Русский аристократический туризм в Европе (вторая половина XIX В. )

Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2017. № 4

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

А.В. Калякина

РУССКИЙ АРИСТОКРАТИЧЕСКИЙ ТУРИЗМ В ЕВРОПЕ

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего образования «Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова» 119991, Москва, Ленинские горы, 1

Возникновение русского туризма принято относить к концу XIX в., когда количество выезжающих из России туристов, несмотря на свою мизерность по отношению к общей численности населения, все-таки становится заметным. Однако русские путешественники начали осваивать культурное и природное пространство Европы много раньше. Русские монархи, дипломаты, вельможи, посылаемые на учение дворянские недоросли, архитекторы и художники, паломники, вот далеко не полный перечень «первых русских путешественников». Они отличались целями поездок, длительностью и частотою пребывания, условиями жизни. В настоящей статье внимание уделено пребыванию в европейских странах русских аристократов во второй половине XIX в. В качестве источников использованы записки последней гофмейсте-рины русского императорского двора Е.А. Нарышкиной, личная переписка Т. А. Юсуповой, воспоминания П. С. Уваровой. Авторы неоднократно и подолгу посещали страны Европы, делились своими впечатлениями в письмах, дневниках и мемуарах. Первые два источника появились в поле зрения исследователей совсем недавно, в 2010-е годы, и содержат разнообразный материал, позволяющий более глубоко исследовать тему развития русского выездного туризма и, в частности, русского элитарного туризма в XIX в.

Анализируя источники можно выделить несколько типов таких путешествий, совершаемых как по служебным, так и по личным надобностям. Достаточно хорошо можно проследить характер времяпрепровождения путешественников за границей, их круг общения, способы передвижения, виды экскурсионных поездок. Исследование маршрутов и характера вояжей русских аристократов в Европу позволяет выявить особенности русского элитарного туризма на этапе его зарождения, предложить ряд определений, которые могут быть использованы при чтении дисциплин по истории Туризма.

Ключевые слова: туризм; путешествия; русская аристократия; курорты; экскурсии; туристические маршруты.

Русские аристократы, а под этим названием мы понимаем наиболее древнюю и родовитую часть русского дворянства, составлявшую

Калякина Александра Викторовна — кандидат исторических наук, доцент кафедры региональных исследований факультета иностранных языков и регионоведения МГУ имени М.В. Ломоносова (e-mail:alevika@mail.ru).

ближайшее окружение царской фамилии и занимавшую высшие государственные, военные и придворные должности, были той частью русского общества, которая первая познакомилась с Европой. Путешествия совершались с разными целями, очень редко с туристическими. Придворные и свитские обязанности подчиняли поездку служебному долгу, тем более если аристократ сопровождал своего высокого покровителя. Официозный характер поездок проявлялся в их регламентации придворным этикетом и государственными интересами, обязательной частью поездок были визиты к владетельным европейским особам. Обычно встречи планировались заранее, но порой необходимость в них возникала внезапно. В 1859 г. великая княгиня Екатерина Михайловна (находившаяся на последних сроках беременности) и сопровождавшая ее свита, возвращаясь в Россию после отдыха в Италии, вынуждены были изменить свои планы и посетить французский королевский двор. Причина — личная просьба императора Александра Второго, желавшего урегулировать возникшее между Россией и Францией протокольное недоразумение1. В конце столетия княгиня Шувалова, лечившаяся в Италии, неоднократно получала приглашения от королевы Маргариты как гофмейстерина русского двора, а поскольку она посещала королеву-мать, то приличия требовали, чтобы она также представилась и молодой королеве. В Гамбурге она неоднократно встречалась с королевой Фредерикой, а в Париже ею был нанесен визит премьер-министру Франции Лубе и его супруге. Высокий придворный статус княгини, ее широкие знакомства в аристократических кругах Европы, а также недружественные высказывания европейской прессы в адрес России стали причиной этих встреч. Во время пребывания в Италии непременно представлялись римскому понтифику. Аудиенции проходили в соответствии с принятым этикетом: представители императорского дома, их свита ехали в парадных посольских каретах в сопровождении посланника и всего штата посольства. Одевались в черное платье со всеми орденами, а женщины с черными вуалями на головах. Приемы у владетельных особ Европы допускали более разнообразную одежду, зависящую от формы приема.

Личный характер поездки русской знати приобретали в том случае, если путешественники преследовали частные цели, но даже в таких поездках могли выполняться представительские или дипломатические поручения. "Boyars russes en voyagе" путешествовали большими родственными и дружественными кланами. Родители с многочисленным потомством, гувернантки и учителя, русские слуги и служанки, русский самовар и огромный багаж2. До появления в России железных дорог, дормезом или каким-либо другим экипажем, нагруженным всем необходимым от провианта до зимней одежды, добирались до Варшавы,

1 Нарышкина Е.А. Мои воспоминания. Под властью трех царей. М., 2014. С. 117—118.

2 Там же С. 316.

там пересаживались на поезд и через Германию и Австрию спускались в Италию. Качество общественного железнодорожного сервиса вызывало много нареканий: длительные ожидания на таможнях, мнимый комфорт вагонов первого класса, нелюбезный персонал, поэтому при случае, пытались воспользоваться выгодами придворного положения или родственными связями. Придворные имели возможность путешествовать на русских военных пароходах, блиставших чистотой и комфортом. Родственные связи позволяли присоединиться к дядюшке или кузену, отправляющемуся с дипломатической миссией в Европу, и ехать в удобном салон-вагоне.

Обычно личные поездки совершались с целью посещения родственников и знакомых, лечения и отдыха, поиска новых впечатлений. Многочисленная родня русской аристократии обреталась во всех европейских государствах, живя здесь постоянно, владея замками, поместьями, домами. Некоторые «офранцузились» настолько, что сменили веру и забыли русский язык, что, впрочем, не мешало общению родственников. Приглашения погостить в римском дворце у «моей подруги Барятинской» или посетить «мою belle-mere Растопчину, вышедшую замуж за французского графа де Сегюра», нередко становились поводом для очередной заграничной поездки. Русские, не переселившиеся окончательно за границу, имели «роскошные дачи, обставленные со всем вкусом и элегантным комфортом» в Бадене или на Женевском озере. Близ Люцерна располагалась большая русская колония, сохранявшая всю прелесть и непринужденность провинциального усадебного быта: «бывали друг у друга, оставаясь на менее чем на целых полдня, как настоящие деревенские соседи»3, земельным владениям давали названия в честь жен и дочерей4.

Не имеющие собственного жилья на небольшой срок останавливались в гостиницах, причем даже такие богачи, как Юсуповы расчетливо выбирали «небольшой отель по разумной цене и удобно расположенный»5. Отели имели строго ограниченный круг постояльцев, включавший лишь представителей европейской аристократии и коронованных особ. Для длительного пребывания нанимали дома, виллы или апартаменты, что было гораздо выгоднее, учитывая, что сроки жизни в данном месте могли колебаться от полугода до нескольких лет. Устраивались по-домашнему: ремонтировали и меблировали комнаты собственной мебелью, иногда взятой напрокат, нанимали кухарку и лакея, заводили семейные обеды и вечерние приемы. В курортных

3 Там же. С. 225.

4 Н.Б. Юсупов назвал свое швейцарское поместье «Татьяния» или «Татьянино» в честь своей жены Татьяны Александровны.

5 «Твои письма единственная для меня радость...». Из личной переписки Т.А. Юсуповой. СПб., 2012. С. 109, 129.

местах русские аристократы селились поблизости, образовывая «дружеские кружки», «избранное общество», деля досуг и развлечения. Часто такие кружки возникали вокруг путешествующего представителя императорского дома. Пребывание в чужой стране значительно упрощало знакомство, люди поверхностно знакомые в России, за границей сближались, «соскучившись по москвичам»6. Однако при всей короткости заграничного общения оно сохраняло избирательный элитарный характер и распространялось лишь на людей «нашего круга», это касалось и иностранцев. Живя в отелях, русские аристократы «составляли однородное обособленное общество посреди англичан, американцев, перувьянцев и прочих разноплеменных обитателей отеля»7.

Длительное пребывание часто обусловливалось рекомендациями врачей, отправлявших своих подопечных в Европу после перенесенных болезней. Выбор мест и форм лечебного отдыха к этому времени был уже весьма широк. Наряду с традиционными — югом Франции (Ницца, По), морскими купаниями в Нормандии, Швейцарии, австрийскими и немецкими курортами, набирали популярность курорты Виши и Спа, купания на Балтийском море. Обычно лечение заключалось в длительных прогулках по морскому берегу, катании в экипажах, верховой езде, в пребывании в горных района. Высоко ценились природно-климатические свойства Средиземноморья. Сложилось устойчивое мнение о благотворности итальянского и южно-французского воздуха для легочных больных, поэтому в Ницце провел последние дни жизни русский цесаревич Николай Александрович, а П.Г. Оль-денбургский возил в Венецию на лечение чахоточную дочь. Наряду с южными курортами воздухом и морем лечили и на Балтике, к концу столетия вошедшей в большую моду. Среди аристократии особой популярностью пользовался курорт, располагавшийся неподалеку от немецкого Добранка. Здесь сочетались лесные прогулки, курорт находился в ясеневом лесу, и морские купания.

Наряду с бальнеологическими процедурами в арсенале тогдашнего курортного дела имелись и более серьезные виды лечения. В Карлсбаде, Висбадене разрабатывались различные по продолжительности курсы, включавшие принятие ванн и питье минеральных вод. Водолечебницы и гидротерапевтические заведения Швейцарии традиционно сочетали природные факторы: целительный воздух; минеральную воду; купания в холодных ручьях. Нервные расстройства лечили горным уединением. В середине века в особую моду вошла гомеопатия. Особенно славились немецкая и швейцарская школы, боровшиеся друг с другом за богатых русских пациентов. Иногда профессионализм местных

6 Уварова П.С. Былое. Давно прошедшие счастливые дни. Труды ГИМ. Вып. 144. М., 2005. С. 75.

7 Нарышкина Е.А. Указ. соч. С. 221.

врачей вызывал сомнения, но обычно отношения между пациентами и докторами отличались доверительностью и добросердечием, тем более что поддерживались они годами.

Однако число тех, кто, отправляясь в Европу, нуждался в неотложном лечении, было значительно меньше тех, кто ехал заграницу за сменой впечатлений «после нравственных потрясений». Предпочтения отдавалось Франции и Италии, Германия и Австрия выступали в роли транзитных стран. Бесспорным лидером был Париж, другие европейские столицы в сравнении с ним казались «безрадостными, пустынными и грязными». Сюда ехали за светскими удовольствиями и новинками моды, покупали «что-нибудь новое и красивое»8. Когда в 1860-х годах в моду вошли дамские кринолины, главными покупательницами в ателье Ворта9 были русские аристократки. Привлекал Париж богатой театрально-концертной жизнью, концертами в Консерватории, вновь выстроенным оперным театром, здание которого поражало «своей роскошью и бесхарактерностью»10. Из Парижа часто ездили к морю в Ниццу. В ней, еще не ставшей «новым Вавилоном. жилось почти дачной жизнью», на фоне «тропической растительности, голубого неба и безбрежной дали синего моря»11. Традиционно привлекали итальянский юг, Тоскана, Рим. Завораживала своими природными красотами Швейцария. Русские жили в Женеве, Люцерне, Монтрё, некоторые забирались высоко в горы, чтобы любоваться «дивной панорамой и восхищаться горным воздухом»12.

Типовых туристических маршрутов не существовало, русские аристократы путешествовали по всей Европе, исходя из целей текущей поездки, так как поездки были частыми; своих обширных родственных и дружеских связей; настроения и заранее определенных финансовых трат; широты своих культурных и иных потребностей.

Несмотря на стремление знатных путешественников развлекать себя сменой стран и городов, уклад их европейского быта, мало чем отличалось от привычной светской жизни в России: «дни были заняты обменами визитов, и катаниями»13. Некоторые изменения в универсальный ритм жизни вносили культурные досуги: посещения музеев, экскурсии, занятия искусством. Будучи свободными от выполнения придворных обязанностей и от хозяйственных забот, путешественники, а особенно путешественницы, занимались живописью и музыкой.

8 «Твои письма единственная для меня радость.». Из личной переписки Т.А. Юсуповой. СПб., 2012. С. 122.

9 Парижский кутюрье, один из изобретателей кринолина.

10 Нарышкина Е.А. Указ. соч. С. 185.

11 Там же. С. 106.

12 Там же. С. 220.

13 Там же. С. 120.

Для этого нанимали местного художника или музыканта, известного среди избранного круга. Длительность пребывания позволяла получить неплохие навыки в акварельной или масляной живописи, познакомиться с новинками европейской музыки, повысить уровень исполнительского или вокального мастерства. По возвращении в Россию итальянские или швейцарские пейзажи украшали аристократические салоны, их дарили родственникам, а исполнение арий или интродукций из «Лоэнгрина» ласкали слух избранных слушателей. Редко аристократы ехали в Европу специально для осмотра культурных и художественных памятников, но посещение крупнейших европейских музеев, знакомство с известными людьми искусства и науки было непреложной составляющей аристократического вояжа. Особое впечатление производили «богатейшая картинная галерея Лувра», Археологический музей Неаполя, бесценные фрески венецианских церквей. Наиболее востребованными были памятники Италии, из которых уже сформировался перечень «обязательных к осмотру древностей»14.

В Риме осматривали катакомбы с захоронениями первых христиан; посещали Колизей, предпочитая вечернее время, когда развалины цирка выглядели особенно поэтично и величественно; собор Св. Петра и Ватикан с его художественными коллекциями; городские сады и парки, «из которых первенство принадлежало вилле Doria Pamphili»15. Популярностью пользовались поездки по римским окрестностям Albano, Frascati, Tivoli. Проводниками выступали самые известные историки и археологи того времени: автор книги «Римская история в Риме» m-r Ampere, специалист по средневековой Италии Грегоровиус, исследователи раннего христианского искусства m-r Rio и кавалер Росси, о римских катакомбах рассказывал изучавший их в середине XIX в. англичанин Пальмер. Известные знатоки живописи проводили «артистические экскурсии» по Флоренции. Иногда пользовались услугами местных чичероне или «кустоде», показывающих достопримечательности всем туристам. Большой штат разноуровневых экскурсоводов свидетельствует о том, что в работе с туристами Италия имела уже определенные наработки.

Аутсайдером среди итальянских городов в то время была Венеция. Ею восхищались лишь знатоки искусства, видя в ней нечто «сказочное и величавое, воскрешающее историю ее торговли и могущества,

14 В Воронцовском дворце в Алупке (Крым), в Зимнем дворце имеются столики, привезенные из Италии, выполненные в технике флорентийской мозаики. Столешницы украшают изображения достопримечательностей Рима, осмотр этих памятников местные чичероне предлагали всем туристам, приезжавшим в Рим. Существовали такие же столики с достопримечательностями и других районов Италии.

15 Уварова П.С. Указ. соч. С. 74.

развития власти, богатства и славы»16. Вероятным объяснением такой «невнимательности» служит расположение города, отсутствие в его исторической части привычных для русской знати обширных городских резиденций с садом, свободным пространством вокруг дома. В связи с этим для длительного пребывания здесь нанимали виллы не в самом городе, а на берегах лагуны.

Большей популярностью пользовался юг Италии, стереотипное представление о котором выглядело так: днем — это «благоухающие сады апельсиновых деревьев в цвету, и вместе покрытые золотистыми плодами. Голубое море и острова, облитые голубым эфирным светом», а ночью — «темно-синее море отражает высокое темно-синее небо, освещенное мириадами ярких звезд, легкий плеск волны, и где-то далеко-далеко слышны слабые звуки мандолины. Легкий ветерок приносит благоухание расцветшей земной природы, которая представлялась осуществлением рая»17. Неаполь и его живописные окрестности предоставляли неисчерпаемые возможности для романтических прогулок и знакомства с археологическими памятниками. Эти два типа поездок-экскурсий, рекреационная и познавательная, были наиболее востребованы русскими путешественниками. Во время первых — любовались эффектными видами Неаполитанского залива с дымящимся Везувием. Во время вторых — рассматривали остовы людей, застигнутых вулканическим извержением, открытые археологами дома, глубокие колеи, пробитые древними телегами в каменных мостовых. Наиболее просвещенные приезжали в Помпеи на целый день, чтобы присутствовать при проводимых здесь раскопках, получать комментарии к новым находкам и наблюдать процесс исследования археологических памятников.

Если в Италии принято было любоваться природными красотами из экипажа или верхом на лошади, то в Швейцарии господствовали пешеходные экскурсии и походы. Организованные группы с проводниками ходили на Риги-Кульм, где любовались солнечным восходом, из Шамони начинался целый ряд горных экскурсий разной продолжительности и сложности, но непременно включавшие многочисленные спуски и подъемы по тропинкам с пугающим названием "Le Mauvais pas". Организаторами походов выступали содержатели отелей и местные знатоки гор. Не меньший интерес представляли экскурсии по местам, хранившим память об известных людях, исторических событиях, связанных с литературными произведениями: дом мадам де Сталь, жившей здесь в изгнании; villa Diodati, принадлежавшая Байрону; Шильонский замок. Интерес к местам жизни знаменитостей

16 Там же. С. 54.

17 Нарышкина Е.А. Указ. соч. С. 165.

проявлялся не только в Швейцарии, в Висбадене внимание русских путешественников неизменно обращалось даже на пустующие дачи Тургенева и Виардо.

Очевидно, что Швейцария и Италия более активно работали с туристами, чем даже Франция или Германия. Богатейшее историко-культурное наследие Италии на протяжении многих столетий делало ее привлекательной для путешественников всего мира, она имела несравненный опыт презентации этого наследия, что объясняет превалирование просветительских экскурсий. Уникальная природа Швейцарии словно бы создана для различных видов отдыха, в том числе и альпинистского (само это название связано со швейцарскими Альпами). Рекреационно-развлекательный и культурный потенциал Франции делал ее универсальной для туристов. В связи с этим русская знать, путешествуя по Европе, могла формировать свою программу, не ограничиваясь одной отдельной страной, а сочетать наслаждение культурными памятниками в Италии, горным воздухом в Швейцарии или Австрии, морскими купаниями в Нормандии или Германии и блестящей светской жизнью в Париже.

Сказанное о путешествиях русских аристократов в Европу во второй половине XIX в. не позволяет назвать эти поездки туристическими. Повседневная жизнь оставалась почти неизменной, мало что менялось в распорядке дня, занятиях, круге общения. Наиболее заметным было увеличение досуга и частичное освобождение от служебных обязанностей и хозяйственных забот. Редко возникали какие-либо затруднения во время пребывания за границей, так как отсутствовали языковые, финансовые или социальные ограничения. Близкое знакомство с аристократическими кругами Европы, родственные связи делали русских аристократов «гражданами мира». Для выросших во Франции или Италии Куракиных, Демидовых, Лобановых культура язык, обычаи, уклад жизни этих стран были столь же близки, как и русские. Некоторые владели недвижимостью за границей, что порой формировало у них чувство «дома» вне России. Это впрочем не мешало "Во1аге ШББеБ еп тоу^е" и вне России сохранять национальный уклад жизни. Ввиду того, что длительное пребывание за границей мало что меняло в ментальности и быту, такие путешествия можно охарактеризовать, как жизнь (длительное по времени пребывание) в инокультурной обстановке с сохранением традиционного (сословного) уклада быта.

Вместе с тем в пребывании за границей имелись некоторые элементы, отличающие европейскую жизнь от жизни в России. Иные природно-климатические условия позволяли осваивать новые формы досуга (горные походы, морские прогулки и купания, лечебные процедуры). Богатая историко-культурная среда усиливала интерес к получению новых знаний (во время просветительских экскурсий или

самостоятельных осмотров памятников), повышению живописных или музыкальных навыков. Поездки носили самодеятельный характер, к их организации не привлекались уже появившиеся в Европе туристические агентства. К концу столетия русская аристократия определилась со своими предпочтениями в Европе и даже со специализацией поездок. Бесспорными лидерами являлись Италия, Франция и Швейцария, а главные цели их посещения — лечение, рекреация, посещение родных.

Эти вояжи нельзя ассоциировать с элитарным туризмом в его современном понимании, они практически не обладают тем набором черт, который позволил бы отнести их к туристическим поездкам. Скорее, их можно охарактеризовать как длительные самодеятельные поездки в транснациональном пространстве Европы, совершаемые в личных или официальных целях.

Список литературы

1. БиржаковМ.Б. Введение в туризм. СПб., 2006.

2. Дворниченко В.В. История международного и национального туризма. М., 2001.

3. Квартальнов В.А., Федоренко В.К. Туризм социальный: история и современность. Минск, 1989.

4. Усыскин Г.С. Очерки по истории российского туризма. СПб., 2000.

5. Агапова В.Н. К вопросу о культурных ценностях и способах их передачи // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2016. № 4. С. 107-114.

6. Загрязкина Т.Ю. Коды французской кухни в контексте нарративных текстов // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2015. № 2. С. 51-76.

7. Maria S. de Salvia Baldini. Firenze. I Grandi Musei D'Arte. Firenze, 1999.

Alexandra V. Kaliakina

THE RUSSIAN ARISTOCRATIC TOURISM IN EUROPE

Lomonosov Moscow State University 1 Leninskie Gory, Moscow, 119991

Tourism has always been a subject of keen interest in the area of scientific research as a significant sector of the world and national economy and a very effective way of cultural development. Mass tourism emerged at the end of the XIX century, not only in Europe, but in Russia as well. I reckon we can trace the very beginning of Russian tourism much earlier. If we regard tourism as "traveling for pleasure and business", we can say that first Russian tourists were Russian Nobility. Since the time of Peter the Great many nobles were made to travel outside Russia. Their aims were different: diplomatic missions, studies, travelling, etc. It was not a common occurrence. Over the next centuries Russian counts and princes became the frequent visi-

tors in Europe. They preferred to spend leisure time in Italy, to go shopping in Paris and get medical treatment in Switzerland. They didn't have any financial, cultural or others problems while travelling across Europe. During the travel, they kept their traditional way of life visiting relatives, attending concerts, opera, museums. There were not constant touristic routs at that time but Russian noble travelers usually had traditional directions.

To sum up, I maintain that it was not tourism as we know it nowadays; it was traditional "modus Vivendi" of Russian Nobility in the foreign cultural environment.

Key words: tourism; mass tourism; exclusive tourism; History of Tourism; Russian Nobility; health resort.

About the author: Alexandra V. Kaliakina — PhD (History) Associate Professor at the Area Studies Department, Faculty of Foreign Languages and Area Studies (e-mail: alevika@mail.ru).

Refefences

1. Birgjakov M.B. 2006. Vvedenie v turism [Introduction in tourism]. SPb.

2. Dvorcheko V.V. 2001. Istoria mejdunarodnogo i nationalnogo turisma [History of international and national tourism]. Moscow.

3. Kvartalnov V.F., Fedorenko VK. 1989. Turism socialni: istoria Isovremennost [Social tourism: history and modern times]. Minsk.

4. Usiskin G.S. 2000. Ocherki po istorii rossiskogo turisma [Essays of Russian tourism history]. SPb.

5. Agapova V.N. 2016. K voprosu o kulturnikh cennostyah I sposobah ih pere-dachi [Revisiting cultural values and the means of its reproduction]. Moscow State University Bulletin. Series 19: Linguistics and Intercultural Communication, no. 4, pp. 107-114.

6. Zagryazkina T.Yu. 2015. Kodi frantsuzskoy kuhni v kontekste narrativnih tekstov [Codes of the French cuisine in the context of narrative texts]. Moscow State University Bulletin. Series 19: Linguistics and Intercultural Communication, no. 2, pp. 51-76.

7. Maria S. de Salvia Baldini. 1999. Firenze. I Grandi Musei D'Arte [Florence. The Great Museums]. Firenze.