ИЗМЕНЕНИЕ ПОКАЗАТЕЛЕЙ ЭГОЦЕНТРИЗМА У СТУДЕНТОВ ПРИ ТЕСТИРОВАНИИ НА АНГЛИЙСКОМ И РУССКОМ ЯЗЫКАХ

УДК 159.9

10.52070/2500-3488_2021_1_838_220

Т. И. Пашукова

доктор психологических наук, доцент

профессор кафедры психологии и педагогической антропологии Института гуманитарных и прикладных наук Московского государственного лингвистического университета tpashukova@yahoo.com

ИЗМЕНЕНИЕ ПОКАЗАТЕЛЕЙ ЭГОЦЕНТРИЗМА У СТУДЕНТОВ ПРИ ТЕСТИРОВАНИИ НА АНГЛИЙСКОМ И РУССКОМ ЯЗЫКАХ

В статье рассматривается проблема изучения эгоцентризма как свойства и состояния личности и обсуждаются результаты исследования эгоцентрической сфокусированности у студентов, установленные при тестировании их на русском и английском языках. Испытуемыми были студенты, владеющие на должном уровне родным русским и иностранным английским языками. В ходе исследования использовались методики определения уровня владения английским языком, а также проективный тест эгоцентрических ассоциаций на английском и русском языках. Обнаружены статистически значимые различия более высоких показателей эгоцентризма при тестировании на английском языке.

Ключевые слова: языковая личность; эгоцентризм; сфокусированность на себе; языковой эгоцентризм, коллективистический и индивидуалистический типы культур.

T. I. Pаshukova

Doctor of Psychology (Dr. habil), Prof.

Professor Department of Psychology and Pedagogical Anthropology Institute of Humanities and Applied Sciences Moscow State Linguistic University tpashukova@yahoo.com

changes in the indicators of egocentrism in testing students in English and Russian

The article considers the problem of studying egocentrism as characteristics and state of personality, and discussing the results of the study of egocentrism of students, established in testing them in Russian and English. The subjects were students who had a good command of their native language (Russian) and foreign language (English). The study used methods for determining the level of English language proficiency, as well as a projective technique of egocentric associations in English, and Russian. Statistically significant differences in higher egocentrism scores testing in English were found.

Key words: linguistic personality; egocentrism; self-focus; linguistic egocentrism, collective and individual types of cultures.

Введение

В современной психологии личность понимается как сравнительно устойчивая целостная система когнитивных, морально-волевых и социально-психологических качеств человека. Эти качества находят свое выражение в индивидуальных особенностях общения, деятельности и взаимоотношениях с другими людьми. Системный подход к изучению личности требует учета внутрисистемных и межсистемных связей и позволяет нам считать, что ее свойства и состояния зависят не только от межличностных и деловых отношений, но и от этнокультурной детерминации. Этнокультурная детерминация выражается в типе культуры, в том числе в нормах регуляции социального поведения в том или ином обществе.

Личность связана с другими людьми разными отношениями, в которых она себя проявляет как субъект общения и деятельности. При этом ее язык и речь как средство общения отражают состояние самой личности. Роль языка не исчерпывается приемом и передачей информации. Благодаря языку у человека формируется картина мира с ее системой отношений к себе, к другим людям, к миру в целом [Вайсбергер 2004]. Поэтому особенности отношения человека к себе, выраженные в дискурсе, позволяют понять его состояние и установить конгруэнтность или согласованность собой.

К числу причин нарушений конгруэнтности с собой и с другими следует отнести эгоцентризм. Эгоцентризм как свойство или состояние личности представляет собой реакцию эгосистемы. Эгоцентризм у взрослых людей может быть временной, ситуативной реакцией на ситуации, связанные с общением и отношением людей, но может представлять собой и «выученную» годами жизненную позицию, сформированную воспитанием.

Эгоцентризм во многом проявляется в связи с индивидуальной потребностью в большем или меньшем учете своих интересов и желаний с другими людьми. Согласно мнению Ж. Пиаже, эта потребность детерминирована извне, вызвана ограничениями общества. По мнению автора, эту проблему эгоцентризма и возможностей его преодоления лучше всего можно объяснить механизмом равновесия операциональных структур [Пиаже 1981].

Особенности регуляции и координации индивидом своих планов, желаний, поступков и действий с действами других зависят не

только от внутренних факторов, но и от внешних, включая тип культуры, в которой происходит его социализация и жизнедеятельность. Под внешними факторами понимаются социальные и социально-психологические условия общения, отношений и взаимодействия. Под внутренними - социально-психологические установки, желания личности, ее способности, отношение с самим собой и т. д.

В последние десятилетия всё чаще исследуется внешние факторы эгоцентризма. Эгоцентризм в психологии теперь понимается не только как эгоцентризм познавательных процессов, связанных с их развитием, но и как свойство и состояние личности оно проявляется в межличностном и деловом общении, взаимодействии и отношениях [Психология общения. Энциклопедический словарь 2015, с. 163-164; Пиаже 1981; Самойлова, Тюрина 2016; Elkind 1985]. Однако анализ содержания соответствующих опубликованных отечественных и зарубежных работ показывает, что проблема связи эгоцентризма с типом культуры и использованием того или иного языка изучена явно недостаточно.

Поэтому целью нашего исследования стало выяснение влияние языка, использующегося в культурах коллективистического и индивидуалистического типа по классификации Г. Хофстеде [Hofstede 1980].

Эгоцентрические состояния личности

Эгоцентризм (от др.-греч. еую - «я» и лат. centrum - «центр круга») - это состояние и особая позиция, в первую очередь познавательная, которая в психологии определяется как неспособность координирования различных точек зрения, мнений, планов и др.

Эгоцентризм как состояние личности чаще всего проявляется в виде «зацикленности», иначе - сфокусированности человека на себе. Эмпирическими референтами эгоцентризма являются внешние признаки и эгоцентрическая речь, характеризующаяся эготизмом, избыточной рефлексией и ретрофлексией своих переживаний, качеств, особенностей личности и др. [Пашукова 2001]. Если значительная сфокусированность в социально-психологическом взаимодействии и общении с другими людьми оказывается частой и закрепляется, она может рассматриваться как свойство личности.

В психологии выявлен ряд эгоцентрических личностных феноменов, которые встречаются в общении и взаимодействии людей.

Помимо явления сфокусированности к ним относятся: феномен ложного консенсуса, феномен «проклятие знания», «иллюзия прозрачности» и «эффект прожектора» [Пашукова, Панфилова 2020, с. 237-238].

Феномен ложного консенсуса, называемый еще эффектом ложного согласия, связан с механизмом проекции. Например, он проявляется в том, что человек считает, что все другие с ним согласны и думают так же, как он.

Феноменом, именуемым «проклятие знания», является одно из проявлений когнитивных искажений. Его суть состоит в том, что более информированным людям чрезвычайно сложно рассматривать проблему с точки зрения менее информированных людей. Те, кто много знают, склонны вести беседу с окружающими свысока, особенно на темы, касающиеся данного предмета обсуждения. Они забывают о разнице между своим уровнем знаний и знаниями собеседников.

Эгоцентрический феномен, представленный в психологии под названием «иллюзия прозрачности» состоит в том, что человек, который переживает некоторые эмоциональные состояния, думает, что его состояние замечают все. В определенной степени феномен «иллюзия прозрачности» похож на эгоцентрический феномен, обнаруженный у подростков и именуемый «воображаемой аудиторией». Подобное эгоцентрическое состояние у подростков состоит в том, что им кажется, что другие, в первую очередь, взрослые, только и делают, что за ними наблюдают, что их обсуждают, замечают недостатки или достоинства. Термин «воображаемая аудитория» (англ. imaginary audience) был введен детским психологом Д. Элкиндом в 1967 г. феномен изучался у одростков наряду с феноменом «личностный миф» и «сфокусированность на себе» [Bell, Bromnick 2003; Enright, Shukla, Lapsley 1980]. Оба эти феномена схожи и с эффектом прожектора. Эффект прожектора выявлен у взрослых и его суть состоит в том, что человеку кажется, что все вокруг на него смотрят [Gilovich, Medvec, Savitsky 2000].

Одной из форм речевого эгоцентризма является эготизм. Это стремление рассказывать о себе. Данное стремление рассказывать о себе во многом детерминируется потребностью подтвердить свой статус и часто выполняет функцию самопрезентации и самопредъявления. Реализация этих функций очень важна, но проблема состоит в том, что все перечисленные эгоцентрические феномены эгоцентризма и чрезмерный эготизм в общении с другими людьми снижают его

эффективность. С эгоцентричными людьми трудно координировать совместную деятельность, сложно договариваться из-за их озабоченности собой, невнимательности к партнерам, к их мнению, к их логике и доказательствам.

В коллективистических и индивидуалистических типах культур отношение к эгоцентризму и его отдельным появлениям различается. Например, в США определенная мера эготизма поощряется, а сама самопрезентация считается необходимой в очень разных ситуациях и условиях общения. В то же время в Китае детей учат скромности. В их культуре избегают частого употребления местоимения «я», учат меньше думать о себе, больше о близких. У русских, культура которых также относится к коллективистическим, также сформировалось негативное отношение к так называемым яколкам, т. е. людям, которые мало слушают других, но много говорят о себе.

Этнокультурные особенности отношения к явлению самопрезентации и эгоцентризму различаются. Везде есть соответствующие представления о важности координации собственных мнений, планов и решений с родными, близкими людьми, с товарищами и сослуживцами и др. Но в разных этнических группах их нормы и формы отличаются. Скорее всего, стремление к самоутверждению и самопрезентации будет выше в культурах индивидуалистического типа по сравнению с культурами коллективистического типа. Поэтому можно предположить, что это отражается на содержании дискурса и характере общения у билингвов. Владение языками соотносится с освоением типа культуры изучаемого языка и формированием языковой личности.

Г. И. Резницкая определяет языковую личность (англ. linguistic personality) как когнитивно-коммуникативный инвариант или обобщенный образ носителя культурных, языковых и коммуникативно-деятельностных ценностей, знаний, установок и форм поведения. Она обращается к идеям Й. Вайсгербера, в работах которого утверждается, что язык играет решающую роль в формировании картины мира [Психология общения ... 2015, с. 365].

Ю. Н. Караулов рассматривал языковую личность как совокупность способностей и характеристик человека, которые обусловливают создание и восприятие им речевых произведений (текстов). Они различаются: а) степенью структурно-языковой сложности; б) глубиной и точностью отражения действительности; в) определенной целевой направленностью [Караулов 1987, с. 216-237].

В лингвокультурологических исследованиях выделяют три аспекта языковой личности, соответствующие трехуровневой ее модели, предложенной Ю. Н. Карауловым: ценностный аспект, аспект языковой категоризации и поведенческий аспект.

Ценностный аспект языковой личности отражает общечеловеческие и специфические национальные предпочтения и ценности. Они могут быть выражены в коммуникативных стратегиях, например в стратегиях вежливости, в оценках значений слов и пр.

Аспект языковой категоризации действительности проявлен в специфической картине мира. Он когнитивный по своей сути и задает применение номинативных стратегий.

Поведенческий аспект выделяется по специфическому набору речевых характеристик. Он включает просодику и паралингвистиче-ские средства общения. Они указывают на возрастные, половые, социальные и ролевые особенности дискурса, применяемые в том или ином виде общении [Карасик 1993].

И. Н. Горелов и К. Ф. Седов считают, что понятие «языковая личность» в общем виде указывает на национальную специфику коммуникативного поведения, обусловленную характерными общекультурными и ситуативними нормами общения и ситуацией [Горелов, Седов 2001, с. 120-138]. Известно, например, что американцы отличаются высокой степенью индивидуализма, в беседе они более эгоцентричны, чем русские. В США считают, что коммуникативное поведение во время интервью при приеме на работу должно отвечать фразеологизму blow your own horn (хвалить самого себя), что у других народов не приветствуется.

В. А. Гуреев рассматривает языковой эгоцентризм в системе языка. Он считает, что концептуальная система индивидуума и репрезентирующая ее система языка несут на себе признаки эгоцентризма и что это отражается на системе частей речи. Он полагает, что эгоцентрическая система частей речи должна исходить из утверждения главенствующей роли «Я» в формировании и функционировании самой системы частей речи и из признания в качестве ядра этой системы местоимения «Я» как его языкового представителя. В системе языка признаки эгоцентричности, по его мнению, можно обнаруживать на лексическом и грамматическом уровнях, а также и на уровне текста. В. А. Гуреев пишет, что на первом месте среди языковых эгоцентри-ков, несомненно, находится местоимение «Я» [Гуреев 2017].

Эгоцентризм в настоящее время становится объектом междисциплинарных исследований в гуманитарных науках. При этом в лингвистических и филологических науках выявляются коммуникативно-прагматические и лингвостилистические особенности отдельных видов эгоцентрических текстов. Например, в исследовании Н. Г. Абросимовой показано, что актуализация эгоцентрической точки зрения речевого субъекта имеет отличия в текстах деловой и повседневной коммуникации на немецком языке. Отличия вызваны закономерностями формулирования деловых и повседневных эгоцентрических текстов на немецком языке в условиях взаимодействия коммуникативно-речевого стандарта и авторской субъективности. Коммуникативно-речевой стандарт действует в отношении каждого отдельного типа делового (автобиография, личное заявление) и повседневного (авторизованное объявление, личный блог и др.) текста [Абросимова 2019]. Вероятно, благодаря механизмам интериоризации, эти стандарты становятся компонентами социально-психологической регуляции языковой личности. Однако эти компоненты, равно как и проблемы использования языка, языковой личности в психологии почти не изучены. К малоизученным следует отнести и проблему детерминированности эгоцентризма нормативными особенностями культуры, вытекающими из особенностей интегрированности личности с группой и общностью.

В индивидуалистических культурах степень интегрированности людей, по сравнению с коллективистическими культурами, слабее, так как в них акцент делается на индивидуальности и самоутверждении личности. Восприятие социального окружения и себя у их представителей также отличаются. В индивидуалистических культурах приветствуется наличие и открытое высказывание собственного мнения, аргументация своей точки зрения [Hofstede 1980].

В коллективистических культурах приоритетны интересы группы и центр внимания смещен на родных и близких. Его внимание направлено на отношение с ними, что отражается на манерах и ориентировке на правила высказывания своей точки зрения, мнения, намерений и желаний. Представители коллективистических типов культур воздерживаются от высказываний, которые могут противоречить общим интересам и даже слово «Я» в этих культурах избегается.

Тип культуры проявляется в стиле общения, в обращениях, в характере отношений. Россия, согласно Г. Хофстеде, относится к культурам коллективистического типа, а к выраженным индивидуалистическим

культурам, по его классификации, относятся англоговорящие народы США, Великобритании, Австралии и большей части Западной Европы [Hofstede 1980].

Всё вышеперечисленное позволяет предположить, что переход к использованию английского языка как средству общения может увеличить показатели эгоцентризма личности, в том числе показатели сфокусированности, или эгоцентрической направленности личности, которые выделяли в своих работах некоторые отечественные и зарубежные авторы [Пашукова 2001; Enright, Shukla, Lapsley 1980]. Поэтому следует проверить гипотезу о том, что при смене используемого языка, относящегося к другой культуре общения, показатели эгоцентризма как состояния личности изменятся.

Методы и процедура исследования

Методы исследования. Для проверки гипотезы мы, совместно с А. А. Соколовой, использовали тест для определения уровня знания английского языка и тест для исследования эгоцентрической направленности (ЭАТ) на русском и английском языках [Соколова 2019]. На английском языке тест был разработан Т. Шустровой, а на русский язык переведен, адаптирован и стандартизирован Т. И. Пашуковой [Психология общения ... 2015, с. 583-584].

Тест для определения величины и уровня эгоцентризма представляет собой 40 незавершенных предложений, которые начинаются со слов: «В такой ситуации ...»; «Легче всего ...»; «Несмотря на то, что ...»; «Чем дольше ...»; «По сравнению с ...» и т. п. (В английском варианте: «In such a situation ...»; « The easiest...»; « Despite the fact that...»; «The longer ...»; «Compared to ...», etc., соответственно). Эмпирическими референтами эгоцентризма в тесте считаются языковые эго-центрики. Этот тест относится к группе проективных методов и дает возможность использовать его повторно [Пашукова 2001, с. 177].

Выборка. В качестве испытуемых были выбраны студенты Московского государственного лингвистического университета, изучавшие английский язык, родным языком у которых был русский. Студентам предлагалось пройти тест на определение уровня знания английского языка. К исследованию были приглашены те, у которых знания оказались соответствующими уровням B2 или C1. Это уровни, при которых человек может свободно говорить на абстрактные и конкретные темы, понимает содержание сложных текстов и без особых

затруднений способен общаться с носителями языка. В основном исследовании приняли участие 62 человека: 39 девушек и 23 юношей в возрасте 21-24 года (M = 22,47; SD = 0,91).

Процедура исследования. В процессе эмпирического исследования испытуемым студентам предлагался проективный тест эгоцентрических ассоциаций сначала на английском языке и через определенное время на русском языке. Перерыв в тестировании на данных языках составлял не менее 6 часов.

Результаты исследования. Результаты тестирования с помощью теста ЭАТ в 100 % случаев были больше по величине при заполнении теста на английском языке, чем при заполнении этого же теста на русском языке. Увеличение показателей эгоцентризма наблюдалось от минимальной величины, равной 1, до максимальной - 12. Среднеарифметическая величина для всей выборки M = 4,23, а среднеквадратичное отклонение - SD = 2,77.

Корреляционная зависимость показателей эгоцентризма при заполнении теста на английском и русском языке определялась по методике Спирмена. Она оказалась положительной и значимой (p = 0,01), что позволяет считать и позволяет говорить о зависимости увеличения показателей: чем выше показатели эгоцентризма у испытуемых на английском языке, тем выше они и при заполнении теста на русском языке.

Подсчет и анализ величин эгоцентризма у испытуемых при тестировании с помощью теста на английском языке (TES) показал вариацию показателей от 6 до 27, а уровней - от низкого до очень высокого уровня. Время заполнения теста на одном и другом языке соответствовало норме и длилось от 10 до 30 минут.

Среднеарифметическая величина по группе составила при тестировании на английском языке M = 18,13 при стандартном отклонении SD = 4,5. У 71 % испытуемых выявлен средний уровень эгоцентризма, у 6 % - низкий, у 22 % - высокий и у 1 % - очень высокий. В этом случае также преобладали испытуемые со средним уровнем эгоцентризма, но показатели высокого уровня увеличились.

На русском языке величины показателей эгоцентризма испытуемых варьируют от 3 до 24 и оказываются в пределах низкого, среднего и высокого уровня согласно таблице определения уровней у студенческой молодежи [Пашукова 2001, с. 329]. Показатели среднего арифметического и среднеквадратичного отклонения по группе испытуемых

составляют М = 13,95; SD = 4,99. Средний уровень эгоцентризма, как и ожидалось, оказался самым распространенным и выявлен у 79 % испытуемых. У 13 % испытуемых имелся низкий уровень эгоцентризма, а у 8 % - высокий (см. табл. 1).

Размах величин в обоих случаях составил d = 21, но с разницей в показателях величин эгоцентризма и движением его в сторону увеличения при тестировании на английском языке.

Таблица 1

Уровни эгоцентризма испытуемых при заполнении теста ЭАТ на русском и английском языках

Уровни эгоцентризма у испытуемых Уровни эгоцентризма при заполнении теста на русском языке Уровни эгоцентризма при заполнении теста на английском языке

количество испытуемых

Очень высокий 0 0 1 1

Высокий 5 8 13 22

Средний 49 79 44 71

Низкий 8 13 4 6

Проверка результатов исследования эгоцентризма испытуемых на русском и на английском языках на нормальность по критерию Колмогорова-Смирнова показала их соответствие нормальному распределению. Поэтому для подтверждения справедливости гипотезы был использован ^критерий Стьюдента для зависимых выборок. Показатель оказался равным = -11,97, при р < 0,05. Он позволяет считать различия статистически значимыми. Отрицательное значение 1-критерия указывает на тенденцию увеличения эгоцентризма при заполнении теста на английском языке, что подтверждает результаты сравнения величин эгоцентризма у всех 62 испытуемых.

Обсуждение результатов

При заполнении теста на английском и русском языках у испытуемых студентов наблюдается неслучайное статистически значимое различие в показателях эгоцентризма при заполнении теста на английском и русском языках.

Попарное сравнение величин эгоцентризма испытуемых, показатели описательной статистики среднеарифметических величин эгоцентризма на английском и русском языках у всей выборки, значимость t-критерия Стьюдента для зависимых выборок t^ = -11,97, при p < 0,05 свидетельствуют о большем уровне эгоцентризма испытуемых во время заполнения теста на английском языке по сравнению с русским языком. В данном случае влияние языка на эгоцентризм обусловлено разницей типов культуры, нормы и правила которой создают непроизвольные установки, связанные с использованием языка и самоощущением языковой личности. Использование проективного теста эгоцентрических ассоциаций позволило осуществить проекцию состояния личности, выраженную содержанием дополненных предложений, а не нормами стандарта коммуникативно-речевого взаимодействия.

Скорее всего, причиной обнаруженных различий является культура и ее иноязычная коммуникация, меняющая состояние личности в сторону большей ее эгоцентричности при использовании английского языка. При этом выявленные различия можно отнести к фактам, подтверждающим формирование вторичной языковой личности у испытуемых.

Выводы

Гипотеза о влиянии языка на эгоцентризм как состояние личности подтвердилась. Индивидуальные показатели эгоцентризма испытуемых и среднеарифметические групповые показатели оказались больше при тестировании на английском языке, по сравнению их с показателями эгоцентризма при тестировании на русском языке.

Подтверждение эмпирической гипотезы позволяет нам считать, что использование иностранного языка влияет на эгоцентризм как состояние личности. Кроме того, полученные данные свидетельствуют в пользу доказательства существования феномена вторичной языковой личности.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ / REFERENCES

Абросимова Н. Г. Актуализация эгоцентрической точки зрения речевого субъекта в текстах деловой и повседневной коммуникации: автореф. канд. дис. ... филол. наук. СПб., 2019. [Abrosimov, N. G. (2019). Aktualizaciya e'gocentricheskoj tochki zreniya rechevogo sub''ekta v tekstax delovoj i

povsednevnoj kommunikacii. (Activating individual's egocentric point of view in texts of business and every day communication): abstract of PhD in Philology. St Petersburg. (In Russ.)].

Вайсгербер Й. Л. Родной язык и формирование духа. 2-е изд., испр. и доп. М.: Едиториал УРСС, 2004. [Vajsgerber, J. L. (2004). Rodnoj yazy'k i formirovanie duxa. (The native language and the formation of the spirit). 2nd ed., revised. Moscow: Editorial URSS. (In Russ.)].

Горелов И. Н., Седов К. Ф. Основы психолингвистики: учеб. пособие. 3-е изд., пер. и доп. М.: Лабиринт, 2001. [Gorelov, I. N., Sedov, K. F. (2001).0snovy' psixolingvistiki. (Fundamentals of psycholinguistics). Textbook. 3rd ed., revised. Moscow: Labirint. (In Russ.)].

Гуреев В. А. Языковой эгоцентризм и система частей речи // Мир науки, культуры, образования. 2017. № 6 (67). С. 491-493. [Gureev, V. A. (2017). Language egocentrism and the system of parts of speech. Mir Nauki, Kul tury, Obrazovaniya, 6(67), 491-493. (In Russ.)].

Карасик В. И. Коммуникативная личность как лингвистический концепт // Проблемы формирования языковой личности учителя-русиста. Волгоград: Перемена, 1993. С. 68-71. [Karasik, V. I. (1993). Kommunikativnaya lichnost' kak lingvisticheskij koncept. (Communicative personality as a linguistic concept). Problemy' formirovaniya yazy'kovoj lichnosti uchitelya-rusista. (pp. 68-71). Volgograd: Peremena. (In Russ.)].

Караулов Ю. Н. Русский язык и языковая личность. М.: Наука, 1987. [Karaulov, Yu. N. (1987). Russkij yazy'k i yazy'kovaya lichnost' (The Russian language and language personality). Moscow: Nauka. (In Russ.)].

Пашукова Т. И. Эгоцентризм: феноменология, закономерности формирования и коррекции. Кировоград: Центрально-Украинское изд-во, 2001. [Pashukova, T. I. (2001). E'gocentrizm: fenomenologiya, zakonomernosti formirovaniya i korrekcii. (Egocentrism: phenomenology, patterns of formation and correction). Kirovograd: Central'no-Ukrainskoe izdatel'stvo. (In Russ.)].

Пашукова Т. И., Панфилова Е. М. Эгоцентризм и характерологические особенности личности в период ранней взрослости // Вестник Московского государственного лингвистического университета. Образование и педагогические науки. 2020. Вып. 3 (836). С. 235-251. [Pashukova, T. I., Panfilova, E. M. (2020). (Egocentrism and character traits of personality in the period of early adulthood). Vestnik of Moscow State Linguistic University. Education and Teaching, 3(836), 235-251. (In Russ.)].

Пиаже Ж. Комментарии к критическим замечаниям Л. С. Выготского на книги «Речь и мышление ребенка» и «Суждение и рассуждение ребенка» // Хрестоматия по общей психологии. Психология мышления / под ред. Ю. Б. Гиппенрейтер, В. В. Петухова. М.: Изд -во Моск. ун-та, 1981. С. 188-193. [Piazhe, Zh. (1981). Kommentarii k kriticheskim zamechaniyam

L. S. Vy'gotskogo na knigi «Rech' i my'shlenie rebenka» i «Suzhdenie i rassuzhdenie rebenka». (Comments on L. S. Vygotsky's critical remarks on the books «Speech and thinking of the child» and «Judgment and reasoning of the child»). In Gippenrejter, Yu. B., Petuxova, V. V (eds.), Xrestomatiya po obshhej psixologii. Psixologiya myshleniya. (pp. 188-193). Moscow: Izd-vo Mosk. un-ta. (In Russ.)].

Психология общения. Энциклопедический словарь / под общ. ред. А. А. Бо-далева. 2-е изд., испр. и доп. М.: Когито-центр, 2015. [Bodaleva, A. A.

(2015), Psixologiya obshheniya. E'nciklopedicheskij slovar. (Psychology of Communication. Encyclopedea). 2nd ed., revised. Moscow: Kogito-centr. (In Russ.)].

Самойлова И. Г., Тюрина Л. В. Характеристики прощения у молодых людей с разным уровнем личностного эгоцентризма // Вестник Костромского государственного университета. Серия: Педагогика. Психология. Социокинетика. 2016. № 1. С. 59-62. [Samoylova, I. G., Tyurina, L. V

(2016). (Characteristics of forgiveness in yongpeopl with different levels of personal egocentrism). Vestnik of Kostroma State University. Series: Pedagogy. Psychology. Sociokinetics, 1, 59-62. (In Russ.)].

Соколова А. А. Вторичная языковая личность и ее влияние на уровень эгоцентризма // Collegium Linguisticum-2019 : тезисы докладов ежегодной конференции Cтуденческого научного общества МГЛУ. М.: МГЛУ, 2019. С. 128. [Sokolova, A. A. (2019). (Second Language Identity and its impact on the level of egocentrism). Collegium Linguisticum-2019. Moscow: MSLU, 2019. 128. (In Russ.)].

Bell J., Bromnick R. D. The Social Reality of the Imaginary Audience: A grounded Theory Approach // Adolescence. 2003. V. 38 (150). P. 205-219.

Gilovich T., Medvec V. H. & Savitsky K. The spotlight effect in social judgment: An egocentric bias in estimates of the salience of one's own actions and appearance // Journal of Personality and Social Psychology. 2000. P. 211-222.

Hofstede G. Culture's consequences: International differences in work-related values. Beverly Hills (Cal.), 1980. 327 p.

ElkindD. Egocentrism redux // Developmental Review. 1985. № 5. P. 218-226.

Enright R. D., Shukla D. C., Lapsley D. K. Adolescent egocentrism-sociocentrism and self-conciousness // Journal of Youth and Adolescence. 1980. Vol. 9. P. 57-69.