Государственно-правовое принуждение: общетеоретические вопросы

УДК 342.5

Государственно-правовое принуждение: общетеоретические вопросы

Чашников Всеволод Александрович, начальник адъюнктуры

Уральского юридического института МВД России, кандидат юридических наук

e-mail: adt@ural-mvd.ru

Статья посвящена рассмотрению общетеоретических вопросов, связанных с использованием понятий «государственное принуждение», «правовое принуждение» и «государственно-правовое принуждение». Автор статьи делает вывод о том, что в демократическом обществе государственное принуждение носит правовой характер и выполняет функцию позитивного фактора социального развития.

Ключевые слова: государство; право; принуждение; государственное принуждение; правовое принуждение; свобода; правовое ограничение.

State legal coercion: theoretical issues

Chashnikov Vsevolod Aleksandrovich, Head of Postgraduate studies of the Ural Law Institute of the

Ministry of the Interior Affairs of the Russian Federation, Candidate of juridical sciences

The article is devoted to theoretical issues associated with the use of the concepts of «state coercion», «legal coercion» and «state law enforcement». The author concludes that in a democratic society, government coercion is of a legal nature and the function of the positive factor of social development.

Key words: state; law; coercion; state coercion; legal coercion; freedom; rule of limitation.

В современной юридической науке достаточно часто используется термин «государственно-правовое принуждение»1. Некоторые исследователи используют понятия «государственное принуждение» или «правовое принуждение». Отождествление понятий «государственное принуждение» и «правовое принуждение», на наш взгляд, не совсем приемлемо.

Использование понятия «государственно-правовое принуждение», во-первых, подчеркивает правовую основу государственного принуждения, направляет на тщательное определение принудительных мер, оснований и порядка их применения.

Во-вторых, оно акцентирует внимание на правовом положении личности, чьи права и свободы ограничиваются в процессе принуждения, ориентируют как на необходимую в интересах общества «дозировку» этого принуждения, так и на максимальные гарантии интересов и права на защиту лица, претерпевшего меры принуждения.

1 Латушкин М. А. К вопросу о понятиях государственного, правового и государственно-правового принуждения // Ленинградский юридический журнал. 2010. № 2. С. 186-196; Маклаков В. В. Современные зарубежные конституции: сб. документов. М., 1992. С. 30-36.

В-третьих, только через это понятие может быть понято и раскрыто содержание ряда мер принуждения в сфере частного и публичного права.

В-четвертых, государственно-правовое принуждение выполняет не только карательную роль, но и является средством, позволяющим установить свободу индивидов в обществе, определить рамки их поведения и нормального сосуществования.

В-пятых, к государственно-правовому принуждению как явлению объективной действительности не следует относиться негативно, поскольку оно выступает в качестве отражения человеческих, моральных, духовных, религиозных, политических, экономических ценностей нашего общества.

В современном мире принуждение должно применяться государством в интересах, прежде всего, человека с целью обеспечения его свободного развития. Принуждение, применяемое государством, должно не только опираться на законы, но и соответствовать идеям свободы и человеческой справедливости. При этом права и обязанности человека определяют пределы, границы его возможного поведения и тем самым позволяют ему избежать отрицательной оценки своего поведения и принуждения со стороны государства и общества.

ВЕСТНИК УРАЛЬСКОГО ЮРИДИЧЕСКОГО ИНСТИТУТА МВД РОССИИ

«Ограничивая свободу каждого известными пределами, закон обеспечивает ему за то беспрепятственное и спокойное пользование своими правами, т. е. гарантирует ему свободу внутри этих пределов. Свобода каждого человека простирается лишь до той границы, от которой начинается свобода других людей. Стремясь установить эти границы, закон содействует тому, чтобы в совместной жизни людей воцарился порядок, основанный на свободе»1.

Исследователи теории права по-разному определяют свободу, однако почти всегда акцентируют внимание на ее ограниченности2. Использование прав и свобод человеком вне всяких пределов может привести к ущемлению прав других людей.

Право, являясь регулятором общественных отношений, непосредственно влияет на поведение человека, корректирует его поступки. Желательные поступки человека право стимулирует, нежелательные - ограничивает, в том числе допуская применение принуждения.

Германский правовед Рудольф фон Иеринг считал, что право выступает как «обеспечение жизненных условий общества в форме принуждения», «система социальных связей, гарантируемых принуждением»3.

Следует согласиться, что принуждение существовало постоянно, однако в различные эпохи политического развития общества оно применялось по различным критериям обоснованности и необходимости. В демократическом обществе государственное принуждение носит правовой характер и выполняет функцию позитивного фактора социального развития. Безусловно, нельзя отрицать наличие других стимулов, влияющих на поведение человека: материальных, духовных, моральных. Однако их наличие вовсе не ликвидирует принудительность в праве. Можно констатировать, что принуждение всегда будет являться надежным механизмом сохранения свободы, справедливости и равновесия в современном мире.

Государственно-правовое принуждение в современном мире - это принуждение, вид и мера которого определены правовыми нормами, соответствующее духу, принципам и сущности права. Принуждение должно быть основанным на законе, обоснованным и справедливым. Любой факт применения мер принуждения может быть обжалован в независимый суд. Меры принуждения должны применяться только к виновным лицам. Механизм государственного реагирования на правонарушения исключает любые проявления беззакония и произвола в отношении гражданина.

Приходится констатировать тот факт, что российское законодательство о принудительной деятельности государственных органов меняется достаточно

1 Маликов Б. З., Салимова А. М. Мера государственного принуждения - правовое свойство наказания // Вестник Кузбасского института. 2016. № 1. С. 30-36.

2 См.: Васильев А. М. Правовые категории: методологические аспекты разработки системы категорий теории права. М., 1976. С. 235; Ильин И. А. Общее учение о праве и государстве (фрагменты) // Правоведение. 1992. № 3. С. 96.

3 Иеринг Р. Избранные труды: в 2 т. СПб., 2006. Т. 1. С. 371.

быстро. В связи с этим возникает много противоречий: формулировки нормативных правовых актов, изданные без надлежащей юридической подготовки, бывают некорректными, «не работают на практике». В существующем массиве действующих нормативно-правовых актов, регламентирующих порядок и процедуру применения мер государственно-правового принуждения, трудно разобраться даже юристу-практику.

В силу резкого обострения проблем международного терроризма, транснациональной организованной преступности, коррупции, роста масштабов насилия, исходящего от террористических акций, жертвы которых в каждом единичном случае исчисляются сотнями и тысячами жизней невинных людей, особую актуальность приобретают чрезвычайные меры государственно-правового принуждения.

Тем не менее принимаемые чрезвычайные меры не должны распространяться на основные права и свободы граждан. При этом они носят ограниченный по времени действия характер и применяются только на основании закона.

В последнее время круг имущественных, финансово-налоговых, жилищных, семейных, экологических отношений, охватываемых регулирующим воздействием юридических норм, возрастает. Однако это ни в коей мере не свидетельствует о сужении сферы применения государственно-правового принуждения в праве и о каком-либо сокращении сферы правового регулирования вообще.

На наш взгляд, в настоящее время и в будущем государство вынуждено будет продолжать использовать меры государственно-правового принуждения в целях поддержания определенного уровня эффективности правового регулирования. При этом следует согласиться с Н. В. Макарейко, что гипотеза о сокращении объема применения и последующего «отмирания» государственного принуждения оказалась утопией4.

Список литературы

1. Васильев А. М. Правовые категории: методологические аспекты разработки системы категорий теории права / А. М. Васильев. - М.: Юридическая литература, 1976. - 264 с.

2. Гоббс Т. Избранные произведения: в 2 т. / Т. Гоббс. - М.: Мысль, 1964. - Т. 1. - 583 с.

3. Иеринг Р. Избранные труды: в 2 т. / Р. Иеринг. -СПб.: Юридический центр Пресс, 2006. - Т. 1. - 618 с.

4. Ильин И. А. Общее учение о праве и государстве (фрагменты) / И. А. Ильин // Правоведение. - 1992. -№ 3. - С. 96-98.

5. Коркунов Н. М. Лекции по общей теории права / Н. М. Коркунов. - 9-е изд. - М.: Н. К. Мартынов, 1909. -364 с.

6. Латушкин М. А. К вопросу о понятиях государственного, правового и государственно-правового принуждения / М. А. Латушкин // Ленинградский юридический журнал. - 2010. - № 2. - С. 186-196.

4 См.: Макарейко Н. В. Государственный контроль как средство обеспечения законности применения мер государственного принуждения // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Право. 2015. № 3 (22).

7. Макарейко Н. В. Государственный контроль как средство обеспечения законности применения мер государственного принуждения / Н. В. Макарейко // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Право. - 2015. - № 3 (22). - С. 104-111.

8. Маклаков В. В. Современные зарубежные конституции: сб. документов / В. В. Маклаков. - М.: Международный юридический институт, 1992. - 290 с.

9. Маликов Б. З. Мера государственного принуждения - правовое свойство наказания / Б. З. Маликов, А. М. Салимова // Вестник Кузбасского института. -2016. - № 1. - С. 30-36.