Экономический подход в юридической науке

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2016. № 4 (49). С. 26-33.

УДК 340

ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ПОДХОД В ЮРИДИЧЕСКОЙ НАУКЕ

ECONOMIC APPROACH IN JURISPRUDENCE О. Н. БИБИК

Аргументируется необходимость междисциплинарных исследований в юриспруденции. В этой связи рассматриваются перспективы применения экономического подхода, в том числе теории рационального выбора.

Ключевые слова: экономический анализ права; теория рационального выбора; междисциплинарный подход; юридическое поведение.

The necessity of interdisciplinary research in jurisprudence. In this regard, we consider the prospects of application economic approach, including rational choice theory.

Key words: law and economics; rational choice theory; interdisciplinary approach; juridical behavior.

Юриспруденция в своём развитии, безусловно, достигла ощутимых результатов. Вместе с тем в ней по традиции, которая берет своё начало едва ли не с момента зарождения указанной области науки, до сих пор превалирует формально-логический метод.

Данная ситуация вполне закономерна и отражает общий ход развития гуманитарных знаний. Например, в экономической науке также был период в эпоху Средневековья, в котором господствовала схоластика, «схоластическая экономическая мысль», которая была не позитивистской или гипотетической, а нормативной. При этом расхождения между нормой и её выполнением объяснялись человеческой слабостью, греховностью [1]. Г. Шпигель так описывает схоластический метод: «...Задавался вопрос, подробно обсуждался возможный ответ на этот вопрос, а после того как читатель был почти что убеждён, обсуждался другой ответ и опять в подробностях - и всё это с обильным цитированием авторов. Последний ответ и был тот, что выбирал автор» [2]. Осмелюсь предположить, что юриспруденция от этого недостатка в полной мере не избавилась до сих пор. Можно найти достаточное количество примеров применения такого метода в со-

временных юридических исследованиях, что роднит их также с работами по средневековой теологии.

Формально-логический метод воспринимается юристами как основополагающий. Хотя в практическом плане, и это нужно откровенно признать, он достаточно малопригоден. Главная причина для такого вывода -крайняя ограниченность указанного метода, опора при его применении на интуицию [3]. Названный метод вполне удачно был назван В. В. Лунеевым методом «умной головы» [4]. С его помощью сложно как полноценно объяснить поведение человека, так и спрогнозировать, смоделировать таковое, что ставит под сомнение достоверность результатов научных исследований, вообще научный характер правотворческого и правоприменительного процесса, основывающегося на таком методе.

Другая проблема юридической науки -стремление к «окукливанию» юридического знания, его обособлению от прочих гуманитарных наук. Причём такое стремление защитить суверенитет «своей» области научного знания характерно как для юриспруденции в целом по отношению к прочим смежным областям науки (психология, экономика,

© Бибик О. Н., 2016

социология, культурология, политология и т. д.), так и для юридических наук по отношению друг к другу (например, между общей теорией права и отраслевыми юридическими науками, криминологией и уголовным правом, административным и уголовным правом, гражданским и трудовым правом) [5]. Учёные зачастую концентрируются на попытках отграничить исследуемую область знаний от смежных областей, тем самым защитив её от попыток включения в орбиту иной научной специальности.

В этом процессе участвуют не только юристы, но и представители других гуманитарных наук. Например, уже не первое десятилетие юристы и социологи «делят» социологию права, тратя на это немалые усилия. Подобные дискуссии вызывают лишь недоумение, ибо, как нам представляется, для общества всё равно, под каким названием будет осуществляться научный поиск. Глав -ное - результат, который может найти применение в деятельности человека. Идею разделения труда в науке не следует абсолютизировать! Думаю, не стоит доказывать, что «суверенизация» научного пространства, по сути, есть самоубийство для соответствующего направления. Эта стратегия способна привести лишь к его деградации и вырождению.

Насущная задача любой отрасли науки - поиски закономерностей, существование которых в решающей степени не зависит от субъективного восприятия исследователя. Между тем уровень достоверности и объективность полученных в юриспруденции данных вызывает некоторые вопросы, в том числе с учётом преобладания формально-логического метода. К указанным данным порой достаточно сложно применить критерии научного знания (например, принцип фальсифицируемости).

Схожая ситуация складывается и в других гуманитарных науках. Так, психологи попыталась в рамках проекта по изучению воспроизводимости научных работ повторить 100 исследований в разных отраслях психологии, опубликованных в ведущих наиболее уважаемых и рецензируемых научных журналах. В результате, по мнению учёных, им удалось воспроизвести с разной степенью близости к оригинальному исследованию только 39 из 100 работ! По оценкам учёных,

невоспроизводимыми могут быть до 80 процентов всех исследований в области психологии [6]. К сожалению, стоит отметить, что для юриспруденции такие критические исследования пока вообще не характерны, слабости данной науки зачастую не замечаются.

Методологический тупик, в котором оказалась юриспруденция, должен быть преодолен. Решение проблемы - использование междисциплинарного подхода, одним из направлений которого является применение теории рационального выбора. Данная теория, достаточно успешно используемая в экономике, социологии и других науках, основана на постулате, согласно которому человек ведёт себя рационально, совершая те или иные действия, минимизируя затраты и стремясь к максимальной для себя выгоде. В правовых отношениях человек ведёт себя схожим образом, а потому есть все основания для внедрения указанной теории и в правовую науку.

Следует особо подчеркнуть и оговориться, что теория рационального выбора не является панацеей и имеет немало слабых мест. Тем не менее многие сделанные с её помощью выводы вполне корректно могут использоваться как для объяснения, так и для прогнозирования человеческого поведения. Стоит заметить, что именно поведение человека является предметом исследования гуманитарной науки [7]. И не последнее место в изучении поведения человека принадлежит психологии. Необходимо признать, что теория рационального выбора одновременно является и психологической теорией, которая наряду с другими подходами призвана пролить свет на человеческое поведение. Не случайно, например, один из законов, открытых экономистом М. Кейнсом и касающихся прогнозирования потребления, был назван им «основным психологическим законом» [8].

Поведение человека, его закономерности - важнейшая составляющая часть объекта исследования юридической науки. Понимание данного факта способно скорректировать представления не только о предметной, но и проблемной области юриспруденции, вывести её из состояния кризиса, в котором она оказалась благодаря гипертрофированному использованию формально-логического метода. В этом плане теория рацио-

нального выбора способна стать основой для существенного обновления юриспруденции.

Нужно констатировать, что в зарубежных научных работах проблеме применения теории рационального выбора в гуманитарных науках уделяется значительное внимание [9]. Один из авторов этого подхода Г. Беккер стал лауреатом Нобелевской премии «за распространение сферы микроэкономического анализа на целый ряд аспектов человеческого поведения и взаимодействия, включая нерыночное поведение». Сформировалась целая область научных исследований на стыке экономики и юриспруденции, именуемая экономическим анализом права (Law and economics) [10]. При этом важным представляется тот факт, что в рамках экономического анализа права появляется возможность моделирования поведения человека [11]. Предпринимаются попытки в рамках указанного подхода использовать потенциал тех социологических, психологических теорий, которые сконцентрированы на изучении поведения человека. Поэтому вполне закономерно внутри экономического анализа права возникла область, именуемая «Behavioral Law and Economics» (экономико-поведенческий анализ права) [12].

В российской правовой науке также есть ряд исследований в указанной выше сфере [13]. Вместе с тем утилитаристский подход, предложенный И. Бентамом и другим авторами, в том числе применительно к проблемам борьбы с преступностью, во многом основывающийся на теории рационального выбора, не получил должного продолжения в работах отечественных учёных.

Невозможно требовать, чтобы экономический подход, теория рационального выбора рассматривались как некий универсальный инструмент познания. Вместе с тем очевидно, что их применение позволит выявлять закономерности с большой степенью достоверности, восполнить существенный пробел в юридических знаниях.

Одно из неотъемлемых свойств поведения человека - его рациональность, которая имеет абсолютно объективные предпосылки в виде высшей нервной деятельности, дающей способность и даже заставляющей человека вести себя рационально, мыслить, рассуждать, пользуясь логическими категориями.

Свойственный животным принцип условного рефлекса предполагает природную обусловленность поведения, что соответствует пассивному типу приспособления. Любая форма проявления сознательной активности человека опосредована мышлением, в отличие от поведения, основанного на рефлексе. Мысль выступает в роли предварительного организатора нашего поведения. Человеческому поведению объективно присущ «удво -енный опыт», предполагающий сначала формирование образа результата, а затем осуществление поведенческого акта [14].

Рациональность поведения человека закономерно нашла отражение в практике правового регулирования, разумная основа кото -рого всегда осознавалась человеком, что проявлялось в мировоззрении, духовной культуре. Ещё в древности была сформулирована идея мирового порядка. Так, в законах Ману упоминается об основном справедливом законе, направляющем жизнь Вселенной (рита (рта) в переводе означает «порядок вещей») [15]. В египетской традиции это понятие «ма-ат», в древнем Китае - «дао», в Древней Гре -ции - «дике». В древних мифах выражается идея, согласно которой земной порядок находится в неразрывной связи с общемировым, космическим порядком [16]. Указанное свойство поведения человека послужило основой для поисков разумных оснований права. Так, в Древней Греции источником права признавался наряду с божественной волей разум человека [17]. Со времен римского права известны термины ratio legis (разум закона) и ratio juris (разум права) [18]. Идея правопорядка всегда основывалась на разумности такового независимо от типа общества и культуры, став своего рода культурной универсалией [19].

Рациональность человека вовсе не беспредельна, нередко существенно ограничена, прежде всего способностью субъекта собирать информацию и проводить расчёты, способностью к самоконтролю, влиянием эмоций на принятие решений, силой воли, а также рядом других объективных и субъективных факторов [20]. Рациональность поведения не устраняет его вариативность, проблему выбора наиболее оптимальной модели поведения. Принцип эффективности сам по себе не обеспечивает определение конкрет-

ного варианта поведения - для этого нужен выбор среди эффективных вариантов [21].

Рациональность человека активно используется в научных исследованиях, в особенности в экономическом подходе, который получил широкое распространение в гуманитарной науке. В самом общем виде указанный подход может быть определен как применение теории рационального выбора. Под данной теорией можно понимать совокупность положений, используемых для объяснения, прогнозирования и моделирования поведения человека, основанного на субъективном рациональном выборе.

Теория рационального выбора была предложена первоначально в экономической теории для объяснения поведения человека в условиях товарно-денежного обмена. В связи с этим отмечается глубокая взаимосвязь между экономикой и теорией рационального выбора. Даже утверждается, что экономика и есть наука о рациональном выборе [22]. Экономическое поведение (поведение «экономического человека», «homo economicus»), выступающее основной категорией экономической науки, также опирается на разумность поведения человека, его рациональность [23]. Необходимость выбора диктуется ограниченностью ресурсов [24].

«Экономический человек» - это условное понятие, выступающее основой моделирования поведения человека в экономике. Такой субъект делает выбор на основании предпочтений и ограничений, наделен способностью оценивать варианты выбора, делая выбор, руководствуется собственными интересами, имеет ограниченную информацию для принятия решения [25].

Помимо экономической теории, попытки применения экономического подхода имели место и в других сферах науки, например, в юриспруденции. В данном случае, как и в экономической теории, собственно экономический подход увязывается с поисками рациональной модели поведения. Поэтому обоснованно указывается, что экономический анализ права в основе своей имеет также теорию рационального выбора [26].

Распространение экономического подхода на различные области научного знания, получившее наименование «экономического империализма», вполне закономерно. Сфера

применения теории рационального выбора не может быть ограничена только экономическими отношениями. Теория рационального выбора имеет универсальное научное значение. И все особенности её применения в экономике заключаются в том, что «экономический подход предполагает максимизирующее поведение в более явной форме и в более широком диапазоне, чем другие подходы...» [27].

Работы Г. Беккера и других крупных экономистов показали применимость данного подхода практически в любой отрасли научного знания, имеющей дело с поведением человека. Требуется только учитывать особенности данного поведения в конкретной сфере. Например, не всё в мире можно измерить при помощи такого «всеобщего» эквивалента, как деньги. Но принципы, которыми человек будет руководствоваться, делая тот или иной выбор в процессе принятия решения, останутся неизменными независимо от сферы применения данного подхода.

Теория рационального выбора позволяет объективно объяснить и спрогнозировать поведение человека, основанное на возмездно-сти, взаимности, что делает её востребованной также для юридических исследований, в которых достаточно ярко проявляют себя указанные свойства общественной жизни. Обоснованно отмечается, что при помощи экономического подхода поведенческая теория может прогнозировать его реакцию на закон. Эта теория превосходит интуицию, как наука превосходит здравый смысл [28].

Теория рационального выбора в отечественной юриспруденции в настоящее время находит применение в основном в отраслевых исследованиях [29]. Внимание учёных концентрируется на эффективности правового регулирования и рациональности принимаемых решений, поиске наиболее прагматичных правовых конструкций и институтов, нацеленных на скорейшее достижение реального общественно-полезного результата [30].

Экономический подход имеет свои особенности, на которые не всегда обращается должное внимание. Между тем указанные особенности в некоторой степени ограничивают данный подход, что нужно учитывать при его применении в других областях науки.

Одной из основных категорий экономического подхода выступает «экономический

человек», который принимает решение в условиях ограниченных ресурсов. Данная категория, по нашему мнению, не может выступать как всеобщий принцип человеческого поведения. Как следствие, есть сферы деятельности, в которых человек ведёт себя по-другому.

Например, существенные особенности свойственны юридическому поведению, предполагающему установление или реализацию правовых норм, для которого существуют совершенно иные ориентиры, и на первом месте в юридическом поведении стоит вовсе не выбор наименее затратного варианта поведения, не получение максимальной прибыли, а такой императив, как справедливость. При этом издержки, ограниченность ресурсов могут вообще не приниматься во внимание. Как говорят юристы, «fiat justitia et pereat mundus» (справедливость должна свершиться, хотя бы из-за того погиб мир).

Можно утверждать, что справедливость -это культурная универсалия, базовая категория для всей юридической науки, любой правовой системы независимо от её особенностей. И если экономисты с успехом используют при моделировании поведения людей понятие «экономического человека», есть все основания для использования в юриспруденции понятия «юридического человека», в котором справедливость выступает как выражение сущности юридического поведения.

Ввиду определённой несопоставимости целей и задач юридического и экономического поведения между ними закономерно возникают противоречия. Социальный обмен, являющийся основой правового регулирования, тесно увязан с понятием справедливости, тогда как рациональный выбор, являющийся содержанием экономического поведения, - с эффективностью решения. Как следствие, данные категории не всегда совпадают [31]. Проиллюстрируем данное суждение.

1. Теорема Коуза. Олицетворением противоречий между экономическим и юридическим поведением, на наш взгляд, является теорема Коуза, подтверждающая эффективность свободного рыночного обмена, положенная в основу современной концепции экономического анализа права [32].

Приводится следующий пример в обоснование теоремы: кондитер стал использо-

вать в производстве оборудование, которое производило шум и мешало жившему по соседству врачу осматривать пациентов. В итоге врач обратился в суд, который удовлетворил его требования и запретил кондитеру производить шум своим оборудованием. В этой ситуации была возможна сделка между сторонами, которая помогла бы снять противоречия: доктор мог бы отказаться от требования взамен на компенсацию от кондитера, превышающую потерю дохода от переезда, или от сокращения деятельности на прежнем месте, или от строительства стены, которая бы снизила уровень шума; кондитер мог бы согласиться на такой вариант, если сумма была меньше чем сокращение дохода от изменения технологии, или от полного прекращения деятельности, или от переезда на новое место. Другой вариант - доктор может компенсировать кондитеру отказ от использования соответствующей технологии [33].

В результате Р. Коуз пишет: «Если рыночные трансакции осуществляются без издержек, решение суда об ответственности за ущерб не изменило бы размещение ресурсов» [34]. То есть конечный результат, максимизирующий ценность производства, не зависит от правового решения, от того, кто и как несёт ответственность за вредные последствия. Но при ненулевых трансакцион-ных издержках закон играет ключевую роль в распределении ресурсов [35].

Если бы стороны имели всю необходимую информацию о сделке, не стали бы тратить время на её заключение, обсуждение деталей, контроль за исполнением сделки и т. п., то они могли бы самостоятельно без суда, независимо от распределения прав (юридического разграничения прав) принять решение, которое привело бы к рациональному размещению ресурсов. Вместе с тем судебное решение, как показано в примере, не обеспечивает достижение максимального эффекта, поскольку судьи в подобные рассуждения о рациональности размещения ресурсов не обязаны входить, их задача - вынести справедливое, пусть и неэффективное решение.

По мнению учёных, согласно теореме Коуза с точки зрения эффективности не имеет значения, как первоначально распределяются права, при условии, что можно свободно ими обмениваться. Неоптимальное рас-

пределение прав будет исправлено в процессе свободного обмена [36]. Р. Коуз фактически приравнивает права к факторам производства и отмечает, что издержки их осуществления (использования фактора производства) являются убытком, сказывающимся где-либо в качестве результата осуществления этих прав [37].

Конечно же, теорема Коуза не предлагает некий универсальный подход в решении проблем права, поскольку основывается на ряде допущений, которые нечасто имеют место (например, полнота информации, которой располагают участники экономического обмена). И поэтому вовсе не удивительно, что на практике нередки случаи, когда теорема не срабатывает - стороны не идут на контакт, на заключение соглашений, даже когда издержки минимальны (например, если уже вынесено решение суда в пользу одной из сторон) [38].

Вместе с тем в теореме Коуза есть рациональное зерно, которое не стоит игнорировать: обществу нужно научиться эксплуатировать частный (индивидуальный) интерес, стимулировать стороны (субъектов общественных отношений) к переговорам с тем, чтобы удовлетворить интересы общества в целом, оптимально распределяя ресурсы. В противном случае вступает в действие закон, порождающий дополнительные издержки, которые могут и вовсе сделать невозможным получение положительного результата. Несовершенство социального обмена, его субъектов рождает потребность в правовом регулировании, которое призвано минимизировать связанные с этим несовершенством риски.

Попутно важным представляется отметить следующее. Теорема Коуза, на наш взгляд, лишний раз подтверждает, что отнюдь не принуждение обеспечивает эффективность реализации социальных норм, включая нормы права. Более того, принуждение закономерно уменьшает данную эффективность за счёт вовлечения в конфликт между сторонами посредника (например, в лице судьи), который непосредственно не заинтересован в эффективности социального обмена.

В этой связи есть все основания полагать, что реализация норм, правил обеспечивается посредством кооперативного поведения, в рамках которого стороны достигают максимального эффекта. То есть социальная норма

по своей сути - это результат кооперативной стратегии в поведении человека, за счёт которой обеспечивается справедливость социального обмена и достигается максимальная эффективность поведения. И в этом смысле норма предельно разумна в своей основе.

2. Наблюдается несовпадение, противоречие экономического и юридического поведения, эффективности и справедливости не только в гражданском обороте, но и в сфере борьбы с преступностью. Одним из многочисленных примеров является действующее в России правило, согласно которому преступник освобождается от уголовной ответственности ввиду возмещения ущерба государству при совершении преступлений в сфере экономической деятельности (ст. 76.1 УК РФ).

Указанный выше способ возмещения ущерба, видимо, эффективен в условиях современной российской экономики, правовой системы, которая скорее откровенно мешает ведению бизнеса, нежели создаёт для него благоприятные условия. Но данные нормы уголовного закона явно несправедливы, поскольку фактически предусматривают возможность откупиться от правосудия. Соответствующей возможностью могут воспользоваться отнюдь не все преступники, а, как правило, лишь наиболее состоятельные среди них.

То же несовпадение эффективности и справедливости мы наблюдаем в уголовном праве в отношении применения лишения свободы, которое ориентировано на равный для всех актов поведения критерий оценки -общественную опасность преступления, что вполне соответствует принципу справедливости. Но при этом лишение свободы имеет небольшую эффективность ввиду негодных условий отбывания данного наказания и ещё по целому ряду причин. Таким образом, применение лишения свободы не является эффективным способом борьбы с преступлениями, но рассматривается как справедливое наказание за их совершение.

Справедливыми, но неэффективными могут быть названы нормы, устанавливающие последствия рецидива в российском уголовном праве в виде назначения наказания не менее одной трети от максимального размера. Указанные нормы применяются ко всем преступникам, допустившим рецидив (и это справедливо), но эффективность применения

данных норм стремится к нулевым отметкам ввиду того, что одна третья от максимального размера наказания во многих санкциях не превышает минимальное наказание, установленное уголовным законом [39].

3. Весьма интересным подтверждением несовпадения справедливости и эффективности в поведении человека является масштабный эксперимент более чем в 140 странах среди людей самого разного достатка, возраста, уровня образования, религии и т. п. Суть эксперимента в том, что два человека, взаимодействующие анонимно, не зная друг друга, должны были разделить между собой 20 долларов. При этом если один делает предложение, от которого другой отказывается, - оба игрока не получают ничего. Если второй человек соглашается - тогда обоим выплачивается выигрыш в виде суммы, на которую каждый согласился.

Теория рационального выбора предсказывала, что человек, делающий предложение, будет иметь преимущество и соответственно пользоваться этим, пытаясь заполучить как можно большую сумму (например, 15 долларов). Второй человек, который может лишь согласиться либо не согласиться с предложением, в итоге будет вынужден взять лишь то, что оставит ему первый игрок (по формуле «лучше что-то, чем ничего»). Но в итоге вопреки теории рационального выбора было установлено, что люди в большинстве ситуаций выбирают распределение суммы поровну (50 на 50), либо вовсе не приходят к общей позиции, не получая никакого вознаграждения [40]. Причина такого поведения проста -возникло противоречие между справедливостью и эффективностью, которое было разрешено в пользу справедливости. То есть справедливость для человека субъективно может обладать большей ценностью, нежели эффективность, что закономерно отражается в его поведении!

Различия между экономическим и юридическим поведением вовсе не исключают возможности их гармонизации на основе баланса эффективности и справедливости. Не случайно, например, в теории уголовного процесса наряду с принципом законности активно применяется принцип целесообразности, позволяющий выбирать между уголовным преследованием преступника и ис-

пользованием альтернативных мер в конкретной ситуации [41]. В процессе применения теории рационального выбора при моделировании поведения человека необходимо учитывать соответствующие ограничения, что позволит снять отмеченные выше противоречия эффективности и справедливости. В этом случае исследователь получит результаты, обладающие более высокой степенью достоверности. Их внедрение в юридическую теорию и практику будет в достаточной мере результативным.

С учётом вышеизложенного представляется перспективным и вполне своевременным использование экономического подхода в юридической науке, которая объективно нуждается в обновлении методологической парадигмы.

1. См.: Шпигель Г. У. Схоластическая экономическая мысль // Экономическая теория / под ред. Дж. Итуэлла, М. Милгейта, П. Ньюмена. -М. : ИНФРА-М, 2005. - С. 768.

2. Там же. С. 769.

3. См.: Cooter R., Ulen T. Law and economics. -6th ed. - New York : Prentice Hall, 2011. - P. 3.

4. Лунеев В. В. Наука криминального цикла и криминологические реалии // Криминологический журнал Байкальского государственного университета экономики и права. - 2007. -№ 1-2. - С. 10.

5. См. напр.: Лунеев В. В. Преступность XX века: мировые, региональные и российские тенденции. - 2-е изд., перераб. и доп. - М. : Волтерс Клувер, 2005. - С. 553-554.

6. См.: Результаты более половины психологических исследований оказались невоспроиз-водимы. - URL: https://nplus1.ru/news/2015 /08/28/psychology-studies-fail-reproducibility ; Не повторяется такое иногда. Более половины психологических исследований оказались не-воспроизводимы. - URL: https://nplus1.ru /material/2015/09/08/psycrisis ; Estimating the reproducibility of psychological science. - URL: http://www.sciencemag.org/content/349/6251 /aac4716.

7. См.: Автономов В. С. Модель человека в экономической науке. - СПб. : Экономическая школа : Санкт-Петерб. гос. ун-т экономики и финансов, ГУ ВШЭ, 1998. - С. 8.

8. См.: Экономическая теория : учеб. для вузов / М. А. Сажина, Г. Г. Чибриков. - 2-е изд., перераб. и доп. - М. : Норма, 2007. - С. 418.

9. См. напр.: Улен Т. С. Теория рационального выбора в экономическом анализе права // Вестник гражданского права. - 2011. - № 3. -С. 275-315 ; Грехениг К., Гелтер М. Трансат-

лантические различия в правовой мысли: американский экономический анализ права против немецкого доктринализма // Вестник гражданского права. - 2010. - № 6. - С. 207-278.

10. См.: Шмаков А. В. Экономический анализ права : учеб. пособие. - Ч. 1. - Новосибирск : Изд-во НГТУ, 2005. - С. 4.

11. См.: Jolls Ch., Sunstein C. R., Thaler R. A Behavioral Approach to Law and Economics // Stanford Law Review. - 1998. - Vol. 50. - P. 1475.

12. См.: HarelA. Economic Analysis of Criminal Law: a Survey // Research Handbook on the Economics of Criminal Law / ed. A. Harel, K. N. Hylton. - Cheltenham : Edward Elgar Publishing, 2012. - P. 37 ; Van Winden F., Ash E. On the Behavioral Economics of Crime // Review of Law and Economics. - 2012. - Vol. 8. - Issue 1. -P. 181-206 ; Jolls Ch., Sunstein C. R., Thaler R. Op. cit. - P. 1471-1550.

13. См. напр.: Конституционная экономика / отв. ред. Г. А. Гаджиев. - М. : Юстицинформ, 2010 ; Хабриева Т. Я. Экономико-правовой анализ: методологический подход // Журнал российского права. - 2010. - № 12. - С. 5-26.

14. См.: Выготский Л. С. Психология. - М. : Эксмо-Пресс, 2000. - С. 194, 238, 531, 569.

15. См.: Графский В. Г. Всеобщая история права и государства. - М. : НОРМА, 2001. - С. 99.

16. См.: История политических и правовых учений / под ред. В. С. Нерсесянца. - М. : Норма, 2005. - С. 17, 20.

17. См.: Теория права и государства / под ред. Г. Н. Манова. - М. : БЕК, 1995. - С. 21.

18. См.: Пахман С. В. О современном движении в науке права // Вестник гражданского права. -2008. - № 3. - С. 218.

19. См. об этом подробнее: Власенко Н. А. Разумность и право: связь явлений и пути исследования // Журнал российского права. - 2011. -№ 11. - С. 45-57.

20. См.: Эрроу К. Дж. Экономическая теория и гипотеза рациональности // Экономическая теория / под ред. Дж. Итуэлла, М. Милгейта, П. Ньюмена. - М. : ИНФРА-М, 2005. -С. 260 ; Кузьминов Я. И., Бендукидзе К. А., Юдкевич М. М. Курс институциональной экономики: институты, сети, трансакционные издержки, контракты : учебник для студентов вузов. - М. : ГУ ВШЭ, 2006. - С. 29 ; Van Winden F., Ash E. Op. cit. - P. 181-206 ; Jolls Ch., Sunstein C. R., Thaler R. Op. cit. -P. 1471-1550 ; Eide E., Rubin P. H., Shepherd J. M. Economics of Crime // Foundations and Trends in Microeconomics. - 2006. - Vol. 2, № 3. - P. 216.

21. См. об этом: РолзД. Теория справедливости / науч. ред. В. В. Целищев. - Новосибирск : Изд-во Новосибирск. ун-та, 1995. - С. 72.

22. См.: Познер Р. Экономический анализ права : в 2 т. - Т. 1 / пер. с англ. под ред. В. Л. Там-

бовцева. - СПб. : Экономическая школа : Санкт-Петерб. университет экономики и финансов ; ГУ ВШЭ, 2004. - С. 3 ; Коуз Р. Фирма, рынок и право. - М. : Новое издательство, 2007. - С. 7 ; Шмаков А. В. Указ. соч. - С. 11.

23. См. об экономическом поведении напр.: Экономическая теория. - С. 130-137 ; Маккон-нелл К. Р., Брю С. Л. Экономикс: принципы, проблемы и политика : пер. с 14-го англ. изд. - М. : ИНФРА-М, 2003. - С. 4.

24. См.: Там же. - С. 4.

25. См.: Автономов В. С. Указ. соч. - С. 10-11.

26. См. об этом: Улен Т. С. Указ. соч. - С. 275-315.

27. См.: БеккерГ. С. Экономический анализ и человеческое поведение // Thesis. - 1993. -Вып. 1. - С. 26.

28. См.: Cooter R., Ulen T. Op. cit. - P. 3.

29. См. напр.: ЛатовЮ. В. Экономический анализ организованной преступности. - М., 1997 ; Бажанов С. В. Стоимость уголовного процесса : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. -Н. Новгород, 2002 ; Хаванова И. А. О теории экономического анализа в налоговом праве (концептуальные основы) // Журнал российского права. - 2015. - № 5. - С. 111-124 ; Ку-рочкин С. А. Экономический анализ права как перспективный метод исследования гражданского процесса // Вестник гражданского процесса. - 2013. - № 1. - С. 34-57.

30. См. напр.: Бажанов С. В. Указ. соч. - С. 3 ; Курочкин С. А. Экономический анализ права как перспективный метод поиска решений актуальных проблем юриспруденции (на примере гражданского судопроизводства) // Российский юридический журнал. - 2013. - № 2. -С. 166-175.

31. См.: ОдинцоваМ. И. Экономика права. - М. : ГУ ВШЭ, 2007. - С. 16.

32. О данной теореме см. напр.: ФарберД. Отжившая пародия. Возрожденный прагматизм: ирония теоремы Коуза // Вестник гражданского права. - 2012. - № 2. - С. 191-222.

33. См.: Коуз Р. Указ. соч. - С. 100-101.

34. Там же. С. 101-102.

35. Там же. С. 150-151, 162, 170.

36. См.: Куттер Р. Д. Теорема Коуза // Экономическая теория / под ред. Дж. Итуэлла, М. Милгейта, П. Ньюмена. - М. : ИНФРА-М, 2005. - С. 61.

37. См.: Коуз Р. Указ. соч. - С. 148.

38. См.: Jolls Ch., Sunstein C. R., Thaler R. Op. cit. - P. 1497-1500.

39. См.: Степашин В. М. Специальные правила назначения наказания. - Омск : Изд-во Ом. гос. ун-та, 2011. - С. 145.

40. См.: Cooter R., Ulen T. Op. cit. - P. 50-51.

41. См.: Головко Л. В. Альтернативы уголовному преследованию в современном праве. -СПб. : Юридический центр «Пресс», 2002. -С. 26-36.