Образ и стиль. Мода art Deco

ОБРАЗ И СТИЛЬ. МОДА АРТ ДЕКО Н.В. Филичева

Так бывало уже, что каждая новая мода в ХХ в. «примерялась» аналитиками на стиль, каждое течение рассматривалось как начало новой стилевой эпохи. Вспомним модерн или любой другой большой стиль, который «проникал» во все сферы жизни. Пример тому - творчество бельгийского архитектора, одного из лидеров модерна, Анри Ван де Вельде, его собственный дом в Уккле «Блюменверф». Все в этом доме достойно внимания - мебель, содержащая классический набор необходимых предметов (стулья, кресла, столы, буфет), различные резные украшения, светильники, детали, сделанные из меди, картины, повешенные на стены, платье жены, созданное по эскизам художника. Наверное, это один из первых примеров решения проблемы синтеза в модерне, когда оценивать стали не моды и стили, а стиль жизни человека.

Таким образом, то, что раньше историки считали явлением эпохальным, в ХХ в. приобрело характер «непродолжительного господства», «случайного фактора», присущего модам и подчиняющегося законам формирования, свойственным большому стилю... Мода может зародиться в дизайне интерьеров или орнаментации тканей, затем непременно приобретет характер всеобщей тенденции, охватывающей все стороны жизни человека. Таковы современные законы создания моды и стиля - всеобщность в рамках жизни людей определенного социального слоя. Например, стиль жизни делового человека предполагает набор атрибутов, присущих специфике занятия бизнесом. «Реальное совокупное предложение моды и ее продолжительность заключаются именно в распространенности идеи на все сферы, окружающие человека, т.е. в способности моды стать стилем жизни. Мода конца столетия состояла из калейдоскопа образов разных десятилетий ХХ в.». [6, 27]. Итак, несколько лет понадобилось рожденному в Париже стилю, чтобы «приобрести популярность и превратиться из чисто французского явления во всемирно признанный «символ эффектности» [5, 4].

Арт Деко достиг расцвета между 1925 и 1935 годами. Стиль формировал образ, как ранее уже отмечалось, стиль жизни людей, их манеру одеваться и разговаривать, путешествовать, работать и отдыхать. В его власти находились индустрия развлечений и сферы искусства - его дух чувствовался в кинотеатрах, доходных домах, небоскребах, интерьерах, в узорах драгоценных украшений, в дизайне автомобилей, радио, кухонной посуды, в скульптурах, плакатах, книжных иллюстрациях, в тканях, картинах и, конечно, в моде - все создавалось в стиле, сочетавшем одновременно геометризм, жесткость, ясность, чистый насыщенный свет, с одной стороны, и обтекаемость, грациозность, игривость, простоту и элегантность, с другой.

Дело в том, что мода вообще, ее ведущие художники, такие, как Ж. Дусе, Ж. Ланвэн и прежде всего П. Пуаре и круг связанных с ним мастеров, сыграли большую роль в создании Арт Деко. В 1908 году выходит иллюстрированный тогда еще молодым П. Ирибом альбом «Платья Поля Пуаре», а в 1911 году - еще более впечатляющее издание «Произведения Поля Пуаре» с рисунками Ж. Лепапа (оба мастера станут затем ведущими дизайнерами Арт Деко). Яркие рисунки П. Ириба и Ж. Лепапа вводили новые линии; их стиль, использование сочных красок оказали прямое влияние на декоративное искусство того времени. Сам П. Пуаре «революционным» образом изменил моду: он уничтожил корсет, и тем самым силуэт его моделей сделался прямым и более естественным. Женщина перестала походить на песочные часы, готовые вот-вот переломиться посередине: линия талии опустилась и значительно расширилась. Это было первое, еще робкое по сравнению с тем, что произойдет после первой мировой войны, но уже явное ее освобождение. Одев прямые и свободные платья-туники, с ярким декоративным рисунком, женщина и в поведении стала более прямой и естественной, менее жеманной и вычурной. Но П. Пуаре не успокоился одним лишь изменением костюма. В

поисках новых идей он объездил Германию и Австрию, посещал школы, выставки, театры, студии и вернулся во Францию, полный решимости открыть свою школу. И в 1911 году П. Пуаре открывает ателье «Мартин», в котором совсем необученные молодые девушки создавали рисунки для тканей, мебели, обоев. Такой необычный метод дал рождение произведениям, полным свежести и живости восприятия, а недостаток технических знаний компенсировался хорошо обученными мастерами, переводившими рисунки девушек на ткани, лишь слегка подправляя их. Из ателье «Мартин» выходили обои, стенные панно, ткани, сплошь покрытые огромными яркими цветами. Так цветы (особенно розы, георгины, маргаритки, цинии), очень декоративные и бесконечно далекие от природных (настоящих), становятся любимой темой складывающегося Арт Деко.

«Роза» Ириба - декоративно-условная версия цветка, далекая от несколько болезненного, с изогнутыми линиями увядающего цветка Art Nouveau. Сам стиль Арт Деко с его сочными красками, россыпями цветов, жемчужин, связками лент, стилизованными изображениями животных и птиц - оленей, голубей, павлинов с гигантскими роскошными хвостами - был, в отличие от томно-изысканного, облаченного в бледно-серые и лиловые тона модерна, жизнеутверждающим и радостным. Недаром во время первой мировой войны «роза» Ириба стала более чем просто декоративным мотивом; она символизировала дух Франции, и это, пожалуй, был единственный символ такого вообще далекого от символов и аллегорий стиля Арт Деко.

И, наконец, 20-е годы выдвигают целую плеяду женщин-кутюрье; их произведения на Выставке 1925 года демонстрировались в Павильоне «Элеганс». Это Мадлен Вьонне, мадам Пакин, сестры Калло, Жанна Ланвен, Эльза Скьяпарелли (сейчас это имена самых престижных фирм в мире моды), в России Надежда Ламанова, которая впоследствии создала методологическую базу всего советского моделирования и, конечно, Габриэль Шанель, рассказом о которой мы начнем наш экскурс в мир «сумасшедших» 20-х годов.

Рис. 1. Габриэль Шанель

Одним из самых значительных образов в моде ХХ века, создателем нового стиля свободной, независимой женщины стала легендарная Габриэль Шанель. «Маленькая ху-

денькая брюнетка, с глазами цыганки, с видом девочки», она была идеалом женщины того времени. Femme d'entreprise, всю свою жизнь она упорно работала как «ремесленник и предприниматель», распространяя собственную манеру одеваться на свою постоянно возрастающую клиентуру. На этом пути ей пришлось скрестить шпаги с самыми знаменитыми кутюрье тех лет, прежде всего с Полем Пуаре. Отнимая одну за другой его клиенток, она «заставляла» их отказываться от неудобных узких юбок, длинных волос и плюмажей. Она упростила флакон духов так же, как сделала это с линией костюма.

Имя Шанель стало легендой, синонимом элегантности и шика, она стала самым ярким модельером стиля Арт Деко. В чем секрет успеха знаменитой француженки, ведь XX век богат именами создателей моды? Ответ на этот вопрос дала она сама: «Я не люблю, когда говорят о моде Шанель. Шанель - это прежде всего стиль. Мода выходит из моды, стиль - никогда». [4, 112]

Жизнь Габриэль Шанель была захватывающей и увлекательной.

Шанель создала моду, которая и сегодня является воплощением современности и элегантности. Под ее влиянием до сих пор находятся все современные французские модельеры. Ее маленькое черное платье перевернуло все в мире моды ХХ века.

Она любила творить, изобретать, шокировать. Она первой сделала короткую мальчишескую стрижку, ввела моду на загар и отобрала у мужчин почти весь их немудреный гардероб. Она ввела в моду образ «la garçonne». Она жила так, как хотела.

« Париж начала ХХ века - это ли не лучший подиум, на котором развернется парад стиля «шанель»? Этот город уже начал утрачивать неторопливое буржуазное достоинство, причудливую декоративность облика, отходили в прошлое затейливые чепцы и фижмы дам, бархатные обивки лож и кабриолетов, призрачный свет фонарей. Автомобиль и аэроплан, ровное сияние электрических шаров, плавное движение лифта, наконец, дребезжащий звонок телефона, который зазвучал в богатых особняках и о котором Дега отозвался с презрением: «Он звонит, и к нему бегут» [3, 44]. Этими подробностями обильно оснащалась парижская жизнь, изменяя людей, их внешний облик.

Но та, которой предстояло стать одним из символов Парижа, жила не в Париже, а в маленьком провинциальном городке. Когда в 1903 году двадцатилетняя Габриэль поступила в Мулене на службу в трикотажную лавку, она не мечтала о карьере модельера. Юная красавица грезила сценой. Однако, несмотря па прекрасные внешние данные, больших успехов на подмостках варьете она не достигла. Лишь прозвище Коко, по названию песенки, которую она исполняла, осталось с ней навсегда. Поняв, что сценическая карьера не удается, она принимает предложение молодого офицера Этьена Бальсана поселиться в горах в его родовом поместье. Попав в аристократический круг, она быстро привлекает к себе всеобщее внимание не только поразительной красотой и грацией, но и непривычной, вызывающей манерой одеваться. «Вкус феи, глаза и голос женщины, а фигура подростка», - говорили о ней [3, 45]..

Окруженная многочисленными поклонниками, Шанель бесцеремонно пользовалась их гардеробом - белая мужская сорочка, галстук, брюки-галифе. В таком наряде она совершает конные прогулки, изредка для знакомых делает шляпки, придумывает необычные костюмы, а в 1908 году открывает небольшой шляпный магазин. Вскоре Шанель получает заказы на платье. В основном они шьются из синего трикотажа или черного бархата с воротниками из белоснежного органди - впоследствии этот наряд станет ее фирменным знаком. К Шанель шли, чтобы одеться подобно ей самой: в блайзеры из фланели, длинные трикотажные джемперы, свободные жакеты. Главным критерием становится удобство и практичность, а лучшим материалом - трикотаж, считавшийся до сих пор «бедным», пригодным только для белья. Шанель объявила, что нашла ткань, которая завоюет весь мир, - джерси. В

1914 году она скажет: «Один мир кончился, другой только зарождался. Я была ровесницей века, и он требовал, чтобы я стала выразителем его потребностей в одежде» [2, 142].

Вступив в новую эпоху, Шанель отрезает копну роскошных черных волос и одной из первых начинает носить короткую стрижку. Шанель разгуливает по пляжам Биаррица без зонтика, подставив лицо палящим лучам солнца, - золотистый загар становится предметом культа всех женщин. Высокая, легкая, подвижная Ко-ко являла образ новой женщины.

Коко старались подражать самые красивые женщины Парижа. Они делали короткие стрижки, покупали ярко-красную помаду и черным подводили глаза. Они курили сигареты в длинных мундштуках и ездили загорать в Канн или Ниццу, облачившись в «дорогие пижамы» [1, 19].

Ее внешность свободно сочеталась с понятиями, неизвестными ранее: с яхтой, автомобилем, пишущей машинкой, угловатым абрисом телефона. В те времена, когда начинала Шанель, в парижской моде царствовал Пуаре. Эстет, доводивший до абстракции свою приверженность определенным формам, он бредил Востоком, изысканными линиями восточного костюма, насыщенным цветом богатого декора, затейливым рисунком восточных ковров и набоек. Пуаре снял с женщины корсет, освободив ее тело от жестких костяшек для вольного движения. Однако у него не хватило смелости довериться природе целиком, и он не смог отказаться от стремления сделать женщину выразителем своих концептуальных устремлений. Надо ли говорить, что предложения худенькой черноглазой модисточки, более известной пока что неотразимым очарованием, приковывающим к ней многочисленных поклонников, предложения, не имеющие ничего общего с привычным декоративным способом моделирования, не могли вызвать восторга у знаменитого кутюрье. Нет, он ничего не имел против тенденции нового века выразить одной линией всю полноту ощущений, он тонко чувствовал лапидарность грядущих форм, но укротить свое воображение, подчинить свою фантазию практичной реальности - это было оскорблением его эстетизму. И все же Пуаре был вынужден потесниться. После окончания войны Габриэль Шанель, по прозвищу Коко, стала проповедовать простоту, испугав самого модного портного Пуаре, подобно тому как архитектор Малле-Стевенс своими кубистически-ми постройками так же перепугал Перре, излюбленного архитектора французской буржуазии.

Стиль «шанель» быстро завоевывал Париж. Первой его приняла французская богема. Современники вспоминают, что возлюбленная Аполлинера художница Мари Лорансен имела облик подростка и одевалась в свободной, несколько экстравагантной манере «шанель». Кисти Лорансен принадлежит меланхоличный портрет Коко, в котором, правда, трудно угадать победный путь модели, завоевавшей следом за художественной богемой аристократию и ставшей, в конце концов, символом респектабельности, яркой представительницей нового стиля Арт Деко.

В начале двадцатых годов любимой одеждой парижанок становится длинная рубаха, подпоясанная «а 1а moujik». Это явное влияние русского национального костюма не без оснований относят к роману Шанель с великим князем Дмитрием Павловичем, племянником Николая II. К этому времени относится и увлечение славянской вышивкой: вышивальной мастерской у Шанель руководит великая княгиня Мария Павловна. В коллекциях Дома Шанель появляется изобилие меховых шуб и манто, причем для их демонстрации приглашаются манекенщицы только русского происхождения. Они необычайно хороши собой и обладают изысканными манерами, ведь представляют лучшие фамилии России. Связь Шанель с великим князем была недолгой, по интерес к России не прошел бесследно. В доме Шанель находили приют эмигранты. В нее был влюблен Игорь Стравинский. На ее средства был по-

хоронен знаменитый русский антрепренер, инициатор покоривших парижан «Русских сезонов» Сергей Дягилев.

1921 год был, пожалуй, самым удачным для Шанель. Именно тогда она выпустила свои знаменитые духи «Chanel № 5». Возможно, свое влияние на это событие оказал и князь Дмитрий, ведь на протяжении веков нигде так не ценились духи, как при царских дворах. Именно Дмитрий устроил Коко встречу с парфюмером Эрнестом Бо, отец которого работал когда-то на императорскую семью. Собственные духи - такого не было еще ни у одного Дома мод, и Шанель решилась на смелый эксперимент. По ее заказу парфюмер разработал две серии образцов смешанных цветочных ароматов. Шанель выбрала образец № 5. «5» - счастливое число Коко Шанель. Она изменила дизайн флакона. В то время в моде были необыкновенно вычурные флаконы — из цветного или матового стекла, с рельефными узорами от Lalique. Но Шанель заказала прозрачный хрустальный параллелепипед без единого украшения, чем-то похожий по форме на русский водочный штоф. Вызывающе простой флакончик с белой этикеткой и черными буквами Chanel произвел фурор. «Chanel № 5» и сегодня, пожалуй, самые знаменитые духи за всю историю модной индустрии. В середине 1920-х годов, точнее, в 1926 году рождается любимое детище Шанель - маленькое черное платье, которое до сих пор остается абсолютным эталоном элегантности. Такое платье, по мнению Шанель, должно исключить соседство любого другого наряда, в котором женщина казалась бы безвкусно «разодетой». Это идеальная мода для деловой женщины, которая выглядит в такой одежде соблазнительной, оригинальной и женственной. Она мечтала сделать его дневной и вечерней униформой. «Скучную» простоту компенсировали идеальные пропорции и крой, изысканные ткани: тончайшие шелка, кружева, тюль.

Рис. 2. Коко на отдыхе. 30-е годы

В 1925 году - новый роман, а с ним и «английский» период. На сей раз руку и сердце предлагает второй по знатности и богатству человек в Англии - граф Вест-

минстерский. Полосатая тельняшка, широкие матросские штаны, берет - в таком наряде запечатлена на фотографии тех лет улыбающаяся Шанель. Это не маскарад. Она путешествует на яхтах и смело вводит в моду полосатые джемперы, грубые твиды и «мужские» клетчатые ткани. Жаннет Фланнер, корреспондентка «New Yorker», отмечала: «Шанель ввела стиль бедных - трикотаж, сделала элегантными воротники и манжеты горничных, косынки землекопов и одела принцесс в комбинезоны механиков» [2, 46]. Но Шанель, кажется, не смущают нападки репортеров, ведь она сознательно творила моду из антимоды. К своим весьма прозаическим нарядам она надевала роскошные бусы из жемчуга, тяжелые «византийские» украшения, массивные колье из цветных камней. Золото или простой металл, натуральные камни или подделки, - главное, шокирующий контраст со строгим костюмом. Это нововведение не могло не вызвать возмущения чопорных англичан, и все же новая мода прочно входила в жизнь. Покидая Англию, Шанель бросила графу Вестминстерскому: «Пэров много. Шанель одна» [3, 45].

В 1928 году Дом моды Шанель расположился в Париже на улице Комбон, 31. Это пик ее успеха.

Режиссер и драматург Жан Кокто заказывает величайшему кутюрье костюмы для своих постановок: «Антигона» в декорациях Пикассо, «Орфей», «Рыцари круглого стола». Великий князь Дмитрий Павлович знакомит Шанель с королем Голливуда Сэмом Голдвином. Его планы колоссальны - лучшим стимулом для посещения кинематографа станет возможность увидеть «последний крик» моды, а значит именно Шанель должна создавать костюмы ко всем голливудским фильмам. Но этого мало. Одежда голливудских звезд претенциозна и безвкусна, - считает Сэм Гол-

Рис. 3. Модели Коко Шанель в 20-х годов

двин, - отныне не только на экране, но и в жизни они должны носить туалеты «от Шанель».

30-50-е годы - расцвет стиля Арт Деко. В конце 30-х годов в мире моды идет жестокое соперничество. На небосклоне парижской моды появляется повое имя. Итальянка Эльза Скиапарелли поражает Париж эксцентричной театральностью своих коллекций. Каждый показ становится взрывом, сенсацией. «Что ж, надо пожинать плоды, - считает Кокто, - даже Шанель вынуждена повернуться лицом к этим безумным фантазиям... Хотя было бы неверно считать, что барство Шанель завершилось» [4, 115].

Безусловно, нет! В ответ на знаменитый «rose choking» Скиапарелли Шанель создает коллекцию ослепительных «цыганских» платьев. Успех колоссален. Шанель вновь одерживает победу. Вечерние туалеты становятся более романтичными - изобилие кружев, тюля, шелка, в противовес повседневной одежде, почти полностью заимствованной из мужского гардероба.

«Быть гусеницей днем и бабочкой вечером. Нет ничего комфортнее гусеницы, так же как нет ничего более созданного для любви, чем бабочка», - такова формула Шанель [3, 45].

1939 год. Вторая мировая война уже началась. Шанель закрывает свой Дом моды и покидает Францию. Она уезжает в Швейцарию и проводит там четырнадцать лет почти в полном уединении. За это время французы забыли о ней. Их думами владел создатель роскошного стиля «нью лук» Кристиан Диор. Измученные годами лишений и тяжелого физического труда, женщины хотели блистать, мало думали о практичности, свободе движений. Единственное, чего хотелось, - вернуть утраченную женственность: затянуться в корсет, встать на высокие каблуки, надеть платье с большим декольте. Шанель не спешила возвращаться во Францию. Может быть, сработала интуиция - сейчас не время.

Рис. 4. Модели Коко Шанель 50-х годов

Но в 1953 году она вновь доказывает, что умеет предельно точно выбрать момент. «Нью лук» успел надоесть, женщины освобождаются от строгого диктата. «Если эти господа объявляют, что в этом году голова будет маленькой, а у меня большая, должна ли я бросаться в Сену? ...Диор? Это досужие вымыслы на бумаге... Верх платья так же легко сделать, как написать первый акт пьесы. Искусство - завершить ее. Я единственная, кто умеет делать юбку. Мода стала абсурдной, модельеры забыли, что внутри платья женщина. Большинство женщин одеваются ради мужчин, желая им понравиться. Но они должны иметь возможность свободно двигаться, садиться в машину, не порвав при этом одежду. Одежда должна иметь естественную форму», - считает самоуверенная мадемуазель Шанель [3, 46].

5 февраля 1954 года Шанель открывает вновь двери своего Дома на улице Комбон. Зал переполнен. Все ждут откровений, нового, доселе невиданного. Однако она представляет хорошо знакомые костюмы из твида, фланели и, конечно, маленькие черные платья. Пресса в ужасе от нелепой выходки. В газетах мелькают заголовки: «Меланхоличная ретроспектива», «Фиаско»... [1, 12]. Но вопреки ожиданиям, коллекция распродается мгновенно. А после представления второй коллекции журнал «Лайф» сообщает читателям: «Ее влияние распространяется на все, и в свои семьдесят лет Шанель творит не просто моду, а революцию». В действительности никакой революции не произошло. В каждой коллекции непременно присутствовали черные, синие платья с белыми манжетами и воротниками. Традиционный костюм украшался галунами и контрастными кантами, кожаными и металлическими пуговицами с львиной головой. Массивный золотой пояс-цепь слегка спущен на бедра. К сумочке прикрепляется ремешок или цепочка, и носится она теперь на плече. Ведь это так удобно! На голове любимая шляпка-канотье или маленький беретик. В 60-е годы Шанель открывает для себя цвет - твиды теряют классическую серо-бежевую гамму и приобретают нежные пастельные тона. Во время роковой поездки в Даллас в ноябре 1963 года Жаклин Кеннеди была в нежно-розовом костюме «от Шанель».

Рис. 5. Коко Шанель перед показом моделей

Показ моделей Шанель проходил без музыки, без традиционных цветов на подиуме, а в огромном демонстрационном зале с зеркальными стенами и потолком. Она никогда не пользовалась тем, что ее коллеги называли «поэзией моды»: никаких лирических предисловий, никаких разъяснений, платья не имеют завлекательных названий, а манекенщицы не пританцовывают и не улыбаются. У каждой в руке лишь табличка с номером модели.

Элегантность стиля, созданного Шанель, основывается на принципах, на первый взгляд, противоречащих элегантности, - удобстве и практичности. Она и работала прямо па манекенщицах, заставляя их делать резкие движения, добиваясь идеального расположения материала. Красивые, но неприятные на ощупь ткани категорически отвергались. «Юбка сделана для того, чтобы закидывать ногу на ногу, а пройма - чтобы скрестить руки на груди. Мода имеет две цели - комфорт и любовь. Красота - это когда обе цели достигнуты» [1, 16].

Эстетика Шанель органично сформирована ее жизнью. Крестьянка по происхождению, она провела юность в монастыре, и, может быть, генезис ее творчества следует искать здесь: отсюда почтительное отношение к черному цвету, восхищение возможностями белоснежного воротника, изысканная простота, восходящая к аскетизму монастырского ритуала. Однако эти изначальные эстетические константы обогащались впечатлениями богатой приключениями, романтической жизни женщины, вознесенной обстоятельствами на вершину светского Олимпа, - и это делает обманчивым кажущийся демократизм стиля «шанель». В пижаме, в тельняшке, в матросских брюках больше вызова, эпатажа, экстравагантности, чем желания демократизировать моду, ибо «пижама» у молодой Шанель сочетается с жемчугами и бриллиантами. «Маленькое черное платье» кажется простым лишь для непосвященного взгляда. В нем скрыта важнейшая пружина искусства XX века - технология. Шанель одна из первых оценила будущее этого понятия. Она работала с дорогими материалами и пользовалась приемами дорогой технологии, не останавливаясь перед затратами. Сверкание камней на простом платье, роскошь и аскетизм стали особенностью ее стиля. Это стиль шуршащих по гравию черных лимузинов и ухоженных изумрудных газонов. Это стиль безупречных линий и идеальных пропорций, комфортабельного дизайна Ле Корбюзье и геометрического стиля известного ювелира Раймона Тамплие. Подражать Шанель невозможно - в простом нельзя повториться.

Рис. 6. Справа - портрет Коко Шанель работы Жана Кокто и самые знаменитые в мире духи. Слева - модель летнего наряда с рю Комбон и неизменные аксессуары от

Шанель

Раздраженные соперники говорили про Шанель, что она создала одну модель и всю жизнь ее эксплуатировала. Однако Дом Шанель процветает, и время не тревожит ее славы. Триумф «шанель» продолжается.

Шанель - это не только одежда, это образ и стиль жизни. Его придерживаются те женщины, которые любят мужчин, хотят быть самими собой и дают волю страстям, это образ и стиль свободных женщин.

Литература

1. Весье Сесиль. Безумная Коко. // Лилит № 2 (5), 1994. С. 18-19. № 3 (6), 1994. С. 1216.

2. Гидель А. Коко Шанель, или Маленькое черное платье. М., 2002.

3. Михайловская О. Коко Шанель: личность, стиль, время. // Декоративное искусство. 1991. № 1. С. 44-47.

4. Моженок Т.Э. Женщина и искусство Аг! Deco. // Вопросы отечественного и зарубежного искусства. / Под ред. Н.Н. Калитиной. СПб, 1996. Вып. 5. С. 112.

5. Стерноу Сюзанна А. Арт Деко. Полеты художественной фантазии. Белфакс, 1997. С. 4, 71.

6. Козлова Т.В., Ильичева Е.В. Стиль в костюме ХХ века. М., 2003. С. 27-28.

7. Иллюстрации: СИапе!. Text by Francois Baudot Thames and Hupson. Paris. 1996.