Ритуальные услуги как объекты рынка социальных услуг

14 См.: Тархов В.А. Охрана имущественных прав трудящихся по советскому гражданскому законодательству: дис... д-ра юрид. наук. Саратов, 1965. С. 17-18.

15 Грибанов В. П. Осуществление и защита гражданских прав. 2-е изд. М., 2001. С. 165.

16 См.: Российская газета. 2006. № 162.

17 См.: Баринов Н.А. Проблемы защиты прав иностранных граждан // Международно-правовые способы защиты прав человека: сборник научных статей / под ред. Н.А. Баринова, Т.М. Пряхиной. Вып. 3. Саратов, 2003. С. 78-95.

А.В. Барков, Р.Ю. Грачев РИТУАЛЬНЫЕ УСЛУГИ

КАК ОБЪЕКТЫ РЫНКА СОЦИАЛЬНЫХ УСЛУГ

В статье рассматриваются различные подходы к определению дефиниции «ритуальная услуга». Обосновывается позиция, согласно которой ритуальные услуги как сегмент социальных услуг имеют частноправовую природу и являются объектом гражданских прав. Формулируется авторское определение ритуальной услуги.

Ключевые слова: объект гражданских прав, социальные услуги, ритуальные услуги.

A.V. Barkov, R.Yu. Grachev

FUNERAL SERVICES AS OBJECTS OF THE MARKET OF SOCIAL SERVICES

The article researches different ways to determination of definition "ritual service". Here is given proof of position according to which ritual service as segment of social service has a private-law nature and is an object of civil law. Here is the author's definition of ritual service.

Keywords: Object of civil law, social service, ritual service.

В настоящее время одним из наиболее дискуссионных вопросов является определение дефиниции ритуальной услуги как объекта товарного рынка, являющегося сегментом рынка социальных услуг, что обусловливает актуальность рассмотрения данного вопроса. Наиболее перспективным изучение данного вопроса представляется в направлении творческого развития идей выдающегося ученого, профессора Юрия Хамзатовича Калмыкова1, внесшего значительный вклад в учение об услугах как объектах гражданских прав, чей юбилей сегодня отмечает вся юридическая общественность.

Следует отметить, что, к сожалению, легальное определение ритуальной услуги отсутствует. В региональных нормативно-правовых актах понятие «ритуальная услуга», как правило, раскрывается через перечисление видов деятельности, мало различающихся между собой в различных субъектах РФ. Так, например, в ст. 5 Закона г. Москвы от 4 июня 1997 г. «О погребении и похоронном деле в г. Москве» в этот перечень включено: 1) прием заказа и заключение договора

© Барков Алексей Владимирович, 2014

Доктор юридических наук профессор кафедры гражданско-правовых дисциплин (Московская академия экономики и права); e-mail: kgoiva@mail.ru

© Грачев Роман Юрьевич, 2014

Кандидат юридических наук, старший преподаватель Воскресенского филиала (Российский государственный гуманитарный университет) 17

умерших (погибших); 5) изготовление и опайка цинковых гробов; 6) изготовление гробов (кроме цинковых) и урн для захоронения праха; 7) санитарная и косметическая обработка тел; 8) бальзамирование; 9) изготовление и установка надмогильных сооружений и склепов; 10) производство иных похоронных принадлежностей; 11) надписи на памятниках и мемориальных досках; 12) изготовление и крепление фотокерамических изделий на памятниках; 13) уход за местами погребения и захоронения; 14) оформление прав пользования участками для создания семейных (родовых) захоронений2. Анализ этой деятельности, к сожалению, не позволяет в должной мере выявить правовую природу ритуальной услуги.

С научной точки зрения, ритуальная услуга ранее уже рассматривалась в диссертационном исследовании Р.Г. Набиева. Под ритуальной услугой им понималась «деятельность или виды деятельности (оповещение родственников умершего, оформление зала для проведения гражданской панихиды и обряда поминания, санитарно-гигиеническая и косметическая обработка тела, бальзамирование, захоронение, уход за могилой и др.), обусловленные потребностью заинтересованных лиц осуществить погребение умершего лица в соответствии с обычаями и традициями, волей умершего»3. Не вдаваясь в оценку достоинств и недостатков данного определения, следует отметить, что особый научный интерес в целях настоящего исследования представляет анализ ритуальной услуги как категории товарно-рыночного обмена. Под этим углом зрения ритуальные услуги как разновидность социальных услуг ранее не исследовались.

Сложность рассмотрения ритуальной услуги в отмеченном аспекте заключается в том, что в научной литературе существует мнение, что «социальная услуга 3 не может быть признана категорией рыночного товарообмена»4. Е.Г. Шаблова, ~ вводя основания для разграничения услуги как объекта гражданских прав от

сп

го социальной услуги, считает, что понятие «социальная услуга» характеризуется

^ следующими признаками: а) оказывается населению в рамках осуществляемой

| государственно-социальной политики; б) характеризуется адресной субъектной

| направленностью; в) существует закрытый нормативно-регламентированный

° перечень этих услуг; г) финансирование затрат, связанных с оказанием соци-

0

| альных услуг, осуществляется в основном за счет бюджетных средств и внебюд-| жетных фондов; д) субъекты, оказывающие социальные услуги, - в основном >§ государственные и муниципальные учреждения социальной службы5. | По мнению Р.Г. Набиева, с данной позицией нельзя согласиться по следующим

| основаниям: «По общему правилу, никаких иных услуг, кроме социальных (в ши-| роком понимании), не существует. Разве что можно противопоставить социальным '§ услугам услуги асоциальные, но оказание таких услуг противоправно и находится ё за предметом нашего исследования и цивилистической науки в целом»6. § Частично соглашаясь с его критикой невозможности разграничения услуг

1 как объектов гражданских прав и социальных услуг, в то же время считаем | его аргументы дискуссионными, поскольку с делением услуг на социальные и

антисоциальные трудно согласиться. При таком широком подходе к классификации услуг стираются отраслевые различия в их правовой природе, т.к. возможно считать все право социальным, потому что оно регулирует социальные отношения. Однако, как известно, предмет и метод правового регулирования различных социальных отношений разнороден, что дает основания для подраз-

18

деления отраслей права, обладающих существенными особенностями.

Для выделения социальных и гражданско-правовых услуг в настоящее время существуют легальные основания, позволяющие дифференцировать социальное обслуживание как часть предмета отрасли социального обеспечения. Таким образом, проблема заключается не в том, чтобы обосновать критерии разграничения «социальных и антисоциальных услуг», а в том, чтобы найти аргументы, позволяющие пересмотреть господствующую в науке точку зрения в связи с изменениями рыночных отношений в обществе.

По мнению специалистов в области права и социального обеспечения, социальной услугой можно признать только такую услугу, которая «предоставляется бесплатно или за неполную рыночную стоимость, то есть полностью либо частично за счет средств общества. Услуга, которая продается как товар, не является социальной услугой, даже если ею пользуются граждане, находящиеся в трудной жизненной ситуации»7.

С официальной точки зрения платные услуги не являются социальными, а отношения по их предоставлению на основе полной оплаты следует включать в предмет гражданского права. Общественные отношения по предоставлению услуг бесплатно или за неполную рыночную стоимость составляют часть предмета права социального обеспечения8. В связи с этим некоторые исследователи, пытаясь разграничить платные и бесплатные социальные услуги, для платных услуг вводят в научный оборот термин «услуги социального характера»9, что вряд ли можно считать оправданным.

На наш взгляд, отмеченные Е.Г. Шабловой признаки ни в совокупности, ни в отдельности не могут служить критерием, отрицающим возможность социальной услуги быть признанной категорией рыночного товарообмена. Вывод Е.Г. Шабло- ш вой можно считать справедливым только в одном случае: если признать особый н публично-правовой, императивный режим социальной услуги10. Следуя данной С

а

точке зрения, только различие в режимах правового регулирования может слу- Т

о

жить основанием для отграничения социальной услуги от услуги как объекта к

о

гражданских прав. Таким образом, противопоставление «социальных услуг» о' и «услуг социального характера», разделение их на «платные» и «бесплатные» | видится бесперспективным. в

Согласно Федеральному закону от 2 августа 1995 г. № 122 «О социальном н

о

обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов»11, социальные услуги, Ю входящие в федеральный перечень гарантированных государством социальных и

услуг, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 25 ноября 1995 г. с

к

№ 115112 могут быть оказаны бесплатно, а также на условиях частичной или а

полной оплаты. д

Закон о погребении определяет, что супругу, близким родственникам, иным | родственникам, законному представителю или иному лицу, взявшему на себя №

обязанность осуществить погребение умершего, гарантируется оказание сле- 39

дующего перечня услуг по погребению: 1) оформление документов, необходимых ^

для погребения; 2) предоставление и доставка гроба и других предметов, необ- 4 ходимых для погребения; 3) перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); 4) погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом); 5) захоронение урн с прахом в землю или в нишу колумбария.

Стоимость услуг, предоставляемых в соответствии с этим перечнем, определяется органами местного самоуправления по согласованию с соответствующими отделениями Пенсионного фонда РФ, Фонда социального страхования РФ, а также 19

с органами государственной власти субъектов РФ и возмещается специализированной службой по вопросам похоронного дела в 10-дневный срок со дня обращения этой службы в определенном Законом о погребении порядке (п. 3 ст. 9).

Гражданам, получившим гарантированные ритуальные услуги, социальное пособие на погребение не выплачивается. В случае, если погребение осуществлялось за счет средств супруга, близких родственников, иных родственников, законного представителя умершего или иного лица, взявшего на себя обязанность осуществить погребение умершего, им выплачивается социальное пособие на погребение в размере, равном стоимости услуг, предоставляемых согласно гарантированному перечню услуг по погребению.

Оплата стоимости услуг, предоставляемых сверх гарантированного перечня ритуальных услуг, производится за счет средств супруга, близких родственников, иных родственников, законного представителя умершего или иного лица, взявшего на себя обязанность осуществить погребение умершего. Таким образом, налицо существование двух режимов правового регулирования ритуальных услуг: гарантированные ритуальные услуги и негарантированные, дополнительные, сверх перечня за отдельную плату. Эффективность правового регулирования данных отношений зависит от нахождения оптимального баланса публичных, общественных и частных интересов13.

Как видим, законодательство не содержит прямого указания на то, что бесплатные ритуальные услуги - это социальные услуги, а платные - нет. Следовательно, данная точка зрения является субъективной, в связи с чем позиция М.Л. Захарова и Э.Г. Тучковой, утверждающих, что «бесплатный ремонт по* лученного инвалидом автомобиля с ручным управлением является социальной ? услугой, а ремонт того же автомобиля за плату такой услугой не является»14, $ выглядит малоубедительной, т.к. в обоих случаях правовое регулирование осу-

т

« ществляется в одинаковых режимах.

I По нашему мнению, противопоставление платных и бесплатных социальных

1 услуг неоправданно, т.к. они в условиях рынка возмездны и в правовом понимании

го

| тождественны. Услуга всегда обладает стоимостным выражением. Ее стоимость

| относится либо к доходам (если она оплачивается), либо к убыткам (если не опла-

| чивается) ее исполнителя. Плательщик же за социальную услугу имеется всегда,

2 однако он может и не совпадать в одном лице с ее получателем. Вне зависимости от ° того, бесплатные они или платные, сходные социальные услуги должны обладать « аналогичным содержанием и объемом, качеством и количеством, безопасностью | и одинаково гарантировать социальную защиту ее потребителю15.

0 Представляется, что характер услуги не может зависеть от исполнителя

1 социальной услуги в зависимости от его ведомственной принадлежности или

0

° формы собственности. И государственная, и частная организации являются юри-

го

3 дически равными участниками гражданского оборота и реализуют одинаковые

1 в правовом понимании социальные услуги, что ставит под сомнение попытки | подразделения социальных услуг на «частные» и «публичные»16.

Развивая данный тезис, трудно согласиться с точкой зрения Р.Г. Набиева о том, что «критерием выделения социальных услуг (в отличие от государственных) является не круг субъектов, их оказывающих, а сфера, в которой они реализуют-ся»17. Такой подход к выявлению сущности социальных услуг, например, путем сопоставления услуг государственных, публичных и социальных, уже изучался 20 в научной литературе. Л.К. Терещенко в качестве основания для выделения

публичных услуг предлагала применять такой критерий, как «общественный интерес», их социальную значимость. Основанием для выделения социальных услуг, по ее мнению, является сфера, в которой данные услуги оказываются. Это здравоохранение, культура, образование, наука18.

Однако такой подход мало что проясняет, т.к. возникает вопрос: насколько корректно рассматривать социальные услуги в соотношении с государственными и публичными услугами, если в основе классификации учитываются различные основания - сфера применения и интерес? Не случайно, что при таком подходе Л.К. Терещенко допускает, что одна и та же услуга может быть публичной, государственной и социальной одновременно19, чего быть не может и не должно.

В соответствии с Указом Президента РФ от 9 марта 2004 г. № 314 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти» государственные услуги не имеют ничего общего с частноправовыми услугами, поскольку, по мнению законодателя, представляют собой функции государственных органов по оказанию услуг20. Только единый правовой режим мог бы объединить публичные, государственные и социальные услуги. Публичные и государственные услуги не тождественны частноправовым и как функции государства носят властно-распорядительный характер. При таком подходе социальные услуги не вписываются в классификацию, предложенную Л.К. Терещенко, т.к., по нашему мнению, требуют другого, диспозитивного режима правового регулирования. В целом непоследовательность позиции ученых заключается в том, что под «функциями государства» они предлагают понимать «государственную услугу», а под «социальной услугой» - социальную помощь, что также с

—I

нуждается в корректировке, поскольку усложняет правоприменение данных к

21 С

терминов21. р

__а

При этом также нельзя не обратить внимание на попытку чрезмерного рас- с

ширения границ применения социальных услуг указанными авторами от таких оо

сфер, как здравоохранение, культура, образование, наука, до всех видов услуг |

в сфере реализации социальных прав. В отличие от Р.Г. Набиева и Л.К. Тере- с

—I

щенко, исследования которых в целом заслуживают внимания и одобрения, мы н

н

солидарны с представителями науки права социального обеспечения

в том, что о

5

оказание социальных услуг возможно лишь лицам, находящимся в трудной жиз- и

1Ь

ненной ситуации. При этом под «трудной жизненной ситуацией» мы понимаем е

к

ситуацию, которой дано легальное определение в п. 4 ст. 3 Федерального закона оо «Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации». | Это ситуация, «объективно нарушающая жизнедеятельность гражданина (ин- и валидность, неспособность к самообслуживанию в связи с преклонным возрас- №

го

том, болезнью, сиротство, безнадзорность, малообеспеченность, безработица, ( отсутствие определенного места жительства, конфликты и жестокое обращение " в семье, одиночество и тому подобное), которую он не может преодолеть само- 4 стоятельно»22. Вне всякого сомнения, потребители ритуальных услуг относятся к данной категории граждан, поскольку потеря близкого человека ставит их в трудную жизненную ситуацию.

Таким образом, определяющим критерием ритуальной услуги, по нашему мнению, является только субъектный состав, т.е. круг потребителей социальной услуги, независимо от того, кто оказывает или оплачивает ее. 21

Мы отстаиваем точку зрения о том, что характер социальных услуг не отличается от услуг гражданско-правовых. С этой позиции рассмотрения рынка услуг как сегмента товарного рынка, т.е. с цивилистической точки зрения, как совокупности гражданско-правовых отношений по оказанию услуг, представляется корректным изучение услуги как объекта рыночных правоотношений в качестве объекта гражданских прав23. Справедливость такого подхода подтверждается тем, что в гражданском законодательстве ритуальная услуга рассматривается в качестве объекта гражданских прав. В частности, в п. 1 ст. 602 ГК РФ говорится о том, что договором пожизненного содержания с иждивением может быть также предусмотрена оплата ритуальных услуг плательщиком ренты.

Вопрос об объектах гражданских прав до сих пор остается в юридической литературе одним из самых дискуссионных24. Представляется, что законодатель стоит на позиции плюралистической теории объекта гражданского правоотношения, понимая под объектами то, на что они направлены, по поводу чего они возникают и существуют, на что оказывают воздействие (ст. 128 ГК РФ). Именно направленность гражданского правоотношения на соответствующий предмет и характеризует объекты гражданских прав25.

В научной литературе под «объектами правоотношений» понимаются: 1) различные материальные и нематериальные (идеальные) блага, либо процесс их создания, составляющее предмет деятельности субъектов гражданского права26; 2) поведение субъектов правоотношения27; 3) материальное или нематериальное благо, на которое направлено принадлежащее собственнику право28; 4) всякая материальная или нематериальная субстанция (благо), имманентные свойства 3 которой предопределяет природу, содержание и динамику соответствующего ¿- субъективного права, а также создают возможность удовлетворения законных ™ интересов лица - носителя данного субъективного гражданского права29. | На наш взгляд, рассмотрение ритуальных услуг как объекта гражданских

| прав следует проводить в развитие тезиса Е.А. Суханова, считающего, что | объекты гражданских правоотношений - это различные материальные (в т.ч. ° вещественные) и нематериальные (идеальные) блага либо процесс их создания,

0

| составляющие предмет деятельности субъектов гражданского права. С точки | зрения ученого, объектом правового регулирования может быть только поведение >§ людей (их деятельность), а не сами по себе разнообразные явления окружающей | действительности. Данное поведение составляет объект гражданских право-| отношений, тогда как вещи и иные материальные и нематериальные блага, в & свою очередь, составляют объект (или предмет) соответствующего поведения '§ участников (субъектов) правоотношений.

§ В основе разграничения понятий «объект гражданского правоотношения»,

§ под которым понимается поведение участников, и «объект гражданских прав»,

1 под которым понимаются материальные или нематериальные блага, по его мне-| нию, лежат вышеуказанные обстоятельства. Е.А. Суханов отмечает, что «такие

блага становятся объектами не только прав, но и обязанностей, которые в совокупности как раз и составляют содержание правоотношений. Таким образом, категория объекта гражданских прав совпадает с понятием объекта гражданских правоотношений»30. Следует согласиться с ученым в том, что смысл категории объектов гражданских правоотношений (объектов гражданских прав) заключа-22 ется в установлении для них определенного гражданско-правового режима, т.е.

возможности или невозможности совершения с ними определенных действии (сделок), влекущих известный юридический (гражданско-правовой) результат31.

Основываясь на данной позиции, вполне логичным представляется отнесение к числу материальных благ как объектов гражданских правоотношений не только вещей и результатов работ (услуг), имеющих материальную, вещественную форму, а также деятельности, не сопровождающейся созданием или изменением вещей, но создающей известный полезный эффект материального, хотя и не обязательно овеществленного характера. Все эти объекты объединяет их экономическая природа как товаров, объективно требующих для себя гражданско-правового оформления (режима), что позволяет рассматривать услугу как материальное благо, объект имущественных правоотношений.

Вместе с тем традиционно к услугам в науке гражданского права принято относить действия, имеющие «свой объективный результат, который может и не иметь вещественной (предметной) формы»32. Однако единый подход к определению сущности этого результата отсутствует. Ю.Х. Калмыков считал, что к признакам услуг относятся «предоставление каких-нибудь льгот или создание определенных удобств»33. Более точно, на наш взгляд, определяет результат услуг Н.А. Баринов, который, рассматривая социально-экономический аспект услуг, указывает на то, что «услуга - это полезный эффект, возникающий в процессе производительного труда как целесообразной деятельности»34. Такой подход к понятию услуги позволяет достаточно широко определять их круг и включать в их число всевозможные действия, приносящие тот или иной полезный эффект, в т.ч. и в сфере удовлетворения имущественных потребностей в социальных услугах. ш

Однако было бы неверно трактовать услугу как любое действие. Это прежде н всего действие, обладающее специфическими признаками. Д.И. Степанов под С

а

«услугой» в гражданском праве понимает разновидность объектов гражданских т

о

правоотношений, которая выражается «в виде определенной правомерной опера- К

о

ции, то есть в виде ряда целесообразных действий исполнителя либо в деятель- О' ности, являющейся объектом обязательства, имеющей нематериальный эффект, | неустойчивый вещественный результат, либо овеществленный результат, связан- в

ный с другими договорными отношениями, и характеризующейся свойствами н

о

осуществимости, неотделимости от источника, моментальной потребляемости, Ю

неформализованности качества»35. и Достоинство этой дефиниции состоит в том, что она позволяет выявить ха- К рактерные признаки услуги как объекта гражданских прав: неовеществленный

результат, т.е. неосязаемость, неотделимость от источника; тесная связь с лич- д

е

ностью исполнителя; синхронность ее оказания и получения; моментальность | потребления; несохраняемость, невозможность хранения и накапливания; невоз- № можность исполнителям гарантировать ее результат; эксклюзивность, выражаю- 39 щаяся в их неоднородности и изменчивости. В данном определении проявляется ^ сущность услуги, характерные признаки этого действия, позволяющие отделить 4 его от действия иного вида36. Представляется, что социальная услуга обладает всеми вышеперечисленными характерными признаками.

Эти признаки ярко проявляются при анализе различий в действиях, направленных на выполнение работ и оказания услуг. Вопрос о разграничении работ и услуг достаточно часто поднимался в юридической литературе37. В настоящее время большинство ученых придерживаются мнения о том, что отличие работы 23

от услуги обнаруживается через направленность деятельности: цель работы состоит в создании новой или обновленной (переработанной) вещи и ее последующей передаче. В обязательствах по выполнению работ деятельность или сам процесс труда важны лишь постольку, поскольку служат предпосылкой для достижения конечного результата, а в услугах деятельность не является предпосылкой к оказанию услуг, она неотделима от положительного эффекта. Услуга отличается от работы и тем, что ее оказание не приводит к появлению овеществленного результата, она сводится к совершению ряда действий или осуществлению определенной деятельности (п. 1 ст. 779 ГК РФ). Услуга, как и любая иная деятельность, имеет определенный результат, который проявляется не в форме вновь созданной или обработанной вещи, а носит неовеществленный характер. Иногда эффект от услуги может не только восприниматься в процессе ее оказания или по его завершению, но и выражаться в юридических последствиях, возникающих в ходе ее предоставления. Эффект от услуги можно наблюдать, но нельзя получить как вещь38.

Критерии разграничения ритуальной услуги и работ по захоронению были убедительно аргументированы Р.Г. Набиевым. Он отмечает, что в литературе часто упоминаются зубные протезы в качестве примера «овеществленного результата» при проведении медицинских манипуляций, что позволяет говорить о возникновении не только обязательства по возмездному оказанию услуги (в данном случае - медицинской), но и отношений подряда. С его точки зрения, в соответствии с квалифицирующими признаками договора и смыслом оказания медицинской услуги, зубной протез (ортодонтический аппарат, кардиостимуля-* тор, штифт и пр.), применяющийся при лечении пациента, должен восприни-? маться как «лечебный аппарат», «лечебное средство», «приспособление» и т.п. $ Иными словами, применение такого рода средства равнозначно определению ! «лечебное средство, которое в определенной дозе и последовательности или

1 сочетании, введено в больной организм» с целью определенного воздействия в | течение какого-то периода времени для восстановления здоровья пациента»39.

го

| По его справедливому мнению, ключевым моментом является цель медицин-

| ского вмешательства: «не поставить протез, а решить проблему больного (на-

| рушение процесса пережевывания пищи, эстетический дефект и пр.). Поэтому

2 после получения (или недостижения) эффекта он может быть удален, заменен ° другим и т. д. Причем соответствующие действия осуществляются и вне за-£ висимости от внешнего вида и состояния лечебного средства (аппарата), а по | рекомендации врача в зависимости от изменений необходимого воздействия

0 на организм пациента в данный момент (период)»40. «Результаты протезиро-° вания (установленные человеку зубные, ножные и т.п. протезы) не выступают ° отдельной вещью - они становятся составной частью человеческого организма

го

и не могут быть объектом дальнейшей купли-продажи»41.

1 Таким образом, полезный эффект при оказании услуги носит нематериальный | характер и в противоположность договору подряда никогда не выражается в появлении новой вещи или изменении потребительских свойств уже существующей. На наш взгляд, полезный эффект ритуальной услуги выражается в социальном содействии лицу в том, чтобы справиться с трудной жизненной ситуацией.

Услуги, не являясь собственно имуществом, как любой объект гражданских прав, имеют определенную имущественную ценность, т.е. выступают в 24 экономическом обороте как некое благо и обладают определенной потреби-

тельной стоимостью. В силу этого отдельные авторы проводят разграничение между этими объектами гражданских прав42. В частности, указывается, что имущество осязаемо или оно может быть объективировано, например, путем оценки, как это происходит в отношении имущественных прав, а услуга же объективируется только в процессе ее оказания. Имущество обладает определенной ценностью и может с учетом его оборотоспособности отчуждаться управомоченным лицом. Услуги же не могут отчуждаться так, как это происходит с имуществом. Вещь может существовать и отдельно от своего источника, т.е. производителя, услуга же проявляется только в эффекте, который воспринимается на уровне чувств43.

В то же время ритуальные услуги обладают существенными отличиями от социальных услуг как объектов гражданских прав. Ритуальные услуги имеют свою исключительную специфику, не похожую ни на какие другие услуги, требующие максимально четкой организации их оказания, связанной «1) с очень жестким временем по организации похорон (по традициям различных религиозных конфессий покойный должен быть погребен в течение 1-3 суток); 2) с состоянием психоэмоционального стресса разной степени выраженности у заказчика; 3) с невозможностью, как правило, выполнения ритуальных услуг в порядке самообслуживания; 4) с неизбежной необходимостью потреблять ритуальные услуги для каждого человека; 5) с отсутствием функциональных аналогов (заменителей) ни в отраслях сферы услуг, ни в сфере материального производства; 6) с многоэтапностью процесса от момента подачи заявки на организацию похорон до момента захоронения; 7) с многообразием типов заказчиков (уровень доходов, принадлежность к религиозной конфессии, выбор способа захоронения, личные желания и вкусы); 8) с зависимостью от наличия и перечня объектов ритуального предприятия (кладбища, крематории, трупох-ранилища, специализированного и катафального транспорта, залов траурных обрядов и поминальных трапез, храмов; производства предметов ритуала и надмогильных сооружений; 9) с невозможностью прервать предоставление данных услуг»44.

Таким образом, под «ритуальной услугой» следует понимать деятельность или действия, направленные на удовлетворение потребности потребителя в проведении похоронного обряда, в соответствии с волеизъявлением, с религиозными, национальными традициями и обычаями, а также связанные с осуществлением представительства и (или) содействия при заключении им сделок, защите его прав и интересов перед третьими лицами. Ритуальная услуга носит комплексный характер, поскольку включает в себя совокупность действий, необходимых для проведения всего процесса погребения тела или останков тела после его смерти - от оформления документов до захоронения.

1 См., например: Калмыков Ю. Х. Избранное: Труды. Статьи. Выступления / сост. О. М. Козырь, О. Ю. Шилохвост; предисл. В. Ф. Яковлева. М., 1998.

2 Доступ из справ.-правовой системы «Консультант Плюс».

3 Набиев Р.Г. Возмездное оказание ритуальных услуг в Российской Федерации: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград, 2007. С. 6.

4 Шаблова Е.Г. Гражданско-правовое регулирование отношений возмездного оказания услуг : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 2002. С. 13.

5 См.: Там же.

6 Набиев Р.Г. Указ. раб. С. 77.

7 Буянова М.О., Гусов К.Н. и др. Право социального обеспечения России: учебник / под ред. К.Н. Гусова. М., 2004. С. 397.

8 См.: Там же. С. 388-389.

9 Гражданское право : учебник: в 2 т. / отв. ред. Е.А. Суханов. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2002. Т. 1. С. 14.

10 См.: Барков А.В. Цивилистическая концепция правового регулирования рынка социальных услуг. М., 2008. С. 47.

11 См.: Собр. законодательства Рос. Федерации. 1995. № 49, ст. 4798.

12 См.: Собр. законодательства Рос. Федерации. 1995. № 32, ст. 3198.

13 См.: Кузнецова О.А. Принципы гражданского права: современное состояние вопроса // Власть закона. 2011. № 4 (8). С. 87-95.

14 Захаров М.Л., Тучкова Э.Г. Право социального обеспечения в России. М., 2002. С. 492.

15 См.: Барков А.В. Указ. раб. С. 47.

16 См.: Там же.

17 Набиев Р.Г. Указ. раб. С. 79.

18 См.: Терещенко Л.К. Услуги: государственные, публичные, социальные // Журнал российского права. 2004. № 10. С. 17-18.

19 См.: Там же. С. 16.

20 См.: Российская газета. 2004. 11 марта.

21 Подробнее об этом см.: Барков А.В. Указ. раб. С. 50 и сл.

22 Собр. законодательства Рос. Федерации. 1995. № 50, ст. 4872.

23 См.: Там же. С. 39, 50-52.

24 Подробнее об этом см.: Агарков М.М. Обязательства по советскому гражданскому праву // Избранные труды по гражданскому праву. М., 2002. Т. 1. С. 195-209; Алексеев С.С. Об объекте права и правоотношения // Вопросы общей теории советского права: сборник статей. М., 1960. С. 284-308; Иоффе О.С. Правоотношения по советскому гражданскому праву. Спорные вопросы учения о правоотношении // Избранные труды по гражданскому праву. М., 2000. С. 581-604, 673-682; ЛапачВ.А. Системы объектов гражданских прав. СПб., 2002; Магазинер Я.М. Объект права // Очерки по гражданскому праву: сборник статей. Л., 1957. С. 65-78; Сенчищев В.И. Объект гражданского правоотношения // Актуальные проблемы гражданского права: сборник статей. М., 1998. С. 109-160.

25 См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / под ред. Т.Е. Або-вой и А.Ю. Кабалкина. М., 2005. С. 329.

26 См.: Гражданское право: в 2 т. / отв. ред. Е.А. Суханов. М., 2000. Т. I. С. 294.

27 См.: Гражданское право: учебник. Ч. 1 / под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 1997. С. 85.

28 См.: Гражданское право России. Общая часть / под ред. О.Н. Садикова. М., 2001. С. 260.

29 См.: Белов В.А. Гражданское право. Общая и Особенная части. М., 2003. С. 123.

30 Гражданское право: в 2 т. / отв. ред. Е.А. Суханов. Т. I. С. 294.

31 См.: Там же. С. 295.

32 Советское гражданское право / под ред. О.А. Красавчикова. М., 1972. Т. 1. С. 152.

33 Калмыков Ю.Х. Избранное: Труды. Статьи. Выступления / сост. О.М. Козыр, О.Ю. Шилохвост; пре-дисл. В.Ф. Яковлева. С. 31.

34 Баринов Н.А. Услуги (социально-правовой аспект). Саратов, 2001. С. 9.

35 Степанов Д.И. Услуги как объект гражданских прав. М., 2005. С. 217.

36 См.: Норматов Н. Теоретические аспекты совершенствования системы защиты прав потребителей при оказании услуг // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. Вып. 3. 2008. № 14. С. 20.

37 См., например: Калмыков Ю.Х. К понятию обязательств по оказанию услуг в гражданском праве // Советское государство и право. 1966. № 5. С. 116-117; Индюков Н.П. Услуга как объект гражданского правоотношения // Проблемы права социалистической государственности и его социального управления. Свердловск, 1978. С. 32-33; Грушевая Е.П. Обязательство по предоставлению услуг в хозяйственных отношениях // Правоведение. 1982. № 1. С. 84; Фархтдинов Я.Ф. Законодательство и судебная практика по некоторым видам бытового обслуживания. Казань, 1983. С. 9; Кротов М.В. Обязательство по оказанию услуг в советском гражданском праве: учебное пособие. Л., 1990; Свеженцева Е.И. Законодательство России о защите прав потребителей: учебное пособие. Курск, 1996. С. 8-9; Хозяйственное право: курс лекций: в т. Т. 2 / под ред. В.С. Мартемьянова. М., 1997. С. 89; Гражданское право: учебник. Т. 1 / под ред. Е.А. Суханова. С. 121; Комментарий к Гражданскому кодексу РФ, части второй (постатейный) / под ред. О.Н. Садикова. М., 1998. С. 348; Гражданское право: учебник: в 3 т. / под ред. Ю.К. Толстого, А.П. Сергеева. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2000. Т. 1. С. 192; Измайлова Е.В. Договор на выполнение маркетинговых исследований: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2000. С. 17.

38 См.: Щуковская О.М. О соотношении обязательств по оказанию услуг и обязательств по выполнению работ (подряда) // Правоведение. 2002. № 2. С. 205; Ее же. Правовое регулирование деятельности по оказанию правовых услуг: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2001. С. 16.

39 Набиев Р.Г. Указ. раб. С. 67.

40 Там же.

41 Там же. С. 68.

42 См., например: Тихомирова А.В. Оказание гостиничных услуг по российскому гражданскому праву: дис. . канд. юрид. наук. Челябинск, 2008. С. 35-36.

43 См.: Лапач В.А. Указ. раб. С. 71, 167, 456-458.

44 Бондаренко С.В. Формирование комплекса ритуального обслуживания населения в условиях крупного города: дис. ... канд. экон. наук. М., 2008. С. 15.