Влияние краеведческого движения на развитие Русского Севера в 1917-1937 годах

УДК 908

СМИРНОВА Марина Александровна, редактор издательства Поморского государственного университета имени М.В. Ломоносова, аспирант кафедры отечественной истории Поморского государственного университета имени М.В. Ломоносова. Автор 42 научных публикаций и 17 библиографических указателей

ВЛИЯНИЕ КРАЕВЕДЧЕСКОГО ДВИЖЕНИЯ НА РАЗВИТИЕ РУССКОГО СЕВЕРА В 1917-1937 годах

Краеведческие общества, созданные в 1920-е годы, продолжили изучение Русского Севера, начатое предшественниками. Их деятельность согласовывалась с государственной и региональной политикой, способствовала развитию науки, культуры, экономики на Севере, формированию гражданского самосознания у населения.

Северные краеведческие общества, 1920-1930-е годы, культурно-историческая, естественнонаучная и экономическая деятельность, развитие региона

Краеведческие общества оказывали значительное влияние на развитие территорий Русского Севера в культурно-историческом, естественнонаучном, экономическом направлениях. Исследователи обращались к этой тематике, но отражали лишь некоторые аспекты деятельности конкретных обществ на конкретных территориях. Это прежде всего создание краеведческих музеев1, архивов2, спасение культурного наследия3, библиотечно-библиографическая деятельность4, археологические5 и этнографические6 исследования. В последние годы расширилась тематика публикаций, исследователи стали изучать вклад краеведов в развитие науки7 и техники8, лесного и сельского хозяйства9 , геологии и гидрологии10.

С 1908-1909 годов на Русском Севере активно работали два крупных краеведческих общества - Архангельское общество изучения

© Смирнова М.А., 2011

Русского Севера (АОИРС) и Вологодское общество изучения северного края (ВОИСК). Оба они продолжили деятельность в первые послереволюционные годы и в период Гражданской войны, занимались спасением культурных ценностей. Так, архангельские краеведы в 1919 году сумели предотвратить разорение и вывоз музейных коллекций за границу. Это направление долгие годы оставалось главным для всех обществ, но со второй половины 1920-х годов функции охраны памятников официально приняли на себя отделы образования, хотя краеведы продолжали эту деятельность.

В 1920-е годы краеведами были организованы заповедные охранные зоны в Великом Устюге, на Соловецких островах. К 1920 году на учет в Северо-Двинской губернии были поставлены 24 церкви Великого Устюга, 16 церквей Устюгского уезда, 17 церквей Сольвыче-

годского уезда и 5 церквей Яренского уезда11. В 1922 году директор Сольвычегодского музея И.И. Томский добился реализации охраны места палеонтологических раскопок профессора

В.А. Амалицкого, которые с 1898 года проводились недалеко от Котласа12. Без участия краеведов никто бы не вспомнил в те годы о сохранности мест, где еще могли оставаться ископаемые древние ящеры. И.И. Томский организовал учет и регистрацию музыкальных инструментов в Сольвычегодске и уезде, начал реставрационные работы на соборах строгановского периода, создал при уездном отделе Нар-компроса подотдел по музейным делам и охране памятников искусства и старины, заведующим которого он стал, от имени подотдела он выдавал охранные грамоты церковно-приходским общинам и владельцам особо ценных памятников культуры, большинство из которых благодаря этому сохранились. Членам Соловецкого отделения Арахангельского общества краеведения разрешалось разбирать кучи мусора, оставшиеся после пожара 1923 года, осматривать часовни, кладовки, любые помещения, где могли находиться какие-либо ценные предметы. Это позволило соловецким краеведам спасти немало уникальных документов, предметов и построек Соловецкого монастыря.

В 1930-е годы это направление превратилось в спешное описание имеющихся объектов, подлежащих уничтожению. Особенно пострадали памятники культового назначения - храмы, иконы, книги, церковная утварь. Краеведы пытались что-то спасать, иногда тайно, как и в 1920-е годы, но разрушение шло быстрее.

Все же удалось сохранить многие культурные ценности, включая библиотеки, архивы, исторические здания. Во всех губернских и во многих уездных городах (Архангельск, Вельск, Великий Устюг, Вологда, Каргополь, Мезень, Соловецкие острова, Сольвычегодск, Тотьма, Шенкурск и др.) появились краеведческие и художественные музеи , открывались выставки, основой которых становились собранные краеведами предметы.

Музейная и выставочная деятельности поддерживались правительством и местными вла-

стями, т.к. наглядность экспозиций служила хорошим способом пропаганды даже для малограмотных. Иногда «музеем» краеведы называли небольшие коллекции разнообразных вещей, доставшиеся им случайно. Но, работая с ними, краеведы учились музейному делу, создавая со временем крупные научные музейные учреждения.

Обследуя закрытые монастыри и упраздненные организации (полицейские и жандармские управления, городские и уездные думы), краеведы сохраняли документы и книги, которые в большинстве случаев выбрасывались или использовались как оберточная или папиросная бумага, средство для растопки, организовывали специальные экспедиции по уездам, доказывали необходимость сохранения «старых бумаг», составляли описи фондов. В 1919 году члены ВОИСК изучили многотомный архив Грязовец-кого казначейства конца XVIII и первой половины XIX века, составили опись на 230 рукописей арестантов бывшей Вологодской каторжной тюрьмы13. В 1923 году каргопольцы составили описи церковного имущества закрытых храмов и Спасо-Преображенского монастыря. Часть икон и церковной утвари передали в музей Каргополя14. Соловчане составили научное описание Пертоминского монастыря15. Северные общества активно участвовали в этой деятельности, даже не имея специальных навыков, которым обучались в процессе работы. Был открыт архив в Великом Устюге, разместившийся в здании бывшей Алексеевской церкви, что обеспечило сохранность здания и документов, архив в Соловецком лагере особого назначения к июню 1926 года имел свыше 250 документов и рукописей историко-археологического содержания, планы монастыря разного времени16.

Все северные общества пытались заниматься археологическими и этнографическими исследованиями. Но профессионально это получалось лишь у специалистов - на Соловках, в Тотьме, в Сольвычегодске. Тотемский краевед-археолог Н.А Черницын открыл 44 памятника - мезолитические и неолитические стоянки, финно-угорские могильники17, солов-чане занимались обследованием древних под-

земных ходов внутри монастыря, по просьбе Государственной академии истории материальной культуры описывали лабиринты и другие археологические объекты, сохранившиеся на островах18. И.И. Томский летом 1921 года провел научную этнографическую экспедицию на Малую Пинегу (верховья р. Пинеги) и Выю, по результатам которой он издал подробные отче-ты-очерки19. Другие общества, не имея специалистов, составляли описания обрядов, собирали фольклор по специально разработанным методикам, распространяемым централизованно.

Были составлены историко-географические описания некоторых населенных пунктов и районов, промышленных и сельскохозяйственных предприятий, традиционных обрядов, промыслов Севера, собраны многие фольклорно-этнографические материалы, найдены ценные исторические документы, археологические памятники. Важными стали материалы воспоминаний

о Гражданской войне, собранные у непосредственных участников событий, но сразу же изъятые из обращения. Первыми в стране северные краеведы обратились к этнографическому изучению заключенных (Соловецкое отделение краеведения (СОК)), к изучению музыкальной культуры (ВОИСК).

В историко-архитектурных исследованиях преуспели северодвинцы, в музейном деле -вологжане и соловчане, у архангелогородцев и вологжан хорошо было поставлено библиотечное и библиографическое дело. В Архангельске создание музея, архива и библиотеки не выдвигалось в первоочередные задачи, т.к. все это уже имелось, но архангельские краеведы организовали книжный склад, который хранил и распространял краеведческие издания. Этот опыт обсуждался в Центральном бюро краеведения и был признан положительным20 .

В 1930-е годы историко-культурное направление оказалось полузапрещенным. Археология высмеивалась как направление «по разыскиванию кладов», этнография, считалось, уводит советское общество «к лаптям и панёвам», а не «в светлое будущее». Допускался фольклор, только имеющий «советский» оттенок.

В естественнонаучных исследованиях успехов достигли вологжане, для которых важным было научное изучение лугов, напрямую связанное с молочным и маслоделательным промыслом, одним из основных в Вологодской губернии. Соловчане имели специалистов разных профилей (ботаники, зоологи, лимнологи, геологи, метеорологи, гидрологи, гидрографы, микологи, ихтиологи), что заметно разнообразило это направление. У архангельских и северодвинских краеведов интерес к этим исследованиям стал проявляться со второй половины 1920-х годов, когда реализация пятилетних планов потребовала включения краеведов в программы изучения территорий. Все общества обязательно подключались к общесоюзной тематике. В 1930-е годы неоценимой была помощь краеведов в транспортных изысканиях.

Фенологические исследования (наблюдения за погодой) не требовали специальной подготовки, поэтому даже школьные и сельские краеведческие кружки легко осваивали методику, разработанную специалистами ЦБК. Наблюдения передавались в метеорологические научные учреждения и помогали составлению научных прогнозов. Каргопольская метеорологическая станция вела наблюдение за влиянием климата над произрастанием злаков, шенкурский метеоролог А.Е. Рупышев целенаправленно изучал местный климат21 , как и соловецкие краеведы22 . Сольвычегодский музей добился в 1925 году возобновления деятельности метеорологической станции в Сольвычегодске.

Геологическим поиском без специальных знаний заниматься было невозможно, поэтому краеведам предлагали собирать геологические коллекции, которые позднее оценивали специалисты. Геологические краеведческие изыскания вскоре повсеместно стали приносить позитивные результаты. По возможности, северные краеведы включались в гидрологические исследования, которые стали приоритетными в 1930-е годы, особенно по изучению внутренних водоемов. Озерами краеведы занимались и раньше - на Соловках, в Каргополе. В 1930-е годы эту задачу ставили как обязательную - также, как исследование дикорастущих растений.

На Соловках занимались акклиматизацией растений и животных, имевших промысловую ценность, изучали пригодность биоресурсов для питания, что было актуально в условиях многочисленности лагерного населения, открыли Биосад, естественно-научный кабинет музея и природный заказник в Глубокой губе. Ботанический сад был также создан при Вологодском музее, в Архангельске этого сделать не удалось.

Архангельское общество краеведения (АОК), образованное позднее других, специализировалось в экономическом направлении, важно было восстановить разрушенные лесопилки, порт, промысловые угодья. Это совпадало с направлениями государственной политики.

Экономическая секция АОК под руководством А.А. Евдокимова решала злободневные проблемы экономики Архангельской губернии, в 1924 году создала Институт промышленных изысканий (ИПИ), который активно занимался научными исследованиями в области лесной и лесохимической промышленности, подготовкой квалифицированных кадров, внедрением передовых технологий в эти отрасли23 . Газогенераторная установка С.И. Декаленкова, работавшая на дровах, созданная в ИПИ, помогала двигаться автомобилям, тракторам, речным судам. В 1926 году архангельские краеведы добились через Академию наук и Центральное бюро краеведения при Северном полярном химико-бактериологическом имени К.А. Тимирязева институте открытия гидробиохимического отделения, которое обеспечивало научную основу многих исследований24 . Планировалось развитие курортной зоны на Севере, для этого проводили обследование природных лечебных факторов - минеральных и грязевых источников, климатических особенностей.

В начале 1930-х годов в правительстве разрабатывался проект строительства производственного комплекса в Северном крае для обеспечения полного использования леса, который базировался бы на местном сырье (гипсы, известняки) и местном топливе (дрова, древесный уголь). Планировался район Звозского месторождения гипса, уделялось также внимание Печорскому каменноугольному бассейну25. Краеведы активно участвовали в обосновании этих проектов, реализации которых помешали аресты 1930-х годов.

Краеведы отслеживали настроения крестьян по заданиям партийных органов, но крайне редко сообщали об этом в отчетах.

Все северные краеведческие общества включились в обоснование границ своих территорий. Эти вопросы были особо приоритетными в 1920-е годы для Вологодской и Архангельской губерний, обе территории претендовали на лидерство.

Краеведы участвовали в реконструкции и благоустройстве своих населенных пунктов, создавали экскурсионные бюро, пытались продолжить начатую ранее деятельность по созданию истории фабрик и заводов26 , собирали средства на постройку самолета У-2 «Советский краевед» (Северный край собрал к 1 января 1932 года 115 р.)27.

Таким образом, все краеведческие общества Русского Севера были включены в активную деятельность по изучению своего края, которую они согласовывали с местными структурами власти, с рекомендациями Центрального бюро краеведения. Краеведческая деятельность помогла северным территориям доказать свою значимость в период становления советского государства. Интерес к Русскому Северу не утрачен, арктические и другие северные территории привлекают внимание ученых различных специальностей и государств.

Примечания

1 Бестужева Ю.А. Деятельность Музея северодвинской культуры по сохранению памятников культового зодчества в Великом Устюге в 1920-1930-х годах // Великий Устюг: краевед. альм. Вологда, 2007. Вып. 4. С. 175-194; Веревкина Г.А. Создание и деятельность Вельского музея в 1919-1924 гг. // Важский край: источниковедение, история, культура: исследования и материалы. Вельск, 2002. С. 95-102; Князева Л.Е. Шенкурский краеведческий музей

и Шенкурское отделение Архангельского общества краеведения в 1920-е гг. // Важская земля: из глубины веков до настоящего времени. Шенкурск, 2007. С. 151-163; ОрешинаМ.А. Музеи провинции и собирание старины: из истории ВОИСК: (по материалам Гос. архива Вологод. области) // Этногр. обозрение. М., 2005. С. 166-177; Сошина А.А. Музей Соловецкого общества краеведения // Соловецкое море: ист.-лит. альм. Архангельск; М., 2004. Вып. 3. С. 130140; СыроватскаяЛ.Н. Музей северодвинской культуры: страницы истории // Бысть на Устюзе...: ист.-краевед. сб. Вологда, 1993. С. 11-20.

2ДунаеваА.Р., Кляповская А.А. Архив в Великом Устюге: страницы истории // Великий Устюг: краевед. альм. Вологда, 1995. Вып. 1. С. 329-338; Малкова О.А. Древнехранилище в Великом Устюге // Бысть на Устюзе.: ист.-краевед. сб. Вологда, 1993. С. 5-11.

3 РыбаковА.А. Художник Н.Г Бекряшев (1874-1939) в Великом Устюге: к истории сохранения памятников художественной культуры Великого Устюга // Чтения по исследованию и реставрации памятников художественной культуры Северной Руси, посвящ. памяти художника-реставратора Н.В. Перцева (1902-1981). Архангельск, 1992. С. 169-182.

4 Смирнова М.А. Краеведческие общества Архангельска и становление северной библиографии // Библиотека в контексте истории: материалы 4-й междунар. науч. конф. / сост. М.Я. Дворкина. М., 2001. С. 167-172.

5 КуратовА.А. Соловецкие памятники: описания А.А. Евневича и П.К. Казаринова, 1934 г. // Проблемы изучения историко-культурной среды Арктики: сб. науч. тр. М., 1990. С. 301-323; Марковская Е.В. Николай Николаевич Виноградов как сотрудник Карельского научно-исследовательского института (1932-1937 гг.) // Рябининские чтения-2007: материалы V науч. конф. по изучению народной культуры Рус. Севера. Петрозаводск, 2007. С. 353-355; Спирина Д.В. Научно-археологическое наследие Н.А. Черницына // Тотьма: краевед. альм. Вологда, 1997. Вып. 2. С. 5-16.

6Мехреньгина З.Н. Сольвычегодский краевед Н.Н. Аруев и его «Крестьянские свадьбы в дореволюционное время» // Материальная и духовная культура населения Европейского Севера России в Х1Х-ХХ веках: тез. науч.-практ. конф. Яренск, 2003. Ч. 2. С. 5-8; Секреты «Соловецкого Криминологического кабинета» // Шпион: альм. писат. и журн. расследования. М., 1993. Вып. 1. С. 81-89; Смирнова М.А. Вельский краевед Александр Сафонов и его деятельность по изучению традиционной культуры Важского края: (по материалам Вел. краевед. музея) // Важский край: источниковедение, история, культура: исследования и материалы. Вельск, 2011. Вып. 4. С. 13-20.

7 ГоряшкоА. Биостанция особого назначения // Моск. журнал. 2007. N° 11. С. 17-23; СудаковаЛ.К. Роль ВОИСК в изучении Северного края // М.В. Ломоносов и значение его деятельности для развития просвещения: тез. докл. Всесоюз. науч.-практ. конф. (9-11 сент. 1986 г.). Архангельск, 1986. С. 281-283; ФлейманЕ.А. Ученые в условиях соловецкой ссылки в 1920-1930 гг. // IV Соловецкий общественно-политический форум: «Человек и общество: психическое здоровье и экология культуры»: тез. докл. науч. конф. Архангельск; Соловки, 1992. С. 142-145.

8 Гостев И.М. Конструктор Сергей Иванович Декаленков // Знаменитые люди Севера: от М.В. Ломоносова до наших дней: материалы междунар. науч. конф. Архангельск, 2006. С. 79-81; Колтовой Е.Ф. Один год из жизни Л.В. Курчевского (1926 год, Соловки) // Защитники Отечества: материалы XV регион. обществ.-науч. чтений по воен.-ист. тематике. Архангельск, 2004. С. 137-147.

9 Деятельность Соловецкого Общества Краеведения // Соловецкий лес / Л.Ф. Ипатов, В.П. Косарев, Л.И. Проур-зин, С.В. Торхов. Архангельск, 2005. С. 32-37; Шноль С.З. В.Н. Дегтярев - экстравагантный садовод Соловецкого лагеря // Природа. 1994. N° 7. С. 123-124.

10 Ляпкина А. Разведчики родного края // Вологодский край. Вологда, 1962. Вып. 3. С. 157-175; Смирнова М.А. Деятельность географическо-морской секции Архангельского краеведческого общества // Защитники Отечества: материалы XXI регион. обществ.-науч. чтений по воен.-ист. тематике. Архангельск, 2007. Вып. 10. С. 271-277.

11 КауленМ.Е. Музеи-храмы и музеи-монастыри в первое десятилетие советской власти. М., 2000. С. 65.

12 ГАРФ. Ф. А-2307. Оп. 3. Д. 347. Л. 13.

13 МУ «ВУЦА». Ф. Р-718. Оп. 3. Д. 2. Л. 2.

14 Цит. по: Онучина И.В. Краеведы и краеведение на Каргополье и письменные источники музея // Каргополь: летопись веков. М., 2004. С. 92-93.

15 Приклонский А.П. Пертоминский архив: описание рукописей Преображенского Пертоминского монастыря 1620-1796 гг. Соловки: Бюро печати УСлОн, 1927. (Материалы СОК; вып. 15).

16 Новое в Соловецком музее // Новые Соловки. 1926. 26 июня.

17 Ц^: http://www.siberianway.ru/totma-museum/index.html (дата обращения: 30.10.2010).

18 Иванов А. Преображенский музейный заповедник // Новые Соловки. 1926. 31 янв.; Соловецкие лабиринты // Новые Соловки. 1926. 22 авг.

19 Томский И.И. Эскизы из природы и жизни Малопинежья. Сольвычегодск, 1921; Его же. Малая Пинежка и Выя: топогр.-ист. очерк. Сольвычегодск, 1922.

20 КлушинБ. Северный край: Архангельское общество краеведения // Краеведная работа в РСФСР: крат. обзоры по областям (краям) и АССР / Центр. бюро краеведения. М., 1930. С. 12.

21 РупышевА.Е. Климат Шенкурского уезда Архангельской губернии по данным Метеорологической станции в г. Шенкурске. Шенкурск, 1924; Его же. Обзор погоды г. Шенкурска Северного края. Шенкурск, 1930.

22 Глаголев А. Особенности соловецкого климата // Его же. О климате города Кеми и острова Попова. Соловки, 1927. (Материалы СОК; вып. 5).

23 (Гос. арх. Арх. обл.) Ф. 270. Оп. 1. Д. 34. Л. 4-4 об.

24 Бюллетень Северо-Восточного Областного Бюро Краеведения. Архангельск, 1926. Вып. 2. С. 46.

25 Архив РАН. Ф. 174. Оп. 2. Д. 29. Л. 5; Архив АОКМ. Ф. Общество изучения Северного края. Д. 3. Л. 54: Звозский комбинат (программа заданий краеведческого похода 1935 г.); АРАН. Ф. 174. Оп. 2. Д. 3: Печорская экспедиция 1933 года; Степанов П. Краеведческая работа в области экономики за 15 лет // Советское краеведение. 1932. № 11/12.

С. 37.

26 Архив Архангельского областного краеведческого музея. Ф. Общество изучения Северного края. Д. 7. Л. 28.

27 Тэтэр К. За постройку самолета «Краевед» // Советское краеведение. 1932. № 11/12. С. 75-77; Самолет «Советский краевед» // Советское краеведение. 1934. № 12. С. 40.

Smirnova Marina

INFLUENCE OF LOCAL HISTORY MOVEMENT ON THE DEVELOPMENT OF THE RUSSIAN NORTH IN THE YEARS 1917-1937

Local history societies created in the 1920s continued to study the Russian North, which had been started by their predecessors. Their activities were coordinated with the state and regional policies, contributed to the development of science, culture and economy in the North, the formation of civic consciousness among the population.

Контактная информация: e-mail: smirnova@pomorsu.ru

Рецензент - Соколова Ф.Х., доктор исторических наук, профессор, заведующая кафедрой регионоведения Поморского государственного университета имени М.В. Ломоносова