Социальные факторы формирования пространственных структур кварталов исторического центра г. Иркутска

УДК 711.5

СОЦИАЛЬНЫЕ ФАКТОРЫ ФОРМИРОВАНИЯ ПРОСТРАНСТВЕННЫХ СТРУКТУР КВАРТАЛОВ ИСТОРИЧЕСКОГО ЦЕНТРА Г. ИРКУТСКА

© С.С. Беломестных1

Иркутский национальный исследовательский технический университет, 664074, Россия, г. Иркутск, ул. Лермонтова, 83.

Приведены результаты исследования социальных факторов, сформировавших пространственную структуру кварталов исторического ядра г. Иркутска. Определены роль и виды социальных факторов, оказывающих наибольшее влияние на формирование пространственных структур (морфотипов) кварталов исторических городов. Проанализированы эволюционные этапы становления планировочной структуры кварталов центральной части г. Иркутска в период XVII-XX веков под влиянием социальных, природных и административных факторов. Ключевые слова: кварталы исторической застройки; морфотип; принципы реконструкции; пространственные структуры; социальные факторы.

SOCIAL FACTORS OF IRKUTSK HISTORICAL CENTER QUARTER SPATIAL STRUCTURES FORMATION S.S. Belomestnykh

Irkutsk National Research Technical University, 83 Lermontov St., Irkutsk, 664074, Russia.

The paper introduces the results of studying social factors that have formed the spatial patterns of the quarters in the historic core of the city of Irkutsk. The role and types of social factors that have the greatest influence on the formation of spatial structures (morphotypes) in the quarters of historical cities are determined. Analysis is given to the evolution stages in the formation of the planning structure of the central quarters of the city of Irkutsk in XVII-XX centuries under the influence of social, environmental and administrative factors.

Keywords: quarters of historic buildings; morphotype; reconstruction principles; spatial structures; social factors.

По определению З.Н. Яргиной, понятие «социальное» при исследованиях в области архитектуры и градостроительства понимается как синоним «общественного», включающего более широкую интерпретацию понятия «социальное», а именно: экономические, политические, эстетические, социальные отношения между людьми. К главной задаче социологии архитектуры относится построение моделей «перевода» социальных категорий в пространственные. «Построение таких моделей - основа анализа и объяснения исторически складывающихся форм расселения, основа планирования и прогнозирования в области архитектуры и градостроительства». З.Н. Яр-гина определяет деятельность (трудовую деятельность) как базовое «стержневое» социальное понятие, формирующее основу архитектурно-градостроительных решений [16]. Применительно к истории развития планировочных структур определяющим фактором в понимании принципов их фор-

мирования будут также деятельность или формы хозяйствования.

К. Линч в своей книге «Совершенная форма в градостроительстве» полагает, что форма поселения - это циклическая и долговременная пространственная организация человеческих действий, что говорит о социальном факторе как о формообразующем [9].

А.С. Щенков к социальным факторам формирования своеобразия города относит исторически сложившиеся характерные условия быта сообщества, доказывая этот тезис, сравнивая города Средней Азии и Западной Европы и России [15] и отмечая, что «градостроительная структура не только выражает представление о глобальном миропорядке, но моделирует образ жизни, быт общества» [14].

Средневековый город Европы представлял собой замкнутую модель пространства, следствием чего являлись переуплотненность квартальных структур и

1

Беломестных Сергей Сергеевич, старший преподаватель кафедры архитектуры и градостроительства, тел.: 89086411096, e-mail: Pen-dal@yandex.ru

Belomestnykh Sergey, Senior Lecturer of the Department of Architecture and Urban Planning, tel.: 89086411096, e-mail: Pen-dal@yandex.ru

сплошной фронт зданий вдоль улиц [7].

В качестве примера особенностей формирования арабского города можно привести г. Сана (Йемен), исследованный А.Г. Большаковым с точки зрения социокультурных факторов, определивших среду старого города. Для данного арабского города характерна уникальная градостроительная культура, отличная от европейской, основу которой составляет форма проживания населения в виде большесе-мейной общины - клана, границами проживания которого служат не улицы, а границы землепользования клана. Улицы же являются инструментом фильтрации, т.е. отсекают возможность проникновения чужих в зону проживания клана [2].

Для городов Руси, как отмечает А.В. Иконников, характерна открытая модель организации пространства, где ядром-центром был кремль (острог), который занимал главное место в композиции городского пространства. Главенство обеспечивало его расположение на мысу, образованном слиянием рек. «Такая структура отвечала особенностям менталитета, - горожанин чувствовал себя не только частью коллектива, общины, но и частью природного бытия» [7]. Особенностью русских городов было ориентирование домов на улицу оконными проемами, разреженная застройка как следствие наличия дворов и огородов, т.е. соединение формы городско-

го и сельского образа жизни. Вследствие разреженной застройки и запрета на торговлю в своем доме в определенные периоды развития русских городов (в г. Иркутске до 1782 г. торговля вне помещений гостиного двора была запрещена [13]) коммерческая деятельность концентрировалась в специальных торговых зонах, которые сформировали уникальную пространственно-планировочную структуру города [15].

Следовательно, на формирование и эволюцию пространственно-планировочной структуры города и более мелких градостроительных структур значительное влияние оказывают социальные факторы, к которым можно отнести: формы хозяйствования и быта населения, вкусовые и религиозные предпочтения, привнесенная и трансформированная или уникальная местная традиция, которые дополняются природными особенностями территории и, с определенного периода, нормативной регламентацией, создавая единственную в своем роде градостроительную ткань (рис. 1).

Указанные факторы являются базовыми для определения направления градостроительных реконструктивно-реставра-ционных мероприятий в ключе идентичности, которая подразумевается при разработке генеральных планов, проектов планировки исторических поселений.

Рис. 1. Факторы, формирующие пространственную структуру квартала, города

Для успешной реализации реконструктивных мероприятий на территории кварталов исторического центра г. Иркутска необходимо изучение этапов формирования пространственных структур кварталов (морфотипов) центрального ядра города в ключе социальных факторов, поскольку форма управления и модель развития, господствующая в обществе, проецируется и на управление городом, во многом определяет характер градостроительной деятельности и формирует структуру пространства.

Иркутск на начальном этапе (XVII в.) своего формирования строился без четкого плана, «как пространство позволило», что говорит об Иркутске как о городе со свободной планировкой, но будет неверным сказать, что присутствовали хаос и бессистемность. Иркутск развивался в рамках заданных конкретными условиями ландшафтного положения, рельефа и форм хозяйствования сельско-общинного типа (рис. 2).

«Острожно-посадский» планировочный фрагмент обладает индивидуальностью и ясностью планировочной решетки, внятными и считываемыми до сих пор градостроительными узлами, артикулированными границами и ориентирами.

С момента основания острога по берегам р. Ангары селились острожные и служилые люди, посадские и крестьяне, селились заимками с пашнями и скотом [6]. Архитектура иркутских жилых домов XVII -начала XVIII вв. соответствовала традициям русского деревянного зодчества. Усадьбы образуют первые улицы, выстраиваясь

вдоль берега и основных транспортных связей.

К основным факторам, формирующим пространственную структуру кварталов и города в целом в XVII в. можно отнести:

- формы хозяйствования населения (социальный фактор);

- функциональный профиль города (социальный фактор);

- традиции архитектуры (социальный фактор);

- географические условия (природный фактор).

Иркутск в XVIII в. утверждается в статусе административного центра, увеличение численности населения приводит к необходимости освоения прилегающих территорий. Начинает формироваться «Солдатский» планировочный фрагмент.

Жилая застройка середины XVIII в. приобретает городской характер, что говорит о постепенной смене образа жизни и статуса горожан и выраженном влиянии социального фактора на застройку и планировку города.

К концу XVIII в. Иркутск получает первый генеральный план города (1792 г.), который предполагал регулярную разбивку кварталов на новых территориях, а на уже освоенных ограничивался упорядочиванием существующей застройки [5] (рис. 3). План также содержал проекты образцовых фасадов, которые должны были обеспечить архитектурно-стилевую целостность застройки [8].

Рис. 2. Развитие планировочной структуры города и кварталов

Рис. 3. Схемы конфигурации кварталов г. Иркутска в конце XVIII в.

Регулярность начертания плана преследовала не только утилитарные требования вроде борьбы с пожарами и повышения удобства транспортных коммуникаций, но и эстетическую и культурологическую цель - моделирование жизненного уклада западного образа жизни [4].

Конец XVIII - начало XIX вв. в архитектуре г. Иркутска связаны с деятельностью выдающегося архитектора, землемера и краеведа Лосева Антона Ивановича. В качестве архитектора Лосев являлся автором большого количества построек. По его проектам были возведены каменные купеческие особняки Киселева, Баснина, Мед-ведникова, Чупалова и др., здание Главного народного училища, казармы Российско-Американской компании, Тюремный замок, церковь Георгия Неокесарийского в ограде Троицкой церкви. Большинство построек Лосева было уничтожено пожаром в 1879 г. [8].

К основным факторам, формирующим пространственную структуру кварталов Иркутска в XVIII в., можно отнести:

- формы хозяйствования населения (социальный фактор);

- функциональный профиль города (социальный фактор);

- традиции архитектуры (социальный фактор);

- нормативную регламентацию (административный фактор);

- проектировщика (административный фактор);

- географические условия (природный фактор).

В первой половине XIX в. наглядно прослеживается социальное расслоение общества. Главные улицы города застраиваются домами зажиточных горожан, преимущественно купечества. Такое положение является следствием общероссийских правил застройки, которые вытесняют бедное сословие на периферию, что, в свою очередь, меняет систему городского расселения в зависимости от имеющегося капитала [8]. Это является определяющим фактором, формирующим морфологию застройки кварталов центральных улиц и периферии.

Приграничное положение поддерживало город и способствовало его развитию как торгово-административной единицы, в городе существовало два гостиных двора, являвшихся фокусами его коммерческой деятельности.

Во второй половине XIX в. начинает осваиваться нагорная часть Иерусалимской горы, городская застройка преодолевает естественный рубеж, заселяются первые три Иерусалимские улицы (ныне Со-

ветские), планировочная структура соответствует утвержденным ранее градостроительным документам - регулярная, с крупной квартальной разбивкой.

Застройка остается преимущественно деревянной, принадлежащей большей частью купцам и мещанам.

Стихийное бедствие - пожар, произошедший в г. Иркутске в 1879 г. - прерывает естественную эволюцию кварталов, приводит к размежеванию деревянной и каменной застройки, а также к изменению системы городского расселения и имущественного ценза (рис. 4).

В период конца XIX - начала XX вв. активизируется строительная и градостроительная деятельность, расширяется типологический спектр построек, среди которых: деловые, торговые, административные, учебные и производственные здания и сооружения. В застройке г. Иркутска появляются банки, торговые конторы, фирмы и компании, гостиницы, доходные дома, крупные магазины, пассажи, особняки золотопромышленников и т.п.

Административным фактором, формирующим пространственные структуры кварталов в конце XIX в., являлись требования градостроительных норм (циркуляр, в котором излагалась концепция благоустройства и Устава строительного) в отношении народного здравия (экологическое

и санитарное требования); в отношении хозяйственном (требования, обеспечивающие развитие коммерческой деятельности); правила сохранения и починки древних зданий (требования, обеспечивающие сохранность историко-архитектурного наследия) [12]. Данные требования позволяют говорить о преемственности градостроительного регулирования в ключе современного понятия об устойчивом развитии территории.

К основным факторам, формирующим пространственную структуру кварталов Иркутска в XIX в., можно отнести:

- формы хозяйствования населения (социальный фактор);

- функциональный профиль города (социальный фактор);

- традиции архитектуры (социальный фактор);

- имущественный ценз (социальный фактор);

- расширение типологического спектра построек (социальный фактор);

- нормативную регламентацию (административный фактор);

- проектировщика (административный фактор);

- географические условия (природный фактор);

- стихийное бедствие - пожар (природный фактор).

Рис. 4. Схемы застройки кварталов г. Иркутска в конце XIX в.

Эволюция планировки, застройки и, как следствие, искажение пространственных структур обусловлены изменениями форм хозяйствования после революционных потрясений 1917 г. Изменение взглядов на градостроительную политику и управление привнесло в сложившуюся структуру неоднородность, что изменило характер городской ткани исторического ядра г. Иркутска (рис. 5).

С момента установления Советской власти в 1920 г. и до начала Великой Отечественной войны город развивается ускоренными темпами, изменения политического и идеологического строя в стране приводят к переориентации функционального профиля г. Иркутска с торгово-админи-стративного на промышленный. В непосредственной близости от исторического ядра города появляются крупные промышленные предприятия. Отсутствие генерального плана в период 1928-1941 гг. повлекло за собой просчеты, которые привели к размещению промышленных предприятий в прибрежных зонах рек Ангары и Ушаковки, что значительно ухудшило сани-тарно-экологическое состояние данных

территорий, а утрата культовых зданий, служивших архитектурными доминантами, в связи с новой идеологической направленностью общества, привела к частичной потере художественной выразительности силуэта городской застройки.

Особенностью градостроительного развития г. Иркутска в 40-60-е гг. XX в. стало направление на целостное развитие центра города, что позволило в ряде случаев создать ансамблевую застройку (ул. Ленина, Карла Маркса), опираясь на дореволюционные памятники архитектуры, но допущенные ошибки и изменения парадигмы, а также попытки переориентации функционального профиля города с административно-торгового на промышленный не позволили развиться градостроительной реконструкции центра города Иркутска в ключе предыдущих исторических этапов [1].

В 1970 г. ЦНИИЭП градостроительства разработал проект планировки центральной части г. Иркутска. Данный проект в исторической части центра предлагал, по существу, разрушение всех исторических морфотипов кварталов с их мелкоконтурной парцелляцией и разнообразной и

Рис. 5. Сравнение схем застройки кварталов г. Иркутска в конце XIX - конце XX веков

разномасштабной застройкой. После вмешательства в проектный процесс В.Т. Щербина в начале 1980-х годов ЦНИИЭП градостроительства пересмотрел свои позиции в отношении исторического центра г. Иркутска и на основе историко-архитектурного опорного плана (1981 г.) указанного автора составил новый проект планировки центра в 1983 г., который уверенно сохранял исторические пространственные структуры кварталов (морфоти-пы) застройки центра [3] (рис. 6).

В проекте зон охраны (разрабатывавшегося в рамках Генерального плана г. Иркутска 2007 г.) центральной части г. Иркутска выделены 5 исторически сложившихся типов ценной городской среды по принципу плотности и материалу возведенных объектов: плотная каменная, плотная деревянная, разреженная деревянная усадебного типа, смешанная застройка (каменная и деревянная), отдельные крупные общественно значимые здания, объединенные озелененными пространствами. Предложенная авторами проекта зон охраны (ПЗО) типология закрепляет существующее положение сохранившейся исторической среды и дает регламенты реконструкции либо нового строительства в сохранившихся анклавах [10].

В проекте планировки центральной части г. Иркутска (2012 г.), в который мате-

риалы ПЗО включены без изменений, предлагается музеефикация ансамблей и комплексов застройки, создание гостинич-но-туристических комплексов, вовлечение объектов наследия в коммерческий оборот (офисное использование) [11].

Анализируя особенности развития центрального ядра г. Иркутска в XX веке, нужно сказать о различии в подходах к проектированию и градостроительной политике по сравнению с XIX веком и современным этапом: в советский период идеи сохранения наследия и исторической городской среды уходили на второй план, преобладала идеология коренного преобразования и стандартизации. Потребности и возможности общества были практически сведены к минимуму, проектировщики не учитывали интересы отдельных людей и групп, ориентировались преимущественно на государственные интересы.

На современном этапе для модернизации всей территории исторического ядра города как модели стратегии сохранения и развития, сочетающей принципы устойчивого развития на основе баланса модернизации и традиции, необходимо более глубокое исследование градостроительных процессов (в том числе с позиции социальных факторов), происходивших на территории кварталов.

Карта-схема планировочной структуры центра Иркутска Карта-схема планировочной структуры центра Иркутска ПО ПДП 1970-х гг. по ПДП 1980-х гг.

Рис. 6. Карты-схемы планировочной структуры центра Иркутска второй половины XX века

К основным факторам, формирующим пространственную структуру кварталов г. Иркутска в XX веке, можно отнести:

- формы хозяйствования населения (социальный фактор);

- функциональный профиль города (социальный фактор);

- расширение типологического спектра построек (социальный фактор);

- изменение социального устройства общества (социальный фактор);

- нормативную регламентацию (административный фактор);

- проектировщика (административный фактор).

- формы хозяйствования ^Н-ХХ вв.);

- функциональный профиль города (ХУ11-ХХ вв.);

- традиции архитектуры (ХУ11-Х1Х вв.);

- имущественный ценз (Х1Х в.);

- расширение типологического спектра построек (Х1Х-ХХ вв.);

- изменение социального устройства общества (ХХ в.).

Наиболее длительными во временном отношении и формообразующими факторами оказались формы хозяйствования населения, функциональный профиль го-

Рис. 7. Факторы формирования пространственной структуры кварталов г. Иркутска в XVII-XX вв.

В результате проведенного исследования определено, что процесс формирования пространственных структур кварталов г. Иркутска отражает эволюцию социальных потребностей, особенностей и возможностей населения.

К социальным факторам, сформировавшим пространственную структуру кварталов исторического центра Иркутска, отнесены:

рода и нормативная регламентация. Ланд-шафтно - географический фактор заложил очертание планировочной структуры и кварталов города, однако средовая ткань кварталов формировалась, с учетом нужд и особенностей архитектурно-градостроительной традиции (рис. 7).

Статья поступила 15.07.2015 г.

Библиографический список

1. Ашихмин А.В. Иркутск - XX век. 40-60-е годы. 2. Большаков А. Г., Сельви А.А.С. Социальные

Архитектурно-художественные принципы застройки факторы и архитектура Старого города Саны, их

центральных улиц г. Иркутска в послевоенные годы: трансформация и принцип преемственности в про-

учеб. пособие. Иркутск: Изд-во ИрГТУ, 2007. 108 с. странстве новой Саны: монография. Белгород: Изд-

во БГТУ, 2014. 159 с.

3. Большаков А.Г. Оценка морфотипов застройки как отражения интересов и ценностей городского сообщества и их баланс как принцип градостроительной регенерации исторического центра // Вестник ИрГТУ. 2012. № 9. С. 89-97.

4. Высоковский А.А. Управление пространственным развитием // Отечественные записки. 2012. № 3 (48). С. 36-47.

5. Гаращенко А.Н., Ладейщикова Е.Р. История деревянного зодчества Иркутска // Земля Иркутская. 2011. № 1-2 (38-39). С. 8-22.

6. Гурулёв С.А. Первые иркутяне. Иркутск: ИОГАУК АЭМ «Тальцы», 2011. 412 с.

7. Иконников А. В. Пространство и форма в архитектуре и градостроительстве. М.: КомКнига, 2006. 352 с.

8. Калинина И.В., Красная Н.Н. Город и дерево. Архитектура и ремесло. Иркутск: ООО Агентство «МаиР», 2013. 452 с.

9. Линч К. Совершенная форма в градостроительстве / пер. с англ. В.Л. Глазычева; под ред. А.В. Иконникова. М.: Стройиздат, 1986. 264 с.

10. Проект границ зон охраны объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, расположенных на территории города Иркутска, режимов использования зе-

мель и градостроительных регламентов в границах данных зон: утвержден постановлением администрации Иркутской области от 12 сентября 2008 года N 254-па.

11. Проект планировки центральной части г. Иркутска // Сайт Иркутской администрации [Электронный ресурс]. URL: http://www.admirkutsk.ru/?doc=19965 (17.08.2015).

12. Уставъ строительный (Св. Зак. Т. XII, ч. 1, изд. 1857 г.): измъненный и дополненный узаконешями, обнародованными по 1 ноября 1888 г. С-Петербургъ: Типографiя правительствующаго сената, 1888. 245 с.

13. Шахеров В.П. Иркутск купеческий: история города в лицах и судьбах. Хабаровск: Приамурские ведомости, 2006. 175 с.

14. Щенков А.С. Основы реконструкции исторического города: учеб. пособие. М., 2008. 154 с.

15. Щенков А.С. Реконструкция исторических городов: учеб. пособие в 2 ч.: Основы реконструкции исторических городов. Исторический опыт развития архитектурного ансамбля. М: Памятники исторической мысли, 2013. 420 с.

16. Яргина З.Н., Хачатрянц К.К. Социальные основы архитектурного проектирования: учеб. для вузов. М.: Стройиздат, 1990. 343 с.

УДК 726.5

ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ СТРУКТУРА ПРИХОДСКИХ ПРАВОСЛАВНЫХ КОМПЛЕКСОВ РУССКОЙ ИММИГРАЦИИ В КАНАДЕ

© С.В. Борисов1

Московский архитектурный институт, 107031, Россия, г. Москва, ул. Рождественка, 11.

Рассмотрен ряд приходских центров Канады, проанализирован опыт создания духовно-просветительских центров, являющихся ядром формирования русских общин. Показаны примеры реконструкции церковных зданий западных конфессий для размещения в них православных храмов и использования общественных помещений светского характера для проведения в них богослужений. Сделан вывод, что функциональная структура приходских комплексов является жизнеспособной основой их создания, независимо от размеров и конкретных приемов планировки, средств выразительности архитектурного облика.

Ключевые слова: православный храм; проектирование; приходской комплекс; духовно -просветительский центр; функционально-планировочная структура; объемно-планировочная композиция.

FUNCTIONAL STRUCTURE OF RUSSIAN IMMIGRATION PARISH ORTHODOX COMPLEXES IN CANADA S.V. Borisov

Moscow Architectural Institute, 11 Rozhdestvenka St., Moscow, 107031, Russia.

The article considers a number of Canadian parish centers providing the analysis of the creation experience of spiritual and educational centers that are the core of Russian community formation in Canada. It provides the examples of reconstruction of the churches initially belonged to western confessions for Orthodox temples location and application of secular public premises for church services. It is concluded that the functional structure of the parish complexes is a viable basis for their creation regardless of size, certain planning methods, and expressive means of architectural look. Keywords: Orthodox church; design; parish complex; spiritual and educational center; functional and planning structure; space-planning composition.

1

Борисов Сергей Владимирович, кандидат архитектуры, доцент кафедры основ архитектурного проектирования, тел.: 89104766451, e-mail: borisov-sv@inbox.ru

Borisov Sergey, Candidate of Architecture, Associate Professor of the Department of Fundamentals of Architectural Design, tel.: 89104766451, e-mail: borisov-sv@inbox.ru.