Вопросы развития «Внеархитектурной» модели в обучении градостроителей

Вопросы развития «внеархитектурной» модели в обучении градостроителей

Н.Н.Шестернева

Термин «внеархитектурная модель» применительно к комплексу образовательных стратегий и приемов, используемых в обучении градостроителей, был введен в российскую практику авторитетной монографией [1], где употреблялся в контексте противопоставления «архитектурной» модели. Попытка обозначить демаркационную линию, разграничивающую архитектурное и градостроительное образование, была предпринята в конце ХХ века на фоне революционных изменений в характере отечественного градостроительства. Наиболее значимыми из них для развития профессионального градостроительного образования можно считать: существенное расширение поля профессиональных задач, которые помимо традиционного проектирования и территориального планирования стали включать в себя разработку градостроительных регламентов и инструментов управления развитием территорий; необходимость решения задач долгосрочного стратегического планирования; глубокую интеграцию в сферу градостроительства экономических, административно-политических и социальных аспектов развития городов и агломераций.

Таким образом, введение понятий «архитектурной» и «внеархитектурной» моделей образовательного процесса преследовало цель компенсировать возникшие трудности в разграничении задач по планировке, застройке (профессиональные задачи, требующие преимущественно творческого, архитектурного решения) и функционированию (группа задач, требующих преимущественно инженерно-экономического и технологического решения) городов. Дальнейшее развитие отечественной градостроительной практики требует определенного переосмысления роли и значимости каждого из обозначенных выше направлений профессионального образования в сфере градостроительства.

В статье на основании краткого хронотопического анализа развития моделей отечественного градостроительного образования в контексте актуальных социально-экономических процессов делается попытка найти структуру оптимальной современной модели для обучения теории и практике градостроительства. Актуальность темы определяется высокой востребованностью выбора вектора инновационного развития системы профессионального образования в сфере градостроительства и возникающей в этой связи потребностью выбора оптимальной образовательной модели.

Профессиональное градостроительное образование -сравнительно молодой раздел теории градостроительства, если принимать за начало официального появления этой дисциплины наиболее часто указываемые даты:

• 1818 год. Роберт Оуэн издает доклад, посвященный предложениям по развитию малых сельских общин с населением до 1200 человек для облегчения условий проживания в переполненных городах («Report to the Committee of the Association for the Relief of the Manufacturing and Labouring Poor»);

• 1867 год [2,3]. Транспортный инженер Ильдефонсо Серда в Барселоне издает свой труд, посвященный проблемам урбанизации городов («General Theory of Urbanization»);

• 1909 год. В США по инициативе Д. Бернхема состоялась первая Национальная конференция планировщиков [3];

• 1923 год. В Гарвардском университете (Кембридж, США) был открыт прием на курс, по окончании которого присуждалась степень Master in Urban Planning (магистр городского планирования) [2, 3].

Развитие изучения «urban planning» (российский аналог термина является предметом активных дискуссий, здесь предлагается «городское планирование») происходило вне архитектурного контекста, на фоне ряда тенденций в развитии системы высшего образования и в градостроительной деятельности, что позволяет рассматривать зарубежную динамику изменения моделей обучения в определенной последовательности.

• «Организационно-планировочная» модель обучения (до 1940-х годов). Преимущественно обеспечивала решение задач по упорядочению территориального планирования городов [4]; отличается использованием термина «planning/ планировка» для обозначения данного вида деятельности, в контексте высшего профессионального образования - наличием специальностей «Master of Urban Planning/ Магистр городского планирования» (Массачусетский технологический институт, 1932) [2].

• «Исследовательская» модель обучения. Ее развитие в 1950-1970-х годах закрепило позиции математического анализа, социальных исследований и моделирования в градостроительном образовании, что нашло отражение в работах теоретиков [5], обсуждавших необходимость введения новой специальности - «градоведения», «градоустройства» в противовес традиционной трактовке «архитектурно-ориентированного» творческого подхода в обучении градостроителей. Этому этапу соответствует возникновение специальностей «Master of Science in Urban Planning/ Магистр градостроительных исследований» (Колумбийский университет, 1945) [2].

«Общественно-ориентированная» модель обучения. Обеспечивала разработку приемов устранения социальных

последствий урбанизации [6], переход к «гибким» специальностям [7], выражавшийся в росте количества узких специализаций, повлекшем за собой появление специальностей «Master of Community & Regional Planning/ Магистр общественного и регионального планирования» (Университет штата Орегон, 1970), «Master of Urban Planning & Policy/ Магистр городского планирования и жилищной политики» (Университет штата Иллинойс в Чикаго, 1979) [2] и ряда других.

В конце XX - начале XXI века с появлением новых форм образования, в том числе элементов постдипломного и long life learning - непрерывного в течение жизни образования^], сменой образовательных технологий и развитием постиндустриального общественного уклада образование в сфере градостроительства за рубежом приобрело черты трех основных активных моделей, которые при определенном упрощении могут быть сопоставлены с применяемыми в российской образовательной практике:

- «средоформирующей» моделью, реализуемой в виде специальностей «Master of Arts in Urban, Environmental Policy & Planning/ Магистр искусств в городском планировании и средовом проектировании» (Университет Тафтса, с 2004 года), «Master of Urban Planning & Environmental Policy/ Магистр городского планирования и средового проектирования» (Южный университет штата Техас, с 2009 года) [2];

- «управленческой» моделью, представляющей собой «надстройку» для другого профессионального образования и формирования навыков управления развитием территорий и стратегического планирования;

- «территориально-пространственной» моделью, направленной на формирование навыков и компетенций в сфере пространственного и территориального планирования и реализуемой в виде специальностей «Master of City & Metropolitan Planning/ Магистр городского и агломерационного планирования» (Университет штата Юта, 2011) [2].

Резюмируя понятийные, организационно-методические и образовательные тренды, можно сделать следующие выводы.

Градостроительное образование в исследованиях 19502000-х годов рассматривается в виде многокомпонентной системы, предполагающей необходимость разного типа профессионального образования для разных (минимум трех) видов профессиональной деятельности [4], что и осуществляется в виде условно выделенных здесь «пространственной», «средоформирующей» и «управленческой» моделей обучения.

Поскольку некоторые авторы еще в 1960-х годах самокритично утверждали, что городская планировка по-настоящему не является уникальным навыком, а скорее полем для реализации многих навыков [4], есть все основания полагать, что современная профессиональная подготовка в сфере градостроительства может и должна реализовываться как совокупность отдельных специализаций, но функционировать при этом в виде единой системы для достижения требуемого уровня профессиональной коммуникации, формирования общих идеологических и научно-практических установок.

Не более трети специализаций в современной мировой практике образования в сфере градостроительства осуществляется в русле «архитектурной» модели образования; в течение последних 20-30 лет курс развития специальности был связан в основном с раскрытием потенциала «внеархи-тектурной» модели, в частности с разработкой новых моделей обучения.

Российский опыт признания градостроительного образования самостоятельной дисциплиной еще более противоречив и сложен. Его специфику определил, по мнению М.Г.Мееровича, «очевидный факт принудительной эволюции архитектурно-градостроительного творчества в СССР» [8], то есть, в отличие от зарубежного опыта, взаимосвязь в системе «востребованные задачи - развитие системы образования» носила нелинейный характер.

Значительная часть мнений [1,3] совпадает относительно особенностей развития градостроительного образования в течение последних 100 лет, что показывает следующая хронология.

• В 1910 году в Одессе состоялся Всероссийский съезд специалистов по «городскому благоустройству», который может считаться официальным началом функционирования в России специальности «Планировка городов».

• В дореволюционной России планировочное образование развивалось согласно новейшим мировым тенденциям. В начале ХХ века появились кафедра городского хозяйства (Санкт-Петербургский политехнический институт, 1911), кафедра местного самоуправления (Москва, Университет Шанявского, 1912).

• В 1930 году в контексте общего роста востребованности инженерных специальности и увеличения числа вузов (со 150 в 1917 году до 516 в 1950-м [7]) был создан Ленинградский институт коммунального строительства с кафедрой планировки городов под руководством инженера Г. Дубелира. Открывались и другие профессионально-ориентированные кафедры по всей стране.

• Начало советского периода истории градостроительного образования сложилось трагично: в 1934 году развитие профессионального градостроительства по международным образцам было осуждено Пленумом ЦК ВКП(б), общество урбанистов объединилось в союзе с архитекторами [3]. Свою лепту в этот процесс внесли работы лидера дезурбанизма М.Охитовича, который одним из первых стал говорить о возможности и необходимости «внеархитектурной» подготовки планировщика.

• В течение второй половины ХХ века в более 50 университетов страны градостроительство изучается не как специальность, а как прикладной раздел архитектуры [3].

• Важнейшим моментом, во многом определяющим характер развития специальности в начале XXI века, стал труд «Градостроительство как система научных знаний» [1], в котором ставится вопрос о параллельных перспективах «архитектурной» и «внеархитектурной» моделей развития

градостроительного образования. Перспективы специальности все же были определены высокой значимостью «архитектурной» модели подготовки специалиста-градостроителя [1]. При этом признавалась вариативность методов получения градостроительного образования.

Сегодня, несмотря на противоречивость некоторых установок, эту тенденцию продолжает используемое в федеральном образовательном стандарте определение градостроительства как области профессиональной деятельности по пространственной и планировочной организации территории, осуществляемой в виде территориального планирования, градостроительного зонирования, планировки территорий, архитектурно-строительного проектирования и строительства. Заявленное в этом определении многообразие решаемых профессиональных задач, несомненно, предполагает несколько векторов развития всей специальности.

Современное градостроительное образование в России характеризуют:

- активно обсуждаемые перспективы увеличения количества направлений и специализаций; например, труды профессора А.В. Крашенинникова содержат рекомендации для введения в систему градостроительного образования новых специальностей, в частности «Градостроительной политики» [9, 10].

- обсуждение в дискуссионном порядке профессиональным сообществом [11] актуальности поиска единой образовательной модели обучения градостроителей в противопоставление идее о перспективах развития деятельности по планировке, управлению и застройке городов в виде комплекса квалификаций, реализуемых не одним специалистом, а командой единомышленников [11];

- дискуссионность обсуждения дефицита специалистов в области управления и администрирования городов, проявляющегося в нехватке градостроителей, получивших образование в рамках «внеархитектурной» модели [10]; часто это связывают с необходимостью создания новых научных направлений и векторов обучения: градоведение, градо-устройство, урбанистика [12];

- перспективные предложения, не ограничивающие предмет дискуссий перенаименованием специальности, в частности содержащиеся в исследованиях А.А. Высоковско-го, посвященных смысловому разграничению разных видов деятельности, объединяемых общим объектом - городом. Речь там идет об изменениях «в профессиональном мировоззрении и методах работы... в переориентации ценностных установок на работу с различными субъектами, участвующими в создании и трансформации городской среды, а не только с застройщиками (инвесторами, заказчиками)», а также о принципиальном разграничении «архитектурного» и «планировочно-управленческого» подходов к решению градостроительных задач [13].

Подведем итоги. В ходе развития отечественной системы подготовки профессиональных кадров для градостроитель-

ства в сочетании с архитектурной специальностью сформировалось уникальное явление - российское градостроительное образование, принципиально не сводимое к изначальному зарубежному аналогу urban planning education. Сравнительный анализ и копирование опыта развития должны проводиться не в масштабе всей специальности, а строго в рамках отдельных моделей обучения. При этом «архитектурная» модель обучения градостроителей в России по своему содержанию, задачам и используемым приемам качественно богаче выделенной нами зарубежной «средоформирующей» модели, которая скорее соотносится с популярной сейчас специальностью «Дизайн городской среды».

В развитии «внеархитектурной» модели обучения российские и зарубежные учебные заведения имеют много общего. Например, в работах российских исследователей современный этап развития этой модели характеризуется значительным расширением количества специализаций и направлений, относимых к сфере градостроительного образования. Также может быть разумно внедрен в российскую практику опыт признания в градостроительном образовании третьего вектора - «квалификационной» модели, рассматриваемой нами как надстройка ранее полученного профессионального образования смежным научным направлением (экономика, социология, дизайн, администрирование и управление), - создающего предпосылки для развития в градостроительной деятельности, помимо «творческой» («архитектурной») и «инженерной» («внеархитектурной»), модели «управленческой».

Дальнейшее развитие системы градостроительного образования в России, видимо, должно происходить при сохранении уникальных черт «творческого» направления (в рамках «архитектурной» модели обучения) с аккуратным включением в общемировую систему профессионального образования за счет развития специальностей и направлений обучения внутри «внеархитектурной» модели, создания платформ становления «управленческой» модели и гибкой адекватной реакции на запросы общества в части формирования других моделей градостроительного образования, например «исследовательской».

Литература

1. Владимиров В.В., Саваренская Т.Ф., Смоляр И.М. Градостроительство как система научных знаний: научная монография / Под ред. И.М. Смоляра. М.: УРСС, 1999.

2. Urban Planning Education // http://en.wikipedia.org/ wiki/Urban_planning_education.

3. БочаровЮ.П. К возрождению профессионального градостроения в России // http://demoscope.ru/weekly/2009/0363/ analit05.php.

4. Будущее планировки / Под ред. П. Коэна. М.: Строй-издат, 1976.

5. Мерлен П. Город. Количественные методы изучения. М.: Прогресс, 1977.

6. Sclar E. Urban Professionals in the 21st Century: Challenges for Pedagogy and Professional Practice // http:// csud.ei.columbia.edu/publications/global-urban-summit-papers/.

7. Галушкина М.В., Княгинин В.Н. Массовое, гибкое и интернациональное // Эксперт. 14 ноября 2005 г. № 43; http:// www.hse.ru/news/1126858.html.

8. Меерович М.Г. Политическая история советской архитектуры и градостроительства //_http://www.archi.ru/lib/ publication.html?id=1850569830.

9. Крашенинников А.В. Профессиональные компетенции градостроителей // Известия КрасГАСУ. 2009. №1(11). С.59-64.

10. Будущее градостроительного образования в формировании новых профессиональных компетенций. Материалы Союза архитекторов России // http://uar.ru/news/95/1948/.

11. Назаров В.Ф. Профессия архитектора в градостроительстве // Материалы 2-й Международной научно-практической конференции «Преобразование транспортно-коммуни-кационных пространств городов. Санкт-Петербург. Площадь Балтийского вокзала». СПб., 2012. С. 16-19.

12. Глазычев В.Л. Урбанистика. М.: Европа, 2008.

13. ВысоковскийА.А. Смена вех: от градостроительства к градоустройству // Архитектурный вестник. 2011. №2 (119); http://archvestnik.ru/node/3063.

Literatura

I. Vladimirov V.V., Savarenskaya T.F., Smolyar I.M. Gradostroi-telstvo kak sistema nauchnyh znanij: nauchnaya monografiya / Pod red. I.M. Smolyara. M.: URSS,1999.

3. Bocharov Yu.P. K vozrozhdeniyu professionalnogo gradostroeniya v Rossii // http://demoscope.ru/week-ly/2009/0363/analit05.php.

4. Budushchee planirovki / Pod red. P. Koena. M.: Strojizdat, 1976.

5. Merlen P. Gorod. Kolichestvennye metody izucheniya. M.: Progress, 1977.

7. Galushkina M.V., Knyaginin V.N. Massovoe, gibkoe i in-ternacionalnoe // Ekspert. 14 noyabrya 2005 g. № 43; http:// www.hse.ru/news/1126858.html.

8. Meerovich M.G. Politicheskaya istoriya sovetskoj arhitek-tury i gradostroitelstva // http://www.archi.ru/lib/publica-tion.html?id=1850569830.

9. Krasheninnikov A.V. Professionalnye kompetencii gra-dostroitelej // Izvestiya KrasGASU. 2009. №1(11). S.59-64.

10. Budushchee gradostroitelnogo obrazovaniya v formirova-nii novyh professionalnyh kompetencij. Materialy Soyuza arhi-tektorov Rossii // http://uar.ru/news/95/1948/.

II. Nazarov V.F. Professiya arhitektora v gradostroitelstve // Materialy 2-j Mezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferencii «Preobrazovanie transportno-kommunikacionnyh prostranstv gorodov. Sankt-Peterburg. Ploshchad Baltijskogo vokzala». SPb., 2012. S. 16-19.

12. Glazychev V.L. Urbanistika. M.: Evropa, 2008.

13. Vysokovskij A.A. Smena veh: ot gradostroitelstva k gra-doustrojstvu // Arhitekturnyj vestnik. 2011. №2 (119); http:// archvestnik.ru/node/3063.

Questions of Development «Not-Architectural» Model in

Learning of Urban Planning. By N.N.Shesterneva

Active search for the vector of development of urban education in the contemporary national practice are including attempts of separatoin of urban and architectural education, proposals for the development of fundamentally new specialties designed to completely replace the classic urban planning education. This ignores the unique educational experience of the Soviet period, which built «architectural» (mainly creative education) and «not-architectural» (mainly engineering education) models of urban education. This article makes an attempt to identify the principles of joint harmonious development of various models in the system of modern urban education that will preserve and increase the experience, developing its hidden potential. The paper attempts to summarize the prevailing foreign (mostly North American) and Russian experience in the development of educational models, outlines the key trends and formulates some prospects for further implementation of current models in educational programs.

Ключевые слова: градостроительное образование, градостроительство, профессиональные компетенции, градо-ведение.

Key words: urban planning education, urbanism, professional competence, urban development.