Вступительное слово на первом Всероссийском съезде историков-регионоведов в Санкт-Петербурге (11-14 сентября 2007 г. )

ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ ИСТОРИЧЕСКОГО КРАЕВЕДЕНИЯ

С.О. Шмидт

ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО НА ПЕРВОМ ВСЕРОССИЙСКОМ СЪЕЗДЕ ИСТОРИКОВ-РЕГИОНОВЕДОВ В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ

Выступление С.О. Шмидта посвящено современным проблемам теории и методики исторического краеведения и регионоведения, состоянию и перспективам краеведческого движения. Особое внимание уделено вопросам изучения и преподавания краеведения в вузах, определению понятий и границ «краеведения», «регионоведения».

Ключевые слова: историко-культурное краеведение, регионоведение, региональная история, краеведческие конференции, Союз краеведов России.

Организация Первого Всероссийского съезда историков-регионоведов - явление показательное не только в плане развития научных знаний, но и как характерный фактор современной жизни, свидетельство возрастающего внимания к проблематике краеведения и в среде ученых, и у общественности, и в органах управления.

После разгрома историко-культурного краеведения на рубеже 1920-1930-х годов, когда репрессировали во многих больших и малых городах виднейших краеведов и шельмовали традиции и результаты многолетней краеведческой работы, Первую Всесоюзную конференцию по историческому краеведению удалось провести лишь в 1987 г. в Полтаве; а в 1990 г. в Челябинске состоялся Учредительный съезд Союза краеведов России. Ныне, в год двадцатилетия конференции 1987 г., организуются уже два масштабных научных форума с секциями многообразной тематики: в апреле в Москве, в Российском государственном гуманитарном

© Шмидт С.О., 2012

Этот текст с незначительными изменениями напечатан в кн.: Труды Первого Всероссийского съезда историков-регионоведов. Санкт-Петербург, 11-13 октября 2007 г. Т. I. СПб., 2010. С. 27-38.

университете состоялись Первые всероссийские краеведческие чтения с участием связанных с нами общей работой специалистов из Украины и Беларуси. Сегодня открываем в Санкт-Петербургском государственном университете Первый Всероссийский съезд историков-регионоведов.

В обоих случаях соорганизатором выступает Союз краеведов России. Как председатель этого Союза выражаю глубокую признательность организаторам Съезда и гостеприимным хозяевам - и прежде всего ректору Университета академику РАО Людмиле Алексеевне Вербицкой, а также руководящим деятелям Университета и деканата Исторического факультета, обеспечившим возможность нашей встречи. И понимаю, конечно, что если в Москве в апреле основная тяжесть организации научного форума, выработки его программы пала на плечи преподавателей кафедры региональной истории и краеведения Историко-архивного института РГГУ, то в СПбГУ мы должны с особой благодарностью отметить самоотверженную работу коллектива кафедры исторического регионове-дения, возглавляемой профессором Ю.В. Кривошеевым.

В 1990-е годы на краеведческой деятельности, конечно, сказалось сокращение возможностей государственной поддержки. Но возрастающий интерес к познанию своего края, его природного и культурного наследия, к вкладу местных жителей и уроженцев в летопись содеянного соотечественниками отражал происходившие в стране изменения, когда регионы становились значительно более независимыми от центра и могли самостоятельно планировать программу культурного развития, и получала распространение демократическая идеология. В то же время тем самым была обусловлена неравномерность проявления краеведческой инициативы в разных регионах и городах.

Однако в целом почти везде обнаруживалось стремление к перестройке экспозиций краеведческих музеев (где до того обязаны были следовать навязанному сверху стандарту), к восстановлению памяти о достойном в истории и культуре дореволюционного периода и о жертвах репрессий в советские годы, особое внимание к творческому наследию краеведов XIX - первой трети XX столетия. Возросло число изданий и диссертаций по проблематике историографии краеведения. Повсеместно стали проводиться конференции краеведческой тематики и издаваться их материалы, появились продолжающиеся (а иногда и периодические) краеведческие журналы и альманахи. Повысился научный уровень путеводителей, книг и буклетов о местных достопамятностях. Краеведческая литература на местах становится столь многообразной и показательной, что Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям уже не первый год успешно проводит Всероссийский конкурс таких изданий - «Малая Родина».

Существенно и то, что интерес именно к краеведной тематике (к истории своей местности, своих родственников) преобладает в сочинениях школьников на всероссийских конкурсах работ исследовательского типа. Лучшие из них изданы в сборниках, подготовленных в обществе «Мемориал» в Москве; работы школьников по петербурговедению издаются регулярно в Петербурге. И радует, что ссылки на материалы таких изданий встречаем в трудах специалистов, отягощенных учеными степенями. У лауреатов таких конкурсов и авторов печатных работ нет пока преимуществ при поступлении в вуз, полагающихся победителям олимпиад по другим областям знаний. Но убежден, что именно это следует в первую очередь учитывать при приеме в вуз подобных абитуриентов, а не формальные показатели пресловутого ЕГЭ - иначе мы потеряем лучших из нашей потенциальной смены.

Во многих регионах, в некоторых городах и в районах с сельским населением стали готовить солидные справочные издания, даже энциклопедии, осуществление которых возможно только при организационной и материальной поддержке властных структур.

Это заметно и в реализации программ Союза краеведов России, не обладающего материальными ресурсами: части большой программы изучения культуры российской провинции ХУШ-ХХ вв. (конференции - чаще всего в Пензе, издания), программы изучения малых городов, в организации в РГГУ конференций по методике преподавания краеведения в вузах. Всероссийские семинары краеведов о современном состоянии и перспективах развития краеведения в Зарайске в 2004 г. и в Воронеже в 2005 г. были проведены по инициативе и при участии Председателя Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации С.М. Миронова.

Существенно важно то, что инициаторами и организаторами обоих больших форумов 2007 г. являются университеты классического типа. Ранее краеведение вызывало интерес преимущественно в пединститутах (некоторые из них обрели в недавнее время статус университетов). Ибо познание мира начинается с представления о самом близком окружающем, доступном наблюдению, и только затем, в сопоставлении с новоузнаваемым, возникают понятия об общем и особенном, повторяющемся, типическом, о ценностных категориях и т. п. Потому-то элементы того, что позднее определят как краеведение, изначально присутствовали в школьном обучении. Именно средней школе и краеведческим музеям мы обязаны сохранением методики, а в какой-то мере даже и исследовательской тематики не только географического, но и историко-культурного краеведения после его беспощадного преследования вульгаризаторами обществоведения, поддерживаемыми высшими партийными

инстанциями. Некоторые добрые традиции уцелели благодаря прикрытию определением «школьное краеведение», широко используемым в практике. Ныне в университетах классического типа перестают относиться к краеведению и регионоведению как к отраслям знания, вспомогательным при подготовке специалистов разного профиля, создаются программы и даже кафедры такой специализации, как памятниковедение.

Это отражает не только изменения, произошедшие в нашей стране, но и в исторических науках, социологии, культурологии, и других - к концу ХХ столетия. Преобладающий интерес к явлениям государственно-политической истории, к наиболее значимому в плане социально-экономической истории, истории культуры сменился особым вниманием к истории повседневности, к локальной истории, микроистории, особенностям исторической психологии, соотношению этого всего с изучением все более ощутимого процесса глобализации и его предпосылок. И у зарубежных ученых, сохраняющих интерес к изучению прошлого России и содеянного в науке нашими соотечественниками, в последнее десятилетие внимание сосредоточивается при организации международных конференций на подобной, ранее казавшейся менее привлекательной, проблематике. Сошлюсь на программы двух конференций, в которых у меня еще хватило сил выступить с заглавными докладами. Это - организованная в Парижском университете Сорбонне по почину проректора профессора Ф. Конта конференция «Краеведение в России (1890-1990): истоки, кризис, возрождение» в 2000 г. и конференция в Вене, организованная в 2003 г. профессором университета А. Каппелером, «Россия XVI-XVII вв. в перспективе развития ее регионов» (труды обеих конференций изданы отдельными книгами).

Важно указать на то, что проблематика конференции в Сорбонне определялась в основном повышенным интересом к методике научной работы наших краеведов - и не только потому, что в нашей огромной стране разнообразие природных особенностей, культурных традиций и что Россия многонациональное, многоконфессиональное государство, но и оттого, что наши ученые еще в первой трети ХХ в. разработали тематику и апробировали практикой междисциплинарного характера методику конкретных исследований повседневности в различных ее проявлениях и в разных историко-географических условиях, зачастую предвосхитив то, что вызывало особый интерес у западной науки последующего времени. А в связи с признаваемым ими «возрождением» краеведения в современной России особо познавательным им показался доклад В.Ф. Козлова «Роль местных периодических изданий в изучении местной истории и культуры в

последние десятилетия ХХ в.» (к тексту его напечатанного доклада приложен перечень таких изданий).

А историографы осознали и то, что путь в науку большинства выдающихся историков, даже тех, кто затем прославился трудами с запоминающимися обобщениями, начинался с работ конкретной и чаще всего локальной тематики, которые становились для них школой овладения приемами исследовательского мастерства. Это совершенно очевидно и при знакомстве со списками печатных трудов моих предшественников по руководству возрожденной в 1956 г. Археографической комиссии Академии наук. Первые работы академика М.Н. Тихомирова - книга о Псковском восстании 1650 г., статьи по истории старинного подмосковного города Дмитрова и его окрестностей и Самарского края, и последняя - монументальная монография «Россия в XVI столетии» на стыке региональной истории и краеведения. Член-корреспондент Академии наук В.И. Шунков начинал с краеведческих изысканий о Сибири XIX в. и методических трудов о преподавании «школьного краеведения», а завершил масштабными исследованиями о Сибири. Знаменитый петербургский историк академик С.Ф. Платонов, заведовавший кафедрой в Университете и создавший именно здесь прославленную научную школу, темой последней своей книги (1927 г.) избрал то, что четко отражено в ее названии - «Далекое прошлое Пушкинского уголка». По определению автора, это «исторический очерк» «пространства всего 20-25 км», где расположены вблизи реки Сороть помещичьи усадьбы (Михайловское, Тригорское и другие) и Святогорский монастырь, ставший местом захоронения Пушкина. Нередко приводят выражение, характеризующее актерскую игру: «Не бывает маленьких ролей, бывают маленькие актеры». Применительно к сочинениям историков допустимо сказать: «Нет маленьких тем, есть маленькие исполнители». И потому-то одна из задач и краеведения, и историографии - выявление трудов краеведной тематики в наследии видных ученых и определение их места и в творческой биографии ученого, и в обогащении методики краеведной работы.

Это тем более важно, что среди историков находятся и такие, которые всякие сочинения краеведной тематики пренебрежительно относят к работам второго сорта. Мало осведомленные в истории краеведения, не осознающие его теснейшую взаимосвязь с проблематикой изучения повседневности, примитивно сводящие круг интересов краеведов к рассмотрению «достопримечательностей», они слишком склонны к приспособлению модных зарубежных терминов для обозначения устоявшихся понятий и даже к небезобидному для распространения краеведных знаний теоретизированию обличительной направленности.

Уже приходилось приводить пример такого рода: в статье 2005 г. «Новая локальная история в системе университетского образования» характеризуется традиционный тип «локальной истории», названный по аналогии с «психическими типами» «интровертным», «как не требующий особых исследовательских усилий». Там читаем: «Такая история зачастую все еще сохраняет эрудитский характер, свою задачу видит в накоплении разнообразных фактов по истории локуса, а свою научность определяет через установление достоверности фактов путем "критики исторических источников"». И далее снисходительное замечание: «Не будем здесь оспаривать ценность таких подходов. Они, по-видимому, имеют право на существование». А затем и декларация: «Однако, хотя такая "местная" история может быть востребована массовым сознанием, она представляется мне весьма опасной. В первую очередь - своей нацеленностью в прошлое, что мешает не только стремиться в будущее, но и адекватно ориентироваться в настоящем. Во-вторых, тем, что создает угрозу ксенофобии». Автор, видимо, не знаком с писаниями тех, кто громил историко-культурное краеведение в начале 1930-х годов, иначе бы вряд ли решился столь откровенно повторять их соображения. К сожалению, эта статья написана заведующим кафедрой источниковедения и вспомогательных исторических дисциплин Историко-архивного института РГГУ М.Ф. Румянцевой и помещена в сборнике Материалов XVII научной конференции с обязывающим названием «Образ науки в университетском образовании». Полагаю своим долгом старейшего по стажу профессора РГГУ, преподающего с 1949 г. в Ис-торико-архивном институте, ставшем для меня, выпускника истфака МГУ, уже давно родным, заметить, что такие суждения отнюдь не отражают представления тех, кто там преподает и не соответствуют высокому уровню научных конференций, ежегодно организуемых кафедрой с 1989 г. И довольно странно выглядит, когда попытка показать несостоятельность традиционных краеведческих представлений и якобы потребность внесения изменений в устоявшуюся терминологию имеет место (при поддержке тех же, ранее никогда не занимавшихся такой проблематикой, москвичей) в Ставрополе, где, кстати, подготовлено одно из лучших в России на сегодняшний день изданий историографо-краеведческого плана «Ставрополь в описаниях, очерках, исследованиях за 230 лет» (1344 страницы).

Действительно, краеведение - это сфера не только научной, но и культурно-просветительской, памятникоохранительной, общественной деятельности, преимущественно, силами местных жителей. Но такого рода работа все в большей мере опирается на научную основу, а наблюдения лиц, даже не имеющих специальной подготовки, оказываются зачастую необходимыми и полезными для серьезных

научных выводов. И потому сейчас для развития краеведения дилетантизм в практике краеведения, пожалуй, менее опасен, чем безответственный и самоуверенный дилетантизм в теории.

Краеведение многоуровнево по своему научному потенциалу и предназначению научных знаний, и существенно важно, чтобы в сферах учебной и просветительской оно опиралось на достижения научного знания. Однако при обращении к широкой публике - и к «аборигенам», и особенно к приезжим - такие данные преподносятся обычно в, так сказать, облегченном виде - и в популярных изданиях, и устно. Следует иметь в виду, что информация об особенностях местного культурного и природного наследия, о «достопамятностях» наиболее привлекательна для туристов. Ныне во всем мире историко-культурный туризм стал характерной чертой общественной жизни и культуры и все более процветающей индустрией, а иногда и определяющим фактором экономического потенциала. Подготовка экскурсоводов становится, тем самым, перспективной специализацией. И именно ученые-краеведы призваны вносить научные знания в подготовку подобного рода специалистов, ограждая их от недостоверной и легковесной информации.

Важно, чтобы определенный набор информации по тематике историко-культурного краеведения обязательно включался в программы подготовки в вузах специалистов в сфере средств массовых коммуникаций и в сфере обслуживания - сервиса и туризма. Желательно, чтобы университеты подготовили пособия и программы для экскурсоводов по своему краю. В РГГУ готовы составить рекомендации, облегчающие такую работу и консультировать авторов подобных изданий.

Наконец, знаменательно то, что конференция происходит в Петербурге, где на протяжении почти трехсот лет ведется ощутимая во всей России разносторонняя и результативная работа в сфере краеведения. У истоков нашего краеведения как сферы комплексного научного знания стоят знаменитые «академические» экспедиции XVIII в., академические «анкеты», приглашающие к изучению своего края и местных жителей, академические издания. Показательно, что первым членом-корреспондентом Академии наук стал (в 1759 г.) уральский краевед П.И. Рычков; в 1786 г. этого звания был удостоен знаток Архангельского края и видный местный общественный деятель В.В. Крестинин. Тогда уже сформировалась традиция тесной взаимосвязи академической (а затем и университетской) науки с краеведением, что особенно характерно именно для нашей страны. Иначе на ее огромной территории трудно было бы вести природные наблюдения, узнать о прошлом многочисленных народов и отличительных чертах их культуры, получить пригодные для научной (и прежде всего статистической) обработки и сопоставления данные

о социально-экономическом положении различных регионов государства и об их историко-культурных особенностях. В Петербурге находились учреждения и общества, инициировавшие работу крае-ведной направленности на местах, обеспечивавшие ее методическими рекомендациями - и Вольное экономическое общество, возникшее еще в 1765 г., и образовавшиеся в XIX в. Археографическая комиссия, Русское географическое общество и другие.

Как никогда ни ранее, ни позднее тесной была взаимосвязь Академии наук и краеведов в первое тридцатилетие ХХ в. и особенно в послереволюционные годы, воспринимаемые ныне как «золотое десятилетие» нашего краеведения. Центральным бюро краеведения (далее - ЦБК) руководил непременный секретарь Академии наук академик С.Ф. Ольденбург (востоковед и культуролог). Его заместителями были тоже академики языковед и археолог Н.Я. Марр и геолог А.Е. Ферсман, а местоположением Ленинградского отделения ЦБК - Мраморный дворец. В книге о деятельности Академии наук, подготовленной в 1927 г. к десятилетию Октябрьской революции, сочли необходимым поместить статью и о достижениях в области краеведения. Петроград стал центром совершенствования экскурсионной методики в историко-культурном краеведении, что запечатлено в переиздающихся печатных трудах профессора И.М. Гревса (памяти которого была посвящена научная конференция СПбГУ в 2006 г.) и Н.П. Анциферова.

С возрождением краеведения именно в Петербурге в 2000 г. был проведен Международный семинар по методологии региональных исторических исследований (в Мраморном дворце), а в 2003 г. инициированный Российской национальной библиотекой Международный практический семинар «Проблемы создания региональных энциклопедий». В Петербурге ведется неустанная работа по привлечению к краеведческим изысканиям школьной молодежи, являющаяся образцом для всей России. С середины 1990 г. вручаются Анциферовские премии за печатные труды по петербурговедению по нескольким номинациям, в том числе и авторам из зарубежья. В работе жюри в процедуре присуждения премий действенное участие принимал академик Д.С. Лихачев. В бытность руководителем Фонда культуры он придавал большое значение развитию краеведения, изданию литературы соответствующего профиля, и очень отрадно, что образованный после его кончины «Фонд им. Д.С. Лихачева» следует этой доброй традиции.

Оба научных форума 2007 г. многотемны и во многом близки по проблематике. Некоторым даже представляется, что между тем, что обозначают терминами «краеведение» и «регионоведение» (или «региональная история»), и «краевед» и «регионовед» по существу

мало различий. На самом деле это не так. И, хотя уже приходилось не раз и писать, и говорить об этом, позволительно снова кратко напомнить о том, в каком понимании употребляют такую терминологию в Союзе краеведов России и в РГГУ, что, соответственно, отражено было и в программе Первых всероссийских краеведческих чтений, и в формулировках заглавий докладов и сообщений.

Термин «краеведение» закрепился в русском языке лишь на рубеже XIX и XX вв. для обозначения деятельности определенной тематики: познание и распространение знаний о прошлом и настоящем какого-либо «края» - от сравнительно крупного региона до отдельных города и деревни, монастыря, усадьбы, завода, даже улицы, храма, дома, школы и т. д. Термин «регион» чаще всего обозначает часть территории (и обычно немалую), отличающуюся от других совокупностью устойчивых природных, социоэкономических, государственно-политических, исторических, культурных особенностей развития. «Регионоведение» (схожего значения термины «регионология», «регионалистика») подпитывается краеведением, и потому-то справочные издания, называемые региональными энциклопедиями, тоже насыщены собственно краеведной тематикой и информацией и могут рассматриваться как результат работы и краеведов.

И краеведение и регионоведение - сферы междисциплинарной научной деятельности даже в тех отраслях, которые выделяются как самостоятельные: исторической, географической и других. В краеведении преобладает интерес к наследию - историко-культурному и природному. Регионоведение же обязательно включает познание современного состояния местности, освоение данных политологии, экономической географии, демографии. Регионоведение -комплекс более широких и обобщенных знаний, чем краеведение, сосредоточенное преимущественно на местных особенностях и достопамятностях - природных, исторических, художественных, собственно мемориальных, то есть напоминающих о выдающихся событиях, уроженцах, местных деятелях, монументах и т. п. Краеведение особенно тесно соприкасается с памятниковедением и с проблематикой биографики. Существенна его взаимосвязь с источниковедением и близкими к нему специальными (или вспомогательными) дисциплинами. Без владения методикой таких научных дисциплин невозможно атрибутировать памятники истории и культуры, извлекать из них полновесную информацию.

Региональная история - лишь часть более широкой сферы, относящейся к регионоведению. В то же время при занятиях региональной историей (историческим регионоведением) не ограничиваются обычно территорией собственно региона: важны взаимосвязи с другими регионами, со столицей, определение места региона в территориальной

структуре всей страны, в общегосударственной (или даже межгосударственной) системе социоэкономических, политических, культурных отношений. Важнейшая задача регионоведения - выявлять и характеризовать «общее», для краеведов - «особенное». В регионоведении наибольшее внимание уделяется определению путей в будущее; в краеведении - использованию прошлого в настоящем и в будущем.

Регионоведение - сфера научных знаний, овладение методикой которых требует специальной подготовки. Краеведение изначально имело и просветительскую направленность, допускающую вовлечение в эту деятельность широкой общественности. И потому-то краеведение явственнее, чем регионоведение (более нейтральное, как всякое формализованное научное знание), отражает особенности менталитета (и общества в целом, и отдельных его группировок -больших и малых) и вкусовые предпочтения той или иной эпохи. Относящееся к краеведению, усваиваемое с юных лет (включенное в программы школьного обучения) оказывает непосредственное воздействие на формирование не только первичных научных представлений, но и общественного сознания - воспитательное значение краеведения общепризнано.

И различия краеведения и исторического регионоведения прослеживаются в программах научных форумов 2007 г., даже в наименовании их секций. В Москве было много пленарных докладов, а затем работа была распределена по одиннадцати секциям: I. Преподавание краеведения и региональной истории; издание краеведческой литературы; II. История и современное состояние краеведения. Краеведческое движение; III. Краеведческие программы. Краеведение и культурное наследие; IV. Краеведение и архивы; V. Краеведение и музеи; VI. Экскурсионно-туристическая деятельность и краеведение. Некрополеведение; VII. Методика краеведческих исследований. Усадьбоведение; VIII. Городская и сельская социокультурная среда: проблемы изучения; IX. Церковное краеведение; X. Москвоведение; XI. Историография и источниковедение краеведения и локальной истории.

Для собравшихся сейчас в Санкт-Петербургском университете важнее всего то, что сближает краеведение и регионоведение, тем более что внимание к использованию таких сближающих элементов отражено в учебных программах вузов и в практике совместной работы и с хранилищами памятников истории и культуры - музеями, библиотеками, архивами, и с учреждениями разного профиля. Хочется пожелать, чтобы будущие историографы оценивали 2007 год как значимую веху в развитии и регионоведения и краеведения, в расширении творческих и человеческих контактов специалистов в обеих отраслях знания.