ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ АДАПТАЦИИ МЛАДШИХ ПОДРОСТКОВ К ЭКСТРЕМАЛЬНЫМ УСЛОВИЯМ ЗАПОЛЯРЬЯ

строятся не столько на работе с реальной живой лошадью, сколько с образом лошади, значимым одновременно и «природно» и «культурно». Эти аспекты являются общими для ипповенции, экотерапии и арт-терапии. Тем самым техники ипповенции получают развитие как эко-арт-терапевтическое направление в психотерапии [5].

Лошадь в техниках ипповенции выступает не только элементом природной среды и семантически значимым метафоричным образом, но и субъективно значимым «другим». Согласно положениям экопсихологического подхода [3, 4], развивающий потенциал общения с лошадью заключается в ее субъектификации, что позволяет осуществлять процессы идентификации и социальной рефлексии, используя полученный опыт для коррекции и развития самосознания и разных уровней отношений - самоотношения, отношений в социальных группах, отношения к миру природы.

Таким образом, в ипповенции достижение гармонии с природой через общение с лошадью происходит посредством как взаимодействия, так и наблюдения, эмпатии, рефлексии полученного опыта, стимулирования творческого потенциала сознания с целью субъективной трансформации опыта и развития аутентичности.

Список литературы

1. Барайсс Х-Дж. Модели «лечебная верховая езда» и «терапевтическое взаимодействие человека и лошади» // Лошадь в психотерапии, иппотерапии и лечебной педагогике. Учебные материалы и исследования немецкого кураториума по терапевтической групповой езде. Пер с нем. - В трех частях. Ч. 1. - М.: Конноспортивный клуб инвалидов. 2003. - С. 24-40.

2. Гратовски А. Принцип дельфина: жизнь, верхом на волне / Александр и Николь Гратовски. - Москва: Эксмо, 2018. - 248 с. - (Тайный мир, меняющий сознание).

3. Дерябо С.Д. Экологическая психология: диагностика экологического сознания. -М.: МПСИ, 1999.

4. Панов В.И. Психолого-педагогические аспекты экологического сознания // Педагогика. - 2015. - №5. - С.59-70.

5. Kopytin A., Rugh M. (Eds.). Environmental expressive therapies: nature-assisted theory and practice. - New York, NY: Routledge/Taylor & Francis Group, 2017.

УДК 159.9

ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ АДАПТАЦИИ МЛАДШИХ ПОДРОСТКОВ К ЭКСТРЕМАЛЬНЫМ УСЛОВИЯМ ЗАПОЛЯРЬЯ19

Николаева Е.И., Грекова Е.Н.

РГПУ им. А.И. Герцена, Санкт-Петербург, Россия e-mail: klemtina@yandex.ru

Аннотация. В работе анализируются психофизиологические механизмы адаптации младших подростков к условиям Заполярья. Показано, что лучшее состояние здоровья, тормозные процессы рабочая память у подростков с преимуществом левых латеральных признаков.

Ключевые слова: латеральные признаки, младшие подростки, адаптация, Заполярье, тормозные процессы, рабочая память.

PSYCHOPHYSIOLOGICAL MECHANISMS OF ADAPTATION OF YOUNGER TEENAGERS TO EXTREME CONDITIONS OF THE ARCTIC REGION

Nikolaeva E.I., Grekova E.N.

19 Работа поддержана грантом РФФИ Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 18-013-00323 «Становление сенсомоторной интеграции и тормозного контроля у детей с разными латеральными предпочтениями».

Herzen State Pedagogical University, Saint Petersburg, Russia, e-mail: klemtina@yandex.ru

Abstract. The paper analyzes the psychophysiological mechanisms of adaptation of younger adolescents to the conditions of the Arctic region. It is shown that the adolescents with the advantage of left lateral preferences have the best state of health, inhibitory processes and memory.

Keywords: lateral signs, younger adolescents, adaptation, polar region, inhibitory processes, working memory.

Неблагоприятные условия Крайнего Севера многократно описаны и не подвергаются сомнению. К ним относят характерные геомагнитные явления, значительные изменения солнечного света, получаемые организмом, недостаток или избыток солнечного света, чрезмерный перепад температур, низкий уровень кислорода в воздухе, отсутствие свежих овощей, выращенных на солнце и много другое [1,2]. Дезадаптивные и патологические расстройства у жителей Севера развиваются в виде каскада процессов, которые начинаются с генерализованного молекулярно-мембранного клеточного дефекта, ведущего к последующему нарушению функций ферментов и клеток иммунной, эндокринной и нервной систем, системы де-токсикации и расстройствам метаболизма. Каждый из этих параметров сам по себе может спровоцировать серьезную аллостатическую нагрузку в организме, но еще большим основанием риска разнообразных проблем у человека является совокупность этих факторов. Так, исследования течения хронических заболеваний лёгких, желудочно-кишечного тракта, а также ишемической болезни сердца на Севере, позволяют сделать вывод о том, что синдром полярного напряжения является одним из основных патогенетических механизмов формирования и развития хронической патологии в высоких широтах, а экстремальное действие кли-мато-геофизических факторов приводит к принципиально иному течению хронических патологических процессов - первично дистрофической форме развития патологии. Сущность формирования регенераторно-пластической недостаточности на Севере заключатся в несостоятельности пластического обеспечения функций и снижения уровня регенераторных реакций [7].

Понятие «аллостатическая нагрузка» появилось в связи с заменой термина «гомео-стаз» на «аллостаз». Понятие «гомеостаз» изжило себя, поскольку оно обозначает тот факт, что после любого изменения все параметры организма возвращаются к какому-то идеальному уровню. Современные данные не подтверждают это и, напротив, свидетельствуют о том, что каждое состояние, в котором находится человек, образуется совокупностью механизмов, сочетаемых для данного случая, чтобы предвидеть изменение внешней ситуации и быть готовым к этому изменению [8]. Особенно чувствительны к непредсказуемым, в том числе погодным негативным факторам, дети и подростки. В детском возрасте развитие половых желёз подавляется гонадотропин-ингибирующим фактором, который вырабатывается гипоталамусом. Однако к началу полового созревания образование ингибитора гонадотропина снижается, а секреция гипофизом гонадотропных гормонов, стимулирующих развитие половых желёз, усиливается. Именно незрелость периферических половых желёз и отсутствие их тормозного влияния на начальных этапах полового созревания является основным фактором, определяющим чрезмерную активность гипоталамуса. По мере созревания этих желёз и формирования механизмов саморегуляции в эндокринной системе происходит нормализация активности гипоталамуса и соответственно исчезает его отрицательное воздействие на организм подростка [4].

В регионах Крайнего Севера до 70% детей в нашей стране имеют проблемы со здоровьем. Это существенно выше, чем в среднем заболеваемость по стране. Но эти показатели за последние 10 лет постоянно растут. Основанием высокого процента больных детей является снижение иммунитета под действием высоких концентраций кортизола как следствие постоянной высокой аллостатической нагрузки [1, 2].

Снижение иммунитета инициирует возникновение целого букета хронических заболеваний. Типичными для таких условий являются нарушения желудочно-кишечного тракта расстройства адаптации со смешенными нарушениями эмоций и поведения [7].

Известно, что среди коренных народов Крайнего Севера отмечается повышенная частота леворукости [7]. Более того, люди с левым профилем лучше адаптируются к природной среде, тогда как с правым- к социальной. Было обнаружено, что при работе на нефтепромыслах в условиях вахты дальнего плеча (когда рабочие доставляются на работу из очень отдаленных мест с другим климатом) в первый год распределение латеральных признаков у рабочих соответствует таковому в Европейской части России. Однако после 7 лет работы распределение существенно меняется в сторону резкого увеличения левых признаков у работающих. Это происходит не за счет изменения профиля функциональной сенсо-моторной асимметрии, но за счет ухода с работы такого типа лиц, у которых преобладали правые признаки. Оказалось, что у селькупов, коренных народов, проживающих на севере Тюменской области, практически нет сердечно-сосудистых заболеваний и очень высоко число левых признаков у населения [5].

Важную роль в формировании всего комплекса дезадаптивных процессов у приезжих играет нарастание дисбаланса между правым и левым полушариями головного мозга. Это ведет к увеличению уровня негативного психоэмоционального напряжения (высокий уровень психоэмоционального напряжения отмечается у 63,7% обследованных практически здоровых жителей Севера), которое усугубляется действием социального стресса. При этом хроническое психоэмоциональное напряжение становится фактором риска прогрессирования ряда патологических расстройств: сердечно-сосудистой, респираторной, нервной и эндокринной систем, органов пищеварения, печени, почек. Более экономично, с незначительно выраженным психоэмоциональным напряжением, процесс адаптации протекает у людей с превалированием функциональной активности правого полушария мозга. Так, у коренных жителей Арктики, приспосабливавшихся к жизни в экстремальных природных условиях на протяжении смены сотен поколений, было выявлено значимое усиление функционирования правого полушария головного мозга [7]. Люди, работающие на Крайнем Севере, часто приезжают туда с семьями, в том числе с детьми, которых не отбирают по признаку наличия левых латеральных признаков. Встает вопрос: как адаптируются подростки к этим условиям, играют ли роль латеральные признаки в реализации этой адаптации.

Это и предопределило цель настоящего исследования: изучение психофизиологических механизмов адаптации младших школьников к условиям Заполярья. Оценивали три группы детей: имеющих нормативное развитие, страдающих желудочно-кишечными расстройствами и диагностированные с наличием расстройства адаптации. В каждой группе было по 50 человек.

Особое внимание было обращено на роль исполнительных функций в процессе адаптации к условиям Крайнего Севера. Это связано с тем, что зрелость исполнительных функций зависит от функционирования префронтальной коры, которая активно начинает созревать в младшем подростковом возрасте. К исполнительным функциям относят тормозный контроль, рабочую память когнитивную гибкость. В данном исследовании мы описываем особенности тормозного контроля и рабочей памяти у подростков, проживающих в суровых условиях Заполярья. Исполнительные функции- это функции управления изменением поведения, то есть адаптации к меняющимся условиям среды. Предполагается, что в ситуации изменений необходимо затормозить неэффективное поведение и спланировать этапы нового поведения, при этом запоминания промежуточные результаты, пока новая цель не достигнута (рабочая память).

Сравнивали характер тормозных процессов [3] и рабочую память [6] у подростков с разными латеральными предпочтениями (оценивали по наиболее часто встречающимся в литературе пробам - [5]). Для оценки объема и интерференции в рабочей памяти использовали компьютеризированную методику запоминания зрительно предъявленных стимулов [6]. Ребенку трижды предъявляли один и тот же набор стимулов (в разной последовательности при

каждом предъявлении). При первом предъявлении на экране в случайном порядке появлялись три стимула из набора в 30 объектов живого мира разных категорий, разного цвета и разного пространственного расположения (бабочки, листья, цветы и т.д.). Ребенок на сенсорном экране нажимал на объект. Согласно инструкции, можно было нажимать лишь на тот объект, на который ранее не было нажатий. Повторное нажатие на один и тот же объект приводило к завершению предъявления. Время выполнения задания не регламентировалось. В процессе выполнения исследования фиксировалось число правильно воспроизведенных объектов при каждом предъявлении и процент выполнения. Далее вычислялась интерференция -изменение числа воспроизведений от предъявления к предъявлению.

Для анализа тормозных процессов применялась методика простой и сложной сенсо-моторных реакций. В рамках простой сенсомоторной реакции вырабатывался навык нажимать на клавишу «пробел» при появлении на экране компьютера круга любого цвета. В сложной сенсомоторной реакции ребенку запрещалось нажимать на клавишу «пробел» при появлении кругов красного цвета, хотя ранее он уже привык реагировать на этот стимул. Предполагается, что в данном случае можно оценить эффективность тормозных процессов в центральной нервной системе. Оценивались в каждом случае время реакции в мс и число пропусков (отсутствие реакции ребенка на предъявляемый стимул, на который ожидалась его реакция). В сложной сенсомоторной реакции дополнительно оценивалось число ошибок, то есть реагирование на появление круга красного цвета [3].

И простая, и сложная сенсомоторные реакции были организованы таким образом, что поток стимулов второй части серии повторял первую серию. Предполагалось, что, если испытуемый интуитивно догадается о том, что стимулы повторяются, он во второй части серии будет отвечать лучше, чем в первой.

Анализ профиля функциональной сенсомоторной асимметрии в трех группах показал, что чаще всего встречается смешанный профиль, причем соотношение левого, правого и смешанного профиля в норме соответствует таковому у подростков в Центральной России, тогда как в двух группах детей с заболеваниями число подростков со смешанным профилем существенно увеличено. Более того, среди подростков с нарушениями адаптации очень мало тех, кто имеет полярные профили (6% подростков с левым профилем и только 30% - с правым).

В тоже время во всех группах увеличено число леворуких подростков: 35.3%; 47,2%; 28% (соответственно в группах норма, дети с нарушениями ЖКТ и дети с болезнями адаптации). Можно предположить, что леворукость в данном случае - отражение адаптации к суровым условиям Заполярья, поскольку возможно, что часть родителей праворуких детей вынуждены были покинуть место работы в связи с болезнью детей.

Показано, что подростки с разными латеральными предпочтениями адаптируются к условиям Крайнего Севера с помощью различных психофизиологических механизмов.

Был проведен регрессионный анализ, в котором независимой переменной был профиль функциональной сенсомоторной асимметрии. Мы воспользовались оценкой линейной регрессии, а это значит, что коэффициент в равен коэффициенту корреляции, а Я2 показывает уровень объясненной дисперсии зависимой переменной при изменении независимой переменной. Выявлено влияние независимой переменной на зависимую «число ошибок в сложной сенсомоторной реакции» с уровнем значимости р = 0,034. Процент объясненной дисперсии составил 18,2%; в=-0,426. Отрицательный коэффициент регрессии свидетельствует о том, что чем больше числовое значение профиля (чем больше он правый), тем меньше значение зависимой переменной. Следовательно, чем больше правых характеристик у испытуемых, тем меньше ошибок они делают в сложной сенсомоторной реакции, тем более зрелыми являются их тормозные процессы.

При оценке влияния независимой переменной «рукость» было обнаружено ее влияние на зависимые переменные «время простой сенсомоторной реакции» и «ориентация в структуре потока сигналов». Под эффективной ориентацией в структуре потока сигналов понималось то, что испытуемые интуитивно поняли, что вторая серия потока в серии имеет ту же

структуру, что и первая. Оказалось, что чем больше вероятность леворукости у испытуемого, тем короче время реакции, то есть он быстрее реагирует на предъявленный стимул. Более того, чем больше выражена леворукость, тем эффективнее испытуемый чувствует структуру потока сигнала и может ее предсказывать. Следовательно, люди с преимуществом левой руки лучше адаптируются в потоке сигналов.

Смешанный профиль предполагает явление кросслатеральности [5], то есть ситуации, когда различные латеральные показатели имеют представительство в разных полушариях. Связь между полушариями осуществляют комиссуры, среди которых важнейшее место занимает мозолистое тело. Мозолистое тело поздно начинает миелинизироваться и этот процесс заканчивается только к 17-19 годам. Это может создавать некоторое время проблемы во взаимодействии полушарий.

Ни один из латеральных показателей не был связан с объемом рабочей памяти. Это можно объяснить тем, что все показатели рабочей памяти не зависят от латеральных особенностей полушарий головного мозга. Объем памяти определяется гиппокампами обоих полушарий, а планирование связано с префронтальной корой полушарий головного мозга.

Подростки со смешанной рукостью имеют признаки леворуких и праворуких подростков, что и обеспечивает высоких процент смешаннорукости в условиях Крайнего Севера.

Данные свидетельствуют о том, что к условиям Заполярья лучше адаптируются младшие подростки, имеющие больше левых признаков в сенсорной и моторной сфере. Чем больше проб, выполненных правым способом, тем выше вероятность возникновения психосоматических заболеваний и нарушений адаптации. Подростки с преимуществом левых и правых признаков адаптируются к условиям Заполярья с помощью разных психофизиологических механизмов. При этом подростки с преобладанием левых признаков в сенсорной и моторной сфере быстрее реагируют на стимулы в потоке сигналов и лучше предсказывают структуру сенсорного потока по сравнению с подростками с преобладанием правых признаков. Низкий уровень тревожности и высокий уровень настойчивости способствуют сохранению их здоровья в условиях Крайнего Севера.

Младшие подростки с преимуществом правых признаков имеют более зрелый тор-мозный контроль по сравнению с подростками с более выраженными левыми признаками. Высокий уровень тормозного контроля и выносливости способствуют сохранению здоровья в условиях Крайнего Севера.

Список литературы

1. Аргунова Е.Ф. Показатели заболеваемости детей Крайнего севера // Экология и здоровье человека на Севере: сб. науч. тр. VI-го Конгресса с международным участием / Под ред. П. Г. Петрова. - Якутск, 2016. - С. 55-57.

2. Белишева Н.К., Талыкова Л.В., Мельник Н.А. Вклад высокоширотных гелиогеофизических агентов в картину заболеваемости населения Мурманской области // Известия Самарского научного центра Российской академии наук. - 2011. - Т. 13 (8). С. 18311836.

3. Вергунов Е.Г., Николаева Е.И. Опыт применения методов визуализации в качественном анализе результатов тайм-теста // Мир науки, культуры, образования. - 2009. -№ 7-2 (19). - С. 128-131.

4. Добрин А. В. Особенности взаимосвязи типа профиля функциональной сенсомоторной асимметрии с эмоциональным реагированием младших школьников // Психология образования в поликультурном пространстве. -2014. - № 26 (2). - С. 69-77.

5. Николаева Е.И., Яворович К.Н. Характеристики сенсомоторной реакции у юношей и девушек с разной выраженностью латеральных признаков //Вопросы психологии. - 2013. -№ 5.-С. 133-141.

6. Разумникова О.М., Николаева Е.И. Возрастные особенности тормозного контроля и проактивная интерференция при запоминании зрительной информации // Вопросы психологии. - 2019. - № 2. - С. 124-132.

7. Хаснулин В.И., Хаснулин П.В. Экологически обусловленный северный стресс (синдром полярного напряжения) // Проблемы здравоохранения и социального развития Арктической зоны России. - М.: Paulsen, 2011. - С. 69-82.

8. Gunnar M.R., Quevedo K. The Neurobiology of Stress and Development // Annu. Rev. Psychol. - 2007. - V. 58. - P. 145-173.

УДК 159.9

ЗВУК В ИНТЕРФЕЙСАХ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ЧЕЛОВЕКА И ТЕХНИКИ20

Носуленко В.Н.

ФГБУН Институт психологии РАН, Москва, Россия E-mail: valery.nosulenko@ipras.ru

Аннотация. В статье обсуждается роль акустической среды как необходимого элемента обеспечения устойчивого развития общества. Рассмотрены проблемы создания звуковых интерфейсов во взаимодействии человека с технологическим окружением и предложены пути их решения с использованием пространственных свойств акустической среды.

Ключевые слова: акустическая среда, пространственный слух, звуковой интерфейс.

SOUND IN INTERFACES OF INTERACTION OF HUMAN AND TECHNOLOGY

Nosulenko V.N.

Institute of Psychology, Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia E-mail: valery.nosulenko@ipras.ru

Abstract. The article discusses the role of the acoustic environment as a necessary element in ensuring the sustainable development of society. The problems of creating sound interfaces in human interaction with the technological environment are considered and ways to solve them using the spatial properties of the acoustic environment are proposed.

Keywords: acoustic environment, spatial hearing, sound interface.

Акустическая среда является важной составляющей экологической среды человека, и в ней формируется общая слуховая культура как одна из важнейших составляющих человеческой культуры в целом. Звук несет важную информацию для идентификации и локализации культурно ценного объекта. В этом смысле он становится культурной ценностью, представляет собой культурное наследие, которое, в соответствии с конвенцией ЮНЕСКО об охране культурного наследия, подписанной еще в 2003 году, должно согласовываться с «существующими международно-правовыми актами по правам человека и требованиями взаимного уважения между сообществами, группами и отдельными лицами, а также устойчивого развития» [8, c. 2]. Рассматривая акустическую среду как культурное наследие, мы фокусируем внимание на ее особой роли в формировании привязанности людей к определенному месту жизни и деятельности, где звук становится «маркером» принадлежности индивида к определенной общности («акустическому сообществу») и наделяет место, время или событие идентичностью, необходимой для устойчивого взаимодействия человека со средой. В то же время, звук является индикатором состояния объектов окружающей среды, прежде всего, относящихся к ее технологической составляющей. Например, в наших работах показано аффективное воздействие на водителя звука, связанного с функционированием автомобиля [47]. Все это делает звук ресурсом (как вода или воздух), управление которым предполагает его рациональное использование, защиту и усиление при необходимости [5].

20

Исследование выполнено в рамках Госзадания, проект № 0138-2019-0005 «Фундаментальное психологическое обеспечение технологий автоматизированного распознавания установок, состояний и черт личности».