Индийская и австралийская экспозиции на Колониальной и индийской выставке 1886 г. В Лондоне: опыт сравнительного анализа

Л. В. Антонова

ИНДИЙСКАЯ И АВСТРАЛИЙСКАЯ ЭКСПОЗИЦИИ НА КОЛОНИАЛЬНОЙ И ИНДИЙСКОЙ ВЫСТАВКЕ 1886 г. В ЛОНДОНЕ: ОПЫТ СРАВНИТЕЛЬНОГО АНАЛИЗА

Статья посвящена анализу индийской и австралийской экспозиций на Колониальной и Индийской выставке, проходившей в Лондоне в 1886 г. Индийская экспозиция была призвана продемонстрировать возрождение традиционной культуры, прогресс и процветание страны в составе империи. Австралийская — реализовывала цель привлечения на континент эмигрантов и капитала. Различные цели и идеи, которые они воплощали, обусловили контраст между секциями, определили логику выбора экспонатов, методы их презентации. Выставка стала событием эпохального значения в контексте поиска средств имперской консолидации. Анализ данных экспозиций позволяет выделить особенности в политике, проводившейся по отношению к «туземным» и «белым» переселенческим колониям, добавить важные уточнения к определению их места в общественном сознании и имперской идеологии.

Ключевые слова: Колониальная и Индийская выставка 1886 г., Британская империя, колониальная политика, «туземные» и «белые» переселенческие колонии.

L. Antonova

THE INDIAN AND AUSTRALIAN EXPOSITIONS AT THE 1886 COLONIAL AND INDIAN EXHIBITION IN LONDON: THE EXPERIENCE OF COMPARATIVE ANALYSIS

The article deals with the analysis of the Indian and Australian expositions on the 1886 Colonial and Indian Exhibition in London. Indian exhibition had to demonstrate the revival of traditional culture, progress and prosperity of the country as the part of the Empire. Australian section realized the purpose of attracting immigrants and capital to the continent. The expositions embodied different purposes and ideas, which caused the contrast between two sections, defined selection logic exhibits and presentation techniques. The Exhibition became an event of epochal importance and the instrument of imperial consolidation. This analysis let us to find the differences between policy in the «ingenious» and «white-settler» colonies, to add important clarifications for determination their position in the public conscience and imperial ideology.

Keywords: The Colonial and Indian Exhibition of 1886, British Empire, colonial policy, «indigenous» and «white-settler» colonies.

4 мая 1886 г. в Лондоне открылась Колониальная и Индийская выставка. Королевскую комиссию по организации грандиозного смотра экономических и культурных достижений Британской империи возглавлял принц Уэльский, на церемониях открытия и закрытия присутствовала королева Виктория. За 164 дня работы выставочные площадки в Южном Кенсингтоне посетили 5,5 млн человек [1].

Уникальная коллекция каждой колонии была призвана показать в лучшем свете все стороны ее жизни. Нам представляется особо интересным сравнить индийскую и австралийскую экспозиции. Контраст между ними уже был отмечен в историографии. В монографии, посвященной разнообразным английским, индийским и австралийским выставкам

в период с 1851 г. (Всемирная выставка в Лондоне) до Первой мировой войны, американский исследователь П. Хоффенберг в том числе касается и выставки 1886 г. Однако ее анализ нельзя назвать исчерпывающим. Впрочем, это и понятно: он не ставил своей центральной задачей всестороннюю оценку именно этого события. Мы постараемся расширить характеристику Хоффенберга и развить тему, опираясь на важнейший и чрезвычайно информативный источник — официальный каталог выставки. Цель данной статьи — провести сравнительный анализ двух крупнейших экспозиций, что может дать нам дополнительные сведения о характере отношений метрополии и колоний в изучаемый период, приоритетных направлениях социально-экономического развития британских колоний, их этнокультурном облике и, таким образом, сделать шаг к определению значения Колониальной и Индийской выставки в общем контексте имперского строительства Великобритании.

Вначале рассмотрим австралийскую экспозицию.

Главное богатство Австралии — земли, пригодные для сельского хозяйства, и залежи полезных ископаемых. Разделы каталога заполнены таблицами, позволяющими проследить стремительный рост поголовья крупного рогатого скота; посевных площадей под пшеницей, ячменем, кукурузой; оценить количество добытого золота, угля, меди; произведенных галлонов бренди и тонн выращенных фруктов. На страницах каталога перед нами возникает пасторальная картина прогресса, благополучия и оптимистических перспектив развития [3, p. 150—151].

Географический и исторический обзор Австралии, размещенный в каталоге, дает понять, что до прихода британцев это были «самые пустынные и дикие территории на планете». С момента основания первого поселения в Виктории прошло лишь 50 лет, а Мельбурн — уже «одна из самых красивых столиц в мире» — город заполняют соборы, музеи, университеты, почты, больницы, театры, банки, магазины и склады, центр связан железной дорогой с сельской округой, застроенной «тысячами славных коттеджей — свидетельство процветания народа» [3, p. 173].

Залогом будущего процветания Австралии являлись богатства сельскохозяйственных и минеральных ресурсов. «Виктория — это город золота», — гласит каталог. Добывающая промышленность стимулирует развитие естественных наук, создание специальных технических учебных заведений (школы горнорабочих, школы дизайна), учащиеся которых представили свои работы на выставку. Австралийцы старались показать не только успехи своей стремительно развивающейся экономики, но и создать картину благополучной социальной жизни: независимая церковь, бесплатное государственное образование, условия для занятий спортом. Случайно попавший в Мельбурн будет удивлен, утверждалось в каталоге, что «здесь все хорошо одеты и при деньгах, продолжительность рабочего дня короче, меньше пьянства и самый низкий уровень преступности, чем где бы то ни было в мире» [3, p. 175]. Земельное законодательство разработано специально для поддержки маленьких фермерских хозяйств [3, p. 151]. А климат в Западной Австралии «один из самых благоприятных для здоровья в мире» и смертность гораздо ниже, чем в Великобритании [3, p. 249].

Глава о Новом Южном Уэльсе завершается подробным изложением условий эмиграции в колонию. Кроме сведений о предпочтительном возрасте, семейном положении и личных качествах будущих переселенцев, перечисляются требующиеся профессии: «Механики, фермеры, шахтеры, виноделы, чернорабочие, прислуга...» [3, p. 152-153].

Интересно, что для австралийской экспозиции характерна естественнонаучная направленность. Опубликованный в журнале «Сайнс» обзор зоологических коллекций на

выставке сообщает, что Южная Австралия и Новый Южный Уэльс весьма профессионально показали богатство фауны. С точки зрения натуралиста, наибольшего восхищения заслуживает Новая Зеландия, а вот Индия, наоборот, разочаровывает. Индийская зоологическая выставка, несмотря на техническое мастерство и обилие деталей, в целом, оказывается «беспорядочной и нелепой», терпение специалистов испытывают «горные змеи на деревьях и крокодилы на сухой земле» [7].

Перейдем к рассмотрению индийской экспозиции.

Фауна явно не была для индийских комиссионеров делом первостепенной важности. Индийская секция включала три отделения: декоративно-прикладное искусство (образцы посуды, тканей и других ремесленных изделий), экономическая секция (промышленные товары, сельскохозяйственные продукты, этнографические экспонаты) и административная секция (экспонаты, предоставленные государственными ведомствами: метеорологическая и геологическая службы, монетный двор, почтовые отделения и др.). Отмечалось, что этот раздел, скорее всего, будет малопривлекателен для посетителей, но может предоставить полезную информацию тем, кто интересуется административным устройством и управлением внутри Индии [3, р. 10, 85, 13].

Индийская секция занимала почти треть выставочных площадей — 103000 квадратных футов (~ 9,5 тыс. кв. м). Правительство выделило на организацию 22000 фунтов [1].

Официальный каталог содержал полное описание каждой провинции, ее этносов, религий, племен, каст и традиционных для региона ремесел [5, р. 113]. Вступительная статья каталога показывает, что такая репрезентация Индии соответствовала позиции Королевской комиссии. 30 марта 1885 г. на первом собрании министр по делам Индии граф Кимберли выразил опасения по поводу бедственных последствий «насаждения европейского вкуса» в восточном искусстве и производстве. Он также высказал мнение, что «мы могли бы гораздо большему научиться у них, чем научить» [3, р. 9].

Отметим, что на выставке 1886 г. использовалась новая система классификации экспонатов. Ранее применялась техническая группировка в соответствии со специальным перечнем (текстиль, резьба, шелк, ювелирные украшения, изделия из металла и т. д.). Теперь применялась географическая — первичным признаком для классификации стало место производства изделия. Как объяснял каталог, предметы из разных областей настолько отличаются по характеру, что никак не могут быть отнесены к одной группе: «Не будет преувеличением сказать, что определенный вид посуды часто производится лишь одной-двумя семьями в определенной местности» [3, р. 64-66]. Организаторы старались не упустить ни одной значимой разновидности индийского ремесла. Например, как утверждает каталог, искусство лепки из глины не уступает лучшим образцам терракотовых изделий из Италии. Для выставки глиняные экспонаты заменялись гипсовыми репликами, чтобы избежать повреждения ценностей [3, р. 12].

В экономической секции решено было отказаться от географического принципа, поскольку это потребовало бы больших финансовых затрат и не имело практического смысла — многие продукты являются общими для нескольких районов. Сохранялась традиционная классификация (фрукты и овощи, зерно, масло, хлопок, медикаменты и т. д.) [3, р. 11-12].

Отдельный раздел каталога дает сжатое описание всего разнообразия экспонатов, представленных в секции декоративно-прикладного искусства. Далее следует обзор коллекции, представленной каждым штатом. Несмотря на малый объем, они написаны емко, детально раскрывают особенности процесса производства и внешнего вида изделий, часто используются исконно индийские наименования. Текст пестрит эпитетами и восхищением

мастерством ремесленников: «блеск и чистота красок хлопковых тканей», «восхитительная тонкость исполнения вышивки золотом», «глазурованная плитка изысканного цвета и узора», «белизна, блестящая и мягкая текстура лучшего в своем роде шелка» [3, р. 25, 26, 31, 42].

Предыдущие выставки знакомили посетителей, в основном, с техническими особенностями промышленного производства. Теперь же Королевская комиссия приняла решения воссоздать для зрителей великолепие восточных дворцов. Для строительства Индийского дворца были приглашены лучшие резчики по дереву [3, р. 87]. Индийская секция включала реконструированные сцены ремесленного и сельскохозяйственного производства. Их сопровождали фигуры, изображавшие представителей различных индийских этносов в натуральную величину [5, р. 28]. Посетителей встречала целая армия солдат сипаев в полном обмундировании (как подчеркивал каталог, экспозиция изображала «тех солдат-сикхов, которые сражались бок о бок с англичанами во время восстания») [3, р. 13].

Для дополнения картины этнографической части выставки воспользуемся характеристикой, данной А. Геппертом в опубликованной в 2010 г. монографии. Жемчужиной экспозиции, пишет он, была группа из 132 жителей различных индийских, бирманских и цейлонских провинций. Среди них были музыканты, ткачи, жонглеры, вышивальщицы, ювелиры, художники, акробаты, заклинатели змей, дрессировщики обезьян и танцоры с тиграми. В 1909 г. один фокусник с гордостью представил сертификат о том, что он уже участвовал в Колониальной и Индийской выставке 1886 г., где сама королева Виктория имела удовольствие наблюдать его виртуозное жонглирование [4, р. 123].

Приобрести изготовленные приглашенными ремесленниками вещи можно было на «настоящем восточном базаре» [6, р. 229]. Павильон индийского чая, кофе и табака стал одним из наиболее посещаемых. Здешняя коллекция была самой большой из когда-либо собранных вместе [3, р. 84]. Производители стремились обеспечить своему товару рекламу и вытеснить с английского рынка китайских производителей. «Зачем пить плохой чай?» — вопрошала реклама чайной компании Великобритании, размещенная в дневной программе выставки. Специальная сушильная машина обрабатывала 2000 фунтов чая в час «без единого прикосновения к нему руками», а цена оказывалась гораздо ниже — «чистая экономия в один шиллинг с фунта» [2, р. 5]. Строгий контроль английских специалистов и современные технологии делают индийский чай крепким, вкусным и чистым, в отличие от китайского, который собирают «без сомнения грязными руками». Посетители могли попробовать различные сорта. К концу выставки было выпито более 300 000 чашек и продано 24 000 фунтов расфасованного чая [6, р. 116].

Изучение материалов Колониальной и Индийской выставки 1886 г. дает возможность представить многоплановую, объемную картину жизни Британской империи в последней трети XIX в. Сравнительный анализ индийской и австралийской секций позволяет сделать следующие выводы.

Необходимо подчеркнуть, что названные колонии относятся к разным типам: Индия — так называемая «туземная», Австралия — «белая» переселенческая колония. По отношению к ним осуществлялась различная по содержанию политика. Именно этим, на наш взгляд, обусловлены разные задачи и разные идеи, воплощавшиеся их экспозициями.

То, что Индии на выставке придавалось особое значение, явствует из самого названия. Индийская экспозиция была самой обширной по площади и разнообразной по содержанию. Успешно реализовывалась цель показать возрождение и процветание традицион-

ной культуры Индии под британским правлением, прогресс в сфере экономики, эффективность обновленной системы управления и функционирования государственных учреждений. Задаче широко отобразить нюансы и детали индийского ремесла и искусства была подчинена и новая система размещения предметов на выставочных площадях, и написанные лучшими экспертами тексты каталогов. Рекламу индийским товарам обеспечивали всевозможные дегустации, «восточный базар» и экзотические зрелища. Это служило не только будущей выгоде от выхода индийских товаров на английский рынок, но и обеспечило прибыль непосредственно от проведения выставки. Индийская секция предлагала, как сугубо декоративные предметы (украшения, резьбу), так и промышленную продукцию, сырье (металлы, минералы, шерсть, хлопок). Однако для посетителей контраст с австралийской выставкой был довольно явным, особенно учитывая тот факт, что на выставочной площади экспозиции располагались рядом.

Павильоны австралийских колоний уступали Индии в роскоши и размахе, но, что гораздо более важно, принципиально отличались по структуре, набору экспонатов и тому образу Австралии, который стремились создать организаторы. В австралийской части посетители видели «не восточные, но истинно британские элементы» (пейзажная живопись, промышленные товары, лес, шерсть, полезные ископаемые) [6, p. 25]. Можно согласиться с утверждением Хоффенберга о целях австралийцев на Колониальной выставке — привлечь на зеленый континент как можно больше эмигрантов и инвесторов, пообещав им прекрасные условия жизни и труда, а также завязать торговые связи, найти рынки сбыта для сельскохозяйственной продукции и промышленных товаров.

Таким образом, мы можем сделать вывод, что спектр задач, решению которых призвана была поспособствовать Колониальная и Индийская выставка, чрезвычайно широк. Он заметно отличается от традиционных задач Всемирных выставок, ставших к тому времени регулярным мероприятием. Возрастание значимости колониальных рынков требовало поиска новых инструментов укрепления и расширения экономических связей. На примере Австралии видно, как решались задачи миграционной политики, каких успехов достигло местное колониальное самоуправление. На примере Индии заметно стремление продемонстрировать прогресс колонии под управлением британцев. Выставка успешно служила идеологическим инструментом имперской пропаганды, поскольку затрагивала в разных качествах общество на различных уровнях (от королевской семьи и высокопоставленных колониальных чиновников до рядовых подданных империи, посетивших ее в качестве зрителей). Колониальная и Индийская выставка 1886 г. стала для Британской империи событием эпохального значения, ярким проявлением поиска инструментов интеграции империи.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Colonial and Indian Exhibition, 1886 // [Электронный ресурс]: Making Britain: online database / Режим доступа: http://www.open.ac.uk/

2. Colonial and Indian Exhibition, 1886. Daily programme. L., 1886. 10 p.

3. Colonial and Indian Exhibition, 1886. Official Catalogue. L., 1886. 534 p.

4. Geppert A.C.T. Fleeting Cities: Imperial Expositions in Fin-de-Siecle Europe. L., 2010. 398 p.

5. Heinonen A. Contested spaces in London: exhibitionary representations of India, 1886-1951. [Электронный ресурс]: UKknowlege: University of Kentucky Libraries — Lexington, Kentucky, 2012. 297 p. Режим доступа: http://uknowledge.uky.edu/history_etds/1/

6. Hoffenberg P. H. An Empire on Display: English, Indian, and Australian Exhibitions from the Crystal Palace to the Great War. L., 2001. 418 p.

7. Zoology at the Colonial and Indian Exhibition // Science. 1886. Vol. 8. № 178. P. 19-20.