Архитектура городских ансамблей и дворцово-замковых комплексов Белоруссии XVI -XVIII вв

ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ Килимник Е.В., Орлова Ж.В.

АРХИТЕКТУРА ГОРОДСКИХ АНСАМБЛЕЙ И

ДВОРЦОВО-ЗАМКОВЫХ КОМПЛЕКСОВ БЕЛОРУССИИ XVI -XVIII вв.

Уральский государственный горный университет

Ключевые слова: архитектура, планировка, Ренессанс, Барокко, Белоруссия.

Аннотация: Целью работы является проведение искусствоведческого анализа архитектуры замковых ансамблей и городских комплексов в Белоруссии XVI-XVIII вв. Задачей становится проведение исследования социокультурного развития Белоруссии. Определение культурного влияния на этот восточноевропейский регион градостроительных традиций Западной Европы.

Keywords: architecture, planning, Renaissance, Baroque, Belarus.

Abstract: The aim of the research is to conduct his analysis of Castle architecture ensembles and urban complexes in Belarus XVI-XVIII centuries. Task is to conduct a study of socio-cultural development of Belarus. Definition of cultural influences on this Eastern European region urban traditions of Western Europe.

Влияние европейской культуры, социальная и национальная борьба, военные конфликты оказывали значительное влияние на развитие градостроительных принципов Белоруссии. В ходе возникшей новой внутриполитической ситуации в белорусских землях в XVI в., большое внимание местных магнатов стало уделяться созданию внешних поясов городских укреплений, замковых комплексов, оборонных храмов. В этих условиях происходила эволюция и других типов зданий: ратуш, гостиных дворов, жилых сооружений. Высокие готические щипцы стен приобретали меньшую толщину и зрительно облегчались за счет внедрения многочисленных декоративных ниш по фасаду зданий (замок Ильиничей в Мире, Новогрудский замок, XVI в.) [6]. В условиях постоянных боевых действий белорусской знатью сооружались не только традиционные замки, но и оборонные храмы, и загородные жилые дома (Гайтюшники, XVII в.), фланкированные по углам боевыми башнями. Появление подобных композиций в культовом и жилом зодчестве

было результатом прямого влияния оборонной архитектуры на белорусское зодчество ХУ1-ХУП вв.

В последней четверти XVI в. в Белоруссии под влиянием европейских архитектурных традиций появились образцы ренессансного градостроительства. Этому культурному процессу способствовали укреплявшиеся после создания нового объединенного польско-литовского государства политические и культурные контакты с Западной Европой, идейное религиозное единство с Ватиканом в Италии, а также активное строительство с учетом европейских достижений в области фортификационного зодчества мощных магнатских резидентальных замковых комплексов и прилегающих к ним городов-крепостей, необходимых в условиях частого военного противостояния с соседними государствами.

Градостроительство ХУ-ХУП вв. особенно ярко воплотилось в сооружении частновладельческих укрепленных городов, имея при этом стилевые различия с более ранними готическими приемами строительства населенных мест Белоруссии. Эти приемы не только предшествовали Возрождению, но и существовали одновременно с ним, что служило важной культуромаркирующей особенностью этого восточноевропейского региона [6]. Ренессансные черты были воплощены в композиции частновладельческих городов-крепостей: Несвижа, Быхова, Глуска. Проникновению новых градостроительных приемов Возрождения способствовало знакомство белорусских магнатов - заказчиков сооружения своих укрепленных резиденций с достижениями передового на то время европейского оборонного зодчества.

Анализируя архитектурные формы памятников культурного наследия, следует отметить и тот факт, что на организацию городов-резиденций позднесредневековой Белоруссии влияли и личностные творческие способности заказчиков-магнатов, отличавшихся высокой образованностью и широким культурным, а иногда и профессионально архитектурным кругозором.

На развитие архитектуры Великого княжества Литовского и Русского и собственно белорусских земель мог существенно повлиять профессиональный трактат того времени «Краткое учение о строительстве храмов, дворцов, замков согласно с небом и польским обычаем», вполне вероятно, составленный образованным вельможей того времени Л. Опалиньским и изданный в 1659 г. в Кракове.

В белорусских землях ХУП-ХУШ вв., как и вообще в Европе, показателем преемственности древнеримских принципов организации города служило использование двух основных взаимно

перпендикулярных планировочных осей, составлявших своеобразный крест или Т-образное пересечение «cardo», ориентированное с севера на юг, и «decumanus» - с запада на восток. Эта устойчивая планировочная римская традиция происходила от еще более древней этрусской культуры, в которой трассировка перпендикулярных осей с фиксацией точки их пересечения служила своеобразным приемом освящения пространства, знаком приобретения городом божественного покровительства. Причина такого символического подхода в архитектуре в том, что для многих народов дохристианского мира пространство не было единой субстанцией, а делилось на территорию, освоенную и измеренную в соответствии с господствовавшей религиозной доктриной и остальную -неупорядоченный мир, наполненный мифическими существами. Полученные при пересечении двух улиц четыре участка традиционно делились пополам параллельными улицами, образуя в результате 16 участков. В итоге, в частновладельческом Несвиже Т-образно пересекающиеся основные улицы в границах крепостных стен в точности повторяют композицию подобных улиц, расположенных в древнеримском военном лагере в Ламбезисе. Другим признаком ренессансной композиции являлось размещение на перекрестке осей просторной, близкой квадрату торговой и ратушной площади, которая в качестве своего прообраза имела традиционную для этих мест форму римского военного поселения. От прежних готических образцов она отличалась осями симметрии, совпадающими с подводящими улицами - коммуникационными и видовыми коридорами, которые завершались центрично размещенной на площади города величественной постройкой: ратушей, собором или дворцом. Примерами для композиций белорусских частновладельческих городов иногда могли служить произведения итальянского маньеризма второй половины XVI в., в которых использовался прием формирования уличной сети: организация условных геометрических центров с планировочной застройкой почти параллельных улиц. В Несвиже было три таких центра по разные стороны от прямоугольника оборонительных валов. Его европейским предшественником с аналогичным объемно-планировочным решением был основанный ранее итальянский город Гуасталла, сооруженный по проекту мастера Д. Джунти в 1549 г.

Рассматриваемый композиционный прием появился несколько позже, в период Барокко, хотя первые подобные примеры в Белоруссии встречаются уже в конце XVI в. К более ранним европейским аналогам, послужившим градостроительными примерами, можно отнести частновладельческие города Пфальцбург

во Франции (1570 г.), Сабионета в Италии (1561 г., проект Дж. Катанео и Д. Джунти). Одновременное распространение готических и ренессансных ансамблевидных принципов композиции определило то, что маньеристический прием в планировочной схеме наблюдался и в частновладельческих городах Белоруссии с регулярной структурой средневекового характера.

Новое художественное направление - белорусское Барокко получило во всех типах региональных зданий особую локальную архитектурно-художественную интерпретацию. Ему свойственны простота объемов построек, сочетание живописного силуэта со строгими формами, которые были заимствованы мастерами-устроителями из оборонной архитектуры, совмещение обычного барочного декора с местными культурными сюжетами, определенная связь с народным зодчеством.

Распространение в белорусских землях барочного стиля в ХУШ в. подводит черту под прежними архитектурными приемами, сочетавших оборонительное назначение архитектурных ансамблей и жилое, репрезентативное. В результате, с отмиранием оборонительных функций в архитектуре зданий на смену прежним укрепленным резиденциям магнатов приходит новый тип дворцового здания в виде открытого архитектурного комплекса, тесно увязанного с окружающим природным ландшафтом. В подобных художественных композициях дворец-резиденция обычно располагался между передним двором и парком. Парадный двор традиционно образовывали симметрично поставленные флигели с административными помещениями, кухнями, каретными и иными хозяйственными службами. По оси дворцового здания, замыкая парадный двор, сооружались монументальные, богато оформленные ворота (Ружаны, ХУТ-ХУШ вв.). Создавая пышные уже неукрепленные магнатские резиденции с анфиладой залов, белорусские зодчие использовали богатый арсенал художественных приемов архитектуры позднего Барокко или Рококо. В декорации дворцовых фасадов широкое распространение получили приемы сложной группировки колонн и пилястр, разорванные фронтоны, богатые лепные украшения. Определенные формы использовались как средство максимального пластического обогащения плоскостей стен. Таким образом, утонченность рисунка, увлечение изогнутыми линиями стали характерными чертами дворцовой архитектуры Белоруссии середины ХУШ в.

Подводя итоги, следует отметить, что на архитектуру ХУТ-ХУШ вв. оказали значительное культурное влияние западноевропейские

градостроительные традиции, многие из которых своими корнями уходили в античную римскую эпоху. Именно под их влиянием в середине ХУ в. в белорусских землях возникает первый бастионный замок в Заславле, а с конца ХУ в. на смену средневековой неупорядоченной городской застройке приходит осевое расположение пространства с организацией условных геометрических центров и планировочной застройкой почти параллельных улиц. Конец ХУ-ХУ1 вв. отмечен эволюцией замковой архитектуры, которая под влиянием итальянских и голландских градостроительных принципов начинает утрачивать прежнюю суровую замкнутость, превращаясь в репрезентативные дворцы, традиционно усиленные внешними линиями защиты: мощные земляные валы с бастионами, обложенные камнем и усиленные рвом. Подобная современная для того времени оборонительная система становится характерной и для частновладельческих городов, придя на смену средневековым нерегулярным стенам и высоким башням. И только снижение постоянной внешней угрозы и внутренних социальных конфликтов приводит к распространению в Белоруссии нового художественного стиля - Барокко, отвечавшего современным требованиям знати, стремившейся подчеркнуть в архитектурных комплексах, как и прежде, свое могущество и богатство.

Список литературы

1. Килимник Е.В. Культурно-исторические особенности феодальных замков европейского Средневековья (на примере памятников рыцарской культуры Центральной и Восточной Европы). // Известия Самарского научного центра РАН. 2010. Том 12. № 5 (3). С. 845-851.

2. Килимник Е.В. Художественное убранство Белорусских дворцов, замков и укрепленных храмов Х111 - ХУ1 вв. в контексте современного преподавания истории культуры // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. 2010. № 3 (47). С. 46-50.

3. Килимник Е.В. Культурно-исторические особенности феодальных замков Центральной Европы, Западной Украины и Белоруссии Х1 - ХУ1 вв.: монография. - Екатеринбург: Уральский институт социального образования, 2011. - 365 с.

4. Ткачев М.А. Замки Белоруссии. Минск: Полымя, 1987. 161 с.

5. Ткачоу М.А. Абарончыя збудаванш заходшх зямель Беларуа ХШ-ХУШ стст. Мшск : Навука i тэхшка, 1978. - 144 с.

6. Чантурия В.А. Атлас памятников архитектуры и мемориальных комплексов Белоруссии. Минск: Вышэйшая школа, 1983. - 110 с.

Мусурманова Г.С., Садирова К.

ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ СЛОВАРИ КЫРГЫЗСКОГО ЯЗЫКА

Баткенский государственный университет

Ключевые слова: лингвистика, словари, кыргызский язык, лексический запас.

Аннотация: в статье рассматривается история формирования лингвистических словарей кыргызского языка; делается вывод о необходимости составления современных словарей с учетом требований времени.

Key words: linguistics, dictionaries, Kyrgyz language, lexical stock.

Abstract: the article deals with the history of the formation of linguistic dictionaries of the Kyrgyz language; It is concluded that it is necessary to compile modern dictionaries in accordance with the requirements of the time.

Лексическое богатство языка - бесценность, которая существует с историей всего народа, она рождена с ней и живет вместе с ней. Это богатство связано с вековым развитием народа, со становлением культурного и материального наследия, с сознанием народа, с его общественной жизнью, связью с другими народами и т.д.

Всё богатство и разнообразие лексического запаса языка собрано в словарях. Сегодня все больше осознается роль словарей в духовной жизни общества, в осмыслении культурного наследия народа. И поскольку быстрому темпу современной жизни соответствуют постоянные изменения в языке, словари должны обновляться в соответствии с требованиями времени.

Впервые лексический материал кыргызского языка как объект в лексикографическую работу ввел известный тюрколог, академик В.В. Радлов. В его четырехтомной работе «Опыт словаря тюркских наречий» наравне с лексикой других тюркских языков были охвачены около тысяч слов кыргызского языка. А уже первые лингвистические словари кыргызского языка появились во второй четверти XX века. По объему данные словари были небольшие и имели переводческий характер: Х. Карасаев и И.А. Батманов составили русско-кыргызский словарь, который был издан в Казани в 1938 году; затем в 1940 году выдающейся тюрколог-лексикограф, профессор Юдахин К.К.