ЭФФЕКТИВНОЕ ОБРАЩЕНИЕ В СУД: ВОПРОСЫ ТЕОРИИ

DOI 10.24411/2227-7315-2020-10169 УДК 347.922

С.А. Курочкин

ЭФФЕКТИВНОЕ ОБРАЩЕНИЕ В СУД: ВОПРОСЫ ТЕОРИИ

Введение: в современных условиях, когда право на обращение в суд абсолютизировано, остро встает вопрос о результативности и экономичности такого обращения, рациональности выбора судебной формы защиты права и оптимизации издержек, связанных с предъявлением иска. Во многих странах законодатели стремятся сформировать условия реализации права на суд, которые позволят оптимизировать уровень обращений в суды, стимулировать участников гражданского оборота к примирению. Цель: поиск ответа на вопрос о том, когда обращение в суд, как затратное юридически значимое действие, будет эффективным, в т.ч. в сравнении с другими средствами защиты прав и законных интересов. Методологическая основа: классические методы аналитической юриспруденции, современные методы исследования эффективности права и правовой деятельности, методы социологии права, экономический подход к праву. Результаты: итогом исследования стали выводы автора об эффективности обращения в суд, условиях такой эффективности, ее правовом, социальном и экономическом содержании. Автором высказана позиция по вопросу о соотношении обращения в суд с другими способами защиты прав и законных интересов, сформулированы условия рационального выбора иска как средства достижения целей, определенных законом. Выводы: обращение в суд является важным компонентом права на эффективное судопроизводство. Формирование концепции эффективного обращения в суд позволит определить условия, которые необходимо учитывать законодателю для оптимизации и рационализации системы судебной защиты прав и законных интересов.

Ключевые слова: эффективность, судебная защита, обращение в суд, иск, условия, цели, результаты, издержки.

S.A. Kurochkin

EFFECTIVE ACCESS TO COURT: THEORETICAL ISSUES

Background: in modern conditions, when the right to appeal to the court is absolute, the issues of its effectiveness and efficiency, as well as the rationality of legal forms of protection of rights, total costs of judicial proceedings is becoming more acute. In many countries, legislators are trying to form conditions for the access to court, which will optimize the socially desirable level of suits, as well as to encourage civil turnover participants to conciliation. Objective: search for an answer to the question of when an appeal to the court, as a costly legally significant action, will be effective, including in comparison with other means of protecting rights and legitimate interests. Methodology: methods of analytical jurisprudence, modern methods of the effectiveness analysis, methods of sociology of law, economic approach to law. Results: the result of the research is the author's conclusions

© Курочкин Сергей Анатольевич, 2020

Кандидат юридических наук, доцент кафедры теории государства и права (Уральский государственный юридический университет); e-mail: kurochkin@e1.ru © Kurochkin Sergey Anatolyevich, 2020

Candidate of law, associate Professor, Theory of state and law department (Ural State Law University) 163

about the effectiveness of applying to the court, the conditions for such effectiveness, and its legal, social, and economic content. The author expresses a position on the correlation of applying to the court with other methods of protecting rights and legitimate interests, and formulates the conditions for rational choice of a claim as a means of achieving the goals defined by law. Conclusions: effective access to the courts is an important component of the right to an effective trial. The formation of the concept of effective appeal to the court will determine the conditions that the legislator must take into account in order to optimize and rationalize the system of judicial protection of rights and legitimate interest.

Key-words: efficiency, judicial protection, access to court, claim, conditions, goals, results, costs.

Правосудие по гражданским делам обеспечивает защиту прав, свобод и законных интересов граждан, организаций и государства. Залогом результативного действия гражданского судопроизводства как процессуальной формы правосудия является эффективное обращение в суд, рациональное действие по реализации права на судебную защиту, нацеленное на достижение результата с минимальными издержками.

Поиск эффективных условий реализации права на суд — это серьезный вызов для современной юриспруденции. Актуальность исследований эффективности обращения в суд обусловлена сменой парадигмы гражданского судопроизводства. В.О. Аболонин отмечает, что «современный гражданский процесс появился благодаря изменениям в представлении о праве, произошедшим после Второй мировой войны, когда естественное право и права человека получили такое значение, каким они не обладали никогда прежде. ... Обращение за защитой в суд становится одним из основных прав человека и гражданина, которое должно быть гарантировано государством для всех желающих» [1, с. 43]. По оценке Е.А. Борисовой, «с разработкой концепции прав человека, возрастанием социальной, гуманистической роли права, становлением обязательных для всех государств норм и принципов международного права, обеспечивающих охрану прав человека и коллективную безопасность, понимание судебной защиты изменилось. Право на судебную защиту стало рассматриваться как право на доступ в суд и право на справедливое судебное разбирательство» [2, с. 15]. При этом современная судебная система должна справляться с увеличивающимся объемом дел, которые необходимо рассматривать и разрешать в разумные сроки в соответствии с новыми стандартами прав человека. Недаром обеспечение эффективного доступа к правосудию определено в качестве цели деятельности Европейского парламента и Совета Европы ст. 65 Договора о функционировании Европейского союза (Лиссабонский договор, в ред. 1 декабря 2009 г.)1.

Ответ на вопрос, как рационализировать обращение в суд, сделать его эффективным, могут подсказать современные методы изучения эффективности правового регулирования и правовой деятельности. Среди них — методы социологии права и экономического анализа. Социальная эффективность правового воздействия может быть оценена в результате проведения социологических исследований. Отечественные ученые все чаще изучают правовые феномены с применением методов социологии. Накопленные в доктрине результаты позво-

1 Cm.: Treaty of Lisbon amending the Treaty on European Union and the Treaty establishing the European Community. Art. 65 // Official Journal of the European Union. 2007. Vol. 50. P. 306/63.

ляют использовать социологические методы для оценки не только социальной, но также и комплексной эффективности судопроизводства и его элементов, в том числе и обращения в суд. Не только социологические, но также и экономические методы весьма успешно применяются в исследованиях эффективности. По некоторым оценкам, «сегодня самой передовой междисциплинарной областью правовых исследований является экономический анализ права, или как его чаще всего называют, «право и экономика» [3, с. 37]. Его основой является теория рационального выбора. Функцией такого анализа может стать оценка эффективности, экономичности и рациональности обращения в суд — затратного действия, являющегося одной из возможных альтернатив защиты права.

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, «право на судебную защиту предполагает наличие гарантий, позволяющих реализовать его в полном объеме и обеспечить эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего общеправовым требованиям равенства и справедливости»2. Закрепленные законом гарантии права на судебную защиту не просто обеспечивают его реализацию, они также должны предопределять ее эффективность, иначе обращение в суд как таковое может просто не состояться. Выразим убежденность в том, что реализация права на судебную защиту определятся, помимо прочего, и эффективным, экономичными доступом к суду. Неслучайно Т.В. Сахновой было отмечено, что «судебная защита есть в первую очередь сам процесс по защите субъективного права. Право на судебную защиту (в стадии его реализации) включает в себя как право на свою, так и право на «чужую» (т.е. судебную) деятельность по защите нарушенного (оспоренного) субъективного права, реализуемого в процессуальных отношениях. ... Таким образом право на правосудие есть элемент содержания права на судебную защиту» [4, с. 65-66]. По нашему мнению, полноценная реализация права на судебную защиту обеспечивается закрепленной законом процессуальной формой применения судами правовых норм, объективируется в деятельности по рассмотрению и разрешению гражданских дел. И сама форма, и осуществляемая на ее основе деятельность должны обеспечивать достижение цели защиты с минимально необходимыми (оптимальными) издержками. Таким образом, эффективное обращение в суд — важный компонент права на эффективное судопроизводство.

Притязание всегда предполагает существование встречной обязанности, а отсюда с неизбежностью следует вывод, что суд как орган государства несет перед лицом, имеющим право на судебную защиту спорного гражданского права, конкретные обязанности по оказанию такой защиты [5, с. 309]. Более того, суд, как орган государства, несет обязательства перед лицом по оказанию не просто защиты, а именно эффективной защиты права (действенной и экономичной). Эффективность защиты определяется не интересами суда — органа государства, исполняющего конкретные обязанности, а удовлетворенностью лица, обратившегося за защитой, результатами судебного разбирательства. Иной взгляд приводит к известным перекосам, к стремлению «рационализировать» судебную деятельность, снизить нагрузку на судей.

Право на обращение в суд за защитой, как отмечается в литературе, есть самостоятельное субъективное право, реализуемое в процессуальных отношениях по

2 См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 21 января 2019 г. № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 112 Кодекса административного судопроизводства РФ в связи с жалобой ряда граждан» // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2019. № 4, ст. 361.

возбуждению процесса; оно выступает элементом реализации права на судебную защиту [4, с. 66]. Всегда ли, однако, будет эффективной реализация субъективного права на суд? Обращение в суд — это рациональное действие, целью которого становится получение доступа к судебной защите с минимальными издержками. Такое обращение не тождественно реализации права на удовлетворение иска, права на суд. Эффективность характеризует действие заинтересованного субъекта — инициатора рассмотрения и разрешения его дела судом. Очевидно, что такое действие сопряжено с издержками, как их оптимизировать? Нулевые издержки обращения в суд провоцируют необоснованные обращения, значительные расходы (например, пошлины) и многочисленные условия (существующие в некоторых странах особые условия процессуальной правоспособности, требования о соблюдении затратных досудебных процедур) ограничивают доступ к суду. Как представляется, невозможно решить проблему оптимизации условий реализации права на обращение в суд изолированно, в отрыве от последующего процесса, будущего решения и его возможной проверки. Так, минимизация затрат на этапе обращения с необходимостью влечет усложнение, а значит и удорожание самого процесса, ведь в подготовку непроработанного дела вовлекается суд и другие лица, участвующие в деле. Низкие издержки обращения стимулируют попытки передать на рассмотрение суда дела, социальные затраты разрешения которых превзойдут их ценность. Все это подтверждает целесообразность комплексного рассмотрения проблем эффективности, формирования концепции эффективного обращения в суд.

Меры, рационализирующие обращение в суд, не могут ограничивать, а тем более исключать доступ к суду, их цель — сделать обращение эффективным. Стимулы в этом аспекте представляются более рациональным решением, нежели запреты и веления. Так, например, введенное в 2016 г. Федеральным законом «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации»3 требование обязательного представления документов, подтверждающих соблюдение истцом претензионного или иного досудебного порядка, как условия принятия искового заявления, затрудняет доступ к судебной защите. Вместе с тем более эффективной мерой в этом случае стала бы дифференциация размера государственной пошлины, уплачиваемой при обращении в суд, например, кратно больший ее размер при несоблюдении претензионного или иного досудебного порядка. Такое правило стало бы заметно более действенным стимулом к примирению, нежели ограничительное условие ст. 125 и 126 АПК РФ. Можно согласиться с Е.Г. Стрельцовой, что «социально-ориентированный гражданский процесс означает, что при организации судебной и несудебной защиты права государство обязано предоставить возможность прямого и простого доступа к судебной защите, осуществляемой в рамках гражданской процессуальной формы для всех типов социально-значимых дел» [6, с. 437]. Подчеркнем, что прямой и простой доступ к судебной защите не означает нулевые затраты.

Немалую долю издержек обращения в суд составляют расходы, не связанные с уплатой заявочных пошлин, например, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь. Снижение такого рода издержек расширяет возможности прямого и простого доступа к судебной защите.

3 См.: Федеральный закон от 2 марта 2016 г. № 47-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс РФ» (в ред. от 23 июня 2016 г.) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2016. № 10, ст. 1321.

Средства для решения этой задачи сегодня предоставляют современные информационные технологии. Недаром «обеспечение доступа граждан к правосудию посредством создания основанных на технологиях искусственного интеллекта систем информирования и поддержки заявителей сегодня рассматривается как одно из основных направлений применения юнитов искусственного интеллекта в гражданском процессе» [7, с. 67].

Не могут, на наш взгляд, обосновываться соображениями эффективности, целесообразности и рациональности, любые виды ограничений доступа к судебной защите, не могут они и становиться критериями допустимости иска. В связи с этим не может быть поддержана позиция, отраженная в одном из постановлений Арбитражного суда Северо-Западного округа, в котором указано, что «выбор ненадлежащего способа защиты является самостоятельным основанием отказа в удовлетворении исковых требований, предъявленное исковое требование не отвечает в данном случае общим критериям допустимости иска об исполнении в натуре (эффективности, адекватности, целесообразности), поэтому судебное решение в случае, если бы иск был удовлетворен, могло породить между сторонами новые конфликты, так как процессуальное законодательство не предусматривает прямое принуждение ответчика выполнять такого рода обязанности, в том числе к сроку, подлежащему установлению судом»4.

Право на обращение в суд реализуется путем подачи иска. Его результативность определяется материально-правовой составляющей, она же становится ключевым аспектом эффективности и самого обращения. «Суть иска как средства защиты права и заключается, в первую очередь, в материально-правовых требованиях истца к ответчику, по поводу которых возник спор между ними, и законность и обоснованность которых подлежит проверке в определенном процессуальном порядке» [5, с. 34]. Не столько процедурные моменты, сколько результат определяют эффективность судебной защиты. Процессуальная форма стандартизирует деятельность, снижает издержки ошибок, гарантирует качественный результат. Реализация права на иск позволяет говорить не просто об эффективном обращении в суд, а об эффективности иска как средства защиты права.

Суды все более задумываются об эффективности иска. Так, Европейский суд по правам человека в своих постановлениях все чаще обращается к анализу эффективности иска, нередко через призму его эффективности как средства судебной защиты5! Российские суды отмечают неодинаковую эффективность разных видов исков. Так, например, при рассмотрении одного из дел Верховный Суд Российской Федерации не просто оценил кондикционный иск в качестве эффективного способа защиты нарушенного права в целях возвращения неосновательно полученного иным лицом, но также и предложил свое видение эффективности исков. Сторона, заинтересованная в защите своего нарушенного права, по мнению суда, вправе выбрать способ его защиты, эффективность которого

4 См.: Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 4 октября 2019 г. № Ф07-10970/2019 по делу № А56-74942/2018. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

5 См.: Постановление ЕСПЧ от 10 апреля 2018 г. по делу «Брудан (Brudan) против Румынии» (жалоба № 75717/14) // Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2018. № 10; Решение ЕСПЧ от 30 января 2018 г. по делу «Штольц и другие (Shtolts and Others) против Российской Федерации» (жалоба № 77056/14 и две другие жалобы) // Российская хроника Европейского Суда. 2019. № 3. 167

обусловлена разницей в фактических обстоятельствах спора (основаниях иска), характере нарушенного права и в природе каждого способа защиты6.

Иск является одной из возможных альтернатив среди средств защиты права. Иск позволяет реализовать право на суд, с его помощью заинтересованное лицо добивается защиты государством гарантированных законом прав и свобод, правосудия по гражданским делам. Иск является средством, при помощи которого запускается властная реализация правовых норм судами общей юрисдикции и арбитражными судами в форме деятельности по рассмотрению и разрешению гражданских дел, урегулированной нормами процессуального права. И в этой сфере альтернатив иску немного.

Что позволяет ставить вопрос об эффективности иска как средства защиты права? «Суть исковой формы защиты права заключается именно в тех процессуальных гарантиях, которые обеспечиваются в силу закона сторонам при разрешении возникшего спора о праве» [5, с. 13]. Иные средства защиты прав установленными законом гарантиями процедурного характера не обеспечены. Значение гарантий определяется главным образом тем, что именно они редуцируют издержки. Процессуальные гарантии, обеспечиваемые сторонам при разрешении судом возникшего спора о праве, обеспечивают эффективность судопроизводства, их основная задача — минимизировать издержки судебных ошибок, повысить качество защиты государством гарантированных законом прав и свобод, правосудия по гражданским делам.

Суть любого иска как средства защиты права и заключается именно в том, что суд на основании искового заявления, адресованного суду, должен проверить изложенное в этом заявлении требование истца, адресованное ответчику [5, с. 33]. В процессуальном аспекте эффективный иск — это требование о защите, которое обеспечило старт судебной деятельности, проверку требования истца, адресованного ответчику. Достигнута ли цель? Судебная защита — это не только деятельность по рассмотрению гражданских дел, но и содержательная реализация правовых норм судами общей юрисдикции и арбитражными судами, обеспечиваемая переводом правовых предписаний в фактические состояния. Эффективность судопроизводства будет определяться тем, насколько результативно и экономично суд разрешит требование истца к ответчику. Основы такой эффективности во многом закладываются до начала процесса, что подчеркивает важность обеспечения эффективности обращения в суд.

В процессуальной науке принято рассматривать иск в единстве двух его сторон — процессуальной и материально-правовой. «Процессуальная сторона иска — это требование к суду о рассмотрении и разрешении спора о праве с соблюдением всех процессуальных гарантий для сторон, установленных законом. Материально-правовая сторона — это требование к ответчику о совершении определенных действий в пользу истца или воздержаться от действий, препятствующих, мешающих истцу нормально осуществить свое право. ... Цель первого требования — получение судебного решения; цель второго требования — исполнение ответчиком обязанности, вытекающей из спорного правоотношения» [5, с. 65]. Эффективность иска как средства защиты будет определяться достижением целей и первого, и второго требования, причем с минимальными из-

6 См.: Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 16 сентября 2014 г. по делу № 310-ЭС14-79, А09-9146/2013. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

держками. Недостижение целей, которым служит иск, делает неэффективным и сам процесс, сколь бы скорым и малозатратным он не был.

Применение современных методов изучения эффективности права и правовой деятельности позволяет иначе взглянуть на иск и само на обращение в суд. Социология права рассматривает их как явления юридические, разновидность явлений социальных. Критерием, которым такие явления обособляются, выступает так называемый «порядок рассмотрения». «Праву свойственна не просто возможность оспаривать, а определенным образом организованная возможность такого рода, институт оспаривания» [8, с. 170]. Институциональное оформление обеспечивает достижение правовой цели социального по природе действия, его эффективность. Право задает стандарт, реализация которого становится целью деятельности, проходящей в процессуальной форме, гарантирующей минимально необходимые издержки достижения искомого результата.

Экономическое содержание юридической категории «доступ к суду» раскрывается через понятие спроса. Потребности участников гражданского оборота в разрешении юридических дела удовлетворяются посредством доступа к суду, реализуемого в иске. Именно как спрос в сфере юрисдикции, в определенной мере, спрос на услуги по рассмотрению и разрешению гражданских дел так оценивают ученые доступ к суду. Под иском, приверженцы экономического подхода к праву, обычно понимают «совершение лицом затратного инициативного шага, который является необходимым условием для дальнейших досудебных процедур и судебного разбирательства» [9, с. 389]. Как известно, отечественными процессуалистами иск обычно оценивается как процессуальное действие. Вместе с тем, это действие затратное, оно порождает для истца вполне осязаемые издержки: заявочные пошлины, временные издержки, судебные расходы (в т.ч. на оплату юридической помощи). Ключевым, для анализа эффективности обращения в суд, является тезис о том, что «истец подаст иск тогда, когда его расходы на обращение в суд меньше, нежели ожидаемые им выгоды от иска» [9, с. 390]. Естественным развитием этого тезиса стало непростое обсуждение баланса социально необходимого и субъективно желаемого количества (уровня) исков, подаваемых в суды участниками общественных отношений. Желание смоделировать такое идеальное соотношение поставило ученых перед необходимостью исследования стимулов и мотивационных факторов, толкающих частных субъектов к подаче исков в суд. В равной мере потребовался анализ оптимального, с точки зрения конкретного общества, уровня обращений с исками в суд лиц, нуждающихся в судебной защите.

Исследования, проведенные на стыке права и экономики, выявили определенные закономерности. Так, «существует дивергенция между расходами общества и затратами частных лиц на подачу исков в суд, которое может приводить к социально избыточному уровню обращений с исками в суд. В частности, когда истец обдумывает свое обращение в суд, он оценивает только свои собственные расходы и не принимает во внимание расходы ответчика или затраты государства, которые будут вызваны его иском. Следовательно, истец склонен подать иск даже тогда, когда общие издержки, порожденные таким обращением, делают его нежелательным» [9, с. 391]. Приведенные обстоятельства заставили задуматься о том, как обеспечить эффективность обращения в суд, сделать этот процесс результативным и экономичным, достичь при этом социально полезного опти-

мума судебных исков, подаваемых частными субъектами в своих собственных интересах. Возможен ли такой баланс вообще?

Гражданское и арбитражное процессуальное право может быть проанализировано как комплекс правил, обеспечивающих достижение искомого баланса спроса и предложения в сфере гражданской юрисдикции. Образуя систему «неявных цен» процессуальные нормы позволяют рационализировать обращение в суд. Несмотря на специфику такого рода «неявных цен», зарубежные юристы и экономисты предлагают применять для этих целей аналоги широко известного ценового механизма. Основную роль в этом могут сыграть, во-первых, заявочные пошлины, уплачиваемые при обращении в суд, и, во-вторых, законодательные ограничения, не позволяющие подавать иск, сумма которого меньше определенного лимита. За рубежом в качестве аналога нормативно закрепленных ограничений минимальной суммы иска нередко рассматривается и процессуальная правоспособность участников материальных правоотношений. Стоит отметить, что советскими учеными, во многом похожий процессуальный механизм, изучался через призму права на иск в материальном смысле. Все эти инструменты результатом своего применения имеют ограничение «спроса» на разрешение дел судами, каждый из них проявляет максимальную эффективность во вполне определенной сфере отношений. Очевидно, что схожие правила могут быть применены и для рационализации реализации права на обжалование судебного решения.

Принято считать, что «доступ к правосудию сопряжен с претворением в жизнь негативных и позитивных обязательств государства, первые из которых состоят

0 в нечинении препятствий субъектам, желающих воспользоваться судебной зао „

? щитой нарушенных или оспоренных прав и законных интересов, вторые — в

а создании для отдельных социальных групп населения особых благоприятных

| условий такого доступа» [10, с. 16]. С.Ф. Афанасьевым обосновывается необхо-

1 димость не только повышения эффективности позитивных обязательств, но | и значительного расширения их перечня в российском законодательстве. По! зиция автора требует некоторого уточнения. В дополнительном осмыслении с

§ применением современных методов исследований эффективности права нуж-

ф

| дается, на наш взгляд, сложившаяся в России практика освобождения отдель-| ных категорий заявителей от уплаты государственной пошлины, равно как и 'I предоставления при обращении в суд с иском рассрочки либо отсрочки уплаты | такой заявочной пошлины. Бесспорно, освобождение от уплаты государствен-| ной пошлины серьезно расширяет доступ к суду, но снижает эффективность механизмов рационализации обращений в суд. В таких случаях перестает действовать сдерживающий эффект пошлин, государство стимулирует обращения ё в суд, субсидирует издержки таких обращений практически в полном объеме, § существенно сокращает стимулы внесудебного мирного урегулирования право-| вого конфликта.

| Выразим убежденность в том, что на проблему стоит посмотреть под другим

углом зрения. Повышение эффективности позитивных обязательств государства отнюдь не означает механического расширения их перечня в законодательстве. Законодатель может и должен создавать условия для эффективной реализации права на доступ к суду, ее рационализации. Формирование таких условий должно стать, не результатом интуитивных размышлений, а итогом исследований и 170 расчетов с применением конкретно-социологических методов, экономического

анализа права и иных современных методов изучения эффективности юридической деятельности. Их применение позволит определить оптимальный размер судебных пошлин, уплачиваемых при подаче иска, определить социально приемлемую пропорцию в распределении издержек судебного рассмотрения частных споров.

Трудно отыскать на карте мира страну, в которой заявочные пошлины при обращении в суд покрывали бы в полном объеме затраты на содержание судебной системы. Стоит согласиться, что «если бы пошлина устанавливалась равной издержкам разбирательства для судебной системы, она возложила бы на участника разбирательства полные социальные издержки использования системы» [11, с. 784]. Смещение бремени расходов на участников судебного разбирательства, не учитывающее его внешние эффекты, выгоды, которые обретает все общество, является неэффективным, размер государственной пошлины в таком случае может стать заградительно большим. Практически во всех странах расходы судебного разбирательства в той или иной форме субсидируются государством. Это обстоятельство позволяет оптимизировать размер пошлины, уплачиваемой при обращении в суд, тем самым рационализировать само обращение, сделать его эффективным. Использование различных факторов, их выявление с применением конкретно-социологических и экономических методов, в целях создания стимулов для лиц, обращающихся за судебной защитой, позволяет вычислить оптимальный, для конкретного общества и в определенных исторических условиях, объем такой субсидии. По некоторым оценкам, «действительно, оптимальная субсидия в настоящее время могла бы быть отрицательной, и в этом случае государство должно компенсировать некоторую часть издержек договорного е урегулирования, а не судебного разбирательства» [11, с. 785]. Стоит отметить, и что возможны и иные формы компенсации, например, через государственное а финансирование различного рода внесудебных примирительных процедур. о

Одним из ключевых факторов, определяющих эффективность обращения к в суд, является возможность договорного урегулирования спора. Развитие со- о

п

циальных, экономических, правовых и организационных условий применения а примирительных процедур создает основу эффективной реализации права на е суд. За рубежом судебное разбирательство нередко рассматривается в экономиче- о ской рыночной модели, сходной с покупкой и продажей услуг. «Оно напоминает ю

"О

рынок в том смысле, что существует две взаимодействующие стороны и для них |

может существовать путь максимизации благосостояния. Одним из путей мак- к

симизации их выгод является договорное урегулирование; когда стороны сами а

разрешают спор, они сохраняют средства, которые иначе были бы истрачены на |

разрешение дела судом» [12, с. 391]. Альтернативой судебного разбирательству и

зачастую рассматривается мирное урегулирование споров, однако, можно ли №

считать такое урегулирование более эффективным средством? 11

Одной из эффективных альтернатив, среди возможных средств защиты пра- )

ва, является иск. Его результативность и экономичность принято сравнивать 0 с примирительными процедурами (обычно в пользу последних). По оценке О.Н. Здрок, «они выступают альтернативой традиционному правоприменительному (юрисдикционному) механизму разрешения социального конфликта, в основе которого лежит его юридизация. Примирительные процедуры представляют собой деюридизационный механизм разрешения конфликта, суть которого

состоит в устранении конфликтной ситуации путем установления контроля над 171

ее объективной стороной не юрисдикционным органом на основе норм права, а в результате непосредственного согласования субъектами конфликта их интересов. Примечательно, что даже в такой концепции примирительные процедуры, несмотря на лежащий в их основе метод деюридизации, наделяются правовой сущностью» [13, с. 27]. Возможно «юридизация» деятельности по разрешению конфликта, либо отказ от нее, прямо не коррелируют с эффективностью, а наряду с иными факторами, формируют для нее условия. Изучение практики убеждает в том, что урегулирование споров сторонами самостоятельно далеко не в каждом случает будет рациональным решением, требуются определенные условия как правовые, так и фактические.

Какие факторы определяют выбор формы защиты права? Или, иначе говоря, какие факторы определяют эффективность обращения в суд? Рациональный выбор учитывает ожидаемый результат и затраты его получения, применительно к судебному процессу — размер спорного требования (цена иска) и расходы, которые сторонам необходимо понести для разрешения дела (судебные расходы и иные издержки). Очевидно, что ожидаемый результат и затраты его получения во многих случаях могут быть квантифицированы, измерены, даже тогда, когда речь идет о так называемых мериторных благах. Это обстоятельство позволило ученым применить анализ по принципу «затраты-эффективность», а также другие методы сравнения альтернатив договорного регулирования и судебного разбирательства, учитывающие выгоды и потери участников судебного разбирательства. Так, «если минимальная приемлемая сумма для истца меньше максимально приемлемой суммы для ответчика, взаимно выгодное урегулиро-

0 вание возможно; договоренность сторон о любой сумме, размер которой входит ? в две обозначенные границы, становится предпочтительной по отношению к а судебному разбирательству для каждой из сторон» [9, с. 402]. Стоит отменить, | это правило действует тогда, когда ожидания участников конфликта относи-

1 тельно результата его разрешения совпадают. По наблюдению Е.Г. Стрельцовой, | альтернативная процедура является неизбежным выбором там, где в качестве ! общего правила допускается вынесение решения, не отвечающего принципу

§ объективной истины [14, с. 34].

ф

| Рационализация условий обращения в суд требует учета излишка или профи-

| цита, образуемого сравнением размера максимально приемлемого возмещения, 'I которое готов выплатить будущий ответчик, и минимальными отступными, | принять которые готов будущий истец. Распределение такого излишка в ходе | переговорного процесса сложно закрепить законодательно, но именно экономический подход будет играть в этом случае определяющую роль. Стоит отметить, что использование математической теории игр позволило ученым научно обо-ё сновать возникающие при этом закономерности. Сегодня для анализа успешно § применяются переговорная модель Рубинштейна либо модель равновесия Джона | Нэша, в зависимости от разности ставок дисконтирования при распределении из-| лишка договорного урегулирования и оценок предпочтений сторон относительно риска [15, с. 6-7]. Непривычный для юристов экономический методологический аппарат может быть использован для подбора средств рационализации обращения в суд (например, динамической дифференциации размера государственной пошлины, уплачиваемой при обращении в суд), а также для создания условий успешного внедрения механизмов судебного примирения, о которых так много 172 говорится в российской юридической литературе.

Отдельные авторы весьма оптимистично заявляют, что для любого судебного процесса существует такой вариант мирового соглашения, который улучшит положение обеих сторон, поэтому судебные разбирательства обычно неэффективны [16, с. 573]. Даже если допустить существование выгодного для обеих сторон варианта окончания дела миром, с процитированным утверждением нельзя согласиться. Достижение мирового соглашения сопряжено с издержками и рисками, нередко их размер делает невозможным либо нерациональным урегулирование спора. В таком случае не просто единственным, но и наиболее эффективным вариантом остается судебное разбирательство. Вся известная практика рассмотрения дел в судах, тому подтверждение.

Все возможные способы урегулирования правовых конфликтов для целей анализа эффективности выступают в качестве альтернативы разрешению спора судом. В зарубежной науке под урегулированием конфликта нередко понимается заключение сторонами принудительно исполнимого соглашения, обычно включающего выплату ответчиком денежной суммы истцу, в котором истец выражает свое согласие не настаивать на дальнейшем разбирательстве своего иска [9, с. 401]. Российские высшие судебные инстанции убеждены в том, что результатами примирения сторон, помимо мирового соглашения, могут быть также полный или частичный отказ от иска, его полное или частичное признание, соглашение по обстоятельствам дела, а также признание обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования и возражения7. Позитивный результат урегулирования исключает обращение в суд, стороны сохраняют контроль и самостоятельно определяют исход дела, правомерно реализуют законодательно разрешенную альтернативу. Другим вариантом остается разрешение правового спора судом, итоговый вывод по делу в этом случае формулируется судьей. Судебным решением, но не соглашением сторон, закрепляется результат разрешения спора.

Какую из предложенных альтернатив выберут стороны? Станет ли обращение в суд действием рациональным? Предсказать будущий выбор механическое сравнение выгод и затрат далеко не всегда позволяет. Важное значение приобретают оптимистичные или, напротив, пессимистичные ожидания сторон конфликта. Именно они приближают расчеты к реальности, дисконтируют суммы, на которые ориентируются спорящие субъекты. «Если различия в ожидании сторонами успеха и размера будущего возмещения больше, нежели экономия расходов в результате договорного урегулирования в сравнении с судебным разбирательством, то стороны будут передавать спор на разрешение суда» [12, с. 390]. Очевидным представляется тезис о том, что выравнивание ожиданий сторон, синхронизация их позиций по делу закладывает основу мирного урегулирования на всех стадиях процесса, а также на досудебном этапе. Учеными доказано, что условие взаимовыгодного урегулирования спора существует до тех пор, пока оценка истцом ожидаемого разрешения дела судом не превышает его оценку ответчиком более, чем на сумму их общих издержек судебного разбирательства [9, с. 403]. По этим причинам нельзя согласиться с высказанной в науке позицией о том, что «важным стимулирующим фактором для использования субъектами правоотношений примирительных процедур становится снижение

7 См. п. 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18 июля 2014 г. № 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе» // Вестник экономического правосудия РФ. 2014. № 9. 173

степени предсказуемости судебного разбирательства по причине предоставления суду свободы усмотрения при вынесении решения в зависимости от конкретных обстоятельств дела и индивидуальных особенностей сторон» [13, с. 18]. Непредсказуемый результат разбирательства отрицательным образом сказывается на стимулах к примирению. Именно поэтому нормативное закрепление условий рационализации реализации права на обращение в суд, синхронизации ожидаемых результатов судебного разбирательства до того, как будет подан иск, формирует действенные стимулы для мирного урегулирования споров без использования дорогостоящего судебного механизма. На наш взгляд, наиболее эффективно этой цели позволяют достичь нормы, выравнивающую правовую позицию участников спора и обеспечивающую раскрытие доказательств.

Не стоит, однако, переоценивать значение указанных выше условий. Их реализация не делает урегулирование спора автоматическим результатом. Учеными, при расчете возможного результата, предложено принимать во внимание природу материальных правоотношений, правовые позиции сторон, а также факт наличия у них информации о позиции процессуального противника. Серьезную роль играют в этом случае и многие свойства человеческого поведения, например, так называемый эффект обладания, который «объясняет, почему так редко стороны достигают мирового соглашения после вынесения судебного решения» [17, с. 82].

Ученые убеждены, что «модернизация современного законодательства трансформирует цель гражданского судопроизводства, делая примирение сторон более приемлемым, чем принятие решения» [18, с. 18]. Закономерным следствием этого тезиса должен стать весьма дискуссионный вывод о том, что разрешение о дела судом априори неэффективно в сравнении с примирением. Очевидно, что

0 „

? эффективная защита прав и законных интересов участников правоотношений, я применение надлежащих правовых норм к отношениям сторон, как цель граж-| данского судопроизводства, не может быть трансформирована таким образом. Не

1 стоит забывать и о роли судов в толковании правовых источников, в обеспечении | единообразного применения правовых норм, укреплении законности и правопо-! рядка, предупреждении правонарушений, формировании уважительного отно-§ шения к закону и суду. Эффективный результат судебного разбирательства — это | ценность всего общества, а не только сторон конфликта.

§ Обобщая сказанное, отметим следующее. Эффективное обращение в суд

является важным компонентом права на эффективное судопроизводство. При | этом невозможно оптимизировать условия реализации права на обращение в | суд в отрыве от самого судебного разбирательства. Эффективность судопроизводства будет определяться тем, насколько результативно и экономично суд | разрешит требование истца. Законодатель может и должен создавать условия § для эффективной реализации права на доступ к суду, ее рационализации. При § этом соображениями эффективности, целесообразности и рациональности не | могут обосновываться любые формы ограничений доступа к судебной защите. | Реализовать право на суд позволяет обращение в суд с иском, именно с его помощью заинтересованное лицо добивается защиты государством гарантированных законом прав и свобод, правосудия по гражданским делам. Важно сделать такое обращение эффективным, действенным и экономичным. Рационализация обращения в суд обеспечивается правовыми, организационными, экономическими и социальными условиями. Не всегда разрешение дела судом является 174 эффективным в сравнении с примирением. Экономический и математический

инструментарий может быть применен как для создания условий мирного урегулирования спора, так и для подбора средств рационализации обращения в суд. При этом некоторые меры носят универсальный характер. Сближение позиций сторон, синхронизация их ожиданий не просто укрепляет стимулы к примирению, но также позволяет добиваться цели судебной защиты с минимальными издержками. Изложенные соображения позволяют считать обращение в суд эффективным тогда, когда оно позволяет достигать цели судебной защиты с минимально необходимыми издержками.

Библиографический список

1. Аболонин В.О. О развитии гражданского процесса через смену основной парадигмы // Арбитражный и гражданский процесс. 2012. № 12. С. 40-43.

2. Борисова ЕА. Теоретические проблемы проверки судебных актов в гражданском, арбитражном процессах: автореферат дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2005. 44 с.

3. Познер Р. Рубежи теории права / пер. с англ. И.В. Кушнаревой; под ред. М.И. Одинцовой. М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2017. 479 с.

4. Сахнова Т.В. Право на иск: научная абстракция или юридический инструмент? // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. 2005. № 4. С. 60-66.

5. Добровольский АА. Некоторые вопросы исковой формы защиты права: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1965. 360 с.

6. Стрельцова Е.Г. Активность суда в социальном государстве // Актуальные проблемы современных форм защиты прав и свобод человека и гражданина: сборник научных статей и тезисов по материалам международной научно-практической конференции. Великий Новгород, 2017. С. 432-438.

7. Морхат П.М. Применение искусственного интеллекта в судебном процессе // ш Вестник гражданского процесса. 2019. № 3. С. 61-85. н

8. Карбонье Ж. Юридическая социология / пер. с фр. М.: Прогресс, 1986. 352 с. С

9. Shavell S. Foundations of Economic Analysis of Law. Cambridge: Harvard University а Press, 2004. 737 p. S

7 о

10. Афанасьев С.Ф. Право на справедливое судебное разбирательство: теоретико- ° практическое исследование влияния Европейской конвенции о защите прав человека у и основных свобод на российское гражданское судопроизводство: автореферат дис. ... р д-ра юрид. наук. Саратов, 2010. 66 с. е

11. Познер Р. Экономический анализ права: в 2 т. / пер. с англ.; под ред. В. Л. Там- о бовцева. СПб. : Экон. шк. [и др.], 2004. 974 с. р

12. Priest G. The Simple Economics of Civil Procedure // Kansas Journal of Law & | Public Policy. Spring, 2000. P. 398-400. К

13. Здрок О.Н. Примирительные процедуры в цивилистическом процессе: автореф. й

а

дис. ... д-ра юрид. наук. Минск, 2019. 50 с. Д

14. Стрельцова Е.Г. Приватизация правосудия. М.: Проспект, 2019. 240 с. и

15. Lewis C, Bowles T. The Economics of the Litigation Process and the Division of the • Settlement Surplus: A Game-Theoretic Approach // Journal of Legal Economics. Winter,

16. Кутер Р., Улен Т. Право и экономика / пер. с англ. М.: Дело, 2018. 786 с. 2

О

17. Карапетов А.Г. Экономический анализ права. М.: Статут, 2016. 527 с. 0

18. Чекмарева А.В. Подготовительные процедуры в гражданском процессе: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Саратов, 2015. 38 с.

References

1. Abolonin V.O. On the Development of Civil Procedure through the Change of the Main Paradigm // Arbitral and civil process. 2012. No. 12. P. 40-43. 175

2. Borisova EA. Theoretical Problems of Verification of Judicial Acts in Civil and Arbitration Processes. Extended abstract diss. ... doct. of law. Moscow, 2005. 44 p.

3. Pozner R. Frontiers of the Theory of Law / ed. by M. Odintsova. Moscow: Publishing house of Higher school of Economics, 2017. 479 p.

4. Sakhnova T.V. The Right to Claim: Scientific Abstraction or Legal Instrument? // Russian yearbook of civil and arbitration proceedings. 2005 No. 4. P. 60-66.

5. Dobrovolsky A.A. Certain Questions of the Claim Form of Protection of the Right. Diss.. doctor of law. Moscow, 1965. 360 p.

6. Streltsova E.G. Activity of the Court in the Social State // Actual Problems of Modern Forms of Protection of Human and Civil Rights and Freedoms / Collection of scientific articles and theses based on the materials of the international scientific and practical conference. Veliky Novgorod, 2017. P. 432-438.

7. Morkhat P.M. Application of Artificial Intelligence in the Judicial Process / / Bulletin of civil procedure. 2019. No. 3. P. 61-85.

8. Carbonnier Zh. Legal Sociology. Moscow: Progress, 1986. 352 p.

9. Shavell S. Foundations of Economic Analysis of Law. Cambridge: Harvard University Press, 2004. 737 p.

10. Afanasiev S.F. The Right to a Fair Trial: a Theoretical and Practical Study of the Impact of the European Convention on the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms on Russian Civil Proceedings. Extended abstract of diss. doct.of law. Saratov, 2010. 66 p.

11. Pozner R. Economic Analysis of Law. In 2 vols. / ed. by L.V. Tambovtsev. Saint Petersburg: Ekon., 2004. 974 p.

12. Priest G. The Simple Economics of Civil Procedure // Kansas Journal of Law & Public Policy. Spring, 2000. P. 398-400.

8 13. Zdrok O.N. Conciliation Procedures in the Civil Process. Extended abstract diss.

? doctor of law. Minsk, 2019. 50 p.

a 14. Streltsova E.G. Privatisation of Justice. Moscow: Prospect, 2019. 240 p.

^ 15. Lewis C., Bowles T. The Economics of the Litigation Process and the Division of

^ the Settlement Surplus: A Game-Theoretical Approach // Journal of Legal Economics. I Winter, 1996. P. 1-10.

I 16. Kuter R., Ulen T. Law and Economics. Moscow: Delo, 2018. 786 p.

'g 17. Karapetov A.G. Economic Analysis of Law. Moscow: Statute, 2016. 527 p.

ü 18. Chekmareva A.V. Preparatory Procedures in Civil Proceedings. Extended abstract

1 diss. of doctor of law. Saratov, 2015. 38 p.

2 55

0

1 I

a

CD U

a ra

u O

5S

O *

u m O