«Я делаю свою работу, но государство хочет меня унизить»

обновлено 17:51 , 04.03

«Я делаю свою работу, но государство хочет меня унизить»

Граждане «СМИ-иноагенты» оспаривают статус в суде

Трое российских журналистов и правозащитник Лев Пономарев подали иски к Минюсту из-за решения внести их в реестр физлиц, признанных «СМИ-иноагентами». Ранее то же самое сделала петербургская феминистка Дарья Апахончич. Истцы утверждают, что нарушены их права на равенство с другими гражданами, на свободу выражения мнений и уважение к частной жизни.

Лев Пономарев

Фото: Иван Водопьянов, Коммерсантъ / купить фото

В конце декабря 2020 года Минюст впервые внес пять человек в реестр физлиц, признанных так называемыми СМИ-иноагентами. На этой неделе одна из пятерки, петербургская активистка и учительница Дарья Апахончич, подала иск в Ленинский райсуд. Теперь к ней присоединились остальные. Главред «Псковской губернии» Денис Камалягин, журналист портала 7X7 Сергей Маркелов, журналист «Радио Свобода» и «МБХ медиа» Людмила Савицкая и правозащитник Лев Пономарев подали иски в Псковский городской суд, Хорошевский и Замоскворецкий районные суды Москвы.

В исковых заявлениях они подчеркивают, что статус так называемого СМИ-иноагента необоснованно возложил на них ряд обязательств. Например, записи в соцсетях должны маркироваться фразой «Данное сообщение (материал) создано и (или) распространено иностранным средством массовой информации, выполняющим функции иностранного агента, и (или) российским юридическим лицом, выполняющим функции иностранного агента». Кроме того, они должны подавать ежеквартальные финансовые отчеты и отчеты о деятельности каждые полгода. Также они обязаны создать юридические лица. Отметим, Дарья Апахончич, Денис Камалягин и Сергей Маркелов объединились и учредили ООО «Как бы инагент». Лев Пономарев в разговоре с “Ъ” сообщил, что также присоединится к данному ООО, а Людмиле Савицкой пока не пришел ответ о регистрации ее собственного юрлица.

1 / 4

Адвокат господина Пономарева Олег Искаков уточнил, что его доверитель требует отмены решения Минюста на основании того, что он не является ни СМИ, ни «иностранным агентом». Лев Пономарев связывает давление властей с интересом ФСБ к его правозащитной деятельности. «Сначала в иноагенты были записаны правозащитные организации, которые я возглавлял. Мы боролись против преследования граждан, в том числе по принадлежности к религиозным организациям, а противостояла нам ФСБ. Началось все с этого»,— считает господин Пономарев. При этом он отмечает, что регулярное иностранное финансирование его организации получали только от Комитета по борьбе с пытками при ООН, куда входят и представители российских властей.

У Дениса Камалягина в иске (имеется в распоряжении “Ъ”), помимо описания нарушенных прав на уважение частной жизни, отмечены дискриминация и нарушение права на свободу выражения мнений.

Господин Камалягин отдельно отмечает, что внесение его с коллегами в реестр — попытка дискредитировать журналистов и подорвать доверие к их публикациям. Он также считает, что журналистика не может быть причислена к политической деятельности.

«Журналист, не участвующий в политической жизни государства, не может признаваться иностранным агентом по этому критерию»,— сказано в документе.

Отношения к наложенным ограничениям у журналистов разнятся. Например, Денис Камалягин уже свыкся с маркировками своих сообщений и публикаций: «Меня это напрягало первую неделю, потом я приноровился копипастить необходимое. К тому же я не так активно что-то публикую в соцсетях, как мои коллеги». А для Людмилы Савицкой это является проблемой. «Меня каждый раз ломает словосочетание "иностранный агент", все мое естество бунтует против этого навязанного властями ярлыка. От маркировки я прихожу в ярость, когда уродую ею свои статьи и сообщения»,— сказала она.

Еще больше проблем доставляют ежеквартальные отчеты об их финансовых операциях. При этом единого критерия нет: Людмила Савицкая отчитывается за каждую покупку, а Денис Камалягин указывает вид товара и итоговую сумму.

«Вместо того чтобы куда-то ехать и писать репортаж, я должна сидеть и составлять отчеты о покупках в Excel. Я просто делаю свою работу, но государство хочет унизить меня таким образом»,— говорит госпожа Савицкая.

Сергей Маркелов также возмущен наложенными ограничениями: «Это очень раздражает. И как-то я пока к этому не привык, особенно к заполнению ежеквартальной отчетности. Я не понимаю, зачем и почему я это все должен делать».

Истцы не рассчитывают, что суд вынесет решение в их пользу — но для них важно во всеуслышание заявить, что они не являются «иностранными агентами». «Работая, я защищаю интересы россиян. Любовь к родине — не синоним любви к власти»,— подчеркивает Людмила Савицкая. «Я надеюсь на благоприятный результат, но зная наши суды… В общем, посмотрим»,— поделился с “Ъ” господин Маркелов.

Руководитель проекта «Сетевые Свободы» Дамир Гайнутдинов отмечает: «Одна из целей закона — дать возможность объявлять иноагентской любую деятельность, которая тревожит власти. За время применения законодательства об иноагентах, по-моему, несколько десятков разных видов деятельности признавались политической. Закон об НКО и "закон Димы Яковлева" дают максимально широкое определение политической деятельности. В данном случае любой журналист, получивший хотя бы цент из-за рубежа, может быть признан агентом».