Гендерная теория в социальном знании

Л. Н. Казнин

ГЕНДЕРНАЯ ТЕОРИЯ В СОЦИАЛЬНОМ ЗНАНИИ

Человек как главный объект социальной науки, понимаемый вне своего родового качества, каким является пол, —абстракция. Он включен в деятельность различными сторонами своей сущности, в том числе и как половое существо: женщина или мужчина. Пол является одной из значимых характеристик бытия человека.

Современное социальное знание по-новому объясняет сущность и эволюцию половых отношений. При этом используется многообразие подходов и методов анализа пола, учитываются их неоднозначность и вариативность. Полнота исследования феномена дает более объективную картину его развития. Это является необходимым условием для понимания современного состояния проблемы. Получение цельного знания о жизни выступает в качестве одной из целей науки.

В процессе исследования феномена пола встает проблема критики конкурирующих между собой теорий. Те из них, которые не выдержали практических испытаний, становятся основанием для созидания более совершенных построений. Теоретический плюрализм — существенная черта познания. Сопоставление альтернативных теорий является одним из модусов диалектического метода мышления, способствующих прогрессу науки. Гиперкритика наносит ущерб процессу познания. Сравнительная теоретическая стабильность важна для исследования. На рубеже ХХ-ХХ1 столетий исследования в области пола становятся все глубже, но противоречивее. Как отмечает француский философ Ж. Бодрийяр: «Нет на сегодня менее надежной вещи, чем пол... » [2]. Перед социальной наукой остро стоит задача внести теоретическую ясность в этот вопрос.

При построении системы философского знания используются базисные онтологические оппозиции, которые со времен пифагорейцев и Платона соотносились с мужским и женским. Именно Платон задал эту парадигму души и тела, рациональности и эмоциональности, которая стала господствующей в западной философии. Половая символическая ассоциация заложила традицию доминирования первого начала по отношению к своей парной оппозиции. Эти ряды рассматривались как дихотомия и иерархия. Из постулата вторичности возникает отношение к женщине как объекту потребления, вещи. Мужчина был человеком, а женщина рассматривалась как другое, особое начало, вне предела личности. Мужское выступало как активная, детерминирующая форма, а женское соотносилось с пассивной материей. Это категориально обогатило представления о поле. Параметры осмысления проблемы пола были заданы мыслителями античности и оставались такими вплоть до XX столетия. В целом традиционное обществознание было ориентировано на мужскую норму.

В современном теоретическом знании, как особое мировоззрение со своими философскими основаниями, формируется гендерная парадигма. Решающую роль в становлении гендерной теории сыграл феминизм, который выступил в роли альтернативной философской концепции социокультурного развития. Он пересмотрел господствующие в общественном сознании взгляды на проблему пола. Феминизм выступает как идеология «отмены пола с компенсацией за историю». Эта тенденция развития цивилизации ведет к потере живого разнообразия. Самоценна каждая форма бытия и жизнь как

(§ Л. Н. Казнин, 2009

таковая первична по отношению к деятельности. Остро встает вопрос о необходимости «экологии пола» [1].

Возникнув как идеология равноправия женщин и социально-политическое движение, феминизм определил становление гендерного подхода этими двумя аспектами. Только поняв историю и логику движения феминистской мысли, можно понять гендерное измерение пола. «Woman’s Studies» был совершенно новым методологическим подходом анализа половых отношений. Гендерный подход требовал основательных теоретических разработок. Работы М. Фуко в 70-е гг. XX в. оформили методологию гендерных исследований и вывели феминизм из методологического тупика. Не отступая от принципа историзма, философ постулировал идею пола как имманентного института сексуальности. Отношения между полами перестали рассматриваться как автономные, как частная жизнь и связывались с механизмом власти. Пол перешел из разряда биологических категорий в социокультурную. В этой связи следует заметить, что Т. Х. Керимов предпочитает переводить книгу М. Фуко «История сексуальности» как «Историю полов» [7].

Сущность гендерного подхода состоит в переосмыслении традиционного понятия пола. Категория «гендер» была заимствована из английской грамматики, где она означала род. Акцент был сделан на дифференциацию понятий биологического пола (sex) и социального пола (гендер). Под полом стали понимать естественно присущие мужчине и женщине различия. Гендер определялся как способ существования пола, как совокупность социальных и культурных представлений о нем. Это совокупность маскулинных и феминных качеств, присущих мужскому и женскому социальному поведению, которые стали рассматриваться как независимые от природной данности измерения пола. Философия феминизма понимает гендер как систему межличностного взаимодействия с представлением о мужском и женском как о базовых категориях социального порядка.

Несмотря на различные трактовки гендера суть его сводится к идее социального моделирования пола. Социальный пол конструируется социальной практикой. В основании гендера лежит волевой подход человека, а половое различие детерминировано природным началом. Социальная концепция пола должна строиться на естественно биологической основе, а не наоборот, как в случае с гендером. Гендерный подход предписывает человеку выполнение определенных половых ролей. Не пол принадлежит человеку, а человек полу. Возникают определенные трудности при проведении границы между биологической определенностью пола и его социальным моделированием. Маскулинное и феминное начала могут в равной степени присутствовать в личности. Пол рассматривается как биосоциальная двойственность. Представления о мужских и женских качествах напрямую связывались с полом. Гендер стал социально-культурной детерминацией человека.

Становление гендерной парадигмы в условиях модернизации российского общества отличает ряд специфичных моментов. Обобщенный вариант представлений по данному вопросу дан одним из теоретиков гендерного направления О. А. Ворониной. Гендер рассматривается ею как социальный и идеологический конструкт, технология, социальнодемографическая категория и культурная метафора [4]. Полезность гендерной методологии в условиях российской действительности состояла в возможности освободить общественное сознание от идеологических установок марксизма в женском вопросе. Влияние англо-американской школы позволяло отечественному социальному знанию по-новому посмотреть на проблему пола, несмотря на политическую ангажированность. Но это было затруднено отсутствием общей теоретической базы, односторонностью подхода, возникла необходимость выработки «общего языка».

В России гендерная парадигма, миновав стадию экзотики, стала инструментом моделирования нового прозападного мышления. По мнению С.А.Ушакина, гендерный подход был «очередной попыткой отечественного обществоведения «решить» половой вопрос» [9]. Российский феминизм проделал эволюцию от состояния неспособности сформулировать суть женских проблем до «доминирования» в области женской тематики. Российские гендерные теоретики используют в качестве методологии противоречивые взгляды, сформированные на основе фрейдизма, бихевиоризма, психологизма и социологии малых групп. Причину использования слова «гендер» в качестве научной категории можно объяснить отсутствием практики различения между половыми отношениями как физиологическим актом и социальным институтом. Со временем этот термин начал играть свою собственную роль, противоречащую изначальной идее.

С появлением понятия «гендер» стало возможным формирование в теории определения гендерное равенство. Принцип автономии личности становится основанием стратегии равных возможностей («равенство в различии»), утверждаемой в рамках «нового мышления». Это было приближение к концепции, в которой понятия иерархии полов должны быть заменены понятиями нравственного совершенствования личности. Это попытка решения проблемы пола без идеологических и феминистских пристрастий. Гендерные исследования становятся притягательными. Отчасти это можно объяснить действием эффекта моды. Мода является способом управления сознанием людей. Все, связанное с мужскими и женскими характеристиками, стало называться гендерным подходом.

К сожалению, гендерной теории не удалось избежать политического характера и связи с идеологией как политической технологией, целью которой было моделирование и формирование нового типа сознания, гендерных стереотипов через социальные институты. По большому счету, идеология «является условием нормального напряжения, наполненности, ориентированности человеческого сознания, стимулируя его проективную работу» [5]. Внутренняя противоречивая сущность феминизма вряд ли стимулировала объективное научное исследование, ставя задачу осмысления только собственно женской природы. Проблема мужчины в нем репрессирована. Кроме того, гендерные исследования имеют характер групповой ментальности, критицизм вместо понимания, специфический дискурс общения. По мнению Ю. Н. Солонина, все это можно отнести к отрицательной аксиологии, к «болезни роста», характерной для становления парадигмы [8]. Объективность научных исследований предполагает их развитие в принципиальной открытости.

Понятие «гендер» наделяется теоретиками феминизма глубинностью и универсальностью как в филогенетическом, так и в онтогенетическом аспектах. Все общественные дисциплины претерпели влияние этой тематики. В рамках гендерного подхода как самостоятельное направление социологии возникает гендерная социология. В общественном сознании создается образ новой научной дисциплины интегрального характера, позволяющей изучать социальные процессы в целом в рамках отношения полов. В. П. Козырьков отмечает, что это попытка «пересмотра всей истории социологии, всей структуры социальной науки» [6].

Исследования отношений по поводу половых различий начинают вытеснять анализ других отношений в обществе. К примеру, нет места в гендерных исследованиях проблеме культурогенеза. Понятие человеческий пол рассматривается как результат социального конструирования, а не как итог длительного развития культуры. Центральным вопросом социологии становится вопрос о гендерном неравенстве. Гендерная социология начинает вытеснять социологию как таковую. В этой связи в российской

социально-философской науке возникло не только теоретическое умолчание по поводу правомерности и возможности гендерной универсализации, но и устойчивое сопротивление научной среды, о чем свидетельствуют работы С. А. Ушакина, В. А. Геодакяна, В. П. Козырькова, В. А. Кутырева, Ю. Н. Солонина, А. И. Антонова, Ю. С. Ключникова, О. В. Зиневич, Н. Д. Шинина. Это позволяет традиционной социальной науке сохранять свое доминирующее влияние в российском общественном сознании.

Такая ситуация, на наш взгляд, сложилась в силу ряда обстоятельств. Во-первых, в связи с местом, отводимым исследованиям пола в контексте истории всей социальной науки, где эта проблематика оставалась периферийной. Так, социология в начале своего формирования как дисциплина ставила перед собой задачу анализа более глубоких, чем половые, отношений людей. К. Маркс радикально устранил отношения полов из системы общественных отношений. Г. Зиммель и П. А. Сорокин онтологию пола заменили прагматикой полового акта, что привело их к логически замкнутому кругу в этом вопросе. Неопределенность понятия «пол» способствовала отсутствию интереса к нему. Во-вторых, в связи с особой корпоративной солидарностью тех, кто занимается гендерными исследованиями. Это неизбежно ведет их к опасности перспективы превращения «в некоторую эзотерическую деятельность, в форму общения узкого круга посвященных», с присущим им духом нетерпимости.

Гендерный подход является проблемой повышенной сложности, которая обусловлена глобальностью и многогранностью. Понимание специфики гендерных исследований требует основательной методологической разработки, так как сегодня закладываются долговременные изменения, которые приведут к принципиально новым отношениям между полами. Направленность этих исследований предопределена смысловыми контекстами традиционной социальной философии, относящей к подавлению различные формы социокультурного табуирования, которые распространяются равно на все общество, но по-разному проявляются в различных образованиях. Актуально создавать общественное мнение, что преимущества одного пола не могут выражать интересы всего общества. Важно, чтобы мужчины и женщины разделяли эти идеи. Установки задают траектории жизненного пути и стандарты образа жизни.

Сегодня это начинают понимать и теоретики постфеминизма, которые в осмыслении проблем пола вышли за рамки природы женщины. Сущность человека нужно понимать адекватно, учитывая многие его характеристики, различные идентичности. Так «квирнесс теория» вводит в поле гендерных исследований понятие «незафиксированной сексуальной идентичности», что позволяет избегать односторонней трактовки сексуальных отношений [3]. Но исследованием каких бы идентичностей не занимались гендерные теоретики, основной предмет феминистских исследований — женская природа.

С позиций патриархального взгляда, в центре внимания находится мужская деятельность. При таком подходе специфические женские проблемы не рассматривались. «Идолы разума» (Ф. Бекон), представляющие собой взаимосвязанные противоположности мужское — женское, в ходе исторической деятельности людей становятся естественными нормами. Они довлеют над сознанием человека и не дают увидеть новое в отношениях между полами в изменившейся реальности.

В условиях нового типа бытия радикально изменился взгляд на процесс социализации личности. Социализация не понимается как подчинение схемам знания, а представляет собой «набор инструментов своего личностного бытия и развития» [5]. «Смена инструментов» личностного бытия будет означать смену форм самореализации. Гендерная методология, интеллектуально обеспечивая феминизм, создает по-

ле благоприятствования для этого процесса, критикуя принцип вторичности женщины.

Под влиянием позитивной критики новая генерация ученых включила в поле исследования мужчин, понимая, что односторонний подход не способствует осмыслению сущности половой полярности. Нельзя не согласиться с утверждением, что господствующая модель объяснения природы мужчины себя исчерпала и нужно попытаться найти взвешенную, объективную парадигму пола. В основе ее философских исследований, бытийных оснований, ценностных подходов должен находиться как мужской, так и женский опыт переживания жизни. Вопрос о природе женщины в социальном знании не должен занимать маргинальное место. Нельзя в человеческом познании рассматривать женщину в пределе вещи (объекта), а мужчину — личности (субъекта). Социальная наука ставит перед собой задачу познания природы человека (мужчины и женщины) в пределе личности (в субъективном качестве).

В истории социальной мысли предпринимались попытки уравнять в значимости для исторической судьбы человечества ценность мужской и женской природы. Русские философы конца XIX — начала XX вв. посмотрели на объект как на космический принцип, но в силу ряда объективных причин не смогли выйти за рамки традиционного понимания пола. Решение проблемы носило эсхатологический характер и было основано на личном опыте, переживании жизни. Интеллектуальный плацдарм, подготовленный русской философией рубежа веков, позволяет по-новому посмотреть на сущность мужского и женского. И вряд ли под «родными осинами» найдет понимание западная методология осмысления проблемы.

Традиция имеет позитивную направленность. Она поддерживает Status quo в науке и социальной практике. Отказ от традиции, духовного, теоретического опыта прошлого означает нарушение в культурном развитии. Характер развития культуры обусловлен отношением к своей традиции. Не следует впадать в крайность абсолютизации традиции, но нельзя и отказываться от нее. Традиция выступает как способ существования культуры. Традиция как нечто метафизическое не подлежит произвольным модификациям. Вряд ли адекватно можно выразить и суть феномена пола, которая не поддается однозначной рационализации, выходит за ее пределы. Ю. Эвола отмечает, что метафизичность составляет основу этого понятия [10]. Становление гендерной теории подтверждает, что пол человека — одна из значимых характеристик его бытия. В переосмыслении своей природы нуждаются и женщина и мужчина, так как традиционное представление о поле исчерпало себя. Главной проблемой будущей гипотезы исследования пола как нового глубинного измерения бытия будет осознание мужчиной и женщиной адекватной идентичности, потребности быть самим собой.

В этой связи следует отметить, что отношения людей можно рассматривать, абстрагируясь от половых качеств. В диалектически «снятом» виде человек, личность в объективных социальных взаимосвязях уже содержит половые свойства, присущие обоим полам. Подтверждением этого является социальная практика и логика теоретических рассуждений. Социология использует понятие «личность», а термин «человек» выступает предметом философских рассуждений. Социальная наука в процессе исторического развития пришла к признанию женщины как человека, личности. Сегодня это кажется естественным положением вещей, но это результат теоретических усилий многих поколений прогрессивных мыслителей.

Гендерная методология повторяет достигнутое, но в новых исторических условиях. Вряд ли это продуктивно. Отказ от позитивной теоретической традиции вызывает непонимание. Гендерная перспектива, включенная в общую теорию пола, могла бы стать

одним из инструментов научного анализа. С точки зрения здравого смысла, вряд ли правильным является стремление теоретиков гендера пересмотреть историю социальной науки, обвиняя ее в игнорировании проблемы пола.

Гендер, понимаемый как социальная конструкция, логически не состоятелен. Моделируется не пол, а ценностно-нормативные отношения к нему в конкретных социальных условиях. Не пол, а способности, как и у мужчины, определяют социальное место женщины в структуре общества. Природа и характер социальных свойств пола не зависят от гендерных различий. Пол изначально определен и никем не создается. Только при условии, что пол имеет устойчивый характер, социальные функции привязываются к нему в его биологическом смысле. Гендерные качества являются следствием взаимодействия объективных социальных отношений и человека. Изменения в социальном статусе человека оказывают влияние на его систему ценностей и препятствуют гармоничной полоролевой идентификации в малой социальной группе.

В зависимости от характера и уровня общественных отношений мужчина и женщина выполняют те или иные социальные роли и занимают разное положение. Гендер можно рассматривать в качестве социальной реальности только при условии изолированного состояния полов. В реальной социальной практике отношения между полами носят соподчиненный характер. Практическое решение проблемы гендерного равенства видится теоретиками постфеминизма в «среднем поле», в людях неадекватной сексуальной ориентации. Такие установки способствуют активизации сексуальных меньшинств. Э. Гофман назвал принадлежность к определенному полу «наиболее глубокой внутриположенной чертой человека».

Первичная самоидентификация человека должна осуществляться не только по половым признакам. Она должна способствовать развитию в человеке единого начала, единой сущности, целостности. Идентификация человека происходит по общим атрибутивным основаниям и выступает результатом социализации, развития его духовного мира. Доминирование в этом процессе позиции различия ведет к напряженности отношений между полами на практике и деструктивности оснований социальной науки. Гендерный подход способствует возникновению социальных конфликтов в отношениях между полами, а не их выявлению и разрешению.

Более того, социокультурные процессы часто редуцируются до психобиологических явлений. Так, в сексуальных отношениях мужчина и женщина проявляют себя не только как биологические существа, обладающие физиологическими потребностями, но и как люди. Способ удовлетворения сексуальных потребностей не только запрограммирован генетически, но и обусловлен культурно. Люди способны преодолевать свои физиологические потребности в отличие от представителей животного мира. Сублимация не имеет места в природе. Даже в проституции, по мнению В. П. Козырькова, секс не освобождается от морали. Она становится моралью гедонизма, которая имеет свою логику, позволяющую рассматривать противоположный пол как объект. В проституции пол не раскрывает свою субъективность. Пол следует рассматривать в контексте социальных отношений, действия общественных закономерностей в целом, а не частной сферы. Мужское и женское начала выступают как соотносительные, взаимодополняющие по своему содержанию. Природа того или иного пола проявляется только во взаимоотношении с противоположным.

Гендерный подход предполагает сущностную разъединенность людей по признаку пола, выступая теоретическим, смысловым ядром феминизма. Мужское и женское начала рассматриваются с точки зрения сравнительной и превосходящей позиции, их противопоставления, что ведет социальную науку от одной крайней концептуальной

установки к другой. Гендерная модель объяснения половых различий исчерпала себя. В системе гендерных исследований в конце XX в. оформился новый подход при анализе пола «Men’s Studies». Только в диалоге этих методов возможно становление перспективной научной теории. В области социальных отношений действуют закономерности социальной системы в целом. Гендерная парадигма возникла как реакция на развитие глобализационных процессов. Но глобальный интеграционный процесс еще не стал в полной мере достоянием социального опыта, и претендовать на роль объяснительных моделей развития мирового сообщества могут различные субъекты социальных отношений.

Литература

1. Антонов А. И. Судьба семьи в России XX века. М., 2000. С. 381.

2. Бодрийяр Ж. Соблазн. М., 2000. С. 31.

3. Брандт Г. А. Философская антропология феминизма. Екатеринбург. 2004. С. 12.

4. Воронина О. А. Введение в гендерные исследования. М., 1997. С. 32.

5. Кемеров В. Е. Введение в социальную философию. М., 1996. С. 146, 192.

6. Козырьков В. П. Антигендерные заметки в контексте культурогенеза // Матер. конфер. «Антропологический потенциал культурогенеза». Н. Новгород. 2007. С. 229.

7. Современный философский словарь / Под ред. Т. Х. Керимова. М., 2004. С. 230.

8. Солонин Ю. Н. Женщина в структуре семейного быта: восемнадцатый век // Феминизм и российская культура. СПб., 1995. С. 24.

9. Ушакин С. А. Поле пола. Вильнюс. 2007. С. 17.

10. Эвола Ю. Метафизика пола. М., 1996.