Гнездовые группировки корольковой пеночки Phylloscopus proregulus и некоторые аспекты гнездовой биологии вида в антропогенных условиях западного макросклона Буреинского хребта (посёлки Чегдомын, Солони)

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2015, Том 24, Экспресс-выпуск 1114: 773-782

Гнездовые группировки корольковой пеночки Phylloscopus proregulus и некоторые аспекты гнездовой биологии вида в антропогенных условиях западного макросклона Буреинского хребта

Л.В.Капитонова

Лина Вадимовна Капитонова. Лаборатория генетики и эволюции, Институт комплексного анализа региональных проблем ДВО РАН, ул. Шолом-Алейхема, 4, Биробиджан, 679000, Россия. E-mail: kapitonova66@yandex.ru

Поступила в редакцию 25 февраля 2015

Корольковая пеночка Phylloscopus proregulus (Pallas, 1811) - обычный, местами многочисленный представитель орнитофауны таёжных местообитаний Дальнего Востока и в том числе окраин небольших населённых пунктов (Бабенко 2000). Её распространение более или менее изучено, тогда как сведения о гнездовой биологии представлены скудно и главным образом ограничены сроками размножения. Характер брачных отношений вида практически не изучен.

В нашем регионе гнездовую биологию корольковой пеночки изучал М.Ф.Бисеров (1999, 2003). Им описано её гнездование в естественных местообитаниях охотского типа в верховьях рек Бурея и Ниман (500600 м н.у.м.). Выделены три типа предпочитаемых ею местообитаний: 1) пойменные леса верховьев рек, где пеночка гнездится в кедровом стланике и на лиственнице; 2) с понижением высот — в поймах рек в чозениевых лесах; 3) в склоновых лиственничниках, устраивает гнёзда только на кедровом стланике. В 1995-1998 годах найдено 56 гнёзд корольковой пеночки, в том числе 44 жилых. Гнёзда найдены только на чозении, лиственнице и кедровом стланике, рассмотрены особенности и способы устройства гнёзд и в том числе — в свете гипотез достаточной степени маскировки и эффективного использования солнечного обогрева (Бисеров 1999).

В литературе описаны случаи гнездовых группировок корольковой пеночки. Одна из них отмечена М.Ф.Бисеровым (1999). На участке площадью 0.5 га, расположенном у слияния двух ключей, он обнаружил 3 жилых гнезда на расстоянии в 25-30 м одно от другого. Однако, это была единственная гнездовая группировка за всё время наблюдений, а в целом плотность расположения гнёзд на обследованных им территориях была минимальной — менее 1 гнезда на 1 км маршрута. Автор связывает близкое расположение гнёзд с хорошей прогреваемостью солнцем данного участка. Случай гнездовой, возможно полигиничной

группировки самок отмечен и в естественном местообитании Долин-ского района Сахалина на реке Лиственнице. Там в одной из небольших долин с курильским бамбуком высотой в рост человека, между поймой реки и надпойменной террасой, поросшей хвойным лесом, обнаружена группировка из 4 гнёзд корольковой пеночки. Три гнезда располагались на расстоянии 30-40 м друг от друга, а ещё одно - на удалении около 80 м (Бачурин, Капитонова 2014). Интересно, что В.А. Нечаев (1991), подробно описавший гнездование корольковой пеночки на Сахалине, не упоминал о близко расположенных гнёздах.

Цель данной работы — описать гнездовые группировки и некоторые особенности расположения гнёзд корольковой пеночки в антропогенных местообитаниях западного макросклона Буреинского хребта.

Материалы и методы

Исследования проводили в посёлках Верхнебуреинского района Хабаровского края, расположенных на Байкало-Амурской магистрали: Чегдомын ( 26, 27 июня 2014), Солони (1-3 июля 2014) и их ближайших окрестностях, не далее 500 м. Место наших исследований находится около 180 км к юго-западу от территорий, где проводил наблюдения М.Ф.Бисеров (1999). Высота над уровнем моря: Чегдомын 350 м, Солони — 550 м. В указанные дни предпринимались специальные поиски гнёзд разных видов птиц, в том числе корольковой пеночки. За 5 дней найдено 16 гнёзд Ph. proregulus, из них 13 текущего года постройки (12 жилых, 1 брошеное) и 3 прошлогодних. Осмотр высоко расположенных гнёзд не проводился, об их содержимом можно было судить по поведению самок. Когда речь идёт о наших данных о толщине стволов деревьев, на которых располагались гнезда, имеется в виду диаметр ствола у земли.

В посёлке Чегдомын найдено 5 гнёзд корольковой пеночки. Все они найдены в долине реки Чегдомын на юго-западной окраине посёлка (окрестности улиц Рабочая и Дальневосточная) среди жилой застройки частного сектора, перемежающейся вторичным зрелым черёмухово-ольхово-ивовым лесом с примесью берёзы плоско-листной Betula plathyphylla и осины Populus tremula, где в нижнем ярусе преобладает рябинник рябиннолистный Sorbaria sorbifolia.

В посёлке Солони найдено 11 гнёзд корольковой пеночки — как на окраине, так и среди построек дач, а также в естественных местообитаниях поймы реки Со-лони (не далее 300-400 м от освоенных человеком участков). Здесь в древостое преобладает чозения Chosenia arbutifolia, а также многочисленна лиственница Каян-дера Larix cajanderi, тополь душистый Populus suaveolens, осина, черёмуха обыкновенная Padus avium, берёзы плосколистная и жёлтая Betula costata, ель аян-ская Picea jezoensis.

Результаты и обсуждение Чегдомын

Из 5 гнёзд (3 жилых, 1 брошенное, 1 прошлогоднее) в долинном лесу располагались 3; на склоне южной экспозиции, обращённом к реке Чегдомын — 2. Во всех 5 случаях гнёзда располагались на участках, поросших высокоствольным лесом. Все найденные здесь гнёзда король-

ковых пеночек располагались на ольхе Alnus hirsuta. Места расположение гнёзд: 3 — у основного ствола, в основании нескольких мелких боковыми побегов; 1 — в «ведьминой метле», большом разросшемся образовании множества мелких веточек; и 1 (прошлогоднее) — подвешено между несколькими длинными тонкими вертикальными побегами, растущими на сильно наклонённом основном стволе.

Ориентация летка: 2 гнезда - на юг, по одному - на запад, северо-запад и север (брошенное гнездо).

В 2 жилых гнёздах были птенцы. При нахождении наблюдателя у обоих гнёзд с птенцами самки проявляли сильное беспокойство, активно передвигались в листве деревьев и кустарников в 10-20 м, издавая тревожные звуки, напоминающие позывку этого вида, воспроизводимую с большей частотой. Причём при беспокойстве одной самки на её тревожные крики прилетела вторая самка от соседнего гнезда и тоже активно тревожилась рядом.

Самка из единственного здесь гнезда с кладкой при приближении наблюдателя на расстояние 6-8 м выглянула из него, некоторое время наблюдала за происходящим, сидя на краю летка. При дальнейшем приближении улетела и больше не показывалась на глаза.

Три жилых и брошенное гнёзда располагались на территориях, где присутствие человека и техники в поле зрения насиживающей и кормящих самок было ежедневным явлением: гнездо на склоне располагалось в 30 м от тропы, по которой постоянно ходили люди (правда, с тропы гнездо заметно не было); одно из жилых гнёзд в долине располагалось в 20 м от проезжей грунтовой дороги с довольно интенсивным движением грузового транспорта и высокой запылённостью окрестной растительности; в 30 м от этой же дороги было расположено и брошенное гнездо, причём его можно было видеть с дороги; третье жилое гнездо располагалось в 20 м от границы жилой усадьбы и хозяйственных построек.

Солони

На окраине посёлка Солони и в его окрестностях найдено 9 жилых и 2 прошлогодних гнезда корольковой пеночки. На освоенной человеком территории найдено 7 гнёзд - на окраине дачного посёлка, поблизости от просёлочной и грунтовой дорог, железнодорожных путей, у свалки, около железнодорожной мастерской (расстояние до объектов антропогенного происхождения составляло от 3 до 50 м). Ещё 2 жилых и 2 прошлогодних гнезда найдены в естественном местообитании, в пойме реки Солони.

Большая часть гнёзд корольковой пеночки располагались на чозе-ниях — 6 жилых и 2 прошлогодних, что составило 72.7% от числа всех найденных здесь гнёзд. Остальные 3 жилых гнезда располагались: на

молодой сибирской ели Picea obovata, на сухих побегах куста ивы Salix sp., а «сдвоенное» гнездо - на берёзе жёлтой (рис. 1).

Гнезда на чозениях (n = 8) располагались стереотипно - у ствола в основании мелких сухих побегов, только одно из них было расположено между двумя тонким стволами диаметром 6-8 см с опорой на две боковые сухие веточки, идущие по диагонали снизу вверх со стороны летка и задней стенки.

Ориентация летков всех гнёзд (n = 11): 3 - на север; 3 - на северо-восток; 3 - на юго-запад; 1 - на юг; 1 - на восток.

Гнездо на сибирской ёлочке располагалось у ствола в верхней его части, с опорой на одну из ветвей, прикрытое сверху другой еловой «лапой». Гнездо на сухих побегах полусухой ивы, имеющей вид кустарника, располагалось в развилке одного из основных стеблей между мелкими боковыми ветками, с опорой на рядом расположенный ещё один стебель, маскируемое множеством мелких сухих веточек вокруг.

Рис. 1. Сдвоенное гнездо корольковой пеночки Phylloscopus proregulus. Берег реки Солони в окрестностях посёлка Солони. 30 июня 2014. Фото автора.

Примечательна находка сдвоенного гнезда (рис. 1), сделанного в высокоствольном пойменном лесу (чозения, берёзы белая и жёлтая, лиственница, ель, ольха, черёмуха Маака Padus maackii, внизу бурелом, ветровал) на коренном берегу протоки реки Солони. Гнездо располагалось на берёзе жёлтой, стоящей в 3 м от воды, на высоте 2.7 м от земли, у ствола, в основании группы тонких живых боковых побегов с листвой с опорой на более толстую боковую ветку. В 10-15 см над гнёздами нависал большой кусок тонкой берёзовой коры. Оба гнезда, несомненно, постройки этого сезона. Они располагались непосредственно одно на другом. Летки обоих гнёзд ориентированы на северо-восток. В нижнем гнезде было 3 яйца, осмотреть которые по техническим причинам не удалось. В верхнем — 1 свежеснесённое. Выяснить принадлежность гнёзд одной или двум самкам не удалось. В течение 30 -40 мин наблюдений у гнезда никто не появлялся, голос самки был услышан в 70 м. Один из самцов пел в 100 м, другой примерно в 200 м.

В 4 жилых гнёздах (кроме сдвоенного) шло насиживание кладок. Размеры яиц из двух кладок из 5 яиц, мм: 1) 14.4x11.0, 14.7x11.2, 14.1 Х10.9, 14.2x11.0 и 14.3x10.8; 2) 13.6x10.6, 14.6x11.4, 14.6x11.2, 14.2x 11.3 и 14.1x11.0. В сдвоенном гнезде кладка продолжалась и (или) только начиналась. Размеры 1 яйца из сдвоенного (верхнего) гнезда 14.3x11.1 мм. Средний размер промеренных яиц (n = 11), мм: 14.3x11.1 (lim 13.6-14.7x10.6-11.4). Окраска всех осмотренных яиц типичная: на белом фоне расположены красновато-коричневые поверхностные интенсивно окрашенные, красноватые более глубокие и серовато-красновато-фиолетовые, как бы прозрачные, расположенные ещё глубже, пятнышки, в одних местах налегающие друг на друга, в других — расположенные отдельно. Пятнышки как крупные, единичные, так и мелкие, более многочисленные. Не все, но большая часть пятен расположена ближе к тупому концу яйца и на большинстве яиц образует слабо оформленный венчик. Две осмотренные кладки отличались друг от друга величиной пятен, на одной как крупные, так и мелкие, на другой — практически все мелкие.

Высота расположения гнёзд над землёй: на ольхе (n = 5) от 1.8 до 7, в среднем 4.3 м; на чозении (n = 8) от 0.7 до 6, в среднем 3.3 м; все гнёзда (n = 16) - от 0.7 до 7, в среднем 3.4 м.

Обращает на себя внимание тот факт, что крайние и средний показатели высоты расположения гнёзд на ольхе выше, чем на чозении. Данные М.Ф.Бисерова (1999) по высоте расположения гнёзд из чозен-ников ниже наших — от 1.0 до 2.1, в среднем 1.5 м в глубине леса (n = 32) и от 1.9 до 4.1, в среднем 2.3 м близ опушек (n = 12).

М.Ф.Бисеров (1999) отметил, что в чозенниках гнёзда корольковых пеночек располагались только на молодых чозениях — таких, где толщина ствола соразмерима с горизонтальным диаметром гнезда. Нами

тоже отмечена эта особенность. Почти все гнёзда (п = 7) располагались на молодых чозениях, со стволами не более 7-10 см в диаметре. И только одно гнездо было построено на чозении диаметром около 20 см, такой же диаметр ствола был у жёлтой берёзы, на которой располагалось сдвоенное гнездо. Диаметр стволов ели и ивы, на которых располагались ещё 2 гнезда, был не более 6-8 см. Соразмеримость толщины ствола чозении с горизонтальным диаметром гнезда выполняет, на наш взгляд, маскировочную функцию — гнездо как бы вписывается в очертания ствола. М.Ф.Бисеров (1999) считает, что такая особенность расположения гнёзд способствует наименьшему затенению в условиях прохладного и дождливого лета.

Мы отметили, что в пойменных лесах, где корольковая пеночка охотно гнездиться, на заливаемых во время паводка участках пучки травы нередко остаются в развилках веток деревьев и кустарников, и иной раз на значительной высоте. Можно предположить, что подобное расположение маленьких, внешне «неаккуратных» гнёзд корольковой пеночки маскирует их, имитируя застрявший на дереве после паводка клок сухой травы. Отсюда объяснима тенденция к гнездованию на небольших высотах там, где позволяют условия, как показано М.Ф.Би-серовым (1999) для чозенников, произрастающих как раз по речным поймам. По его же данным, именно в молодых, хорошо прогреваемых солнцем чозениевых лесах, подверженных частичному затоплению во время летних паводков, плотность гнездования корольковых пеночек доходит до 10 жилых гнёзд на 1 км маршрута, и в них же высота расположения гнёзд от земли наименьшая.

При гнездовании на ольхе это условие не соблюдается. Гнёзда, сделанные на ольхах (п = 4), были расположены на деревьях с заметно большим диаметром ствола — 25-30 см. И только одно гнездо располагалось между тонкими вертикальными побегами (толщиной не более 1-1.5 см у основания), растущими от сильно наклонённого ствола ольхи диаметром 20-25 см. Маскировка в этих случаях достигается эффектом комка сухой травы, застрявшего в основании тонких молодых вертикальных побегов ольхи, растущих из ствола. На наш взгляд, в обоих типах гнездования, как на чозении, так и на ольхе, гнёзда демаскирует главным образом леток, который почти всегда бывает открытым.

При нахождении наблюдателя около гнезда с кладкой в двух случаях самки проявляли сильное беспокойство голосом, держались открыто на близком расстоянии, степень насиженности яиц в этих гнёздах была средняя и максимальная. В одном случае самка держалась поблизости, но почти не выражала своего присутствия голосом. В другом случае самка тихо покинула гнездо, ничем не выдавая своего присутствия. Кладки в этих двух случаях не удалось осмотреть, степень насиженности яиц не определена, но можно предположить, что она

была невысокой. В 4 гнёздах самки кормили птенцов. В двух из них птенцы были хорошо оперены, на стадии «перед вылетом». При на -хождении наблюдателя около гнезда с птенцами во всех случаях самки активно беспокоились в непосредственной близости (10-20 м). В одном случае самка прилетела за 40 м от своего гнезда на беспокойное поведение пары седоголовых овсянок Ocyris spodocephalus, гнездо которых в это время обследовал наблюдатель, и активно беспокоилась рядом с ним.

Кроме того, мы отмечали случаи группового расположения гнёзд корольковой пеночки. В посёлке Чегдомын два жилых гнезда, расположенные в долине, находились на расстоянии 59 м друг от друга, в обеих самки кормили птенцов. Брошенное гнездо также располагалось недалеко, в 46 м от одного и в 95 м от другого. Третье жилое гнездо было расположено на склоне сопки, в 308 м от ближайшего из упомянутых выше жилых гнёзд в долине. Окрестности вокруг гнёзд были обследованы, других гнёзд этого вида не найдено.

^к гнезда

Рис. 2. Схема обследованных территорий и расположения жилых гнёзд корольковой пеночки РЬуИозеорш рго^иЫ, найденных в окрестностях посёлка Солони.

В окрестностях посёлка Солони жилые гнёзда располагались двумя выраженными группировками на расстоянии 1200 м одна от другой (рис. 2). Вполне возможно, что далеко не все гнёзда были найдены, территория между железной дорогой и рекой обследована не полностью. Обследована полоса шириной 40-70 м вдоль железнодорожных путей между группировками гнёзд пеночек и одиночным гнездом, и вдоль берега реки Солони, где найдено только сдвоенное гнездо. Надо

отметить, что вдоль железной дороги в древостое преобладают молодые чозении, а вдоль берега реки растёт высокоствольный лес, где количество чозений меньше, а их возраст больше. Количество поющих самцов корольковой пеночки было также меньше вдоль реки и больше вдоль железной дороги. Отсюда можно заключить, что неравномерное распределение предпочитаемых видом растительных сообществ определяет распределение гнёзд, в том числе — возникновение их группировок. Но нельзя отрицать, что возникновению группировок, помимо биотопических факторов, способствуют определённые поведенческие тенденции, к примеру, терпимость самок друг к другу. Этим можно объяснить случай сдвоенного гнезда, даже если оно принадлежало одной самке, и тем более, если хозяйками гнёзд были две разные птицы.

Первая группировка на окраине дачного посёлка в пойме реки Солони состояла из 4 жилых гнёзд, три из которых были расположены практически по прямой линии на расстоянии 32 и 24 м друг от друга (3 гнезда на отрезке 56 м), в них самки насиживали кладки. На расстоянии 136 м от этих трёх гнёзд находилось четвёртое жилое гнездо с птенцами «на вылете». Вторая группировка состояла из 3 гнёзд, расположенных в виде треугольника со сторонами 84, 102 и 125 м. В двух наиболее близко расположенных гнёздах второй группы были птенцы, в одном самка насиживала кладку. На расстоянии 582 м от ближайшего гнезда второй группировки находилось ещё одно гнездо с птенцами. Сдвоенное гнездо находилось на расстоянии 293 м от предпоследнего одиночного гнезда. Таким образом, расстояние между гнёздами в наблюдаемых нами группировках составляло от 24 до 146, в среднем 84.7 м (n = 7).

Для других видов пеночек известны полигиничные группировки самок (Иваницкий 2012). У пеночки-веснички Phylloscopus trochilus известна факультативная полигиния, когда расстояние между гнёздами в полигиничных двойках самок составляло 7-100, в среднем 46 м (Лапшин 2004). У толстоклювой пеночки Phylloscopus schwarzi на острове Сахалин описано три гнезда, расположенные на участке одного самца размером 20x40 м (Бачурин, Капитонова 2014). Трудно сказать, можно ли в описанных нами случаях говорить о полигинии у корольковой пеночки, но однозначно можно говорить о тенденции к групповому гнездованию. В нашем случае из 12 гнездящихся самок не менее 8 (66.7%) были связанны групповыми отношениями, поскольку самки, несомненно, знали о присутствии друг друга. По данные М.Ф.Бисерова (1999), из 44 гнездящихся самок корольковых пеночек только 3(6.8%) были связаны групповыми отношениями. В.А.Нечаев (1991), много лет изучавший орнитофауну Сахалина и написавший подробный очерк о корольковой пеночке, не отметил ни одного такого случая. Из этого следует, что тенденция к групповым отношениям присуща не всем по-

пуляциям корольковой пеночки или же проявляется при определённом стечении обстоятельств.

Мы отмечали присутствие поющих самцов корольковых пеночек в местах расположения жилых гнёзд. В посёлке Чегдомын в районе группировки из двух гнёзд с птенцами два самца пели в 100 и 150 м; у третьего жилого гнезда один самец пел на расстоянии 100 м, другой 200-250 м выше по склону. В посёлке Солони около трёх гнёзд первой группировки (у дач) пели три самца, в 100, 150 и 200 м; около четвёртого гнезда этой же группировки было слышно пение двух самцов, в 70 и 150 м. Около второй группировки в этом посёлке было слышно пение трёх самцов, в 70 и 200 м с одной стороны железнодорожных путей и в 100 м от гнезда с другой стороны путей. Около предпоследнего гнезда, расположенного отдельно, пели два самца, в 70 и 150 м, около «сдвоенного» гнезда пели также два самца, в 100 и 200 м. В общем, можно заключить, что число самцов примерно соответствовало числу гнёзд или немного превышало его. Можно было бы думать, что в данном случае имеют места моногамные отношения самцов и самок. Однако известно, что самцы корольковой пеночки не принимают участие в гнездовых заботах (Балацкий 1997; Пукинский 2003). Мы тоже ни разу не наблюдали присутствия около гнёзд пары корольковых пеночек.

Заключение

Умеренное антропогенное преобразование территории не мешает гнездованию корольковой пеночки, если есть подходящие, предпочитаемые видом древесные породы. Для территории западного макросклона Буреинского хребта (посёлки Чегдомын, Солони), кроме предпочитаемых этим видом древесных пород — чозении и ольхи, обнаружено использование ещё трёх — жёлтой берёзы, ели сибирской, ивы.

У самок корольковой пеночки, гнездящихся на антропогенно преобразованной территории, выявлена тенденция к объединению в группировки. Это может быть обусловлено совпадением неравномерности распределения предпочитаемых биотопов и особенностей поведения, а именно, терпимости самок к близкому присутствию друг друга.

При появлении у гнезда человека степень беспокойства самки зависит от насиженности кладки и максимальна при наличии в гнезде птенцов. На стадии кормления птенцов самки активно реагируют на тревожное поведение соседей как своего, так и других видов.

Для обстоятельного изучения гнездовой биологии, и в том числе характера репродуктивных стратегий самцов и самок корольковой пеночки, нужны дополнительные исследования.

Мы благодарны Н.А. Формозову за критические замечания и дополнения. Работа выполнена на средства гранта ДВО РАНШ14-Ш-Д-06-023.

Литератур а Бабенко В.Г. 2000. Птицы Нижнего Приамурья. М: 1-724.

Балацкий Н.Н. 1997. Глухая кукушка Cuculus saturatus в верховьях Бикина // Рус. орнитол. журн. 6 (8): 7-9. Бачурин Г.Н., Капитонова Л.В. 2014. Аспекты совместимости глухой кукушки Cuculus (saturatus) optatus и её видов-воспитателей на о. Сахалин // Дальневост. орнитол. журн. 4: 42-54.

Бисеров М.Ф. 1999. О гнездостроении корольковой пеночки на северо-востоке ареала //

Тр. заповедника «Буреинский» 1: 63-67. Бисеров М.Ф. 2003. Птицы Буреинского заповедника и прилегающих районов Хингано-

Буреинского нагорья // Тр. заповедника «Буреинский» 2: 56-83. Иваницкий В.В. 2012. Политерриториальность и полигиния у птиц: перспективы срав-

нительно-этологического подхода // Рус. орнитол. журн. 21 (722): 155-164. Лапшин Н.В. 2004. Факультативная полигиния у веснички Phylloscopus trochilus в

условиях таёжного Северо-Запада России // Рус. орнитол. журн. 13 (274): 931-936. Нечаев В.А. 1991. Птицы острова Сахалин. Владивосток: 1-748. Пукинский Ю.Б. 2003. Гнездовая жизнь птиц бассейна реки Бикин. Л.: 1-316.

ю ^

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2015, Том 24, Экспресс-выпуск 1114: 782-785

Гнездование чибиса Vanellus vanellus в лесотундре Предуралья

В.В.Морозов

Владимир Викторович Морозов. ФГБУ Всероссийский научно-исследовательский институт охраны природы (ВНИИприроды), усадьба Знаменское-Садки, Москва, 117628, Россия. E-mail: piskulka@rambler.ru

Поступила в редакцию 27 февраля 2015

Наиболее северными пунктами гнездования чибиса Vanellus vanellus на северо-востоке европейской части СССР вплоть до настоящего времени указывались окрестности села Усть-Цильма на реке Печоре и район устья реки Усы возле села Усть-Уса, где о гнездовании этих куликов в 1970 и 1985 годах на болоте Усва-Нюр сообщил А.А.Естафьев (1995), однако факты, доказывающие гнездование, автором приведены не были. Кроме этого, чибисы, вероятно, гнездились в 1977 году возле посёлка Кожим у подножья Приполярного Урала, где 26 июня отмечены две тревожившиеся птицы (Рябицев и др. 1980). Все эти географические пункты находятся в таёжной зоне между 65°26' и 66°00' с.ш. Залёты чибисов были известны значительно севернее — в 1977 и 1982 годах в район города Воркуты (Лобанов 1982; Морозов 1987), в 1983 году, по опросным данным, одиночная птица добыта на реке Пут-Ю на востоке Югорского полуострова (Естафьев 1991). Тем не менее, фактов