Модификации концепта в процессе перевода

МЕЖКУЛЬТУРНАЯ КОММУНИКАЦИЯ

УДК 81.42

С. Л. Мишланова Модификации концепта в процессе перевода

Исследование выполнено в русле когнитивного переводоведения, ключевыми категориями которого являются переводящая личность, концепт, дискурс, ментальная модель (фрейм) текста оригинала, перевод как вербальная репрезентация фрейма. На основании сравнительного анализа фреймов медицинского концепта в пьесе Б. Шоу и двух ее переводах на русский язык выявлены модификации исходного концепта.

The study is carried out in the field of cognitive translatology concerning such key notions as translating personality, concept, discourse, mental model of an original text, translation. The comparative study of frames and their verbal representation in B. Show’s play «The Doctor’s Dilemma» and its two translations revealed significant concept modification.

Ключевые слова: когнитивное переводоведение, концепт, фрейм,

вербальная репрезентация, дискурс, перевод.

Key words: ^gnitive translatology, concept, frame, verbal representation, discourse, translation.

Современное переводоведение, как и лингвистика в целом, характеризуется антропоцентризмом и повышенным интересом к переводящей личности [1; 2; 3; 5; 7; 11]. В связи с этим перевод, понимаемый как деятельность переводчика, все чаще стал рассматриваться с когнитивной точки зрения. Когнитивная трактовка перевода обусловила развитие теоретических основ переводоведения и необходимость более четкой дифференциации материала и объекта теории перевода. Иными словами, в современной теории перевода выделяют материал (вербальный линейный текст), и собственно объект, или ментальную модель текста оригинала. Сам перевод представляет при этом «процесс двоякого рода: он включает работу переводчика с материалом, однако главной целью переводчика является работа с объектом перевода» [3, с. 89].

В процессе понимания текста оригинала (извлечения иерархии смыслов и построения ментальной модели текста) переводчик оперирует различными видами знания - от обобщенных представлений до научных понятий. При этом операциональная ментальная единица, соотносимая со всеми типами знаний о каком-либо феномене, определяется в когнитивной лингвистике как концепт

[2; 6; 9]. Поскольку, по определению Г.П. Щедровицкого, знание представляет собой элемент деятельности [14, с. 216], а формирование и развитие знания происходит в деятельности профессиональной, то концепт представляет собой

профессиональное знание различного уровня теоретического обобщения. Концепт имеет различные формы репрезентации:

ментальную (фрейм) и вербальную (дискурс). Когнитивнодискурсивный подход, реализуемый в современном переводоведении, предполагает рекуррентный анализ переводческой деятельности: от анализа репрезентации концепта до анализа (интерпретации) дискурса с выявлением соотносимого с ним концепта. Таким образом, перевод рассматривается нами как один из способов вторичной

репрезентации специального знания.

Цель настоящего исследования заключается в выявлении специфики модификации медицинского концепта в процессе

перевода. В исследовании заложена следующая гипотеза: если переводчик ориентирован преимущественно на работу с «материалом» и не стремится понять репрезентируемый текстом научный концепт, то в процессе перевода возможна модификация исходного концепта. Для реализации поставленной цели мы в качестве источника материала выбрали репрезентацию медицинского концепта в драме Б. Шоу «The Doctor’s Dilemma» (1906) и модификацию концепта в двух переводах пьесы на русский язык: А. Майской «Дилемма доктора» и П. Мелковой «Врач перед дилеммой» [12; 13; 18].

Прежде всего, следует подчеркнуть, что медицинский концепт используется Б. Шоу как средство художественной образности пьесы, как способ создания напряженности кульминационного момента. Один из парадоксов драмы заключается в следующем: в пьесе два смертельно больных человека - талантливый, но аморально ведущий себя, приносящий страдания окружающим молодой художник (Луи Дюбеда) и порядочный, добродетельный немолодой врач (Бленкинсоп), однако вылечить можно только одного из них. Лечение же представляет собой новый метод, научное открытие, а поэтому оно эксклюзивно и практически недоступно; это изобретение одного из героев драмы - врача-бактериолога сэра Коллензо Риджена.

Прототипом знаменитого персонажа драмы был близкий друг Б. Шоу (1856-1950) английский врач и бактериолог сэр Элмрот Райт (1861-1947). Одним из выдающихся научных достижений Э. Райта была попытка объединить в собственной теории иммунитета «сильные» стороны двух существовавших в то время концепций иммунитета - клеточной и гуморальной, сторонники которых в течение более чем двадцати лет не могли (и не хотели) прийти к компромиссу. Основоположником первой из них - теории клеточного иммунитета -был русский ученый И.И. Мечников (1845-1916), в 1882 г. открывший

главный фактор иммунитета - фагоцитоз, или поглощение и уничтожение микробов клетками-фагоцитами. Автором другой концепции иммунитета был представитель немецкой иммунохимической школы П. Эрлих (1854-1915), в 1897 г. предложивший первую теорию образования антител (теорию «боковых цепей»), ключевая роль в которой отводилась иммунным факторам сыворотки крови. Каким бы жестким ни было противостояние школ клеточного и гуморального иммунитета, но в истории науки и фагоциты, и гуморальные факторы получили достойную оценку: в 1908 г. П. Эрлих и И.И. Мечников были удостоены Нобелевской премии за вклад в развитие иммунологии. Примечательно, что в своей теории Э. Райт, задолго до вручения «примиряющей» награды, попытался объяснить, каким образом взаимодействуют фагоциты и гуморальные факторы (им было дано название опсонины) в противодействии организма микробам [8; 10]. В целом, защита от микробов, по Э. Райту, выглядела следующим образом. Фагоцитоз микробов происходит после их взаимодействия с гуморальным (содержащимся в сыворотке крови) защитным фактором - опсонином; врач может активировать фагоцитоз, увеличивая концентрацию опсонина с помощью прививки в фазу нарастания синтеза эндогенного опсонина (после определения «индекса опсонина»1).

Значение прививки в лечении людей иллюстрирует представленный ниже фрагмент текста оригинала.

«SIR PATRICK. And pray how are you to know whether the patient is in the positive or the negative phase?

RIDGEON. Send a drop of the patient's blood to the laboratory at St. Anne's; and in fifteen minutes I'll give you his opsonin index in figures. If the figure is one, inoculate and cure: if it's under point eight, inoculate and kill. Thats my discovery: the most important that has been made since Harvey discovered the circulation of the blood. My tuberculosis patients dont die now» [18].

При этом общее представление о защитной прививке (концепт), сформированное во времена Э. Райта и, соответственно, Б. Шоу, можно представить в виде фрейма «Прививка».

Вакцина - ее вводит врач = Объект

Опсониновый индекс - его измеряют = Объект Больной - претерпевает действия

1 Опсонины - это факторы сыворотки крови, обеспечивающие адгезию микроорганизмов, целых погибших клеток или их фрагментов и других частиц поверхностью фагоцитов и повышающих скорость фагоцитоза; один из важнейших опсонинов - 3-й компонент комплемента [17].

Рис. 1. Фрейм «Прививка» в пьесе Б. Шоу

Как показано на рис. 1, фрейм «Прививка» включает слоты Больной, Опсониновый индекс, которые соотносятся с представлением об организме пациента и отделяются на рисунке сплошной чертой от слота Врач и пунктирной линией от слота Вакцина (она вводится в организм человека). Врач (субъект) измеряет опсонин (Опсониновый индекс) (объект) и вводит Вакцину (объект) в организм больного. Пациент при этом пассивно претерпевает действия врача, который либо вылечивает его (cure), либо убивает (kill), в зависимости от того, в какой фазе находился больной, когда врач делал прививку.

Обратимся к анализу переводов. В переводе А. Майской описание прививки дается следующим образом:

«Сэр Патрик. Но скажи на милость, как ты узнаешь; в какой фазе находится больной?

Риджон. Пошлите каплю крови больного в лабораторию больницы святой Анны, и через пятнадцать минут я вам сообщу индекс опсонина. Если индекс единица - можете делать прививку, и больной будет излечен; если же индекс ниже восьми десятых, то прививка погубит больного. Вот в чем мое открытие - самое важное со времени Гаврея, открывшего кровообращение. Мои туберкулезные больные теперь не умирают» [12].

В ходе сопоставительного анализа текста оригинала и перевода выявлено, что фрейм исходного концепта автора сохраняется в переводе. Обсуждение наиболее удачного времени для прививки структурируется переводчиком с помощью тех же слотов, что и у Б. Шоу, т. е. речь идет о слотах Вакцина, Опсониновый индекс, Больной и Врач. Однако переводчик не поддерживает исходную авторскую модель, которая, напомним, заключается в том, что врач, вводя вакцину, сам несет ответственность за здоровье больного, и от него зависит судьба последнего, ведь врач может либо излечить его, либо убить. А. Майская полностью снимает ответственность с врача («больной будет излечен») [подчеркнуто нами. - С.М.], страдательный залог, как известно, используется в тех случаях, когда субъект действия нерелевантен.

В переводе А. Майской больного излечивает/убивает прививка, т. е. Вакцина, врач, хоть и выступает субъектом действия, пассивен в отношении здоровья больного, он лишь вводит вакцину. Переводчик утверждает, что «если же индекс ниже восьми десятых, то прививка погубит больного» [подчеркнуто нами. - С.М.]. Глагол «погубить» означает «привести к гибели, уничтожить» [15], речь идет о

сознательном уничтожении, прививка стала субъектом за счет персонификации. В целом фрейм «Прививка» представлен на рис. 2.

Вакцина - лечит/убивает больного = Субъект

Опсониновый индекс - его измеряют в цифрах = Объект Больной - претерпевает действия

Врач - измеряет опсонин, делает прививку = Субъект

Рис. 2. Фрейм «Прививка» в переводе А. Майской

Сопоставительный анализа фреймов оригинала и перевода свидетельствует о том, что представленный на рис. 2 фрейм «Прививка» не в полной мере соотносится с фреймом текста оригинала. Хотя слоты фрейма остаются такими же, представление о процессе выздоровления/невыздоровления в тексте перевода меняется, поскольку ответственность за здоровье больного «возлагается» на Вакцину (субъект-агенс). Больной в переводе А. Майской остается пассивным (субъектом-пациенсом), а Врач становится субъектом-пациенсом.

Во втором переводе (П. Мелковой) концепт также структурируется с учетом выявленных нами ранее в тексте оригинала слотов, однако переводчик отводит роль выздоровления самому больному. Медицинский концепт получает в этом варианте перевода следующую репрезентацию:

«Сэр Патрик. А скажите на милость, откуда вы знаете, когда больной находится в позитивной фазе и когда в негативной?

Риджен: Пошлите каплю его крови в лабораторию больницы святой Анны, и через четверть часа я назову вам точную цифру содержания опсонина. Если его достаточно, делайте прививку -больной исцелится. Если нет, не делайте прививки - вы убьете его. В этом и состоит мое открытие - важнейшее со времени открытия Гавреем кровообращения. Мои пациенты, страдающие туберкулезом, больше не умирают» [13].

Сопоставительный анализ перевода и текста оригинала показал, что в переводе больной может излечиться сам. Об этом свидетельствует выражение «больной исцелится». Но с другой стороны, он также является и пациенсом, так как в переводе П.Мелковой его убивают («Если нет, не делайте прививки - вы убьете его»). Фрейм «Прививка» в переводе П. Мелковой представлен на рис. 3.

Вакцина - ее вводит врач = Объект

Опсониновый индекс - его должно быть достаточно/недостаточно = Объект Больной - сам исцеляется/его убивают = Субъект

Рис. 3. Фрейм «Прививка» в переводе П. Мелковой

Как показано на рис. З, фрейм так же, как и фрейм предыдущего перевода, не в полной мере соотносится с фреймом текста оригинала. Ключевая роль в выздоровлении принадлежит не столько Врачу или Вакцине, сколько самому Больному (субъект-агенс).

Таким образом, в ходе сопоставительного анализа репрезентации медицинского концепта в пьесе Б. Шоу и двух ее переводах на русский язык были выявлены следующие модификации исходного концепта в текстах переводов.

1. В тексте оригинала слоты, репрезентирующие основные компоненты ситуации, в которой производится прививка (Вакцина, Врач, Больной), представлены комбинацией «субъект-агенс (Врач) + два объекта (Опсонин и Вакцина) + субъект-пациенс (Больной)», при этом субъект-агенс Врач с помощью объекта Вакцина лечит субъекта-пациенса Больного; ключевую роль в исцелении Больного играет субъект-агенс Врач.

2. В переводе А. Майской исходная комбинация модифицируется и приобретает вид «субъект-агенс (Вакцина) + «два субъекта-пациенса» (Больной и Врач) + объект (Опсонин)», при этом функция Врача - лишь ввести вакцину, сама Вакцина персонифицируется и «берет на себя ответственность за здоровье больного».

3. В переводе П. Мелковой также происходит модификация

исходного концепта, и комбинация основных слотов выглядит как «субъект-агенс (Врач) + два объекта (Опсонин и Вакцина)» + «субъект (агенс/пациенс)» (Больной). Примечательно, что

изначально пассивный Больной, подвергающийся воздействию Врача, становится ключевым фактором своего выздоровления; роль изначально активного субъекта - Врача, профессионала в своем деле - сводится к функции вспомогательного персонала, он лишь делает прививку.

Другой пример иллюстрирует зависимость эффекта прививки от фазы синтеза опсонина в организме человека. При этом утверждается, что если прививка делается больному в так называемой «негативной» фазе, то больной умирает, а если в «позитивной» - выздоравливает. У Б. Шоу этот концепт представлен следующим образом:

«SIR PATRICK. And mine do when my inoculation catches them in the negative phase, as you call it. Eh?

RIdGeON. Precisely. To inject a vaccine into a patient without first testing his opsonin is as near murder as a respectable practitioner can get. If I wanted to kill a man I should kill him that way» [18].

В ходе концептуального анализа текста-оригинала создается фрейм «Вакцинация».

Прививка - «застает» больного в определенную фазу = Субъект

Опсонин - его измеряют = Объект Больной - ему делают прививку, могут убить = Субъект

Врач - совершает действия с больным и вакциной = Субъект (агенс/пациенс) Рис. 4. Фрейм «Вакцинация» в пьесе Б. Шоу

Как показано на рис. 4, фрейм «Вакцинация» включает слоты, соотносимые с представлением об организме пациента (Больной, Опсонин), отделенные сплошной чертой от слота Врач и пунктирной линией от слота Прививка. Врач (субъект) измеряет Опсонин (объект) и делает Прививку - совершает действия с больным и вакциной (субъект), но при этом роль пациента пассивна, он лишь подвергается воздействию. Роль же прививки усиливается, она персонифицируется, и процесс вакцинации представляется метафорически: inoculation catches. Таким образом, прививка «ловит» больного.

Обратимся к анализу переводов. В переводе А. Майской дается следующее описание прививки с учетом активности синтеза опсонина:

«Сэр Патрик. А мои [пациенты. - С.М.], значит, умирают, когда прививка делается в негативной фазе, как ты ее называешь?

Риджон. Совершенно верно. Впрыснуть вакцину больному без анализа его опсонина - значит обречь его на верную гибель, и об этом знает всякий опытный врач. Если бы я захотел убить человека, я убил бы его таким способом» [12].

В ходе сопоставительного анализа текста оригинала и перевода выявлено, что фрейм исходного концепта сохраняется в переводе. Репрезентируемый в диалоге врачей концепт об оптимальном времени для прививки структурируется переводчиком с помощью тех же слотов, что и у Б. Шоу, т. е. речь идет о слотах Вакцина, Опсонин, Больной и Врач. Однако роли участников данного процесса меняются в тексте перевода: Врачу отводится ключевая роль в судьбе больного: он и измеряет опсонин, и вводит вакцину, и «обрекает на гибель» (или исцеляет) больного. В оригинале же, как было замечено, переводчик избежал метафоры, именно Прививка совершает действия над Больным, и хотя врач и выступает субъектом действия, он пассивен в отношении здоровья больного, он лишь вводит вакцину. Это представлено прежде всего лексически, переходный глагол действия to catch обозначает, что действие направлено непосредственно на больного. В переводе Прививка «делается» употребление страдательного залога свидетельствует о пассивной роли Прививки. В целом фрейм «Вакцинация» представлен на рис. б.

Опсонин - его измеряют = Объект Больной - ему делают прививку, могут убить = Субъект

Врач - совершает действия с больным и вакциной, «знает», что может убить пациента = Субъект

Рис. 5. Фрейм «Вакцинация» в переводе А. Майской

Итак, представленный на рис. 5 фрейм «Вакцинация» не в полной мере соотносится с фреймом текста оригинала. Хотя слоты фрейма остаются такими же, представление о процессе прививания пациента в той или иной фазе изменилось: Прививке отводится второстепенная роль (объект). Больной остается пассивным субъектом-пациенсом.

Во втором переводе - переводе П.Мелковой - концепт также структурируется с учетом выявленных нами ранее в тексте оригинала слотов, однако при этом акцентируется роль Врача: он «совершает убийство». Напомним, что в оригинале это звучит как «as near murder as», где союзы сравнения смягчают семантику существительного, а в переводе А. Майской врач «обрекает пациента на верную гибель». Перевод П. Мелковой выглядит следующим образом: «Сэр Патрик. А мои умирают, если прививка застает их в негативной фазе, говоря вашим термином? Так ведь? Риджен. Именно так. Делать больному прививку, не установив предварительно содержание опсонина в его организме, значит совершать убийство, что и делают мои почтенные коллеги. Ели бы я захотел убить человека, я убил бы его именно таким способом» [13].

Сопоставительный анализ перевода и текста оригинала показал, что в переводе возрастает значимость деятельности Врача. В то же время переводчик сохраняет метафору текста оригинала, а именно персонификацию прививки: «прививка застает». Фрейм «Вакцинация» в переводе П. Мелковой представлен на рис. 6.

Прививка - «застает» больного в определенную фазу = Субъект

Опсонин - его измеряют = Объект Больной - ему делают прививку, могут убить = Субъект

Врач - совершает действия с больным (убивает?) и вакциной = Субъект

Рис. б. Фрейм «Вакцинация» в переводе П. Мелковой

Как показано на рис. б, фрейм перевода соотносится с оригиналом. Надо сказать, что в обоих переводах сокращается дистанция между Врачом и Больным. Так, в оригинале Врач совершает действия с вакциной, а не с больным: to inject a vaccine. Больной представляется в качестве «контейнера» для вакцины: into a

patient. В переводах же Врач непосредственно взаимодействует с Больным: впрыснуть вакцину больному (А. Майская), делать больному прививку (П. Мелкова).

Интересным представляется также следующий факт: в оригинале, подводя итог дискуссии, врач Коленсо Риджен говорит: «To inject a vaccine into a patient without first testing his opsonin is as near murder as a respectable practitioner can get» [подчеркнуто нами. - С.М.]. Обращает на себя внимание составное сказуемое can get. По-видимому, в связи с широкой семантикой глагола get в переводах наблюдаются существенные расхождения при передаче концепта текста оригинала. Например: «Впрыснуть вакцину больному без анализа его опсонина - значит обречь его на верную гибель, и об этом знает всякий опытный врач» (А. Майская); «Делать больному прививку, не установив предварительно содержание опсонина в его организме, значит совершать убийство, что и делают мои почтенные коллеги» (П. Мелкова).

Примечательно, что оба переводчика опускают модальный глагол can. В англоязычном толковом словаре глагол can определяется как ‘1. be able to; 2. have permission to’ [16]. Ни в одной из грамматик английского языка не говорится, что модальный глагол может быть опущен при переводе. Глагол can употребляется в тех случаях, когда сообщают о возможности или невозможности совершить действие в конкретной ситуации или выясняется эта возможность. Он имеет значение возможности того или иного действия, но не его обязательности. Переводчики же, опуская глагол can, оказываются слишком категоричными. В действительности, по Элмроту Райту, речь идет о том, что прививка, сделанная без предварительного анализа опсонина, может убить человека (если она случайно пришлась на фазу низкого синтеза опсонина), а может и не убить (если синтез опсонина в момент прививки был повышенным).

Итак, проведенный сопоставительный анализ репрезентации медицинского концепта в пьесе Б. Шоу и двух ее переводах на русский язык позволил выявить модификации исходного концепта (текста оригинала) в текстах переводов.

1. В тексте оригинала слоты, репрезентирующие основные компоненты фрейма «Вакцинация» (Прививка, Врач, Больной, Опсонин), представлены комбинацией «два субъекта-агенса (Врач и Прививка) + объект (Опсонин) + субъект-пациенс (Больной) », при этом субъект-агенс Врач и субъект-а ген с Прививка воздействуют на субъекта-пациенса Больного; при этом Прививка персонифицируется и выступает в качестве агенса.

2. В переводе А.Майской исходная комбинация модифицируется и приобретает вид «субъект-агенс (Врач) + субъект-пациенс (Больной) + два объекта (Прививка и Опсонин)», при этом Врач воздействует на больного при помощи двух объектов.

3. В переводе П. Мелковой сохраняется исходный концепт текста оригинала, однако возрастают «полномочия» Врача.

Итак, в результате когнитивно-дискурсивного анализа в сравнительно-сопоставительном аспекте, включающем методику фреймового анализа, было выявлено, что в процессе перевода происходит модификация концепта (например, диаметральным образом изменилась позиция ключевых субъектов). Модификация концепта имеет кумулятивный характер и влечет за собой серьезные переводческие неудачи. При этом переводческие неудачи вызваны, как правило, тем, что переводчик не следует логике концептуализации, а создает текст, не учитывая исходный научный концепт.

Тот факт, что в процессе перевода происходит модификация концепта, осознается и самими переводчиками, и специалистами в области теории перевода. В связи с этим возможность концептуального моделирования (в том числе конструирования) приобретает особую актуальность, поскольку позволяет регулировать модификацию концепта в процессе перевода и, тем самым, оптимизировать деятельность переводчика.

Список литературы

1. Алексеева Л.М. Специфика научного перевода: учеб. пособие. - Пермь, 2002.

2. Алексеева Л.М. Медицинский дискурс: теоретические основы и принципы анализа: монография. - Пермь, 2002.

3. Алексеева Л.М. Объект и предмет современного переводоведения // Вестник Пермского университета. Сер. Иностранные языки и литературы. - 2008.

- Вып. 5 (21). - С. 85-90.

4. Арутюнова Н.Д. Дискурс // Лингвистический энциклопедический словарь. -М., 1990. - С. 365-366.

5. Кушнина Л.В. Языки и культуры в переводческом пространстве: монография. - Пермь, 2004.

6. Кубрякова Е.С. Концепт // Краткий словарь когнитивных терминов. - М., 1996. - С. 90-93.

7. Серова Т.С. Психология перевода как сложного вида иноязычной деятельности: монография. - Пермь, 2001.

8. Сильверстайн А. История иммунологии // Иммунология: в 3 т. - М., 1987. -Т. 1. - С. 6-48.

9. Степанов Ю.С. В мире семиотики // Семиотика: Антология. - М., Екатеринбург, 2001. - С. 5-42.

10. Ульянкина Т.И. Зарождение иммунологии: монография. - М., 1994.

11. Фесенко Т.А. Перевод в зеркале когнитивной науки // С любовью к языку.

- М., 2002. - С. 65-71.

12. Шоу Б. Дилемма доктора / пер. А. Майской // Иностранная литература. -1975. - № 5. - С. 155-199.

13. Шоу Б. Врач перед дилеммой / пер. П. Мелковой // Шоу Б. Собр. соч.: в 6 т. - М., 1986. - Т. 6. - С. 189-284.

14. Щедровицкий Г.П. Проблемы логики научного исследования. - М., 2004.

15. Lingvo 11. - [Электронный ресурс] - режим доступа: http //

www.lingvodictionary.com.

16. Longman Dictionary of English Language and Culture. - Harlow, 2002.

17. Multitran. - [Электронный ресурс] - режим доступа: http //

www.multitandictionary.com.

18. Show B. The Doctor’s Dilemma. - [Электронный ресурс] - режим доступа: http // www.online-literature.com