Структура глагольной основы в ахвахском языке

УДК 811.351.12.

И.А. Абдулаева

СТРУКТУРА ГЛАГОЛЬНОЙ ОСНОВЫ В АХВАХСКОМ ЯЗЫКЕ

Бесписьменный ахвахский язык относится к андийской подгруппе аваро-андо-цезской группы нахско-дагестанских языков. В нем представлено два диалекта: северный и южный. «Северный диалект довольно однороден, а южный диалект состоит из трех говоров: рат-лубского, тлянубского и цегобского» [6, с. 8]. В настоящей статье рассматриваются вопросы глагольной структуры ахвахского языка. Ахвахский глагол, представляющий интерес в структурном и лексико-семантическом отношении, остается недостаточно исследованным.

По внутренней структуре глагольные формы делятся на синтетические (образуются присоединением к корню словоизменительных морфем) и аналитические (состоят из двух и более словоформ и обязательно включают вспомогательный глагол).

Морфемное членение синтетических глагольных словоформ в ахвахском языке затруднительно. Проблемы возникают как при выделении глагольного корня и его элементов, так и при разграничении суффиксов и окончаний. По справедливому замечанию В.А. Плунгяна, «различие между корневыми и аффиксальными морфемами представляется интуитивно очевидным, но в действительности оно с трудом поддается формализации. Нам не известно ни одного эффективного определения корня и аффикса» [9, с. 81].

Как отмечают исследователи, для уяснения многих вопросов формирования и истории спряжения глагола фундаментальным оказывается понятие глагольной основы [1, с. 43]. Оно остается центральным понятием также в образовании временных форм не только ахвахского языка, но и других языков андийской подгруппы. Характерной чертой выделения основы по морфоно-логическому принципу является отсечение временных, масдарных, инфинитивных суффиксов, т. е. суффиксальных морфем глагола.

Согласно морфологическому принципу, Т.Е. Гудава [4, с. 49] выделяет в аваро-андийских языках четыре типа глагольных основ:

• основы, оканчивающиеся на согласный звук;

• основы, оканчивающиеся на гласный звук;

• лабиализованные основы;

• назализованные основы.

Последний тип не представлен в аварском языке и характерен только для андийских языков (кроме собственно андийского и ахвахского) [Там же. С. 52]. Нельзя не согласиться с утверждением Гудава о том, что «учет окончания имеет первостепенное значение для выделения типов спряжения в аварском и, особенно, в андийских языках» [Там же. С. 49]. Основы, оканчивающиеся на гласный звук, и назализованные основы считаются вторичными. М.Е. Алексеев вообще отрицает наличие глагольных основ на гласный в андийских языках [1, с. 131]. Проанализировав значительный объем фактического материала, Гудава приходит к выводу, что «исторически в аварском и андийском языках имелись два основных типа глагольных основ: основа, оканчивающаяся на согласный звук, и лабиализованная основа» [4, с. 53]. Данное утверждение применительно к ахвахскому языку справедливо не только исторически.

Анализ языкового материала показывает, что основы на гласный в ахвахском языке не представлены. В нем имеются только два типа основ: основы, оканчивающиеся на согласный, и лабиализованные основы. Первый из них встречается в абсолютном большинстве глаголов, второй — в 54 глаголах. Те основы, которые Гудава приводит в качестве лабиализованных, на самом деле ими не являются.

В современном ахвахском языке в составе глагольной словоформы можно выделить исходную основу и факультативные словоизменительные аффиксы. Исходная основа содержит:

• префиксальный классно-числовой показатель (факультативно);

• корень как главную морфему и служебные морфемы: суффикс, окончание.

В ряде случаев встречаются также окаменевшие морфемы класса, которые можно назвать префиксоидами. Сопровождающий гласный в глаголах ахвахского языка выступает после классного показателя. Эту функцию выполняли, как правило, и продолжают выполнять гласные а, о, у, э, и. Точно определить функцию этих гласных ныне нелегко. В специальной литературе высказано предположение, что сопровождающие гласные имели «притяжательную функцию» [4, с. 12].

Сравнивая языковые факты, Гудава делает такое предположение: «В андийских языках есть данные, позволяющие думать, что когда-то сопровождающий гласный имел отличную от классного показателя функцию — изменение этого гласного при образовании множественного числа глаголов [Там же. С. 13]. М.М. Нурмагомедов предполагает, что сопровождающие гласные классных показателей выполняли семантическую и грамматическую функции [8, с. 13]. О наличии у сопровождающих гласных семантики ориентиров моноконсонантных и других корней говорит их непосредственное расположение перед корнем.

Моноконсонантные корни не могли выражать какое-либо лексическое значение без сопровождающих гласных. С изменением сопровождающего гласного, стоящего перед корнем в глаголах с классными показателями, лексическое значение определяется конкретно. Следовательно, эти гласные являются ориентирами корня.

В историческом плане Нурмагомедов не исключает и другое предназначение этих гласных. К такому выводу исследователя приводит наличие, например, в даргинском языке сопровождающих гласных, выступающих между классным показателем и корнем не только в функции огласовки, но и с грамматическим значением. Сопровождающие гласные в этом языке и в настоящее время являются релеван-тами основы совершенного / несовершенного видов [Там же].

Однако в ахвахском языке, как и в других языках андийской подгруппы, функция этих гласных ныне затемнена, и попытка выделения сопровождающего гласного в составе классного показателя не выглядит убедительной.

Как и в лучае с сопровождающими гласными, затемнена функция детерминативов основы. Детерминативными суффиксами в ахвах-ском языке можно назвать согласные звуки р и н в глаголах.

В ахвахском языке встречаются также слившиеся с предшествующей формой служебные части речи, выполняющие модально-экспрессивные функции (используемые для выражения вопроса, удивления или недоумения).

В сложной системе спряжения глаголов по временам немаловажное значение имеет структура инфинитива. В зависимости от структуры инфинитива в языках аваро-андийской подгруппы различают два типа спряжения и соответственно два ряда. «Определяющими эту оппозицию (противопоставление р и н. — И. А.) являются форманты для I ряда д (р, з, л) и II — н» [6, с. 266]. Принцип деления инфинитивов на два ряда и соответственно на два типа спряжения строго выдержан и в ахвахском языке. Меньшая часть глаголов (около 96) входит в ряд «н» (II спряжение). Большая часть глаголов составляет ряд «р» (I спряжение). Спряжение глагола по временам оказывается в прямой зависимости от структуры инфинитива. Согласные р и н, которые способствуют делению инфинитивов на два ряда, являются также и тематическими показателями. Они, образуя глагольную основу, по существу срослись с ней. Тематический показатель выступает во многих спрягаемых формах глагола, например:

Инфинитив к1ус-у-р-улъ1а (сидеть) мич-у-н-улъ1а (находить) Прош. очев. вр. к1ус-а-ри мич-а-ни

Наст. общее к1ус-и-ри мич-и-ни

Деепр. наст. вр. к1ус-е-ре мич-е-не

Вопр. наст. вр. к1ус-е-ре-чи мич-е-не-чи

Возникает вопрос: куда отнести тематический согласный, к основе или к форманту? Тематический согласный не присоединяется непосредственно к корню, а следует за формантами, указывающими на переходность / непереходность, темпоральную корреляцию.

Исследователи единодушны во мнении, что классный показатель не может входить в состав глагольного корня, а корневой согласный обязательно должен в нем присутствовать. Различия в подходе обнаруживаются относительно других элементов глагольной основы —гласного звука.

Традиционное определение корня, являющегося основной, центральной или единственной в слове морфемой, обязательной для каждой лексической единицы, повторяющейся во всех родственных словах и их грамматических формах и выражающей основное лексическое значение слова, должно быть применимо и для дагестанских языков. Однако, по мнению Р.И. Гайдарова, взятый отдельно, без окружающих его аффиксальных морфов (префиксов и суффиксов), корень может выражать лексическое значение только в том случае, если он является несвязанным, т. е. таким, который встречается не только вместе с теми или иными служебными морфемами, но и самостоятельно в качестве отдельной словоформы [3, с. 13]. Следовательно, корень в дагестанских языках является в основном несемантической морфемой, ибо принцип моноконсонатизма корня в именах и глаголах получил широкое распространение в специальной литературе. Теория моноконсонантности глагольного корня в кавказских языках восходит к А. Дирру. Бытует также мнение, не допускающее исконного моноконсонантизма глагольных корней в кавказских языках [1, 5].

Анализируя именные основы в картвельских языках, А.С. Чикобава пришел к выводу, что «корневым элементом — в его наиболее простом виде — исторически мог быть единственный согласный звук» [11, с. 279].

Учитывая наличие принципа моноконсонантизма корней, известного из картвельских языков, Т.Е. Гудава отмечает: «Анализ аварских и андийских глагольных основ показывает, что в качестве корневого элемента в этих языках в большинстве случаев выступает лишь один согласный звук» [4, с. 47]. Развивая теорию моноконсонантизма, Н.С. Трубецкой пишет: «Непроизводные глагольные корни в восточно-кавказских языках в принципе содержат только один согласный...». Далее он называет такой корень «однобуквенным корнем», или «корневым согласным» [10, с. 324].

Исследователи, признавая моноконсонантизм корней в дагестанских языках, отмечают сложный состав и вообще распространение корневого согласного другими гласными и согласными.

Т.Е. Гудава, выдвигавший принцип моноконсонантизма корней в аварском и андийском языках, пришел к выводу, что в них имеется «немало корней, состоящих из двух или больше согласных звуков» [4, с. 49].

По мнению З.М. Маллаевой [7], идея корневого моноконсонантизма приемлема для аварского глагола (в историческом плане). В качестве достаточно убедительных аргументов в пользу принципа корневого моноконсонантизма она приводит следующие:

1. Наличие большого количества глаголов, корень которых состоит из одного согласного.

2. Возможность выделения моноконсонантного корня, привлекая соответствующий материал из близкородственных языков.

3. Широкое распространение корневой омонимии.

Основа глагола без формообразующих элементов должна быть носителем лексического значения и служить базой образования всех форм глагола. В нее входят классный показатель и корень.

Идея корневого моноконсонантизма в принципе приемлема и для ахвахского глагола (в историческом плане, конечно). Об этом свидетельствуют два фактора: наличие довольно большого количества глаголов, корень которых состоит из одного согласного, и широкое распространение глагольной корневой омонимии. А в современном ахвахском языке, как показывает языковой материал, глагольный корень может состоять как из одного согласного, так и из двух и более согласных в сочетании с гласными.

У неклассных глаголов (таких глаголов в ахвахском языке 56, не считая соотносительных переходных пар) корень совпадает с основой.

Формообразующие элементы, как правило, не входят в состав корня. Но, с другой стороны, трудно утверждать, что семантика ахвахского глагола заключается лишь в одном корневом согласном звуке: данный согласный может функционировать в ряде глаголов: так, звук т1 является корневым согласным следующих глаголов: ба-т1-урулъ1а (ковырять), би-т1-урулъ1а (стелить, указывать), бе-т1-урулъ1а (рваться). Звук хъ1 функционирует в составе следующих глаголов: ба-хъ1-урулъ1а (сосать), бу-хъ1-урулъ1а (портиться), би-хъ1-урулъ1а (умереть); звук ч:

ба-ч-урулъ1а (расширяться), би-ч-урулъ1а (толкать), бу-ч-урулъ1а (катиться). Значение глагола, как можно об этом судить из примеров, меняется в зависимости от гласного, следующего за классным показателем. Однако корневая морфема, как известно, должна быть носителем лексического значения сова. И здесь резонен вопрос, волнующий исследователей дагестанских языков: достаточен ли один согласный для выражения лексических значений нескольких глаголов, в основе которых он функционирует? К примеру, согласный хх функционирует в основе ряда глаголов: ба-хх-урулъ1а (рушить), би-хх-урулъ1а (остаться), бе-хх-урулъ1а (радоваться), бо-хх- урулъ1а (радоваться).

В других дагестанских языках некоторые исследователи объясняют такое явление омонимичностью корней: «Характерной особенностью глагольных корней является омонимия: один и тот же согласный может служить корнем целой группы самостоятельных лексических единиц» [2, с. 365].

Корень глагола в ахвахском языке может быть одно-, дву-, трех- и четырехсложным.

Рассмотрим вначале типы неклассных основ, представленные в ахвахском языке:

1. [С] моноконсонантный корень (около 40 основ): ж-орулъ1а (учиться, читать), кь-урулъ1а (танцевать), ч-орулъ1а (мыть, купать), гъ-урулъ1а (говорить), хх-онулъ1а (косить), къ-онулъ1а (есть, кушать).

2. [СГС] — самый многочисленный (около 134 основ): гим-унулъ1а (висеть), кас-урулъ1а (прыгать), къин-урулъ1а (шить), жагь-урулъ1а (похолодать), ссит-урулъ1а (запрещать), талъ-урулъ1а (уставать), рац1ц1-унулъ1а (спросить).

3. [ГС] (около 25 основ): ах-унулъ1а (кипеть), анлъ1-унулъ1а (услышать), экъ-урулъ1а (закрыть), от-урулъ1а (отпустить), эхъ-урулъ1а (смотреть), экь-урулъ1а (говорить). Сравнительный анализ данных диалектов и других родственных языков основ этого типа позволяет утверждать, что они вторичны и получены вследствие утери согласного элемента классного показателя.

4. [ГСГС] (около 10 основ): акъусс-унулъ1а (утонуть, удавиться), анкъеж-урулъ1а (испытывать жажду), иххван-урулъ1а (пилить), ишуч1-урулъ1а (обменять).

5. [СГСГС] (около 15 основ): гьариг-урулъ1а (видеть), гьидич-урулъ1а (забыть), къвараг1-унулъ1а

(понадобиться), маквач-унулъ1а (проголодаться), шулагъ-урулъ1а (стесняться). Простые глаголы с двусложными корнями являются, по крайней мере, диахронически производными.

6. [СГСГСГС]: мишарахъ1-урулъ1а (соскучиться), лъ1ибекъин-урулъ1а (опасаться).

7. [СГСГСГСГС]: гьанделокъелъ-урулъ1а (оглохнуть), минадабех-урулъ1а (отличать), гуккишуккил-орулъ1а (обмануть).

Рассматривая соотношение глаголов с классными префиксами и без таковых, Т.Е. Гу-дава пишет: «Наличие или отсутствие классного показателя не обусловлено ни семантикой глагола, ни его фонетической стороной» (4, с. 8). Однако отсутствие классного экспонента, по мнению М.Е. Алексеева, связано со структурой основы СГС: тезис о фонетической необусловленности наличия/отсутствия классного экспонента вытекает из членения подобных основ на корень и детерминативный суффикс, а также из выделения в качестве КЭ слога СГ. «Отсюда каждый глагольный корень принимает вид —С—, что исключает возможность говорить о каких-либо фонетических условиях того или иного явления» [1, с. 100].

Почти все классные глаголы ахвахского языка относятся к односложным корням. Около 30 % таких односложных корней имеет позицию для префиксального классно-числового показателя; соответственно корневая морфема у таких глаголов начинается с гласного и имеет структуру ГС. Морфемная граница между КЧП и корнем в этом случае проходит внутри первого слога глагольной словоформы: м-угь-у-н-улъ1а (развязываться). Односложные корни глаголов без префиксальных КЧП (около 70 % от всех односложных корней) имеют структуру СГС, например: гьеч1-у-р-улъ1а (вставать), гим-у-н-улъ1а (висеть).

В классных глаголах представлены следующие типы основ:

1. [ГСГС] (3 основы): а-б-ах-урулъ1а (опухать), а-б-аж-урулъ1а (привязываться), а-б-аш-урулъ1а (встряхивать).

2. [СГС] — самый многочисленный (около 90 основ): бак-урулъ1а (поздравлять), бет-урулъ1а (бежать), билъ-урулъ1а (класть, положить), белълъ-урулъ1а (оставить), мугь-унулъ1а (развязать), дук1-урулъ1а (ездить верхом), мач-унулъ1а (рассказать).

3. [ГС] (3 основы): охь-урулъ1а (отдать), от-урулъ1а (отпускать), унк-унулъ1а (кушать, есть).

4. [СГСГС] (около 20 основ): бешахъ-урулъ1а (работать), бадалъ1-урулъ1а (смеяться), бач1акъ1-урулъ1а (опаздывать), бахъ1аролъ-урулъ1а (состариться), бегулъ-урулъ1а (пьянеть), бахвад-урулъ1а (забавляться).

Особый интерес представляет структура глагола му-нулъ1а (идти). На первый взгляд в этом глаголе не представлен корневой согласный. Начальный слог му - это классный показатель (ср. ву-нулъ1а - 1 кл., йу-нулъ1а - 2 кл., ру-нулъ1а - мн. кл. неличности), а вторая часть слова — нулъ1а - это суффикс инфинитива. Но при спряжении глагола проявляется корневой звук. Таким корнем является —ъ. В родственном аварском языке с этим глаголом происходит то же самое, т. е. корень проявляется только при спряжении и в виде звука —ъ.

Нелегким является вопрос об окаменелых классных и числовых показателях в структуре корня.

Все же, исходя из принципов синхронического описания языка, все постоянные, изменяющиеся и способствующие конкретизации лексического значения корня элементы, на наш взгляд, следует рассматривать в составе ядерной формы.

Таким образом, резюмируя вышесказанное, можно заключить:

1. Исходя из морфологического принципа, в ахвахском языке можно выделить два типа глагольных основ: основы с согласным исходом и лабиализованные основы. Преобладает первый тип основ.

2. В составе глагольной словоформы можно выделить исходную основу факультативных словоизменительных аффиксов. Исходная основа содержит: префиксальный классно-числовой показатель (факультативно), корень, суффикс, окончание.

3. В зависимости от структуры инфинитива в ахвахском языке можно выделить два типа спряжения и соответственно два ряда. Меньшая часть глаголов (около 96) входит в ряд «н» (II спряжение), большая часть глаголов составляет ряд «р» (I спряжение). Спряжение глагола по временам оказывается в прямой зависимости от структуры инфинитива. Согласные р и н, которые способствуют делению инфинитивов на два ряда, являются также и тематическими показателями. Выступая во многих спрягаемых формах, они по существу срослись с глагольной основой. Тематический показатель не присоединяется непосредственно к корню, а следует за формантами, указывающими на переходность / непереходность, темпоральную корреляцию.

4. Идея корневого моноконсонантизма приемлема для ахвахского глагола, о чем свидетельствуют два фактора: довольно большое количество глаголов с моноконсонантным корнем и омономичность глагольных корней.

5. Корень глагола в ахвахском языке может быть одно-, дву-, трех- и четырехсложным. Глагольные основы можно также классифицировать на классные и неклассные. Неклассные основы представлены следующими типами: С, СГС, ГС, ГСГС, СГСГС, СГСГСГС, СГСГСГСГС, классные - ГСГС, СГС, ГС, СГСГС.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Алексеев, М.Е. Сравнительно-историческая морфология аваро-андийских языков [Текст] / М.Е. Алексеев. - М.: Наука. 1988.

2. Абдуллаев, З.Г. Даргинский язык [Текст]. В 3 ч. Ч. 2. Морфология / З.Г. Абдуллаев. - М., 1993.

3. Гайдаров, Р.И. Морфология лезгинских языков [Текст] / Р.И. Гайдаров. — Махачкала, 1982.

4. Гудава Т.Е. Сравнительный анализ глагольных основ в аварском и андийских языках [Текст] / Т.Е. Гу-даева. — Махачкала, 1959.

5. Дьяконов, И.М. Хуррито-урартский и восточно-кавказские языки [Текст] / И.М. Дьяконов // Древний Восток. - 1978. - № 3.

6. Магомедбекова, З.М. Инфинитивные формы в аваро-андийско-дидойских языках [Текст] / З.М. Ма-

гомедбекова // ЕИКЯ. - Т. XV. - Тбилиси, 1967. -С. 266-280.

7. Маллаева, З.М. Глагол аварского языка [Текст] / З.М. Маллаева. - Махачкала, 2007.

8. Нурмагомедов, М.М. Структура глагола в аварском языке [Текст] / М.М. Нурмагомедов. - Махачкала, 2000.

9. Плунгян, В.А. Общая морфология: введение в проблематику [Текст]: учеб. пособие / В.А. Плунгян. - М., 2000.

10. Трубецкой, Н.С. Строй восточно-кавказских языков [Текст] / Н.С. Трубецкой // Избр. тр. по филологии. - М., 1987.

11. Чикобава, А.С. Древнейшая структура именных основ в картвельских языках [Текст] / А.С. Чикобава. - Тбилиси, 1942.