Формирование принципов сохранения архитектурно-градостроительного наследия Санкт-Петербурга на основе закономерностей его трехвекового градостроительного развития

УДК 711.4:719

Вестник СПбГУ. Сер. 15. 2013. Вып. 2

С. В. Семенцов

ФОРМИРОВАНИЕ ПРИНЦИПОВ СОХРАНЕНИЯ АРХИТЕКТУРНО-ГРАДОСТРОИТЕЛЬНОГО НАСЛЕДИЯ САНКТ-ПЕТЕРБУРГА НА ОСНОВЕ ЗАКОНОМЕРНОСТЕЙ ЕГО ТРЕХВЕКОВОГО ГРАДОСТРОИТЕЛЬНОГО РАЗВИТИЯ

Одной из самых сложных тем о Санкт-Петербурге является прояснение вопроса, чем же отличается Санкт-Петербург от других городов мира, в чем состоит его всемирная градостроительная и архитектурная ценность, позволившая включить его в Список Всемирного Наследия. Подробное изучение комплексов материалов (археологических, архивных, натурных, градостроительных, архитектурных, ландшафтных и т. д.) показывает, что Санкт-Петербург имеет многие уникальные особенности, одновременно развеивающие столь же многие мифы о нем. Рассмотрим главные из этих особенностей.

Колоссальный историко-археологический пласт

На основе архивных исследований выявлено, что до основания Санкт-Петербурга на равнинах Приневья и в зоне Финского залива на протяжении многих веков в новгородский, московский и шведский периоды стабильно существовала развитая сельская система расселения, включавшая города, крепости, несколько тысяч селений разных размеров и социального статуса, многокилометровую сеть дорог разной значимости (рис. 1). В значительной мере вся эта допетербургская система адаптирована при создании Санкт-Петербургской агломерации (рис. 2, 3). Возвращение Петром I этих земель в состав Российского государства и создание здесь столичного Санкт-Петербурга осуществлялось не на основе строительства «на пустом месте», а на принципах масштабной реконструкции и преобразования существовавшей системы сельского расселения в столичную городскую агломерацию [1].

Единая стратегия пространственного развития

Последовательными усилиями российских императоров сформировалась особая, осознанная территориально-пространственная стратегия создания на берегах Невы крупнейшего, не имевшего аналогов российского города, вышедшего на уровень одной из мировых столиц. Все развитие исторического Санкт-Петербурга и системы его пригородов осуществлялось по единой государственной программе, под непосредственным императорским контролем, при личном участии императоров. Петр I сформулировал в указах и на практике важнейшие принципы регулярности и ансамблевости градостроительного развития Санкт-Петербурга и всей его обширной пригородной зоны, обозначив «вектор развития» (рис. 4). Анна Иоанновна и Елизавета Петровна

Семенцов Сергей Владимирович — д-р архитектуры, профессор, Санкт-Петербургский государственный архитектурно-строительный университет, советник Российской академии архитектуры и строительных наук; e-mail: s.sementsov@mail.ru

© С. В. Семенцов, 2013

Рис. 1. Развитие Ингерманландии до основания Санкт-Петербурга (шведский период, на 1700-1702 гг.). Реконструкция С. В. Семенцова по материалам коллекций БРАН и РНБ работ А. И. Гиппинга, Л. Багрова и Х. Келина, А. С. Лаппо-Данилевского, Уллы Эренсверд, Кепсу Сауло.

Рис. 2. Система допетеребургских поселений и дорог на территории южной части исторического центра Санкт-Петербурга (шведский период, на 1700-1702 гг.). Реконструкция С. В. Семенцова по материалам коллекций БРАН и РНБ работ А. И. Гиппинга, Л. Багрова и Х. Келина, А. С. Лаппо-Данилевского, Уллы Эренсверд, Кепсу Сауло.

Рис. 3. Система поселений в дельте Невы в конце XVII в. (шведский период, на 1700-1702 гг.). Реконструкция С. В. Семенцова по материалам коллекций БРАН и РНБ работ А. И. Гиппинга, Л. Багрова и Х. Келина, А. С. Лаппо-Данилевского, Уллы Эренсверд, Кепсу Сауло.

Рис. 4. «Проектный» Санкт-Питербурх. 1719-1721 гг. Градостроительная регламентация планировки и застройки города. Реконструкция С. В. Семенцова по материалам проектов и гра-дозаконодательства.

Рис. 5. Подробный план столичного города Ст. Петербурга, снятый по масштабу 1/4200 под начальством генерал-майора Шуберта. Снимали топографы 1-го кл.: Монахов, Емельянов 1-й, Коровников, Гололобов, Иванов 1-й, Рябов, Киргинцов. Вырез. [слова] кантон. Данилов. Гравирован при Военно-Топографическом Депо. [СПб.], 1828 (Проектный генеральный план, фрагмент центральной части города).

на основе этих принципов сконцентрировали усилия на создании пространственно развитого градостроительного каркаса и обширной первичной ткани города и его раз-нофункциональных пригородов, формируя при этом основной массив деревянной первичной застройки, с вкраплением в это поле отдельных ансамблей. Екатерина II преобразовала дошедшие до нее город и пригороды с преимущественно деревянной застройкой в городскую агломерацию сплошного кирпичного строительства с многими великолепными ансамблями. Александр I, Николай I, Александр II, Александр III, Николай II продолжали и уточняли сформированные в XVIII столетии тенденции развития санкт-петербургской агломерации в целом, преобразовывая город и окрестности в единую иерархически сформированную пространственно развитую систему ансамблей и фоновых (рядовых) территорий и ландшафтов (рис. 5), объединенных системами внутренних и внешних сухопутных и водных регулярных по трассировке и ландшафтной композиции коммуникаций.

Единство рукотворно-ландшафтных закономерностей формирования города достигалось единством градостроительно-композиционных особенностей создания градостроительной структуры, общностью и одновременно многообразием его ансамблей, при подчеркнутом многообразии стилевых проявлений застройки зданий, сооружений и ансамблей. Очень эффективно действовал принцип единства градостроительной композиции при многообразии функций и стилевых решений застройки. Для осуществления этого была специально сформулирована и высочайше утверждена единая система градостроительных и архитектурных требований (регламентов) и практи-

ки безусловной, безукоризненной и всеобъемлющей реализации: по правилам и практике прокладки улиц, каналов, набережных и устройству площадей, по формированию кварталов застройки, по разбивке кварталов на участки и правилам застройки участков, по правилам и практике создания системы вертикальных доминант и всего силуэта города и его пригородной зоны и т. д. Все работы велись только под контролем архитекторов, исключая стихийность действий заказчиков [2-4].

Комплексное включение в композицию агломерации природного ландшафта

В этом едином рукотворном процессе Санкт-Петербургская агломерация гармонично использовала, преобразуя его, природный ландшафт, т. е. включила весь комплекс естественной природы, с рельефом, гидрогеологическими, экологическими, зоо-и фитоландшафтами, в контексте и в пространственных границах и условиях которой формировался градостроительно-культурный феномен Санкт-Петербургской агломерации. Природная составляющая стала важнейшим элементом сформированной петербургской среды, часто превращаясь в главные компоненты ансамблей, даже в самостоятельные ансамблевые композиции. Таковы, например, уникальный ансамбль Главного пространства Невы в центре Санкт-Петербурга (главный в системе петербургских ансамблей), знаменитый Литориновый уступ, Пулковские, Колтушские, Ток-совские возвышенности.

Высочайшая санкт-петербургская культурная традиция

Исторический Санкт-Петербург (в единстве города и пригородов), символ Российской империи, стал пространством формирования особой — высокого уровня — культуры, местом жизни и деятельности уникального сообщества людей и развития уникальных — в российском и мировом масштабе — событий, выражая единство своего градостроительно-архитектурного и культурного развития. Для Санкт-Петербургской агломерации в полной мере прослеживается доминирующая роль принципов культурно-ландшафтного единства объектов и территорий. Параллельно с возникновением пространственной ауры величественного города шла кристаллизация блестящего нового городского стиля жизни, с особым темпом и особыми правилами существования. Одновременно город постоянно притягивал к себе тысячи российских мастеров, а также мастеров из Германии, Швеции, Италии, Франции, Швейцарии, Голландии, Англии и т. д. Уже в 1710-1720-е годы в Санкт-Петербурге возникли слободы Греческая, Татарская, Старая и Новая Русская, Английская, Немецкая, Французская и т. д. Санкт-Петербург изначально приобретал черты не только строительной, религиозной, культурной, но и этнографической «Мекки». После возвращения в 1732 г. российской столицы снова на берега Невы многонациональная «программность» Санкт-Петербурга еще более возросла. Российская полинациональная столичность Санкт-Петербурга дополнялась европейским поликультурным контекстом, ставшим уже естественным на берегах Невы.

«Идеальная» Санкт-Петербургская агломерация

Город и его многочисленные пригороды (пригородные зоны) сотавляют неразрывные части одной из крупнейших в Европе единой исторической Санкт-Петербургской агломерации, последовательно создававшейся со времен Петра I на принципах «идеального» (регулярного и ансамблевого) градостроительства — своеобразной «идеальной агломерации» регулярного типа (агломерации, созданной на принципах «идеальных городов» и «идеальных ансамблей»).

Этому пространственно-композиционному и функциональному единству не мешали административные границы столичного города и губернии, как не мешают ему сейчас современные, случайно проведенные границы двух административных образований Российской Федерации — Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Колоссальные территории от Сестрорецка (на севере) до Гатчины (на юге), от Гостилиц и Ораниенбаума (на западе) до реки Волхов (на востоке) развивались в пространственном единстве, в согласованном ритме и по общим законам, постепенно образуя многоузловую с главным центром агломерацию на обширных пространствах в сотни квадратных километров. Санкт-Петербургская агломерация имеет сложную пространственно композиционную (и многокластерную) структуру и включает: город-метрополию (сейчас — исторический центр Санкт-Петербурга), разнообразные по функциям и пространственным параметрам пригороды (дворцово-парковые, фабрично-заводские, фортификационные и т. д.), соединенные воедино системой прямых, регулярного типа (!) дорог многокилометровой длины, а также каналов, фарватеров с единой системой морских и сухопутных фортификационных объектов.

Исторический градостроительный генетический код

В Санкт-Петербурге и его пригородной зоне сформирован особый, присущий только им исторический градостроительный генетический код [5]. Он проявился в особой системе градостроительно-композиционных закономерностей построения ансамблей, планировочной системы и всех рукотворных ландшафтов, в особой линии всей исторической нормативной и регламентирующей базы, в теоретических исканиях градостроителей и архитекторов столичного города, в практике принятия и реализации градостроительных решений. Он был реализован во всей системе пространственных, градостроительно-композиционных, архитектурных, стилевых, морфологических параметров и закономерностей среды города и региона. И последовательно развивался вплоть до 1954-1955 гг. Но с середины 1950-х годов на берегах Невы сформировался новый индустриальный градостроительный генетический код, коренным образом отличный от исторического кода. Сейчас в Санкт-Петербурге идет борьба между ними. В последние десятилетия в Ленинграде — Санкт-Петербурге фактически сосуществуют два города, обладающие разными градостроительно-генетическими составляющими и качественно абсолютно различающиеся: исторический Санкт-Петербург — Петроград — Ленинград 1703 — начала 1950-х годов; современный Ленинград — Санкт-Петербург конца 1950-х — 2000-х годов (рис. 6).

Развитие исторического градостроительного генетического кода было реализовано осознанной высококачественной режиссурой пространственно-композиционного моделирования всех территорий, объектов и параметров создаваемой среды. Эта

Рис. 6. Единый генеральный план развития Ленинграда и Ленинградской области, 1987 г. (Проектный генеральный план, фрагмент центральной части города).

режиссура предусматривала еще со времен Петра I единство своих составляющих: создание стройной типологии градостроительного каркаса (улиц, каналов, набережных, площадей) и градостроительной ткани (районов, кварталов, участков, застройки на участках); формирование единого силуэта Санкт-Петербургской агломерации с системой вертикальных доминант, горизонтального поля застройки и равнинного характера природных ландшафтов; обеспечение соподчиненности территорий и пространственных ландшафтов (зон) относительно друг друга по концентрированным признакам (принципам) «центральности»: центр города и агломерации — периферия города — зона границы города — предместья (и пригороды), сельские территории, с их особыми взаимодополнительными качествами городских, пригородных и сельских ландшафтов (градостроительной среды); создание присущей Санкт-Петербургской агломерации уникально сложной (по сравнению с другими мировыми феноменами) иерархии градостроительно-ландшафтного построения среды, включая следующие уровни (по принципам укрупнения): объекты (элементы) — фрагменты — ансамбли и комплексы — компоненты — системы.

В процессе рукотворной эволюции агломерации сформировались территориальные (градостроительно-природно-культурные) комплексы, имеющие неповторимые средовые характеристики. Каждый территориальный компонент Санкт-Петербургской агломерации представляет собой совокупность ландшафтообразующих элементов и неразрывно объединяет:

A. Историко-культурный ландшафт, т. е. всю рукотворную среду Санкт-Петербургской агломерации, включая все, что внесено с 1703 г. Петром I и его последователями, — здания, сооружения, ансамбли, комплексы, планировочные структуры и т. д., в единстве градостроительных, архитектурных, историко-культурных составляющих.

B. Археологический ландшафт, аккумулирующий все, что было рукотворного как до основания Санкт-Петербурга, так и до кристаллизации его историко-культурной и пространственной среды в конце XVIII — начале XIX в., что было перестроено, скрыто под пластами земли и многочисленными перестройками зданий и сооружений, но в значительной мере сохранилось до нашего времени и в большой степени предопределило саму кристаллизацию и развитие агломерации.

C. Природный ландшафт, проявляющий все природное своеобразие территории города и окрестностей с рельефом, гидрографией, всхолмлениями и болотами, лесами и полями, т. е. все, что изначально и на протяжении столетий предопределяло формирование особенностей рукотворной среды Санкт-Петербурга и всей Санкт-Петербургской агломерации.

Такой системный подход помог выявить не только отдельные объекты и фрагменты, но и несомненные взаимосвязи и взаимозависимости особенностей Санкт-Пе-

Рис. 7. Разнообразие градостроительной морфологии застройки исторического центра Санкт-Петербурга (фрагмент историко-градостроительного исследования), 2009 г. Автор С. В. Семенцов.

тербургской агломерации, объединить исторические, природные и рукотворные элементы в целостные многофакторные системы (рис. 7).

Таким образом, Санкт-Петербург и вся его пригородная зона, формирующие Санкт-Петербургскую агломерацию, имеют многие особые черты, явно не укладывающиеся в традиции мирового зодчества. Главные для Санкт-Петербургской агломерации особенности: явное доминирование пространственных, средовых, градострои-тельно-композиционных качеств и требований (им безоговорочно подчинялись функциональные, транспортные, экологические и т. д. требования), специально формировавшихся с 1710- 1712 гг., уточнявшихся на протяжении десятилетий и остававшихся обязательными вплоть до 1950-х годов. Именно они создали уникальную по пространственным масштабам и образности единую композицию на территориях в сотни квадратных километров. Даже архитектурно-стилевые особенности застройки были здесь подчиненными и второстепенными.

Историческая логика развития системы охраны культурного наследия

Постепенное осознание объективных характеристик санкт-петербургского зодчества, «включение» их в систему градостроительно-архитектурных ценностей и систему охраны наследия проходило в несколько этапов: «от простого к сложному», освоив путь от элементов к архитектурных объектам и затем к градостроительным системам. В Петрограде — Ленинграде — Санкт-Петербурге на протяжении всего XX в. формировалась система охраны исторического наследия, росло число поставленных

на государственную охрану памятников архитектуры, истории и культуры (сейчас они называются памятниками культурного наследия), шла кристаллизация понимания темы охранных зон и зон регулирования застройки вокруг территорий памятников, темы предметов охраны. С 1910-х вплоть до конца 1940-х годов в центре внимания находились отдельные памятники и объекты. Еще в 1920 г. в Петрограде в едином государственном списке насчитывалось 186 памятников. Этот список многократно допол-

Рис. 8. Выявленный объект культурного наследия «Здание Кушелев-ского хлебозавода». Проектирование и строительство 1931-1932 гг., инж. 1|)1ни№1 (еррнюрнн выявленного объекта кулыурного нислс Iич Г. П. Марсаков (Санкт-Петербург, Барочная ул., д. 4а), чертеж 2002 г.

П.ши  ранни герршорнн выявленного объекта Культурного наследия "Здание хлебозавода"

г. Сянкт-Петсрбург, Кяричная ул.. 4-а; {?л?нинй Ьл.|ыиа» уд. 35-37

масштаб 1.2000

УСЛОВНЫЕ ОБОЗНАЧЕНИЯ

нялся: в 1935 г. в нем насчитывалось уже 210 памятников, в 1947 и 1948 гг. — более 300 объектов. Этот принцип учета и охраны отдельных зданий и сооружений продолжается и поныне (рис. 8).

Но к 1948-1950 гг. уже стало очевидным, что для бывшего крупнейшего императорского столичного города такой подход не оптимален. Город и вся его обширная пригородная зона насыщены не только отдельными зданиями, но и разнообразными (по размерам, композиционным качествам и т. д.) ансамблями, что именно ансамблевость является его одной из его главных закономерностей. Таким образом, к 1950 г. ленинградская система охраны и реставрации памятников впервые в практике всей страны, не отвергая темы отдельных памятников, перешла на новые принципы. Тогда были разработаны критерии, определены границы и состав главных городских ансамблей (Зимнего Дворца и Дворцовой площади, Адмиралтейства, Смольного монастыря, улицы Зодчего Росси и многих других). В 1954 г. в списках уже были 244 памятника, в том числе — «групповые» (фактически — ансамбли), суммарно объединяя около 800 объектов. Проблема выявления и охраны ансамблей превратилась в одну из важнейших для города и существует до сих пор (рис. 9).

г. Сипя-Петербург, Кондратьевский нр, д.40> Полюстровскнй пр. бЛЧг, Жукова ул., (УЛ,

Состав комплекса

40 — Универмаг "Калининский".

40К1 - — Жилое здание

40К7 - — Жилое здание

40К10 - Жилое здание

Условные обозначения.

Граница территории объекта культурного наследия регионального значения. Граница охранной зоны.

объект культурно™ наследия регионального значения, объекты подлежащие воссоздщгню.

Рис. 9. Объект культурного наследия «Кондратьевский жилмассив». Проектирование и строительство 1928-1932 гг. Архитекторы Г. А. Симонов, И. Г. Капцюг, Т. Д. Каценеленбоген. Планировка квартала Л. М. Тверской (Санкт-Петербург, Кондратьевский пр., д. 40), чертеж 2011 г.

Рис. 10. Ансамбль Смольного (Смольный дворец и монастырь). Территория ансамбля (заповедника), охранная зона ансамбля (заповедника). Центральная проектно-ре-ставрационная мастерская Академии архитектуры СССР, чертеж 1950 г.

Кардинальным прорывом стало также понимание того, что вокруг каждого из сохраняемых памятников и ансамблей обязательно должны быть определены зоны безусловно сохраняемой исторической и природной среды — их назвали охранными зонами. Так к 1950 г. не только система ленинградской охраны памятников, но и вся общегосударственная система охраны памятников перешла на ансамблевую систему охраны и систему охранных зон (рис. 10) [6]. Новый качественный шаг был предпринят с середины 1960-х годов. С 1964 г. силами сотрудников УГИОП были подготовлены в два этапа и утверждены проекты охранных зон (в 1969 г.) и зон регулирования застройки (в 1972 г.) для всех памятников архитектуры, истории и культуры в историческом центре Ленинграда (рис. 11; 12).

В центре Ленинграда были сформированы Объединенные охранные зоны (они суммарно включали территории вокруг 284 памятников) и зоны вокруг отдельных памятников, все — общей площадью в 720 га, а также зоны регулирования и застройки

Рис. 11. Памятники архитектуры, Объединенные охранные зоны и Зоны регулирования застройки на территории исторического центра Ленинграда, утверждены в 1969 г. Разработали К. А. Павлова, Е. П. Наумова, Б. А., Розадеев, чертеж 1968-1969 гг.

» № "О - 9

I-=-=-1-Ь-> иь-и и .11..¿.—г-[у Т1 I » -».I ' Цс—1 1 " а I ' . » . с .Д^ Л .—;

штшдаж^Яй"

I

Рис. 12. Территории памятников архитектуры «Бывшая Благовещенская церковь с садом» (Ленинград, Васильевский остров, Малый проспект, между 7- и 8-й линиями), «Бывший дом Аладова» (Ленинград, Васильевский остров, Средний проспект, д. 24). Из сводного альбома «Охранные зоны и зоны регулирования застройки вокруг памятников архитектуры Ленинграда», утверждены в 1972 г. Авторы К. А. Павлова, Е. П. Наумова, Б. А., Розадеев, чертеж 1969-1972 гг.

(общей площадью еще в 480 га). Кроме того, было предложено также разработать аналогичные зоны для остальных памятников (не центра города), а также для Петрод-ворца, Пушкина, Павловска, Кронштадта, Колпино. В 1976 г. охранные зоны и зоны регулирования застройки в центре города суммарно включали 2200 га с 421 памятником. На территории охранных зон были определены достаточно жесткие регламенты (режимы) охраны наследия и всей существовавшей застройки, в том числе запрещены новое строительство и реконструкция, здесь подлежали сносу позднейшие постройки и наслоения, искажавшие памятники. В пределах зон регулирования ограничивались высота и плотность застройки. Как видим, в эти годы был осуществлен новый концептуальный шаг — осознание пространственного единства сотен памятников (причем разных по функциональности, разных по ценностным, градостроительным и архитектурно-образным характеристикам), и единства пространственно-охранных мероприятий.

В 1967 г. начался новый этап осмысления особенностей исторической застройки Ленинграда. В УГИОП под руководством Б. А. Розадеева были начаты «историко-архи-тектурная инвентаризация» и выявление в архивах исходных данных практически по всей исторической застройке, созданы исходные исторически паспорта зданий, составлены списки учетных зданий, сооружений и объектов на более чем 4500-5000 объектов. В 1976 г. в списках охраняемых государством памятников значилось уже 1016 зданий и сооружений. В 1979-1981 гг. в дополнение к данным УГИОП силами сотрудников мастерской № 1 Генерального плана Ленинграда (под руководством С. В. Семенцова) было проведено визуальное натурное обследование всей исторической застройки исторического центра города и предложено поставить на учет более 5000 зданий и сооружений всех периодов архитектурной жизни города. Сформированные по всем этим архивным данным и натурным исследованиям обобщенные списки легли в основу новых, значительно расширенных списков. В 1985 г. в списки памятников было внесено уже 2165 зданий, сооружений и ансамблей, суммарно объединяющих 4039 объектов архитектуры, истории и культуры [8].

В процессе сплошного исследования архивных данных и исторической застройки центра Ленинграда стало ясно, что существующая система сохранения исторического наследия (т. е. «зданий» и «ансамблей» с зонами охраны и зонами регулирования вокруг них) рассчитана на сотни памятников разного типа (архитектурные, художественные, мемориальные, исторические и т. д.) и на локальные пространства и территории. Сплошное изучение привело к принципиально новым результатам: внимание специалистов перешло от уникальных отдельных памятников и отдельных ансамблей к ценной массовой рядовой застройке. Были выявлены тысячи зданий и сооружений рядовой застройки, потенциально претендующие на статус памятников, они получили временный статус «вновь выявленных объектов», подлежащих ускоренному изучению и определению их охранного статуса (с ответом на вопрос, достойны они быть памятниками или нет) [6]. Количество памятников и таких претендентов было увеличено до 7000-8000, наряду с объектами и ансамблями в систему охраны были включены крупные градостроительные объекты (не имеющие композиционного статуса ансамблей), в том числе планировочная система центра города, доминанты и фоновая застройка, система градостроительного силуэта, т. е. важнейшие характеристики градостроительных ландшафтов и градостроительных структур, объединяющих рукотворные и природные ландшафты (рис. 13). Вершиной такого градостроительного подхода стало соз-

Рис. 13. Проект Объединенной охранной зоны исторического центра Ленинграда, 1979 г. Авторы Б. В. Николащенко, М. А. Сементовская, С. В. Семенцов, чертеж 1979 г.

дание для исторического центра Ленинграда Объединенной охранной зоны (ООЗ), утвержденной в 1988 г. (руководитель Б. В. Николащенко) (рис. 14).

Объединенная охранная зона исторически сложившегося центра Ленинграда объединила территории площадью в 4021 га. Ее границы были определены не только по конкретным градостроительно-композиционным критериям, но и исходя из выявленной сверхвысокой плотности сохранившегося ценного наследия. Так, они объединяли территории (ансамбли, комплексы, кварталы и зоны) с плотностью размещения ценной застройки (памятников архитектуры, истории и культуры, объектов учета УГИОП и предлагаемых по результатам сплошного обследования к учету) 60% и более процентов всей застройки кварталов (зон, территорий). В ее систему вошли тысячи объектов (памятников), десятки ансамблей, градостроительные структуры и ландшафты, территории рядовой застройки. При этом в границах ООЗ были выделены участки незавершенной и деградирующей градостроительной среды, получившие статус (и режимы) зон регулирования застройки и подлежащие первоочередному преобразованию с повышением их завершенности. В дальнейшем такие участки-исключения будут называть участками-«лакунами», в них вошли территории общей площадью в 194 га. Но здесь была сделана и роковая, как показали последующие годы, ошибка: утверждение таких «лакун» с требованием первоочередной их застройки (для повышения их завершенности) не сопровождалось одновременным утверждением регламентов (параметров) будущей застройки, с требованиями создания здесь новой архитектуры, совместимой с окружающими памятниками. Аналогичные Объединенные охранные зоны были предложены (но не удостоились утверждения) и для наших известных дворцово-парковых пригородов. Таким образом, специалистами Ленинграда был осуществлен

Рис. 14. Объединенная охранная зона исторического центра Ленинграда, утверждена в 1988 г. Авторы Б. В. Николащенко, М. А. Сементовская, С. В. Семенцов, чертеж 1987-1988 гг.

переход от охраны отдельных объектов и ансамблей (при сохранении этого принципа) на уровень охраны целостных обширных рукотворных исторических городских и пригородных ландшафтов.

В конце 1980-х годов вполне революционный подход (особенно тогда!) к созданию ООЗ был применен при подготовке предложений по номинации Ленинграда в качестве Объекта Всемирного Наследия (ОВН). В них была сформулирована идея о том, что раритетность и уникальность нашего города заключается не в отдельных памятниках и ансамблях, а в единстве исторического центра города (сформированного по единой программе в духе рационализма и ансамблевости) с его историческими дворцово-парковыми пригородами, исторической фортификационной системой, объединенной геометрически четкими линиями внегородских магистралей с природным ландшафтом. При этом в целостный рукотворный и природный многокилометровый ландшафт были включены также объекты XX в., концентрирующие память о беспримерном подвиге Ленинграда в годы войны — трассы линий обороны и мемориалы «Зеленого пояса Славы». Для Ленинграда и окрестностей в соответствии с методикой ЮНЕСКО были выявлены 4 критерия Всеобщей универсальной ценности («Всемирно исторической значимости»), определены 36 компонентов (архитектурно-пространственных объектов, на уровне ансамблей и комплексов), объединяющих 136 элементов, общей площадью в 45811 га, в том числе — Исторический центр Санкт-Петербурга — 4021 га. Буферная зона не определялась (рис. 15). На 14-й сессии ЮНЕСКО в г. Банффе (7-12 декабря 1990 г., Канада) Ленинград был внесен в Список Всемирного Наследия, получив

Рис. 15. Объект Всемирного Наследия «Исторический центр Санкт-Петербурга и связанные с ним группы памятников». Руководитель авторского коллектива Б. В. Ни-колащенко, чертеж 1989-1990 гг.

удостоверение № 540 [10; 11]. Еще одним важным элементом развития системы охраны стали разработка и внедрение в практику понятия «предмет охраны» (Т. А. Славина, С. В. Семенцов). Все вместе привело к тому, что в те годы понимание феномена исторического Санкт-Петербурга и особенностей его охраны достигло высшего уровня.

Однако в 2000-е годы сформировались явные тенденции к отступлению от завоеванных позиций. В результате историко-культурных работ по уточнению всех памятников и вновь выявленных объектов в официальных списках осталось 7780 объектов, в том числе 2200 памятников, имеющих статус федерального и регионального значения. Они объединили объекты всех трех столетий развития города, жилую, общественную, промышленную архитектуру, объекты археологии, памятники истории, монументы, декоративную скульптуру, исторические захоронения [12]. Одновременно по заданиям КГИОП в архитектурной мастерской Н. Ф. Никитина были выполнены новый единый «Проект зон охраны объектов культурного наследия Санкт-Петербурга», включивший корректировку «Проекта зон охраны исторического центра Санкт-Петербурга» (2005 г.), проекты охраны памятников Петродворца — Ломоносова (2005 г.), Пушкина — Павловска (2005 г.), Кронштадта (2005 г.), территорий северного побережья Финского залива (2005 г.), Красносельского района (2005 г.), поселка Усть-Ижора (2005 г.), территорий Парголово — Шувалово — Озерки (2005 г.), зон охраны археологического слоя (2005 г.). При этом были определены единые Охранные зоны (ОЗ), единые Зоны регулирования застройки и хозяйственной деятельности (ЗРЗ), единые Зоны охраняемого природного ландшафта (ЗОЛ). Всего в границах Большого Санкт-Петербурга

общие предлагаемые к охране территории насчитывали 37 259,37 га, в том числе: ОЗ — 1910,00 га, ЗРЗ — 30 247,39 га, ЗОЛ — 5101,98 га [13]. Весьма существенным отличием нового проекта стало значительное уменьшение ОЗ (по сравнению с проектом 1988 г. более чем в 3,5 раза!) и переводом выводимых из-под статуса ОЗ территорий в менее жесткий статус ЗРЗ. Проводилось уточнение территорий всех памятников, границы памятников определялись не их историческими границами межевания, а случайными разграничениями современного использования. Тем самым отказались от принципа исторических границ памятников.

Определяющим отступлением стал отказ от важнейшего принципа создания вокруг каждого памятника охранной зоны и зоны регулирования застройки. Большинство памятников (включенных в единые ЗРЗ) полностью потеряли охранные зоны, вокруг них остались только зоны регулирования — с достаточно слабыми режимами охраны. На основе Генерального плана развития Санкт-Петербурга (2005-2008 гг.) были значительно сокращены территории ОВН исторического Санкт-Петербурга, составив всего 11 179, 5 га (сокращение в 4,1 раза!), в том числе исторический центр Санкт-Петербурга — площадью в 1726, 6 га. Одновременно, по новым требованиям ЮНЕСКО, были определены территории буферной зоны ОВН (в значительной мере — аналог отечественным ОЗ и ЗРЗ) площадью в 15 741,4 га. Сформировалась также практика разработки и утверждения историко-культурных экспертиз, позволяющих сносить объекты ценной исторической застройки.

Как видим, уточнение в те годы территориальной системы охраны историко-культурного наследия сопровождалось значительным сокращением количества памятников, снижением охранного статуса и ослаблением режимов охраны на значительных территориях, т. е. возвращением к принципам охраны отдельных объектов исторического наследия, к уровню 1950-х — 1960-х годов, к которому добавились лишь отдельные эклектически собранные элементы градостроительной охраны.

Современное российское и международное законодательство предполагает, что Объектами Всемирного Наследия могут быть признаны отдельные объекты, ансамбли, достопримечательные места. Однако уже здесь для условий Санкт-Петербурга возникают сложности. Для Санкт-Петербурга требования сохранения тысяч отдельных памятников и даже десятков ансамблей оказалось недостаточно. Исторический градостроительно-архитектурный феномен Санкт-Петербурга трудно соотнести с категориями «только» зданий и объектов, «только» ансамблей, даже «только» достопримечательного места. Его планировочные, композиционные и функциональные качества сформированы гораздо более широко, более четко и строго, создавая стройную и сложно организованную многоуровневую пространственную систему, поэтому его более точно можно считать системой достопримечательных мест. Единое поле сохранившейся до нашего времени подлинной исторической застройки Санкт-Петербурга огромно, оно включает сотни ансамблей и комплексов, десятки тысяч зданий и сооружений и распространяется на многие десятки километров по всем направлениям от главной исторической площади города — Дворцовой площади. Только исторический центр Санкт-Петербурга имеет пространственные размеры 10x15 км. В дополнение к нему в значительной мере сохранилась система пригородных (разнофункциональ-ных — дворцово-парковых, производственных, жилых, фортификационных и т. д.), также огромных по размерам ансамблей. Уже это выводит исторический Санкт-Петербург из разряда «обычных» столичных городов, заставляя вести более тонкий

анализ индивидуальности Санкт-Петербурга, более точно формулировать требования к «подлинности», «целостности / аутентичности» всего исторического города и всей его исторической пригородной зоны.

Но до настоящего времени вне внимания исследователей, специалистов по охране культурного наследия, градостроителей и архитекторов остались наиболее общие и наиболее существенные особенности исторической Санкт-Петербургской агломерации, в первую очередь — комплексные, градостроительные. Игнорирование этих важнейших особенностей ставит под окончательный удар уникальность (в мировом масштабе) нашего города.

Ключевым моментом стало понимание доминирующей роли для Санкт-Петербургской агломерации принципов культурно-ландшафтного единства объектов и территорий. В связи с этим выявились не только достоинства и недостатки использованного в 1990 и в 2000-е годы «комплексного» (для компонентов) и «штучного» (для элементов) подхода, но и определения перечня и состава ОВН.

В 2011 г. предпринята еще одна попытка изучить уникальность градостроительного феномена Санкт-Петербурга и предложить адекватную ему систему охраны наследия. Силами Рабочей группы при КГИОП (руководитель С. В. Семенцов) был проведен анализ предложений по Объекту Всемирного Наследия «Исторический центр Санкт-Петербурга и связанные с ним группы памятников» (в редакциях 1989-1990, 2003-2008 гг.) и сформулированы новые предложения. В процессе изучения особенностей самого Санкт-Петербурга стало явным, что наиболее значимые его закономерности остаются вне охраны культурного наследия и что в рамках наиболее обобщающего, ландшафтного подхода необходимо перейти от описаний отдельных объектов и групп объектов (ансамблей) к пространственно-ландшафтным единствам. В соответствии с особенностями самой Санкт-Петербургской агломерации, а также в соответствии с современными требованиями мировой практики и подходами ЮНЕСКО каждый территориальный компонент должен быть определен как совокупность ландшафто-образующих элементов, а окружающая и объединяющая их внешняя городская и пригородная среда — как буферная зона. Каждый территориальный компонент должен неразрывно объединять:

«Культурный ландшафт»: территории и объекты рукотворной среды, сформировавшейся после 1703 г. (здания, сооружения, ансамбли, комплексы, планировочные структуры и т. д.).

«Археологический ландшафт»: массовые археологические остатки допетербург-ской рукотворной среды и рукотворной среды XVIII в., в значительной мере скрытой (сохранившей фрагменты под и внутри более поздних построек) после проведения многочисленных достроек и перестроек.

«Природный ландшафт»: природный рельеф (с равнинными зонами и возвышенностями) и гидрография (главные реки, акватория Финского залива), на пространствах которых сформировалась Санкт-Петербургская агломерация.

При этом абсолютно необходимыми являются коммуникативные элементы — главные устойчивые соединительные магистрали (водные и сухопутные) на территории Санкт-Петербургской агломерации.

Комплексный ландшафтный подход привел к пониманию того, что в ландшафтном единстве неразрывно сосуществуют как памятники разного значения (федеральные, региональные, местные), так и застройка, не имеющая статуса памятников и вновь выявленных объектов, но безусловно являющаяся неотъемлемым элементом единого культурного (рукотворного) ландшафта.

Вместо присутствовавших в номинации 1990 г. 36 компонентов и 136 элементов (на уровнях ансамблей, комплексов, отдельных объектов) были определены 11 компонентов с 107 элементами, в том числе: 10 культурно-ландшафтных территориальных компонентов — исторический центр Санкт-Петербурга, Кронштадт, зоны южного берега Финского залива (вдоль Петергофского шоссе), северного берега Финского залива (вдоль Приморского шоссе), Невы, Пулково-Пушкина-Павловска, Красного Села-Гатчины, Павлова-Колтуши, Выборгского шоссе, «Зеленого пояса Славы», а также 1 коммуникативный компонент — система связывающих их сухопутных и водных магистралей. В состав всех 10 территориальных компонентов включены не только ансамбли, но и фрагменты объединяющей их рядовой застройки (не являющиеся памятниками). Причем подавляющее большинство отмеченных в номинации 1990 г. «штучных» компонентов и элементов вошли в редакцию 2011 г. Общая площадь новой редакции ОВН «Исторический центр Санкт-Петербурга и связанные с ним группы памятников» (очень близкой по прорисовке с номинацией 1990 г.) составила 38 767,1 га, длина сохраняемых магистралей в ОВН— 910,5 км; площадь ОВН исторически сложившегося центра Санкт-Петербурга — 5356,9 га; предложенная общая площадь новой грандиозной по масштабам буферной зоны ОВН составила 270 233,2 га. В условиях равнинных ландшафтов Санкт-Петербурга и всей прибрежной зоны Финского залива буферная зона призвана обеспечивать условия сохранения силуэтных и панорамных ограничений и, как представляется, должна распространяться на всю территорию современного Санкт-Петербурга и всего Финского залива вплоть до Кронштадта (рис. 16). Эти предложения вызвали яростное сопротивление архитекторов, искусствоведов, работников органов охраны памятников и т. д. — всех тех, кто последовательно выступает за максимальное сокращение сохраняемого исторического наследия.

Но дело не только в этом. Следует помнить, что считать Санкт-Петербургскую агломерацию чем-то равномерным и равнозначимым нельзя, как нельзя и разрушительно оценивать ее по критериям только на уровне главных ансамблей Санкт-Петербурга. На разных территориях постепенно формировались разные типы городской и пригородной среды с разными, взаимоувязанными и взаимодополнительными параметрами, характеристиками, особенностями. Это потребовало проведения параллельного исследования (С. В. Семенцов), когда изучались не только исторические ансамбли на территории всей Санкт-Петербургской агломерации, но и связующая их рядовая (градостроительно фоновая) застройка, с целью выявления сводных средовых характеристик.

В результате сплошного исследования всей исторической застройки Санкт-Петербурга на всех его городских и пригородных освоенных территориях (в современных границах города 2010 г.) нами выявлено значительное разнообразие исторической застройки — более 40 типов исторической средовых зон (территорий, кластеров) с устойчивыми признаками и параметрами. В зависимости от размещения в центре города или на его периферии, в жилой среде или в промышленных зонах, в пригородной среде и так далее историческая планировка и застройка имели существенные

Рис. 16. Объект Всемирного Наследия «Исторический центр Санкт-Петербурга и связанные с ним группы памятников», предложения. Руководитель авторского коллектива С. В. Семен-цов, чертеж 2012 г.

особенности, развиваясь по особым системам нормативов и указов (специально сформулированных и различных для каждой зоны) и получив особые устойчивые морфологические качества. Каждая из средовых зон и составляющих их средовых подзон отличается особыми комплексными историческими пространственными характеристиками (свойствами, параметрами). Так, в процессе исторического развития Санкт-Петербурга и его пригородов сформировались и были четко регламентированы территории с различными размерами (габаритами) земельных участков. На территории и в системе градостроительной регламентации четко разделялись участки городские центральные, городские периферийные, предместные (вдоль границы города и сразу за границами города), пригородные, сельские (в пригородных уездах, вне городов).

Морфология исторической и современной застройки Санкт-Петербурга в процессе исторического развития и в градостроительном законодательстве дифференцировалась по этажности (малоэтажная, среднеэтажная), по типам освоения территорий участков (брандмауэрная, отдельно стоящими зданиями, сплошная, ячеистая и т. д.), по типам застройки кварталов (брандмауэрная, строчная, мембранная, периферийная, комплексная — группами зданий, ансамблями, и т. д.). Историческая реализация конкретных градостроительно-композиционных и архитектурно-композиционных правил (нормативов, регламентов) сформировала особые типы среды, вне зависимости

от конкретных стилевых характеристик застройки. В этих условиях возможно даже включение современной застройки, но при четком соблюдении и сводных параметров.

Поэтому говорить «просто» о сохранении исторической застройки и «просто» отдельных зданий и сооружений, даже ансамблей Большого Санкт-Петербурга было бы неверно и даже разрушительно для него. Необходимо, сохраняя уже проявившую себя систему охраны зданий и сооружений, ансамблей, градостроительного каркаса, градостроительных панорам и силуэта, перейти к теории и практике сохранения территориальных ландшафтов, а также (одновременно!) к сохранению не только отдельных объектов (архитектурных и градостроительных), но и конкретных правил формирования исторической среды в каждой зоне (подзоне). При сохранении и соблюдении правил формирования среды в каждой конкретной зоне возможны даже объекты нового строительства (в разных стилевых решениях), но с обязательным соблюдением этих градостроительных и архитектурных правил (рис. 17).

Таким образом, система охраны культурного наследия исторической Санкт-Петербургской агломерации как системы достопримечательных мест должна адекватно отвечать ее особенностям и быть намного более широкой, чем для других городов России и, возможно, мира. Она должна включать не только охрану зданий и сооружений, ансамблей и комплексов, градостроительного каркаса и градостроительной ткани, охрану визуальных и пространственных панорам и характеристик, силуэта,

Рис. 17. Общая схема культурно-природного наследия Санкт-Петербургской агломерации. Автор С. В. Семенцов, чертеж 2012 г.

но и сводных системных территориальных (градостроительно-природно-культурных) комплексов, а также правил формирования разных типов исторической среды.

Литература

1. Семенцов С. В. Градостроительное развитие Санкт-Петербурга в XVIII — начале XXI века. Т. 1. Развитие территорий Приневья до основания Санкт-Петербурга. Развитие Санкт-Петербурга в XVIII веке. СПб.: СПбГАСУ 2011. 524 с., илл.

2. Семенцов С. В. Этапы формирования пространственной среды Санкт-Петербурга. Ч. 1. Историческое развитие кварталов и их регламентация // Вестн. гражданских инженеров. 2006. 2 (7). Июнь. С. 15-20.

3. Семенцов С. В. Этапы формирования пространственной среды Санкт-Петербурга. Ч. 2. Историческое развитие участков (системы разбивки и застройки участков) и их регламентация // Вестн. гражданских инженеров. 2006. 3 (8). Сентябрь. С. 21-26.

4. Семенцов С. В. Кварталы и участки как элементы градостроительного генетического кода Санкт-Петербурга // Градостроительное искусство: новые материалы и исследования. Вып. 2. Памяти Андрея Владимировича Бунина / отв. ред. И. А. Бондаренко; предисл. И. А. Бондаренко, Д. О. Швидковского. М.: URSS, 2010. С. 352-367.

5. Семенцов С. В. Формирование градостроительного генетического кода Санкт-Петербурга в XVIII-XX столетиях // Градостроительное искусство: новые материалы и исследования. Вып. 1. Памяти Т. Ф. Сава-ренской / отв. ред. И. А. Бондаренко. М.: URSS, 2007. С. 338-367.

6. Кормильцева О. М. Послевоенное восстановление памятников Ленинграда // Охрана памятников Санкт-Петербурга. СПб.: Пропилеи, 2008. С. 89-119.

7. Кормильцева О.М., Леонтьев А. Г., Петрова М.А. «Успеть поработать для вечности...». Н. Н. Беле-хов, А. Н. Петров, Е. Н. Петрова. Жизнь и творчество. СПб.: Пропилеи, 2009. 200 с.

8. Памятники истории и культуры Ленинграда, состоящие под государственной охраной. Справочник. Л.: Стройиздат, ЛО, 1985. 239 с.

9. Саутов И. П. Сохранение и обновление — двуединая задача // Строительство и архитектура Ленинграда. 1976. №7. Июль. С. 28-31.

10. Семь чудес света. Рождение идеи и концепция Всемирного наследия // Всемирное наследие Санкт-Петербурга (СПб., КГА), 2008. Бюллетень № 3(4).

11. Материалы Комитета Всемирного Наследия ЮНЕСКО, связанные с внесением в список всемирного наследия города Ленинграда (Санкт-Петербурга) // UNESCO WHC. ICOMOS. Список Всемирного Наследия. № 540.

12. Кириков Б. М. О списках памятников // Охрана памятников Санкт-Петербурга. СПб.: Пропилеи, 2008. С. 158-166.

13. Комлев А. В. Система зон охраны объектов культурного наследия на территории Санкт-Петербурга // Охрана памятников Санкт-Петербурга. СПб.: Пропилеи, 2008. С. 146-157.

Статья поступила в редакцию 10 января 2013 г.