О содержании терминов, обозначающих лексико-грамматические разряды существительных

Языкознание

Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского, 2015, № 2 (2), с. 347-351

УДК 81'366:811.161.1

О СОДЕРЖАНИИ ТЕРМИНОВ, ОБОЗНАЧАЮЩИХ ЛЕКСИКО-ГРАММАТИЧЕСКИЕ РАЗРЯДЫ СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ

© 2015 г. С.Н. Виноградов

Нижегородский госуниверситет им. Н.И. Лобачевского

vinogradov54 @таП.ги

Поступсла в ри2акцсю 14.01.2015

Статья посвящена анализу лексико-грамматических разрядов (ЛГР) существительных русского языка в аспекте грамматических оппозиций и регулярности значений и числовых форм. Русские грамматические термины нарицательное существительное, считаемое существительное, несчитаемое существительное рассматриваются как номинации, которые не следует использовать для обозначения ЛГР.

Ключивыи слова: лексико-грамматический разряд существительных, морфологическая категория числа, грамматическое значение, грамматическая форма, грамматическая оппозиция, грамматическая терминология.

«Важнейшими признаками грамматических явлений в языке являются обязательность и оп-позитивность» [1, с. 403]. Необходимым условием наличия морфологических единиц является регулярная формально-семантическая оппозиция словоформ или групп слов, составляющих эти единицы. Разумеется, степень регулярности может быть разной. Поэтому границы между морфологическими и лексическими, морфологическими и словообразовательными явлениями нечётки, и определение этих границ является проблемой, предполагающей различные решения. Разная степень регулярности оппозиций приводит к градуальной оценке грамматических явлений: одни из них могут быть более или менее «грамматичны», чем другие.

Под лексико-грамматическими разрядами (ЛГР) понимаются такие подклассы внутри определённой части речи, которые обладают общим семантическим признаком, влияющим на способность слов выражать те или иные категориальные морфологические значения [2, с. 115]. Характерное понимание ЛГР выражено в следующем определении: «Лексико-граммати-ческие разряды слов одной части речи, в отличие от грамматических классов, не отличаются друг от друга по своим обязательным формальным или синтагматическим признакам» [1, с. 426-427]. При таком понимании ЛГР не обладают обязательностью, свойственной грамматическим явлениям. Думается, что всё же можно охарактеризовать ЛГР так же, как и другие грамматические явления, выделяя в них обязательные грамматические свойства, например наличие и характер оппозиций числовых форм. Иногда можно встретить определение ЛГР как

группировок слов, принадлежащих к разным частям речи и объединяемых на основании семантического или синтаксического сходства [3, с. 23]. Но такое определение не полностью соответствует свойствам грамматических единиц. Например, местоименные слова одного и того же разряда (вопросительные, относительные и т.д.) соотносятся с разными частями речи, поэтому имеют разные морфологические свойства, образуют разные (неоднородные) морфологические оппозиции и, следовательно, не образуют таких единиц, как лексико-грамматиче-ские классы. Поэтому к ЛГР следует относить только такие разряды, которые обнаруживают регулярные формальные и/или семантико-грамматические оппозиции. Рассмотрим с точки зрения такого понимания те ЛГР имени существительного, которые традиционно выделяются в вузовских учебниках по современному русскому языку.

Традиционно некоторые ЛГР существительных представлены в учебных пособиях в сопоставлениях и противопоставлениях: собственные и нарицательные, конкретные и абстрактные, одушевлённые и неодушевлённые. Прежде чем рассматривать эти классы в рамках грамматического описания, надо охарактеризовать оппозиции внутри них и между ними как грамматические. Например, типичное имя собственное выделяет единичный предмет из ряда однородных предметов (это общий семантический признак данного класса) и не образует регулярной оппозиции 'единичность / неединичность'. Вместо множественного числа со значением множественности возникает множественное число со значением 'группа родственников'

(Ивановы) или со значением обобщённости (Обломовы, Плюшкины, слёт юных Архимедов, мы все глядим в Наполеоны). Это семантико-грамматические особенности данного ЛГР. По-видимому, эти особенности при образовании множественного числа, являющиеся относительно регулярными, следует рассматривать как особые семантико-грамматические оппозиции единственного и множественного числа, отличающиеся от «нормального» числового противопоставления. Многозначность форм множественного числа не противоречит их грамматической природе (ср., например, различные грамматические значения у одной и той же падежной формы). Разумеется, то движение, которое происходит в языке, диахронические процессы перехода из одних групп слов в другие требуют особо рассматривать слова с окказиональной семантикой. Например, Обломов как обозначение литературного героя - имя собственное, а номинация Обломовы в значении 'ленивые, малоактивные люди' выводит (хотя бы функционально) данное слово из разряда собственных.

Рассмотрим нарицательные существительные с точки зрения обнаруживающихся в них грамматических оппозиций. Обычно единство нарицательных существительных обосновывают тем, что они носят обобщённый характер -соотносятся с классами объектов, в противоположность собственным, которые называют единичный объект (см., например, [1, с. 434; 4, с. 83]). Но оппозиция собственных и нарицательных не является регулярной в грамматическом смысле. В составе нарицательных есть существительные и с «нормальным» числовым противопоставлением, и, подобно собственным, не имеющие «нормального» числового противопоставления (вещественные, отвлечённые, собирательные, конкретные р1игаНа 1апШт). Нарицательные существительные семантически разнородны и по формальным признакам, и по се-мантико-грамматическим. Поэтому различие между словами, выделяющими единичный предмет (существительными собственными), и словами, обозначающими класс предметов (существительными нарицательными), не грамматическое, а чисто семантическое.

Различные ЛГР существительных выделяются внутри нарицательных. Очевидно, группы слов 8т§и1аг1а 1аШит и р1игаНа 1аШит не являются лексико-грамматическими разрядами, поскольку лексика внутри этих групп неоднородна по категориальной семантике: собственные, вещественные, отвлечённые могут быть и 8т§и-1айа 1апШт, и р1игаНа 1аПит.

Авторы учебника [4] используют оппозицию «считаемые (исчисляемые) / несчитаемые (неисчисляемые) существительные», утверждая, что эта оппозиция «даёт возможность подойти к определению лексико-грамматических разрядов существительного с более строгих грамматических позиций» [4, с. 92]. Рассмотрим это классификационное решение. Прежде всего, термины считаемое существительное и несчитаемое существительное неудачны с точки зрения логики: счёту подвергаются не существительные, а обозначаемые ими предметы. Считаемость или несчитаемость - свойство обозначаемых реалий, ведущее к разному характеру грамматических оппозиций: есть существительные (называемые конкретными), которые имеют «нормальное» числовое противопоставление, выражающее противопоставление единичного и неединичного предмета (и эти предметы действительно могут подвергаться счёту, что выражается в лексической сочетаемости данных существительных с числительными), и существительные, у которых нет «нормального» числового противопоставления (и обозначаемые предметы действительно не могут подвергаться счёту). Но стройность этой картины нарушается наличием конкретных существительных р1игаНа 1апШт (весы, брюки, сутки), у которых нет «нормального» числового противопоставления, но которые тем не менее обозначают предметы, подвергающиеся счёту (двое часов, пять суток). Поэтому противопоставление существительных, обозначающих считаемые и несчитаемые предметы, является нерегулярным и имеет статус не грамматического, а лексического.

Очевидно, противопоставление ЛГР в составе нарицательных существительных не является бинарным. Традиционно выделяемые вещественные, отвлечённые и собирательные существительные обладают всеми свойствами ЛГР. Во всех этих группах существительные имеют специфику по отношению к категории числа, а именно не имеют «нормального» числового противопоставления. Это отсутствие «нормального» числового противопоставления сводится к трём случаям: 1) существительное относится к 8т§и1апа 1апШт, 2) существительное относится к р1игаНа 1апШт, 3) существительное, имеющее единственное число, может образовывать также и множественное число, но число не имеет семантику противоположности единичного предмета количеству предметов, большему единицы, а имеет другую семантику (множественное число образуется со сдвигом в семантике). Например, вещественные существительные

О со2иржансс тирмснов, обозначающсх ликсско-грамматсчискси разря2ы сущиствстильных

349

обозначают «вещество», однородную массу, все части которой имеют свойства целого. В этом заключается общность в лексическом значении, объединяющая все вещественные существительные. Часть вещественных существительных не имеет числового противопоставления, относясь либо к 8^и1апа 1апШт (железо), либо к р1игаНа 1апШт (ионсирвы, слсвис). Остальные вещественные имеют единственное число и могут образовать множественное со сдвигом в семантике 'виды или сорта вещества' (мснираль-ныи масла) или 'большие пространства, покрытые веществом' (бисирайнси снига). С точки зрения формальной оппозиции единственного и множественного числа вещественные аналогичны собственным и отличаются от них только семантикой множественного числа при его противопоставлении единственному. Эта семантика является грамматической в той мере, в какой регулярна данная семантическая оппозиция. Поэтому есть основания рассматривать собственные и вещественные в области грамматики. То же справедливо для отвлечённых существительных. Формальная числовая оппозиция в них аналогична оппозиции в собственных и вещественных существительных, а регулярный семантический сдвиг выражает конкретизацию отвлечённого понятия: красота (отвлечённое качество) - красоты (носители качества; например, красоты стсля - конкретные проявления качества).

Таким образом, разряды собственных, вещественных и отвлечённых по формальным признакам (отношению к образованию числовых форм) не противопоставлены один другому, а противопоставлены конкретным существительным по признаку 'наличие / отсутствие «нормального» числового противопоставления'. Смысловые признаки, по которым разряды собственных, вещественных и отвлечённых противопоставлены один другому, носят семантико-грамматический характер.

Собирательные существительные вообще не имеют числового противопоставления. Их общий семантический признак - 'множество в нерасчленённой форме', 'множество как неделимое целое', или, если принять во внимание свойства их грамматической семантики, 'множественность в форме единичности'. Грамматическое свойство собирательных - наличие только единственного числа. Существительные р1игаНа 1апШт ку2рс, фснансы, хлопья, 2ибрс и т.п. могут быть отнесены к вещественным. Обозначают ли они однородную массу, каждая часть которой имеет свойства целого? При ответе на этот вопрос надо учитывать абстракт-

ность грамматического значения, которое может относить слово к некоторому классу «вопреки здравому смыслу». То, что дебри и финансы не являются веществом, ещё не даёт основания рассматривать соответствующие слова отдельно от вещественных. Что же касается обязательной формы множественного числа, то слова ку2рс, фснансы и т.п. не отличаются от таких вещественных, как консирвы или слсвкс. Слова пряткс или чары, как справедливо отмечено в [4], не относятся к собирательным. По семантической причине (обозначение действия или признака) их следует относить к отвлечённым.

Ещё один лексико-грамматический разряд -конкретные р1игаНа 1апШт (часы, висы, брюкс, суткс и т.п.). Они имеют отчётливые признаки ЛГР: в области семантики - признак 'предмет парной или сложной структуры', в области формально-грамматических признаков - полное отсутствие числового противопоставления. Отдельные «нелогичные» примеры могут быть объяснены историческими причинами. Так, ранее весы имели парную структуру (наличие двух чашек), но наименование висы было перенесено на современный прибор, который имеет другой облик. Элемент иониритныи в термине конкритныи рЫгаНа tantum отражает смысловое сходство с существительными, имеющими «нормальное» числовое противопоставление, обозначающими предметы, которые могут существовать в виде отдельных экземпляров [5, с. 98], сочетающимися с числительными, которые выражают количество предметов (читыри 2ня — читвиро суток).

Правомерно ли считать семантические сдвиги в собственных, вещественных и отвлечённых существительных явлениями, связанными с грамматической семантикой? В пользу положительного ответа на этот вопрос говорит регулярность этих явлений. Речевые трансформации семантики соответствуют значениям ЛГР и регулярным семантическим сдвигам. Ср.: Слуша-ишь с вс2сшь морозный зсмнсй лис ... с ярксмс пятнамс снигсрий, опа2ающсм сниим с прочсмс загоро2нымс ра2остямс (Национальный корпус русского языка; далее НКРЯ) (в семантике отвлечённого существительного ра2ость произошла конкретизация: вместо отвлечённого качества - явления, несущие радость); ...Этот процисс лигко воспросзвистс, нагривая каж2ый раз разныи амсноксслоты слс сх смисс с раз-нымс сахарамс (НКРЯ) (множественное число слова сахар обозначает разные виды этого вещества); По2оши2шс к крислам Плины Павловны, онс ухватслссь о2ною рукою за сх спснку...

(НКРЯ) (множественное число креслам для обозначения единичного предмета обусловлено тем, что в 1845 году, когда было создано данное высказывание, слово кресла принадлежало к существительным pluralia tantum благодаря симметричности, парности структуры этого предмета мебели); ...Дачник лет через двадцать размножится до необычайности (А.П. Чехов) (единственное число слова дачник для обозначения множества людей объясняется развитием окказионального собирательного значения) и т. д.

Таким образом, группы слов, обозначаемые словосочетаниями имя существительное нарицательное, считаемое существительное, не-считаемое существительное, нецелесообразно называть лексико-грамматическими разрядами, поскольку слова объединены в указанные группы не на грамматических основаниях. В объём понятия «лексико-грамматический разряд существительных по отношению к категории числа» надо включать следующие пять разрядов: собственные, вещественные, отвлечённые, собирательные, конкретные pluralia tantum. Каждый из этих ЛГР входит в некоторую систему регулярных семантических и/или формальных оппозиций. Каждый из этих ЛГР и все они в совокупности противопоставлены конкретным существительным, имеющим «нормальное» числовое противопоставление.

Почему противопоставление собственных и нарицательных существительных сохраняется в грамматических учебниках и пособиях? Причины этого следует искать в давних традициях, идущих от античной философии и риторики. Латинские термины старинных грамматик nominum appellativum (имя нарицательное) и nominum proprium (имя собственное) возникли как отражение философских и логических проблем общего и единичного. Имя нарицательное соотносится с обобщённым классом предметов, имя собственное - с единичным предметом. Разумеется, способность слова обобщать, как и его способность выделять единичный предмет, требуют изучения с точки зрения логики и когнитивной функции языка. Но способность обобщать свойственна языковому знаку вообще - и слову, и морфеме, и синтаксическим единицам. Поэтому вряд ли целесообразно использовать термин имя нарицательное в грамматике, описывая лексико-грамматические разряды существительных.

В заключение заметим, что очерченный таким образом объём понятия «лексико-грамма-тические разряды существительного по отношению к категории числа» даёт основу для ана-

лиза того, как в грамматике русского языка выражаются важные для носителя языка свойства окружающей действительности - единичность, множественность, расчленённость сложной структуры, нерасчленённость (простота структуры), предмет как отдельный экземпляр из некоторого множества, однородная масса, отвлечённый признак, отвлечённое действие, отношения отвлечённого понятия и его «носителя», способность или неспособность подвергаться счёту и т.д. Эта сфера имеет отношение к когнитивной функции языка. Категория числа существительного оказывается средоточием множества смысловых категорий, мыслительных процессов и их результатов, и не случайны попытки грамматистов усовершенствовать описание системы оппозиций единственного и множественного числа на основе противопоставления нерасчленённости (выраженной единственным числом) и расчленённости (выраженной множественным числом) [6, с. 67-68]. Абстрактность этих категорий, процессов, отношений ведёт к грамматикализации средств их воплощения в языке. Лексико-грамматические разряды существительных по отношению к категории числа являют собой определённую стадию такой грамматикализации. Подробное рассмотрение семантики категории числа в целом -особая проблема на стыке традиционных грамматических исследований и новых направлений в лингвистике, связанных с когнитивной функцией языка.

Список литературы

1. Современный русский литературный язык: Учебник / П.А. Лекант, Л.Л. Касаткин, Е.В. Клобуков, Л.П. Крысин; под ред. П.А. Леканта. М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА, 2013. 766 с.

2. Лингвистический энциклопедический словарь / Гл. ред. В.Н. Ярцева. М.: Сов. энциклопедия, 1990. 685 с.

3. Русская грамматика / Белоусов В.Н., Ковтунова И.И., Кручинина И.Н. и др.; Под ред. Шведовой Н.Ю. и Лопатина В.В. 2-е изд., испр. - М.: Рус. яз., 1990. 639 с.

4. Морфология современного русского языка: учебник для высших учебных заведений Российской Федерации / С.И. Богданов, В.Б. Евтюхин, Ю.П. Князев и др. / Учебно-методический комплекс по курсу «Морфология современного русского языка». СПб.: Филологический факультет СПбГУ, 2013. 640 с.

5. Современный русский язык. Учебник. Часть 2. Словообразование. Морфология / Н. М. Шанский, А.Н. Тихонов. М.: Просвещение, 1987. 256 с.

6. Милославский И.Г. Морфологические категории современного русского языка. М.: Просвещение, 1981. 254 с.

О содержании терминов, обозначающих лексико-грамматические разряды существительных

351

ON THE CONTENT OF THE TERMS DENOTING LEXICO-GRAMMATICAL CLASSES OF NOUNS

S.N. Vinogradov

This article is devoted to an analysis of lexico-grammatical classes (LGC) of Russian nouns in aspect of grammar oppositions and regularity of meanings and morphological number forms. Russian grammar terms нарицательное существительное, считаемое существительное, несчитаемое существительное are considered as nominations which should not be used for designation of LGC.

Keywords: lexico-grammatical class of nouns, morphological category of number, grammatical meaning, grammatical form, grammatical opposition, grammar terminology.

References

1. Sovremennyy russkiy literaturnyy yazyk: Ucheb-nik / P.A. Lekant, L.L. Kasatkin, E.V. Klobukov, L.P. Krysin; pod red. P.A. Lekanta. M.: AST-PRESS KNI-GA, 2013. 766 s.

2. Lingvisticheskiy entsiklopedicheskiy slovar' / Gl. red. V.N. Yartseva. M.: Sov. entsiklopediya, 1990. 685 s.

3. Russkaya grammatika / Belousov V.N., Ko-vtunova I.I., Kruchinina I.N. i dr.; Pod red. Shvedovoy N.Yu. i Lopatina V.V. 2-e izd., ispr. - M.: Rus. yaz., 1990. 639 s.

4. Morfologiya sovremennogo russkogo yazyka: uchebnik dlya vysshikh uchebnykh zavedeniy Rossiyskoy Federatsii / S.I. Bogdanov, V.B. Evtyukhin, Yu.P. Knyazev i dr. / Uchebno-metodicheskiy kompleks po kursu «Morfologiya sovremennogo russkogo yazyka». SPb.: Filolog-icheskiy fakul'tet SPbGU, 2013. 640 s.

5. Sovremennyy russkiy yazyk. Uchebnik. Chast' 2. Slovoobrazovanie. Morfologiya / N.M. Shanskiy, A.N. Tikhonov. M.: Prosveshchenie, 1987. 256 s.

6. Miloslavskiy I.G. Morfologicheskie kategorii sovremennogo russkogo yazyka. M.: Prosveshchenie, 1981. 254 s.