Акровенки как жанровая разновидность венка сонетов

абстрактная позиция субъекта речи, внешняя по отношению к описываемому объекту, поэтому объект, как свойственно классицистическому взгляду, оценивается в соответствии с идеальными представлениями о свойствах человеческого бытия и мира. Исключение составляют лишь отдельные тексты, в первую очередь произведения, связанные с изображением любовного чувства, которое переживается лирическим субъектом индивидуально, «изнутри», и потому в поэтических произведениях данной тематики появляется новая для классицизма точка зрения - субъективная позиция автора. Благодаря этому уже в начале 1760-х гг., задолго до появления в русской литературе Н. М. Карамзина и Г. Р. Державина, поэты начинают обращаться к проблемам индивидуального человеческого бытия, стремятся выразить в поэзии противоречивые чувства человека, далеко не всегда подчиняющиеся разуму. Уже в этот период начинает нарушаться классицистический принцип чистоты жанра, наблюдается взаимопроникновение жанров. Поэты приспосабливают сложившиеся в классицизме формы для выражения нового содержания, обращаясь не столько к государственным проблемам, сколько стремясь осмыслить жизнь человека частного, человека, вынужденного противостоять в земном мире как внешним врагам-гонителям, так и внутренним страстям.

Примечания

1. Петров А. В. Поэты и история: Очерки русской художественной историософии: XVIII век. Магнитогорск, 2010.

2. Живов В. М. Государственный миф в эпоху Просвещения // Живов В. М. Разыскания в области истории и предыстории русской культуры. М., 2002. С. 439-460.

3. Кочеткова Н. Д. Тема «золотого века» в поэзии Г. Р. Державина // Г. Р. Державин и его время: сб. науч. тр. Вып. 2. СПб., 2005. С. 8-17.

4. Абрамзон Т. Е. Поэтические мифологии XVIII века (Ломоносов, Сумароков, Херасков, Державин). Магнитогорск, 2006.

5. Алексеева Н. Ю. Русская ода: Развитие одической формы в XVП-XVШ веках / Институт русской литературы (Пушкинский Дом) РАН. СПб., 2005. С. 190.

6. Полезное увеселение. М., 1761. Декабрь. С. 186187.

7. Свободные часы. М., 1763. Ноябрь. С. 627.

8. Алексеева Н. Ю. Указ. соч. С. 271.

9. Полезное увеселение. М., 1762. Январь. С. 1.

10. Полезное увеселение. М., 1762. Февраль. С. 49.

11. Свободные часы. Сентябрь. С. 540-541.

12. Там же. С. 543.

13. Там же. С. 546.

14. Артемова С. Ю. Послание стихотворное // Поэтика: словарь актуальных терминов и понятий / гл. науч. ред. Н. Д. Тамарченко. М., 2008. С. 177.

15. Топоров В. Н. Из истории русской литературы. Т. II: Русская литература второй половины XVIII века:

Исследования, материалы, публикации. М. Н. Муравьев: Введение в творческое наследие. Кн. II. М., 2003. С. 661.

16. Западов А. В. Поэты XVIII века (М. В. Ломоносов, Г. Р. Державин). М., 1979. С. 98.

17. Гуковский Г. А. Сумароков и его литературно-общественное окружение // История русской литературы: в 10 т. Т. III. Литература XVIII века. Ч. I. М.; Л., 1941. С. 417.

18. Полезное увеселение. М., 1761. Сентябрь. С. 7677.

19. Саськова Т. В. Пастораль в русской поэзии XVIII века. М., 1999. 166 с.

20. Полезное увеселение. М., 1761. Июнь. С. 207.

21. Полезное увеселение. М., 1760. Ноябрь. С. 185.

22. Полезное увеселение. М., 1762. Июнь. С. 268.

УДК 821

Л. А. Сугай

АКРОВЕНКИ КАК ЖАНРОВАЯ РАЗНОВИДНОСТЬ ВЕНКА СОНЕТОВ*

В статье характеризуется такая популярная в конце XX - начале XXI в. разновидность жанра венков сонетов, как акровенки.

The author of the article tells about such genre (a popular one at the end of XX - beginning of XXI century) as akro-crown of sonnets.

Ключевые слова: венок сонетов, магистрал, акростих, канон жанра, акровенок сонетов.

Keywords: crown of sonnets, master sonnet, acrostic, canonical genre, akro-crown of sonnets.

«Если задаться целью определить самую сложную, самую изысканную и в известном смысле самую совершенную поэтическую форму, освященную многовековой традицией, - пишет О. И. Федотов, - предпочтение без долгих колебаний следует отдать венку сонетов...» [1] Но если венки сонетов наиболее сложная и изысканная поэтическая форма, то акровенки сонетов - это уже не венки, а какая-то мудреная «икебана». В акро-венке сонетов не только магистрал, но каждый сонет пишется как акростих. Акрофразы могут выступать как заголовки сонетов-акростихов, могут складываться в целый текст.

Один из признанных корифеев жанра - Владимир Корман (род. 1932), автор 42 венков сонетов, шесть из которых написал в форме акро. Поэт кардинально усложнил архитектонику дан-

* Публикуется при поддержке гранта Министерства образования и науки Российской Федерации, Соглашение № 14.А18.21.2000: «Традиционные строфические формы и жанрово-строфические единства в русской поэзии XX-XXI вв.».

© Сугай Л. А., 2013

ных произведении, доведя почти до виртуознои головоломки. Цикл дополнен шестнадцатым че-тырнадцатистрочником, составленным из акро-фраз 14 сонетов венка и именуемым «Акростихи» или «Акромагистрал». Этот ключ к прочтению «краестишиИ» 14 сонетов акровенка сам является акростихом, а его акрофраза повторяется в акрофразе магистрала, создавая тем самым еще одно кольцо-сцепление венка. Такую шестнадца-тистрофную конструкцию автор называет бима-гистральным венком сонетов с акростихами.

Акростихи, хотя оформлены под сонет (2 катрена + 2 терцета), пишутся без рифмы. Размеры акростихов разные: двустопныИ анапест (2), трехстопный ямб (2), разностопныИ ямб - трех- и четырехстопный (1), со сменоИ трехстопного амфибрахия на трехстопный ямб (1).

Если акростих-ключ не соответствует требованиям сонета как твердой формы ни по метрике, ни по рифмам, то рифмовка в сонетах венка в большинстве случаев классическая: AbbA + AbbA + ccD + cDD; bAAb + bAAb + ccD + cDD (с вариациями). Что же касается стихотворного размера, то Корман использует в акровенках, как и в венках без акростихов, и традиционный пятистопный ямб, и четырехстпный ямб, и трехсложные размеры. В дискуссии, развернувшейся на сайте «Поэзия.ру», поэт отстаивал свободу в выборе ритмического рисунка венка: «Увлечение сонетными венками не может довольствоваться узкими границами. Ограничения ведут к однообразию и бесцветности. Размер строки выбирает автор. Сюжет подскажет, что лучше в конкретном случае: три, четыре, пять или шесть стоп. Результат покажет, было ли своеволие оправдано. Автор -сам себе законодатель, тем более что работает не по заказу и бескорыстно. За хранителями традиции сохраняется полное право на критику. Но охрана традиции состоит не в слепом следовании ее букве, а в развитии самой традиции и в ее обогащении. Поэтому венок не следует впихивать в рамки ямба. Он прекрасно вяжется и на хореической основе, и на дактиле, и на амфибрахии, и на анапесте. Вольному - воля» [2].

Тематика акровенков Кормана, как и его поэтического творчества в целом, - это острые проблемы современности, вопросы политические, психологические, социально-культурные - «Емкость нынешних взмученных лет» [3], «разгул, развал и непорядок» [4], - говоря строками его акровенков. Взятые Корманом в качестве эпиграфа к венку сонетов «Вёрткое вихрение» слова Ювенала «Difficile est saturam non scribere» (Трудно не писать сатир) вполне могут служить эпиграфом ко всем акровенкам поэта, однако злободневная тематика - это только первый содержательный слой сложной структуры акровенков поэта.

Если в большинстве акровенков современных авторов наблюдается тематическое дублирование сонетов и фраз, составленных из первых букв их строк, нередко выступающих и как «краестишие», и как заглавие сонета, то у Кормана акростихи и собственно венки сосуществуют как сопряженные, но самостоятельные произведения. Акро-фраза порой противопоставлена содержанию сонета. Акростихи - это тайный код, своего рода «подводное течение» венка сонетов, лирическая тема, не раскрытая в строках самого произведения. Стержень, на который «накручиваются» венки сонетов Кормана, - это «насмешка против пошлого, / над тупостью зануд» [5], а пафос его произведений - утверждение великой силы искусства, словотворчества, поэтического мастерства. Автор-герой сонетных венков Кормана -злой сатирик - раскрывается в акростроках (вне текста сонетов) как тонкий и ранимый лирик. Сонеты на злобу дня, про то, как «Губители Отечества / измаялись, ярясь», «анархия и мразь / бытуют в новом времени» [6] и пр., в «краестишиях», в тайном письме, говорят о высоком назначении и призвании художника. Тема творчества, поэзии восстает против нелепицы текущих дней, вечное отрицает сиюминутное: «Неустанно твори, / и останется след. / Доходи до вершин. / Не крути вензеля» [7].

В акровенках Кормана лирический герой выступает под маской шута-скомороха. Образ его первоначально появляется в акростихах венка сонетов «В зеркале вод опрокинутый храм». Акростихи, казалось бы, никак не связаны с тематикой венка, повествующего о том, как «Изумлённое зеркало вод» отражает «Сбережённые богом края», которые «то и дело уродуют встряски», «Вакханалия лжи и корысти», «лупоглазые толпы ворья...» [8]. Картина мира «кривится» не потому, что преломляется в лоне вод, -это чистая вода, природа, изумляются не только теряющему свой образ нашему краю, но и всей планете: «встрёпанный шар / ест кошмарные блюда - по Кафке». И все же тема кривого зазеркалья, утраты духовности («виноват ли родной водоём искривив крестоносные главки»?) получает своеобразный отклик в акростихах про скомороха с его ехидным и лукавым взглядом на окружающий мир:

Скоморох в суете едких шуток и игр, развлекая народ, добряков и девиц,

цедит мёд-белену, ударяется в трёп. Пустозвон и вино ободрят не на век... [9]

Акротекст данного венка неожиданно всплывает в первом сонете венка «Цветочки да ягодки», вновь рисующего образ скоморошествующего шута. Участь поэта - под маской скоморо-

ха вещать горькие истины. Данный мотив сонета непосредственно пересекается с текстом акростихов данного акровенка - с призывом к неустанному творчеству.

Наиболее интересным в плане соотношения «сюжета» венка сонетов с темой его акростихов - темой стихотворства - является, на наш взгляд, последний, 42-й, венок сонетов «Царевна Лебедь». Его «бимагистральность» во многом вскрывает тайные пружины поэзии Кормана.

«Царевна Лебедь» - рассказ о поездке поэта «за бугор» (из «империи Салтана» «в страну царевича Гвидона» [10]). Здесь личностный, биографический мотив выявлен более открыто, чем в других акровенках Кормана. Лирико-сентимен-тальная тема полета к родившейся царевне-внучке сменяется сатирической картиной заморской «Гвидонии» с ее «чудесами», известными еще по Пушкину: «сбор скорлупок и камней / курирует проворный казначей»; «торжественно из моря шли герои. // Я их не видел. Храбрые вояки / застряли в развороченном Ираке...» [11] и т. д.

А вот тексты краестиший данного произведения говорят, как и акростихи других венков, о творчестве, конкретно - о сложении стихов.

Сонет как жанр отличается особым «нарциссизмом». Оды не пишутся про оды, элегии про элегии, баллады не воспевают баллады, а в мировой сонетистике сам жанр сонета, прославление его формы - одна из ведущих тем. Наследуют ли эту черту сонета сонетные венки? «Венец» Ф. Прешерна в переводе Ф. Е. Корша, первый в России образец жанра, открывался сонетом, который мы вправе назвать сонетом о венке сонетов: «Венок певец твой новый вьет для света: / Пятнадцать в нем сонетов сплетено, / И магист-рал, последнее звено, / Связует рифмы каждого сонета» (и далее) [12]. Среди моря современных венков сонетов немного можно указать примеров, в которых превалирует характеристика и самооценка этого труднейшего жанра. Две строчки Владимира Солоухина, пожалуй, исчерпывают данную тему в поэзии шестидесятых-семиде-сятых годов ушедшего века: «Венок сонетов -давняя мечта, / Вершина формы, строгой и чеканной» [13]. В наши дни можно назвать «Венок акросонетов» (2010) Михаила Ромма с призывами автора, обращенными, прежде всего, к себе самому: «Спеши плести венок акросонетов» и «Сыграем гимн четырнадцатистрочью!» [14]. Даже венок сонетов М. Луцкого «Подвиг Прешерна» посвящен жизни, борьбе, любви и творчеству поэта, а не жанру, его прославившему. «Венок сонетов о венке сонетов» написал только Александр Воловик, но это ироническое, пародийное произведение. Творцы как бы стесняются своего творения, иронизируют над жанром-«фокусом»: «В нём глубины искать не надо, нет! / Он, в сущ-

ности, в рифмовке упражненье. / Оно несложно, это сочиненье» [15].

Тайная «акротема» венка «Царевна Лебедь» Владимира Кормана - это тоже самоирония поэта, плетущего венки из сонетов. Непосредственно следующие друг за другом магистрал и акростих, названный в данном венке акромагист-ралом, - произведения как бы из разных измерений: магистрал говорит о реальном полете через океан, акромагистрал - о полете поэтическом - создании стихотворного произведения. Та и другая миниатюры сдобрены крупной порцией иронии. «Элегия и лимерик - кручения из слов» [16], - так характеризует автор свое произведение и жанр в целом. На грустное философское лирическое стихотворение - элегию, по мысли Кормана, накладывается короткое юмористическое - лимерик, жанр, основанный на обыгрывании бессмыслицы. Так, думается, трактует поэт единство венка сонетов и акростиха. Оба текста объединяет акрослово «ЭКВИЛИБРИСТИКА» - еще один показатель самоиронии творца бимагистрального акровенка. Но есть и другая связующая линия между историей путешествия в Америку и авторской рефлексией по поводу сочиняемого произведения. В последнем терцете магистрала Корман пишет: «Ищу свою из многих нотных строк. / Кочую в сказке, век она со мною.» [17]

На фоне работ мастера, виртуоза формы и создателя глубоких произведений с подлинной тайнописью, если так можно выразиться, «с двойным дном», особенно наглядно видны слабость и просчеты авторов, направляющих все свои силы на изысканность технического конструктивного решения и теряющих при этом не только в содержательном, но и в формальном плане. Погоня за изыском формы губит порой и саму форму.

В акровенке Н. Позёмкина «Дорога мира -маскарад» акрофраза магистрала «ДАНА ДОРОГА МИРА» совпадает не только с акрофра-зой акростихотворения, но и с акрофразой первого сонета да еще с его первой строкой [18]. Здесь уже наблюдаем несколько «витков» венка, несколько завязывающих его узлов. Но акросо-неты, его составляющие, не отвечают высоким требованиям канона. Катрены написаны на 4 рифмы, порой небогатые, неточные. В отличие от Кормана, Позёмкин взялся и акростих сделать рифмованным, но удалось это не во всех случаях, и в результате получились просто плохие стихи. Стремясь преодолеть неизбежные при делении сонета на катрены и терцеты разрывы в словах акрофразы или слияние букв разных ее слов, поэт нарушает классическую строфику. Сонеты акровенка Позёмкина состоят из комбинации самых разных субстроф - от одностишия до де-

сяти строк. Строфика подчинена «краестишиям», четко разделяет составляющие их слова, но традиционный структурный образ сонета при этом разрушен.

В цикле И. Сидоренко «Акросонеты Московскому университету» также вся творческая фантазия автора ушла на создание акростиха: нет строгой последовательности рифм в сонетах, встречаются «пустые» (не рифмующиеся с другими) строки. Но главное - нарушен основной принцип жанра: сонеты не связаны цепью повторяющихся строк. Однако пятнадцатый сонет соответствует классическому магистралу: состоит из четырнадцати первых строк предшествующих сонетов, к тому же «краестишия» первого и пятнадцатого сонетов совпадают, то есть иначе, чем в канонических венках, но кольцо венка замкнулось [19].

Не связаны сонетной цепью и акросонеты анонимного автора, амбициозно озаглавленные: «Королевский акровенок сонетов: История любви» [20]. Соединены лишь магистралом, причем без акростиха и дополнительного с его помощью сцепления, и сонеты венка «Завещание», подписанного только именем автора - Константин [21].

Поэты бесконечно экспериментируют с архитектоникой венков, усложняют себе задания, вызывают соперников на поэтическую дуэль, объявляют в мировой сети конкурсы на создание произведения в столь трудной «твердой» форме. Например, дается задание: написать ак-ровенок сонетов с каламбурными и составными рифмами, взяв в качестве магистрала сонет классика - СХХХ^ сонет Петрарки («Мне мира нет, и брани не подъемлю...»). Задание изначально имеет изъян: Петрака и его переводчик Вяч. Иванов (имя которого почему-то участники соревнования нигде не указывают, хотя именно его перевод сонета берут в работу) не писали акросонетов, следовательно, магистрал не будет таковым, следовательно венок уже не может считаться правильным акровенком. Каламбурные рифмы тоже не особенно вяжутся с представлением о сонете, Петрарке и венке сонетов [22].

К каким только усложнениям не прибегают современные составители и без того труднейшей формы акровенка сонетов! В 2003 г. журнал «Изящная словесность» опубликовал акровенок сонетов Натальи Мартишиной «Санкт-Петербург». Имя родного города поэтесса использует как «краестишие» в каждом сонете венка, но ведет при этом сложную игру с перестановкой букв. В первом сонете и магистрале начальные буквы строк четко выстраиваются в название города на Неве (без дефиса): САНКТПЕТЕРБУРГ. А вот начиная со второго сонета идет последователь-

ное «перетягивание» по одной букве с конца слова в его начало: ГСАНКТПЕТЕРБУР; РГСАНКТ-ПЕТЕРБУ; УРГСАНКТПЕТЕРБ... В десятом сонете части названия города меняются местами: ПЕТЕРБУРГСАНКТ; перестановка продолжается, пока в магистрале не восстанавливается первоначальное написание имени собственного. «Имя города в краесогласии "крутится" в каждом сонете, переворачиваясь в десятом сонете и еще раз переворачиваясь в магистрале» [23], - комментирует построение венка автор. Магистрал состоит из первых строк 14 предшествующих сонетов, но опять же, начиная со второго сонета, читаемых в обратном порядке (так называемый «обратный» магистрал).

Есть и более сложные конструктивные решения. В «Книге рекордов СНГ» произведение Г. А. Смирновой (творческий псевдоним - Ким Смирганд) зарегистрировано как рекорд сразу в двух номинациях: «Единственный в своем роде канонический венок сонетов, состоящий из пятнадцати тавтограмм - из 678 разных слов» и «Самый длинный венок сонетов из тавтограмм -из 678 разных слов» [24]. Каждый сонет венка является стихотворением, в котором все слова начинаются с одной и той же буквы. Всю конструкцию держит и диктует выбор буквы для каждого сонета акростих-магистрал с акрофразой -«Узелок Смирганд» [25].

Разновидности венков и акровенков сонетов создаются на наших глазах, и, безусловно, нам еще предстоит увидеть новые плоды неисчерпаемой творческой фантазии и технико-конструктивных изысканий авторов-сонетистов.

«Венок сонета требует от поэта виртуозного формального мастерства. Но одного такого мастерства мало: дабы венок был живым, его надо наполнить глубоким, пережитым изнутри смыслом, - надо превратить движение венка от сонета к сонету в динамический процесс, в органическое развитие» [26], - пишет создатель самого большого в мире числа венков сонетов (на сегодняшний день их 603!), поэт-философ Ю. В. Линник. Каждое его произведение в этом жанре - творение высокого искусства, плод глубочайших философских раздумий, пример филигранного мастерства. При этом поэт предпочитает классическую форму сонетного венка, не прибегая к излишествам акропоэтики.

При всех формальных изысках и ухищрениях, только глубокие, талантливые произведения, бережно сохраняющие традиции сонета и венка сонетов и раскрывающие новые возможности и тайны сонетотворчества, переживут своих создателей и войдут в сокровищницу мировой поэзии. И такие феномены уже появились в наши трудные, переломные, судьбоносные дни.

Примечания

1. Федотов О. И. Сонет. М., 2011. С. 468.

2. Поэзия.ру. URL: http://www.poezia.ru/ EditorColumn.php?sid=11

3. Корман В. В зеркале вод опрокинутый храм (би-магистральный венок сонетов с акростихами). URL: http://kormanvm.narod.ru/sonet28.html

4. Корман В. Пулька (бимагистральный венок сонетов с акростихами). URL: http://kormanvm.narod.ru/ sonet30.html

5. Корман В. Цветочки да ягодки (бимагистральный венок сонетов с акростихами). URL: http:// kormanvm.narod.ru/sonet29.html

6. Там же.

7. Там же.

8. Корман В. В зеркале вод опрокинутый храм.

9. Там же.

10. Корман В. Царевна Лебедь. URL: http:// www.poezia.ru/article.php?sid=50845

11. Там же.

12. [Преширн Ф.] Стихотворения Франца Прешир-на / со словен. и нем. подлинников перевел Ф. Корш. М., 1901. С. 9.

13. Солоухин В. А. Стихи. Венок сонетов. Владимир, 2009. С. 21.

14. Ромм М. Венок акросонетов. URL: http:// www.45parallel.net/mikhail_romm/venok_ akrosonetov/

15. Воловик А. Венок сонетов о венке сонетов. URL: http://www.poezia.ru/article.php?sid=3563

16. Корман В. Царевна Лебедь.

17. Там же.

18. Позе'мкин Н. Дорога мира - маскарад: (акро-венок сонетов). URL: http://www.litkonkurs.com/ ?dr=45&tid=188328&pid=0

19. Сидоренко И. Акросонеты Московскому университету. URL: http://collection-poetry.blogspot.ru/p/ blog-page.html.

21. Константин. Заклинание. Венок сонетов. URL: http://domstihov.ru/proizvedenija/ctihi-na-filosofskuyu-temu/ zaklinanie.html

22. См.: Курдюков С. Дмитрий Донской: Акро-ве-нок сонетов с каламбурными и составными рифмами. URL: http://www.stihi.ru/avtor/kurdukovsak; Одинокий Волк. Храни меня, о Дева!: Акро-венок сонетов № 2 с каламбурными и составными рифмами. URL: http:// www.stihi.ru/2013/04/02/1857

23. Мартишина Н. Санкт-Петербург: Акровенок сонетов. URL: http://www.stihi.ru/2012/05/16/11571

24. Рекорд СНГ и Украины Ким Смирганд. URL: http://www.kim-smirgand.com/record.php

25. Текст акровенка с сонетами-тавтограммами удален из сети автором. В статье, посвященной Г. А. Смирновой, цитируется один из сонетов венка «Летом». См.: О Ким Смирганд - художнице и поэтессе, мастере портретов-силуэтов. URL: http:// www.kim-smirgand.com/about.php

26. Ёинник Ю. В. Вступ. статья // Венок сонетов: Антология. Петрозаводск, 1993. С. 7.

УДК 81'42

Т. М. Фадеева

ОДОРИЧЕСКИЕ СЛОЖНЫЕ ЭПИТЕТЫ РУССКОГО ЯЗЫКА

В статье представлен корпус одорических сложных эпитетов русского литературного языка. Автор анализирует существующие в языке композитные единицы, номинирующие ольфакторные признаки, и предлагает вариант их классификации. Активное включение одорических сложных эпитетов в художественные тексты рассматривается как проявление ментального своеобразия языковой личности.

The article presents a case olfactory complex epithets of Russian literary language. The author analyses the existing language composite unit, endow the olfactory signs, and offers the option of classifying them. Active inclusion olfactory complex epithets in literary texts is regarded as a manifestation of the mental identity of linguistic personality.

Ключевые слова: сложный эпитет, композитная единица, запах, язык художественного произведения, перцепция.

Keywords: complex epithet, composite unit, the smell, the language of fiction, the perception.

Изобразительные возможности сложных эпитетов активно использовались писателями на протяжении всего существования русского литературного языка. Вербальная репрезентация признаков, получаемых человеком посредством органов чувств, позволяет художнику слова создавать у читателя иллюзию присутствия, «воздействовать» посредством слова на его рецепторы. Зрение, слух, тактильные ощущения транслируют информацию о фактах действительности. Значительной оказывается и роль запахов в получении исчерпывающего представления о том или ином предмете.

Одорические сложные эпитеты - это сложения, обозначающие признаки, апеллирующие к обонянию: облак благовонный (Г. Р. Державин), сумрак вилл свежо-благоуханный (П. А. Вяземский), зловонная конура (Ф. М. Достоевский), прохладно-душистый ветерок (И. С. Шмелёв), пряно-пахучий город (И. А. Бунин), терпко-горький дым (М. А. Шолохов), благоуханье трущоб-но-пыльное (Б. Л. Пастернак), медово-сладкий дух (Ю. М. Нагибин), капли успокоительно-пахучие (Л. Е. Улицкая). На основании собранной нами картотеки мы отмечаем, что одорические композиты встречаются редко в языке произведений писателей XVIII - начала XIX в.:

Толь блистающа денница, Сладковонный тварей цвет, Благолепная девица Уж грядет к тебе в совет.

© Фадеева Т. М., 2013