Подготовка командно-политического состава Красной армии в системе национального военного образования в 20-30 годы ХХ века

УДК 9.93

ПОДГОТОВКА КОМАНДНО-ПОЛИТИЧЕСКОГО СОСТАВА

КРАСНОЙ АРМИИ В СИСТЕМЕ НАЦИОНАЛЬНОГО

ВОЕННОГО ОБРАЗОВАНИЯ В 20 - 30 ГОДЫ ХХ ВЕКА

Б.Г. Кадыров, В.В. Королев

Аннотация. В статье рассматриваются основополагающие направления национальной политики Советского государства в условиях Вооруженных Сил - подготовка национальных командно-политических кадров. Исследуются вопросы, связанные с формированием сети национальных военно-учебных заведений, наполнения их постоянным и переменным составом. Определенное внимание уделяется деятельности государственных военных органов по обеспечению качественной организации деятельности национальных военных учебных заведений. В статье обосновываются причины свертывания сети национальных военно-учебных заведений и преобразования их в общесоюзные; рассматривается значение создания и функционирования национальных военно-учебных заведений.

Ключевые слова: армия, национальные военно-учебные заведения, командно-политический состав, курсанты, преподаватели.

PREPARATION OF THE COMMAND AND POLITICAL PERSONEL

OF THE RED ARMY IN THE SYSTEM OF NATIONAL MILITARY

EDUCATION IN 20-30 YEARS OF THE 20TH CENTURY

B. Kadyrov, V. Korolev

Abstract. The article deals with the fundamental national policy of the Soviet state in the conditions of the Armed Forces - the preparation of a national command and political personnel. The issues, associated with the formation of national military education institutions, filling them with permanent and non-permanent personnel, are examined. Particular attention is paid to activities of party and military authorities that ensure the quality of the national military educational institutions organization. The article states the reasons of closing of national military education institutions and transforming them into all-Union, it discusses the importance of creating and maintaining national military educational institutions.

Keywords: Army, national military educational institutions, the command and political personnel, cadets, teachers.

Одним из важнейших политических институтов государства является армия. Являясь органом государства, армия органически связана с социумом. В ней находит отражение вся совокупность общественных отношений -политических, экономических, общественных, духовных. В рядах Вооруженных Сил служат представители всех наций и народностей страны. Большую роль здесь, безусловно, играют офицерские кадры. Вопросу их подготовки всегда уделялось и будет уделяться большое внимание. Поэтому опыт России, Советского государства, в том числе в 20 - 30-е годы в вопросе подготовки национальных кадров начальствующего состава армии является ценным и показательным.

Становление системы национального военного образования приходится на период 1922 — 1925 гг. Эта система предусматривала подготовку командиров основных родов войск (пехоты, кавалерии, артиллерии) в национальных военных школах.

Для тех наций и народностей, которые уже имели свои воинские части или предполагалось их формирование, создавались военные школы, рассчитанные на подготовку среднего командного звена - командиров взводов в пехоту, эскадронов - в кавалерию, командиров батарей -в артиллерию. Таковых в 1924 - 25 гг. было открыто восемь: Объединенные Грузинская, Армянская, Азербайджанская, Казахская, Татаро-Башкирская, Белорусская, Среднеазиатских национальностей и Червонных старшин. Эта сеть оставалась почти неизменной до 1927 г. (за исключением 1925 — 26 учебного года, когда в составе Киевской артиллерийской школы была создана батарея для подготовки артиллеристов для украинских частей, а в 1926 - 27 учебном году расформирована Объединенная Казахская военная школа).

В 1927 г. Объединенные Грузинская, Армянская, Азербайджанская военные школы расформировываются. Командиров для этих национальных частей стали готовить в Закавказской пехотной школе, где были

образованы грузинское, армянское и тюркское отделения.

В связи со слабой общеобразовательной подготовкой поступающих в военно-учебные заведения в ряде республик СССР в 1924 — 25 гг. были образованы школы для подготовки молодежи к поступлению в национальные военно-учебные заведения. Так, в 1924 — 1925 гг. были созданы Украинская и Закавказская военно-подготовительные школы; в 1926 году создается Узбекская военно-подготовительная школа, но через год она закрывается в связи с малым количеством представителей среднеазиатских народностей, желающих поступить в данное военно-учебное заведение.

При ряде военных школ были открыты курсы подготовки, предназначенные для переучивания лиц начальствующего состава, не имевших военного образования. Это - первый тип военных школ.

Вторым типом военных школ являлись политические. Они готовили политработников первичного звена. Это Грузинская, Армянская, Азербайджанская и Центральная Тюркская (в Казани) военно-политические школы. До 1925 -26 гг. они существовали без изменений. В 1926 г. они расформировываются, а политработников стали готовить на военно-политических курсах при Объединенной военной школе Среднеазиатских национальностей и в Тифлисской пехотной школе.

Необходимо отметить, что командиров среднего звена готовили и общесоюзные военные школы, где для национальной молодежи бронировались места. Кроме того, существовали военные школы, готовившие командный состав для номерных частей, который мог использоваться в национальных частях: Объединенная школа коммунаров (здесь обучались представители польской

национальности), Объединенная

Интернациональная (карелы, эстонцы, финны), Северокавказская школа горских народностей (всего 16 национальностей Северного Кавказа), Украинская кавалерийская школа (украинцы), Татарский эскадрон крымской кавалерийской школы (крымские татары). Созданные в 1924 — 25 гг., эти учебные заведения также в скором времени подверглись существенному

сокращению в виду малочисленности национальных формирований. В 1926 - 27 бюджетном году был расформирован татарский эскадрон Крымской кавалерийской школы, а Объединенная школа коммунаров влита в состав Объединенной Интернациональной школы. В дальнейшем Объединенная Интернациональная школа входит в состав Московской пехотной

школы им. Акенбреккера.

Главное назначение национальных военных школ заключалось в том, чтобы воспитать грамотного, политически развитого командира, знающего военное дело, владеющего формами и методами обучения и воспитания личного состава.

Национальный командно-политический

состав высшего звена и технический персонал готовились в общесоюзных учебных заведениях (академиях, различных военных школах, курсах усовершенствования начсостава РККА), где для них бронировались места. Так, после Гражданской войны окончил с золотой медалью Академию РККА уроженец села Биштяки Уфимской губернии Миннигалей Мингазович Шаймуратов. В 1934 г. он становится помощником начальника отделения разведки одного из управлений Генерального штаба РККА. Осенью того же года он направляется военным атташе в Турцию. Затем 3 года был на оперативной работе в Китае, за что был награжден орденом Красного Знамени. После службы в Китае назначается командиром полка по охране Кремля. Накануне Великой Отечественной войны вторично командируется в Китай. С декабря 1941 г. — командир 112 Башкирской кавалерийской дивизии.

Подготовка командиров подразделений связи, инженерных войск и других родов войск проводилась путем приема лиц соответствующей национальности в обычные военные школы либо на общих основаниях, либо для них также бронировались места.

Организация военных школ была определена приказом РВС СССР в 1925 г., согласно которому военные школы являлись строевыми частями. Организационно школы состояли из управления, преподавательского состава, учебных подразделений и обеспечивающих организаций. Школы возглавлялись начальником и военным комиссаром (до введения единоначалия). В ее управление входили: учебная часть во главе с начальником учебно-строевого отдела, его заместитель и партийно-политический аппарат (помощник военного комиссара, начальник клуба, секретари партийной и комсомольской организации). Преподавательский состав входил в педагогический совет и предметные цикловые комиссии. Учебные подразделения состояли из курсантских рот, которые делились на учебные взводы. В число обеспечивающих организаций входили: солдатские подразделения, оркестр, медицинская и ветеринарная части.

Одной из труднейших задач того времени было укомплектование военных школ переменным составом (курсантами). Причиной

этому было отсутствие достаточного количества образованной молодежи, желающей посвятить себя военной службе. Это касалось не только национальных учебных заведений, аналогичная ситуация была во всех образовательных учреждениях.

Особенно трудно было с набором курсантов в военные школы Казахстана и Средней Азии. Видимо поэтому в военные школы, дислоцированные в этих регионах, принимались юноши, имеющие слабую общеобразовательную подготовку [3]. Неграмотность поступающих и незнание ими русского языка являлись существенными факторами, сдерживавшими развитие национальных военных школ. Это вынуждало приспосабливать учебную систему к уровню развития курсантов, включать в программу значительный объем

общеобразовательного материала и русского языка в ущерб специальной подготовке. Так, в военно-политической школе Украинского военного округа в 1926 г. было увеличено количество часов по изучению русского языка: в младших классах на это выделялось 148 часов, в средних - 107 и в старших - 36 часов [4]. Естественно, это отражалось на изучении и преподавании других дисциплин. Так, по учебным планам специальные предметы должны были иметь 130 — 150 часов, а получили лишь 79 - 97 часов [4]. При общей слабой подготовке поступивших в школу это вызывало большие затруднения в учебной работе.

Политработники старшего и высшего звена также обучались в учебных заведениях, в которых готовились политические кадры для всей РККА.

Комплектование курсантских подразделений в национальных военно-политических школах существенно отличалось от других военно-учебных заведений. Если в общесоюзные военно-политические школы принимались командиры взводов - коммунисты (хотя в начале 20-х гг. принимались и комсомольцы), имеющие общее военное образование и проработавшие в командной должности не менее 2-х месяцев, то к поступающим в национальные военно-политические школы эти требования не предъявлялись. В Закавказье, например, по разверстке политических отделов национальных дивизий кандидаты для поступления в военные школы отбирались из рядового и начальствующего состава своих дивизий. Здесь кандидаты отбирались по нарядам политуправления Кавказской Краснознаменной армии - из соответствующих национальных соединений. По направлениям ЦК компартий республик принималась и гражданская молодежь.

Поступающие могли быть членами коммунистической партии, комсомольцами или сочувствующими, т.е. беспартийными. Последние зачислялись по утверждению комиссара и бюро ячейки РКП (б) школы. В Средней Азии до 1929 г. принимались и члены молодежной организации «Кошчи» (узбекское название крестьянской организации, сходной по своему социальному, политическому значению с комитетами бедноты в РСФСР). По опыту практической работы абитуриенты должны были иметь стаж не менее 4-х месяцев службы в армии или такой же опыт политико-просветительской работы вне ее. Требования по грамотности сводились к умению читать и писать на родном языке, знанию 4-х действий арифметики над отвлеченными числами

[5].

Для подготовки младших командиров было создано два вида школ: отдельные и полковые. Первые создавались для тех наций, которые ранее к военной службе не привлекались. Они должны были стать основой будущих национальных формирований. К их числу, открытых в 1924 -1925 гг., относятся: Бурят-Монгольская, Туркменская и Киргизская школы младших командиров [6].

Появление школ 2-го вида (полковых) было вызвано необходимостью иметь опытный младший командный состав. В 1924 — 25 гг. они создаются при национальных дивизиях Украины, Белоруссии и Закавказья [7]. По мере строительства национальных частей в других регионах СССР там тоже открываются полковые школы. Дивизия имела, как правило, три школы, в менее крупных воинских единицах типа бригады или полка было по одной школе [7].

Одной из проблем в вопросе подготовки национальных командных кадров являлось обеспечение военных школ постоянным составом. Организация нормального хода обучения упиралась в ограниченное число командиров и, особенно, преподавателей. Так, на весь Туркестанский край было всего несколько человек, получивших военное образование в прежних кадетских, пажеских корпусах и училищах, да и те были выходцами из феодально-байских слоев.

Всего же на 1 апреля 1925 г. командно -политический и административный состав РККА был следующий (в процентах): русских - 64,62; украинцев - 9,84; белорусов - 4,62; татар - 2,1; грузин - 1, 83; евреев - 1, 63; поляков - 1,42; латышей - 1,37; армян - 1,35; немцев - 0, 61; эстонцев - 0, 53; казаков - 0, 24; узбеков - 0,18; туркмен - 0, 08; башкир - 0, 07 [3]. Примерно такая же картина в учебных заведениях. В них постоянный состав представлен следующим

образом (в %): русских - 83,3; украинцев - 3,9; белорусов - 3,3; татар - 2,1; грузин - 2,1; армян -1,4; прочих - 6,5 [9].

Предпринимались попытки обучать преподавателей местным языкам. Так, прошедшая в 1924 г. конференция военно-учебных заведений, расположенных в Казани, уделила этим вопросам непосредственное внимание [1]. В ней принимали участие преподаватели 7-й пехотной, Объединенной Татаро-Башкирской и 4-й военно-инженерной школ. В резолюции по докладу о национальном вопросе было сказано, что исходя из факта нахождения этих школ на территории Татарской республики необходимо изучение личным составом этих вузов национального вопроса, географии, истории республики и татарского языка. Для Объединенной Татаро-Башкирской школы признано своевременным начать обучение преподавателей национальным языкам.

Вторым направлением деятельности советских, партийных и военных органов явилось расширение подготовки постоянного состава из местных народов. Они готовились в Военно-политической академии им. В. Толмачева (с 1929 г. имени В.И. Ленина), в Коммунистическом университете народов Востока.

Преподавательский состав по военным дисциплинам проходил подготовку в соответствующих академиях и курсах усовершенствования командного состава.

В целях повышения военно-научной квалификации, расширения кругозора и ознакомления с военно-техническими достижениями в национальных вузах регулярно читались лекции и доклады, создавались кружки военно-технических знаний, занятия в которых проводились 1 - 2 раза в декаду [10]. Для более глубокого изучения положения дел в военных школах и оказания им помощи на заседаниях РВС СССР заслушивались отчеты должностных лиц о состоянии боевой и политической подготовки, дисциплины и успеваемости в национальных военно-учебных заведениях. Так, на заседании РВС САВО летом 1929 г. был заслушан доклад начальника Среднеазиатской военной школы им. В.И. Ленина о боевой готовности, учебе и дисциплине в школе. Выяснилось, что главной причиной недостатков в учебе (слабое знание топографии, низкая стрелковая подготовка и др.) является несоответствие части начальствующего и преподавательского состава своему должностному положению. Для проверки и обновления последнего была создана специальная комиссия [11].

Во второй половине 30-х годов руководство страны объявило о решении в СССР

национального вопроса. К этому времени многие народы имели свои национальные формирования, либо части и подразделения в составе других национальных или номерных соединений.

7 марта 1938 года постановлением ЦК ВКП (б) и приказом Народного комиссара обороны СССР от 16 апреля 1938 г. все национальные формирования были преобразованы в общесоюзные без указания прошлой национальной принадлежности. Все

национальные формирования были переведены на кадровый тип строительства и стали номерными. При этом Украинские и Белорусские дивизии были переведены на

экстерриториальную систему комплектования. В Средней Азии, Закавказье, Поволжье они слились с общими частями Красной Армии [12].

Вместо 19 национальных военных школ, имевшихся в структуре РККА в середине 20-х гг., к середине 30-х гг. осталось лишь 6. Изменились не только их количество, структура, организация, но и названия. Это следующие национальные военные школы: Татаро-Башкирская пехотная им. ЦИК ТАССР, Закавказская пехотная школа, Среднеазиатская пехотная школа им. В.И. Ленина, Украинская кавалерийская школа им. С.М. Буденного, Киевская артиллерийская школа и командная военная школа Белоруссии.

Интересы государства и Вооруженных Сил требовали превращения национальных военных школ в хорошо организованные учебные центры, оснащенные техникой и оружием, полигонами и учебными центрами, с подготовленным командно-политическим и преподавательским составом. Школы надо было укомплектовать штатным количеством курсантов такого уровня образования, который позволил бы сократить количество учебного времени на общеобразовательные дисциплины, повысив количество часов на специальные. Путь к достижению этой цели лежал через выполнение намеченных программ национального военного строительства, претворение в жизнь ранее принятых решений руководства ВКП (б) и государства в области национальной политики.

Конечно, укреплению национальных вузов, улучшению их работы могло бы способствовать назначение на должности руководящего состава военных школ лиц коренной национальности. Однако, это делалось не всегда и не везде.

Основной причиной преобразования национальных военно-учебных заведений в общесоюзные явилось свертывание

национального военного строительства, преобразование национальных воинских частей и соединений в общесоюзные. Следствием этого решения явилась ликвидация системы

национального военного образования. Однако, значение национального военного образования в 20 — 30-е гг. было большое. Национальные военные, военно-политические, полковые (бригадные) школы комсостава подготовили значительный отряд начальствующего состава среднего и младшего звена для национальных воинских формирований и номерных частей. В итоге армия имела определенное количество командиров и политработников, отвечавших требованиям существовавшей военной теории и

практики. В национальные военные учебные заведения были привлечены для работы старые военные специалисты из числа нерусских народов, подготовлен большой отряд военных кадров послереволюционной России. Они внесли свой определенный вклад в дело просвещения нерусских народов; способствовали их дальнейшему развитию, что, в конечном итоге, способствовало укреплению единства народов страны.

1. Конференция вуз г. Казани // Военное знание, 1924. - № 3. - С. 98.

2. Проблемы госстроительства в первые годы Советской власти. Сборник. - Л.: Наука, 1973. - С. 237.

3. Российский государственный военный архив (РГВА), Ф. 110, Оп. 2, Д. 390, Л. 17.

4. Российский государственный военный архив (РГВА), Ф. 62, Оп. 2, Д. 68, Л. 178.

5. Российский государственный военный архив (РГВА), Ф. 9, Оп. 13, Д. 152, Л. 6.

6. Российский государственный военный архив (РГВА), Ф. 4, Оп. 14, Д. 23, Л. 47.

7. Российский государственный военный архив (РГВА), Ф. 4, Оп. 14, Д. 23, Л. 48.

8. Российский государственный военный архив (РГВА), Ф. 9, Оп. 2, Д. 14, Л. 5.

9. Российский государственный военный архив (РГВА), Ф. 9, Оп. 7, Д. 45, Л. 46.

10. Российский государственный военный архив (РГВА), Ф. 25030, Оп. 1, Д. 5, Л. 1.

11. Российский государственный военный архив (РГВА), Ф. 9, Оп. 3, Д. 373, Л. 1.

12. Российский государственный военный архив (РГВА), Ф. 9, Оп. 3,Д. 373, Л. 11.

Сведения об авторах:

Кадыров Басир Гаптельбариевич (г. Казань, Россия), доктор исторических наук, профессор кафедры философии и социально-политических дисциплин, Казанский инновационный университет (ИЭУП), e-mail: luiza1206@mail.ru

Королев Валерий Васильевич (г. Казань, Россия), кандидат философских наук, доцент, старший научный сотрудник Института психологии, педагогики и социальных проблем.

Data about the authors:

B. Kadyrov (Kazan, Russia), doctor of historical sciences, professor at the Department of Philosophy and Social and Political Sciences, Kazan Innovation University (IEML), e-mail: luiza1206@mail.ru

V. Korolev (Kazan, Russia), candidate of philosophical sciences, docent, senior researcher of Institute of Pedagogy, Psychology and Social Problems.