиралтейства И.К. Коробов был главным архитектором Адмиралтейства, в башне которого в 1747 году по проекту архитектора С.И. Чевакинского, ставшего впоследствии главным архитектором морского ведомства, была возведена флотская церковь святых Захарии и Елизаветы. Эта церковь функционировала более полувека, и после реконструкции Адмиралтейства архитектором А.Д. Захаровым (также главным архитектором морского ведомства) получила новый интерьер по проекту О. Монферрана и была освящена в ознаменование дня рождения Александра I, приходившегося на день памяти св. Спиридона Тримифунтского, а с 1858 года стала именоваться собором морского ведомства. Интерьер был оформлен двумя рядами ионических колонн и имел весьма торжественный вид. Как отмечали современники, собор вмещал около двух тысяч человек. Со временем были освящены еще три придела: в 1874 году - во имя зачатия прав. Анны, в 1889 году - во имя пророка Осии (располагался

на хорах), а в 1891 году - во имя святителя Николая. Почитаемый собор обладал несколькими святынями, привлекавшими паломников из многих регионов империи: бархатной, шитой золотом туфлей святого Спиридона, подушкой, бывшей некоторое время под его головой, частью его ризы. В начале прошлого века этот собор имел один из лучших в столице хоров, который пел в частности 17 ноября на ежегодной панихиде по морякам, павшим в Синопском и Цусимском сражениях [2, с. 68]. Кстати, 20 ноября 1837 года в этом храме венчался Ж. Дантес с Е.Н. Гончаровой, а спустя две недели в нем должны были отпевать А.С. Пушкина, но по воле императора отпевание было перенесено в Конюшенную церковь. 29 сентября 1910 года в соборе при огромном стечении народа отпевали национального героя, погибшего летчика Л.Н. Маци-евича - морского офицера. 13 мая 1920 года после расстрела настоятеля А. Ставровского, собор был закрыт.

В 1722 году рядом с Партикулярной верфью в Санкт-Петербурге была построена деревянная церковь вместо уже весьма обветшавшей временной полотняной во имя святого великомученика и целителя Пантелеймона. День памяти этого святого совпадал с днями побед русского флота Петра I над шведами при Гангуте и Гренгаме, что связывало церковь с морским ведомством. В 1734 году на этом месте по проекту архитектора Адмиралтейств-коллегии Коробова возводится новая каменная церковь, а в 1835 году по проекту В.И. Беретти её частично перестраивают и расширяют (рис. 1). К Пантелеймо-

новскому храму была приписана изящная мраморная часовня справа от входа в Летний сад со стороны Невы, освященная во имя святого благоверного князя Александра Невского в знак избавления от смерти императора Александра II при покушении на его жизнь 4 апреля 1864 года (снесена). Связь церкви и русского флота закреплена была установкой в 1914 году Императорским русским военно-историческим обществом двух мраморных досок: одной - в честь побед над шведами, другой - в честь армейских подразделений, принимавших участие в боях при Гангуте. На одной была высечена надпись: «Сей храм воздвигнут в царствие Петра Великого в 1721 году в благодарение Богу за дарование нам морской победы над шведами в день святаго Великомученика Пантелеймона 27 июля при Гангуте и при Гренгаме в 1720 году» [1, с. 74]. А рядом в XX веке на брандмауэре соседнего дома установлена еще одна доска в память защитников военно-морской базы полуострова Ханко в 1941 году с надписью: «Слава великому Советскому народу. Доска воздвигнута в честь героической обороны полуострова Ханко (22 июня - 22 декабря 1941 года) в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов. Слава мужественным защитникам полуострова Ханко!» Так Пантелей-моновский храм стал носителем духовной связи поколений.

Особо почитаемая санкт-петербургская церковь Св. Троицы в Галерной гавани, основанная Петром I в 1721 году на Васильевском острове, изначально являлась походной церковью галерного флота Петра Великого и находилась

в полотняной палатке. Затем она была перемещена в деревянное здание, а в 1792 году по проекту архитектора А. Перрена была построена уже основательная деревянная церковь, представлявшая собой представляла продолговатый обитый тёсом объём с деревянной колокольней и высоким шпилем (рис. 2). Этот храм отличался уникальными историческими церковными реликвиями: иконами из домовой церкви Петра Великого, иконой с образом Христа Спасителя, пожертвованной генералиссимусом А.В. Суворовым. Эта церковь (кроме периода с 1808 по 1826 год, когда находилась в ведении епархии) всегда принадлежала русскому флоту. А в 1932 году после полуторавекового существования эта флотская святыня была разрушена. Хотелось бы отметить, что такая же участь постигла и суворовскую деревянную церковь святого благоверного князя Александра Невского, перевезенную из села Кончанского в Санкт-Петербург и построенную на средства великого полководца. Из этого храма Суворов ушёл в свой последний италийский поход.

Иногда, как отмечалось ранее, более крупные храмы подчинялись менее значительным по размеру. Так было и с церковью во имя иконы Божьей Матери «Умиление», закладка которой состоялась в 1889 году в память коронования императора Александра III и которая до 1923 года подчинялась Троицкой гаваньской церкви. Морское ведомство выделило для данного трёхпридельного храма на 1800 человек участок земли по Большому проспекту Васильевского острова недалеко от Финского залива. Этот проект разработали архитекторы В.А. Косяков и Д.К. Пруссак. Следует отметить, что это был первый и весьма успешный проект в практике В.А. Косякова. Как известно, в июне 1885 года он получил диплом об окончании Института гражданских инженеров с правом на чин чиновника XX класса, и имя его как лучшего ученика было выбито на мраморной доске золотыми буквами.

А уже через два года был завершён проект церкви во имя иконы Божьей Матери «Умиление» - один из первых самостоятельных проектов в творчестве молодого зодчего, который во многом определил место его будущей работы [3, с. 217] (рис. 3), поскольку создавался по ведомству Морского министерства. Получение задания на исполнение этого проекта было весьма престижным, а необходимость создания храма объяснялась резким увеличением количества прихожан, а также усиливающимся влиянием в этой части города секты пашковцев*. Освящен был храм 25 октября 1828 года. Его венчал главный купол и четыре небольших, над западным входом высилась звонница, обильный свет вливался через 18 больших окон в стенах храма и 57 окон в купольных барабанах. Е.И. Кириченко отмечает: «Первое масштабное, созданное самостоятельно произведение Косякова стало не только его первым триумфом, открывшим череду последую-

* Еретическая секта, возникшая в 1876 году среди высших слоёв образованного российского общества и получившая свое название от её приверженца - Василия Александровича Пашкова.

щих блестящих творений зодчего. В нём архитектором были отчасти разработаны приёмы, которым он оставался верен всю жизнь и которые он неизменно использовал при проектировании фасадов и прежде всего, интерьеров».

В этой связи в первую очередь следует назвать излюбленный А.В.Косяковым тип трёхпридельного иконостаса в виде алтарной преграды, поднятой на высокую солею. Симметрию и трёхчастную композицию иконостаса в храмах, в том числе и флотских, сооруженных по проектам В.А. Косякова, неизменно подчеркивали три лестницы с беломраморными ограждениями или решетками, подводившими к вратам каждого из трёх приделов, а в западной части устраивались обширные хоры с новыми приделами.

Исследователь И.Е. Кириченко также отмечает, что «рисунок пола» в большинстве отечественных храмов второй половины XIX - начала XX века изображал дорожку, ведущую от западного входа к царским вратам иконостаса, в храмах В.А. Косякова рисунок пола, выложенный разноцветной напольной плиткой серого и красного цветов, воспроизводил план и иерархию внутреннего пространства церкви. Зодчим выделялась подкуполь-ная часть, виртуально представляя таким образом невидимую вертикальную ось «земля-небо». Кроме того, рисунок пола подчёркивал и вторую основополагающую особенность структуры храма - крестообразность [3, с. 219]. Эти особенности, как мы видим, были реализованы как в храме иконы Божьей Матери «Милующая», так и в последующих его постройках.

Один из наиболее сохранившихся соборов в стиле барокко в Санкт-Петербурге - морской Николо-Богоявленский собор (рис. 4). Его интерьер уникален, поскольку подобные примеры этого стиля в Санкт-Петербурге практически все уничтожены [2, с. 42-43]. Храм возводился учеником Растрелли архитектором С.И. Чевакинским, бывшим в то время главным архитектором Адмиралтейств-коллегии, в соответствии с указом императрицы Елизаветы Петровны от 16 июля 1752 года. 5 декабря 1760 года в нижнем храме были освящены приделы Никольский (главный) и Усекновения главы Иоанна Предтечи (правый), а 20 июня 1761 года в присутствии Екатерины II последовало освящение главного Богоявленского придела. С этого времени велено было именовать морскую церковь собором. И, как это было принято российскими монархами, Екатерина II передала в дар собору десять украшенных драгоценными камнями икон, на которых были изображены святые, в дни которых русский флот одержал победы над шведами и турками [2, с. 58].

Пятикуполный собор представлял собой в плане равноконечный крест. Купола были украшены ажурными крестами. В течение двух лет (1756-1758) в непосредственной близости от Крюкова канала была возведена изящная четырёхъярусная колокольня.

С самого начала своего существования собор стал памятником морской славы России, и в нём отмечались главные победы русского флота. Так, начиная с 1770 года, в память о Чесменской победе совершалось торжественное бого-

служение архиерейским чином, и провозглашалась вечная память «основателю российского флота и виновнику морских побед Петру Великому». В Цусимскую годовщину служилась панихида, на которой присутствовали матросы и офицеры Гвардейского Морского экипажа.

В 1908 году в церковном саду Никольского Морского собора в присутствии вдовствующей императрицы Марии Федоровны был открыт гранитный обелиск в память о погибших при Цусимском сражении на броненосце «Александр III» (рис. 5), осуществлённый архитектором Я.И. Филатеем по эскизу морского офицера Н.С. Путятина. Хотелось бы отметить, что в России была и остаётся традиция устанавливать на внутренних и внешних стенах морских храмов доски с именами погибших. Так и в этом случае - одновременно с установкой обелиска в верхнем храме собора были повешены мраморные доски с именами моряков Гвардейского Морского экипажа, погибших на броненосце «Петропавловск», крейсерах «Адмирал Нахимов» и «Украина», а в конце XX - начале XXI века рядом с ними появились доски с именами подводников советского Северного флота, погибших в результате аварий на подводных лодок К-8, К-19 и «Комсомолец».

В XVIII и XIX веках победы России увековечивались возведением монументальных колонн, стел, часовен и небольших церквей. Так, в июне 1777 года состоялась закладка небольшой летней церкви в память блестящей победы над турками в Чесменском морском сражении в Эгейском море (архитектор Ю.М. Фельтен) рядом с путевым дворцом, построенным, также как и предполагаемый храм, в готическом стиле (рис. 6). На закладке храма присутствовал король

Швеции, а на освящении в июне 1780 года - австрийский император Иосиф II. Вероятно, приглашение европейских монархов на торжества можно рассматривать и как лишний повод напомнить им о военном могуществе России. Современники отмечали: «Церковь эта, по лёгкости своего стиля и необыкновенной смелости исполнения может быть причислена к замечательным зданиям столицы. Церковь святого Иоанна Предтечи или, как её именуют жители Санкт-Петербурга, Чесменский храм - изящное и стройное здание, поражающее своей ажурностью благодаря медным решеткам, характерным для готической архитектуры, оконным проёмам, а также лепному декору и узким вертикальным тягам на красноватом фоне стен». Под храмовой иконой св. Иоанна Предтечи была установлена картина, изображающая сожжение турецкого флота в Чесменской бухте. Несмотря на готику, пятиглавая Чесменская церковь выражает стремление зодчего следовать установленным канонам русского храмостроительства.

При входе в церковь была установлена доска с надписью: «Сей храм сооружен во имя Святаго Пророка Предтечи и Крестителя Господа Иоанна в память победы над турецким флотом, одержанной при Чесме 1770 года в день его Рождества. Заложен в 15 лето царствования Екатерины II в присутствии шведского короля Густава III под именем графа Гогландского и освящен в 1780 году июня 24 дня в присутствии его Величества Римского императора Иосифа II под именем графа Фалькинштейна». С 1780 года этот храм состоял при Придворном ведомстве, а с 1836 года перешёл в ведение Главного священника армии и флота.

Россия была страной, где отмечались не только победы, но и поражения. Православный народ не должен забывать о павших. 14 июля 1905 года, буквально через несколько дней после легендарного печального морского сражения при Цусиме, в гавани на Васильевском острове, в деревянном манеже Дерябинских казарм 8 флотского экипажа протопресвитер армии и флота А.А. Желобовский освятил временную церковь святителя Николая в память всех погибших русских моряков и офицеров флота с приютом для их сирот. Этот небольшой домовой храм (а таких в Санкт-Петербурге было множество) был задуман командиром броненосца «Генералиссимус Князь Суворов» капитаном 1 ранга В. Игнациусом. Хотелось бы отметить, что икона для небольшого иконостаса написана матросом этого корабля Владимировым. Церковь была закончена перед уходом эскадры адмирала Рождественского на Дальний Восток, где броненосец «Генералиссимус Князь Суворов» погиб в Цусимском бою, и открыта после освящения храма Спаса-на Водах.

До постройки каменного храма - символа братской могилы для погибших без погребения героев моряков русского императорского флота, в 1906 году рядом с церковью иконы Милующей Божией Матери (архитектор В. Косяков), был поставлен временный сруб, украшенный иконами работы погибшего в Цусимском сражении капитана 1 ранга В. Игнациуса. И в то же время был учреждён комитет под покровительством

греческой королевы Ольги Константиновны и генерал-адъютанта, генерала от инфантерии великого князя Константина Константиновича.

Возглавлял комитет сенатор П.Н. Огарёв, сын которого погиб в Цусимском бою. 19 апреля 1909 года на берегу Невы, на территории Ново-Адмиралтейского завода было освящено место для двухэтажного храма на 400 человек. Строительство храма было поручено инженеру С.Н. Смирнову и архитектору М.М. Пере-тятковичу и исполнено при участии талантливого архитектора Н.Н. Покровского [2, с. 168-169]. В закладной камень греческая королева положила Георгиевский солдатский крест, что являлось очень серьёзным, ответственным и трогательным актом.

Храм был выполнен в русском стиле (в настоящее время употребление такого выражения вполне уместно) и великолепно смотрелся с Невы, замыкая Английскую набережную. Можно сказать, что образцом при его строительстве в некоторой степени послужили храм Покрова на Нерли и Дмитриевский собор во Владимире (рис. 7).

В храм вели ворота, имитирующие двери суздальского собора Рождества Богородицы (XIII век), с мозаичной иконой Спаса Нерукотворного, написанной по эскизу В.В. Васнецова. Рельефы на барабане и фасаде были вырезаны Б.М. Мике-шиным. В храме было две церкви: верхняя - во имя Спаса на Водах, и нижняя - во имя Николая Чудотворца.

Первое, что видел входящий в храм, - это была икона «Спаситель, шествующий по Водам», написанная по эскизам академика Н.А. Бруни. Именно от этой иконы появилось укоренившееся народное название храма, престольным праздником которого был Первый Спас («Медовый»). Двухъярусный иконостас верхнего храма был выполнен в византийском стиле из светло-серого мрамора, а иконы для него написаны в одной из лучших в Империи иконописных мастерских Гурьянова и обложены басмой. Алтарной завесой - катапетасмой, служил Андреевский флаг. В стены храма, в соответствии с установившейся традицией, были вставлены бронзовые доски с названиями сражений и кораблей, в них участвовавших, под которыми размещались имена всех павших независимо от звания. Над каждой доской висел подлинник или копия судовой иконы с лампадой. На одной из стен находилась живописная картина «Спаситель благословляет погибающих на крейсере Светлана» академика А.Н. Новоскольцева. Храм освещался паникадила-ми-хоросами, висевшими на якорных цепях.

Создание этого храма поистине можно считать «всесословной» стройкой. Так, княгиня С.Н. Волконская, сын которой погиб при Цусиме, передала в дар храму напрестольное Евангелие в серебряном окладе работы одного из лучших ювелиров страны - Овчинникова. А в нижнюю церковь, которая была отделана по типу ростово-ярославских храмов и как бы уходила под землю, подчеркивая скорбь по погибшим морякам, инженер-строитель С.Н. Смирнов передал весьма древние - времен царя Иван Грозного - царские врата. Великий князь Константин Константинович Романов («К.Р.») написал слова, посвящённые

этому храму и выбитые перед входом: «России слава, гордость и любовь, // За подвиг Ваш, страдания, кровь, // Мы скорбью плотим Вам и восхищеньем» [1, с. 52]. В этом морском мемориальном храме 31 марта служили панихиду по вице-адмиралу С.О. Макарову и экипажу погибшего броненосца «Петропавловск» (на нём погиб и известный художник Верещагин), на которой присут-

ствовали великие князья Борис Владимирович и Кирилл Владимирович - участники русско-японской войны. 8 марта 1932 года, несмотря на тысячи подписей в защиту, храм был взорван. Причт и часть прихожан были репрессированы. В 2003 году на месте уничтоженного храма, появилась безликая часовня. А вопрос о воссоздании памятника погибшим морякам даже не рассматривается.

В 1903 году на одной из баз флота в Либаве (Латвия), состоялось освящение морского собора во имя святителя Николая Мерликийского, автором которого был уже известный в это время архитектор В.А. Косяков. Трёхпридельный пятиглавый храм со звонницей был спроектирован в византийском стиле, а мозаичные иконы, орнаменты на фасаде и вызолоченный резной иконостас с 106-ю иконами придавали ему праздничный вид. Собственно, этот храм, равно как и храм Милующей Божией Матери, являлся своего рода репетицией перед созданием грандиозного Никольского собора в Кронштадте.

Первый собор в Кронштадте, был заложен ещё Петром I возле морских доков во имя святого равноапостольного Андрея Первозванного. В 1905 году в присутствии императора Александра I был заложен новый каменный собор по проекту шотландского архитектора Ч. Камерона, а архитектор Адмиралтейств-коллегии А.Д. Захаров разработал на основе первого новый собор, который, по замыслу обоих зодчих, должен был напоминать своими формами корабль. В 1852 году была осуществлена перестройка собора, и архитектор Кузьмин предложил сделать храм крестообразным в плане, что и было осуществлено возведением приделов Покрова Богородицы и святых апостолов Петра и Павла (рис. 8). В 1874 году по проекту А.И. Гильдебранта, собор получил форму вытянутого креста с расширением основного объёма здания в северном и южном направлениях. В этом доминирующем над всей окружающей застройкой собором служил и проповедовал святой праведный Иоанн Кронштадтский, при участии которого в конце XIX века был открыт Дом Трудолюбия с детским приютом, народным училищем, библиотекой, воскресной школой и книжной лавкой. Также этот собор содержал: богадельню, ночлежный приют, бесплатную амбулаторную лечебницу, народную столовую, Дом милосердия, причем все эти заведения были бесплатными. Этот собор - бесспорно украшение Кронштадта, в 1932 был разрушен. А о воссоздании его речь не идёт.

В Кронштадте - базе российского Балтийского флота, было ещё несколько церквей. Так, в Морском инженерном училище императора Николая I функционировала домовая церковь во имя святого Николая Чудотворца. При Николаевском морском госпитале в 1840 году была построена по проекту архитектора Э.Х. Анерта церковь во имя святого благоверного князя Александра Невского, а 1899 году на военно-морском кладбище освящена церковь во имя преподобного Сергия Радонежского на 170 человек. В декабре 1905 года при анатомическом театре Николаевского морского госпиталя была освящена церковь Святителя Николая Чудотворца по проекту В.А. Косякова. Церковь была возведена в византийском стиле и увенчана куполом, идентичным по форме предыдущим храмовым постройкам зодчего (рис. 9).

10 июля 1913 года в присутствии императора Николая II, членов императорской фамилии и при огромном стечении народа состоялось освящение самого грандиозного и величественного сооружения В.А. Косякова - Кронштадтского Морского собора во имя святителя Николая Чудотворца (рис. 10). Отзывы о но-

(

о

Рис. 9

вом храме были восторженные. «По своему убранству Морской собор в Кронштадте будет служить образцом истинного великолепия. С внешней стороны он явится не менее достойным отражением новейшего направления русско-византийской архитектуры в тех формах, которые за последние десятилетия много и талантливо разрабатывались лучшими силами отечественного зодчества», - так писал теоретик архитектуры Г.В. Бурхановский [4, с. 105]. Став основной доминантой города, собор впечатлял своими размерами: высота с крестом составляла 70,6 м, длина здания - 83,3 м, ширина - 64 м.

На стенах в соответствии с традицией были установлены чёрные мраморные доски с названиями военных кораблей и служивших на них моряков. Внешне собор, рассчитанный на 5000 человек, напоминал на храм Святой Софии в Константинополе. Корреспондент газеты «Кронштадтский вестник» на следующий день после освящения писал: «Сооружением этого величественного художественного по архитектуре собора осуществилась давняя мечта моряков, такой храм, который мог служить украшением Кронштадта, этой главной гавани русского флота, в котором волею его создателя Петра народилась, и выросла семья русских моряков. Это новый грандиозный морской собор будет вместе с тем и памятником чинов и флота, так как на внутренних его стенах можно читать имена всех деятелей, покрывших себя славой и принёсших пользу Родине. Таким образом, этот храм-памятник, в котором будет ежедневно приноситься искупительная бескровная жертва, будет связующим звеном, прошедшего, настоящего и будущего русского флота» [5, с. 134].

В своей книге «Архитектор В.А. Косяков» И.Е. Кириченко, справедливо отмечает, что: «Морской собор в Кронштадте создавался не только как памятник делам давно минувших дней. Он призван был увековечить и свершения великих современников, жизнедеятельность которых была неразрывно связана с этим городом. И поэтому близ Морского собора был установлен памятник адмиралу С.О. Макарову (архитектор В.О. Шервуд), а правый, южный придел посвящён преподобному Иоанну Рыльскому - небесному покровителю глубоко почитавшегося современниками еще при жизни подвижника Иоанна Кронштадтского» [3, с. 258]. Уместно отметить, что преподобный отец Иоанн Кронштадский поддерживал возведение этого храма и был первым жертвователем на строительство. В последние десятилетия в соборе проведены крупномасштабные реставрационные работы.

Второй по значимости морской базой империи был Севастополь. Один из современников писал: «Не одно имя в России не произносится с большим благоговением, чем Севастополь». Нельзя не согласиться с автором. Действительно, Севастополь - это вторая по значимости морская база империи, город-герой, земля, которая обильно полита кровью русских воинов. Город с островками имперской архитектуры и великолепными жилыми ансамблями, общественными зданиями послевоенного времени, утопающими в зелени. Город, в который после более чем двадцатилетнего индиффе-

рентного, а зачастую враждебного и нетерпимого отношения к его историческому и культурному прошлому возвратилась нормальная, в том числе и церковная жизнь. А церковная жизнь этого города была всегда активной.

В 1857 году на основной Екатерининской магистрали города был возведён в русско-византийском стиле из инкерман-ского камня Адмиралтейский собор, как и полагается, в честь святого Николая Чудотворца, вмещавший до 800 верующих (рис. 11). Храм был достаточно прост: двухсветный четверик, завершающийся восьмигранным барабаном с луковичным куполом, прекрасно обозревался со стороны Корабельной и Южной бухты, а также весьма удачно вписывался в жилую застройку города. Отдельно от собора находилась колокольня с часовней под ней. Как и принято было в воинских храмах, на наружных стенах были установлены мраморные доски с названиями морских частей, принимавших участие в обороне Севастополя. Уместно заметить, что следующим за ним зданием, был Музей обороны Севастополя (сейчас Музей Черноморского военно-морского флота России), а за ним был возведён меньшего размера храм Святого Михаила Архангела, на стенах которого были также установлены мемориальные доски, но только с названиями армейских частей (рис. 12).

В соборе хранилось много реликвий, связанных с обороной Севастополя в Крымскую войну. Особенно почитаемой

Рис. 11

была икона-складень, находившаяся во время обороны на 4-м бастионе Малахова кургана (в центре Севастополя). К собору, как это часто практиковалось, были приписан храм во имя святого равноапостольного князя Владимира и церковь Черноморского флотского экипажа во имя святого Ростислава, вмещавшая до 1000 человек. В 1930 году храм по решению ЦИК был закрыт. Во время Великой Отечественной войны здание сильно пострадало, и фрагменты стен были позднее использованы при возведении Дома офицеров Черноморского флота.

В 1836 году командующий Черноморским флотом адмирал Лазарев обратился к императору Николаю I с просьбой построить собор в центре Севастополя. С аналогичной просьбой обращался и предшественник Лазарева, адмирал Грейг, но местоположение испрашивалось иное - на месте развалин Херсонеса. Император Николай I принял решение возвести в городе собор во имя равноапостольного великого князя Владимира и лично указал место для его строительства. Указание подготовить проект было дано архитектору Константину Тону, бывшему на тот момент на вершине славы. Накануне первой обороны города, 15 июля 1854 года, состоялась закладка пятикупольного собора, и до начала обороны Севастополя удалось закончить фундамент и возвести подвальную часть этого здания.

В 1851 году в склепе, находящемся на месте будущего собора, был похоронен командующий флотом М.П. Лазарев. Во время боевых действий в склепе Лазарева обрели свой покой его героически погибшие ученики: в октябре 1854 года - вице-адмирал В.А. Корнилов, в марте 1855 года - контрадмирал В.И. Истомин, а в июне того же года - вице-адмирал П.С. Нахимов. Так, ещё недостроенный собор стал усыпальницей адмиралов. Во время оккупации Севастополя склеп был осквернён: французские мародёры взломали стену, разбили крышки саркофагов и сорвали с адмиралов золотые эполеты.

В 1858 году император Александр II, поддержав предложение Синода всё таки возвести собор во имя святого равноапостольного князя Владимира в Херсонесе, одновременно дал указание возобновить строительство одноимённого собора в центре Севастополя, для чего пригласили архитектора А.А. Авдеева, который в это время был занят реализацией проекта храма святителя Николая на Братском кладбище на северной стороне города (рис. 13). Зодчий разработал новый проект, и на старом фундаменте из инкерманского известняка, хорошо поддающегося обработке, был возведён новый однокупольный храм с восьмигранным барабаном и треугольными фронтонами по всем фасадам. Фасад собора украшали тёмные колонны из лабрадорита с мраморными резными капителями. Верхний храм украшал изящный киот, изготовленный на средства моряков Черноморского флота, в котором находился образ «Спасителя, идущего по Водам», написанный художником А.И. Айвазовским. В склепе собора в имперское время были захоронены ещё девять адмиралов русского флота: П.А. Перелешин, П.А. Карпов, М.И. Дефебр, В.П. Шмидт, участник первой обороны Севастополя И.Н. Диков, командующие Черноморским флотом С.П. Тыртов, Г.П. Чухнин, М.П. Саблин, управляющий морским ведомством в 80-е годы XVIII века И.А. Шестаков. Этот достаточно небольшой по размерам собор стал памятником Севастопольской обороны 1854-1855 годов. Как и принято было, в стены были вмонтированы четыре мраморные плиты с именами погибших адмиралов и датами их смерти. Этот храм, как и уничтоженный Никольский Адмиралтейский собор, великолепно вписался в архитектурный облик Севастополя и обозревается практически со всех точек города.

Сразу после окончания Крымской войны император Александр II дал разрешение на сооружение на северной стороне Севастополя храма Св. Николая на территории уже по сути сложившегося Братского кладбища, которое вкупе с предполагаемым храмом должно было образовать мемориал русской морской и воинской славы. На данном кладбище было захоронено более ста тысяч погибших в боях и умерших от ран воинов в период 349-дневной осады Севастополя в годы Крымской войны 1854-1855 годов. Изначально проект был разработан архитектором А.А. Авдеевым. Однако сохранившиеся эскизы архитектора А.И. Штакеншнейдера свидетельствуют о том, что он явно претерпел изменения: основной пирамидальный объём стал выше - так, в его верхней

части расположили звонницу, крест стал более массивным, в стенах появились узкие окна с сандриками. Храм высотою в 27 метров представлял усечённую пирамиду с гранитным крестом, на стенах были установлены в соответствии с традицией плиты с названиями дивизий, полков, флотских экипажей, временем их пребывания в боевых действиях и их потери в сражениях за Севастополь, а также высечены имена генералов, адмиралов, штаб- и обер-офицеров, погибших в Севастополе - всего 881 имя. Освящён храм в 1870 году (рис. 14). Само кладбище было обнесено каменной оградой с чугунными воротами, возле которых установлены пушки времён обороны Севастополя. Многие из участников Крымской вой-ны завещали захоронить их после кончины рядом с теми, с кем они делили тяготы и невзгоды войны. У главного входа покоится прах генерала А.С. Хрулёва, а недалеко от входа - захоронение главнокомандующего князя М.Д. Горчакова. На мраморной доске выбита надпись: «Тело покойного по его желанию погребено среди воинов, не допустивших врагов отечества перейти за рубеж того места, где находятся их могилы». На этом кладбище находится могила талантливого инженера-фортификатора генерала И. Тотлебена. На его памятнике высечена карта Севастополя с окрестностями и Плевны (Болгария) [1, с. 98].

В России было традицией почитание погибших воинов. Так, в 1907 году во Владивостоке была построена церковь-школа во имя иконы «Всех скорбящих радости» в память о русских моряках и солдатах, погибших в русско-японской войне 1904-1905 годов. В настоящее время после удачной реконструкции это здание стало кафедральным собором Владивостокско-Приморской епархии (рис. 15). Отрадно отметить, что традиции возрождения строительства морских храмов возрождаются и продолжают жить. Так, в августе 2016 года в городе Североморске освящён деревянный храм в честь еще одного покровителя моряков - апостола Андрея Первозванного. Этому храму суждено стать главным военно-морским собором на Кольском севере. И в данном случае уместно отметить труд живописцев Студии военных художников имени М.Б. Грекова, написавших 48 икон для иконостаса, изготовленного мастерами-резчиками из Сергиева Посада.

В 2008 году был освящён храм Спаса-на-водах, который в перспективе должен стать частью главного храма Мурманска - Спасопреображенского морского собора (рис. 16). В 2015 году в Борисоглебском на Устье мужском монастыре (Ярославская область) по инициативе настоятеля о. Иоанна (Титова) у северных ворот установлен памятник иеромонахам этого монастыря - о. Анастасию, о. Паисию, о. Феодосию, о. Николаю, - служившим флотскими священниками с 1900 по 1905 год. Памятник представляет собой крест с возвышающимся за ним на Голгофе двухметровым якорем, от которого к швартовому кнехту спускается якорная цепь. Так, иеромонах Анастасий (Рукин) с мая 1904 года исполнял пастырские обязанности на крейсере «Аврора», командиром которого был капитан I ранга Евгений Романович Егорьев,

погибший в Цусимском бою в мае 1905 года. Под алтарем надвратного Сретенского храма создается постоянная экспозиция монастырского музея, посвященная Российскому императорскому флоту начала XX века. В настоящее время создана реконструкция каюты флотского священника на крейсере «Аврора», которая выполнена по архивным документам и рисункам командира корабля капитана I ранга Е. Егорьева. При монастыре создан детский клуб «Гангут», который создает модели кораблей, на которых служили

священниками борисоглебские иеромонахи. Это крейсер «Аврора», броненосец «Полтава», учебное судно «Верный».

Литература

1. Доценко, В.Д. Морские храмы России / В.Д. Доценко, В.В. Клавинг.- СПб: Logos, 1995.

2. Антонов,А.В. Святыни Санкт-Петербурга. Энциклопедия христианских храмов / А.В. Антонов, А.В. Кобак. - СПб: Лики России, 2010.

3. Кириченко, Е.И. Архитектор Василий Косяков / Е.И. Кириченко. - М.: БуксМАрт, 2016.

4. Розадеев, Б.А. Кронштадт / Б.А. Розадеев, Р. Сёмина, Л.С. Клещеева. - Кронштадт, 1977.

5. Кронштадтский Морской собор во имя Святителя Николая Чудотворца / В.Я. Крестьянинов, А.В. Гамлицкий, А.Е. Завьялова, Ю.Р. Савельев, А.Р. Соколов. - СПб: Лики России, 2013.

6. Клавинг, В.В. Военные храмы России / В.В. Клавинг. -СПб: Православный летописец, 2002.

7. Крюковских, А.П. Петербургские храмы / Крюковских А.П. - СПб: Паритет, 2013.

8. Гусаров, А.Ю. Утраченные храмы Петербурга / А.Ю. Гусаров». - СПб: Паритет, 2014.

9. Славина, Т.А. Константин Тон / Т.А. Славина. Кн. 2. -М.: Издательский дом Руденцовых, 2017.

10. Исакова, Е.В. Храмы Кронштадта / Е.В. Исакова, М.В. Шкаровский. - СПб: Паритет, 2005.

Literatura

1. Dotsenko V.D. Morskie hramy Rossii / V.D. Dotsenko, V.V. Klaving.- SPb: Logos, 1995.

2. AntonovA.V. Svyatyni Sankt-Peterburga. Entsiklopediya hristianskih hramov / A.V. Antonov, A.V. Kobak. - SPb: Liki Rossii, 2010.

3. Kirichenko E.I. Arhitektor Vasilij Kosyakov / E.I. Kirichenko. - M.: BuksMArt, 2016.

4. RozadeevB.A. Kronshtadt / B.A. Rozadeev, R. Semina, L.S. Kleshheeva. - Kronshtadt, 1977.

5. Kronshtadtskij Morskoj sobor vo imya Svyatitelya Nikolaya Chudotvortsa / V.Ya. Krest'yaninov, A.V. Gamlitskij, A.E. Zav'yalova, Yu.R. Savel'ev, A.R. Sokolov. - SPb: Liki Rossii, 2013.

6. Klaving V.V. Voennye hramy Rossii / V.V. Klaving. - SPb: Pravoslavnyjletopisets, 2002.

7. KryukovskihA.P. Peterburgskie hramy / Kryukovskih A.P. - SPb: Paritet, 2013.

8. Gusarov A.Yu. Utrachennye hramy Peterburga / A.Yu. Gusarov. - SPb: Paritet, 2014.

9. Slavina T.A. Konstantin Ton / T.A. Slavina. Kn. 2. -M.: Izdatel'skij dom Rudentsovyh, 2017.

10. Isakova E.V. Hramy Kronshtadta / E.V. Isakova, M.V. Shkarovskij. - SPb: Paritet, 2005.

Макаров Александр Игоревич, 1955 г.р. (Москва). Кандидат юридических наук. Профессор кафедр «Храмовое зодчество» и «Архитектура сельских населённых мест» Московского архитектурного института (государственной академии). Сфера научных интересов: сохранение культурного наследия, воинские мемориальные храмы России. Автор 12 научных публикаций. Тел.: +7 (916) 558-32-82. E-mail: arch_sacra@marhi.ru.

Makarov Alexander Igorevich, born in 1955. Moscow. Candidate of juridical sciences. Professor of the departments "Temple Architecture" and "Architecture of rural populated areas" of the Moscow Architectural Institute (MArchI State Academy). Sphere of scientific interests: preservation of cultural heritage, military memorial churches of Russia. Author of 12 scientific publications. Tel.: +7 (916) 558-32-82. E-mail: arch_sacra@marhi.ru.