Конструирование объективных и субъективных признаков составов злоупотребления и превышения должностных полномочий (ст. 285, 286 УК РФ)

С.В. Изосимов, С.В. Стравинскас

Изосимов Сергей Владимирович — доктор юридических наук, профессор, начальник кафедры уголовного и уголовно-исполнительного права Нижегородской академии МВД России;

Стравинскас Станислав Владимирович — соискатель кафедры уголовно-правовых дисциплин Нижегородского института менеджмента и бизнеса

Конструирование объективных и субъективных признаков составов злоупотребления и превышения должностных полномочий

Проблемы ответственности за должностные преступления всегда находились в центре внимания ученых и практиков. Актуальность противодействия деяниям, посягающим на интересы государственной власти, интересы государственной службы и службы в органах местного самоуправления, обусловливается их достаточно широкой распространенностью, сложностью квалификации, а также проблемами, связанными с отграничением этих преступлений от смежных деяний и дисциплинарных проступков. Должностные преступления обращают пристальное внимание на себя с точки зрения их социальной оценки как преступлений повышенной опасности, порождающих разнообразные негативные последствия в различных сферах жизни общества, как деликтов, серьезно отражающихся на репутации органов власти и доверии к ним населения1. Особую значимость и актуальность проблемы должностной преступности приобрели в настоящее время в связи с существенными изменениями, происходящими в деятельности аппарата государственной власти и управления.

Данные статистики и судебно-следственная практика свидетельствуют, что деяния, совершаемые должностными лицами с использованием своих служебных полномочий, в настоящее время составляют достаточно весомую долю в общей структуре преступности. Наиболее распространенными среди должностных преступлений являются злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ) и превышение должностных полномочий (ст. 286 УК РФ).

Так, в 1997 году было зарегистрировано 5 001 такое преступление (2 848 преступлений, квалифицируемых по ст. 285 УК РФ, и 2 153 — по ст. 286 УК РФ), что составило 27,68% от всех преступлений, посягающих на интересы государственной службы и службы в органах местного самоуправления (гл. 30 УК РФ)2; в 1998 году было выявлено 5 796 указанных деяний (ст. 285 УК РФ — 3 157; ст. 286 УК РФ — 2 639), что составило 28,89% от всех должностных преступлений; в 1999 году было зарегистрировано 7 177 преступлений, связанных со злоупотреблением или превышением должностных полномочий (ст. 285 УК РФ —

4 176; ст. 286 УК РФ — 3 384), что составило 31,32% от всех преступлений, предусмотренных главой 30 УК РФ; в 2000 году показатели рассматриваемых должностных преступлений вновь увеличились по сравнению с предыдущим годом, в частности, было выявлено 4 797 злоупотреблений должностными полномочиями и 3 384 превышения должностных полномочий (всего 8 181), что в целом составило 32,37% от всех преступлений против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления; в 2001 году было зарегистрировано 4 133 случая злоупотребления должностными полномочиями и 3 695 фактов превышения должностных полномочий (всего 7 858), или 29,58% от общего количества преступлений, предусмотренных главой 30 УК РФ3; в 2002 году было зарегистрировано в целом 9 230 анализируемых должностных преступлений (ст. 285 УК РФ — 3 818; ст. 286 УК РФ —

5 414), что составило 33,7% от всех должностных преступлений4; в 2003 году было выявлено 4 400 случаев злоупотребления должностными полномочиями и 6 189 фактов превышения должностных полномочий (что в сумме составляет 10 589 преступлений), или 37,05% от общего количества преступлений, посягающих на интересы государственной службы и службы в органах местного самоуправления; в 2004 году количество должностных злоупотреблений составило 5 033, фактов превышения должностных полномочий — 7 911 (общее количество преступлений двух указанных разновидностей 12 944), что составило 38,28% от всех преступлений, предусмотренных главой 30 УК РФ; в 2005 году был выявлен 6 941 факт злоупотребления должностными полномочиями и 8 939 случаев превышения должностных полномочий

1 См.: Безверхое А.Г. Должностные (служебные) преступления и проступки: Автореф. дис... канд. юрид. наук. — Казань, 1995. — С. 1.

2 См.: Организованная преступность — 4 / Под ред. А.И. Долговой. — М., 1998. — С. 268.

3 См.: Долгова А.И. Преступность, ее организованность и криминальное общество. — М., 2003. — С. 557.

4 См.: Проблемы преступности: традиционные и нетрадиционные подходы. — М., 2003. — С. 266.

(в совокупности это составило 15 880 преступлений)1, или 42,2% от общего количества зарегистрированных должностных преступлений; в 2006 году было зарегистрировано 6 634 должностных злоупотреблений и 9185 случаев превышения должностных полномочий, общее количество которых составило 15 819 (39,79% от всех преступлений, посягающих на интересы государственной службы и службы в органах местного самоуправления2); в 2007 году было совершено 5 852 преступления, квалифицируемых как злоупотребление должностными полномочиями, и выявлено 6 736 случаев превышения должностных полномочий (общее количество обоих преступлений составило 12 588), что составило 32,21% от всех должностных преступлений3; в 2008 году было выявлено 11 859 анализируемых преступлений (ст. 285 УК РФ —

6 055; ст. 286 УК РФ — 5 804), что в общей массе преступлений, предусмотренных главой 30 УК РФ, составило 27,23%4; в 2009 году было зарегистрировано 6 103 должностных злоупотребления и 5 542 случая превышения должностных полномочий, общее количество указанных деяний составило 11 644 (25,19% от всех преступлений, посягающих на интересы государственной службы и службы в органах местного самоуправления5); в 2010 году было выявлено 4 687 фактов преступлений, предусмотренных статьей 285 УК РФ, и 4 795 — преступлений, квалифицируемых по статье 286 УК РФ, что в своей совокупности (9 482) составило 23,3% от всей массы должностных преступлений, указанных в главе 30 УК РФ6; в 2011 году было зарегистрировано 4 593 факта злоупотребления и 4 821 случай превышения должностными лицами своих служебных полномочий (общее количество указанных деяний составило 9 414), что в общей массе преступлений, предусмотренных главой 30 УК РФ, составило 24,8%7.

Как видим, удельный вес рассматриваемых преступлений в общей структуре должностной преступности весьма значителен. Кроме того, необходимо учитывать, что в это количество не входят случаи злоупотребления или превышения должностных полномочий, ответственность за которые предусмотрена специальными нормами УК РФ (например, ст. 1451, 170, 2851, 2852, 2853, 2861, 290, 292 и др.).

Правоохранительные органы испытывают значительные трудности в реализации названных норм на практике и в отграничении их от смежных общественно опасных деяний. В этой связи возникает настоятельная необходимость в изучении проблем законодательного определения и технико-юридического конструирования составов злоупотребления и превышения должностных полномочий в целях выработки предложений по совершенствованию соответствующих норм УК РФ. Рассмотрим указанные вопросы через призму объективных и субъективных признаков преступлений, предусмотренных статьями 285 и 286 УК РФ.

Злоупотребление должностными полномочиями. Общественная опасность этого преступления выражается в том, что в результате его совершения нарушается нормальная, регламентированная законом деятельность аппарата законодательной, исполнительной и судебной власти, а также органов местного самоуправления.

В качестве основного непосредственного объекта преступного посягательства выступают общественные отношения, регулирующие нормальную работу государственного аппарата и аппарата органов местного самоуправления как в целом, так и отдельных его звеньев8.

Дополнительные непосредственные объекты составляют общественные отношения, обеспечивающие охрану прав и законных интересов граждан, организаций, интересы общества и государства9.

1 См.: Экспресс-информация по России за январь — декабрь 2005 г. «Преступления против интересов государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления». (Форма № 453-1-г). — М., 2006. — Раздел 15.

2 См.: Преступность, криминология, криминологическая защита / Под ред. А.И. Долговой. — М., 2007. — С. 356.

3 См.: Экстремизм и другие криминальные явления. — М., 2008. — С. 231—232.

4 См.: Сводный отчет по России за январь — декабрь 2008 г. — М., 2009. — С. 51.

5 См.: Сводный отчет по России за январь — декабрь 2009 г. Форма 491 раздел 16 за отчетный период 0912 подразделение: Всего по России — М., 2010.

6 См.: Сводный отчет по России за январь — декабрь 2010 г. Форма 491 раздел 16 за отчетный период 0912 под-

разделение: Всего по России — М., 2011.

7 См.: Сводный отчет по России за январь — декабрь 2011 г. Форма 491 раздел 16 за отчетный период 0912 под-

разделение: Всего по России — М., 2012.

8 Представляется неверной позиция авторов, полагающих, что родовой, видовой и непосредственный объекты рассматриваемого преступления совпадают и составляют один общий объект — нормальную деятельность органов государственного управления, государственной службы и местного самоуправления (см., например: Смирнова Н.Н. Уголовное право: Учебник. — СПб., 1998. — С. 573). При такой трактовке нарушается общепринятое положение о том, что указанные объекты (родовой, видовой, непосредственный) должны находиться в плоскости одних и тех же общественных отношений.

9 Отдельные авторы относят указанные общественные отношения к основному непосредственному объекту (Уголовное право России. Общая и Особенная части: Учебник / Под ред. В.П. Ревина. — М., 2000. — С. 705). Данная точка зрения представляется ошибочной. Поскольку основной непосредственный объект всегда лежит в плоскости видового (содержание которого определяется общественными отношениями, отраженными в названии соответствующей главы Особенной части УК РФ), следовательно, именно общественные отношения, регулирующие нормальную работу государственного аппарата и аппарата местного самоуправления как в целом, так и отдельных его звеньев, будут составлять содержание основного непосредственного объекта рассматриваемого преступления.

Объективная сторона характеризуется тремя обязательными признаками: а) использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы; б) наступление в результате этого общественно опасного последствия в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества и государства; в) наличие причинной связи между использованием должностным лицом своих служебных полномочий и указанными вредными последствиями.

Преступление может быть совершено как путем действия, так и путем бездействия1, когда должностное лицо сознательно не выполняет свои обязанности (например, попустительствует совершению преступления).

Преступление может быть совершено как путем действия, так и путем бездействия, когда должностное лицо сознательно не выполняет свои обязанности (например, попустительствует совершению преступления).

Под использованием должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы следует понимать совершение таких деяний, которые непосредственно вытекали из его полномочий и являлись осуществлением прав и обязанностей, которыми наделялось это лицо в связи с занимаемой должностью, то есть составляющими его служебную компетенцию. Полномочия должностного лица, обусловленные служебным положением, весьма разнообразны. Чтобы установить, какие конкретно обязанности по службе были им нарушены, необходимо обратиться к нормативным актам, регулирующим служебную деятельность тех или иных должностных лиц и определяющим их права и обязанности2. В постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении в императивном порядке должны содержаться ссылки на эти правовые акты, в силу которых должностное лицо наделено теми или иными полномочиями, а также конкретные обязанности и права, злоупотребление которыми вопреки интересам службы вменяется ему в вину3. Установление пределов полномочий должностного лица позволяет рассматривать определенные действия (бездействие) как злоупотребление должностными полномочиями.

Так, исходя из предписаний, сформулированных в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» по статье 285 УК РФ должны квалифицироваться действия должностного лица, которое из корыстной или иной личной заинтересованности совершает входящие в круг его должностных полномочий действия при отсутствии обязательных условий или оснований для их совершения (например, выдача водительского удостоверения лицам, не сдавшим обязательный экзамен; прием на работу лиц, которые фактически трудовые обязанности не исполняют; освобождение командирами (начальниками) подчиненных от исполнения возложенных на них должностных обязанностей с направлением для работы в коммерческие организации либо обустройства личного домовладения должностного лица и т. п.). Ответственность за злоупотребление должностными полномочиями наступает также за умышленное неисполнение виновным своих обязанностей в том случае, если подобное бездействие было совершено из корыстной или иной личной заинтересованности, объективно противоречило тем целям и задачам, для достижения которых должностное лицо было наделено соответствующими должностными полномочиями, и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества и государства4.

1 Иную позицию занимает законодатель Республики Беларусь. В соответствии с частью 1 статьи 424 УК этого государства злоупотребление властью или служебными полномочиями определяется как умышленное вопреки интересам службы совершение должностным лицом действий с использованием своих служебных полномочий. Не включая указания на бездействие в число объективных признаков злоупотребления властью или служебными полномочиями, законодатель Республики Беларусь выделяет в качестве самостоятельного состава преступления бездействие должностного лица, то есть умышленное вопреки интересам службы неисполнение должностным лицом действий, которые оно должно было и могло совершить в силу возложенных на него служебных обязанностей, сопряженное с попустительством преступлению либо, повлекшее причинение ущерба в крупном размере или существенного вреда правам и законным интересам граждан либо государственным или общественным интересам (ст. 425).

2 См.: Курс уголовного права. Особенная часть: Учебник для вузов: В 5 т. / Под ред. Г.Н. Борзенкова и В.С. Комиссарова. — М., 2002. — Т. 5. — С. 91.

3 См., например: ИгнатовА.Н. Курс российского уголовного права: В 2 т. / А.Н. Игнатов, Ю.А. Красиков. — М., 2002. — Т. 2: Особенная часть. — С. 805; Стравинскас С.В. Злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ): проблемы законодательного определения и правоприменения // Уголовно-правовая наука: теория и практика. Материалы научной школы «Реализация уголовной политики в области противодействия служебно-экономической преступности» / Под ред. А.П. Кузнецова. — Н. Новгород, 2010. — Вып. 2. — С. 169; и др.

4 См.: Пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» // Российская газета. — 2009. — 30 октября.

Исключается привлечение к уголовной ответственности должностного лица, использующего авторитет занимаемой должности, служебные связи, доверительные отношения с другими должностными лицами и т. п.1

В случае если виновный совершил действия, явно выходящие за пределы его должностных полномочий, уголовная ответственность наступает по статье 286 УК РФ за превышение должностных полномочий.

В соответствии с диспозицией нормы деяние должно быть совершено вопреки интересам службы. Это означает, что оно объективно противоречит как общим задачам и требованиям, предъявляемым к государственному аппарату и аппарату органов местного самоуправления, так и задачам, выполняемым отдельными управленческими системами и звеньями, нарушает основные принципы и методы работы2. В этой связи необходимо отметить, что судебная практика неоднократно сталкивалась со случаями, когда должностное лицо допускало нарушения служебных инструкций, но делало это ради достижения успехов в деятельности соответствующего учреждения.

Так, К. заключил договор с бригадой строителей, завысив в нем сумму оплаты, и для того, чтобы выплатить эти деньги, составлял фиктивные наряды на невыполнявшиеся работы. Суд не признал в действиях К. состава злоупотребления должностными полномочиями, установив, что он действовал в интересах службы, поскольку за меньшую оплату строителей найти было невозможно3.

Момент окончания основного состава преступления, указанного в части 1 статьи 285 УК РФ, связан с наступлением последствия в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом государственных и общественных интересов. В каждом конкретном случае правоприменителю надлежит, наряду с другими обстоятельствами дела, выяснять, какие именно права и законные интересы были нарушены и находится ли причиненный этим правам и интересам вред в причинной связи с допущенным должностным лицом нарушением своих служебных полномочий4.

Понятие существенного нарушения является оценочным. Таковым, в частности, признается нарушение прав и свобод физических и юридических лиц, гарантированных общепризнанными принципами и нормами международного права, Конституцией РФ (например, права на уважение чести и достоинства личности, личной и семейной жизни граждан, права на неприкосновенность жилища и тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, а также права на судебную защиту и доступ к правосудию, в том числе права на эффективное средство правовой защиты в государственном органе и компенсацию ущерба, причиненного преступлением, и др.). Согласно пункту 18 упомянутого выше Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 к существенному нарушению законных интересов граждан или организаций следует также относить создание препятствий в удовлетворении гражданами или организациями своих потребностей, не противоречащих нормам права и общественной нравственности (например, создание должностным лицом препятствий, ограничивающих возможность выбрать в предусмотренных законом случаях по своему усмотрению организацию для сотрудничества и т. д.) При установлении последствия в виде существенного нарушения необходимо учитывать степень отрицательного влияния противоправного деяния на нормальную работу организации, характер и размер понесенного ею материального ущерба, число потерпевших граждан, тяжесть причиненного им физического, морального или имущественного вреда и т. п.5

С субъективной стороны злоупотребление должностными полномочиями — умышленное преступление. Умысел может быть как прямым, так и косвенным. Представляется ошибочной точка зрения авторов, считающих, что анализируемое деяние может совершаться только с прямым умыслом6. Данное преступление по конструкции объективной стороны является материальным, в нем необходимо

1 Введение в новый УК РФ признака «использование служебных полномочий» вместо признака «использование должностного положения» положило конец многолетним спорам специалистов об узкой и широкой трактовке понятия использования должностного положения. Закон однозначно решил эти споры в пользу узкого понимания данного признака рассматриваемого преступления. Представляется, что вполне обоснованно отказался новый закон и от двойного наименования этой статьи, исключив указание на злоупотребление властью, поскольку никаких принципиальных отличий между злоупотреблением властью или должностными полномочиями нет.

2 См.: Изосимов С.В. Коррупция и экстремизм как угрозы национальной безопасности России / С.В. Изосимов, В.С. Изосимов // Сборник научных статей по материалам Межведомственной межвузовской научно-практической конференции / Под общ. ред. С.Ф. Идрисовой. — Ижевск, 2010. — С. 57.

3 См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. — 1992. — № 4. — С. 6—7.

4 См.: Пункт 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19.

5 См., например: Волженкин Б.В. Служебные преступления. — М., 2000. — С. 144; Яни П.С. Взяточничество и должностное злоупотребление: уголовная ответственность. — М., 2002. — С. 81—82; и др.

6 См., например: Курс уголовного права. Особенная часть: Учебник для вузов: В 5 т. / Под ред. Г.Н. Борзенкова и

B.С. Комиссарова. — М., 2002. — Т. 5. — С. 91—92; Смирнова Н.Н. Уголовное право: Учебник. — СПб., 1998. —

C. 573; и др.

учитывать психическое отношение лица не только к выполнению деяния (действия или бездействия), но и к наступившим общественно опасным последствиям. Если по отношению к своему деянию виновный, действительно, действует только с прямым умыслом (подтверждением чему является указанный в законе мотив — корыстная либо иная личная заинтересованность), то по отношению к наступлению общественно опасного последствия в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан, организаций, общества или государства вполне допустим и косвенный умысел1.

Таким образом, субъективная сторона преступления выражается в том, что субъект осознает, что использует свои должностные полномочия вопреки интересам службы, предвидит возможность или неизбежность наступления последствий в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства и желает их наступления или сознательно допускает эти последствия либо относится к ним безразлично2.

В науке и на практике довольно долго обсуждался вопрос о том, может ли рассматриваемое деяние совершаться с двойной формой вины — умыслом по отношению к действиям и неосторожности по отношению к последствиям. За такую конструкцию высказывались многие авторы. Представляется, что в настоящее время эта дискуссия утратила свою актуальность, так как законодатель в статье 27 УК РФ 1996 года принял такую трактовку состава преступления с двойной формой вины, которая касается только составов с квалифицированными обстоятельствами в виде тяжких последствий, и определил, что «в целом такое преступление признается совершенным умышленно»3.

Обязательным признаком субъективной стороны злоупотребления должностными полномочиями

4

является мотив — корыстная или иная личная заинтересованность .

Корыстная заинтересованность, как правило, выражается в стремлении виновного, используя свои служебные полномочия, извлечь для себя или других лиц незаконную имущественную выгоду, не связанную с незаконным безвозмездным обращением имущества в свою пользу или в пользу третьих лиц (например, незаконное получение льгот, кредита, освобождение от каких-либо имущественных затрат, возврата имущества, погашения долга, оплаты услуг, уплаты налогов и т. п.).

Так, за злоупотребление своим служебным положением из корыстных побуждений был осужден старший инспектор С., который под видом уплаты штрафа получил от задержанной гражданки Л. деньги и присвоил их5.

Под иной личной заинтересованностью понимается стремление должностного лица извлечь выгоду неимущественного характера, обусловленное такими противоречащими интересам службы побуждениями личного характера, как карьеризм, протекционизм, семейственность, месть, зависть, подхалимство, желание приукрасить действительное положение, получить взаимную услугу, заручиться поддержкой в решении какого-либо вопроса, скрыть свою некомпетентность и т. п.6

Если виновный руководствовался при совершении противоправных действий иными мотивами (например, ложно понимаемыми государственными или общественными интересами), его действия не могут быть квалифицированы по статье 285 УК РФ. Вместе с тем, такое поведение должностного лица не исключает дисциплинарную ответственность.

Корыстное использование должностным лицом своих служебных полномочий, связанное с изъятием материальных ценностей, полностью охватывается частью 3 статьи 159 или частью 3 статьи 160 УК РФ (то есть рассматривается как хищение чужого имущества) и дополнительной квалификации по статье 285 УК РФ не требует. В случаях когда должностное лицо, наряду с хищением чужого имущества, совершило другие незаконные действия, связанные со злоупотреблением должностными полномочиями из корыстной или иной личной заинтересованности, содеянное им надлежит квалифицировать по совокупности указанных преступлений. Также оцениваются действия виновного, совершившего служебный подлог. В случаях когда субъект в связи с исполнением своих служебных обязанностей внес в официальные документы заведомо ложные сведения либо исправления, искажающие их действительное содержание, содеянное должно быть квалифицировано по статье 292 или 2921 УК РФ. Если же им, наряду с совершением действий, влекущих уголовную ответственность по статье 285 УК

1 См.: Стравинскас С.В. Злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ): проблемы законодательного определения и правоприменения // Уголовно-правовая наука: теория и практика. Материалы научной школы «Реализация уголовной политики в области противодействия служебно-экономической преступности» / Под ред. А.П. Кузнецова. — Н. Новгород, 2010. — Вып. 2. — С. 172.

2 См.: Комментарий к Уголовному кодексу РФ / Под ред. В.Т. Томина, В.В. Сверчкова. — 8-е изд., перераб. и доп. — М., 2012. — С. 809—810.

3 См.: Курс российского уголовного права. Особенная часть / Под ред. В.Н. Кудрявцева и А.В. Наумова. — М., 2002. — С. 850.

4 По данным С.Г. Келиной в 54% дел рассматриваемой категории преступление совершается из корыстных побуждений, а в 44% — из иной личной заинтересованности (см.: Курс российского уголовного права. Особенная часть / Под ред. В.Н. Кудрявцева и А.В. Наумова. — М., 2002. — С. 850).

5 См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. — 1994. — № 11. — С. 4.

6 См.: Пункт 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19.

РФ, совершается подлог, то содеянное подлежит квалификации по совокупности со статьей 292 или статьей 2921 УК РФ1.

Как указывалось ранее, мотив совершения преступления является обязательным признаком субъективной стороны злоупотребления должностными полномочиями. Вместе с тем, полагаем, что наличие его в основном составе анализируемого деяния является излишним. Представляется, что для криминализации данного преступления достаточно указания в законе на то, что в результате его совершения существенным образом нарушаются права и законные интересы граждан, организаций, общества или государства. Считаем также, что именно по этому признаку объективной стороны следует проводить разграничение между дисциплинарным проступком должностного лица и должностным преступлением.

Такой вывод напрашивается и из сопоставительного анализа злоупотребления должностными полномочиями с таким преступлением, как халатность (ст. 293 УК РФ). В соответствии с законом условием привлечения к уголовной ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей по службе (которое является неосторожным преступлением) является (кроме крупного ущерба) наступление общественно опасного последствия в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства. Для того же чтобы привлечь к уголовной ответственности за злоупотребление должностными полномочиями (умышленное преступление), мало установить, что виновный своими действиями (бездействием) причинил указанный в законе вред, необходимо также установить, что он действовал (бездействовал) при этом с корыстной или иной личной заинтересованностью.

Указанные несоответствия противоречат не только логике и здравому смыслу, но и принципам криминализации и декриминализации деяний, основанных на характере и степени их общественной опасности.

Представляется, что отмеченные выше недостатки необходимо устранить путем внесения соответствующих изменений в статью 285 УК РФ. В квалифицированном же составе предлагаем указать в качестве обязательного признака субъективной стороны на корыстную либо иную личную заинтересованность2. Принимая во внимание изложенные выше обстоятельства, предлагаем следующую редакцию статьи 285 УК РФ:

Статья 285. Злоупотребление должностными полномочиями

1. Использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, —

наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо арестом на срок от трех до четырех месяцев, либо лишением свободы на срок до трех лет.

2. То же деяние, совершенное из корыстной или иной личной заинтересованности, —

наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет, либо принудительными работами на срок до четырех лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок от трех до пяти лет.

Части вторую, третью статьи 285 УК РФ считать соответственно частями третьей и четвертой».

Поскольку норма о злоупотреблении должностными полномочиями открывает главу 30 УК РФ «Преступления против интересов государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления», законодатель сформулировал к ней четыре примечания, которые распространяют свое действие на все деяния, закрепленные в данной главе. Все они посвящены субъектам должностных преступлений.

Субъекты преступлений против интересов государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления (гл. 30 УК РФ), в том числе и преступления, предусмотренного статьей 285 УК РФ, являются, как правило (за исключением ст. 291 и ст. 2911 УК РФ — «Дача взятки» и «Посредничество во взяточничестве»), специальными. В частности, субъектом злоупотребления должностными полномочиями может быть только должностное лицо, понятие и признаки которого определены в примечании 1 к статье 285 УК РФ.

К должностным лицам относятся две категории специальных субъектов: 1) постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителей власти; 2) постоянно, временно или по специальному полномочию выполняющие организационно-распорядительные или

1 См.: Пункт 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19.

2 Аналог предлагаемого варианта законодательного решения имеется в УК КНР (Ст. 397). — См.: Уголовный кодекс Китайской Народной Республики / Под ред А.И. Коробеева. — СПб., 2001. — С. 265—266.

административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, государственных корпорациях, а также в Вооруженных Силах РФ, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации.

Выполнение перечисленных функций по специальному полномочию означает, что лицо исполняет определенные обязанности, возложенные на него законом (стажеры органов полиции, прокуратуры и др.), нормативным актом, приказом или распоряжением вышестоящего должностного лица либо правомочным на то органом или должностным лицом. Такие функции могут осуществляться в течение определенного времени или одноразово либо совмещаться с основной работой (присяжные заседатели и др.). Функции должностного лица по специальному полномочию могут осуществляться в течение определенного времени или однократно, а также могут совмещаться с основной работой.

При временном исполнении функций должностного лица или при исполнении их по специальному полномочию лицо может быть признано должностным лишь в период исполнения возложенных на него обязанностей1.

Как злоупотребление должностными полномочиями (либо их превышение) следует квалифицировать действия лица, назначенного на должность с нарушением требований или ограничений, установленных законом или иными нормативными правовыми актами, к кандидату на эту должность (например, при отсутствии диплома о высшем профессиональном образовании, необходимого стажа работы, при наличии судимости и т. п.). При этом необходимо установить наличие иных субъективных (например, мотив) и объективных (например, последствие в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства) признаков этих составов преступлений2.

Понятие представителя власти законодательно определено в примечании к статье 318 УК РФ. Отличительной особенностью данной категории должностных лиц является то, что они наделены распорядительными полномочиями в отношении лиц, которые не находятся от них в служебной зависимости, то есть не подчинены им по службе. В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 и пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 года № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе»3 к представителям власти следует относить лиц, наделенных правами и обязанностями по осуществлению функций органов законодательной, исполнительной или судебной власти, а также иных лиц правоохранительных или контролирующих органов, наделенных в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от них в служебной зависимости, либо правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, организациями, учреждениями независимо от их ведомственной принадлежности и форм собственности (например, члены Совета Федерации, депутаты Государственной Думы, депутаты законодательных органов государственной власти субъектов РФ, члены Правительства РФ и органов исполнительной власти субъектов РФ, судьи федеральных судов и мировые судьи, наделенные соответствующими полномочиями работники прокуратуры, налоговых, таможенных органов, органов МВД России и ФСБ России, состоящие на государственной службе аудиторы, государственные инспекторы и контролеры, военнослужащие при выполнении возложенных на них обязанностей по охране общественного порядка, обеспечению безопасности и иных функций, при выполнении которых военнослужащие наделяются распорядительными полномочиями).

Как отмечалось выше, должностными являются также лица, которые постоянно, временно или по специальному полномочию выполняют организационно-распорядительные или административнохозяйственные функции.

Под организационно-распорядительными понимаются функции, которые включают в себя руководство коллективом, расстановку и подбор кадров, организацию труда или службы подчиненных, поддержание дисциплины, применение мер поощрения и наложение дисциплинарных взысканий и т. п. В соответствии с пунктом 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 к организационно-распорядительным функциям относятся также полномочия лиц по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия (например, по выдаче медицинским работником листка временной нетрудоспособности, установлению работником учреждения медико-социальной экспертизы факта наличия у гражданина инвалидности, приему экзаменов, зачетов, выставлению оценок членом государственной экзаменационной (аттестационной) комиссии и т. п.).

Как административно-хозяйственные функции надлежит рассматривать полномочия должностного лица по управлению и распоряжению имуществом и (или) денежными средствами, находящимися на балансе и (или) банковских счетах организаций, учреждений, воинских частей и подразделений, а

1 См.: Пункт 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19.

2 См. там же.

3 Российская газета. — 2000. — 23 февраля.

также по совершению иных действий (например, по принятию решений о начислении заработной платы, премий, осуществлению контроля за движением материальных ценностей, определению порядка их хранения, учета и контроля за их расходованием).

Отметим, что в соответствии с примечанием 1 к статье 285 УК РФ к числу должностных лиц не относятся руководители государственных и муниципальных предприятий. Согласно примечанию 1 к статье 201 УК РФ они являются лицами, выполняющими управленческие функции в коммерческих организациях (независимо от формы собственности) и несут ответственность за совершаемые по службе преступления по статьям главы 23 УК РФ.

Не являются должностными лица, которые выполняют сугубо профессиональные или технические обязанности в государственных и муниципальных образованиях (например, секретари, референты и т. п.).

Как указывалось выше, примечание 1 к статье 285 УК РФ, определяющее понятие должностного лица, распространяет свое действие только на преступления главы 30 УК РФ, о чем имеется специальное указание в самом законе. Вместе с тем, в уголовном законодательстве есть ряд специальных норм, предусматривающих ответственность за те или иные виды должностных злоупотреблений, расположенных в других разделах и главах УК РФ, субъектами которых могут быть должностные лица (см., например, ст. 169, 170 и др.). Возникает вопрос: можно ли для определения признаков субъекта указанных деяний воспользоваться примечанием 1 к статье 285 УК РФ?

Мнения ученых по данному вопросу разделились. Так, например, профессор Б.В. Волженкин, комментируя рассматриваемую ситуацию, делает вывод о том, что вряд ли можно привести какие-либо аргументы против распространения понятия должностного лица на другие статьи УК РФ, где они упомянуты в качестве субъектов1. Такого же мнения придерживается и И.А. Клепицкий2.

Интересное суждение высказывает А.В. Шнитенков. Указанный автор совершенно верно усматривает в данном случае аналогию закона3. Однако, по его мнению, возможна допустимая и недопустимая аналогия. Если ответственность за общественно опасное деяние предусмотрена в УК РФ (в нашем случае, это ст. 169, 170 УК РФ), то аналогия, выражающаяся в заимствовании определения должностного лица для установления признаков субъектов указанных преступлений, является допустимой. Если же норма, предусматривающая ответственность за то или иное деяние не закреплена в законе, то аналогия невозможна4.

Мы же присоединяемся к мнению авторов, считающих, что применение аналогии в любом ее виде неприемлемо5, так как, во-первых, запрет на применение аналогии содержится как в Конституции РФ (ч. 2 ст. 54), так и в самом уголовном законе (ч. 2 ст. 3 УК РФ)6, во-вторых, в указанных источниках нет никаких указаний о том, что данный запрет нужно трактовать ограничительно, и, наконец, в-третьих, в самом примечании к статье 285 УК РФ указана сфера его применения (гл. 30 УК РФ), из чего следует однозначный вывод о том, что им нельзя руководствоваться при определении субъектов преступлений в нормах, расположенных в другой главе УК РФ7.

Таким образом, примечанием 1 к статье 285 УК РФ практически блокируются все нормы о специальных должностных преступлениях, где субъектом является должностное лицо, так как не представляется возможным установить основные признаки, характеризующие его.

Выход из данной ситуации видится в необходимости распространения примечания 1 к статье 285 УК РФ на весь уголовный закон, как это сделано в примечании к статье 318 УК РФ, где дается понятие представителя власти.

1 См., например: Волженкин Б.В. Преступления в сфере экономической деятельности (экономические преступления). — СПб., 2002. — С. 141; Волженкин Б.В. Преступления в сфере экономической деятельности по уголовному праву России. — СПб., 2007. — С. 148.

2 См.: Клепицкий И.А. Система хозяйственных преступлений. — М., 2005. — С. 508.

3 См.: Шнитенков А.В. Ответственность за преступления против интересов государственной службы и интересов службы в коммерческих и иных организациях. — СПб., 2006. — С. 82.

4 См.: Шнитенков А.В. Принцип аналогии в УК РФ // Системность в уголовном праве. Материалы II Российского Конгресса уголовного права, состоявшегося 31 мая — 1 июня 2007 г. — М., 2007. — С. 538—539. Аналогичной позиции придерживается А.Ф. Ивлева (см.: Ивлева А.Ф. Уголовно-правовая охрана земельного оборота в Российской Федерации: Монография. — Архангельск, 2007. — С. 52).

5 См., например: Бозиев Т.О. Должностные злоупотребления в сфере экономической деятельности: Автореф. дис... канд. юрид. наук. — СПб., 2002. — С. 15; Модестов П.А. Контрабанда: общественная опасность, квалификация, вопросы ответственности: Автореф. дис.. канд. юрид. наук. — Н. Новгород, 2002. — С. 13; Митюшев Д.И. Преступления в сфере экономической деятельности. — Сыктывкар, 2004. — С. 13; и др.

6 Можно, на наш взгляд, согласиться с позицией М.А. Кауфмана, указывающего на необходимость конкретизации понятия «аналогия» в тексте части 2 статьи 3 УК РФ и предложившего следующую редакцию этой нормы: «Аналогия, то есть ответственность за деяние, уголовная наказуемость которого прямо не предусмотрена в настоящем Кодексе, не допускается» (см.: Кауфман М.А. Аналогия в уголовном праве: мифы и реальность // Российская юстиция. — 2005. — № 12. — С. 16).

7 См.: Кузьменко В.С. Проблемные аспекты определения признаков субъектов преступлений, предусмотренных ст. 169 и 170 УК РФ // Следователь. — 2009. — № 5 (133). — С. 12.

Часть 2 статьи 285 УК РФ содержит квалифицирующий признак преступления, относящийся к личности субъекта, — совершение указанного деяния лицами, занимающими: а) государственную должность РФ; б) государственную должность субъекта РФ; в) должность главы органа местного самоуправления.

К первой группе субъектов относятся лица, занимающие государственные должности, устанавливаемые Конституцией, федеральными Конституционными законами РФ и другими федеральными законами для непосредственного исполнения полномочий федеральных государственных органов; ко второй — лица, занимающие должности, устанавливаемые конституциями или уставами субъектов Российской Федерации для непосредственного исполнения полномочий государственных органов субъектов Российской Федерации1; к третьей — высшие должностные лица муниципальных образований (их главы), наделенные уставом муниципального образования собственными полномочиями по решению вопросов местного значения2.

Особо квалифицированным видом злоупотребления должностными полномочиями является причинение тяжких последствий (ч. 3), к которым обычно относят длительную остановку транспорта или производственного процесса, крупные аварии, дезорганизацию работы государственного или муниципального органа либо учреждения, причинение по неосторожности смерти или тяжкого вреда здоровью хотя бы одному человеку, самоубийство или покушение на самоубийство потерпевшего материального, ущерб в крупном размере и т. п.3

Понятие «тяжкие последствия» является оценочной категорией. Однако эти последствия должны обладать такими свойствами, которые дают возможность определить их размер, величину, степень. Отметим, что согласно положений, закрепленных в статье 27 УК РФ, вина субъекта по отношению тяжким последствиям может выражаться в форме неосторожности. В целом же рассматриваемое преступление будет являться умышленным.

Превышение должностных полномочий. Общественная опасность этого преступления определяется в основном двумя моментами: 1) сознательным и очевидным выходом должностного лица за пределы его служебной компетенции; 2) существенным нарушением в результате совершения данного деяния охраняемых законом интересов. Зачастую превышение должностных полномочий сопряжено с применением насилия или угрозой его применения к гражданам, применением в отношении их оружия или специальных средств. Это, безусловно, еще более увеличивает общественную опасность преступления.

Основной и дополнительный непосредственные объекты совпадают с соответствующими объектами преступления, предусмотренного статьей 285 УК РФ.

Объективная сторона превышения должностных полномочий состоит в совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций, общества или государства. Между совершением должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий, и наступившими общественно опасными последствиями должна быть установлена причинная связь.

Исходя из смысла нормативных установлений, закрепленных в статье 286 УК РФ, превышение должностных полномочий может быть совершено только действием, поскольку грамматическое толкование понятия «превышение» (стать выше, сделать больше, чем предусмотрено, использовать полномочия в большей сте-

45

пени, чем дозволено4) подразумевает лишь активный, деятельностный характер данного преступления5.

Согласно пункту 19 Постановления Пленума Верховного Совета РФ от 16 октября 2009 года № 19 действия, явно6 выходящие за пределы полномочий должностного лица, могут выражаться в совершении: а) действий, которые входят в компетенцию другого (вышестоящего или равного по статусу) должностного лица (например, начальник ОВД, не будучи на то уполномочен, дает санкцию на проведение обыска); б) действий, выполненных единолично, которые могут быть осуществлены только коллегиально (например, руководитель представительного органа местного самоуправления лично при-

1 См.: Сводный перечень государственных должностей Российской Федерации (утвержден Указом Президента РФ от 11 января 1995 года № 32).

2 См.: Статья 36 Федерального закона РФ от 6 октября 2003 года № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации».

3 Вряд ли обоснованной является рекомендация, изложенная в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» об отнесении к тяжкому последствию значительного материального ущерба.

4 См.: Словарь современного русского литературного языка. — М., 1961. — Т. 11. — С. 85.

5 Представляется ошибочным мнение авторов, считающих, что превышение должностных полномочий может осуществляться как путем действия, так и путем бездействия (см., например: Советское уголовное право: Часть Особенная: Учебник / Под ред. М.И. Ковалева. — М., 1983. — С. 288; ДоиджашвилиД. Объективная сторона превышения власти или служебных полномочий // Советская юстиция. — 1989. — № 22. — С. 24; и др.).

6 «Явный, то есть совершенно очевидный, бесспорный, ясный для всех» (УшаковД.Н. Большой толковый словарь русского языка. Современная редакция. — М., 2008. — С. 957), в том числе для самого виновного, безосновательный выход за пределы предоставленных ему служебных полномочий (см.: Словарь по уголовному праву / Отв. ред. А.В. Наумов. — М., 1997. — С. 396).

нимает решение, принятие которого возможно лишь коллегиально на заседании); в) действий, выполненных при отсутствии специальных полномочий или условий, необходимых в конкретной ситуации (например, применение сотрудником полиции оружия в момент, когда это не было вызвано необходимостью); г) таких действий, которые ни одно должностное лицо не вправе совершать (например, унижение чести и достоинства подчиненного по службе путем производства его личного досмотра (при отсутствии законных оснований), глумление над личностью, рукоприкладство и т. п.

Необходимо, чтобы каждое из перечисленных действий должностного лица было явно, то есть очевидно выходящим за пределы прав и полномочий, предоставленных ему соответствующими нормативными актами (закон, устав, положение, инструкция, приказ и т. д.). При этом следует установить, какой именно правовой акт и какие конкретные его положения, определяющие компетенцию должностного лица, были нарушены1.

Рассматриваемая норма является общей по отношению к некоторым специальным составам превышения должностных полномочий (например, преступления, посягающие на конституционные права и свободы человека и гражданина: ч. 2 ст. 136, ч. 2 ст. 137 УК РФ и др.; отдельные преступления против правосудия: ч. 2 ст. 294, ст. 299, 300 УК РФ и др.). Согласно правилам квалификации в случае возникновения конкуренции между общей и специальной нормой предпочтение отдается последней.

Преступление окончено в момент наступления последствий в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества и государства.

В случае если действия должностного лица не были связаны с исполнением возложенных на него служебных обязанностей, уголовная ответственность за совершение такого деяния наступает на общих основаниях.

Так, судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда обоснованно признала ошибочной квалификацию по части 3 статьи 286 УК РФ одним из районных судов г. Санкт-Петербурга действий Ч., который, являясь участковым инспектором службы экологической милиции и имея право на постоянное ношение оружия, угрожал им гражданам К-му, К-ой и С-ой во время конфликта, возникшего на почве личных неприязненных отношений, а затем также на почве личных отношений выстрелом из него убил свою сожительницу К-ую.

В своем определении по данному делу судебная коллегия указала, что Ч. при совершении указанных действий не выступал как сотрудник милиции — должностное лицо. Имевший место конфликт возник на почве личных неприязненных отношений во внеслужебное время в квартире сожительницы К-ой. При таких обстоятельствах сотрудник милиции, незаконно, вне какой-либо связи с возложенными на него служебными обязанностями применивший вверенное ему табельное оружие по личным

2

мотивам, может нести ответственность за содеянное лишь как частное лицо .

Субъективная сторона характеризуется прямым или косвенным умыслом. Мотивы и цели не входят в число обязательных признаков состава преступления и не оказывают влияния на квалификацию деяния, однако они могут быть учтены при назначении наказания.

Субъект специальный — должностное лицо.

Квалифицированным видом превышения должностных полномочий (ч. 2) является совершение этого деяния лицом, занимающим государственную должность РФ или государственную должность субъекта РФ, а равно должность главы органа местного самоуправления.

Особо квалифицированным видом рассматриваемого превышения должностных полномочий является совершение этого деяния: а) с насилием или с угрозой его применения; б) с применением оружия или специальных средств; в) с причинением тяжких последствий.

Под применением насилия следует понимать любое физическое воздействие вопреки воле потерпевшего или помимо ее, которое может выражаться в нанесении побоев, истязании, причинении физической боли, телесных повреждений (в форме легкого, средней тяжести и тяжкого вреда здоровью), а также состоящее в ограничении свободы.

Угроза применения насилия может быть выражена в действиях или высказываниях виновного, когда имеются реальные основания опасаться применения физического насилия.

В случаях причинения тяжкого вреда здоровью, предусмотренного частью 3 (ст. 111 УК РФ, а также при умышленном лишении жизни потерпевшего (ст. 105 УК РФ)), содеянное должно квалифицироваться по совокупности преступлений (ч. 3 ст. 286 УК РФ и ч. 3 или 4 ст. 111 УК РФ либо ст. 105 УК РФ).

Если убийство либо тяжкий или средней тяжести вред здоровью причинены должностным лицом при превышении пределов необходимой обороны, а также при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, деяние надлежит квалифицировать только по статье 108 УК РФ или статье 114 УК РФ.

1 См.: Комментарий к Уголовному кодексу РФ / Под ред. В.Т. Томина, В.В. Сверчкова. — 8-е изд., перераб. и доп. — М., 2012. — С. 821.

2 См.: Юридическая практика: Информационный бюллетень Центра права специального юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета. — 1997. — № 4. — С. 35—36.

Под применением оружия понимается его непосредственное использование по назначению как для физического, так и для психического воздействия на потерпевшего. К оружию следует относить огнестрельное, пневматическое, газовое или холодное оружие, предназначенное для поражения живой цели, для ношения и применения которого требуется специальное разрешение.

Применение оружия включает использование его поражающих свойств для причинения вреда потерпевшему1. При этом не только выстрел, но и, например, удар прикладом огнестрельного оружия рассматриваются как его применение.

К специальным средствам относятся резиновые палки, наручники, слезоточивый газ, водометы, бронемашины, средства разрушения преград, служебные собаки и другие средства, состоящие на вооружении органов внутренних дел, внутренних войск, федеральных органов государственной охраны, органов федеральной службы безопасности, органов уголовно-исполнительной системы и др.2

Причинение тяжких последствий — оценочный признак. К тяжким могут быть отнесены такие последствия преступного деяния, когда оно повлекло массовые беспорядки, крупные аварии, дезорганизацию работы государственного или муниципального органа или учреждения и др.

Анализ объективных и субъективных признаков превышения должностных полномочий показывает, что технико-юридическая конструкция данного состава преступления также далека от совершенства. В целях повышения эффективности правореализации нормативных установлений, закрепленных в статье 286 УК РФ, предлагается следующая ее редакция:

Статья 286. Превышение должностных полномочий

1. Совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, —

наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет, либо принудительными работами на срок до четырех лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до четырех лет.

2. То же деяние, совершенное из корыстной или иной личной заинтересованности, —

наказывается штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового, либо лишением свободы на срок от четырех до шести лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

3. То же деяние, совершенное лицом, занимающим государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, а равно главой органа местного самоуправления, —

наказывается штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового, либо лишением свободы на срок от четырех до семи лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

4. Деяния, предусмотренные частями первой, второй или третьей настоящей статьи, если они совершены:

а) с применением насилия или с угрозой его применения;

б) с применением оружия или специальных средств;

в) с причинением тяжких последствий, —

наказываются лишением свободы на срок от четырех до десяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

Формулирование составов преступлений с включением в диспозиции и санкции соответствующих норм выделенных положений позволит, на наш взгляд, не только унифицировать статьи, предусматривающие ответственность за злоупотребление и превышение должностных полномочий, но и снимет некоторые вопросы, связанные с их отграничением друг от друга (в частности, путем введения в качестве квалифицирующего признака в составы названных преступлений мотива — корыстной или иной личной заинтересованности), а также будет способствовать дифференциации ответственности за данные деяния (путем конкретизации сроков лишения свободы в квалифицированных составах анализируемых преступлений) в целях индивидуализации наказания при его назначении.

1 См: Пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19.

2 См. там же.