Экономические и предпринимательские возможности и средства укрепления позиций России в СНГ

В первом случае, когда олигополисты могут полностью сговариваться, рыночная цена будет соответствовать ситуации единственного монополиста. Во втором случае, когда самая крупная фирма отрасли контролирует 60-80% отраслевого объема реализации, может быть выбрано несколько линий поведения. В третьем случае существует много продавцов и покупателей, свободны вход и выход из отрасли, и каждая фирма непосредственно не влияет на цены других фирм. Этот случай ближе к рынку совершенной конкуренции».

Таким образом, вышеописанные типы строения рынков объясняют выбор маркетингового инструментария теми или иными ремонтно-строительными фирмами (крупными генподрядчиками) при строительстве мегаполисов.

Литература

1. Букленко Н. С. Классификация маркетинга в соответствии с критериями привлекательности рынка строительных услуг.// Российская промышленность., 2009. - №6. -16-19 с.

2. Горчишников Н.Г. Маркетинговый инструментарий и формы конкуренции в рыночных структурах.// Сбыт., 2010.м №2. - 21-24 с.

3. Никодимов М.П. Экономические характеристики территориальных сегментов рынка ремонтно-строительных услуг.// Строительный вестник., 2010. - №9. - 62-65 с.

4. Питиримов А. А. Ценовая эластичность спроса в маркетинговых программах рынка первичного жилья.// Экономика строительства., 2010. - №5. - 51-54 с.

5. Райс Дж. Маркетинг в строительстве (пер.с англ.). - М.: Наука, 2007. - 405с.

6. Штапова И.С. Маркетинг и капитальное строительство.// Строительный бюллетень., - 2009. - №11. - 96-99 с.

Ярощук А. Б.

Экономические и предпринимательские возможности и средства укрепления позиций России в СНГ

Обеспечить привлекательность России как регионального лидера возможно, главным образом, на основе укрепления ее экономического и научно-технического потенциала, повышения национальной конкурентоспособности путем реализации взятого курса на развитие обрабатывающей промышленности, активизацию инновационной деятельности и преодоление топливно-сырьевого характера российского экспорта, более полного удовлетворения потребностей партнеров по Содружеству в новых технологиях и современном оборудовании.

Укрепление позиций России в СНГ тесно связано с последовательным развитием равноправного и конструктивного диалога с признанными мировым сообществом независимыми государствами бывшего СССР на всех уровнях государственной власти и по всему комплексу вопросов, представляющих взаимный интерес.

Улучшению имиджа России на постсоветском пространстве будет способствовать урегулирование и, по возможности, избежание в дальнейшем «газовых» и «нефтяных» конфликтов, максимально возможный вывод спорных энергетических вопросов из сферы публичной дипломатии, настойчивая работа с партнерами на основе прагматического партнерства на уровне бизнес-структур. «Энергетические войны» вызвали рост антироссийских настроений в Белоруссии и Украине, нанесли определенный ущерб деловой репутации России как надежного поставщика энергоресурсов.

Импульс сотрудничеству со странами СНГ, проявляющими заинтересованность в сближении с Россией, может придать осуществление дополнительных финансовых затрат. Однако, как и во всем мире, инструменты экономической помощи должны иметь открытую и транспарентную форму (льготные кредиты, списание задолженности, др.), при одновременном сокращении всех форм скрытых субсидий. Донорство должно предполагать четко прописанные и юридически закрепленные встречные обязательства.

Во взаимоотношениях со странами СНГ с низким уровнем доходов необходимо понимать, что сотрудничество с ними должно содержать значительный грантовый элемент, и учитывать, что помощь таким странам в растущих размерах оказывается многими зарубежными государствами и международными организациями. Если не предложить им техническое содействие, содействие в гуманитарной и социальной сферах, то такая помощь придет из других источников, и статус России как ответственного, дееспособного партнера может оказаться под вопросом.

Важнейшее условие успешной реинтеграции постсоветского пространства - постепенный перенос центра тяжести с интеграционных усилий на макроуровне (уровне государств и ведомств) на стимулирование интеграции на микроуровне (уровне компаний). Для этого необходимы не только жесткое соблюдение странами-участницами интеграционных процессов достигнутых договоренностей об улучшении условий доступа на рынки друг друга, но и создание системы институтов и механизмов стимулирования региональной интеграции. Поэтому расширение российского экономического присутствия в странах Содружества тесно связано с осуществлением широкого комплекса мер (финансово-экономических, организационных, институциональных, информационно-консультационных), направленных на содействие внешнеторговой и производственной деятельности национальных предпринимательских структур. В числе таких мер: стимулирование развития технологической кооперации с родственными предприятиями стран СНГ в т. ч. в формате специальных таможенных режимов, с помощью налоговых, кредитных и иных рычагов; обеспечение отечественных инвесторов средствами кредитно-гарантийной поддержки и твердыми гарантиями защиты капиталовложений; содействие созданию совместных предприятий в высокотехнологичных отраслях; дипломатическая и политическая поддержка российских компаний на самом высоком государственном уровне; поощрение приграничного и межрегионального сотрудничества.

Одним из средств в усилиях по укреплению позиций России могут стать инициативы по осуществлению крупных трехсторонних проектов в экономике постсоветских государств с участием Евросоюза, России и других стран СНГ Они могут касаться областей общей заинтересованности - энергетики, транспорта, создания общей инфраструктуры, охраны окружающей среды в приграничных районах и др. Реализация совместных проектов позволит снизить риски отдаления ряда государств Содружества от России, смягчить конкуренцию с ЕС на постсоветском пространстве.

В торгово-политическом плане укреплению позиций России в СНГ может способствовать постепенное выведение двустороннего формата диалога стран Содружества с ведущими нерегиональными игроками на уровень Таможенного союза и СНГ в целом (там, где это возможно). В частности, надблоковый формат сотрудничества СНГ-ЕС (принципиально реализуемый в случае создания многосторонней зоны свободной торговли в СНГ) позволил бы перевести интеграционные процессы на общеевропейском пространстве из конфронтационной плоскости в плоскость поиска и реализации возможностей взаимовыгодного сотрудничества.

При наличии в целом у России определенных, а на ряде направлений -значительных возможностей влияния на партнеров по СНГ более подробный анализ таких возможностей отражает определенную ограниченность многих из них и необходимость поиска новых подходов к работе с СНГ. Главными инструментами российской экономической политики на пространстве СНГ являются: финансово-экономические рычаги влияния (льготное энергообеспечение, финансовое донорство, доступ на российский рынок, регулирование трудовой миграции, др.) и политическое взаимодействие.

В качестве рычага значение «энергетической карты» неуклонно снижается и будет снижаться в дальнейшем в условиях достижения/приближения региональных цен к мировым и набирающих силу процессов диверсификации источников энергоснабжения (по мере развития минерально-сырьевой базы и энерготранспортной инфраструктуры стран СНГ). Кроме того, использование энергетического фактора как инструмента воздействия на партнеров становится менее целесообразным с учетом предпринимаемых активных усилий в плане позиционирования России как гаранта международной энергетической безопасности.

Роль России как кредитора и инвестора для стран СНГ, в целом, никогда не была критически важной за исключением самого первого периода реформ, отдельных периодов формирования крупной задолженности по поставкам отечественных энергоносителей у Украины и Молдавии, а также случаев экстренной поддержки бюджетов некоторых стран. Особая ситуация - с Белоруссией и Арменией, длительное время находившимися в условиях неблагоприятной внешней среды и нуждающимися в постоянной финансовой поддержке со стороны России. Но в любом случае финансовый фактор в общем контексте взаимоотношений РФ с СНГ менее значим, чем энергетический, внешнеторговый и миграционный.

Финансовое содействие странам СНГ показало невысокую эффективность не только в силу своего ограниченного характера, но и в связи с особенностями политической власти и государственного управления этих стран. Получая финансовое содействие, правительства государств Содружества не предпринимали в достаточной мере системных шагов по модернизации экономики и созданию внутренних механизмов обеспечения макроэкономической стабильности.

Недостаточная эффективность финансового содействия странам СНГ имела и чисто внутрироссийские причины. В России практически отсутствовали общепринятые в мире институты и инструменты государственной финансовой поддержки экспорта и инвестиций и технического содействия экономическому развитию зарубежных стран. Государственные кредиты оформлялись либо межправительственными соглашениями и предоставлялись для поддержания макроэкономической стабильности, урегулирования чрезвычайных ситуаций, реализации крупных проектов (носили точечный характер, были не в состоянии генерировать общую консолидацию интеграционных связей), либо опосредованно, через взносы России в международные финансовые организации, в которых национальность донора, с учетом нашего небольшого влияния в них, терялась.

В кризисный и посткризисный периоды финансовые рычаги обеспечения интересов России в СНГ могут еще более ослабнуть. Во-первых, во время кризиса заметно усилилось присутствие многосторонних и внерегиональных международных финансовых институтов в странах региона с разнообразными пакетами финансовой помощи и кредитной поддержки. Так, общая сумма действующих и согласованных (на начало 2010 г.) антикризисных финансовых пакетов МВФ для СНГ приблизилась к 23 млрд долл., в том числе 16,5 млрд долл. для Украины, 3,5 млрд долл. для Белоруссии, 1,2 млрд долл. для Грузии, 0,8 млрд долл. для Армении, 0,6 млрд долл. для Молдавии и по 0,1 млрд долл. для Таджикистана и Киргизии. Во-вторых, Россия пока просто не может предложить партнерам по СНГ больше денег, а тем более на таких же благоприятных условиях, как Китай, Евросоюз, ведущие исламские страны [5, с.75].

Вместе с тем, объективное усиление многосторонних и внерегиональных международных финансовых институтов на пространстве СНГ и превосходящие финансовые возможности основных конкурентов России в СНГ ни в коем случае не должны рассматриваться как повод для отказа или сознательного урезания бюджетных расходов на цели финансового и технического содействия государствам Содружества. Другое дело, что механизмы такого содействия должны быть переформатированы и там, где это целесообразно, выведены с двустороннего уровня на региональный (для смягчения негативных последствий мирового кризиса Россия с конца 2008 г. выделила или обязалась выделить Армении, Белоруссии, Молдавии и Киргизии финансовые ресурсы в размере около 5 млрд долл. - в основном кредиты на льготных условиях и на долгий срок). Такой подход позволит при сохранении за Россией - крупнейшим донором

региональных финансовых институтов - рычагов влияния и контроля за распределением средств привлечь дополнительные (пусть и не очень значительные) объемы финансирования для решения задач по устойчивому развитию национальных экономик стран СНГ, находящихся в русле стратегических российских интересов. Кроме того, для успешного развития интеграционных процессов в СНГ, состоящем из качественно различающихся национальных экономик, абсолютно необходимы коллективные финансовые институты, выполняющие стабилизирующие, адаптационные и консолидирующие функции в отношении общего экономического пространства [8, с.54].

К настоящему времени учреждены Евразийский банк развития (ЕАБР) и Антикризисный фонд ЕврАзЭС. Уставный капитал ЕАБР превышает 1,5 млрд долл. , из которых взнос РФ составил 1 млрд долл. В феврале 2009 г на саммите ЕврАзЭС было принято решение о создании Антикризисного фонда ЕврАзЭС, акционерами которого стали Россия, Казахстан, Белоруссия, Армения, Таджикистан и Киргизия. Общий размер Фонда запланирован на уровне 10 млрд долл., из которых 7,5 млрд долл. вносит РФ (в 2010 г. ресурсы Фонда составят 8,55 млрд долл.). Средства Фонда в том числе предполагается направить на оказание поддержки странам-участницам с низким уровнем подушевого дохода на условиях, сопоставимых с критериями официальной помощи развитию [4, с. 12].

Скоординированная активная деятельность этих двух финансовых институтов вполне может стать конструктивным противовесом расширению притока внерегионального официального финансирования в СНГ, в значительной мере стимулирующего центробежные тенденции. Для достижения реальных и значимых с точки зрения интересов России и других стран СНГ результатов деятельности ЕАБР и Антикризисного фонда ЕврАзЭС, возможно, потребуется их докапитализация, а главное - необходимо ускорить переход к практическому финансированию приоритетных социально-экономических проектов и программ, сделав механизм выделения средств оперативным и гибким. Антикризисный фонд не может быть бюрократической организацией.

По-прежнему острой проблемой для России, затрудняющей продвижение своих интересов в СНГ, является неразвитость институтов и механизмов поддержки экспорта. Существующая государственная гарантийная схема в известной степени дискриминирует государства Содружества, относя их к самой высокой группе риска с минимальными предельными объемами гарантирования (причем классификация стран по уровню риска нами же и разработана). Несмотря на очевидную потребность в усилении государственной поддержки коммерческой деятельности российских компаний на пространстве СНГ, нынешние механизмы (при всем их общем несовершенстве) недостаточно стимулируют и не обозначают приоритетность сотрудничества с СНГ, а, даже наоборот, фактически принижают значимость этого направления.

Так, для предоставления государственных гарантий в интересах развития российского экспорта промышленной продукции наши страны-партнеры поделены на 4 категории по степени риска (от минимальной О до 3-й категории,

из которых 1-3 охватывают страны, не располагающие кредитным рейтингом инвестиционного класса и для которых устанавливаются лимиты гарантирования). В соответствующем перечне иностранных государств, утвержденном Правительством РФ (от 25.04.2008 г. № 566-р), практически все страны СНГ отнесены к категории 3 - самой высокой группе риска с предельными ежегодными объемами финансирования от 10 до 50 млн долл. Вся сумма ежегодных лимитов для 9 стран Содружества (без Казахстана и Белоруссии) составляет 25 % от лимита для Индонезии (категория 1), 50 % от лимита для Филиппин (категория 2) и примерно равна лимиту для Македонии (также входит в категорию 3). На эти 9 стран приходится 7 % российского экспорта и только 1,75 % общей суммы лимитов, предусмотренных гарантийной схемой. Причем, согласно указанному Перечню, лимит для Грузии (50 млн долл.) равен сумме лимитов для Украины, Узбекистана, Туркмении, Киргизии и Молдавии вместе взятых (по 10 млн долл.) [5, с.77]. Такое распределение лимитов абсолютно не учитывает внешнеэкономические приоритеты России и обусловлено, как представляется, бухгалтерским, а не экономическим подходом - формированием лимитов, исходя, главным образом, из состояния взаимных расчетов между странами.

Весьма трудно обнаружить акценты в отношении сотрудничества с СНГ и в других программах поддержки экспорта: в реализации механизма возмещения из федерального бюджета части процентных ставок по экспортным кредитам; в предоставлении субсидий на поддержку субъектов малого и среднего предпринимательства, производящих и реализующих товары, предназначенные для экспорта. В сводном плане участия Минпромторга России в дотируемых из бюджета зарубежных выставочных мероприятиях 2009 г из девяти таких мероприятий лишь одно относилось к СНГ - Российская национальная выставка в Казахстане, в 2010 г - опять одно - 3-я российская промышленная выставка «ЕХРО Russia Armenia», но уже из 34 подобных мероприятий (17 мероприятий запланировано в Европе, 7 - в Азии, по 4 - в Латинской Америке и на Ближнем Востоке, 1 - в Африке) [8, с.77].

Для формирования в России конкурентоспособной, сопоставимой с зарубежными странами национальной системы поддержки экспорта в соответствии с поручением Правительства РФ (от 19.03.2009 г № ИШ-П2-1427) предусмотрено образование Агентства по страхованию экспортных кредитов и инвестиций, разработана концепция его создания. Представляется, что в дальнейшей работе по формированию Агентства при определении главных направлений его деятельности и разработке политики покрытия рисков следует учитывать приоритетные задачи России в СНГ

Помимо создания эффективной системы поддержки экспорта, актуальной является задача координации и повышения эффективности программ технического содействия зарубежным странам. Как одна из крупнейших экономик мира и член «большой восьмерки», Россия должна направлять средства на техническое содействие и гуманитарную помощь. Но такое финансирование пока еще слабо увязывается с решением долговременных политических и экономических задач нашей страны в том или ином регионе.

При правильно выстроенном содержании и формате технического содействия оно может стать действенным инструментом укрепления позиций России в СНГ. Для получения наибольшего эффекта техническое содействие СНГ необходимо обособить от других направлений такого содействия, сделать постоянным и системным по характеру решаемых задач, вывести на региональный межгосударственный уровень через создание коллективного Бюро технического содействия СНГ, где Россия, как самая развитая и крупная экономика, должна нести основное бремя расходов. При этом финансируемые проекты нужно согласовывать со странами-бенефициарами и учитывать их пожелания - но в рамках стратегических интересов России в СНГ. При формировании политики и механизмов технического содействия СНГ целесообразно выверено присмотреться к опыту Евросоюза, накопленного им в ходе реализации программы ТЛС18 (технического содействия СНГ).

Кроме энергетических и финансовых рычагов влияния в СНГ (по одним из которых наши возможности снижаются, другие же предстоит сформировать), сохраняются мощные рычаги, обусловленные ведущей ролью России как рынка сбыта продукции обрабатывающей промышленности и аграрного сектора стран СНГ как крупного работодателя для их граждан. На практике это означает постоянный большой интерес к сохранению и продолжению сотрудничества с Россией у значительной группы предприятий и предпринимателей из государств СНГ Вопросы доступа на российский рынок также являются крайне важными и чувствительными для правительств этих стран. Резкое падение цен на промышленное сырье и полуфабрикаты на мировом рынке из-за кризиса еще более укрепило в сознании постсоветских элит понимание ключевой роли российского рынка в обеспечении сбалансированного развития экономик Содружества.

Вместе с тем, воздействовать на партнеров по СНГ с помощью таких рычагов достаточно сложно в силу особой социально-политической чувствительности любых ограничительных мер в указанных областях. Любые подобные действия со стороны России (и даже вполне законные и обоснованные) будут затрагивать интересы значительных групп в странах Содружества и могут стимулировать нежелательные для нас настроения.

Возможности, возникающие в процессе политического взаимодействия России со странами СНГ, представляются в краткосрочном плане более эффективным инструментом.

В большинстве случаев Россия является естественным и желательным союзником для государств Содружества, хотя в ряде стран СНГ важную, но не определяющую роль в формировании политического курса играет антироссийский фактор. В этой связи следует отметить, что адекватное использование находящегося в руках руководства России политического ресурса - ключевой 'фактор, который предотвратил распад структур СНГ и обеспечивал определенное продвижение (в ответ на политическую поддержку) интересов российского крупного бизнеса в странах-партнерах.

Однако, доминирование политического фактора в системе экономического партнерства в СНГ создало, а затем закрепило в ней ряд внутренних диспропорций. Отметим главные.

Во-первых, «перенос» главных акцентов экономического, интеграционного взаимодействия на высший уровень вызвал его отрыв от интересов основной категории хозяйствующих субъектов - малого и среднего бизнеса, которые обеспечивают необходимую критическую массу для запуска механизмов реальной интеграции. Не произошло «подтягивания» более низких уровней взаимоотношений (экспертного, межведомственного) до уровня политического взаимодействия.

Диалог на высшем уровне, обеспечивая ключевые рамки для взаимодействия стран СНГ (политическую поддержку СНГ ОДКБ, ЕврАзЭС, ШОС) и продвигая некоторое число важных проектов, не смог полностью решить все вопросы создания правовой и договорной среды, благоприятной для торговли и инвестиций, поддержки экспорта, координации экономической политики, гармонизации законодательства и т. д. Не сумел способствовать созданию системных предпосылок для укрепления интеграционного взаимодействия.

Во-вторых, еще больше оказалась диспропорция между многосторонним взаимодействием и двусторонним - в пользу второго. Политическое влияние России на страны-партнеры осуществляется, в основном, в двустороннем формате. Это отодвинуло вопросы формирования интегрированных многосторонних структур в рамках СНГ на второй план. Индивидуально мотивировать исключительно политическими средствами страны СНГ на формирование (в формате всего Содружества) общего экономического пространства не оказалось возможным - слишком значительны их политические про—тиворечия и расхождения в интересах. Вместо этого избран вариант поэтапного «стягивания» СНГ через формирование его успешного «интеграционного ядра» в виде Таможенного союза, а затем подключения в той или иной форме к этому «ядру» других стран.

Возникла и управленческая проблема: политический диалог на высшем уровне с партнерами по СНГ определяет основное направление работы правительственных структур, которые подкрепляют его двусторонними документами программного характера (и, в их развитие, национальными системами контроля за их выполнением). К насыщению двусторонних повесток дня привлекаются и основные экспертные ресурсы. В результате восприятие партнерами друг друга как частей общего интеграционного пространства ухудшается. Ослабевает и координация между двусторонними диалогами. Без противодействия такой динамике процесс формирования общего экономического пространства СНГ может столкнуться с дефицитом стимулов и имплементационных механизмов.

Таким образом, для формирования жизнеспособной реинтеграционной политики на пространстве СНГ необходимо признать ряд сложившихся закономерностей, под влиянием и с учетом которых будут развиваться отношения России с этими странами в длительной перспективе.

Во-первых, Россия и ее значительный, хотя и не в полной мере реализуемый потенциал содействия экономическому развитию стран-партнеров (через торговлю, инвестиции, через предоставление на взаимовыгодных условиях энергоресурсов, транспортных путей, технических компетенций, телекоммуникационного пространства, через возможности трудовой миграции, образования, социально-культурного обмена, русского языка как языка межнационального общения и др.) будет оставаться главным «локомотивом» и ключевым звеном экономической интеграции на постсоветском пространстве. Неготовность России в достаточной мере предоставить эти возможности партнерам автоматически чревата свертыванием интеграционных проектов (не исключая Таможенный союз).

Во-вторых, расстановка внешних сил, участвующих в определении будущей конфигурации экономического пространства СНГ, к настоящему времени определилась. Россия более не является безальтернативным стратегическим партнером для совместного развития стран Содружества. Экономически эту роль готовы взять на себя, прежде всего, Китай и Евросоюз. Оба этих центра силы будут определять свои дальнейшие действия с учетом политических сигналов, которые они получат (или не получат) из Москвы, но в любом случае их проникновение в экономику и степень влияния на формирование экономической политики стран СНГ будут возрастать. Поэтому принципиально важна ориентация на то, чтобы основные экономические интересы стран СНГ не оказались за пределами этого объединения.

В-третьих, Россия не располагает достаточными ресурсами и не достигла уровня экономической привлекательности, необходимого для того, чтобы «замкнуть на себя» основные внешнеэкономические (не говоря о внешнеполитических) интересы стран СНГ. Следовательно, «интеграционный проект» СНГ может развиваться при условии, что в нем будет устраивающим участников образом определено место внешних партнеров.

В-четвертых, с учетом геостратегического приоритета постсоветского пространства для России, потеря здесь опережающего влияния будет означать снижение международного веса страны вплоть до уровня региональной державы. С точки зрения национальных интересов, такую перспективу следует оценивать как неприемлемую.

Литература

1. Бордачев Т.В. Пределы европеизации. Россия и Европейский союз 1991 -2007 гг.: теория и практика отношений. М. :ГУ-ВШЭ, 2008.

2. Вардомский Л. Б. Регионализация постсоветского пространства: факторы, особенности, тенденции. Научный доклад. М.: Институт экономики РАН. 2010.

3. Винокуров Е. Проблемы создания Общего экономического пространства ЕС-Россия. // «Мировая экономика и международные отношения», 2009, N 3.

4. Косикова Л.С. Интеграционные проекты России на постсоветском пространстве: идеи и практика. Научный доклад. М.: Институт экономики РАН., 2010.

5. Кулик С., Спартак А., Юргенс И. Экономические интересы и задачи России в СНГ. М.: Библиотека Института современного развития., Экон-Информ, 2010.

6. Лихачев А.Е. Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана: история, современный этап и перспективы развития // Российский внешнеэкономический вестник, 2010 г. - №6. - 4-23 с.

7. Постсоветское пространство: реалии и перспективы. Выступления участников «круглого стола». Институт экономики РАН, 27 марта 2008., М. -2009.

8. Спартак А.Н. Развитие и международно-правовое регулирование процессов региональной экономической интеграции: новые тенденции и явления в начале XXX века // Российский внешнеэкономический вестник, 2010 г. - №6. - 52-56 с.

Новые исследования молодых учёных

Нисковских М.А.

Рыночная эффективность маркетинговых программ экспертизы безопасности энергостроительного комплекса РФ

Наш собственный анализ внештатных ситуаций и уровня аварийности в энергетическом комплексе Российской Федерации позволяет утверждать, что за минувшие пять лет наблюдается снижение качества экспертизы безопасности на объектах энергетического строительства в ряде субъектов Российской Федерации. В этой связи, надлежит адресоваться к высокой степени технических просчетов, возникших при проектировании Саяно-Шушенской ГРЭС, что, в конечном счете, привело к человеческим жертвам. К негативным рыночным последствиям подобной низкоквалифицированной экспертизы безопасности энергостроительного комплекса РФ можно отнести тот факт, что после названной аварии энергообеспеченность объектов народного хозяйства на Дальнем Востоке была снижена (в течение 1 года и более) на 20%, а население таких субъектов РФ, как Приморский край, Камчатская область, Хабаровский край было вынуждено сократить потребление электроэнергии (помесячно) на 22-23% в течении последних двух лет. В данной рыночной ситуации Правительство РФ пошло на определенные организационные меры по выработке новых методологических подходов к реструктуризации бизнеса в сфере энергосбережения. Базовые теоретические воззрения мировых научных школ на проблему энергоэффективности и энергосбережения составили в России единую концептуальную составляющую маркетинговых мероприятий в системе