«Венчурные инвестиции в ИТ-компании: миражи инновационной экономики или реалии сегодняшнего дня?»

и информационные

технологии

с

M

ВЕНЧУРНЫЕ ИНВЕСТИЦИИ

В ИТ-КОМПАНИИ:

МИРАЖИ

ИННОВАЦИОННОЙ

ЭКОНОМИКИ

ИЛИ РЕАЛИИ

СЕГОДНЯШНЕГО ДНЯ?

В нашем профессиональном кругу мало кто знает, что шеф-редактор журнала «ВИТ», которая вот уже четвертый год сознательно оставляет себя «за кадром», подчеркивая, что в данном проекте является лишь «сочувствующей стороной», является профессионалом в вопросах... венчурных инвестиций. Она дает интервью каналу ТВ-РБК, журналам «Эксперт» и «Менеджмент роста», но до сих пор так и не рассказала читателям своего журнала о том, какие же инвестиции пришли в отечественную ИТ-отрасль и как их получить. Поэтому сегодня я, Татьяна Васильевна Зарубина, на правах заместителя главного редактора журнала беру интервью у руководителя группы экспертов ЗПИФ венчурных инвестиций Maxwell Capital Group, директора Центра венчурного предпринимательства Московской международной высшей школы бизнеса «МИР-БИС», руководителя одноименной программы МВА, эксперта национальной Ассоциации инноваций и развития технологий Кураковой Наталии Глебовны.

Т.В. Зарубина: Как получилось, что Вы, выпускница МГУ, биолог по базовому образованию, стали заниматься вопросами венчурного инвестирования?

Когда получаешь хорошее базовое образование, затачивающее мозги, становишься обучаемым. Поэтому после защиты кандидатской диссертации по специальности «Микробиология» я под влиянием внешних обстоятельств трансформировалась сначала в информационного брокера, потом в качестве человека, умеющего работать с профессиональными зарубежными информационными ресурсами, была приглашена в американскую компанию, занимающуюся инновационным бизнесом, написала на основе этой уникальной шестилетней практики докторскую диссертацию и ... стала востребованным экспертом, имеющим редкий для России опыт управления инновационными проектами.

Интервью с профессионалом

www.idmz.ru

гоог, № г

а

Т.З.: О венчурном инвестировании лично я знаю только то, что оно рассматривается как «рисковое», а к нашему профессиональному сообществу оно может иметь какое-то отношение?

Может, особенно сегодня. И если еще пять лет назад разговоры о венчурном инвестировании в России были столь же экзотичны и адресованы узкой целевой группе, как приглашения отдохнуть на Мальдивах, то сегодня, венчурное инвестирование стало явью. Эксперты оптимистично оценивают перспективы венчурного предпринимательства в России, поскольку венчурный капитал всегда тяготеет к высококвалифицированным кадрам. Всего лишь три станы ведут весь спектр научных исследований — это США, Россия, Китай. Неслучайно все высокотехнологичные компании мира имеют представительства в России. Например, Интел в России разрабатывает свой самый сложный софт, а Майкрософт и Боинг основные дизайнерские работы ведут в Москве.

Наконец, и государство повернулось лицом к нашим разработчикам. Ни в одной стране мира не было ситуации, чтобы сразу несколько федеральных министерств запустили процесс создания государственных и частно-государственных венчурных фондов. Не добившись специальных льгот для программистов в особых экономических зонах, Мининформсвязь создало в 2006 году «Росинфокоминвест», который до сих пор не зарабатал, но планирует начать инвестиционнню деятельность весной 2008 г.

Принципиальная особенность работы «Росинфокоминвест» состоит в том, что фонд собирается инвестировать стартапы. Объем инвестиций в один проект будет доходить до 100 млн. руб. (примерно $4 млнл.). Государство обязалось в ближайшее время вложить в фонд почти 1,5 млрд. руб. Еще столько же планируется привлечь путем продажи акций фонда (в обмен на 50% минус 1 акция). В 2010 году доля государства должна быть успешно продана и фонд начнет управлять размещенными средствами уже без государства.

Минэкономразвития тоже создало финансовую организацию для поддержки инновационных проектов — «Российскую венчурную компанию» (РВК). В отличие от «Росинфокоминвест», РВК будет инвестировать в бизнес-проекты не напрямую, а через другие венчурные фонды, играя роль фонда фондов.

При этом РВК тоже не отказалась от инвестирования в сферу ИТ. Согласно официальным документам, она готова инвестировать в венчурные фонды, которые вкладывают деньги только в инновационные компании. Инновационными РВК считает компании, деятельность которых внесена в «Приоритетные направления науки и техники РФ». При этом среди восьми приоритетных направлений четвертым пунктом значатся ИКТ-системы, а среди 34 «критических технологий» к ИТ-отрасли относятся как минимум три: «технологии обработки, хранения, передачи и защиты информации», «технологии производства программного обеспечения» и «технологии распределенных вычислений и систем».

РВК готова инвестировать в каждый венчурный фонд от 600 млн. до 1.5 млрд. руб. взамен 49% уставного капитала фонда, который должен быть создан в виде закрытого паевого инвестиционного фонда в российской юрисдикции. Всего с участием РВК планируется создать 8-12 новых венчурных фондов, которые обеспечат венчурным капиталом до 200 новых инновационных компаний и станут косвенным катализатором создания еще порядка 1000 компаний.

II II

>

и информационные

технологии

о

В соответствии с госпрограммой в семи пилотных регионах: Московской, Новосибирской, Нижегородской, Калужской, Тюменьской областях, Республике Татарстан и Санкт-Петербурге ведется строительство ИТ-парков. Предполагается создать технопарки в сфере нанотехнологий, инновационной энергетики, биотехнологии и медицины. Активно работают региональные программы инновационного стимулирования. Бурный рост начался два года назад, темпы роста составляют 300% в год. Капитализация программ превысила $0,5 млрд. В регионах появляются профессиональные команды по управлению венчурными проектами. Это — добрый знак для инвесторов.

Несколько фактов

Название «венчурный» происходит от английского «venture» — «рискованное предприятие или начинание».

Существует множество определений того, что такое венчурный капитал. Это: 1) экономический инструмент, используемый для финансирования ввода в действие компании, ее развития, захвата или выкупа инвестором при реструктуризации собственности; 2) капитал, инвестированный в проект с высокой степенью риска, особенно денежный капитал, инвестированный в новое предприятие или в расширение бизнеса уже существующей компании в обмен на ее акции; 3) источник финансирования начинающих компаний, вновь возникших компаний либо компаний, находящихся в сложных условиях.

Венчурный капитал, венчурное инвестирование, венчурное предпринимательство связаны с такими особенностями, как отсутствие реинвестирования прибыли, длительный срок (3-7 лет до рыночной реализации акций или продажи) неликвидности, отсутствие залога и гарантий, ориентация не на дивиденды с вложенного капитала, а на прирост самого капитала, длительный срок ожидания рыночной реализации. Для венчурного капитала присущ международный характер как по притоку средств из институциональных источников, так и по направленности.

Риск в инновационном предпринимательстве можно определить как вероятность потерь, возникающих при вложении фирмой средств в производство новых товаров и услуг, в разработку новой техники и технологий, которые, возможно, не найдут ожидаемого спроса на рынке, а также при вложении средств в разработку управленческих инноваций, которые не принесут ожидаемого эффекта.

Индивидуальный сектор венчурного бизнеса представляют частные инвесторы, так называемые «бизнес-ангелы». Наиболее важна роль «бизнес-ангелов» на самых ранних стадиях зарождения и формирования компаний — стадий «посева» и «старта», то есть когда компания готовится к выводу своего продукта на рынок. По оценкам американских аналитиков, потенциал «бизнес-ангелов» в венчурном капитале оценивается в объеме 30-40 млрд. долл. в год в современных условиях.

S008, № г

a

Т.З.: И все-таки, Наталия Глебовна, можно попросить Вас привести конкретные примеры удачного использования венчурных инвестиций (или реализации инновационных проектов) в медицине вообще и применения информационных технологий в здравоохранении, в частности, как за рубежом, так и в нашей стране?

Первые результаты уже начали появляться. Сегодня можно насчитать около сотни таких «историй успехов». Это лгь/^с/ — оригинальный фармацевтический препарат, продажи превысили $1млрд., Maii.ru — развлекательный и поисковый Интернет-портал (30% продано за $165 млн.), TViGO — продюсерская компания нового поколения, вещающая профессиональный контент через Интернет (за полгода с момента инвестирования капитализация превысила $30 млн.), Rambler.ru (поисковый Интернет-портал продан за $360 млн.), A4Vision — стартап в области мультимедийных технологий продан с капитализацией в $40 млн., Odnoklassniki.ru — первая социальная сеть (продажа миноритарного пакета показала капитализацию всего проекта ~ $200 млн.), Haгdide — $1аг1-ир в области новых материалов (капитализация превысила $50 млн.). Значит, в России можно зарабатывать на инновациях.

Т.З.: А как работают венчурные фонды, как они отбирают проекты?

Например, венчурные фонды Альтернативные Инвестиции Альянс РОСНО Управление активами (а это — Московский венчурный фонд — 800 млн. руб., Пермский венчурны/й фонд — 200 млн. руб., Мордовский венчурны/й фонд — 880 млн. руб. с марта 2008 г.) так формулируют формальные критерии, по которым Фонд входит в проект: ориентация на высокие технологии в научно-технической сфере, малое предприятие в научно-технической сфере, регистрация в Москве, Перми или Мордовии либо готовность перенести компанию в этот регион, правовая форма — ООО или ЗАО, ограничение по минимальным долям вхождения в капитал компаний для ЗПИФ (ВИ) составляет 25%+1 акция для ЗАО, 50%+1 доля для ООО.

А критерии отбора инвестиционных проектов включают доказательство уникальности технологии, востребованности продукта на внутреннем и/или внешнем рынке, наличие защищенных прав интеллектуальной собственности, возможность внедрения (коммерциализации) и начало производства в относительно короткие сроки — не более 3 лет. Потенциальный объем рынка — не менее 1 млрд. руб. в год, возможность выхода из проекта (продажа компании) в течение жизни фонда (не позднее 2012-2013 гг.), объем инвестиций — от 5 до 40 млн. рублей.

Фонды не любят типовых ошибок бизнес-планов, их раздражает неясная бизнес-модель, излишне детальное описание разработки, отсутствие или невнятность маркетингового плана (кто и почему будет покупать товар, каковы объемы рынка, какова стратегия продвижения). Им не нравится, когда не описана позиция или предположения соискателя о том, как будет выходить из проекта венчурный инвестор, не рассмотрены пессимистические сценарии развития событий, отсутствует анализ рисков. И что совсем недопустимо в общении с венчурными фондами — приукрашивание действительности. «Скелет в шкафу», обнаруженный на стадии аудита, — это потеря доверия к партнеру.

и информационные

технологии

о

Венчурный фонд дает предпринимателю построение бизнес-модели, Business development в проектах, приглашает ключевых людей (стратегов, маркетологов, людей, которые обеспечат профессиональный финансовый менеджмент), осуществляет поиск стратегических партнеров: потенциальных покупателей, заказчиков, компаний, которые обеспечат стратегическое развитие бизнеса, обеспечивает максимальное наращивание капитализации компании во время работы на деньги Фонда и в момент продажи доли.

Т.З.: Но чтобы проект соответствовал такой совокупности требований, в него кто-то должен вложить немало средств?

Совершенно верно! К сожалению, венчурное инвестирование является у разработчиков синонимом раздачи грантов на научные исследования, а это не так. Цель венчурного инвестора — преумножение денег. В фонды приносят много проектов с хорошим ноу-хау, но они ориентированы на очень маленький и сегментированный рынок. Всем проектам свойственна низкая культура оформления и защиты интеллектуальной собственности. Много «неполных» проектов: либо сильная команда, но слабая идея и невнятная бизнес-модель, либо сильная идея или технология, но слабая команда, либо сильная команда и идея, но непрофессионально подготовленное предложение для фонда. Поэтому фонды предпочитают работать с бизнес-ангелами, которые приходят с профессионально подготовленными предложениями.

Т.З.: Любой технологический бизнес начинается с фундаментальных исследований. И государство, как я поняла, сегодня создало спрос на такие проекты, причем спрос, превосходящий предложение. Но большой проблемой остается финансирование старта бизнеса, кто его может обеспечить?

Да. Сегодня остро не хватает бизнес-ангелов. В Англии, например, в каждом графстве существует ассоциация бизнес-ангелов, у нас их мало. Первые посевные фонды появились, но их тоже недопустимо мало. Вот здесь государство могло бы себя проявить. В России созданы более 300 бизнес-инкубаторов — хорошо бы их простимулировать к сотрудничеству с посевными фондами.

А кто такие бизнес-ангелы, о которых Вы все время упоминаете?

Это — венчурные инвесторы, которые осуществляют довенчурное финансирование (в размере не более 1 млн. USD) малых высокотехнологичных компаний на ранних стадиях (посевная и начальная) их развития в целях коммерциализации инновационных технологий и продуктов, которые эти компании продвигают на рынок. Сущностью бизнес-ангельского и венчурного инвестирования как бизнеса является принципиально новый инвестиционный механизм, позволяющий разрешить противоречие, связанное с привлечением значительных инвестиций при высоком уровне риска и длинных сроках вложений (5-7 лет), а также новые производственные, экономические и управленческие отношения и процессы между субъектами инновационной деятельности.

Сегодня сети бизнес-ангелов в России обеспечивают поиск, квалифицированный отбор, оценку, подготовку и представление инновационных компаний инвесто-

S008, № г

a

рам — членам сетей, объединяют инвесторов, их капиталы (фонды посевного финансирования, соинвестирования), создают возможность для обмена опытом поиска партнеров, соинвесторов, осуществляют взаимодействие с органами власти и бизнес-сообществом на региональном, федеральном и международном уровнях в целях создания благоприятных условий для деятельности инвесторов и компаний.

Т.З.: Много таких бизнес-ангелов в России и где их найти?

В России существует Независимое содружество бизес-ангелов «СБАР». Александр Каширин, председатель правления «СБАР», объем средств в секторе посевного финансирования в целом (госпрограмма дает около 2 млрд. рублей в год) и бизнес-ангельского инвестирования, в частности (0,5 млрд. рублей в год) оценивает как явно недостаточный: существует дефицит ресурсов на посевной стадии в России в 100 млрд. рублей. Согласно данным официальной статистики, количество долларовых миллионеров в России сегодня составляет 88 тысяч, но, по неофициальным данным, их как минимум 100 тысяч и как максимум 400 тысяч человек. Если даже потенциально бизнес-ангелами могут стать 10 тысяч из числа миллионеров России (10% от минимума) со средним объемом вложений одного бизнес-ангела в инновационный бизнес, равным 100 тыс. USD, то потенциальный объем инвестиционных ресурсов составит 1,0 млрд. USD, или 25 млрд. рублей. Но пока долларовые миллионеры покупают антиквариат, яхты и футбольные команды...

Т.З.: Вы являетесь руководителем группы экспертов ЗПИФ венчурных инвестиций Maxwell Capital, как будет отбирать проекты этот венчурный фонд?

В настоящее время Управляющей компанией Максвелл Эссет Менеджмент формируется фонд венчурных инвестиций, сфокусированный в области медицинских инноваций и биотехнологий. Не без моего влияния планируется иметь в инвестиционном портфеле проекты различных стадий развития: не только компаний, уже выпускающих готовую продукцию на открытый рынок, но и проекты, находящиеся на этапе исследований.

Основными критериями отбора проектов являются наличие сильной команды ученых-разработчиков; наличие исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности; возможность генерирования продаж через 2-3 года и обеспечение успешного выхода для фонда через 5-7 лет; объем потенциального рынка для данной продукции не менее $50 млн. и темпы его роста не менее 20% в год.

Объем инвестиций, осуществляемых фондом на первоначальном этапе, составляет не более $500 тыс., совокупный объем инвестиций не должен превышать $5 млн.

Венчурные фонды не любят требования денег без гарантий. Нужно дискретно подходить к процессу инвестирования. А еще венчурные фонды не любят проводить ликбез для авторов и владельцев разработок, поэтому приходить к ним нужно достаточно хорошо подготовленными, то есть уверенно отвечать на вопросы «кому принадлежат права на объект предполагаемых инвестиций» (а права проистекают из договоров, которые нужно показать), «как производилась оценка рынка», «что есть аналоги Вашей разработки и в чем их ущербность» и т.д.

Я не перестаю удивляться сохраняющемуся в академической среде непониманию некоторых базовых принципов инновационного бизнеса. Первый принцип — Вам

и информационные

технологии

о

неизбежно придется переуступать свой результат интеллектуальной деятельности. Никогда и ни у кого не было средств, чтобы в одиночку финансово вытянуть свою разработку от стадии идеи до промышленного освоения. Второй принцип — при переуступке Вы частично передаете (продаете, обмениваете на акции) не сам результат интеллектуальной деятельности, а права на него. Не устаю повторять исследователям, обращающимся в наш фонд: «Ваша разработка — это Ваша квартира, которую Вы продаете. Пришел покупатель, ему все в ней нравится — этаж, вид в окно, планировка. Но он покупает не квартиру, а фактически свидетельство о праве собственности на квартиру. И если Вы говорите, что свидетельства нет, что есть еще наследники, с которыми только предстоит договариваться, что не хватает бумаг,... покупатель уходит...... И третий принцип — если не видите в инвесторе стратегического партнера, если не верите ему, если видите в нем только денежный мешок, мечтающий заработать на Вас, лучше остаться наедине со своей разработкой. Все остальное подлежит здравому урегулированию, даже несмотря на то, что от одного конфликта интересов Вы будете переходить к другому.

Т.З.: Чтобы стать интересным венчурным фондам, нужно получить поддержку бизнес-ангелов. А чтобы стать интересным бизнес-ангелам, где получить поддержку?

В региональных департаментах поддержки и развития малого предпринимательства. Например, в Москве в декабре 2006 года по инициативе Правительства Москвы создано Агентство по инновациям, которое объединяет ведущие московские технопарки, консалтинговые организации, образовательные учреждения. Любое малое предприятие или коллектив разработчиков, обратившиеся в Агентство, могут получить в нем высококвалифицированную консультацию. Спектр предоставляемых Агентством услуг очень широк: от решения вопросов с регистрацией предприятий до привлечения инвестиций в работающий бизнес. В основу деятельности НП «АРИП» положен новый подход к поддержке инновационной деятельности малых предприятий — комплексный адаптивный консалтинг, всесторонне учитывающий основные проблемные вопросы развития инновационной деятельности малых предприятий на всех стадиях жизненного цикла инновационных проектов: от «идеи», «ноу-хау» и результатов НИОКР до стадии привлечения сторонних инвесторов, производства и продаж. Причем значительная часть услуг, оказываемых Агентством малым инновационным предприятиям, предоставляется на безвозмездной основе.

Главным направлением финансовой поддержки малого инновационного предпринимательства является предоставление субсидий. Малое инновационное предприятие может получить три вида субсидий. Это, во-первых, субсидии на компенсацию затрат на патентно-лицензионную работу и защиту интеллектуальной собственности (до 500 000 руб. — субсидия на компенсацию затрат на патентно-лицензионные работы в Российской Федерации; до 1000 000 руб. — субсидия на компенсацию затрат на патентно-лицензионные работы за рубежом). Во-вторых, субсидии для оплаты затрат на финансовое обеспечение инновационных проектов начинающих субъектов малого предпринимательства, создающих и реализующих инновационную продукцию в научно-технической сфере (до 250 000 руб. — субсидия с привлечением внебюджетных средств (включая собственные) в размере не

S008, № г

а

менее половины от запрашиваемой суммы: 500 000 руб. — субсидия с привлечением внебюджетных средств (включая собственные) в размере, не менее чем в 2 раза превышающем размер бюджетного финансирования). И, наконец, субсидии для оплаты затрат малого инновационного предприятия на участие в специализированных мероприятиях по продвижению продукции (выставка, ярмарка, конференция) (до 100 000 руб. — субсидия на финансирование затрат заявителя на участие в специализированном мероприятии по продвижению продукции (выставке, ярмарке, конференции).

Т.З.: То есть, по замыслу МЭРТ и РВК, именно созданные частно-государственные венчурные фонды сделают нашу экономику инновационной?

А что такое инновационная экономика? Мы часто слышим: «Дайте деньги науке — будет инновационная экономика, дайте деньги технопаркам — будет инновационная экономика». Вместе с тем нужна система взаимодействия всех групп субъектов инновационной экономики и главным объектом инвестиций должны стать инновационные компании. Именно здесь появляются новые продукты. Компания Yachoo начиналась c 3 человек, Microsoft — с 5, но они стали гигантами за короткий срок.

Инновационная экономика создается совокупной деятельностью инновационно активных предприятий, а не политическим решением. Выбор индустриальными странами государственных приоритетов в научных исследованиях и тщательное определение механизмов их реализации являются одной из основных тенденций последних десятилетий в научной сфере. Тем не менее, эти приоритеты никак не соотносятся с мировыми рейтингами наиболее инновационных компаний мира, что является ярким показателем того, что инновационная экономика живет по своим законам. Так, по данным журнала BusinessWeek, в 2007 года в топ-20 вошли следующие компании: APPLE, GOOGLE, TOYOTA MOTOR, GENERAL ELECTRIC, MICROSOFT, PROCTER & GAMBLE, 3M, WALT DISNEY CO, IBM, SONY, WAL-MART, HONDA MOTOR, NOKIA, STARBUCKS, TARGET, BMW, SAMSUNG ELECTRONICS, VIRGIN GROUP, INTEL, AMAZON.COM.

Как явно демонстрирует рейтинг, в первую десятку, наряду с ИТ-компаниями, попали и компании, которые трудно отнести к высокотехнологичным. Так, американская компания 3M всю свою линейку продуктов построила на двух функциях — клеить и скоблить — и создала огромное количество «невысоких», но очень востребованных рынком технологий и продуктов. Бюджеты таких компаний, сделанные на скотчах и абразивных материалах в случае 3М и на прокладках и шампунях от перхоти в случае с P&G, сопоставимы с бюджетом Российской Федерации. И в основе инновационной активности этих компаний лежит не жажда новых знаний, высокое сознание топ-менеджмента, не исключительный уровень дерзновенности и пытливости умов персонал, а боязнь потери отраслевого или рыночного лидерства — ведь новую рецептуру шампуня от перхоти и улучшенную конструкцию памперса завтра может предложить JOHNSON & JOHNSON. Никогда прежде компания MICROSOFT не покупала стратапы, предлагающие новые принципы лингвистического поиска, а теперь покупает, потому что появилась Google.

В ожидании запросов на инновации со стороны отечественной промышленности в России падает уровень научных исследований и уровень подготовки инже-

>

и информационные

технологии

о

нерных кадров. Может возникнуть момент прекращения генерации научных знаний. Наши научные кластеры плохо интегрированы в международные научные центры. Хорошо, что появились деньги: инвестиционные предложения стимулируют создание высокотехнологичной индустрии. На «свободные» деньги можно покупать дорогих управленцев, обучать за рубежом, покупать технологии, инвестировать в инфраструктуру. В России неправдоподобно быстро формируется отрасль высокотехнологичного инвестирования: то, что в других странах делалось за десятки лет, у нас происходит на глазах. Есть возможность заимствовать лучшее, привлекать и развивать самые эффективные модели. Некоторое затишье на рынках США и ЕС способствует привлечению опытных предпринимателей в Россию. Сегодня необходимы привлечение международных компаний, имеющих опыт успешной коммерциализации НИОКР, подготовка предпринимателей через бизнес-инкубаторы, технопарки, университеты, льготная оплата бизнес-образования. Предпринимателям (соискателям инвестиций) нужно четко понимать, что венчурные инвестиции — это бизнес, а не раздача безвозвратных грантов, что инвесторы ждут отдачи от вложений. Поэтому целесообразно привлечь профессионального консультанта, который поможет подготовить бизнес-план. Это существенно упростит процесс общения с инвестором».

Т.З.: Большое спасибо, Наталия Глебовна, за очень интересное и полезное, думаю, не только для меня, интервью! И последний вопрос: в феврале Вам исполнилось 50 лет. Как Вы относитесь к этой дате, как ощущаете себя?

В американской бизнес-среде распространено жесткое выражение: «Менеджер в возрасте 35 лет — мертвый менеджер». Тем не менее, я никогда прежде не ощущала себя такой свободной и результативной, как сейчас. Оскард Уальд говорил: «Бойтесь женщину, с легкостью называющую свой возраст, ибо женщина, способная на такое, способна на все.». С легкостью называю свой возраст с надеждой, что я еще на что-то способна.

Редколлегия журнала «ВиИТ» от всей души поздравляет Наталию Глебовну с Юбилеем, желает ей доброго здоровья, большого личного счастья, новых достижений на профессиональном поприще!

Особую признательность наше профессиональное сообщество выражает

Н.Г. Кураковой за деятельность в качестве шеф-редактора журналов «Врач и информационные технологии» и «Менеджер здравоохранения» и организатора всероссийских конференций по информатизации

здравоохранения.

Огромное личное обаяние, умение искренне интересоваться собеседником, острый ум и высокий профессионализм в нескольких областях деятельности — вот только некоторые из человеческих качеств Н.Г. Кураковой.