Особенности детско-родительских отношений у лиц с зависимостью от табакокурения

М. А. Никитенко, А. В. Шаболтас

ОСОБЕННОСТИ ДЕТСКО-РОДИТЕЛЬСКИХ ОТНОШЕНИЙ У ЛИЦ С ЗАВИСИМОСТЬЮ ОТ ТАБАКОКУРЕНИЯ

Курение табака в современном человеческом обществе является самой распространенной вредной привычкой. Согласно оценке Всемирной Организации Здравоохранения [1], в начале 90-х годов в мире насчитывалось около 1100 млн курильщиков, что составляет около трети жителей планеты. В среднем в развитых странах курят 42% мужчин и 24% женщин. Исследование распространенности курения, проведенное в России в 1997 г., показало, что среди мужчин старше 15 лет курят 63,2% (около 32 млн), а среди женщин — 9,7% (около 6 млн) [2]. В целом в России и Санкт-Петербурге наблюдается схожая с общемировой картина распространенности курения — около трети населения являются табакокурильщиками. Вред для организма человека от никотина и других содержащихся в табачном дыме вредных веществ не вызывает сомнения. Это подтверждается многочисленными данными, полученными в рамках научных исследований и медицинской практикой [3]. Курение наносит вред практически всем системам человеческого организма и является привычкой, от которой нелегко избавиться даже с помощью специалиста. Курение табака вызывает физиологическую и психологическую зависимость [4]. По данным ВОЗ, в последнее десятилетие табак являлся причиной около 30% случаев смерти лиц в возрасте 35-69 лет и еще 14% в более старшем возрасте [5].

С каждым годом возраст начала приобщения к курению снижается. В исследовании А. А. Александрова и Т. В. Александровой, которые проводили в течение 12 лет (с 1986 по 1998 гг.) мониторинг распространения курения среди детей и подростков 11-17 лет в двух московских округах, было выявлено, что в целом в этом возрастном диапазон курят 28-35% мальчиков и 12-25% девочек [6]. Причем с возрастом распространенность табакокурения значительно нарастает. В группе 16-17-летних курят 52% юношей и 43% девушек.

Для разработки и внедрения эффективных профилактических мероприятий крайне важно четко выделить психологические и социальные факторы, приводящие к началу табакокурения и способствующие развитию зависимого поведения. Среди социальных факторов огромное значение имеют микросоциальные детерминанты табакокурения, связанные с ситуацией в семье и поведением родителей. Среди данных факторов, наиболее сильно влияющих на риск возникновения табакокурения у детей, разные исследователи выделяют низкий социально-экономический статус и уровень образования родителей, неполноту семьи, снисходительное отношение к курению среди близкого окружения, а также курение родителей, братьев и сестер [4, 7], неблагополучие семейного воспитания и отношений в семье [8], отсутствие поддержки со стороны родителей [9], отсутствие семейных правил, конфликты и низкие навыки совместного совладания с трудностями в семье [10]. Выделяя различные факторы, детерминирующие развитие табакокурения, исследователи подчеркивают тот факт, что само по себе наличие факторов риска не предопределяет однозначно развитие зави-

© М. А. Никитенко, А. В. Шаболтас, 2011

симости от табака. В каждом конкретном случае превентивной или коррекционной работы необходимо комплексное рассмотрение факторов семейных взаимоотношений и личностных особенностей, которые могут быть предпосылками возникновения тех или иных поведенческих нарушений.

Целью данного исследования являлось выявление социальных (в первую очередь внутрисемейных) и личностных факторов, влияющих на начало курения и возникновение зависимости от табака.

В качестве задач исследования, наряду с анализом данных исследований по проблеме табакокурения, были поставлены следующие: выявление социально-психологических, поведенческих и личностных особенностей табакокурильщиков; исследование взаимосвязи личностных особенностей, семейных (детско-родительских) взаимоотношений и зависимости от табакокурения. Участниками исследования выступили мужчины и женщины в возрасте от 21 до 31 года, зависимые от табакокурения. Общее количество участников составило 60 человек. Выборка набиралась случайным образом и включала только тех лиц, которые после разъяснения им цели, задач и процедуры исследования добровольно выразили желание участвовать в нем. Предметом исследования являлись внутрисемейные и личностные особенности табакокурильщиков. В качестве основной гипотезы исследования было выдвинуто предположение о том, что существуют определенные социально-психологические и личностные факторы, способствующие развитию зависимости от табакокурения. В первую очередь это особенности взаимоотношений в родительской семье, а также такие личностные особенности, как акцентуации характера. Процедура исследования представляла собой однократное индивидуальное интервью, во время которого участнику предлагалось заполнение опросников и анкет.

В зависимости от того, курит ли человек регулярно или нет, испытуемые были разделены нами на две группы — экспериментальную и контрольную.

Экспериментальная группа состояла из 30 человек, средний возраст которых составил 25,37 лет, в их числе 13 мужчин и 17 женщин. В контрольной группе мужчины и женщины разделились поровну, средний возраст испытуемых — 26,6 года. Значимых различий по социально-демографическим характеристикам, таким как, семейный статус, образование, трудоустройство и уровень доходов, между контрольной и экспериментальной группами не было. Исходя из цели и задач данного исследования, были отобраны следующие методики:

— анкета для оценки поведенческих рисков в области здоровья (модифицированная форма анкеты ВОЗ), позволяющая выявить социальные и поведенческие особенности участников, включая различные виды рискованных для здоровья поведенческих практик;

— опросник Смишека, направленный на определение акцентуаций характера;

— опросник «Подростки о родителях», позволяющий оценить атмосферу и особенности взаимоотношений в родительской семье;

— проективная методика «Кинетический рисунок семьи» (Р. Ф. Беляускайте), позволяющая выявить специфику семейной ситуации и отношений родителей и детей.

Для статистической обработки результатов применялись ^критерий Стьюдента для определения достоверности различий, а также корреляционный и факторный анализы с использованием программного обеспечения SPSS.

В результате анализа ответов участников исследования на вопросы анкеты для оценки поведенческих рисков были получены следующие данные. Большинство участников, 50 человек из 60 (83,3%), когда-либо пробовали курить. Интерес вызывает информация о возрасте, когда происходит первая проба табака. Средний возраст участников, в котором они впервые попробовали курить, составил 10 лет (экспериментальная группа — 10,07 года, контрольная группа — 9,47). Чаще всего первая проба происходила в компании: с другом/подругой — 22 человека (44%), в компании друзей — 14 человек (28%), с родителями — 4 человека (8%), лишь 10 человек (20%) впервые попробовали курить в одиночку.

Что касается интенсивности курения, в среднем в экспериментальной группе люди выкуривают по 14,3 сигареты в день. Стаж курения у 9 человек (30%) составляет от года до пяти лет, а у 21 человека (70%) — больше 5 лет.

Полученные данные позволяют предполагать сильное влияние поведения матери в отношении курения на последующее формирование табакокурения у участников. Как оказалось, матери курят в настоящее время или курили в прошлом только у участников из экспериментальной группы — 21 человек (70%). О курящих отцах сообщали чаще участники, которые сами курят, но и в контрольной группе также у 30% испытуемых отцы курили. На уровне установок в отношении курения все участники и курящие и некурящие признали тот факт, что курение является опасным для здоровья (100%).

Анализ средних значений выраженности акцентуаций характера показал, что в группе курящей молодежи наиболее выраженными оказались экзальтированная, циклотимическая и демонстративная акцентуации. Высокие значения получены также по эмотивному и гипетимическому типу акцентуаций. В контрольной группе наиболее ярко проявились гипертимическая акцентуация характера, а также демонстративная акцентуация. Наименее выраженными в обеих группах участников оказались тревожная и дистимическая акцентуации характера. Если сравнить средние значения по показателям различных типов акцентуаций молодежи двух групп, можно увидеть, что группы наиболее сильно различаются по нескольким типам акцентуаций: гипертими-ческой (I = 4,1; р < 0,01); застревающей (I = 3,0; р < 0,05), педантичной (I = 2,3; р < 0,05), дистимической (I = 3,9; р < 0,01), демонстративной (I = 3,7; р < 0,01), экзальтированной (I = 5,0; р < 0,01). Большую выраженность в экспериментальной группе приобретают циклотимическая акцентуация, хотя различается она с контрольной группой незначимо, а наиболее сильно выражена у курящих молодых людей экзальтированная акцентуация. Такие акцентуации как гипертимическая, застревающая, дистимическая и демонстративная больше выражены в контрольной группе. На основании этих данных можно предположить, что циклотимическая, а особенно экзальтированная акцентуации являются факторами личностной предиспозиции формирования зависимости от курения.

Анализ полученных данных выявил факт существования сильной взаимосвязи между различными формами рискованного поведения в области здоровья, такими как курение, употребление алкоголя, употребление наркотических веществ, участие в азартных играх. Группу курильщиков характеризует наличие большого количества паттернов поведения, связанных с риском для здоровья, даже если не учитывать сам вред от курения. Это такие виды поведения как употребление алкоголя, причем в больших количествах, проба различных наркотических веществ, большое количество по-

ловых контактов, являющихся рискованными с точки зрения заражения инфекциями, передающихся половым путем, участие в драках, азартные игры и недосыпание.

Отношения с родителями оказывают заметное влияние на формирование зависимости от курения. Результаты проведенного исследования показали, что личный пример отца, матери и близких оказывается одним из основных толчков к началу и продолжению курения. Что касается специфики взаимоотношений в семье, наиболее опасной для риска развития табакокурения оказывается недостаточная директивность, отсутствие контроля как со стороны матери, так и со стороны отца, а также чрезмерная автономность родителей, отчужденность от ребенка, его нужд и желаний. В родительских семьях некурящих участников преобладали такие особенности отношений со стороны матерей как позитивный интерес к детям и директивность, то есть усиленный контроль. Значимые различия между двумя группами были получены по двум стилям взаимоотношений подростков с матерями — директивность (I = 6,0; р < 0,01) и автономность ^ = 5,4; р < 0,01).

Таким образом, можно заключить, что в семьях, где росли будущие курильщики, со стороны матерей преобладала вседозволенность и эмоциональная отстраненность, тогда как в контрольной группе преобладали контроль и участие. Что касается отношений с отцами, в контрольной группе участников преобладали достаточно ровные отношения, наиболее привычным стилем общения был позитивный интерес и директивность со стороны отца. В группе курящих участников также в отношениях с отцами преобладает позитивный интерес, но на втором месте идет автономность, то есть отстраненность от желаний и поведения ребенка. Также очень низкие показатели были получены по уровню враждебности в отношениях и директивности. Значимые различия между группами были получены по таким стилям взаимоотношений с отцом как директивность (I = 10,2; р < 0,01), враждебность (I = 4, 0; р < 0,01) и автономность (* = 4,4; р < 0,01).

Исходя из полученных данных, можно сделать вывод, что в отношениях с отцами в семьях курящих подростков преобладал отстраненный, неэмоциональный фон отношений с отсутствием какого бы то ни было контроля за действиями ребенка.

Эти данные подтверждаются и анализом рисунков участников, полученных при выполнении методики «Кинетический рисунок семьи». На рисунках участников контрольной группы преобладают хорошее распределение людей на листе, качество линий, активная совместная деятельность, упор делается на изображение самих людей, а не на окружающую обстановку, что говорит о более или менее благополучной семейной ситуации. В свою очередь, на рисунках курящих участников, чаще были представлены схематичные изображения, часто используется штриховка, более тщательно прорисовываются детали, а не люди (не нарисованы лица, отсутствуют глаза, рот, нос и т. п.). Фигуры людей на рисунках курильщиков часто находятся на разных сторонах листа, изображают людей, не занятых общим делом, меньше по размеру по сравнению с изображениями людей на рисунках членов контрольной группы. Эти особенности рисунков могут свидетельствовать о наличии тревожной или конфликтной ситуации и атмосфере в семье.

В результате корреляционного анализа были обнаружены следующие взаимосвязи между социально-демографическими и личностными характеристиками, рискованными поведенческими практиками, курением и особенностями отношений в родительских семьях. Возраст испытуемых положительно коррелирует с возрастом начала

курения (г = 0,64), с возрастом первой пробы алкоголя (г = 0,56) и с невозможностью заснуть при сильном беспокойстве. Отрицательные взаимосвязи были обнаружены между возрастом и наличием заболеваний, передающихся половым путем (г = -0,46), а также с актуальным употреблением наркотических средств. Представители более старшего поколения первый раз попробовали сигареты и алкоголь позже, чем молодые. Чем старше человек, тем его более мучает бессонница. Более молодые участники больше экспериментируют с рискованными поведенческими практиками как в области сексуального поведения, так и в области употребления наркотических веществ. Корреляционный анализ выявил ряд гендерных особенностей. Женщины в анамнезе чаще имеют заболевания, передающиеся половым путем (г = 0,6), чаще испытывали трудности при засыпании от беспокойства (г = 0,41), переживали мысли о том, что жизнь не удалась (г = 0,71) и практиковали специальное голодание с целью похудеть (г = 0,53). Женщины также больше, чем мужчины, склонны к задумчивости, размышлениям о жизни и к стремлению выглядеть хорошо, во что бы то ни стало. Мужчины же чаще, чем женщины, рискуют своим здоровьем, употребляя наркотические вещества, а также чаще играют в компьютерные игры.

Были выявлены сильные взаимосвязи между курением участников и курением лиц, входящих в их ближайшее окружение — близких людей (г = 0,33), отца (г = 0,54) и матери (г = 0,74). Полимодальный характер рискованного поведения подтвердился значимой взаимосвязью курения и актуального употребления наркотиков (г = 0,39) и увлеченностью азартными играми (г = 0,53).

Анализ взаимосвязей зависимости от табакокурения и акцентуаций характера показал, что на риск развития зависимости от курения больше всего оказывает влияние экзальтированная акцентуация (г = 0,52). Значимые отрицательные связи выявлены между курением и гипертимической (г = -0,48), застревающей (г = -0,37), дистими-ческой (г = -0,45) и демонстративной (г = -0,44) акцентуациями характера. На формирование экзальтированной акцентуации характера наибольшее влияние оказывает недостаточная директивность отца (г = -0,4).

Наибольшее влияние на формирование зависимого от никотина поведения оказывают такие стили семейного воспитания, как недостаточная директивность матери (г = -0,62) и отца (г = -0,8), а также отчужденность, автономность матери и отца (г = 0,58 и г = 0,57 соответственно).

Результаты проведенного корреляционного анализа позволяют констатировать, что существуют определенные характеристики, влияющие на формирование зависимого от курения поведения, это такие показатели как курение близких, в особенности матери и отца; другие разновидности аддиктивного поведения, например, азартные игры, и употребление наркотических веществ, акцентуации характера — циклотимическая и экзальтированная и, наконец, стили семейных взаимоотношений, такие как автономность отца и матери и их недостаточная директивность.

Проведенный нами факторный анализ позволил выявить специфику структуры взаимосвязей различных показателей и табакокурения молодежи.

Удалось выделить два фактора, оказывающих влияние на формирование зависимого поведения. В первый фактор вошли следующие переменные: аддиктивное поведение связанное с курением, а также показатели курения отца, курения матери, актуального употребления алкоголя и наркотиков и участие в азартных играх.

Второй фактор составили такие переменные как экзальтированная акцентуация, застревающая акцентуация, директивность матери и автономность отца (с отрицательным значением). Первый фактор можно интерпретировать как наличие негативного примера перед глазами и усвоение моделей рискованного поведения. Второй фактор объединяет специфические особенности личности и тактику семейных взаимоотношений. Результаты факторного анализа подкрепляют нашу интерпретацию результатов корреляционного анализа.

В целом результаты, полученные нами в ходе данного исследования, позволяют сформулировать несколько основных выводов.

1. Между группами курящей (экспериментальная) и некурящей молодежи (контрольная) выявлены существенные различия в личностных и поведенческих особенностях, а также во взаимоотношениях в родительских семьях, что говорит о влиянии этих факторов на формирование зависимого от табака поведения.

2. С большой долей вероятности можно говорить о том, что такие личностные особенности, как экзальтированная и циклотимическая акцентуации характера служат предпосылками формирования аддиктивного поведения.

3. Результаты данного исследования можно успешно использовать в практической работе с подростками и их семьями не только с целью выявления так называемой «группы риска», но и для предотвращения развития нарушений в поведении детей. Полученная информация может быть полезна для создания программ профилактики саморазрушающего и рискованного поведения подростков.

4. Главным практическим выводом является представление о том, что превентивные программы в области здоровья не должны быть направлены на предупреждение лишь отдельных видов рискованного поведения: табакокурения, употребления алкоголя и т. п. Планируя то или иное превентивное вмешательство, необходимо учитывать разнообразные поведенческие риски и практики, которые чаще всего сочетаются или возникают последовательно у одного и того же человека, поскольку наличие одного вида рискованного поведения свидетельствует о повышенном риске формирования и других его видов.

Литература

1. World Health Organization: Tobacco or health: First global status report. Geneva: WHO, Tobacco or Health programm, 1997.

2. Шальнова С. А. и др. Распространенность курения в России. Результаты обследования национальной представительной выборки населения // Профилактика заболеваний и укрепление здоровья. 1998. № 3. С. 9-12.

3. Андреева Т. И., Красовский К. С. Табак и здоровье. Киев, 2004. 224 с.

4. Александров А. А., Александрова В. Ю. Курение и его профилактика в школе. М.: Медиа-

Сфера, 1996.

5. Peto R. et all. Mortality from tobacco in developed countries: indirect estimation from national vital statistics // Lancet. 1992. N 339. P. 1268-1278.

6. Александров А. А., Александрова В. Ю. Профилактика курения: роль и место психолога // Вопросы психологии. 1999. № 4. С. 35-42.

7. Шевляков В. В., Кузуро Н. В. Психологические факторы мотивации к табакокурению и отказу от него у молодежи // Психологический журнал. 2008. № 3. С. 60-65.

8. Наркомания как форма девиантного поведения / под ред. М. Е. Поздняковой. М.: ИС

РАН, 1997. 64 с.

9. Вассерман Л. И., Горьковая И. А., Ромицына Е. Е. Методика «Подростки о родителях (ПоР)»: основные этапы апробации русскоязычной версии // Психологический журнал. 2000. Т. 21, № 5. С. 86-95.

10. Rutter M. Family and social influences: Meanings, mechanisms and implications // Longtudinal studies in child psychology and psychiatry. Practical lesson from research experience / еd. by A. R. Ni-col. Chichister. 1985. Р. 357-403.

Статья поступила в редакцию 12 мая 2011 г.