«В местах лишения свободы все-таки становится лучше»

Новый омбудсмен России Татьяна Москалькова впервые посетила Татарстан. Местные общественники пожаловались ей на проблемы заключенных и мигрантов. В частности, правозащитники не могут договориться с сотрудниками УФСИН, какого размера бороду может носить осужденный, исповедующий ислам и какого размера должна быть карманная икона. Госпожа Москалькова заявила, что поднятые правозащитниками вопросы «сразу не решаются», но считает, что в России «все-таки удается продвигаться вперед в укреплении прав человека».

Вчера Казань посетила новый уполномоченный по правам человека в России Татьяна Москалькова. В первый день своего пребывания в Татарстане она собрала местных правозащитников, чтобы те рассказали, что «считают важным с точки зрения соблюдения прав человека в республике». Большую часть встречи общественники посвятили обсуждению прав заключенных и мигрантов.

Член Общественной наблюдательной комиссии (ОНК, контролирует соблюдение прав человека в местах принудительного содержания) Татарстана Альберт Зарипов заявил, что с каждым годом требования к участникам комиссии ОНК «возрастают». «Но очереди ходить и посещать колонии нет. Мы каждый раз испытываем стресс, соприкасаясь с сотрудниками колонии», — сказал он. По его словам, нередко, чтобы 20 минут пообщаться с заключенными, 40 минут или час уходит на то, чтобы получить допуск на территорию колонии. «Если нечего скрывать, то зачем все эти преграды», — удивился общественник.

Глава ОНК Татарстана Лариса Расческова обратила внимание на то, что в законе не прописан регламент подачи уведомления о желании общественника посетить спецучреждение, что «позволяет руководителям ведомств этим играть и лавировать». «Где-то есть условие, что уведомление подается факсом и за сутки. Но у нас не всегда под рукой факс», — посетовала она. Также госпожа Расческова отметила нехватку медикаментов в колониях, отсутствие фельдшеров в изоляторах временного содержания. По ее словам, есть «случаи, когда скорая едет полтора часа».

Но самым «интересным вопросом по линии УФСИН» Лариса Расческова назвала «вопрос бороды» у заключенных, исповедующих ислам. «У нас по сравнению с другими регионами разрешается и соблюдать уразу, и пост, – сообщила она. — Но мы долго бодались с бородой». Госпожа Расческова пояснила, что во внутренних инструкциях колоний «не указано, какая должна быть борода, а только написано „аккуратно постриженная“». При этом, по ее словам, трехдневная щетина уже запрещена. «Вроде мелочь, но много было выяснений по этому вопросу», — отметила глава ОНК. Советник начальника УФСИН по Татарстану Рафаэль Давлеев, который присутствовал на встрече с правозащитниками, согласился с госпожой Расческовой, что этот вопрос необходимо регламентировать.

Татьяна Москалькова, выслушав жалобы общественников, поинтересовалась: не жалуются ли заключенные на цены в магазинах при тюрьмах? Оказалось, что с этой проблемой в Татарстане правозащитники также сталкиваются. «Постоянно на цены жалуются», — сообщил член ОНК Герман Алеткин. При этом он дал понять, что родственников заключенных фактически вынуждают покупать передачи в таких магазинах, «потому что сигареты тогда не ломают». «Ассортимент ужасный! — продолжал господин Алеткин. — На днях заходил, слава богу, бомжпакеты появились, сигареты по 100 руб. и вода, которая в обычном магазине стоит 11 руб., а у них 24. Туалетная бумага, пряники — это ужас какой-то». Член ОНК предложил Татьяне Москальковой «что-то с этим делать». В качестве «положительного момента» он также отметил, что «появилась, слава богу, выпечка». «Осужденные могут заказать пирог, его испекут и принесут на день рождения», — рассказал господин Алеткин.

Германа Алеткина беспокоит и то, что осужденные могут заказать книгу для чтения «только за свой счет». Поэтому «если РПЦ хочет Библию выслать, ее не примут». При этом в библиотеке религиозной литературы нет, сетует член ОНК: «Да в церкви лежит Библия, в мечети — Коран. Но в библиотеке ее нельзя взять почитать». Общественник вспомнил еще один необычный случай: «У меня икону забрали, говорит осужденный. Она не того размера была». Господин Алеткин предложил регламентировать, «какой размер считать карманным».

Есть претензии у правозащитников Татарстана и к содержанию мигрантов в специальных центрах, где по закону они могут находиться до двух лет. Однако, как указала директор благотворительной организации «Новый век» Лилия Таишева, условия в этих центрах не предусмотрены для такого длительного пребывания: «Иногда люди содержатся без одежды, без питания». Герман Алеткин отметил, что нередко в такие центры попадают бывшие осужденные, которые на момент распада СССР оказались в российских колониях, но не имеют гражданства РФ, поскольку являются уроженцами других республик. «Ни в Казахстане, ни в Киргизии, где они родились, их не примут. Надо выдавать им вид на жительство», — предложил общественник, посчитав неправильным, что «здоровый мужик сидит на шее государства два года и не платит налоги».

Правозащитники на встрече с Татьяной Москальковой затронули и другие проблемы. В частности, глава Общества инвалидов Татарстана Рифат Ганибаев жаловался, что места для инвалидов на парковках постоянно заняты, а также на то, что в России очень сложно получить инвалидность. «В Финляндии — 24% инвалидов, в России — 9%. Разве можно сказать, что жизнь у наших граждан лучше, чем в Финляндии?» — говорил он. Альберт Зарипов также настаивал на регулировании государством деятельности частных реабилитационных центров. Глава правозащитной группы «Акцент» Булат Мухамеджанов предлагал разрешить общественникам посещать детские дома и интернаты (сейчас таких полномочий нет даже у членов ОНК). Также был поднят вопрос финансирования некоммерческих организаций. Некоторые общественники говорили, что с каждым годом «все меньше и меньше» получают грантов. В свою очередь госпожа Москалькова посетовала, что нередко операторы грантов отклоняют заявки по формальным причинам из-за ошибок в документах.

Завершая встречу, федеральный омбудсмен попросила уполномоченного по правам человека в Татарстане Сарию Сабурскую оформить предложения общественников в письменном виде. Татьяна Москалькова обратилась к собравшимся: «Вы поставили очень глобальные вопросы. Но они сразу не решаются». Однако, по ее словам, «все-таки нам удается продвигаться вперед в укреплении прав человека»: «И в местах лишения свободы все-таки становится лучше. Мы помним, как обстояло дело в 70-х – 80-х годах». Госпожа Москалькова пообещала, что сделает «все возможное, чтобы оказывать помощь и конкретным людям, и в целом по системе».

Визит федерального уполномоченного в Татарстан продолжится до 11 августа. В частности, сегодня права человека в республике Татьяна Москалькова намерена обсудить с президентом Татарстана Рустамом Миннихановым.