Действие уголовного закона во времени

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

Вестн. Ом. ун-та. 2008. №4. С. 111-115.

УДК 343

В. М. Степашин

Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского

ДЕЙСТВИЕ УГОЛОВНОГО ЗАКОНА ВО ВРЕМЕНИ

The article is devoted to the rales of temporal operation of criminal law.

Ключевые слова: уголовный закон, длящееся преступление, дистанционное преступление.

Правильное применение уголовного закона требует установления факта его действия в пространстве и во времени.

Согласно ч. 3 ст. 15 Конституции Российской Федерации, «законы подлежат официальному опубликованию. Неопубликованные законы не применяются. Любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения».

Порядок опубликования и вступления в силу уголовных законов не обладает какой-либо спецификой. Он исчерпывающе определен Федеральным законом от 14 июня 1994 г. № 5-ФЗ «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания».

Прекращение действия закона может осуществляться следующими путями:

1) вследствие его отмены;

2) в связи с его заменой новым законом;

3) в связи с истечением срока действия;

4) в связи с решением Конституционного Суда РФ о признании данного закона противоречащим Конституции РФ [1].

Часть 2 ст. 9 Уголовного кодекса (далее - УК) РФ устанавливает принципиальное положение о том, что временем совершения преступления признается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий.

Данное правило приобретает особое значение в случае совершения так называемых дистанционных преступлений, т. е. деяний, последствия которых наступают через некоторое время (например, убийство с использованием медленнодействующих отравляющих веществ).

При совершении длящегося преступления временем его совершения признается момент прекращения или пресечения преступного действия или бездействия (однако следует помнить, что состав длящегося преступления считается оконченным с момента начала преступного действия или бездействия).

Временем совершения продолжаемого преступления является момент совершения последнего преступного акта.

© В.М. Степашин, 2008

Принцип обратной силы уголовного закона в настоящее время регулируется международным правовым актом. Согласно ст. 15 Международного пакта о гражданских и политических правах, принятого на XXI сессии Генеральной Ассамблеи ООН 16 декабря 1966 г., ратифицированной СССР 18 сентября 1973 г., «...не может назначаться более тяжкое наказание, чем то, которое подлежало применению в момент совершения уголовного преступления. Если после совершения преступления законом устанавливается более легкое наказание, действие этого закона распространяется на данного преступника» [2].

Правила об обратной силе уголовного закона базируются на положениях, закрепленных в ст. 54 Конституции РФ:

1. Закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

2. Никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением. Если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон.

Это конституционное правило получило развитие в ст. 10 УК РФ. В действующем УК РФ впервые урегулированы отношения, связанные с обратной силой уголовного закона, т. е. распространением его действия на деяния, совершенные до вступления закона в силу. Решение данного вопроса поставлено в строгую зависимость от того, каким образом новый уголовный закон влияет на правовое положение лиц, ранее совершивших преступления: закон, любым образом улучшающий положение лица, совершившего преступное деяние, имеет обратную силу и подлежит применению вместо закона, действовавшего ранее. Напротив, законодательный акт, влекущий ухудшение правового положения виновного, обратной силы не имеет.

Как отметил Конституционный Суд РФ в Постановлении от 20 апреля 2006 г. № 4-П: «В случаях, когда предусматриваемые уголовным законом меры перестают соответствовать социальным реалиям, приводя к ослаблению защиты конституционно значимых ценностей или, напротив, к избыточному применению государственного принуждения, законодатель - исходя из указанных конституционных принци-

пов - обязан привести уголовно-правовые предписания в соответствие с новыми социальными реалиями» [3].

Таким образом, при назначении наказания применяется новый, более мягкий закон: суд определяет наказание, руководствуясь действующими на момент принятия судебного решения уголовноправовыми нормами.

Более мягкий уголовный закон распространяется не только на лиц, в отношении которых не вынесено судебное решение (обвиняемых, подсудимых), но и на осуждённых, отбывающих наказание или иные меры уголовно-правового характера, а также на лиц, отбывших наказание, но имеющих судимость.

Согласно ч. 1 ст. 10 УК РФ, уголовный закон признается более мягким и потому имеет обратную силу, если он:

- устраняет преступность деяния;

- смягчает наказание;

- иным образом улучшает положение лица, совершившего преступление.

Под устранением преступности деяния понимается:

а) полная декриминализация деяния, ранее признававшегося преступлением, т. е. исключение его из числа уголовно наказуемых (так, Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. исключил уголовную ответственность за причинение средней тяжести вреда здоровью по неосторожности (ч. 3 и 4 ст. 118 УК) и ряд других деяний);

б) частичная декриминализация, при которой то или иное деяние по-прежнему признается преступным, однако изменяется содержание его объективных и субъективных признаков, что влечет сужение сферы применения уголовного закона (повышается возраст ответственности или устанавливаются специальные признаки субъекта преступления; исключаются квалифицирующие признаки; устанавливаются более тяжкие последствия, наступление которых обуславливает уголовную ответственность ит. д.). Само по себе исключение из Особенной части УК РФ той или иной статьи также нередко свидетельствует не о полной, а лишь о частичной декриминализации деяния, если изъята не общая, а специальная норма. Так, Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. признана утратившей силу ст. 200 УК РФ («Обман потребителей»), однако это не означает

того, что обман потребителей как таковой декриминализирован и более не может повлечь уголовную ответственность: обман потребителей представляет собою частный случай мошенничества, а потому при наличии признаков этого состава преступления применению подлежит ст. 159 УК РФ.

Смягчающим наказание признается уголовный закон, который:

1) исключает из системы наказаний ка-кой-либо вид наказания (так, Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. исключил из числа наказаний конфискацию имущества);

2) устанавливает ограничения в применении того или иного наказания к отдельным категориям лиц (например, названным выше федеральным законом установлены категории лиц к которым не может быть применено наказание в виде исправительных работ);

3) исключает из санкции более строгие наказания или осуществляет их замену более меткими;

4) вводит в санкцию более мягкие (по сравнению с присутствовавшей в санкции самой строгой мерой государственного принуждения) альтернативные виды наказания;

5) снижает срок (размер) того или иного вида наказания (например, минимальный срок лишения свободы по УК РСФСР составлял 3 месяца, по УК РФ - сначала 6, а в настоящее время 2 месяца);

6) снижает максимальный и (или) минимальный пределы вида наказания в санкции, в том числе при неизменности или даже повышении другого;

7) исключает из санкции дополнительное наказание либо придает обязательному дополнительному наказанию характер факультативного;

8) изменяет содержание наказания, уменьшая уровень предусмотренных им правоограничений (например, ФЗ от 8 декабря 2003 г. исключил возможность направления осуждённых к лишению свободы женщин в исправительные колонии строгого режима);

9) устанавливает льготные правила назначения наказания в благоприятную для осуждаемого сторону. В частности, на этом основании имеет обратную силу ст. 68 УК (так, Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. в ст. 88 УК РФ введена ч. 6.1, предусматривающая более льготные

правила назначения несовершеннолетним наказания в виде лишения свободы).

По действующему процессуальному законодательству (п. 13 ст. 397, п. 2, 5 ст. 399 Уголовно-процессуального кодекса (далее - УПК) РФ) смягчение наказания вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу, производится судом по заявлению осужденного, а также по представлению органа, ведающего исполнением наказания. Таким образом, уголовно-процессуальные нормы вступают в противоречие с положениями уголовного закона: смягчение наказания

ставится в зависимость от воли (а иногда от осведомленности об изменении закона) осужденного и органов и учреждений, исполняющих уголовные наказания.

Как представляется, смягчение наказания в подобных ситуациях должно быть обязательным.

Именно такую позицию занял Конституционный Суд РФ, указав следующее: «Императивное по своему характеру правило статьи 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации, предписывающее применять новый закон в случаях, когда после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, не предполагает наличие у суда или иного органа, применяющего закон, дискреционных полномочий, которые позволяли бы ему в таких случаях игнорировать действие этого закона. Следовательно, государство, обязанное в силу статьи 2 Конституции Российской Федерации признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина, должно обеспечить на практике действие механизма приведения в соответствие с ним ранее принятых судебных решений независимо от наличия просьбы со стороны заинтересованных лиц.

С учетом этого положение Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации, согласно которому вопрос об освобождении от наказания или о смягчении наказания в связи с изданием уголовного закона, имеющего обратную силу, решается судом по ходатайству осужденного (пункт 2 части первой статьи 399), не может рассматриваться как освобождающее уполномоченные государственные органы и должностных лиц от обязанности самостоятельно инициировать применение нового уголовного закона» [4].

В этом же постановлении Конституционный Суд недвусмысленно отметил, что «нормы Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации... не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права и свободы граждан, что не исключает право законодателя предусмотреть иной, специальный, порядок приведения таких решений в соответствие с новым уголовным законом, устраняющим или смягчающим ответственность за преступление» [5].

Иным образом улучшающим положение лица, а потому имеющим обратную силу признается уголовный закон, который, непосредственно не смягчая наказание, тем не менее, улучшает правовой статус лица, совершившего преступление, в том числе отбывшего наказание.

Таким законом, в частности, следует признать законодательный акт:

- устанавливающий новые обстоятельства, исключающие преступность деяния;

- устанавливающий новые основания освобождения от уголовной ответственности или уголовного наказания;

- расширяющий сферу применения предусмотренных в законе видов освобождения от уголовной ответственности или уголовного наказания, в том числе путем перевода отдельных из них в разряд императивных (подлежащих применению вне зависимости от усмотрения судебных органов);

- устанавливающий более льготные правила действия уголовного закона в пространстве и т. д.

В ч. 2 ст. 10 УК РФ устанавливаются, по существу, специальные правила применения уголовного закона, смягчающего наказание, к лицам, в отношении которых вступил в законную силу обвинительный приговор суда. Если лицо отбывает наказание за деяние, которое новый уголовный закон смягчает, то это наказание подлежит сокращению до пределов, предусмотренных новым уголовным законом.

В том случае если назначенное судом наказание соответствует новым рамкам санкции, оно остается неизменным.

Конституционный Суд РФ также обратил внимание на недостатки правоприменительной практики. Так, Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. «О внесении изменений и дополнений в Уго-

ловный кодекс Российской Федерации» признаны утратившими силу ряд положений УК РФ, определявших виды наказаний, обстоятельства, отягчающие наказание, а также правила назначения наказания. Суды общей юрисдикции в зависимости от обстоятельств конкретного дела принимали решения о переквалификации действий осужденного, об исключении из приговора указания на отдельные квалифицирующие признаки состава преступления, об исключении из приговора указания на наличие в действиях осужденного особо опасного или опасного рецидива преступлений и, соответственно, об изменении режима исправительного учреждения, в котором осужденный должен был отбывать наказание, об исключении из приговора указания о применении наказания в виде конфискации имущества и т. д. При этом, независимо от того, насколько существенными были вносимые в приговоры коррективы и в какой именно процедуре рассматривался соответствующий вопрос, назначенные наказания или не снижались, или снижались не ниже верхнего предела наказания, установленного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ в редакции названного Федерального закона, причем даже в тех случаях, когда ранее назначенное наказание являлось минимальным или когда наказание на основании ст. 64 УК РФ было назначено ниже низшего предела.

В указанном постановлении Конституционный Суд обоснованно отметил, что содержащееся в ч. 2 ст. 10 УК РФ «предписание о смягчении назначенного по приговору суда наказания в пределах, предусмотренных новым уголовным законом, предполагает применение общих начал назначения наказания, в силу которых в такого рода случаях смягчение наказания будет осуществляться в пределах, определяемых всей совокупностью норм Уголовного кодекса Российской Федерации - не только Особенной его части, но и Общей. Иное, ограничительное, истолкование части второй статьи 10 УК Российской Федерации, а именно как допускающей возможность снижения назначенного осужденному наказания только до верхнего предела санкции соответствующей статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации... не соответствует буквальному

смыслу данной нормы и не вытекает из положений Конституции Российской Федерации, предопределяющих ее содержание и значение в системе действующего уголов-но-правового регулирования. Такое истолкование названной нормы, не учитывающее устанавливаемые новым законом юридическую оценку того или иного деяния как менее тяжкого, более низкие пределы подлежащего применению наказания или более мягкие правила его назначения, влекло бы переоценку степени общественной опасности деяния и лица, его совершившего, а также обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, в неблагоприятную для осужденного сторону по сравнению с тем, как они отражены в ранее принятых судебных решениях, что не только ограничивало бы гарантируемое статьей 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации право осужденного на применение уголовного закона, смягчающего ответственность, но и могло бы повлечь определенное, как формально-пра-вовое, так и фактическое, ухудшение его положения, особенно в тех случаях, когда суд при приведении приговора в соответствие с новым уголовным законом не принимает во внимание, что наказание назначалось с применением специальных правил снижения наказания (ниже низшего предела, установленного санкцией соответствующей статьи, или с учетом имеющих фиксированное значение смягчающих обстоятельств; при постановлении приговора в случае согласия обвиняемого с предъявленным обвинением; при признании коллегией присяжных заседателей подсудимого заслуживающим снисхождения).

...В противном случае, т. е. при истолковании части второй статьи 10 УК Российской Федерации как предполагающей использование при решении вопроса о наказании лишь одного правила - о снижении назначенного по приговору суда наказания до верхнего предела санкции соответствующей статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации в редакции нового закона, лица, уже отбывающие наказание, были бы поставлены в неравное положение с теми лицами, в отношении которых приговор выносится после вступления нового уголовного закона в силу и решение вопроса о наказании осуществляется с учетом как верхнего, так и нижнего пределов санкции

соответствующей статьи, а также указанных в Общей части УК РФ обстоятельств» [6].

ЛИТЕРАТУРА

[1] Статья 79 Федерального конституционного за-

кона от 21 июля 1994 г. «О Конституционном Суде Российской Федерации» // Российская газета. 1994. 23 июля.

[2] Права человека: сборник универсальных и ре-

гиональных международных документов / сост. Л.Н. Шестаков. М., 1990. С. 52-53.

[3] Постановление Конституционного Суда РФ от 20 апреля 2006 г. № 4-П «По делу о проверке конституционности части второй статьи 10 Уголовного кодекса Российской Федерации, части второй статьи 3 Федерального закона «О введении в действие Уголовного кодекса Российской Федерации», Федерального закона «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» и ряда положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, касающихся порядка приведения судебных решений в соответствие с новым уголовным законом, устраняющим или смягчающим ответственность за преступление, в связи с жалобами граждан А.К. Айжа-нова, Ю.Н. Александрова и других» // Российская газета. 2006. 3 мая.

[4] Постановление Конституционного Суда РФ от 20 апреля 2006 г. № 4-П // Российская газета. 2006. 3 мая.

[5] Там же.

[6] Там же.