2015. 04. 003. Филиппова И. Н. Избыточность и недостаточность в двуязычии: вопросы теории, практики, методологии, лингводидактики. - М. : Моск. Гос. Обл. Ун-т, Ин-т лингвистики и межкульт. Коммуникации. Лингв. Фак-т, 2014. - 206 с. - библиогр. : С. 173-192

2015.04.003. ФИЛИППОВА И.Н. ИЗБЫТОЧНОСТЬ И НЕДОСТАТОЧНОСТЬ В ДВУЯЗЫЧИИ: Вопросы теории, практики, методологии, лингводидактики. - М.: Моск. гос. обл. ун-т, Ин-т лингвистики и межкульт. коммуникации. Лингв. фак-т, 2014. - 206 с. -Библиогр.: с. 173-192.

Ключевые слова: межкультурная коммуникация; вербальная избыточность; вербальная недостаточность; двуязычие в коммуникации.

В работе исследуются лингвокоммуникативные явления избыточности и недостаточности с точки зрения их онтологии, классификации, методологии и практики перевода и лингводидактиче-ской оптимизации. Рассматриваются вопросы иерархической организации вербальной избыточности и недостаточности, их взаимодействие, преимущества методологии холизма в переводе. «Показаны когерентное сопряжение избыточности и недостаточности, аппроксимирующий характер холизма в межъязыковой и межкультурной коммуникации, унификация и стратификация переводческих технологий» (с. 3). Работа строится на материале немецкоязычных и русскоязычных текстов разных стилей.

Монография содержит введение, четыре главы, заключение и три приложения. В первой главе («Онтология вербальной избыточности»), в частности, говорится, что феноменология избыточности как коммуникативного феномена создается взаимосвязью семиотической и вербальной избыточности, имеющей характер неотъемлемой характеристики коммуникации. Вербальная и семиотическая избыточность имеют общие и дистинктивные свойства. Избыточность как коммуникативный феномен (в различных системах коммуникации) характеризуется с позиции ее сигнификативных свойств как кратность сегментов действительности, отраженной в сознании коммуникантов, сегментов однотипных или одномерных (т.е. принадлежащих к одной сущности), реализуемых в различном объеме, обязательно или факультативно.

Отличительными свойствами вербальной избыточности являются: более сложная структурная организация, выраженная в поливариантной системе субстанционально и ситуативно детерминированных видов, больший семантический потенциал и больший прагматический запас.

Дистинктивные свойства вербальной избыточности свидетельствуют о большем богатстве ее онтологической системы в сопоставлении с семиотической избыточностью. Выявленная в рамках межсистемного анализа онтологическая полисубстанциональность и полифункциональность вербальной избыточности проявляются в коммуникации совокупно, осложняя ее типологизацию. Основными феноменологическими свойствами вербальной избыточности являются синкретичность, кумулятив-ность, универсальность и полифункциональность.

Вербальная и семиотическая избыточность, имея тождественные признаки, различный семантический потенциал и прагматические характеристики, допускает существование нескольких классификаций, фиксирующих отдельные субстанциональные признаки данного комплексного явления.

На основе дифференцирующих признаков, положенных в основу структурирования лингвокоммуникативного феномена, и при таксономическом подходе разработана общая полидифференциальная типология, которая позволяет дифференцировать 32 формы вербальной избыточности.

В соответствии с особенностями онтологии вербальной избыточности и ее нелинейностью выявлена иерархическая структура этого феномена. В рамках построения иерархии избыточности проведено обобщение выявленных ранее форм избыточности в виде модели.

Обнаруженная иерархическая организация избыточности представлена трехъярусной структурой. Первый уровень иерархии занимает пассивная избыточность, которая выражается синонимическими средствами на любом уровне языка и насчитывает восемь моделей. Второй уровень иерархии избыточности объединяет модели, коррелирующие с дискурсом, типологизируемые сопряженно с масштабами ее проявления в коммуникативном пространстве, и насчитывает четыре модели. Третий уровень иерархии представлен фактами избыточности, проявляющимися в межъязыковой и межкультурной коммуникации, опосредованной переводом. Дискурсивной особенностью такой коммуникации является наличие нескольких уровней кодирования и декодирования информации (автора, переводчиков, адресатов) и различная переводческая ком-

петенция языковых посредников. Данный уровень иерархии объединяет две модели.

Во второй главе «Онтология вербальной недостаточности» исследуются главные феноменологические свойства недостаточности как коммуникативного (семиотического и лингвистического) феномена. Подчеркивается, что феноменология недостаточности с коммуникативной точки зрения создается взаимосвязью семиотической и вербальной составляющей, имеющей характер неотъемлемого признака коммуникации. Вербальная и семиотическая недостаточность имеют ряд общих универсальных и различительных свойств, уникальных для каждой из систем функционирования. Недостаточность как коммуникативный феномен (в различных системах коммуникации) необходимо рассматривать с точки зрения ее сигнификативных свойств как отклонение от нормы описания действительности.

Отличительными свойствами вербальной недостаточности являются: более сложная структурная организация, выраженная в поливариантной системе, больший семантический потенциал и больший прагматический запас.

Вербальная недостаточность в сравнении с семиотической показывает большее разнообразие онтологической системы. Выявленная в рамках межсистемного анализа онтологическая полисубстанциональность и полифункциональность вербальной недостаточности проявляются в коммуникации совместно, осложняя таким образом ее типологизацию. Основными феноменологическими свойствами вербальной недостаточности являются синкретичность, кумулятивность, универсальность и полифункциональность.

Вербальная и семиотическая недостаточности имеют как общие, так и различные признаки, что допускает возможность нескольких разных классификаций, фиксирующих отдельные субстанциональные признаки данного феномена.

На основе дифференциальных признаков, положенных в основу структурирования лингвокоммуникативного явления, и с использованием таксономического подхода разработана обобщенная полидифференциальная типология, которая позволяет различать 26 форм вербальной недостаточности, выявленных с учетом ее типовых манифестаций.

В соответствии с выделенными особенностями онтологии вербальной недостаточности и ее нелинейностью получена иерархическая структура этого лингвокоммуникативного феномена. При построении данной иерархии с помощью приема моделирования выявленные ранее формы получают итоговое обобщенное выражение.

Иерархическое устройство вербальной недостаточности представлено в виде трехъярусной структуры. Первый уровень иерархии занимает пассивная недостаточность, насчитывающая шесть моделей. Второй уровень включает модели, коррелирующие с дискурсом и типологизируемые в соответствии с масштабом их проявления в коммуникативном пространстве (насчитывает четыре модели). Третий уровень иерархии имеет дело с вербальной недостаточностью, проявляющейся в межъязыковой и межкультурной коммуникации, связанной с переводом текстов. Он объединяет две модели.

В третьей главе «Вербальные избыточность и недостаточность в одноязычии» дается анализ текстов и их фрагментов на немецком и русском языках (по отдельности и в сопоставлении). Здесь, помимо прочего, отмечено, что обнаруженные в ходе анализа 32 формы избыточности и 26 форм недостаточности при взаимной дифференциации феноменов имеют незеркальный характер их соотнесения.

Выявленные в изоляционном (не сопоставительном) анализе свойства экстенсивности и интенсивности демонстрируют устойчивость и упорядоченность каждого феномена в каждом акте вербальной коммуникации в его статическом варианте (т.е. при заданных условиях общения и участниках коммуникации). Их дальнейшее взаимодействие обеспечивает саморазвивающуюся целостность коммуникации в динамике, в изменяющихся (или гипотетически вариативных) условиях.

Изменение связей и отдельных сегментов информации в текстовом пространстве и сохранение коммуникативной целостности и функциональности обусловливается актуализацией соответствующих функций каждого из феноменов в отдельности и в их взаимодействии.

Взаимодействие избыточности и недостаточности носит характер когерентного сопряжения, основано на взаимной конкурентности и взаимной дифференциации, интегрированности, дис-

функциональности вне коммуникации (в статике языка) и нейтрализации дисфункций за счет общей лабильности. Взаимодействуя в речевой цепи, избыточность и недостаточность функционируют в неаддитивной целостной системе вербальной коммуникации, обладающей новыми свойствами (равными частным свойствам избыточности и недостаточности в изолированном рассмотрении). Таким образом, избыточность и недостаточность определяют (указывают на) нестандартность коммуникации, обеспечивая ее функциональность в условиях взаимодействия нескольких константных и переменных параметров.

Взаимная компенсация, позволяющая преодолеть бифуркацию (в динамическом аспекте коммуникации), выражена в замещении образующихся валентностей при замене элементов релевантной информации нерелевантными и устранении нерелевантной информации за счет контекстной вытеснимости (в предшествующем текстовом пространстве). «Отмеченные закономерности носят универсальный характер в конфронтируемых языках и лингвокуль-турах, но в немецком языке бифуркация в силу большего тяготения к формальной полноте и меньшей омонимии представлена в меньшем масштабе, чем в русском» (с. 95).

Заключительная четвертая глава «Вербальные избыточность и недостаточность в двуязычии» посвящена решению вопросов функционирования избыточности и недостаточности в условиях двуязычия. Сопоставительный анализ фактов избыточности и недостаточности направлен на выявление изоморфизма и алломорфизма манифестаций анализируемых вербальных феноменов. Переводческий анализ ориентирован на поиск оптимального переводческого решения проблем передачи избыточности и недостаточности в двуязычной коммуникации, опосредованной переводом.

В результате анализа проблем избыточности и недостаточности в условиях двуязычия и попытки разрешения этих проблем, предпринятые в направлении теории, практики и лингводидактики перевода, автор приходит к следующим выводам:

«1. Избыточность и недостаточность являются объективными переводческими проблемами, так как в сопоставляемых языках их проявления определяются различием систем и норм языков, а также лингвокультурологическими, лингвокогнитивными и этнопси-

холингвистическими особенностями презентации информации в исходных и переводных текстах.

2. Внедрение в практику перевода трехуровневой технологии, последовательно и комплексно включающей холистический подход (на принципах синергетизма), макростратегию адекватности и специфические микростратегии, позволяет аппроксимировать результат перевода фактов избыточности и недостаточности.

3. Трансцендентальность, мультифакторность и мультисубъ-ектность перевода в их совокупности создают базу холизма как методологии, расширяя парадигму переводческих решений и позволяя достичь адекватности. Аппроксимирующий характер холизма определен запросами практики на внедрение достижений прагма-лингвистики в перевод.

4. Трансформации по передаче избыточности и недостаточности носят более общий и приоритетный характер по сравнению с другими трансформациями, детерминируемыми устранением избыточности и компенсацией недостаточности. В совокупности оба трансформационных уровня составляют алгоритм переводческого поиска.

5. Осмысление динамически комплементарных теоретических подходов к переводу в их сопряжении с практикой служит основой формирования холистического подхода, объединяющего наиболее значимые переводческие парадигмы - интерпретативную и трансформационную.

6. Инвариантом перевода при холистическом подходе следует считать экстралингвистическую реальность смысла коммуникации, эксплицитно и имплицитно репрезентированную в исходном тексте в виде пропозиций, интенции, когнитивных стереотипов, которые детерминируют избыточность и недостаточность вербальных средств смыслопередачи.

7. Холистический перевод обладает значительной теоретической обоснованностью (определяемой как методологией перевода, так и особенностями онтологии феноменов избыточности и недостаточности) и практической применимостью.

8. Эндо- и алломорфизм избыточности и недостаточности в двуязычии обусловливает применение специфических микростратегий, преимущественно комплексных трансформаций, и создает фундамент достижимости адекватного перевода.

9. Эффективность холизма в лингводидактике перевода представлена программой оптимизации курса подготовки переводчиков и функциональной полнотой широкого коммуникативного видения, развивающего у переводчиков осознанный выбор из множества альтернатив, позволяющий гармонизировать двуязычную коммуникацию» (с. 165).

Подводя итоги работы, автор формулирует перспективы дальнейших исследований.

А.М. Кузнецов

СРАВНИТЕЛЬНО-ИСТОРИЧЕСКОЕ ЯЗЫКОЗНАНИЕ. ИСТОРИЯ ЯЗЫКА

2015.04.004. СЫРОМЯТНИКОВ НА. ДРЕВНЕЯПОНСКИЙ ЯЗЫК. -М.: Ленард, 2014. - 174 с.

Ключевые слова: древнеяпонский язык; язык айну; алтайские языки; малайско-полинезийские языки; синитические языки; субстрат; дивергенция.

Сыромятников Николай Александрович (1911-1984) - известный отечественный лингвист-японовед, доктор филологических наук, ученик и соратник основателя школы отечественного японоведения, академика АН СССР Н.И. Конрада. Работал в Институте востоковедения АН СССР. Являлся одним из инициаторов и активных исполнителей многолетней работы над Большим японско-русским словарем. Широкую известность получили следующие работы Н.А. Сыромятникова1.

Очерк «Древнеяпонский язык» является третьим изданием, написан на материале прозаических и поэтических памятников VIII в. и освещает основные аспекты языка древнего периода Японии. Содержит большое количество сопоставлений японских корней слов с корнями слов других языков, главным образом урало-алтайских и малайских.

1 Автор работ: Сыромятников Н.А. Древнеяпонский язык. - М., 1972. -176 с. (2-е изд. - 2002); Классический японский язык. - М., 1984. - 155 с. (2-е изд. -2002); Сыромятников Н.А. Становление новояпонского языка. - М., 2009. - 306 с.; Сыромятников Н.А. Система времен в новояпонском языке. - М., 2009. - 335 с.; Сыромятников Н.А. Развитие новояпонского языка. - М., 1978. - 303 с.