Психоаналитические концепции эмоционального выгорания

УДК 159.964.3

психоаналитические концепции

эмоционального выгорания

Лайкова Ирина Владимировна

В статье рассмотрены психоаналитические концепции исследования феномена эмоционального выгорания, которые основываются на качественном подходе. Такой подход комплементарен к исследованиям, сосредоточенным в области организационной и социальной психологии, носящим преимущественно количественный характер и дающим ограниченное представление о динамике выгорания и личностных смыслах, связанных с ним. Психоаналитические исследования, в основном, касаются двух аспектов эмоционального выгорания - нарушения профессиональной идентичности и трудностей на интерсубъективном уровне, которые тесно связаны между собой.

Показана трехсторонняя концептуальная модель Б. УапЬеи!е и Р. УегЬаедЬе на основе схемы из «двух зеркал» Ж. Лакана, отражающая три динамических процесса, сопровождающих субъективные переживания «выгоревших» профессионалов. Приведены альтернативные модели и объяснительные концепции эмоционального выгорания, соотносимые с представленными динамическими процессами, отражающими, согласно Ж. Лакану, функционирование психических инстанций Эго, идеального Эго, Эго-идеала и Супер-Эго в процессе приращения субъективного знания. В свете психоаналитических концепций эмоциональное выгорание трактуется как кризис идентичности, порождаемый проблемами формирования субъектности в интерсубъективных взаимодействиях, что позволяет атрибутировать эмоциональное выгорание как общепсихологический феномен, не связанный исключительно с профессиональной деятельностью. Основой эмоционального выгорания представляется неосознаваемый конфликт между сознательными потребностями и бессознательными влечениями, в результате которого происходит блокирование активности и отчуждение субъекта от некоего своего аспекта бытия. Выявление и анализ бессознательных противоречий, приводящих субъекта к напряжению и стагнации, представляется перспективным для профилактики и преодоления эмоционального выгорания.

Ключевые слова: психоаналитические концепции, Эго, идеал Эго, Эго-идеал, эмоциональное выгорание, идентичность, интерсубъективные отношения, субъектность, отчуждение, нарциссизм.

Введение

В рамках изучения синдрома эмоционального выгорания (ЭВ) накоплен большой теоретический и эмпирический опыт как в зарубежной, так и в отечественной психологии [1, 2]. Но интерес к проблеме выгорания не ослабевает, т. к., с одной стороны, она имеет большое практическое влияние в контексте профессиональной деятельности и личностного благополучия. А с другой стороны - нет единого теоретического фундамента для объяснения этого феномена, который интегрировал бы данные разрозненных исследований в единую систему, что позволило бы более эффективно разрабатывать меры по предупреждению и преодолению последствий ЭВ.

Анализ исследований и публикаций

Еще в 1974 году нью-йоркский психоаналитик H. Freudenberger ввел понятие «профессиональное выгорание» как психологический конструкт. Это явление характеризуется истощением и «сопровождается дистрессом, чувством снижения эффективности, снижением мотивации и развитием дисфункциональных установок и поведения на работе» [25, с. 36].

Хотя психоаналитик дал выгоранию его психологический смысл, понятие выгорания редко исследовалось с психоаналитической точки зрения. Психологические исследования феномена выгорания в основном были сосредоточены в области организационной и социальной психологии и носили количественный характер (M. P. Leiter, C. Maslach, W. B. Schaufeli, 2000; D. Enzmann, W. B. Schaufeli, 1998; T. Marek, C. Maslach, W. B. Schaufeli, 1993). Эти исследования дают ограниченное представление о динамике выгорания и личностных смыслах, связанных с ним.

Психоаналитические концепции, основанные на качественном подходе, могут потенциально преодолеть этот недостаток, но эти исследования малочисленны и носят разрозненный характер (B. Berger, 2000; A. M. Cooper, 1986; H. J. Fischer, 1983; H. J. Freudenberger, G. Richelson, 1980; A. M. Garden, 1995; W. N. Grosch, D. C. Olsen, 1994; A. J. Horner, 1993; A. M. Pines, O. Y. Yanai, 2001; J. Reppen, 2003; A. Lievrouw, S. Vanheule, P. Verhaeghe, 2003).

В этих исследованиях выделяются два основных аспекта, на которых сосредотачиваются ученые:

1) выгорание влечет за собой нарушение профессиональной идентичности;

2) выгорание тесно связано с трудностями на интерсубъективном уровне.

Например, первый аспект можно проиллюстрировать исследованиями L. Hallsten, который пришел к выводу, что «сгоревшие» профессионалы высоко ценят положительные результаты собственной деятельности, т. к. связывают

свою собственную идентичность со своей компетентностью, выраженной через достижения [19]. Кроме того, они чувствуют себя обязанными помогать другим. Похожие результаты прослеживаются и в прочих исследованиях [8, 9, 12].

Иной аспект связан с проблемными отношениями с коллегами, начальством, клиентами. С. Cherniss показывает, что «сгоревшие» профессионалы страдают от того, что они получают недостаточное, на их взгляд, признание [8, 9]. J. Firth отмечает, что у профессионалов, склонных к выгоранию, присутствует мысль, что их любят только за их достижения [12]. Они озабочены идеей, что должны нравиться другим, и им не хватает уверенности в своей профессиональной компетентности [8, 14, 15].

Следовательно, нарушение идентичности и трудности в интерсубъективных взаимоотношениях тесно связаны. Сильное, но неудовлетворенное желание признания и поддержки от других приводит к тому, что личность находится в опасности, и ослабляется чувство самоэффективности (С. Cherniss, 1981, 1995; С. Dejours, 2000; R. Reagh, 1994; S. Vanheule et al., 2003; K. S. Whitaker, 1996).

Эти выводы резонируют с точкой зрения J. Lacan, полагающего, что желание быть признанным является наиболее фундаментальным, потому что оно функционирует как средство для приобретения большего субъективного завершения [3]. Движущей силой формирования субъектности J. Lacan считает желание, которое рождается вследствие недостатка, «пустоты», «отсутствия бытия», характеризующих человеческую субъектность. Это отсутствие нарушает все представления людей о себе, что порождает расколотую идентичность.

Фундаментальным следствием этого недостатка, который невозможно заполнить, является то, что он мобилизует субъекта. Он создает желание и мотивирует субъекта стремиться найти дополнение, чтобы заполнить пустоту в своей внутренней идентичности. J. Lacan говорит, что отсутствие бытия фактически функционирует как «хочу быть». Люди обычно стремятся преодолеть внутреннее «отсутствие», обратившись к другим. В результате такого обращения неявно предполагается, что в диалектической связи с другими бонус бытия будет реализован. Посредством социальных связей субъект может, по крайней мере, получить представление о том, кем он является по отношению к другим.

Функционирование психических инстанций Эго, идеального Эго (воображаемая идентификация), Эго-идеала (символическая идентификация) и Супер-Эго в процессе формирования субъектности в ходе интерсубъективных взаимодействий J. Lacan иллюстрирует схемой «из двух зеркал» [2].

Воображаемая идентификация связана с сонастройкой Эго к идеалу Эго. Свой желанный образ субъект проецирует на Другого и после этого может его распознать и увидеть целостным. Субъект стремится овладеть идеалом Эго, чтобы стать таким, как «хочу быть» и обрести желаемую идентичность.

Подтверждением достижения идеала Эго является осуществление Эго-идеала, что порождает чувство удовлетворения и уверенности. Осуществление Эго-идеала происходит в процессе интерсубъективных взаимодействий и связано с символической идентификацией. Другой обладает властью подтвердить идеальный образ, придать ему легитимность или разрушить его. Поэтому Эго-идеал является направляющей инстанцией и задает сценарий отношения к Другому.

Успешная идентификация приводит к приращению субъектности, снижению напряжения и гармонизации интерсубъективных отношений. Профессиональную деятельность можно рассматривать как культурно и субъективно важный канал, по которому признание может быть достигнуто.

В русле теории J. Lacan, S. Vanheule и P. Verhaeghe, опираясь на схему из «двух зеркал», представили трехстороннюю концептуальную модель, которой соответствуют три различных динамических процесса, приводящие, с их точки зрения, к разрушению идентичности в интерсубъективных взаимоотношениях, что обуславливает ЭВ [27, 28, 29].

Теоретические конструкты модели также опираются на феноменологию дискурса «выгоревших» профессионалов, соответствующего различным динамическим процессам и отражающего связь между интерсубъективными переживаниями и субъективной идентичностью. Приведем описание этих процессов.

В первом динамическом процессе («Трещины в зеркале») представлена воображаемая идентификация, характеризующаяся напряжением между Эго и идеалом Эго, природа которого с течением времени кардинально меняется.

Первый период напряжения связан с предвосхищением овладения идеалом Эго, что придает напряжению мотивирующий характер. Предвосхищение соединено с безграничной самоотдачей и необоснованным угождением потребностям Других в контексте работы и опирается на возвышенные идеи о персональном служении по отношению к работе и Другим. Обязанности представляются само собой разумеющимися как условие соответствия желанному образу.

В этом периоде «сгоревшие» профессионалы характеризуют себя полностью посвящающими себя Другим и работе. Однако все, что делается, никогда не воспринимается удовлетворительным для них самих.

Следствием этого является кризис служения заветным идеалам, что воспринимается как несоответствие Эго идеалу Эго и образно характеризуется авторами как «Трещины в зеркале». Это несоответствие увеличивает строгость оценки Супер-Эго, порождающую напряжение другой природы, которое проявляется как диспропорция к затрачиваемым усилиям и приводит к дисфории. И чем сильнее и интенсивнее ранняя вера в идеал и вовлеченность Эго, тем сильнее осуждение Супер-Эго.

Феноменологически это объективируется как жалобы, недовольство на фоне истощения, недомогания. Нарастает чувство неэффективности, опустошенности, возникают проблемы разграничения личной жизни и работы. Поглощенность работой приводит к стиранию границ между собой и другими. Выполнение рабочих обязанностей воспринимается как огромный труд, требующий больших усилий.

Второй динамический процесс («Зеркало падает») отражает проблемы символической идентификации, связанные с потерей Эго-идеала из-за того, что Другой, от которого ожидается признание, выступает враждебным и обесценивает Эго-идеал. Потеря элемента символической идентификации лишает устойчивости субъекта воображаемой идентификации.

С одной стороны, исчезает часть субъективного знания о том, как субъект соотносится с другими, и, как следствие, исчезает часть идентичности, определяющая личность в интерсубъективном взаимодействии. С другой стороны, исчезает и часть идентичности, атрибутированная в Другом, т. к. Другой, ранее бывший благоприятствующим, воспринимается враждебным и непонятным.

В дискурсах «выгоревших» профессионалов это фигурирует как потеря желания что-либо вкладывать в работу из-за конфронтации, отказ от благих намерений в связи с агрессивными инцидентами, разочарование, сомнения, ощущение безнадежности и бессмысленности в работе, подозрительность и даже параноидальные фантазии.

«Уход от зеркала» характеризует третий динамический процесс, когда в результате болезненных столкновений с Другими происходит не отказ от Эго-идеала, а отказ от взаимодействия с Другими. В таком случае Эго избегает конфликтов, но его функционирование становится ограниченным.

Конструкция идеального Эго не может материализоваться: воображаемая идентификация разрушается, и субъект может оказаться в пустоте.

С одной стороны, работа не выбирается в качестве среды, на которую могут быть спроецированы идеалы, страдают аспекты отношений, рабочее функционирование ухудшается, ограничивается или даже останавливается. С другой стороны, этот процесс предполагает обеднение субъективного уровня, в результате чего оскудевает процесс присвоения субъективного

смысла событий, что проявляется в дискурсах в трудности выражения своих мыслей и скудости ответов о проблемах на работе.

Авторы делают вывод, что процесс избегания может быть связан с отступлением от болезненных столкновений с собственными амбивалентными чувствами, т. е. с внутренним конфликтом.

В повествованиях «выгоревших» специалистов ощущение трудностей на работе смещается в сторону организационных вопросов, а амбивалентные и субъективно неприемлемые чувства выражаются косвенно, через нестыковки в сюжетной линии, бросающиеся в глаза противоречивые детали.

Большинство теоретических моделей начинается с унитарного объяснения, согласно которому постулируется единый основополагающий механизм выгорания. Анализ данной модели позволяет сделать важный вывод, что существуют различные динамические процессы, приводящие к выгоранию, и что похожие жалобы на выгорание могут соответствовать различным динамическим процессам. Эта мысль прослеживается и в исследованиях I. A. Friedman [15, 16].

С другой стороны, данная теоретическая структура может быть рассмотрена как интегрирующая, в рамках которой представленные динамические процессы могут объясняться альтернативно другими психоаналитическими моделями или существующими объяснительными концепциями в других направлениях психологии.

В обоих аспектах первого динамического процесса ключевыми являются поглощенность «выгоревших» лиц моделированием Эго к идеалу Эго и их склонность к подчинению для слияния с идеалом Эго, что, несмотря на все усилия, приводит не к желаемому результату, а к ощущению личностной неэффективности, что можно интерпретировать в терминах классического представления о стремлении «выгоревших» людей к нарциссической грандиозности, которой они не достигают.

В других исследованиях показано, что нарциссические потребности в достижении идеала, получении признания и ощущении собственной значимости выступают факторами, способствующими развитию ЭВ.

H. J. Fischer рассматривает так называемый «грандиозный нарциссизм», проявляющийся в нарциссической потребности в сохранении «грандиозного объекта Я», подтверждении «иллюзии величия», которая заставляет все усилия направить на достижение идеала в работе, несмотря на разочарования. Так как затрачиваемые усилия не приводят к желанному результату из-за его нереалистичности, развивается выгорание [13]. H. J. Freudenberger также считает, что страх быть хуже других является базовой основой выгорания людей, стремившихся к совершенству. Они исчерпали себя в отрицании собственных слабостей и много вкладывают в работу, чтобы обрести чувство идентичности [14].

W. N. Grosh, D. С. Olsen указывают, что выгоранию подвержены люди, которые смотрят на свою работу с точки зрения нарциссического желания быть оцененными. Они, как правило, относятся к своим пациентам или клиентам как к Self-объектам, посредством которых они пытаются удовлетворить одну из основных потребностей, таких как потребность в любви или восхищении [19].

Ch. Glikauf-Hughes, E. Mehlmann рассматривают «депрессивный нарциссизм», который развивается в результате взаимодействия с нарциссическими значимыми Другими. Он характеризуется неустойчивой самооценкой, которая зависит, в основном, от обратной эмоциональной подпитки других, а не от аутентичности собственных чувств, что приводит к повышенной чувствительности, которая служит не только положительным фактором, но и показателем их слабости. Неустойчивая самооценка приводит к неустойчивому самоуважению, что заставляет обесценивать достижения и приводит к ощущению невозможности удовлетворения нарциссической потребности в значимости [18].

Второй динамический процесс альтернативно может быть интерпретирован с точки зрения З. Фрейда в терминах «потери объекта», когда в результате травмирующих переживаний Эго-идеал теряется для Эго, что, согласно З. Фрейду, переживается как скорбь [6].

Отражение этого процесса можно проследить и в других исследованиях выгорания. С. Cherniss, например, описывает, как в выгорании теряется аспект человеческого вдохновения и идеалов, который противостоит профессиональной скуке и бессмысленности [8, 9]. В этой потере могут обвинять как себя, так и других [11, 23]. Модель S. Vanheule и Р. Verhaeghe согласуется с этими наблюдениями, но добавляет, что в результате этой потери фундаментально изменяется восприятие Других: Другие больше не те, чьего признания можно ожидать, но воспринимаются теперь как угрожающие и тревожащие объекты [29].

Третий динамический процесс может альтернативно интерпретироваться в терминах защиты от тревожности в форме отрицания или подавления неприемлемых импульсов [26]. Процесс, который S. Vanheule и Р. Verhaeghe описали как отступление от Другого, может быть также описан как отступление от осознанного психического инвестирования в отношения [29]. Чтобы сохранить устоявшееся чувство идентичности, люди занимают позицию неосознавания по отношению к инцидентам на работе.

Выводы

Подводя итоги этого далеко не исчерпывающего обзора психоаналитических концепций ЭВ, следует отметить, что основными факторами ЭВ с этих позиций рассматриваются проблемы формирования субъектности,

порождающие кризис идентичности в интерсубъективных взаимодействиях, приводящий к нарушению целостности, отчуждению субъекта от некоего своего аспекта бытия. Таким образом, психоаналитические модели, не претендуя на исчерпывающий характер объяснения феномена ЭВ, отражают глубинный аспект этого явления, связанный с конфликтом между осознаваемыми стремлениями и бессознательными потребностями.

Кроме того, результаты, полученные в исследованиях в рамках психоаналитических теорий, соотносятся с результатами существующих объяснительных концепций в других направлениях психологии, поэтому можно в какой-то мере считать их взаимодополняющими.

Например, с экзистенциальных позиций А. 1апд1е определяет эмоциональное выгорание как особую форму экзистенциального вакуума, обусловленного дефицитом истинного, экзистенциального смысла, который ведет к переживанию экзистенциальной исполненности, выражающейся в ощущении целостности, соотнесенности с самим собой. Экзистенциальный дефицит (субъективная нужда), по мнению экзистенциалистов, порождая ложные смыслы, приводит к истощению и ощущению пустоты [4].

Здесь прослеживается определенная аналогия с «нехваткой бытия» Ж. Лакана. Откуда же происходит субъективный дефицит с точки зрения экзистенциалистов? По мнению А. 1апд1е, субъективный дефицит вырастает из нарушения четырех фундаментальных мотиваций, связанных с доверием к себе и к миру, качеством жизни, ощущением собственной уникальности и пониманием того, ради чего стоит жить.

В континууме экзистенциальной исполненности как соотнесенности человека с самим собой ощущение экзистенциальной пустоты можно считать крайней точкой, в которой в результате субъективной нужды развивается отчуждение человека от самого себя, что приводит к эмоциональному выгоранию. Но механизм процесса самоотчуждения работает на протяжении всего континуума. А. 1апд1е обращает внимание на то, что эмоциональное выгорание развивается не только в результате субъективного дефицита, но и тогда, например, когда нет внутреннего согласия на деятельность, заниматься которой вынуждают обстоятельства. Кроме того, ложные идеалистические установки, приводящие к ЭВ при столкновении с реальностью, могут быть следствием не субъективного дефицита, а установок веры, убеждений, перенятых от других людей [4]. То есть нарушение фундаментальных мотиваций и самоотчуждение можно рассматривать не только как личностную проблему, но и с точки зрения влияния социальных условий.

В рамках социального подхода показательна в этом отношении теория эмоционального труда А. Г. носьбсыи, рассматривающая управление профессионалами своими эмоциями в целях повышения эффективности

работы и получения вознаграждения [21]. А. Г. НосЬбсЫИ различает поверхностное исполнение эмоционального труда, когда изображаются эмоции, соответствующие нормативным ожиданиям, и глубокое исполнение, когда профессионал пытается реально испытывать ожидаемые в данной ситуации эмоции, что приводит к преобразованию чувств. По мысли А. Г. НосЬбсЫИ, поверхностное исполнение ведет к отчуждению от «подлинного» Я, а глубокое - к изменению Я индивида, в результате чего вероятными становятся «самоотчуждение», потеря чувства Я, «эмоциональный диссонанс», провоцирующие эмоциональное выгорание. Таким образом, в рамках данной теории ЭВ также соотносится с проблемой идентичности [5, 21].

заключение

Вышеуказанное соотношение, которое так или иначе прослеживается в различных концепциях ЭВ, позволяет атрибутировать это явление как общепсихологический феномен. Рассмотрение выгорания в рамках какой-либо одной модели может привести к ложной интерпретации и не позволит распознать истинной причины выгорания данного субъекта. Можно предположить, что возникновение эмоционального выгорания связано с определенным сочетанием внешних и внутренних условий, которое является не типичным, а уникальным для каждого конкретного индивидуума. Представляется, что ключевым моментом в понимании природы выгорания является выявление и анализ противоречий, приводящих к напряжению и стагнации. Эмоциональное выгорание как самоотчуждение может вызываться различными причинами: как дезинтеграцией и потерей идентичности, так и укреплением ложной идентичности, основанной на иллюзорных представлениях.

Литература

1. Водопьянова Н. Е., Старченкова Е. С. Синдром выгорания: диагностика и профилактика. 2-е изд. - СПб.: Питер, 2005.

2. Дикая Л. Г. Личностный потенциал и эмоциональное выгорание // Человек. Сообщество. Управление. - 2012. - № 3. - С. 75-88.

3. Лакан Ж. Семинары. Книга 1: работы Фрейда по технике психоанализа. - М.: Логос, 1998.

4. Лэнгле А. Эмоциональное выгорание с позиции экзистенциального анализа // Вопросы психологии. - 2008. - № 2. - С. 3-16.

5. Симонова О. А. Эмоциональный труд в современном обществе: научные дискуссии и дальнейшая концептуализация идей А. Р. Хохшильд // Журнал исследований социальной политики. - 2013. -Т. 11. - № 3. -С. 329-354.

6. Фрейд З. Печаль и меланхолия // Основные психологические теории в психоанализе. Очерк истории психоанализа: Сборник. - СПб.: Алетейя, 1998. - С. 211-231.

7. Berger B. Prisoners of liberation: A psychoanalytic perspective on disenchantment and burnout among career woman lawyers // Journal of Clinical Psychology. - 2000. - V. 56. - pp. 665-673.

8. Cherniss C. Beyond burnout. - New York: Routledge, 1995.

9. Cherniss C. Staff burnout // Job Stress in The Human Services. - Beverly Hills, 1989.

10. Cooper A. M. Some limitations on therapeutic effectiveness: The "burnout syndrome" in psychoanalysts // Psychoanalytic Quarterly. - 1986. - V. 55. -pp. 576-598.

11. Farber B. A. Treatment strategies for different types of teacher burnout // Journal of Clinical Psychology. - 2000. - V. 56. - pp. 675-689.

12. Firth J. Personal meanings of occupational stress: Cases from the clinic // Journal of Occupational Psychology. - 1985. - V. 58. - pp. 139-148.

13. FischerH. J. A psychoanalytic view on burnout // Stress and burnout in the human service professions / In B. A. Farber (Ed.). - New York: Pergamon Press, 1983. - pp. 40-46.

14. Freudenberger H. J. Counseling and dynamics: Treating the end-stage person // Job stress and burnout / In W. S. Paine (Ed.). - Beverly Hills: Sage, 1982. - pp. 173-186.

15. Friedman I. A. High- and low-burnout schools: School culture aspects of teacher burnout // Journal of Educational Research. - 1991. - V. 84. -pp. 325-333.

16. Friedman I. A. Multiple pathways to burnout: Cognitive and emotional scenarios in teacher burnout // Anxiety, Stress and Coping. - 1996. - V. 9. -pp. 245-259.

17. Garden A. M. The purpose of burnout: A Jungian interpretation // Occupational stress: A handbook / In R. Crandall & P. L. Perrewe (Eds.). - Philadelphia: Taylor & Francis, 1995. - pp. 207-222.

18. Glikauf-Hughes Ch., Mehlmann E. Non-borderline patients with mothers who manifest borderline pathology // British Journal of Psychotherapy. -1998. - V. 14. - no. 3. - pp. 294-302.

19. Grosch W. N., Olsen D. C. When helping starts to hurt. - New York: Norton, 1994.

20. Hallsten L. Burning out: A framework // Professional burnout: Recent developments in theory and research / In W. Schaufeli, C. Maslach, T. Marek (Eds.). - Washington: Taylor & Francis, 1993. - pp. 95-114.

21. Hochschild A. R. The Managed Heart: Commercialization of Human Feeling. -Berkeley: Univ. of California Press, 2003.

22. Horner A. J. Occupational hazards and characterological vulnerability: The problem of "burnout" // American Journal of Psychoanalysis. - 1993. -no. 2. - pp. 137-142.

23. Pines A. M., Yanai O. Y. Unconscious determinants of career choice and burnout: Theoretical model and counseling strategy // Journal of Employment Counseling. - 2001. - V. 38. - pp. 170-184.

24. Reppen J. Starving in a world of plenty: A contemporary view of executive burnout. Unpublished manuscript. - 2003.

25. Schaufeli W. B, Enzmann D.The burnout companion to study and practice. -London: Taylor & Francis, 1998.

26. Socarides C. W, Kramer S. K. (Eds.) Work and its inhibitions. - Madison: International Universities Press, 1997.

27. Vanheule S., Lievrouw A., Verhaeghe P. Burnout and intersubjectivity: A psychoanalytical study from a Lacanian perspective // Human Relations. -2003. - V. 56. - pp. 321-339.

28. Vanheule S., Verhaeghe P. Powerlessness and impossibility in special education: A qualitative study on professional burnout from a Lacanian perspective // Human Relations. - 2004. - V. 57. - pp. 497-519.

29. Vanheule S., Verhaeghe P. Professional Burnout in the Mirror // Journal of Psychoanalytic Psychology. - 2005. - V. 22. - no. 2. - pp. 285-305.

30. WhitakerK. S. Exploring causes of principal burnout // Journal of Educational Administration. - 1996. - no. 34. - pp. 60-71.