Средство, обладающее кардиопротекторной активностью
AGENT WITH CARDIOPROTECTIVE ACTIVITY

Изобретение относится к медицине, конкретно к фармакологии, и касается средств, обладающих кардиопротекторной активностью.
Известны средства, обладающие кардиопротекторной активностью, среди них негликозидное кардиотоническое средство, обладающее вазодилятирующими свойствами - кальциевый сенситайзер (левосимендан) [1, 2, 3], бета-блокаторы (карведилол, бисопролол, метопролол, небиволол) [4, 5]; фосфокреатин [6], сукцинатсодержащие препараты (меглюмина натрия сукцинат, этилметилгидроксипиридина сукцинат) [7, 8]; ингибиторы g-бутиробетаин-гидроксилазы (мельдоний) [9, 10]; производные пиперазина (триметазидин, ранолазин) [11], ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента (зофеноприл, рамиприл, каптоприл, трандолаприл) [12, 13, 14, 15]. 2,4,6-Триметил-3-оксипиридин сукцинат, этилметилгидроксипиридина сукцинат и мельдоний относятся к «метаболическим» и имеют недостаточно высокую клиническую эффективность [16, 17].
Задачей изобретения является расширение арсенала средств, обладающих кардиопротекторной активностью.
Поставленная задача решается применением триптантрин-6-оксима в качестве кардиопротекторного средств.
Использование триптантрин-6-оксима в качестве кардиопротекторного средства в литературе не описано.
Принципиально новым в предлагаемом изобретении является то, что в качестве кардиопротекторного средства используют триптантрин-6-оксим.
Данный вид активности соединения явным образом не вытекает из уровня техники и неочевиден для специалиста.
Триптантрин-6-оксим может найти применение при лечении широко распространенных и социально значимых заболеваний сердечно-сосудистой системы.
Таким образом, данное техническое решение соответствует критериям изобретения: "новизна", "изобретательский уровень", "промышленно применимо".
Новые свойства триптантрин-6-оксима были обнаружены благодаря экспериментальным исследованиям.
Эксперименты по изучению кардиопротектрной активности триптантрин-6-оксима проводили на крысах Вистар.
Эксперименты по изучению кардиопротекторной активности триптантрин-6-оксима проведены на 20 крысах самцах сток Вистар массой 250-280 г (ложнооперированные крысы - n=5, группа контроля - n=8, опытная группа - n=7). Содержание животных осуществлялось в соответствии с правилами, принятыми Европейской конвенцией по защите позвоночных животных (Страсбург, 1986). Крысы находились в стандартных пластиковых клетках фирмы VELAZ на подстилке из мелкой древесной стружки по пять особей в клетке в открытом режиме. Температура воздуха в виварии 20-23°С, влажность - не более 50%, объем воздухообмена (вытяжка : приток) - 8:10, световой режим (день : ночь) - 1:1. Кормление животных осуществлялось в соответствии с регламентирующими документами на содержание животных [18].
Модель ишемии миокарда с последующей реперфузией (ИМ) воспроизводили по методу А.Х. Когана [19]. Модель воспроизводили у крыс путем окклюзии левой коронарной артерии, время для проведения реперфузии подбирали таким образом, чтобы в зоне ишемии миокарда сформировался очаг некроза.
Для проведения анестезии пропофолом животным имплантировали катетер в левую бедренную вену, используя для этого кратковременную анестезию диэтиловым эфиром. Пропофол вводили внутривенно в дозе 10 мг/кг/час. В период операции поддерживали ректальную температуру животных в диапазоне 37±0,5°С с использованием Homeothermic Blanket Control Unit (Harvard Apparatus, USA). После достижения хирургической стадии наркоза животное интубировали без нарушения целостности трахеи и подключали к аппарату искусственной вентиляции легких (ИВЛ) Rodent Ventilator 7025 (Италия). После проведения торако- и перикардотомии проводили лигирование атравматической иглой левой коронарной артерии на уровне нижнего края auricula sinistra без нарушения топографии сердца в грудной клетке. Концы лигатуры для проведения управляемой окклюзии пропускали через полиэтиленовую трубку длиной 10 мм и диаметром 2 мм. Края раны соединяли зажимами, восстанавливая целостность грудной клетки, и выводили конец полиэтиленовой трубки с лигатурными нитями наружу. Окклюзию коронарной артерии проводили натяжением концов лигатуры и фиксацией их зажимом. Для верификации окклюзии коронарной артерии проводили мониторирование ЭКГ в трех стандартных отведениях с использованием компьютерного электрокардиографа Поли-Спектр-8/Л. Для проведения реперфузии освобождали концы лигатуры от натяжения, снимая зажим. Длительность окклюзии левой коронарной артерии составляла 45 мин. Полиэтиленовую трубку извлекали из грудной полости, раневую поверхность промывали стерильным физиологическим раствором и послойно ушивали мышцы, герметизируя грудную клетку. Концы лигатуры свободно, без натяжения располагали под кожей, обработав антисептиком, и накладывали на кожу швы. Катетер из вены извлекали. После восстановления самостоятельного дыхания животных отключали от ИВЛ и экстубировали. После выхода из наркоза животных возвращали в клетки со свободным доступом к воде и пище. В группе ложнооперированных животных проводилось аналогичное оперативное вмешательство, но без затягивания лигатурных нитей.
На модели ИМ у крыс исследовали кардиопротекторную активность соединения по влиянию на размер зоны инфаркта. Для этого окрашивали зоны ишемии (риска) и некроза и рассчитывали их соотношение. Определение размеров зон гипоперфузии и некроза в миокарде проводили на 5-е сутки после моделирования ИМ. Наркотизированных тиопентал-натрием крыс подключали к ИВЛ, вскрывали грудную клетку, освобождали лигатуру и затягивали ее. Для выявления зоны гипоперфузии в бедренную вену болюсом вводили 0,2 мл 5% раствора красителя patent blue violet («Sigma») и через 10-20 с извлекали сердце. Участки миокарда с сохраненной перфузией окрашивались в зеленый цвет, неперфузируемые области оставались неокрашенными.
От сердца отсекали предсердия и правый желудочек, левый желудочек сердца замораживали при температуре -12°С в течение 2-3 часов, после чего с помощью тканевой матрицы RBM-2000C разрезали на серию поперечных срезов. Полученные срезы размещали на трех предметных стеклах, накрывали каждое предметным стеклом во избежание высыхания срезов и сканировали на HP Scanjet 3770 (Hewlett-Packard, Китай) с использованием программного обеспечения «Директор НР» v. 43.1.6.000 при разрешении 600 dpi и сохраняли в формате *.tiff. После этого срезы на стеклах окрашивали 1% раствором нитросинего тетразолия (НСТ) («Sigma») по Зелигману и Рутенбергу в течение 10-15 мин при 40°С для выявления зон инфаркта по уровню дегидрогеназной активности [20]. После окрашивания срезы вновь сканировали. Полученные изображения обрабатывали с использованием программы «Adobe Photoshop 6.0». Критерием кардиопротекторной активности служило уменьшение под влиянием триптантрин-6-оксима отношения размера зоны некроза к размеру зоны риска.
Крысам опытной группы внутрибрюшинно вводили триптантрин-6-оксим в дозе 12,5 мг/кг. В качестве растворителя для триптантрин-6-оксима использовали 0,9% раствор NaCl с TWIN 80 в объеме 2 мл. Введения проводили в период ишемии миокарда и в течение 5 суток после моделирования ИМ один раз в сутки. Крысам контрольной группы и ложнооперированным животным внутрибрюшинно вводили растворитель - 0,9% раствор NaCl с TWIN 80 в объеме 2 мл по той же схеме.
Для статистической обработки данных использовали пакет программного обеспечения «Statistica 6.0». Рассчитывали среднее значение, стандартную ошибку. Достоверность различий (p<0,05) между сериями определяли с помощью U-теста Манна-Уитни, t-критерия Стьюдента и точного критерия Фишера.
Кардиопротекторный эффект триптантрин-6-оксима представлен в примерах 1-3 и таблице.
Пример 1. Оперативное вмешательство у ложнооперированных животных не вызывало изменений в структуре миокарда (табл.: Ложнооперированные).
Пример 2. Размер зоны гипоперфузии, в которую не поступил краситель patent blue violet вследствие окклюзии лигатурой коронарной артерии, в контрольной группе составил 36±2% от общей площади поперечных срезов миокарда (табл.: Контроль). У животных контрольной группы площадь участков с резко сниженной дегидрогеназной активностью, то есть зоны инфаркта миокарда, составила 25±1% от общей площади срезов миокарда и 62±3% от площади зоны гипоперфузии (табл.: Контроль).
Таким образом, в контрольной группе к 5 суткам после 45-минутной ишемия миокарда с последующей реперфузией у животных приводила к развитию обширного инфаркта миокарда.
Пример 3. Размер зоны гипоперфузии миокарда у крыс, которым внутрибрюшинно вводили триптантрин-6-оксима в дозе 12,5 мг/кг, составил 34±1% от общей площади поперечных срезов миокарда (табл.: Триптантрин-6-оксим). Данный показатель опытной группы не отличался от значений контроля. В группе опытных крыс размер зоны ИМ был достоверно ниже показателя контрольной группы и составил 13±2% от общей площади срезов миокарда и 31±5% от площади зоны гипоперфузии (табл.: Триптантрин-6-оксим).
Таким образом, триптантрин-6-оксим проявлял кардиопротекторную активность, что выразилось в уменьшении размера зоны некроза в миокарде после его ишемии и реперфузии.
Источники литературы, принятые во внимание:
1. Явелов И.С. Клиническая эффективность сенситизатора кальция - представителя нового класса препаратов с положительным инотропным действием при сердечной недостаточности и инфаркте миокарда // Сердечная недостаточность. - 2005. - №1. - С. 33-45.
2. Moiseev V.S.,  P., Andrejens N., Ruda M.Y., Golikov А.Р., Lazebnik L.B. Safety and efficacy of a novel calcium sensitizer, levosimendan, in patients with left ventricular failure due to an acute myocardial infarction. A randomized, placebo-controlled, double-blind study (RUSSLAN) // Eur. Heart J. - 2002. - Vol. 23, №18. - p. 1422-1432.
3. Papp Z.,  K., Pollesello P., Haikala H. et al. Pharmacological mechanisms contributing to the clinical efficacy of levosimendan // Cardiovasc. Drug. Rev. - 2005. - Vol. 23, №1. - P. 71-98.
4. Ibanez В., Macaya C.,  V. et al. Effect of early metoprolol on infarct size in ST-segment-elevation myocardial infarction patients undergoing primary percutaneous coronary intervention: the Effect of Metoprolol in Cardioprotection during an Acute Myocardial Infarction (METOCARD-CNIC) trial // Circulation. - 2013. - Vol. 128, №14. - P. 1495-1503.
5. Лупанов В.П. Кардиоселективный бета-блокатор бисопролол в лечении больных ишемической болезнью сердца // Российский кардиологический журнал. - 2011. - Т. 89, №3. - С. 96-100.
6. Иоселиани Д.Г., Колединский А.Г., Кучкина Н.В. Ограничивает ли внутрик6ронарное введение фосфокреатина реперфузионное повреждение миокарда при ангиопластике инфарктответственной коронарной артерии в остром периоде инфаркта миокарда? // Международный журнал интервенционной кардиологии. - 2006. - №11. - С. 10-16.
7. Афанасьев В.В. Клиническая фармакология реамберина (очерк) - СПб., 2005. - С. 20.
8. Сыренский А.В., Галагудза М.М., Егорова Е.И. и др. Влияние изменения метаболического и антиоксидатного статуса миокарда на выраженность его ишемического и реперфузионного повреждения // Российский физиологический журнал им. И.М. Сеченова. - 2008. - Т. 94, №10. - С. 1171-1180.
9. Люсов В.А., Савчук В.И., Савенков П.М. Гемодинамические эффекты милдроната в клинике у больных инфарктом миокарда с сердечной недостаточностью и в эксперименте // Экспер. и клин. фармакотер. - Рига: Зинатне, 1991. - Вып. 19. - С. 113-117.
10. Дзерве В.Я., Калвиньш И.Я. Милдронат в кардиологии - Рига, 2013. - С. 16-63.
11. Фомин В.В., Моисеев С.В. Триметазидин в лечении сердечно-сосудистых заболеваний: доказанные возможности и перспективы // Клиницист. - 2007. - №1. - С. 46-52.
12. Borghi С., Ambrosioni Е., Omboni S. et al. Cost-effectiveness of zofenopril in patientswith left ventricular systolic dysfunctionafter acute myocardial infarction: a posthoc analysis of SMILE-4 // Clinicoeconomics and Outcomes Research. - 2013. - №5. - P. 317-325.
13. Pfeffer M.A., Braunwald E.,  L. et al. Effect of captopril on mortality and morbidity in patients with left ventricular dysfunction after myocardial infarction: results of the survival and ventricular enlargement trial // N. Engl. J. Med. - 1992. - Vol. 327. - P. 669-677.
14. Acute Infarction Ramipril Efficacy (AIRE) Study Investigators. Effect of ramipril on mortality and morbidity of survivors of acute myocardial infarction with clinical evidence of heart failure // Lancet. - 1993. - Vol. 342. - P. 821-828.
15. Kober L., Torp-Pedersen C., Carlsen J.E. et al. A clinical trial of the angiotensin-converting-enzyme inhibitor trandolapril in patients with left ventricular dysfunction after myocardial infarction // N. Engl. J. Med. - 1995. - Vol. 333. - P. 1670-1676.
16. Мареев В.Ю., Агеев Ф.Т., Арутюнов Г.П. и др. Национальные рекомендации ОССН, РКО и РНМОТ по диагностике и лечению ХСН (четвертый пересмотр) // Сердечная недостаточность. - 2013. - Т. 14, №7. - С. 379-472.
17. Мареев В.Ю. Сердечная недостаточность и желудочковые нарушения ритма сердца: проблемы лечения // Кардиология. - 1996. - Т. 36, №12. - С. 4-12.
18. Каркищенко Н.Н. Лабораторные животные - М., 2003. - С. 129-134.
19. Коган А.Х. Хирургический метод моделирования коронароокклюзионного инфаркта и аневризмы сердца у крыс // Патол. физиол. и эксперим. терапия. - 1979. - №3. -С. 79-81.
20. Пирс Э. Гистохимия теоретическая и прикладная - М.: Изд-во иностранной литературы, 1956. - С. 417.