ПРАВО НА ТАЙНУ СВЯЗИ АБОНЕНТА И ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

НОВЕЛЛЫ ПРАВА И ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ

Право на тайну связи абонента и пользователя

Изотова Анжелика Николаевна,

аспирант кафедры информационного права Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики»

E-mail: anzheliki@rambler.ru

С развитием цифровых технологий большое значение приобретает проблема защиты различного рода данных, относящихся к информации ограниченного доступа, в том числе к тайне связи. В статье рассматривается право на тайну связи абонента (лица, которое заключает договор с оператором связи) и пользователя услуг связи. Примерами таких правоотношений являются отношения по поводу тайны переписки и телефонных переговоров между работодателем и работником, а также родителем и ребенком. Из взаимоотношений субъектов тайны связи между собой данный вид представляется наиболее сложным и наименее урегулированным. Поэтому автором предпринята попытка разграничения права абонента и пользователя. В результате исследования автором сделан вывод о конфликте права на тайну связи абонента и права на тайну связи и неприкосновенность частной жизни пользователя. Также освещена подходы к разрешению такого конфликта, в том числе с учетом практики Европейского союза.

Методологическую основу исследования составляют формально-юридический, сравнительный методы, метод аналогии.

Ключевые слова: тайна связи, тайна переписки, частная жизнь, конфиденциальность, работник, несовершеннолетний.

Одним из актуальных вопросов является неприкосновенность частной жизни и защита тайны коммуникаций, гарантированные ст. 23 Конституции России. Несмотря на то, что эти основные права признаны достаточно давно за каждым, остается спорным вопрос о тайне связи, когда в отношения с оператором связи вступает одно лицо, а фактически пользуется услугами связи - другое.

Организации довольно часто предоставляют своим сотрудникам корпоративные средств связи (мобильную связь, электронную почту и т.п.). Заключая договор с оператором связи, юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, выступают в отношениях в качестве абонента. Федеральный закон от 07.07.2003 г. № 126-ФЗ «О связи», а также утвержденные постановлениями Правительства Рф правила оказания соответствующих услуг связи обязывают оператора связи предоставлять абонентам информацию об оказанных услугах связи, включая детализированные отчеты об оказанных услугах, содержащие информацию о входящих вызовах и номерах, а абонент вправе требовать предоставления такой информации. Иными словами, в части права абонента на доступ к сведениям о соединениях, совершенных пользователями, сложностей, как правило, не возникает. Основной спорный момент лежит в плоскости содержания соединения (сообщения).

В организациях в целях обеспечения коммерческой тайны и контроля эффективности работы сотрудников зачастую ведется мониторинг разных каналов связи. На рынке предлагается огромное количество услуг, обеспечивающих проведение такого мониторинга, включая мониторинг электронной почты, пользования мобильными приложениями, посещения сайтов.

Как водится, мнения о законности мониторинга коммуникаций сотрудников работодателем рознятся в научной литературе. Сторонники законности мониторинга заявляют о том, что тайна таких коммуникаций принадлежит работодателю, т.е. абоненту. Кроме того, средства коммуникаций предоставлены работнику в целях выполнения им трудовой функции. Другие же полагают, что данные аргументы не выдерживают критики. Ведь и в служебной переписке возможен обмен личной информацией, в том числе и между коллегами. Поэтому сообщения в служебных коммуникациях должны охраняться как тайна связи работника [1]. В качестве решения конфликта прав работника и работодателя предлагается получе-

5 -о

сз

<

ние согласия работника на контроль соединений по служебным каналам связи, предоставленным работодателем, либо уведомление работников об этом, в том числе посредством включения соответствующих положений в локальные нормативные акты работодателя [2, с. 109]. Однако, на наш взгляд, уведомление работника о том, что канал связи контролируется со стороны работодателя, не является достаточным основанием для такого контроля. Как справедливо указал А.В. Юшкевич, решение данного вопроса заключается во включении в трудовой договор согласия работника на то, что в рабочее время его коммуникации не являются конфиденциальными для работодателя. Это условие будет иметь правовое значение ввиду того, что трудовой договор является соглашением, т.е. проявлением свободного волеизъявления сторон [3, с. 27]. Но и такие предложения подвергаются критике, поскольку в современных реалиях работник имеет зависимое положение от работодателя и вынужден соглашаться с условиями трудового договора, предложенного ему работодателем, что позволяет говорить об ограничении свободы в реализации личных прав работника [4, с. 62].

Российское законодательство в области защиты конфиденциальности коммуникаций во многом развивается в тенденциях европейского права. Поэтому следует отметить влияние решений Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) на формирование правовых позиций в России.

При рассмотрении спора «Копланд (Copland) против Соединенного Королевства» [5] ЕСПЧ встал на сторону работника, который обратился за защитой своего права на уважение частной жизни и тайну коммуникаций и которое было нарушено действиями работодателя по контролю телефонных переговоров, электронной переписки и Интернета. Позиция суда была в большей части определена отсутствием законодательного и локального регулирования этого вопроса.

В деле «Барбулеску (Barbulescu) против Румынии» [6] ЕСПЧ также признал мониторинг работодателем переписки работника по электронной почте, предназначенной для выполнения трудовых обязанностей, нарушением права на неприкосновенность частной жизни и корреспонденции (ст. 8 Конвенции о защите прав и основных свобод). При этом важное значение данного дело обусловлено тем, что ЕПСЧ выведены критерии, способствующие балансу прав работника. Суд указал, что «должно учитываться: был ли работник информирован о мерах контроля корреспонденции; степень контроля (особый акцент суд сделал на разнице между контролем за характером переписки и ее содержанием); была ли возможность использовать менее жесткие методы контроля и др.» [7, — с. 166]. При этом, важно отличать мониторинг со-S2 держания переписки и контроль за ее характером.

Вместе с тем, по мнению ЕСПЧ, объявление ра° ботодателем общего запрета на использование ¡в предоставленных им каналов и средств коммуни-

каций служит достаточным основанием для контроля сообщений работника, что было «расценено как шаг назад в обеспечении права работника на частную жизнь» [8, с. 10].

В указанных решениях ЕСПЧ продемонстрировано применение свойственной европейскому праву доктрины «разумного ожидания», которая предполагает, что лицо не вправе рассчитывать на конфиденциальность его коммуникаций, если у него не было и не могло быть разумного ожидания такой конфиденциальности. Применение доктрины включает оценку фактического ожидания человеком конфиденциальности и оценку объективной (разумной) конфиденциальности в конкретной ситуации. Иными словами, сотрудник, уведомленный о проведении мониторинга в отношении его служебных коммуникация, не имеет разумного ожидания конфиденциальности его личных данных от работодателя, поэтому нельзя считать такой мониторинг нарушением со стороны работодателя. Другое дело, что и мониторинг как деятельность работодателя, ограничивающая права работника на тайну его частной жизни и коммуникаций, должен осуществляться только в целях защиты прав работодателя и в пределах, необходимых для этого.

В российской судебной практике также начали появляться споры, в которых затрагиваются вопросы мониторинга работодателем коммуникаций работника. Так, в постановлении от 26.10.2017 № 25-П по жалобе А.И. Сушкова Конституционный суд РФ сослался на упомянутые постановления ЕСПЧ и согласился с его выводами о том, что работодатель обоснованно проводил мониторинг электронной переписки работника с использованием почтового ящика, предоставленного ему для осуществления трудовых обязанностей. Примечательно, что в указанном постановлении Конституционный суд указал на необходимость совершенствования законодательного регулирования юридической ответственности за нарушение прав и законных интересов обладателя информации, учитывая при этом потребности развития информационного общества. При этом Конституционный суд РФ, в отличие от ЕСПЧ, не дал правовой оценки правомерности мониторинга почты работника [9, с. 144].

Таким образом, в научной литературе и судебной практике проблема тайны связи работника часто рассматривается скорее не как нарушение тайны связи работника, а в контексте возможного нарушения его права на частную жизнь, предусмотренного ч. 1. ст. 23 Конституции России. При этом при соблюдении условий, выведенных из указанных судебных прецедентов, ограничение прав работника работодателем признается допустимым.

Рассматривая отношения родителей (иных законных представителей) и детей по поводу тайны коммуникаций ребенка, можно заметить, что законодатель практически не касается этого конкретного вопроса, оставляя такие отношения на усмотрение семьи.

Современные цифровые технологии, виртуальная среда общения не только открывают большие коммуникационные возможности перед детьми, но и создают угрозы, что требует усиленной защиты детей.

Ребенок в силу ч. 2. ст. 23 Конституции РФ имеет такое же право на тайну связи, что и взрослый. Это признается и на уровне международных актов. В Конвенции ООН о правах ребенка 1989 года закреплены гарантии защиты детей от произвольного или незаконного вмешательства в его право на тайну корреспонденции. Норма п. 4 ст. 63 Федерального закона «О связи» позволяет получать информацию о сообщениях, а также сами сообщения отправителям и получателям, а также их уполномоченным представителям. Следовательно, родители (либо лица, их замещающие), являясь законными представителями детей согласно ст. 64 Семейного кодекса РФ, вправе обратиться к оператору за информацией о соединениях их ребенка.

При этом в литературе встречаются позиции отдельных авторов об ущемлении прав детей на тайну связи их родителями. В жизни зачастую родители ограничивают право ребенка на неприкосновенность частной жизни и тайну корреспонденции. Конечно, учитывая статус ребенка, его интересы во многом определяется родителями или заменяющими их лицами. И степень вмешательства законодательно определить здесь невозможно [10]. Как указывает А.Н. Тарасенкова, «вряд ли есть какая-либо законная возможность запретить родителям контролировать детей» [11, с. 86]. Это противоречило бы нормам закона о возложении на родителей обязанности по воспитанию детей.

Вместе с тем, Семейный кодекс РФ содержит общие положения, направленные на защиту прав ребенка. В частности, ребенку предоставлено право самостоятельно обращаться за защитой своих прав в орган опеки и попечительства, а по достижении возраста четырнадцати лет в суд. Это относится и к случаям, когда имеет место злоупотреблении родительскими правами. В дополнение к этому ст. 64 СК РФ указывает, что родители не вправе представлять интересы своих детей, если органом опеки и попечительства установлено, что между интересами родителей и детей имеются противоречия. Однако реализация указанных мер ребенком скорее исключительная мера, не всегда ребенок пойдет против своих родителей [12, с. 38].

Несмотря на значительные шаги, предпринятые в направлении защиты детей, проблемы регулирования и осуществления права несовершеннолетних на частную жизнь и на тайну коммуникаций остаются в ряду особо актуальных [13]. В текущих правовых условиях ограничение права на тайну связи ребенка со стороны родителей можно назвать необходимым условием, пока не доказано, что родитель злоупотребляет своим правом и действует в разрез с интересами ребенка.

Итак, проблема тайны коммуникаций абонента и фактического пользователя (участника комму-

никаций), до сих пор остается и вызывает массу споров.

Правоприменительная и судебная практика придерживаются подхода о допустимости контроля за коммуникациями работников, использующих средства связи работодателя. При этом контроль должен быть гласным и осуществляться с согласия работника и в пределах, обусловленных трудовой деятельностью работника.

В отношении тайны связи детей их интересы призваны защищать родители (лица, их заменяющие). Однако в контексте противоречия между интересами ребенка и его законных представителей практическая защита права ребенка на тайну связи осложняется. Законодательство содержит общий механизм защиты детей от злоупотреблений родителей, закрепленный в Семейном кодексе РФ.

Литература

1. Дворецкий В.Р. Прослушивание работодателями телефонных переговоров работников: законно ли это? // Трудовые споры. 2006. № 5 // Справочно-правовая система «Консультант-Плюс».

2. Джавахян Р.М., Ястребова А.И. Конституцион-но-правовый аспекты защиты права на неприкосновенность частной жизни работника в Российской Федерации // Теория и практика общественного развития. 2015. № 11. С. 106-111.

3. Юшкевич А.В. Актуальные вопросы соблюдения тайны связи // Правовые вопросы связи. 2008. № 1. С. 26-28.

4. Осипова О.О. Правовое регулирование прослушивания работодателем служебных переговоров работника // Законодательство и экономика. 2014. № 12. С. 62-65.

5. Copland v. the United Kingdom. Judgment the European Court of Human Rights dated April 03, 2007. URL: https://hudoc.echr.coe.int/rus#{%22it emid%22:[%22001-79996%22]} (дата обращения: 02.07.2020).

6. Barbulescu v. Romania: Judgement of the European Court of Human Rights dated September 05, 2017. URL: https://hudoc.echr.coe.int/rus#{%2 2itemid%22:[%22001-159906%22]} (дата обращения: 02.07.2020).

7. Антопольский А.А. Права человека и Интернет: практика Европейского суда по правам человека // Труды Института государства и права РАН. 2019. № 2. С. 159-185.

8. Сыченко Е.В. Практика Европейского суда по правам человека в области защиты трудовых прав // Прецеденты Европейского суда по правам человека. 2017. № 1. С. 4-13.

9. Талапина Э.В. Защита персональных данных в цифровую эпоху: российское право в Европейском контексте // Труды Института государства и права РАН. 2018. № 5. С. 117-150.

10. Ювенальное право: Учебник для вузов / А.А. Анисимов, С.А. Буданов, В.Ф. Воробьев

5 -а

сз

<

и др.; под ред. А.В. Заряева, В.Д. Малкова. М.: Юстицинформ. 2005. 320 с. // Справочно-пра-вовая система «КонсультантПлюс».

11. Тарасенкова А.Н. Труд детей и подростков: что говорит закон. М.: Редакция «Российской газеты». 2015. Вып. 21. С. 86.

12. Жиляева С.К., Рудакова Ю.С. Правовая характеристика личных неимущественных прав детей и проблемы их реализации // Вестник Белгородского юридического института МВД России имени И.Д. Путилина. 2018. № 3. С. 35-39.

13. Сыротюк М.В. Содержание права ребенка на частную жизнь и личную тайну в России // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2016. № 11. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/soderzhanie-prava-rebenka-na-chastnuyu-zhizn-i-na-lichnuyu-taynu-v-rossii (дата обращения: 26.07.2020).

THE RIGHT TO PRIVACY OF COMMUNICATION THE SUBSCRIBER AND HIS USER

Izotova A.N.

National Research University Higher School of Economics

With the development of digital technologies, the problem of protecting various kinds of data related to information of limited access, including the privacy of communication, becomes of great importance. The article discusses the right to privacy of communication of a subscriber (a person who enters into an agreement with a communication operator) and a user of communication services. Examples of such legal relationships are the relationship over privacy of correspondence and telephone conversations between an employer and an employee, as well as a parent and a child. Of the interrelationships between the subjects of the privacy of communication between themselves, this type seems to be the most complex and least regulated. Therefore, the author made an attempt to differentiate the rights of the subscriber and the user. As a result of the study, the author concluded that there is a conflict between the right to privacy of the subscriber's communication and the right to privacy of communication and the inviolability of the user's private life. It also highlights approaches to resolving such a conflict, including taking into account the practice of the European Union. The research methodology is represented by formal-legal, comparative methods and analogy method.

Key words: ePrivacy, communication privacy, privacy, confidentiality, employee, minor.

References

1. Butler V.R. Employers 'wiretapping of workers' telephone conversations: is it legal? // Labor disputes. 2006. № 5 // Reference and legal system "ConsultantPlus".

2. Javakhyan R.M., Yastrebova A.I. Constitutional and legal aspects of protecting the right to privacy of an employee in the Russian Federation // Theory and practice of social development. 2015. No. 11. S. 106-111.

3. Yushkevich A.V. Topical issues of maintaining the secrecy of communications // Legal issues of communications. 2008. No. 1. S. 26-28.

4. Osipova OO Legal regulation of the employer's listening to the employee's official negotiations // Legislation and Economics. 2014. No. 12. S. 62-65.

5. Copland v. the United Kingdom. Judgment the European Court of Human Rights dated April 03, 2007. URL: https://hudoc.echr. coe.int/rus##%22itemid%22: [%22001-79996%22]} (date accessed: 02.07. 2020).

6. Barbulescu v. Romania: Judgment of the European Court of Human Rights dated September 05, 2017. URL: https://hudoc. echr.coe.int/rus#-%22itemid%22:"%22001-159906%22]} (date accessed: 02.07.2020).

7. Antopolsky A.A. Human rights and the Internet: the practice of the European Court of Human Rights // Proceedings of the Institute of State and Law of the Russian Academy of Sciences. 2019. No. 2. S. 159-185.

8. Sychenko E.V. Practice of the European Court of Human Rights in the field of protection of labor rights // Precedents of the European Court of Human Rights. 2017. No. 1. S. 4-13.

9. Talapina E.V. Personal data protection in the digital age: Russian law in the European context // Proceedings of the Institute of State and Law of the Russian Academy of Sciences. 2018. No. 5. S. 117-150.

10. Juvenile law: Textbook for universities / A.A. Anisimov, S.A. Bu-danov, V.F. Vorobiev and others; ed. A.V. Zaryaeva, V.D. Malk-ov. M .: Justicinform. 2005.320 s. // Reference and legal system "ConsultantPlus".

11. Tarasenkova A.N. Labor of children and adolescents: what the law says. M .: Editorial office of the "Russian newspaper". 2015. Issue. 21, p. 86.

12. Zhilyaeva S.K., Rudakova Yu.S. Legal characteristics of personal non-property rights of children and problems of their realization // Bulletin of the Belgorod Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia named after I.D. Putilina. 2018.No. 3.P. 35-39.

13. Syrotyuk M.V. Content of the child's right to privacy and personal secret in Russia // Humanitarian, socio-economic and social sciences. 2016. No. 11. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/ soderzhanie-prava-rebenka-na-chastnuyu-zhizn-i-na-lichnuyu-taynu-v-rossii (date of access: 07/26/2020).

CM О)