Падежное варьирование в японском языке

-----\

14

лингвистика

В.М. Алпатов

Падежное варьирование в японском языке

в японском языке имеется развитая падежная система, падежные показатели являются послелогами. Есть четыре первичных показателя (ga, o, no, ni), обозначающие синтаксические отношения, и несколько вторичных с дополнительными значениями (орудия, направления и т.д.), возможен и нуль показателя. Есть контексты, в которых допустимы разные показатели или показатель и нуль, иногда имеется некоторое семантическое различие, бывают прагматические отличия, но во многих случаях показатели взаимозаменимы. в статье анализируются некоторые случаи падежного варьирования в японском языке.

Ключевые слова: падеж, послелог, первичный падежный показатель, вторичный падежный показатель, варьирование наличия и отсутствия послелога в японском языке.

Японский язык обладает развитой падежной системой в том смысле, что в нем имеется система приименных грамматических показателей, указывающих на ту или иную синтаксическую позицию соответствующего имени (некоторые из них могут обладать и несинтаксическими компонентами значения).

Впрочем, к термину «падеж» японисты могут относиться по-разному. С одной стороны, в американской японистике наблюдается тенденция избегать такого рода терминов; при этом падежные показатели именуются clause particles [11, с. 35; 25, с. 343]. Но это скорее общая тенденция, сложившаяся в эпоху дескриптивизма: избегать любых традиционных терминов, восходящих к латыни. С другой стороны, некоторые отечественные японисты пишут: «Субстантивы не имеют категорий рода, числа и падежа» [3, с. 80], исходя из принятых в русской традиции определений, например, «категорией падежа называется словоизменительная категория имени, обозначающая, что словоформа существительного выступает

в качестве подчиненной при глаголе, другом имени или наречии и несет при этом отвлеченное значение отношения» [4, с. 326]; грамматическая категория в свою очередь определяется «совокупностью словоформ (парадигмой)» [Там же, с. 317]. Т.е. хотя бы некоторые из падежей того или иного языка должны выражаться внутри именной словоформы.

Точка зрения о падежном словоизменении в японском языке действительно существовала, причем, что показательно, только в России. Впервые ее высказал Е.Д. Поливанов, первый в нашей стране лингвист-теоретик, изучавший японский язык [7; 8]. Затем ее поддержали Н.И. Конрад,

Н.И. Фельдман и др., с 1950-х гг. она была принята и А.А. Холодовичем. Подход Е.Д. Поливанова и его последователей хорошо совмещался с представлениями носителей русского языка, в котором слово понимается как словоформа, как неразрывное сочетание основы со словоизменительными элементами (тогда как в Японии и на Западе падежные показатели всегда считались отдельными словами). Однако позже и у нас, начиная с 60-х гг., победила точка зрения, соответствующая мировой (ей следовал и И.В. Головнин, в то же время принимавший понимание падежа в русистике). Сейчас лишь очень немногие признают для японского языка именное словоизменение, к их числу относится И.А. Мельчук, по-видимому, следующий здесь за А.А. Холодовичем [6, с. 182].

Однако вряд ли признание приименных синтаксических показателей отдельными словами (послелогами) должно влечь за собой отказ от выделения в данном языке категории падежа. Отметим, что широкое, не связанное обязательно со словоизменением, понимание этой категории свойственно лингвистам, специально занимающимся языками, по строю отличными от русского [5; 9, с. 481].

Японские падежные послелоги, прежде всего, делятся на первичные и вторичные [15, с. 155; 17, с. 23]. Первичные ga, o, ni, no являются показателями синтаксической связи в чистом виде, не выражая специфических несинтаксических значений (что не исключает корреляций их употребления с обозначением тех или иных семантических ролей). Среди них особое место занимает послелог no, являющийся в современном языке единственным приименным показателем атрибутивной связи. Другие первичные послелоги - ga, o, ni - служат показателями актантной связи. Термин «актантная связь» понимается здесь как общий для обозначения связи подлежащего и дополнения с предикатной синтагмой. Основная их функция - обозначение того или иного синтаксического актанта: для ga - первого актанта (подлежащего), для o - второго (прямого дополнения), для ni - третьего (косвенного дополнения). Они иногда могут приобретать и вторичные функции, что особенно свойственно послелогу ni,

Филологические

науки

лингвистика

J .

занимающему до некоторой степени промежуточное положение между первичными и вторичными послелогами.

Вторичными послелогами являются de, to, e, kara, yori, made, nite, hodo, gurai. В отличие от первичных, каждый из них имеет несинтаксический компонент значения, указывая на определенную синтаксическую роль: инструмента (de, nite), контрагента (to), исходной точки (kara, yori), конечной точки (e, made), эталона сравнения (yori, hodo, gurai). В большинстве случаев они являются показателями сирконстантной связи, которая не обязательно реализуется в предложении и не зависит от сочетаемости предикатов (ср. традиционные понятия обстоятельства места, времени и др.). При отдельных глаголах, однако, они могут обозначать и актантную связь.

Различия первичных и вторичных послелогов проявляются не только в их семантике, но и в формальных свойствах. Первичные послелоги о, ni (последний не всегда) вытесняются частицами wa, mo, koso, sae и др. (см. ниже), чего не происходит в случае вторичных послелогов. Сочетаемость в пределах одной синтагмы двух первичных или двух вторичных послелогов невозможна; в то же время сочетания типа «вторичный послелог + первичный послелог» принципиально возможны при индивидуальных ограничениях. В позиции перед связкой возможны только вторичные послелоги. Приглагольное употребление допустимо лишь для части вторичных послелогов, если отвлечься от цитат из бунго (старописьменного языка) и особых конструкций с субстантивацией без субстантиватора.

Соотношения между падежными послелогами и выражаемыми ими синтаксическими и / или несинтаксическими значениями в японском языке большей частью не являются взаимно однозначными: возможно варьирование различных типов. Разумеется, мы не претендуем на исчисление значений: этот вопрос пока что не решен ни в общей лингвистике, ни в японистике. Однако в ряде случаев несомненно варьирование, которое может быть обусловлено разными причинами: наличием или отсутствием других грамматических значений и других показателей, частичным пересечением значений, индивидуальными свойствами лексем, стилистическими и этикетными факторами и т.д. В одних случаях возможна замена одного показателя на другой, в других - нет, что не связано, однако, с различиями в значении самих показателей. Исследованию разных типов такого варьирования и посвящена дальнейшая часть статьи.

I. Варьирование наличия и отсутствия послелога.

1. Вытеснение послелога частицами типа wa.

Это явление широко известно и неоднократно описывалось [21; 24]. Именно благодаря ему чаще других вытесняемый показатель первого

(для многих глаголов единственного) актанта ga по частотности значительно уступает другим первичным послелогам.

Первичные послелоги (кроме no) вытесняются группой частиц, иногда называемых коммуникативными частицами [1, с. 440]: это wa, mo, sae, sura, demo, shika, koso (подробнее о каждой из них см. в работе В.М. Алпатова, П.М. Аркадьева, В.И. Подлесской [1, с. 440-452]). Из них наибольшей частотностью, по данным Государственного института родного языка (начало 1970-х гг.), обладает частица wa: более 60% подлежащих и лишь около 7% прямых дополнений в выборке были оформлены с помощью нее [24, с. 59].

Данная частица является, прежде всего, показателем топика (слова-темы, по терминологии Н.И. Фельдман). При этом с ее помощью может оформляться и особый обстоятельственный член предложения, оформляемый только wa и ничем другим (см. пример 1), и подлежащее (пример 2) или дополнение (пример 3) с вытесненным послелогом.

(1) Ima wa osorosi-katta Теперь TOP опасный-PST ‘Теперь [делать это] было опасно’

(2) Gimpei wa me o tsubut-ta Гимпэй TOP глаза ACC закрыть-PST ‘Гимпэй закрыл глаза’

(3) Sonnayume wa mi-mas-en Такой сон TOP видеть-ADR-NEG.PRS ‘Такие сны [я] не вижу’

Показатель косвенного дополнения ni вытесняется факультативно, есть примеры вытеснения (4) и сохранения (5):

(4) Chiyodasen, marunouchisen wa o-norikae

линия.Тиёда линия.Маруноути TOP HON-пересадка des-u

COP.ADR-PRES

‘Пересадка на линию Тиёда, на линию Маруноути’

Гимпэй DAT TOP как.бы.то.ни.было цветы GEN запах COP-PST ‘Как бы то ни было, для Гимпэя [это] был запах цветов’

1 Список источников: Ak - Akahata (газета); Bun - Bungei shinjuu (журнал); GS - Gengo Seikatsu (журнал); IA - Ishikawa Tatsuzoo. Ai no owari no toki. Tokyo, 1973; K - Kokugo. Tokyo, 1955; KM - Kawabata Yasunari. Mizuumi. Tokyo, 1973; Kok - Kokugogaku (журнал); KS - Kawabata Yasunari. Sembazuru. Tokyo, 1973; MK - Matsumoto Seichoo. Kyuukei no arano. Tokyo, 1969; Ms - Kenkyusha’s New Japanese-English Dictionary. Tokyo, 1974; N - Nihongo. Tokyo, 1977; SKG - Shoogakkoo kokugo. Tokyo, 1979; SS - Shakai Shimpoo (газета); T -Shoogakkoo kokugo tokuhon. Tokyo, 1936.

Филологические

науки

лингвистика

Все вторичные послелоги после wa и других коммуникативных частиц сохраняются (всегда вначале стоит послелог, затем частица).

Другие коммуникативные частицы относятся, как правило, к реме. Частица mo имеет значение сопоставления: актант или предикат, обозначенный соответствующим членом предложения, включается в один ряд с некоторым другим, ср. стандартные русские переводы и, тоже, также. Данная частица вытесняет не только ga, но и o (пример 6), хотя в книжных стилях вытеснение послелога o частицей mo не обязательно (пример 7):

Банщица TOP рука GEN ноготь и резать-CNV AUX.BEN-PST ‘Банщица обстригла и ногти на руках’

современный GEN произведение ACC и собирать.ADV ‘Собрали и современные произведения’

Частицы sae и sura (последняя считается устаревшей) имеют значение даже, частица demo - даже, хотя бы, частица shika - кроме (с обязательным отрицанием), koso - именно, как раз. Правила вытеснения падежных показателей для них аналогичны.

Чаевые хотя.бы отделять-IMP PRT

‘Отдели хотя бы чаевые!’

В ряде случаев показатель подлежащего не может быть опущен. Это бывает, как правило, в придаточных предложениях (кроме случаев использования no, см. ниже), а также в случае, когда необходимо указать на значение «Х и только Х» (так называемое exhaustive-listing значение ga) [21]. Именно в этом случае, в частности, ga не заменяется частицей

wa даже при вхождении в тему. Также только здесь возможно оформле-

ние с помощью ga подлежащего-местоимения 1-го лица (значение ‘я и только я’) [31, с. 81].

2. Сцепления и генитивные конструкции.

В японском языке широко распространены именные последовательности, состоящие из компонентов, употребляемых в качестве самостоятельных лексем, но грамматически оформляемые как единая словоформа; внутри них невозможны падежные послелоги, хотя последовательность в целом может оформляться тем или иным послелогом. Примеры: nihon kokumin ‘японский народ’ (Япония + народ), kokugogaku genron ‘принципы японского языкознания’ (японское языкознание + принципы), taigai keizai kankei choosei tokubetsu sochi hooan ‘законопроект о специальных мерах по координации внешнеэкономических связей’ (внешний + экономика + связь + координация + специальный + мера + законопроект). Эта

черта, безусловно, развилась под влиянием китайского языка, а среди компонентов таких последовательностей (так называемых сцеплений) преобладают морфемы китайского происхождения, как в вышеприведенных примерах. Однако в современном языке сцепления могут состоять из компонентов любого происхождения. Среди сцеплений много окказионализмов, но встречаются и устойчивые выражения.

Наряду со сцеплениями распространены и последовательности, компоненты которых соединены генитивным послелогом no: мы имеем здесь конкуренцию двух синтаксических конструкций - исконно японской и китайской по происхождению. Вполне возможны и nihon no kokumin, kokugogaku no genron с тем же переводом, а в третьем примере вставление no допустимо, по-видимому, на каждой границе лексем. Допустимо вставление no и в том случае, когда член предложения, оформленный этим послелогом, подчинен компоненту без оформления (это не дает возможность рассматривать сцепления как единые слова):

(9) Rainen no montoriooru gorin daihyoo koohoo

Будущий.год GEN Монреаль олимпиада участие кандидат

‘Кандидаты для участия в олимпиаде будущего года в Монреале’

Во многих случаях конструкции с no и без него взаимозаменимы. Однако нередко сцепления обладают идиоматичностью, отсутствующей при наличии no. Вот примеры с компонентом nihon ‘Япония’ в сочетании с ongaku ‘музыка’, inu ‘собака’, kairyuu ‘морское течение’: nihon no ongaku - любая музыка, как-то относящаяся к Японии, nihon ongaku -музыка в национальном стиле, nihon no inu - японская собака в любом смысле, nihon inu - собака японской породы, nihon no kairyuu - какое-то морское течение в Японии, nihon kairyuu - Куросио.

3. Оформление синтагм с временным значением.

Обстоятельства времени (как правило, сирконстанты) стандартно оформляются либо первичным послелогом ni, либо нулем, причем правила выбора связаны как со степенью деиктичности обстоятельств, так и со значением конкретных лексем. Послелог тем предпочтительнее, чем в большей степени речь идет об абсолютном времени, не связанном с дейксисом; в противном случае обстоятельство не оформляется послелогом. Выделяют четыре степени деиктичности обстоятельств. В примере 10 ni обязательно, в примере 11 - предпочтительнее, в примере 12 - менее приемлемо, в примере 13 - невозможно [18, с. 68].

(10) Yooka ni ki-mash-ita 4.число DAT приехать-ADR-PAST ‘Приехал 4-го’

Филологические

науки

лингвистика

(11) Getsuyoobi (т) ki-mash-ita понедельник DAT приехать-ADR-PAST ‘Приехал в понедельник’

(12) Asa (?п1) ki-mash-ita

утро DAT приехать-ADR-PAST ‘Приехал утром’

(13) Кшоо (*п1) ki-mash-ita

вчера DAT приехать-ADR-PAST ‘Приехал вчера’

В частности, временное т свободно присоединяется к обозначениям дней, дней недели, месяцев, годов, других промежутков времени, но не к названиям времен года, частей суток, в большей степени связанных с деиксисом, и тем более не к лексемам типа ashita ‘завтра’, ЫтЫи ‘на этой неделе’ и др. [27, с. 122]. Такое сирконстантное т легко превращается в топик с вытеснением т частицей ^а.

Всегда остаются не оформленными послелогом лексемы та ‘сейчас’, куоо ‘сегодня’, Шпоо ‘вчера’, ashita ‘завтра’, ototoi ‘позавчера’, asatte ‘послезавтра’, mukashi ‘давно, некогда’, агиЫ ‘однажды’:

(14) АгиМ, usagi 1с коте ga, к^кко о

однажды заяц и черепаха NOM бег.наперегонки ACC shi-mash-ita

делать-ADR-PAST

‘Однажды заяц и черепаха бегали наперегонки’

II. Вариативность послелогов разных частей речи.

В японском языке, помимо существительных, характеризующихся сочетаемостью с падежными послелогами, имеется особая часть речи -именные или непредикативные прилагательные (они могут быть названы просто прилагательными, поскольку так называемые предикативные прилагательные скорее примыкают к глаголам). Они бывают определениями с послелогом па и обстоятельствами с послелогом ni, в роли сказуемого должны, как и существительные, сочетаться со связками, но не могут выступать в качестве актантных членов предложения.

Существительные с послелогом по и прилагательные с послелогом па имеют одинаковые функции в предложении. Многие лексемы могут сочетаться и с тем, и с другим показателем определения. Такая дистрибуция делает нечеткой грань между именами и прилагательными. Особенно нечетка она между прилагательными и существительными с дефектной парадигмой, употребляемыми исключительно или преимущественно в сочетании с атрибутивным показателем по. Свободно употребляются,

например, tokubetsu no/na ‘особый’, seikaku no/na ‘точный’, toozen no/na ‘естественный’ [24, с. 180-181].

Варьирование no/na обычно не влияет на значение, но см. пример:

(15) Komaasharu “no” songu kara komaasharu “na” songu e реклама GEN песня от реклама ATR песня к

‘От песен в телерекламе к песням телерекламы’

Речь здесь идет о том, что раньше песня была составной частью рекламных роликов, а теперь они часто целиком состоят из песен, т.е. семантическая связь в случае na становится более тесной.

III. Варьирование первичных послелогов.

1. Варьирование в связи с иерархией послелогов.

Как уже говорилось, в целом существует строгая иерархия, связывающая послелог ga с первым, послелог о со вторым, послелог ni с третьим актантом [10, с. 107], другие послелоги занимают низшее положение по отношению к ним. Это создает возможность для некоторых предикатов иметь переменную модель управления. Например, для глагола tsukuru ‘изготовлять’:

(16) Mugi kara biiru o tsuku-ru (N, 668) зерно из пиво ACC изготовлять-PRES

‘Изготовлять из зерна пиво’

(17) Tai o sashimi ni tsuku-ru

окунь ACC сасими DAT изготовлять-PRES ‘Использовать окуня для приготовления сасими’

В переводах передана функция o, в связи с чем нарушается тождество глагола. В примере 16 внимание слушающего обращается, в первую очередь, на результат действия, в примере 17 - на пациенс.

Следующие примеры вариативности управления, взятые из источника Hanashikotoba no bunkei [14, с. 74], показывают различия послелогов o и ni, которые могут быть скорее коммуникативными, чем семантическими:

(18) Penki de kabe o nur-u краска INS стена ACC красить-PRES ‘Красить стену краской’

(19) Kabe ni penki o nur-u

стена DAT краска ACC красить-PRES ‘Наносить краску на стену’

(20) Tsuiido de ooba o tsuku-ru твид INS пальто ACC делать-PRES ‘Делать пальто из твида’

Филологические

науки

лингвистика

(21) Tsuiido o ooba ni tsuku-ru твид ACC пальто DAT делать-PRES ‘Превращать твид в пальто’

И здесь в переводах единство характера управления достигается лишь при отказе от сохранения лексического единства. В каждой паре примеров отображается одна и та же ситуация, но с разными акцентами: более значимый участник ситуации оформлен с помощью о, менее значимый -с помощью ni или de. Указывается также, что в примере 18 подразумевается охват действием всей стены, что в 19 не обязательно [29, с. 110]. Такое различие скорее производно от коммуникативного: акцент на изменении состояния стены естественнее при его более существенном изменении. См. об этом в статье D. Dowty [13].

Вариативность управления о и ni возможна и при некоторых двухвалентных глаголах, например, katsu ‘побеждать’ [16, с. 101].

2. Варьирование как следствие изменения системы.

Иногда варьирование послелогов отражает сосуществование разных этапов изменения системы. Это видно в случае варьирования ga/no в функции подлежащего придаточного предложения. Помимо основной, определительной функции, послелог no имеет и другую: он может оформлять подлежащее придаточного определительного предложения, хотя здесь возможен и обычный послелог подлежащего ga. Нередко ga и no взаимозаменимы, см. примеры из работы Tanaka Akio [34, с. 364-365]:

(22) Ame ga/no fur-u yoru дождь NOM/GEN идти-PRES ночь ‘Ночь, когда идет дождь’

(23) Tenki ga/no i-i hi

погода NOM/GEN хороший-PRES день ‘День, когда погода хороша’

Однако в целом сфера употребления no в этой позиции уже, чем у ga. Послелог ga может оформлять подлежащее придаточного предложения почти всегда (хотя в некоторых случаях он необычен, см. ниже), тогда как no нередко бывает неприемлемым. Степень приемлемости может быть различной; по мнению С. Макино, здесь скорее следует говорить о неупотребительности, чем о грамматической неправильности [23, с. 158]. В целом no тем приемлемее, чем проще придаточное предложение как по структуре, так и по семантике. Случаи затруднений в использовании no перечислены в работе Tanaka Akio [34, с. 364-365]. Послелог no не употребителен, когда в придаточном предложении между подлежащим и сказуемым находятся другие члены, когда сказуемое имеет в своем составе вспомогательный глагол или незаключительный суффикс, когда

в составе подлежащего перед падежным послелогом имеется частица или другой послелог или когда сказуемое определительного предложения субстантивировано или определяет служебное имя. С точки зрения семантики no тем приемлемее, чем естественнее связь между тем, что обозначено подлежащим и сказуемым придаточного предложения. Указывают, что нормальны фразы: X no hirotta naifu ‘Нож, который поднял Х’, X no kaita naifu ‘Нож, который купил Х’, но странны: ?X no otoshita naifu ‘Нож, который уронил Х’, ?X no ochiwasureta naifu ‘Нож, который забыл Х’, а Ashi no nagai hito ‘Человек с длинными ногами’ естественнее, чем ?Naifu no nagai hito ‘Человек с длинным ножом’ [35, с. 129-131]. На степень приемлемости предложений с no может влиять и состав участников ситуации: при прочих равных условиях они приемлемее, когда речь идет о говорящем и / или слушающем [Там же, с. 131-132].

Таким образом, no обычно оформляет лишь подлежащее нераспространенного придаточного предложения, обозначающего обычные, естественные действия или состояния со стандартным набором участников. Примеры:

луна GEN хороший-PRES вечер COP.ADR-PAST

‘Был вечер с хорошей луной’

(25) Masshiro na naga-i hige no hae-ta ojiisan

белоснежный ATR длинный-PRES борода GEN расти-PAST старик ga, de-te ki-mash-ita

NOM появиться-ADV CONV-ADR-PAST

‘Появился старик, у которого росла белоснежная длинная борода’

При максимуме структурной простоты и семантической стандартности употребление no может быть предпочтительным, как это происходит в частотных примерах типа:

(26) Se no taka-i hito

спина GEN высокий-PRES человек

‘Человек с высокой спиной’, т.е. высокий человек

(27) Me no kuro-i onna

глаз GEN черный-PRES женщина ‘Черноглазая женщина’

При рассмотрении таких примеров надо учитывать, что послелог ga в прошлом был атрибутивным (подлежащее обозначалось нулем), как и no, а в данной конструкции встречались и тот, и другой. К настоящему времени два послелога по функции разошлись, сохранив пересечение употреблений лишь в данных конструкциях. Поскольку в функции первого актанта

Филологические

науки

лингвистика

закрепился послелог ga, то его экспансия происходит и здесь, достигнув завершения в редких и нестандартных контекстах, а в устойчивых сочетаниях, как в примерах 26 и 27, старое управление пока преобладает.

Другой случай - оформление второго актанта при двухвалентных ста-тивных глаголах и глаголах в формах потенциалиса и желательности. Он может оформляться как с помощью ga, так и с помощью о. Примеры на ga:

(28)Fumiko wa mono ga i-e-na-i rashi-ku,

Фумико TOP вещь NOM сказать-POT-NEG-PRES EV-ADV unazui-ta

кивать-PAST

‘Фумико, видимо, не будучи в состоянии сказать что-либо, кивнула’

нет ты GEN настроение NOM знать-OPT-PRES SUB COP.PRES

‘Нет, (я) хочу узнать твое настроение’

Примеры на о:

высокий-PRES уважение ACC выразить-OPT-PRES

‘Хочу выразить глубокое уважение’

имобо QUOT вещь ACC есть-ADV CONV-OPT-PRES

‘Хочу поесть блюдо, именуемое «имобо»’

(32) Konomama hashi o tsuka-e-na-i kodomo

так палочки ACC использовать-POT-NEG-PRES ребенок

ga fue-te i-tara, hashi o

NOM расти-ADV CONV-COND палочки ACC

mot-e-na-i otona ga ippai ni nar-u

держать-POT-NEG-PRES взрослый NOM многий ADV стать-PRES

‘Если таким образом будет расти (число) детей, не умеющих пользоваться палочками, то станет много и взрослых, которые не смогут их держать’

Еще в первой половине ХХ в. стандартным способом оформления второго актанта в таких случаях был показатель ga, причем предикат управлял сразу двумя членами предложения, оформленными с помощью ga. Такое управление встречается и в некоторых других случаях [1, с. 192-193], но в целом оно нарушает установленную в языке иерархию актантов. Поэтому в течение последнего столетия распространилось каноническое оформление второго актанта, часто отмечается, что частотность о в современном языке возрастает.

3. Варьирование o/ni в каузативных конструкциях.

Еще один случай типового колебания в оформлении дополнений представляет собой обозначение каузируемого лица или предмета при каузативных формах глагола: оно может обозначаться при помощи послелогов ni и о. Примеры на о:

(33) Suruto, sensei wa watano-kun o suwar-ase-te... (Kok, 5/1, 4) затем учитель TOP Ватано-кун ACC сидеть-CAUS-ADV ‘Затем учитель заставил Ватано-кун сесть’

(34) Ittai poru poto seiken o kaku no haya-ku

вообще Пол Пот режим ACC так GEN скорый-ADV hookai-s-ase-ta no desh-oo ka

разрушение-V-CAUS-PAST SUB COP.ADR-PR Q

‘Что же заставило режим Пол Пота так скоро рухнуть?’

Примеры на ni:

(35) Mitsubachi ni, hana no mitsu o atsume-sase-ta no

пчела DAT цветок GEN мед ACC собирать-CAUS-PAST SUB des-u ka

COP.ADR-PRES Q

‘(Вы) давали пчелам собирать мед с цветов?’

(36) Moo, hantaigumi ni hanas-ase-te kudasai

уже противная.сторона DAT говорить-CAUS-ADV IMP

‘Дайте уже высказаться противной стороне’

В целом каузативное значение при наличии послелога о может быть охарактеризовано как значение ответственности каузатора за каузируе-мое тем или иным способом действие или состояние [33, с. 142-143; 26, с. 79]. М. Сибатани обобщает это значение как значение прямой каузации [29, с. 111]. Только о возможно, если каузируемое не является агенсом, в том числе в случаях, когда каузируемое - не лицо или каузируется неконтролируемое действие, а также при каузаторе-событии [26, с. 79;

33, с. 144; 36, с. 9].

Различие обозначения каузируемого может быть и формально обусловлено. Если в пределах простого предложения уже есть прямое дополнение, оформленное о, каузируемое может оформляться только ni. В связи с этим иногда четкая семантическая разница между о и ni в данном значении вообще не признается [36]. Данный послелог находится в промежуточном положении между первичными и вторичными послелогами. С его помощью могут оформляться как актантные, так и сирконстантные члены предложения [19].

Филологические

науки

лингвистика

VI. Варьирование первичного и вторичного послелога.

В некоторых случаях один и тот же участник ситуации может быть обозначен первичным и вторичным предикатом. При этом иногда возможны некоторые различия в значении, но чаще первичный послелог указывает на большую степень обязательности выражения данного участника данной ситуации.

1. Варьирование ni/to в значении контрагента.

К числу периферийных участников ситуации относится контрагент, т.е. лицо, совместно с которым или вопреки которому осуществляется ситуация. Контрагент может обозначаться первичным послелогом ni и вторичным послелогом to, ni в этой функции обычно при двухвалентных глаголах-сказуемых (т.е. при глаголах, у которых второй актант - контрагент):

кто DAT и встречаться-NEG-PAST

‘Ни с кем не встречался’

родители DAT противоречить-PRES

‘Противоречить родителям’

При этом употреблении ni необходимо в случае несимметричности отношений между агенсом и контрагентом (пример 38), здесь ni нельзя заменить послелогом to, что возможно при симметричных отношениях (пример 37) [38, с. 168-169; 12, с. 80-81]. С другой стороны, при несимметричности отношений роль контрагента сближается с ролью пациенса.

Другая группа - глаголы au ‘встречаться’, kuraberu ‘сравнивать’, hikiawaseru ‘сличать’, hikaku-suru ‘сравнивать’, icchi-suru ‘быть в согласии’; эта группа имеет переменное управление to/ni. Примеры:

(39) Sanjuugo ni nar-u otoko ga, toshi o

35 DAT стать-PRES мужчина NOM возраст ACC kakushi-te, juugo no musume to kon’yaku-shi-mash-ita скрыть-ADV 15 GEN девушка с обручение-V-ADR-PAST

‘Тридцатипятилетний мужчина, скрыв возраст, обручился с пятнадцатилетней девушкой’

(40) Buchoo to kenka-shi-ta no ga, tanki

начальник.отделения с ссора-V-PAST SUB NOM вспыльчивость dat-ta to kookai-shi-ta

COP-PAST QUOT сожаление-V-PAST

‘С начальником отделения поссорился по вспыльчивости, сожалел (он)’

(41) Jibun tachi no tochi no kotoba ga, hyoojungo to

сам PL GEN место GEN язык NOM стандартный.язык с donnani chigat-te i-ru ka

как отличаться-ADV CONV-PRES Q

‘Чем отличается наш местный язык от стандартного?’

При ряде глаголов контрагент как периферийный участник ситуации может обозначаться и дополнением с ni. В целом чем более сходны семантические роли главного участника ситуации и контрагента, тем более приемлемо to и менее приемлемо ni [38, с.168-169]. К числу глаголов с переменным управлениям относится и naru ‘становиться’: в одной газетной статье (Ak, 20.10.79) встретились примеры разного управления (неясно, есть ли здесь разница в семантике):

(42) Ynisefu wa gojuunen ni kokuren no joosetsu kikan

ЮНИСЕФ TOP 50.лет DAT ООН GEN постоянный орган

to nar-imash-ita

с стать-ADR-PAST

‘ЮНИСЕФ стал постоянным органом ООН в 1975 г.’

(43) Sono chuushin ni nat-te i-ru yunisefu...

этот центр DAT стать-ADV CONV-PRES ЮНИСЕФ

‘ЮНИСЕФ, ставший центром этого’

2. Варьирование ni/de, o/de в локативном значении.

Обычно считается, что в локативном значении ni употребляется при глаголах состояния, а de - при глаголах действия. Однако есть пары с близким значением и разным управлением; примеры 44-45 взяты из статьи Koo Haikeng [20, с.109], 46-47 - из работы Yasutake Tomoko [37, с. 65]:

(44) Ressha ni suroogan o kai-te i-ru

поезд DAT лозунг ACC писать-ADV CONV-PRES ‘Пишет лозунг в поезде’

(45) Ressha no naka de suroogan o kai-te

поезд GEN внутренность ACC лозунг ACC писать-ADV i-ru

CONV-PRES

‘Пишет лозунг внутри поезда’

(46) Tookyoo ni sum-u Токио DAT жить-PRES ‘Проживает в Токио’

(47) Tookyoo de kuras-u Токио INS жить-PRES ‘Проводит жизнь в Токио’

Филологические

науки

лингвистика

В первой паре примеров единый глагол, но добавляется уточняющее существительное, во второй использованы близкие по значению глаголы. По-видимому, грань здесь проходит не столько по линии «стативный -нестативный глагол», сколько по «актант - сирконстант». Послелог ni чаще применяется там, где локализатор входит в модель управления глагола и обозначает необходимого участника ситуации. Это чаще бывает у стативных глаголов в силу их семантики. Сходную точку зрения см. у F. Dhome [12, с. 74].

Послелог de может указывать на место, в котором происходит данная ситуация, при самых разнообразных предикатах. Исключение составляют глаголы бытия и местонахождения, т.е. имеющие обязательную валентность на локативный член предложения, при них употребляется ni. Если же локализатор не обязателен, что чаще бывает при нестативных глаголах, то появляется de:

я TOP где INS найти-PAST PART

‘Где меня нашли?’

(49) Choosaku toiuu kikori ga, yama no ue de

Тёсаку QUOT дровосек NOM гора GEN верх INS nigirimeshi o tabe-te i-ru to, soba de

рис ACC есть-ADV CONV-PRES TEMP сторона INS

koe ga shi-mash-ita

голос NOM делать-ADR-PAST

‘Когда дровосек по имени Тёсаку ел рис на горе, рядом раздался голос’

Однако локативное de возможно и при стативных предикатах:

(50) Shikashi, kono yobigoe wa toku ni nihon no ima no

однако этот призыв TOP особый ADV Япония GEN сейчас GEN joosei no naka de, seikai no joosei no

условие GEN внутренность INS мир GEN условие GEN naka de, kiwamete toozen de...

внутренность INS крайне своевременный COP.ADV ‘Однако этот призыв, особенно в нынешних условиях Японии, в условиях всего мира является крайне своевременным’

При некоторых глаголах равно возможны ni и de в локативном значении: neru ‘спать’, tateru ‘ставить’.

При глаголах со значением характеристики способа передвижения типа oyogu ‘плыть’ локативное de употребляется наряду с o [30, с. 167].

3. Варьирование ni/e в значении направления.

Вторичный послелог e специализирован в направительном значении. Однако в этом же значении используется и первичный послелог ni. Последний шире по значению, он может, в отличие от e, употребляться при обозначении направления в более широком смысле (адресат, цель), тогда как в значении конкретного перемещения в пространстве возможны оба послелога, и семантические различия между ними не выявляются. Если в семантику глагола входит компонент направленности (muku ‘быть обращенным’, mukeru ‘обращать’, furimukau ‘быть обращенным’), то соответствующий член предложения, помимо ni, e, может быть оформлен и послелогом о [16, с. 102].

Более широко употребляется e в случае, когда соответствующий член предложения выступает как определение и данный послелог выступает перед no («двойной падеж»). По-видимому, это связано с тем, что сочетание ni с no невозможно, а употребление одного no связано с неоднозначностью [24, с. 46]:

классика искусство в GEN познания

‘Познания в классическом искусстве’

(52) Mizukara seiken e no kyoku o shimesh-ite сам власть к GEN воля ACC выразить-ADV i-ta

CONV-PAST

‘Сам выразил волю к власти’

4. Варьирование o/kara в значении исходной точки.

В значении исходной точки специализирован вторичный послелог kara. В таком значении может употребляться и послелог о, иногда kara и o взаимозаменимы:

(53) Fune ga gampeki o/kara hanare-ru [34, с. 368-369].

судно NOM причал ACC/от отходить-PRES

‘Судно отходит от причала’

Однако употребление послелогов обусловлено моделью употребления глагола. В ряде случаев возможно только о, обычно при глаголах, которые уже не являются собственно пространственными: sotsugyoo-suru ‘окончить (учебное заведение)’, taishoku-suru ‘уйти в отставку’. В других случаях о и kara приобретают разное значение [20, с. 109]:

(54) Basu o ori-ru автобус ACC выходить-PRES ‘Сойти с автобуса’,

Филологические

науки

лингвистика

(55) Basu kara ori-ru автобус из выходить-PRES ‘Выпасть из автобуса’.

5. Варьирование ni/kara при пассиве.

Есть случаи, когда оформление агенса при пассиве с помощью ni невозможно или мало приемлемо. Это происходит тогда, когда имеется не агентивное значение в чистом виде, а значение исходной точки или причины; здесь предпочтительнее kara.

Использование kara в значении источника ситуации естественно включает в себя его использование для обозначения агенса в тех случаях, когда последний понижается в ранге. Это происходит при сказуемом в форме пассива и в конструкциях косвенного пассива со вспомогательными глаголами morau, itadaku:

(56) Kaku guruppu kara erab-are-ta henshuugakari ga,

каждый группа от выбирать-PASS-PAST редколлегия NOM kabeshimbun daiichigo o tsukut-te i-mas-u (Kok, 3/2, 4) стенгазета первый.номер ACC делать-ADV CONV-ADR-PRES ‘Редколлегия, избранная каждой группой, готовит первый номер стенгазеты’

(57) X wa sensei kara hon o atae-rare-ta [29, с. 295].

X TOP учитель от книга ACC получить-PAST

‘X получил книгу от учителя’

(58) Boku wa X kara eigo o oshie-te

я TOP X от английский.язык ACC обучать-ADV

morat-ta [29, с. 298]

CONV-PAST

‘Я был обучаем Х-ом английскому языку’

В последних двух примерах kara может заменяться на ni. Однако это возможно не всегда. Чем ближе по семантике данный участник ситуации к агенсу в чистом виде, тем менее допустим при нем послелог kara; он тем более приемлем, чем ближе значение к причинному, чем менее активен агенс:

(59) X wa kuma ni/*kara koros-are-ta [29, с. 296]

X TOP медведь DAT убить-PASS-PAST

‘X был убит медведем’

Именно kara предпочтительнее при неодушевленных именах [29, с. 296]. Приемлемость kara тем выше, чем больше дистанция между агенсом и пациенсом, чем менее непосредствен их контакт [32, с. 77].

V. Стилистическое и этикетное варьирование.

Варьирование может быть связано со стилистическими противопоставлениями (разговорные - книжные элементы) или с противопоставлениями по этикету (в традиционной терминологии, по вежливости).

Послелог no может иметь и аппозитивное значение. То же значение может выражаться и связками, однако в атрибутивной позиции используется лишь сложная связка de aru, являющаяся книжной. Поэтому в бытовом разговоре используется лишь no, несмотря на связанную с ним омонимию [28, с. 10]; его нельзя заменить на de aru, например, в примере 60.

Норико GEN дура

‘Дура Норико!’

Другой случай составляют послелоги, заимствованные из старописьменного языка (бунго). Там современному послелогу de соответствовал послелог nite (из сочетания ni + te). Он был заимствован и в книжные стили современного языка, где продолжает употребляться параллельно с de. Особенно широко его употребление в рекламе, объявлениях; по-видимому, он рассматривается как более вежливый по сравнению с послелогом de. Употребление nite ограничено не только стилистически, но и семантически: этот послелог используется лишь в локативном значении, изредка во временном и количественном. Пример из объявления в Токио:

(61) Nigatsu nijuuninichi yon kono eigakan nite февраль 22-е.число с этот кинотеатр LOC roodoshoo

показ.нового.фильма

‘С 22 февраля в этом кинотеатре показывается новый фильм’

Из бунго происходит и послелог yori в одном из значений: исходном (есть и значение эталона сравнения, стилистически нейтральное). Он синонимичен послелогу kara. В бунго не было kara, и его место в системе занимал послелог yori. По сравнению с nite он употребляется шире, встречаясь не только в книжных стилях; показательно и его использование во временном значении, не свойственном бунго. В настоящее время

kara и yori противопоставлены, прежде всего, по этикету: у yori присут-

ствует значение этикета к собеседнику, тогда как kara нейтрально в этом отношении [22, с. 54]. По данным Государственного института родного языка, в ситуации, требующей вежливости к собеседнику, yori предпочло в четыре раза больше информантов, чем kara (см. рукописный доклад

Филологические

науки

лингвистика

института от 13.06.79, с. 5). В этом смысле данный послелог, как и nite, уникален в системе, где остальные послелоги нейтральны с этикетной точки зрения. Примеры:

(62) Minami yori no kaze (стандартная фраза прогнозов погоды) юг с GEN ветер

‘Ветер - южный’

5.000.иен от

‘[Цены] от 5 тысяч иен’

выход.Хатико от З.минуты пешком

‘Три минуты пешком от выхода Хатико’

Показательна частота yori, как и nite, в телепередачах, объявлениях, рекламе при полном отсутствии в авторском тексте художественных произведений.

Таким образом, в японском языке противопоставление именных после-ложных конструкций оказывается частично размытым, что иногда связано с влиянием дополнительных факторов, но, по-видимому, в ряде случаев возможна и семантическая нейтрализация.

Библиографический список

1. Алпатов В.М., Аркадьев П.М., Подлесская В.И. Теоретическая грамматика японского языка. Кн. 1. М., 2008.

2. Вардуль И.Ф. Очерки потенциального синтаксиса японского языка. М., 1964.

3. Головнин И.В. Грамматика японского языка. М., 1986.

4. Грамматика современного русского литературного языка. М., 1970.

5. Касевич В.Б. Фонологические проблемы общего и восточного языкознания // Касевич В.Б. Труды по языкознанию. СПб., 2006.

6. Мельчук И.А. Курс общей морфологии. Т. I. Слово. М., 1997.

7. Плетнер О.В., Поливанов Е.Д. Грамматика японского разговорного языка. М., 1930.

8. Поливанов Е.Д. Психофонетические наблюдения над японскими диалектами. Пг., 1917.

9. Яхонтов С.Е. Классы глаголов и падежное оформление актантов // Проблемы теории грамматического залога. Л., 1978.

10. Bendix E. Componential Analysis of General Vocabulary: the Semantic Structure of a Set of Verbs in English, Hindi and Japanese. The Hague, 1966.

11. Bernard Bloch on Japanese. New Haven - London, 1970.

12. Dhorne F. Différenciation, identification la particule -ni- en Japonais // Recherches en linguistique Japonais. Paris, 1984.

13. Dowty D. Thematic Proto-roles and Argument Selection // Language. 1991. V. 67.

14. Hanashikotoba no bunkei (2). Tokyo, 1963.

15. Hinds J. Ellipsis in Japanese. Edmonton, 1982.

16. Honda Kyooji. Nihongo no joshi “o” to hennyuu, soshite shiekibun ni tsuite // Kenkyuu hookoku. 1977. V. 17. № 1.

17. Inoue Kazuko. Nihongo no dembun hyoogen to sono danwa kinoo // Gengo. 1983. № 11.

18. Kimura Kyoozo. Joshi “made” no simesu han’i ni tsuite // Kokubun-gakkai-shi, 19. Kyoto, 1984.

19. Koizumi Masatoshi, Sadakane Kumi. On the Nature of the “Dative” Particle ni in Japanese // Linguistics. 1995. V. 33.

20. Koo Haikeng. Chuugokujin gakushuusha ni yoku mirareru goyoohan-kakujoshi, kakarijoshi “mo”, setsuzokujoshi “te” nado o chuusshin ni // Nihongo-kyooiku. 1983. № 49.

21. Kuno Susumu. The Structure of the Japanese Language. Cambridge, 1973.

22. Kusakabe Fumio. Joshi no imi taikei // Gengo. 1977. № 6.

23. Makino Seiichi. Some Aspects of Japanese Nominalization. Tokyo, 1969.

24. Martin S.E. A Reference Grammar of Japanese. New Haven - London, 1975.

25. Miller R.A. The Japanese Language. Chicago - London, 1967.

26. Mizuno Michiko S. Causatives in Universal Grammar. 4. Some Remarks on Case Marking // Nanzan-tanki-daigaku-kiyoo. 1984. № 12.

27. Ooki Ryuuji. Kakujoshi “ni” miru bunkei no nagare // Nihongogaku-kooronshuu. 1979. № 6.

28. Seki Masaaki. Jodooshi “da” no rentaikei “na” ni tsuite // Tookai-daigaku-kiyoo. 1982. № 4.

29. Shibatani Masayoshi. Japanese Grammar and Universal Grammar // Language. 1982. V. 53. № 4.

30. Shinkawa Susan H. English “at”, “in”, “on” and “by” Compared with Japanese de, ni and o // English & Japanese in Contrast. New York, 1979.

31. Shirai Kan-ichiroo. Exhaustive-listing ga constructions // Gengogaku-kenkyuu (Linguistic Research), 1. Kyoto, 1982.

32. Sunakawa Yuriko. “Ni” to “kara” no tsukaiwake to dooshi no imi-koozoo ni tsuite // Nihongo. Nihon-bunka. 12. Oosaka, 1984.

33. Takahashi Kunitoshi. On the Semantics of Causatives in Japanese // Descriptive and Applied Linguistics. 1981. V. XIV.

34. Tanaka Akio. Bummatsu, kuumatsu no hyoogen to gohoo // Nihongo-nihon-bunka. 1977. № 6.

35. Tomoda Etsuko. Ga/no kootai henkei ni tsuite // Musashino-joshi-daigaku-kiyoo. 1978. V. 13.

36. Tonoike Shigeo. On The Causative Construction in Japanese // Problems in Japanese Syntax and Semantics. Tokyo, 1978.

37. Yasutake Tomoko. Towards the Identification of Japanese Particles: the Case of ni // Aichi-kyooiku-daigaku-kenkyuu-hookoku. 1984. № 23.

38. Yoshimura Yumiko. “Koi wa yappari kataomoi taishoo jutsugo ni tsuite // Nihongo-kyooiku. 1984. № 53.

Филологические

науки