Значение общины в формировании и развитии единства и гражданско-правового регулирования мордовского этноса

Мир науки и образования. 2015. № 4

УДК 14.140.8

ЗНАЧЕНИЕ ОБЩИНЫ В ФОРМИРОВАНИИ И РАЗВИТИИ ЕДИНСТВА И ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ МОРДОВСКОГО ЭТНОСА

Емелькина Ирина Владимировна

докт. филос. наук, профессор кафедры административного права и процесса ЧУ ВО «Мордовский гуманитарный институт», г. Саранск

E-mail: zagirina71@yandex.ru

THE IMPORTANCE OF COMMUNITY FORMATION AND DEVELOPMENT OF UNITY AND CIVIL REGULATION MORDOVA ETNOSA SOTSIONORMATIVNOST

Irina Emelkina

докт. филос. наук, профессор кафедры административного права и СНи VO Mordovian humanitarian institute, Saransk

АННОТАЦИЯ

В статье отражена роль общины в формировании и развитии мордовского этноса и реализации правотворческой и исполнительной функций. Рассматривается связь общины с формированием правосознания, развитием правовых идей и ценностей, становлением юридических воззрений этноса, зарождением представлений о правовой ответственности и переходом к гражданскоправовому регулированию.

ABSTRACT

The article reflects the role of the community in the formation and development of the mentality of the Mordovian nation and implementation of the law-making and executive functions. The connection with the formation of community justice, development of legal ideas and values, formation of legal views and ethnic transition to civil regulation.

Ключевые слова: этнос, культуры мира, межкультурный контакт, воспроизводство, этническое сознание, правотворчество, испольнительная функция, гражданско-правовое регулирование, соционормативность.

Keywords: ethnicity, culture of peace, intercultural contact, reproduction, ethnic consciousness, law-making, ispolnitelnaya function of civil law regulation, socionormative.

Материал, характеризующий истоки мордовского этноса, позволяет утверждать, что на первых порах племена, жившие на смежных территориях, не

Мир науки и образования. 2015. № 4

составляли единства, а были лишь сходными друг с другом. «Они первоначально не обладали сознанием этнической общности, не имели единого самосознания», но уже тогда можно было говорить о включении в культуру «иноэтнических компонентов» [7, с. 34]. Только на последних стадиях развития древнемордовская группа приобрела представление о своей общности, своём отличии

[7].

Доминанта группового существования наложила отпечаток на весь процесс развития и образ жизни мордовского народа. Историк, этнограф Н.Ф. Мокшин, ссылаясь на анализ летописей, показывает, что для мордвы были свойственны взаимосвязи внутри этнокультурных подразделений, а с восточными славянами начались ещё в период Киевской Руси [8, с. 20]. Эти обстоятельства свидетельствуют о социоцентричности феноменов сознания, свойственных данному этносу. Рассматривая развитие мордвы в единстве группового (социального) заметим, что для мордовского народа были свойственны способности содействия, о чем свидетельствует поддержка русских войск (во время похода Ивана IV на Казань) продовольствием, транспортом; сооружение мостов и т.д. [8].

Касаясь вопроса о межкультурных контактах, обратим внимание на то, что в теории культурной ассимиляции все культуры мира подразделяются на «донорские» и «реципиентные». В результате взаимодействия может происходить аккультурация равноценных культур [4, с. 20,78]. При взаимодействии с другими этносами культура мордовского этноса была «реципиентной»: усваивались элементы различных культур, но в тоже время сохранялось ядро собственной культуры [7].

Община выступала важнейшим традиционным институтом социализации личности. Под влиянием общинного уклада жизни вырабатывались формы соционормативной культуры. Каждый человек, начиная с момента рождения, завершая смертью, находился под её попечением. Она была значимым фактором в системе общественных отношений и влияла на особенности формирования и

Мир науки и образования. 2015. № 4

развития личности. Она выступала хранительницей народных традиций, коллективной памятью этноса. Как в действительности, так и в фольклоре отображался характер мордовской общины, которая наряду с общим имела своеобразные черты, обусловленные влиянием традиций и другими факторами. Одной из отличительных особенностей были родственные связи и «свойские связи» и отношения. Общиной реализовывалась функция воспроизводства этнической культуры в различных формах контактов внутри общины и за её пределами. Органичность слияния представителей нации в единое общество, престиж общины особенно колоритно выражались в празднично-обрядовой сфере. У мордвы была собственная система верований, поверий, обрядов, которая составляла основной регулятор общественной жизни людей, вносила регламентацию в его трудовую деятельность.

Коллективный характер носили календарные праздники, насыщенные всевозможными традициями, чудодейственными действиями, играми. Основную роль в обрядах, ориентированных на сплочение, единение коллектива, играли старики. В зависимости от функции обряда, активное участие в нём могли принимать и дети, молодежь. В целом же, можно сказать, что вне зависимости от того, кто был главным участником, все действия разворачивались внутри общины, имели определенную последовательность и подчинялись негласному контролю «мира», который строго следил за соблюдением правил. Обрядность, сохраняющаяся у мордвы вплоть до XX века, реализовывала важные задачи по сохранению, контролю и воспроизводству основных ценностей. Это был своеобразный способ регуляции поведения.

Община выступала и хранительницей морально-этических принципов, которые защищались не только силой общественного мнения, но и при помощи принуждения, исходящего из необходимости соблюдения конкретных правил ввиду их ценности. Это были традиционные нормы общения, являвшиеся важнейшим компонентом культуры. Они касались самых различных сторон социальной жизни и урегулировались на тот момент не юридическими установле-

Мир науки и образования. 2015. № 4

ниями, а преимущественно общественным мнением. В сфере надзора общины или мира находилась семья. Традиционной была направленность членов общины на вступление в брак и рождение большого потомства. В социальной культуре, менталитете мордовского народа нашли воплощение принципы, присущие большинству других народов: любовь, теплота между членами семьи, прочность и общность, единство духовных интересов. В качестве господствующего культурного эталона было представление о патриархальности семейных отношений, которые согласно воззрениям мордвы, строились на обоюдной любви между мужем и женой.

Особую роль в формировании общественного мнения играло старшее поколение (как мужчины, так и женщины). От мнения женщин часто зависела репутация общинников и, прежде всего, молодежи. Но в первую очередь женщины являлись блюстителями традиций, нравственных устоев семейноличностных отношений. Женщины занимали особое место в обществе: об этом свидетельствует действительное положение мордовки. Образ женщины оказывался доминирующим и в религиозных воззрениях мордвы: им принадлежала ведущая роль в ряде обрядов, молений.

Общине были характерны судебные функции. В её компетенцию входили дела, регламентирующиеся нормами обычного права. Эти функции осуществлялись либо избранными лицами во главе со старостой, либо советом стариков, либо сельским сходом. Больше всего за помощью люди обращались к совету стариков. Это могло объясняться тем, что совет стариков выражал в первую очередь общественное мнение, поэтому в глазах социума он был объективным и справедливым органом. Выполняя функцию цензора нравов, совет стариков вплоть до XX века сохранял свою значимость.

Зависимость индивида от общины закреплена в народном мордовском менталитете в виде пословиц: «Дружно жить - плохому не быть», «Дружное стадо волков не боится», «Дерево держится корнями, а человек друзьями». Сакральную роль в мировоззрении мордвы, в обрядовой практике играли семей-

Мир науки и образования. 2015. № 4

но-родовой культ и культ предков. Символом рода выступала родовая свеча. Согласно народным воззрениям, пока горит свеча, будет продолжаться род. Культ предков в религиозно-нравственном мировоззрении мордвы означал преемственность, верность традициям.

Мордовский народ формировался на внутренней своей территории, занимавшей огромные пространства, и ему не было нужды с целью завоевания вторгаться в чужие пределы своих соседей» [12, с. 544].

Как нравственная обязанность осознавалась коллективная или индивидуальная соседская помощь. Для поддержки хозяйства вдов, сирот, семейств рекрутов, людей, пострадавших от внезапной болезни, смерти, погорельцам. В основном, если это была общественная организуемая помощь, она носила безвозмездный характер. «На лезксах (лездамо) вырабатывались, закреплялись и передавались в межпоколенной трансляции производственные приемы и навыки. Происходил обмен эмпирическими знаниями» [2, с. 132].

Община являлась хранительницей морально-этических принципов. Она осуществляла контроль над поведением каждого члена общины, поддерживала и защищала принятые нормы поведения не только силой общественного мнения, но и принуждения. Община часто в виде схода стариков, выражая общественное мнение, исполняла функции суда. Суд стариков вплоть до XX века представлял собой «цензуру нравов». В глазах людей он «выступал как беспристрастный и справедливый орган» [2, с. 133]. Таким образом, община в мордве выполняла и правотворческую и исполнительную функции. Она была хранительницей народных традиций, коллективной памятью этноса.

Первичной группой общественной системы являлась семья, члены которой связывались общностью быта, взаимной помощью, моральной и правовой ответственностью. Мордовская дореволюционная семья отличалась авторитарной структурой, во главе семьи стоял кудазор (мужчина - отец, старший брат) или кудазорава (женщина - жена главы), на которого ложилась вся ответственность за членов семьи перед обществом. То есть семейные ценности были од-

Мир науки и образования. 2015. № 4

ним из факторов национальной идентификации, коллективной солидарности и сплочения общества. Мировоззренческие основы воспитания были связаны с существующими априорно по отношению к личности мифологическим, религиозным, нормативным системам, ограничивающим свободу человека.

Одной из характерных черт мордовского народа в эпоху феодальной формации была иерархичность этнического сознания (существовали народности различных уровней - «высшего» и «низшего») [2, с. 42].

Мы полагаем, что с точки зрения сохранения ядра культуры наиболее ценными элементами национальной «картины мира» выступают фрагменты, связанные с верованиями мордовского народа, его искусством, этическими, и зарождающимися правовыми представлениями. Это то, что позволяет формировать новые поколения, обществу, «защищённому менталитетом».

Ключевой основой этноморали являлась традиция, в основе которой находятся: «...ценностное отношение к предкам - в темпоральном плане и ценностное отношение к своей родине, отечеству, земле - в плане локальном» [5, с. 933].

Приблизиться к осмыслению «души народа» позволяет анализ мифологической составляющей, так как мифы таят в себе первичную чувственную форму присущих душе народа представлений.

Генетическими основаниями культуры мордовского этноса выступают мифологические образы в виде человеческой проекции Тюшти, Сияжара, Ду-болго, Бурная, Г амзуро и др. Они соединяют в себе силу, необходимую для защиты родового коллектива, и постоянную готовность использовать её в соответствующем направлении [5]. Таким образом, источником формирования нравственных и правовых представлений мордвы была мифология, являющаяся особой формой мироощущения и миропонимания.

Мифологическая картина мира (мифологическая модель мира) покоилась на представлении о наличии некоей мировой гармонии, любое нарушение которой вызывало тревогу и опасения. Соединение вертикального и горизонталь-

Мир науки и образования. 2015. № 4

ного пространств давали человеку цельное представление о Вселенной, формах ориентации, способах истолкования различных явлений и сил природы, общества [13, с. 550].

Мифологическое было связано с деятельностью людей. Оно воспринималось как нечто содержательное, соотнесенное с определенными ценностями и нормами, сконцентрированными в поступках прадедов и героев народных эпо-сов, мифологических персонажей и в особенности «нравах предков». В соответствии с этими ценностями и нормами корректировалось поведение, а опыт передавался будущим поколениям.

Итак, сказанное позволяет сделать вывод о том, что ценности и нормы культуры носили сакральный характер, а их происхождение прямо связывалось с волеизъявлением сверхъестественных сил (духов предков, культурных героев). И в этом смысле нравственность мордвы была религиозной по своему генезису. Она существовала как часть религиозно-мифологического сознания: человек проецировал собственную жизнь на мифологическое время, образы. Так, в воображаемый мир богов могли переноситься определенные понятия, связанные с собственностью. Это предположение подтверждается возникновением представлений о божествах не просто как держателях (кирди), покровителях тех или иных сфер природы, стихий, жилищ, а как о собственниках, хозяевах, владетелях [7, с. 40]. Об этом же свидетельствуют празднества мордовского этноса. В частности, таковыми были праздники, связанные с аграрным земледельческим календарём. В дальнейшем всё это определило возникновение концепции частной собственности.

В традиционном мировоззрении мордвы из поколения в поколение передавались любовь к земле, лесу, воде. Земля, вода, лес наделялись сакральными функциями, что в реальности было необходимо для демонстрации магической связи живой природы и человека. Своеобразной формой регламентации были предписания, относящиеся к некоторым видам животных и птиц. Считалось, что убийство журавля, ласточки, голубя, земляного зайца, разорение птичьих

Мир науки и образования. 2015. № 4

гнезд приведет к несчастью в семье. Всё это способствовало утверждению рационального природопользования [2, с. 132]. Одним из средств народной этики в пользу экологии было устное поэтическое творчество, в котором воссоздано умное и бережное отношение к природе. Всё это было предпосылкой становления философии экологии, экологической этики, а позже - экологического права, определяющего базовые морально-правовые принципы отношения к природе. Большое воздействие на формирование «экологической культуры» оказывали дохристианские верования, связанные с почитанием божеств, олицетворявших ту или иную силу природы.

Как форма общественного сознания, мифология возникла в условиях родовой общины. Особенностью мифологии мордвы является отражением действительности в форме образного повествования, сказочной инсценировки, ритуальных танцев. «В мифологии мордвы - фантастика и сказочность, философия и поэзия, обобщенность и зрительное восприятие. Ей свойственны одухотворение природы и отождествление человека с окружающим миром». Мифология мордвы генетически связана с мифологией финно-угорских народов: есть аналогии в мотивах, сюжетах, героях [13, с. 551].

По мнению исследователей К.Д. Вишневского, А.В. Никонова. невозможно говорить о специфике мифологии русских на территории Поволжья (прежде всего, Мордовии), поскольку русские оказались на этой территории с уже сложившимися христианскими представлениями о строении Вселенной [11, с. 551]. Есть и противоположное мнение, базирующееся на сохранившихся обычаях, связанных с календарными мифами дохристианских праздников (Т.П. Девяткиной), оно отстаивает идею синтеза в российском культурном пространстве духовных ценностей христианства с народной культурой не только славян, но и входивших в состав России финно-угорских народов [11, с. 551].

Мифы были самым непосредственным образом были связаны с племенными традициями, способствовали утверждению принятой в обществе системы

Мир науки и образования. 2015. № 4

ценностей, определяли и способствовали поддержанию существовавших норм поведения, как в области нравственности, так и в области права.

Ценность женщины в культуре мордвы была особенной. Он подтверждается характером мифологии и языческой религии. Налицо преобладание женских божеств в языческой религии мордовского этноса: Вирява, Ведява, Толава, Кудава, Модава и др. Мужские божества выступали лишь в качестве их мужей. Представление о женщине как высшем существе формировало существование культа богини-матери. Через образ женщины проявлялось философское осмысление бытия, она являлась хранительницей «материальных и духовных ценностей». Отсюда следует то, что ментальность мордовского народа в основе имеет архетип Матери, который в пространстве национальной культуры формировался под влиянием культурных архетипов язычества и христианства. Он находит своё выражение в культурных текстах, в основе которых оказываются био-социо-культурные формы архетипов.

Современные коммуникационные процессы порождают характерный тип субъекта «демифологизированного обывателя», погруженного не в миф, а в иллюзию собственной рациональности [6, с. 4]. Особенностью мифологизированного сознания является открытость вечным темам в виде бинарных оппозиций, содержащихся в любом мифе: Любовь и Ненависть, Жизнь и Смерть, Добро и Зло и т.д. «Демифологизированный обыватель» - способен мыслить и рефлексировать над происходящим, но не испытывать потребности в таком интеллектуально-эмоциональном ресурсе, который затрачивается на переживание «вечных тем». Становится очевидным, что мифологическое сознание может оказаться в состоянии распада.

Таковой была картина культуры мордвы. Своеобразие культуры мордовского этноса определялась набором универсальных общечеловеческих ценностей - взаимоуважение, почтительность, ответственность, справедливость, послушание детей, запрет воровства, лжи, убийства [1, с. 20]. И в тоже время внутри системы содержалась особая их «акцентировка». Исследования Е.Н.

Мир науки и образования. 2015. № 4

Ломшиной в области этноэтики показывают, что самыми ценными у мордовского этноса считаются такие качества как доблесть, толерантность, почтительность [5, с. 936]. Хотя в этом с автором данного мнения можно согласиться не во всем. К, примеру, М.Б. Хомяков, считает, что толерантность - это черта, являющаяся исключительно достоянием русского народа. Исходя из этого, здесь мы будем придерживаться позиции о различных уровнях выраженности или характерной национальной окраске того или иного качества у разных народов. В трудах русских этнографов, путешественников, публицистов перечисляются самые разнообразные, порой, даже противоречивые высказывания об облике, характере мордовского народа. Обобщая их, можно выстроить следующий ряд: «...приятный наружный вид, ясность ума, стойкость характера, честность, терпеливость, доброту, гостеприимство, трудолюбие, и вместе с тем. ужасная бедность, отсутствие самых необходимых материальных и бытовых условий для человеческой жизни, отсутствие медицинской помощи, просвещения и т.д.» [10, с. 581]. К. Фукс отмечает самолюбие; И. Селиванов - доброту, хитрость и упрямство; Н. Оглоблин - осознание своей народности и её отличие как от русской, так и других народностей; Н. Рычков - трудолюбие [10, с.582,583].

Культура мордовского этноса характеризуется ценностным отношением к символам, в которых содержится обширный текст [3]. При помощи символов выражается отношение к качествам, установкам человека, его социокультурным связям. У мордовского народа существовала ирреально-ценностная взаимосвязь с символами.

Как один из признаков, характеризующих душу народа, выступает религия. Многое в мировосприятии и мировоззрении мордвы было связано с язычеством. В частности, ценностное восприятие природы. В реализации этого культурного феномена использовался, во-первых, принцип анимизма, в соответствии с которым животный и растительный мир воспроизводился в образной форме. В восприятии природы присутствовала и антропоэтикоцентристская

Мир науки и образования. 2015. № 4

ориентация - природный мир наделялся человеческими качествами. Во-вторых, сознание мордвы было синкретичным - человек мыслил себя неотъемлемой частью матери-природы. В-третьих, в отношении нравственного идеала, линия поведения формировалась под влиянием системы этико-эстетических оценок язычества.

В реальном процессе развития мордвы качества формировались не последовательно, а системно, неравномерно и гетерохронно. Удаляясь от инстинктивных форм поведения, человек, разрушая их у себя как биологическую основу поведения, переходит к гражданско-правовому регулированию, что свидетельствует о нравственной надежности человека.

Существенным ориентиром мордовского народного правосознания были обычно-правовые институты, этноюстиция. Под влиянием жизненных условий в сознании мордовского народа вырабатывались правовые идеи, ценности -юридические воззрения этноса [9, с. 937].

Список литературы:

1. Брейкин О.В. Становление нравственного идеала в культурах Древнего мира. Саранск: Изд-во Морд. ун-та, 1996. 148 с.

2. Всё о Мордовии. Саранск: Мордов. кн. изд-во, 2005. 840 с.

3. Загороднова И.В. Менталитет мордовского этноса в социальнофилософском и историко-культурном измерении (к. XX - н. XXI в.) // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Философские науки. 2008. № 4. С. 63-69.

4. Жидков В. С. Десять веков российской ментальности / В. С. Жидков, К. Б. Соколов. СПб.: Алетейя, 2001. 640 с.

5. Ломшина Е.Н. Этноэтика // Мордва. Очерки по истории, этнографии и культуре мордовского народа. Саранск: Мордовск. книж. изд-во, 2004. С. 933 -937.

Мир науки и образования. 2015. № 4

6. Макаровский Д.А. Молодежь и миф // Экономическая и философская газета. 2005. №32-33 (565) . С.4.

7. Мокшин Н.Ф. Мордовский этнос. Саранск: Мордов. кн. изд-во, 1989.

160 с.

8. Мокшин Н.Ф. Российская наука о мордве // Мордва. Очерки по истории, этнографии и культуре мордовского народа. Саранск: Мордовск. книж. изд-во, 2004. С.19-37.

9. Мокшина Ю.Н. Этноюстиция // Мордва. Очерки по истории, этнографии и культуре мордовского народа. Саранск: Мордовск. книж. изд-во, 2004. С. 937 - 945.

10. Русские писатели о мордовском народе // Мордва. Очерки по истории, этнографии и культуре мордовского народа. Саранск: Мордовск. книж. изд-во, 2004. С. 581 - 586.

11. Сусорева М.М. Мифология русских // Мордовия: Энцикл.: В 2 т. Т.1.: А-М Саранск: Мордов. кн. изд-во, 2003. Т.1. С.552.

12. Шаронов А.М. Мордовский героический эпос // Мордва. Очерки по истории. - Саранск: Мордовск. книж. изд-во, 2004. С.532-546.

13. Шуляев А.Д. Мифологическая модель мира. Мифология // Мордовия: Энциклоп.Т.1. .: А-М. Саранск: Мордов. кн. изд-во, 2003. Т.1. С.550-552.