Некоторые проблемы уголовной ответственности за преступление, предусмотренное частью 1 статьи 238 уголовного кодекса Российской Федерации

Тюнин Владимир Ильич

доктор юридических наук, профессор, Санкт-Петербургский университет МВД России

Некоторые проблемы уголовной ответственности за преступление, предусмотренное частью 1 статьи 238 Уголовного кодекса Российской Федерации

В статье рассматриваются особенности конструкции состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ. Анализируются специфика правоприменительной практики и предложения по изменению уголовно-правовой нормы.

Ключевые слова: производство, хранение, сбыт, товары, продукция, требования безопасности, потребители, жизнь, здоровье.

V.I. Tyunin, Doctor of Law, Professor, Saint Petersburg University of the Ministry of the Interior of Russia; e-mail: v-tunin@rambler.ru

Some problems of criminal responsibility for an offense under part 1 of article 238 of the Criminal Code of the Russian Federation

The article is devoted to the features of corpus delicti of a crime under pt. 1 of art. 238 of the Criminal Code of the Russian Federation. Peculiarities of law enforcement practices and proposals to amend the criminal law are analyzed.

Key words: production, storage, sale, goods, products, safety requirements, consumers, life, health.

Несмотря на относительно длительный период существования состава преступления, закрепленного в ст. 238 УК РФ, она по-прежнему вызывает интерес у ученых и практиков, применяющих ее в своей деятельности.

В рамках настоящей работы внимание будет обращено на некоторые обстоятельства применения уголовно-правовой нормы, особенности конструкции состава преступления, соотношение преступления с нормами КоАП РФ, являющимися родственными с указанной статьей УК РФ.

Криминализация деяний, причиняющих вред здоровью населения, не вызывает сомнений и давно стала практикой законодателя цивилизованных государств. Аналоги преступления можно обнаружить в уголовном законодательстве государств как дальнего, так и ближнего зарубежья.

Исторически сложилось так, что подобные нормы существовали в русском уголовном праве задолго до принятия и вступления в силу действующего УК РФ. Например, в Уголовном кодексе РСФСР существовало несколько статей, которые с определенной долей условности могут быть представлены как предшественни-

ки рассматриваемого состава преступления. К их числу отнесем преступления, закрепленные в ст. 157 и 158 УК. В ст. 157 УК была закреплена ответственность за выпуск или продажу товаров, оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности. Часть 1 ст. 157 УК гласит: «Выпуск или продажа товаров, оказание услуг, заведомо не отвечающих требованиям безопасности для жизни и здоровья потребителей, клиентов, повлекшие причинение вреда здоровью людей либо создание угрозы причинения такого вреда». Статья 158 УК РСФСР криминализовала ответственность за изготовление, сбыт, хранение крепких спиртных напитков домашней выработки.

Наиболее близок к современному тексту ст. 238 УК РФ, несомненно, текст ст. 157 УК РСФСР. До внесения изменений в текст ст. 238 УК РФ Федеральным законом от 9 июля 1999 г. № 157-ФЗ сходство между преступлениями было еще большим. Заметим, однако, что в прежней редакции ст. 238 УК имела материальный состав преступления и требовала причинения вреда здоровью человека. Различие между старым и преобразованным текстом заключается в следующем: 1) увеличилось число действий, составляющих оборот

24

товаров, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья, за счет включения понятий «хранение» и «перевозка»; 2) понятие «выпуск» было заменено более определенным понятием «производство»; 3) криминализовано выполнение работ, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья; 4) состав преступления сформулирован как формальный; 5) криминализованы неправомерные выдача или использование официального документа, удостоверяющего соответствие товаров, работ, услуг требованиям безопасности; 6) помимо понятия «товар» законодатель ввел в оборот понятие «продукция».

Отмеченные нами изменения были осуществлены, по-видимому, в связи с расширением рынка товаров и услуг для населения и регламентацией оборота товаров, работ и услуг. Что касается отказа законодателя от конструкции состава преступления по образцу материального, то он, скорее всего, связан с участившимися случаями причинения вреда здоровью в результате отравлений [1].

В тексте новой редакции ст. 238 УК РФ обращают на себя внимание не столь очевидные условия, в которых совершается преступление. Это относится к месту совершения преступлений, субъектам, их совершающим, характеристике лиц, являющихся потерпевшими. Терминология, используемая в УК РСФСР, давала основания полагать, что речь в ст. 157 идет о товарах, выпускаемых на предприятиях промышленным путем либо в процессе индивидуальной предпринимательской деятельности, в условиях, контролируемых государством, о чем, в частности, свидетельствовало указание на потерпевших, которыми были «потребители» и «клиенты».

Одним из сложных вопросов является вопрос о субъекте преступления. Обратимся к решениям судов и обзорам судебной практики по применению ст. 238 УК РФ. Изученные нами судебные акты и обзоры позволяют отметить, что судебно-следственная практика по делам данной категории далека от совершенства в связи с неоднозначным пониманием понятий, с помощью которых законодатель описал состав преступления. Остановимся на особенностях конструкции основного состава преступления, закрепленного в ч. 1 ст. 238 УК РФ.

В обзоре судебной практики по ст. 238 УК РФ Магаданского городского суда Магаданской области, опубликованном на сайте суда 26 марта 2010 г., указывалось, что существует две точки зрения на этот вопрос. Согласно

первой субъект преступления обладает признаками специального субъекта, например лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой организации, которая отвечает за производство, хранение, перевозку, сбыт товаров и продукции и удостоверяет их соответствие требованиям безопасности, индивидуальный предприниматель, занимающийся подобной деятельностью; изготовитель (продавец, исполнитель) - должностное лицо организации или гражданин - предприниматель и т.д. В соответствии со второй точкой зрения субъектом преступления может быть и общий субъект - лицо, достигшее 16 лет.

Как отмечается в обзоре, перелом в судебно-следственной практике произошел в связи с расширением рынка фальсифицированной алкогольной продукции, спиртосодержащих жидкостей, опасных для здоровья [2].

Сложилась практика признания субъектом преступления общего субъекта. В подавляющем большинстве изученных нами приговоров таковым является лицо, изготавливающее, хранящее ради сбыта и сбывающее спиртосодержащую продукцию либо пищевую продукцию. Обоснованность применения в таких случаях ст. 238 УК РФ вызывает вопросы. Дело в следующем. При конструировании состава преступления законодатель использовал термины из регулятивного законодательства. На это обстоятельство обращается внимание в обзорах судебной практики, судебных решениях и доктрине уголовного права.

Почему при анализе состава преступления и в правоприменительной практике ссылаются на Закон РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей»? Дело в том, что при конструкции состава преступления законодатель указал, что предметы преступления не отвечают «требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей». Буквальное толкование понятия «потребитель» требует обращения к тексту названного закона. Напомним, что в уголовно-правовой литературе в начале 2000-х гг. проходила дискуссия, поводом для которой послужила правоприменительная практика по делам об «экономических преступлениях». Одним из вопросов дискуссии был вопрос, необходимо ли использовать термины, заимствованные при конструировании составов преступлений из регулятивного законодательства, в том значении, которое придавал им законодатель в этом законодательстве, либо наполнять иным содержанием, исходя из потребностей уголовного права. На наш взгляд,

25

подавляющее большинство ученых, участвовавших в дискуссии и следивших за ней, согласились с тем, что «бланкетность» как метод построения уголовно-правовой нормы требует соблюдения при применении нормы УК смыслового значения соответствующего понятия, используемого в регулятивном законодательстве [3, с. 303].

В соответствии с Законом РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных (бытовых) нужд, не связанных с извлечением прибыли [4].

Названный закон предназначен для регулирования отношений, возникающих между потребителями и юридическими либо физическими лицами, на законной основе производящими и реализующими товары, выполняющими работы и оказывающими услуги, и обеспечивает защиту прав потребителей. Как уже было указано, сложившаяся судебная и следственная практика преодолела представление о потребителе как лице, для которого работы, услуги, реализация товаров осуществляются на законной основе.

Это не единственное препятствие, с которым сталкиваются суды и органы предварительного расследования. В диспозиции ст. 238 УК перечислены предметы преступления: товары, продукция, работы, услуги. Эти понятия прочно вошли в гражданский оборот и используются в законодательстве, например в Гражданском кодексе РФ, Законе РФ «О защите прав потребителей», многочисленных подзаконных актах. Однако нормативного определения указанных понятий нет. В контексте указанных законов и области регулируемых ими отношений, тем не менее, можно утверждать, что речь идет о «предметах», находящихся в легальном обороте и соответствующих нормативным требованиям, как необходимом условии их оборота [5].

Сложности возникают при установлении признаков объективной стороны состава преступления. Обратимся к статье А.Н. Савченко «Понимание квалифицирующего признака "производство" в составе ст. 238 УК РФ в судебной практике с точки зрения правовой категории справедливости» [6, с. 29-32]. Анализируя материалы уголовных дел, автор приходит к выводу о несправедливости вынесения приговоров по ст. 238 УК РФ во многих случаях.

Обратимся к анализу понятий, использованных законодателем при конструкции состава преступления в ч. 1 ст. 238 УК РФ. Нормативного определения понятия «производство» применительно к ст. 238 УК РФ нигде не дается, что, безусловно, затрудняет определение его содержания. В Обзоре судебной практики [7], утвержденном Президиумом Верховного Суда Республики Мордовия от 9 апреля 2015 г. предлагается при раскрытии этого термина использовать постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2006 г. № 14 (в редакции от 30 июня 2015 г.) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» [8].

Полагаем, что норма ст. 238 УК РФ в действующей редакции пережила свое время, она содержит терминологию, ориентированную на промышленное производство либо иное легальное производство и последующий оборот товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг. Руководствуясь потребностями правоприменительной практики, суды и органы предварительного расследования наполнили ее новым содержанием. В специальной литературе такая практика получила название правоприменительной криминализации [9, с. 10].

Правоприменительная практика свидетельствует о проблемах применения ст. 238 УК РФ, что, на наш взгляд, требует ее обновления. Если и далее применять ст. 238 УК РФ в случаях незаконного оборота товаров и иной продукции, созданной лицами, не имеющими отношения к легальному производству, в тексте диспозиции следует вместо термина «производство» либо наряду с ним использовать и другие понятия, например «изготовление». В примечании к ст. 238 УК РФ можно определить, что «потребители» - это лица, заказывающие, приобретающие, использующие товары или иную продукцию (пользующиеся результатами работ или услуг), независимо от того, кто является изготовителем товаров (продукции), оказывает услуги, выполняет работы, независимо от того, на законной основе либо нет осуществляется их деятельность.

Обратимся к вопросу правовой оценки предметов преступления, которые не отвечают требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей. В тексте ст. 238 УК указано, что предметы преступления не отвечают «требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей». Следовательно, товары, продукция, работы и услуги должны отвечать определен-

26

ным требованиям. Действительно, мы находим многочисленные случаи установления нормативных требований к безопасности тех или иных изделий, работ, услуг. Выражены эти требования по-разному, в зависимости от характера предмета. Федеральный закон от 2 января 2000 г. № 29-ФЗ (в редакции от 13 июля 2015 г.) «О качестве и безопасности пищевых продуктов» [10] в ст. 3 «Оборотоспособность пищевых продуктов, материалов и изделий» устанавливает запрет на оборот пищевых продуктов, материалов и изделий, которые: не соответствуют требованиям нормативных документов; имеют явные признаки недоброкачественности, не вызывающие сомнений у представителей органов, осуществляющих государственный надзор в области обеспечения качества и безопасности пищевых продуктов, при проверке таких продуктов, материалов и изделий; не соответствуют представленной информации, и в отношении которых имеются обоснованные подозрения об их фальсификации; не имеют установленных сроков годности (для пищевых продуктов, материалов и изделий, в отношении которых установление сроков годности является обязательным) или сроки годности которых истекли и т.д.

Указанные общие требования дифференцируются применительно к различным видам товаров и продукции. Например, ст. 5 решения Комиссии Таможенного союза от 9 декабря 2011 г. № 882 (в редакции от 15 декабря 2015 г.) «О принятии технического регламента Таможенного союза "Технический регламент на соковую продукцию из фруктов и овощей"» (вместе с «ТР ТС 023/2011. Технический регламент Таможенного союза. Технический регламент на соковую продукцию из фруктов и овощей») указывает, что соковая продукция «не должна причинять вред жизни или здоровью человека и должна соответствовать требованиям безопасности соковой продукции из фруктов и (или) овощей, установленным в приложении 1» [11].

Таким образом, для установления опасности продукции необходимо установить несоответствие гигиенических и микробиологических показателей определенным величинам. Примером сказанного являются уголовные дела, связанные с изготовлением и сбытом фальсифицированной алкогольной продукции, товаров с истекшим сроком годности. Показательным в этом смысле является уголовное дело, рассмотренное в порядке кассации на приговор Советского районного суда Нижнего Нов-

города. Приговором суда установлено, что С., работая продавцом в магазине, в нарушение пп. 11, 23, 33 «Правил продажи отдельных видов товара», утвержденных постановлением Правительства РФ от 19 января 1998 г., умышленно хранила с целью последующего сбыта продукты питания, не отвечающие требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, а именно вакуумную упаковку «Сосиски столичные» весом 460 граммов по цене 52 руб. с истекшим сроком годности на 10 декабря 2005 г., которую умышленно продала покупателю.

Действия С. судом квалифицированы по ч. 1 ст. 238 УК РФ - как хранение в целях сбыта и сбыт товаров и продукции, не отвечающей требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей.

Президиум Нижегородского областного суда в своем постановлении от 2 декабря 2015 г. указал, что «сам по себе факт несоответствия товара требованиям качества не всегда создает реальную опасность для жизни и здоровья потребителя и не является достаточным условием для привлечения лица к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 238 УК РФ, поскольку в том случае, если опасность сбываемой продукции для жизни и здоровья потребителей не подтверждена, возможно применение административной, а не уголовной ответственности» [12].

Краснослободский районный суд, рассматривая материалы уголовного дела в отношении К., вынес оправдательный приговор. Судебная коллегия Верховного Суда Республики Мордовия [7], оценивая законность принятого решения по делу, в апелляционном постановлении от 12 декабря 2014 г. указала, что органами предварительного расследования выводы об опасности для жизни и здоровья человека самогона, произведенного К., основаны только на том, что содержание сивушных масел в нем превышает допустимые пределы, установленные ГОСТом Р 51355-99 «Водки и водки особые», и сивушные масла могут вызвать отравление тяжелой степени или привести к смерти.

В экспертном заключении указывается, что жидкость, представленная на экспертизу, представляет собой крепкий спиртной напиток домашней выработки - самогон и, следовательно, водкой не является. Как установил суд, из ГОСТа Р 55315-2012 «Виски Российский» следует, что норма массовой концентрации сивушного масла в 1 дм куб. безводного спирта составляет 500-6000 мг/дм куб., т.е. значительно превышает концентрацию сивушных масел в жидкости, произведенной К. Превышение

27

концентрации сивушного масла в исследуемом образце напитка еще не свидетельствует о его опасности для жизни или здоровья.

Анализ имеющихся в нашем распоряжении приговоров показал, что в основу доказательств опасности жизни или здоровья спиртосодержащей продукции ложатся заключения экспертов, в которых зачастую нет четких критериев, указывающих на такую опасность.

В приговоре по делу Хаётова указано, что «исследованный образец, представленный на экспертизу, в бутылках с названием водка "Зимняя дорога" не соответствует требованиям ГОСТ Р 51355-99 "Водки и водки особые. Общие технические условия" по исследованным органолептическим (запах неприятный, с наличием посторонней ароматики) и исследованным физико-химическим показателям: крепость 42,5% (при норме 40%). Исследованный образец представляет опасность для здоровья потребителей, т.е. совершено преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 238 УК РФ» [13]. Из текста неясно, почему предмет с названием «Зимняя дорога» представляет опасность для здоровья потребителей. Показатель крепости (42,2 градуса) еще не определяет опасность, поскольку в легальном обороте находятся алкогольные напитки крепостью выше 40 градусов (например, джин), к тому же исследованный предмет водкой не является.

Полагаем, что вывод об опасности «продукта» можно сделать лишь в случае, если установлено, что в его содержание входят вещества, характеристика и количественное содержание которых нормативно определены как опасные для жизни или здоровья человека. В некоторых случаях вывод об опасности продукции для жизни или здоровья был сделан при отсутствии экспертного заключения, на основании протокола испытаний образца продукции [14]. Полагаем, что изъятие продуктов питания из оборота по причине их некачественности еще не дает основания для привлечения виновного к уголовной ответственности и требует проведения экспертизы в рамках уголовного дела. В случае «конкуренции» состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ, и состава административного правонарушения, закрепленного в ч. 1 ст. 14.4 КоАП РФ, выбор в пользу уголовной либо административной ответственности может быть сделан по результатам экспертизы.

Рассмотрим вопрос о возможности уголовной ответственности за повторное совершение правонарушения, влекущего за собой ад-

министративную ответственность. Для этого обратимся к судебной практике привлечения к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 238 УК РФ за совершение повторно правонарушения, наказываемого по ст. 12.5 КоАП РФ. Часть 1 ст. 12.5 КоАП РФ установила ответственность за «управление транспортным средством при наличии неисправностей или условий, при которых в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностями должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения эксплуатация транспортного средства запрещена, за исключением неисправностей и условий, указанных в частях 2-7 настоящей статьи».

В Санкт-Петербурге сложилась практика привлечения к уголовной ответственности и осуждения по ч. 1 ст. 238 УК РФ водителей маршрутных такси, оказывающих услуги по перевозке пассажиров при наличии неисправно-стей,указанных в «Перечне неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств» [15]. Так, приговором суда по ч. 1 ст. 238 УК РФ осужден Бурдин за то, что вновь оказывал «услуги по перевозке пассажиров, не отвечающие требованиям безопасной жизни или здоровья потребителей, поскольку технические неисправности в виде неработающего ремня безопасности водителя ... неработающей кнопки аварийного открывания дверей, отсутствия аптечки и огнетушителя, негорящего стоп-сигнала с левой стороны, создающих угрозу жизни и здоровья пассажиров, не были устранены вплоть до задержания транспортного средства.» [16]. Привлечение к уголовной ответственности происходит после повторного задержания транспортного средства и фиксации тех же самых неисправностей, при наличии которых ранее осуществлялось управление транспортным средством. На наш взгляд, оснований для привлечения к уголовной ответственности недостаточно. Ни одно из нарушений, перечисленных в Перечне [15], не определено как не отвечающее требованиям безопасности жизни или здоровья. Вывод о том, что оказание услуг транспортной перевозки не отвечает требованиям безопасности жизни или здоровья, не вытекает из характера неисправностей и является предположением. В указанных случаях при повторном нарушении должна применяться административная ответственность.

Рассмотрение особенностей конструкции и правоприменительной практики ч. 1 ст. 238 УК

28

РФ приводит нас к мысли о том, что при конструкции уголовно-правовой нормы не в полной мере учтены принципы определенности и единства терминологии и полноты состава.

Рассматриваемая уголовно-правовая норма стала универсальным средством привлечения к уголовной ответственности за оборот товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, в самых различных сферах экономики и

1. Немцов А. В. Алкоголь и смертность в России: 1980-е - 1990-е годы. URL: http://www. nastavlenie.ru/alcohol/statistika.aspx (дата обращения: 25.12.2016).

2. Обобщение судебной практики по ст. 238 УК РФ. Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности. URL: http://magadansky.mag.sudrf.ru/modules. php?id=57&name=docum_sud (дата обращения: 26.12.2016).

3. Шишко И. В. Экономические правонарушения: Вопросы юридической оценки и ответственности. СПб., 2004.

4. О защите прав потребителей: закон РФ от 7 февр. 1992 г. № 2300-1 // Рос. газ. 1996. 16 янв.

5. Нечаева А. В. Особенности объекта преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ «Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров, продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности» // Вестн. Воронеж. ин-та МВД России. 2011. № 1. URL: http://cyberleninka. ru/article/n/osobennosti-obekta-prestupleniya-predusmotrennogo-st-238-uk-rf-proizvodstvo-hranenie-perevozka-libo-sbyt-tovarov-produktsii-vypolnenie

6. Савченко А.Н. Понимание квалифицирующего признака «производство» // Рос. судья. 2014. № 9. С. 29-32.

7. Обзор судебной практики: утв. Президиумом Верховного Суда Республики Мордовия от 9 апр. 2015 г. URL: ttp://pandia. ru/text/80/126/31095. php (дата обращения: 03.01.2017).

8. Рос. газ. 2006. 28 июня.

9. Радошнова Н.В. Криминализация (декриминализация) в уголовном праве России: авто-реф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2015.

10. О качестве и безопасности пищевых продуктов: федер. закон от 2 янв. 2000 г.

областях хозяйственной деятельности. Несовершенство конструкции состава преступления ведет к допущению ошибок в правоприменительной практике и нарушению принципа законности. Полагаем, что законодателю следует вновь обратиться к конструкции состава преступления и рассмотреть вопрос о возможности включения в качестве признака объективной стороны ч. 1 ст. 238 УК РФ последствия в виде причинения вреда здоровью.

1. Nemtsov A.V. Alcohol and death rate in Russia: the 1980th - the 1990th years. URL: http://www.nastavlenie.ru/alcohol/statistika.aspx (date of access: 25.12.2016).

2. Generalization of court practice according to art. 238 of the Criminal Code of the Russian Federation. Production, storage, transportation or sale of goods and products, performance of works or rendering the services which aren't meeting safety requirements. URL: http://magadansky. mag.sudrf.ru/modules.php?id=57&name=docum_ sud (date of access: 26.12.2016).

3. Shishko I.V. Economic offenses: Questions of legal evaluation and responsibility. St. Petersburg, 2004.

4. About consumer protection: law of the Russian Federation d.d. Febr. 7, 1992 № 2300-1 // Rus. newsp. 1996. Jan. 16.

5. Nechayeva A.V. Features of an object of the crime provided by art. 238 of the Criminal Code of the Russian Federation «Production, storage, transportation or sale of goods, products, performance of works or rendering the services which aren't meeting safety requirements» //Bull. of Voronezh institute of Russian MIA. 2011. № 1. URL: http://cyberleninka.ru/article/n/osobennosti-obekta-prestupleniya-predusmotrennogo-st-238-uk-rf-proizvodstvo-hranenie-perevozka-libo-sbyt-tovarov-produktsii-vypolnenie

6. Savchenko A.N. Understanding of the qualifying sign «production» // Russian judge. 2014. № 9. P. 29-32.

7. Overview of court practice: approved by the Presidium of the Supreme Court of the Republic of Mordovia d.d. Apr. 9, 2015. URL: http://pandia.ru/ text/80/126/31095.php (date of access: 03.01.2017).

8. Rus. newsp. 2006. June 28.

9. Radoshnova N.V. Criminalization (decriminalization) in the criminal law of Russia: auth. abstr. ... Candidate of Law. Saratov, 2015.

10. About quality and safety of foodstuff: fed. law d.d. Jan. 2, 2000 № 29-FL (as amended on July 13, 2015) // Rus. newsp. 2000. Jan. 10.

29

№ 29-ФЗ (в ред. от 13 июля 2015 г.) //Рос. газ. 2000. 10 янв.

11. Официальный сайт Комиссии Таможенного союза. URL: http://www.tsouz.ru/, 15.12.2011 (дата обращения: 06.01.2017).

12. Постановление Президиума Нижегородского областного суда от 2 дек. 2015 г. № 44У-124/2015, 4У-1065/2015. Доступ из справ. правовой системы «Консультант-Плюс»» (дата обращения: 03.05.2016).

13. Приговор Никулинского районного суда г. Москвы от 8 июня 2011 г. по делу Хаётова. URL: https://rospravosudie.com/ (дата обращения: 21.12.2016).

14. Приговор Ленинского районного суда г. Краснодара. Уголовное дело в отношении Шульги И. Г. г. Краснодар, 12 янв. 2012 г. URL: https://rospravosudie.com (дата обращения: 12.09.2016).

15. О Правилах дорожного движения: постановление Правительства РФ от 23 окт. 1993 г. № 1090 (вместе с «Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения») (в ред. от 8 июня 2016 г.) // Рос. вести. 1993. 23 нояб.

16. Приговор Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 16 апр. 2015 г. Дело № 1-527/15. URL: https://rospravosudie.com (дата обращения: 08.10.2016).

11. Official site of the Commission of the Customs Union. URL: http://www.tsouz.ru/, 15.12.2011 (date of access: 06.01.2017).

12. Resolution of the Presidium of the Nizhny Novgorod regional court d.d. Dec. 2, 2015 № 44U-124/2015, 4U-1065/2015. Access from legal reference system «ConsultantPlus» (date of access: 03.05.2016).

13. Sentence of Nikulinsky district court of Moscow d.d. June 8, 2011 in the case of Hayotov. URL: https://rospravosudie.com/ (date of access: 21.12.2016).

14. Sentence of Leninsky district court of Krasnodar. Criminal case concerning Shulga I.G. Krasnodar, Jan. 12, 2012. URL: https:// rospravosudie.com (date of access: 12.09.2016).

15. About Traffic regulations: order of the Government of the Russian Federation d.d. Oct. 23, 1993 № 1090 (together with «Basic provisions on the admission of vehicles to operation and an obligation of officials on traffic safety») (as amended on June 8, 2016) //Russian news. 1993. Nov. 23.

16. Sentence of the Vyborg district court of St. Petersburg d.d. Apr 16, 2015. Case № 1-527/15. URL: https://rospravosudie.com (date of access: 08.10.2016).

30