Композиционные решения индивидуального деревянного дома в «Современной» архитектуре в Европе и США (1940-1970-е годы)

УДК 728.84 КРАСИЛОВА Л. А.

Композиционные решения индивидуального деревянного дома в «современной» архитектуре в Европе и США

Статья посвящена изучению архитектуры и композиционных решений индивидуального деревянного жилого дома в период 1940-1970-х годов в Европе и Америке. Выявлено, что композиционные решения индивидуального деревянного дома развивались в соответствии с общими тенденциями развития архитектуры указанного периода. Новая постановка проблемы формообразования стала решающим фактором для архитектуры этого периода.

Ключевые слова: деревянный жилой дом, композиционные решения, функционализм, брутализм, постмодернизм, факторы развития.

KRASILOVA L. A.

COMPOSITE SOLUTIONS OF THE INDIVIDUAL WOODEN HOUSE IN «MODERN» ARCHITECTURE IN EUROPE AND THE USA

This article is devoted to studying of architecture and composite solutions of the individual wooden apartment house during the period from 1940 to 1970 in Europe and America. It is revealed that composite solutions of the individual wooden house developed according to general tendencies of development of architecture of the specified period. New statement of a problem of a shaping became a decisive factor for architecture of this period.

Keywords: wooden house, composite solutions, functionalism, brutalism, postmodernism, development factors.

Красилова

Людмила

Альбертовна

кандидат архитектуры, доцент кафедры Основ архитектурного проектирования Московского архитектурного института

e-mail: lkrasilova@yandex.ru

Целью статьи является исследование эволюции композиционных решений индивидуального деревянного жилого дома на протяжении 1940-1970-х гг., тенденций и принципов проектирования данного вида домов.

В мировой архитектурной практике накоплен значительный опыт проектирования и строительства индивидуальных жилых домов из дерева. В научной литературе рассматривался широкий круг вопросов, связанных с историей деревянного жилища и его проектированием в изучаемый период. Это, прежде всего, работы отечественных ученых и архитекторов-проектировщиков: Н. Сапрыкиной, В. Самогорова, О. Севан, Ю. Ушакова, А. Шен-никова. Исследования архитектурной композиции, имеющие характер как теоретических оснований, так и методических разработок, были выполнены И. Азизян, И. Араухо, Р. Ар-нхеймом, А. А. Барабановым, А. Бринкманом, И. Добрициной, А. В. Иконниковым, Д. Мело-динским, А. Степановым, А. Тицем, С. О. Хан-Магомедовым, Д. Швидковским.

Политические, экономические, социальные условия, в которые попали страны Европы после Второй мировой войны, поставили перед архитекторами новые задачи. В первую очередь, было необходимо простыми средствами, без больших капиталовложений обеспечить условия для жизнеобеспечения жителей пострадавших районов. Возникала архитектура компромисса. Тем не менее, так как победа в страшной войне казалась рубежом, от которого началась новая эпоха истории, и поменялся геополитический климат в мире, известны примеры создания символических объектов архитектуры.

Остро стоял жилищный вопрос, проблемы стандартизации и индустриализации жилища. Аскетичное самоограничение и распространение обезличенного строительства привели к тому, что объединяющим началом развития новых тенденций в архитектуре стал функционализм, где основной целью архитектора являлась организация процессов, протекающих в здании. Композиционные решения принимались на основе графиков движения и эргономики, в проектах

Иллюстрация 1. В. Гропиус. Дом Чемберлена. 1940 г. Вейланд, Массачусетс. Источник: www.greatbuildings.com/buildings/chamberlain_cottage.html

Иллюстрация 2. В. Гропиус. Жилой поселок «Алюминиум-Сити». 1943 г Нью-Кенсингтон, Пенсильвания. Источник: http://www.historicnewengland.org/historic-properties/homes/Gropius%20House

создавалась функционально и гигиенически комфортная среда.

В. Гропиус призывал к государственному обеспечению населения жильем и приступил к теоретической разработке стандартов массового жилища. «Применение обезличенных элементов массового изготовления позволяет свободно приспособить планировку жилого помещения к изменяющимся потребностям отдельной семьи», — писал архитектор [2, 47]. Его планировочные схемы деревянных жилых домов чрезвычайно дешевы.

Ярким примером подобного опыта могут служить загородные дома,

построенные в 1940 г. по проектам В. Гропиуса и М. Бройера (Иллюстрация 1). Эти постройки значительно отличаются от того, что архитектор построил в Европе, отражая его желание учитывать местные условия и традиции [10, 13]. Например, дом Чемберлена в Вейланде буквально срастается с окружающей его лесистой местностью. Это небольшой прямоугольный в плане объем, приподнятый на столбчатом фундаменте над землей. Входная терраса составляет почти 1/3 часть площади дома и становится его продолжением и связью с окружающей средой. Единое центральное поме-

щение, гостиная с камином и столовая, отделено от входной зоны раздвижной перегородкой и имеет выход в сад. Конструкция дома — деревянные щиты, облицованные деревянной вертикальной вагонкой [5, 32].

После 1942 г. В. Гропиус вместе с К. Ваксманом разработал систему массовых сборных деревянных, так называемых «пакуемых», домов на основе трансформируемых объемных блоков (Иллюстрация 2). Проект реализован для американских рабочих в Алюминиум-Сити близ Питтсбурга в 1943 г. Поселок Нью-Кенсингтон в Пенсильвании, США, стал вехой в творчестве В. Гропиуса. Архитектор, отказавшись от приема строчной застройки, которая была непопулярна в США и применялась, как правило, для беднейших негритянских поселков, живописно расположил дома на территории, привязав планы к сложному рельефу участка [7, 212].

В Финляндии в послевоенный период благодаря усилиям А. Аалто и Э. Брюггмана получил развитие функционализм, который предполагал свободную организацию объемов и пространств, асимметрию композиций и удобство планировки жилья. Подтверждением этому стал построенный для семьи архитектора в 1948 г. деревянный дом Эрика Брюггмана (1891-1955 гг.). Постройка представляет собой сложную цепочку небольших объемов, повернутых друг к другу под разными углами (Иллюстрация 3). Все части дома соединены между собой углами и образуют ячеистую структуру. Строение свободно располагается на участке, используя все его преимущества [6, 50].

В 1960-е гг. в профессиональной среде возникло понимание прочной связи архитектуры и социальных процессов. Возникла концепция ин-теракционализма (англ. interaction — взаимодействие), в соответствии

Иллюстрация 4. Ч. Гватми. Дом для родителей. 1965 г. США. Источник: http://www.gwathmey-siegel.com/

Иллюстрация 5. Р. Мейер. Вилла Зальцмана. 1969 г. США. Источник: http://www.richardmeier.com/

Иллюстрация 6. Л. Кан. Дом Фишера. 1973 г. США. Источник: http://archi.ru/events/6951 /luis-kan-sila-arkhitektury

с которой существует связь между человеком и спроектированной для него искусственной средой. Приверженцы этой идеи критериями комфортности жилища считали соответствие структуры пространств структуре взаимодействия людей.

В 1960-е гг. архитекторы применяли самые современные строительные материалы и конструкции, декларировали функциональный подход к решению внутренних пространств.

В 1965 г. модернист Чарльз Гватми (1938-2009) спроектировал на острове Лонг-Айленд в США дом для родителей. Двухэтажную постройку можно рассматривать как жилую единицу с гостевой спальней и ванной. Основной жилой объем имеет три этажа (Иллюстра-

ция 4). На первом этаже размещены узкий входной холл, две спальни с ванной и мастерская с камином [5].

На второй жилой этаж можно попасть по двум лестницам, а на третий — по винтовой лестнице и лифтом. Объемно-световая «перекличка» интерьеров, их связь с внешней средой, обусловленные формой и размещением окон, формируют оригинальный образ дома. Строение выполнено в деревянном каркасе. Дерево активно включено в интерьеры: стены обшиты красным кедром и выкрашены в белый цвет, мебель выполнена из березы. Дом признан одним из знаковых зданий эпохи [5, 62].

Другой американский архитектор Ричард Мейер (род. 1934) в 1967-

1969 гг. построил виллу Зальцмана, участок для которой располагается неподалеку от берега Атлантического океана, на трех акрах ровной земли рядом с Лонг-Айлендом, и простирается вдоль океанского берега (Иллюстрация 5). Это определило расположение дома, длинный фасад которого обращен к воде. Северный, практически глухой фасад имеет лишь два узких окна ванных комнат, даже переход имеет сплошное ограждение. Динамизм фасаду придают диагональные линии, обозначающие лестничные марши. Южный фасад, открытый на воду, имеет более сложный рисунок, здесь и большие оконные витражи, и закругление стены, ограждения балконов и моста — легкие и прозрачные.

Вилла Зальцмана задумана как «контрапункт к природе». Постройка умело интегрирована в окружающую среду. Здание состоит из двух объемов, соединенных длинным «мостом», поднятым на тонких колонках на уровне второго этажа. Меньший объем — гостевой домик. Основной жилой объем — трехэтажный. Первый этаж разделен на две зоны — зону кухни-столовой и приватную зону. Диагональная лестница соединяет уровни [5, 70].

Вилла Зальцмана так же, как и другие виллы мастера, имеет-конструкцию, состоящую из легкого деревянного каркаса, названного «балун» или чикагская конструкция. Все элементы дома выкрашены в белый цвет, так как автору важна чистота ортогональной геометрической формы, а не материал, из которого она создана. Как и в других работах Р. Мейера, натуральный цвет дерева присутствует в досках пола, что придает особую теплоту интерьерам. Вилла Зальцмана была одним из первых зданий в этой местности, которая олицетворяла современный образ жизни.

В середине ХХ в. в Европе возник необрутализм в архитектуре. Возникла идея реформы функционализма, приверженцы которой стремились достичь конкретного решения для конкретного места в конкретной ситуации, провозглашая «правдивость» открытых конструкций и грубых, не скрытых отделкой материалов.

В 1973 г. Луис Кан (1901-1974) в Филадельфии, США, построил дом Фишера. Постройка стала ярким примером необрутализма. Участок для дома расположен в лесистой местности близ реки (Иллюстрация 6). Дом является одним из типичных образцов темы «квадрата»,

Иллюстрация 7. Р. Вентури. Дома Трубека и Вислоки. 1971 г. США.

Источник: http://www.archdaily.com/62743/ad-classics-vanna-venturi-house-robert-venturi

разрабатываемой Л. Каном на протяжении всего творческого пути.

Дом Фишера стал выражением идеи соединения двух кубов, одного для размещения в нем двусветной гостиной комнаты, столовой и кухни, другого — для спален и гостевой комнаты. Объемы сдвинуты относительно друг друга и соединены углами. В действительности это не точные кубы. В плане гостиная со столовой и кухней не являются квадратами, но близки к таковым.

Куб внутри куба — еще один излюбленный прием Кана. Так, в объем двусветной гостиной включен более низкий объем кухни. В двухэтажном спальном блоке применен тот же структурный принцип. Две обращенных к востоку спальни на втором этаже являются почти точными кубами, каждая составляет четверть большего квадрата или одну восьмую большего куба. Кан предпочитал строить из природного камня, но в Пенсильвании из дерева строить было дешевле, поэтому он использовал деревянный каркас, обшив его рейкой из красного кедра [5, 79].

В 1968 г. Ф. Джонсон заявил, что «новая архитектура потерпела полную неудачу» [9, 15]. Это был бунт против догматизма «пионеров-основателей», который не выдержал испытания временем.

В этот период на фоне усиления рыночной составляющей культуры получила развитие концепция кон-сьюмеризма (англ. сошитег — потребитель), согласно которой человек-потребитель вполне может выражать свои взгляды и влиять на создание среды обитания. Заказчик имеет право влиять на объемно-пространственное решение дома и на его внешний вид. Основной принцип сторонников консьюмеризма — удовлетворение потребностей клиента.

В книге «Сложность и противоречия в архитектуре» Р. Вентури выступил с протестом против упро-

щения, схематизации жизни [9, 27]. Архитектор ратовал за архитектуру, построенную на сложностях и противоречиях самой жизни. Он утверждал многозначность и многоплановость смысловых значений, призывал добиваться цельности, не исключая элементы реальности и приводя их к сложному единству. Архитектуру мастер рассматривает как часть целостной среды и признает в ней «трудный порядок», достигаемый обобщением. Задачей постмодернистов было возвратить архитектуре яркие образы, интересные ассоциации, привнести в творчество архитекторов фантазию. Новый стиль диктовал отказаться от господства функции и призывал к возвращению к традиционным историческим корням.

Дома Трубека и Вислоки, построенные Робертом Вентури (род. 1925) в 1971 г. на острове Нантакет в США, — это деревянные дома, обшитые гонтом. Они поставлены на некотором расстоянии друг от друга, чтобы создать впечатление независимости, но все же воспринимаются как пара (Иллюстрация 7). Главные фасады домов обращены к морю, поэтому при подъезде они рассматриваются с тыловой части. Определяющим моментом своеобразия в решении домов являются идейные установки Р. Вентури как представителя постмодерна, противопоставившего функционализму и простоте модернизма «сложность и противоречия» своей архитектуры.

Архитектор выступал с концепцией здания как простого функционального объема, каркаса — «декоративного сарая», своего рода нейтрального фона, внутри которого в ходе обживания дома разворачивается жизненный процесс [5, 76].

Идея обживания не нова. В 1920-е гг. Иван Леонидов, отвечая на вопрос, почему он не показывает на своих чертежах деталей, говорил, что он предлагает здания-оболоч-

ки, внутри которых потребитель сам формирует близкую ему среду [1, 5]. Р. Вентури поступает иначе, он накладывает формальные декорации на «сарай», упаковывает простой, прямоугольный объем в оболочку из деталей, напоминающих об ушедших традициях.

Планировки домов Трубека и Вислоки похожи. Все подсобные помещения, кухня и деревянная лестница на второй этаж сгруппированы во входной части. Большая гостиная имеет выход на широкую веранду с видом на море. На втором этаже располагаются спальни, ориентированные на море. Дом Трубека больше по размеру, его структура сложнее. Практически весь первый этаж занимает гостиная, которая «сдавливает» остальное пространство и создает в нем множество запрограммированных сложностей и неудобств. Р. Вентури работал у Л. Кана, который признавал органичность существования некоторых неудобных пространств в доме. На втором этаже расположены три спальни с большим количеством встроенных шкафов и кладовых. Архитектор стремился к использованию каждого кубического сантиметра пространства.

Постулат единства формы и функции является стержнем «органической» архитектуры Ф. Л. Райта (1867-1959). Творчество мастера подчинено общей идее: материал, концепция и геометрия дома объединялись в законченном здании и являлись единым целым, включающим окружающую среду. Он был убежден, что архитектура должна развиваться целостно,удовлетворяя человеческим жизненным функциям, исходить из них, а не подгонять последние к «абстрактным» архитектурным формам. Индивидуальность «органической» архитектуры неизбежно вступала в противоречие с принципами урбанизма, и неудивительно, что основными постройками

Иллюстрация 8. Дж. Лотнер. Хижина Пирлман. 1957 г. США.

Источник: http://architectoid.blogspot.ru/2014/02/john-lautners-pearlman-cabin-in.html

Иллюстрация 9. Х. Грин. Собственный дом (Prairie Chicken House). 1961 г. США. Источник: www.archdaily.com/...prairie-chicken-house.../50380fbf28b

«органического» направления были загородные особняки.

В мировой архитектурной практике отмечено появление деревянных домов с криволинейной формой плана, которые демонстрируют дальнейшее усложнение архитектурной композиции индивидуальных деревянных домов и фиксируют развитие концепции «органической» архитектуры Ф. Л. Райта.

Джон Лотнер (1911-1994), ученик и последователь Ф. Л. Райта, прошел через работу в его студии. В своем творчестве он следовал его принципу: не строить жилище на вершине холма, а стараться обыгрывать склон для внесения вертикального измерения в здание. В соответствии с этим в 1957 г. Джон Лотнер построил горную хижину Пирлман, имеющую сложную форму плана. Хижина расположена на крутом склоне в сосновом лесу (Иллюстрация 8).

Цилиндрическое пространство основного объема здания с одной стороны консольно нависает над обрывом. Опорами служат необработанные стволы деревьев, поднимающиеся на всю высоту помещения.

Пространство между колоннами остеклено от пола до потолка, благодаря чему дом практически растворяется в окружающей природе, напоминая беседку. Связь с окружающим пространством осуществляется через консольно нависающий трапециевидный в плане балкон. С противоположной стороны расположена небольшая спальня, в отличие от гостиной спроектированная как закрытое помещение с рядом небольших окон [6, 52].

В 1960-1961 гг. Херб Грин в прериях Норман, штат Оклахома, США, построил Prairie Chicken House — собственный дом, который стал символом «органического» модернизма. Архитектор спроектировал деревянное здание в «вольном стиле». Автор пытался передать ощущение места и вызвать чувство индивидуальности и тонкой конфиденциальности. Островерхие крыши, ниспадающие до земли, трапециевидный в плане тонкий металлический навес для машины, отсутствие в привычном понимании оконных проемов, отделка дома необработанной разной формы и размера доской и гонтом, создаю-

щая видимость птичьего оперения и подсказавшая название дома. Все эти элементы внешнего облика дают ощущение напряжения, закрытости, нереальности дома.

Внутреннее пространство, в котором облицованные кедровым гонтом интерьеры, тонкая металлическая лестница, соединяющая этажи, льющийся сверху свет, полы и лестницы, застланные красным ковролином, призваны добавить образу дома ощущение тепла и «задумчивости». Вид из окон на бесконечные прерии и небо резко контрастируют с интимной «пещерной» обстановкой интерьеров [6, 53].

Двухэтажный дом имеет овальный план и форму криволинейной деревянной оболочки. Кухня и общая комната обращены на восток, чтобы «захватить» низкие прямые лучи солнца. Арочное окно главной спальни пропускает достаточно дневного света и защищает помещение от сильных ветров из прерии. Фасады, выполненные из природных материалов — дерева и камня (кедра и гранита), призваны интегрировать здание с окружением (Иллюстрация 9).

Заключение

В ходе исследования автором выявлено, что в 19401970-е гг. композиционные решения индивидуального деревянного дома развивались в соответствии с общими тенденциями развития архитектуры в Европе и США. Показаны факторы, определившие развитие композиционных решений индивидуального жилого дома.

Воздействие на развитие архитектуры этого периода оказали социальные факторы — имущественная неоднородность общества, жилищная политика, направленная на дифференцированное решение проблем расселения [3, 492]. Толчком к поискам нового языка форм, развитию нового понимания пространства послужило появление новых материалов и технологий строительства. Постановка проблемы формообразования стала решающим фактором для архитектуры этого периода [11, 94]. Форма перестала быть самодовлеющей, подчиняющей все другие элементы здания, теперь она проектировалась каждый раз «заново», в зависимости от поставленной задачи, а не будучи предопределенной заранее. На основании этого стало возможным решать большое количество новых задач, давая им образное выражение. Архитектура 1940-1970-х гг. развивалась в различных направлениях, возникали архитектурные стили, многие из которых оказывались недолговечными [6, 53].

В 1940-1970-е гг. выявлено существование двух основных типов пространственных и линейных структур деревянного индивидуального дома, развивающихся одновременно: центрической компактной ортогональной структуры, ограниченной по периметру квадратными пространствами, и линейно-осевой модели в рамках ортогональной геометрии.

В этот же период времени отмечено усложнение геометрической формы и структуры связей архитектурной композиции деревянного индивидуального жилого дома. Выделены основные типы композиционных решений индивидуальных деревянных жилых домов: дома со свободным планом и максимальной гибкостью, деревянные дома, состоящие из объемных цепочек, дома с криволинейным контуром плана и криволинейными объемными формами, экспериментальное деревянное жилище.

Список использованной литературы

1 Гозак А. П. Наркомтяжпром Леонидова. Шедевры авангарда. М. : Изд. С. Э. Гордеева, 2011. С. 71.

2 Ёдике Ю. История современной архитектуры. М. : Искусство, 1972. С. 243.

3 Иконников А. В. Архитектура ХХ века. Утопии и реальность : в 2 т. М. : Прогресс-Традиция, 2001. С. 656.

4 Иконников А. В. Всеобщая история архитектуры : в 12 т. Т. 11 : Архитектура капиталистических стран XX в. / под ред. А. В. Иконникова (ответственный редактор), Ю. Ю. Савицкого, Н. П. Былинкина и др. М. : Изд-во литературы по строительству, 1966-1977. С. 780.

5 Красилова Л. А. Деревянные дома : учеб. пособие. М. : Архитектура-С, 2011. С. 137.

6 Красилова Л. А. Эволюция объемно-пространственной композиции индивидуального деревянного жилого дома: конец XIX в. — началоХХ1 в. : дис. ... канд. архитектуры. М., 2012. С. 180 [Электронный ресурс]. URL: http://doc2all.ru/article/09112012_98387_ krasilova/ 2.

7 Красилова Л. А. Проблемы экспериментального, массового и индивидуального деревянного жилища в странах Европы в первой половине ХХ века // Известия вузов. Инвестиции. Строительство. Недвижимость : науч. журн. Иркутск : Изд-во ИРНИТУ, 2015. № 4 (15). С. 209-220.

8 Райт Ф. Л. Будущее архитектуры. М. : Гос. изд-во литературы по строительству, архитектуре и строительным материалам, 1960.

9 Venturi R. Complexity and Cjntradiction in Architecture. New York, 1966. P. 247.

10 Гропиус В. Walter Adolph Georg Gropius [Электронный ресурс]. URL: http://arx.novosibdom.ru (дата обращения: май 2016).

11 Сапрыкина Н. А. Особенности формирования среды обитания в контексте динамической адаптации архитектурного пространства // Приволжский научный вестник : науч.-практ. журн. / Изд. центр науч. просвещения. 2015. № 1 (41). С. 93-97.