Роль державной экономической политики в согласовании экономических интересов хозяйствующих субъектов современной России

РОЛЬ ДЕРЖАВНОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ В СОГЛАСОВАНИИ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ИНТЕРЕСОВ ХОЗЯЙСТВУЮЩИХ СУБЪЕКТОВ СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ1

Л. А. ГОРНОСТАЕВА

В статье обосновывается мысль о том, что в российских условиях наиболее эффективным инструментом разрешения противоречий экономических интересов хозяйствующих субъектов должна выступать державная экономическая политика, поскольку именно она предполагает приоритет национально-государственных интересов, которые представляют собой основу для повышения благосостояния основной массы населения. При этом, именно в контексте державной экономической политики, предполагающей учет специфического ментального фактора, происходит нивелирование экономических противоречий, вызванных детерминантами существующего дисбаланса экономических интересов хозяйствующих субъектов.

Ключевые слова: государственная экономическая политика, державность, признаки державности, национальная идея, экономические интересы.

Транзитарный период России, ее переход от административно-командной экономике к рыночной повлек за собой и трансформацию в приоритетах иерархической системы экономических интересов. В этот период активно прививалась либерализация экономики, что предполагало формирование несвойственных для российской ментальности приоритетов. Так, происходила трансформация приоритетов интересов хозяйствующих субъектов, и на первый план выходили личные экономические интересы. Данное обстоятельство оказывало крайне негативное влияние на развитие всей экономической системы вплоть до начала XXI в., когда был положен старт определенной ретрансформации приоритетов реализации экономических интересов.

В условиях развития рыночных отношений и демократических процессов, осмысления и восприятия идеологических образцов стран западной демократии поиск основ духовной консолидации общества становится актуальной проблемой современной России. И ученые, и политики, понимая важность создания национального проекта, отвечающего российским условиям, адресуются к фундаментальным основам и чертам социальной, политической и культурной жизни российского государства с целью предложить, на основе вни-

1 Статья выполнена в рамках государственного задания Министерства образования и науки РФ № 6.1376.2011 по теме «Теоретико-методическое развитие политико-хозяйственной концепции «Державность» как основа модернизации России».

мательного анализа, оптимальный вариант развития. В числе этих фундаментальных основ находится и принцип соборности - как способ организации общественной жизни русского народа, как форма его деятельности по единению во имя высших ценностей.

Понятие «соборность» впервые было сформулировано выдающимся русским философом-славянофилом А. С. Хомяковым как обозначение «свободного единения людей, основанного на христианской любви, направленного на поиски совместного коллективного спасения» [6]. Данное воззрение стало первоначально результатом глубокого освоения подлинного смысла христианского вероучения и актуализации религиозного понятия «ка-фоличность» или цельность. Но постепенно категория соборности превращается из чисто религиозной в философско-религиозную и рассматривается как способ постижения основ всей человеческой жизни, как способ постоянного преодоления отчужденности и раскола в человеческом обществе.

Понимание соборности как духовной ценности, благодаря которой русский человек, как самостоятельная личность, развиваясь внутри целого, осознает неразрывность связи личного и над-личного, общества и «вселенского» начала, является отличительной чертой русского национального сознания, без которого немыслима атмосфера русской духовности.

Ориентация на Запад, просветительство, переход к индустриальному обществу и модерниза-

ция России в ХУШ-ХХ вв. существенно деформировали соборные отношения в русском обществе, в значительной степени породили отчуждение власти от духовной национальной элиты и, что особенно важно, от народа, что, в конце концов, стало одной из главных причин крушения Российской империи. Сыграла здесь свою роль и утрата тесного «симфонического» взаимодействия государства и церкви, светской и духовной власти, а ведь, как мы уже отмечали, религиозная, православная составляющая является сущностной основой русской соборности.

В советское время, хотя и в несколько ущербной форме, соборность выражалась в деятельности Советов «... как историко-генетического стремления нашего народа к соборному управлению» [1].

Стоит отметить, что в последние годы в обществе появляются силы, предпринимающие определенные шаги для восстановления, хотя и не в полном объеме, институтов народовластия, вобравших в себя черты традиций земских и церковных соборов. Так, начиная с 1993 г., ежегодно проводится Всемирный Русский Народный Собор (ВНРС), участники которого представители религиозной и светской общественности обсуждают вопросы, касающиеся государственной и культурной политики, национальной безопасности, намечают пути возрождения механизмов народного согласия. Пусть в его проведении не все совершенно, но это, несомненно, были лишь первые попытки консолидировать российское общество на основе духовно-нравственных ценностей русского народа. Можно считать это пока лишь поводом для научных и политических дискуссий, но с уверенностью можно сказать, что в обществе есть силы и люди, которым небезразлична судьба российской нации.

Если же рассматривать наиболее яркие черты проявления соборности в русской культуре, то убедительные примеры мы можем обнаружить, вслед за отечественными философами, филологами и культурологами, в русском искусстве, и в первую очередь в православном искусстве. Всем известно, что русская культура своим развитием и расцветом во многом обязана принятию христианства, поэтому соборный принцип здесь обладает приоритетным значением.

В архитектуре это церковь, собор, храм, где в ритуальном единстве богослужения через молитву, пение, слово осуществляется единение в процессе восхождения человеческого духа к Божественному. «Храм, - замечает известный русский философ Е. Н. Трубецкой, - это целый мир, не тот

греховный, хаотический и распавшийся на части мир, который мы наблюдаем, а мир, собранный воедино благодатью, таинственно преображенный в соборное тело Христово» [4].

Необходимым условием храмового соборного строительства являлись росписи храма, разворачивающие перед человеком всю библейскую историю, через эмоционально-эстетическое переживание, включающие человека в общее постижение смысла христианского вероучения. Особое место в этом процессе занимает иконопись, являющаяся, по мнению многих авторов, самым ярким воплощением идей соборности в русском искусстве. Соборности, органично соединяющей в себе образ Божий или лик святого; канон, согласно которому иконописец должен творить; материал: дерево, краски, кисти и, конечно же, неповторимый почерк мастера, его субъективный дух, многообразие его личного опыта. Как отмечал выдающийся русский философ отел П. Флоренский, суть идеальной иконы - в «незамутненности соборно передаваемой истины» [5].

Соборный принцип стал одним из отличительных признаков системы русского богослужебного пения, творчески переработанного русскими певчими из византийского осмогласия в православное знаменное пение, являющееся идеальной реализацией единения мира небесного и земного, зовущее верующих к Собору «всей твари». Черты соборности мы можем проследить в особенностях русского колокольного звона. Звук колокола был для русского человека как бы гласом самого Господа, призывал к соборному единению в Духе. В колокольном многоголосии звук основного гласа как символического отзвука - напоминая о соборном первоначале, не приглушался. Он оставался духовной осью, вокруг которой выстраивались остальные колокольные звоны, повторяя, варьируя и оттеняя основной глас.

Выдающийся исследователь русского искусства, поэт-символист В. Иванов посвятил множество страниц своих статей проявлениям соборности. Он сумел отыскать черты соборности и в русском театральном искусстве, изучая его как средство коллективной коммуникации, объединения в коллективную душу. Он пишет об этом так: «Соборность осуществляется в театре не тогда, когда зритель срастается в своем сочувствии с героем и как бы начинает жить под его личиной, но когда он затеривается в единомысленном множестве, и все множество единым целостным сознанием переживает подвиг героя как имманентный акт в его трансцендентном выявлении» [2].

Соборные черты легко обнаруживаются и в русской книжной литературе, и в произведениях русского народного творчества: в сказках, песнях, пословицах и поговорках и т. д., но это тема для другого, более развернутого исследования.

Говоря об историческом аспекте развертывания принципа соборности в развитии российского социума, мы не можем не упомянуть о советском периоде нашей нелегкой истории, который так яростно подчас критикуется историками и политиками за попытку установления без раздельного господства общественного начала над личным, за тоталитаризм как превращение социалистической коллективности в чисто внешнее, принудительное объединение индивидов. И все же в проявлениях коллективизма как доминантной формы социальной организации ясно просматриваются элементы соборного отношения как глубинного архетипа, как важной составляющей русского менталитета. Проявления, прежде всего, в способности русского народа, искренне верящего в торжество справедливости и в установлении отношений братства между людьми, строить счастливое будущее. В массовом энтузиазме, не всегда насильственно насаждаемом властями, в историческом оптимизме, в умении отстаивать веками накопленные нравственные ценности - доброту, духовное богатство, любовь к Отечеству и своему народу. Наконец, истинное единение народа, как это уже не раз бывало, перед угрозой фашистского завоевания, «священная война» не просто с национальным врагом, а с угрозой порабощения всего человечества. Проявлялась соборность и в период послевоенного восстановления, когда «всем миром» отстраивали заводы, фабрики, села и поселки, школы и музеи, на долгое время забывая о личных нуждах и потребностях. Пристальнее всматриваясь в российскую историю, можно констатировать, что социалистический коллективизм советского времени прижился в российской действительности, помимо иных причин, и вследствие того, что попал на подготовленную соборным самосознанием почву. Неправомерно, естественно, прямое соотнесение этих двух проявлений социальной жизни. В значительной мере основные содержательные компоненты соборного сознания, в частности, православная, в советское время оказались разрушенными. Вместе с тем, нельзя не отметить, что в настоящее время, когда политические силы российского общества вновь ведут поиск основ самоидентификации в современном мире, становится очевидной актуализация, наряду с другими, и принципа соборности. При этом необходимо освободить образ соборности и от «ар-

хаических черт дореволюционного прошлого», и от обвинений в тоталитарности и подавлении гражданской активности, от упреков в «религиозном оболванивании» народа. Необходимо предпринимать активные усилия для создания здоровой философской и политической рефлексии принципов и основ национальной самобытности, в числе которых соборность играет не последнюю роль [3].

В этой связи следует отметить, что сутью державной экономической политики является то, что она опирается на важнейшие ментальные качества россиян. Общинность и ориентация на «общественное благо» составляли всегда особенности российской экономики.

В российской державной экономической политике такие общественные слагаемые, как мораль и богатство не только совместимы, но и дополняются друг другом. Ведь богатство морально тогда, когда богатство и процесс его воспроизводства являются средством создания жизни. На эти постулаты опирался в частности П. А. Столыпин. И реальность, особенно дореволюционной России, полностью подтверждает взаимопроникновение богатства и морали. Достаточно вспомнить, что большинство больниц и учебных заведений в дореволюционной России были построены на добровольные пожертвования богатейших людей страны. Характеризуя это состояние общественного мнения, А. Л. Ястребов пишет: «Русская литература середины века увлечена купцом, человеком, создавшим самого себя, вчерашним крестьянином, а теперь хозяином дела; самое же главное - своим авторитетом и размахом предприятий способным доказать порочность мифа о высоконравственном «маленьком человеке». Писатели сострадают нищете, но и осознают неискренность ее художественного созерцания, как бы предчувствуя надвигающуюся катастрофу, когда возведение бедности в ранг добродетели разрушило классическую совокупность представлений об универсалиях -свободе, долге, зле и т. д. При всей любви, например, Лескова к персонажам из народа в произведениях писателя не менее очевиден пристальный интерес к торговому народу» [8].

Следует учитывать, что регулирование межгосударственного развития происходит сегодня в условиях формирующегося постиндустриального общества. Постиндустриальная система уже в своей основе является глобализирующейся.

Процесс глобализации в условиях постиндустриального перехода национальных хозяйств к более высокому уровню своего развития связан с

особой характерной его диалектикой. С одной стороны, постиндустриальная экономика требует усиления государственного влияния в сферах международных хозяйственных связей, порождающих усиление глобализации. С другой стороны, суверенность этих государств настоятельно требует такого же вмешательства государства во внутреннюю экономическую политику. Ведь от согласованности интересов участников внутреннего рынка, будет зависеть результат участия страны в глобальном мировом рынке.

Постиндустриальная экономика настоятельно требует и иных методов согласования интересов субъектов мирового глобального хозяйства.

Методы согласования образуют диалектически противоречивое единство: в какой-то мере отрицая друг друга, они вместе с тем неотделимы один от другого. Согласование правил «невмешательства» в межстрановые экономические связи ведет, при прочих равных условиях, к повышению степени открытости каждой национальной экономики и, следовательно, к возрастающей необходимости согласования правил «вмешательства» государств в экономические процессы, протекающие не только между странами, но и внутри них.

По мнению профессора политологии МГУ В. М. Кулькова, новая постиндустриальная система имеет как объективные причины и условия прочного установления, так и проблемные трудности объективного и субъективного характера.

В частности он считает, что «своеобразие будет отличать путь к постиндустриальному обществу России» [7].

Мы полностью согласны с мнением профессора В. М. Кулькова, который считает этот процесс не только своеобразным, но и противоречивым.

Действительно своеобразие постиндустриального развития в России изначально родовыми узами связано с духовными надэкономическими ценностями. Это проявляется в таких традиционно российских ценностях, как приоритет духовного над узкоэкономическим, неприятие культа потребительства, коллективизм (соборность), значимость социальной справедливости и т. п.

Сильная надэкономическая сторона российских традиций делает Россию особенно предрасположенной к постэкономическому обществу будущего. С позиций европейского рационализма можно было бы назвать этот «надэкономизм» деформацией общественной жизни, тормозившей индустриальный прогресс, однако с позиций

будущности именно он имеет большее основание стать несущей конструкцией общечеловеческих ценностей. Если для Запада переход к постиндустриализму, как уже отмечалось, может сопровождаться неоконсервативным всплеском национализма, пытающегося таким образом преодолеть «кризис веры», то Россия, напротив, способна избежать этой опасности, поскольку постэкономические ценности во многом соответствуют социально-духовной традиции.

Российская традиция в целом вписывается в общее направление перспективного развития человеческого общества. Это говорит о большом весе в ней элементов будущности. Это говорит и о необходимости ее охранения в процессе прохождения российского общества через этап жестких экономических преобразований.

К тому же у российского постиндустриализма накапливается и достаточно заметная научно -технологическая основа: развиваются сфера образования и науки, очаги наукоемких производств и передовых технологий, позволяющих говорить о складывающемся постиндустриальном секторе в стране.

Исходя из вышесказанного, очевидным является факт, что в российских условиях наиболее эффективным инструментом разрешения противоречий экономических интересов хозяйствующих субъектов должна выступать державная экономическая политика, поскольку именно она предполагает приоритет национально-государственных интересов, которые представляют собой основу для повышения благосостояния основной массы населения. При этом, именно в контексте державной экономической политики, предполагающей учет специфического ментального фактора, происходит нивелирование экономических противоречий, вызванных детерминантами существующего дисбаланса экономических интересов хозяйствующих субъектов.

Литература

1. Буданцев Ю. П., Большаков В. И. Соборность российской государственности: Историко-социологический анализ. М., 1999.

2. Иванов В. И. Родное и вселенское. М., 1994.

3. Костылева В. Ю. Соборность как форма проявления социальной практики: ретроспективный анализ // Вестник АГТУ. 2007. № 5.

4. Трубецкой Е. Н. Избранные произведения. Ростов-н/Д, 1998.

5. Флоренский П. Иконостас. Избранные труды по искусству. СПб, 1993.

6. Хомяков А. С. О старом и новом // Русская идея. М., 1992.

7. Экономическая теория на пороге XXI века / под ред. Ю. М. Осипова, Е. С. Зотовой. М., 2000.

8. Ястребов А. А. Богатство и бедность: Поэзия и проза денег. М., 1999.

ROLE OF SOVEREIGN ECONOMIC POLICY IN COORDINATION OF ECONOMIC INTERESTS MANAGING SUBJECTS OF MODERN RUSSIA

* * *

L. A. Gomostayeva

In article it is justified that in the Russian conditions as the most effective instrument of resolution of conflicts of economic interests of managing subjects the sovereign economic policy as it assumes a priority of the national and state interests has to act. The conclusion that in Russian conditions as the most effective instrument of resolution of conflicts of economic interests of managing subjects the sovereign economic policy as it assumes a priority of the national and state interests which represent a basis for increase of welfare of main amount of the population has to act is received. Thus, exactly in a context of the sovereign economic policy assuming the accounting of a specific mental factor, there is a leveling of the economic contradictions caused by determinants of the existing imbalance of economic interests of managing subjects.

Key words: state economic policy, statehood, statehood signs, national idea, economic interests.