О традиционной и современной культуре чеченцев

НАРОДЫ КАВКАЗА: ТРАДИЦИИ И СОВРЕМЕННОСТЬ

УДК 008.1

О ТРАДИЦИОННОЙ И СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЕ ЧЕЧЕНЦЕВ

Ф.В. Димаева

Проблема взаимодействия культур разных народов особенно актуальна в переходные, кризисные периоды истории. Способы социокультурных трансформаций являются предметом пристального внимания отечественных и зарубежных исследователей [1].

Наша тема в основном затрагивает особенности развития чеченского общества в условиях XXI в.

В процессе взаимодействия с природным окружением человек особым образом создает свою "вторую природу" - материальную и духовную культуру. Человечество функционирует в двух сферах жизни и деятельности: инстинктивно-биологической и культурно-целесообразной (социальной). Любое общество как живой организм имеет свою специфику и механизмы самосохранения. Быстро меняющаяся культурная действительность создает новые параметры жизни для каждого следующего поколения. Типичная схема современных семейных отношений - это отношения "дети- родители", тогда как влияние старшего поколения отсутствует. Индустриальное общество состоит в основном из незнакомых между собой людей, и его отличительной особенностью является унифицированность, стереотипность поведения.

Конечно, эти характеристики относятся, прежде всего, к большим городам, мегаполисам. Урбанизация неизбежно приводит к дисгармонии отношений человека с природой и, в конечном счете, к глобальному экологическому кризису. Происходит отчуждение человека от человека, нарушение коммуникации, люди функционируют как клеточки гигантского суперорганизма.

Димаева Фатима Вахаевна - кандидат философских наук, ведущий научный сотрудник Комплексного научно-исследовательского института РАН, г. Грозный, 364051, г. Грозный, Старопромысловское шоссе, 21а, т. 8(8712)222628, e-mail: dimaeva@bk.ru.

Однако продолжают существовать и общества "смешанного типа", которые вовлечены в индустриальную модернизацию, но упорно держатся за свои особые культурные традиции. В таких обществах современные признаки культуры сочетаются с давно сложившимся укладом жизни людей, их национальными обычаями и особым мироощущением.

Примером культуры "смешанного типа" может служить современное чеченское общество. Отношения внутри чеченской семьи отличаются строгой регламентированностью и традиционным распределением обязанностей, в соответствии с возрастом и полом каждого его члена.

Самая примечательная черта чеченской семьи - это особое отношение к старшему поколению. Старость человека предполагает, что он обладает мудростью, ценным жизненным опытом, - и потому, безусловно, заслуживает уважения. Почтенный возраст чеченца обеспечивает ему главенствующую роль в семье и общественное признание как человека, способного принять справедливое и мудрое решение в общих интересах.

В чеченском обществе семья - это не только хозяйственная ячейка, но и хранительница основ традиционной культуры и нравственности. Чеченская семья состоит, как правило, из трех поколений: это дети, их родители и бабушки-дедушки. И в семье и в обществе действует принцип: "делай, как делают ВСЕ". Так дети осваивают все необходимые для жизни трудовые навыки, хотя некоторые из них сложились еще в архаическом обществе. Традиционные нормы поведения являются сокровищницей культурного опыта народа. Они целенаправленно

Fatima Dimaeva - Ph.D. of philosophy, leading researcher of the Integrity Institute for Scientific Research of the Russian Academy of Sciences, Grozny Grozny, 21a Staropromislovskoe shosse, 364051, ph. +7(8712)222628, e-mail: dimaeva@bk.ru.

готовят членов общества к тому или иному виду практической деятельности, необходимой в конкретных исторических условиях. Основой этнопедагогики чеченцев являлся принцип наблюдения и подражания старшим членам семьи, с практическим участием каждого ребенка в ее трудовой жизни. Главная особенность воспитания в чеченской среде -это уважительное отношение к ребенку, хотя от него требовалось безусловное послушание. Этого добивались с помощью морального воздействия со стороны дедушек и бабушек, матери и отца, старших братьев и сестер, с которыми ребенок находился в постоянном общении. А с 3-5-ти лет он начинал выполнять мелкие поручения старших, посильные для него. Трудолюбие, воспитанное в семье, становилось главной положительной характеристикой взрослого чеченца. Традиционный опыт трудового воспитания детей в родной семье накапливался веками, многими поколениями.

В настоящее время чеченское общество находится в фазе перехода от традиционной культуры к современной цивилизации. Этот переход для любого народа всегда чреват многими трудностями и издержками, с признаками спада, понижения его культурного уровня. З.И. Хасбулатова пишет: "Сегодня в условиях деградации общества и его стремления к возрождению, восстановлению всего положительного в нашей культуре, думается, выросло целое поколение, считающее себя свободными от любых обязательств не только в отношении общества, но и даже родственных групп, с чем мы связываем наличие в Чечне домов-интернатов для престарелых и домов ребенка [2].

Переход к современной цивилизации (и по капиталистическому, и по социалистическому пути) в разное время преодолевали почти все народы, и ни один из них не избежал подобных издержек. Для новых поколений чеченцев чрезвычайно важно как можно быстрее найти способ свести деградацию своей культуры к минимуму.

Нравственность - это живой поведенческий комплекс, в котором традиции всегда обновляются, а инновации со временем становятся традициями; поэтому нормы поведения приобретают гибкость и не теряют своей ценности. Важно уточнить, что ни культуру, ни нравственность нельзя считать неким кодексом, сводом раз и навсегда застывших

правил. Разные культурные пласты обычно переплетаются между собой, а в кризисных ситуациях обеспечивают автоматическую защитную реакцию общественного организма, смягчая сложность ситуации.

Человек - существо универсальное, способное жить в любых природных условиях земного шара, осваивая самые разнообразные способы и формы деятельности. Но он становится человеком только в общении с другими людьми, в определенной культурной атмосфере, вне которой человек погибает, - как любое живое существо не может жить без воздуха. Культура дана человеку как совокупность смыслов и значений, как продукт его собственных интерпретаций, создающих импульс к развитию.

Посредниками в культурной деятельности человека являются слова, образы, навыки общения в собственной социальной среде. Сама культура функционирует благодаря системе сложно организованных культурных институтов. В культурной деятельности присутствует момент целеполагания, идеальными формами которого являются план, образ, намерение. Такой творческий аспект деятельности К. Лоренц называл способностью к "визуализации, созданию ситуаций, не имеющих аналогов в действительности" [3].

Тип личности, сформированный чеченской культурой, характеризуется трудолюбием, внутренней дисциплиной и самообладанием, благообразным поведением, почтением к старшим, заботой о младших. Конечно, особенности воспитательного процесса зависели от условий жизни семьи, от уровня экономического, политического и культурного развития народа.

Передача жизненного опыта из поколения в поколение является существенным условием жизнеспособности любого этноса. В процессе социализации личности главную роль играет семья, хотя в современных условиях ее влияние существенно дополняется ролью различных коллективов и учреждений культуры. Любая этнокультура по сути синкретична, она впитывает в себя различные элементы культуры других народов. Современные средства информации и коммуникации весьма способствуют этим процессам. Однако для этнической культуры приемлемы только те ее новые элементы, которые не противоречат традиционным устоям. Наряду с выбором каждым человеком способа

собственного самовыражения, в чеченском обществе этот процесс регулируется еще и коллективным выбором народа.

З.И. Хасбулатова дает такую оценку современного состояния чеченской культуры: "Последние 10-15 лет мы находимся и живем в деградирующем обществе, что приводит... к потере трезвости в самооценке. Признаком этой деградации является пропаганда исключительности и особого величия чеченского народа" [2, с. 83]. Нравственность любого общества подвержена опасности в случае полного отсутствия критики (или нетерпимости к ней), а также в случае отказа от культурного взаимодействия с другими народами.

Неопровержимым историческим фактом является то, что чеченское общество на протяжении многих столетий подвергалось мощной экспансии на разных уровнях - политическом, экономическом, религиозном, культурном. Мы имеем в виду роль Хазарского халифата, татаро-монгольского нашествия, насильственной исламизации, событий Кавказской войны. Чеченский народ испытал депортацию с родной земли, нападки "воинствующего атеизма" в эпоху социалистического строительства, угрозу гибели в условиях недавней русско-чеченской войны. Несмотря на все это, чеченцы остались верны своим традиционным ценностям, сохранили свой уникальный язык, память о "генеалогическом древе" каждого рода (тейпа) и своей трагической истории. И сегодня культура чеченского народа - это сфера активного развития и ассимиляции (в филигранно обработанном виде) многих черт русской и европейской культур. Результат этого взаимодействия - новые формы жизни чеченского общества, которые стали факторами его консолидации и включения в культурный диалог с другими народами.

В советскую эпоху чеченская культура активно взаимодействовала с традициями других народов, населявших Чечено-Ингушскую автономную республику, а также находилась под влиянием классического искусства. В республике действовали Союзы писателей, художников, кинематографистов, были созданы симфонический оркестр, русский и национальный драматический театры, выступали детские творческие коллективы. "Национальный театр стал одним из ведущих театральных учреждений России [4, с. 116]. Здесь выросла целая плеяда заслуженных деятелей культуры, известных не только в СССР, но и за рубежом:

танцор М. Эсамбаев, певец Большого театра М. Минцаев, композиторы А. Шахбулатов, У. Бексултанов, С. Димаев. Все это способствовало формированию новой культурной среды, развитию чеченского общества в русле мировой цивилизации. Однако в то же время сохранялась дискриминация чеченцев, -в частности, нарушалось их право на работу в нефтяной и других отраслях промышленности. Процесс культурного строительства в советской Чечне характерен для многих так называемых "развивающихся обществ". Происходила постепенная ассимиляция, консолидация и унификация национального менталитета чеченцев. Говоря о появлении "массовой культуры" у всех народов, приобщившихся к современной цивилизации, А.В. Малашенко отметил, что ее влияние не сказалось на "мировоззрении большей частью мусульман". Он же утверждал, что миссионерская проповедь радикальных исламистов из-за рубежа "не вызвала глубоких сдвигов в сознании большинства народов Северного Кавказа" [5]. Полагаю, что к подобным выводам можно было прийти только на основании наблюдения за поведением чеченских лидеров в Верховном Совете ЧИАССР, администрации Президента республики и в других эшелонах власти.

Некоторые представители чеченской элиты восприняли современный переходный период как удобный случай для передела государственной собственности, для присвоения природных ресурсов и самого народа республики (вопрос суверенитета республики) [6]. Новые марионеточные властители внесли немалый вклад в распространение наркобизнеса на территории Чечни [7].

События последних двадцати лет позволяют выделить следующие тенденции в развитии современного чеченского общества:

- в период 1992-2000 гг. моноэтничное чеченское общество оказалось не в состоянии консолидироваться вокруг какого-либо одного политического лидера, интересы которого соответствовали бы ценностным ориентирам народа (силовое давление со стороны федеральных структур, поддерживающих те или иные интересы противоборствующих сторон, не позволили остановиться на одном выборе) [8].

- наметившийся в 2004 г. устойчивый восстановительный процесс заставляет федеральные и местные власти повернуться лицом к проблемам чеченского народа, который на своих плечах вынес все тяготы войны.

Полное отчуждение народа сменилось некоторым доверием к этим властям;

- чеченское общество, разделенное на ряд социальных групп, придерживается разных взглядов, но все согласны с тем, что "самый худой мир лучше, чем война";

- в настоящее время чеченские власти содействуют "насильственной исламизации" общества. Но даже в такой негативной форме этот процесс способствует развитию национальной культуры за счет возвращения к традиционным ценностям культуры.

Население республики жаждет возвращения к нормальным условиям жизни, и то, что создано в республике сегодня в сфере культурной жизни, не всех устраивает. Социологический опрос, проведенный в марте 2010 г. Комплексным научно-исследовательским институтом РАН в г. Грозном, выявил, что отношение к культурным потребностям у респондентов разных возрастных групп разное. Из опрошенных 250 респондентов образовались три возрастные группы: от 17-20 лет (50 %); 25-40 лет (35 %); от 40 - 60 лет (15 %). Следует сразу же заметить, что исследование проводилось путем выборочного опроса среди студентов вузов, служащих ведомственных организаций и рабочих подсобных хозяйств Чеченской Республики.

Первую возрастную группу устраивает представленный в республике культурный сервис. Вторая и третья возрастные группы разделились. Одну часть респондентов устраивает представленный комплекс культурного сервиса, вторую часть не устраивает, и она ответила "Нет, недостаточен", и даже задала вопрос "А где Вы видите сервис?".

Возрастным группам от 25-40 лет и 40-60 лет есть что сравнивать, и они недовольны тем, что им сегодня представляют под видом культурного сервиса, а вот переживших войну молодых устраивает то, что им преподносится сегодня.

На предложенный выбор между культурами - западной, восточной, традиционно-национальной и современной - респонденты разделились также на три группы: одни предпочли традиционно-национальную и современную (некий синтез культур) цивилиза-ционный подход для народов России, вторые на национальную, современную и западную. Во второй группе есть респонденты, утверждающие, что их интересует национальная и западная культуры, а из культурных ме-

роприятий они посещают ловзар и слушают музыку хип-хоп, рок и т.д. Третья группа респондентов интересуется религией. Представившие третью группу респонденты отметили, что они занимаются спортом, ходят в мечеть, посещение культурных мероприятий для них это рузба в пятничный день, праздник рамадан; музыка у них ассоциируется с сурами из Корана. Небольшая часть из этих респондентов утверждает, что слушать музыку - грех и они предпочитают читать Коран и слушать мовлиды. На вопрос "Что значит для них культура?", они ответили: "Смотря какая"; "Не значит ничего"; "Пока не интересовался"; "Пока не думал". Анкеты, заполненные третьей группой и частью второй группы, отметившие свой интерес к национальной и западной культурам, отличаются тем, что свои мысли они излагают в скупой лексической форме. Сложилось впечатление, что респонденты то ли не могут, то ли не хотят вести диалог, или процесс исламизации тормозит общественному развитию. Тогда как респонденты первой группы вели свободный и живой диалог.

Социологический опрос показал, что население республики нуждается в расширенном комплексе культурного сервиса, качественно представленным репертуаром и исполнением, широким выбором различных сфер искусства.

Культура - это связующее звено между индивидами и жизнью, и чем качественнее культура, тем крепче эта связь. Народная культура, как и классика, является основой жизни человечества. Все остальное - переходная стадия между тем и другим. И восстановление важнейших принципов традиционной народной культуры (не связанной с воинственным исламом) могло бы способствовать укреплению солидарности и благополучию чеченского общества. Но, к сожалению, это не стало целью ни для религиозных лидеров, ни для властных структур нашей республики.

Идеи инновационного развития чеченского общества, конечно, весьма актуальны, но не подкреплены созданием культурных механизмов, обеспечивающих реализацию насущных потребностей людей. На мой взгляд, ошибочно распространенное представление о том, что традиционные общества не способны развиваться по инновационной модели. К сожалению, процессам модернизации чеченского общества препятствует отсутствие достойного жизнеобеспечения для значительной

части населения. Слишком многие в современной Чечне лишены права на труд по своей специальности, что мешает сохранению и развитию трудовых навыков населения не только просто в труде, а главное в "индустриальном труде". Сегодня безработными оказались 70 % населения Чечни, причем 30 % из них составляют бывшие государственные служащие и специалисты рабочие разных квалификаций [4, с. 121].

По вопросу процентного соотношения безработицы существуют разные мнения. Мы же обратимся к фактам. Территориально -административное деление ЧИ АССР состояло из г. Грозного, г. Назрань и 14 сельских районов. В 2010 г. Чеченская Республика представлена городами: Грозный, Аргун, Шали, Гудермес, Урус-Мартан и 16-тью сельскими районами. И в советский период, и сегодня процентный показатель сельского населения был намного выше, чем городской. В указанные 70 % входит население 16 сельских районов и малоимущее население городов республики, которое выживает за счет пенсий, безработных и детских пособий. Возможно, предпринимательская деятельность могла бы снизить указанный процент безработицы, но на конец 2006г. в экономике республики частная собственность занимает 2, 4 % [9, с. 68], а численность безработных составляет 227,7 тыс. чел. [9, с. 77].

По данным территориального органа федеральной службы государственной статистики по Чеченской Республике общая численность населения республики на май 2010 г. составляет 1 277 001 человек. Согласно этим данным в Чеченской Республике проживает 464 937 человек городского населения и 812 064 - сельского населения.

Согласно предварительным итогам Всероссийской переписи в Чеченской Республике в октябре 2010 г. всего опрошенных было 1 млн 236 тыс. человек. Источником таких данных является пресс-служба Главы и Правительства Чеченской Республики. Данные по предварительным итогам будут опубликованы в апреле 2011 г., окончательный результат о численности населения Чечни будет дан в IV кв. 2012 г., а официальное опубликование итогов переписи планируется в IV кв. 2013 г. [10]. К этому времени, возможно, и изменится ситуация на рынке труда в процентном соотношении работающих и безработных, но насколько существенно, пока трудно говорить.

Активность в восстановительном процессе и в строительстве современной Чеченской республики плохо соотносится с экономической стагнацией и с тем, что республика находится на стадии аграрного возрождения. Этот разрыв и оказался бичом для основного контингента жителей республики, который сегодня представлен в своем большинстве сельским населением. Такова, к сожалению, объективность в данном вопросе на данный период, но она должна меняться. Пока что - трудолюбие как ценное традиционное качество чеченского народа постепенно вымывается, и общество превращается в пассивную массу, которая довольствуется стандартным пакетом услуг и развлечений. В результате человек, с предельно суженным сознанием оказывается не способным отличить навязанную ему виртуальную реальность от действительной ситуации.

Анализ социокультурной ситуации в поствоенной Чечне позволяет сделать вывод, что благополучие общества напрямую зависит от взглядов его лидеров и методов управления. Современную чеченскую культуру можно отнести к смешанному "традиционно-индустриальному" типу. Ее индустриальная составляющая унаследована от промышленного развития республики в советские годы. Традиционная специфика культуры представлена только чеченскими песнями и танцами, а "насильственная исламизация", которую поддерживает и нынешнее руководство республики, отнюдь не способствует активному росту демократического самосознания. Общество, изолированное от мирового культурного наследия, лишено возможности накапливать опыт собственного цивилизационного развития и обречено на культурную деградацию.

На нащ взгляд, симбиоз культур и традиций, которые являются концентрацией духовного опыта разных народов, вовсе не мешает, а способствует развитию любого общества. При соприкосновении с другими этнокульту-рами, в том числе и более высокого уровня, чеченское общество способно обновляться, получив мощный импульс к развитию.

ЛИТЕРАТУРА 1. См. напр.: Белик А.А. Культурология // Антропологические теории культур. М.: Институт Открытое общество, 1998.; Лаво Р.С. Кросс -культурные коммуникации дисперсных этносов Северного Кавказа в условиях регионализации и глобализации // Известия вузов. Северо-

Кавказский регион. Обществ. науки. 1998. № 2. С. 21-28; Кризис идентичности в условиях глобализации // Человек. 2003. № 6. С. 8-15; Соловьев В.С. Избранные произведения. Ростов н/Д: Изд-во Рост. ун-та, 1998. 352 с.; Лубский А.В, Луб-ский Р.А. Адаптация народов Юга России к социальным трансформациям: проблемы методологии исследования // Научная мысль Кавказа. 2008. № 4. С. 11-18; Данлоп Дж. Россия и Чечня: история противоборства // Корни сепаратистского конфликта, М.: Р Валент, 2001. 232 с. С. 184-221.

2. Хасбулатова З.И. Нравственная культура чеченцев. Назрань: Пилигрим, 2007. Вып. 4. 90 с. С. 84.

3. См.: Белик А.А. Культурология // Антропологические теории культур. М.: Российский государственный гуманитарный ун-т, 1998. 242 с. С. 19.

4. Ахмадов Я. Сползание Российской Федерации и Чеченской Республики Ичкерия к конфликту // Чечня от конфликта к стабильности. М.: Инсти-

тут этнологии и антропологии РАН, 2001. 277 с. С. 112-125.

5. Малашенко А.В. Исламские ориентиры Северного Кавказа. М.: Изд-во Гендальф, 2001. 180 с. С. 169.

6. Данлоп Дж. Указ. соч. С. 100.

7. Ахмадов Я. Указ. соч. С. 121; Сайдулаев М. Экономические и социальные последствия чеченского конфликта: пути выхода из кризиса // Чечня от конфликта к стабильности. С. 11.

8. Данлоп Дж. Указ. соч. С. 184-221; Смит Д. Причины возникновения и тенденции распространения вооруженных конфликтов // Там же. С. 42.

9. Дигаев Р., Эдисултанов С. Статистика социально-экономического развития Чеченской республики за 2000-2006 гг. Грозный. 2009. 158 с.

10. Глава и правительство Чеченской республики (Официальный портал). URL: chechnya.gov.ru.

9 сентября 2010 г.

УДК 94

К ИСТОРИИ РАССЕЛЕНИЯ ИКСАМАТОВ

С.И. Лукьяшко

История древнего населения Кубани представлена группой письменных свидетельств и серией блестящих археологических находок, которые являются немыми свидетелями прошлых лет. Умение извлекать информацию из этих разрозненных источников и является задачей исторической науки. Один из эпизодов древней истории Кубани может быть реконструирован благодаря наличию текста легенды о Тиргатао, переданной Полиэном - греком по происхождению, родившимся в Македонии, адвокатом и ритором в Риме во времена Марка Аврелия (161-180), прославившегося своим произведением в восьми книгах "Военные хитрости". Приведем полный текст легенды:

Меотянка Тиргатао вышла замуж за Гекатея, царя Синдов, которые живут немного выше Боспора. Этого Гекатея, низложенного с престола, снова посадил на царство боспорский тиран Сатир, причем выдал за него свою прежнюю жену. Гекатей, который любил меотянку, не решился погубить

Лукьяшко Сергей Иванович - кандидат исторических наук, доцент кафедры археологии и истории древнего мира ЮФУ, заведующий лабораторией археологических исследований ЮНЦ РАН, 344006, г. Ростов-на-Дону, пр. Чехова, 41, e-mail: sciphica@ssc.ras.ru, т. 8(863)9509818.

ее, а заточил в сильной крепости и приказал жить под стражей, но Тиргатао сумела бежать, обманув стражу. Приверженцы Гекатея и Сатира с большим рвением принялись искать ее, опасаясь, чтобы она не склонила к войне меотов, но поиски были напрасными: меотянка, следуя по пустынным и скалистым дорогам, днем скрываясь в лесах, а по ночам продолжая путь, пришла, наконец, к так называемым иксаматам, где были владения ее родственников. Не застав в живых своего отца, она вступила в брак с его преемником и склонила иксаматов к войне. Приведя с собой многие из воинственных племен, живших вокруг Меотиды, она сильно опустошала набегами принадлежащую Гекатею Синдику, а также причиняла вред царству Сатира, так как они оба принуждены были искать мира, послав просьбы и дав в заложники Сатирова сына Метрадора. Тиргатао согласилась примириться, но ее противники, примирившись, не сдержали клятвы (Полиэн. Стратегемы, VIII, 55).

Sergey Loukjashko - Ph.D. of history, associate professor of the Archaeology and Ancient History Department at the Southern Federal University, head of Laboratory Archaeologcal Researches Southern Scientific Center RAS, 41 Chekhov Avenue, Rostov-on-Don, 344006, e-mail: sciphica@ssc.ras.ru, ph. +7(863) 9509818.