Актуальная проблема пресбиопии: способы коррекции возрастной дальнозоркости

Актуальная проблема пресбиопии: способы коррекции возрастной дальнозоркости

Офтальмология

Ксения Чинёнова

Офтальмолог. Лазерный хирург в Клинике доктора Куренкова

Ирина Лещенко

Доцент кафедры офтальмологии ИПК ФМБА России, директор по клиническим вопросам компании "Джонсон и Джонсон Вижн Кэр", кандидат медицинских наук

Вячеслав Куренков

Офтальмолог, офтальмохирург. Руководитель Клиники доктора Куренкова. Д.м.н., профессор

Ксения Чинёнова: Добрый вечер! В эфире на Радио Медиаметрикс программа «Взгляд Доктора Куренкова» и ее ведущий Вячеслав Владимирович Куренков, я, Ксения Чинёнова, лазерный хирург, врач – офтальмолог, и Ирина Антоновна Лещенко, кандидат медицинских наук, доцент кафедры ФМБА России и по совместительству директор по клиническим вопросам компании Johnson & Johnson, и мы будем обсуждать очень интересную тему, актуальную тему пресбиопии. Вячеслав Владимирович…

Вячеслав Куренков: Это возрастное, но не для всех понятно, что такое пресбиопия. На самом деле это возрастные изменения в зрении, которые касаются всех лиц, достигших 40 лет и, к сожалению, начинают плохо видеть вблизи, хотя вдаль остается зрение нормальным, но появляется сначала небольшой, потом значительный дискомфорт, что мешает всем людям жить. Но жить, работать мешает, потому что у всех работа связана с экранами мониторов, с планшетами, с документами и прочими деталями, которыми человек делает на расстоянии до 1 метра. Как мне не в шутку ее называли, это «болезнь коротких рук». Руки должны быть несколько длинней после 40 лет, чтобы хорошо видеть, но это временное спасение, т.к. Даже на расстоянии вытянутой руки становится всё не очень хорошо видно и, к этому времени, человек начинает испытывать ряд проблем. Так что же такое пресбиопия, Ксения Владимировна?

Ксения Чинёнова: Пресбиопия, или возрастная дальнозоркость - это явление, в первую очередь, абсолютно нормальное и физиологическое. Оно ждет всех нас в 100% случаев, поэтому, не надо воспринимать это как какую-то болезнь, важно понимать, что это такое и с чем это связано.

Пресбиопия – возрастная дальнозоркость. Это возрастные изменения в зрении, которые касаются всех лиц, достигших 40 лет, когда начинают плохо видеть вблизи, хотя вдаль зрение остается нормальным.

А связано это с тем, что наш аппарат аккомодации или процесса, когда глаз способен фокусироваться на разном расстоянии четко, слабеет и это является абсолютно нормальным. Вячеслав Владимирович, а как происходит аккомодация с точки зрения физиологии глаза?

Вячеслав Куренков: Всё очень просто представить. Если мы раньше, в детстве, брали фотоаппарат, он не был такой электронный, как сейчас, и, кстати, на телефоне то же самое, если фотографируешь, всё достаточно быстро настраивается. А раньше нам приходилось крутить объектив и менять расположение линз, в принципе, то же самое происходит в глазу, только хрусталик становится то площе, то выпуклей, и соответственно меняется его оптическая сила и изображение попадает на любом расстоянии, туда, куда нужно, именно макулярную зону сетчатки. И тогда человек не испытывает проблем, ему как вдаль, так и вблизи, становится всё хорошо видно. Но, это явление временное, и по достижении 40 лет начинает пациент испытывать проблемы.

Ксения Чинёнова: Все ли пациенты в 40 лет начинают испытывать эти проблемы, или есть какая-то разница?

Вячеслав Куренков: Независимо от того, было у человека хорошее зрение, то есть, был эмметроп, либо он был миоп, носил линзы со знаком «минус» или у него была или есть дальнозоркость, или гиперметропия, либо скрытая, либо нет, явно, когда он использует очки постоянно в своей жизни, то проблема касается всех. В первую очередь страдают те, у кого есть более короткий глаз, это гиперметропы, и у них эта проблема достаточно рано может встречаться, в возрасте примерно до 30, 35 лет. К сожалению, таким людям еще хуже, потому что дальнозоркий человек будет однозначно плохо видеть и вдаль, и вблизи. Для таких людей и начали решать эти проблемы, подбирать очки, подбирать контактные линзы, делать хирургические операции, чтобы облегчить человеку и саму жизнь, и его рабочий процесс.

В первую очередь страдают те, у кого есть более короткий глаз, это гиперметропы, и у них эта проблема достаточно рано может встречаться, в возрасте примерно до 30, 35 лет.

Ксения Чинёнова: Если говорить об очках, то проблема решается проще всего, пациенты выбирают очки для близи, если вдаль они видят хорошо.

Вячеслав Куренков: Первые очки для близи были у царя Нейрона, когда отточенный и отполированный сапфир он применял для рассматривания предметов вблизи и, можно сказать оттуда, еще до нашей эры, начались пресбиопические очки. Потом, это, естественно, стало уже более массовым производством, люди стали пользоваться данной коррекцией, чтобы облегчить именно свою работу вблизи. Но не всех устраивает, тем более в современном плане, потому что ряд профессий требует отличного зрения как вдаль, так и вблизь, без каких-либо мучений для пациентов, чтобы это ни было. Потому что, то надевать очки, то снимать их, или привыкать к коррекции, то от нее отвыкать, для человека очень непросто, и поэтому и хирурги, и контактологи, и те же оптики придумывают и изобретают различные способы коррекции возрастных изменений со зрением.

Ксения Чинёнова: Ирина Антоновна, расскажите, какие есть новаторские способы коррекции пресбиопии, если начать говорить не о контактных линзах, а о чуть-чуть раньше, может быть, про очки.

Ирина Лещенко: Если говорить про очки, то очковая коррекция пресбиопии известна достаточно давно, я так думаю, что еще в средние века, когда чтение было уже распространено, многие люди более старшего возраста уже пользовались очками. Конечно же, это были простые, или как мы их сейчас называем, однофокальные очки. Но по мере того, как шло развитие технологий, появились очки бифокальные, и уже в XIX веке двойные очки, верх которых предназначался для зрения вдаль, а низ для зрения вблизи, использовался многими людьми. А в середине 50-х годов прошлого века одна из оптических компаний значительно усовершенствовала такую технологию и сделала так называемые мультифокальные линзы, или по-другому их называли варифокальные, или прогрессивные. Суть таких контактных линз, очковых линз, заключается в том, что пациент одновременно пользуется одной парой очков, благодаря чему он может видеть прекрасно и вдаль, и на средние расстояния приблизительно вытянутой руки. В том числе читать вблизи, на расстоянии 40 см. Самое главное, что нужно правильно подстраивать глаз и голову под такую оптику, нужно понимать, что работают определённые зоны в этих очковых линзах, но если зрачок попадает в данный коридор, то зрение очень хорошее.

Ксения Чинёнова: Что не очень удобно.

Суть мультифокальных линз заключается в том, что пациент может видеть прекрасно и вдаль, и читать вблизи. Мультифокальные линзы также называют варифокальными или прогрессивными.

Вячеслав Куренков: Да, потому что постоянно должны оба зрачка попадать, а так как пациенты наши и сидят на очках, и они падают,

Ирина Лещенко: Вот, здесь вы действительно правы.

Вячеслав Куренков: …и кладут их в сумки. К нам пациенты приходят, говорят: «Вы выписали мне очки, а что-то они перестали попадать». Я говорю: «Покажите нам свою оправу», и мы видим, что это отдаленно напоминает оправу, что дужки смотрят в стороны не только по горизонтали, но и по вертикали, соответственно ни о каких совпадениях центров здесь уже речи не идет.

Ирина Лещенко: Вы абсолютно правильно подметили, что такие очки требуют очень аккуратного обращения, потому что малейшее изменение оправы приводит к тому, что зрачки уже не центрируются относительно зон и пациент не испытывает комфорта при работе, скажем, на близком расстоянии. Кроме того, есть еще и другие ограничения. Чтобы видеть или читать вблизи, нужно смотреть именно через нижнюю часть линзы, а если требуется прочитать что-то, что написано наверху, элементарно, выбирая книгу в библиотеке или с полки, то нужно поднимать взгляд кверху и тогда видеть на близком расстоянии человек не сможет.

Вячеслав Куренков: Да, не все к этому приспосабливаются, поэтому пациентам говорим, что нужно определенное количество времени привыкать. Тем не менее, пациенты периодически, приходя на осмотр, всё-таки нам жалуются на эти оправы, что очень трудно, «и устаю я в них, неудобно и мне в работе мешает, и мне на переносицу давит», но это проблема в носоупорах, она решается, их можно поменять, но однозначно, все люди хотели бы от этого избавиться.

Ирина Лещенко: Да, действительно так, потому что существует очень много публичных людей и люди, чья профессия не приемлет использования очковой коррекции. А как-то справляться со зрением и иметь хорошее зрение, как в молодости, на дальние и на близкие дистанции, тоже необходимо. Поэтому производители контактных линз еще порядка 30 лет назад задумались над проблемой создания мультифокальных контактных линз. В отличие от очков, эти линзы имеют несколько другую конструкцию. Потому что все зоны для дали, для близи, для промежуточного зрения, должны быть сконцентрированы в пределах зрачка. Получается, что зрение одновременно, или, как мы по-другому его называем, симультарное, и уже мозг выбирает зону, через которую будет лучше видно, то есть, идет определенная перенастройка фокуса, в зависимости от того, куда попадает взгляд человека.

Ксения Чинёнова: На уровне интуиции?

Ирина Лещенко: Да, да это зрение с интуицией, абсолютно правильно, или еще иногда такие контактные линзы называют «линзы с интуицией». Но, однако, не все мультифокальные линзы одинакового дизайна. Когда мультифокальная контактная коррекция только развивалась, те первые линзы мультифокальные были достаточно неудобны, потому что потребовался определенный опыт применения таких контактных линз, получения новых знаний про оптику глаза, про особенности рефракции пациентами, опиеты, гиперметропия, и какая ширина зрачка. Оптика линзы рассчитана так, что все зоны должны попадать в плоскость зрачка, поэтому получается, что линза должна быть такая, которая бы подстраивалась индивидуально под каждый глаз пациента. Такие контактные линзы появились относительно недавно, в 2015 году были изобретены линзы One Day Acuvue moist multifocal, они так и называются, которые сделали своеобразную революцию в целом ряде стран Европы. До этого многие пациенты пытались пользоваться мультифокальными линзами, однако не получали хорошего качества зрения на разных дистанциях: кто-то либо вдаль хорошо видел, у кого-то зрение ближнее было неплохое, а вдаль острота зрения оставляла желать лучшего. То есть, нельзя сказать, что были удовлетворенные пациенты.

Ксения Чинёнова: Ирина Антоновна, расскажите нашим слушателям, речь идет о контактных линзах, как привыкли мы понимать, то есть мягкие контактные линзы, однодневные, которые люди надевают утром, а вечером выбрасывают.

Вячеслав Куренков: Да, современная тенденция

Ирина Лещенко: Да, да, вы абсолютно правы.

Вячеслав Куренков: Именно применение одноразовых контактных линз, когда это всё начиналось, это были чешские линзы, которые варили в кастрюлях вместе с яйцами, потом после завтрака их надевали. Но это время прошло, поэтому мы, доктора, просто настоятельно советуем, чтобы использовали именно однодневные линзы, потому что это по гигиене очень важно. От контактных линз, особенно, которые используют месяцами, бывают страшные вещи, и у меня в клинике находились пациенты на лечении после ношения таких линз, и в других клиниках, и к сожалению, это заканчивается не всегда благополучно. Поэтому переход на однодневные линзы – это спасение для многих пациентов, защита их и защита их глаз. Переход от однодневных контактных линз с просто сферических на мультифокальную контактную линзу, которая удовлетворит требования пациента для зрения вдаль и вблизь, будет очень большой победой.

Мы, офтальмологи, настоятельно советуем, чтобы использовали именно однодневные линзы.

Ксения Чинёнова: Скажите, если пациент видит вдаль 100%, ему не нужны очки и контактные линзы, подходят ли такие линзы для таких пациентов или нет?

Ирина Лещенко: Именно такие пациенты являются очень хорошими кандидатами на применение новых мультифокальных контактных линз, потому что зрение вблизи страдает в том числе и у пациентов, которые всю жизнь имели отличное зрение, не испытывали никаких проблем. Именно эти пациенты, в первую очередь, наиболее болезненно воспринимают вопрос применения тех же самых очков, потому что всегда они без них обходились, а тут «вблизи ничего не вижу и что делать?».

Вячеслав Куренков: Да и никто, часто люди не хотят показывать тем самым свой возраст

Ирина Лещенко: Конечно

Вячеслав Куренков: Мучаются, читая какую-нибудь аннотацию с мелким шрифтом в магазине и так далее, и не используют очки. Но не стоит перенапрягать своё зрение, нужно обращаться либо к традиционной коррекции с помощью очков, либо действительно, то что сейчас появилось в нашей клинике и мы «на ура» это восприняли и будем рекомендовать своим пациентам, именно мультифокальные контактные линзы. Для тех, кто носил линзы, это вообще не проблема, те, кто не носил линзы, использовал очки, это переход на новое качество зрения. Для гиперметропов это вообще шикарное решение проблемы, потому что есть коррекция и для дали, и коррекция для близи, они себя чувствовать будут просто замечательно. Ряд пациентов, которые надевали уже в нашей клинике подобные линзы, ощущали себя превосходно, и здесь имеет место, естественно, конечно, подбор. Подбирать их нельзя, как допустим обычные сферические линзы, купить в интернете, «напялить» именно на глаза и чувствовать себя комфортно, здесь так уже не пройдет. Здесь очень, достаточно тонкий подбор, даже не все врачи-офтальмологи, могут с ним справиться, потому что здесь нужны определенные специфические знания. Вот об этом мы сейчас как раз хотели сейчас поговорить.

Ирина Лещенко: Вы правильно подметили, что по своей специфике эти линзы отличаются от традиционных мягких контактных линз. Ее ни в коем случае нельзя подбирать себе самому или заказывать в интернете. В противном случае пациент, примерив такую линзу, которая, как ему кажется, соответствует его параметрам, не получит хорошего качества зрения, ни вдаль, ни вблизь, и будет думать о том, что «опять нас разводят, линзы такие не работают», как обычно бывает. На самом деле эти линзы четко должен подбирать врач. Понятно, что для этого проводится определенная диагностика, но, помимо всего, у специалиста есть определённый набор диагностических контактных линз и он может примерить разные контактные линзы с разной оптической силой. Иногда небольшая разница в четверть А3, или на четверти А3 больше, или на четверти А3 меньше, она помогает исправить ситуацию и сделать так, что зрение хорошее и пациенту удобно и комфортно, и видно прекрасно на всех расстояниях. Поэтому мы настоятельно рекомендуем обязательно приходить в клиники, приходить к специалистам, именно там будет проведен качественный подбор этих контактных линз.

Мультифокальные линзы ни в коем случае нельзя подбирать себе самому или заказывать в интернете. Пациент не получит хорошего качества зрения. Эти линзы должен подбирать врач.

Ксения Чинёнова: А важно, в какое время суток приходит пациент для подбора контактных линз?

Ирина Лещенко: Таких работ четких, принципиальных, нет.

Вячеслав Куренков: Пациенты часто спрашивают: «В какое время мне приходить?»

Ирина Лещенко: Конечно, желательно приходить в первую половину дня. Мы все любим, когда к нам пациенты приходят с утра или после обеда. Но, если у кого-то не получается, то ничего страшного, можно прийти и в 7, и в 8 часов вечера, я не думаю, что это сильно будет влиять на подбор. Конечно, в 12 часов ночи, наверное, подбирать контактные линзы не стоит, особенно впервые.

Ксения Чинёнова: Легко ли проходит адаптация глаз к мультифокальным линзам?

Ирина Лещенко: К этим линзам адаптация проходит достаточно легко. Наши собственные наблюдения показывают, что некоторые пациенты уже через полчаса говорят, что не чувствуют перефокусировку. Сама суть адаптации заключается в том, что мозг выбирает зону наиболее четкого видения, когда фокусирует взгляд на каком-то объекте, расположенном вблизи, или когда пациент смотрит вдаль. Первое время человек чувствует перенастрой, сначала ему чуть-чуть размыто, а потом изображение становится четким. Кто-то отмечает это в первые полчаса, кто-то в течение часа, кто-то в течение первого дня, максимально. Мы знаем, что в течение 5 дней всё должно наладиться.

К линзам адаптация проходит достаточно легко. Некоторые пациенты уже через полчаса не чувствуют перефокусировку.

Вячеслав Куренков: По аналогии с искусственным мультифокальным хрусталиком, где такие же кольца Френеля есть. Мозг получает сразу много фокусных областей и для дали, и для близи, и для среднего расстояния, и, естественно, начинает подстраиваться. Но, в отличие от контактных линз, интерокулярные линзы, когда мы человеку меняем хрусталики при катаракте, к ним, во-первых, дольше идет зрительная адаптация, и они работают только в паре. Эти контактные линзы работают в моно состоянии, если даже надеть на один глаз.

Вячеслав Куренков: Фирма «Johnson & Johnson» давно на рынке, я помню, когда я еще был ординатором, впервые в России появились контактные линзы «Johnson & Johnson». Они тогда были ультратонкие, с содержанием воды, влаги 70-75%. Они были гораздо тоньше имеющихся тогда чешских, по-моему, линз «Bausch Lomb». И был, действительно, какой-то прорыв и облегчение для пациентов. Потому что, всё-таки, это инородное тело. Инородное тело должно максимально не ощущаться глазом. Как, в принципе, и современные контактные линзы, которые человек надевает. Действительно, к ним не нужно привыкать, как раньше: по часу или по 20 минут, потом по 30, и так мучительно достигали хотя бы рабочего времени, чтобы человек мог использовать в течение 8 часов. Эти, действительно, надел на глаза и пошел. Но надевать нужно всё равно правильно. Всё-таки, подбор контактных линз и обучение им – это задача клиники, чтобы линза, во-первых, сидела правильно, отвечала зрению как вдаль, так и вблизь, это касается, пресбиопических линз, или возрастной дальнозоркости, и было комфортно для пациента. Второй этап, это научить самого пациента, не повредив себе глаз, надевать и снимать, потому что линзы довольно таки сложно снять, если нет определенного опыта, в этот момент можно повредить себе глаз. Были такие случаи, что пациенты возвращались в клиники, когда я еще даже в больнице городской работал, с поврежденным глазом ногтем, потому что пытались их ущипнуть и также порой иногда пациенты рассказывают, что вызывали вплоть до скорой помощи, чтобы снять с себя линзу. Поэтому нужно максимально тщательно отнестись к моменту подбора, чтобы вам было в них хорошо; не надо соглашаться, что мне точно хорошо видно вдаль, как иногда пациенты делают. «Что там доктор мучается, подбирает мне стекла, давайте я скажу ему, что мне хорошо видно», а потом начинаются головные боли. Нет! Всегда нужно при подборе уделять внимание, какое качество зрения вы имеете вдаль, какое качество зрения вблизь, и всегда доктору говорить лишь только правду, тогда доктор может сориентироваться и подобрать вам наилучший вариант, который вас больше устроит.

Ксения Чинёнова: Со зрением вдаль все понятно, у пациента есть, например, близорукость, дальнозоркость, всё это корригируется, здесь всё достаточно просто. Если мы говорим о коррекции вблизь: в чем особенность, в чем различия, какие есть коридоры и почему это так важно пациентам в подборе именно в зрении вблизи, почему так сложно понять, порой, пациенту, что эта линза ему подходит или нет?

Ирина Лещенко: Как уже было сказано, проблемы пресбиопии, проблемы работы на близком расстоянии, четкости зрения начинаются в 40 лет, и само понятие пресбиопии мы делим на три части. Первая - это начинающаяся, или начальная пресбиопия, которая возникает у людей в возрасте 40-45 лет, конечно еще в это время есть собственные способности к аккомодации у хрусталика и частично хрусталик выполняет эту функцию. Поэтому пациенту не нужна сразу полная коррекция, если можно сказать, пресбиопии. Потребуется только частичная компенсация в возрасте 50 лет, уже аккомодация становится меньше, а к 60 годам она полностью пропадает и поэтому там уже требуется несколько другую прибавку делать для чтения вблизи. Эта прибавка называется аддидация, я думаю, что пациентам так много знать об этом не нужно, нужно запомнить.

Вячеслав Куренков: Многие вообще не знают, что такое «аддидация».

Ирина Лещенко: Да, нужно запомнить, наверное, то, что это некая прибавка для близи, и в контактных линзах она существует 3-х видов: она начальная или слабая, она существует средней степени, и она существует высокая. В зависимости от состояния глаза, от того, как рано началась пресбиопия, какая у пациента рефракция: омиоп, гипермитроп или имитроп, будет понятно, какую ему нужно давать изначально добавку: слабую, среднюю, или высокую. На какой глаз, потому что есть глаз один, который уже заранее у нас ориентирован так, что он больше смотрит вдаль, мы называем его доминантным глазом, или это глаз недоминантный, который больше расположен для работы вблизи. Здесь тоже очень важно выявить этот принцип, потому что от этого будет зависеть, какую коррекцию, какую добавку для чтения мы даем на один глаз, даем нам другой глаз.

Проблемы пресбиопии, проблемы работы на близком расстоянии, четкости зрения начинаются в 40 лет. В возрасте 40-45 лет у хрусталика еще есть собственные способности к аккомодации. В 50 лет аккомодация становится меньше, а к 60 годам она полностью пропадает, поэтому требуется делать прибавку для чтения вблизи.

Ксения Чинёнова: Такие сложные расчеты достаточно.

Ирина Лещенко: Да, иногда бывает так, что мы всё вроде бы посчитали, а пациент примеряет линзы и говорит: «Знаете, мне не очень удобно». Это не означает, что всё, мы на этом должны остановиться, у нас ничего не получится, у нас есть возможность поменять как оптическую силу линзы, так и изменить эту добавку, сделать ее или чуть-чуть меньше, или наоборот, чуть-чуть больше, и решить проблему с качеством зрения вблизи. Поэтому получается, что доктор – обязателен, обязателен салон, клиника, диагностический контактный набор, опыт, умение специалиста.

Вячеслав Куренков: Да, компания «Bausch Lomb», которая нам предоставила, это очень удобно доктора, для пациента. Мы давно работаем с линзами «Johnson & Johnson», у нас всегда есть «примерочные», как мы говорим, для пациента, или «диагностические», как мы говорим для себя, линзы, которые мы одеваем бесплатно для пациента и он смотрит, как ему в них удобно, нет, мы смотрим посадку, мы смотрим реакцию глаза и т.д.

Ксения Чинёнова: И, самое главное, учим.

Вячеслав Куренков: Здесь, при подборе пресбиопических линз, это колоссально важно, потому что там не только есть аддидация, это степень коррекции для близи, но и разные другие параметры, которые очень важны для правильного подбора контактных линз. Это, естественно, для пациента услуга, ему не нужно покупать примерочную линзу, это предоставляется компанией «Johnson & Johnson», она бесплатная. Очень важно, чтобы пациент в ней немножко походил, посмотрел и вдаль, и вблизь, почитал, посмотрел телевизор, посмотрел на точку дальнего зрения, потому что у нас пациенты и машины водят, и книжки читают, и в метро ездят, чем-то занимаются.

Ксения Чинёнова: Куда-то едут, читают и едут.

Вячеслав Куренков: Да, это очень важно. Естественно, мы смотрим реакцию глаза, особенно, если пациент никогда не пользовался контактными линзами. Естественно, до подбора таким пациентам мы изучаем их слезу, достаточно ли слезы вырабатывается у данного пациента, нет ли синдрома сухого глаза, потому что, если есть эти вещи, то ни о каких контактных линзах уже речи не пойдет.

Ксения Чинёнова: Мы знаем о том, что с годами слезопродукция снижается и это является нормальным, как в таком случае поступать? Какие-то имеют особенности эти линзы, в плане большей адаптации в возрасте для пациентов?

Ирина Лещенко: Да, несомненно. Этот фактор обязательно учитывался, потому что изначально было понятно, что линзы назначаются пациентам более старшего возраста. Стабильность слезной пленки с возрастом изменяется, к сожалению, не в лучшую сторону, как мы понимаем. Поэтому, современные контактные линзы должны соответствовать стабильности слезной пленки, они по своим свойствам должны стараться имитировать саму слезную пленку, в какой-то степени. Понятно, что мягкие контактные линзы содержат воду. Многие пациенты, которые линзами пользуются, знают об этом, но ведь слезная пленка - это не только вода, в слезной пленке очень много других компонентов. Очень важно, чтобы в материале, из которых изготовлены контактные линзы, были подобные компоненты, которые повторяют свойства самой слезной пленки. Потому что там и белков очень много, и липидов, и муцины есть. Современные линзы, в частности, «One Day Acuvue moist multifocal», и созданы с тем, чтобы повторять свойства самой слезной пленки, чтобы пациенты в возрасте могли их успешно носить в течение дня и не испытывать сухости, о чем часто говорят носители контактных линз. То есть, вот такого, как мы знаем по отзывам пациентов, не отмечается, линза она достаточно комфортна.

Вячеслав Куренков: Опять-таки, хочу напомнить для пациентов, что ношение контактных линз, в принципе, как и очков, предусматривает периодически посещение врача-офтальмолога и для контроля коррекции, и для контроля состояния глаз в том числе. Что имеется ввиду по контактным линзам: достаточно ли там будет слезы, нет ли каких-либо особенностей или изменений при ношении контактных линз, и дополнительная консультация доктора, если возникли какие-то вопросы или какие-то заболевания.

Ксения Чинёнова: Естественно, какие-то противопоказания должны быть для ношения таких мультифокальных линз, какие же они?

Ирина Лещенко: Они, вообще, относятся к тем же самым противопоказаниям, которые имеются в целом ко всем контактным линзам. Здесь нет жёсткой специфики, что мультифокальные линзы нельзя именно этой группы. Что является вообще противопоказанием для назначения контактных линз? Наличие у пациентов тяжелых заболеваний типа ревматоидного артрита, воспалительных заболеваний, то есть, это является ограничением. Наличие небольших подъемов артериального давления не является противопоказанием к назначению контактных линз, то же самое касается и начальной стадии сахарного диабета. То есть, нет жестких условий, что таким пациентам нельзя пользоваться контактными линзами. Но люди с такой патологией должны понимать, что, всё-таки, какие-то изменения у них присутствуют со стороны глаз больше, чем у людей, у которых подобных заболеваний нет. Это еще раз напоминает им о том, что врачей-офтальмологов необходимо посещать, как минимум, один раз в год, а лучше каждые полгода, если есть еще дополнительная какая-то патология.

Для мультифокальных линз противопоказания те же самые, что и в целом ко всем контактным линзам.

Вячеслав Куренков: Еще одна особенность замечательная, как все знают, что мы когда-то начали лазерную коррекцию зрения, которую уже более 20 лет делаем и сейчас все наши пациенты попали в раздел пресбиопического возраста, когда появляется, возрастает дальнозоркость. И близорукие люди, и дальнозоркие люди, которые всю жизнь имели, получили возможность теперь использовать контактные линзы и с удовольствием будут носить. По отзывам первых пациентов, которые их использовали, все довольны. Что касается пациентов, которые делали операции, лазерную коррекцию зрения и у них появилась пресбиопия, конечно, она неизбежна. Мы всегда предупреждаем, что все изменения, которые касаются глаза, по возрасту у вас будут происходить. Ни одна операция в мире, будь то глазная, будь то другая, не спасает вас от других проблем, которые есть по физиологии у данного органа. Поэтому при послелазерной коррекции, если пациент вступил благополучно в возраст пресбиопии, то он может также пользоваться этими контактными линзами, единственное, с ограничением, что подбор должен делать, естественно, доктор.

Ксения Чинёнова: Вячеслав Владимирович, а если не хочет пациент носить очки, нет возможности носить контактные линзы, по причине противопоказаний, какие есть еще варианты избавления от проблемы?

Вячеслав Куренков: К нам очень часто обращаются люди, потому что, действительно, это проблема человечества, проблема наша, потому что это век современных технологий, нам нужно очень хорошее зрение. То есть, требования к зрению во всех профессиях выросли. Кстати, мне часто задают вопрос: «А не появилось ли в связи с тем, что у нас такой техногенный век, больше заболеваний глаз или других заболеваний, которые присущи именно такому развитию индустрии технологий и т.д., использования гаджетов». Я говорю: «Нет, просто раньше, 100 лет назад не было таких требований к зрению. В принципе масса людей косила траву, убирала хлеб, работали на заводах большими инструментами, там не было электроники и, естественно, проблем с четким зрением не было». Кстати, выявляемость у нас в последнее время стала больше, люди стали больше следить за своим здоровьем, чаще обращаться к врачу, и мы стали корригировать даже те рефракции, которые раньше никто не корригировал. Мы даже иногда ставим 0,5 диоптрий, которые существенно улучшают зрение человеку. Поэтому, да, действительно, когда человеку нельзя помочь очками, он не хочет ввиду каких-то особенностей или изменять свой внешний вид, или менять имидж и не может носить контактные линзы, потому что там есть проблема со слезой или с другими особенностями, то мы можем делать другие операции. Часто мы делаем замену хрусталика с рефракционной целью, когда мы решаем проблему именно пресбиопии, не заболевание катарактой, а именно пресбиопии, и имплантируем туда искусственные хрусталики, это тоже линзы, которые дают человеку возможность шикарно себя чувствовать во всех отношениях. Мне запомнилась одна женщина, которая делала у нас удаление катаракты с рефракционной целью. Мы поставили ей мультифокальную энтерокулярную линзу, хрусталик. Она пришла на первый осмотр и сидит в коридоре, читает свой планшет. Я подхожу и говорю: «Ну, как? Хорошо видно?», она говорит: «Отлично». Мы ее проверили, у нее 100% дали. Уже на следующий день, после операции, она читала первый текст вблизи, то есть, самый мелкий, тот, который не все в нормальном состоянии могут прочесть. То есть, ее очень устроило, и также устраивает массу людей. Они говорят, что «После операции мы сняли с себя огромный, колоссальный груз, потому что это на нас давило, мы не могли спокойно работать, это нас отвлекало, постоянно обращало на себя внимание и, действительно, сейчас мы спаслись от проблемы, нам комфортно, мы чувствуем себя как в далекой молодости».

Ксения Чинёнова: То есть, за этим методом будущее, всё-таки?

Вячеслав Куренков: Я думаю, каждый метод имеет право на существование, право на жизнь. Если пациент хочет носить прогрессивы, как говорят, очки, то на здоровье, он должен их носить; если человек носил всю жизнь контактные линзы, у него появилось проблема с пресбиопией, то он просто меняет обычные сферические линзы на мультифокальные и продолжает ими пользоваться. Или, наоборот, новый пациент, который не пользовался никогда ничем, для него, действительно, очень неприятно приходить к очкам, особенно в зрелом возрасте, носить их на носу, и часто их люди прячут. Действительно, он может начать пользоваться контактными линзами именно мультифокальными для коррекции возрастной дальнозоркости, и уже через полчаса не испытывать никаких проблем, а наслаждаться и вождением автомобиля, и чтением любимой книги, поэтому всё может быть. Также, если человек ничем не хочет пользоваться, кардинально изменить свою жизнь – да мы можем поменять хрусталик, поставить искусственную линзу, и человек тоже будет видеть и вдаль, и вблизь, как в далекой молодости.

Пациент, который не хочет носить очки, может начать пользоваться именно мультифокальными линзами для коррекции возрастной дальнозоркости, и уже через полчаса не испытывать никаких проблем.

Ксения Чинёнова: Потрясающе, конечно, видите, выбор огромный и травмология не стоит на месте и всё новые и новые методы находятся.

Вячеслав Куренков: Сейчас мы можем решить эту проблему. Проблема, действительно, очень злободневная, потому что, вступая в возраст, я тоже, не секрет, что так как мне за 50 лет, я испытываю определенные проблемы вблизи, хотя у меня 150% зрения и я никогда не носил очки, но я попробовал эти контактные линзы, мне понравились, я в них шикарно видел, но буду их надевать для дальних поездок, чтобы наслаждаться вождением автомобиля и рассматривания новой местности на карте-навигаторе, который нужно тоже рассмотреть в автомобиле. Этим будет удобно пользоваться в повседневной жизни. Мне, допустим, пока хватает иногда использовать пресбиопические очки, когда нужно читать мелкий текст, в принципе я вижу достаточно хорошо и без них.

Ксения Чинёнова: Если пациент то хочет выбрать очки, то контактные линзы, как Вячеслав Владимирович, это удобно для мозга? То есть, нет каких-то сложностей в адаптации?

Ирина Лещенко: Сложностей нет, человек прекрасно адаптируется и к очковой, и контактной коррекции. Более того, мы даже рекомендуем, чтобы у пациентов обязательно были очки, потому как мы понимаем, не всегда можно пользоваться контактными линзами. Есть дни, когда человек не очень хорошо себя чувствует, например, он простужен, болен, температура поднялась, а читать все равно вблизи нужно, в эти дни нельзя пользоваться контактными линзами, поэтому у человека обязательно должны быть очки.

Вячеслав Куренков: Сложность для мозга здесь только одна, что надо лишь хотя бы чем-то пользоваться, потому что люди себя не могут заставить и заставить свой мозг пойти к офтальмологу, выписать себе очки для близи, или подобрать контактные линзы мультифокальные, чтобы облегчить себе жизнь. Начинают жаловаться и, в принципе, это их ведет не только к офтальмологу, у них появляется раздражительность и головные боли, всё, что угодно на этом фоне может появиться, утомляемость повышенная и так далее. Всё решается гораздо проще: либо это очки и хорошее самочувствие, либо это продолжение мучения и испытывание проблем.

Ирина Лещенко: Нередко люди обращаются к невропатологам, и уже невропатологи начинают спрашивать о том, были ли вы у офтальмолога, какое о вас зрение? Вы хорошо видите вблизи? Поскольку это известная проблема, что головные боли появляются и работоспособность снижается, обязательно надо консультироваться с врачами. Еще пациенты очень часто спрашивают, сколько времени требуется на подбор; с обследованием и подбором это занимает около часа, потому что, как мы говорим,

Вячеслав Куренков: Да, это не быстро.

Ирина Лещенко: …первые полчаса мы даем на то, что человек должен немножко адаптироваться и привыкнуть к этим контактным линзам. Если это еще пациент новый, он не умеет пользоваться контактными линзами, где-то приблизительно полчаса надо заложить на то, что специалист его обучит, как это делать правильно, и важно, чтобы это проводилось именно в клинике. У специалистов есть определенные приемы, как это сделать быстрее, проще, легче и они обязательно научат пациента легко с этом справляться.

Вячеслав Куренков: Да, и сформировать навык у пациента, потому что, когда человек покидает клинику, он остается один на один с этими линзами и вечером будет совсем не просто их удалить из глаза благополучно, потому что они хорошо держатся на глазу. Если раньше были линзы, которые можно было сморгнуть с глаза, они вывихивались и так далее, то современные контактные линзы, в принципе, посадка такая, что достаточно тяжело их и снять.