Этимологическая интерпретация некоторых марийских ихтионимов

ЭТИМОЛОГИЧЕСКАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ НЕКОТОРЫХ МАРИЙСКИХ ИХТИОНИМОВ

Е. В. ЛЕБЕДЕВА,

докторант факультета философии Тартуского университета

Ихтионимия (названия рыб) относится к основному словарному фонду языка и отражает одно из древнейших занятий предков -рыболовство.

В данной статье мы остановимся на роде ельцов и таких его видах, как голавль, язь, елец. Они являются обычными и массовыми рыбами в речных бассейнах Марий Эл и имеют между собой большое сходство, поэтому их часто не различают.

Голавль - Leuciscus cephalus.

В марийском языке обобщающим названием для голавля является слово тур-шо с вариантом турышко. Несколько иное фонетическое оформление это название имеет в северо-западном наречии: торош-ко [12, 222]. Ихтионим турышко встречается в диалектологическом словаре Э. Беке в фонетических разновидностях \0r0sko CC JT, trusko JP , truska JO, t0wsko kol CC [38, 2921], в словаре В. М. Васильева (Yпымарий) - туршко [5, 82], в словаре А. Е. Китикова - турушко [20, 109]. Следует при этом заметить, что о происхождении марийского названия туршо с вариантом турышко нет никаких высказываний ни в работах отечественных, ни в очерках зарубежных ученых. Поэтому этимологическое объяснение таких ихтионимов является актуальным и востребованным в уралистике.

Обычно при анализе происхождения слов и при реконструкции его праформы урали-сты опираются лишь на данные финского языка как одного из самых консервативных языков в финно-угорской языковой семье. Так, в финно-угроведении считается, что вокализм финно-угорского праязыка лучше всего сохранен прибалтийско-финским праязыком и его преемниками - финским,

эстонским и водским языками [25, 158]. Исходя из этой теоретической гипотезы не исключено генетическое родство слов мар. туршо, турышко и фин. turpa, turppa, turvas, toutain 'голавль' [19, 118] II эст. turb 'тж' [4, 19], turba-kala 'тж' [19, 118], turwad, turwas 'тж' [3, 128] II ижор. turbakka 'тж' [19, 118] II вод. turpakka, turb, turvakala, turbukka, turpu 'тж' II лив. dürba, -l, turba (Cyprinus ballerus) 'синец' [44, 1426].

В Этимологическом словаре финского языка имеется два объяснения относительно происхождения ихтионима turpa [44, 1426]. Первое возводит его к балтийско-германским источникам: герм. Turba, Turbe 'Väinäjoen karppi' (какой-то вид карпа), латыш. durba, t-, düre, duore, duorbe, túrbala 'jokin kalalaji, mm säynävä (язь) t. Cyprinus ballerus' (один из видов рыбы, похожий на язя или на синца). Второе связывает ихтионим со сложным словом turpakala (turba 'морда животного, рот и лицо человека' + Kala 'рыба').

Лексему turpa сопоставляют с мордЭ turva, torva, мордМ tarva- huuli 'губы', мар. ta rßa, tü rßa, -ö 'тж', удм. tirpi: im-t 'тж' (im 'suu'), кз. tirp 'тж' и русскими параллелями турба, тюрба, торба 'морда животного, лицо человека' [34, т. 4, 123]; 'морда, рыло конское, храп и губы' [8, 443]. Вероятно, в марийском, как и в других финно-угорских языках, слово турв0 сузило свою семантику и стало обозначать не все лицо, а только его часть - губы. Возможно, русское наименование голавль, головень, головань является полукалькой финского turpakala.

В Этимологическом словаре русского языка голавль характеризуется как лексема, возникшая от слова голова [34, т. 1, 429]. Название этой рыбы возникло скорее всего

© Лебедева Е. В., 2014

из-за «толстой широколобой головы», - отмечает Л. П. Сабанеев [28, 135].

В одном из русских говоров для номинации голавля употребляется слово турбок (р. Луга в Новгородской и Ленинградской областях) [4, 555; 34, т. 4, 123]. М. Фасмер указывает на финское происхождение этого ихтионима.

Й. Мягисте, характеризуя происхождение эстонского слова turb с вариантами turva, turvas, устар. turv, приводит этимологическое объяснение из финского словаря без каких-либо пояснений [40, 3363].

В родственных языках прямых соответствий этому слову нет, ср., например, лексические данные пермских языков: удм. кушбаш, сон 'голавль'; коми упри, упри-сын 'тж'. Однако отсутствие рассматриваемого слова в других родственных языках еще не может служить основанием для предположения, что его не было и не могло быть в далеком прошлом.

Весьма вероятно, что прибалтийско-финское turpa с фонетическим вариантом turp этимологически связано с латышским durba, имеющим варианты düre, duore, duorbe, türbala 'jokin kalalaji, mm säynävä (язь) t. Cyprinus ballerus' (один из видов рыбы, похожий на язя или на синца). Исходя из этого, волжско-финское turso можно квалифицировать как древнее балтийское заимствование.

Определенный интерес представляют соображения финского ученого Я. Калимы, который, сосредоточив внимание на высказываниях В. Томсена и Х. Паасонена, в своей книге «Jtämerensuomalaiisten kielten baltiaiset lainasanat» указывает, что мордва в прошлом могла иметь в какой-то степени прямые контакты с балтийцами и непосредственно воспринять от них кое-какие слова. Балтизмы, возможно, опосредованно (через мордву) были восприняты и марийцами.

Однако П. Аристэ полагает, что некоторые индоевропейские слова, имеющиеся в прибалтийско- и волжско-финских языках, возводимые к балтийскому источнику, могли попасть в эти языки задолго до вступления балтийцев и финно-угров во взаимные культурно-экономические связи [1, 4].

По словам мордовского информанта из с. Паево, мокша-мордовский язык интере-

сен и многогранен, но в последние столетия он подвергся значительной русификации. В частности, названия рыб в нем наполовину русские. Только голавль имеет мокшанское произношение - голавне. Елец и язь идентичны русским наименованиям. Поскольку рыбешка эта мелкая, она носит обобщенное название калнят или акше калнят.

В марийских словарях, как рукописных, так и печатных, как отечественного издания, так и зарубежного, для наименования голавля имеются и другие слова.

1. Отфитонимные названия. Модель номинации таких ихтионимов: наименование древесного растения ^ название рыбы, причем рыбы могут быть названы по цвету коры дерева, форме его листа и т. д. Часто в ихтио-нимах прослеживается такое явление, когда время нереста рыб совпадает с временем распускания листьев дерева или его цветением. Например, в марийском языке голавль называется тумыгол [5, 214; 9, 64; 30, т. 7, 255], где тумо 'дуб' + гол (< кол) 'рыба'.

'Дуб' - крупное лиственное дерево, достигающее 40 м высоты и 1,5 м в диаметре, с плотной древесиной. Листья короткоче-решчатые, удлиненно-обратноовальные, лопастные, с сердцевидным основанием.

Слово тумо не имеет диалектных различий в марийском языке, лишь в горном наречии оно выступает в усеченной форме тум. Марийские тумо, тум ставятся в один ряд с семантически идентичными словами других финно-угорских языков: мордЭ тума, мордМ тума, фин. Штт1, эст. Штт [21, 125].

Как свидетельствует рыбацкий календарь, время нереста голавля совпадает с началом распускания листьев дуба.

Можно предположить, что компонент тумо 'дуб, дубовый' подчеркивает темную окраску чешуи рыбы: спина у нее темно-зеленая, почти черная. Цветовая характеристика выражена на основе сравнения. Такое же опосредованное наименование в марийском языке характерно и для сельди-черноспинки. В марийском языке для обозначения оттенка окраски часто используются названия деревьев: тумо луй 'темная куница'; шопкелуй 'светлая куница'.

Ср.: эст. ^е-аЫ'пе (где ^е 'лист') (лещ, которого ловят во время опадания листьев),

lepik kala 'гольян', lepp-maim 'тж' (где lepp 'ольха') (согласно М. Мягеру, эта рыба любит находиться под прибрежной ольхой [39, 94]. Однако И. Н. Шебештьен видит сходство по цвету рыбы с ольхой и сравнивает с дат. asp, швед. asp 'Abramis aspius' (жерех), который тоже получил свое название по сходству цвета с деревом asp 'Populus trémula' (осина) [44, 48]); фин. lehtisika (сиг, который появляется во время опадания листвы), lehtsik (сиг, которого вылавливают во время озеленения деревьев), lehtimuje (ряпушка, которую ловят осенью), haapakala 'пескарь', haapiainen 'гольян' (где haapa 'тополь'); коми bad'-tseri, bad'-kor-myk 'уклейка', bad'-kor-tseri 'плотва' (где bad' 'ива', kor 'лист', tseri 'рыба', myk 'елец'); венг. füzfahal 'уклейка, быстрянка' (где füzfa 'ива', hal 'рыба') (рыба, напоминающая лист ивы), fahegykeszeg (где fahegy 'почка', keszeg 'лещ') (лещ, появляющийся во время распускания почек).

2. Айзагол [30, т. 1, 49], азау [16, 8] Вбе-леб. = ä3 'äy В, айз 'ау Вбалт., азау Вбирск. 'голавль' < башк. ажау 'голавль', ср. тат. диал. ажау 'сом'. Н. И. Исанбаев считает это слово прямым заимствованием из башкирского языка, сохранившим смысловое содержание оригинала [15, 58]. Фрикативный [ж] языка-источника, как полагает он, на марийской языковой почве субституи-руется свистящим [з] [14, 90].

3. марВприбел. кушбаш 'голавль' < тат. кушбаш 'голавль', башк. кушбаш 'тж' [16, 8].

Этот вариант распространен только в говорах восточного наречия.

4. В горномарийском наречии для номинации голавля употребляется лексема мукты [2, 60; 29, 94].

5. В Словаре названий пресноводных рыб СССР Г. У. Линдберга содержатся следующие варианты марийского ихтионима 'голавль': барда, грушка (по нашему мнению, трушка), коломи-пярдаш [23, 167]. Слова барда и постпозитивный компонент названия коломи-пярдаш являются, видимо, фонетическими вариантами ихтионима пар-даш 'язь'. Действительно, взрослый голавль похож больше на язя; на первый взгляд они трудно различимы, что и послужило причиной для такой номинации.

6. В словаре В. М. Васильева (Y пымарий) содержится и другое название голавля: турышко ньуго [5, 214]. С одной стороны, нюго 'мелкая рыба, мелюзга' является общим названием для мелких рыб вообще. С другой стороны, в марийской ихтиологической терминологии существуют лексемы кунюго, пинюго, шаранюго 'гольян', ияню-го 'щиповка', nuyo, n'uyo-kol, osma-n'uyo 'красноперка' [37], используемые для обозначения отдельных видов рыб. Следует отметить, что слово нюго является лексическим наследием финно-пермской языковой общности [6, 3].

7. Удыргол [20, 134]. По высказыванию информанта С. Воронина (Мари-Турекский район), такое название дано рыбе за ее красоту: удыр гай мотор в переводе с марийского - 'красива как девушка'. Такая же лексема существует и для номинации пескаря, ельца из-за их красивой внешности.

Ихтионим удыргол образован сложением лексем удыр 'девушка' и кол 'рыба'.

Язь - Leuciscus idus L.

Язь в марийском языке именуется словом пардаш, выступающим в фонетических вариантах [27, 45; 31, 34]: пардашЪ, пярдашЪ [11, 23], пардас [10, 93],pardas [46, 158], тр-дäш Г [5, 156; 30, Т. 5, 37], пйрдаш [29, 116], пардаш [5, 153; 9, 64; 31, 37], pa rdas JT, pärSäs JP K, pä rdäkxs JT JO jasz/Rotfeder (красноперка, плотва), Rotauge (плотва), Aland (язь) [37], parda s Ok, pärSäkxs NW, pärSäs W Aland (язь Leuciscus idus L.) Ok, Plötze (плотва) W2, parSas-kol Mmu Aland [41, 492].

О происхождении ихтионима пардаш имеются различные мнения. Так, отдельные ученые [35, 73; 41, 492; 46, 158] считают его чувашским заимствованием, ср. чув. партас 'голавль', диал. 'язь'.

Д. Е. Казанцев и Г. С. Патрушев, ссылаясь на работы Э. Беке и М. Рясянена, причисляют его к словам финно-угорского происхождения [17, 69].

И. Н. Шебештьен, анализируя финское слово partti, приводит множество его вариантов из финских диалектов, квалифицируя их как финно-угорское наследие, имеющее соответствие в марийском языке. Обращая

внимание на конечный свистящий согласный [с] в слове пардас малмыжского диалекта марийского языка, она констатирует, что это слово было воспринято чувашскими и татарскими диалектами из марийского языка [44, 57].

Э. Беке сопоставляет ихтионим пардаш 'язь' с финскимpartti- (-lahna), lahnanpartyti 'en storre braxenvarietet' (рыбы из семейства карповых) и рассматривает его как финно-угорское наследие, выделяя в нем суффикс -as с вариантами -as, -üs, -ükjs [37, 107].

А. С. Ефремов, не находя соответствий слову пардаш в родственных финно-угорских языках, причисляет его к чувашским заимствованиям марийского языка [9, 148].

Д. Е. Казанцев опровергает мнение А. С. Ефремова и считает, что ихтионим пардас воспринят чувашами из марийского языкового источника [18, 111].

М. Р. Федотов чувашский ихтионим пардас 'язь' связывает с тюркскими словами бйртйс 'язь', бэртэч=бэртэс 'тж' и приходит к выводу, что марийское слово пардаш является чувашизмом [35, 73].

Что касается звукосоответствия чув. [a] и тюрк. [а] в словах пардас и бйртйс 'язь', то, оперируя выводами Л. П. Грузова, можно отметить, что древнетюркский *ü в большинстве случаев в чувашском дает а, который в марийском горном языке передается гласным [а], а в марийском луговом - [а], например: марГ нйстй - марЛ наста 'вещь' (ср. тат. нэстэ, тур. nüstü) [7, 98] . Следует заметить, что древнечувашскому [с] как в начале, так и в середине слова в марийском соответствует фрикативный согласный [ш].

Принимая во внимание звукосоответ-ствия в приведенных словах, можно полагать, что марийский ихтионим пардаш восходит к тюркским языковым источникам.

Однако Р. Г. Ахметьянов в своем «Кратком историко-этимологическом словаре татарского языка» татарский ихтионим бэрде с вариантами бэртэс, диал. пэрде 'язь (рыба)' считает финно-угорским по происхождению [36].

М. Рясянен, рассматривая тюркские названия

и мар. pardas 'язь', pärSäs 'плотва', ставит между ними знак равенства [42, 71].

В работе Г. В. Лукоянова «Марийские заимствования в чувашском языке» (Чебоксары, 1974), где имеется подрубрика «Рыбы», наименования этой рыбы нет. Следовательно, вопрос о языковой принадлежности их-тионима пардаш 'язь' остается открытым.

В диалектах марийского языка рассматриваемое слово имеет и другие варианты: язга [30, т. 10, 195], ваклешка [9, 64; 30, т. 1, 176], d jazya• CN (parSás-iye) fiatal jasz/ junger Nerfling, Aland; d jazya- kol CN jasz/ Nerfling, Aland [38, 390].

Елец - Leuciscus leuciscus L.

Для выражения ихтионима 'елец' в современном марийском языке и его диалектах употребляются лексемы: мукт0 [9, 63; 30, т. 4, 117], талдаш [9, 63], мукты марГ [2, 60]. В восточном наречии марийского языка распространено название нукт0, где, по всей вероятности, произошло чередование м~н: мукт0~нукт0 [7, 224].

Лексема мукт0 восходит к общефинно-угорскому слову *mükt3 со значением 'вид рыбы' и имеет параллели во многих финно-угорских языках, ср. коми mik 'елец'; хант. möytey 'усач', mewti 'язь'; манс. meutk 'подъязок' [25, 415; 41, 403; 43, 295].

Авторы «Краткого этимологического словаря коми языка» коми слово мык 'елец' сравнивают с марийским названием мукт0: марВ mükts 'пескарь', 'малек, мальки' - и возводят к общеперм. *muk, который сопоставляется с доперм. *mükt3 'вид рыбы' [24, 181].

А. Н. Ракин в статье «Ихтионимическая лексика в пермских языках» утверждает, что праформа *mükt3 'вид рыбы' [26, 55] не имеет конкретной семантики. Нет сомнения в том, что и этот ихтионим являлся в праязыке названием конкретной рыбы, но смысловые расхождения, имеющиеся в родственных языках, не позволяют реконструировать первоначальную семантику праформы [46, 295].

Лексема мукт0 употребляется для номинации ельца, голавля, пескаря, уклейки, мальков. В марийской терминологии часто наблюдаются случаи, когда разные особи ихтиологической фауны получают одно и

то же наименование. Причина заключается в том, что для неспециалиста данные виды рыб трудно различимы. Поэтому в народной терминологии для них имеется одно общее название - мукто.

Елец, как и пескарь, предпочитает небольшую стаю. В тех реках, где водится елец, пескарь «дружит» с этой рыбой. Они часто держатся вместе, становясь похожими по образу жизни и поведению. Но елец более подвижный и крупны, внешним видом и серебристым блеском своей чешуи он напоминает уклейку. Подобное

УСЛОВНЫЕ СОКРАЩЕНИЯ

Сокращенные названия языков и диалектов:

башк. - башкирский язык, венг. - венгерский язык, вод. - водский язык, Вбалт. - балтачев-ский говор восточного наречия марийского языка, Вбелеб. - белебеевский говор восточного наречия марийского языка, Вбирск. - бирский говор восточного наречия марийского языка, Вприбел. - прибельский говор восточного наречия марийского языка, герм. - германский язык, дат. - датский язык, ижор. - ижор-ский язык, кз. - коми-зырянский язык, латыш. - латышский язык, лив. - ливский язык, мар. - марийский язык, марВ - восточное наречие марийского языка, марГ - горное наречие марийского языка, марЛ - луговое наречие марийского языка, манс. - мансийский язык, мишарск. - мишарский диалект татарского языка, мордМ - мокша-мордовский язык, мордЭ -эрзя-мордовский язык, тат. - татарский язык, тюрк. - тюркский язык, удм. - удмуртский

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК -

1. Аристэ, П. Вопрос о балтийских заимствованиях в финно-угорских языках // Вопросы марийского языкознания. - Йошкар-Ола, 1973. - С. 3-7.

2. Балдаев, X Ф. Марийско-русский словарь биологических терминов / Х. Ф. Балдаев. - Йошкар-Ола : Мар. кн. изд-во, 1992. -136 с.

3. Берг, Л. С. Рыбы // Фауна России. - СПб., 1912. - Т. 3, вып. 1. - С. 1-336.

4. Берг, Л. С. Рыбы Финского залива // Изв. ВНИОРХ. - 1940. - _ 23. - С. 3-46.

5. Васильев, В. М. (Упьшарий). Марий му-тэр. Турлб вэрэ илышэ марийын мутшым танастарэн нэргэлымэ кнага / В. М. Васильев. - Моско : СССР калык-влак рудб савыктыш, 1926 (комышто: 1928). - 315 с.

явление наблюдается и в других языках. Ср., например, коми кос мык, бадькормык 'уклейка', где мык 'елец'. По своему общему виду эта небольшая рыбка представляет большое сходство с молодым голавлем.

Таким образом, один и тот же представитель данного отряда или семейства рыб имеет разные названия в пределах современных диалектов. Например, для голавля известны девять народных названий. Широкая синонимия объясняется тем, что за основу номинации могут быть взяты различные признаки.

Поступила 31.03.2014

язык, фин. - финский язык, хант. - хантыйский язык, чув. - чувашский язык, швед. - шведский язык, эст. - эстонский язык.

Названия марийских диалектов в трудах Э. Беке:

JT - д. Туршо -мучаш, JP - д. Покшта, JO - д. Отю-ково Яранского уезда; К - горное наречие марийского языка; СС - д. Чихайдарово, СЫ - д. Нур-сола Царевококшайского уезда.

Названия марийских диалектов в трудах А. Моисио, С. Сааринена:

Ok - д. Большой Кильмеж, восточное наречие марийского языка; ЫЖ - г. Яранск, северозападное наречие марийского языка; Ж - горное наречие марийского языка; - д. Ятуково, горное наречие марийского языка; Мти -д. Марий Ушем.

6. Галкин, И. С. О марийско-пермских лексических параллелях // Вопросы марийской ономастики / МарНИИ. - Йошкар-Ола, 2001. - Вып. 9. - С. 3-16.

7. Грузов, Л. П. Фонетика диалектов марийского языка в историческом освещении / Л. П. Грузов. - Йошкар-Ола : Мар. кн. изд-во, 1969. - 244 с.

8. Даль, В. Толковый словарь живого великорусского языка / В. Даль. - М., 1979. - Т. 5.

9. Ермаков, А. А. Кушкыл, янлык, кайык... Марла-рушла мутер / А. А. Ермаков. -Йошкар-Ола : Мар. кн. изд-во, 1991. - 80 с.

10. Ерусланов, П. Первая учебная книжка для совместного обучения черемис и русских / П. Ерусланов. - 2-е изд. - Казань : Тип. Им-перат. ун-та, 1892. - 160 с.

11. Земляницкий, Ф. Словарь черемисско-русский / Ф. Земляницкий. - ОР и РК КГУ № 1420.

12. Иванов, И. Г. Словарь северо-западного наречия марийского языка / И. Г. Иванов, Г. М. Тужаров. - Йошкар-Ола : Мар. кн. изд-во, 1971. - 304 с.

13. Иванов, Н. В. География Республики Марий Эл : учеб. пособие для общеобразоват. шк. / Н. В. Иванов. - Йошкар-Ола : Мар. кн. изд-во, 2004. - 144 с.

14. Исанбаев, Н. И. Фонетическая адаптация татарских заимствований в диалектах марийского языка // Вопросы марийского языка. Вопросы истории и диалектологии / МарНИИ. - Йошкар-Ола, 1979. - С. 41-102.

15. Исанбаев, Н. И. Марийско-тюркские языковые контакты / Н. И. Исанбаев. - Йошкар-Ола : Мар. кн. изд-во, 1989. - Ч. 1. - 176 с.

16. Исанбаев, Н. И. Марийско-тюркские языковые контакты (Словарь татарских и башкирских заимствований) / Н. И. Исанбаев. - Йошкар-Ола : Мар. кн. изд-во, 1994. -Ч. 2. - 208 с.

17. Казанцев, Д. Е. Современный марийский язык : Лексикология / Д. Е.Казанцев, Г. С. Патрушев. - Йошкар-Ола : Мар. кн. изд-во, 1972. - 184 с.

18. Казанцев, Д. Е. Формирование диалектов марийского языка (В связи с происхождением марийцев) / Д. Е. Казанцев. - Йошкар-Ола : Мар. кн. изд-во, 1985. - 160 с.

19. Кесслер, К. Ф. Описание рыб Санкт-Петербургской губернии / К. Ф. Кесслер. - СПб., 1864.

20. Китиков, А. Е. Марийско-русский, русско-марийский терминологический словарь / А. Е. Китиков. - РФ МарНИИ. Оп. 2. Ед. хр. 274.

21. Куклин, А. Н. Топонимия Волго-Камского региона (историко-этимологический анализ) : моногр. / А. Н. Куклин. - Йошкар-Ола : МГПИ им. Н. К. Крупской, 1998. -204 с.

22. Куклин, А. Н. История Марий Эл в географических названиях : пособие ^для учителей и учащихся / А. Н. Куклин. - Йошкар-Ола : Мар. кн. изд-во, 2010. - 184 с.

23. Линдберг, Г. У. Словарь названий пресноводных рыб СССР / Г. У. Линдберг, А. С. Герд. - Л. : Наука, 1972. - 386 с.

24. Лыткин, В. И. Краткий этимологический словарь коми языка / В. И. Лыткин, Е. С. Гуляев. - М. : Наука, 1970. - 195 с.

25. Основы финно-угорского языкознания. Вопросы происхождения и развития финно-угорских языков. - М. : Наука, 1974. - 484 с.

26. Ракин, А. Н. Ихтионимическая лексика в пермских языках // Исследования по пермским языкам. - Сыктывкар, 2009. -С. 55-63.

27. Русско-черемисский словарь, составленный Казанской Епархии Царевококшайского уезда села Шиншей ныне села Арина священником Александром Смирновым. -ОР и РК КГУ. № 1146.

28. Сабанеев, Л. П. Жизнь и ловля пресноводных рыб / Л. П. Сабанеев. - М. : Эксмо, 2010. - 272 с.

29. Саваткова, А. А. Словарь горного наречия марийского языка / А. А. Саваткова. -Йошкар-Ола : Мар. кн. изд-во, 1981. -235 с.

30. Словарь марийского языка : в 10 т. -Йошкар-Ола, 1990-2005.

31. Смирнов, А. Словарь черемисского языка / А. Смирнов. - Казань, 1867. - ОР и РК КГУ № 1360.

32. Сочинетя, принадлежащ1я къ грамматикЪ черемискаго языка. Въ СанктпетербургЪ при Императорской Академ1я наукъ 1775 года.

33. Столяров, А. А. География Республики Марий Эл : метод. пособие / А. А. Столяров. -Йошкар-Ола : ГСУ ДПО (ПК) с «Мар. ин-т образования», 2007. - 124 с.

34. Фасмер, М. Этимологический словарь русского языка / M. Фасмер. - М., 1986, 1987. - Т. 1, 4.

35. Федотов, М. Р. Чувашско-марийские языковые взаимосвязи / М. Р. Федотов / под ред. И. С. Галкина. - Саранск : Изд-во Са-рат. ун-та. Саран. фил., 1990. - 336 с.

36. Эхмэтьянов, Р. Г. Татар теленен кы-скача тарихи - этимологик сузлеге / Р. Г. Эхмэтьянов. - Казан : Тат. кит. нэшр., 2001. - 272 с.

37. Beke Ö. Zur geschichte der finnisch-ugrischen s-Laute // FUF. - 1934. - Bd. 22. - P. 90-122.

38. Beke, Ö. Mari nyelvjarasi szotar (Tscgeremissisches Dialektwörterbuch) // Bibliotheca Ceremissica. - Savariae, 19972001. - T. 4, 1-9.

39. Mäger, M. Eesti kalanimetustes // Keel, mida me uurime. - Tallinn, 1976. - Lk. 91-95.

40. Mägiste, J. Estnisches etymologisches Wörterbuch. 1-12 / J. Mägiste. - Helsinki, 1982.

41. Moisio, A. Tscheremissisches Wörterbuch /

A. Moisio, S. Saarinen. - Helsinki, 2008.

42. Räsänen, M. Versuch eines etymologischen Wörterbuchs der türksprachen // LSFU XVII, 1. -Helsinki, 1969.

43. Redei, K. Uralisches etymologisches Wörterbuch / K. Redei. - Budapest, 1988. -

B. 1-2.

44. Sebestyen, I. N. Az urali nyelvek regi halne-vei // NyK. - Budapest, 1935. - 159. - P. 1-97.

45. Suomen kielen etymologinen sanakiija. 1-6. -Helsinki, 1955-1978.

46. Szilasi, M. Cseremisz szotar (Vocabularium ceremissicum) / M. Szilasi. - Budapest, 1901.