Национально-культурная политика и тенденции реформирования ислама на рубеже XX-XXI вв. В Татарстане

ния. Устойчивость - это не таблица умножения, которую можно зазубрить, а таблица - Менделеева, в которой число элементов возрастает, а смысл, заложенный в них - усложняется. При таком подходе будет легче понять, что устойчивость не сугубо технологическая или экономико-экологическая константа, а мировоззренческая, духовная субстанция. Более полное понимание устойчивости в таком широком смысловом диапазоне, как императив сохранения человеческого рода нашей Планеты, видимо состоится в рождающемся, новом «осевом времени».

И последняя, не менее волнующая автора мысль. Любая идея может рассчитывать на успех лишь тогда, когда она первоначально кем-то подхватывается, как зерно мудрости зароняется в почву времени. Речь идет о роли субъективного фактора. Ведь кто-то должен быть первым. Кто-то должен делать шаг в новую парадигму, утверждая ее своим примером. «Тогда коллективному сознанию человечества будет отправлено сообщение, содержащее схему новой реальности. В человеческой истории такое срабатывало не раз - и Будда, и Христос, и Мухаммед, и Ганди, и Мать Тереза и Мартин Лютер Кинг своими идеями изменили мир, в котором им довелось жить» [1, с.234].

По такому же закону - закону нравственного возвышения, человечество должно продолжать существовать, жить, творить и в наше время. В котором тоже есть «программисты» будущего - двигатели перемен. Как известно, для запуска процесса перемен в обществе достаточно числа людей, выражаемого квадратным корнем из одного процента всех членов общества. В современном - 7 миллиардном мире созданием фундамента устойчивого развития всечеловеческого общежития занимается два процента землян. Это утописты - фанаты, приверженцы «новой религии» - философии Разума, являющегося Божественной матрицей всего сущего. Это «пробудители» энергии мысли и действия на универсальном поле Истории. И чем больше людей будет разделять их новый взгляд на себя и мир, тем легче воплотить их мечту-сказку в реальность. Пора осознать: «время разбрасывать камни» уходит, настает «время собирания камней». Ведь Рассвет нельзя задержать. Он неумолимо наступит. Как бы не опоздать.

Литература

1. Брейден Г. Божественная матрица: время, пространство и сила сознания. - София, 2008. - 256 с.

2. Левяш И. Я. Война как Голгофа гуманизма // Свободная мысль. - 2015. - № 1. - С. 175-196.

3. Медведко Л. И. Россия, Запад, Ислам: столкновение цивилизаций? - М., 2003. - 509 с.

УДК 39

Ф.Ф.Мифтахов

НАЦИОНАЛЬНО-КУЛЬТУРНАЯ И КОНФЕССИОНАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА И ТЕНДЕНЦИИ РЕФОРМИРОВАНИЯ ИСЛАМА НА РУБЕЖЕ XX-XXI ВВ. В ТАТАРСТАНЕ

В статье рассматриваются проблемы межконфессиональных отношений и вопросы реформирования Ислама в Республике Татарстан на рубеже XX-XXI веков. Процесс возрождения Ислама в республике сопровождался поиском национальной идентичности, повышением уровня национального самосознания, увеличением числа мусульманских общин, религиозных учебных заведений.

Исторический процесс внутриконфессиональных и межконфессиональных отношений рассмотрен на фоне конфликтной ситуации конца 1990-х годов. Это позволяет проанализировать проблемы взаимоотношений с властью, рассмотреть межконфессиональную политику как часть общей политики. Автором сформулировано понятие межконфессиональных отношений как части политики - это одна из форм саморегулирования общества в специфической сфере отношений самодостаточных субъектов взаимоотношений - конфессий при минимальной роли государства. Выявлены формы межконфессиональных отношений - институциональные и неинституциональные, которые проявляются на региональном (республиканский), федеральном, международном уровнях, которые могут иметь консультативный и координационный, переговорный характер. Неинституализированные формы носят бытовой или организованный характер.

Обоснованы принципы толерантности в достижении согласия, и выделена специфика Татарстана в период адаптации Ислама к новым экономическим реалиям.

Ключевые слова: конфессиональная политика, ислам, религия, межконфессиональные отношения, Татарстан.

Miftakhov F.F. RELIGIOUS POLICY AND TENDENCIES OF REFORMATION OF ISLAM AT THE TURN OF XX-XXI CENTURIES IN TATARSTAN.

The article examines the problems of inter-confessional relations and the reform of Islam in the Republic of Tatarstan at the turn of XX-XXI centuries. The revival of Islam in the Republic was accompanied by the search for national identity, increased the level of national consciousness, the number of Muslim communities, religious schools.

The historical process both intra- and inter-confessional relations is considered on the background of the conflict situation of the late 1990-ies. This allows to analyze the problem of relations with the government, to consider inter-faith policy as a part of General policy. The author formulated the concept of inter-confessional relations as part of a policy - it's a form of self-regulation of society in a specific field of relationships of self-sufficient entities - confessions with a minimal role of the state. Identified forms of interfaith relations - institutional and non-institutional, which are manifested at regional (state), Federal, international levels, which can have advisory and coordinating, negotiating nature. Non-institutional forms

have household or organized sort.

The principles of tolerance in reaching agreement, and specifics of Tatarstan in the period of adaptation of Islam to new economic realities.

Keywords: confessional politics, Islam, religion, interfaith relations, Tatarstan.

С конца 1980-х годов в Татарстане, под влиянием общественных процессов постепенно начался процесс интереса к исламу и его возрождения. Данный процесс выражался в сборе финансовых средств для строительства мечетей, организации мусульманских общин, подготовке религиозных кадров, повышенным вниманием в средствах массовой информации. В республике только за семь лет число мусульманских общин увеличилось с 19 в 1989 г. до 700 в 1996 году [7, с.251]. Впервые в постсоветский период началась подготовка религиозных кадров, которая осуществлялась главным образом в арабских государствах - Саудовской Аравии, Арабской республике Египет, а также в Турции. На территории республики было открыто более 20 медресе.

Процессы, происходившие в мусульманской умме, не были изолированы от политической ситуации в стране. Политика суверенизации республик, избыточная политизация общества, а также рост числа мусульманских общин напрямую отразилась на системе взаимосвязей и иерархии Духовного управления мусульман России, Европейской части СНГ и Прибалтики (ДУМЕС). В регионах на политическую арену вышли силы, требующие суверенизации духовных управлений регионов. Произошел раскол. В Республике Татарстан на съезде имамов (23 августа, 1992 г.) было создано Духовное управления мусульман в РТ, которое возглавил Г.Галиулла. В ноябре 1994 г. на базе мусульманских общин, подчинявшихся ДУМЕС, было организовано Духовное управление мусульман Татарстана (Г.Зин-натулла). Создавшаяся ситуация вызвала большую озабоченность в среде татарской гуманитарной интеллигенции, которая в декабре 1994 г. в «Обращении татарской интеллигенции к имамам и мусульманской общественности республики» призвала к объединению. Здесь следует заметить, что раскол произошел не без участия властных структур, у которых было негативное отношение к руководителю ДУМ в РТ Г.Галиулле за радикализм, связь с национальными организациями и критику властей. Поэтому оно в противовес зарегистрировало второе духовное управление с целью проведения политики балансирования и противовеса. Однако властные структуры хоть и медленно, стали прилагать усилия к объединению двух духовных управлений с целью избрания более умеренного руководителя ДУМ РТ. Такая политика привела к политизации конфликта, столкновениям и захвату в центре Казани комплекса зданий медресе «Мухаммадия», которое использовалось светскими учреждениями, а вопрос передачи исторически принадлежавших зданий мусульманам затягивался. Прошедший съезд в 1995 г. ДУМ в РТ санкционировал захват мечети «Марджани», где находилась резиденция другого управления. На следующий день шакирды (студенты мусульманских образовательных учреждений) во главе с самим муфтием Г.Галиуллой захватили медресе при Кабанной мечети [7, с.256]. Большой резонанс в общественных кругах вызвало письмо председателя Совета по делам религий при Кабинете министров РТ И.Ш.Хабибуллина главам районов администраций, в котором предлагалось созвать съезд мусульман Татарстана, чтобы переизбрать муфтия.

В этот конфликтный период состояние жизнедеятельности мусульманской общины вызвало интерес у национальной интеллигенции, в самой мусульманской общине возникли различные подходы в толковании ислама и некоторых нюансов богослужения [9, с.43]. Раскол имел как объективные, так и субъективные причины. К объективным причинам следует отнести низкий уровень знаний о религии, слабую подготовленность религиозных кадров, политизацию всех сфер жизнедеятельности социума. К субъективным причинам - психологические качества лидеров религиозной уммы, личные амбиции и политические взгляды, вмешательство властных структур в дела мусульманской общины.

Впоследствии, возвращаясь к недалекому прошлому на III съезде Всемирного конгресса татар (2002 г.) М.Шаймиев заявил, что «Возрождение ислама сопровождается возникновением специфических интересов отдельных приходов, имамов, муфтиев, которые конфликтуют друг с другом. Это становится фактором ослабления татар и мусульман. Интересы нации должны быть превыше групповых интересов или личных амбиций... Со своей стороны, мы будем содействовать повышению престижа российского Ислама» [12].

Как политик-практик М.Шаймиев, анализируя политические изменения и размышляя над состоянием религиозной жизни, отметил, что процессы, которые происходят в стране в целом, с некоторым опозданием проявляются и в религиозной сфере: «Они с некоторым опозданием идут, они проходят тот путь, который прошло все общество, все партии, движения..» [12, с.340]. В данном случае речь шла о расколе. В период острой борьбы между двумя Управлениями мусульман республики после заминки решительно вмешались властные органы республики, предложив переговорный процесс и проведение объединительного съезда мусульман республики. Государственные органы и лично Пре-

зидент Татарстана были подвергнуты критике. Национальные партии обвинили власть во вмешательстве во внутренние дела религии. После объединительного съезда муфтием РТ был избран Гус-ман-хазрат Исхаков, которого поддерживали властные структуры республики.

В происходящих событиях можно проследить закономерность, что явления и события, происходящие в религиозной сфере, являются отражением общественных процессов. По мнению Президента РФ, «Мы не должны диктовать религиозным деятелям, как им нужно поступить, кого выбрать, как определиться. Мы должны создавать им условия для работы и сделать все, чтобы между ними и гражданами нашей страны не было никакой стены» [8, с.594].

В данных высказываниях руководителя страны видна ясная и четкая позиция, как должны государственные органы взаимодействовать с религиозными структурами и общинами.

Во-первых, Президент основывается на положениях Конституции РФ, где провозглашается отделение церкви от государства и принцип свободы совести.

Во-вторых, провозглашается педагогическая функция религии. Традиционные для нашей страны монотеистические религии направлены на утверждение духовно-нравственных принципов, общечеловеческих ценностей. Это важно как для населения, так и для властных структур. Власть заинтересована в стабильной моральной и нравственной обстановке в социуме.

В-третьих, руководство государства считает правомерным, что государство должно создавать условия, не вмешиваясь во внутренние дела религиозных структур.

Политика правящих кругов Татарстана заключается в использовании созидательного потенциала при соблюдении паритета основных религий республики - ислама и православия. Такая политика проявляется в материальной и моральной поддержке конфессий. На таких паритетных началах проводилось строительство мечети Кул Шариф и реставрация Благовещенского собора, следует добавить, что выходными праздничными днями были объявлены в Татарстане Курбан-байрам и Рождество. Средства массовой информации стали информировать о положительных сторонах религий. Как отмечают исследователи, «руководители республики считают необходимым проведение политики соблюдения паритета религий не только в Республике Татарстан, но и в рамках Российской Федерации» [6, с.218].

По мнению Президента РФ В.Путина чрезвычайно важным моментом является взаимодействие между государством и религиозными конфессиями. Во время встречи с представителями Третьего съезда Всемирного конгресса татар он сказал: «У нас, конечно, государство отделено от церкви, но я всегда считал и все больше и больше в этом убеждаюсь, что у нас... кроме как религия не может до каждого из нас донести общие человеческие ценности, ничего другого нет».

Примером проявления веротерпимости и сложившегося межконфессионального баланса в Татарстане были названы строительство мечети Кул Шариф и одновременной реставрации Благовещенского собора. Таким образом, по словам М.Шаймиева, демонстрируется «мирный, толерантный характер Ислама» [12]. В этом высказывании видно номиналистское отношение Президента к религиозным структурам. Конечно, строительство культовых учреждений символически и политически приобретает большой общественный резонанс и, действительно, служит делу межконфессионального понимания и согласия. В этом значимую роль играет одновременное строительство и реставрация, чем выбивается содержательная почва для политических спекуляций и религиозного экстремизма. Насколько это был сложный процесс свидетельствуют факты: был объявлен международный конкурс (декабрь, 1995 г.), мечеть была названа «в память о последних защитниках Казани, героически погибших под началом духовного лидера того времени Кул-Шарифа» [11, с.242].

С целью сохранения баланса культур, соблюдения принципа отделения церкви от государства было решено Благовещенский собор и мечеть Кул Шарифа объявить памятниками культуры и предать на баланс Государственного музея-заповедника «Казанский Кремль» с предоставлением возможности проводить праздничные богослужения. Было учтено, что наряду с религиозной в функции мечетей входит функция просветительская. Поэтому в настоящее время в мечети размещаются музей Ислама, выставка шамаилей. В фонд возрождения мечети и реставрации Благовещенского собора внесла финансовый вклад и Россия в сумме 9 млрд. рублей [11, с.248].

Как интеллектуальным сообществом, так и властными структурами за основу стабилизации межконфессиональных отношений в Татарстане были взяты традиции джадидизма. Здесь уместно обратиться к данному понятию. Джадидизм - это просветительское движение, возникшее в начале XX в., которое преследовало цель реформы системы образования. Основоположником движения джадидизма был И.Гаспринский (1851-1915 гг.), который основал газету «Тарджиман», через которую распространял инновации образовательного, культурного, политического и языкового характера среди мусульманских народов России. Джадидизм был своеобразной формой секуляризации. Впервые обращение к практике джадидизма в постсоветский период в программу ТОЦ в 1991 г. были включение положения об использовании исторического опыта джадидизма, впоследствии такое положение было

включено и в программу партии «Иттифак».

Возникла дискуссия по проблемам толкования аятов и сур Корана между мусульманским духовенством и представителями национальной интеллигенции. Была выдвинута идея евроислама наряду с идеями джадидизм, который рассматривался уже как модернизация ислама на основе исторических традиций. Представители мусульманского духовенства выступили против модернизации, утверждая, что ислам не нуждается в модернизации. В процессе дискуссии одни под модернизацией понимали ритуальную сторону ислама, другие содержание учения религии. С одной стороны, данные дискуссии были объективны, учитывая, что ислам, как монотеистическая религия имеет множество направлений религиозной мысли, правовых школ (мазхабов), сект. Но, судя по материалам средств массовой информации, в дискуссию включились и те, кто не читал Корана в подлиннике, а только в переводе [5, с.431]. Здесь следует отметить, что перевод раскрывает значение слов, но не всегда может передать глубинный смысл понятия. Таким образом, как и сто лет назад столкнулись сторонники охранительных идей и сторонники модернизационного направления.

Писатель Ф.Байрамова связывает возрождение национального самосознания с ведущей ролью Ислама. «Только в вере нужно искать путь спасения и нации в целом, и каждого человека» [2, с.398]. Также она сетует на то, что представители властных органов не подают пример «истинного следования канонам шариата». Она предлагает ввести в татарских школах преподавание основ Ислама, арабского языка и чтения Корана. Как представитель национального движения Ф.Байрамова не отделяет светскую жизнь от религиозной сферы.

В проходящей дискуссии можно выделить умеренных сторонников развития Ислама - евроислама (Р.Хакимов) и придерживающихся крайних взглядов (Ф.Байрамова). Однако следует отметить, что в данных взглядах есть и общая основа. Никто не оспаривал тезис, что религиозный фактор у татар в значительной мере совпадает с этническим. Расхождения по проблеме реформирования ислама в среде интеллигенции начинались по вопросам толкования содержания модернизации. Как считает Р.Хакимов, «в XIX веке произошло реформироваие ислама, в результате чего он соединил в себе каноны ислама с идеями либерализма (так называемый «джадидизм»). Его в полной мере можно назвать «ев-роисламом» [10, с.333]. Поэтому процессы, происходившие в республике в мусульманской общине, протекали одновременно с попытками приспособления ислама к новым реалиям, которые опирались на исторический опыт «джадидизма».

Как считает Д.Исхаков итогом «деятельности мусульманских реформаторов у татар к началу XX века вера отделилась от культуры, а политика стала самостоятельной сферой, где религия уже занимала подчиненное положение» [4, с.23]. В начале XXI века татарской нации в ускоренном виде пришлось пройти заново путь отделения веры от политики, которое сопровождалось конфликтными ситуациями. Но в результате постепенно в обществе складывалась атмосфера согласия.

Среди мусульманских священнослужителей преобладали охранительные тенденции. Властные органы Татарстана, признавая роль Ислама в развитии национальных процессов, проводили политику, направленную на умеренность, стабильность и избегания конфликтов и расколов.

Важным фоном происходящих событий в религиозной общине является активность национальной интеллигенции по проблемам будущности Татарстана, развития языка, нации и возрождения исламских ценностей. Анализируя представленные в СМИ научные и публицистические статьи деятелей культуры, ученых, политиков, заключить, что большинство представителей интеллектуальной элиты успешность будущего развития нации увязывали с решением проблем языкового развития, которое включало бы расширение сети национальных школ, средств массовой информации, направленных на разновозрастные категории татарского общества, придание татарскому языку статуса государственного. Подавляющее большинство представителей интеллектуальной элиты республики было уверено, что национальное развитие тесно взаимосвязано с возрождением исламских ценностей. Под возрождением ислама подразумевалось повышение знаний истин Ислама на основе достижений современных наук, стремление к авторитету в мировом исламском суннитском сообществе, укрепление единства, очищение от экстремизма.

Была поднята тема пророческого ислама, сущность которого понималась как свод законов ислама, состоящей из двух частей: первая, ниспосланная пророку (с.г.в.) в ходе откровений, вторая возникла в процессе совещаний Пророка со своими сподвижниками и с советом ученых. «Первая часть никогда не меняется - это обряды и поклонения. Никто не имеет права вносить поправки в количество или формулу молитвы, пост, время и место паломничества. А также нравственные стороны ислама: честность, вопросы, касающиеся прелюбодеяния, воровства, обмана и др. Эти законы не могут быть видоизменены с течением времени или в связи с жизненными обстоятельствами. Что касается второй части исламского законодательства, то такие вопросы как наука и образование, экономика и право, а также вопросы быта могут меняться в зависимости от времени и эпохи, политических и других обстоя-

тельств, сохраняя при этом корень истины (т.е. в рамках Корана)». В данной цитате Р.Юнусов наиболее полно выразил формулу соответствия ислама движению исторического времени [13, с.7].

В данный период, как считает академик М.Махмутов возрождение ислама в республике стало «давно признанной народом идеологией» [5, с.430]. Взаимоотношения власти и религиозных институтов носили не всегда ровный характер, и Президенту РТ М.Шаймиеву совместно с муфтием РТ Г.Ис-хаковым понадобились определенные усилия, чтобы достичь согласия в мусульманской общине Республики, взрастить толерантные взаимоотношения между православными и мусульманами.

Здесь уместно раскрыть понятия веротерпимости и толерантности, так как концепт «толерантность» имеет манипулятивный потенциал. Еще ЮНЕСКО в ноябре 1995 г. приняла Декларацию принципов терпимости, который является основополагающим международным документом, в котором указываются направления реализации данных принципов. Впоследствии Генеральная Ассамблея ООН 8 сентября 200 г. приняла Декларацию тысячелетия, провозгласившую, что терпимость является платформой замены культуры войны на культуру мира. В основе толерантности лежат знания друг о друге, свобода мысли, совести, убеждений. Это проявляется не только в нравственной потребности (на личностном уровне), но и в политической и правовой потребности [3, с.180].

Данные принципы заложены и в Конституции РФ - в принципе свободы совести, и главным образом проявляются в межконфессиональных отношениях. Тем более, что религиозность прослеживаются на эмоциональном уровне и часто выражается в чувствах. Поэтому власти Республики уделяли большое внимание просвещению населения через средства массовой информации и политическую практику решения конфликтных проблем. В период раскола в мусульманской умме были реализованы средства и приемы политического регулирования (консультации, переговоры, привлечение интеллигенции и средств массовой информации и др.) с целью достижения общественного единства и согласия. «Воспитание в духе толерантности начинается с обучения людей тому, в чем заключаются их общие права и свободы, чтобы обеспечить осуществление этих прав и укрепить стремление к защите прав других» [3, с.182]. С изменениями в социуме религия стала пользоваться повышенным спросом различными движениями и политическими силами. Одни находят в ней прибежище для утешения, другие рассматривают как общественный инструмент для достижения сиюминутных выгод. С усилением коммуникативных связей на личностном уровне проявляется важность и значимость установления диалога между представителями различных религий для взаимного обогащения на пути к Богу. В то же время существуют отрицательные моменты на пути к диалогу, вытекающему из стремления властных, государственных структур вмешиваться в дела религиозных конфессий, субъективное отношение к некоторым религиям, несвоевременного разрешения проблем экономического характера.

Бесконфликтное сосуществование ислама и христианства в Поволжье имеет исторические корни. На рубеже позапрошлого и прошлого веков в этом направлении работали такие мусульманские богословы и общественные деятели, как А.Баязитов (1846-1911), Г.Баруди (1857-1921), Риза Фахрет-дин (1859-1936), М.Бигиев (1870-1949). Еще ранее к сотрудничеству и освоению русской культуры призывали Шигабутдин Марджани, Каюм Насыри. Ранее упоминавшийся Исмаил Гаспринский считал, что сотрудничеству православных и мусульман мешает глубоко укоренившееся невежество [1, с.74].

Было обращено пристальное внимание к религиозным учреждениям образования, которое заключалось в тщательном отборе содержания образования, составлении стандартов-то есть объема и характера знаний, которые необходимы для служителей культа.

Конечно, дальнейшее развитие татарстанского общества невозможно без нормализации межконфессиональных отношений, консолидации религиозных организации. Для этого должны быть обозначены общие цели и проблемы. Общей целью является стабильность как условие последовательного развития религиозных общин. Объективно религиозные организации кровно заинтересованы в стабилизации общественной обстановки. Межконфессиональные отношения как часть общей политики - это одна из форм саморегулирования общества в специфической сфере отношений, в которых конфессии представляют собой самодостаточные субъекты взаимоотношений при минимальной роли государства. В связи с этим уместно выделить формы межконфессиональных отношений, которые проявляются на различных уровнях. Прежде всего, следует выделить институциональные и неинституциональные формы.

Примером институциональных межконфессиональных отношений являются взаимоотношения между ДУМ РТ и Казанской и Татарстанской метрополией, руководствами мусульманской и православной, иудейской и римско-католической общин. Институциональные межконфессиональные отношения могут иметь региональный (республиканский), федеральный, международный уровни, реализуемые в деятельности консультативного и координационного, переговорного плана. Неинституциональные формы носят бытовой или организованный характер. Естественно наиболее распространены бытовые межконфессиональные отношения, проявляющиеся на низовом уровне.

Государство, оставаясь в рамках законодательства, чутко реагирует законодательства на конфликтные или сложные ситуации, возникающие на любом уровне межконфессиональных отношений, так как данные отношения являются фактором национальной безопасности. Межконфессиональные отношения влияют на межнациональное единство общества и являются важным фактором территориальной целостности страны. Подтверждением тому служат множество исторических событий, когда раскол по религиозному признаку приводил к потере национального суверенитета, порождал призывы к сепаратизму или служил поводом к возникновению гражданской войны. В современном мире в пример можно привести процессы, происходящие в таких государствах и регионах, как Индонезия, Сирия, Ольстер в Великобритании и т.п., где проводилась этническая и общественная мобилизация под флагом защиты вероисповедания, хотя причины могут быть многофакторные (экономические, социальные и др.). Поэтому исторический опыт множества государств показывает, что общественное согласие, можно воплотить в реальность при организации и регулировании межконфессиональных отношений на основе единых общественных интересов. Различные политические силы и группировки пытаются использовать религию и церковь в своих корыстных интересах.

В этих условиях требуется четкая и ясная государственная политика, направленная на гармонизацию межконфессиональных отношений, разрешение практических проблем отношений с различными конфессиями, взаимодействия со средствами массовой информации. Часто средства массовой информации некорректно освещают события в сфере религиозной жизни. Следует учитывать специфику религии как таковой. Ислам в силу исторического становления и развития является сильно политизированной религией, так как регулирует отношения и имеет свою концепцию по проблемам развития государства, вопросов социальной справедливости и роли власти в обществе. Ислам почти всегда, как свидетельствуют исследования, является фактором этнической мобилизации, что при стечении определенных обстоятельств может таить конфликтогенный потенциал и привести к межконфессиональным столкновениям.

Нередко религиозное сознание внедряется культ исключительности и монополии на истину, которой якобы обладают апологеты определенной религии. Сближению конфессиональных общин способствует своевременная реализация государственной политики в деле создания условий для многосторонней деятельности церкви, которая должна носить системный и прогностический характер, быть направленной на утверждение атмосферы доверия во взаимоотношениях, объединение совместных усилий в деле преобразования общества в экономической, политической и особенно духовной сферах. На рубеже XX-XXI вв. страна переживала трансформацию перехода от одной социальной системы к другой. Переход затянулся и часто переживал системный кризис не только в экономической, но и в социальной сфере. Резко начали проявляться процессы упадка культуры, образования, моральной деградации, техногенных и экологических катастроф. Появилась религиозная нетерпимость, ксенофобия и процессы отчуждения в обществе.

Таким образом, Республика Татарстан имеет свою историческую специфику в межконфессиональных отношениях, которая складывалась исторически - от конфронтации к сотрудничеству. На конфессиональную политику влияют социально-экономические процессы и общественные трансформации, происходящие в стране, В период переломных событий и ситуаций проявляются наиболее наболевшие проблемы конфессиональных отношений.

Правящие круги Татарстана в период перехода от одной социально-экономической системы к другой использовали исторический потенциал, советский опыт в сочетании с современными инновациями при взаимодействии с конфессиями и политическими организациями. Политическая конфронтация с самого начала отвергалась. Конфессиональная политика как часть общей внутренней политики в республике учитывала все уровни и формы, как институализированную (республиканский, федеральный, международный уровни), так и неинституализированную (бытовой и организованный уровни).

Спецификой Татарстана является факт, что процесс адаптации Ислама к новым социально-экономическим реалиям сопровождался полемикой и общественной дискуссией о путях реформирования Ислама, в нем приняли активное участие не только мусульманские священнослужители, но и татарская национальная интеллигенция, представители властных органов.

Литература

1. Ассадулин Ф. Москва мусульманская. М.:2005.234 с.

2. Байрамова Ф.Тексты несостоявшихся выступлений / / Всемирный конгресс татар: Материалы III съезда Всемирного конгресса татар (28-29 августа 2002 г.). Казань: Издание Всемирного конгресса татар, 2003.608 с.

3. Гершунский Б.С. Философия образования для XXI века. М.: Педагогическое общество России, 2002.342 с.

4. Исхаков Д.М. Проблемы становления и трансформации татарской нации. Казань: Издательство «Мастер Лайн», 1997.248 с.

5. Махмутов М.И. Мир Ислама: прошлое и настоящее. Казань: Центр инновационных технологий, 2006.

с.431.

6. Мусина Р. Ислам и мусульмане в современном Татарстане / / Ислам в татарском мире: история и современность: Материалы международного симпозиума, Казань 29 апреля-1 мая 1996 г.) // Панорама-Форум. Казань, 1997. №12.380 с. (специальный выпуск).

7. Мухаметшин Р. Официальные институты мусульман и общественно-политические организации и движения в Татарстане в 1990-е годы// Ислам в татарском мире: история и современность: Материалы международного симпозиума, Казань 29 апреля-1 мая 1996 г.) // Панорама-Форум. Казань, 1997. №12.380 с. (специальный выпуск).

8. Путин В.В. Встреча Президента РФ В.В.Путина и Президента РТ М.Ш.Шаймиева с представителями Третьего съезда Всемирного конгресса татар. 30 августа 2002 года. / / Всемирный конгресс татар: Материалы III съезда Всемирного конгресса татар (28-29 августа 2002 г.). Казань: Издание Всемирного конгресса татар, 2003. 608 с.

9. Хаким Р.С. Кайда безнен кыйбла? /Где наша Мекка? / / Казан утлары, 2004. №6-7. 193 с. ( на татар. языке).

10. Хакимов Р. Перспективы федерализации России: взгляд из Татарстана // Ислам в татарском мире: история и современность: Материалы международного симпозиума, Казань 29 апреля-1 мая 1996 г.) // Панорама-Форум. Казань, 1997. №12.380 с. (специальный выпуск).

11. Халит Н. Полемика вокруг реконструкции мечети Кул-Шариф в Казанском Кремле: политические аспекты защиты татарского архитектурного наследия // Ислам в татарском мире: история и современность: Материалы международного симпозиума, Казань 29 апреля-1 мая 1996 г.) // Панорама-Форум. Казань, 1997. №12.380 с. (специальный выпуск).

12. Шаймиев М.Ш. Выступление // Всемирный конгресс татар: Материалы III съезда Всемирного конгресса татар (28-29 августа 2002 г.) Казань: Издание Всемирного конгресса татар, 2003. 608 с.

13. Юнусов Р. Ислам и истина // Оазис. 2000. №1. с.4-9.

УДК 930

Ф.НАхмадиев М.Н.ПЕТРОВ: УЧЕНЫЙ И ПЕДАГОГ

Михаил Назарович Петров - выдающийся российский историк, историограф и педагог, заслуженный профессор Императорского Харьковского университета. Годы жизни 1826-1887 гг. Его работа «Новейшая национальная историография в Германии, Англии и Франции» положила начало историографическому направлению в русской исторической науке. Он автор первой многотомной книги «Лекции по всемирной истории».

Ключевые слова: университет, профессор, историк, историография, автор, наука.

Akhmadiev Farit M.N. PETROV: THE SCHOLAR AND PEDAGOGIST

Michael Nazarovich Petrov (Michael N. Petrov) - is an outstanding Russian historian, historiographer and teacher, he is emeritus professor Kharkiv University. Years of live 1826-1887. His work «The latest national historiography in Germany, Englang and France» marked the beginning of historographical trend in Russian historical science. He is the author of the first volume of «Lectures on world history».

Keywords: university, professor, historian, historiography, author, science.

Осенью этого года исполняется 190 лет со дня рождения крупного российского историка, историографа и педагога, заслуженного профессора Харьковского Императорского университета Михаила Назаровича Петрова. Он является ярким представителем XIX века, того столетия, которое «называют «историческим веком», когда «высокая степень доверия к истории и социальный престиж исторической науки опирались на укрепившееся в общественном сознании представление о преемственности исторического развития человеческой цивилизации и, соответственно, об уникальных возможностях использования опыта прошлого как средства решения проблем настоящего и построения «светлого будущего» [13, с.11].

Личность этого ученого, к счастью, не совсем забыта. Написаны научные публикации, в которых центральной проблемой являются те или иные стороны его деятельности [14]. Ученый упоминается и в связи с биографиями своих современников [15], либо в контексте общих тенденций развития российской науки в 19 столетии [16]. В статье пишется о Герье, как продолжателе «традиции авторов первых систематизированных лекционных курсов по европейской истории XVII-XIX вв. М.Н. Петрова и В.В. Бауэра [16, с.15].

Однако «солидность» юбилейной даты дает возможность хотя бы кратко напомнить биографию ученого. Михаил Назарович родился 3 ноября 1826 года в Вильно [4]. Он был разночинного происхождения - из «обер-офицерских детей» [21, с.2]. Отец его был из новокрещенных крестьян Бугуруслан-ской округи Оренбургской губернии. Он принимал участие в войнах против Наполеона [23, с. 1] и дослужился до офицерских чинов.

В 1838 году Петров определяется в Виленскую гимназию, по окончанию которой он показал «отличные знания» [4]. По рекомендации попечителя Белорусского учебного округа будущий профессор Харьковского университета попадает в число «казеннокоштных» студентов этого университета на историко-филологический факультет [4]. Есть основания считать, что интерес молодого человека к