Звезда на часовом небе

Часовая марка Zenith, расположенная в швейцарском Ле-Локле,— одна из самых известных и именитых. Часы Zenith замечательны сами по себе, но не менее важно участие марки в развитии технологий, создании новых калибров и методов производства, которые затем использовали как друзья, так и конкуренты.

1 / 5

Новый тип производства

Жорж Фавр, будущий создатель марки, начал работать часовщиком с 13 лет, а к 18 годам уже учил мастерству других. Едва повзрослев, женившись и став Фавром-Жако, в 22 года он решил открыть свою собственную фабрику, названную Georges Favre-Jacot & Cie. Мануфактура начиналась в маленьком доме на пустыре. Постепенно расширяясь, она заняла 18 зданий.

Раньше производство было раскидано по деревням. Собрать все это под одной крышей означало повысить качество, уменьшить затраты и цены, привязать к себе мастеров. К 1910 году здесь работала 1 тыс. человек — и это в городке, в котором и сейчас не более 11 тыс. жителей. Фабрика взята под охрану ЮНЕСКО и не подлежит радикальным перестройкам, что, наверное, к лучшему, хотя разобраться в сложившемся за 150 лет лабиринте могут не все.

Лабиринт организовался не случайно — Жорж Фавр-Жако и его преемник Джеймс Фавр, который получил фабрику в управление после Всемирной выставки в Париже 1900 года, добавляли здание за зданием, потому что революционная концепция производства позволила им наконец объединить часовщиков в едином комплексе.

Здесь были не только мастерские, где работали часовщики. К ним были добавлены цеха по созданию комплектующих, на фабрике существовало литейное производство, стояли прессы, делались детали циферблатов и часовых корпусов.

Раньше часы еще были уникальным продуктом, каждый раз придумывавшимся и изготавливающимся заново. О серийном производстве никто не помышлял. Фавр-Жако решил делать серии, насмотревшись в Америке на конвейеры Форда, и в 1901 году добился выпуска 100 тыс. часов в год. А поскольку новое количество требовало новой системы сбыта, прославил хронометры Zenith во всем мире — от Америки до Японии и России.

Столь же внимательно владельцы следили за качеством. Лаборатория в Невшателе с конца XIX века занималась сертификацией часовых механизмов. Недостаточно было назваться хронометром, надо было пройти целую серию испытаний. С 1903 года на хронометрических соревнованиях марка Zenith получила 2333 награды, в том числе 1565 первых премий. Об этом много говорили, но показано это было совсем недавно — на одной из базельских часовых ярмарок. Тогда марка поделилась своими находками в архиве, выставив множество почетных дипломов, которые закрыли стены павильона.

Лучший автоматический хронограф

Лучший автоматический хронограф ХХ века появился у Zenith еще в 1960-х. Задачей было создать не комбинацию модулей, а так называемый интегрированный, то есть входящий в механизм, хронограф. Для этого было использовано колонное колесо, новый калибр стал одним из первых серийных высокочастотных механизмов со скоростью 36 тыс. полуколебаний в час. Увеличение скорости давало возможность измерять доли секунды и позволяло надеяться на то, что новые часы выдержат конкуренцию с точными кварцевыми механизмами. Автоподзавод с центральным ротором должен был стать альтернативой батарейке. К тому же в часах предполагалось разместить заводной барабан с запасом хода не менее двух суток.

Совершенно новый калибр требовал и совершенно новых решений — к примеру, скорость многократно увеличивала трение и рождала центробежные эффекты. От обычного часового масла решено было перейти к сухой смазке, которая станет потом использоваться и другими марками.

Новый механизм Zenith, названный El Primero, "первый", был представлен 10 января 1969 года. Однако калибр был слишком сложен, чтобы Zenith смог сразу наладить производство и поставку. Это был в буквальном смысле слова "механизм будущего", но за это будущее пришлось побороться. В Ле-Локле с ужасом вспоминают момент, когда предприятие попало в руки американцев из Zenith Radio Data. Американцы поставили на кварц, и в 1975-м производство механических часов было решено полностью прекратить. Все погибло бы, если бы Шарль Вермо, начальник конструкторского бюро, которое сделало El Primero, не спрятал чертежи, инструменты и формы (между прочим несколько тонн!) на чердаке одного из зданий фабрики.

В 1978 году Zenith вернулся к швейцарцам, которые понимали ценность механики, но все казалось потерянным — и мастера, и чертежи, и, главное, оборудование. Тогда-то и пригодился клад Шарля Вермо — это был лучший день в жизни самого часовщика и тогдашнего технического директора марки Жан-Пьера Жерера. Им потребовалось два года, чтобы запустить производство, причем помог в этом Rolex, который с радостью стал покупать новые механизмы для своих часов.

Калибры нового века

Жан-Клод Бивер, который начал руководить маркой вместе с другими, вошедшими в часовое подразделение LVMH, назвал El Primero легендой ХХ века и добавил, что легенды не умирают никогда. Созданный в 1969 году El Primero остается в линейке Zenith наряду с его новейшими вариантами.

Сначала новая модель — El Primero XXI с механизмом нового века и деталями из карбонового композита — позволила измерять время с невиданной для механических часов точностью до сотых долей секунды. А затем появился принципиально новый Defy Lab de Zenith, созданный руководителем исследовательского подразделения часового LVMH Ги Семоном.

Он изменил основы часового дела, заложенные в 1675 году с появлением маятника-спирали. Новый механизм, по сути, не имеет отдельных деталей, его толщина — полмиллиметра (по сравнению с традиционными для предыдущих калибров 5 мм), он выполнен из единого монокристаллического кремния и не требует смазки — крайне существенный момент, благодаря которому исчезает потребность в регулярном техническом обслуживании новых часов. К тому же снимаются последние ограничения на увеличение скорости колебаний. С частотой в 15 герц он гарантирует среднюю точность в 0,3 секунды в день, что позволяет Zenith хвастаться самыми точными механическими часами на свете.