Друг, товарищ и блат

Социальный капитал стал одним из главных факторов адаптации россиян к экономическим трудностям, заявляют авторы нового исследования РАНХиГС. Как наши связи помогают нам выживать в кризис, разбирался "Огонек"

Секрет выживания россиян в эпоху экономической турбулентности, похоже, раскрыт. Эксперты РАНХиГС опубликовали свои выводы на основе авторитетного исследовании "Евробарометр в России", они доказывают: именно объем социальных связей населения (его еще называют социальным капиталом) — ключевой фактор, помогающий россиянам адаптироваться к трудностям. Более того, этот показатель вырос на 20 процентов с конца 2013 года, то есть, как отмечают авторы исследования, "на фоне ухудшающихся экономических условий происходила микросолидаризация общества". Вот как это работает: на основании так называемых сильных связей (то есть доверительных отношений между родственниками или, допустим, близкими друзьями) сегодня формируются сети взаимной финансовой поддержки, такие сети фактически оказываются редкой возможностью продержаться на плаву, а то и преуспеть.

Масштабы явления можно оценить хотя бы по приведенным в исследовании цифрам: 46 процентов — именно столько опрошенных устроились на работу через родственников, знакомых и друзей. А респонденты, у которых больше активных контактов, в полтора раза чаще раздумывают над открытием своего дела и чаще других им уже занимаются. Не обошлось и без парадоксов: согласно исследованию, чем выше объем социального капитала у человека, тем с меньшим доверием он относится к формальным институтам, легче идет на неформальные сделки и чаще страдает от коррупции, а здесь уже и до "тени" недалеко.

"Огонек" обратился к экспертам, чтобы уточнить контуры явления.

— Мы действительно наблюдаем такую закономерность — в кризис укрепляются связи с ближним окружением,— говорит Михаил Черныш, завсектором социальной мобильности Института социологии РАН.— Люди начинают искать поддержки у своих друзей, знакомых и родственников гораздо чаще, чем это происходит обычно. И конечно, нет ничего удивительного в том, что социальный капитал напрямую увязан с предпринимательской активностью: связи — что-то вроде дополнительной страховки, чтобы получить помещение, землю, заказы. Ну а в кризисные времена, когда конкуренция за ресурсы возрастает, они еще нужнее...

Из-за кризиса значение социальных связей, как и любых других способов устроиться на хорошую работу или удержаться на плаву в бизнесе, повышается, подтверждает Евгения Балабанова, заместитель директора Центра исследований социальной организации бизнеса НИУ ВШЭ.

— Однако важно разделять два типа социальных связей,— уточняет эксперт.— Это связи в профессиональном сообществе, основанные на деловой репутации (ими чаще обладают высокоресурсные группы населения), и связи через родственников, друзей, знакомых (к ним чаще прибегают более слабые, невостребованные группы с относительно низкой квалификацией). Второй тип — это и есть тот самый блат в его классическом понимании. Так вот и те и другие связи становятся важны в ухудшающихся экономических условиях. Проблема в том, что именно блат в этом контексте приобретает особое значение: работу теряют прежде всего малоконкурентные люди, и именно они сразу стараются дергать за ниточки, активизируют свои контакты в случае затруднений.

Мы часто используем слово "блат", но не знаем его происхождения. Оказывается, так назывались грамоты, которые выдавали по приказу Екатерины Второй немецким переселенцам, в них было закреплено их право на землю, говорилось об освобождении от службы в армии, от телесных наказаний... Ну а нынешнее значение это слово приобрело уже в XX веке на фоне размаха кумовства в Советском Союзе. Эксперты, впрочем, отмечают, что его масштабы не стоит преувеличивать. Просто если в советское время блат был больше распространен в сфере услуг, то уже в наше время переместился, например, в трудоустройство, к тому же сравнительных исследований на тему не проводилось, как тут подсчитаешь.

— В условиях, когда социальные и экономические институты непрозрачны, блат становится едва ли не главным способом распределения ресурсов,— говорит Михаил Черныш.— В Китае есть такое понятие "гуанси", которое подразумевает наличие полезных связей. Только имея "гуанси", можно создавать бизнес, делать успешную карьеру в госструктуре. Наряду с Китаем Латинская Америка, Индия и, конечно, Россия сегодня — в антилидерах. Мы и сейчас во многом живем по "законам блата".

Каковы нынешние масштабы отечественного кумовства? По данным Балабановой, к блату в трудоустройстве прибегает около 20-25 процентов россиян. Например, в частных компаниях среди рядовых работников "блатных" может быть около трети, а вот среди специалистов и руководителей их уже меньше, там важнее профессиональная репутация. Как отмечает эксперт, несмотря на расхожее мнение, что хорошего работника можно найти только "по знакомству", результаты исследований показывают: от приема на работу "по блату" организации в большей степени проигрывают, чем выигрывают.

— Человек, устроившийся по блату, занимает место другого, более квалифицированного работника, по умолчанию будет лоялен руководству и не укажет на проблему, даже если она есть,— говорит эксперт.— К тому же сам факт трудоустройства и карьерных продвижений такого человека демотивирует остальных работников, которые видят: чтобы устроиться на хорошую работу, подняться по карьерной лестнице, нужны не профессиональные качества, а связи, лояльность и преклонение перед начальством. Как в таких условиях повышать эффективность?

Хорошая новость — отечественные власти, похоже, обратили внимание на проблему. По неподтвержденной пока информации, распространенной недавно в СМИ, у нас готовятся поправки в законодательство, предлагающие наказание, в частности, за нематериальные услуги, а фактически за блат. Так победим?

Нынешнее значение слово "блат" приобрело уже в XX веке на фоне размаха кумовства в Советском Союзе

Экспертиза

Страховочная сетка

Мы живем в обществе нарастающего недоверия к институтам. Простой пример: если у нас серьезная проблема со здоровьем, мы вряд ли пойдем в поликлинику, а постараемся тут же мобилизовать всю информацию от своих знакомых: кто может порекомендовать хорошего врача? По цепочке передаются репетиторы, готовящие к ЕГЭ, сантехники, автослесари, косметологи... Большое количество людей через знакомых ищет именно профессионалов, проверенных людей, которые будут хорошо работать. И так как прилично оплачиваемые места в кризис становятся дефицитом, весь неформальный сектор сейчас построен на передаче этого ресурса из рук в руки.

Экономия заставляет нас быть осмотрительными: скажем, ремонтировать квартиру мы возьмем человека, который хорошо сделал ремонт нашим друзьям, чтобы не рисковать деньгами лишний раз. И бизнесмену сейчас лучше взять человека, которого в его кругах рекомендуют как отличного профессионала, чем просто человека по резюме, к которому нужно присматриваться. Сейчас в бизнесе все больше работают именно репутационные связи.

Не секрет, что в России распространена гаражная экономика (в ней заняты примерно 15-20 млн человек), так вот она фактически построена на социальных связях. Там вообще все, по сути, строится на сетевых взаимодействиях — это компании, состоящие из близких друзей и родственников, которые получают клиентуру опять-таки через растущую сеть знакомых. Можно ли в этом контексте говорить о блате? Уверен, что нет, все-таки здесь люди получают работу хоть и по знакомству, но благодаря своей добросовестности и профессионализму. К тому же, если человек плохо работает, в гаражной экономике от него гораздо быстрее избавляются, чем в формальном секторе.

По сути, речь о двух параллельных процессах, которые развиваются в кризис, один — это гаражная экономика, другой — это откровенный блат, когда ценные места получают не компетентные люди, а просто свои. Блат как бы превращается в некую страховочную сетку: я тебе помог, ну и ты мне помоги. И здесь интересно: является ли это классической коррупцией или нет, ведь в эти отношения могут быть вовлечены и, к примеру, чиновники? Мой ответ — в том, что такая форма взаимных услуг, построенная по принципу "ты мне — я тебе", в нашем обществе не осуждается и в целом рассматривается как норма, эти грани в России размыты. Чем, кстати, объясняются трудности в борьбе с коррупцией: многие привыкли жить, опираясь на неформальные связи, и любые перемены воспринимаются в штыки, во времена экономических трудностей принимать это не стоит, но понять можно.

В кризис развиваются два параллельных процесса, один — гаражная экономика, другой — откровенный блат

Опрос

Место в карьере

Большинство уверено: чтобы добиться успеха в нашей стране, нужен блат

Вы согласны или не согласны с тем, что главное для карьеры в России — это блат?

Источник: kommersant.ru/poll/results, vk.com/kmrsogoniok, дата проведения — с 10 по 17 мая 2017 года, в опросе приняли участие 32 149 человек

Исследователи РАНХиГС отмечают: чем больше у россиянина связей, тем охотнее он идет в бизнес

Рассматриваете ли вы для себя возможность заняться предпринимательской деятельностью?

Источник: исследование "Социальный капитал и адаптация населения к экономическим трудностям"

Детали

Связь с экраном

Связи и блат были одной из самых популярных тем у советских кинематографистов, может быть, потому, что в эпоху всеобщего дефицита именно это явление помогало людям хоть что-то доставать

«Нужные люди»

Связи могут решить все, но любви не гарантируют — так можно сформулировать мораль этого фильма, где за любовь девушки Ольги борются директор ресторана Игорь Александрович и молодой строитель Алексей. Игорь Александрович для того времени практически всемогущ: он может обеспечить возлюбленную квартирой и даже сделать там ремонт! И хотя фильм заканчивается хеппи-эндом (Ольга все же выбирает Алексея), кажется, что это лишь дань старомодному романтизму: в реальности середины 1980-х она предпочла бы директора.

«Прохиндиада, или Бег на месте»

Всех знает и со всеми дружит — вот главный талант Сан Саныча Любомудрова в исполнении Александра Калягина. Однако авторы фильма, разумеется, снимали не гимн: они исследовали, как жизнь "по блату" меняет человека. Зацикленный только на карьерном успехе, Сан Саныч сам не замечает, что пытается сломать судьбы близких, а когда сам оступается, его так называемые друзья начинают буквально шарахаться от него. Персонаж настолько попал в распространенный типаж, что вскоре вышло продолжение — "Прохиндиада 2".

«Пена»

Сюжет этого фильма звучит так, как будто сняли его не 38 лет назад, а буквально вчера. Итак, крупный советский чиновник заказывает себе левую диссертацию, но сталкивается с журналистом, пишущим на острые темы, и пытается остановить эту публикацию с помощью своих связей. Удивляться, что такой остросоциальный фильм с критикой коррупции вообще вышел на экраны, не стоит: автором пьесы, по которой его поставили, был Сергей Михалков, уж он-то часто сталкивался с тогдашней номенклатурой и знал ее нравы не понаслышке. Другой вопрос, что за столько лет эти нравы, похоже, не изменились.

Виктор Вахштайн, директор Центра социологических исследований РАНХиГС

Есть тип доверия, его в основном изучают экономисты,— это так называемое обобщенное доверие, доверие людям в целом, доверие человеческой природе. И вот Россия и Латинская Америка — это два региона, где доверие людей друг к другу обратно коррелирует с доверием к власти. Скажем, если в Китае, чем больше вы доверяете своим знакомым, тем выше ваш уровень доверия институтам, то в России, чем больше у вас контактов, которым вы доверяете, тем меньше вы доверяете любым формальным организациям — от судов до банков.

Алексей Захаров, руководитель рекрутингового портала Superjob.ru

Когда в небольшой компании возникает потребность в каком-то специалисте, то первое, что все делают,— интересуются у знакомых, нет ли на примете хорошего человека. Правда, в средних и крупных компаниях знакомые и знакомые знакомых быстро заканчиваются, тогда приходится прибегать к традиционному рекрутменту. Чем дольше специалист работает на рынке, тем шире у него круг общения и тем больше шансов трудоустроиться по знакомству. Если ему нужна работа, он просто сообщает широкому кругу своих знакомых, что готов рассматривать предложения. Предложения поступают, человек выбирает.

Анатолий Голубев, председатель межрегиональной общественной организации "Комитет по борьбе с коррупцией"

В СССР существовала специфическая форма коррупции в виде блата: я тебе достану чешскую люстру, ты мне — путевку в крымский санаторий. Не секрет, что на определенном уровне у нас до сих пор работает "телефонное право". Есть и другие формы небескорыстной взаимопомощи. Отечественный бизнес стал испытывать дефицит свободных финансов, что привело к бартеру — некоторые строительные компании за получение разрешительной документации начали рассчитываться с чиновниками квартирами в домах, которые будут построены на выделенной ими территории.