О СУДЕБНОМ ПРЕЦЕДЕНТЕ КАК ИСТОЧНИКЕ РОССИЙСКОГО ПРАВА

Актуальные проблемы юридической науки и практики

Булах Д.Б.

О СУДЕБНОМ ПРЕЦЕДЕНТЕ КАК ИСТОЧНИКЕ РОССИЙСКОГО ПРАВА

Цель: Цель данной работы состоит в обобщенной классификации судебного прецедента с четким определением критериев и видов такого прецедента. Исходя из данной цели, стоят следующие задачи исследования:

- раскрыть понятие судебного прецедента как источника права;

- исследовать генезис и современное состояние судебного прецедента в отечественном судопроизвод-

- выявить особенности реализации судебного прецедента в правовой системе Российской Федерации.

Методология: Методологическую основу данного исследования составляет комплекс общих методов научного познания, а также специальных методов, которые применяются в юриспруденции.

Результаты: За время проведения судебных реформ в Российской Федерации стало ясно, что внутренней структурной перестройки судебной ветви власти недостаточно для решения проблем судопроизводства, вызванных в значительной степени несовершенством норм материального и процессуального права.

Повышение качества судебной защиты прав, свобод и законных интересов лица является вопросом, который предусматривает в своем решении комплексный подход. Одной из составляющих проблемы единства судебной практики является предсказуемость закона как элемента его качества.

Новизна/оригинальность/ценность: В условиях создания и становления прогрессивных тенденций в законодательстве Российской Федерации проблематика определения судебного прецедента в отечественной правовой системе приобретает все большую актуальность и требует комплексного изучения и анализа. Поэтому, по нашему мнению, в отечественной правовой системе возможно применение судебного прецедента как источника права, а исследование этой проблемы является актуальным для отечественной юридической науки.

Ключевые слова: судебный прецедент, источники права, правовая семья, прецедент, доктрина права, судебная практика, правоприменение.

Bulakh D.B.

ABOUT THE JUDICIAL PRECEDENT AS A SOURCE OF RUSSIAN LAW

Purpose: The purpose of this work is a generalized classification of a judicial precedent with a clear definition of criteria for the classification and types of such precedent. Based on this goal, the following research objectives are set:

- to reveal the concept of judicial precedent as a source of law;

- to investigate the genesis and current state of the judicial precedent in domestic legal proceedings;

- to identify the features of the implementation of the judicial precedent in the legal system of the Russian Federation.

Methodology: The methodological basis of this research is a complex of general methods of scientific knowledge,

as well as special methods that are used in jurisprudence.

Results: During the course of the judicial reforms in the Russian Federation, it became clear that the internal restructuring of the judicial branch of power is not enough to solve the problems of legal proceedings, caused to a large extent by the imperfection of the norms of substantive and procedural law.

Improving the quality of judicial protection of the rights, freedoms and legal interests of a person is an issue that provides for an integrated approach to the solution. One of the components of the problem of the unity of judicial practice, the predictability of the law as an element of its quality.

Together with the main source of law - a normative legal act - legal norms are formed by law enforcement officials from other sources, which are called additional, non-traditional or authorized sources in the doctrine. The modern school of law classifies such sources as judicial precedents. The actual use of additional sources in law enforcement practice allowed some authors not only to talk about their presence, but also to begin their scientific analysis.

Novelty/originality/value: Considering all of the above, we believe that in order to create and establish progressive trends in the legislation of the Russian Federation, the problem of determining a judicial precedent in the domestic legal system is becoming increasingly important and requires comprehensive study and analysis.

Therefore, in our opinion, it is not impossible for the domestic legal system to apply judicial precedent as a source of law, and the study of this problem is relevant for domestic legal science.

Keywords: judicial precedent, sources of law, legal family, precedent, doctrine of law, judicial practice, law of application.

Наибольшее распространение судебный прецедент получил в странах с англо-американской системой права. Большинство отечественных исследователей, изучая проблемы применения в

российском законодательстве судебного прецедента и вопросы соотношения положений действующих нормативно-правовых актов, доказывают необходимость законодательного закрепления

судебного прецедента как официального источника права в государстве. Тем не менее, в Российской Федерации он официально не признается источником права. В данной работе определены соотношение категорий юридического и судебного прецедента и виды существования прецедента, проанализированы сущность, признаки и виды судебного прецедента.

Изучая судебный прецедент, его место в правовой системе России и возможность введения его как официального источника права, обратимся к истокам данной доктрины, которые заложили базис становления и функционирования прецедентного права в мире.

Отметим, что прецедент в классическом английском понимании имеет четко установленное и устоявшееся правило.

В последнее время более весомое значение в развитии российского общества приобретают судебная ветвь власти и проблема участия судов в процессе формирования действенной правовой системы и эффективности ее правового регулирования. Исторически сложилось, что источниками и истоками современной отечественной правовой системы является правовая система бывшего Советского Союза, которая существенно отличается от правовых систем европейских государств.

Поэтому является чрезвычайно важным изучение инструментов правового регулирования, которые не использовались в советской правовой системе, но функционирование которых характерно для многих стран мира [5, с. 622-632].

По нашему мнению, одним из таких инструментов является судебный прецедент, изучение теоретических основ которого актуально в современных условиях становления отечественного законодательства и формирования новой системы судоустройства.

Необходимость исследования именно теоретических основ судебного прецедента определена потребностями науки и теории, которые разрабатывают фундаментальные основы для совершенствования правовой системы государства.

Наибольшее распространение судебный прецедент получил в странах с англо-американской системой права. Однако сам термин «судебный прецедент» происходит от латинского выражения, имеет неоднозначный характер и приобретает разное значение в различных правовых системах [3, с. 236].

Большинство отечественных исследователей, изучая проблемы применения в отечественном законодательстве судебного прецедента и вопросы соотношения положений действующих нор-

мативно-правовых актов, доказывают необходимость законодательного закрепления судебного прецедента как официального источника права в государстве.

При этом, учитывая фактическую невозможность действующих законодательных актов урегулировать экономические, правовые, политические, социальные сферы общественной жизни и возникающих отношений, судебный прецедент, который создается высшими судебными органами, сегодня мог бы помочь избежать определенных пробелов.

Отметим, что по своей природе судебный прецедент в соответствии с английской классической правовой доктриной является разновидностью юридического прецедента, который выступает в виде решения органа государственной власти, целью принятия которого является формирование примера и образца для дальнейшего рассмотрения и решения аналогичных дел.

То есть принятое соответствующим органом решение административного или судебного характера, вступившее в законную силу, получает юридическую силу правовой нормы для дальнейшего применения другими административными или судебными органами по аналогичным делам. Юридический прецедент может существовать в двух видах: административный (решение административно-исполнительного органа государственной власти) и судебный (решение суда) [8, с. 200-216].

Несмотря на отсутствие единого взгляда на содержание понятия прецедента (прецедент может рассматриваться и как судебное решение, и как модель поведения, и в качестве примера и т. д.), сущность данной категории является постоянной. Традиционно ученые сводят ее к тому, что подобные дела должны решаться одинаково на основании ранее принятого решения суда.

Однако из такой доктрины вытекают вопросы сходства и его степени, так как данный критерий имеет достаточно относительный характер. Проблема заключается в том, что действительно тождественных дел с тождественными существенными обстоятельствами и фактами почти не существует.

Традиционно имеются определенные разногласия, которые в дальнейшем могут повлиять на фактическое разрешение дела. Таким образом, для прецедента главным выступает тождественность не решения дела в целом, а лишь соответствующего вопроса права, которое является существенным для вынесения решения по существу.

Учитывая это, мы можем утверждать, что нормативный характер прецедента заключается в применении судом или иным уполномоченным органом правовой нормы путем создания нового правила или через дополнения или интерпретацию нормы права, которая уже существует [2, с. 35].

Судебный прецедент понимают в двух смыслах, узком и широком. Под судебным прецедентом в узком смысле понимается ratio decidendi дела, то есть часть решения, которая содержит норму права, созданную высшим судом в процессе решения конкретного дела с пробелами или нечеткостями в правовом регулировании. В широком смысле прецедент - это решение суда в целом, которое содержит такую норму. В доктрине англо-американского права выделяют два вида прецедентного права: общее право и прецедентное право, которое интерпретирует действующие законы.

Эти два источника находятся на разных ступенях иерархии права. Определение «общее право» иногда употребляется в отношении всех судебных решений в системе, где эти решения должны иметь прецедентный характер и выступают исключительно формой определения и осуществления сути закона. Поэтому общее право является отдельным источником законотворчества, независимым от действующих законов.

Однако, несмотря на явные противоречия и разногласия в понимании некоторыми авторами судебной практики и судебного прецедента, в большинстве научных исследований эти явления и понятия рассматриваются как идентичные и взаимозаменяемые, к тому же выступают обычно под одним и тем же названием - «прецедент».

Прецедентное право характеризуется тем, что оно не имеет разделения на частное и публичное (что характерно для романо-германской правовой семьи), зато исторически сложилось разделение права на общее право и право справедливости. Также отсутствует разделение права на отрасли, а сами нормы права не имеют деления на императивные и диспозитивные. Отсутствие в англосаксонской правовой системе разделения норм на диспозитивные и императивные объясняется тем, что, в отличие от норм континентального права, которые закреплены преимущественно в законодательстве и регулируют общие случаи и отношения, судья в англосаксонской правовой системе применяет в конкретной ситуации решение, которое уже сложилось в конкретном случае, то есть учитывает имеющиеся прецеденты.

Прецеденты нижестоящих судов имеют характер подчиненности и убедительного влияния.

В этом заключается сущность принципа stare decisis как общего правила применения, которое способствует устойчивости и определенности в праве. Судебные решения могут основываться на двух разновидностях принципа stare decisis: принципе подчиненности и принципе убедительности [10].

Учитывая все вышеизложенное, считаем, что в условиях создания и становления прогрессивных тенденций в законодательстве Российской Федерации проблематика определения судебного прецедента в отечественной правовой системе приобретает все большую актуальность и требует комплексного изучения и анализа [9].

Задача одинакового применения в судах должна реализовываться через введение четкого механизма кассационного пересмотра судебных решений. Сейчас этот механизм тесно связан с выполнением высшими судами таких функций, как обобщение судебной практики, осуществление анализа судебной статистики, предоставление нижестоящим судам на этой основе методической помощи и разъяснений относительно правильности применения законодательства.

Указанная конструкция обеспечения единства судебной практики через анализ обобщенных судебных ошибок требует модернизации.

В основу современного механизма достижения указанной цели в демократических странах положена не общеаналитическая работа со значительными массивами судебных дел, а судебное толкование по каждому конкретному делу.

Вместе с тем необходимо отметить, что и потребность в создании судебных прецедентов, которые дополняли бы действующие законы, в настоящее время в России существует. Это бы позволило предоставить гибкость системе источников права, повысить престиж закона (за счет его устойчивости, несменяемости в течение более длительного времени); «разгрузить» субъект законотворчества. Нормативно-правовыми прецедентами (источниками права) могли бы стать решения Конституционного Суда и Верховного Суда, вынесенные в результате рассмотрения конкретного дела, в ходе которого выявлен пробел в действующем законодательстве и возникла потребность в создании дополнительной или конкретизирующего нормы.

Такая норма должна создаваться в рамках принципов национального права, быть общеобязательной, непрерывно действующей и дополнять или конкретизировать закон, не противоречить действующему законодательству. Исходный характер могли бы приобрести и правотолкова-

ние или правоприменительные прецеденты в части, содержащей конкретизирующую или дополняющую норму.

Преимуществами такого источника права являются его способность создавать и фиксировать норму права более оперативно, чем в ходе длительного правотворческого процесса, и возможность дополнить, конкретизировать закон предписанием подзаконного характера (аналогично ведомственному нормотворчеству), заполнить пробелы в системе источников права; обеспечить таким образом урегулирование более широкого круга отношений.

В действующем законодательстве Российской Федерации должны быть четко определены круг субъектов, уполномоченных создавать нормативно-правовые прецеденты, сферы и границы, в которых они будут формироваться, юридическая сила таких актов, факультативный подзаконный характер и место в системе источников права.

Сегодня, учитывая глобальные интеграционные процессы, которые происходят в мире, мы наблюдаем сближение двух основных правовых систем. Так, в странах континентального права все большую популярность приобретают судебные решения, которые полагаются в основу уточнения и толкования положений законодательства, а в странах общего права становится актуальным законодательный путь развития права [7, с. 20-24].

С учетом проведенного нами исследования теоретических основ судебного прецедента и определенных при этом его характеристик, считаем возможным предложить следующее определение понятия судебного прецедента. Судебный прецедент - это обнародованное в установленном законом порядке решение суда, к компетенции которого относится его принятие, вступившее в законную силу, которое носит обязательный для выполнения или рекомендательный характер для его применения другими судами в ходе осуществления правосудия при решении аналогичного правового вопроса в подобных правоотношениях. Фактически судебный прецедент призван установить своеобразное правило поведения, которое должно учитываться в текущий момент времени и рассматриваться и применяться как образец в будущем, а его сущность составляет предоставление нормативного характера акту суда [4, с. 148-155].

Отличительным признаком также является возможность указания судам на конкретное судебное решение, имеющее прецедентный характер, как на источник права, на основании которого решена спорная ситуация.

Если проанализировать решение Конституционного Суда, то можно сделать вывод о его нормативном характере. С другой стороны, решение Конституционного Суда вряд ли можно считать прецедентом, поэтому любой другой суд не имеет компетенции рассматривать аналогичные дела, а для самого Конституционного Суда его собственные решения вряд ли можно считать прецедентами, поскольку аналогичные дела этим судом повторно не рассматриваются. Такие решения являются нормативными актам, хотя и особого рода.

В Российской Федерации судебный прецедент официально не признан в качестве источника права, но можно отметить, он может реализо-вываться в процессе принятия решений высшими судами и при принятии решения Конституционным Судом по конкретному делу, содержащему официальное толкование закона, которое определенным образом расширяет правовую норму [6, с. 20-26].

Для признания судебного прецедента источником права нужно установление в законе положений, согласно которым не только суды могли бы руководствоваться в своей деятельности решениями высших судов. Решения высших судебных органов обязательны для судов и влияют на всех участников процесса. Именно это свойство дает возможность предполагать, что они являются прецедентами. Однако их возникновение и действие не имеют прецедентного характера. Желание признать решения высших судебных инстанций источниками права привело к приравниванию этих актов к нормативно-правовым, что также невозможно. Нормативно-правовые акты - результат правотворчества, то есть деятельности компетентных органов государственной власти. Правотворческая функция должна быть законодательно закреплена за судебными органами [1, с. 5-10].

Заключение. Опираясь на вышеизложенное, можно сделать вывод, что говорить о признании судебного прецедента как источника права в российской правовой системе в настоящее время не представляется возможным, однако говорить и об отсутствии у судов высших инстанций и Конституционного Суда правопорождающих функций также нельзя.

Считаем, что судебный прецедент как источник права не может существовать не только потому, что Российская Федерация принадлежит к романо-германской правовой семье, или потому, что это страна с особым политическим устройством, менталитетом и т. д.

Причиной этого является тот факт, что структура и полномочия различных звеньев судебной системы не позволяют, даже при желании, создавать что-то похожее на судебный прецедент. То, что предлагают считать судебным прецедентом постановление кассационной инстанции в каком-то конкретном деле, неправильно, поскольку кассационная инстанция не правомочна принимать судебное постановление, которое в дальнейшем будет эталоном для принятия решений по аналогичным делам. В России если прецедент и имеет будущее, то оно еще далеко.

Для начала необходимо создать законодательную базу для прецедента, поскольку должна быть очерчена юридическая процедура, которая определяла бы его создание. Также судебные органы должны быть наделены правопорождающими функциями в пределах своих полномочий, которые необходимы для создания судебного прецедента.

Пристатейный библиографический список

1. Богдановская И.Ю. Судебный прецедент - источник права? // Государство и право. 2019. № 12. С. 5-10.

2. Гук П.А. Судебный прецедент как источник права / под науч. ред. Н.И. Матузова. Пенза, 2018. С. 35.

3. Доника Д.Д. О возможности использования правового прецедента в качестве источника права в российской правовой системе // Успехи современного естествознания. 2017. № 8.

4. Качановский Ю.В. Судебный прецедент как источник права // Правовая политика и правовая жизнь. 2014. № 1 (14). С. 148-155.

5. Марченко М.Н. Источники права: учеб. пособ. М.: ТК «Велби»: Проспект, 2015. С. 622-632.

6. Первухина Л. Ф. Значение судебного прецедента в практике федеральных судов в Российской Федерации // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе. Красноярск, 2015. Ч. 2. С. 20-26.

7. Пономарева К.А. Судебный прецедент как источник налогового права // Правоприменение. 2018. № 2(2). С. 20-24.

8. Ярков В.В. Статус судебной практики в России: некоторые вопросы // Юрид. наука и образование / Моск. гос. ун-т им. М.В. Ломоносова; Белорус. гос. ун-т; Моск. гос. юрид. акад. и др. М., 2018. Вып. 1. С. 200-216.

9. Pelc K. The Politics of Precedent in International Law: A Social Network Application // American Political Science Review. 2014. Vol. 108. № 3.

10. Steinberg R. Judicial Lawmaking at the WTO: Discursive, Constitutional, and Political Constraints // The American Journal of International Law. 2004. Vol. 98. № 2.

References

1. Bogdanovskaya I.Yu. Sudebny"j precedent - istoch-nik prava? // Gosudarstvo i pravo. 2019. № 12. S. 5-10.

2. Guk P.A. Sudebny"j precedent kak istochnik prava / pod nauch. red. N.I. Matuzova. Penza, 2018. S. 35.

3. Donika D.D. O vozmozhnosti ispol"zovaniya pravo-vogo precedenta v kachestve istochnika prava v rossijskoj pravovoj sisteme // Uspexi sovremennogo estestvoznani-ya. 2017. № 8.

4. Kachanovskij Yu.V. Sudebny"j precedent kak istochnik prava // Pravovaya politika i pravovaya zhizn". 2014. № 1 (14). S. 148-155.

5. Marchenko M.N. Istochniki prava: ucheb. posob. M.: TK «Velbi»: Prospekt, 2015. S. 622-632.

6. Pervuxina L. F. Znachenie sudebnogo precedenta v praktike federaFny'x sudov v Rossijskoj Federacii // AktuaTny'e problemy" bor"by" s prestupnost"yu v Si-birskom regione. Krasnoyarsk, 2015. Ch. 2. S. 20-26.

7. Ponomareva K.A. Sudebny"j precedent kak istoch-nik nalogovogo prava // Pravoprimenenie. 2018. № 2(2). S. 20-24.

8. Yarkov V.V. Status sudebnoj praktiki v Rossii: nekotory"e voprosy" // Yurid. nauka i obrazovanie / Mosk. gos. un-t im. M.V. Lomonosova; Belorus. gos. un-t; Mosk. gos. yurid. akad. i dr. M., 2018. Vy"p. 1. S. 200-216.

9. Pelc K. The Politics of Precedent in International Law: A Social Network Application // American Political Science Review. 2014. Vol. 108. № 3.

10. Steinberg R. Judicial Lawmaking at the WTO: Discursive, Constitutional, and Political Constraints // The American Journal of International Law. 2004. Vol. 98. № 2.

ШШР1ШШШШ

иннкогагиуг пгешлшм прдид

www.eurasniipp.ruinfo@eurasniipp.ru +7-917-40-61-340