Стилевые приемы в современном российском эссе (на материале качественной прессы начала XXI века)

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 10. ЖУРНАЛИСТИКА. 2009. № 2

А.А. Синявина, аспирантка факультета филологии

и журналистики Южного федерального университета

СТИЛЕВЫЕ ПРИЕМЫ В СОВРЕМЕННОМ

РОССИЙСКОМ ЭССЕ

Статья посвящена стилевому своеобразию эссе в современной качественной российской прессе. Рассматриваются различные концепции анализа языка и стиля массмедиа. Также предложена классификация стилевых приемов, характерных для жанра эссе.

Ключевые слова: эссе, публицистика, стилевой прием, язык печати, языковая игра.

The article is dedicated to the style originality of an essay in the Russian modern qualitative press. Various concepts of the analysis of the mass-media language and style are considered. Classification of the style devices which are typical for the genre of an essay is also offered.

Key words: essay, social and political journalism, style device, the language of a press, linguistic game.

«Жанр — лидер двадцатого века, предоставляющий возможность писателю продемонстрировать парадоксальность своего сознания и блеск своего пера»1, — так в журнале «Столица» под заголовком «Эссеизация всея литературы...» был обозначен жанр эссе, который все чаще появляется в современной российской прессе.

Об эссеистических свойствах литературы философ М. Эпштейн сказал, что «в XX веке не так уж легко назвать значительных представителей мировой литературы, у которых эссеистическое начало не проникало бы в той или иной степени в строение образа, аналитически расщепляя его художественную целостность и одновременно включая в целостность более высокого синтетического порядка»2. Думается, что утверждение ученого можно было бы применить к газетно-журнальному пространству XXI в. и предположить, что система языковых средств в эссе сложна и своеобразна и это оказывает определенное влияние на стилистику других жанров.

В этой связи автору кажется плодотворной идея создать классификацию стилевых приемов, которые используются в отечественной эссеистике. Тем более что исследователи жанра постоянно отмечают сравнительно высокий уровень языковой рефлексии

1 Иванова Н. Эссеизация всея литературы: от «бешеных собак» до «скользких гадов» // Столица. 1992. № 5. С. 52.

2 Эпштейн М. Парадоксы новизны. М., 1987. С. 366.

в эссе, определяемой как «осознание, осмысление собственного языкового поведения и языка общества»3.

Большой толковый словарь русского языка определяет эссе как «очерк, трактующий литературные, философские, социальные и другие проблемы не в систематическом научном виде, а в свободной форме»4. Свободная же форма предполагает свободный выбор языковых средств. Иными словами, эссе отличает некая «языковая раскрепощенность», а особенности его стиля — «образность, афористичность, субъективность, установка на воспроизведение разговорной речи»5. Таким образом, и Большой толковый словарь, и «Краткая литературная энциклопедия» уже в первом приближении отмечают особенности языка и стиля эссе.

Однако научные работы по языку и стилю массмедиа в общем и конкретно по жанру эссе предлагают более серьезную классификацию приемов.

Впервые развернутый анализ языка печати предложил Г.О. Винокур в 20-е годы XX в. Так, в книге «Культура языка» в разделе «Язык прессы» он исследовал «словесную природу газеты»6. Ученый отметил высокую активность употребления в газете пословиц, поговорок, всякого рода цитат, которые «выполняют функцию не столько словарно-тематическую, сколько грамматически-компо-зиционную»7.

Позже, в 70-х годах, в монографии В.Г. Костомарова появляется утверждение о чередовании экспрессии и стандарта в языке газетных материалов, подкрепленное классификацией типов и схем данного приема: иноязычные экспрессивные элементы, намеренное воспроизведение просторечий, жаргонизмов, ошибок разговорной речи, метафоризация, графические каламбуры, «экспрессивная» роль кавычек и т.д.8

Исследованием активных процессов, происходящих в русском языке на рубеже XX—XXI вв., занимается Е.А. Земская. Глава «Язык газет» ее монографии «Язык как деятельность» (М., 2004) представляет собой наблюдение не только над тематическим, но и стилевым своеобразием современной прессы, значимыми чертами которой, по мнению ученого, являются, например, элементы разговорной речи, языковое камуфлирование и демаскирование, глагольные и рифмованные заголовки, новообразования и т.д.

3 Культура русской речи: Энциклопедический словарь-справочник. М., 2003. С. 809.

4 Большой толковый словарь русского языка. СПб., 1998. С. 578.

5 Краткая литературная энциклопедия. М., 1975. Т. 8. С. 962.

6 Винокур Г.О. Культура языка. М., 2006. С. 167.

7 Там же. С. 194.

8 См.: Костомаров В.Г. Русский язык на газетной полосе. Некоторые особенности языка современной газетной публицистики. М., 1971.

Еще один интересный анализ динамических процессов в языке и стиле журналистики рубежа веков предлагает С.И. Сметанина. Важнейшим приемом поэтики современной публицистики языковед считает постмодернистское письмо и фиксирует систему игровых стратегий в медиатексте9.

Другой автор многочисленных серьезных научных работ по языку средств массовой коммуникации Г.Я. Солганик пишет о таких особенностях публицистической речи, как совпадение производителя речи и говорящего, и утверждает, что языку СМИ свойственны эмоциональность, социальная оценочность10.

Собственно стилевым особенностям различных жанров печати посвящено небольшое количество работ. Так, о поэтике очерка писали Г.В. Колосов, М.С. Черепахов, Н.И. Глушков, о стиле репортажа — Г.Я. Солганик, фельетона — Л.Г. Кайда, к образным ресурсам публицистики обращались также М.И. Стюфляева, Д.П. Вовчок, Е.И. Журбина. Как правило, ссылаясь на невозможность составления пособия в виде суммы рекомендаций, авторы уделяют внимание перечислению ошибок, допускаемых журналистами, отмечая зависимость употребления тех или иных речевых средств от жанра11.

Теория эссе представлена незначительным списком научных работ, а анализ языка и стиля эссеистических текстов практически ограничен. Так, очерковед В. Канторович, утверждая, что «наша художественная публицистика часто обнаруживает близость к европейскому "эссе"»12, говорит о целенаправленной словесной игре в эссе. Он также пишет об эссеистическом стиле как об основе писательского почерка.

Подробная классификация приемов, на которых строится текст эссе, есть в статье Н.Л. Мишатиной, предлагающей этот жанр как средство обучения письменной речи. Система стилевых особенностей эссе, выделенных Н.Л. Мишатиной, включает приемы цитации, риторических вопросов, сравнений, антитезы, ассоциатив-

13

ных «отступлений», моделирования диалогической ситуации13.

Развернутая характеристика стилистических признаков текста эссе предложена И.С. Алексеевой в «Профессиональном тренинге

9 См.: Сметанина С.И. Медиатекст в системе культуры (динамические процессы в языке и стиле журналистики конца XX века). СПб., 2002.

10 Публицистика и информация в современном обществе. М., 2000. С. 12—16.

11 См.: Вовчок Д.П. Стилистика газетных жанров. Свердловск, 1979; Глушков Н.И. Очерковая проза. Ростов н/Д, 1979; Журбина Е.И. Теория и практика художественно-публицистических жанров. М., 1969; Кайда Л.Г. Стиль фельетона: Лекции. М., 1983; Колосов Г.В. Поэтика очерка. М., 1977; Солганик Г.Я., Вакуров В.Н. и др. Стилистика газетных жанров. М., 1978; Солганик Г.Я. Стиль репортажа. М., 1970; Стюфляева М.И. Образные ресурсы публицистики. М., 1982.

12 Канторович В. Заметки писателя о современном очерке. М., 1973. С. 98.

13 Мишатина Н.Л. Работа с художественным концептом как средство речевого развития школьника // Русский язык в школе. 2006. № 3. С. 26.

переводчика» (СПб., 2001). Она дана с учетом специфики перевода эссе. Автор предлагает следующие особенности языка и стиля: смешение высокой лексики и просторечий, активное использование эмоционально-оценочной лексики, высокая частотность употребления фразеологизмов, авторские неологизмы, синтаксический параллелизм, инверсия, парцелляция.

H.Б. Руженцева анализирует литературно-критическое эссе, отмечая такие его особенности, как наличие ассоциативного фона, полистилизм, интертекстуальность14, а А.В. Якунов выделяет ряд содержательных и формальных признаков эссе, среди которых есть и стилистические: мозаичность композиции, парадигматическая организация высказывания, ассоциативность, неколлоквиальная разговорность и др.15

Анализ текстов эссе в современной прессе показывает, что по-листилизм — ведущая особенность его языка. Однако представляется неудачным выбранный исследователями термин, так как речь идет не о формальном смешении элементов различных стилей, а об их взаимодействии и взаимопроникновении. Поэтому физическое определение «диффузия», по нашему мнению, точнее отражает сущность данного приема.

В книге «Эссе: стилистический портрет» (М., 2008) Л.Г. Кайда предлагает в рамках общей концепции жанра ряд стилистических средств создания эссеистических текстов. Автор не дает структурированной классификации приемов, но в порядке анализа некоторых публикаций выделяет риторические вопросы, аналогии, уточнения в форме вставной конструкции и т.д.

Итак, исследователям удалось выделить несколько базовых стилевых особенностей эссе: наличие эмоционально-оценочной лексики (четко выраженное чередование стандарта и экспрессии), полистилизм, ассоциативность, установка на разговорность, нетрадиционная композиция, уникальный синтаксис и др.

В данной статье анализировались эссе А. Гениса, С. Рассадина, Ю. Роста за 2005—2007 гг., что позволило нам систематизировать стилевые приемы, которые активно используются указанными авторами.

I. Стилевая диффузия, или столкновение стилей — «объединение в составе художественно-речевого целого разных стилей данного языка»16.

14 См.: Руженцева Н.Б. Прагматическая и речевая организация русского литературно-критического эссе XX века. Екатеринбург, 2001.

15 См.: Якунов А.В. Функционально-коммуникативная организация текста в жанре эссе (на материале эссе И.А. Бродского «Путешествие из Петербурга в Стамбул»): Автореф. дис. ... канд. филол. наук. Череповец, 1998.

16 Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов. М., 2005. С. 456.

Как правило, в анализируемых эссеистических текстах встречается стилистически «высокая» лексика в контексте, который отличается стилистической «сниженностью», или наоборот. Например, в эссе С. Рассадина «Подсматривающие» (Новая газета. 2006. № 10) на тему популярности сериалов «из рублевской жизни» мы видим лексический арсенал разговорного стиля («услыхал», «вычитал», «штука в том», «дескать», «дабы», «своровано») и научного («вуайе-ризм», «ментальность», «государственный патернализм»). В «Уроке немецкого» (Новая газета. 2007. № 4) о германской культуре А. Ге-ниса находим признаки художественного (сложноподчиненные предложения с рядом однородных членов: «Догадываясь, что в чужих глазах твои боги кажутся раскрашенными идолами, я отправлял свой культ в одиночку и тихо») и разговорного («правда» — вводное слово, «собутыльник», «сидеть» — находиться в местах лишения свободы) стилей.

Как видим, этот прием сообщает тексту максимальную выразительность в результате комбинации языковых единиц различных стилей. Эссеист, описывая факт или явление, использует язык, соответствующий характеру или эмоциональному фону этих событий.

2. Диалогизация тесно увязана со стилевой диффузией, так как представляет собой, в сущности, основу разговорного стиля, а точнее, разговорности (в современной филологической науке существует три различных термина: разговорность, разговорный стиль, разговорная речь). Иными словами, этот прием предполагает наличие «слова, оборота или особого построения речи, свойственного диалогу»17.

В лингвистике представлены разнообразные подходы к теории разговорной речи: О.Б. Сиротинина выделяет русскую разговорную речь как особый стиль18, Е.А. Земская — как некодифицированную разновидность литературного языка19, О.А. Лаптева, Б.М. Гаспа-

ров — как устную модификацию в составе русского литературного

20

языка20.

Если рассматривать возможность выбора термина применительно к эссе, думается, в этом жанре разговорность представляет собой не функциональный стиль, а ту часть языкового материала, которая включает не только лексику, но и особенности синтаксиса, в частности использование эллипсиса, инверсии, парцелляции.

В анализируемых эссе представлены три разновидности приема диалогизации:

17 Там же. С. 132.

18 См.: Сиротинина О.Б. Современная разговорная речь и ее особенности. М., 1974.

19 См.: Земская Е.А., Китайгородская М.В., Ширяев Е.Н. Русская разговорная речь. Общие вопросы. Словообразование. Синтаксис. М., 1981.

20 См.: Лаптева О.А. Русский разговорный синтаксис. М., 1976.

— воспроизведение диалога, свидетелем которого, очевидно, был автор. Этот прием позволяет читателю стать «свидетелем» описываемых в тексте событий, что, конечно, сближает эссе с информационными жанрами журналистики:

— А знаете, — спросил меня собутыльник, дождавшись десерта, — что здесь было раньше? — Райком? — прикинул я на себя. — Ремонт обуви (Новая газета. 2007. № 4);

— обращение к собеседнику-читателю (в форме существительного или глагола), что, безусловно, повышает эффективность коммуникативного акта между адресантом и адресатом: «бери куда выше», «вспомним» (Новая газета. 2006. № 88); «хоть мы с вами помнили», «о нас, жаждущих...» (там же. № 77);

— диалог автора с самим собой, вопросно-ответное единство или эпилемма — риторический прием, представляющий собой ситуацию, когда оратор возражает сам себе, а затем отвечает на это возражение. Таким образом, эссеист предлагает аудитории не результат работы мысли над фактами действительности, а сам процесс. И читатель становится «свидетелем» не внешней рефлексии автора, а внутренней: «Что мы знаем о нем? Независим.» (Новая газета. 2006. № 83); «Цыганки? Резвы. Князь Андрей? В мундире. Пьер? В штатском. Наташа? В белом. Русский народ? Его много и он в армяке» (там же. № 1); «Смешно? Допускаю. Странно? И это возможно» (там же. № 5).

3. Эллиптическая конструкция не выделена исследователями языка эссе, но предполагается как один из приемов синтаксиса21. Эллипсис представляет собой «пропуск элемента высказывания, легко восстанавливаемого в данном контексте или ситуации»22.

Визуально «ломаные» предложения эллипсиса, очевидно, отражают интонацию автора и призваны обозначить ее графически. Интонационное расчленение предложения, на наш взгляд, есть признак уверенности адресанта в эффективности и доступности информации, посылаемой адресату коммуникативного акта. Примеры эллипсиса, пропуска значимого элемента в предложении, мы находим практически в каждом тексте: «Я мало чего боюсь — "Наши" приводят меня в ужас» (Новая газета. 2006. № 13); «.как календарь — сезоны», «знакомое — непонятным», «мертвое — живым» (там же. 2007. № 4).

Нами найден и классифицирован прием мнимого эллипсиса, или, как мы его обозначили, псевдоэллиптический прием, используемый эссеистом с нарушением правил русского языка.

21 См.: Алексеева И.С. Профессиональный тренинг переводчика. СПб., 2001; Глушков Н.И. Очерковая проза. Ростов н/Д, 1979.

22 Ахманова О.С. Указ. соч. С. 525.

Псевдоэллипсис, имеющий лишь формальные признаки эллиптической фигуры — тире, выполняет только выделительно-интонационную функцию, позволяя автору максимально точно воспроизводить живую речь. Часто эссеист, который использует прием псевдоэллипсиса, нарушает синтаксические правила: «...в существовании потусторонней — нематериальной — реальности.», «запах воскресного — свежесмолотого — кофе» (там же); «.но — такое.», «Иначе — чего стесняться?», «но — соизмеряться с ней.» (там же. 2006. № 5).

Итак, эллипсис эссеист использует для того, чтобы установить максимально эффективный контакт с читателем, тогда как псевдоэллипсис выполняет только декоративную и интонационную функции и формирует уникальный авторский почерк.

4. Парцелляция — такое членение предложения, при котором «содержание высказывания реализуется не в одной, а в двух или

нескольких интонационно-смысловых речевых единицах, следую-

23

щих одна за другой после разделительной паузы»23.

В «Новой газете» находим следующие примеры парцелляции: «А для судьбы России еще и страшней. Неизлечимее. Как неизлечим возобновляющийся страх» (там же. 2006. № 5); «.они говорили: это антисемитский фильм. С места» (там же. № 13); «Взрыв раздражения. Даже — социальной ненависти. Ошибка» (там же. № 10).

Думается, парцелляцию автор использует с тем, чтобы привлечь внимание читателя к какому-либо факту или суждению, выделяя эту мысль в тексте графически.

5. Риторический вопрос — «утверждение или отрицание в форме вопроса, на который не ожидается ответ»24.

По утверждению Н.Л. Мишатиной, «прием риторических вопросов помогает раскрыть предположительность многих точек зрения по данной проблеме»25.

В современной лингвистике существует ряд классификаций риторических вопросов, которые находят обоснование в анализируемых нами эссе:

5.1 по наличию в предложении вопросительных местоимений или наречий различаются местоименные (а) и неместоименные (б);

5.2 по грамматическим средствам оформления делятся на имеющие такие компоненты, как вопросительная интонация (а), слово-расположение (б) и вопросительные слова (в)26;

5.3 риторические вопросы могут функционировать в составе серии вопросов и ответов — гипофора (а) и как одиночные (б);

23 Розенталь Д.Э., Теленкова М.А. Словарь-справочник лингвистических терминов. М., 1985. С. 199.

24 Там же. С. 44.

25 Мишатина Н.Л. Указ. соч. С. 26.

26 См.: Розенталь Д.Э., Теленкова М.А. Указ. соч.

5.4 по адресату различают такие виды, так адресованные конкретному собеседнику (а), не имеющие адресата (б) и адресованные самому автору (в)27.

В эссе С. Рассадина «.а я растерялся» (Новая газета. 2006. № 13) о беззаботной неопределенности в употреблении одного из самых знаковых слов ХХ—ХХ1 вв. мы встречаем разные по уровню сложности синтаксиса риторические вопросы — от «Но как все это аукнется стране? (X) Нам? (У)» (по предложенной выше типологии соответствует 5.1.а (X) и 5.1.а (У), 5.2.3 (X) и 5.2.а (У), 5.3.а, 5.4.б) до «.а разве не соблазнительны — не для избранных негодяев, если бы так, но для нормального обывателя — идеи мирового господства, превосходства твоей расы и т.д. и т.п.?» (5.1.б, 5.2.в, 5.3.б, 5.4.б).

Риторический вопрос смягчает субъективизм авторского утверждения не только синтаксическим знаком. Как правило, он предполагает возможность других точек зрения, но нередко превращается в эпилемму.

6. Аллюзии, реминисценции, которые заключается в «непрямом указании на известный исторический или литературный факт, намек на предшествующие события, тексты (в этом случае аллюзия строится на цитате)»28.

С цитацией, ассоциативностью, интертекстуальностью в эссе согласны многие исследователи, так как содержательная сторона текста — определяющий критерий жанра эссе. «Текст целой газетной статьи может представлять собой монтаж из цитат (и их трансформаций) художественного произведения, проецируемого на современную политическую (или иную) ситуацию»29. В большей степени, как нам кажется, это замечание относится к жанру эссе, так как «цитатные и квазицитатные вкрапления в газету рассчитаны на читателей разных уровней образования и культуры. скорее на высокообразованного интеллигента, чем на человека с начальным или средним образованием»30.

Мы обнаружили многочисленные примеры использования указанного стилистического приема:

«.а как раз хлестаковско-ноздревской легкостью»; «Леня» подозревал и пока был в себе, опасался" (Новая газета. 2006. № 13);

«.когда не худший из них Микоян (который сегодня ням-ням)...» (там же. № 5);

«.который — Шариков! — проповедует идею "отнять все да поделить"; "бедность не порок"» (там же. № 10). «История не знает сослагательного наклонения» (там же. № 77).

27 См.: Хазагеров Т.Г., ШиринаЛ.С. Общая риторика. Ростов н/Д, 1999.

28 Брусенская Л.А., Гаврилова Г.Ф., Малычева Н.В. Учебный словарь лингвистических терминов. Ростов н/Д, 2005. С. 11.

29 Земская Е.А. и другие. Указ. соч. С. 544.

30 Там же. С. 563.

Таким образом, прямая цитата, или пастиш, для эссеиста — это способ общения с подготовленной аудиторией, возможность наполнить текст дополнительным смыслом или подкрепить свое утверждение ссылкой на авторитетный источник.

7. Языковая игра. Отметим, что языковая игра — прием общего порядка в отличие, например, от эллипсиса. Однако использование эллиптической конструкции или аллюзии может быть и единичным, и комплексным: являться частью игровой стратегии. Более того, принципам языковой игры, в той или иной степени, отвечают все указанные выше приемы.

Сегодня языковая игра получает все большее теоретическое обоснование в работах исследователей массмедийного языка. Она трактуется как «игровые манипуляции с языком — его лексическими, грамматическими и фонетическими ресурсами, целью которых является получение "квалифицированным" читателем-эрудитом

эстетического удовлетворения от построенного на игровых взаи-

31

моотношениях с ним текста»31.

Подробная классификация приемов, с помощью которых в текстах В. Набокова реализована языковая игра, приведена в книге основателя школы игровой поэтики Г.Ф. Рахимкуловой. Предложенные исследовательницей формы выражения языковой игры нашли подтверждение в текстах эссе «Новой газеты»:

— каламбур — «фигура речи, состоящая в юмористическом использовании многозначности слова или звукового сходства различных слов»32. В эссе А. Боссарт о презентации фильма по процессу Ходорковского читаем: «Документальный фильм "Реакция" — не о Ходорковском. Как эта "щелочь" вступила в борьбу с "кислотой" и нейтрализована, мы знаем» (2005. № 82). В образе химического явления здесь угадываются политические силы современной России. А заголовок эссе «Опечатки пальцев» о том, что в книгах Конан Дойля эпоха не говорит, а «проговаривается», указывает нам на художественное мастерство автора детективов. (2005. № 10);

— окказионализм — «слово, образованное по непродуктивной модели, используемое только в условиях данного контекста»33. Окказиональными словами пестрят заглавия и тексты эссе «Новой газеты», например «страна Чекистия» (2006. № 83), «Встреча со свинксом» (2005. № 53), «взяткодатели» (2006. № 10), «Урок элите-ратуры» (2005. № 75);

31 Рахимкулова Г.Ф. Олакрез Нарцисса: Проза Владимира Набокова в зеркале языковой игры. Ростов н/Д, 2003. С. 63—64.

32 Розенталь Д.Э., Теленкова М.А. Указ. соч. С. 103.

33 Там же. С. 174.

— фонетическая игра, представленная в тексте аллитерацией, ассонансом, рифмой, ритмом, ономатопеей и т.д. В эссе находим ритмически организованные заголовки: «Ра-бы-не-мы» (2005. № 82), аллитерации: «Фрида на фоне Лары» (2005. № 89), «Ничье старичье» (2005. № 53);

— скобки, точнее, «сознательное превращение их в один из сущ-ностно значимых элементов игры с читателем»34. В скобки автор заключает эмоциональные ремарки или подкрепляет предыдущее высказывание иным тезисом: «Валят на христианскую, тем более православную этику (дескать, богачу войти в Царствие Небесное — как верблюду сквозь игольное ушко), на ментальность, подпитанную отечественной словесностью ("Бедность не порок"). Нет, не социальных инстинктов (их проявление, говорю, встретишь в любом троллейбусе), но социального сознания» (2006. № 10).

Итак, было выделено семь стилевых приемов, характерных для современной российской эссеистики начала двадцать первого века. Поскольку эссе является ярчайшим с точки зрения стилистики жанром печати, исследование его речевого своеобразия — весьма результативное направление отечественной теории языка массмедиа. Наша классификация не является исчерпывающей и, безусловно, может быть дополнена и скорректирована.

Поступила в редакцию 11.06.2008

34 Рахимкулова Г.Ф. Указ. соч. С. 231.