Незаконное проведение искусственного прерывания беременности: проблемы разграничения от смежных составов

Дядюн К.В.1

НЕЗАКОННОЕ ПРОВЕДЕНИЕ ИСКУССТВЕННОГО ПРЕРыВАНИЯ БЕРЕМЕННОСТИ: ПРОБЛЕМы РАЗГРАНИЧЕНИЯ ОТ СМЕЖНЫХ СОСТАВОВ

цель: Исследование вопросов квалификации искусственного прерывания беременности. Методология: Использовалcя формально-юридический метод.

Результаты: В статье осуществлен анализ особенностей разграничительных критериев незаконного производства аборта и смежных составов преступлений с учетом правил квалификации и материалов судебной практики.

Новизна/оригинальность/ценность: Статья обладает высокой научной и практической ценностью, поскольку является современной попыткой рассмотрения актуальной проблемы.

Ключевые слова: квалификация преступлений, незаконное проведение искусственного прерывания беременности, разграничительные критерии составов преступлений.

Dyadyun K.V.

ILLEGAL CARRYING OUT ARTIFICIAL INTERRUPTION OF PREGNANCY: DIFFERENTIATION PROBLEMS FROM ADJACENT STRUCTURES

Purpose: Research of questions of qualification of artificial interruption of pregnancy. Methodology: Formal-legal method were used.

Results: In article the analysis of features of differentiating criteria of illegal production of abortion and adjacent crime components taking into account rules of qualification and materials of court practice is performed.

Novelty/originality/value: Article has the high scientific and practical value as is modern attempt of consideration of an actual legal problem.

Keywords: qualification of crimes, illegal carrying out artificial interruption of pregnancy, differentiating criteria of crime components.

Правильная квалификация преступных деяний - залог назначения справедливого и обоснованного наказания. В сфере преступлений против личности одна из наиболее актуальных проблем -надлежащее отождествление деяния и конкретного состава в области обеспечения надлежащей охраны репродуктивных интересов.

Так, преступление, предусмотренное ст. 123 УК РФ, зачастую сложно отграничить от деяний, регламентированных ст. 105, 106, ч. 2 ст. 109, ч. 1 ст. 111, ч. 2 ст. 118, ч. 4 ст. 122, ст. 124 УК РФ.

При разграничении убийства, убийства матерью новорожденного ребенка от незаконного производства аборта определяющим критерием выступает момент начала жизни человека: момент появления какой-либо части ребенка из утробы матери. Если же в ходе проведения незаконного искусственного прерывания беременности причиняется смерть рождающемуся / рожденному ребенку, содеянное надлежит квалифицировать по совокупности деяний.

На практике довольно сложно разграничить незаконное проведение искусственного прерывания беременности, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей, и причинение смерти по не-

осторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. Так, акушер-гинеколог признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ: являясь врачом, работающим по специальности, в ненадлежащих условиях без оформления какой-либо медицинской документации провела операцию по искусственному прерыванию беременности, вследствие чего у пациентки развился лекарственный шок, и наступила смерть [2].

В данном случае с точки зрения требований медицинских нормативно-правовых актов в действиях врача усматривается деяние, предусмотренное ч. 3 ст. 123 УК РФ, однако вследствие несовершенства действующей правовой нормы (где единственным криминообразующим признаком выступает отсутствие у субъекта высшего медицинского образования соответствующего профиля) суд был вынужден применить ч. 2. ст. 109 УК РФ. Соответственно, наказание виновному лицу также назначено в более мягких пределах, исходя из санкций соответствующих статей.

В рассматриваемом вопросе проблема определена несовершенством законодательной ре-

1 Статья публикуется по результатам конкурса докладов, проведенного в рамках VI Международной научно-практической конференции «Актуальные проблемы совершенствования законодательства и правоприменения» (г. Уфа, 31 мая 2016 г.).

EURASIAN -

> 6 (25) 2016 С

- ADVOCACY

гламентации криминообразующих признаков ст. 123 УК РФ. Но в то же время (по действующему законодательству) разграничение исследуемых составов все же возможно: учет круга профессиональных обязанностей и наличия соответствующей квалификации медработника; наличие возможности оказать соответствующие медуслу-ги [5]; также необходимо учитывать особенности субъективной стороны рассматриваемых преступных деяний.

Далее рассмотрим разграничение незаконного проведения аборта, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью (ч. 3 ст. 123 УК РФ), от умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего прерывание беременности (ч. 1 ст. 111 УК РФ). Данные деяния отличаются по направленности действий (производство аборта / причинение тяжкого вреда здоровью); по последствиям (по ст. 123 УК РФ вред здоровью - именно последствие; по ст. 111 - содержательный аспект самого деяния); по направленности умысла (производство незаконного прерывания беременности направлено именно на осуществление соответствующей операции, причинение тяжкого вреда здоровью - на получение именно данного результата).

Особые проблемы возникают в части надлежащей квалификации незаконного аборта и причинения тяжкого вреда по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей.

В судебной практике встречаются следующие случаи: акушер-гинеколог, не установив точный диагноз, при отсутствии показаний для экстренной операции произвела оперативное вмешательство, что привело к прерыванию беременности; в другом случае непрофессиональные действия врача-гинеколога привели к утрате пациенткой способности к самостоятельному зачатию [3].

Разграничительными критериями в указанных случаях выступают: содержательные особенности объективной стороны (причинение вреда вследствие осуществления медпомощи / при производстве операции по искусственному прерыванию беременности); субъективная сторона преступления (предвидение виновным наступления общественно опасных последствий своих действий в силу несоблюдения требований медицинских нормативно-правовых актов / самонадеянный расчет на ненаступление указанных последствий вследствие наличия специального

образования). Причем опять-таки санкции рассматриваемых статей «играют» на пользу нерадивых врачей-гинекологов.

Относительно разграничения преступных деяний, предусмотренных ч. 3 ст. 123 и ч. 4 ст. 122 УК РФ, отметит, что достаточно сложно правильно квалифицировать содеянное. Во-первых, совпадают объект и субъект преступления, во-вторых, содержание последствий. Наконец, объективная сторона рассмотренных деяний может включать наступление соответствующего вреда. Кроме того, деяние, предусмотренное ч. 4 ст. 122 УК РФ, конкурирует с составом ч. 2 ст. 118 УК РФ. Представляется, что разграничительными критериями означенных деяний являются: объект преступления (жизнь / здоровье); особенности объективной стороны (общее осуществление медпомощи / производство операции по искусственному прерыванию беременности); содержание последствий (заражение ВИЧ / общие признаки тяжкого вреда здоровью); субъект (обусловленный установленными требованиями УК РФ); направленность и содержание субъективной стороны.

Пристатейный библиографический список

1. Архив Кыштымского городского суда Челябинской области. Дело № 1-543 [Электронный ресурс]. URL: 2001//http://kishtim.chel.sudrf.ru.

2. Государственная автоматизированная система Российской Федерации «Правосудие» [Электронный ресурс]. URL: http://presnensky.msk.sudrf.ru/ modules.php?name=bsr&op=show_text&srv_num=1& id=77600211202011117226091000243715.

3. Истоки и современное содержание уголовной политики в области здравоохранения / под ред. А.В. Грошева, Е.В. Епифанцевой. М., 2013.

4. Татаркин В.В. Преступления медицинских работников против жизни и здоровья: дис. ... канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2007. С. 109.

References

1. Arhiv Kyshtymskogo gorodskogo suda Cheljabins-koj oblasti. Delo № 1-543 [Jelektronnyj resurs]. URL: 2001// http://kishtim.chel.sudrf.ru.

2. Gosudarstvennaja avtomatizirovannaja sistema Ros-sijskoj Federacii «Pravosudie» [Jelektronnyj resurs]. URL: http://presnensky.msk.sudrf.ru/modules.php?name= bsr&op = show_text&srv_num = 1& id=77600211202011117226091000243715.

3. Istoki i sovremennoe soderzhanie ugolovnoj poli-tiki v oblasti zdravoohranenija / pod red. A.V. Grosheva, E.V. Epifancevoj. M., 2013.

4. Tatarkin V.V. Prestuplenija medicinskih rabotnikov protiv zhizni i zdorov'ja: dis. ... kand. jurid. nauk. Rostov n/D, 2007. S. 109.