О новой культурной группе памятников эпохи средней бронзы доно-донецких степей

ИСТОРИЯ И ПОЛИТОЛОГИЯ

О НОВОЙ КУЛЬТУРНОЙ ГРУППЕ ПАМЯТНИКОВ ЭПОХИ СРЕДНЕЙ БРОНЗЫ ДОНО-ДОНЕЦКИХ СТЕПЕЙ

М.Ю. Федосов

В статье анализируется группа памятников развитого этапа эпохи средней бронзы Донецко-Доно-Волжских степей, ранее включавшиеся исследователями в состав донецкой, среднедонской, волго-донской и ряда других археологических культур. Отмечается их качественное сходство, во-первых, между собой, во-вторых, с памятниками донецкой катакомбной культуры. Автор предлагает рассматривать их в составе последней как локальный вариант. На основании анализа погребального инвентаря даются хронологические рамки этой группы памятников - финал успенского и приволь-ненский этапы металлургии среднего бронзового века.

Ключевые слова: эпоха средней бронзы, катакомбная культурно-историческая общность, среднедонская катакомбная культура, донецкая катакомбная культура, павловско-усть-курдюмский тип памятников.

Вопрос о генезисе среднедонской катакомбной культуры - одна из многих дискуссионных проблем в историографии эпохи бронзы Восточной Европы. Она тесно связана с общей проблемой относительной хронологии памятников развитого и позднего этапов катакомбной культурно-исторической общности. Главный аспект этой проблемы -культурно-историческая атрибутация погребений с положением умершего на правый бок с южной либо западной ориентировкой (в традиции донецкой культуры), содержащих сосуды с низкой шейкой, слабопрофи-лированные или с ребристой профилировкой, в отличие от типично среднедонских раструбошейных форм, и с другим типом орнаментации, выраженным в преобладании елочногребенчатого штампа.

Первым обратил внимание на специфику определенной группы погребений В.А. Го-родцов, полагая ее керамическую традицию архаической, восходящей к неолиту [1]. В историографии среднедонской катакомбной культуры подобные памятники традиционно рассматривались в контексте ее раннего этапа. А.Т. Синюк на основании материалов

I, II Павловских, I и II Власовских курганных могильников [2-4] синхронизирует и объединяет его с местными ямно-катакомбными погребениями [4, с. 88] в один «павловский»

этап, одновременный с ранними донецкими памятниками [5]. Ю.П. Матвеев синхронизирует (и в значительной степени отождествляет) его с поздним этапом донецкой культуры [6] или даже с периодом ее распада и формирования памятников бахмутского типа [7].

Наконец, А.М. Смирнов, анализируя катакомбные памятники донецкого региона, относит погребения с сосудами с елочногребенчатой орнаментацией к позднекатакомбному времени, синхронизируя их с ранней среднедонской и поздней донецкой «классикой». Подобные комплексы в зависимости от типа сосуда он делит на две группы, которые возводит к позднеямной традиции (местной и воспринятой через ассимиляцию отдельных групп-носителей полтавкинской культуры соответственно) [8]. В связи

с полученными результатами А.М. Смирнов предложил исключить из классификации А.Т. Синюка «погребения с чуждыми этой культуре формами керамики: это сосуды с низкой, широкой шейкой, слабо отчлененной от корпуса, в отличие от последующих, раструбошейных, типично среднедонских форм, и с иным типом орнаментации: гребенчатой елкой сверху донизу» [8, с. 77].

Таким образом, общепринятой точки зрения до сих пор не существует.

Для начала рассмотрим типологию данной керамики как главного отличительного признака этой группы. Для терминологического удобства мы будем обозначать ее как памятники «павловско-усть-курдюмского

типа» (по эталонным могильникам на Среднем Дону и в Нижнем Поволжье). Каждый сосуд можно охарактеризовать по следующим признакам.

Профиль тулова.

Отдел А. Сосуды с выраженным плечиком (ребристая профилировка).

Отдел Б. Сосуды слабопрофилирован-ных форм.

Отдел В. Сосуды баночных форм.

Профиль горла.

Группа I. Сосуды с невысоким прямым горлом.

Группа II. Сосуды с невысоким отогнутым (раструбным) горлом.

Пропорции сосуда.

Тип а. Сосуды округлобокие приземистой формы.

Тип б. Сосуды вытянутых пропорций с выраженным биконическим туловом.

Сходство с классической керамикой позднедонецкой культуры обнаруживают кубковидные сосуды групп Б-Ьа и Б-П-б (в классификации С. Н. Братченко они все объединяются во II Отдел [9, рис. 8]), тогда как Отделы А и В находят больше всего параллелей с керамическим комплексом волгодонской культуры.

Неоднородность керамики подчеркивает картографирование ареалов ее распространения. При сравнении территории распространения указанных памятников (рис. 1) с ареалом классических памятников среднедонской катакомбной культуры (рис. 2) очевидно их частичное наложение друг на друга, но никак не совпадение. Условно их можно разделить на Правобережный и Левобережный варианты (по преобладанию того или иного типа сосуда). Основная масса погребений с керамикой групп Б-Ьа и Б-П-б тяготеет к бассейну Северского Донца ниже впадения в него Оскола и Нижнему Подонью, т. е. восточной части ареала донецкой культуры, типов А и В - к лесостепному Волго-Донскому междуречью. В степной части Волго-Донского региона такая керамика чаще всего сочетается с обрядовой традицией волго-донской культуры (положение умерших преимущественно

в ямах, на левом боку с ориентировкой на восток или северо-восток). Конечно, надо учитывать, что различные районы доно-волжского региона в археологическом плане изучены неодинаково. С другой стороны, Донеччина, Нижний Дон, Среднее Подонье в пределах Воронежской области и значительная часть Волго-Донского междуречья исследованы довольно плотно. На Донеччине 80 павловско-усть-курдюмских комплексов (44,4 %, с повышением удельного веса к востоку) против 100 классических позднедонецких (в выборке А.М. Смирнова [8]), на Среднем Дону и в прилегающих районах Поволжья 70 (79,5 %) против 18.

Другой яркой категорией погребального инвентаря являются курильницы. Их типологии и хронологии посвящена обширная историография [10, 11]. Нам здесь важно отметить лишь, что с классическими памятниками среднедонской катакомбной культуры сочетается лишь один тип курильниц - на трех или четырех раздельных ножках, с подставкой (рис. 3). В монографии А. Л. Нечи-тайло «Верхнее Прикубанье в эпоху бронзы» они сведены в типологическую таблицу и значатся как тип 2 [12, рис. 44, 26-31].

Н.В. Панасюк определяет их в «особый тип» [13]. Некоторые типы - чаши без внутреннего отделения, на сплошном круглом поддоне, имеют параллели в донецкой культуре конца раннего этапа (Власовский-! 1/4, Орешкин^ 4/1 (рис. 4, 7)) [8, с. 40, 143, рис. 11, 12-14; 14, рис. 18, 7, 5]. Курильницы без отделения с крестовидной ножкой имеют прототипы в ранних памятниках манычского круга, редкие погребения которого встречаются в рассматриваемом регионе. В отдельных случаях мы наблюдаем своеобразную местную «творческую переработку» заимствованных идей -использование «жемчужного» орнамента

(Ильмень 1/2 (рис. 5, 15) [15, рис. 16, 1]), уплощение верхнего края. Изделия подобного облика, но уже с отделением в плошке, встречены в семи погребениях Среднего Дона, из которых только три (Богучар-П 2/9 [4, с. 159, рис. 32], Орешкин-[ 19/2, Первомай-ский-ХШ 1/2 (рис. 3, 22, 24; 7, 3)) однозначно атрибутируются среднедонской катакомбной культурой. В кургане Сухая Перекопка-У комплекс с двумя подобными курильницами перекрывается среднедонским развитого этапа (хотя не исключен кратковременный

Рис. 1. Погребальные памятники донецкой катакомбной культуры павловско-усть-курдюмского типа.

1 - Стратилатовка; 2 - Ковалевка (Харьк. обл.); 3 - Шпаковка; 4 - Черевков; 5 - Николаевка (Донецк. обл.); 6 - Селимовка; 7 - Тополевка; 8 - Желобок; 9 - Говоруха; 10 - Александровск; 11 - ВСХИ; 12 - Луганск; 13 - Новоселовка; 14 - Малая Камышеваха; 15 - Приволье; 16 - Войтово; 17 - Петровка; 18 - Передельск; 19 - Лимаревка; 20 - Заречное (Луганск. обл.); 21 - Сватово; 22 - Новая Платоновка; 23 - Герасимовка; 24 - Заречный-1 (Рост. обл.); 25 - Сладковка; 26 - НДЧК; 27 - Головка-ГУ; 28 - Сухо-Дюдеревский; 29 - Кастырский; 30 - Рестумов-^ II; 31 - Аржановский; 32 - Вшивый-У; 33 - Краснен-ский; 34 - Таганка курганный; 35 - Таганка грунтовый; 36 - Александровка Донская; 37 - Павловск-^ II; 38 - Высокая Гора; 39 - Вервековка; 40 - Богучар-П; 41 - Сасовка; 42 - Караяшник; 43 - Прилепы-^ II; 44 - Власовский-ЫП; 45 - Сидоры; 46 - Орешкин I; 47 - Подгорный курганный, грунтовый; 48 - Усть-Курдюм ЫП; 49 - Крутец; 50 - Тростянка; 51 - Рыбушка; 52 - Мессер-У; 53 - Горбатый Мост; 54 - Ба-рановка-^ 55 - Ольховка-1; 56 - Кондраши; 57 - Вертячий; 58 - Первомайский-[; 59 - Горный; 60 - Малый Набатов; 61 - Остров; 62 - Качалин; 63 - Скворин; 64 - Майоровский; 65 - Большая Дмитриевка; 66 - Четыре Брата; 67 - Мокрый Волчек I; 68 - Ясеневый-П; 69 - Белогорское-I; 70 - Мокрый Керчик^

Рис. 2. Погребальные памятники среднедонской катакомоной культуры.

1 - Борщевка; 2 - Вербовка; 3 - Мостовое; 4 - Воронцовка; 5 - Новая Платоновка; 6 - Колесников-ка-11; 7 - Вьппнее Соленое; 8 - Купянск; 9 - Герасимовка; 10 - Станиславка; 11 - Вишневка II; 12 - ВСХИ; 13 - Сватово; 14 - Преображенское; 15 - Полтава; 16 - Александровск; 17 - Николевка (Луганск. обл.); 18 - Желобок; 19 - Заречный-1 (Рост. обл.); 20 - Сухоеланский I; 21 - Головка III, IV; 22 - НДЧК; 23 - Азаровский; 24 - Кондрашовка; 25 - Нижняя Ведуга; 26 - Хохол; 27 - Подклетное; 28 - Частые Курганы (Ворон. обл.); 29 - Орлиное Болото; 30 - Новая Усмань; 31 - Усмань; 32 - Малые Горки; 33 - Красненский; 34 - Туголуково; 35 - Графский; 36 - Каширское; 37 - Кондрашкино; 38 - Тре-соруковский; 39 - Заречное (Ворон. обл.); 40, 41 - Прилепы-!, II; 42 - Девица; 43 - Сасовка; 44 - Тернов-ской4; 45 - Стояново; 46 - Новая Чигла; 47 - Малокисляйский; 48 - Таганка курганный; 49 - Таганка грунтовый; 50 - Александровка Донская; 51 - Павловск I; 52 - Новохарьковка; 53 - Караяшник; 54 - Большая Могила; 55, 56 - Ольховатка I, II; 57 - Архиповка; 58 - Пасеково; 59 - Лофицкое; 60 - Бо-гучар II; 61 - Вервековка; 62 - Высокая Гора; 63 - Веселый; 64, 65 - Подгоренский I, II; 66 - Новая Ме-ловатка; 67 - Калачеево; 68 - Ширяево; 69 - Пески; 70 - Ильмень; 71 - Нехаево; 72 - Артановский; 73, 74 - Красновский I, II; 75 - Мазин; 76 - Павловская; 77 - Березовский; 78 - Сидоры; 79 - Орешкин I; 80 - Ксизово; 81 - Петропавловка грунтовый; 82 - Подгорный курганный, грунтовый; 83 - Глазунов-ский; 84 - Амелин-П; 85 - Г орелый I; 86 - Г орбатый Мост; 87, 88 - Большие Копены I, III; 89 - Белогор-ское4; 90 - Линево; 91 - Баранниково; 92 - Рыбушка; 93 - Котово; 94 - Петров Вал; 95 - Петрунино-П; 96 - Ольховка I; 97 - Петропавловка курганный; 98 - Усть-Погожье-[; 99 - Пичуга-^ 100 - Челюскинец; 101 - Виновка; 102 - Варламов-^ 103 - Царицын; 104 - Желтухин; 105 - Горный; 106 - Дубовой; 107 - Сухая Перекопка IV; 108 - Евстратовский-П; 109 - Верхняя Бузиновка; 110 - Нижняя Бузиновка;

111 - Майоровский; 112 - Чир-П; 113 - Попов4; 114 - Остров; 115 - Тормосин; 116 - Нижнегнутов; 117 - Первомайский-I, VII, VIII, XIII

Рис. 3. Погребения среднедонскои катакомбной культуры с курильницами.

1-7 - Павловский^ 38/3; 8, 9 - Туголуковский 1/7; 10-12 - Павловский^ 47/4; 13-17 - Прилепы-П 3/4; 18-20 - Прилепы-П 3/1; 21, 22 - ОрешкинЛ 19/2; 23-25 - Богучар-П, 2/9; 2 - кость; 3, 5 - камень; 4, 7, 9, 12, 15-17, 19, 20, 22, 24, 25 - глина; 6, 11, 14 - бронза; 1-7, 10-12, 23-25 - по А.Т. Синюку; 8-9 - по Н.Б. Моисееву; 13-20 - по А.Т. Синюку, Ю.П. Матвееву; 21, 22 - по А.Н. Дьяченко

Рис. 4. Погребения павловско-усть-курдюмского типа донецкой катакомбной культуры (раннедонецкий горизонт).

1-5 - Тростянка 8/6; 6, 7 - Орешкин-1 4/1; 2, 5, 1 - глина; 3, 4 - бронза; 1-5 - по А. А. Хрекову; 6 - по А. Н. Дьяченко

Рис. 5. Погребения с курильницами раннего и развитого донецкого горизонтов на Среднем Дону.

1-5 - Власовский-[ 1/1; 6, 7 - Власовский-[ 2/2; 8-10 - Власовский-П 5/3а; 11-13 - Власовский-[ 12/7; 14, 15 - Ильмень 1/2; 16-17 - Павловский-П 1/46; 18-19 - ОрешкинЛ 13/2; 2, 5, 7, 10, 12, 15, 17, 19 -глина; 3 - бронза; 4, 9 - кость; 13 - камень; 1-13 - по А.Т. Синюку; 14, 15 - по Н.К. Качаловой; 16, 17 -по В.И. Погорелову; 18, 19 - по А.Н. Дьяченко

Рис. 6. Погребения павловско-усть-курдюмского типа донецкой катакомбной культуры (позднедонецкий горизонт) (1-12) и синхронное погребение балановской культуры (13-16).

1-5 - Тростянка 8/7; 6-12 - Качалин 1/5; 13-15 - Тростянка 8/3; 16 - Тростянка, сосуд из насыпи кургана 8; 2-5, 9-12, 14-16 - глина; 7 - камень; 8 - бронза; 1-5, 13-16 - по А.А. Хрекову; 6-12 - по Б.Ф. Железчикову

Рис. 7. Погребения развитого и позднего катакомбного периодов Нижнего Подонья (1-7) и Нижнего Поволжья (8-13) с влиянием керамической традиции среднедонской катакомбной культуры.

1-4 - Сухо-Дюдеревский-П 4/13; 5, 6 - Малая Мартыновка 2/12; 8-13 - Усть-Курдюм^ 5/3; 2-4, 6, 11-13 - глина; 7, 10 - бронза; 9 - камень; 1-7 - по А.В. Кияшко; 8-13 - по В. А. Лопатину, Г.Л. Якубовскому

Рис. 8. Сочетание керамики среднедонскои и донецкой катакомбных культур.

1-3 - Архиповский 2/3; 4 - Сидоры, курган 2, сосуд из тризны; 5 - Сидоры, курган 2, сосуд из погребения 4; 6-9 - Головка-111, погребение 6; 2-5, 7-9 - глина; 1-3 - по Т.Ю. Березуцкой; 6-9 - по Т. А. Прохоровой

Рис. 9. Погребения среднедонской катакомоной культуры.

1-3 - Первомайский-ХШ 1/2; 4, 6-8 - Первомайский-VIII 7/5; 5 - Первомайский-VIII 7/6; 2, 3, 6-8 - глина; 1, 4, 5, 7 - по В.И. Мамонтову

хронологический разрыв). На Донеччине подобные курильницы изредка встречаются в позднедонецких комплексах и комплексах павловско-усть-курдюмского облика [8, с. 179, рис. 39, 13, 40, 14, 46, 17, 18], но ни разу - в сменяющих их среднедонских погребениях. В Волго-Донском междуречье они крайне редко (всего два случая - те же Богучар-П 2/9, Орешкин^ 19/2) встречаются в сочетании с донецким обрядом. Костяные кольца (например, в погребении Большие Копены-

IV 1/9 [16: рис. 7, 3; 8, 1-3]) довольно часто встречаются в позднедонецких погребениях, для среднедонских не характерны (3 случая в выборке из 450 комплексов). Здесь опять-таки будет уместно обратиться к А.Л. Нечитайло, которая отмечает, что в верхнем Прикубанье не зафиксировано случаев сочетания обоих типов курильниц в одном закрытом комплексе, хотя говорит об их сосуществовании [12, с. 126]. Сейчас уже очевидно, что речь идет о разных группах позднекатакомбного населения. Комплексы подобного облика можно отнести к той группе погребений, которая предшествовала в Волго-Донском регионе классическим памятникам среднедонской катакомбной культуры и отражала определенную инфильтрацию предкавказского населения. Напомним, что ранний этап развития культур манычского круга соотносится с при-вольненским этапом кавказской металлообработки, т. е. с позднедонецким горизонтом.

Таким образом, разнородность керамического материала, чуждость его классическим среднедонским формам, несовпадение территории распространения не позволяет рассматривать нам памятники подобного облика в качестве раннего этапа среднедонской катакомбной культуры даже при преобладании в последней донецкой погребальной традиции. Относительная немногочисленность павловско-усть-курдюмских и тем более классических донецких памятников в бассейне Среднего Дона, наличие в регионе группы, восходящей к местной позднеямной доно-волжской обрядовой традиции (выраженной в погребениях на левом боку с северной ориентировкой, определенных «репинских» репликах в керамике, высокой долей ямных конструкций), контактное взаимодействие с манычским населением - все это на привольненском этапе превращало указанный регион, особенно его левобереж-

ную часть, в своеобразный «котел культур». Итогом всех указанных культурогенетических процессов стало формирование качественно нового феномена, а именно, среднедонской катакомбной культуры.

Таким образом, к привольненскому этапу относится большинство павловско-усть-курдюмских погребений. Датирующими маркерами, помимо курильниц, здесь являются: бронзовые многовитковые пронизи с петлевидным изгибом, бипирамидальные игральные кости с нарезками на гранях (рис. 5, 9) [8, с. 111, 112].

К подобным маркерам можно отнести и находки сосудов балановского облика. Всего известно шесть подобных сосудов на Среднем Дону, из них четыре либо в павловско-усть-курдюмских комплексах, либо располагаются в одном с ними стратиграфическом горизонте.

А.Т. Синюк указывает, что в материалах павловского этапа ножи отсутствуют [5, с. 86], но это не совсем так, если обратиться за пределы Воронежской области. На Северском Донце в подобных погребениях А.М. Смирновым указано три классифицируемых ножа (два александровского (протопривольненско-го) типа и один - второго привольненского) [8, с. 174, рис. 41, 24-26]. На Иловле это нож второго привольненского типа из комплекса Барановка-! 20/1, которое также содержит сосуд типа В и жаровню Б-[-а с пережиточной «шагающей гребенкой» [17, табл. XXVII]. К донецкой культуре примыкает и известное погребение из Большой Дмитриевки-П 4/1 с ножом александровского и топором успенского типа [17, табл. XV, 1-5]. Напомним, что все известные классифицируемые предметы металлургической индустрии среднедонской классики относятся к костромскому типу.

Четкую стратиграфическую картину дает нам курган 8 Тростянского могильника на юго-западе Саратовской области, в котором основное раннедонецкое погребение 6 (но совершенное в яме с перекрытием) с характерным кубком на поддоне и двумя ножами протопривольненского типа (рис. 4, 1-4) [18, с. 152, рис. 96, 21, 25]. Впускными (в «поздний» юго-западный сектор) являются пав-ловско-усть-курдюмские захоронения 7 и 4 (первое - с курильницей без отделения на крестообразной ножке (рис. 7, 1-5) и бала-новское погребение 3 (рис. 6, 13-16) [19].

Еще один стратифицированный курган происходит из Зареченского-Е могильника на севере Ростовской области. Он дает следующую последовательность погребений: 1/6 с кубком раннедонецкого облика и сосудом типа Б-П-а - 1/9 павловско-усть-курдюмского типа - 1/8 раннеманычского облика - 1/5 бахмутского типа и 1/4 среднедонской катакомбной культуры [20, с. 14-18, 20-24, рис. 5, 30-42, 48-63].

Неоднозначным пока остается вопрос с культурной атрибутацией погребений 13/1 и 13/2 Власовского-[ могильника [3; 4, с. 154, рис. 27]. С одной стороны, по всем признакам это памятники ямно-катакомбные, но одновременно они демонстрируют обряд, совершенно отличный от других памятников этого горизонта [5, с. 110, рис. 14, 5-7; 112, рис. 16, 5-7; 115, рис. 19, 4,5]. По-видимому, они маркируют нижний хронологический рубеж проникновения в лесостепное ВолгоДонское междуречье носителей донецкой обрядовой традиции.

Итак, остается вопрос о верхней хронологической границе бытования памятников павловско-усть-курдюмского типа, тесно связанный с проблемой вычленения наиболее ранней группы собственно памятников среднедонской катакомбной культуры. В этой связи чрезвычайно любопытна серия комплексов со смешанной керамикой, происходящая с дальней периферии ее распространения (рис. 7).

При этом важно отметить, что на Среднем Дону только в двух комплексах (Архиповский 2/3, Головка-Ш погребение 6) достоверно зафиксировано сочетание сосуда донецкого облика (тип Б) и классического рас-трубошейника, причем в первом наличие валиков сближает комплекс уже с более поздним бахмутским горизонтом (рис. 8, 1-3, 6-9) [21, рис. 7, 4-6; 22, рис. 119-133]. В кургане 2 могильника Сидоры с погребением 4 с раструбошейным сосудом связана тризна, включающая сосуд типа Б-П-а (рис. 8, 4, 5). В Нижнедонских Частых курганах (НДЧК) погребение 20/3 с сосудом донецкого облика находится как минимум в одном стратиграфическом горизонте по отношению к погребению 20/12 среднедонской культуры, но является впускным по отношению к павлов-ско-усть-курдюмскому комплексу 20/9 [23, рис. 114-119, 163-169, 176-201]. Интересен

также комплекс Попов^ 7/5, представляющий собой двухкамерную катакомбную конструкцию, причем в одной камере располагались два классических раструбошейных сосуда, хоть и с архаичными чертами в орнаментации, а в другой - миска, сосуд кубковидной формы и костяные кольца [24, рис. 33, 46, 49, 61-69]. В Прилепском-П могильнике в погребении 3/5 с елочно-гребенчатыми сосудами типов Б-П-а и Б-П-б найден нож костромского типа [25: рис. 56, 1-3]. Та же балановская керамика происходит и из погребения 7/6 могильника Первомайский^Ш вместе с типичной среднедонской (рис. 9, 4-8). На Нижнем Дону немногочисленные комплексы этой культуры везде являются впускными, но среди них нет ни одного с валиковой орнаментацией в отличие от бахмутских кубковидных сосудов.

Итак, вышеизложенные факты свидетельствуют, во-первых, о том, что на определенном временном отрезке (по-видимому, на рубеже привольненского-костромского этапов) и на разных территориях сосуществовали носители среднедонской катакомбной культуры и предшествовавших традиций, подвергшихся ее влиянию, вылившемуся в находки импортов и подражаний уже классической среднедонской керамике.

Во-вторых, в генезис среднедонской катакомбной культуры непосредственно оказалась вовлечена лишь часть носителей донецкого обряда (павловско-усть-курдюмской группы, или варианта донецкой культуры). Куда значительней был идеологический прессинг, о чем свидетельствует преобладание в среднедонской культуре донецкого погребального обряда. В керамической традиции это влияние в наибольшей степени проявилось в памятниках западной осколо-донецкой группы и в южных памятниках преимущественно донского Левобережья. Выделяемый субстрат мы считаем целесообразным рассматривать в качестве локального варианта донецкой катакомбной культуры, а временем его бытования - финал успенского и привольненский этапы металлургии среднего бронзового века. Это время существования волго-донской культуры, культуры с хорошо разработанной хронологией и близким керамическим комплексом [17].

В-третьих, с павловско-усть-курдюмским типом соотносится только часть комплексов

с древнеямными признаками, общими для всего Доно-Донецкого бассейна и опосредованными через донецкую культуру раннего этапа и, возможно, позднеполтавкинскую (волго-донскую) культуру. Четкая характеристика местного, (условно) доно-волжского лесостепного пережиточного ямно-катакомбного компонента - предмет будущих исследований.

В-четвертых, экспансия носителей «классической» среднедонской катакомбной культуры началась уже на раннем этапе ее развития.

1. Городцов В.А. Материалы археологических исследований на берегах р. Донца Изюмского уезда Харьковской губернии // Труды XII АС. М., 1905. Т. 1. С. 56.

2. Синюк А.Т. Курганы эпохи бронзы Среднего Дона (Павловский могильник). Воронеж, 1983.

3. Синюк А.Т. Погребения ямной и катакомбной культур Первого Власовского могильника // Проблемы археологического изучения доно-волжской степи. Воронеж, 1989. С. 27-69.

4. Синюк А.Т. Бронзовый век бассейна Дона. Воронеж, 1996.

5. Синюк А.Т., Матвеев Ю.П. Курганные комплексы среднедонской катакомбной культуры. Воронеж, 2007.

6. Матвеев Ю. П. История населения среднедонской катакомбной культуры: дис. ... канд. ист. наук. М., 1982.

7. Матвеев Ю.П. О происхождении среднедонской катакомбной культуры // Археологические памятники эпохи бронзы восточноевропейской лесостепи. Воронеж, 1986. С. 52.

8. Смирнов А.М. Курганы и катакомбы эпохи бронзы на Северском Донце. М., 1996. С. 94-95.

9. Братченко С.Н. Нижнее Подонье в эпоху средней бронзы. Киев, 1976. С. 23.

10. Аринчина Т.Ю. Культовая керамика среднедонской катакомбной культуры // Исследования памятников археологии Восточной Европы. Воронеж, 1988. С. 74-88.

11. Егоров В.Г.. Классификация курильниц катакомбной культуры // Статистико-комбинаторные методы в археологии. М., 1970. С. 156-164.

12. Нечитайло А.Л. Верхнее Прикубанье в бронзовом веке. Киев, 1978. С. 121.

13. Панасюк Н.В. Особый тип катакомбных курильниц // Четвертая Кубанская археологическая конф.: тез. и докл. Краснодар, 2005. С. 193-196.

14. Берестнев С.И. Восточноукраинская лесостепь в эпоху средней и поздней бронзы. Харьков, 2001. С. 177.

15. Качалова Н.К. Ильменские курганы // АСГЭ. Л., 1970. Вып. 12. С. 29.

16. Матюхин А.Д., Федосов М.Ю. Погребения катакомбной культурно-исторической общности в окрестностях с. Большие Копены // Нижневолжский археологический вестн. Волгоград, 2008. Вып. 10. В печати.

17. Кияшко А.В. Культурогенез на востоке катакомбного мира. Волгоград, 2002.

18. Кияшко А.В. Происхождение катакомбной культуры Нижнего Подонья. Волгоград, 1999.

19. Хреков А.А. Тростянский курган и некоторые вопросы древней истории Волго-Донского лесостепного междуречья // Археологическое наследие Саратовского края. Саратов, 2005. Вып. 6. C. 5-19.

20. Гармашов А.И. Отчет об исследовании частично разрушенного кургана могильника «Заречный-I» в с. Кашары Кашарского района Ростовской области в 2001 г. // Архив РОМК. Ростов н/Д, 2003.

21. Березуцкая Т.Ю., Березуцкий В.Д. Архиповские курганы // Археологические памятники Восточной Европы. Воронеж, 2002. С. 70-71.

22. Прохорова ТА. Отчет о раскопках курганов на северной окраине х. Головка Белокалитвен-ского района Ростовской области в 1999 г. // Архив РОМК. Ростов н/Д, 2000. С. 40-44.

23. Ильюков Л.С. Исследование курганного могильника Нижнедонские Частые курганы в Белокалитвенском районе Ростовской области в 2004 г. // Архив РОМК. Ростов н/Д, 2005. С. 11, 15-16, 23-24, 26-28.

24. Скворцов Н.Б. Отчет об охранных археологических раскопках в Чернышковском районе Волгоградской области курганного могильника «Попов-I» в 2005 г. // Архив ВОКМ. Волгоград, 2006. С. 24-30.

25. Березуцкая Т.Ю. Среднедонская катакомбная культура и ее локальные варианты. Воронеж, 2003.

Поступила в редакцию 14.05.2008 г.

Fedosov M.Y. On the new Middle Bronze Age cultural group of Don-Donets steppes. The article substantiates the similarity of some catacomb burials of Middle Don, Donets, Lower Volga regions. This group has the same burial ritual, as the classical synchronous Donets and following Middle Don cultures, but different, specific pottery. The author regards them as one cultural type, or local variant of Donets catacomb culture and proposes to use the term “Pavlovsk-Ust-Kurdum type” under the name of the most illustrative burial mounds.

Key words: Middle Bronze Age, catacomb culture-historical community, middle-Don catacomb culture, Donets catacomb culture, Pavlovsk-Ust-Kurdum type of Monuments.