Когнитивные модели в топонимии (на примере гидронимов Горного Алтая)

минимальные изменения пунктуации и синтаксиса создают разнообразные ритмические, структурные и прагматические эффекты, видоизменяют смысловые ракурсы повествования и влияют на восприятие читателем того или иного произведения.

Таким образом, исследование запятой в сложном предложении в современной английской прозе показало, что постановка

Библиографический список

запятой в сложном предложении в английском языке зависит от типа сложного предложения, характера смысловой и синтаксической связи между его частями, а также интенций автора и его прагматических установок. Пунктуация часто необходима для устранения двусмысленности, противоречий, а нередко и для привнесения в высказывание смысла как такового.

1. Maurier D. Rebecca. London: Arrow Books, The Random House Group Limited, 1992.

2. Susann J. Dolores. New York: Bantam books Inc., 1977.

3. Grisham J. The Testament. New York: Arrow Books, 1999.

4. Todd L. Guide to Punctuation. London: Cassell Wellington House, 1995.

5. Lanchester J. Capital. London: Bloomsburry House, 2013.

6. Macintyre M. Whirligig. London: CPI Group, 2013.

7. Rendell R. Portobello. London: Arrow Books, 2009.

8. Fowler H.W., Fowler F.G. The King's English. Ware: Wordsworth Edition Ltd., 1993.

9. Mansfield K. Bliss. Available at: http://lingualeo.eom/ru/jungle/bliss-by-katherine-mansfield-157088#

10. Quirk R., Greenbaum S., Leech G., Svartvik J. A Grammar of Contemporary English. London: Longman Group UK Limited, 1980: 1053 - 1081.

11. Шелкова С.С. Пунктуационная модель сложного предложения как отражение онтологических связей. Автореферат диссертации ... кандидата филологических наук. Барнаул, 2004.

12. Eco U. The Name of the Rose. London: Vintage, Random House, 1998.

13. Mantel H. Wolf Hall. London: Fourth Estate, 2010.

14. Palmer M. The Patient. New York: Arrow Books, 2000.

15. Rowling J. Harry Potter and the Philosopher's Stone. London: Bloomsbury House, 2000. References

1. Maurier D. Rebecca. London: Arrow Books, The Random House Group Limited, 1992.

2. Susann J. Dolores. New York: Bantam books Inc., 1977.

3. Grisham J. The Testament. New York: Arrow Books, 1999.

4. Todd L. Guide to Punctuation. London: Cassell Wellington House, 1995.

5. Lanchester J. Capital. London: Bloomsburry House, 2013.

6. Macintyre M. Whirligig. London: CPI Group, 2013.

7. Rendell R. Portobello. London: Arrow Books, 2009.

8. Fowler H.W., Fowler F.G. The King's English. Ware: Wordsworth Edition Ltd., 1993.

9. Mansfield K. Bliss. Available at: http://lingualeo.com/ru/jungle/bliss-by-katherine-mansfield-157088#

10. Quirk R., Greenbaum S., Leech G., Svartvik J. A Grammar of Contemporary English. London: Longman Group UK Limited, 1980: 1053 - 1081.

11. Shelkova S.S. Punktuacionnaya model'slozhnogo predlozheniya kak otrazhenie ontologicheskih svyazej. Avtoreferat dissertacii ... kandidata filologicheskih nauk. Barnaul, 2004.

12. Eco U. The Name of the Rose. London: Vintage, Random House, 1998.

13. Mantel H. Wolf Hall. London: Fourth Estate, 2010.

14. Palmer M. The Patient. New York: Arrow Books, 2000.

15. Rowling J. Harry Potter and the Philosopher's Stone. London: Bloomsbury House, 2000.

Статья поступила в редакцию 29.11.17

УДК 81-115: 811.51

Kaksin A.D., Doctor of Sciences (Philology), leading researcher, Institute of Humanitarian Research and Sayan-Altai Turkology,

Katanov Khakass State University (Abakan, Russia), E-mail: adkaksin@yandex.ru

COGNITIVE MODELS IN TOPONYMY (ON THE EXAMPLE OF WATER-NAMES OF MOUNTAIN ALTAI). The paper studies initial semantics of a number of Turkic and non Turkic water-names of Altai Mountains. Non Turkic water-names are the Yenisei (Kets) that has origin and those which were considered as Ugor-Samoyed (Albas, Kayas, Kanas and others) belong. The author suggests a version about epithets, which were used by the first monks when they gave names to these rivers. In article also answers a question of applicability in linguistics of methods and receptions of the cognitive analysis is touch. It assumes consideration of the language units which arose owing to aspiration to representation of a certain picture of the world. Studying of metaphors, and in this sense as the author shows keeps within the same direction, some water-names can be treated as educations which cornerstone metaphor-building is. Regulations on use of knowledge on earth-names in the course of historical and cultural and ecological education are provided in a final part of article.

Key words: earth-names, water-names, cognitive models, Turkic languages, Altai Mountains, comparative linguistics.

А.Д. Каксин, д-р филол. наук, ведущий научный сотрудник Института гуманитарных исследований и саяно-алтайской

тюркологии Хакасского государственного университета им. Н.Ф. Катанова, г. Абакан, E-mail: adkaksin@yandex.ru

КОГНИТИВНЫЕ МОДЕЛИ В ТОПОНИМИИ

Статья посвящена первоначальной семантике ряда гидронимов Горного Алтая, тюркских и нетюркских. К числу последних относятся в основном гидронимы енисейского (кетского) происхождения и те, которые ранее считались угро-самодийскими (Албас, Каяс, Канас и другие). Автором высказываются предположения об эпитетах, которые использовали первые насельники, когда давали названия этим рекам. В статье актуализируется также вопрос о применимости в топонимике методов и приёмов когнитивного анализа. Это предполагает рассмотрение языковых единиц, возникших вследствие стремления к репрезентации определённой картины мира. В это же направление укладывается изучение метафор, и в этом смысле, как показывает автор, некоторые гидронимы можно трактовать как образования, в основе которых лежит метафоризация. В заключительной части статьи приводятся положения об использовании знаний по топонимии в процессе историко-культурного и экологического просвещения.

Ключевые слова: топонимия, гидронимы, Горный Алтай, тюркские языки, когнитивистика, эволюция языковых семей, компаративная лингвистика.

То, что основная масса гидронимов Горного Алтая -тюркские, общеизвестно. Материал наиболее полного топонимического словаря Горного Алтая [1] убеждает в этом с первых страниц; нет никаких сомнений, что тюркскими по происхождению являются многие гидронимы: Ак-Карасу, Ак-Куль, Акбулак, Алемчир, Аргут, Аржан, Бартулдак, Делдсугаш, Джело, Ебе-гень, Елангаш, Енгожок, Иккол, Ирбисту, Кара-Коль, Кок-Узек, Кулагаш, Полыш, Садаксай, Сакалсу, Толмоксу, Узунгур, Чулек-таш, Шашкунар, Чаган-Гол, Ынырга, Этогол, Ябаган и другие. Как видим, иногда достаточно явно прослеживается монгольская основа (огласовка), но эти случаи всегда можно объяснить либо общностью происхождения (генетикой), либо длительностью контактов на смежных территориях [2, с. 13].

Прародина тюркских языков была ближе к Байкалу, и тюрки, дошедшие до Горного Алтая, принесли сюда и заключенные в языке устойчивые модели, используемые при создании названий для рек и озёр: в частности, те, что лежат в основе производства слов на -köl, -sub [3, с. 313, 512]. Самой репрезентативной моделью была следующая: точное определение + слово со значением 'вода' ('река', 'озеро'). Так, например, второе по величине озеро Горного Алтая обозначено очень точно, по самому характерному признаку: Джулукуль 'Летнее озеро'. Ещё точнее, думаем, переводить это название как 'Озеро летней стоянки':

Jайлуга jетире эмди де ыраак - деп, Кемлей сананып бра-атты 'До летней стоянки ещё далеко - так думая, ехал Кемлей' [4, с. 141].

А самое большое Телецкое озеро в алтайском языке поименовано с употреблением определения алтын 'золотистый; желтый; светлый'. И здесь уже можно видеть другую модель -метафоризацию (при выборе первого компонента).

Алтын-К0лд0к ала Балыкчы деп jyртка jетире кайда да он километр 'От Телецкого озера до села Балыкча где-то десять километров' [4, с. 151].

Итак, осмысляя гидронимы в когнитивном аспекте, мы предполагаем наличие некоторых концептуальных моделей, по которым выработаны конкретные названия. Уже на первом этапе в качестве отдельных, самостоятельных вычленяются две близкие модели номинации - путь подбора адекватного определения и следование образному, метафорическому ходу человеческой мысли. Покажем это различие на двух названиях рек.

Каерлык: название этой реке дано по самому характерному её признаку: она (или вода в ней) 'грязная, с песком' (грязью воспринимаются, очевидно, и комочки земли). Соответствующее слово зафиксировано еще в "Словаре Махмуда Кашкарского" (XI в.):

«QAJIRI 2. песок (МК III 165): bu qajirolesilgän этот песок сыпуч (МК I 158); 2. рыхлая земля (?) (МК III 165)» [3, с. 407].

Майма: в этом случае, на наш взгляд, имеет место метафо-ризация. В Древнетюркском словаре приводится слово MAYA со значением 'змея' [3, с. 335]. Очевидно, эта река была неширокая, извилистая, и с некоторой высоты воспринималась, действительно, как змейка.

Итак, происхождение большого ряда искомых гидронимов легко объясняется материалом пратюркского языка. Всё же при этом исследователю не стоит упускать из виду немногочисленные нетюркские гидронимы. В 50 - 60-ые гг. xX в. много писали о наличии енисейского и уральского субстрата в гидронимии Южной Сибири [напр.: 5, с. 74 - 75; 6, с. 362 - 364]. В этих научных работах к изначально угорским были отнесены названия рек с элементом -ас (-ес). По результатам проведённого позднее исследования эта версия подтвердилась; но, обратим внимание, и в этом случае Горный Алтай не попадает в перечень территорий, отмеченных наличием названий на -ас (-ес):

«У гидронимов с элементом ас просматривается замкнутый ареал в Южной Сибири (Хакасия, Кемеровская область и далее Нижний Иртыш)» [7, с. 91].

Таким образом, отсутствие гидронимов на -ас

Библиографический список

прошли севернее, по той территории, которая так и называется: Северный Алтай. Однако несколько таких названий в Горном Алтае всё же наблюдается; ниже приведём два примера (как наиболее показательных). Если анализировать их в аспекте способов человеческого познания, можно видеть, что и в этих случаях за названиями просматриваются две вышеназванные модели.

Албас: по всей видимости, люди, осваивавшие берега этой реки, сначала увидели её с возвышенности, и потому назвали 'нижней рекой'. Первый компонент (корень), имеющий пространственное значение, возводится и к финно-угорскому, и тюркскому праязыкам (что, на наш взгляд, является случайным совпадением): «нижний, нижняя часть: *ala> ф. ala 'место', 'область', 'поприще', alla 'под', 'внизу', эс. ala 'область', 'нижний', с. vuolle 'вниз', э. м. ал- 'низ', э. ало, м. ала 'нижний', 'под' ... в. al ... 'нижний', 'под' // алт.: ср. др.-тюрк. al '(нижняя) сторона'» [8, с. 407].

Каяс [kaj-as]: в данном случае, видимо, имеет место мета-форизация. Название этой реки, на наш взгляд, представляет собой концептуальный перенос [9, с. 314]: с той стороны, где находится эта река, встаёт солнце; поэтому она - 'рассветная река'. Исходный корень имеет рефлексы в языках разных семей: «заря, рассвет: *koje> ф. koi 'первая утренняя заря', koitta- 'светает', 'заря занимается' ... х. kunal' ... в. haj-nal ... 'солнце', 'ясная погода' ... // алт., ср. якут. kujas 'жара', и.-е. *kaj 'ясность': ср. гот. hais 'факел'» [8, с. 402].

Итак, совершенно понятно, что обнаруженные на карте Горного Алтая нетюркские гидронимы были созданы носителями языков, которые исторически предшествовали тюркским языкам на этой территории. Это были енисейские и уральские языки, и вполне целесообразно, этимологизируя названия, необъяснимые тюркскими корнями, использовать данные по упомянутым древним языкам. Эта проблема многократно исследовалась, и нужные данные можно найти в научной литературе [см., напр. 1; 10 - 12].

Мы брали в расчёт лишь наименования, упомянутые на карте, и это были названия рек, озёр и других водоёмов. В данной статье идёт речь только о названиях рек и озёр; при этом мы не рассматривали искомые названия с позиций диалектологии и в аспекте влияния русского языка на формирование современной формы топонимов Горного Алтая.

В современных условиях возрастает актуальность исследования топонимии с позиций разных лингвистических направлений, в т. ч. - учения о репрезентации языковой картины мира и когнитивного. Возможно, имеет смысл трактовать и многие тюркские топонимы как образования, в основе которых лежит метафоризация. Думаем, с этих позиций необходимо рассмотреть весь топонимический материал, в т. ч. уже описанный (например, в работах О.Т. Молчановой, Н.С. Модорова, Э.П. Дворникова, Н.М. Киндиковой, С.Б. Сарбашевой, А.Т. Тыбыковой, Ф.И. Куликова, М.В. Паклина, Т.С. Пустогачевой, А.П. Адлыковой, М.П. Чочкиной и др.).

Отобранный материал естественно интерпретировать в аспекте сохранности топонимов, служащих источником сведений о географии Южной Сибири, являющихся источником разнообразной информации о жизнедеятельности коренного населения региона. Результаты исследовательской работы, изложенные в печатных трудах, способствуют популяризации географии, распространению достоверных экологических, этнографических и статистических сведений. Новое знание содействует повышению качества географического и экологического образования, сохранению природного и культурного наследия, организации маршрутов познавательного туризма в регионе Южной Сибири.

Итак, территория Горного Алтая представляет значительный интерес для учёных, в первую очередь - для лингвистов и историков-археологов. Это край древней истории, полностью ещё не изученной. Лексико-семантическое и когнитивное описание географических наименований способствует постижению культуры аборигенных этносов, даёт интересную, занимательную информацию о жизнедеятельности коренного населения региона.

1. Молчанова О.Т. Топонимический словарь Горного Алтая. Горно-Алтайск: Горно-Алтайское отделение Алтайского книжного издательства, 1979.

2. Бурыкин А.А. Тюрко-монгольские и тюрко-тунгусо-маньчжурские лексические связи в новой перспективе: возможности алтайской теории для выявления древних языковых контактов. Российская тюркология. 2016; 2 (15): 13 - 24.

3. Древнетюркский словарь. Редакторы: В.М. Наделяев, Д.М. Насилов, Э.Р. Тенишев, А.М. Щербак. Ленинград: Наука, 1969.

4. Орсулова Т.Е. Пространственные послелоги в алтайском языке. Теоретические вопросы алтайской грамматики: сборник научных трудов. Горно-Алтайск: Горно-Алтайский государственный университет; Институт алтаистики им. С.С. Суразакова, 2002: 131 - 154.

5. Кызласов Л.Р К вопросу об этногенезе хакасов. Ученые записки Хакасского научно-исследовательского института языка, литературы и истории. 1959; Вып. VII: 70 - 92.

6. Дульзон А.П. Дорусское население Западной Сибири. Вопросы истории Сибири и Дальнего Востока. Новосибирск, 1961: 361 - 373.

7. Сунчугашев Р.Д. К вопросу о форманте АС в гидронимии Южной Сибири. Открытие и изучение орхоно-енисейской письменности (к 115-летию дешифровки орхоно-енисейской письменности): материалы Международной научно-практической конференции 23 - 24 октября 2008 г. Абакан: Хакасское книжное издательство, 2008: 89 - 92.

8. Основы финно-угорского языкознания: Вопросы происхождения и развития финно-угорских языков. Москва: Наука, 1974.

9. Кронгауз М.А. Семантика: учебник для вузов. Российский государственный гуманитарный университет. Москва, 2001.

10. Боченкова Ю.И. Словарь географических терминов и других слов, встречающихся в топонимии Горно-Алтайской автономной области. Москва, 1962.

11. Розен М.Ф., Малолетко А.М. Географические термины Западной Сибири. Томск: Издательство Томского университета, 1986.

12. Самтакова К.Б. Топонимия юго-восточных районов Республики Алтай в сопоставлении с монгольскими топонимами. Автореферат диссертации ... кандидата филологических наук. Новосибирск, 2008.

References

1. Molchanova O.T. Toponimicheskij slovar' Gornogo Altaya. Gorno-Altajsk: Gorno-Altajskoe otdelenie Altajskogo knizhnogo izdatel'stva, 1979.

2. Burykin A.A. Tyurko-mongol'skie i tyurko-tunguso-man'chzhurskie leksicheskie svyazi v novoj perspektive: vozmozhnosti altajskoj teorii dlya vyyavleniya drevnih yazykovyh kontaktov. Rossijskaya tyurkologiya. 2016; 2 (15): 13 - 24.

3. Drevnetyurkskijslovar'. Redaktory: V.M. Nadelyaev, D.M. Nasilov, 'E.R. Tenishev, A.M. Scherbak. Leningrad: Nauka, 1969.

4. Orsulova T.E. Prostranstvennye poslelogi v altajskom yazyke. Teoreticheskie voprosy altajskoj grammatiki: sbornik nauchnyh trudov. Gor-no-Altajsk: Gorno-Altajskij gosudarstvennyj universitet; Institut altaistiki im. S.S. Surazakova, 2002: 131 - 154.

5. Kyzlasov L.R. K voprosu ob 'etnogeneze hakasov. Uchenye zapiski Hakasskogo nauchno-issledovatel'skogo instituta yazyka, literatury i istorii. 1959; Vyp. VII: 70 - 92.

6. Dul'zon A.P. Dorusskoe naselenie Zapadnoj Sibiri. Voprosy istorii Sibiri i Dal'nego Vostoka. Novosibirsk, 1961: 361 - 373.

7. Sunchugashev R.D. K voprosu o formante As v gidronimii Yuzhnoj Sibiri. Otkrytie iizuchenie orhono-enisejskojpis'mennosti(k 115-letiyu de-shifrovki orhono-enisejskoj pis'mennosti): materialy Mezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferencii 23 - 24 oktyabrya 2008 g. Abakan: Hakasskoe knizhnoe izdatel'stvo, 2008: 89 - 92.

8. Osnovy finno-ugorskogo yazykoznaniya: Voprosy proishozhdeniya i razvitiya finno-ugorskih yazykov. Moskva: Nauka, 1974.

9. Krongauz M.A. Semantika: uchebnik dlya vuzov. Rossijskij gosudarstvennyj gumanitarnyj universitet. Moskva, 2001.

10. Bochenkova Yu.I. Slovar' geograficheskih terminov i drugih slov, vstrechayuschihsya v toponimii Gorno-Altajskoj avtonomnoj oblasti. Moskva, 1962.

11. Rozen M.F., Maloletko A.M. Geograficheskie terminy Zapadnoj Sibiri. Tomsk: Izdatel'stvo Tomskogo universiteta, 1986.

12. Samtakova K.B. Toponimiya yugo-vostochnyh rajonovRespubliki Altaj v sopostavlenii s mongol'skimi toponimami. Avtoreferat dissertacii ... kandidata filologicheskih nauk. Novosibirsk, 2008.

Статья поступила в редакцию 21.11.17

УДК 811.112.2

Kiyanova K.A., postgraduate, Department of German Language, Lomonosov Moscow State University (Moscow, Russia),

E-mail: kiyanova.karina@gmail.com

THE IMPLEMENTATION OF SELF-PRESENTATION STRATEGY IN PUBLIC SPEECH (CASE STUDY OF ANGELA MERKEL SPEECHES). This article dwells upon the issue of speech impact in the field of political communication, specifically the study of speech strategy of self-presentation. The strategy is significant in shaping the image of a politician. Its usage allows a politician to gain authority, to provoke and retain sympathy, to agree with the opinion of the addressee, as well as to create a sense of unity. There was conducted a complete sample of Angela Merkel's public speeches from 2008 to 2015. Based on the selected speeches there was undertaken an attempt to analyze the specifics of using most typical tactics, representing the considered strategy. It was established that tactics implemented by Angela Merkel are contact-establishing tactics, tactics of unity, tactics of creating a positive image, tactics of solidarity, emotionally tuning tactics, tactics for creating a circle of "one's own people". Language markers that participate in the actualization of this strategy are visually represented in the present article. Special attention is paid to the addressee factor in public speeches, which determines the language embodiment of strategies and tactics in public speeches. In this connection, it is suggested that the strategy of self-presentation in "external" and "internal" public speeches can be carried out in different ways, depending on the addressee. We have come to conclusion that the study of speech strategies and tactics in modern political communication is relevant and can be very promising.

Key words: politic speech, public speech, political communication, speech strategies, speech tactics, strategy of self-presentation.

К.А. Киянова, аспирантка каф. немецкого языкознания Московского государственного университета

имени М.В. Ломоносова, г. Москва, E-mail: kiyanova.karina@gmail.com

РЕАЛИЗАЦИЯ СТРАТЕГИИ САМОПРЕЗЕНТАЦИИ В ПУБЛИЧНОЙ РЕЧИ

Данная статья посвящена актуальной на сегодняшний день проблеме речевого воздействия в политической коммуникации, а именно исследованию речевой стратегии самопрезентации. Данная стратегия является значимой в формировании имиджа политика. Ее использование позволяет политику завоевать авторитет, вызвать и удержать симпатию, согласиться с мнением адресата, а также создать чувство единства. В статье методом сплошной выборки на материале публичных речей Ангелы Меркель с 2008 по 2015 предпринята попытка анализа специфики использования наиболее типичных тактик, репрезентирующих рассматриваемую стратегию. Установлено, что к реализуемым тактикам относятся контактоустанавливающая тактика, тактика единения, тактика создания положительного образа, тактика солидаризации, эмоционально настраивающая тактика, тактика создания круга «свои». В настоящей статье наглядно представлены языковые маркеры, участвующие в актуализации данной стратегии. Особое внимание в данной работе уделено фактору адресата в публичных выступлениях, который обусловливает языковое воплощение стратегий и тактик при создании публичной речи. В связи с этим автором высказывается предположение, что в зависимости от адресата стратегия самопрезентации во «внешних» и «внутренних» публичных речах может осуществляться по-разному. В заключение делается вывод об актуальности и перспективе исследования речевых стратегий и тактик в современном политической коммуникации.

Ключевые слова: политическая речь, публичная речь, политическая коммуникация, речевые стратегии, речевые тактики, стратегия самопрезентации.