«Конкуренция управляющих с индексными фондами в России будет нарастать»

По данным исследовательской компании ETFGI, активы под управлением биржевых инвестиционных фондов (ETF) выросли за последние десять лет в пятнадцать раз и достигли отметки $5 трлн. Летом этого года в России появился первый биржевой фонд, созданный по российскому законодательству. О перспективах индустрии ETF, стратегиях, которые будут запущены в ближайшее время, «Деньгам» рассказал управляющий директор «Сбербанк Управление Активами» Василий Илларионов.

— Почему во всем мире растет спрос на биржевые индексные фонды?

— Сейчас действительно наблюдается переток инвестиций из активно управляемых фондов в пассивно управляемые. Особенно это актуально для эффективных рынков развитых стран, где цены активов очень быстро учитывают всю новую информацию, и портфельный управляющий физически не успевает воспользоваться ею раньше остальных участников рынка. Тем самым ему очень сложно обеспечивать доходность вложений, превышающую показатели соответствующего индекса. При этом комиссионное вознаграждение активного управления выше, чем у пассивного. Видя это, инвесторы, которым интересны эффективные рынки, начинают отдавать предпочтение биржевым фондам ETF. Второе важное преимущество этих фондов в том, что их удобнее покупать — не у управляющей компании или агента, а на бирже, как акцию. Инвестор всегда видит цену фонда, более того, по этой цене он может его купить или продать в режиме онлайн. В случае с активно управляемыми фондами все сложнее: только через день или два после покупки выдается пай по цене, соответственно, на день-два позже, чем клиент отправил заявку. Если мы говорим о менее эффективных рынках развивающихся стран, где меньше ликвидность, то там активно управляемые фонды имеют свои преимущества в силу того, что у портфельного менеджера есть возможность обеспечивать дополнительный доход относительно индекса.

— Сможет когда-нибудь пассивное управление поглотить активное?

— На сегодняшний день на биржевые фонды приходится около 20% от индустрии активно управляемых фондов. Несмотря на стремительной рывок индустрии ETF, она не сможет полностью поглотить рынок инвестиционных фондов, поскольку всегда останутся низкоэффективные рынки, где портфельные управляющие смогут обеспечивать доходность выше индекса. То, что мы наблюдаем сейчас,— это поглощение доли активно управляемых фондов, но постепенно этот процесс устаканится в какой-то пропорции. Какой именно, сказать сложно, многое будет зависеть от шагов, которые будут предпринимать управляющие активных фондов.

— Первый российский аналог ETF был запущен в июне 2010 года управляющей компанией «Тройка Диалог» (ныне — «Сбербанк Управление Активами») — «Тройка Диалог — РТС Стандарт». Спустя почти восемь лет, в сентябре 2018 года, первый биржевой фонд по российскому законодательству был создан «Сбербанк Управление Активами». Почему на появление первого российского биржевого фонда понадобилось столько времени?

— Первый фонд был действительно квази-ETF, потому что создавался в рамках регулирования открытых паевых инвестиционных фондов. Тогда мы просто старались повторить ключевые черты биржевых фондов ETF и продавать его на бирже, но тогда рынок инвестиционных услуг был рынком продавца. Ключевыми продавцами выступали банковские сети, которые продвигали в первую очередь те продукты, за которые они получали достаточно высокое комиссионное вознаграждение. ETF в силу своей природы не способен его дать, поэтому долгое время и не было особых инициатив по развитию этого рынка. Сейчас мы видим, что финансовая грамотность клиентов растет, размер комиссии при выборе финансовой услуги играет все большую роль. Плюс появляются различные цифровые каналы, через которые можно продвигать инструменты, не испытывая необходимости в широкой физической сети продаж. Поэтому интерес к этому продукту появился у провайдеров финансовых услуг, и, следственно, возникла необходимость создать регуляторную оболочку. Этот тип фондов в федеральном законе об инвестфондах появился давно, но не хватало ряда нормактов, которые необходимы были для регистрации фонда. Банк России завершил подготовку нормативной базы только в этом году, и вступила она в силу в мае. Соответственно, мы сразу после этого начали регистрацию первых фондов.

— С запуска вашего фонда прошло два месяца. Сколько клиентов его приобрели? Насколько активно идут торги? Через какого провайдера идут основные обороты (брокер, личный кабинет, мобильное приложение)?

— Сейчас объем фонда составляет 200 млн руб., мы не располагаем статистикой по клиентам, потому что это клиенты не управляющих компаний, а брокеров. Маркетмейкер у нас один, Sberbank CIB, и с ними установлено соглашение, в рамках которого они должны обеспечивать ликвидность минимум на 50 млн руб. в день при наличии соответствующего спроса, а спред не может превышать 0,5% от справедливой текущей стоимости пая. Клиенты могут купить наш ETF и через мобильное приложение «Сбербанк Инвестор» при условии, что у них есть брокерский счет в Сбербанке. Если счет открыт у другого брокера, то купить фонд можно через мобильное приложение этого брокера.

— У управляющей компании тоже есть мобильное приложение, можно купить в нем ETF?

— Биржевые фонды чем отличаются от открытых ПИФов? Последние клиент покупает в управляющей компании: он заводит деньги непосредственно в фонд и ему выдаются паи. При покупке биржевого фонда розничный инвестор не имеет доступа к выдаче или погашению паев. Он может купить уже выданные паи только на вторичном рынке. То есть маркетмейкер выкупает паи у управляющей компании, а затем реализует их на бирже.

Клиент напрямую может купить фонд только на бирже и только через брокерский счет. Но мы планируем запустить новые фонды и сформировать линейку ETF. В дальнейшем клиент с помощью робоэдвайзинга сможет формировать себе портфель из ETF в рамках доверительного управления, то есть фактически создать стратегию доверительного управления под себя. Это будет доступно в нашем мобильном приложении и на сайте уже в следующем году.

— Интерес есть только со стороны розничных инвесторов или крупные состоятельные клиенты тоже покупают ETF, а также институциональные инвесторы?

— Если судить по средней сделке, которая составляет 10 тыс. руб., спрос сейчас со стороны в основном розничных инвесторов. Наш первый ETF — это фонд акций, который считается достаточно агрессивным способом вложений, а институциональные клиенты предпочитают консервативные инвестиции. Но мы планируем запустить до конца года фонды ETF на рынок ОФЗ и на корпоративные еврооблигации, и они уже удовлетворяют потребностям и ограничениям институциональных инвесторов.

— Во всем мире ETF ценят за низкую комиссию управляющего. Насколько этот параметр важен для российских инвесторов?

— Если бы сразу после запуска нашего фонда все пайщики активно управляемых фондов акций взяли и погасили их и положили свои деньги в наш ETF — это, наверное, было бы признаком того, что очень востребованы низкие комиссии. Пока мы этого не видим, но думаю, что тренд будет идти в эту сторону. Пока клиентов, которые интересуются минимальной стоимостью комиссии за услугу, немного, но их количество растет.

— Текущий уровень вашего вознаграждения за управление фондом в разы ниже, чем в случае с фондами активного управления, но все еще выше среднемирового уровня. Планируете снижать комиссии дальше или нет? За счет чего этого будете добиваться?

— Если сравнивать наше вознаграждение в фонде с вознаграждением иностранных ETF на наш индекс, то оно сопоставимо. Например, у глобальной управляющей компании VanEck есть ETF на российский рынок, и их вознаграждение выше, чем в среднем по ETF, и составляет 0,6–0,7%. Но при этом активов в этом фонде более $1 млрд. Естественно, что по мере дальнейшего роста активов мы будем постепенно снижать расходы инвесторов, за счет эффекта масштаба. Чем больше фонд, тем меньше в процентном отношении занимают некоторые фиксированные издержки: депозитарные, различные трансакционные, связанные с операциями с активами фонда, расходами на провайдера индекса, административные расходы управляющей компании.

— Насколько точно ваш фонд отслеживает индекс?

— Мы пока не накопили достаточной исторической доходности, чтобы оценить годовую ошибку отслеживания, но рассчитываем, что она будет близка к 1–1,5% годовых. При этом 1% ошибки отслеживания дает комиссия внутри фонда, дополнительные, не учтенные трансакционные издержки могут еще немножко добавить.

— На какие индексы, активы планируете запускать фонды в ближайшем будущем? Смогут они по разнообразию, объемам привлечения конкурировать с классическими фондами?

— До конца года запустим ETF на ОФЗ и корпоративные долларовые еврооблигации. В будущем году мы будем расширять линейку за счет в первую очередь новых индексов на развитые и развивающиеся рынки. Это будет Европа, возможно, Китай или какие-то другие развивающиеся рынки.

— Высокой популярностью на Западе пользуются товарные ETF. Эти фонды помогают выйти на товарные рынки даже инвесторам с небольшим капиталом, тем, кто не имеет прямого доступа к этому рынку. Будете запускать такие фонды? Когда и почему?

— В мировой практике товарные ETF в основном создаются путем синтетической репликации, то есть они не закупают физические товары, чтобы отслеживать динамику их цен, а заключают своп с контрагентом — банком либо брокером. Этот дериватив переоценивается так же, как и базовый актив. У нас сейчас есть некоторые регуляторные ограничения, которые мешают в России сделать фонд, основанный полностью на деривативах, и, соответственно, синтетически реплицировать товарный индекс. Однако мы общаемся с ЦБ по этой теме и надеемся, что в следующем году он разрешит делать такие фонды. Как только появится такая возможность, мы запустим ETF на товарные активы. Первым, скорее всего, будет ETF на золото, поскольку этот актив меньше всего коррелирует с динамикой российского рынка. Затем, может быть, и на нефть запустим.

— Что будете делать с активными фондами, которые будут дублироваться стратегиями ETF?

— Мы понимаем, что конкуренция управляющих с индексными фондами в России будет нарастать, поэтому и стали создавать свои ETF. Пусть лучше это будет конкуренция с нашими же фондами, чем с биржевыми фондами других провайдеров. У портфельных менеджеров будет более четкое обязательство обеспечивать доходности выше индекса, чтобы обеспечить спрос к своим фондам. Там, где мы видим, что у нас есть перспектива и мы сможем за более высокую комиссию предложить клиентам активное управление с доходностью выше индекса, мы будем это предлагать. А клиенты уже сами будут выбирать, исходя из показателей, купить индексный фонд или экспертизу портфельного управляющего. Интерес будет сохраняться к обоим типам управления, поэтому и развивать будем оба направления.