Семья как институт предупреждения экстремизма и терроризма (правовые и социальные аспекты)

ОБЕСПЕЧЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

УДК 343.851.5:347.615.1

Семья как институт предупреждения экстремизма и терроризма

Буткевич Сергей Анатольевич, заместитель начальника Крымского филиала Краснодарского университета МВД России по учебной и научной работе, заслуженный юрист Республики Крым, кандидат юридических наук, доцент e-mail: sbutkevich@mvd.ru

В статье рассмотрена семья как институт предупреждения экстремизма и терроризма. Детально охарактеризованы правовые основания и социальные нормы, касающиеся участия семьи в превенции деструктивных проявлений и потенциальных девиаций в подростковой среде. На основании проведенного анализа сформулированы предложения по повышению роли родителей в предотвращении асоциального поведения детей, а также по оптимизации направлений взаимодействия со школой.

Ключевые слова: асоциальное поведение подростков; воспитание детей; деструктивное воздействие; институт семьи; предупреждение экстремизма и терроризма; родители и близкие родственники; юридическая ответственность.

Family as an institution for prevention of extremism and terrorism

Butkevich Sergey Anatolievich,

Deputy Head of Crimea branch of Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia for Education and Research, Honored Lawyer of the Republic of Crimea, Candidate of Law, Associate Professor

The article considers family as an institution for prevention of extremism and terrorism. The legal grounds and social norms regarding the participation of family in prevention of destructive manifestations and potential deviations in the adolescent environment are described in detail. Based on the analysis, proposals to increase the role of parents in preventing asocial behavior of children, as well as optimizing the areas of interaction with school are developed.

Key words: antisocial behavior of adolescents; education of children; destructive impact; family institution; prevention of extremism and terrorism; parents and close relatives; legal responsibility.

Эволюционные процессы в обществе и государстве не могут не сказываться на человеке, его миропонимании, поведении и образе жизни. Однако эти метаморфозы влекут не только положительные изменения социума, но и становятся причинами и условиями возникновения и катализаторами развития негативных социальных явлений. К таким феноменам относится и преступность, в том числе в наиболее опасных и агрессивных ее проявлениях, связанных с экстремистской и террористической деятельностью.

Научные изыскания юристов, социологов, философов, политологов, психологов и других исследователей различных аспектов экстремизма, терроризма и их модусов наглядно иллюстрируют нерешенные вопросы в этой сфере. В частности, это касается проблем взаимодействия правоохранительных органов с населением, образовательными учреждениями, общественными и религиозными организациями, представителями гражданского общества и др. Кроме того, ввиду невозможности нормативного урегулирования

данной области, семья как институт предупреждения экстремизма и терроризма остается без соответствующего научного мониторинга и изучения. Указанные обстоятельства повлияли на выбор предмета нашей научной разведки.

Сегодня семья как социальный институт и базовый элемент любого общества представлена совокупностью социальных и правовых норм, санкций, эталонов поведения, правами и обязанностями, регулирующими внутрисемейные отношения. Именно в семье начинается воспитание будущего гражданина, где родители и близкие родственники должны закладывать и культивировать в ребенке такие чувства и ценности, как пиетет к старшим, национальная идентичность, взаимопомощь, патриотизм, гражданственность, сочувствие, милосердие и солидарная ответственность. Соответственно, конкретные исторические, социальные и политические условия, а также криминологическая обстановка (в некотором роде, ситуативность) в государстве выдвигают требования к формированию адекватного мировоззрения, системы ценностных ориентиров у несовершеннолетних, их первоначальной социализации и подготовленности к самостоятельной жизни. Бесспорно, эпицентром и генератором этих образовательных, воспитательных, психолого-педагогических, правовых и социальных процессов должна быть семья, дисфункции которой становятся следствием различных девиаций в подростковой среде1, в том числе увлеченности (и даже одержимости) деструктивной идеологией, квазирелигиозными учениями, мнимыми либеральными ценностями и революционными идеями, псевдотолерантностью и их суррогатами. При худшем сценарии развития ситуации перечисленное приводит к совершению противоправных деяний против общественной безопасности, основ конституционного строя и безопасности государства, мира и безопасности человечества.

Продолжая умозаключения М. Л. Вартановой2, следует отметить, что материальное либо духовное неблагополучие в семье, дефицит общения детей с родителями, как и гиперопека последних, и непонимание между ними, разрыв отношений «семья - школа» и поглощение подростков киберпространством детерминируют появление таких негативных явлений, как насилие, агрессия, наркомания, суицид, проституция, маргинальность и правовой нигилизм. Именно поэтому указанный микросоциум должен оставаться основной средой воспитания, местом сохранения, каналом и средством передачи информации, культуры и традиционных для российского общества и менталитета ценностей, обеспечивать эмоциональную, материальную и социальную поддержку индивидуу-

1 См.: Собольников В. В. Деструктивная семья как фактор де-линквентной социализации несовершеннолетних // Психология. Историко-критические обзоры и современные исследования. 2016. Т. 5. № 5А. С. 23.

2 Вартанова М. Л. Роль семьи в воспитании детей и пред-

упреждении правонарушений среди несовершеннолетних / М. Л. Вартанова // Актуальные вопросы современной науки: материалы XXII Международ. науч.-практ. конф. М., 2014. С. 130-131.

ма, его гармоничный рост и полноценное развитие. В противном случае допускаем возможность применения методов ювенальной юстиции, в первую очередь когда сами родители оказывают негативное влияние на ребенка и его развитие (занимаются бродяжничеством или попрошайничеством, являются членами тоталитарных сект, приверженцами праворадикальных взглядов и т. п.). А прерогатива государства и общества должна состоять во всестороннем содействии семье для осуществления этих задач, включая следующее: детерминированную фасилитацию по созданию безопасной и благоприятной микросоциальной среды; генерирование формирования семейного «мы»; предупреждение и нейтрализацию ее дисфункций, регенерацию нормального микроклимата; переадресацию деструктивного градиента внутрисемейных отношений в корректном направлении; повышение правовой и педагогической культуры родителей; ресоциализа-цию несовершеннолетних правонарушителей, купирование негативных последствий у лиц, подвергшихся деструктивному воздействию.

Достижения научно-технического прогресса во всех сферах жизнедеятельности общества вместе с позитивным социальным и экономическим эффектом не могли не сказаться на криминологической обстановке. Фактический уход преступности, в том числе связанной с экстремизмом и терроризмом, в виртуальное пространство обусловил появление новых вызовов и угроз кибербезопасности. Именно поэтому вопросы повышения уровня грамотности детей в сфере информационно-психологической безопасности требуют особого внимания родителей, включая, во-первых, развитие информационной культуры и грамотности, позволяющей разграничивать социально полезную информацию и противоправный контент; во-вторых, предотвращение склонения несовершеннолетних к суицидальному поведению, связанному с диссемина-цией «групп смерти»; в-третьих, недопущение вовлечения молодежи в организации экстремистской или террористической направленности с использованием интернет-ресурсов. Подтверждением реальности «сетевых угроз» стали несанкционированные митинги с участием несовершеннолетних, организованные А. Навальным в крупных городах России в течение 20172018 гг. благодаря постам (перепостам), комментариям и прочей активности в социальных сетях, то есть использованию феномена клипового мышления подростков. При этом дети в силу возраста, инфантильности и психологической незрелости не осознавали того, что их использовали вслепую.

Помимо киберугроз, влияние на несовершеннолетних может оказываться и в спортивных секциях (клубах), прежде всего в среде футбольных фанатов, большая часть которых придерживается экстремист-ско-националистических взглядов3. В частности, в но-

3 Сафонов Д. А. Личность футбольного фаната как элемент криминалистической характеристики преступлений против общественного порядка // Актуальные проблемы обеспечения общественной безопасности и противодействия преступности в Крымском федеральном округе: материалы Всерос. науч.-практ. конф. Краснодар, 2016. С. 282.

ябре 2013 г. - марте 2014 г. большинство футбольных болельщиков Крымского полуострова заняло активную проукраинскую позицию, поддержало создание и деятельность националистических добровольческих батальонов, а часть из них даже вступила в их ряды («Правый сектор», «Азов» и др.). После вхождения Крыма в состав Российской Федерации футбольные фанаты продолжили антироссийскую риторику, демонстрируя в открытом доступе в социальных сетях символику украинских националистов и экстремистских организаций, приверженность идеям фашизма и нацизма, бравируя финансовой поддержкой ультрарадикальных групп.

При этом ошибочно полагать, что экстремистская или террористическая деятельность может коснуться только детей, чьи родители и (или) близкое окружение склонны к ведению асоциального, маргинального образа жизни, либо из неполных семей. Об этом свидетельствуют как результаты антитеррористической и контрэкстремистской практик, так и журналистские расследования. В качестве примера (а не исключения из правил) можно привести имя Варвары Карауловой, давно уже ставшее нарицательным.

По нашему убеждению, роль и значимость семьи значительно возрастает в отношении несовершеннолетних, которые оказались подвержены воздействию организаторов и идеологов деструктивных мировоззрений, вовлекаются или уже вовлечены в экстремистскую либо террористическую деятельность, оказались причастными к подобным правонарушениям. Фундаментом превенции рецидива таких девиаций должна быть не правоохранительная деятельность, а мониторинг образа жизни и круга общения ребенка именно его родными и близкими. С одной стороны, данная форма контроля должна осуществляться непрерывно, системно и тотально, а с другой - деликатно, тактично, неощутимо. Вместе с таким наблюдением необходимо не только исключить неблагоприятное воздействие на подростка улицы и даже криминальной среды, но и сублимировать его асоциальное поведение в позитивную увлеченность и заинтересованность общественно полезными занятиями, обеспечить максимальную занятость его свободного времени.

В своих исследованиях А. А. Коноплева1 и Н. В. Чудина-Шмидт2 также обращают внимание на важность сформированности духовных ценностей личности, прежде всего, в эпоху нравственного кризиса, переходных периодов, стагнации общества, в условиях проблематичности сохранения и трансляции общепринятых ценностей и жизненных ориентиров. Вместе

1 См.: Коноплева А. А. Нравственное воспитание как механизм трансляции культуры в условиях аксиологического кризиса современного общества (на примере деятельности органов внутренних дел Российской Федерации) // Таврические студии. Серия: Искусствоведение. 2016. № 9 (23). С. 28-30.

2 См.: Чудина-Шмидт Н.В. Экстремальное поведение в пере-

ходный период / Н. В. Чудина-Шмидт // Проблемы переходного периода: адаптация нормативно-правовых актов Крымского федерального округа к законодательству Российской Федерации: материалы Всерос. науч.-практ. конф. Симферополь, 2015. С. 469.

с тем приходится констатировать, что сегодня поддержка первичной ячейки общества и развитие семейного микроклимата редуцированы глобальными и региональными социальными и экономическими проблемами, кризисом духовности общества, включая девальвацию традиционных семейных ценностей, деградацию моральных паттернов и духовно-нравственных ориентиров подрастающего поколения, а также побоч-ность воспитательной роли семьи и школы. Результаты социологических опросов, проведенных среди крымских правоохранителей по вопросам совершенствования антитеррористической и контрэкстремистской практик, также свидетельствуют о недооценке потенций института семьи в системе профилактики девиаций, третировании роли семьи в этих превентивных мерах. Так, по результатам социологического исследования мнения сотрудников органов внутренних дел и Росгвардии, проходящих службу в Республике Крым и г. Севастополе (проводилось в 2017 г. среди 516 респондентов), только 3 % опрошенных связали развитие системы предупреждения экстремизма и терроризма с повышением роли институтов гражданского общества, образовательных учреждений и семьи.

В Республике Таджикистан был принят закон от

2 августа 2011 г. № 762 для усиления ответственности родителей за обучение и воспитание детей в духе гуманизма, патриотизма, уважения к национальным, общечеловеческим и культурным ценностям, а также защиты прав и интересов детей3. В соответствии со ст. 5 этого закона обучение и воспитание детей отнесено не только к задачам родителей и педагогов, но и государства и общества. Что касается предмета нашего исследования, то среди обязанностей родителей по воспитанию детей можно выделить следующие: создание условий для охраны здоровья, физического, духовного, нравственного и морального формирования ребенка; подготовка ребенка к самостоятельной жизни; воспитание в духе уважения к Родине, закону, национальным и общечеловеческим ценностям; предотвращение асоциального поведения и аморальных поступков детей; запрет на использование мобильных телефонов детьми, обучающимися в образовательных организациях начального и среднего образования; контроль использования ребенком Интернета; запрет на просмотр фильмов, содержащих проявления экстремизма и терроризма; запрет на чтение и распространение любой продукции в печатном или электронном вариантах, содержащей экстремистские и террористические материалы; запрет на участие детей в деятельности религиозных объединений и др. Безусловно, на первый взгляд перечень обязанностей родителей по воспитанию и обучению детей достаточно внушительный и их внедрение в светском государстве вызовет полемику и даже обструкцию, но не следует забывать о неоднократных попытках международных террористических организаций создать на территории Республики Таджикистан исламское государство, а так-

3 Закон Республики Таджикистан от 2 августа 2011 г. № 762 «Об ответственности родителей за обучение и воспитание детей» (в ред. от 15 марта 2016 г.) // Ахбори Маджлиси Оли Республики Таджикистан. 2011. № 7-8. Ст. 616.

же подверженности деструктивной идеологии именно молодой генерации. Впрочем, несмотря на кажущуюся одиозность рассматриваемого Закона1 и ригоризм его отдельных положений, некоторые из них целесообразно учесть и в национальном правовом поле.

В федеральном законодательстве отсутствует аналогичный нормативный правовой акт, однако в апреле 2013 г. в Республике Дагестан был принят закон «Об ответственности родителей за воспитание и обучение детей»2, который в основном дублирует положения рассмотренного выше закона3. В этом и других законах Республики Дагестан4 к обязанностям родителей отнесены оказание содействия здоровому физическому, психическому, духовному и нравственному развитию ребенка, а также обеспечение информационной безопасности детей (исключение возможности доступа к опасному или вредному контенту).

Объективности ради стоит указать, что российскими парламентариями также предпринимались попытки восполнить данные пробелы, установить юридическую ответственность за недостатки, просчеты или отсутствие надлежащего семейного воспитания.

Так, в 2010 г. предлагалось дополнить Федеральный закон «О противодействии терроризму» ст. 24.1, предусматривающей гражданско-правовую ответственность за ущерб, причиненный в результате террористического акта, для террористов (с их собственностью, независимо от ее местонахождения, в том числе собственностью их несовершеннолетних детей, легальное происхождение которой не доказано); членов семьи террориста, проживающих совместно с последним; членов семьи террориста, которые не проживают с ним, но являются владельцами общей собственности5.

Важность подрыва финансово-экономической основы террористической (экстремистской) деятельности, пресечения любых форм содействия либо сочувствия лицам, к ней причастным, неоспорима, но вопрос коллективной ответственности семей терро-

1 Закон Республики Таджикистан от 2 августа 2011 г. № 762 «Об ответственности родителей за обучение и воспитание детей» (в ред. от 15 марта 2016 г.) // Ахбори Маджлиси Оли Республики Таджикистан. 2011. № 7-8. Ст. 616.

2 Закон Республики Дагестан 8 апреля 2013 г. № 21 «Об ответственности родителей за воспитание и обучение детей» от (в ред. от 05 мая 2017 г.) // Дагестанская правда. 2013. № 114-121.

3 Закон Республики Таджикистан от 2 августа 2011 г. № 762 «Об ответственности родителей за обучение и воспитание детей» (в ред. от 15 марта 2016 г.) // Ахбори Маджлиси Оли Республики Таджикистан. 2011. № 7-8. Ст. 616.

4 Закон Республики Дагестан от 29 декабря 2016 г. № 87 «О мерах по предупреждению причинения вреда здоровью детей, их физическому, интеллектуальному, психическому, духовному и нравственному развитию и признании утратившей силу статьи 13.1 Закона Республики Дагестан «О защите прав ребенка в Республики Дагестан» [Электронный ресурс]. 1Ж1-: http://publication.pravo.gov.ru/Document/ View/0500201612290027 (дата обращения: 4 марта 2018 г.).

5 Проект федерального закона «О внесении изменений в Фе-

деральный закон «О противодействии терроризму», внесен В. В. Жириновским, С. В. Ивановым, Ю. В. Коганом и др. 9 апреля 2010 г. М., 2010.

ристов очень деликатный и неоднозначный, а потому дискуссионный. Полагаем, что такое наказание не должно носить характер неприкрытой мести (например, уничтожение имущества, снос или поджог дома, лишение прав на жилище, выдворение в другие регионы, лишение гражданства), а выступать исключительно дополнительным психологическим барьером, факультативной мерой отказа лиц от намерений по планированию осуществления террористических актов. В поддержку данной законодательной новеллы отметим, что аналогичные нормы права, основанные на принципах целесообразности и соразмерности, существуют в некоторых зарубежных странах (например, в Государстве Израиль), а применение таких эффективных и показательных, но не легитимных контртеррористических мер в последние годы фиксируется правозащитниками в Чеченской Республике.

В доработанном проекте федерального закона6 предлагалось дополнить Уголовный кодекс следующими статьями:

1) 23.1 «Уголовная ответственность близких родственников лица, совершившего преступление», согласно которой близкие родственники лица, совершившего одно либо несколько преступлений террористического характера, даже в случае смерти террориста вследствие совершения указанных преступлений будут признаны виновными и подлежать уголовной ответственности, если доказано взаимодействие с ним в течение года. В качестве наказания для них предлагались лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград и, вновь вводимые: лишение права на свободное пересечение границ Российской Федерации; конфискация имущества; арест банковского счета с последующим изъятием денежных средств. Последние две санкции должны были назначаться в качестве дополнительных видов наказаний и предусматривать последующее обращение имущества и денежных средств соответственно в собственность Российской Федерации либо пострадавшего с целью возмещения ему имущественного или морального вреда, причиненного осужденным;

2) 28.1 «Ответственность близкого родственника лица, совершившего преступление», в соответствии с которой при совершении одного либо нескольких преступлений террористического характера уголовная ответственность для близкого родственника лица, их совершившего, должна была наступать только в случае, если он был осведомлен в течение года о деятельности этого лица, предвидел, должен был либо мог предвидеть возможность наступления общественно опасных последствий, не желал, но сознательно допускал их наступление либо относился к ним безразлично. То есть такое деяние признавалось бы преступлением, совершенным умышленно, с формой вины в виде косвенного умысла.

6 Проект федерального закона «О внесении изменений в главу 4, главу 5, статьи 44, 45, 56, 57 и 59 главы 9, статью 71 главы 10, статьи 205, 205.1, 205.2, 205.3, 205.4, 205.5 и 206 главы 24 Уголовного кодекса Российской Федерации», внесен Р. И. Худяковым 27 января 2014 г. М., 2014.

В свою очередь, законодательная инициатива Парламента Чечни1 предполагала, что возмещение вреда (в том числе морального), причиненного в результате террористического акта, будет осуществляться в гражданском судопроизводстве не только за счет средств и имущества, принадлежащих лицу, совершившему террористический акт, но и за счет средств и имущества, принадлежащих его родителям и (или) близким родственникам, родственникам и иным лицам, если в суде будет доказано, что имущество и средства (включая денежные средства, ценные бумаги и драгоценности), которыми они обладают на праве собственности, владеют или пользуются, были получены ими в результате содействия в какой-либо форме лицу, совершившему террористический акт, и (или) являются доходом от имущества, принадлежащего такому лицу. Кроме того, обосновывалась необходимость дополнения Уголовного кодекса статьями 54.1 и 54.2, предусматривающими в том числе механизм конфискации имущества и арест банковского счета с изъятием денежных средств осужденных, их родителей и (или) близких родственников, родственников в случае совершения преступлений против общественной безопасности.

Такое усиление мер гражданской и уголовной ответственности для лиц, совершивших преступления террористического характера против общественной безопасности, их родных и близких, по убеждению чеченских парламентариев, должно устранить диссонанс между степенью общественной опасности совершенного противоправного деяния и мерой наказания за него, повысить ответственность этих лиц перед обществом, содействовать осознанию неизбежности наступления неблагоприятных последствий за совершение данных преступных деяний. При этом внимание акцентируется на обязательной доказанности и важности установления степени осведомленности родителей и близких родственников о деятельности лица, совершившего такое преступление, определения уровня их взаимоотношений, выяснения способов содействия и взаимодействия, мер взаимопомощи.

Сторонники распространения ответственности на близких террористов прежде всего обращают внимание на факты получения значительных сумм денежных средств их родственниками (в первую очередь гарантированной «компенсации» за жизнь террористов-смертников). По их мнению, такая мера может заставить потенциальных террористов остановиться, осознав, что бремя расплаты за их деяния ляжет также на их близких. Другими словами, лицо, планирующее совершение террористического акта, должно понимать, что его преступная деятельность не останется безнаказанной, и осознавать, что ответственность за эти деяния будет распространяться и на его родителей и близких родственников. Вполне возможно, что такие шаги заставят задуматься многих лиц, подверженных

1 Проект федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части усиления ответственности за совершения преступления против общественной безопасности», разработанный Парламентом Чеченской Республики от 30 декабря 2014 г. исх. № ДА-1278. Грозный, 2014.

влиянию деструктивной идеологии, не только о своей судьбе, т. к. своими действиями они навсегда скомпрометируют семью, лишат родных и близких крова и хлеба.

В то же время противники таких законодательных инициатив указывают на то, что в уголовном законе уже закреплены различные виды соучастия в преступлениях и этого вполне достаточно для привлечения к ответственности виновных лиц, а возвращение к системе наказаний по принципу «брат за брата» является отступлением от демократических завоеваний современности. К тому же экспансия репрессивных мер на близкое окружение террористов может способствовать интенсификации социальной базы экстремизма2.

Утрируя изложенное выше, возникает дилемма: отдать предпочтение высказыванию И. В. Сталина «Сын за отца не отвечает» (совещание передовых комбайнеров, 1 декабря 1935 г.) или же библейским строфам «... не оставляющий без наказания, наказывающий вину отцов в детях и в детях детей до третьего и четвертого рода» (Второзаконие 5:9. Исход 34:7) и «готовьте заклание сыновьям его за беззаконие отца их» (Числа 14:18. Исаия 14:21).

Подытоживая, настаиваем, что семья в любом случае должна играть ключевую, ведущую, стратегическую роль в виктимологической профилактике и первичной превенции потенциальных или допускаемых асоциальных отклонений в поведении подростков, оставаться краеугольным камнем в фундаменте воспитательной работы с новыми членами общества, доминантой в треугольнике «родители - ребенок - школа». Иначе говоря, мы поддерживаем тезис, что дети для родителей всегда остаются детьми, поэтому воспитательная роль родных и близких в исследуемой сфере не должна терять свою значимость и уходить на задний план и при самостоятельной жизни чада, то есть иметь пролонгированный характер.

Библиографический список

1. Вартанова М. Л. Роль семьи в воспитании детей и предупреждении правонарушений среди несовершеннолетних / М. Л. Вартанова // Актуальные вопросы современной науки: материалы XXII Международ. науч.-практ. конф. - М.: ООО «Изд-во «Спутник+», 2014. -С. 130-135.

2. Коноплева А. А. Нравственное воспитание как механизм трансляции культуры в условиях аксиологического кризиса современного общества (на примере деятельности органов внутренних дел Российской Федерации) / А. А. Коноплева // Таврические студии. Серия: Искусствоведение. - 2016. - № 9 (23). - С. 28-34.

3. Сафонов Д. А. Личность футбольного фаната как элемент криминалистической характеристики преступлений против общественного порядка / Д. А. Сафонов // Актуальные проблемы обеспечения общественной безопасности и противодействия преступности в Крымском федеральном округе: материалы Все-

2 Терроризм в исторической ретроспективе и современных условиях: моногр. / В. Ю. Бельский, А. Н. Бороздин, Н. Н. Гусев и др. М., 2017. С. 349-350.

рос. науч.-практ. конф. - Краснодар: КрУ МВД России, 2016. - С. 280-283.

4. Собольников В. В. Деструктивная семья как фактор делинквентной социализации несовершеннолетних / В. В. Собольников // Психология. Истори-ко-критические обзоры и современные исследования. -

2016. - Т. 5. - № 5А. - С. 21-33.

5. Терроризм в исторической ретроспективе и современных условиях: монография / В. Ю. Бельский, А. Н. Бороздин, Н. Н. Гусев и др. - М.: ЮНИТИ-ДАНА,

2017.

6. Чудина-Шмидт Н. В. Экстремальное поведение в переходный период / Н. В. Чудина-Шмидт // Проблемы переходного периода: адаптация нормативно-правовых актов Крымского федерального округа к законодательству Российской Федерации: материалы Всерос. науч.-практ. конф. - Симферополь: ДИАЙПИ, 2015. -С. 468-470.

Bibliograficheskij spisok

1. Vartanova M. L. Rol' sem'i v vospitanii detej i preduprezhdenii pravonarushenij sredi nesovershennoletnih / M. L. Vartanova // Aktual'nye voprosy sovremennoj nauki: materialy XXII Mezhdunarod. Nauch.-prakt. konf. - M.: OOO «Izd-vo «Sputnik+», 2014. -S. 130-135.

2. Konopleva A. A. Nravstvennoe vospitanie kak mekhanizm translyacii kul'tury v usloviyah aksiologicheskogo krizisa sovremennogo obshchestva (na primere deyatel'nosti organov vnutrennih del Rossijskoj Federacii) / A. A. Konopleva // Tavricheskie studii. Seriya: Iskusstvovedenie. - 2016. - № 9 (23). - S. 28-34.

3. Safonov D. A. Lichnost' futbol'nogo fanata kak ehlement kriminalisticheskoj harakteristiki prestuplenij protiv obshchestvennogo poryadka / D. A. Safonov // Aktual'nye problemy obespecheniya obshchestvennoj bezopasnosti i protivodejstviya prestupnosti v Krymskom federal'nom okruge: materialy Vseros. Nauch.-prakt. konf. - Krasnodar: KrU MVD Rossii, 2016. - S. 280-283.

4. Sobol'nikov V. V. Destruktivnaya sem'ya kak faktor delinkventnoj socializacii nesovershennoletnih / V. V. Sobol'nikov // Psihologiya. Istoriko-kriticheskie obzory i sovremennye issledovaniya. - 2016. - T. 5. - № 5A. - S. 21-33.

5.Terrorizm v istoricheskoj retrospektive i sovremennyh usloviyah: monografiya / V. Yu. Bel'skij, A. N. Borozdin, N. N. Gusev i dr. - M.: YUNITI-DANA, 2017. - 479 s.

6. Chudina-Shmidt N. V. Ehkstremal'noe povedenie v perekhodnyj period / N. V. Chudina-Shmidt // Problemy perekhodnogo perioda: adaptaciya normativno-pravovyh aktov Krymskogo federal'nogo okruga k zakonodatel'stvu Rossijskoj Federacii: materialy Vseros. Nauch.-prakt. konf. -Simferopol': DIAJPI, 2015. - S. 468-470.