Статистический анализ лексического запаса римскогоэпоса i В. Н. Э. В сопоставлении с корпусом Саллюстия

А. Е. Беликов

СТАТИСТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ЛЕКСИЧЕСКОГО

ЗАПАСА РИМСКОГО ЭПОСА I В. Н. Э. В СОПОСТАВЛЕНИИ С КОРПУСОМ САЛЛЮСТИЯ

В статье рассматривается лексический запас Вергилия, Лукана, Валерия Флакка, Стация и Силия Италика. В результате статистического анализа были выявлены закономерности, свидетельствующие о единстве языка эпической поэзии. Для проверки данных массив лексики был сопоставлен с корпусом Саллюстия, что позволило подтвердить ранее высказанные предположения. Сопоставление с последним помогло выявить пласт незаменимой общей лексики и отделить его от специфически эпического словарного запаса.

Ключевые слова: поэтическая лексика, римский эпос, Саллюстий.

В своем цикле статей (Беликов 2011, 2012, 2014) я неоднократно обращался к теме единства языка римского эпоса, сложившегося к I веку н. э., как это постулирует Ману Лейманн (Leumann1947: 118). Хотя исследованием языка римской поэзии на протяжении прошедшего века занимались многие (Weise 1909; Kroll 1924; Janssen 1988: 67-130; Adams, Meyer 1999), идея Артура Лесли Вилера (Wheeler 1919: 179-192, 188-192) о составлении своего рода словаря поэтических слов, зеркально отраженная в «Непоэтических словах» Бертиля Аксельсона (Axelson 1945), не была реализована до конца.

Основываясь на этих предпосылках, я попробовал статистически проанализировать лексический запас пяти римских эпиков, для чего мне пришлось создать Сводный частотный указатель лексики Вергилия, Лукана, Валерия Флакка, Стация и Силия Италика1, в который в сумме вошла 6501 лексическая единица2. Степень общеупотребительности лексики от одного

1 В основу работы положены конкордансы к перечисленным авторам; выходные данные приведены в библиографии. Выбор авторов, помимо жанровых и хронологических соображений, обусловлен наличием для них частотных указателей лексики.

2 Из общего объема в целях настоящего исследования были исключены имена собственные (этот класс лексики наиболее сильно зависит от конкретного произведения, хотя и в нем можно выделить некий

до пяти авторов наиболее удобно представить в виде графика (по горизонтали: количество авторов - из пяти - у которых зафиксировано слово; по вертикали: количество таких слов):

Можно видеть, что график образует своеобразную «чашу» -что похоже на нормальное распределение - с незначительным перекосом в сторону общеупотребительной лексики (правая часть графика). В ходе дискуссий после представления3 этих результатов было высказано возражение, что, возможно, эта картина не является доказательством единства поэтического языка, но является результатом случайности - и какое бы произвольное количество авторов мы ни взяли, график будет примерно таким же.

Это побудило меня предпринять ехретшепШш сгыс18: стало очевидно, что необходимо добавить к сравнению прозаического автора. Выбор прозаических авторов, для которых был бы доступен частотный указатель и которые бы хронологически не слишком отстояли от рассматриваемого периода, оказался весьма невелик - заданным критериям соответствовал только

общий для эпической поэзии арсенал), местоимения и служебные части речи.

3 Результаты были представлены при обсуждении диссертации -Беликов А. Е. Поэтическая лексика «Аргонавтики» Валерия Флакка в контексте римской эпической поэзии I века н. э. Дисс. на соиск. уч. степ. канд. филол. н. М., 2013 (Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова).

Саллюстий . Его сложно назвать идеальным прозаическим кандидатом для сравнения с эпиками - многие исследователи говорят о «поэтичности» его стиля (Буше 1964: 240-274; обзор истории вопроса - фон Альбрехт 2002: 492-494). Тем более можно было ожидать, что он «впишется» в нормальное распределение лексики.

Для статистического анализа данные по Саллюстию были объединены с данными эпических поэтов - был получен указатель из 7223 лексических единиц, которые затем были, как и в предыдущем случае, сгруппированы по степени общеупотребительности (от одного до шести авторов):

Можно видеть, что получившийся график резко отличается от предыдущего: правая часть сильно «упала» (что говорит о меньшей доле общей лексики), левая часть обозначилась

4 Указанный в библиографии конкорданс основан на следующих изданиях корпуса Саллюстия: C. Sallusti Crispi Catilina, Iugurtha, Fragmenta ampliora / Ed. A. Kurfess. Leipzig, 1968; Appendix Sallustiana, Fasc. 1, Epistulae ad Caesarem / Ed. A. Kurfess. Leipzig, 1970; Appendix Sallustiana, Fasc. 2, Invectivae / Ed. A. Kurfess. Leipzig, 1970; C. Sallusti Crispi Historiarum reliquiae, Fasc. 2, Fragmenta / Ed. B. Maurenbrecher. Leipzig, 1893. Тот факт, что в конкорданс включены спорные в своей подлинности письма к Цезарю и инвективы, делает его еще более ценным в качестве прозаического корпуса в противопоставлении корпусу эпиков.

«острее» (что говорит о большей доле непересекающейся лексики). Столь сильные изменения случились от добавления лишь одного прозаического автора - это убедительно доказывает, что природа поэтической и прозаической лексики различна и различима не только на единичном (никто не оспаривает общеизвестное выделение прозаизмов и поэтизмов), но и на статистическом уровне.

Теперь же представим данные по соотношению лексики Саллюстия и поэтов в другом виде - на первый график с распределением лексики у пяти эпиков наложим график пересечения с ними словаря Саллюстия (по горизонтальной шкале: 0 - слова только у Саллюстия и не встречаются у пяти эпиков; далее по числу пересечений от 1 до 5):

В отличие от предыдущего, служившего лишь целям проверки теории, этот график более информативен. В правой части можно видеть значительное количество пересечений лексики у прозаика и поэтов - видимо, это та часть языка, без которой латинский автор просто не может обойтись вне зависимости от жанра (например, глаголы esse, ire, venire и т. п.). Однако остается еще большой объем слов, общераспространенных у эпиков, но отсутствующих у Саллюстия: таким образом, можно говорить о том, что графически поэтическая лексика может быть представлена как площадь, ограниченная верхним и нижним графиками, с той оговоркой, что из-за склонности Саллюстия к употреблению отдельных поэтизмов нижняя

граница должна быть еще ниже, но подобное уточнение требует уже штучной проверки. В левой части графика (пересечения от 1 до 3 поэтов) можно видеть значительное снижение количества лексики, общей для Саллюстия и эпиков. Вероятно, сюда относится нейтральная или скорее прозаическая по своему характеру лексика, которая могла быть использована кем-то одним из поэтов, но была избегаема остальными.

Особенно показательны для исследования две точки - 1 (пересечение Саллюстия только с одним автором из пяти) и 4 (пересечение Саллюстия с четырьмя авторами из пяти). В первом случае результаты следующие: пересечение Саллюстия только с Вергилием - 74 слова; с Луканом - 42; с Валерием Флакком - 6; со Стацием - 82; с Силием Италиком - 62. Как можно видеть, наиболее сильно от Саллюстия отстоит Валерий Флакк (разница с остальными эпиками на порядок)-наиболее приверженный чистоте поэтической речи, как я пытался продемонстрировать в своих работах. Остальные результаты требуют дополнительной проработки, чтобы объяснить присутствие тех или иных слов у поэтов их стилистическими установками. В случае же с пересечением Саллюстия с четырьмя авторами особенно показательно становится отсутствие одного из поэтов: встречается у всех, кроме Вергилия, 27 слов; кроме Лукана - 135; кроме Валерия - 172; кроме Стация - 19; кроме Силия - 26. Эти данные несколько сложнее интерпретировать: означает ли отсутствие слова только у одного из поэтов простую случайность или нечто большее? Если результаты Вергилия, Стация и Силия довольно близки и могут быть списаны на стечение обстоятельств, то резко выделяющиеся на их фоне данные по Лукану и Валерию Флакку нуждаются в объяснении; и если для Валерия Флакка это можно объяснить повышенной строгостью при отборе лексики и сознательным ограничением словаря, то Лукан требует отдельного исследования.

Таким образом, я считаю продемонстрированным единство языка римского эпоса и отличие его от языка прозаика, пусть и не чуждого использованию поэтической лексики. Сопоставление с последним также помогло выявить пласт незаменимой общей лексики и отделить его от специфически эпического словарного запаса. Результаты по отдельным авторам могут послужить стартовой точкой для дальнейших исследований (а для Валерия Флакка подтверждают ранее сделанные выводы).

Надеюсь, что предложенная методика статистического анализа

будет полезна и в будущем.

Литература

Альбрехт 2002 - Альбрехт М. фон История римской литературы от Андроника до Боэция и ее влияния на позднейшие эпох / Пер. А. И. Любжина. Т. 1. М., 2002.

Беликов 2011 - Беликов А. Е. Denominibus substantivis apud Valerium Flaccum // Индоевропейское языкознание и классическая филология - XV. Часть I. СПб., 2011. С. 33-38.

Беликов 2012 - Беликов А. Е. Поэтическая лексика в «Аргонавтике» Валерия Флакка: прилагательные // Индоевропейское языкознание и классическая филология - XVI. СПб., 2012. С. 53-58.

Беликов 2014 - Беликов А. Е. Материалы для сравнительного исследования словарного запаса Вергилия и Силия Италика // Индоевропейское языкознание и классическая филология - XVIII. СПб., 2014. С. 22-31.

Adams, Mayer 1999 - Adams J. N., Mayer R. G. Introduction // Aspects of the Language of Latin Poetry. Oxford; New York, 1999.

Axelson 1945 - Axelson B. Unpoetische Wörter. Lund, 1945.

Concordantia in Corpus Sallustianum / Cur. J. Rapsch, D. Najock, A. Nowosad. 2 Bd. Hildesheim-Zürich-New York, 1991.

Concordantia in Lucanum / Curav. M. Wacht. Hildesheim-Zürich-New York, 1992.

Concordantia in Silii Italici Punica / Curav. M. Wacht. Hildesheim-Zürich-New York, 1989.

Concordantia in Statium / Curav. M. Wacht. 3 Bd. Hildesheim-Zürich-New York, 2000.

Concordantia Vergiliana / Curav. M. Wacht. 2 Bd. Hildesheim-Zürich-New York, 1996.

Gai Valerii Flacci Argonauticon Concordantia / Curav. M. Wacht. Hildesheim-Zürich-New York, 2005.

Janssen 1988 - Janssen H. H. Le caratteristiche della lingua poetica romana // La lingua poetica latina / A cura di A. Lunelli, trad. G. Nordio, L. Toffolon. Bologna, 1988. P. 67-130.

Kroll 1924 - Kroll W. Studien zum Verständnis der Römischen Literatur. Stuttgart, 1924.

Leumann 1947 - Leumann M. Die lateinische Dichtersprache // Museum Helveticum. Vol. 4. Basel, 1947. S. 116-139.

Syme 1964 - Syme R. Sallust. Berkeley, 1964.

Weise 1909 - Weise O. Charakteristik der Lateinischen Sprache. LeipzigBerlin, 1909.

Wheeler 1919 - Wheeler A. L. Remarks on Roman Poetic Diction // Classical Weekly, vol. 12 № 23-24, whole № 337-338. 1919. P. 179182, 188-192.

A. E. Belikov. Statistical analysis of the I century AD epic poets' vocabulary in comparison with the Sallustian corpus

The paper is dedicated to the structure of the Icentury AD epic poets' vocabulary. Word frequency lists (based on the concordances to Virgil, Lucan, Valerius Flaccus, Statius and Silius Italicus) being statistically analyzed show great overlap and unity, which was theoretically postulated by Manu Leumann and which is now proved empirically. As an experimentum crucis prosaic author was to be included in comparison. The Sallustian corpus was chosen because the word frequency list was available and the chronological distance between authors was short. And even though Sallust is said to be a "poetical" writer and stylist (fact that should have made him closer to epic vocabulary) the results obtained show a great gap between him and poetry. There is some part of necessary words, that are common in any kind of text (e.g. esse, ire, venire), but it is limited; and there is a mass of words common in epic language, that do not interfere with the prosaic author. More detailed analysis shows that the most strict principles of choosing words are applied by Valerius Flaccus (which confirms the results of previously made investigations). Also there are some peculiar results for Lucanus, which provoke a special research.

Keywords: poets' vocabulary, Roman epos, Sallust.