«Общее благо» и государев указ в эпоху Петра Великого

ИЗ ИСТОРИИ ПРАВА И ГОСУДАРСТВА

М. О. Акишин*

«общее благо» и государев указ в эпоху петра великого

Ключевые слова: история государства и права, законодательство Петра I, общее благо, источники права.

Аннотация: Статья посвящена анализу места и роли нормативного правового акта (Указа) в контексте проведения петровских реформ в начале XVIII в., развития общественной мысли и идеологических представлений той эпохи.

Key words: history of state and law, legislation of Peter I, the common good, the sources of law.

Summary: This article analyzes the place and role of regulatory legal act (decree) in the context of Peter’s reforms at the beginning of the XVIII century, the development of social thought and ideological representations of the era.

Правоведы имперского периода утверждали, что закон в современном его понимании этого термина появился в России в XVIII в. и решающее значение в этом сыграли преобразования Петра I.1 Этот значительный рубеж стал предметом глубоких исследований юристов и историков. Среди дореволюционных работ выделяются труды В. Н. Латкина, Н. М. Коркуно-ва, М. М. Богословского,2 советских - Н. А. Воскресенского и Б. И. Сыро-

* Доктор исторических наук, кандидат юридических наук, заведующий кафедрой теории и истории государства и права Ленинградского государственного университета имени А.С. Пушкина.

1 См.: АкчуринаН. В. Историческое правоведение: становление, развитие в России в 30 - 70-х гг. XIX в. Саратов, 2000. С. 111, 113.

2 Богословский М. М. Областная реформа Петра Великого. Провинция 1719 - 27

мятникова.3 В настоящее время появились исследования М. Ф. Румянцевой и Р. А. Ромашова.4 Кроме того, следует отметить труды М. П. Розенгейма. П. О. Бобровского, А. З. Мышлаевского и П. П. Епифанова о военном законодательстве5 и С. М. Троицкого об истории разработки и принятия «Табели о рангах».6

Задачей настоящей работы является продолжение исследования проблем соотношения права и закона, законотворчества, классификации законодательных актов, установления места закона в системе источников российского права начала ХУШ в. Основной объем законодательных актов эпохи Петра был опубликован в «Полном собрании законов Российской империи». Потребности научных исследований привели к появлению нескольких серийных публикаций, которые включают как сами тексты законодательных актов, так и подготовительные материалы к ним.7

Первая проблема, которая встает перед исследователем законодательства Петра, сформулирована Ю. А. Тихомировым. Он отмечал, что «закон не играл существенной роли в феодальном обществе».8 Действительно, на протяжении всей допетровской истории России основной фор-

гг. М., 1902; Владимирский-Буданов М. Ф. Обзор истории русского права. Ростов н/Дону, 1995; Жаринов Д. А. Петр Великий как законодатель и «Правда воли монаршей» // Три века. Россия от Смуты до нашего времени. Т. 3/4. М., 1992. С. 182 - 199; Коркунов Н. М. 1) Указ и закон. СПб., 1894; 2) Лекции по общей теории права. СПб., 2003; Латкин В. Н. Учебник истории русского права периода империи (XVIII и XIX вв.). М., 2004.

3 Сыромятников Б. И. «Регулярное» государство Петра I и его идеология. М.; Л., 1943. Ч. 1.

4 Ромашов Р. А. Проблема соотношения понятий «право» и «закон» в контексте исторического и юридико-лингвистического анализа // Правоведение. 2007. № 3; Ромашов Р. А., МуртазаеваГ. Н. Законы Российской империи: проблемы понимания и классификации // История государства и права. 2007. № 8; Румянцева М. Ф. Законодательство // Источниковедение: Теория. История. Метод. Источники российской истории. М., 1998.

5 Розенгейм М. П. Очерк истории военно-судных учреждений в России до кончины Петра Великого. СПб., 1878; Мышлаевский А. З. Петр Великий. Военные законы и инструкции (до 1715 г.) СПб., 1894; Епифанов П. П. Воинский устав Петра Великого // Петр Великий. М.; Л., 1947.

6 Троицкий С. М. Российский абсолютизм и дворянство в XVIII в. Формирование бюрократии. М., 1974.

7 Полное собрание законов Российской империи. Собрание I. (далее: ПСЗ) СПб., 1830. Т. II - VII; Письма и бумаги императора Петра Великого. СПб.; М., 1887 - 2003. Т.

I - XIII; Доклады и приговоры, состоявшиеся в Правительствующем Сенате в царствование Петра Великого. СПб., 1890 - 1901. Т. I - VI; Воскресенский Н. А. Законодательные акты Петра I. Т. I. Акты о высших государственных установлениях. М.; Л., 1945.

8 Тихомиров Ю. А. Теория закона. М., 1982. С. 13.

мой выражения права был обычай. Рост значения закона как источника права происходил в связи с необходимостью регулирования новых видов общественных отношений.9 Развитие внешней торговли и мануфактурного производства в начале XVIII в. принципиально не изменило материальных условий жизни русского общества - их основой были аграрная экономика и крепостное право.

Выясняя причины реформ Петра Великого важно обратить внимание на военную угрозу с Запада. В Европе этого времени происходило становление абсолютизма. Могущество монархов определялось в завоевательных войнах и захвате колониальных владений. В середине XVII в. сложилась первая в мировой истории международно-правовая система -«концерт» европейских стран, но ее составили далеко не все государства Европы. Теоретически обосновал такое ее ограничение Г. Гроций. Он писал, что в основе «права народов» лежит естественное право - разумная и общительная природа человека, которая встречается только у народов «одаренных правым и здравым умом».10 Странам, которые не вошли в такой «концерт», была отведена роль «варваров», будущих колоний. В XVI

- XVII ст. европейские дипломаты сознательно насаждали представления о России как о «варварской» «Скифии».11 Поэтому вопросом выживания для России стало включение в эту европейскую систему.

Для достижения этой цели была необходима новая государственно-правовая доктрина. Ее становление в России произошло под влиянием идей С. Пуфендорфа, Х. Вольфа, В. Лейбница и др. В трудах этих ученых закладывались основы идеологии раннего Просвещения. В частности, Х. Вольф утверждал, что княжеская власть превращается в тиранию не из-за отстранения сословий от участия в политике, а из-за недостатка просвещения, когда «правитель действует вопреки общему благу и своей главной целью ставит личные интересы».12 Такой подход отразился на преобразованиях Петра. М. М. Богословский, Ю. В. Готье, Б. Б. Кафенгауз и Б. И. Сыромятников доказали, что в начале XVIII в. в России формируется новая

9 Петров К. В. Значение «закона» в средневековом русском праве (XVI - XVII вв.) // Cahiers du Monde Russe. Paris, 2005. Vol. 46. Pt. 1/2. P. 167 - 174.

10 Гроций Г. О праве войны и мира. М., 1994. С. 45, 46, 48, 73 - 74 и др.

11 См. например: Проезжая по Московии (Россия XVI - XVII вв. глазами дипломатов). М., 1991.

12 Цит. по: Гестрих А. От Вестфальского мира до Венского конгресса (1648 - 1814 гг.) // Краткая история Германии. СПб., 2008. С. 194 - 198, 220 - 221.

форма правления - «просвещенный абсолютизм».13

Влияние европейских политико-правовых идей на государственноправовую доктрину отчетливо прослеживается в российском законодательстве. Само определение верховной власти, содержащееся в толковании к арт. 20 гл. III Воинского устава («Его величество есть самовластный монарх, который никому на свете о своих делах ответ дать не должен; но силу и власть имеет свои государства и земли, яко христианский государь, по своей воле и благомнению управлять»), было почти буквально заимствовано из шведского закона 1693 г.14 Узаконив неограниченную власть монарха и ее безответственность перед подданными, Петр ввел целый ряд внутренних самоограничений для высшей власти. Российский монарх - это «христианский государь», который несет ответственность за «честных людей и подданных ... перед Богом» и должен заботится о их благе также, как и во всех «христианских (европейских. - М. А.) государствах».15 Кроме того. самовластие монарха был ограничено его совестью и честью, ибо «никакое воздаяние так людей не приводит к добру, как любление чести; равным же образом никакая так казнь не страшит, как лишение оной».16

В соответствии с идеями раннего немецкого Просвещения, Петр объявил целью верховной власти общее благо, образцом для которого было признано «регулярство» европейских государств. В Манифесте «О вызове иностранцев в Россию» 1702 г. провозглашалось: «Довольно известно во всех землях, которыя Всевышний нашему управлению подчинил, что со вступления нашего на сей престол все старания и намерения наши клонились к тому, как бы сим государством управлять таким образом, чтобы все наши подданные, попечением нашим о всеобщем благе, более и более приходили в лучшее и благополучнейшее состояние».17 При поднесении титула императора, Петр в 1721 г. сказал: «Надлежит трудиться о пользе и прибытке общем, который Бог нам перед очьми кладет как внутрь, так и вне, от чего облегчен будет народ».18

Препятствием для достижения идеала «регулярства» были объ-

13 Богословский М. М. Областная реформа Петра Великого... С. 16 - 20, 21; Сыромятников Б. И. «Регулярное» государство Петра. С. 65, 69 и др.

14 ПСЗ. Т. V. № 3006; Богословский М. М. Областная реформа Петра Великого.

С. 20.

15 ПСЗ. Т. V. № 2943; Т. VI. № 3896 и др.

16 Там же. Т. VI. № 3485.

17 ПСЗ. Т. IV. № 1910.

18 Там же. Т. VI. № 3840.

явлены традиционные устои жизни русского общества, покоившиеся на обычае. По мысли Петра, для достижения общего блага партикулярные интересы должны были быть подчинены государственным, почему законодательному регулированию подвергались все сферы жизни - военное дело, гражданская администрация, сословный строй, народное хозяйство, финансы и т. д. В законодательство вводятся нормы о происхождении и природе государства, понятия «суверенитет», «подданство» и «гражданство», «закон» и «законность», разграничений права публичного и частного (партикулярного) и т. д.

Именно такое правопонимание и привело к превращению закона в основной источник права Российской империи. Но общепринятого определения закона в имперский период так и не сложилось. Основным актом, в котором выражалось и воля монарха, и распоряжения других государственных органов, был указ, но не все указы являлись нормативно-правовыми. Дело в том, что с московского периода истории России термин «указ» имел очень широкое значение, им обозначались не только нормативные акты, но все документы, направлявшиеся из вышестоящего органа власти в нижестоящий. Это значение понятия указ в широком смысле слова сохранялось до конца имперского периода. В начале XVIII в. только начало сознаваться различие понятий закона и административного распоряжения. В указах от 16 марта 1714 г. и 29 апреля 1720 г. различается понятие постоянных и временных указов. Под первыми понимаются такие, «которые в постановление какого дела изданы по вся годы». Под вторыми - временные распо-

19

ряжения.19

Перед юристами встает проблема разграничения указов в узком смысле слова (т. е. собственно законов) от указов в широком смысле слова. М. М. Сперанский, отмечая абсолютный характер власти российских императоров, заключал, что «всякое повеление верховной власти должно быть исполняемо как закон». Но он же проводил различие в понятиях «закон» и «повеление». Если первые и являются собственно нормативно-правовым актом, предмет которого «есть постановление общего правила», то вторые

- это правоприменительные акты, предмет которых «отдельный какой-либо случай».20 Проблеме соотношения «закона» и «указа» как формы выражения воли верховной власти специальное исследование посвятил Н. М. Кор-

19 Там же. Т. V. № 2785; Т. VI. № 3574.

20 Сперанский М. М. Руководство к познанию законов. СПб., 2002. С. 68.

кунов. Он отмечал, что говорить об отличии закона от указа можно лишь в случае, если исполнительная власть отделена от законодательной. Но в условиях абсолютизма в российском законодательстве «...со словом указ не соединяется точно определенного значения ... указами назывались все вообще акты всех органов власти, обращенные к подчиненным им местам и лицам».21

Отсутствие четкого определения закона не означает, что высшая власть того времени игнорировала проблемы законотворческого процесса и юридической техники. В 1723 г. Петр признавал: «.В прошедшия времена за настоящею тогда войною недосужное время имели, и многие дела деланы в разные времена розные (противоречащие друг другу. - М.А.) указы об одном деле», но тут же ставил грандиозные задачи по кодификации действующего законодательства.22

Среди историков права уже более столетия продолжается дискуссия об особенностях законотворческого процесса начала ХУШ в. Первым свою позицию сформулировал П. Н. Милюков. Он считал, что реформа Петра носила стихийный и лишенный всякого плана характер. Сам Петр играл в законотворчестве пассивную роль, а главными разработчиками законов были его сотрудники, иноземные «прожектеры» и русские «прибыльщики».23 разделяя эту концепцию, Д. А. Жаринов приписывал всему законодательству начала ХУШ в. «невыработанность, торопливость. со стороны формы».24 В трудах Н. П. Павлова-Сильванского, Н. А. Воскресенского, С. М. Троицкого она была подвергнута критике. Изучение истории работы Петра над «фундаментальными» законами привело их к выводу о том, что законодательство начала ХУШ в. основывалось на учете национальных традиций, использовании достижений европейской правовой мысли и практики государственного управления Россией.25

Исследование законотворческого процесса начнем с обзора 3314

21 Коркунов Н. М. 1) Указ и закон. СПб., 1894; 2) Лекции по общей теории права. СПб., 2003. С. 373 - 380.

22 Воскресенский Н. А. Законодательные акты. С. 132 - 133.

23 Милюков П. Н. Государственное хозяйство России в первой четверти ХУШ ст. и реформа Петра Великого. СПб., 1905.

24 Жаринов Д. А. Петр Великий как законодатель. С. 186.

25 Павлов-Сильванский Н. П. Проекты реформ в записках современников Петра Великого: Опыт изучения русских проектов и неизданные их тексты. М., 2000; Воскресенский Н. А. Законодательные акты Петра I. Т. I. М.; Л., 1945; Троицкий С. М. Российский абсолютизм и дворянство в ХУШ в. Формирование бюрократии. М., 1974.

узаконений, включенных в «Полное собрание законов Российской империи» за период с 1696 по 1725 г.26

Таблица

Основные виды «узаконений» царствования Петра Великого, 1696

- 1725 гг.

Виды законодательных актов 1689 -1696 г. 1696 -1710 г. 1711 -1716 г. 1717 -1725 г. Всего

Устав о наследовании престола 1 1

Акты о награждении орденами, поднесения Петру I титула императора 1 1 1 3

Объявления о рождении и о погребении членов царской семьи. Чин погребения царевны 6 2 8

Манифесты, Плакат о сборе подушных денег, Форма присяги на верность государственной службе 3 4 7 14

Именные указы 107 439 129 371 1046

Объявленные именные указы 10 131 144 369 654

Именные указы с боярским приговором, по приговору министров Ближней канцелярии 41 12 53

26 Е.В. Анисимов за основу подсчетов законодательных актов Петра берет «Письма и бумаги Петра Великого» и на этой основе заявляет, что только Петром в 1713-1725 гг. было принято 7584 указа по различным отраслям управления. Правда, в другом месте своей работы он пишет уже не только об указах, но о «указах, письмах и резолюциях» (Анисимов Е. В. Государственные преобразования и самодержавие Петра Великого. СПб., 1997. С. 278 - 281 и др.). Думается, автор просто не понимает, что такое закон, почему и путает его с личными письмами монарха. Сама проблема выявления всего комплекса Законов начала XVIII в. и их отграничения от законопроектов, административных распоряжений и просто личных писем в науке не решена до сих пор, поэтому корректным представляется пользование именно «Полным собранием законов», составлением которого руководил М. М. Сперанский.

Инструкции, артикулы, штаты армии и флота. Воинский и Морской уставы 1 5 9 15

Морской торговый регламент. Таможенный тариф 2 2

Генеральный регламент. Регламенты коллегий, табели 1 1 11 13

Инструкции должностным лицам центрального управления 5 5

Инструкции должностным лицам провинциального управления, магистратам 10 10

Высочайшие резолюции на доклады и прошения 4 12 55 71

Жалованные грамоты 5 17 2 3 27

Боярские приговоры 15 37 52

Указы, приговор министров Ближней канцелярии 2 2 4

Сенатские указы. Ведение из Сената в Синод 398 550 948

Сенатские инструкции 2 23 25

Резолюции Сената на доклады и прошения 3 3

Указы, приговоры из приказов, Ратуши, Военной канцелярии 1 19 2 2 24

Указы из коллегий. Коллежские инструкции 60 60

Наказы и грамоты должностным лицам местного управления 11 64 6 3 84

Приговоры московского губернатора 4 4

Обнародование следственного дела 1 1

Чин возведения на патриарший престол 1 1

Указы Духовного приказа, Сената и Синода, Синода 60 60

Статьи и инструкции патриарха, Освященного Собора, Синода. Штат монастырей 2 5 7

Международные договоры, их ратификации 5 21 24 17 67

Капитуляции, заключенные при взятии шведских городов 12 12

Иные международные акты 5 9 8 18 40

Всего 208 775 747 1584 3314

Табл. составлена по: Полное собрание законов Российской империи. СПб., 1830. Т. III - VII. № 1328 - 4642.

Первый период в истории законотворчества правительства Петра ни чем не отличается от законотворчества XVII в. Петр был венчан на царство в юном возрасте, а потому фактическую власть в стране осуществляли с 1682 г. правительство регентши Софьи, а с 1689 г. - окружение Натальи Нарышкиной. Даже в конце 1690-х гг. игумен придворного Андреевского монастыря Авраамий сетовал царю на то, что «покинув де всякое правление государства своего» на попечение матери, он увлекся «Марсовыми и Нептуновыми потехами»27. Правом законодательной инициативы обладали монарх, государственные органы и частные лица. Законопроекты составлялись в приказах, после чего утверждались либо от имени царя, либо Боярской думой. Основными разновидностями законодательных актов были: именные указы, именные указы с боярским приговором, боярские приговоры, наказы и грамоты воеводам и таможенным головам, жалованные грамоты и т. д.

29 января 1696 г. начинается единоличное правление Петра. Второй период в истории Петровского законодательства (29 января 1696 - 30 ноября 1710 г.) характеризуется активным участием царя в управлении го-

27 Бакланова Н. А. «Тетради» старца Авраамия // Исторический архив. Вып. VI. М.; Л., 1951. С. 144.

сударством, на этот период приходится реформа Ратуши, военная реформа, подготовка и наиболее напряженные годы Северной войны. Это обусловило во-первых резкое увеличение количества именных и объявленных указов: если в 1689 - 1696 гг. таковых было принято 117, то в 1696 - 1710 гг. - 570. В эти же годы появляется новая форма выражения воли монарха

- манифесты, высочайшие резолюции на докладах и прошениях, инструкции и табели. Во-вторых, постепенное угасание законотворчества Думы: за эти годы состоялось 11 именных указов с боярским приговором (последний - в 1705 г.), 34 боярских приговора (последний - в 1708 г.). На смену законотворчеству Думы приходит законотворчество министров в Ближней канцелярии. Причем, формы этого времени актов свидетельствуют именно об их переходном характере (например, именной указ по приговору министров Ближней канцелярии; боярский приговор, состоявшийся в Ближней канцелярии). В-третьих, появление помимо известных с XVI - XVII вв. актов центрального управления (приговоров приказов, наказов и грамот воеводам, таможенным головам и др.) приговоров Ратуши и даже личных приговоров князя А. Д. Меншикова. Наконец, в этот период резко возрастает объем международных договоров и иных источников международного права.

Третий период в Петровском законодательстве (2 января 1711 - 28 декабря 1716 г.) связан с созданием Сената и губернской реформой 1711 г. Как и предшествующий период, он характеризуется активностью монарха в сфере законодательства. В эти годы Петром были изданы три манифеста, 273 именных и объявленных указа, высочайше апробированы 12 докладов и прошений. При участии Петра были разработаны такие сложные акты, как Воинский устав, регламент Кригс-комиссариату, Форма присяги на верность государственной службе и др. Новым явлением этого периода стало значительное участие в законотворчестве Сената. Им было издано 398 указов, утверждены две инструкции, даны резолюции на три доклада и прошения. Наряду с монархом и Сенатом в законотворческом процессе участвовала Ближняя канцелярия.

Учреждение Сената и губернская реформа стали важнейшей вехой в сломе системы приказов XVI - XVII вв. На смену приказам в центральном управлении приходят канцелярии, что отразилось и на законотворческом процессе. Наряду с приговорами, наказами и грамотами сохранившихся приказов появляются приговоры, наказы и инструкции Военной канце-

лярии, Военного морского приказа и др. Наконец, образование губерний привело к наделению некоторыми законодательными полномочиями губернаторов. Как и в предшествующий период активное участие России в международных отношениях ознаменовало заключение ряда международных договоров.

Основными событиями последнего периода правления Петра (3 января 1717 - 27 января 1725 г.) стали окончание Северной войны, принятие русским монархом титула императора, реформа Сената, коллежская и провинциальные реформы, I ревизия и сословно-податная реформа. Для этого периода также характерно активное участие Петра в законотворческом процессе. В эти годы были опубликованы шесть манифестов, 371 именной и 369 именных объявленных указов, высочайше апробированы 55 докладов и прошений. При участии Петра разработаны и приняты важнейшие акты государственного управления - Устав о наследовании престола, Генеральный регламент, регламенты коллегий, Табель о рангах, инструкции должностным лицам провинциального управления. В сфере военного права принят Морской устав, утверждены новые инструкции и армейские штаты. Важнейшим актом податной реформы стал Плакат о сборе подушных денег. В сфере внешней торговли - Морской торговый регламент и таможенный тариф.

По-прежнему в законотворчестве большую роль играл Сенат: за это время было издано 550 сенатских указов и 23 сенатские инструкции. В связи с созданием Синода и коллегий появился новый субъект законотворчества. Всего Синодом и коллегиями было издано 124 указа и инструкции. Вхождение России в «концерт» европейских государств, как итог Северной войны, отразилось в заключении 17 международных договоров и публикации иных актов международного права (включая Декларацию о коммерции на Балтийском море, инструкции консулам и т. д.).

Стиль работы Петра и его сподвижников над законопроектами начал формироваться с реформы Ратуши 1699 г. С одной стороны, реформа стала продолжением политики посадского «строения» первых Романовых, т. е. Петр серьезно отнесся к национальному традициям в этой сфере. С другой, на реформу повлияло «Великое посольство» 1697 - 1698 гг. М. М. Богословский писал, что в путешествие самодержец уезжал с «повышенным интересом к устройству города», который укреплялся по мере ознакомления с муниципальным устройством Риги, Митавы, немецких и

голландских городов. Большое влияние на Петра оказала дружба с амстердамским бургомистром Н. Витзеном. По возвращении царь поручил П. Б. Возницыну добыть сведения о магдебургском праве и об устройстве городского управления в Вене.28 Факт этот следует отметить, так как изучение европейского законодательства - характерная черта законотворческого процесса начала XVIII в.

Серьезной законотворческой работы потребовала военная реформа. Первоначально царь поручил изучение иностранного военного законодательства Я. В. Брюсу и А. А. Виниусу. Итогом трудов Брюса стало «Краткое описание законов (или правил) шкодских, английских и французских». В 1697 г. «для присматривания новых воинских дел и повелений» в Европу выехал майор А. А. Вейде. 3 июля 1699 г. он представил Петру проект «Воинского Наказа». Он стал основой для Строевого устава («Статьи воинские, как надлежит солдату в житии себя держать и в строю, и в учении, как обходится»), составленного в 1699 г. генералом А. М. Головиным при участии Петра I. Вместе со Строевым уставом были подготовлены «Ротные пехотные чины», в которых определялись права и обязанности командного состава роты.29

27 января 1702 г. начал действовать первый свод правил русской армии под названием «Уложение или правило воинского поведения генералам, средним и младшим чинам и рядовым солдатам», подготовленный по именному указу и утвержденный фельдмаршалом Б. П. Шереметевым. Основой для создания «Уложения» стало датское законодательство, приспособленное к русским условиям. Около 1705 г. доктором права Г. Гюйссеном на основе Саксонского военного устава на немецком языке был составлен «Краткий Артикул, избранный из древних христианских прав и проч.». По поручению А. Д. Меншикова в 1706 г. «Краткий Артикул» был переведен на русский язык, утвержден и издан для войск, находившихся под его командованием. 30

28 Богословский М. М. Петр I. Материалы для биографии. М., 1946. Т. 3. С. 248 - 250.

29 Российский государственный архив древних актов (далее: РГАДА). Ф. 9. Отд. I. Кн. 37. Л. 573, 574; Воинский устав Вейде 1698 г. СПб., 1841; Мышлаевский А. З. Петр Великий. Военные законы... С. 46 - 50; Епифанов П. П. Воинский устав Петра Великого... С. 180; Воскресенский Н. А. Законодательные акты... Т. I. С. 29; Бескровный Л. Г. Русская армия и флот в XVIII веке (Очерки). М., 1958. С. 21 - 22.

30 РГАДА. Ф. 9. Отд. I. Кн. 37. Л. 575 - 596; РозенгеймМ. П. Очерки истории военносудных учреждений. Приложение VI. С. 269 - 294; Мышлаевский А. З. Петр Великий. Военные законы... С. 69 - 74.

Первой попыткой кодификации военного законодательства России стал «Устав прежних лет». Этот акт состоял из трех частей: он открывался «Манифестом», затем следовал «Воинский наказ» и «Воинские статьи». «Воинский наказ» регулировал военное судоустройство и судопроизводство, «Воиские статьи» содержали перечень преступлений и наказаний за них. П. П. Епифанов и Л. Г. Бескровный доказывали, что «Устав прежних лет» был составлен в 1706 г. по указу Петра I, утвержден им и «действовал до издания «Артикула воинского» 1715 г.»31 Разделяя точку зрения о датировке «Устава прежних лет», не могу согласиться с тезисом о том, что ему когда-либо была придана юридическая сила, т. к. не известно ни одного решения воинского суда последующего времени, которое бы содержало отсылки на него.

На становление военного законодательства влияла не только рецепция европейского права, но и боевой опыт русской армии. В 1706 г. Петр I публикует пункты «Командующим над каждым батальоном». В 1708 г. появляются две тактические инструкции Петра I: «Учреждение к бою по настоящему времени» и «Правила сражения». В 1711 г. - инструкция войскам в Померании.32 В 1712 г. Петр приступил к составлению «Устава воинского». В апреле 1715 г. были опубликованы его вторая и третья книги. В 1716 г. - первая книга. Второе издание «Воинского устава» было осуществлено в 1717 г. и состояло уже из трех книг: первая книга содержала собственно Устав (68 глав), в котором были изложены военно-учредительные законы; вторая - «Артикул воинской с кратким толкованием» и «Краткое изображение процессов или судебных тяжб»; третья состояла из трех частей - «О эксерции (или учении)», «О приуготовлении к маршу», «О званиях и о должностях полковых чинов».33

Таким образом, как справедливо отмечал М. П. Розенгейм, военное законодательство России до создания «Воинского устава» представляло из себя преимущественно «частные военно-уголовные законы», которые «носят на себе следы поспешности и, видимо, издавались, так сказать,

31 РГАДА. Ф. 9. Отд. I. Кн. 37. Л. 235 - 321; Мышлаевский А. З. Петр Великий. Военные законы... С. 1 - 45; Воинские уставы Петра Великого. М., 1946. С. 38, 39; Бескровный Л. Г. Русская армия и флот в XVIII веке. С. 142 - 143.

32 Епифанов П. П. Воинский устав Петра Великого. С. 190 - 195.

33 Чистяков О. И. Процессуальное законодательство // Законодательство Петра I. М., 1997. С. 799.

экспромтом по требованию минуты».34 Строевой устав Головина был необходим для организации и боевой подготовки тех полков, которые комплектовались на Генеральном дворе в 1699 г. и вступили в бой под Нарвой. «Уложение» Шереметева было создано для его армии, действовавшей в 1700-1704 гг. в Прибалтике. «Краткий Артикул» разрабатывался для конной армии А. Д. Меншикова. Актом высшей юридической силы, в котором было кодифицировано все военное законодательство и действие которого распространялось на всю русскую армию, стал только Воинский Устав. Этот акт на столетия определил развитие военного законодательства в России.

В наиболее полном виде новые принципы законотворческого процесса проявились при разработке законодательства государственной и сословно-податной реформ 1717-1725 гг. Именно изучение этих актов позволило В. Н. Латкину заключить: «.Законодательство императорского периода, порвав всякую связь с обычаем и являясь или плодом, так сказать, чисто теоретических соображений отдельных лиц, или же будучи сколком с иностранного законодательства, усвоило себе вполне реформаторский характер».35

В 1720-х гг. окончательно сложилась процедура законотворческого процесса, основными этапами которого стали: законотворческая инициатива, составление и обсуждение проекта, санкция законопроекта (утверждение) верховной властью и публикация. Законотворческая инициатива осуществлялась в официальной и частной форме. В официальной форме инициатором законопроекта мог быть монарх и подчиненные ему государственные органы, как высшие, так центральные и местные. Составление законопроекта осуществлялось либо лично Петром с помощью секретарей его Кабинета, либо в Сенате, Синоде и коллегиях, либо в специальных комиссиях. Важно отметить, что при составлении законопроекта привлекались подробные обзоры иностранного законодательства по его предмету.

Обсуждение законопроекта обычно проходило в несколько этапов в связи с необходимостью привлечения представителей от различных государственных органов и личного участия монарха. Результатом каждого обсуждения становилась новая редакция законопроекта. Например, указ о «Должности Сената» от 27 апреля 1722 г. начал разрабатываться в 1718 г.

34 РозенгеймМ. П. Очерк истории военно-судных учреждений. С. 61.

35 Латкин В. Н. Учебник истории русского права... С. 3.

и имел шесть редакций. Генеральный регламент от 28 февраля 1720 г. начал разрабатываться в 1718 г. и прошел через 12 редакций.36 Разработка «Табели о рангах» продолжалась около трех лет и включала четыре этапа: подготовку первой редакции в Коллегии иностранных дел (сентябрь 1719

- декабрь 1720 г.), создание второй редакции Петром (январь 1721 г.), обсуждение второй редакции в Сенате, Военной и Адмиралтейской коллегиях (февраль - октябрь 1721 г.), создание в Сенате окончательного текста Табели и ее утверждение Петром (январь 1722 г.)37

Санкция закона, как правило, осуществлялась монархом. Следует отметить, что в конце XVII в. еще сохранялась практика подписи указов дьяками, которая заменяла подписи царя и бояр. Так, в именном указе с боярским приговором от 12 апреля 1690 г. предписывалось «именные указы крепить думным дьякам».38 Но с начала XVIII в. Петр стал лично подписывать свои указы. Более того, предпринимается попытка отмены практики словесных именных указов. В Генеральном регламенте 1720 г. устанавливалось: «.соизволяет его ц.в. всякие свои указы в Сенат и коллегии отправлять письменно, ибо как в Сенате, так и в коллегиях словесные указы никогда отправляемы быть не надлежат».

Становление нового законотворческого процесса отразилось на юридической технике. Законодательство начала XVIII в. стало более четким по форме и менее казуальным, усилились черты юридического формализма и абстрактности. Петр уделял большое внимание языку законодательного акта. Своему кабинет-секретарю А. В. Макарову он писал: «Надлежит законы и указы писать ясно, дабы их не перетолковывали».39 Следуя учению Х. Томазия о том, что «мудрые управляются скорее добрыми советами, чем строгими повелениями», Петр включал в свои указы обширную мотивировочную часть, которая содержала развернутые поучения политического, юридического и даже естественно-правового характера. Так, Духовный регламент 1719 г. был не только нормативным актом о правовом положении православной церкви, но и политическим трактатом, в котором объяснялись принципы церковной реформы. Именной указ о престолонаследии от 5 февраля 1722 г. дополнялся политическим трактатом Ф. Прокоповича «Правда воли монаршей». Содержание трактата гораздо шире той цели, из-

36 Воскресенский Н. А. Законодательные акты. Т. I. С. 281 - 299, 411 - 516.

37 Троицкий С. М. Русский абсолютизм и дворянство. С. 47 - 118.

38 ПСЗ. Т. III. № 1372.

39 Цит. по: Жаринов Д. А. Петр Великий как законодатель. С. 185.

за которой он был создан. В.О. Ключевский справедливо назвал его «краткой энциклопедией русского государственного права».40

В законах о государственной службе Петр обращался к понятиям чести, совести, ответственности перед Богом и монархом. Так, в инструкции герольдмейстеру от 5 февраля 1722 г. предписывалось служить верой и правдой «как сие честным людям и подданным его величества пристойно и принадлежит, и они в том пред Богом и его величеством и пред всем честным светом, и особенною своею совестью ответ дать могут».41

Совершенствование юридической техники отразилось на порядке публикации законодательных актов. Ранее она происходила путем рассылки по государственным органам и чтением «во всенародное известие» в церквях и на рынках. Этот порядок сохранился и в начале XVIII в. В «Инструкции, или Наказе воеводам» 1719 г. устанавливалось: «И понеже простые люди в публичных указах и уставах, паче же в смертных делах, не весьма все известны, для того воеводе велеть такие уставы и указы по знатным праздникам прихожанам в церквах трижды в году прочитать против

42

указного регламента.»42

Но в начале XVIII в. появляется новая форма публикации - печатными листами. Необходимость публикации нормативно-правовых актов печатными листами была закреплена в законодательстве. Именным, объявленным из Сената указом от 16 марта 1714 г. устанавливалось: «.для всенародного объявления велеть в типографии (указы - М. А.) печатать и продавать всем, дабы были о том сведомы.»43 В указе из Юстиц-коллегии от 15 октября 1719 г. предписывалось рассматривать дела по Соборному уложению 1649 г. и указам, которые «всенародно напечатаны и объявлены».44

Для военного законодательства предусматривался особый порядок публикации. В арт. 35 Воинского устава 1716 г. устанавливалось: «Все указы, которые или в лагерях или в крепостях, при трубах, барабанах или при пароле объявятся, имеет каждый необходимо исполнять». Сам Воинский устав предусматривалось напечатать в количестве тысячи экземпляров, из которых 300 или более на «словенском или немецком языках для инозем-

40 Ключевский В. О. Сочинения. В 9 т. Т. 4. Курс русской истории. М., 1989. С. 248.

41 ПСЗ. Т. VI. № 3485.

42 Там же. Т. V № 3294.

43 ПСЗ. Т. V № 2785.

44 Там же. № 3435.

цов». Требования к публикации военного законодательства соблюдались на практике, о чем свидетельствуют сохранившиеся «ручные книги» офицеров петровской армии - поручика И. Кожевникова и «каптенармуса» Ф. Петрова. В них они записывали военные уставы и инструкции, издававшиеся Петром Великим и его сподвижниками. Эти книги служили офицерам для практического руководства при исполнении ими служебных обязанностей и обучении личного состава.45

Превращение закона в основной источник права и совершенствование юридической техники привело к увеличению числа разновидностей законодательных актов. В историко-правовой науке используется ряд их классификаций. Критерием одной из них является субъект законотворчества. Российские самодержцы могли делегировать свои законодательные полномочия подчиненным им государственным органом и должностным лицам. Петр при создании регулярной армии и военно-морского флота, а также в первое десятилетие Северной войны предпочитал выслуживать в обычном порядке офицерские чины и поручал право утверждать акты военного законодательства командующим отдельных армий. При учреждении Сената именным указом от 2 марта 1711 г. Петр наделил его законодательными полномочиями.46

В конце своего царствования Петр существенно ограничил законотворческие функции высших государственных органов. В Духовном регламенте устанавливалось: «Должна сия коллегия новыми правилами дополнять регламент свой, однако ж, делать сие должна не без нашего соизволения». На докладных пунктах Синода, представленных монарху в

1721 г., значится следующая его помета: «какое дело позовет о новом каком определении генеральном (законе - М. А), то не должно ни в Синоде, ни в Сенате без подписания нашей руки чинить». Именным указом от 17 апреля

1722 г. Петр повелевал: «Сенату чинить, но не печатать, ниже утверждать вовсе по тех мест, пока от нас оный апробирован, напечатан и к регламентам присоединен будет».4'

С XIX в. в научных исследованиях получил широкое распространение номинальный подход к классификации законодательства. В. Н. Латкин выделял уставы, регламенты и сепаратные указы.48 М. Ф. Владимирский-

45 Военные уставы Петра Великого... С. 3.

46 ПСЗ. Т. IV. № 2321, 2328.

47 ПСЗ. Т. VI. № 3718, 3970.

48 Латкин В. Н. Учебник истории русского права... С. 16 - 35.

Буданов - уставы, регламенты и учреждения, указы, инструкции и мани-фесты49. С. В. Юшков отмечал, что законодательные акты в XVIII в. имели различные наименования: «уставы, регламенты, учреждения, указы, причем точно установить разграничение между этими понятиями невозможно».50

Если исходит из номинального признака, то в российском законодательстве начала XVIII в. можно выделить следующие виды актов - манифесты, уставы, регламенты и учреждения, табели, именные указы (включая объявленные «словесно»), сенатские указы, наказы, плакаты, высочайше утвержденные доклады Сената и коллегий. Все эти разновидности законодательных актов обладали спецификой, понятной и законодателю и его современникам.

Манифесты (от позднелат. manifestum - призыв) - новый вид нормативно-правовых актов в истории российского права. В науке установилось мнение о том, что манифесты - это декларативные акты, включавшие специализированные нормы (как правило, нормы-цели и нормы-принципы), издававшиеся за подписью монарха и адресовавшиеся всему населению России. Их предметом были особо значимые общегосударственные вопросы. Несколько по иному к этому вопросу подошел Р. А. Ромашов. Он считает, что следует выделять два вида манифестов: доктринальные манифесты и манифесты-преамбулы. В доктринальных манифестах выражалась государственная доктрина, т. е. определялись наиболее значимые направления государственной политики в определенной сфере социальной жизнедеятельности. Манифест-преамбула не имел самостоятельного значения и использовался в качестве вводной части к соответствующему документу.51

К числу доктринальных манифестов начала XVIII в. можно отнести манифест «О вызове иностранцев в Россию» 1702 г. Манифестами определялись важнейшие вопросы в сфере организации высшей власти («Об отрешении от наследия. царевича Алексея Петровича» 1718 г. и «О короновании государыни императрицы Екатерины Алексеевны» 1723 г.). Война Турции была объявлена манифестом от 22 февраля 1711 г. В манифестах определялись принципы внутренней политики на Украине после измены И. С. Мазепы («О действиях изменника гетмана Мазепы» от 3 февраля 1709 г., «О запрещении. оказывать малороссийскому народу обиды,

49 Владимирский-Буданов М. Ф. Обзор истории... С. 272 - 278.

50 Юшков С. В. История государства и права... С. 612.

51 Ромашов Р. А. Проблема соотношения понятий «право» и «закон»... С. 38.

озлобления, укоризны, порицание изменниками.» от 11 марта 1710 г.). Некоторые манифесты были посвящены вопросам, которые обычно регулировались указами, но по каким-то причинам привлекли внимание Петра (о покупке юфти, о содержании овец и др.)52 Таким образом, манифесты начала XVIII в. - это нормативно-правовые акты высшей власти, носившие обычно доктринальный характер и регулировавшие особо значимые вопросы внешней и внутренней политики.

Уставы - это кодифицированные акты, содержащие нормы права. регламентирующие организацию и деятельность отдельного ведомства либо определяющие порядок правового регулирования в определенной сфере социальных отношений. Как уже отмечалось выше, уставы были основной формой кодификации военного права. Первоначально они издавались от имени командующих отдельных полевых армий («Уложение» Б. П. Шереметьева, «Краткий артикул» А. Д. Меншикова), итогом развития военного законодательства стали Военный и Морской уставы, утвержденные Петром. Уставы использовались для кодификации и других сфер права. Порядок престолонаследия регулировался Уставом от 5 февраля 1722 г. Кроме того, был принят Устав ордена святой Екатерины и в сфере торговли

- Устав о эверсах.53

Регламенты - это кодифицированные законодательные акты учредительного характера, издававшиеся монархом. Предметом регламентов было установление организации, состава, компетенции и делопроизводства высших и центральных государственных органов. Петровские регламенты носили новаторский характер, в московский период подобных актов не создавалось, даже деятельность Боярской думы, Земских соборов и приказов регулировалось исключительно обычаем. В начале XVIII в. были приняты регламент Кригс-комиссариату 1711 г., регламент Штатс-конторе 1719 г., регламент Коммерц-коллегии 1719 г., регламент Камер-коллегии 1719 г., Генеральный регламент 1720 г., регламент Главному магистрату 1721 г., регламент об управлении Адмиралтейства и верфи 1722 г., Духовный регламент 1721 г.54 К регламентам коллегии примыкают основные акты провинциальной реформы - инструкции или наказы должностным

52 ПСЗ. Т. IV. № 1910, 2224, 2261, 2322; Т. V. № 2803, 3056, 3151; Т. VII. № 4366, 4532,

4541.

53 Там же. Т. V. № 2860; Т. VI. № 3615, 3893.

54 Там же. Т. IV № 2456; Т. V № 3303, 3318, 3466; Т. VI. № 3937, 3534, 3708, 3718,

4022.

лицам местного управления (воеводам, земским комиссарам, камерирам, рентмейстерам, секретарям и фискалам 1719 - 1720 гг.)55

Указы - наиболее многочисленная и разнообразная группа актов, включавшая как собственно законодательные, так и правоприменительные акты. Законодательные акты, опубликованные в форме указа, могли издаваться монархом (именные), объявляться им «словесно» («словесные» указы), публиковаться Сенатом, Синодом и коллегиями. В некоторых указах регулировались целые институты материального и процессуального права. Среди таких актов можно назвать именные указы о единонаследии 1714 г., о форме суда 1723 г. К числу указов ученые обычно относят и знаменитую «Табель о рангах» 1722 г.56 Ряд указов как бы дополнял регламенты государственным органам. Этими указами учреждались наиболее важные должности на государственной службе, определялась их компетенция. К таким актам относятся, например, именные указы «О должности Сената», о фискалах и о их должности и действии, о должности генерал-прокурора при Сенате, о должности прокурора в коллегиях и др.

Однако большинство указов было ответом на какие-либо сиюминутные потребности, особенно это касается т.н. словесных именных указов, объявлявшиеся монархом устно. В Генеральном регламенте 1720 г. было установлено, что обязательна только воля государя, выраженная в письменной форме, а словесные указы «никогда отправляемы быть не подлежат».57 Но сам император впоследствии стал нарушать эту норму и в 1723 г. она была пересмотрена: «Когда от его ц.в., которой коллегии или канцелярии присланы будут письменные или словесные указы, и о тех указах немедленно объявить в Сенат, чтоб, за неизвестием о таких указах, не проходило в делах помешательства».

Наконец, еще одно основание для классификации предложил сам Петр в именном указе от 29 апреля 1720 г. В нем устанавливалось: «Указы все за нашею подписью разбить на двое: которые временные в особливую книгу, а которые в постановление какого дела, те припечатывать, а именно: что надлежит до Коллегии, то в регламент Коллегии, а что к уставу или артикулу и прочим делам, в регламент, а не на время: то оные припечатывать по вся годы к оным книгам».58 В нем, во-первых, подтверждается ра-

55 ПСЗ. Т. V. № 3294, 3295, 3296, 3304, 3479; Т. VI. № 3571.

56 Юшков С. В. История государства и права... С. 613.

57 ПСЗ. Т. VI. № 3534.

58 Там же. № 3574.

нее установленная норма о необходимости подписи царя как непременном атрибуте законодательного акта; во-вторых, монарх вводит деление законодательных актов на постоянные и временные. Сами по себе эти новации свидетельство совершенствования юридической техники.

Чрезвычайно важно выделение в этом указе кодифицированных законодательных актов - регламентов коллегий, воинских уставов, что может служить еще одним основанием классификации законодательных актов начала XVIII в., позволяющим говорить об их различной юридической силе. Так, М. М. Сперанский и В. Н. Латкин в своей классификации сочетали номинальный признак с попыткой установить иерархию законодательных актов по их юридической силе.59 О. А. Омельченко выделяет манифесты как высший тип законодательного акта, которые издавались только монархом и были обращены ко всем подданным; именные указы, которые издавались монархом по существенным вопросам и были адресованы конкретным государственным органам и должностным лицам; указы, которые могли издаваться как самим монархом, так и от его имени Сенатом.60

В законодательстве Петра утверждается принцип законности. В именном указе от 17 апреля 1722 г. говорилось: «Понеже ничто так ко управлению государства нужно есть, как крепкое хранение прав гражданских, понеже всуе законы писать, когда их не хранить или ими играть как в карты, прибирая масть к масти, чего нигде в свете так нет, как у нас было, а отчасти и еще есть, и зело тщатся всякия мины чинить под форте-цию правды.» Исходя из такого положения законодатель устанавливал: «.сим указом яко печатью все уставы и регламенты запечатываются, дабы никто не дерзал иным образом всякие дела вершить и располагать не против регламентов, и не точию вершить, ниже в доклад вписывать, то что напечатано, не отговариваясь о том ни чем, ниже толкуя инако».61

В связи с утверждением принципа законности устанавливается общеправовой принцип «незнание закона не освобождает от ответственности». Впервые этот принцип был закреплен в Уставе воинском: «.За благо изобрели ино книгу Воинский Устав учинить, дабы всякий чин знал свою должность, и обязан был своим званием, и неведением не отговари-

59 Сперанский М. М. Руководство к познанию законов... С. 69; Латкин В.Н. Учебник истории русского права... С. 16 - 35.

60 Омельченко О. А. Становление абсолютной монархии в России: Учебное пособие. М., 1986. С. 72 - 73.

61 ПСЗ. Т. VI. № 3970.

вался...». Специально принцип «незнание закона не освобождает от ответственности» был закреплен в именном указе от 9 февраля 1720 г.62

В российском праве появляется общеправовой принцип «закон обратной силы не имеет». Впервые он был сформулирован в указе о единонаследии от 23 марта 1714 г. В нем, с одной стороны, закрепляется этот принцип («сей указ не на прошедшие времена, но с сего 1714 г. действо свое имеет»), с другой, тут же допускается отступление от него («хотя в прошедшие два месяца какие разделы имений и сделаны, то оные переменить по сему указу»).63

Последний вопрос, на котором следует остановиться, это вопрос о соотношении закона с другими источниками права. В историко-правовой науке по этому вопросу сформировалось две позиции. М. Ф. Владимирский-Буданов, В. Н. Латкин и Г. В. Вернадский считают что закон вытеснил все иные формы выражения права. Вернадский даже писал, что «начиная с Петра Великого, единственным источником права делается воля законодателя; этот период правотворчества императорских указов».64 Н. М. Корку-нов, С. В. Юшков, И. А. Исаев, М. Ф. Румянцева и др. пишут о приоритете закона над иными источниками права в имперский период.65 Думается, позиция М. Ф. Владимирского-Буданова, В. Н. Латкина и Г. В. Вернадского излишне категорична. В качестве вспомогательной формы выражения права обычай сохранил свое значение и играл чрезвычайно существенную роль в регулировании повседневной жизни русских крестьян, а также малых народов России. Даже в 1914 г. Н. М. Коркунов констатировал, что наряду с законом как основной формой права, «.и судебная практика и, в особенности, обычай имеют у нас весьма большое значение».66

Согласно господствующей точке зрения, судебный прецедент никогда не был в России формой права. Но отдельные правоведы считают иначе.67 Классик науки уголовного права Н. С. Таганцев писал, что в конце

62 Там же. № 3510.

63 ПСЗ. Т. V. № 2789.

64 Владимирский-Буданов М. Ф. Обзор истории русского права... С. 272; Латкин В. Н. Учебник истории русского права... С. 3; Вернадский Г. В. Очерк истории права Русского государства XVIII - XIX вв. (Период империи). М., 1998. С. 15.

65 Коркунов Н. М. Лекции по общей теории права. С. 370 - 372; Юшков С. В. История государства и права... С. 611 и др.

66 КоркуновН. М. Лекции по общей теории права... С. 370.

67 См.: Петров К. В. «Прецедент» в средневековом русском праве (XVI - XVII вв.) // Государство и право. 2005. № 4. С. 78 - 83.

XIX - начале XX вв. судебный прецедент был источником российского права: «Уголовный кассационный департамент Сената почти с самого начала своей деятельности выбрал учение о безусловном праве суда на пополнение всяких пробелов закона: неоднократно повторяя в своих решениях ту мысль, что суд может восполнить пробелы закона, применяя к деянию, прямо не предусмотренному в законах уголовных, постановления, наиболее с ним сходные; что суд, не находя в Уложении статьи, прямо предусматривающей деяние подсудимого, обязан определить наказание, установленное за преступление, по роду и важности наиболее с ним сходное.»68

Подводя итоги, можно отметить, что в России начала XVIII в. под влиянием идей раннего Просвещения происходит становление абсолютной монархии. Усиление государственности привели к тому, что закон стал основным источником права. Совершенствуется законотворческий процесс, вырабатывается особый стиль законотворчества Петра Великого и его сподвижников. Это отразилось на юридической технике законотворчества (усиление абстрактности, внимание законодателя к юридическому языку законодательных актов, кодификационные работы, публикация законов «печатными листами»), и в появлении целого ряда новых общеправовых принципов (законности, принципа «закон обратной силы не имеет» и т. д.). Однако эти новые явления не привели к полному вытеснению такой формы выражения права, как обычай. Становление права Нового времени в эпоху реформ Петра Великого происходило под влиянием европейских политико-правовых теории и практики, рецепции европейского права, но в то же время не означало радикального разрыва с национальными традициями развития России.

68 ТаганцевН. С. Русское уголовное право. Тула, 2001. Т. 1. С. 8.