ПРИНЦИП ВЕРХОВЕНСТВА В ПРАВЕ ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА И РОЛЬ КОНСТИТУЦИОННЫХ СУДОВ ГОСУДАРСТВ-ЧЛЕНОВ

Принцип верховенства в праве Европейского Союза и роль конституционных судов государств-членов1

Верица Трстеньяк*

Статья исследует формирование и развитие принципа верховенства права Европейского Союза в практике Суда ЕС. Отдельное внимание уделяется обращениям национальных судов государств - членов ЕС в Суд ЕС о вынесении решений в преюдициальном порядке, связанном с вопросами толкования и применения принципа верховенства. Затронуто также применение данного принципа судами Словении.

^ Европейский Союз, Суд ЕС, принцип верховенства, конституционные суды государств - членов ЕС, Словения, преюдициальный порядок

The article discusses the principle of primacy of EU law, as it was established and developed by by the Court of Justice of the European Union. It focuses on the role of Constitutional Courts of the Member States, related thereto, and discusses the principle of primacy also from the point of view of Slovenia.

^ European Union, Court of Justice of the European Union, principle of primacy, constitutional courts of EU Member States, Slovenia

JUS COMMUNE

Введение

Правовая система Европейского Союза (далее — ЕС, Союз) является одной из крупнейших в мире, тогда как право ЕС представляет собой сегодня один из самых существенных факторов, объединяющих Европу. Необходимо учитывать тот факт, что в настоящее время в состав ЕС входят 27 государств-членов2, а численность населения составляет 500 миллионов человек. Таким образом, правопорядок ЕС объединяет страны как континентальной, так и общей системы права. Он действует на территории, где используются

23 официальных языка и все акты Союза переводятся на каждый из них. Функционирование такой правовой системы в рамках объединения, не являющегося ни государством, ни настоящей федерацией, невозможно без соблюдения определённых юридических принципов. Одним из таких принципов является принцип верховенства.

Принцип верховенства права ЕС существует уже почти 50 лет. В течение всего этого срока он привлекал внимание как органов ЕС, так и государств-членов, поскольку этот принцип вступает в конфликт с одним из элементов государственного суверенитета:

* Верица Трстеньяк — Генеральный адвокат Суда Европейского Союза, доктор права, профессор (e-mail: verica.trstenjak@gmaii.com).

1 Настоящая статья представляет собой расширенную версию текста лекции, прочитанной 22 декабря 2011 года на Международной конференции, посвященной двадцатилетию Конституции Республики Словении в Конституционном Суде Словении, которая также будет опубликована в сборнике материалов упомянутой Международной конференции. Высказанные в настоящей статье взгляды являются личным мнением автора и не отражают позиции Суда Европейского Союза. Перевод статьи с англ. яз. выполнен А. Фроловой (Threefold Legal Advisors LLC).

2 C июля 2013 года, после вступления в его состав Хорватии, количество государств — членов ЕС увеличится до 28.

максима regnum regno non praescribit leges неприменима к взаимоотношениям ЕС и государств-членов. Так, именно необходимость частичной передачи суверенных прав послужила причиной внесения изменений в Конституцию Словении до её вступления в ЕС в 2004 году.

В настоящей статье рассматривается принцип верховенства в том виде, в котором он был провозглашён Судом Европейского Союза (далее — Суд ЕС) и получил отражение в практике последнего. Особое внимание в статье уделяется также роли конституционных судов государств — членов ЕС в развитии данного принципа, а также трактовке его содержания с позиции Словении.

1. Основные черты правового порядка ЕС

Как указал Суд ЕС в одном из своих известнейших решений по делу «Ван Генд эн Лоос против Администрации внутренних доходов Нидерландов», ЕС представляет собой новое международное образование, в пользу которого государства ограничили свои суверенные права в определённых областях и субъектами которого являются не только государства-члены, но и их граждане3. Правопорядок ЕС состоит из так называемого первичного права, включающего в себя основные принципы и правила, и вторичного права, к которому относятся юридические акты институтов ЕС. В связи с тем, что законодательная компетенция институтов ЕС регулируется первичным правом, она должна осуществляться в соответствии с ним. Следовательно, с этой точки зрения, вторичное право Союза подчинено его первичному праву. К источникам первичного права ЕС относятся Договор о Европейском Союзе (далее — Договор о ЕС), Договор о функционировании Европейского Союза (далее — Договор о функционировании ЕС), Договор об учреждении Европейского сообщества по атомной энергии (далее — Договор о ЕСАЭ) и протоколы к ним, а также Хартия Европейского Союза об основных правах. На настоя-

щий момент ЕС не присоединился к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, несмотря на то что возможность такого присоединения прямо предусмотрена действующей редакцией статьи 6(2) Договора о ЕС. Вторичное право Союза создаётся в процессе принятия органами ЕС правовых актов, предусмотренных статьей 288 (1) Договора о функционировании ЕС, в частности регламентов и директив. Наиболее существенное различие между регламентами и директивами состоит в том, что регламенты являются обязательными в полном объёме и подлежат прямому применению во всех государствах-членах4, в то время как директивы являются обязательными для государств-членов, которым они адресованы и лишь в отношении результата, которого требуется достичь, но оставляют в компетенции национальных властей выбор форм и способов достижения такого результата5.

Одним из ключевых элементов правовой системы ЕС является Суд ЕС, находящийся в Люксембурге. Его основной задачей является обеспечение соблюдения правовых норм при толковании и применении Договоров ЕС6. Существует несколько процедур, в соответствии с которыми споры рассматриваются в Суде ЕС. Наиболее значимыми процедурами являются подача иска Европейской комиссией на основании статьи 258 Договора о функционировании ЕС в связи с нарушением государством-членом норм права Союза, а также обращение судов и трибуналов государств-членов с запросами о вынесении в преюдициальном порядке решения о толковании права Союза либо о действительности актов, принятых институтами ЕС, осуществляемое в соответствии со статьёй 267 Договора о функционировании ЕС. В данном контексте процедура вынесения решения в преюдициальном порядке позволяет Суду ЕС вести конструктивный диалог с национальными судами и трибуналами государств-членов, выступающими, как правило, в роли судов первой инстанции, в которые граждане обращаются с тем, чтобы их права, вытекаю-

3 European Court of Justice (далее — ECJ). Van Gend en Loos v. Nederlandse Administratie der Belastingen. Case No. 26—62. Judgment of 5 February 1963.

4 См. статья 288 (2) Договора о функционировании ЕС.

5 См. статья 288 (3) Договора о функционировании ЕС.

6 См. статья 19 (1) Договора о ЕС.

щие из права ЕС, были защищены7. В случае если перед судом или трибуналом государства-члена возникает вопрос о толковании договоров ЕС или о юридической силе и толковании вторичного права ЕС, такой суд может обратиться в Суд ЕС с запросом о вынесении решения по данному вопросу в преюдициальном порядке. Для суда, решения которого, согласно внутреннему праву, не подлежат обжалованию, обращение с таким запросом является обязанностью.

2. Соотношение права ЕС

и национального права

2.1. Принцип верховенства

2.1.1. Понятие

Принцип верховенства права ЕС8 относится к основным принципам права ЕС. Он означает, что в случае коллизии права ЕС и национального права государств-членов приоритет имеет право ЕС.

Таким образом, стоит подчеркнуть, что принцип верховенства не предполагает наличия у Суда ЕС правомочий по признанию недействительным национального закона, противоречащего праву ЕС. Данный принцип,

скорее, означает, что в случае, если между нормой национального права и нормой права ЕС, имеющей прямое действие, существует противоречие, которое не может быть устранено при соответствующем толковании нормы национального права, национальные суды государств-членов должны вместо такой нормы национального права применять право ЕС9. Большое значение в данном контексте также имеет вопрос о прямом действии права ЕС, особенно в отношении директив10.

Принцип верховенства возник в судебной практике Суда ЕС: учредительными договорами ЕС данный принцип не предусмотрен. Принцип верховенства и по сей день не нашёл своего отражения в позитивном праве ЕС (то есть он не был включён ни в Договор о функционировании ЕС, ни в Договор о ЕС)11. Тем не менее он действует с 1964 года. Предполагалось, что данный принцип будет прямо предусмотрен в Договоре об учреждении Конституции для Европы12. Однако договор так и не вступил в силу и был заменён Лиссабонским договором13, не содержащим никакого прямого упоминания принципа верховенства. Таким образом, единственным документом, содержащим ссылку на принцип верховенства, является Декларация14 о вер-

7 По данному вопросу см.: von Danwitz T. Die Aufgabe des Gerichtshofes bei der Entfaltung des europäischen Zivil- und Zivilverfahrensrechts // Zeitschrift für Europäisches Privatrecht. 2010. № 3. S. 466—468. Критический анализ отсутствия у физического лица возможности обратиться в Суд ЕС за зашитой своих прав, предусмотренных правом ЕС, см.: Basedow J. Der Europäische Gerichtshof und das Privatrecht. Über Unsicherheiten, allgemeine Grundsätze und die europäische Justizarchitektur // Archiv für die civilistische Praxis. 2010. № 2. S. 192—193; Basedow J. The Court of Justice and Private Law: Vacillations, General Principles and the Architecture of the European Judiciary // European Review of Private Law. 2010. № 18. P 471 — 472.

8 Grundsatz des Vorrangs des Unionsrechts (нем.), principe de primauté du droit de TUE (фр.), nacelo primarnosti prava EU (сло-венск.). В литературе принцип верховенства (primacy) права ЕС часто именуется также принципом превосходства (supremacy) права ЕС. Об использовании понятия «превосходство» (supremacy) см., например: Craig P., De Burca G. EU Law, Text, Cases and Materials. 4th Edition. Oxford: Oxford University Press, 2007. P 344. Об использовании понятия «верховенство» (primacy) см., например: Lenaerts K, Van Nuffel P. Constitutional Law of the European Union. 2nd Edition. London: Sweet & Maxwell, 2005. P 665. О концептуальной разнице между двумя понятиями см.: Avbelj M. Supremacy or Primacy of EU Law — (Why) Does it Matter? // European Law Journal. 2011. № 17(6). P 744-763.

9 См. Также: Lenaerts K., Van Nuffel P. European Union Law. 3rd Edition. London: Thomson Reuters, Sweet & Maxwell, 2011. P 756, 757.

10 По вопросу о прямом действии директив см., например: Craig P., De Burca G. Op. cit. P 279. Также см. заключение Генерального адвоката Трстеньяк по делу Домингес (ECJ. Maribel Dominguez v Centre informatique du Centre Ouest Atlantique and Préfet de la région Centre. Case No. C-282/10. Judgment of 24 January 2012); Opinion of Advocate General Trstenjak delivered on 8 September 2011. § 61 и далее. URL: http://curia.europa.eu/juris/document/document.jsf;jsessionid=9ea7d2dc30db78cfcec2050e4f659eb182166 a7ee22f.e34KaxiLc3qMb40Rch0SaxuKaNr0?docid=109267&pageIndex=0&doclang=en&mode=lst&dir=&occ=first&cid=4266729 (дата обращения: 22.06.2012).

11 По вопросу об отсутствии прямого указания на принцип верховенства в Договоре о ЕС и Договоре о функционировании ЕС см.: Lenaerts K, Van Nuffel P. Op. cit. (2011). P 755.

12 См. статью I-6 Договора об учреждении Конституции для Европы, озаглавленную «Право Союза». Данная статья гласит: «Конституция и нормативные акты, принятые органами Союза в процессе осуществления закреплённых за Союзом полномочий, имеют приоритет перед правом государств-членов».

13 Лиссабонский договор о внесении изменений в Договор о ЕС и Договор, учреждающий Европейское сообщество, подписанный в Лиссабоне 13 декабря 2007 года. Посредством Лиссабонского договора были внесены изменения в Договор о ЕС и Договор об учреждении Европейского сообщества, а также изменено название последнего на Договор о функционировании Европейского Союза. Таким образом, посредством Лиссабонского договора существующее Европейское сообщество и Европейский Союз были заменены новым Европейским Союзом.

14 В отличие от протоколов к договорам ЕС, декларации к ним не имеют обязательной силы. При этом они могут быть приняты во внимание Судом ЕС при толковании соответствующих статей договоров; см.: Lenaerts K., Van Nuffel P. Op. cit. (2011). P 824.

ховенстве, принятая в 2007 году. Межправительственной конференцией и являющаяся приложением к Лиссабонскому договору, также принятому в рамках конференции15. Данная Декларация, в свою очередь, ссылается на заключение юридической службы Совета ЕС о верховенстве права ЕС16.

Согласно упомянутой Декларации, договоры ЕС, равно как и право ЕС в целом, имеют приоритет перед правом государств-участников в соответствии со сформировавшейся судебной практикой Суда ЕС. Как было указано выше, Декларация ссылается на заключение юридической службы Совета ЕС, согласно которому принцип верховенства является одним из ключевых принципов права Европейского сообщества (в настоящее время — права ЕС), и тот факт, что принцип не предусмотрен Лиссабонским договором, не имеет никакого значения для его существования и не повлияет на существующую судебную практику Суда ЕС.

2.1.2. Принцип верховенства в ранней судебной практике Суда ЕС

Принцип верховенства был провозглашен Судом ЕС ещё в 1964 года в решении по делу «Фламинио Коста против Э.Н.Е.Л. »17. Дело Фламинио Коста касалось вопроса о соответствии итальянского закона о национализации предприятия по производству и распределению электроэнергии положениям Договора об учреждении Европейского эко-

номического сообщества (далее — Договор о ЕЭС)18. В своем решении Суд ЕС разъяснил, что право ЕС составляет неотъемлемую часть национальных правовых систем и должно применяться национальными судами. Предусмотренные правом ЕС обязательства государств-членов были бы неполными, если бы принимаемые государствами-членами нормативные акты любого вида19 имели большую юридическую силу. Как следствие, национальное законодательство не может иметь приоритет перед правом ЕС20.

Принцип верховенства получил дальнейшее развитие в судебной практике Суда ЕС через несколько лет после дела Фламинио Коста. Так, в деле «Общество с ограниченной ответственностью "Интерна-цьонале Хандельсгезельшафт"» Суд ЕС разъяснил, что юридическая природа принятой государством меры не имеет никакого значения для принципа верховенства права ЕС21 и что фундаментальные права, гарантированные конституцией или принципами конституционной системы государства, не могут являться основаниями для оспаривания верховенства права ЕС22. Несмотря на то что приоритет права ЕС над любым положением национального законодательства следует уже из решения по делу Фламинио Коста23, в деле «Общество с ограниченной ответственностью "Интернацьонале Хандель-сгезельшафт" » Суд ЕС недвусмысленно подтвердил приоритет права ЕС над поло-

15 Декларация о верховенстве является 17-й декларацией, выступающей приложением к Финальному акту Межправительственной конференции, принявшей Лиссабонский договор. Декларация гласит: «[Конференция напоминает, что в соответствии со сформировавшейся практикой Суда Европейского Союза Договоры и нормативные акты Союза, принятые на основании Договоров, имеют приоритет перед правом государств-членов на условиях, предусмотренных данной судебной практикой».

16 Заключение юридической службы Совета ЕС от 22 июня 2007 года, изложенное в документе 11 197/07 (JUR 260). Согласно данному заключению, «практика Суда ЕС позволяет заключить, что верховенство права ЕС является фундаментальным принципом права Сообщества. Согласно позиции Суда, данный принцип присущ самой особой природе Европейского сообщества. На момент вынесения Судом первого решения, положившего начало формированию практики Суда по этому вопросу (решение от 15 июля 1964 года по делу 6/64 «Коста против Э.Н.Е.Л.» [*]), принцип верховенства не упоминался ни в одном договоре. Такая ситуация сохраняется и по сей день. Однако невключение принципа верховенства в какой-либо будущий договор ни в коей мере не повлияет на существование данного принципа и сформировавшуюся практику Суда ЕС». «Сноска [*] в решении по делу Косты гласит: «Из вышеуказанного следует, [...] что "нормативные акты, принятые в развитие договора, являются самостоятельным источником права и, вследствие особенностей своей природы, не могут быть подчинены национальным правовым нормам любого вида без утраты ими своих отличительных черт права ЕС и подрыва всей правовой основы Союза"».

17 ECJ. Flaminio Costa v E.N.E.L. Case No. 6-64. Judgment of 15 July 1964 // [1964] ECR 585.

18 В частности, Закон № 1643 от 6 декабря 1962 года и принятые во исполнение данного закона указы Президента.

19 Flaminio Costa. P 594.

20 Ibid.

21 Также см. Craig P., De Bùrca G. Op. cit. P 346.

22 ECJ. internationale Handelsgesellschaft mbH v Einfuhr- und Vorratsstelle für Getreide und Futtermittel. Case No. 11-70. Judgment of 17 December 1970. § 3.

23 Также см.: Grabenwarter Ch. National Constitutional Law Relating to the European Union // Principles of European Constitutional Law / Ed. by A. Bogdandy, J. Bast. 2nd ed. Oxford: Hart Publishing, 2010. P 84.

жениями национальных конституций, в том числе над теми их положениями, которые гарантируют основные права24.

В деле «Финансовая администрация Италии против "Симменталь СПА"»(далее — дело Симменталь) Суд ЕС подчеркнул, что применение принципа верховенства права ЕС не зависит от того, было ли оспариваемое положение национального законодательства принято до или после принятия соответствующей нормы права ЕС, и что в случае коллизии норм национального права и права ЕС любой национальный суд должен отдать предпочтение норме права ЕС25. Национальный суд должен отказаться от применения национальной нормы, противоречащей праву ЕС, при этом «национальный суд не обязан обращаться с какими-либо запросами или дожидаться, пока данная норма будет отменена законодательными органами или в ином порядке, предусмотренном конституцией государства»26. Таким образом, национальный суд обязан безотлагательно применять право ЕС27. Более того, принцип верховенства затрагивает также национальные законодательные органы, которые не вправе принимать новое национальное законодательство, противоречащее праву ЕС28.

Следовательно, можно выделить две характеристики принципа верховенства. Во-первых, принцип верховенства действует вне зависимости от положения, занимаемого нормой национального права в правовой системе государства29. На практике это означает, что право ЕС имеет приоритет над конституциями государств-членов, например, в тех случаях, когда положения конституции государства противоречат директиве ЕС. Во-вторых, право ЕС имеет приори-

тет над национальными нормами, которые могут быть приняты в будущем. Как следствие, государство-член не может избежать применения права ЕС посредством принятия какого-либо закона на национальном уровне, который противоречил бы праву ЕС, так как применение принципа lex posterior derogat legi priori в отношении национального права и права ЕС привело бы к невозможности достижения целей Союза30. Таким образом, основной целью принципа верховенства является обеспечение единообразного и эффективного применения права ЕС во всех государствах-членах.

3. Конституционные суды государств-членов и их взаимодействие с правом ЕС и Судом ЕС

3.1. Отношение конституционных судов государств-членов к праву ЕС и Суду ЕС

Процедура вынесения решения в преюдициальном порядке, предусмотренная статьёй 267 Договора о формировании ЕС, представляет собой инструмент сотрудничества между национальными судами государств-членов и Судом ЕС31. При этом практика конституционных судов государств-членов свидетельствует о наличии существенных различий в процедуре обращения с запросом о вынесении решения в преюдициальном порядке.

Наибольшую активность в том, что касается обращений с запросами о вынесении решений в преюдициальном порядке в соответствии со статьёй 267 Договора о формировании ЕС, проявил Конституционный суд Бельгии, уже направивший более 10 запросов32. Кроме того, запросы в Суд ЕС направ-

24 Grabenwarter Ch. National Constitutional Law Relating to the European Union. P 84.

25 ICJ. Amministrazione Delle Finanze Dello Stato v. Simmenthal SpA. Case No. 106-77. Judgment of 9 March 1978. § 21.

26 Ibid. (резолютивная часть).

27 Также см. Craig P., De Burca G. Op. cit. P 347.

28 Simmenthal. § 17. Также см.: Craig P., De Burca G. Op. cit. P 348; AvbeljM. Sodno pravo Evropske Unije. Ljubljana: GV Zalozba, 2011. S. 73.

29 См.: Schweitzer M. Waldemar Hummer and Walter Obwexer: Europarecht, Das Recht der Europäischen Union. Vienna: Manz, 2007. S. 51; Lenaerts K., Van Nuffel P. Op. cit. (2011). P 755, 756; Craig P., De Burca G. Op. cit. P 346, 347.

30 Ср.: Avbelj M. Op. cit. (Ljubljana, 2011). S. 69, 70.

31 См. также: Craig P., De Burca G. Op. cit. P 460, 461.

32 См., например: ECJ. Fédération Belge des Chambres Syndicales de Médecins ASBL v. Flemish Government, Government of the French Community, Council of Minister. Case No. C-93/97. Judgment of 16 July 1998; ECJ. Ordre des barreaux francophones et germanophones and Others v. Conseil des ministres. Case No. C-305/05. Judgment of 26 June 2007; ECJ. Government of Communauté française and Gouvernement wallon v. Government flamand. Case No. C-212/06. Judgment of 1 April 2008; ECJ. Nicolas Bressol and Others v. Government of the French Community. Case No. C-73/08. Judgment of 13 April 2010; ECJ. Association belge des Consommateurs Test-Achats and Others v. Conseil des ministres. Case No. C-236/09. Judgment of 1 March 2011; Libert and Others v.

лялись Конституционным судом Австрии33, Конституционным судом Италии34, Конституционным судом Литвы35 и Конституционным судом Испании36. Конституционные суды некоторых государств, по всей видимости, даже не рассматривают возможность передачи вопросов на разрешение Суда ЕС. Так, Федеральный конституционный суд Германии ещё ни разу не обращался с запросом о вынесении решения в преюдициальном порядке и в целом занимает консервативную позицию по вопросу о приоритете норм права ЕС над конституционными нормами. В частности, согласно позиции, занимаемой Федеральным конституционным судом Германии, он обладает компетенцией по разрешению вопросов о соответствии правовых актов ЕС Конституции Германии, иначе именуемой Основным законом, в случаях, когда право ЕС предоставляет меньшую степень защиты фундаментальных прав, нежели Основной закон. Согласно теории права, все государства-члены в зависимости от своего отношения к приоритету права ЕС над положениями национальной конституции делятся на три группы: государства-члены, признающие приоритет права ЕС в полном объеме, государства-члены, частично признающие приоритет права ЕС, и государства, которые в целом признают приоритет национальной конституции над правом ЕС37.

На настоящий момент Конституционный суд Словении ни разу не обращался в Суд ЕС

с запросом о вынесении решения в преюдициальном порядке.

3.2. Примеры некоторых обращений о вынесении решений в преюдициальном порядке, связанных с вопросами верховенства

3.2.1. Соответствует ли праву ЕС приоритет предварительной проверки конституционности нормы?

В государствах-членах существуют различные процессуальные правила, регулирующие передачу вопроса на разрешение Суда ЕС в преюдициальном порядке. Далее будет проанализирован пример Франции, где в соответствии с законодательством процедура проверки положения на соответствие Конституции французским Конституционным Советом имеет приоритет над процедурой вынесения решения Судом ЕС в преюдициальном порядке38. Участие Суда ЕС в рассмотрении данного вопроса было обусловлено необходимостью вынесения решения о том, препятствует ли упомянутая процедура осуществлению национальными судами права либо выполнению ими своей обязанности согласно положениям статьи 267 Договора о формировании ЕС39.

Суд ЕС рассматривал данный вопрос в связи с запросом французского Кассационного суда о вынесении решения в преюдициальном порядке в рамках объединенных дел Азиза Мелки и Селима Абдели. Основное

Flemish Government. Case No. C-197/11. Reference for a preliminary ruling from the Cour constitutionnelle (Belgium) lodged on

28 April 2011; Belgacom and Others v. Etat belge. Case No. C-375/11. Reference for a preliminary ruling from the Cour constitution-

nelle (Belgium) lodged on 15 July 2011.

33 ECJ. Adria-Wien Pipeline GmbH and Wietersdorfer & Peggauer Zementwerke GmbH v. Finanzlandesdirektion für Kärnten. Case

No. C-143/99. Judgment of 8 November 2001; ECJ. Rechnungshof v. Österreichischer Rundfunk and Others and Christa Neukomm

and Joseph Lauermann v. Österreichischer Rundfunk. Cases Nos. C-465/00, C-138/01 and C-139/01. Judgment of 20 May 2003;

ECJ. Wählergruppe "Gemeinsam Zajedno/Birlikte Alternative und Grüne Gewerkschafterlnnen/UG", and Bundesminister für Wirtschaft und Arbeit and Others. Case No. C-171/01. Judgment of 8 May 2003.

34 ECJ. Presidente del Consiglio dei Ministri v. Regione Sardegna. Case No. C-169/08. Judgment of 17 November 2009 (далее — Presidente del Consiglio dei Ministri).

35 ECJ. Julius Sabatauskas and Others. Case No. C-239/07. Judgment of 9 October 2008.

36 Criminal proceedings against Stefano Melloni — other party: Ministerio Fiscal. Case No. C-399/11. Reference for a preliminary ruling from the Tribunal Constitucional, Madrid (Spain) lodged on 28 July 2011.

37 Подробнее см.: Grabenwarter C. Op. cit. P 85 et seq.

38 Процедура предварительной оценки конституционности предусмотрена статьёй 61-1 Конституции Франции и главой II bis Ордонанса № 58-1067 от 7 ноября 1958 года об Органическом законе о Конституционном Совете с изменениями, внесёнными Органическим законом № 2009-1523 от 10 декабря 2009 года (далее — Ордонанс). Приоритет данной процедуры закреплён тем же Ордонансом. Согласно пункту 2 статьи 23-2 Ордонанса, в случае подачи заявления об оспаривании соответствия правовой нормы, во-первых, правам и свободам, гарантированным Конституцией, и, во-вторых, международным обязательствам Франции, суд или трибунал, в который поступило такое заявление, обязан в приоритетном порядке передать вопрос о конституционности нормы в Государственный Совет или в Кассационный суд. В соответствии с пунктом 2 статьи 23-5 Ордонанса в случае подачи заявления об оспаривании соответствия правовой нормы, во-первых, правам и свободам, гарантированным Конституцией, и, во-вторых, международным обязательствам Франции, Государственный Совет или Кассационный суд тем не менее обязаны в приоритетном порядке решить вопрос о необходимости передачи вопроса о конституционности данной нормы на рассмотрение в Конституционный Совет.

39 ECJ. Aziz Melki and Selim Abdeli Сases Nos. C-188/10 and C-189/10. Judgment of 22 June 2010. § 47.

судебное разбирательство касалось двух граждан Алжира, незаконно находившихся на территории Франции. По результатам полицейской проверки в отношении каждого из них был вынесен приказ о депортации и решение о продлении срока содержания под стражей. В ходе процесса они оспаривали законность проведения в их отношении проверки и заявляли о том, что Уголовно-процессуальный кодекс Франции нарушает права и свободы, гарантированные французской Конституцией, так как он противоречит праву ЕС40.

После того как суд нижестоящей инстанции передал на разрешение Кассационного суда вопрос о возможном нарушении нормами национального законодательства прав и свобод, гарантированных Конституцией и правом ЕС, Кассационный суд указал, что Конституционный Совет должен в процессе рассмотрения вопроса о конституционности оспариваемой процедуры разрешить также вопрос о соответствии Уголовно-процессуального кодекса праву ЕС. При этом в случае положительного ответа все суды лишились бы права на передачу этого вопроса на разрешение Суда ЕС в соответствии со статьёй 62 Конституции41 даже после обращения к процедуре проверки конституционности42. В сложившихся обстоятельствах Кассационный суд передал на рассмотрение Суда ЕС вопрос о том, противоречит ли статье 267 Договора о формировании ЕС национальное законодательство, например, основанное на Приказе № 58-106743, предусматривающее процедуру вынесения предварительного решения о соответствии положений национального законодательства Конституции государства и обязывающее французские суды в случаях, когда положение национального законодательства противоречит праву ЕС, в

первую очередь принять решение о передаче Конституционному Совету вопроса о соответствии данного положения Конституции44.

В мотивировочной части решения Суд ЕС прежде всего сослался на существующую судебную практику. Он подчеркнул, что, несмотря на то что решения суда высшей инстанции по вопросам права обязательны для судов нижестоящей инстанции, последние не утрачивают права на передачу вопроса в Суд ЕС на основании статьи 267 Договора о формировании ЕС (см., например, постановление по делу Райнмюлен-Дюссельдорф45)46. Далее Суд напомнил, что национальный суд обязан в полной мере применять право ЕС и, следовательно, отказаться от применения национальной нормы, противоречащей праву ЕС; при этом национальный суд не должен обращаться с какими-либо запросами или дожидаться, пока данные положения будут отменены законодательными органами или в ином порядке, предусмотренном конституцией государства (см., например, постановление по делу Симменталь или постановление по делу Куц-Бауэр47)48. Кроме того, Суд ЕС разъяснил, что в соответствии с существующей практикой Суда обязанность национального суда по передаче вопроса на разрешение в конституционный суд государства-члена не лишает его права и не освобождает его от обязанности передать вопросы о толковании или действительности актов ЕС на рассмотрение Суда ЕС в соответствии со статьёй 267 Договора о формировании ЕС (см. постановление по делу Меканарте49)50.

Суд ЕС заключил, что право национального суда на обращение в Суд ЕС с запросом о вынесении решения в преюдициальном порядке является необходимым для функционирования системы сотрудничества,

40 Краткое изложение см.: Ibid. § 16, 17, 19.

41 Статья 62 Конституции Франции предусматривает, что решения Конституционного Совета имеют обязательную силу для органов государственной власти и для всех административных и судебных органов.

42 Melki and Abdeli. § 21, 46. Стоит подчеркнуть, что Конституционный Совет и Государственный Совет признали такое толкование вопроса о верховенстве некорректным. Указанные решения в дальнейшем легли в основу позиции французского правительства. См.: Melki and Abdeli. § 33—36.

43 См.: Presidente del Consiglio dei Ministri.

44 Melki and Abdeli. § 31.

45 ECJ. Rheinmühlen-Düsseldorf v. Einfuhr- und Vorratsstelle für Getreider und Futtermittel. Case No. 166/73. Judgment of 16 Januaiy 1974.

46 Melki and Abdeli. § 42.

47 ECJ. Helga Kutz-Bauer v. Freie und Hansestadt Hamburg. Case No. C-187/00. Judgment of 20 March 2003.

48 Melki and Abdeli. § 43.

49 ECJ. Mecanarte — Metalúrgica da Lagoa Lda v Chefe do Servido da Conferencia Final da Alfändega do Porto. Case No. C-348/89. Judgment of 27 June 1991.

50 Melki and Abdeli. § 45.

предусмотренной статьёй 267 Договора о функционировании ЕС. Однако положение национального законодательства, запрещающее национальному суду безотлагательно отказаться от применения национальной нормы, которая, по его мнению, противоречит праву ЕС, может быть признано допустимым при условии, что данный национальный суд обладает правом применения мер предварительной судебной защиты прав, предусмотренных правом ЕС, и «после завершения процедуры предварительной оценки конституционности вправе отказаться от применения положения национального законодательства, которое, по его мнению, противоречит праву ЕС»51.

На основании данных рассуждений Суд ЕС решил, что национальное законодательство, устанавливающее приоритет предварительной процедуры по оценке конституционности, противоречит статье 267 Договора о формировании ЕС в случае, если положения данного законодательства лишают национальные суды государства-члена возможности передавать вопросы в Суд ЕС в целях вынесения решения в преюдициальном порядке до или после разрешения вопроса конституционным судом. Однако национальное законодательство, устанавливающее приоритет предварительной процедуры по оценке конституционности, является допустимым при условии, что другие национальные суды 1) сохраняют право на обращение с запросом о вынесении решения в преюдициальном порядке в тот момент, когда они сочтут это необходимым и на любой стадии производства (в том числе после окончания предварительной процедуры по оценке конституционности), 2) могут принять меры предварительной судебной защиты и 3) вправе отказаться от применения оспариваемого положения национального законодательства, противоречащего праву ЕС, после окончания такой предварительной процедуры52.

Упомянутое решение Суда ЕС вызвало большой резонанс, особенно во Франции53. Оно стало ещё одним шагом на пути формирования судебной практики Суда ЕС по вопросу его взаимоотношений с конституционными судами государств-членов54, что придаёт ему особую важность. Суд ЕС решил, что предварительная процедура по проверке конституционности нормативных положений сама по себе не противоречит статье 267 Договора о формировании ЕС, но лишь при выполнении указанных выше условий. В научных трудах по данному вопросу подчёркивается, что, в отличие от ранее существовавшей практики Суда, при вынесении данного решения Суд ЕС допустил вмешательство в процесс передачи национальными судами вопросов на его рассмотрение для их разрешения в преюдициальном порядке55.

3.2.2. Значение факта неконституционности национального закона, установленного решением конституционного суда государства-члена, для права ЕС

Вопрос о взаимодействии права ЕС и национального права возникает также в случаях, когда конституционный суд государства-члена принимает решение о неконституционности какого-либо закона, который также может противоречить праву ЕС. Такая ситуация сложилась в деле, рассматриваемом ниже, в котором Конституционный трибунал Республики Польши признал положения одного из национальных законов противоречащими Конституции, отложив при этом дату утраты данными положениями юридической силы на более поздний срок. Таким образом, перед польским судом встал вопрос: должен ли суд в случае несоответствия данных положений праву ЕС применять в соответствии с принципом верховенства право ЕС (а не положения национального закона) до вступления в законную силу решения Конституционного трибунала о неконституционности таких положений56?

51 Melki and Abdeli. § 52, 53.

52 Ibid. (см. пункт 2 резолютивной части).

53 См., например: Marti G. L'arrêt Melki de la Cour de justice: la clef d'un pluralisme constitutionnel renforcé?: CJUE, gde ch., 22 juin 2010, Melki et Abdeli // Revue des affaires européennes. 2009-2010. № 4. R 889-904; Sarmiento D. L'arrêt Melki: esquisse d'un dialogue des juges constitutionnels européens sur toile de fond française // Revue trimestrielle de droit européen. 2010. № 3. R 588-598; Simon D., Rigaux A. La priorité de la question prioritaire de constitutionnalité: harmonie(s) et dissonance(s) des monologues juridictionnels croisés // Les nouveaux cahiers du Conseil constitutionnel. 2010. № 29. R 63-83.

54 См также: Sarmiento D. Op. cit. P 588, 596, 597.

55 Ibid. R 596.

56 ECJ. Krzysztof Filipiak v DyrektorIzby Skarbowej w Poznaniu. Case No. C-314/08. Judgment of 19 November 2009. § 44.

Данный вопрос был разрешён Судом ЕС в деле «Кшиштоф Филипяк против директора Управления налоговой службы г.Познань» в связи с обращением польского Воеводского административного суда г. По-знань57 с запросом о вынесении решения в преюдициальном порядке. Предметом основного судебного процесса являлись положения польского законодательства, не предусматривавшие вычета суммы взносов социального страхования из налогооблагаемой базы и не допускавшие уменьшения суммы налога на доходы на сумму взносов на медицинское страхование для тех случаев, когда уплата таких взносов производилась в другом государстве-члене, даже если вычеты в отношении таких сумм в другом государстве-члене не производились58. Признав несоответствие данных положений закреплённым в Конституции принципам равенства и социальной справедливости, Конституционный трибунал Республики Польши отложил дату утраты данными положениями юридической силы на более поздний срок. Тем не менее воеводский суд, на рассмотрении которого находилось данное дело, посчитал необходимым разрешить вопрос о соответствии оспариваемых положений статье 43 Договора о ЕС (в настоящее время — ст. 49 Договора о формировании ЕС) и передал вопрос о толковании статьи 49 Договора о формировании ЕС в Суд ЕС для разрешения в преюдициальном порядке59. Также в свете решения, принятого Конституционным трибуналом, воеводский суд передал для разрешения в Суд ЕС вопрос о допустимости такого толкования принципа верховенства права ЕС, вытекающего из статьи 4(3) Договора о ЕС60 и статей 49(1) и 49(2) Договора о формировании ЕС61, в соответствии с которым данный принцип имеет приоритет перед положениями национальной Конституции, в соответствии с которыми вступление решения Конституционного трибунала Республики Польши в силу было отложено на более поздний срок62.

В ответ на последний вопрос Суд ЕС разъяснил в своем решении, что в соответствии с принципом верховенства права ЕС национальный суд государства-члена обязан отказаться от применения нормы национального законодательства, противоречащей положениям договора, имеющим прямое действие. Наличие коллизии между нормой национального законодательства и правом ЕС не требует признания положения национального законодательства недействительным и не означает, что это положение перестаёт су-ществовать63. Таким образом, Суд ЕС вполне предсказуемо постановил, что при наличии противоречия между правом ЕС и положениями национального законодательства «принцип верховенства права [ЕС] обязывает национальный суд применить право [ЕС] и отказаться от применения противоречащих ему положений национального права вне зависимости от решения национального конституционного суда, в соответствии с которым момент, когда признанные неконституционными положения утрачивают юридическую силу, отложен на более поздний срок»64.

3.2.3. Верховенство права ЕС и взаимодействие национальных конституций государств-членов с директивами ЕС

Как уже упоминалось, принцип верховенства действует вне зависимости от того, какое место оспариваемый национальный закон занимает в иерархии нормативных актов государства. Таким образом, право ЕС имеет приоритет и над национальными конституциями государств-членов, в том числе в случаях, когда национальная конституция противоречит положениям директивы ЕС.

В этой связи стоит упомянуть дело « Таня Крайль против Федеративной Республики Германии»65, приведшее к изменению немецкого Основного закона. Данное дело было инициировано в связи со спором, возникшим при поступлении г-жи Крайль на добровольную службу в Федеральных вооружённых си-

57 Воеводство — наиболее крупная административная единица Польши. Познань является столицей Великопольского воеводства (Прим. ред.).

58 Filipiak. § 22, 74.

59 Ibid. § 22.

60 Ранее статья 10 Договора о ЕС.

61 Ранее статья 43(1) и (2) Договора о ЕС.

62 Filipiak. § 26.

63 Ibid. § 82-84.

64 Ibid (см. пункт 2 резолютивной части).

65 ECJ. Tanja Kreil v. Bundesrepublik Deutschland. Case No. C-285/98. Judgment of 11 January 2000.

лах, предполагавшую применение оружия. После того как её заявление было отклонено, г-жа Крайль обратилась с иском в Административный суд Ганновера, утверждая, что отклонение её заявления, единственной причиной которого явилась её половая принадлежность, противоречило праву ЕС. В дальнейшем Административный суд Ганновера обратился в Суд ЕС с запросом о вынесении решения в преюдициальном порядке. Вопрос, переданный на рассмотрение Суда ЕС, касался соответствия положениям Директивы № 76/207 об имплементации принципа равенства мужчин и женщин в вопросах трудоустройства, профессионального образования, продвижения по службе и условий труда66 (далее - директива 76/207), положений немецкого законодательства, согласно которым женщины, поступающие добровольцами в вооружённые силы, могли служить лишь на должностях медицинских работников или в военном оркестре, но не на должностях, предполагающих применение оружия. Закон о солдатах (Soldatengesetz) и Регламент о солдатской службе (Soldatenlaufbahnverordnung) были основаны на положениях статьи 12а немецкого Основного закона67, предусматривающих возможность обязательной службы мужчин в вооружённых силах государства68 и запрещающих при любых обстоятельствах привлекать женщин к службе, предполагающей применение оружия69.

Суд ЕС решил, что директива № 76/207 «исключает применение положений национального законодательства, аналогичных ос-

париваемым нормам немецкого права, запрещающих несение женщинами службы на должностях, предполагающих применение оружия, и ограничивающих возможность их трудоустройства лишь службой в военном оркестре или в качестве медицинских работников»70.

С учётом того, что оспариваемые нормы национального законодательства опирались на положения Основного закона, решение Суда ЕС по данному делу подтвердило приоритет права ЕС и над нормами конституционного права. Данное решение нашло отклик в литературе71 и стало причиной внесения изменений в Основной закон72. В настоящее время пункт 4 статьи 12а немецкого Основного закона предусматривает общий запрет на принуждение женщин к несению службы, предполагающей применение оружия.

4. Словения и принцип верховенства

4.1. Правовое регулирование

До присоединения к ЕС в 2004 году Словения приняла решение о внесении изменений в свою Конституцию, являвшуюся, по меркам Союза, достаточно молодой73. В 2003 году в неё была включена новая статья 3а74, согласно которой Словения имеет право на передачу части своих суверенных прав международным организациям, основанным на уважении прав человека и основных свобод, демократии и принципе верховенства права75. Данное ограничение суверенитета действует и в сфере взаимоотношений Словении с ЕС76.

66 Директива Совета EC № 76/207/EEC от 9 февраля 1976 года об имплементации принципа равенства мужчин и женщин в вопросах трудоустройства, профессионального образования, продвижения по службе и условий труда (OJ 1976 L 39. P 40).

67 Высший конституционный акт Германии именуется Основным законом (Grundgesetz), а не Конституцией (Verfassung), что обусловлено историческими причинами. См. подробнее: Starck Ch. Verkündungsformel und Präambel // Kommentar zum Grundgesetz / Ed. by H. Mangoldt, F. Klein, Ch. Starck. Band 1. Vahlen, München, 2005. S. 2 and seq.

68 Пункт 1 статьи 12a Основного закона.

69 Пункт 4 статьи 12a Основного закона. Последнее предложение этого пункта в редакции, действующей на момент спора, гласило: «[Женщины] ни в коем случае не должны служить с оружием».

70 Tanja Kreil (резолютивная часть) (курсив автора).

71 См., например: Otto Lenz C. Frauen im Dienst mit der Waffe — nationales Reservat oder europäische Gleichberechtigung? Zum Urteil Kreil gegen Bundesrepublik Deutschland // Zeitschrift für Rechtspolitik. 2000. № 7. S. 265—268; Köster C, Schröder J. Nachhilfe vom EuGH: Frauen an die Waffe! - EuGH, NJW 2000, 497 // Juristische Schulung. 2000. № 6. S. 542-546; Görlitz N. Die Beschränkung der Wehrpflicht auf Männer und europarechtliche Diskriminierungsverbote // Die Öffentliche Verwaltung. 2002. № 55. S. 607-613; Scholtz R. Frauen an die Waffe kraft Europarechts? // Die Öffentliche Verwaltung. 2000. № 53. S. 417-421.

72 В настоящее время последнее предложение пункта 4 статьи 12а Основного закона гласит: «[Женщины] ни в коем случае не должны обязываться выполнять её [службу в армии] с оружием».

73 Конституция Республики Словении была принята Национальным собранием Словении 23 декабря 1991 года.

74 Конституционный закон № 24/2003 от 7 марта 2003 года о внесении изменений в главу I и статьи 47 и 68 Конституции Республики Словении.

75 Пункт 1 статьи 3a Конституции Республики Словении.

76 См.: CerarM. Spremembe ustave in EU: Ustavna podlaga za prenos suverenosti in za vstop v obrambne zveze // Podjetje in Delo. 2003. № 6. S. 6 et seq.

Далее, статья 3а Конституции предусматривает, что нормативные акты и решения, принятые международными организациями, которым Словения передала часть своего суверенитета, применяются в Словении в соответствии с актами таких организаций. Применительно к ЕС данное положение означает, что Словения признаёт принцип верховенства права ЕС в соответствии с актами данной организации77.

4.2. Принцип верховенства

в судебной практике Словении

Суды Словении редко в своей практике обращаются к принципу верховенства, и за некоторыми исключениями Конституционный суд Республики Словении не ссылается на этот принцип в своих решениях. Одним из исключений является решение по делу № ир-328/04, и-1-186/0478, в котором Конституционный суд прямо сослался на принцип верховенства в связи с заявлением о проверке конституционности закона об обязательном соглашении с кредиторами, банкротстве и ликвидации (далее — закон о банкротстве). Заявитель утверждал, что положения данного закона противоречат Конституции, так как закон не требует направления извещения об инициировании процедуры банкротства из-

вестным иностранным кредиторам, что предписано Регламентом № 1346/2000 о процедурах банкротства79. Конституционный суд отклонил аргументы заявителя, подчеркнув, что одного этого обстоятельства недостаточно для признания оспариваемого закона о банкротстве неконституционным. В частности, суд сослался на пункт 3 статьи 3а Конституции, согласно которому Словения обязана применять нормативные акты ЕС в соответствии с правопорядком ЕС. В связи с тем, что регламенты ЕС имеют прямое действие и не требуют инкорпорации в национальные акты, национальный суд, руководствуясь принципом верховенства, обязан в случае коллизии между положениями национального закона и регламентом ЕС отказаться от применения национального закона. На этом основании Конституционный суд решил, что оспариваемый закон не может быть признан неконституционным лишь на том основании, что он не воспроизводит положений указанного регламента ЕС80.

Несколько чаще к принципу верховенства права ЕС обращаются иные словенские суды. Так, например, Верховный суд Республики Словении ссылался на данный принцип в деле № X ^ 658/20 0881, а Административный суд Республики Словении — в делах № и/14 200782 и I и 2003/201083.

77 См. также: Cerar M. Op. cit. S. 6 et seq. Этот автор акцентирует внимание на ограничениях, предусмотренных пунктом 1 статьи 3a Конституции (уважение прав человека и основных свобод, демократии и верховенства права такими международными организациями) при присоединении к международной организации. В случае если международная организация, к которой присоединилась Словения, перестанет удовлетворять данным критериям, Словения сможет ссылаться на это при решении вопроса о действительности определённых юридических актов. Однако, по мнению автора, указанные критерии не могут служить основанием отказа Словении от применения каких-либо противоречащих Конституции нормативных актов или положений права ЕС при условии, что организация по-прежнему основана на ценностях, перечисленных в пункте 1 статьи 3а Конституции.

78 См. § 10 постановления Конституционного суда Республики Словении от 8 июля 2004 года по делу № Up-328/04, U-I-186/04, по-свящённый конституционной жалобе и заявлению о проверке конституционности.

79 Регламент Совета EC № 1346/2000 от 29 мая 2000 года о процедурах банкротства (OJ L 160. P 1).

80 Постановление Конституционного суда Республики Словении от 8 июля 2004 года по делу № Up-328/04, U-I-186/04. § 10.

81 См. § 13 постановления Верховного суда Республики Словении от 22 декабря 2010 года по делу № X Ips 685/2008, касающийся фондов рефинансирования экспорта сельскохозяйственной продукции. Верховный суд отклонил аргументы одной из сторон процесса по проверке конституционности, согласно которым лицо могло получить право на средства экспортных фондов лишь на основании получения разрешения на экспорт от административного органа, и указал, что в соответствии с принципом верховенства и прямого действия права ЕС заинтересованной стороне не могут быть предоставлены более широкие права по сравнению с Регламентом ЕС (в частности, Регламентом EC № 792/2005 от 26 мая 2005 года, изменяющим Регламент EC № 348/2005, устанавливающий исключения из Регламента EC № 174/1999 в отношении срока действия экспортных лицензий на молоко и молочные продукты), пусть даже такие права были предоставлены ему решением национального административного органа.

82 См. постановление Административного суда Республики Словении от 17 июня 2008 года по делу № U 14/2007, также касающееся экспортных фондов в отношении сельскохозяйственной продукции. При оценке аргументов истца, согласно которым административный орган был связан разрешением на экспорт, Административный суд сослался на принцип верховенства права ЕС, который, с учётом статьи 10 действовавшей в то время редакции Договора о ЕС (в настоящее время статья 4(3) Договора о ЕС), возлагает на государства-члены обязанность предпринимать все действия для обеспечения эффективной имплементации права ЕС. Далее суд подчеркнул, что данная обязанность может при наличии определённых условий, указанных Судом ЕС в решении по делу «Кюне ундХайтц» (ECJ. Kühne & Heitz NVv. Produktschap voorPluimvee en Eieren. Case No. C-453/00. Judgment of 13 January 2004), включать обязанность по отмене административного акта, законность которого была подтверждена в порядке административного судопроизводства. Как следствие, Административный суд признал необоснованными доводы истца об обязательном характере административного акта, принятого в нарушение положений регламента ЕС.

4.3. Словенские суды и запросы о вынесении

решения в преюдициальном порядке

Стоит отметить, что случаи обращения словенских судов с запросами о вынесении решения в преюдициальном порядке очень редки84.

Как указывалось ранее, Конституционный суд на настоящий момент ни разу не обращался с запросом о вынесении решения в преюдициальном порядке. Такая возможность рассматривалась при разрешении как минимум одного дела (дело № и-1-1 13/04)85 в ходе рассмотрения заявления о проверке законности и конституционности положений Регламента о качестве, маркировке и упаковке кормов на рынке, касающихся маркировки комбикорма. Данный регламент явился результатом инкорпорации Директивы № 2002/2, изменяющей Директиву Совета ЕС № 79/373 об обращении комбикормов и отменяющей Директиву Комиссии № 91/35786, в правовую систему Словении. Конституционный суд предпочёл не обращаться в Суд ЕС с запросом о вынесении решения в преюдициальном порядке, так как запросы, касающиеся действительности положений Директивы № 2002/2, были уже направлены в Суд ЕС судами нескольких государств-членов87.

На настоящий момент словенскими судами было направлено четыре запроса о вынесении решения в преюдициальном порядке, касающихся толкования различных директив и регламентов88. Проблема верховенства права ЕС не ставится напрямую ни в одном из них и не следует из содержащихся в них вопросов.

Заключение

Принцип верховенства остаётся одним из ключевых принципов, обеспечивающих единообразное толкование и применение права ЕС во всех государствах-членах. В связи с этим нельзя обойти вниманием ту важную роль, которую играют национальные суды, в том числе конституционные суды, в диалоге с Судом ЕС и в процессе применения права ЕС. В соответствии с правилами сложившейся в Европе иерархической системы конституционные суды государств-членов по-прежнему занимают центральное место в процедуре проверки конституционности нормативных актов, однако вопрос о том, увеличится ли в будущем количество конституционных судов, ведущих диалог с Судом ЕС в форме обращения с запросами о вынесении решения в преюдициальном порядке, остаётся открытым.

В настоящее время право становится одним из наиболее существенных объединяющих факторов в ЕС. Однако для обеспечения эффективного действия законов и достижения справедливости необходимы суды, поскольку мы более не живем в описанном в «Метаморфозах» Овидия Золотом веке, в котором справедливость обеспечивалась в отсутствие законов и судов. В настоящее время, когда необходимость в законах и судах не подлежит сомнению, лишь сотрудничество между национальными судами и Судом ЕС в рамках выстроенной правовой системы может обеспечить справедливость, законность и эффективное правоприменение.

83 См. постановление Административного суда Республики Словении от 12 июля 2011 года по делу № I U 2003/2010, касающееся азартных интернет-игр. При разрешении вопроса о наличии у заинтересованного лица права на обжалование Административный суд сослался на статью 3а Конституции и обязательство Словении уважать принципы права ЕС, в том числе его автономность, верховенство и прямое действие. В связи с этим суд постановил, что при разрешении вопроса о наличии у истца, как у заинтересованного лица, права на обжалование административные органы были обязаны учитывать положения Договора о формировании ЕС и правоприменительную практику Суда ЕС.

84 Вопрос об обращении с запросом о вынесении решения в преюдициальном порядке в словенском законодательстве регулируется статьёй 113а словенского закона о судах. В соответствии с пунктом 6 статьи 113а данного закона вынесенное в преюдициальном порядке решение Суда ЕС является обязательным для национального суда.

85 Противоположное мнение см.: Brkan M. Zadeva Jata: Ustavno sodisce RS in pravo EU // Pravna praksa. 2006. № 23. S. 24.

86 Директива № 2002/2/EC Европейского Парламента и Совета ЕС от 28 января 2002 года, изменяющяя Директиву Совета ЕС № 79/373/EEC об обращении комбикормов и отменяющая Директиву № 91/357/EEC (OJ L 63, 6. 3. 2002. P 23).

87 С запросами о вынесении решения в преюдициальном порядке обратились суды Соединённого Королевства, Нидерландов и Италии (ABNA Ltd. and Others v. Secretary of State for Health and Others. Cases Nos. C-453/03, C-11/04, C-12/04, C-194/04. Judgment of 6 December 2005. § 20, 30, 31, 39).

88 Данные решения были вынесены в преюдициальном порядке в следующих делах: ECJ. Jasna Deticek v. Maurizio Sgueglia. Case No. C-403/09 PPU. Judgment of 23 December 2009; ECJ. Marija Omejc v. Republika Slovenija. Case No. C-536/09. Judgment of 16 June 2011. Два дела находятся на рассмотрении Суда ЕС: Pelati d.o.o. v Republic of Slovenia. Case No. C-603/10. Reference for a preliminary ruling from the Upravno sodisce (Slovenia) lodged on 21 December 2010; Jozef Grilc v Slovensko zavarovalno zdruzenje GIZ. Case No. C-541/11. Reference for a preliminary ruling from the Vrhovno Sodisce Republike Slovenije (Republic of Slovenia) lodged on 25 October 2011.