Психологический уровень анализа понятия «Идентичность»

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ УРОВЕНЬ АНАЛИЗА ПОНЯТИЯ

«ИДЕНТИЧНОСТЬ»

А. А. Логинова

В статье рассматриваются различные научные подходы к определению понятия «идентичность». Актуализируется педагогическая проблема формирования гражданской идентичности личности в соответствии с вызовами времени. Выделяются структурные компоненты идентичности на психологическом уровне.

Ключевые слова: развитие личности; идентичность; гражданская идентичность; кризис идентичности; «политика идентичности».

В поисках выхода из создавшейся в начале XXI в. кризисной ситуации и способов преодоления напряженности между человеком и обществом особую значимость приобретает образование, создающее условия для того, чтобы человек, реализуя свои возможности, не просто оставался самим собой, но утверждал себя как гражданин общества.

В настоящее время сформулировано ведущее направление развития нашего государства — построение открытого гражданского общества. Миссия общего образования заключается в формировании гражданской идентичности подрастающего поколения как условия укрепления российской государственности.

Идея формирования гражданской идентичности человека, широко разрабатываемая в мире и получившая признание в нашей стране, — не просто отображение тенденции осознания связи человека с обществом в условиях нарастающего единства мира, стимулирующей поиск таких оснований этой связи, которые обеспечивают условия для жизни, достойной человека. Данная идея свидетельствует о понимании того, что воссоединение человека с миром, с обществом позволяет ему избежать морального одиночества и, оставаясь самим собой, самоотождествляться с ценностями социума, его нормами и принципами. Государству необходимо, чтобы свой интеллектуальный потенциал молодые люди умели использовать для создания гражданского общества.

Исследование проблемы формирования гражданской идентичности школьников как социально-педагогической проблемы требует привлечения различного

типа научных знаний, поскольку она является междисциплинарной, а ее решение, предполагающее использование ряда взаимопроникающих научных подходов, невозможно без обращения к знанию других наук, изучающих в рамках своего объекта идентичность, способы ее формирования. Обращение к другим наукам вызвано и тем, что категория «идентичность» также приобрела статус междисциплинарной. Сказанное предопределяет ход анализа нашей проблемы от психологического уровня к педагогическому.

Проблему идентичности ученые, как правило, исследуют на психологическом уровне. Соответствующее явление выступает предметом изучения в психоаналитической психологии (У. Джеймс, 3. Фрейд, Э. Эриксон, Дж. Марсиа), символическом интеракционизме (Дж. Мид, И. Гоффман, Г. Фогельсон, Ю. Хабермас), в когнитивной психологии (Г. Тэд-жфел, Дж. Тэрнер, Г. Брейкуэлл).

Основоположниками психоаналитической концепции идентичности личности признаются У. Джеймс, 3. Фрейд. Так, У. Джеймс под идентичностью подразумевал субъективное чувство соответствия себе, созидательную власть, сопротивляемость «эго» по отношению к окружающему миру. По его мнению, жизнь нужно строить в активности, созидании и страдании. Реальный мир действует на каждого из нас сообразно с нашей индивидуальностью, являясь для нас комбинацией физических состояний и моральных ценностей [2, с. 23]. 3. Фрейд огромное значение придавал изучению детства, поскольку именно в нем закладываются основные источни-

© Логинова А. А., 2010

ки самоуважения: детский «нарциссизм», «эго-идеал», себялюбие, любовь к другим. Идентичность он считал частным, внутренним миром человека [3, с. 442— 447]. Последователи 3. Фрейда, К. Юнг и А. Адлер, развивая его идеи, подчеркивали необходимость исследования социального окружения личности. 3амкну-тость индивида на себе не может служить источником становления человеческого и человечного в человеке [8].

Наибольшая заслуга в разработке понятия «идентичность» принадлежит Э. Эриксону, поскольку все дальнейшие исследователи данной проблематики так или иначе соотносились с его концепцией. В понимании Э. Эриксона идентичность как процесс «организации жизненного опыта в индивидуальное „Я“» предполагает его динамику на протяжении всей жизни человека.

Явление идентичности ученый осмысливает как непрекращающееся развитие «Я». «Наряду с описанными 3. Фрейдом фазами психосексуального развития, — пишет он, — существуют психологические стадии развития „Я“», в ходе которого индивид устанавливает основные ориентиры по отношению к себе и своей социальной среде. <...> Каждой стадии присущи свои собственные параметры развития» [6, с. 11]. Жизнь представляет собой сложную смену всех ее аспектов, и успешное решение проблем на одной стадии не гарантирует от возникновения новых проблем. Построение идентичности — это создание самим человеком модели поведения, которая обладает двумя свойствами: изменчивостью в течение жизни и длительностью для исполнения на практике. Множественность моделей идентичности есть отображение множественности исторических путей.

На наш взгляд, ценнейшим вкладом Э. Эриксона в концепцию идентичности стал отказ от биологизаторских тенденций. Инстинкты «не несут в себе паттернов завершения, самосохранения, взаимодействия с каким-либо сегментом природы: их должны еще организовать традиция и совесть. Традиция и совесть есть логическое порождение культуры,

которая развивает биологически данное...» [6, с. 27]. Традиция — то, что сохраняет целостность общества и в то же время дает возможность иметь идентичность, а значит, не быть полным подобием других.

Важнейшим условием понимания сущности идентичности для Э. Эриксона является ее историчность. Ученый считает, что в любом анализе (социологическом, философском, филологическом) идентичность нельзя представить как результат или достижение. Каждый индивид включен в историю, в поток социальных изменений. Человеческая жизнь — это неповторимое соединение индивидуальной души и духовных исканий эпохи, комбинация способностей, созданных в отдаленном прошлом, возможностей, предоставляемых настоящим, сочетание неосознаваемых предпосылок, сложившихся в ходе индивидуального развития, и социальных условий, возникающих и воспроизводящихся в процессе взаимодействия поколений. Человек — не «археологический курган, где пласт идет за пластом, по мере взросления он делает свое прошлое частью всего будущего, а любую прошлую среду, с которой он взаимодействовал, — частью своего настоящего окружения» [6, с. 215]. Так возникает историческая идентичность. Теоретический вопрос об идентичности в истории появляется в период напряженного отношения между подвижным течением целостности и тоталитарным видением идентичности, которое усиливает ее жесткие и абсолютистские моменты.

Э. Эриксон не дает строгого определения понятия «идентичность». В этой связи важно отметить, что ученый не ограничивается пониманием идентичности как чувства личностного тождества и исторической непрерывности, основанного на восприятии себя как тождества и осознании непрерывности своего существования во времени и пространстве. Важно, чтобы другие признавали мое тождество и непрерывность моего развития. Обладать идентичностью — значит чувствовать себя неизменным независимо от ситуации; ощущать связь соб-

ственной непрерывности и признания этой непрерывности другими людьми [6, с. 59].

Мы полагаем, что признание другими моего тождества и непрерывности моего развития — необходимое, но не достаточное условие для становления идентичности ученика в целом и гражданской идентичности в частности. Развивая эту идею Э. Эриксона, отметим что в ней заложена возможность:

во-первых, жизни человека в обществе себе подобных;

во-вторых, жизни человека в пространстве отношений, которые есть мораль и которые представляют собой целостную систему индивидуальных, сознательных и избирательных связей с миром и с людьми. Жизнь человека в пространстве отношений не просто выявляет его связи с миром и с людьми, но реализует его потребность в связи с окружающим миром;

в-третьих, не только признания другого как своего другого, но и другим меня как своего-другого. С педагогической точки зрения это означает, что не только другой становится продолжением меня, но и я становлюсь продолжением другого. Благодаря такому продолжению одного (учителя) в другом (ученике) становятся возможными взаимопонимание, основанное на общении, «работа» общающихся субъектов с ценностями, приводящая к установлению смыслового единства;

в-четвертых, понимания другого, а значит, и себя в соотнесении с другим.

Ученым обоснована структура идентичности, представленная организацией трех порядков: соматического — организм стремится сохранить свою целостность в постоянном взаимодействии с внешним миром; личностного — он интегрирует внешний и внутренний опыты в сознании и поведении; социального, совместно поддерживаемого людьми и поддерживающего их. Все три порядка взаимодополняют друг друга [6, с. 33].

Интерес представляет мысль Э. Эриксона о внутренних предпосылках и механизмах развития идентичности. «Главная сложность человеческой жиз-

ни — это коммуникация на уровне „эго , где „эго“ каждого человека проверяет всю информацию, получаемую сенсорно и чувственно, лингвистически и подсознательно, для подтверждения или отрицания его идентичности» [7, с. 511]. Речь, как мы полагаем, идет о необходимости идентификации себя и частичном протекании этого процесса на бессознательном уровне. В случае возникновения биологических и социальных изменений «эго» должно осуществить интегрирующую работу по переконструированию элементов идентичности, так как разрушение структуры (в период кризисов) ведет к потере идентичности и вызывает негативные состояния (депрессия, суицид) [7, с. 493—534].

Становление идентичности может протекать в трех формах: интроекции — примитивного вживания в образ (такое состояние обеспечивает ребенку ощущение безопасности); идентификации, которая формируется путем интеракции с уважаемыми и значимыми представителями рода общества; формирования идентичности — ансамбль идентификации, включение в единое уникальное целое.

Известно, что Э. Эриксон рассматривал развитие личности как последовательную смену восьми стадий: младенчество (0—2 года), раннее детство (2— 4 года), возраст игры (5—6 лет), школьный возраст (7—12), юность (подростково-юношеский период (13—19), ранняя зрелость (20—30), зрелость (30—65) и старость (более 65 лет), — в основе каждой из которых находится кризис идентичности.

Кризис идентичности, по Э. Эриксону, — период конфликта между сложившейся конфигурацией элементов идентичности и соответствующим способом вписывания себя в окружающий мир. К его проявлениям относятся проблема близости, интимности, размытость временных перспектив, размытость пространства, выбор негативной идентичности, смешение ролей. Только постепенное нарастание чувства идентичности, основанное на личном опыте, сулит периодический баланс, который при инте-

грации стадий «эго» способствует чувству гуманности. Кризис идентичности — закономерный этап становления идентичности.

Считая главным недостатком взглядов 3. Фрейда на идентичность игнорирование факторов окружающей среды, которая есть всеобщая культура, прошлая и настоящая, объективный мир, который не только вокруг, но и внутри индивида, Э. Эриксон, тем не менее, не избежал некоторых неясностей. Так, в его трактовке логика становления идентичности в большой степени предопределена: и историческим временем, и сочетанием соматического, личностного, социального порядков. Кроме того, логика изучения идентичности для Э. Эриксона справедлива для эволюционного развития, но не подходит для революционных моментов истории. Говоря о положении молодежи в условиях современной технической революции, ученый предостерегал от злоупотреблений ситуациями кризиса идентичности, но не предложил способов обретения идентичности в таких революционных ситуациях.

Для нашего исследования важна мысль Э. Эриксона о том, что формирование идентичности происходит на основе конфигурации, состоящей из двух компонентов: 1) собственной оценки себя в сопоставлении с оценкой данного индивида другими; 2) оценки суждений других об индивиде в сопоставлении с тем, как он воспринимает себя в сравнении со значимыми для него другими [6, с. 31]. Подобное оценивание есть не что иное, как один из способов развития идентичности. Так актуализируется педагогическая задача развития способности учащихся к оцениванию себя и другого. Мы имеем в виду не просто оценивание себя и другого, но оценивание себя на соотнесении с оценкой себя другим. Такое соотнесение оценок, с нашей точки зрения, во-первых, соответствует золотому правилу нравственности, а во-вторых, предполагает мысленный спор с собой и с другими, в том числе по поводу критериев оценок, обоснование своей позиции и/или позиции другого, а в слу-

чае необходимости оправдание себя и/ или другого.

Дальнейшее развитие идеи Э. Эриксона об идентичности получили у Дж. Марсиа. Под идентичностью он понимал внутреннюю самосоздающуюся динамическую организацию потребностей, способностей, убеждений и индивидуальной истории, в основе развития которой лежат постепенное осознание собственных свойств (преждевременная идентичность) и самостоятельное принятие решений, каким человеку быть (достигнутая идентичность). Все это позволяет индивиду осознавать свои сильные и слабые стороны, целенаправленность и осмысленность жизни, которая заключается не только и не столько в том, чтобы «иметь» (обладать), сколько в том, чтобы «быть».

Анализ научной литературы показывает, что ученые, осмысливая явление идентичности, акцентируют внимание на ценностно-волевом ее аспекте. Согласно Э. Фромму, людям присущи две тенденции: тенденция иметь, которая черпает свою силу в биологическом факторе, стремлении к самосохранению, и тенденция быть, означающая отдавать, жертвовать собой. Вторая тенденция обретает свою силу в специфических условиях человеческого существования и внутренне присущей человеку потребности в преодолении одиночества посредством единения с другими. Человек должен решить, какую из потенций он хочет культивировать, понимая, однако, что решение предопределено социоэкономической структурой общества [4, с. 307—308].

Ценным и благим, как подчеркивает Э. Фромм, является то, что содействует более полному развертыванию специфических способностей и что поддерживает жизнь. Так актуализируется еще одна педагогическая задача — задача формирования способности учащихся к выбору ценностей, находящихся в основаниях позиции учащегося. Освоенные учащимся под руководством учителя ценности определяют содержание направленности его личности, становятся системообразующим компонентом его

деятельности и взаимодействий с миром и с людьми. Выбор учеником той или иной системы ценностей предопределяет, какая из тенденций (быть или иметь) будет доминировать в его жизни, какова будет направленность его личности.

Несколько иначе рассматривают идентичность представители такого направления психологии, как символический интеракционизм. При этом они исходят из идеи детерминации и свободы личности. Дж. Мид и И. Гоффман понимают под идентичностью способность человека воспринимать свое поведение и жизнь как связанное, единое целое [1, с. 138], что в принципе согласуется с идеями Э. Фромма о потребности человека быть связанным с окружающим миром.

С точки зрения раскрытия содержания понятия «идентичность» по критерию взаимодействия личности с другими людьми интересно понятие «политика идентичности», которое И. Гоффман вводит для описания различных видов идентичности и отношений между ними [1]. «Политика идентичности» — это влияние человека на информацию о себе, идущую на социальное окружение, при помощи различных «техник» и «знаков». При этом «актуальная» социальная идентичность будет представлять собой типизацию на основе атрибутов, которые очевидны и легко доказуемы, а «виртуальная» — на основе атрибутов, о которых можно только предполагать, что крайне важно при организации целенаправленных педагогических воздействий в процессе формирования личности. Введение понятия «политика идентичности» важно потому, что позволяет показать наличие разных идентичностей у одного человека.

Идеям И. Гоффмана созвучна модель «борьбы идентичностей», разработанная Г. Фогельсоном. Ученым выделены четыре вида идентичности: «реальная» (представления индивида о себе — «Я сегодня»), «идеальная» (позитивная идентичность, к которой индивид стремится — «Я завтра»), «негативная», «вызывающая страх», которой человек стремится избегать, каким не хотел бы себя видеть, и «предъявляемая» (набор обра-

зов, которые индивид транслирует другим людям, с тем чтобы повлиять на оценку ими своей идентичности). Развитие идентичности он представил как динамичный процесс, в основе которого находится «работа (борьба) идентичностей» [1]. Такое понимание «борьбы идентичностей» и «политики идентичности» указывает на наличие внутреннего противоречия в процессе становления идентичности между стремлением человека к самореализации, к самовыражению и необходимостью выработки защитных механизмов («политики идентичности»), ведущих к развитию «предъявляемой», или «негативной», идентичности, не соответствующей «реальной» идентичности.

Автором концепции баланса идентичности является Ю. Хабермас [5]. Суть концепции заключается в том, что человек проясняет свою идентичность во взаимодействии, стремясь соответствовать нормативным ожиданиям партнера, и в то же время стремится к выражению своей неповторимости.

Таким образом, с точки зрения свободы выбора и самовыражения становление идентичности, по мнению сторонников символического интеракционизма, ориентировано на социальное окружение, с одной стороны, и уникальность человека, с другой, что обосновывает необходимость поддержания этого диалектического единства.

Сходные представления на понятие идентичности мы находим в работах представителей когнитивной психологии Г. Тэджфела и Дж. Тэрнера. Под идентичностью они понимают когнитивную систему, состоящую из двух подсистем: личностной (нравственное, интеллектуальное, физическое самоопределение) и социальной (идентификация по полу, национальности, профессии и т. д. на основе социальных категорий), которые регулируют поведение в соответствующих условиях. Г. Тэджфел полагает, что развитие идентичности может происходить как по одной (личностной), так и по другой (социальной) линии, в зависимости от того, к какому полюсу ближе организуется поведение. На первый взгляд, его

классификация близка к классификации И. Гоффмана. Однако Г. Тэджфел указывает на существование функционального антагонизма между выделенными уровнями идентичности. С позиции личностной идентичности индивид не видит сходства между группами, с позиции социальной — не различает индивидуальных свойств. Следовательно, увеличение социальной идентичности деперсонализирует индивидуальное самовосприятие, что ведет к увеличению тождества между человеком и членами группы и позволяет констатировать, что все взаимозаменяемы и не уникальны.

С точки зрения Г. Брейкуэлла, социальное происхождение идентичности первично по отношению к личностному: «Во взаимодействии с социальным миром человек усваивает понятия, с помощью которых познает себя» [цит. по: 2, с. 355], что созвучно трактовке становления идентичности в социологии. Развитие идентичности Г. Брейкуэлл понимает как процесс непрерывного диалектического взаимодействия личностной и социальной идентичности на протяжении всего прошедшего отрезка жизни.

Анализ научной литературы, посвященной явлению идентичности, показывает, что в психоаналитической концепции основное внимание уделяется глубинным механизмам формирования идентичности, коренящимся в беспокойстве и страхе утраты своего «Я»; в символическом интеракционизме в основу идентичности положен принцип осознания своей социальной роли через призму

восприятия ее другими; в когнитивной психологии идентичность рассматривается как эмоционально окрашенный процесс осмысления и обобщения сходства людей, принадлежащих к данной общности или группе.

Итак, в структуре идентичности, представляющей собой нелинейное и неравномерное развитие, четко выделяются содержательный и оценочный компоненты, находящиеся во взаимодействии и взаимосвязи, а само явление идентичности существует в плане субъективного времени.

СПИСОК ИСПОЛЬ3ОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Антонова, Н. В. Проблема личной идентификации в интерпретации современного психоанализа, интеракционизма и когнитивной психологии / Н. В. Антонова // Вопр. психологии. — 1996. — № 1. — С. 131—143.

2. Джеймс, У. Личность / У. Джеймс // Теории личности в западноевропейской и американской психологии. — Самара, 1996. — 459 с.

3. Фрейд, 3. Идеал «Я» / 3. Фрейд // Психология самосознания : хрестоматия. — Самара, 2000. — 672 с.

4. Фромм, Э. Человек для себя: Иметь или быть? / Э. Фромм. — Минск : Изд. В. П. Ильин, 1997. — 416 с.

5. Хабермас, Ю. Политические работы / Ю. Хабермас ; сост. А. В. Денежкина ; [пер. с нем. Б. М. Скуратова]. — М., 2005. — 368 с.

6. Эриксон, Э. Детство и общество / Э. Эриксон. — СПб. : Ленато : АСТ, 1996. — 592 с.

7. Эриксон, Э. Идентичность / Э. Эриксон // Психология самосознания : хрестоматия. — Самара, 2000. — 672 с.

8. Юнг, К. Г. Психологические типы / К. Г. Юнг ; под общ. ред. В. В. 3елинского. — Минск : ООО «Попурри», 1998. — 656 с.

Поступила 24.09.09.