«Незабвенный друг книги»: к истории отношений С. А. Венгерова и Б. М. Городецкого

Культура и общество. Философия. Социология.

И. Д. ЗОЛОТАРЕВА

«незабвенный друг книги»: к истории отношений с. а. венгерова и б. м. городецкого*

Автор рассматривает развитие библиографии в России и на Кубани через призму отношений С. А. Венгерова - директора Российской Книжной Палаты - и его ученика Б. М. Городецкого.

Ключевые слова: библиография, Русское библиологическое общество, Российская Книжная палата, библиографический указатель.

Имя Б. М. Городецкого имело широкую известность в библиографических, краеведческих кругах 1900-1930-х годов. Сегодня можно с полным основанием утверждать, что Борис Митрофано-вич Городецкий был одним из самых талантливых учеников и последователей Семена Афанасьевича Венгерова. Поставив на профессиональный уровень библиографическое дело на Кубани, он многое сделал как библиограф, архивист, краевед, общественный деятель, редактор и сотрудник журналов и газет, бессменный секретарь, а затем и председатель Общества любителей изучения Кубанской области (ОЛИКО). Однако в советское время труды «зубра белогвардейско-соглашательской печати» не упоминались и были преданы забвению.

Сегодня мы предпринимаем попытки реабилитировать имя почти забытого библиографа и общественного деятеля Кубани, осветить факты творческих контактов между Семеном Афанасьевичем Венгеровым и его учеником, последовательно продолжавшим дело учителя.

Б. М. Городецкий родился в Санкт-Петербурге 5 апреля 1874 года в дворянской семье [1]. В

1895 году поступил на юридический факультет Петербургского университета, где слушал лекции также на историко-филологическом факультете [2]. Именно здесь произошла встреча с С. А. Венгеровым, сыгравшая значительную роль в его дальнейшей судьбе: юный студент начал работать у этого выдающегося русского филолога с конца

1896 года, составляя биографии авторов и занимаясь систематизацией материала к библиографическому указателю «Русские книги» [3].

Незаурядные способности, живой ум, огромная трудоспособность, четкость и аккуратность в работе - вот те качества, которыми сполна обладал начинающий библиограф. Поэтому Венгеров доверял юному студенту самые сложные работы. В это время его целиком захватила работа над составлением библиографического указателя, где помещались биографические данные об авторах и переводчиках книг, вышедших в отечественной печати с 1708 по 1893 год. Б. М. Городецкий не только занимался подготовкой текста, но и наблюдал за печатанием этой книги. Параллельно велась работа над составлением библиографиче-

ского указателя «Источники словаря русских писателей». С. А. Венгеров по достоинству оценил трудолюбие своего помощника и в предисловии к этому указателю написал: «Особенную благодарность считаем своею обязанностью принести Б. М. Городецкому, который в течение трех лет работал над сводными листами» [4].

Занятия у С. А. Венгерова дали неофиту-библиографу знания и опыт, позволяющие профессионально оценивать выпускаемые в свет книги, библиографические указатели, биографические словари и другую печатную продукцию. Это открыло возможность сотрудничать в популярных журналах «Исторический вестник», «Наука и жизнь», а также участвовать в составлении «Энциклопедического словаря» Брокгауза и Ефрона по историко-литературному отделу.

С. А. Венгеров поддерживал своего ученика в трудные моменты жизни, помогал решать вопросы, связанные с материальным благополучием семьи. Также поступал и Б. М. Городецкий.

Известен момент, когда С. А. Венгеров был отстранен администрацией Петербургского университета от преподавательской деятельности. В связи с этим Б. М. Городецким было написано обращение (найденное недавно в архиве) на листке бумаги, в левом углу которой стоит штамп «Касса взаимопомощи студентов СПб университета». Можно предположить, что студент Городецкий был автором (или одним из авторов) этого документа, что обращение переписывалось и раздавалось как листовки и, конечно же, было доставлено опальному профессору. Приведем этот примечательный текст:

Глубоко возмущенные актом произвола и насилия, совершенным русским правительством, мы, представители организованной части Петербургского студенчества, считаем своим долгом выразить Вам, Семен Афанасьевич, свое глубокое сочувствие, как служителю свободной науки, ненавистной правительству, стремящемуся изгнать из стен Университета все проявления независимой мысли и обратить его в фабрику чиновников. Поэтому мы приветствуем Вас в день праздника науки, за бескорыстное служение которой Вы подверглись насилию со стороны правительства. 1899 г. [5].

Публикацию статьи Б. М. Городецкого «Профессор С. А. Венгеров» см. на с. 48.

14 "Культурная жизнь Юга России"

№ 2 (40), 2011

В 1899 году библиографы Санкт-Петербурга объединились в Русское библиологическое общество (далее - РБО). 22 апреля 1900 года Б. М. Городецкий был избран в действительные члены этого общества [6].

Б. М. Городецкого более привлекала практическая направленность библиографической деятельности, этим и объясним тот факт, что впервые он выступил на заседании РБО с докладом по теме «Библиографы-провинциалы», которая членами общества ранее не затрагивалась, хотя была достаточно актуальной. Он внес предложение «об учреждении при Обществе особой секции, которая ведала бы сношениями с иногородними деятелями библиографии и старалась бы об объединении трудов их» [7]. Организация такой секции не состоялась. Однако постановка проблемы показала, насколько понимал Городецкий значимость и перспективность работы провинциальных библиографов, необходимость оказывать им помощь в печатании трудов.

Русское библиологическое общество оценило знание библиографической работы, трудоспособность, коммуникабельность воспитанника С. А. Венгерова: вскоре по предложению А. М. Ловяги-на оно избрало Б. М. Городецкого своим секретарем. От оперативной работы секретаря общества зависело многое: посещаемость общих собраний, разумное их планирование, установление и поддержание связей с другими научными и общественными организациями. Городецкий успешно справлялся со своими обязанностями: рассылал повестки на очередные заседания, согласовывал темы и даты выступлений (кроме библиографов в работе Общества участвовали литераторы, критики, такие видные государственные деятели, как государственный секретарь А. А. Половцов) [8]. Через десять лет, подводя итоги за 1915-1916 годы, РБО отметило: «Опыт семнадцати лет показал, что возложенная на секретаря работа непосильна для одного человека, разве только случайно лицо, избранное на эту должность, отличается особой любовью и способностью. Из всех лиц, сменившихся на этой должности в течение 16 лет, такими качествами отличался один Б. М. Городецкий» [9].

Когда в октябре 1904 года Городецкого назначили непременным действительным членом Кавказского отделения Крестьянского поземельного банка, открывшегося в Екатеринодаре, он включился в культурную жизнь провинции. Был членом многих общественно-просветительских обществ, помещал в газетах и журналах статьи и библиографические обзоры литературы, выходившей на Кубани и Северном Кавказе, редактировал ряд местных периодических изданий, вел лекторскую и преподавательскую деятельность. При этом не порывал и творческих связей с северной столицей: публиковал статьи в «Историческом вестнике», продолжал переписку с С. А. Венгеровым, С. Н. Шубинским и другими видными литераторами и библиографами.

В 1909 году Б. М. Городецкий стал издавать журнал «На Кавказе», освещавший вопросы истории и этнографии края, а также печатавший ли-

тературные новинки. Молодой редактор привлек к сотрудничеству в журнале своего наставника, опубликовав статью С. А. Венгерова о Н. Г. Чернышевском [10].

Теоретические знания и практические навыки библиографирования, полученные при совместной работе с С. А. Венгеровым, А. М. Ловяги-ным, Н. М. Лисовским и другими известнейшими учеными, позволили Б. М. Городецкому самостоятельно продолжить библиографические работы на Северном Кавказе. Городецкий поставил цель печатать ежегодные обзоры литературы о северной части Кавказа. Первый такой обзор (за 19061907 гг.) и все последующие он публиковал на страницах периодики, в «Известиях ОЛИКО» [11].

Первый библиограф-профессионал на Кубани, Б. М. Городецкий на основе собственной библиографической картотеки составил и опубликовал более 20 библиографических обзоров текущей литературы, подготовил и выпустил в свет указатели «Библиография Кубанского края» (ретроспективный, отражающий литературу с 1847 по 1917 г.) и «Наш край» (содержащий сведения о литературе с 1826 по 1924 г.). Он кропотливо собирал сведения о жизни и деятельности местных деятелей культуры. Анализируя их вклад в изучение края и его развитие, Городецкий стремился с максимальной полнотой зафиксировать печатные труды, а также все отзывы и рецензии на них. В случаях, когда нельзя было найти интересующие его сведения на Кубани, он обращался к любимому наставнику:

Мне крайне необходимо иметь сведения, что, где и когда было напечатано двумя местными нашими деятелями - протоиреем Кириллом Рос-синским (умер в 1825 г.) и генерал-майором Яковом Герасимовичем Кухаренко (умер в 1862 г.) - сотрудником «Основы» и приятелем Шевченко. Биографический, нигде еще не напечатанный материал об этих лицах у меня обширный, но чисто библиографических данных нет и негде здесь достать их.

С. А. Венгеров откликнулся на эту просьбу, отправил сведения о печатных работах Кирилла Россинского, и очерк был опубликован [12].

Б. М. Городецкий выпустил в свет свыше 40 биографических очерков и некрологов, посвященных литераторам, историкам, общественным деятелям, специалистам по истории края, подвижникам культуры.

Когда по общественной инициативе в Петрограде возникла Книжная Палата, она взяла на себя функции центрального органа государственной библиографической регистрации произведений печати, на пост ее директора было предложено несколько кандидатур. Но выбрали С. А. Венге-рова «как наиболее заслуженного научного и литературного деятеля, пользовавшегося наибольшей общественной популярностью и имевшего прекрасную общественную репутацию старого убежденного и стойкого социалиста, неоднократно подвергавшегося преследованиям при самодержавном режиме» [13], хотя в создании Книжной Палаты участвовало много видных ученых, общественных деятелей, библиотековедов и библио-

графов (А. А. Шахматов, С. Ф. Ольденбург, П. Е. Щеголев, В. И. Срезневский, Б. Л. Модзалевский, Э. А. Вольтер, А. Д. Торопов, Б. П. Гущин, А. М. Ловягин, Е. А. Гейнц, И. А. Кубасов и др.).

С. А. Венгеров возглавлял Книжную Палату с 1917 года. Тогда удалось наладить регулярное поступление новых изданий, выходивших в Петрограде и Москве, однако доставка обязательных экземпляров или просто списков вышедшей в свет литературы из провинции затруднялась продолжавшейся гражданской войной, несформи-рованностью нового государственного аппарата и другими причинами. Относительно Кубанской области С. А. Венгеров справедливо полагал, что там поставленные задачи наиболее успешно мог решить Б. М. Городецкий. 19 июня 1918 года он отправил Городецкому письмо с просьбой стать представителем Книжной Палаты [14].

Получив это послание со значительным опозданием, адресат сразу же ответил:

Вполне разделяя все культурные задачи Книжной Палаты, я, согласно Вашему предложению от 19 июня 1918 г., полученному мною лишь недавно, и без предложений организовал работу по Книжной Палате на месте и собрал довольно ценный материал, который при первой возможности будет мною доставлен по указанному адресу [15].

Власть на Кубани переходила то в руки Советов, то к лидерам белогвардейского движения. Городецкий регистрировал выходившую в 1918-1919 годах литературу и отправлял в Книжную Палату полные ее списки, невзирая на политические перевороты и смену идеологических установок. Как установила Г. В. Михеева, огромную часть изданий, зафиксированных Б. М. Городецким, позже окрестили «белогвардейскими» и по политическим мотивам не внесли в «Книжную летопись». Но сам список сохранился. И это позволило современным исследователям заняться поиском неучтенной «белогвардейской» литературы [16].

Б. М. Городецкий сообщал С. А. Венгерову: «Подробности о работе, которую я нес здесь с момента назначения меня представителем Книжной Палаты, Вам расскажет Михаил Николаевич [17]. Размах у нас большой и работа начата с запасом большой энергии и любви к делу. Без Вашего серьезного отношения к нуждам в провинции - мы погибнем, ибо добывать средства на библиографические работы здесь очень трудно. Нуждаемся мы также в литературе. На месте нет ни одного издания Книжной Палаты. Высылайте нам ее поскорее» [18]. Материалы из личных фондов Б. М. Городецкого и С. А. Венге-рова показывают, что между учителем и учеником шла активная переписка, они обменивались последними новостями из области литературы и библиографии, помогали друг другу в осуществлении творческих планов.

Скоропостижная смерть С. А. Венгерова заставила его ученика взяться за перо. Он написал статью, посвященную памяти своего доброго наставника.

Почему же ее не опубликовали? Статья была значительна по размеру. В краевой печати ей не уделили места, так как журналы не выходили, а

единственная существовавшая в сентябре 1920 года в Екатеринодаре газета «Красное знамя» заполнялась декретами, приказами и иными распоряжениями советской власти.

Кроме того, можно предположить, что Б. М. Городецкий не спешил с публикацией, надеясь поработать над текстом, улучшить его. Возможно, истинная причина и совсем иная - нам никогда не удастся точно установить ее. На страницах этого номера журнала «Культурная жизнь Юга России», в разделе «Наши публикации», приводится рукописный текст неопубликованной статьи [19]. Он показывает, как трепетно и уважительно относился Городецкий к своему учителю.

В другой, опубликованной Б. М. Городецким в 1922 году статье [20], сказано:

Новая эра в библиографической области начинается с 1917 года, когда по инициативе проф. С. А. Венгерова - этого незабвенного «друга книги» [выделено автором. - И. З.] - в Петрограде была учреждена государственная Российская Книжная Палата с особым отделом регистрации. Этим актом библиографическое дело было изъято из полицейских рук и передано в ведомство народного просвещения.

Наркомпрос, в ведение которого перешло все библиографическое дело, сразу понял, что без возможности быстро и вполне ориентироваться в предыдущих завоеваниях человеческой мысли немыслима никакая дальнейшая творческая работа, невозможно и использование всего сделанного раньше людьми, практически работавшими в определенной области.

Эта статья называется «Библиографические достижения России в период революции» и ценна как одна из первых советских публикаций, дающих высокую оценку деятельности Книжной Палаты и ее первого руководителя - Семена Афанасьевича Венгерова.

Литература, источники, примечания

1. В литературе существуют разночтения относительно даты рождения Б. М. Городецкого. Указываются 1875 г. (справочник «Наука и научные работники СССР», 1928), 1876-й (В. А. Николаев, Е. Н. Буринская), 1874-й (Г. Г. Мошкович; в более поздних работах она стала придерживаться даты 1876). Приводимая нами дата уточнена при обращении к метрическим записям, сохранившимся в Центральном государственном историческом архиве (ЦГИА СПб., Ф. 14. Оп. 3. Д. 31722).

2. Государственный архив Краснодарского края (ГАКК). Ф. Р-229. Оп. 1. Д. 174. Л. 14.

3. Отдел рукописей Института русской литературы (Пушкинский Дом). Ф. 377. Оп. 4. Д. 718 (ОР ИРЛИ).

4. Источники словаря русских писателей / под ред. С. А. Венгерова. СПб., 1900. С. 5.

5. ГАКК. Ф. Р-411. Оп. 1. Д. 18. Л. 56.

6. Отдел рукописей Российской государственной библиотеки. Ф. 458. Картон 1. Д. 1. Л. 183.

7. Русское Библиологическое общество в 1900 г. СПб., 1901. С. 13.

"Культурная жизнь Юга России" № 2 (40), 2011

16 -

8. Отдел рукописей Российской национальной библиотеки. Ф. 601. Д. 198. Л. 302.

9. Русское Библиологическое общество: докл. и отчеты. 1915-1916 гг. Петроград, 1917. С. 11-12.

10. На Кавказе (Екатеринодар). 1909. № 5-6.

11. Городецкий Б. М. Библиографический обзор литературы о Северном Кавказе за 19061907 гг. // Известия ОЛИКО. Вып. 4. Екатеринодар, 1909. С. 93-135; Он же. Обзор литературы о Северном Кавказе за 1906-1908 гг. // Кубанский курьер (Екатеринодар). 1908. № 24-26.

12. Городецкий Б. М. К. В. Россинский // Кубанский сборник (Екатеринодар). Т. 18. 1913. С. 337-340.

13. Михеева Г. В. Петроградская книжная палата и «Книжная летопись» // Историко-библио-графические исследования: сб. науч. тр. ГПБ им. М. Е. Салтыкова-Щедрина. Л., 1990. С. 14.

14. ГАКК. Ф. Р-411. Оп. 2. Д. 18. Л. 68-69.

15. Там же. Л. 73.

16. Михеева Г. В. История русской библиографии. 1917-1921 гг. СПб., 1992. С. 191.

17. М. Н. Куфаев - сотрудник Книжной Палаты.

18. ОР ИРЛИ. Ф. 377. Оп. 4. Д. 718.

19. ГАКК. Ф. Р-411. Оп. 2. Д. 18. Л. 10-21.

20. Городецкий Б. М. Библиографические достижения России в период революции // Путь коммунизма (Краснодар). 1922. № 2. С. 226.

i. d. zolotareva. «the unforgettable friend of the book»: to the history of s. a. vengerov and b. m. gorodetsky's relations

The author of the article considers development of bibliography in Russia, on the Kuban territory in the light of relations between S. A. Vengerov - the head of the Russian Book Chamber - and his disciple B. M. Gorodetskiy. Key words: bibliography, Russian biblioiogical society, the Russian Book chamber, bibliography index.

А. В. КУДИНОВА

институт связей с общественностью

и социально-культурный капитал

Автор статьи рассматривает функции связей с общественностью в рамках институционально-культурного подхода.

Ключевые слова: институциональные функции связей с общественностью, социальный и социально-культурный капитал.

Особенности социально-коммуникативного пространства в условиях формирования глобального информационного общества наделяют социально-коммуникативный институт связей с общественностью специфическими функциями [1]. Это впервые озвучено принятым в рамках менеджериальной концепции «Официальном положении о связях с общественностью» («Officiai Statement of Public Relations», 1982). Там, в частности, названы функции:

- прогнозирование, анализ и интерпретация общественного мнения, настроений и проблем, которые могут влиять на действия и планы организации;

- консультирование руководства корпорации на всех уровнях по принятию важнейших решений, выбору направлений деятельности и информационной политики с учетом внешней среды и социальной ответственности;

- планирование и организация коммуникативной деятельности по формированию влияния на отдельных акторов рынка и внешнюю среду;

- управление ресурсами, необходимыми для реализации названных функций [2].

Обобщив опыт европейских ученых, Д. В. Ольшанский предложил свою классификацию функции связей с общественностью:

- информационная;

- социализирующая;

- организационно-поведенческая;

- эмоционально-тонизирующая;

- коммуникативная [3].

Европейские специалисты отражают теоретико-методологические аспекты связей с общественностью как социально-коммуникативного института рыночной экономики. Американская исследовательская литература носит преимущественно прикладной характер и рассматривает практические аспекты функционирования PR. Интегрируя указанные подходы, можно предложить следующее структурирование функций социального института «связи с общественностью»:

Агрегативно-аналитическая функция направлена на сбор информации о состоянии общественного мнения, настроений в целевых группах по проблемам, связанным с деятельностью социальных институтов или физических лиц (анализ, мо-