Особенности глагола в лакунском говоре лезгинского языка

88

• ••

Известия ДГПУ, №1, 2015

определенного видения мира человеком и способов его концептуализации в языке, т. е. дается характеристика особенностей творческого восприятия картины мира и менталитета своего этноса на родном языке. Тогда языкотворчество Расула Гамзатова заиграет, высветит с позиций антропоцентрическо-когнитивного направления этно-философский смысл поэтического пера Расула

Гамзатова в духовном пространстве мудрости Дагестана и всего Кавказа.

В заключение хотелось бы напомнить мысль

А. Потебени, что поэзия указывает науке цели, всегда находится впереди нее и незаменима ею навеки [4. C. 157]. Поэтические тексты Расула Гамзатова высвечиваются как особая форма самовыражения личности автора. Они бессмертны и останутся в веках.

Литература

1. Бабенко Л. Г. Лексические средства обозначения эмоции в русском языке. Свердловск, 2003. С. 58.

2. Вайсгербер Й. Л. Язык и философия // Вопросы языкознания. 1993. № 2. 3. Лихачев Д. С. Концептосфера русского языка // Известия РАН. Сер. «Литература и язык». Т. 52. 1993. № 1. 4. Потебня А.

Язык и мысль. М., 2003. С. 157. 5. Степанов Ю. С. Константы. Языки русской культуры. М., 2004.

С. 70-78. 6. Хайдеггер М. Время картины мира // Новая технократическая волна на Западе. М.,

1986. С. 93.

References

1. Babenko L. G. Lexical means of the emotion denotation in Russian. Sverdlovsk, 2003. P. 58.

2. Weisgerber J. L. Language and Philosophy // Problems of Linguistics. 1993. # 2. 3. Likhachev D. S.

Conceptosphere of Russian // Proceedings of RAS. "Literature and Language" series. Vol. 52. 1993. # 1.

4. Potebnya A. Language and thought. M., 2003. P. 157. 5. Stepanov Yu. S. Constants. Languages of Russian culture. M., 2004. P. 70-78. 6. Heidegger M. Time picture of the world // New wave of technocracy in the West. M., 1986. P. 93.

Literatura

1. Babenko L. G. Leksicheskie sredstva oboznachenija jemocii v russkom jazyke. Sverdlovsk, 2003. S. 58.

2. Vajsgerber J. L. Jazyk i filosofija // Voprosy jazykoznanija. 1993. № 2. 3. Lihachev D. S. Konceptosfera russkogo jazyka // Izvestija RAN. Ser. «Literatura i jazyk». T. 52. 1993. № 1. 4. Potebnja A. Jazyk i mysl'. M., 2003. S. 157. 5. Stepanov Ju. S. Konstanty. Jazyki russkoj kul'tury. M., 2004. S. 70-78.

6. Hajdegger M. Vremja kartiny mira // Novaja tehnokraticheskaja volna na Zapade. M., 1986. S. 93.

Статья поступила в редакцию 22.10.2014 г.

УДК 811.351.32

ОСОБЕННОСТИ ГЛАГОЛА В ЛАКУНСКОМ ГОВОРЕ ЛЕЗГИНСКОГО ЯЗЫКА

THE VERB FEATURES IN THE LAKUN DIALECT

OF THE LEZGHIN LANGUAGE

© 2015 Магомедрасулова С. М., Халунов А. Н.

Дагестанский государственный педагогический университет

© 2015 Magomedrasulova S. M., Khalunov А. N.

Dagestan State Pedagogical University

Резюме. Статья посвящена изучению глагола лакунского говора лезгинского языка.Описаны простые, сложные и составные глаголы. Также раскрыты особенности лакунского говора, касающиеся классных показателей и образования каузатива.

Общественные и гуманитарные науки

• ••

89

Abstract. . The article deals with studying the verb in the Lakun subdialect of the Lezghin language. The authors describe simple, complex and compound verbs. They also reveal the features of the Lakun subdialect concerning the class indicators and derivation of the causative.

Resjume. Stat'ja posvjashhena izucheniju glagola lakunskogo govora lezginskogo jazyka.Opisany prostye, slozhnye i sostavnye glagoly. Takzhe raskryty osobennosti lakunskogo govora, kasajushhiesja klassnyh pokazatelej i obrazovanija kauzativa.

Ключевые слова: говор, диалект, наречие, лезгинский язык, лакунский говор, глагол, простой глагол, сложный глагол, составной глагол, каузативные глаголы.

Keywords: subdialect, dialect, adverb, Lezghin language, Lakun subdialect, verb, simple verb, complex verb, compound verb, causative verbs.

Kljuchevye slova: govor, dialekt, narechie, lezginskij jazyk, lakunskij govor, glagol, prostoj glagol, slozhnyj glagol, sostavnoj glagol, kauzativnye glagoly.

Глагол в лезгинском языке, как и в других генетически родственных языках дагестанской группы (в аварском, табасаранском, даргинском и др.), представляет собой одну из самых сложных грамматических категорий. В предложении глагол служит ядром, вокруг которого группируются другие части речи.

В говоре и литературном языке глагол обладает категориями времени, наклонения, отрицания, переходности-непереходности, акузатива и лица.

Однако глагол в описываемом говоре, а также в лезгинском языке в целом не знает таких категорий, как грамматический класс и число. «Процесс утраты категории грамматических классов в истории развития языка является естественным, т. е. развитие отвлеченного мышления ведет к постепенному исчезновению конкретных грамматиче-

Лакун. гов. Кимиль. гов. Лит. яз.

аун йын авун «делать»

гын йыгын гун «дать»

къын йыкъын кьун «держать»

йыхьы11 йыргын ругу11 «кипеть»

йигьи11 йуьгьуьн вэгьин «бросать»

йыц!ырнун йырцЬы1 цурун «таять»

По нашему мнению, анлаутный согласный [й] В различных говорах, как в литературном язы-

в рассмотренных глаголах можно считать окаме- ке и других диалектных единицах, масдар харак-

нелым классным показателем. «Изучение диа- теризуется показателем (категориальным суффик-

лектных форм лезгинского языка в историческом сом) -н. В литературном языке суффиксы (или

аспекте дает возможность заключить, что катего- тематические гласные) -у- -и-, -уь-, а в говоре в

рия грамматического класса не была чужда лез- роли такого элемента преимущественно использу-

гинскому глаголу» [Топуриа 1959:103]. ется -ы-, например:

ских категорий, какой является в языке, в частности, категория грамматических классов» [Чикоба-ва 1980].

По мнению исследователей, классные показатели в окаменелом виде прослеживаются в лезгинском языке в сравнении с родственными языками [Алипулатов 1972, Мейланова 1970, Алексеев, Шейхов 1997]. Исторические рудименты классных показателей больше сохранились в некоторых диалектных единицах, чем в современном лезгинском литературном языке. Например, о наличии в прошлом в лезгинском языке классных показателей свидетельствуют материалы лакун-ского говора, а также кимильского говора кубинского наречия в сравнении с литературным языком, ср.:

Лакун. гов.

Лит. яз.

гы н гу «дать»

къын къун «стыть, остывать»

н кы н ку «гореть»

г1атын н ату «приходить, доноситься»

г1акьын н акьу «попадать, сталкиваться»

гахъын н вахку «ожидать»

н къацы къачhун «брать»

н къыгъы хкун «обратно приносить»

Аыкьын к1ун «касаться, задевать»

г1экъуьч1ын экъэч1ун «выходить»

н

Приведем примеры употребления в глаголах говора детерминативных суффиксов -и-, -у-, -уь-, ср.:

90

• ••

Известия ДГПУ, №1, 2015

Лакун. гов. г1элигин Лит. яз. н алугу -и- «опалиться, обжечься»

н кьаьши н кьэжи «мокнуть»

фин фин «идти»

^ик1ин чhукlун «рассыпаться, рушиться»

н хьэликьи н гиликьу «сдыхать, околевать»

чhихин чhуьхуьн «мыть, стирать»

н хьчи н хьчи «брызгать»

^и^ин н кхьи «писать»

~ н йусу н гуь -у- «жать»

н кьу н кьу «идти (об осадках)»

н йиту н ту «брить»

г1акун н аку «видеть»

н цуу ч1угун «тянуть»

чhухун чhухун «чесать, царапать»

н лугьу н лугьу «говорить, сказать»

ч1акьун н жакьу «жевать»

н хъуцу къвазун «остановиться»

н кваху к1вахун «посыпать»

гэлуьч1уьн галуч1ун -Уь- «расставаться, отставать»

йуьтЬкуьн тhуькlуьн «ладиться, ладить»

хуьАхуьн тhуьхуьн «тухнуть, затухать»

н хуь н хуь «хранить, беречь»

г1эгьуьн н эгьуь «копать»

г1экъуьн н экьуь «ходить»

Как яркую специфическую черту говора можно выделить использование в единичных глаголах гласных детерминантов (тематических гласных) -аь-, -а-, не характерных для литературного языка и других локальных единиц, ср.:

Лакун. гов.

йаг!ан

^э^аьгГ

тэкъаьгГ

хъаьг!аьн

г1эваьг1н

эцаьг1н

АкьаьгГ

Лит. яз.

н

йагъу

^аьгьун

къакъажун

н

хъийагъу

эваьгъун

эч!аьгьун

н

хкаькьу

«ударять, бить»

«трогать, прикасаться» «прибирать, засучивать» «загонять»

«причесывать»

«качать (люльку)»

«перестать идти (об осадках)»

Как видно из примеров, в литературном языке в данных лексемах выступает самый распространённый детерминативный суффикс -у-.

По своему образованию (морфемной структуре) глагол в говоре и в лезгинском языке в целом может быть простым, сложным и составным. Структура лезгинского глагола подтверждает положение о принципе корневого моноконсонантизма, характерного для кавказских языков [Кибрик, Кодзасов 1988]. Так, значительное количество простых (первообразных) глаголов в говоре и в литературном языке состоят из моноконсонантного корня, который связывается с суффиксом мас-дара посредством гласного детерминанта, например:

Лакун. гов. Лит. яз.

гъын гъун «приносить»

гъын къун «остывать»

хын хун «сломать, разбить»

хуьн хуьн «охранять»

хун хъун «пить»

хьын хьун «быть, стать»

кын кун «гореть, жечь»

цын цун «сеять»

къын кьун «держать, поймать»

Нередко в глаголах корневому согласному предшествует какой-нибудь гласный (преимущественно [а]), в подобных лексемах в начальной

Общественные и гуманитарные науки

• ••

91

позиции наращивается фарингальный звонкий [г1] или полугласный [й], ср.:

Лакун.гов. Лит. яз.

йигъын агъун «верить»

г1акун акун «видеть»

г1акьын акьун «попадать, сталки ваться»

г1акын ак1ун «застрять»

г1атын атун «приходить»

г1ат1ын ат1ун «резать, рвать»

г1ацын ацун «доить»

г1эгъуьн эгъуьн «копать»

г1экъуьн экъуьн «ходить»

В составе некоторых простых глаголов, кроме

предшествующего суффиксу масдара согласного,

префиксально представлены и другие согласные

элементы (ныне мертвые), например:

Лакун. гов. Лит. яз.

гахгын вахкун «отдать»

raThml"^ жагъун «найти»

ч1акьун жакьун «жевать»

цызын жузун «спрашивать»

кhытlын кhутlун «гнить»

^ы^^ы к1луьк1уьн «загораться, зажигаться»

кhикhин кhьин «писать»

къоцын качhун «брать, покупать»

хытhын хут1ун «снимать»

кhыкhын кhукlун «липнуть, сращиваться»

хъуцун къвазун «останавливаться, стоять»

кьаьшин кьэжин «мокнуть»

Простые недостаточные глаголы говора отли-

чаются от литературных слов лишь по своему

звучания, ср.:

Лакун. гов. Лит. яз.

г1ава ава «есть»

гава гва «имеется у»

кhыва к1лва «имеется под»

г1ала ала «имеется на»

г1ама ама «все еще имеется»

Глаголы-связки в лакунском говоре представлены формами эй (лит. тир) «являлся», тыш (лит. туш) «не является», тыший (лит. тушир) «не являлся», э(лит. йа- граф. я) «является».

Сложные глаголы переходной семантики в говоре

Лакун. гов. Лит. яз.

г1окьаАкЬын акьатhун

г1окьолкЬын акьалтЬун

алаЛкЬын алатЬун

галаАкЬын галатЬун

гьалкИын гьалтЬун

катhкhын акЬатЬун

такьатhкhын кьакьатЬу1

АыкьаАкЬын хкаАун

образуются от основ различных знаменательных частей речи посредством аффикса -ын -лит. -ун (ын < -ун), который восходит к вспомогательному глаголу г!авын (лит. авун) «делать», например:

Лакун. гов. Лит. яз.

гlаватhын ават1лун «падать»

гlагатhын агатhун «подходить, приближаться»

хъуцарын акъвазарун «останавливать»

г!окъалын акьалун «закрывать, затворить»

г1элцифын алцифун «отстаивать»

дыгырын гадарун «бросать, кидать»

гавудын гудун «колоть, расцеплять»

эгиц1ын угуьц1ун «тереть, протирать»

хlаькьаьрын гьакьарун «умещать»

г1элисын илисун «давить, нажимать»

Следует отметить, что большинство сложных

глаголов литературного языка, маркированных

аффиксом —ун, в говоре имеет аналитическую

конструкцию, например:

Лакун. гов. Лит. яз.

гьаьжэт1л ун гьуьжэт1лун «спорить»

къал ун къалун «скандалить»

гуьрч1пэк11 ун гуьрчhеун «украсить»

кэйис ун кисун «молчать»

кhивиз ун к1луьзун «процедить»

быгъмиш ун бамишун «душить»

г!авыгьар ун авагъарун «оттаивать»

гlавадар ун авадарун «катить»

тэкъуьр ун къэкъуьрун «заставлять прохаживаться»

ч1агыр ун ч1агурун «замораживать, укрощать»

цhикlир ун чhукlурун «рассыпать, рушить»

Описанные сложные глаголы переходной семантики в кубинском наречии лезгинского языка оформляется аффиксом -ин, например: гьаджэтhин «спорить», азаадин «освободить», агалин «закрывать», пахчин «дарить», кИуьзин «цедить, фильтровать», баджармишин «поручить (поручить что-либо делать)» и др. [3; 4].

Ряд сложных глаголов в лакунском говоре образуется с помощью аффикса -кЪь^ (лит. -ун), ср.:

«выходить, появляться» «подниматься, покрываться» «спадать, сбиваться» «отбиваться, отрываться» «нагибаться, встречаться» «попадать (под что-то)» «отпадать, расставаться» «появится, спастись, вытекать»

92

• ••

Известия ДГПУ, №1, 2015

Составные глаголы как в говоре, так и в литературном языке, образуются от различных частей речи с помощью вспомогательного глагола хьы11 (лит. хьун) «быть, стать». По своей семантике все они являются непереходными. Составные глаголы говора отличаются от соответствующих лексем литературного языка лишь фонетически, например:

Лакун. гов. быш хьын п^1ч хьын эвлэмиш хьын хаьр хьын ваниз хьын

н

къылыхъ хьы уьлуькй хьын г1акъал хьын г1элис хьын тар хьын

Лит. яз.

буш хьун тhучh хьун эвлэмиш хьун хэр хьун

н

виниз хьу

н

кьулухъ хьу виликй хьун акьал хьун

н

илис хьу т!а хьун

«расслабиться»

«пропадать»

«жениться, вступать в брак» «раниться»

«подниматься»

«отойти назад» «подвинуться вперед» «закрываться»

«нажимать»

«сделать больно»

В лезгинском языке в круг составных глаголов входят и некоторые устойчивые образования, в которых в роли функционально -вспомогательных слов выступает целый ряд глаголов в сочетании с различными существительными, как правило, соматизмами. Расхождения в данной группе слов между говором и литературным языком сводятся к фонетическим, например:

Лакун. гов. Лит. яз.

йихьэн ун гвэн гуьн «жать»

къул цуун къул ч1угун «подписывать»

кьил цуун кьил ч1угун «проведывать»

кьин къын кьин кьун «клясться»

лыв гын лув гун «летать»

йицан цын цан цун «пахать»

Необходимо отметить, что глаголы данного типа допускают инверсионное употребление и с этой точки зрения сближаются со словосочетанием и фразеологизмами. Однако наличие полной парадигмы спряжения, как и у других глаголов, полагаем, делает данные образования больше похожими на глаголы, чем на словосочетания и фразеологические единицы.

В говоре и литературном языке процесс каузации глаголов преимущественно осуществляется посредством присоединения к корню непереходных глаголов суффикса -ар (-ур, -уьр), например:

хуыйхуьрын туьхуьрун «тушить»

хъукъурын хъукъурун «речь»

хъуцарын акъвазарун «останавливать»

кьаширын кьэжирун «мочить»

г1элкъуьрын элкъуьрун «вращать, вертеть»

г1агакьарын агакьарун «догонять, доставлять»

г1ацукьарын ацукьарун «сажать, селить»

Помимо перечисленных аффиксов, в говоре

для образования каузатива также используются

суффиксы -ыр, ном языке, ср.: Лакун. гов. -аьр, отсутствующие в литератур-Лит. яз.

г1акьырын акьурун «воткнуть»

г1акырын ак1урун «вытащить»

г1ац1ырын ац1урун «наполнить»

^а^^ырын к1луьк1уьрун «ходить»

ч11ык1ырын ч1лук1урун «спешить»

х1аькьаьрын гьакьарун «застрять»

зырзырын зурзурун «трясти»

г1экъич1лаьрын экъач1ларун «выходить»

Как и в других диалектных единицах и литературном языке, масдар в говоре характеризуется категориями числа и падежа. В противопоставлении литературному языку в говоре при склонении масдара во множественном числе гласный [а] флексии -ар в косвенных падежах не опускается.

Лакун. гов. Лит. яз.

Таблица 1

Склонение масдара

Падеж Единственное число Множественное число

Им. п. гъын «приносить» г1акын «застрять» гьынар г1акынар

Эрг. П. гъыни г1акыни гьынары г1акынары

Род. П. гъынин г1акынин гьынары г1акынары

Дат. П. гъыниз г1акыниз гьынарык11 г1акынарыз

М.п. I гъына г1акына гьынара г1акынара

II гъынал г1акынал гьынарал г1акынарал

III гъынив г1акынивг гьынарыв г1акынарыв

IV гъынихъ г1акынихъ гьынарыхъ

V гьыник11 гlакыникh г1акынарихъ

Общественные и гуманитарные науки

• ••

93

М.уд. I гьынай г1акынай гьынарык1г г1акынарай

II гьынилай г1акынилай г!акынарик1г

III гьынивай г1акынивай гьынарай

IV гьынихъай г1акынихьай гьынарылай

V гьыник1гай г!акыник1гай г1акынарылай

Паср. I гьыналди г1акыналди гьынарывай

II гьынивди г1акынивди г1акынарывай

III гьынихди г1акынихди гьынарыхьай

IV гьыник11ди г1акыник1тди г1акынарыхьай гьынарик1гай г!акынарык1гай гьынаралди г1акынаралди гьынарывди г1акынаривди гьынарыхди г1акынарыхди гьынарык11ди г1акынарик1тди

Литература

1. Асалиев Ж. А. Кимильский говор и его место в диалектной системе лезгинского языка. Махачкала, 2003; Бабаев В. А. Яргунский говор лезгинского языка. Махачкала, 1998. 2. Гайдаров Р. И. Морфология лезгинского языка. Махачкала, 1987. 3. Гаджиев М. М. Кубинский диалект лезгинского языка. Махачкала, 1997. 4. Гюльмагомедов А. Г. Куткашенские говоры лезгинского языка. Махачкала, 1997.

5. Мейланова У. А. Морфологическая и синтаксическая характеристика падежей лезгинского языка. Махачкала, 1960.

References

1. Asaliev Zh. A. The Kimil subdialect and its place in the Lezghin dialect system. Makhachkala, 2003.

2. Babaev V. A. The Yargun subdialect of the Lezghin language. Makhachkala, 1998. 2. Gaydarov R. I. The

Lezghin Morphology. Makhachkala, 1987. 3. Gadzhiev M. M. The Kuba dialect of the Lezghin language.

Makhachkala, 1997. 4. Gyulmagomedov A. G. The Kutkashen subdialects of the Lezghin language. Makhachkala, 1997. 5. Meylanova U. A. Morphological and syntactic characteristics of the Lezghin cases.

Makhachkala, 1960.

Literatura

1. Asaliev Zh. A. Kimil'skij govor i ego mesto v dialektnoj sisteme lezginskogo jazyka. Mahachkala, 2003; Babaev V. A. Jargunskij govor lezginskogo jazyka. Mahachkala, 1998. 2. Gajdarov R. I. Morfologija lezginskogo jazyka. Mahachkala, 1987. 3. Gadzhiev M. M. Kubinskij dialekt lezginskogo jazyka. Mahachka-la,

1997. 4. Gjul'magomedov A. G. Kutkashenskie govory lezginskogo jazyka. Mahachkala, 1997.

5. Mejlanova U. A. Morfologicheskaja i sintaksicheskaja harakteristika padezhej lezginskogo jazyka. Ma-hachkala, 1960.

Статья поступила в редакцию 24.10.2014 г.

УДК 811.512.123

ТЕМАТИЧЕСКАЯ КЛАССИФИКАЦИЯ СОМАТИЧЕСКИХ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ С КОМПОНЕНТОМ «/ЮРЕК/HEART/СЕРДЦЕ» В НОГАЙСКОМ, АНГЛИЙСКОМ И РУССКОМ ЯЗЫКАХ

THE THEMATIC CLASSIFICATION OF SOMATIC