Специфика развития корпораций в России

обретении новых потребителей и новых каналов реализации продукции. Часто приобретались интеллектуальный капитал и ключевые компетенции компаний. Больше внимания стало уделяться вопросу обеспечения эффективного управления в постинтеграци-онный период.

В настоящее время, по мнению экспертов, мировую экономику захлестнула очередная волна слияний и поглощений, начавшаяся с 2005 г., когда объем мирового рынка слияний и поглощений достиг уровня пика 1998-2000 гг., а в 2007 достиг исторического максимума [1-7].

1. Кузнецов В. Что такое глобализация?// Мировая экономика и международные отношения. 2005. № 2, 3.

2. Кемпбелл Э., Лачс К. Стратегический синергизм. СПб., 2004.

3. Владимирова И.Г. Слияние и поглощение компаний // Менеджмент в России и за рубежом. 1999. № 1.

4. Брейли Р., Майерс С. Принципы корпоративных финансов / пер. с англ. М.В. Беловой. М., 1997.

5. UNCTAD World Investment Report 2005: Transnational Corporations and Export Competitiveness. UNTC; UNCTAD-DTCI, 2006.

6. UNCTAD World Investment Report 2006: FDI Policies for Development: National and International Perspectives. UNTC, UNCTAD-DTCI,

2007.

7. UNCTAD World Investment Report 2007: The Shift Towards Services. UNTC, UNCTAD-DTCI,

2008.

Поступила в редакцию 18.02.2010 г.

Kondratyev N.I. Evolution of transnational corporation’s mergers and acquisitions in global economy.

The article considers aspects of transnational corporation’s (TNC’s) mergers and acquisitions, especially transnational. The problem is one of the most actual according to the process of globalization and integration of national economies. Strengths and weaknesses of TNC are discovered and its peculiarities are examined in details according to its stability in global economy.

Key words: mergers and acquisitions; transnational corporation; globalization; global economy; national economy.

УДК 338.81+35

СПЕЦИФИКА РАЗВИТИЯ КОРПОРАЦИЙ В РОССИИ © А.В. Черенков

В статье раскрыты основные этапы развития корпораций в России, рассматривается понятие корпорации и современные тенденции развития корпоративных отношений.

Ключевые слова: корпорация; корпоративные объединения; юридическое лицо.

На основе изучения мирового опыта в области корпоративного управления можно сделать вывод о том, что корпоративная форма хозяйствования является самой древней из существующих форм организации крупного бизнеса. Это вызвано главным образом, по нашему мнению, тем, что именно требования экономического сотрудничества являются катализатором процесса мировой интеграции и тенденций глобализации. В результате именно транснациональные корпорации становятся основными хозяйствующими субъектами единого экономического пространства.

С. Чернышев дает следующую трактовку понятия современной корпорации - определенная группа лиц, профессионально занимающихся выработкой и принятием управленческих решений, обладающая в этом качестве самосознанием и шаг за шагом употребляющая развитые современные технологии принятия решений [1].

В России корпоративные организационно-правовые формы в предпринимательской деятельности начали создаваться в XVII в. Впервые в «Уложении» царя Алексея Михайловича появились нормы, регулировавшие расчеты товарищей между собой по поводу распределения неожиданных потерь,

убытков [2]. В Нижнем Новгороде существовали винодельческие товарищества, в Архангельске - купеческие (торговые), среди яиц-ких казаков существовали временные товарищества по совместной ловле рыбы. Однако в России вплоть до XVIII в. формы имущественного объединения не получили такого широкого распространения, как в странах Западной Европы, т. к. русскому быту были свойственны межличностные объединения, а не имущественные. Это объяснялось, прежде всего, явно выраженной тенденцией индивидуализма, т. к. русские купцы очень редко объединяли свои капиталы для совместной деятельности. Реальное внедрение товариществ в России началось с принятием Петром I Указа от 27 октября 1699 г., Указа от 27 декабря 1706 г., Указа от 2 марта 1711 г. и Указа от 8 ноября 1723 г., в соответствии с которыми купцам и иным свободным гражданам предписывалось торговать путем создания совместных компаний по западноевропейскому образцу [3].

В XVIII в. создавались также компании по инициативе их участников, тем не менее частная инициатива должна была получить государственное одобрение в лице какой-либо коллегии (чаще всего Мануфактур-коллегии или Коммерц-коллегии), а затем обязательно утверждена Сенатом. Внутренняя организация русских компаний XVIII в. практически неизвестна, сохранились лишь некоторые указания, четко не определяющие функции органов управления. В большинстве случаев во главе компаний стояло правление, в компетенцию которого входило ведение дел за общий счет и на общий риск, иногда при помощи наемных работников. В некоторых компаниях руководство осуществлялось не правлением, а исключительно директорами (за свой труд получавшими определенное вознаграждение), которые чаще всего выбирались из числа крупных и/или наиболее влиятельных участников компании. В ряде компаний существовала система совещаний, отдаленно напоминавшая общее собрание товарищей. Таким образом, в России XVIII в. практически не существовало четких, структурированных видов и типов компаний, отсутствовали понятия участия и системы правления, внутренние связи были хаотичными и во многом непонятными [2]. Первой акционерной корпорацией можно считать

учрежденную 24 февраля 1757 г. «Российскую в Константинополе торгующую компанию». Инициаторами ее создания выступили венецианские купцы, которые в 1749 г. обратились в Сенат через русского консула в Константинополе с просьбой разрешить торговлю между Венецией и Россией через Черное море и создать для этого на Дону торговый дом или контору.

Эта компания осуществляла активную торговую деятельность и просуществовала до 1762 г. А.И. Каминка отмечал «большое значение этой компании в деле насаждения принципов акционерного дела» [4]. На протяжении первой половины XVIII в. развивался и постоянно изменялся правовой порядок оформления деятельности компаний. Так, например, если первые компании князя Меншикова и барона Шафирова существовали без всякого правового регулирования, то уже деятельность компании графа Шувалова была детально регламентирована. С 1760 г. формируется политика ограничения льгот и привилегий, дарованных компаниям, что в итоге привело к постепенному уравниванию условий их деятельности. Правовое регулирование компаний во время правления Екатерины II ограничивалось принятием отдельных царских указов в отношении деятельности к определенно взятой компании, а не принятием единых общегосударственных правовых норм, которые могли бы регламентировать сам процесс создания и деятельности корпоративных организационных форм. Во второй половине XVIII в. в России создавались в основном торговые компании, являющиеся товариществами с правом юридического лица, сходные по своей правовой природе с колониальными компаниями Западной Европы (наиболее известные крупные российские компании - Компания по торговле с Константинополем, Компания по торговле с Персией, Российско-Американская компания по торговому освоению Аляски).

Дальнейшее развитие корпоративных отношений в России связано с изданием императором Александром I Указа от 6 сентября 1805 г. «Об ответственности акционерных компаний в случае взыскания одним складочным капиталом» и Манифеста от 1 января 1807 г. «О дарованных купечеству новых выгодах, отличиях, преимуществах и новых способах к распространению и усилению

торговых предприятий», в котором российскому купечеству было рекомендовано «производить свой торг путем создания товариществ». Товарищества могли создаваться в различных сферах деятельности, в случае если их деятельность не противоречила «общему благу» [5].

В соответствии с Манифестом 1807 г. создавались полное либо товарищество на вере, кроме того могло создаваться товарищество по участникам (прообразы современных акционерных обществ). Подобные товарищества по участкам предназначались практически для удовлетворения интересов государственного хозяйства, и их участниками могли быть не только купцы, но и представители других сословий. Торговые товарищества в России получили необходимые условия для своего развития и были широко распространены в купеческой среде вплоть до октября 1917 г.

Первое появление акционерных обществ в России обусловлено утверждением императором Николаем I Положения Комитета министров «Об учрежденной в Малороссии компании для добывания сахара из свекловицы» от 10 июня 1830 г. Данный документ применительно к конкретной компании регламентировал типовой устав, порядок управления и ведения дел в акционерной компании.

Таким образом, на практике в дореволюционной России методической основой акционерного законодательства было Положение 1836 г., а конкретные акционерные общества создавались и действовали в соответствии со своими уставами, т. е. новое право создавалось для каждого отдельно образованного акционерного общества. Причем нормы отдельных уставов могли абсолютно не основываться на нормах общего законодательства.

В целом, к ноябрю 1917 г. в России фактически действовали (с учетом ликвидации и сокращения капиталов в годы Первой мировой войны) около 2850 торгово-промышленных акционерных компаний с уставным капиталом 6040 млн руб. [4].

Корпоративное законодательство России в период с октября 1917 г. по 1 января 1923 г. отличалось декларативностью, отсутствием конструктивизма и отвечало главным образом интересам государственной политики национализации в промышленности и кре-

дитной сфере. Серьезных шагов по правовому регулированию деятельности функционировавших акционерных обществ и товариществ данного периода со стороны советского государства предпринято не было, и основополагающими нормативными актами касательно внутренней организации корпоративных форм данного периода являлись постановления Временного правительства от 10 марта и 22 марта 1917 г. Декретом ВЦИК, СНК РСФСР от 14 декабря 1917 г. банковское дело было объявлено государственной монополией, акционерные банки национализировались и объединялись с Госбанком, а также было заключено соглашение с акционерными обществами о порядке контроля за их деятельностью, в соответствии с которым акционерные общества были обязаны информировать Госбанк о состоянии своей кассы и выдаче денег.

Во второй половине декабря 1917 г. Высшим советом народного хозяйства был подготовлен новый проект Декрета об экономических преобразованиях, первый раздел которого был посвящен национализации акционерных компаний [6].

Изменения в социальном устройстве и законодательстве не могли не повлиять на динамику образования акционерных обществ. К концу мая 1918 г. в связи с переходом советской власти к широкой национализации акционерное учредительство существенно замедляется. В период военного коммунизма для акционерных обществ, основывавших свою деятельность на имущественной и организационной самостоятельности, места уже не было.

Общая ситуация несколько изменилась с развитием товарно-денежных отношений. В годы нэпа в январе 1922 г. было учреждено первое акционерное общество советского периода - акционерное общество внутренней и ввозной торговли кожевенным сырьем «Кожсырье».

Гражданский кодекс РСФСР 1922 г. в разделе Х «Товарищество» содержал пятый подраздел, который назывался «Акционерное общество

признается товарищество (общество), которое учреждается под особым наименованием или формою с основным капиталом, разделенным на определенное число равных частей (акций), и по обязательствам которого отвечает только имущество общества».

Постепенно автономия и имущественная самостоятельность юридических лиц, в т. ч. акционерных обществ, вытеснялись планированием и жестким регулированием со стороны государства. В конце 1920-х - начале 1930-х гг. акционерные общества были реорганизованы в государственные объединения. Затем на долгие годы эта форма была отвергнута и забыта.

В целях усиления контроля и регулирования деятельности трестов в середине 1920-х гг. начали создаваться крупные торговые объединения в промышленности - синдикаты, призванные упорядочить торговые функции трестов. В первоначальном варианте синдикаты создавались в качестве торгово-распорядительного аппарата трестов и охватывали стороны деятельности последних касательно кредитов, организации взаиморасчетов, организации сбыта, распределения заказов, нормирования цен, снабжения ресурсами, планирования производственной деятельности трестов. В системе планового управления промышленностью синдикаты стали одной из ее составных частей.

В результате проведенной реорганизации на базе синдикатов стали создаваться промобъединения по отраслям промышленности, являвшиеся хозрасчетными организациями, сочетавшими в себе функции планирования и оперативного управления производством. На практике промобъединения, как новая форма организации управления промышленностью, отличались существенной неупорядоченностью и неурегулированностью отношений внутри соответствующих организационных структур. В этих структурах наблюдались самые разнообразные формы подчинения промышленных предприятий объединению - либо непосредственно, либо через сохранившиеся тресты, или та и другая формы параллельно. Неопределенность подведомственности промышленных предприятий и трестов, их внутренняя неоднородность стали одной из причин распада про-мобъединений на узкоспециализированные единицы.

Постановлением ЦИК СССР, СНК СССР от 15 марта 1934 г. было принято решение о ликвидации в хозяйственном аппарате про-мобъединений и сокращении количества трестов. В наркоматах были образованы главные производственные или производственнотерриториальные управления, обладавшие полномочиями для решения всех вопросов касательно руководства подчиненными им организациями, учреждениями, предпри-

ятиями. «Вертикальная» централизация по отраслевому принципу приобрела доминирующий характер и в период между 1934 и 1957 гг. развивалась иногда чрезмерно (с постоянным увеличением количества промышленных наркоматов - позже министерств), явно преобладая над необходимостью укрепления хозрасчетной самостоятельности предприятий. Таким образом, тресты и синдикаты явились, по сути, правовым механизмом осуществления государственного контроля за функционированием хозяйственного комплекса страны [5].

В то время как в течение всего XX века акционерная форма продолжала развиваться в большинстве стран мира, в СССР и по его примеру в других странах социализма она была свернута, фактически сведена к нулю, что обусловило серьезное отставание нашей страны от мировой правовой практики.

Лишь в конце 1980-х гг. сначала в публицистике и экономической теории, а затем и на практике стал возрождаться интерес к акционированию. Позже он нашел отражение в российском законодательстве.

В конце 1980-х гг. была отменена государственная монополия внешней торговли. Разрыв между рыночным и официальным курсами рубля открывал новое широкое поле деятельности для «арбитражеров». Источником этого позднесоветского обогащения было государство, на протяжении ряда лет субсидировавшее экономику, при том что средства из государственного сектора стремительно утекали в карманы «частных предпринимателей».

Именно этот период «горбачевской» экономической реформы оказал далеко идущее воздействие на формирование экономической системы страны.

Часть средств, выведенных разными способами из государственного сектора, навсегда «ушла» на Запад, часть осталась в

России, однако на развитие предприятий не было использовано практически ничего. Тем не менее наиболее дальновидные «предприниматели» первой волны готовили «финансовые подушки» для последующего выкупа предприятий через приватизацию и строительство относительно чистых «империй», основанных на квазилегальных схемах контроля.

В сложившейся ситуации пришло время второго логического шага - законодательно -го оформления приватизации как формализации прав собственности держателей неформального контроля. В результате в 19921994 гг. была проведена массовая приватизация.

Постприватизационные годы не внесли ничего принципиально нового, можно лишь фиксировать все новые и новые этапы перераспределения собственности, очередные механизмы захвата (удержания) контроля над корпорациями (финансовыми потоками).

Сложившиеся акционерные общества в российской экономике по нормативным источникам своего преобразования можно подразделить на несколько групп [7]. Первая группа - АО, образовавшиеся в процессе приватизации государственных и муниципальных предприятий на основе Указа Президента РФ № 721 от 1 июля 1992 г. и Указа Президента РФ № 66 от 29 января 1992 г.; вторая группа - АО, преобразованные из арендных предприятий на основе Указа Президента РФ № 1230 от 14 октября 1992 г.; третья группа - АО, образованные вне рамок приватизации в соответствии с постановлением СМ СССР № 590 от 19 июня 1990 г., позднее постановлением СМ РСФСР № 601 от 25 декабря 1990 г.; четвертая - АО, образованные на основе норм ГК РФ и ФЗ «Об акционерных обществах» от 26 декабря 1995 г.; пятая группа - АО, создаваемые в процедуры банкротства в соответствии с ГК РФ и Законом «Об акционерных обществах», инициированные решением кредиторов организации должники; седьмая группа - созданные в порядке применения Закона от 19 июля 1998 г. «Об особенностях правового положения АО работников (народных предприятий)».

В результате приватизации были образованы 3/5 нынешних российских ОАО, которые производят 4/5 всей промышленной продукции.

Основные черты российской приватизации следующие [5]:

- массовое акционирование в ходе приватизации (было создано более 30 тыс. ОАО, что больше, чем в странах Восточной и Центральной Европы, СНГ вместе взятых);

- большие льготы инсайдерам (рабочим, менеджерам) и их участие в приватизации, что привело к сосредоточению в их руках 50-60 % акций;

- массовая продажа акций приватизируемых предприятий за ваучеры, выдаваемые всем гражданам, привела к появлению множества мелких акционеров (в 1994 г. было 40 млн) и дальнейшему процессу концентрации в рамках борьбы за контроль;

- предъявительский характер ваучера и его свободное обращение на рынке способствовало концентрации собственности раньше, чем непосредственно продажа акций. По некоторым оценкам до 30 % граждан продали свои ваучеры, треть этих ваучеров перешла в руки иностранцев;

- 25 млн граждан стали акционерами 450 чековых инвестиционных фондов, доверив им свои ваучеры;

- открытый характер приватизированных предприятий и, как следствие, свободное собрание акций предопределили возникновение борьбы за передел собственности.

В среднем по данным 1994 г. доля менеджеров в акционерном капитале российских предприятий составляла 60-65 %, внешних собственников 18-22 % и государства - до 17 %. На предприятиях нефтяной, газовой промышленности, электроэнергетики и телекоммуникации доля государства была 38-51 %, доля менеджеров 20-30 %. На предприятиях легкой и пищевой промышленности доля государства либо отсутствовала, либо была в пределах 10-15 %, доля менеджеров - преобладающая [8].

Таким образом, можно выделить преобладание менеджеров в структуре собственников корпораций как основную черту корпоративного управления в России на первом этапе приватизации.

В период с 1995 по 1997 гг. наблюдался активный процесс перераспределения собственности. Акции работников предприятия переходили в руки либо менеджеров корпораций, либо внешних собственников.

По данным А.Д. Радыгина, структура акционерного капитала российских предприятий в 1996 г. выглядела следующим образом (рис. 1.).

13%

4 %

35%

32 %

16%

35 % - трудовые коллективы;

16 % - высший менеджмент;

32 % - «внешние инвесторы»;

4 % - государство;

13 % - мелкие внешние акционеры.

Рис. 1. Структура акционерного капитала российских приватизированных предприятий на 1996 г.

По данным леонтьевского центра из Санкт-Петербурга уже к 1997 г. более чем на 25-30 % российских корпораций борьба за контроль уже завершена, примерно в двух случаях из ста победой внешних собственников. В большинстве корпораций борьба за контроль обостряется в связи с равенством пакетов акций, находящихся в руках менеджеров и внешних собственников [8].

В 2001-2002 гг. крупнейшие российские компании достигли позитивных изменений практически по всем показателям. Суммарные объемы выручки и нераспределенной прибыли 50 крупнейших компаний возросли в среднем на 15 %. Предприятия нефтегазовой отрасли по-прежнему получают основную долю совокупной выручки и прибыли, что отражает структуру получаемых доходов. Объем продаж нефтяных компаний составил 71,5 % совокупной выручки по сравнению с 64,4 % по итогам предыдущего года. На втором месте в отраслевом срезе с большим отрывом находятся крупнейшие предприятия металлургии. Рентабельность здесь повысилась с 20,8 до 21,6 %, что свидетельствует об эффективности финансово-хозяйственной деятельности. В то же время темпы повышения рентабельности продаж замедлились. Рост собственного капитала превысил 6 %. Совокупный размер собственного капи-

тала 50 крупнейших компаний достиг 67,2 млрд долл., или около 65,4 % их активов. Капитализация крупнейших 50 компаний составила 50 млрд долл., причем удельный вес нефтегазовой отрасли возрос с 68 до 89 %, электроэнергетики - с 16 до 18 %, капитализация предприятий связи осталась на прежнем уровне (8 %) [5].

В 2000-2001 гг. примерно 20 крупных российских корпораций заявили о своем намерении выпустить депозитарные расписки. Показательно, что большинство российских корпоративных заемщиков на рынке еврооблигаций стремилось в срок выполнять свои обязательства по текущим платежам. Для прошедших двух лет характерным стало также возрождение интереса к рынку корпоративных облигаций.

До 1998 г. в России четко прослеживалась тенденция глобального бегства капитала, однако ситуация изменилась в 1999-2002 гг., и была отмечена определенная тенденция к их реинвестированию (табл. 1). В основе данного процесса лежит повышение рентабельности и эффективности вложений в российские предприятия после девальвации рубля.

Таблица 1 Изменения в структуре собственности средних и крупных российских акционерных обществ

1994 1996 2000 2004

Инсайдеры 60-65 55-60 50-55 30-35

Внешние акционеры 15-25 30-35 35-40 50-55

Государство 15-20 9-10 5-10 10-12

Сегодня можно констатировать, что радикальное преобразование собственности в России не сопровождалось созданием адекватных механизмов корпоративного управления и контроля. Большинство российских компаний не воспринимали повышение инвестиционной привлекательности в качестве приоритетной задачи.

1. иЯЬ: http://www.ckp.ru/biblio/texts_okpr/16_

151.htm

2. Тарасов И. Учение об акционерных компаниях. Ярославль, 1879.

3. Свод законов Российской империи. СПб., 1876. Т. 9. Ч. 2. Ст. 55-78.

4. Каминка А.И. Основы предпринимательского права. Пг., 1917.

5. Бандурин А.В. Управление деятельностью корпораций в России: автореф дис. ... д-ра эконом. наук. М., 2005.

6. Функ Я.И., Михалеченко В.А., Хвалей В.В. АО: история и теория. Мн., 1999.

7. Райдман А. Российская модель корпораций // Журнал для акционеров. 1999. № 4.

8. Корпоративное управление в РФ: есть ли шанс для улучшений // Инвестиции в России. 2000. № 9. С. 3.

Поступила в редакцию 22.02.2010 г.

Cherenkov A.V. Specificity of development of corporations in Russia.

In the article basic stages of development of corporations in Russia are revealed, the concept of corporation and modern lines of development of corporate relations are considered.

Key words: corporation; corporate associations; legal

body.

УДК 330.322

ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ РЕГИОНА: ТЕРМИНОЛОГИЯ, СТРУКТУРА, МОДЕЛЬ

© В.И. Меньщикова

В статье рассмотрены основные подходы к термину «экономический потенциал». Акцентируется внимание на противоречии в понимании экономического потенциала региона. Представлены принципы формирования системно-структурного содержания экономического потенциала региона, а также основные элементы экономического потенциала региона. Сделан вывод о сложной структуре экономического потенциала региона, предложена структурная модель экономического потенциала региона.

Ключевые слова: экономический потенциал региона; принципы формирования системноструктурного содержания экономического потенциала региона; элементы экономического потенциала; модель экономического потенциала региона.

Экономический потенциал играет особую роль в системе организации национального хозяйства, региональной и производственной организации, выступая как ее материальная основа. Величина экономического потенциала характеризует уровень развития производительных сил, определяет конкурентоспособность страны, степень капитализации предприятий. Между тем в научнотеоретическом аспекте категория экономического потенциала исследована недостаточно, нет системного видения данной проблемы как в отношении экономического потенциала государства, так и в отношении экономических потенциалов субъектов Российской Федерации. Кроме того более остро стоит вопрос о взаимодействии общего потенциала государства и экономических потенциалов субъектов Федерации и крупных регионов.

Экономический потенциал как экономическая категория отражает сложные, многоаспектные, агрегированные и консолидированные экономические процессы, связи и отношения. В силу этой многогранности и

сложности категория экономического потенциала исследована недостаточно и рассматривается в основном не как объект и предмет самостоятельного и целенаправленного исследования, а в ракурсе анализа других экономических проблем и категорий.

Само понятие «экономический потенциал» объединяет общую трактовку понятия «потенциал» и понятия «экономический». Другая сложность в систематическом научном исследовании - выявление особенностей регионального содержания экономического потенциала в структуре многоуровневых отношений, связей, пропорций и регулирующих механизмов национальной экономики, финансовой, бюджетной систем и направлений государственной экономической и финансово-бюджетной политики, системных взаимосвязей бюджетного федерализма.

В методологическом аспекте термин «потенциал» в научной литературе трактуется с разных точек зрения, а именно посредством таких понятий или тождеств, как «сила»,