Организация помощи беженцам в период Первой мировой войны (по документам Государственного исторического архива Чувашской Республики)

Доклады и сообщения

Платонова Анна Арефьевна

Государственный исторический архив Чувашской Республики

ОРГАНИЗАЦИЯ ПОМОЩИ БЕЖЕНЦАМ В ПЕРИОД ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

Первая мировая война 1914-1918 гг. является событием, которое серьезно повлияло как на ход истории всего человечества в XX столетии, так и на определение дальнейшего развития России, во многом обозначив ее историческую судьбу. Большое воздействие военные действия оказали и на жизни обычных граждан. Одним из последствий стал огромный поток беженцев - и добровольно пытающихся уйти от ужасов войны, и тех сотен тысяч, которые принудительно выселялись по решению властей из прифронтовой зоны. По замечанию исследователей Н.А. Михалева и С.А. Пьянкова, в Российской империи это движение «приняло столь значительные размеры, что почти официально уподоблялось "второму великому переселению народов"», затронув от 5 до 15 млн чел., превратившись в «один из факторов нараставшего социально-экономического и политического кризиса в стране»1.

В современных условиях, когда межгосударственные и межэтнические конфликты также порождают масштабные потоки беженцев, изучение проблем беженства и опыта по их разрешению, накопленного в годы Первой мировой войны, приобретает далеко не второстепенное значение. В статье будет рассмотрена деятельность государственных учреждений и органов местного самоуправления, благотворительных организаций Цивильского, Чебоксарского и Ядринского уездов Казанской губернии, Алатырского уезда Симбирской губернии, ныне входящих в состав Чувашской Республики, по оказанию помощи беженцам в указанный период.

Основными источниками при написании данной работы выступили хранящиеся в фондах Государственного исторического архива Чувашской Республики документы, прежде всего уездных земских управ. Значительное место в них занимает переписка с вышестоящими организациями, волостными попечительствами, частными организациями

1 Михалев Н.А., Пьянков С.А. Беженцы Первой мировой войны в Российской империи: численность, размещение, состав // Уральский исторический вестник. 2015. № 4. С. 103.

Доклады и сообщения

по вопросам приема, размещения, трудоустройства эвакуированных. Большую ценность имеют приходно-расходные документы; доклады, отчеты о работе; сведения о числе осевших мигрантов по селениям и волостям уездов. Циркуляры, предписания, постановления и предложения вышестоящих организаций содержат рекомендации по размещению беженцев, о нормах выдачи продовольственных пайков и единовременных выплатах. Интересные сведения об основных проблемах, с которыми переселенцы сталкивались на новом месте, дают нам прошения нуждающихся людей и решения властей по каждому заявлению. Статистическую информацию о численности, национальности, профессии, составе семьи, имущественном положении прибывших содержат анкеты и карточки регистрации беженцев. Расширить наши представления существенно могли бы документы личного происхождения, воспоминания, связанные с переселенческим движением в годы Первой мировой войны в исследуемом регионе, что позволило бы оценить организацию помощи беженцам со стороны непосредственно самих нуждающихся в ней людей; - но в фондах архива они не отложились.

На территории Российской империи работа по координации эвакуации беженцев была возложена на Всероссийский земский и городской союзы (в дальнейшем объединенные во Всероссийский союз земств по помощи больным и раненым воинам). На местах, при уездных земских управах, создавались их комитеты. На основании закона 1912 г. «О призрении нижних воинских чинов и их семейств» в каждом уезде действовали уездные и волостные попечительства, также принявшие на себя заботу о беженцах. Значимый вклад в общее дело вносили благотворительные учреждения: Комитет Ее Императорского Высочества великой княжны Татьяны Николаевны для оказания временной помощи пострадавшим от военных бедствий (Татьянинский комитет), его уездные отделения; комитеты Красного Креста и т. д. Например, в г. Чебоксары уже в августе 1914 г. были образованы уездный комитет Всероссийского земского союза (ВЗС) и комитет Всероссийского городского союза. Объединенные в Чебоксарский соединенный комитет, они обеспечивали беженцев жильем и медицинской помощью, выдавали денежное пособие и снабжали одеждой2. Кроме того, в городе действовал Чебоксарский дамский комитет, в уездах Казанской и Симбирской губерний - отделения Татьянинского комитета и другие благотворительные организации.

Массовый приток переселенцев в центральные губернии начался в 1915 г. 9 августа того же года на совещании при Казанской губернской земской управе было принято постановление «О помощи беженцам». Согласно документу, в Казанскую губернию предполагалось отправить 100 тыс. чел. для распределения по уездам пропорционально количеству дворов (0,22 человека на 1 двор). Основную нагрузку в деле помощи нуждающимся постановлением предлагалось возложить на благотворительные

2 Чебоксары: исторический очерк. Чебоксары, 2014. С. 197.

Доклады и сообщения

организации3. К 4 октября 1915 г. только в Ядринский уезд прибыли 322 семьи в количестве 1 552 чел., которые были размещены в 5 волостях и г. Ядрине. К концу 1915 г. численность проследовавших через Алатырь беженцев в общей сложности достигла 44 тыс. чел.4 Чебоксары в первые два года войны приняли около 6 тыс. беженцев5.

Перед размещением мигрантов земские учреждения проводили обследование возможного количества мест для расселения беженцев, обеспечения их работой. Местным властям и общественным организациям предписывалось совместно обустроить в городах сортировочные и питательные пункты, организовать бюро по трудоустройству, проводить медицинский осмотр и оказывать медицинскую помощь прибывающим беженцам, в первое время снабжать их всем необходимым6. В частности, в г. Чебоксары к прибытию беженцев были открыты: распределительный пункт на 300 чел.; временный приют на 25 детей; столовая-чайная на 150 чел.; пекарня для выпечки хлеба на 1 500 чел.; склад продуктов и товаров первой необходимости для продажи беженцам по низкой цене; такой же склад овощей; приемный покой на 10-15 коек для оказания бесплатной медицинской помощи7.

30 августа 1915 г. был подписан закон «Об обеспечении нужд беженцев». Теперь официально признавалось, что помощь вынужденным мигрантам должна осуществляться в первую очередь государством, а не только общественными организациями. В 1916 г. Министерство внутренних дел утвердило «Руководящие положения по устройству беженцев». Следуя их указаниям, земские учреждения должны были по возможности размещать беженцев-горожан в городах, а сельских жителей - в пределах уездов. Право на продовольственную и квартирную помощь имели дети до 14 лет; нетрудоспособные; один из трудоспособных членов семьи, вынужденный остаться при детях; принятые на сельскохозяйственные работы. Однако в полном размере паек выдавался только на 4 членов семьи, а на каждого последующего начиная с пятого - в половинном размере8. Основной объем работы по оказанию социальной помощи населению выпадал на земские управы, отделения Всероссийского союза земств и Татьянинского комитета. Мероприятия по переселению и обустройству беженцев финансировались Министерством внутренних дел через губернские земства, а также средствами общественных организаций.

Одной из важных проблем в деле помощи мигрантам была организация их перевозки и регистрации. Железные дороги были основным средством передвижения беженцев, но не единственным. Согласно документам Ядринской земской управы, чтобы

3 Государственный исторический архив Чувашской Республики (далее - ГИА ЧР). Ф. 16. Оп. 1. Д. 1708. Л. 10.

4 Ерусланова Р.И. Социальная помощь в годы Первой мировой войны (региональный опыт). Чебоксары, 2004. С. 156, 167.

5 Чебоксары: исторический очерк. С. 198.

6 ГИА ЧР. Ф. 16. Оп. 1. Д. 1708. Л. 16.

7 Чебоксары: исторический очерк. С. 198.

8 ГИА ЧР. Ф. 14. Оп. 1. Д. 2080. Л. 69-77.

Доклады и сообщения

доставить беженцев из Васильсурска в Ядрин уездный комитет Всероссийского земского союза постановил просить представителей торгового дома «Братья Таланцевы» выделить пароход, и вплоть до замерзания реки Суры пароход регулярно перевозил партии беженцев в Ядрин. По приезду они размещались в столовой при управлении уездного воинского начальника, где проходила их регистрация9. Процедура учета беженцев не была отрегулирована нормативными актами, поэтому регистрация органами местного управления и благотворительными учреждениями проводилась разными способами. К примеру, для учета беженцев отделениями Татьянинского комитета были организованы специальные бюро регистрации. Сведения о количестве беженцев 2 раза в неделю отправлялись в губернское отделение комитета (сведения предоставлялись отдельно по национальности, профессиональным категориям прибывших). Казанский губернский комитет ВЗС выработал свой способ регистрации вынужденных переселенцев. На каждого беженца комитетом составлялась особая регистрационная карточка. Один ее экземпляр оставался в справочном бюро, а другой препровождался в уездный комитет одновременно с присылкой партии. В уездах на каждого человека заводили свой регистрационный документ, а губернскую карточку дополняли сведениями о месте назначения беженца на жительство и отправляли обратно в Казань. На детей и нетрудоспособных лиц карточки не заводились, их вписывали в документы трудоспособных членов семей. В земской управе вышеуказанные отчеты согласовывали и объединяли. Лишь после всех этих процедур беженцы могли отправиться в волостные попечительства для размещения10.

Значимую проблему во время массового переселения беженцев представляло распространение инфекционных заболеваний. На совещании Ядринской уездной земской управы, «принимая во внимание все условия жизни Ядринского уезда», среди населения которого распространены заболевания трахомой, чесоткой и т. д., было решено разместить 3 тыс. беженцев вблизи от земских участковых больниц11. В документах санитарно-исполнительной комиссии Цивильского уезда также упоминалось, что «предстоящая весна грозит городу еще тем, что может вспыхнуть эпидемия среди размещенных в Цивильске беженцев и военнопленных, военнообязанных... Эпидемию всегда могут занести и переходящие через Цивильск партии военнопленных, арестантов и беженцев, каковых партий проходит по нескольку каждый месяц, иногда в несколько сот человек, так как Цивильск служит промежуточной станцией между Шихранами -Чебоксарами, Ядрином, Козьмодемьянском»12. Органы власти брали под свой контроль противоэпидемические мероприятия. Во многих пунктах расселения прибывших людей

9 ГИА ЧР. Ф. 16. Оп. 1. Д. 1708. Л. 18, 139.

10 Там же. Л. 9, 18, 139, 246.

11 Там же. Л. 7.

12 Там же. Ф 14. Оп. 1. Д. 1888. Л. 281.

Доклады и сообщения

были начаты постройки изоляционных бараков для противодействия распространению заболеваний.

Остро стояла проблема квартирного обеспечения. В Государственном историческом архиве Чувашской Республики сохранился журнал заседания Цивильского отделения Татьянинского комитета о рассмотрении телеграммы о прибытии в г. Цивильск 750 евреев, а также заявления Цивильского уездного исправника и городского головы, что в данное время прием беженцев в город невозможен ввиду переполнения его военнообязанными и отсутствия свободных квартир. Итогом заседания было решение выселить военнообязанных в другие населенные пункты и разместить беженцев в городе Цивильске и прилегающих к городу селениях13.

По национальному составу прибывшие состояли из евреев, немцев, поляков, русских, латышей и др. Стоит отметить, что многие из них даже не знали русского языка. По этой причине «Руководящими положениями по устройству беженцев» при их расселении предписывалось сохранять не только семьи, но и волостные сельские общества для облегчения процесса привыкания к новой местности14.

Согласно документам архива, материальное положение беженцев было крайне тяжелым. В письме Цивильской управы к губернатору от 29 октября 1915 г. говорится: «В Цивильск прибыло из занятых врагом губерний 8 семейств, состоящих из 20 человек. Никаких средств для пропитания, одежды нет кроме самого необходимого». Многие беженцы жили в неотапливаемых бараках, в которых наблюдалось плохое санитарно-гигиеническое состояние. В земские учреждения ближе к зимнему времени многократно поступали прошения о нехватке верхней одежды. Бывали случаи, когда родственники теряли связь друг с другом. В органы социального призрения приходили объявления о розыске лиц, списки детей беженцев, потерявших родителей15.

В целях оказания помощи беженцам Казанское управление земледелия и государственных имуществ уполномочило лесничих Казанской губернии отпускать строевой и дровяной лес, необходимый для устройства и отопления бараков, за половину стоимости16. С продовольственного пункта в Алатыре к концу 1915 г. в течение 2-3 месяцев получили обеды 29 117 чел., чай с хлебом - 2 532 чел.; было отпущено более 835 пудов черного хлеба, свыше 363 пудов белого хлеба, 3 пуда сахара и других продуктов17. На заседаниях земских управ рассматривались вопросы выдачи пайков для беженцев, оказания им материальной помощи. В отделениях Татьянинского комитета оформляли заказы на пошив верхней одежды для нуждающихся, проводились кружечные

13 ГИА ЧР. Ф 14. Оп. 1. Д. 2078. Л. 28.

14 Там же. Д. 2080. Л. 69-77.

15 Там же. Д. 1950. Л. 2.

16 Там же. Ф. 16. Оп. 1. Д. 1708. Л. 51.

17 Ерусланова Р.И. Указ. соч. С. 156.

Доклады и сообщения

сборы, сборы верхней одежды и белья. Чебоксарский дамский комитет также вносил свою лепту в подготовку к приему беженцев. На деньги, полученные от уездного отделения Татьянинского комитета, благотворительной организацией были закуплены ткани для пошива пальто и белья, лапти и сукно на онучи. При этом, во избежание дублирования функций социальных учреждений и для эффективного распределения денежных средств, каждое решение о назначении дополнительных единовременных выплат или повышении пособия сопровождалось подробным расследованием дела. Волостные попечительства предоставляли в земские учреждения справки, что беженцы до этого не получали помощь со стороны других органов и благотворительных учреждений. Выдача одежды и обуви Дамским комитетом также производилась по удостоверениям и спискам районных попечительств18.

Важной задачей являлось трудоустройство беженцев. Перед приездом новой партии жителям городов и уездов объявляли, что при бюро по регистрации открыта запись о спросе на труд. Так, Ядринской земской управой перед приездом партии беженцев было дано объявление о направлении в уезд более 8 тыс. беженцев. В нем говорилось, что при местной управе организовано бюро, где будут сосредоточены сведения о спросе на труд вынужденных мигрантов и предложения такого труда. Сохранился документ с просьбой председателя Шуматовского церковно-приходского попечительского совета священника Тимофея Варфоломеева направить в с. Шуматово умеющих выполнять «плотничную работу, маляров, печников...»19.

Однако беженцы надеялись в скором времени вернуться домой и не были заинтересованы в поиске работы - мало у кого из них было желание обустраиваться на чужой территории. Многие пережили разорение, тяжелый путь, часто - потерю близких людей. Требовалось большое количество времени и средств, чтобы беженцы привыкли к новым условиям и местным жителям губерний. Несмотря на то, что материалов об отношении к беженцам коренного населения в фондах архива практически не отложилось, некоторую недоброжелательность к незваным гостям иллюстрируют документы Татьянинского комитета по устройству Всероссийской беженской выставки. Необходимость организации выставки изделий, изготовленных беженцами, в одном из документов аргументировалась таким образом: «Повседневные и необоснованные обвинения, что беженец отказывается от предлагаемой ему работы и свои упования возлагает исключительно на казенный паек, найдут себе в выставке опровержение, а

18 Гусаров Ю.В. Из истории благотворительности в Чувашии: Чебоксарский дамский комитет (1914-1917) // Первая мировая война в истории народов Поволжья: материалы Межрегиональной научно-практической конференции. Чебоксары, 2015. С. 120-121.

19 ГИА ЧР. Ф. 16. Оп. 1. Д. 1708. Л. 19, 20.

Доклады и сообщения

всевозможные образы труда беженского послужат уроком столь легкомысленного обвинения»20.

По мере поступления в уезды все новых партий беженцев, земским учреждениям не хватало средств для их содержания. Поэтому власти начали практику лишения пособия неработающих трудоспособных переселенцев. Многих вынужденных мигрантов отправляли на сельскохозяйственные работы. В зимнее время в связи с прекращением полевых работ большинство из них оказывались в числе безработных. Так, например, в журнале Цивильского уездного отделения Татьянинского комитета имеется прошение беженцев, проживающих в с. Чурачиково, о переводе их в г. Цивильск, так как они являются безработными, пособия же в 4 руб. в месяц не хватает. В городе они могли бы найти заработок, чем и мотивируется необходимость их перевода21.

Успешно устроиться на работу удавалось лицам, знающим какое-либо ремесло. На территории Цивильского уезда было признано желательным устроить подходящие для беженцев мастерские. Благодаря Цивильской земской управе в декабре 1915 г. были открыты столярная, сапожная, белошвейная и портняжная мастерские. Земские учреждения оказывали мастерским финансовую помощь, предоставляли помещения, снабжали их заказами. К апрелю 1916 г. в мастерских были заняты 24 беженца. По словам председателя отделения Татьянинского комитета, «в будущем имеется надежда продолжить начатое дело, и, по-видимому, мастерские не останутся без заказов». Также к 1916 г. было решено прекратить безвозмездную выдачу одежды прибывшим, «так как беженцы прожили в губернии уже целый год и за это время успели создать нормальные условия для своего существования»22.

Таким образом, на территории бывших Казанской и Симбирской губерний, ныне входящих в состав Чувашии, помощь беженцам носила разносторонний и относительно комплексный характер. Помимо государства, заботу о переселенцах взяли на себя органы местного самоуправления, благотворительные общественные организации. Казанский губернский комитет и земские управы занимались распределением беженцев по уездам, расселением, координацией противоэпидемических мероприятий, оказанием врачебной помощи, трудоустройством. Благотворительные организации ведали обеспечением нуждающихся питанием и одеждой, а также необходимыми денежными средствами.

Вместе с тем отсутствие единого координационного органа порождало дублирование деятельности данных организаций в деле регистрации и учета беженцев, выдачи пособий. По сути, слабо решенной оставалась проблема помещений для расселения прибывших. В местах массового пребывания людей не было достаточного числа медицинских пунктов для размещения больных. Остро стоял вопрос

20 ГИА ЧР. Ф. 16. Оп. 1. Д. 2085. Л. 30.

21 Там же. Ф. 14. Оп. 1. Д. 2078. Л. 2, 3.

22 Там же. Л. 5, 8.

Доклады и сообщения

трудоустройства беженцев: направляемые на сезонные сельскохозяйственные работы -по их завершении они оставались без источника заработка. И хотя местными учреждениями прикладывались усилия для смягчения тягот общенационального бедствия, объемы оказываемой ими помощи - прежде всего в силу объективных оснований - не имели исчерпывающего характера, что лишний раз подтверждает недостаточную в тот период готовность России к столь масштабной и затяжной войне.