Кормовое поведение птиц на садовом участке: использование хозяйственной деятельности человека

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2017, Том 26, Экспресс-выпуск 1479: 3171-3178

Кормовое поведение птиц на садовом участке: использование хозяйственной деятельности человека

А.Г.Резанов

Александр Геннадиевич Резанов. Кафедра биологии, экологии и методики обучения биологии, Институт математики, информатики и естественных наук, ул. Чечулина, д. 1. Москва, 105568, Россия. E-mail: RezanovAG@mail.ru

Поступила в редакцию 7 июля 2017

Начиная с 2013 года мною велись регулярные наблюдения за кормовым поведением птиц на садовом участке, расположенным у границы национального парка «Лосиный остров» (Московская область, город Королёв). На стандартных (по 6 соток) участках садового товарищества находятся деревянные 1 -2-этажные жилые дома и хозяйственные постройки (рис. 1). На участках проложены плиточные дорожки или дорожки с деревянным настилом, иногда размещены контейнеры с компостом и т.д. Всё это и прочие атрибуты, входящие в понятие антропогенного фактора и новых элементов окружающей среды, создаёт благоприятные условия для кормёжки некоторых видов птиц. В связи с этим при наблюдениях особое внимание обращали именно на антропогенные модификации кормового поведения, связанные с постройками человека и различными садовыми работами, проводимыми на участке, а также с местами искусственной концентрации пищевых объектов.

Рис. 1. Хозяйственная постройка на садовом участке. Королёв, Московская область. 27 мая 2017. Фото автора.

Motacilla alba. Раньше белая трясогузка постоянно кормилась на вспаханных огородах садового товарищества. В частности, летом 2003 года наш участок постоянно посещали 1 -2 трясогузки и кормились не только на свежевскопанной земле, но и собирали экспонированных бес -позвоночных во время земляных работ, подлетая вплотную к человеку, работающему с лопатой, мотыгой или граблями. Известно, что белая трясогузка собирает экспонированные пищевые объекты на вспаханной земле (Резанов 1981, 2003), а также сопровождает плуг (Cramp 1988; Резанов 2008). Последние годы её не видно, поскольку многие садовые участки запущены, заросли высокой травой и кустарником и стали малопригодны для наземного поиска корма трясогузкой.

Garrulusglandarius. Вечером 25 октября 2015 (+7°С) на наш садовый участок прилетела сойка и некоторое время держалась в зарослях малины и тёрна. Затем она подлетела к дому и прицепилась к вывешенному на открытой террасе полиэтиленовому пакету с продуктами, в котором она проклевала несколько дыр. В этот момент птица заметила подкрадывающуюся к ней кошку (высота вывешенного пакета над полом террасы 1.5-1.6 м), издала тревожные крики и улетела. Летом 2016 года на территории Лосиного острова недалеко от садовых участков я несколько раз наблюдал 1 -2 соек, кормящихся на местах пикников и собирающих там пищевые отбросы. Подобное поведение наблюдается и у сорок. Посещение помоек, расклёвывание мешков с продуктами довольно обычное для сойки поведение, особенно осенью и зимой, и наблюдается на всём огромном пространстве её ареала (Пту-шенко, Иноземцев 1968; Кривицкий 1989; Татаринов 1989; Рахилин 1999; Cramp et al. 1994; Нечаев 2001; Резанов 2010).

Pica pica. В осенне-зимний период (2014/15 и 2015/16 годов) одна, реже две сороки периодически кормились на помойке садового товарищества и на компостной куче на нашем участке. Например, днём 10 декабря 2015 (0... + 1°С, переменная облачность) сорока 3-4 раза прилетала на участок. Она садилась на бортик деревянного контейнера с компостом и склёвывала, вероятно, остатки размоченного сухого корма для кошек. Сорока держалась осторожно и, заметив наблюдателя, тут же улетала на соседний участок. Иногда сорока расклёвывала полиэтиленовые мешки с пищевыми продуктами, вывешенные на открытой террасе. В феврале 2017 года во время оттепели сорока кормилась на соседнем участке на стене деревянного дома - птица цеплялась к бру-сам и добывала из щелей зимующих беспозвоночных (Резанов 2017). Холодной весной 2017 года сорока несколько раз ранним утром регистрировалась мной на компостной куче. Так, утром 8 мая 2017 (0°, мокрый снег) птица сидела на бортике контейнера и выклёвывала что-то из кучи компоста. Для сорок в самых разных регионах характерна кормёжка на помойках, возле пунктов общественного питания и жи-

лых домов (Рустамов 1954; Мальчевский, Пукинский 1983; Климов, Сазонтов 1989; Самарин 1989; Birkhead 1991; Cramp et al. 1994; Прокофьева 1998; Тагирова 1999; Ушаков, Ушаков 1999; Кулакова, Злот-никова 2012). Известно, что сороки похищают продукты, вывешенные за окна (Константинов 1970; Иванютенко 1989), и даже залетают в открытые окна на кухни, когда там нет людей (Нанкинов 2013). В основном такое их поведение наблюдается в осенне-зимний период и ранней весной. В то же время известно посещение сороками помоек с пищевыми отходами и в летнее время (Прокофьева 1998; Резанов, Резанов 2008, 2016). Вот только два примера. 9-16 июня 2010 на территории биостанции МГПУ (село Полевшино, Истринский район, Московская область) мы проводили наблюдения за самцом большого пёстрого дятла Dendrocopos major, который регулярно посещал помойку в 10-15 м от столовой. Одним из посетителей помойки была сорока, которая за 8 дней наблюдений (1612 мин) прилетала и кормилась на помойке 11 раз (Резанов, Резанов 2016). 13 июля 1997 на импровизированной помойке (кучи мусора, гниющий картофель и пр.) около автодороги в окрестностях Торгашино (Московская область, Сергиево-Посадский район) кормились 4 сороки вместе с 7 воронами Corvus corax, 1 белой трясогузкой и более чем с 10 полевыми воробьями Passer montanus.

В конце апреля 2009 года на территории санатория «Орджоникидзе» под Кисловодском постоянно можно было видеть 1 -3 сорок, ожидающих на елях и берёзах, растущих вдоль санаторного корпуса, какой -нибудь подачки со стороны отдыхающих. Часто птицы расхаживали под окнами или на прилегающих дорожках в поиске выброшенных из окон пищевых отходов. Ожидание, чередующееся с наземным патрулированием полосы под окнами санаторных корпусов — одна из важных кормовых стратегий местных сорок, эксплуатирующих этот постоянно возобновляющийся источник пищевых отходов антропогенного происхождения. По словам работников санатория, такое поведение сорок наблюдается и в летнее время.

Ficedula hypoleuca. Днём 9 мая 2017 (прохладно, мелкий дождь) самец мухоловки-пеструшки кормился не только на земле возле контейнера с компостом, но и в самом контейнере (рис. 2) среди прошлогодних листьев. Здесь он добывал личинок мух. Как известно, для мухоловки-пеструшки наземный поиск корма — довольно обычное явление (Cramp et al. 1993), особенно в холодную погоду (Благосклонов 1954; Формозов и др. 1950). Но посещение помоек (формирующуюся компостную кучу вместе с пищевыми отходами вполне можно рассматривать как помойку) мухоловкой -пеструшкой мне не известно. Вероятно, такое поведение связано с холодной погодой (накануне даже выпал снег) и малой доступностью для птиц даже наземных открыто живущих насекомых.

Рис. 2. Самец мухоловки-пеструшки ¥1сейи1а Ьурокжа добывает личинок мух на компостной куче. 9 мая 2017. Фото автора.

Erithacus rubecula. В 2013-2016 годах пара зарянок гнездилась на нашем участке в большой куче хвороста (рис. 3) и даже оставалась на зиму (зимы 2013/14 и 2014/15 годов). Птицы отличались исключительной доверчивостью и не просто подпускали человека близко к себе, но и сами подлетали вплотную к нему.

Рис. 3. Куча хвороста, где гнездились зарянки Erithacus гиЬвсик. 3 июля 2017. Фото автора.

Летом 2016 года из досок были сколочены контейнеры для компоста. Здесь на земле часто кормилась зарянка. В июле, когда из щелей между досок на землю стекал компост с личинками мух, зарянка кормилась ими на земле возле контейнера. 11 -13 августа зарянка выискивала дождевых червей, находясь на самой куче компоста. После 13 августа мы её не видели — птица могла кормиться на соседних участках в аналогичных местах. Начиная с 17 августа по 11 сентября на компосте периодически стала кормиться молодая зарянка. Сначала она

присаживалась на ветвь деревца рядом, затем слетала на бортик контейнера, осматривалась и лишь после этого слетал вниз на компост, выискивая среди гниющей растительной массы насекомых и мелких дождевых червей (рис. 4).

Рис. 5. Та же молодая зарянка ЕгйЬасш гиЬеси1а в конце постювенильной линьки.

19 сентября 2016. Фото автора.

19 сентября молодая птица уже почти перелиняла во взрослое перо (рис. 5). В это время мы разбирали одну из куч прогнившего хвороста, и зарянка стала активно кормиться на частично разрыхлённой почве, собирая мелких беспозвоночных. При этом она проигнорировала крупную жужелицу Carabus hortensis. Корм искала как на разрыхлённых участках, так и на кучках земли, разбросанной по плиточной дорожке.

Во время земляных работ птица подлетала на 0.5 м к человеку и внимательно следила за его действиями. Когда мы стали заниматься реставрацией деревянного настила и переворачивать старые доски, тут же прилетела зарянка (судя по всему - одна и та же особь) и начала собирать экспонированных дождевых червей. Затем стала кормиться по краю малинника, прыгая среди опавших листьев и переворачивая их клювом.

Впрочем, такое поведение зарянки не является необычным - оно отмечалось много ранее. Так, в Англии зарянка нередко ассоциируется с огородниками, вскапывающими грядки (digging gardeners). Эта повадка была распространена здесь значительно шире, чем в материковой Европе, и основой для данной ассоциации могла послужить кормёжка зарянки на выбросах крота (Lack 1948, 1965).

25 сентября молодая зарянка была уже в новом оперении. 10 октября возле компостного контейнера кормились две зарянки (очевидно, взрослая и перелинявшая молодая). В одном случае зарянка даже залетала под дом и кормилась там на песке - в этом месте часто каталась собака, видимо избавляясь от эктопаразитов. На зиму зарянки в тот год не остались ни на нашем, ни на других участках.

Parus major. Наиболее многочисленная на участке птица (осенью-зимой группы до 5-6 птиц), встречается круглый год. В холодное время года большие синицы кормятся семечками подсолнечника из подвесной кормушки. Помимо этого, они часто расклёвывают (продалбливали отверстия; иногда используя следы деятельности сойки) вывешенные на террасе полиэтиленовые пакеты с продуктами. Также залетают в сени и продалбливают полиэтиленовый верх упаковок с фаршем и выклёвывают содержимое.

В сентябре -ноябре 2016 года синицы периодически залетали в контейнер и кормились на компостной куче, в частности, подбирали выброшенные туда тыквенные семечки. Также в этот период синицы добывали насекомых, застрявших в двойных металлических оконных сетках; осенью подобное поведение характерно для них (Резанов 2014). 5 ноября 2016 мы разгребали на участке выпавший снег и разбрасывали готовый компост, в котором попадались живые дождевые черви. Тут же прилетели 2-3 синицы и стали кормится как на освобождённой от снега земле, так и на разбросанном компосте, а также залетали в контейнер с компостом.

За период с 1 октября 2016 по 27 марта 2017 большая синица (несколько раз замечена самка) кормилась в закрытом чердачном помещении, куда она проникала каждый вечер (в сумерки) через небольшую щель под крышей домика. Находясь в комнате, над которой расположен чердак, мы слышали звуки долбления, иногда периодическими сериями с интенсивностью до 60 ударов в минуту. Так продол-

жалось 10-12 мин. Утром на рассвете синица вновь обследовала чердачное помещение, прыгая по полу и долбя доски. Вероятно, она обследовала старые доски, заражённые ксилофагами, либо раздалбливала (расширяла) щели и подобные укрытия, куда на зиму спрятались насекомые и пауки. Судя по всему, синица ночевала на чердаке и кормилась там вечером и утром (обычно на рассвете) перед вылетом.

Fringilla coelebs. В мае-июне 2017 года 1-2 зяблика нередко кормились на земле возле контейнера с компостом, используя традиционный кормовой метод — наземный поиск и собирание мелких пищевых объектов с поверхности основного субстрата (Резанов 2004). В данном случае зяблика явно привлекал обильный корм возле контейнера и разбросанного компоста.

Passer montanus. 9 мая 2017 один полевой воробей кормился на земле около компостного ящика. Птица садилась на ближайшую ветку над контейнером, но при мне внутрь не залетала.

Вызывает удивление только разовое наблюдение полевого воробья на компосте (эти воробьи здесь обычны и кочуют по садовым участкам, часто вместе с большими синицами), а также отсутствие скворцов Stur-nus vulgaris, хотя они здесь есть - наблюдалась их кормёжка на грядках соседних участков. Также не отмечено посещение компостной кучи серой вороной Corvus cornix.

Кормёжка птиц на помойках, как в местах концентрации пищевых объектов, имеет свои естественные корни. В основе лежит процесс переключения птиц на доступные массовые корма, не требующие значительных временных и энергетических затрат на их поиск и добывание.

Литер атур а

Благосклонов К.Н. 1954. Семейство мухоловковые Muscicapidae // Птицы Советского Союза. М., 6: 73-126.

Иванютенко А.Н. 1989. Состояние популяций синантропных врановых птиц Белоруссии // Врановые птицы в естественных и антропогенных ландшафтах. Липецк, 3: 15-17. Климов С.М., Сазонтов А.Г. 1989. О биоценотической и хозяйственной роли сороки в Центральном Черноземье // Врановые птицы в естественных и антропогенных ландшафтах. Липецк, 3: 52-55. Константинов В.М. 1970. О гнездовании сороки в культурном ландшафте средней полосы Европейской части СССР // Учён. зап. МГПИ 394: 156-172. Кривицкий И.А. 2009. Городская популяция сороки Pica pica в Харькове // Рус. орнитол.

журн. 18 (518): 1806-1807. Кулакова М. В, Злотникова Т. В. 2012. Некоторые аспекты кормления птиц в местах

концентрации пищевых отходов // Аграрный вестник Урала 3: 23-26. Нанкинов Д.Н. 2013. Осенние поиски пищи сороками Pica pica на стенах домов // Рус.

орнитол. журн. 22 (947): 3334-3337. Нечаев В.А. 1991. Птицы острова Сахалин. Владивосток: 1-747

Прокофьева И.В. 1998. Использование пищевых отходов человека воробьиными птицами в летнее время // Рус. орнитол. журн. 7 (48): 3-9. Птушенко Е.С., Иноземцев А.А. 1968. Биология и хозяйственное значение птиц Московской области и сопредельных территорий. М.: 1- 461.

Рахилин В.К. 1999. Экологический викариат в распространении врановых птиц в Центральном Сихотэ-Алине // Экология и распространение врановых птиц России и сопредельных государств. Ставрополь: 75-76.

Резанов А.Г. 1981. Кормовое поведение и способы добывания пищи у белой трясогузки Motacilla alba (Passeriformes, Motacillidae) // Зоол. журн. 60, 4: 548-556.

Резанов А.Г. 2003. Кормовое поведение Motacilla alba L. 1758 (Aves, Passeriformes, Motacillidae): экологический, географический и эволюционный аспекты. М.: 1-390.

Резанов А.Г. 2004. Оценка качественного разнообразия кормового поведения зяблика Fringilla coelebs // Рус. орнитол. журн. 13 (269): 727-748.

Резанов А.Г. 2008. Историко-географический анализ «следования за плугом» у птиц // Рус. орнитол. журн. 17 (410): 499-513.

Резанов А.Г. 2010. Антропогенные инновации в кормовом поведении врановых Corvidae // Врановые птицы Северной Евразии. Омск: 113-116.

Резанов А.Г. 2014. Большие синицы Parus major кормятся осенью насекомыми, застрявшими в металлической оконной сетке // Рус. орнитол. журн. 23 (1021): 2109-2110.

Резанов А.Г. 2017. Сорока Pica pica кормится на стене деревянного дачного дома // Рус. орнитол. журн. 26 (1412): 824-826.

Резанов А.Г., Резанов А.А. 2008. Орнитологические наблюдения на южном побережье Кольского полуострова в конце июля 2004 года // Рус. орнитол. журн. 17 (444): 15111525.

Резанов А.Г., Резанов А.А. 2016. Поведение большого пёстрого дятла Dendrocopos major при добывании кормов антропогенного происхождения: к вопросу об индивидуальной специализации // Рус. орнитол. журн. 25 (1328): 3117-3123.

Рустамов А.К. 1954. Семейство вороновые Corvidae // Птицы Советского Союза. М., 5: 13-104.

Самарин Е.Г. 1989. Гнездование сороки в г. Хабаровске // Врановые птицы в естественных и антропогенных ландшафтах. Липецк, 2: 139.

Тагирова В.Т. (1989) 2010. Синантропизация обыкновенной Pica pica и голубой Cyanop-ica cyanus сорок в Хабаровске // Рус. орнитол. журн. 19 (569): 826-827.

Татаринов К.А. 1989. Врановые г. Львова и его окрестностей // Врановые птицы в естественных и антропогенных ландшафтах. Липецк, 2: 98-99.

Ушаков В.А., Ушаков А.В. 1999. Мусорные контейнеры как места кормления врановых птиц в городе // Экология и распространение врановых птиц России и сопредельных государств. Ставрополь: 138.

Формозов А.Н., Осмоловская В.И., Благосклонов К.Н 1950. Птицы и вредители леса. М.: 1-182.

Birkhead T.R. 1991. The Magpies: The ecology and behaviour of Black-billed and Yellow-billedMagpies. London: 1-272.

Cramp S. 1988. The Birds of the Western Palearctic. Vol.V. Tyrant Flycatchers to Thrushes. Oxford Univ. Press.: 1-1063.

Cramp S., Perrins C.M., Brooks D.J. 1993. The Birds of the Western Palearctic. Vol.VII. Flycatchers to Shrikes. Oxford Univ. Press.: 1-577.

Cramp S., Perrins C.M., Brooks D.J. 1994. The Birds of the Western Palearctic. Vol.VIII. Crows to Finches. Oxford Univ. Press.: 1-899.

Lack D. 1948. Notes on the ecology of the Robin // Ibis 90, 2: 252-279.

Lack D. 1965. The Life of the Robin. Collins: 1-239.