Феноменология уличной преступности (постановочные проблемы)

и будет способствовать их восприятию в единстве.

По мнению А.В. Зуйкова, назрела необходимость принятия не предусмотренного Конституцией РФ федерального конституционного закона «О Президенте Российской Федерации» — комплексного акта, расшифровывающего и интерпретирующего конституционные положения о Президенте РФ, а также регулирующего основы правового статуса органов, обеспечивающих осуществление Президентом РФ своих полномочий12. Поскольку правовой статус полномочных представителей в федеральных округах как структур, обеспечивающих реализацию конституционных полномочий главы государства в пределах соответствующего федерального округа, вторичен по отношению к правовому статусу Президента РФ, логично его закрепление в рамках закона в качестве отдельного раздела. В этом документе

должны быть адекватно (сообразно их нагрузке и значимости в структуре правового статуса полномочных представителей как государственного органа) определены все его элементы.

1 Кононов Р.В. Компетенция органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации в сфере контроля и надзора (вопросы теории) : автореф. ... канд. юрид. наук. М., 2009. С. 11.

2 Тарасов А.М. Государственный контроль: сущность, содержание, современное состояние // Журнал рос. права. 2002. № 1. С. 26-36.

3 Юридическая техника : учеб. пособие / под. ред. Т.Я. Хабриевой, Н.А. Власенко. М., 2010. С. 89-90.

4 Ожегов С.И. Словарь русского языка / под ред. Н.Ю. Шведовой ; 14-е изд., стереотип. М., 1983. С. 491, 515.

5 Российская юридическая энциклопедия. М., 1999. С. 771.

6 Виноградов В.В. История слов / под ред. Н.Ю. Шведова. М., 1999. С. 506.

7 См., например, Указы Президента РФ от 15 июля 1992 г. № 765 «Об утверждении Положения о представителе Президента Российской Федерации в крае, области,

автономной области, автономном округе, городах Москве и Санкт-Петербурге», от 5 февраля 1993 г. № 186 «О представителе Президента Российской Федерации в крае, области, автономной области, автономном округе, городах Москве и Санкт-Петербурге».

8 Черкасов К.В. О вопросе институ-ционализации правового статуса полномочных представителей Президента РФ в федеральных округах // Рос. юстиция. 2006. № 9. С. 59-60.

9 См. Федеральный закон «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных актов», постановление Правительства РФ от 26 февраля 2010 г. № 96 «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов».

10 Тихомиров Ю.А. Теория компетенции. М., 2001. С. 56-57.

11 Талапина Э.В., Южаков В.Н. Методика первичного анализа (экспертизы) коррупциогенности нормативных правовых актов. URL: http://ak.gov-murman. ru/userfiles/file/Metodics-Yuzhaov.pdf (дата обращения: 12.05.2010).

12 Зуйков А.В. Политика в рамках права: «правила игры для Президента» // Конституционное и муниципальное право. 2010. № 2. С. 25-31.

ФЕНОМЕНОЛОГИЯ УЛИЧНОЙ ПРЕСТУПНОСТИ

Р.Ш. ШЕГАБУДИНОВ,

докторант кафедры криминологии Московского университета МВД России;

ММКРАЮШКИНА,

адъюнкт кафедры криминологии Московского университета МВД России 12.00.08 - уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право

Krayushkina_ММ @mail.ru

Аннотация. В статье рассматриваются уличная преступность как социальное явление, предварительные условия и условия его возникновения и существования, побуждения выполнения уличных преступлений, их специфика, рассматриваются взаимосвязь уличных преступлений с различными социальными явлениями.

Ключевые слова:уличные преступления, побуждения уличных преступлений, условия выполнения преступлений.

PHENOMENOLOGY OF STREET CRIMINALITY

R.SH. SHEGABUDINOV, competitor of a scientific degree of doctor of law sciences of the Moscow university of the Ministry of Internal Affairs of Russia

M.M. KRAYUSHKINA post-graduate student of the department of criminology of the Moscow university of the Ministry of Internal Affairs of Russia

Annotation. In article the street criminality as a social phenomenon, preconditions and conditions of its occurrence and existence, motives of fulfillment of street crimes, their specificity, interrelation of street crimes with the various social phenomena is considered.

Key words: street crimes, motives of street crimes, conditions of fulfillment of crimes.

Среди словарных определений выделяются термины «феномен», «феноменализм», «феноменальный», «феноменология». Феномен — это, как правило, редкое, необыкновенное явление, которое часто называют исключительным, или ярко выраженным. О феноменализме иногда говорится как об «учении о познании явлений», как о «совокупности идей» о том или ином явлении (объекте исследования). Феноменология — понятие, служащее основой исследования (учения). В словарях и справочниках указывается на феноменологическое исследование, феноменологическое описание, феноменологическое учение (реже изучение). Тем не менее все это соотносится с терминами «явление», «понятие», «учение», «описание». Выделяется и такое понятие, как объект исследования.

Преступность — явление, и в каждом конкретном случае тот или иной вид преступности может быть назван феноменом. Это касается и такого вида, как уличная преступность. Ее феноменология имеет особый научный смысл; она позволяет по-новому взглянуть не только на преступность как явление, но и на науку криминологию, предметом которой выступает преступность. Криминология обязана описать феноменологию преступности, ибо преступность есть социальный феномен. Обязана она описывать и виды преступности, потому мы и говорим о феноменологии уличной преступности.

Проблематика уличной преступности как социального феномена недостаточно разработана. Не выработана политика борьбы с этим видом преступности, не определены стратегия и тактика, отсутствует соответствующая концепция. До сих пор нет понятия уличной преступности, не полностью описана ее феноменология. Все это, как и другие вопросы, препятствует организации эффективной борьбы с преступностью в этой сфере. Между тем борьба с ней должна базироваться главным образом на понимании социальной природы уличной преступности, а понять ее — значит раскрыть системную обусловленность этого социального феномена. Борьба с этим видом преступности — информационная борьба. Разобраться в этой борьбе — значит понять, идет ли она в нужном направлении или что-то тянет ее назад. Нужна, следовательно, соответствующая информация, и здесь на помощь должен придти системный анализ.

Криминальная ситуация на улицах городов России — качественно новый феномен как по масштабам преступных проявлений, так и по степени разрушительного влияния на жизнеспособность городов. Уличная преступность представляет собой комплекс вопросов криминального характера, имеет глубокие корни и приобретает феноменологическую окраску. Для понимания того, почему уличную преступность можно рассматривать как социальный феномен, необходимо понять внутренние и внешние механизмы ее развития.

Проблема уличной преступности приобрела особую остроту и феноменологический смысл, потому что количество соответствующих преступлений постоянно увеличивается. Острой эта проблема становится и потому, что в эти преступления втягиваются не только молодежь, но несовершеннолетние и даже дети. Активную роль в вовлечении подростков в уличные преступления играют рецидивисты.

В числе лиц, совершающих рассматриваемые деяния, 65%, а тех, кто первое свое преступление, а затем второе и последующие совершил на улице, — 30%; это — «уличные рецидивисты». В общем числе рецидивистов, совершающих уличные преступления, 28% тех, кто начал свою преступную карьеру, не достигнув совершеннолетия. Женщин среди уличных преступников около 10%; в основном это молодежь, немало несовершеннолетних, встречаются дети. В 80% случаев уличные преступления являются групповыми. Здесь особо проявляют себя рецидив, вооруженность, криминальный профессионализм. Их особенность — повышенная общественная опасность, высокая степень опасности. Среди уличных преступлений 80% — насильственные деяния.

Познание специального феномена уличной преступности требует не только изучения ее взаимодействий и зависимостей, но и исследование конкретных ее видов, категорий и групп. Обращаясь к социологическому анализу условий детерминации этого социального феномена, необходимо различать уличную преступность и отдельные ее проявления. Их много и в каждом конкретном случае они заявляют о себе особо. Это — уличные дети и детская преступность, преступления пьяниц и алкоголиков, наркоманов, бродяги (бомжи), тунеядцы и их преступления, преступность несовершеннолетних и молодежи, рецидивная преступность. Можно назвать и другие проявления уличной преступности. Однако особо надо выделить «ночную улицу» и «дневную улицу». Это два феномена, которым должны соответствовать научные проблемы их изучения. В каждом из случаев должна быть выписана своя феноменология. Это касается разных экстремистских сообществ и движений; следует также выделять футбольных и других фанатов.

Явно проявляются и приковывают к себе внимание часто «выползающие» на улицу «загадочные» движения. Некоторые из них, вызывающие внешний интерес улицы, выполняют роль «троянского коня», скрывая в своей «утробе» преступников. Такие латентные проявления — особый социальный феномен, разрушающий правопорядок, порождающий общественно опасные преступления. Достаточно сослаться на уличные беспорядки, прошедшие в декабре 2010 г. в Москве, Питере, некоторых других городах.

Улица — это социальное пространство, социальная среда общественных (социальных) отношений, социальная атмосфера, социальная площадка, социальная территория и т.д. Это точно так же, когда мы говорим

«сфера быта», «семейная среда», «досуговая атмосфера». Этими понятиями можно обозначить криминологические пределы (границы) тех или иных видов преступности: преступности несовершеннолетних, рецидивной преступности, женской преступности и т.д. В этом же смысле можно вести речь об уличной преступности. Во всех этих случаях доминирует криминологический аспект исследования. Однако при изучении уличной преступности на передний план выдвигается улица со всеми ее проявлениями.

Улица — это социальный срез, определяющий социальную плоскость, на которой располагаются соответствующие преступления. Они имеют специфику; улица — это их местожительства, в конкретном случае у этих преступлений своя социальная ниша. Улице следует придавать глубокий криминологический смысл, рассматривать с точки зрения криминологического мышления. Улица — особый мир, где люди ведут себя по законам этого мира и соответственно, совершаются разные действия, в том числе преступления.

Согласно словарным определениям термин «улица» связан с понятиями «город», «мегаполис», «урбанизация», «цивилизация», рядом других толкований. Их можно изучать в комплексе, не изолируя одно от другого; здесь термины, понятия и определения сливаются в единое социальное представление. Во всяком случае формируется их общая восприимчивость. Однако особо проявляются город и улица. При их изучении понятийную значимость приобретает соответствующая феноменология. Отсюда и образуется связь с таким феноменом, как уличная преступность.

Все это в словарях рассматривается следующим образом: «город как система расселения людей... место сосредоточения людей, большого числа людей и их высокая плотность. город имеет ограниченную территорию». Особо выделяется структура города: улицы, дороги, тротуары, обочины, скверы, парки, промышленные и гражданские строения. Указывается на малые города, средние, большие, поселки городского типа, мегаполисы. В словарях говорится о системе улиц городов, соответственно обращается внимание на «уличные виды и формы поведения, образа жизни». Подчеркивается, что городские события шире уличных, однако улица может рассматриваться и самостоятельно. Это дает основание изучать уличную преступность независимо от других объектов исследования. Однако между самостоятельностью и независимостью существует информационная системная связь. Во всем этом тесно переплетены процессы социального взаимодействия.

Как подчеркивается в словарях и в литературе, «населению города присущ городской образ жизни. заметно проявляется и весьма специфический образ жизни». Рост городов, городского населения связан с распространением городского образа жизни. «Урбанизация приводит к становлению и распростране-

нию новых, более развитых форм образа жизни. Он проникает во все «поры» города.

Улицам присущ, естественно, уличный образ жизни. Специфика очевидна. Уличный образ жизни отличается от городского; первое более узкое понятие, чем второе. Развитие системы улиц, что связано с ростом городов, приводит к становлению и распространению новых форм образа жизни, а этому соответствуют разные уличные виды поведения людей, выделяются особые, именно уличные, типы индивидов. Однако в основе всего лежит личность, т.е. главное — это индивидуальная, личностная основа. Все начинается с личности и ею же заканчивается. Индивид — стержень системы улиц.

Рост городов, соответственно увеличение количества улиц связан с перестройкой среды обитания человека (индивида, личности); к этой среде относятся улицы городов. Особо выделяется понятие «уличная среда». В словарях подчеркивается: «Улицы выступают как узлы связи различных частей города». И другое важное обстоятельство: урбанизация всегда сопровождается цивилизацией, созданием в городах социальных образований (страт); это социальные слои и сословия, социальные группы и т.д.

Преступность также является социальным образованием1. Можно говорить не только о городских, но и об уличных социальных образованиях. Уличная преступность есть уличное социальное образование. Допустимо вести речь об уличных социальных слоях и социальных сословиях, соответствующих группах. Особо выделяются уличные преступные группы. У цивилизации «свои связи» с развитием системы улиц городов. В словарях поясняется: «улица, уличка, улка, улочка», а в связи с этим — «простор между домами, полоса, проезд, дорога. глухая улица, тупик». Уличные обочины, тротуары, разнообразные уличные «причиндалы», однако укладывающиеся в понятие «улица». Все это должно быть организовано цивили-зованно2.

Многое связано с понятием «архитектура», которое затрагивает и уличное строительство. В данном случае сталкиваются социологические, демографические, юридические и другие понятия. Однако, что касается улицы, на первый план выдвигаются уличные события. В их числе определенное место занимают уличные преступления.

Словарные определения дают возможность говорить о понятиях «улица» и «система улиц», близких к криминологическим. Многому можно придавать криминологический смысл; в ряде случаев проявляется криминологический аспект, порой он доминирует в проводимых исследованиях, громче всего заявляет о себе криминологическое мышление. В.И. Даль, такому мышлению, давая пояснения по всем этим вопросам, как бы «приближаясь к криминологии», своеобразно определяя направление на уличную преступность, пишет об уличных мальчишках

(уличники), о лицах, «шатающихся» по улицам, оседлых жителях улиц (это, по существу, уличные бомжи), бродягах. Он же пишет об уличных дебоширах. Даль, как и многие авторы справочной литературы, указывает на уличных пьяниц, наркоманов, проституток, хулиганов, грабителей, разбойников. В ряде случаев выделяются понятия «уличный преступник» и «уличная преступность». Всему задается криминологический тон, довольно высоко берется «преступная нота», выделяется криминологическая интонация.

Утверждается, что «уличного преступника порождает улица и только улица», преступники иного рода к улице, как правило, не причастны. Вопрос, видимо, дискуссионный. Именно в связи с этим выросшим на улицах «улочникам» (врожденным уличникам) даются вольные оценки: «уличный криминальный срез», «грязная уличная шпана», «уличная преступная слякоть» и т.д. Возможно, это и есть «грязная шпана», однако наука признает только научные определения.

Конкретный преступник несет в себе такую криминальную личностную функцию, которая преобразует его в уличника. Это особый социальный тип. Его положение в контексте уличных преступлений зависит от его же индивидуально-психологических качеств, соответствующих уличным социальным условиям. Уличник — «порода» (вид индивида, особь), которая проявляется, срастаясь с улицей, т.е. врастает в улицу. Вновь следует указать на особого индивида — «уличную особь». Здесь, как и в других случаях, привлекают внимание индивидуальные основания, т.е. в основе всего лежит личность.

Уличной преступности как особого рода социальному образованию соответствует уличная социальная среда. Этот вид преступности не может быть оторван от преступности, а потому занимает свое место в структуре этого явления. В той или иной сложной ситуации уличную преступность можно назвать криминальным террором. Это касается случаев, когда преступность, приобретая особо высокую степень общественной опасности, терроризирует людей на улицах города.

Главное — социальная природа уличной преступности. Борьба с ней должна основываться на понимании ее социальной природы. Неразрывность уличных характеристик и характеристик уличной преступности всегда проявляется прочно. Информация друг о друге сливается в единое информационное поле, образуя со циально-информационную, системную зависимость «улица — преступность». Здесь следует особо учитывать специфику информационного поля. Это слитые воедино улицы и преступления.

Специфика уличной преступности, по мнению Ю.В.Кивича, касается не только технологии совершения такого рода преступлений, реализации криминальных намерений преступников, но и всего причинного комплекса, а также своеобразия личности уличного преступника. Преступления, составляю-

щие уличную преступность, многообразны3. Однако уличную преступность образует совокупность однородных по пространственному признаку деяний, совершаемых на данной территории. Эта однородность свидетельствует об относительной самостоятельности и массовости уличной преступности, наличии у нее специфических закономерностей существования и развития. Соответственно этой специфике и однородности, многим другим положениям уличные преступления объединены единым общеупотребительным термином — уличные.

В то же время эти преступления не представляют собой слитного, недифференцированного массива. Они обладают развитой криминологической структурой, включающей в себя в качестве основных групповые деяния, насильственные и корыстные (убийства, причинение вреда здоровью разной тяжести, изнасилования и другие сексуальные деяния, грабежи, разбои, наркотические деяния, хулиганство, вандализм, экстремистские проявления, другие уголовно-наказуемые деяния). Несмотря на различия, у уличных преступлений криминологически однородный феномен, общность причинной детерминации. Это принципиальное сходство совокупных криминологических характеристик этих преступлений, а также социальных и нравственно-психологи-чес-ких свойств лиц, их совершающих. Основное место все-таки в системе уличных преступлений занимают насильственные деяния; их мотивация в основном ситуативно-личностная, однако она чаще уличная4. Здесь заявляют о себе и безмотивные преступления.

Во всем этом доминирует индивидуальная основа. В преступлениях личность играет главную роль.

Обратимся к положениям, разработанным Ю.В. Ки-вичем, который считает, что особенностью формирования уличного преступного поведения является его обусловленность теми общественными связями с уличной средой, в которые вступает личность. Более всего она усваивает уличную среду; это среда обитания улоч-ников. В этой среде формируется личность уличного преступника. Формируется специфическая типология уличного преступника5.

Однако главным является учет специфики личности такого преступника. Это предполагает выявление и анализ тех компонентов личности уличного преступника, которые оказывают существенное влияние на ее социально значимые поступки: потребности, интересы, жизненные стремления и т.д. Знание духовных феноменов позволяет не только дать целостную характеристику личности этого типа преступника, но и раскрыть сущность мотивации опасного для общества поведения. Выявление индивидуального личностно-уличного через социальное уличное позволяет заявить о типичном, или «идеально-уличном», в смысле «среднего, нормального, типичного». Социальная среда существует по отношению к личности как «среда типа личности». Все это приводит к анализу такой особой пробле-

мы, как уличная ситуация. Это один из частных видов социальных ситуаций. Все эти проблемы «сливаются» в единый научный комплекс: «личность — среда — мотивация — ситуация».

Иногда, давая проблеме общую оценку, некоторые авторы пишут так: личность — это свернутая среда, а среда — это развернутая личность. Личность уличного преступника — это единоличный представитель уличной среды. При любом раскладе проблем причинности на первый план выдвигается личность. Это касается не только отношений «среда — личность», но и связи «личность — ситуация». Преступление всегда порождается личностью, а не ситуацией, как об этом пишется в литературе, придавая ситуации первостепенное значение. Между тем именно от личности уличного преступника, ее поведения зависит то, как сама личность отражает уличную ситуацию, и какие действия предпринимает. Личность ответственна за тот вариант поведения, который выбирает. Иначе говоря, все улично-криминальное сливается в соответствующую личность.

Главным на улице является человек. Без него нет и не может быть преступления. В итоге всего улично-криминального преступление совершает человек единолично. В конце концов, все события на улице выполняются человеком, без него улица безлюдна.

На первый план выступают проблема личности, вопросы индивидуальности, индивидуализма, проявляемого при совершении преступления. Отсюда проблема индивидуальной профилактики преступного поведения, осуществляемой на улицах города. В прошлые годы в системе профилактики правонарушений особое место занимали опорные пункты правопорядка, рассредоточенные в микрорайонах по всей стране. Результаты их работы были положительными. Может быть, в настоящее время надо создать уличные общественные пункты правопорядка и рассредоточить их хотя бы в крупных городах?

В системе всех уличных криминальных проявлений самой главной проблемой является личность. Следует согласится с Ю.В. Кивичем, И.В. Рыжковым, С.Н. Золотухиным и рядом других авторов в том, что в основе уличной преступности лежит личность со всеми ее свойствами, особенностями формирования, многочисленными характерологическими проявлениями. Особенностью формирования уличного преступного поведения является его обусловленность теми общественными связями с уличной средой, в которые вступает личность. Улица при этом рассматривается как сфера специфических общественных отношений6. Личностные свойства, сформированные в преступнике улицей, соответствующей средой, выражаются характерными именно для улицы формами преступного поведения, в основе мотивации которого преобладают корысть и насилие. При этом надо выделять уличные насиль-

ственные преступления, это самостоятельный вид преступности7.

Необходимо также выделить и такой самый распространенный мотив деяния, как корысть. Уличная насильственная преступность и корысть как мотив уличного преступного поведения проявляются как тесно взаимосвязанные события в сфере уличного пространства. Определенное место в этом пространстве занимают и многие другие преступления и их мотивы. Однако определяющими и доминирующими остаются насилие и корысть.

Мотивы уличных преступлений, пишет С.Н. Абель-цева, группируются и проявляются в двух основных направлениях: 1) стремление к удовлетворению потребности, связанной с преступной целью; 2) стремление к удовлетворению потребности в самом преступлении. Преступная цель в данном случае — это корыстная страсть, а преступление — насилие. У лиц, для которых это характерно, мотивация уличного преступления базируется на исходной цели (иногда в литературе пишется, что это точка отсчета) и конкретно направлена на преступление. В этом смысле допустимо говорить о криминальной ориентации (или направленности) личности — уличного преступника8.

Мотив деяния имеет двойную подоплеку: 1) когда он является неотъемлемой чертой человека, идет изнутри, представляет собой свойство личности; 2) когда он является реакцией (чаще агрессивной) на те или иные ценности.

Поскольку в числе уличных преступлений доминируют насильственные деяния, постольку проявляется связь мотива и насилия. Мотивация уличного преступления направлена на то, как, каким образом и с помощью каких средств достичь соответствующей преступной цели. Мотив регулирует не вообще направленность действий преступника, как это часто бывает, а направленность действий именно уличного преступника. Здесь существует связь насилия со способом преступного действия, специфика которого проявляется в совершении уличного преступления. Надо иметь в виду и общие положения: мотив — это база, движущая сила преступления, насилие — способ преступления, хотя оно (насилие) может быть и элементом мотивации. Мотив, насилие и способ деяния часто сливаются в одно событие.

Как бы то ни было, всегда и во всем доминирует личность преступника. Мотив деяния — это личность. Насилие — также личность. Способ преступления — и это тоже личность.

Мотив уличного преступления связан с потребностями и интересами личности «улочника». Если мотивы позволяют понять, почему личность в определенной ситуации совершает уличное преступление, то потребности и интересы раскрывают источники соответствующего побуждения, основу избирательности и направленности конкретных действий. Когда речь

идет об уличных преступлениях, избирательность и направленность «преступно-уличные», а конкретные действия и есть уличные преступления. Интересы и потребности не просто существуют наряду с мотивами вышеуказанных преступлений, а пронизывают всю систему причин и условий поведения «улочного» преступника. Он и определяет уличную ситуацию.

Уличные преступления почти всегда связаны с уличной ситуацией. Определяющая черта уличных преступлений — их ситуативный характер, импульсивность, эмоциональность. В зависимости от уличной ситуации преступления могут становиться агрессивными, жестокими и т.д. Все это порождается личностью, а не ситуацией. И здесь личность играет главную роль. От нее зависит, как она отражает ситуацию и какие действия предпринимает. Из ситуации нельзя исключить и потерпевшего. Отношения «преступник — жертва» особенно остро проявляются на улице. Можно, следовательно, выделить главное: личность, потерпевший, ситуация. Представляется, что уличная ситуация имеет особенности и ей присуща специфика.

Преступник и жертва преступления — основная связь в системе уличных криминальных проявлений. Исходить надо из следующего: криминализация уличных отношений (становление преступника) и их виктимизация (становление жертвы преступления) должны анализироваться как процессы социального и информационного взаимодействия. Преступник и его жертва взаимно определяют и интерпретируют себя и свои действия. Для уличных преступлений характерно так называемое взаимодополняющее партнерство. Безусловно, никаких договоренностей между «партнерами» не существует. Однако о них условно можно говорить тогда, когда преступные группы для выяснения отношений между собой «забивают стрелку», т.е. когда проходят так называемые криминальные разборки.

На улицах часто проявляет себя противостояние преступников, отсюда конфликты, переходящие в преступления. Особыми для улиц вообще являются противоречия и конфликты. Это может быть связано с борьбой за свое превосходство, лидерство, с борьбой за «свою» территорию на улицах города. В любом случае при противоборстве между преступником и жертвой на первый план выступает интеракция — взаимодействие и обмен элементами причинности. При анализе преступности и виктимности невозможно отрывать друг от друга преступника и жертву преступления.

Практика сложилась таким образом, что в статистике уличной преступности отражаются в основном преступления и лица, их совершающие, в лучшем случае и потерпевшие, некоторые другие показатели. Почти полностью отсутствуют данные о последствиях уличной преступности. Для улиц характерным является то, что последствия преступлений бывают страшнее и опас-

нее самих преступлений. Преступление, совершенное против одного — двух людей, могут «расширять» свое влияние и коснуться многих, не имеющих отношения к деянию. Для этого на улице существуют соответствующие условия. Последствия некоторых уличных преступлений, особенно экстремистского характера, могут спровоцировать панику на улицах, волнения. Нередко последствия уличных преступлений удваивают, утраивают, умножают общественную опасность деяния. В этом смысле надо осторожнее высказываться о разных движениях: «молодежных отрядов», фанатов и т.д. Везде, во всех случаях надо учитывать последствия. Оторвать уличные события от их последствий, как далеких, так и близких, невозможно. Последствия уличных преступлений приносят большой вред, ущерб, порой «разрушают» уличные отношения. Людям, улицам, городу, причиняются значительные убытки, социальный вред.

Изучая уличную преступность, надо исходить из понятия «вся преступность» — латентная и нелатентная. Мы не знаем реального объема преступности, ее полных социальных последствий, и все это связано с тем, что не имеем полную статистику. В литературе ее часто называют мошеннической. Выступая в «Новостях» по Первому каналу телевидения 19 ноября 2010 г. Президент РФ Д.А. Медведев назвал статистику преступности брехней. Думается это относится и к уличной преступности.

Исследуя уличные преступления, Г.Й. Шнайдер выделяет «стремительные тайные деяния», которые буквально «проскальзывают» незамеченными мимо глаз свидетелей и даже самих потерпевших. Эти деяния минуют статистику, но они есть, реально существуют, однако тайно. И это характерно для улицы: интенсивность движения людей, многолюдность, толкотня и т.д. Шнайдер даже пишет об «уличных преступлениях-невидимках»9.

Но какими бы мимолетными и стремительными ни были преступления, скрытыми, они реально существуют всегда. Латентный не означает несуществующий. Преступление существует тайно; будучи скрытым, оно тайком приносит вред обществу. Тем не менее улица обозрима, «многоглазна», сравнительно легко просматривается, а значит, возможно минимизировать латентные уличные преступления.

В системе понятий «латентные преступления» много важных проблем. Актуальным является вопрос об общественной опасности латентной преступности. Это, безусловно, касается и скрытых уличных преступлений, опасность которых, однако, реальна.

Исследователи изучающие уличные преступления, указывают на их яркую пестроту. При этом подчеркивается: улица есть улица, здесь собрано все, собраны также самые разные преступления10. Это почти все виды насильственных преступлений. В основном это групповые деяния. Корыстно-насильственные посягательства превосходят все другие. Многим преступлениям присуща корыстная мотивация. В итоге все

смещается в сторону насилия. Это важно, но главное в другом: семья, быт, досуг, свободное время, наконец улица — это сферы человеческих отношений, где совершается наибольшее количество общеуголовных преступлений. Из числа всех совершаемых преступлений на семью, быт и улицу, с чем тесно связаны досуг и свободное время, приходится около 42 % посягательств. Только на семейно-бытовую сферу приходится 34%, а на уличную — меньше всего (здесь самая большая ла-тентность) — 18% посягательств. Здесь незначительная раскрываемость преступлений. Конкретно выделить сугубо уличные преступления трудно. Возможно, будет обнаружена, выявлена конкретизированная мотивация деяния. Если говорить о системе «быт — семья — досуг — свободное время — улица», здесь много сходств и много различий. Возможно, однако, разработать соответствующие критерии отграничения одного от другого11.

Теснее всего связаны между собой семья и быт, а также досуг, свободное время, улица. Некоторые предлагают «загнать» уличные преступления в семью и быт, но что это даст? Видимо, только новые заботы.

Уличные преступления, как и досугово-бытовые деяния, как бы вырастают из определенных видов свободного и вольного, беспорядочного времяпрепровождения. Можно сказать и так: неорганизованное свободное время — это «социальная нить», соединяющая в единую систему быт, досуг, семью и улицу. Эта система соответствует системе уличной преступности; это два блока информации зависят друг от друга, находятся в состоянии социального и информационного взаимодействия.

Нельзя не согласиться и с тем, что уличные преступления всегда окрашены личностью — конфликтной семейной или бытовой мотивацией. На первое место выдвигается место совершения преступления. Если конфликт бытовой, как и соответствующая мотивация, а преступление совершено на улице, это уличное преступление. И наоборот: если конфликт уличный, как и мотив, а преступление совершено в быту, — это бытовое преступление. Для уличных преступлений общим может быть только место совершения преступления — улица. Главный критерий один — место преступления. Однако, нельзя игнорировать и другие критерии.

Важно то, какое начало имеет преступление. В системе «быт — досуг — семья — свободное время — улица» нередко выделяются преступления, изначально относящиеся к одной сфере, а завершающиеся в другой. Преступление как бы перестраивается (переселяется, перебирается) с одной «социальной площадки» на другую. Если преступление имеет уличное начало, когда все начинается с улицы (противоречия, конфликты, мотивация и т.д.), а завершается в быту, его можно назвать улично обоснованным. И наоборот, если все преступление имеет бытовое начало, а завершается на улице, его можно назвать «обоснованное

бытом уличное деяние». Что касается других сфер, конфликт может начаться дракой на улице, а завершиться убийством в быту, и наоборот, может начаться скандалом в быту, а завершиться убийством на улице. Как решать такие проблемы? Нужны конкретные и четкие критерии отграничения одних преступлений от других. Думается, что главный критерий — место совершения преступления.

С.Н. Абельцев, С.Н. Золотухин, С.И. Кириллов, Ю.В. Кивич, И.В. Рыжков, С.А. Солодовников и др. из числа уличных преступлений выделяют насильственные посягательства. Кивич и Рыжков отмечают, что нужно изначально констатировать, что эта преступность территориально ограничивается сферой улицы как функциональной зоны города. Об этом пишет и Золотухин. Ученые выделяют открытое и закрытое пространство, соответственно им рассматривают и особую криминальную сферу. В сфере открытого пространства выделяются «именно уличные насильственные преступления». «Надо иметь в виду, что проблема насилия должна рассматриваться в отношениях «личность и быт», «личность и досуг», «личность и семья», «личность и свободное время», «личность и улица»12. Это особый криминологический блок, ядром которого выступает личность. Она определяет преступление и ставит «точку» места совершения преступления. На первый план всегда выдвигаются индивидуальные основания.

Среди насилия особо выделяется уличное убийство. Необходимо иметь в виду и сопряженные с ним другие насильственные преступления против личности. Такие сопряженные убийства опасны. Они свидетельствуют об особой эгоцентрической направленности личности преступника, предельной криминальной развращенности виновных. Это, как правило, агрессивные убийства, жестокие. 31% убийств сопряжены с другими насильственными преступлениями простив личности, а что касается уличных убийств, то этот показатель — около 40% (из числа уличных убийств).

Особенность опасности уличных сопряженных друг с другом преступлений состоит в их организованности. Для лиц, совершающих сопряженные уличные преступления, характерны криминальный профессионализм и устойчивая преступная направленность, систематичность в совершении уголовно наказуемых деяний. Уличные сопряженные преступления всегда имеют свой «оттенок» (из числа всех преступлений выбраны уличные, а из числа уличных — сопряженные). Это касается убийств, сопряженных с преступлениями повышенной общественной опасности. УК указывая на сопряженность деяний, в то же время обращает внимание на неизбежность повышенной общественной опасности этой сопряженности.

Исследуя мотивы уличных убийств, сопряженных с другими насильственными преступлениями (как уличными , так и из других сфер), можно выявить много интересных вопросов: специфика уличных сопряженных

преступлений, их полимотивация, типы преступников и т.д. Но главное при сопряженности — «выход» уличных преступлений в другие сферы (быт, досуг, семья и т.д.), когда базовыми в сопряженности остаются уличные деяния.

Таким образом, уличные преступления являются связующим звеном, когда вокруг них группируются другие преступления. При строгом подходе такая группировка может быть названа сопряженностью. Это, однако, не уголовно-правовая, а криминологическая оценка.

Среди уличных преступлений выделяются такие деяния, для которых характерна высокая, можно сказать, завышенная степень общественной опасности. Следует назвать рецидивную преступность, которая, как правило, сопряжена с организованной преступностью, криминальным профессионализмом, вооруженностью деяний. Здесь существует даже сопряженность с терроризмом и коррупцией. Особенность уличных преступлений, сопряженных с указанными широкими проявлениями рецидивной преступности, состоит в том, что они могут рассматриваться самостоятельно, как особая криминологическая группа. Однако несмотря на самостоятельность, их нельзя отрывать от других уличных преступлений. Сопряженность деяний занимает особое место в системе уличной преступности. Она сама по себе опасна, но более опасны ее последствия.

Предметом самостоятельного исследования являются «заказные» уличные преступления. Они разнообразны, но в основном это убийства. Их высокая степень общественной опасности заложена и закреплена в самом «заказе» на преступление. Здесь острой становится проблема защиты человека от преступного посягательства.

Актуальность приобретает вопрос о защите граждан на улицах от разных криминальных угроз и об обеспечении общественного порядка. Все предупредитель-

ные (профилактические) и защитные мероприятия переплетаются, обеспечивая общественный порядок (правопорядок) на улицах. Правопорядок интегрирует общественные (правовые) отношения, основанные на простых правилах поведения: веди себя так, как этого требует закон. Именно это больше всего относится к поведению на улицах. В основе таких правил лежат общественные нормы морали, в которых заинтересованы государство и общество и без которых немыслима социальная жизнь. Правопорядок на улицах — основа защиты граждан на улицах.

1 Аванесов Г.А. Социальные образования и преступность. М., 2011. С. 122.

2 Аверин А.А. Городская архитектура. М., 2000. С. 47.

3 Кивич Ю.В. Криминологическая характеристика и предупреждение уличной преступности в условиях города : автореф... канд. юрид. наук. М., 1999. С. 8.

4 Золотухин С.Н. Уличная насильственная преступность и ее предупреждение : автореф... канд. юрид. наук. М., 2000. С. 8-9.

5 Кивич Ю.В. Указ. соч.

6 Кивич Ю.В, Рыжков И.В. Криминальное насилие на улицах городов в системе насильственной преступности // Вестник Московского университета МВД России. 2003, № 2. С. 64; Золотухин С.Н. Указ. соч.

7 Абельцев С.Н. Проблемы криминального насилия. Коломна, 2002. С. 128-130; Золотухин С.Н. Указ. соч. С. 10-11.

8 Зингалов Х.И. Корыстная страсть и корыстные преступления. Ростов н/Д, 2006. С. 44-46.

9 Шнайдер Г.Й. Криминологические понятия : пер. с нем. М., 1998. С. 47-48.

10 Гурков Н.А. Улица и уличные правонарушения // Вестник Ставропольского ун-та, 2001. № 4. С. 19.

11 Классификация преступлений, их схожесть и различия // Общность уличных преступлений. Коломна, 1998. С. 116.

12 Кивич Ю.В, Рыжков И.В. Указ. соч. С. 64.