Признаки объекта и потерпевшего в составе преступления, предусмотренного ст. 150 УК РФ

ПРИЗНАКИ ОБЪЕКТА И ПОТЕРПЕВШЕГО В СОСТАВЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ, ПРЕДУСМОТРЕНОГО СТ. 150 УК РФ

Коровин Е.П. г. Ставрополь

Мировое сообщество в качестве первоочередной задачи уже давно определило защиту детей от различных негативных явлений современной жизни.

Ряд международных нормативных актов (Всеобщая декларация прав человека 1948 г., Декларация о правах ребенка 1959 г., Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г., Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах 1966 г., Декларация о социальных и правовых принципах, касающихся защиты и благополучия детей, особенно при передаче детей на воспитание и усыновление на национальном и международном уровнях, 1986 г., Руководящие принципы ООН для предупреждения преступности среди несовершеннолетних, 1990 г., Минимальные стандартные правила ООН, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, 1990 г.) устанавливают международно-правовые стандарты в области охраны семьи и несовершеннолетних.

Особое место среди таких документов занимает Конвенция ООН о правах ребенка, принятая 44-й сессией Генеральной Ассамблеи ООН в 1989 году. Она провозгласила важнейшие права ребенка на жизнь, здоровье, заботу со стороны родителей, защиту от любых форм агрессии, эксплуатации и негативной информации и поэтому не случайно ее называют «Великой хартией вольности для детей» или «Мировой Конституцией прав ребенка».

Реализуя положения упомянутых международных актов, Конституция РФ в ст.38 подчеркивает: «материнство и детство, семья находятся под защитой государства»1. Таким образом, охрана несовершеннолетних, защита их законных прав и интересов является одним из основных направлений деятельности российского государства.

Особое место среди нормативных документов, охраняющих права и интересы несовершеннолетних, занимает Уголовный кодекс РФ 1996 г., в котором впервые появилась специальная глава о преступлениях против семьи и несовершеннолетних (гл. 20) являющаяся одной из форм осуществления принципов, провозглашенных в ст. 38 Конституции РФ.

Одним из проявлений такой защиты является установление в ст. 150 УК РФ уголовноправового запрета на криминальное влияние взрослых лиц на несовершеннолетних. Зависимость преступности взрослых от преступности несовершеннолетних давно известна, поскольку последняя является источником и резервом всей преступности. Так, в п.1 Руководящих принципов ООН для предупреждения преступности среди несовершеннолетних, 1990 г. указано: «Предупреждение преступности среди несовершеннолетних является важнейшим аспектом предупреждения преступности в обществе»2.

Тенденция все большего участия подростков в преступной деятельности совместно со взрослыми очень опасна. По данным криминологических исследований более трети преступлений (около 38%) подростки совершают под непосредственным влиянием взрослых3.

Влияние взрослых лиц на несовершеннолетних имеет высокую общественную опасность не только в силу значительности вреда, причиненного нормальному развитию последних, но и потому, что в результате такого влияния возникает вероятность самостоятельного вступления несовершеннолетних, наиболее подверженных постороннему влиянию на преступный путь.

Необходимость защиты несовершеннолетних от криминального влияния взрослых лиц объясняется тем, что моральные чувства у них еще не имеют характера устойчивых нравственных убеждений.

В настоящей статье мы рассмотрим признаки объекта и потерпевшего в составе преступления,

1 Конституция Российской Федерации. М.: Юрид. лит., 1993. С. 15.

2 Приняты 14.12.1990г. Резолюцией 45/112 на 68-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН. // Консультант Плюс - справочная правовая система, раздел «Законодательство».

3 О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях несовершеннолетних. // Бюллетень ВС РФ,

2000. №° 6. С. 21.

5

УГОЛОВНАЯ ПОЛИТИКА СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА занимает А.Н. Красиков, который считает, что «личностью в праве может считаться не всякий человек, а только тот, кто, получая при рождении права и свободы, способен самостоятельно ими владеть, распоряжаться, а также самостоятельно исполнять установленные государством обязанности»1. Однако, с нашей точки зрения, такая трактовка соотношения рассматриваемых понятий для уголовного права вряд ли может быть приемлема. В такой ситуации раздел VII УК РФ защищает права, свободы и законные интересы только тех индивидов, которые уже стали личностью и в состоянии самостоятельно осуществлять свои права и свободы и выполнять обязанности. Мы считаем справедливой позицию С.В. Бородина, который утверждает, что «при таком подходе без уголовноправовой защиты остались бы подростки, престарелые, лица, находящиеся в беспомощном состоянии, а также лица, страдающие психическими расстройствами. Сказанное дает основания для вывода о том, что понятия «личность» и «человек» в уголовном праве необходимо воспринимать как равнозначные»2. И.Л. Петрухин полагает, что и в более широком плане с юридических позиций понятия «личность» и «человек» равны3.

Наука уголовного права рассматривает человека как существо одновременно и биологическое, и социальное. Личность выступает его социальной характеристикой, хотя ее формирование зависит как от биологических, так и от социальных факторов, находящихся во взаимозависимости4. Поэтому нормальное физическое развитие, обусловленное биологическими особенностями человека и социальными условиями, в которых оно протекает, является основой гармонического формирования личности в целом. В связи с этим, уголовный закон в качестве объекта уголовно-правовой охраны предусматривает не только человека как индивида: его жизнь, здоровье, свободу, честь и достоинство, но и те общественные отношения, которые обеспечивают условия всестороннего развития личности. Поэтому несовершеннолетний рассматривается как личность, т.е. социо-биологический индивид, которому причиняются нравственно-психологический вред. Взрослый человек, при вовлечении им несовершеннолетнего в совершение преступления, своими преступными действиями нарушает созданную и действующую систему государственной политики по реализации основных гарантий прав и законных интересов ребенка в Российской Федерации и посягает на заинтересованность общества и государства в формировании и воспитании подрастающего поколения.

Таким образом, родовым объектом посягательств, связанных с вовлечением несовершеннолетних совершение преступлений следует считать общественные отношения, обеспечивающие нормальное функционирование личности.

Видовым объектом принято признавать группу близких общественных отношений, взаимосвязанных с другими однородными общественными отношениями в рамках родового объекта. Таким образом, внутри раздела Особенной части УК РФ главы выделяются именно по видовому объекту.

Как мы уже отмечали, законодателем в УК РФ впервые выделена самостоятельная глава 20 «Преступления против семьи и несовершеннолетних». Сделано это в целях защиты, сохранения и развития семьи, как одного из важнейших институтов, обеспечивающих процесс передачи социального опыта от поколения к поколению; обеспечения нормального, с точки зрения общества и государства, формирования личности несовершеннолетнего. Содержащиеся в этой главе преступления посягают на интересы семьи и несовершеннолетних.

С точки зрения М.Г. Аутлева, видовым объектом для преступлений главы 20 УК РФ должны выступать общественные отношения, складывающиеся в процессе воспитания, развития и формирования личности несовершеннолетнего5. Ю.Е. Пудовочкин полагает, что видовой объект состава преступления, указанного в ст. 150 УК РФ, соответствует непосредственному объекту в распространенной ранее трехчленной классификации6. Позволим себе не согласиться с мнением этих

1 Красиков А.Н. Уголовно-правовая охрана прав и свобод человека в России. Саратов, 1996. С.5.

2 Бородин С.В. Преступления против жизни. М., 1999. С. 11.

3 См.: Конституция Российской Федерации: Научно-практический комментарий / Под ред. Б.Н. Топорнина. М., 1997. С. 188.

4 Козаченко И.Я. Структура объекта в преступлениях против личности // Уголовное право в борьбе с преступностью: Сб.трудов. Свердловск: СвЮИ, 1987. - С.62.

5 Аутлев М.Г Криминологическая характеристика и уголовно-правовые меры противодействия преступлениям против несовершеннолетних (ст. 150, 151 УК РФ). Автореф. дис. ... канд. юрид. наук СПБ., 2004. С. 12.

6 Пудовочкин Ю.Е. Ответственность за преступления против несовершеннолетних по российскому уголовному праву. СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс», 2002. С. 96.

7

УГОЛОВНАЯ ПОЛИТИКА СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА предусмотренного ст. 150 УК РФ.

Объект преступления является одним из важнейших элементов преступления. Как справедливо отметил В.К. Глистин: «проблема объекта преступления - одна из сложных и спорных в теории уголовного права»1. В современной юридической литературе существует множество подходов к определению понятия объекта преступного посягательства и классификации объектов. Практически все специалисты исходят из того, что объект преступления - это то, на что посягает преступное деяние, чему оно причиняет или может причинить вред. В настоящее время в отечественной науке уголовного права существует два диаметрально противоположных концептуальных подхода к проблеме объекта. Согласно одной концепции объектом преступлений являются блага, ценности, интересы, согласно другой - совокупность общественных отношений. Обе концепции имеют свои исторические корни и современных последователей.

В качестве исходной позиции мы приняли, верное, на наш взгляд, мнение, большинства авторов, что объектом преступного посягательства являются общественные отношения2.

В структуре УК РФ (1996 г.) выделение в Особенной части разделов и глав приводит к необходимости вспомнить о четырехступенчатой классификации объекта преступлений, предложенной Е.А. Фроловым, который в свое время между родовым и непосредственным объектами выделил видовой, соотносящийся с родовым объектом, как часть с целым3. Исходя из такой позиции, по вертикали выделяют следующие виды объектов: общий, родовой, видовой и непосредственный. По горизонтали классификация объектов проводится на уровне непосредственного объекта. Здесь выделяют три вида объектов: основной, дополнительный и факультативный.

Под общим объектом понимается совокупность всех общественных отношений, охраняемых уголовным законом от преступных посягательств. Если проанализировать все статьи Особенной части УК РФ, то в совокупности мы получим исчерпывающий перечень общественных отношений, образующих общий объект уголовно-правовой защиты. А.В.Наумов определял общий объект как сумму охраняемых уголовным законом объектов4. Для достижения целей настоящей статьи определение общего объекта принципиального значения не имеет.

Содержанием родового объекта является группа однородных по своей сущности общественных отношений, охраняемых единым комплексом взаимосвязанных уголовно-правовых норм. Родовой объект положен в основу деления Особенной части УК на самостоятельные разделы, в которых составы преступлений объединены по своей юридической природе.

Статья 150 УК РФ, предусматривающая ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления расположена в разделе VII «Преступления против личности», в отличие от ранее существовавшей ст.210 УК РСФСР (1960 г.), находившейся в главе 10 «Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения». Такая точка зрения законодателя означает, что указанное преступление причиняет вред, прежде всего самому несовершеннолетнему как личности, а не общественному порядку, обеспечивающему нормальное развитие несовершеннолетнего, как было ранее. На наш взгляд, отнесение интересов развивающейся и формирующейся личности несовершеннолетнего к родовому объекту группы преступлений, которые включены в раздел VII УК РФ является важным шагом в развитии отечественного уголовного законодательства. Данная позиция государства отражает закрепленную в Конституции РФ (1993 г.) иерархию охраняемых законом человеческих ценностей, в которой личность ее права и свободы поставлены на первое место, а на последующих местах расположились интересы общества и государства.

Поскольку в УК РФ глава 20 «Преступления против семьи и несовершеннолетних» является составной частью раздела VII «Преступления против личности», существенное значение имеет выяснение соотношения понятий «личность» и «человек». В научной литературе по данному вопросу единой позиции не существует. Одни авторы утверждают, что личностью не рождаются, ею становятся, а потому понятие «личность» несколько уже понятия «человек»5. Аналогичную позицию

1 Глистин В.К. Проблема уголовно-правовой охраны общественных отношений. Л., 1979. С. 3.

2 Никифоров Б.С. Объект преступления по советскому уголовному праву. М.: Юрид. лит-ра, 1960. С. 10; Коржанский Н.И. Объект и предмет уголовно-правовой охраны. М.: Академия МВД СССР, 1980. С.87.

3 Фролов Е.А. Спорные вопросы учения об объекте преступления // Сб. научн. трудов. Вып. 10. Свердловск: СвЮИ, 1969. С. 184-225.

4 Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть: Курс лекций. М, 1996. С. 151.

5 Матузов Н.И. Личность. Права. Демократия. Саратов, 1972. С. 69.

6

УГОЛОВНАЯ ПОЛИТИКА СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА

авторов. Мы считаем, что при рассмотрении видового объекта главы 20 УК РФ нельзя забывать о том, что ряд содержащихся в ней преступлений посягают не только на интересы несовершеннолетних, но и на интересы родителей, усыновителей и семьи в целом. Поэтому более правильной, по нашему мнению будет позиция тех авторов, которые, раскрывая видовой объект преступлений данной категории, говорят о совокупности интересов семьи и несовершеннолетних, а так же общественных отношений, складывающихся внутри семьи и вокруг нее1.

Непосредственный объект - это совокупность общественных отношений, которым непосредственно причиняется вред или создается угроза причинения такого вреда в результате совершения преступления. Как мы отмечали выше, традиционно выделяют основной непосредственный объект, дополнительный непосредственный объект и факультативный непосредственный объект. Основной объект обладает двумя отличительными признаками: во-первых, он обязателен для состава преступления; во-вторых, особо значим по сравнению с иными объектами одного и того же состава преступления.

Г.М. Миньковский и Г.З. Брускин считали, что непосредственным объектом преступного посягательства при вовлечении несовершеннолетнего в преступную деятельность является правильное воспитание и нормальное духовное и физическое развитие конкретного несовершеннолетнего. При вовлечении в любое преступление, снижается эффективность совместных усилий семьи, школы и общественности, направленных на воспитание подростка в духе нравственных принципов нашего общества, формируется или усиливается явственная деформация личности2.

«Непосредственным объектом преступлений, предусмотренных ст. 150, 151 УК РФ, - считает В.Г. Пономарев, - являются общественные отношения, обеспечивающие права и законные интересы несовершеннолетних, осуществление обязанностей родителей и иных лиц по их воспитанию, образованию и защите»3.

По мнению А.В. Осипьян основным непосредственным объектом вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления следует признать общественные отношения, обеспечивающие право несовершеннолетнего на защиту от информации, наносящей вред его нравственному и духовному развитию4. Действительно, государство, обеспечивая право ребенка на защиту от информации, пропаганды и агитации, причиняющих вред его развитию, тем самым создает условия нормального, правильного формирования личности ребенка.

С точки зрения В.А. Якушина, основным непосредственным объектом данного преступления являются интересы нормального интеллектуального, духовного и физического развития несовершеннолетнего5. Эта позиция может быть приемлема с одной оговоркой. Общественные отношения, обеспечивающие нормальное физическое развитие несовершеннолетнего вряд ли можно признавать основным непосредственным объектом. В тех случаях, когда для вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления применяется насилие, здоровье или телесная неприкосновенность должны, на наш взгляд, рассматриваться как дополнительный непосредственный объект преступления.

Проведенный анализ позволяет нам сделать вывод о том, что основным непосредственным объектом вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления следует признать общественные отношения, обеспечивающие правильное воспитание несовершеннолетнего, а также его нормальное нравственное и духовное развитие.

Под дополнительным объектом в юридической литературе понимают общественные отно-

1 См., например: Осипьян А.В. Вовлечение несовершеннолетних в совершение преступлений или иных антиобщественных действий (уголовно-правовые и криминологические аспекты). Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Ростов н/Д, 2004. - С. 5; Иванова М.В. Ответственность и наказание за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления. Дисс... канд. юрид. наук. Волгоград, 2004. С. 21; Уголовное право России. Практический курс: Учебник для студентов вузов. \ Под общ. ред. РА. Адельханяна; под науч. ред. А.В. Наумова; 2. изд., перераб. и доп. М.: Волтерс Клувер, 2004. С. 345.

2 Миньковский ГМ., Брускин Г.З. Общая характеристика вовлечения несовершеннолетних в преступную деятельность и иное антиобщественное поведение // Проблемы борьбы с вовлечением несовершеннолетних в антиобщественное поведение. М., 1981 С.7.

3 Российское уголовное право: В 2-х т. Т.2 Особенная часть / Под ред. проф. А.И. Рарога. М.: Профобразование. 2003. С. 156.

4 Осипьян А.В. Указ.соч. С. 5.

5 Уголовное право Российской Федерации: Особенная часть: Учебник. 2-е изд., испр. и доп. / Под ред. профессора Л.В. Иногамова-Хегай. М.: ИНФРА-М, 2005. С. 107.

8

УГОЛОВНАЯ ПОЛИТИКА СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА шения причинение вреда которым является обязательным условием уголовной ответственности. По мнению А.В. Наумова, это объект, всегда связанный «с причинением ему того или иного вреда сопутствующим преступным посягательством (либо с угрозой причинения такого вреда)»1. Таким образом, дополнительный объект охраняется наряду с основным объектом и является обязательным для состава преступления, что учитывается при квалификации. Определяя содержание дополнительного объекта, следует исходить из того, что он находится в плоскости другого видового, а иногда и родового объекта. Так при угрозе распространения сведений позорящих несовершеннолетнего или его близких дополнительным объектом могут выступать конституционные права личности на достоинство, тайну личной и семейной жизни. Угроза уничтожением или повреждением имущества несовершеннолетнего посягает на отношения собственности.

Особенно тяжкий вред интересам личности может быть причинен путем применения насилия или угрозы применения насилия. Поэтому использование таких способов вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления законодатель рассматривает в качестве особо квалифицирующего признака. В данном случае дополнительным непосредственным объектом является физическое или психическое здоровье несовершеннолетнего, либо его телесная неприкосновенность.

Под факультативным непосредственным объектом понимается общественное отношение, которому причиняется (но не обязательно) ущерб наряду с основным объектом в рамках одного конкретного преступления. Он не является обязательным для характеристики состава преступления, следовательно, причинение или угроза причинения ему вреда значения при квалификации не имеет.

Исследование объекта вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления позволяет сделать вывод о том, что хотя данной проблеме со стороны специалистов в теории уголовного права и уделяется значительное внимание, тем не менее, она не находит однозначного понимания.

При рассмотрении объекта преступления значительный интерес представляет вопрос об уголовно-правовой характеристике предмета. Предмет преступления в анализируемой отсутствует, поскольку в науке уголовного права, исходя из этических соображений, не принято употреблять этот термин в отношении человека. В таких случаях в юридической литературе используется понятие «потерпевший»2.

Согласно ч. 1 ст. 42 УПК РФ потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации. Характеристика лица, в отношении которого совершается общественно опасное деяние, в рассматриваемом случае имеет значение для квалификации преступления, поскольку согласно диспозиции ст. 150 УК РФ им должен являться несовершеннолетний.

При буквальном толковании рассматриваемой нормы, потерпевшим может быть признано лишь лицо мужского пола, поскольку в диспозиции ст. 150 УК РФ говорится о вовлечении несовершеннолетнего, т.е. термин употребляется в мужском роде.

Однако совершенно ясно, что ст. 150 УК РФ охраняет интересы несовершеннолетних лиц любого пола. В связи с этим, по нашему мнению, законодатель должен внести в эту статью поправку, указав после слова «вовлечение» вместо слова «несовершеннолетнего» - «несовершеннолетнего (несовершеннолетней)», как это сделано, например, в п. «д» ч.2 ст. 132 УК РФ.

Помимо этого квалификация действий взрослого вовлекающего зависит от возраста вовлекаемого несовершеннолетнего.

Статья 1 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации»3, а также ст. 21 Гражданского кодекса РФ4 наступление совершеннолетия связывают с достижением лицом восемнадцатилетнего возраста. Таким образом, однозначно можно утверждать, что лицо, достигшее 18 летнего возраста вовлекшее его в совершение преступления другое лицо, достигшее совершеннолетия, не будет нести ответственность по ст.150 УК РФ, а последний не может быть признан потерпевшим. Вместе с тем действующий уголовный закон не устанавливает минимальный возраст потерпевшего при совершении преступления, предусмотренного ст. 150 УК РФ.

1 Наумов А.В. Указ. соч. С. 152.

2 См.: Коржанский Н.И. Указ.соч. С. 125.

3 Российская газета, 1998. 5 августа.

4 Собрание законодательства РФ, 05.12.1994, № 32, ст. 3301.

9

УГОЛОВНАЯ ПОЛИТИКА СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА

Гражданское законодательство России подразделяет лиц, не достигших совершеннолетия, на две группы: 1) несовершеннолетние, т.е. лица в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет (ст. 26 ГК РФ); 2) малолетние, т.е. лица, не достигшие четырнадцати лет (ст. 28 ГК РФ).

Согласно ч.1 ст.87 УК РФ несовершеннолетними признаются лица, которым ко времени совершения преступления исполнилось четырнадцать, но не исполнилось восемнадцати лет. Однако положение этой нормы в большей степени распространяется на несовершеннолетних, являющихся субъектом того или иного преступления. Мы же рассматриваем возрастной критерий потерпевшего.

Пленум Верховного Суда РФ по этому вопросу занял не достаточно определенную позицию. Так, в п.9 постановления от 14 февраля 2000 г. № 7 «О судебной практике по делам несовершеннолетних» указано: «совершение преступления с использованием лица, не подлежащего уголовной ответственности в силу возраста (статья 20 УК РФ) или невменяемости (статья 21 УК РФ), не создает соучастия. Вместе с тем при совершении преступления несовершеннолетним, не подлежащим уголовной ответственности по указанным выше основаниям, лицо, вовлекшее несовершеннолетнего в совершение этого преступления, в силу части 2 статьи 33 УК РФ несет ответственность за содеянное как исполнитель путем посредственного причинения»1.

В юридической литературе по этому вопросу нет единого мнения. Так, некоторые считают, что если малолетний по своему уровню социального, нравственного, физического развития не способен правильно оценивать действия взрослого, которые направлены на приобщение его к преступной деятельности, то состав преступления, предусмотренный ст. 150 УК, отсутствует2.

Другие полагают, что, несмотря на указанные причины, посредственный исполнитель все равно подлежит ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления3.

Оригинальное мнение на этот счет имеют А. Кладков и Т. Суспицына, которые полагают, что вовлекаемый должен осознавать фактическую, но не обязан понимать социальную сторону совершаемого. При этом они указывают, что в тех случаях когда «вовлекаемый был не способен понимать фактической стороны деяния, в совершение которого его вовлекли, как в случаях с очень малолетними детьми, то нет и ответственности по ст. 150, 151 УК»4. Тем самым авторы предлагают добавить в классификацию лиц, не достигших совершеннолетия новый вид - «очень малолетние дети». Однако сами исследователи не указывают, по каким признакам следует дифференцировать данную категорию несовершеннолетних. Схожую точку зрения занимает Б.А. Мкртычян, который утверждает, что границу минимального возраста вовлекаемого в совершение преступления определить нельзя, поэтому в каждом конкретном случае следует устанавливать, был ли способен несовершеннолетний понимать фактический характер происходящего5.

Данная позиция видится нам не совсем оправданной, потому что остается не ясным, кто и каким образом будет устанавливать такую способность и как такая способность должна отражаться в сознании вовлекающего. На наш взгляд в каждом конкретном случае практически невозможно определить сознавало ли лицо, не достигшее возраста уголовной ответственности фактическую сторону своего поступка или нет и совсем невозможно определить осознание этого факта вовлекающим. Именно уровень сознания несовершеннолетнего, его способность осознавать происходящее и в соответствии с этим осмысленно действовать лежат в основе определения возраста, при достижении которого лицо может быть привлечено к уголовной ответственности. Поэтому малолетние, еще не обладающие такой способностью, не признаются субъектами преступлений.

По нашему мнению, процитированное выше положение постановления Пленума Верховного Суда от 14 февраля 2000 г. № 7 следует толковать следующим образом: лицо, вовлекшее несовершеннолетнего, не подлежащего уголовной ответственности в силу возраста, несет

1 Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. № 4. С. 10.

2 См., например: Комментарий к УК РФ / Под ред. С.И. Никулина. (Автор главы - В.Б. Боровиков) М., 2000. С. 446; Морозов А. И. Уголовная ответственность за вовлечение несовершеннолетних в совершение деяний, угрожающих их нормальному развитию. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003. С. 4.; Уголовное право России. Практический курс: Учебник для студентов вузов. \ Под общ. ред. РА. Адельханяна; под науч. ред. А.В. Наумова; 2. изд., перераб. и доп. (Автор главы - РА. Адельханян) М.: Волтерс Клувер, 2004. С. 347.

3 См., например: Уголовное право России. Особенная часть / Под ред. Л.Л. Кругликова. (Автор главы Л.Л. Кругликов) М., 1999. С. 166.; Пудовочкин Ю.Е. Указ.соч. С. 104.

4 Кладков А., Суспицына Т. Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления и иных антиобщественных действий (ст. 150, 151 УК РФ). // Уголовное право. 2002. № 3. С. 26.

5 Мкртычян Б.А. Вовлечение несовершеннолетних в совершение преступлений и иных антиобщественных действий: уголовно-правовые и криминологические аспекты. Дисс... канд. юрид. наук. Челябинск, 2003. С. 41.

10

УГОЛОВНАЯ ПОЛИТИКА СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА ответственность за содеянное исключительно как исполнитель путем посредственного причинения. В противном случае Пленум Верховного Суда РФ указал бы на необходимость квалификации деяния по совокупности с соответствующей частью ст. 150 УК РФ.

Таким образом, при вовлечении лица, не достигшего возраста уголовной ответственности за преступление в которое он вовлекается, взрослый вовлекающий является посредственным исполнителем преступления (ч. 2 ст. 33 УК РФ), а его ответственность по ст. 150 УК РФ исключается, так как вовлекаемое малолетнее лицо не может совершить преступление по определению - в силу недостижения минимального возраста уголовной ответственности. Следовательно, потерпевшим при совершении преступления, предусмотренного ст. 150 УК РФ может быть только несовершеннолетнее лицо, достигшие установленного уголовным законом возраста ответственности за преступление в которое оно вовлекается.

Однако такая наша позиция с учетом не четко определенных положений действующего УК РФ и не достаточно корректных разъяснений со стороны высших судебных органов является не бесспорной, а ситуация требует законодательного разрешения.