К вопросу о разной степени словообразовательной производности глаголов с приставкой прив русском языке

УДК 811.161.1 ББК 81.2

К ВОПРОСУ О РАЗНОЙ СТЕПЕНИ СЛОВООБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ПРОИЗВОДНОСТИ ГЛАГОЛОВ C ПРИСТАВКОЙ ПРИ-В РУССКОМ ЯЗЫКЕ

I Набати Шахрам

Аннотация. Статья посвящена установлению разной степени словообразовательной производности глаголов с приставкой при- в русском языке. В качестве источника языкового материала привлекались все глаголы с формальным компонентом при- (всего 800 единиц) из толкового словаря русского языка под ред. А.П. Евгеньевой. Контекстуальный анализ проводился на основании аутентичных контекстов, полученных из информационно-справочной системы «Национальный корпус русского языка»1. Проанализировав четыре типа глаголов с приставкой при-, отмечены четыре степени словообразовательной производности. У глаголов первого типа их значение зависит от суммы ярко выраженных лексических значений приставки и корневого глагола. Мотивировка значения, разумеется, в наибольшей степени принадлежит значению корневого глагола. Глаголы второго типа обладают семантикой, опирающейся на образное значение их основы, лексическая независимость которой несколько редуцируется в составе самого префиксально-372 го глагола. У глаголов второго типа нет выраженного лексико-грамма-тического единства с корневыми глаголами. В значении глаголов третьего типа наблюдается удаление от семантики корневого глагола настолько сильно, что их связь может быть установлена только этимологически. У глаголов четвертого типа общее их значение минимально зависит от значения корневого глагола.

Ключевые слова: приставка при-, приставочный глагол, словообразовательная производность, семантика, русский язык.

1 Здесь и в дальнейшем под названием Национальный корпус русского языка понимается электронный ресурс, размещенный по адресу www.ruscorpora.ru

DIFFERENT DEGREES OF WORD-FORMATION DERIVATIVENESS OF VERBS WITH THE PREFIX PRI- IN THE RUSSIAN LANGUAGE)

I Nabati Shahram

Abstract. The article focuses on the research of different degrees of derivation and corresponding types of verbs with the prefix pri- in the Russian language. The source of the language data (800 units) was the explanatory dictionary of the Russian language edited by A.P. Evgenyeva. The contextual analysis was carried out on the basis of authentic contexts derived from the information-reference system "Russian National Corpus". Having analyzed the four types of verbs with the prefix pri-, the author of the article outlines four major derivative classes. The verbs of the first type are completely motivated by the meanings of their derivational bases which are constituted by autonomous lexical units and the distinct meaning of the prefix thus revealing the highest degree of derivation. The second type of the verbs have their composite meaning linked to the figurative meaning of the word base and as such are characterized by a lower degree of derivation which is based on indirect semantic relationship of the derivational base and the derived word. The third type of the verbs demonstrates the change of the semantics of the basic root verb and is so radical that the relationship of the prefixal verb and its base can be established only etymologically and becomes purely formal. The meaning of the verbs of the fourth type depends minimally on general meaning of root verbs.

Keywords: prefix pri-, prefixal verb, derivation, semantics, Russian language.

Введение

С развитием когнитивной лингвистики центр интересов которой сконцентрирован на природе и сущности языковых знаков, репрезентирующих результаты познавательной деятельности человека, вновь стали актуальными вопросы о структуре и семантике производных слов, составляющих значительную часть языкового лексикона. Когнитивные опоры в виде определенных структурных частей производящих или мотивирующих баз, представляющих собой следы операций, характеризующих формирование новых слов, являются значимыми для формирования и декодирования смысла дериватов. И значимым поэтому

остается вопрос о том, насколько сохраняет слово эти следы, а тем самым и свою производность и семантическую прозрачность, или же в ходе исторического развития эти следы полностью или частично исчезают, приводя к становлению в языковой системе простых, непроизводных или морфемно членимых, но непроизводных единиц. Тем самым вновь на первый план выдвигается установление производности и непроизводности лексических единиц, «правильное определение их и взаимосвязи между ними» [1, с. 68], что, прежде всего, необходимо для отграничения производных слов от непроизводных, находящихся за пределами словообразова-

373

374

тельной системы языка. Этому важнейшему вопросу при описании словообразовательной структуры слова и соответственно центральной проблеме теории словообразования отводится значительное место в специальной литературе. Обсуждению подлежат в первую очередь термин «словообразовательная производность» и соотносимые с ним термины «производное слово», «производная основа», «производящее слово» «производящая основа», «производность», «производный», «производящий», указанные в грамматиках 1970 [2, с. 37] и 1980 [3, с. 133] гг., которые, по мнению ряда авторов, более пригодны для обозначения соответствующих понятий в области диахронического словообразования. Для описания синхронных словообразовательных отношений используются термины «мотивация», «мотивированный», «мотивирующий» [4, с. 7; 5, с. 5]. Наряду с ними Н.А. Янко-Триницкая предлагает, соответственно, термины «выводимость», «выводимый», «базовый», использование которых, как она объясняет, «не только исключает любые диахронические ассоциации, но и позволяет легко разграничивать две стороны выводимости — морфологическую и семантическую» [6, с. 17-19].

Таким образом, проблема морфологической членимости и словообразовательной производности, казалось бы, решенная в результате активного обсуждения в научных кругах в теоретическом плане почти 50 лет назад, вновь обретает свою актуальность, особенно при преподавании русского языка как иностранного, ибо с определением статуса глагола с одним и тем же структурным элементом при-связаны разные пути их семантического декодирования. Важным этот

вопрос становится и при установлении соотношения структурных типов слов той или иной части речи в общей системе лексики языка. В предлагаемой ниже статье и делается попытка показать структурную неоднородность глаголов с элементом при- в русском языке и вытекающие из нее разные возможности семантической интерпретации данных глаголов.

При изучении словообразовательной структуры производных слов необходимо учитывать то обстоятельство, что все производные слова имеют связи со всеми другими однокоренными словами. Эти связи проявляются как в формальном (в совпадении корневых морфем), так и в семантическом (в сходстве лексического значения, которое определяется корнем) отношениях.

Таким образом, можно сказать, что совокупность формальных и семантических признаков соотносимых слов, то есть общность корневой морфемы и наличие семантической мотивации, определяет наличие отношений словообразовательной про-изводности между словами.

Наличие теоретических решений проблемы словообразовательной про-изводности не освобождает, однако, от многочисленных трудностей, с которыми сталкивается исследователь при рассмотрении конкретного языкового материала.

По мнению В.В. Лопатина, «при материально выраженной аффиксации аффикс обычно является внешним признаком словообразовательной мотивированности, указывает на направление производности и, следовательно, установление словообразовательных связей вытекает уже из наличия аффикса» [7, с. 82]. Однако не все производные слова, имеющие

связи с производящими словами, являются производными. Например, глаголы со связанными основами с приставкой при- (прибавить, приветствовать, привыкнуть и т.д.). не отвечают условиям словообразовательной производности и не относятся к приставочным глаголам.

Из предшествующих описаний приставочного словообразования в современном русском языке известно, что слова, содержащие в своей структуре элементы, формально идентичные префиксальным морфемам (типа в-, от-, пере- и др.) по своему морфологическому составу, семантическим характеристикам и соотносимости с соответствующими беспрефиксальными единицами, неоднородны и образуют определенные подгруппы или типы [8, с. 82].

Основная часть

Как следствие неоднородности глаголов с приставкой при-, неодинакова и словообразовательная природа глаголов, формально принадлежащих к одному структурному ряду. Обладая одним и тем же формальным показателем, они, тем не менее, образуют группы непроизводных и производных слов, причем последние могут различаться степенью словообразовательной производности. Доказательству данного вывода и посвящено последующее описание морфологических, грамматических и семантических характеристик глаголов с приставкой при- в русском языке, формирующих в современном русском языке один из наиболее продуктивных словообразовательных типов [3, с. 387-388].

Как показывает проведенный анализ, по своим морфологическим особенностям глаголы с приставкой при- подразделяются на 4 группы.

Наиболее объемной по числу слов (95%) является первая группа глаголов, имеющих общие лексико-грамма-тические признаки с бесприставочными производящими глаголами. К ним относятся такие глаголы, как: прибежать, приехать, привести, привезти и т.д. Им свойственна прозрачная морфологическая структура. Глаголы этой группы производны и обладают ярко выраженным лексическим значением, мотивированным значениями корневых и префиксальных морфем, а также общими грамматическими признаками префиксальных и бесприставочных глаголов, такими как переходность-непереходность, образование видовых корреляций и др. Роль приставки при- в данном случае немаловажна в грамматическом смысле. Ее добавление к бесприставочным глаголам изменяет грамматический вид глагола и тем самым придает новое видовое значение производному (приставочному) глаголу. Возьмем для примера глагол принести. В современном русском языке этот глагол имеет значение: «Неся, доставить» [9]: „ц-

(1) В 1977 г. дочь Бабаевых Гюль-чохра, тогда еще школьница, принесла домой двухмесячного котенка, который оказался очень общительным и сообразительным [А.П. Дубров, О.Л. Силаева, В.Д. Ильичев. Кот, говорящий по-азербайджански // Первое сентября, 2003].

В то же время главным значением бесприставочного глагола нести является: «взяв в руки или нагрузив на себя, перемещать, доставлять куда-либо» [там же], что близко к значению префиксального глагола. Например:

(2) Западные артисты не привыкли к цветам, а зрители несли их и несли, и Володя стоял, весь об-

376

вешанный букетами [Сати Спивакова. Не все (2002)].

Близость прямых значений префиксального принести «неся, доставить» [там же] и бесприставочного глагола нести «взяв в руки или нагрузив на себя, перемещать, доставлять куда-либо» [там же] подтверждает их близость в лексико-семантическом плане. Это является также свидетельством того, что пространственное значение приставки при- (приближения к конечной цели) и значение производящей базы нести определенно присутствуют в составе префиксального глагола. Согласно сказанному, очевидно, что грамматические признаки глаголов принести и нести (вид и переходность) идентичны.

Характерной особенностью данных глаголов является то, что лекси-ко-грамматическая общность префиксального и бесприставочного глаголов сохраняется при их использовании как в прямом, так и в переносном значениях. Приставка всегда делает семантику глагола уже. Именно по этой причине корневые глаголы шире выражают переносные значения в сравнении с префиксальными глаголами.

Второй тип глаголов представляет собой малочисленную группу глаголов с приставкой при- (2%). К ним относятся такие глаголы, как: прибрать, признать, приметить, пришибить и др.

Заметим, что между генетическим значением бесприставочного глагола и ведущим значением префиксального глагола существует очевидная связь. Однако семантика бес-

приставочного глагола отличается от актуального лексического значения2 префиксального глагола. Грамматические функции префиксального и бесприставочного глагола не одинаковы. Лексическое значение префиксального глагола основывается на образном значении производящей бесприставочной базы, которое оказывает сильное влияние на изменение смысла (переоформление) префиксального глагола. В результате этого приставка при- теряет свои ярко выраженные пространственные и обстоятельственные признаки.

Рассмотрим в дополнение некоторые глаголы этой группы.

Глагол приметить - примечать в разговорной речи имеет значение «заметить, увидеть, обратить внимание на кого-, что-л.» [9]:

(3) «Дубиум»» там надпысано — «сомнение». Вы вот тоже, приметил я, засомневались. А в войну в саду авиабомба жахнула, в имении стекла все повылетали, деревья с корнем повыворачивало, а каменю-ка как раскачивалась да сползала, так и посейчас продолжает [Александр Крамер. О скитальцах и странниках // «Сибирские огни», 2013].

Глагол метить употребляется в следующих значениях: «Ставить отличительный знак, метку», «Целиться, стараться попасть» и др. [там же]: (ср. их значения в следующих контекстах:

(4) В ходе исследований сусликов отлавливали специальными ловушка-ми-живоловками, сделанными из металлической сетки, и метили электронным чипом [Малютки, кричащие «басом» // «Наука и жизнь», 2008].

2 Здесь и далее под актуальным значением понимается значение, обозначающее действие, которое происходит в данный момент и важное для настоящего времени.

Из сопоставления семантики префиксального глагола приметить и его производящей базы метить очевидна прямая генетическая близость между их значениями, а также то, что главные их значения заметно отличаются. В то же время образность значения бесприставочного глагола сохраняется в семантике префиксального глагола, и между приставочным и бесприставочным глаголами нет грамматической идентичности. Так, глагол приметить, имея в русском языке формы как совершенного вида, так и несовершенного вида, является переходным. Глагол метить, имея форму несовершенного вида, в значении «Ставить отличительный знак, метку» [9] является только переходным. Но в значении «целиться, стараться попасть» [там же] становится непереходным.

Глагол пришибить - пришибать имеет значение «Сбить ударом чего-либо тяжелого, придавить насмерть» [там же]:

(5) Теперь он все время будет исправляться, пока смерть не пришибет его [Андрей Дмитриев. Призрак театра (2002-2003) // Знамя, 2003].

Корневой глагол шибать - шибануть употребляется в таких значениях: «бросать, швырять», «С особой силой действовать на кого-л. (о запахе, вине, и т.п.)» [там же]:

(6) Стрелять и пениться не будет, а шипеть, в нос и голову шибать - запросто [Виктор Мясников. Водка (2000)].

Существующая связь значений префиксального глагола пришибить и его производящего глагола шибать очевидна, в то время как актуальные значения префиксального глагола и производящего глагола неодинако-

вы, как не одинаковы и их грамматические признаки: пришибить - пришибать — переходной глагол, шибать может быть и переходным, и непереходным /шибать камнями/.

Глагольная пара прибрать -прибирать имеет следующие значения: «Привести в порядок, убрать» (разг.), «Убрать, спрятать» (разг.) и др. [там же]:

(7) Надо вытащить белье из машины, помыть посуду, прибрать комнату [Михаил Гиголашвили. Экобаба и дикарь (1998-2007) // Зарубежные записки, 2009].

Производящим для глагола прибрать является глагол брать. Его прямое значение: «Принимать в руки, схватывать руками (зубами, щипцами и т.п.)» [там же]:

(8) Каждый вечер он брал ножницы, садился на берегу пруда и потихонечку постригал их [Сергей Козлов. Как Ежик с Медвежонком спасли Волка // Мурзилка, 2003].

При этом глагол брать имеет множество переносных значений, в которых он широко употребителен в русском языке:

(9) Зачалили, прогнали по желобу, загрузили чурками — и на кидало... И все равно сомнение берет. Перво-наперво, как солнышки-то со сволочанами делить будем? [Евгений Лукин. Катали мы ваше солнце (1997)].

(10) Живем в бараке дружно. Берем взаймы и долго не отдаем. Борька на первом этаже, Петька — через стенку [Геннадий Башкуев. Маленькая война // Сибирские огни, 2013].

Сравнение семантики производящего и префиксального глаголов приводит к выводу о потускнении значения корневой и префиксальной мор-

377

378

фем в производном глаголе. При этом глаголы различаются и грамматическими признаками: брать — переходный глагол, прибрать — переходный и непереходный; брать — глагол несовершенного вида, прибрать — глагол совершенного вида. В этой группе должны быть префиксальные глаголы, унаследовавшие образное значение бесприставочного глагола (как в случае с глаголами прибрать и брать).

Глаголы с приставкой при-, формирующие вторую группу, таким образом, являются производными и прозрачными по своей морфологической структуре. Для них характерна мотивированность семантики префиксального глагола образным значением производящей основы; генетическая связь между значениями производных и производящих глаголов при различном их актуальном значении в русском языке; а также различия между префиксальным и бесприставочным глаголами по грамматическим признакам; сужение круга лексических значений приставочных слов.

Глаголы, которые можно причислить к третьему типу, также не мно-гочислены (2%). К ним относятся такие глаголы, как прибыть, пригласить, причинить, приказать, приговорить, пристать, приникнуть и др. Их особенностью является то, что в современном русском языке различаются не только значения префиксального и бесприставочного глаголов, но также не сохранилась и близость генетического значения производящего глагола и значения префиксального глагола. Это и есть их основное отличие от глаголов второго типа. Но у этих двух типов общим является следующее: глаголы с приставкой при-второго и третьего типов характеризу-

ются отличиями грамматических признаков по сравнению с производящими базами и потускнением семантики корневых и префиксальных морфем в составе префиксального глагола.

В.А. Богородицкий определяет данный тип глаголов, как префиксальные глаголы с прозрачным морфологическим составом, от которого в определенной степени удалено реальное значение. Иначе говоря, в глаголах данного типа, как пишет автор, «генетическое значение уступает место новому значению слова» [10, с. 193194]. Ср. прибыть «прийти, приехать, приплыть, прилететь»; «увеличиться, прибавиться» [9] и др. и быть — «существовать»; «находиться, присутствовать где-либо» [там же] и др.

С точки зрения их семантической слитности, эти глаголы по своему значению приближаются к фразеологическим сращениям, в которых «целостное значение совершенно не соотносительно с отдельными значениями составляющих их слов» [1, с. 195]. Ср. бить баклуши — бездельничать, перемывать косточки — сплетничать и др.

В группу глаголов третьего типа входят, наряду с уже проанализированными примерами, и глаголы пригласить, приговорить, пристать и др.

Основным значением глагольной пары пригласить - приглашать в русском языке является «Попросить прийти, приехать, явиться куда-л., с какой-л. целью» [9]. Глагол гласить обозначает «содержать в себе какое-либо сообщение, утверждение, сообщать, говорить» [там же]. ср. примеры:

(11) И вот так мы стоим и смотрим друг на друга, и она ждет — когда я уйду, потому что ей уже жалко, что она меня пригласила [Андрей Геласимов. Жанна (2001)].

(12) Как гласят древние тексты, здесь жили крестьяне, возделывавшие виноград и собиравшие финики [Александр Волков. Пираты песчаного моря // Знание-сила, 2013].

Явственно, насколько генетическое значение производящей основы гласить удалилось от значения префиксального глагола пригласить. Нужно заметить, что этимологическая связь генетического значения образующей основы гласить все же прослеживается со значением ее префиксальной основы, но с точки зрения современного восприятия мы уже практически не ощущаем эту связь.

Что касается грамматических признаков корневого и приставочного глаголов, то они также неодинаковы: гласить - глагол несовершенного вида, может быть как непереходным, так и переходным; пригласить - глагол совершенного вида, но имеет так же форму несовершенного вида приглашать, переходный.

Актуальным значением глагола приговорить является «Вынести приговор, назначить какое-то наказание» [9]:

(13) Однако приговорить к «смертной казни» (то бишь ликвидации) могут [Надежда Баяндина. Хождения по мукам бронзового Ленина (2004) // Вечерний Екатеринбург, 2004.11.06].

Его производящая основа говорить в русском языке имеет значение «Пользоваться, владеть устной речью» [9].

Очевидно, что префиксальный глагол приговорить в своем актуальном значении «Вынести приговор, назначить какое-то наказание» генетически связан с производящей основой говорить со значением «Пользовать-

ся, владеть устной речью» [там же]. Однако современное значение префиксального глагола приговорить практически утратило свою связь со значением корневого глагола:

(14) Однако сейчас уже необходимо говорить о трех поколениях потенциального биологического оружия [А.С. Спирин. Фундаментальная наука и проблемы экологической безопасности // Вестник РАН, 2004].

Префиксальный глагол пристать обладает актуальным значением «Прикрепиться, плотно прилегая к кому-либо, чему-либо, прилипнуть» [там же]:

(15) Пережогинцы умудрились пристать к берегу и под огнем вытащить свое золото с горевшего корабля [Андрей Геласимов. Разгуля-евка (2008)].

Однако в современном русском языке это его актуальное значение не является номинативным значением глагола пристать в полном смысле.

Прямое значение глагола пристать, являясь устаревшим и просторечным и выражается словами: «Остановиться, расположиться на время где-либо или у кого-либо» [там же]:

(16) В Москве странницы пристали на постоялом дворе. Они попросились ночевать, и их пустили [Л.Н. Толстой. Декабристы].

Можно сделать вывод, что прямое (номинативное) значение префиксального глагола пристать связано с понятием «остановиться» и имеет семантическую близость с его мотивирующей основой стать: «Ступив куда-либо на какое-либо место, остановиться на нем; расположиться где-то стоя» [там же]:

(17) Но в открытом шкафу он заметил также пачку табаку... Он

379

взял ее, повертел в руках, стал к ок-ну спиною и положил в карман [С.Н. Сергеев-Ценский. В грозу (1912)].

В актуальном значении приставочного глагола пристать «Прикрепиться, плотно прилегая к кому-либо, чему-либо» [там же], которое развилось как образное и ведет к омонимическому расщеплению данного глагола, уже нет близкой лексико-се-мантической связи между ним и корневым глаголом стать, а прямая и вовсе утрачена. Эта трансформация в семантике морфологических частей приставочного глагола пристать привела этот глагол к морфологическому опрощению.

Анализ глаголов третьей группы выявил, что основным семантическим признаком приставочных глаголов этого типа является замена значения генетического «реальным». Актуальное лексическое значение корневого глагола как бы стирается в составе приставочного глагола, а приставка, сохраняя свое лексическое значение, заметно изменяет смысл префиксального глагола, придавая ему иное зна-380 чение. Такая трансформация семантики префиксального глагола делает связь между морфологическими частями более прочной. «Это явление семантического опрощения в структуре приставочного глагола, - указывает О.И. Рак, - которое необходимо предшествует и сопутствует опрощению морфологическому» [8, с.114]. Естественно, что в результате данных процессов значения префиксальных глаголов становятся трудно выводимыми из значений составляющих их единиц, а это порождает проблемы в распознавании их семантики, особенно изучающими русский язык как иностранный.

Принято считать, что примерно один процент глаголов с приставкой при- составляют глаголы со связанными приставками, которые можно отнести к четвертому типу. К ним относятся такие глаголы, как прибавить, приветствовать, привыкнуть, прилучать, примыкать, принимать, присутствовать, присягать и др.

Своей морфологической структурой эти глаголы напоминают в определенной степени фразеологические обороты, состоящие из слов со свободными и фразеологически связанными типами лексического значения. Если мы посмотрим на эти глаголы с точки зрения семантической слитности их морфологических частей, то отметим, что они продвинулись гораздо дальше в процессе морфологического опрощения, чем глаголы, прошедшие первую степень этого процесса.

Характерной особенностью этих приставочных глаголов является то, что их мотивирующая основа не употребляется в современном русском языке в свободном виде. «Это обстоятельство, — отмечает О.И. Рак, — вызвало следующую степень семантико-морфологического опрощения и придало новое качество основе — закрепило ее связанность, то есть приставочные образования этого типа обособились в словарном составе языка и семантически и морфологически» [8, с. 115].

Префикс у глаголов этого типа может меняться (прибавить, убавить, разбавить, забавить, избавить). При этом, как верно подчеркивает О.И. Рак, приставка сохраняет в этом случае семантическую самостоятельность, а корневая основа глагола, напротив, теряет ее. Поэтому значение префиксальных глаго-

лов этого типа, в сравнении с префиксальными глаголами третьего типа, мало зависит от значения корневой основы, так как глагольная мотивирующая основа не встречается как значимая языковая единица в свободном употреблении. Семантические значения глаголов четвертого типа совпадают со значениями фразеологических сращений, которые, как образно сформулировал В.В. Виноградов, похожи на «химическое соединение каких-то растворившихся и с точки зрения современного языка аморфных лексических частей» [11, с. 23]. Ср. перемывать косточки, бить баклуши и др.

Немотивированность данного типа глаголов, в которых ощущается формальный отрезок, совпадающий с приставкой при-, не позволяет рассматривать их как производные слова. Иными словами, это слова с нулевой словообразовательной производностью.

Производность префиксального глагола четвертого типа в современном русском языке можно установить посредством противопоставления «по префиксу другим корневым глаголам» [8, с. 116]. При его невозможности по причине отсутствия такой соотнесенности, префиксальная основа становится морфологически опрощенной, непроизводной (Ср.: притвориться (о человеке)).

Таким образом, характерной особенностью глаголов четвертой группы является то, что они в отличие от всех ранее описанных имеют связанную основу. Имыми словами их корневая основа не существует в русском языке в свободном виде. Данная отличительная черта глаголов этого типа вызывает более прочное соединение морфологических частей

префиксального глагола, а также незначительную соотнесенность значения префиксального глагола со значением связанной основы. Она также трансформирует глаголы, которые не могут противопоставляться по приставке родственным образованиям, в морфологически опрощенные глаголы. Это объясняется тем, что в этих глаголах, как указывал В.А. Богородицкий, «значение корня в слове сливается со значением придаточных морфологических частей в одно цельное, нераздельное представление, возникает таким образом новый корень» [10, с. 120].

Заключение

Таким образом, можно прийти к выводу, что из-за семантической неоднородности глаголов с приставкой при- неодинакова и словообразовательная природа глаголов, формально принадлежащих к одному структурному ряду. Обладая одним и тем же формальным показателем, они, тем не менее, образуют группы непроизводных и производных слов, причем последние могут различаться степенью словообразовательной производности. Итак, становится очевидным, что структурный ряд с элементом при- в современном русском языке представляет собой континуум, члены которого характеризуются разной — от нуля до единицы — степенью словообразовательной производности, причем границы между отдельными группами трудно определимы и расплывчаты. Это позволяет говорить не только о типах морфологической членимости (см. Л. Блумфилд, Е.С. Кубрякова и др.), но и степенях производности.

381

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Шанский, Н.М. Очерки по русскому словообразованию и лексикологии [Текст] / Н.М. Шанский. - М.: Учпедгиз, 1959. - 246 с.

2. Шведова, Н.Ю. Грамматика современного русского литературного языка [Текст] / Н.Ю. Шведова. - М.: Наука, 1970. - 767 с.

3. Шведова, Н.Ю. Русская грамматика: в 2 т. [Текст] / Н.Ю. Шведова. - М.: Наука, 1980. - 783 с.

4. Улуханов, И.С. Словообразовательная семантика в русском языке и принципы ее описания [Текст] / И.С. Улуханов. - М.: Наука, 1975. - 255 с.

5. Улуханов, И.С. Мотивация и произво-дность (о возможностях синхронно-диахронического описания языка [Текст] / И.С. Улуханов // Вопросы языкознания. -1992. - № 2. - С. 5-20.

6. Янко-Триницкая, Н.А. Членимость основы русского слова [Текст] / Н.А. Янко-Триницкая // Известия АН СССР. - 1968. - Т. 27. - Вып. 6. - С. 17-19.

7. Лопатин, В.В. Нулевая аффиксация в системе русского словообразования [Текст] / В.В. Лопатин // Вопросы языкознания. -1966. - № 1. - С. 76-87.

8. Рак, О.И. Структурно-семантическая характеристика глаголов с приставкой в-[Текст] / О.И. Рак // Вестник Ленинград-

382 ского университета. Серия истории, языка и литературы. - 1961. - № 14. - С. 106-117.

9. Евгеньевой, А.П. Словарь русского языка: в 4 т. [Текст] / А.П. Евгеньевой. - 2-е изд., испр. и доп. - М.: Русский язык, 19811984. - 4 т.

10. Богородицкий, В.А. Очерки по языковедению и русскому языку [Текст] / В.А Богородицкий. - М.: Учпедгиз,1939. - 224 с.

11. Виноградов, В.В. Русский язык: грамматическое учение о слове [Текст] / В.В. Виноградов. - М.: Учпедгиз, 1947. - 784 с.

REFERENCES

1. Bogorodickij V.A., Ocherki po jazykovede-niju i russkomu jazyku, Moscow, Uchpedgiz, 1939, 224 p.

2. Evgenevoj A.P., Slovar russkogo jazyka: v 4 vols., vol. 4, 2nd., Moscow, Russkii jazik, 1981-1984.

3. Janko-Trinickaja N.A., Chlenimost osnovy russkogo slova, Izvestija AN SSSR, 1968, vol. 27, vyp. 6, pp. 17-19.

4. Lopatin V.V., Nulevaja affiksacija v sisteme russkogo slovoobrazovanija, Voprosy jazyko-znanija, 1966, No. 1, pp. 76-87.

5. Rak O.I., Strukturno-semanticheskaja harak-teristika glagolov s pristavkoj v-, Vestnik Leningradskogo universiteta, serija istorii, jazyka i literatury, 1961, No. 14, pp. 106117.

6. Shanskij N.M., Ocherki po russkomu slovoobrazovaniju i leksikologii, Moscow, Uchpedgiz, 1959, 246 p.

7. Shvedova N.Ju., Grammatika sovremennogo russkogo literaturnogo jazyka, Moscow, Nauka, 1970, 767 p.

8. Shvedova N.Ju., Russkaja grammatika: v 2 vols, Moscow, Nauka, 1980, 783 p.

9. Uluhanov I.S., Motivacija i proizvodnost

10. Uluhanov I.S., Slovoobrazovatelnaja seman-tika v russkom jazyke i principy ee opisanija, Moscow, Nauka, 1975, 255 p.

11. Vinogradov V.V., Russkij jazyk: grammati-cheskoe uchenie o slove, Moscow, Uchpedg-iz, 1947, 784 p.

Набати Шахрам, кандидат филологических наук, ассистент профессора, преподаватель, кафедра русского языка, факультет гуманитарных наук, Гилянский университет, Исламская Республика Иран, shnabati@guilan.ac.ir Nabati Shahram, PhD in Philology, Assistant Professor, Teacher, Russian Language Department, Faculty of Humanities, University of Guilan, Islamic Republic of Iran, shnabati@guilan.ac.ir