Идея предсуществования душ в трактате Оригена «о началах»

Таким образом, можно сделать вывод о том, что объяснение зла являлось всегда особой темой человеческой мысли. При этом особую трудность всегда представляло соединение того очевидного факта, что зло существует с идеей о существовании всеблагого, всевидящего, всезнающего, и всемогущего Бога. Вопрос о возможности оправдания всеблагости и всемогущества Бога стал главной темой теодицеи, т.е. богооправдания.

Список литературы

1. Ильин И. А. О сопротивлении злу силою. М.: Айрис-Пресс, 2007.

574 с.

2. Соловьев В.С. Оправдание добра: Нравственная философия. М.: Республика, 1996. 479 с.

3. Бердяев Н.А. Философия свободы. М.: АСТ, 2005. 155 с.

4. Карсавин Л.П. О добре и зле // Малые сочинения. СПб.: Алетейя, 1994. 446 с.

5. Назаров В.Н. Введение в теологию. М.: Гардарика, 2004. 320 с.

6. Лейбниц Г.В Опыты теодицеи// Сочинения: в 4 т. М.: Мысль, 1989. Т. 4. 349 с.

7. Трубецкой Е.Н. Смысл жизни. М.: Институт русской цивилизации, 2011. 656 с.

G.V. Valeeva.

THE CATEGORIES OF GOOD AND EVIL. THE PROBLEM OF THEODICY.

The article is devoted to the analysis of theodicy problem. The categories of good and evil are considered in the article; the main forms of evil and their justification are determined. Great attention is paid to theodicy doctrine by G. V. Leibniz and some russian philosophers who tries to reconcile the idea of good and prudent God with the existence of the world evil.

Keywords: theodicy, good and evil, the world evil, justification of God, freedom, freedom of choice.

Получено 10.02.2012 г.

УДК 130.2:2

А.В. Ерёмина, аспирант,

ИДЕЯ ПРЕДСУЩЕСТВОВАНИЯ ДУШ В ТРАКТАТЕ ОРИГЕНА «О НАЧАЛАХ»

Рассматривается идея предсуществования душ в учении Оригена на основании данных трактата «О началах». Выявляется значение данной идеи для антропологических взглядов Оригена.

Ключевые слова: предсуществование душ, апологетика.

Ориген Александрийский - ярчайший представитель истории раннехристианской мысли. Его влияние на последующее развитие

богословия и христианской философии огромно. По словам С. С. Аверинцева «Ориген - самый смелый, острый и универсальный мыслитель, какого имело христианство на протяжении нескольких столетий. Хотя его конкретные теологические тезисы и его личность были после долгой полемики осуждены церковью и государством в VI в., склад и уклон его мысли не переставали оказывать влияние. Вся христианская философия средневековья в значительной части покоится на фундаменте, заложенном трудами этого еретика» [2, с. 273].

К числу тезисов, за которые было осуждено учение Оригена, принадлежит идея предсуществания душ. «Это учение его связано со всем его миропониманием», указывает архим. Киприан [4, с. 115].

Ориген в своей деятельности осуществлял задачу синтеза основ христианской веры, на тот момент еще не слишком хорошо раскрытых в текстах представителей богословия, и основных понятий эллинистической философии. Благодаря такому подходу, которому следовали и многие другие представители христианской апологетики, античное наследие стало крепкой базой для дальнейшего развития христианского богословия как на востоке так и на запада.

Соединение христианского богословия с идеями античной философии у Оригена весьма ярко проявилось в учении о человеке. «Нигде, кроме как у Оригена, не выступает в такой откровенной форме борьба двух миров, античного и средневекового, космологического и персоналистического» [5, с. 66]. Одним из свидетельств истинности данного утверждения выступает идея предсуществования душ. Эта идея «не просто взята из платонизма и перенесена в христианскую веру. Скорее она заимствована у Филона, который принимал главным образом платонические и иудейские элементы в свою мысль» [1, с. 259]. Кроме того, эта идея подверглась влиянию христианских воззрений Оригена. Идея предсуществования душ у него имеет ряд своих особенностей, связанных с некоторыми особенностями системы александрийского мыслителя.

Ориген первым из числа христианских богословов осуществлял попытку создать систему христианского учения. Результатом этого стал трактат «О началах», в котором «он дал первый опыт систематического изложения богословия как науки» [7, с. 656]. Именно в нем наиболее ярко выражены спорные моменты учения Оригена, к числу которых относится и идея предсуществования душ. В результате этот трактат вызвал наибольшее число осуждений в адрес его автора и неоднократно подвергался критике.

Идея предсуществования душ в трактате утверждается Оригеном вполне ясно. В предисловии к трактату «О началах» Ориген указывает, что вопрос происхождения души к числу определенным церковным учением темам не относится [6, с. 24]. Поэтому следование церковной традиции, которое александрийский мыслитель считает для себя необходимым, в данном случае не мешало Оригену принять эту идею.

Система Оригена теоцентрична: свои размышления он начинает с разговора о Боге. Ориген пишет: «Бог, Творец вселенной, благ, справедлив и всемогущ... Он был причиной бытия тварей. Но в Нем не было никакого разнообразия, никакой изменчивости, никакого бессилия; поэтому всех, кого Он сотворил, Он сотворил равными и подобными, потому что для Него не существовало никакой причины разнообразия и различия» [6, с. 163].

Все эти подобные друг другу твари пребывали в некоем нематериальном мире. «От начала они находились в состоянии невидимом и вечном», говорит Ориген [6, с. 281]. Далее он поясняет относительно изначального местопребыванразумных существ, что «божественным жилищем и истинным небесным покоем нужно считать тот покой, в котором разумные твари пребывали и наслаждались древним блаженством, прежде чем сошли в низшие места - прежде, чем из области невидимого переселились в область видимого и, ниспавши на землю, стали нуждаться в грубых телах» [6, с. 282].

Здесь Ориген приходит к концепции, согласно которой материальный мир появляется вследствие грехопадения разумных существ. Души, по Оригену, «вследствие крайних уклонений ума получили нужду в этих грубых и плотных телах: ради именно этих существ, которым это было необходимо, устроен был и этот видимый мир» [6, с. 282].

В качестве подтверждения этого, Ориген приводит еще и следующий аргумент: «По моему мнению, нельзя оставить без внимания того обстоятельства, что Священное Писание называет создание мира некоторым новым и особенным именем: оно называет это создание (катаболе) мира. По-латыни это выражение неточно перевели словом соибШийо (устроение) мира. В греческом же языке (катаболе) оно означает скорее низвержение, т.е. свержение вниз» [6, с. 281]. Результатом этого низвержения является не только появление материального мира, но и его устройство. При этом Оригена не интересует мир сам по себе. В трактате «О началах» не найти его описаний или оценок, устройство описывается исключительно в отношении разумных существ.

Таким образом, разнообразие мира как таковое, устройство земной жизни воспринимается как изначально ущербное и представление о Боге -как о Творце нуждается в оправдании. Поэтому Ориген делает вывод: «только этим учением и можно защитить правду Божью во всех распоряжениях Бога относительно этих тварей, потому что по этому учению каждая тварь в самой себе имеет причины того, что она находится в том или ином порядке жизни» [6, с. 282]. Такой подход в совокупности с представлением о радикальной свободе воли разумных существ приводит Оригена к обоснованию концепции грехопадения. В связи с этим необходимо рассмотреть, что из себя представляли разумные существа до грехопадения и что изменилось после совершения последнего.

Первой важнейшей характеристикой, которая относится к разумным существам (к числу которых принадлежат и люди) является их тварность. Библейская идея творения из ничего, по Оригену, придает разумным существам «совратимое и изменчивое бытие» [6, с. 158]. Подобная характеристика означает, что «бытие у них - не собственное и не всегдашнее, но данное от Бога, потому что они не всегда существовали; все же, что дано, может быть отнято и прекратиться» [6, с. 158]. Кроме того, разумные существа в силу изменчивости их бытия не обладают изначальными добродетелями: «ведь добродетель, привзошедшая в их субстанцию, не была присуща им по природе, но была произведена по милости Творца» [6, с. 158]. Однако из последнего фрагмента видно,

что добродетель разумные существа пусть и получают извне, но получают уже сразу, в творении. По-видимому, добродетель эта состоит в участии в Сыне Божием, «настолько, насколько проникнется чувством любви по отношению к Нему» [6, с. 137-138]. Таким образом, человек в принципе не может находиться в состоянии неподвижности, но вечно изменяется. И для него возможны два пути: жизнь в Боге или отпадение от Него: «Отступить же от добра означает не что иное, как сделать зло: ибо известно, что зло есть недостаток добра. Отсюда вытекает, что в какой мере кто-нибудь отпадал от добра, в такой же мере он предавался злу» [6, с. 158].

И здесь принципиальное значение приобретает толкование воспринятого Оригеном библейского положения о творении людей по образу и подобию Божьему. Представление об образе и подобии Божьем относится, по Оригену, не только к людям. Об этом открыто говорится в истолковании книги пророка Иеремии (Беседа 2, 1): «Не только душа первого человека, но и души всех существ были созданы по образу и подобию Божию» [4, с. 123]. В тексте «О началах» об этом не сказано напрямую, однако в тех случаях, когда Ориген обращается к объяснению этого представления, он нигде ни напрямую, ни косвенно не указывает на человека отдельно от других разумных существ.

В тексте «О началах» говорится следующее: «Иногда образом называется то, что обыкновенно изображается или высекается на каком-нибудь материале, т.е. на дереве или камне. Иногда же образом называется рожденный по отношению к родившему, именно когда черты родившего совершенно похожи на черты рожденного. В первом смысле, по моему мнению, образом можно назвать человека, сотворенного по образу и подобию Божьему. Второе же значение образа приложимо к Сыну Божьему, о котором теперь идет речь, - ввиду того, что Он есть невидимый образ невидимого Бога, подобно тому, как Сиф, по историческому повествованию, есть образ Адама. Этот образ заключает в себе указание на единство природы и сущности Отца и Сына» [6, с. 43]. Приведенное сравнение указывает на иноприродность человека по отношению к Богу и, скорее, отделяет разумных существ от Творца. Направляя свою мысль

таким образом, Ориген стремился скорее объяснить природу Иисуса Христа, чем людей, поскольку христологическая проблематика также уже нуждалась в разрешении во времена Оригена.

В другом месте Ориген толкует начало книги Бытия, в которой говорится о творении человека, и разделяет в своем объяснении понятия образа и подобия. Моисей «сказал: по образу Божьему сотворил его, но умолчал о подобии. Этим он показывает не что иное, как то, что достоинство образа человек получил в первом творении, совершенство же подобия получается в конце, т. е. человек сам должен приобрести его себе собственными прилежными трудами в подражании Богу, так как возможность совершенства дана ему вначале через достоинство образа, совершенное же подобие он должен получить в конце сам, через исполнение дел» [6, с. 287-288]. Таким образом, по Оригену, само творение человека по образу Божьему есть уже указание на некий путь, по которому следует идти, чтобы достичь изначально поставленной Богом цели. «Образ Божий есть, стало быть, возможность возрастания в Боге, устремление к своему вечному Первообразу» [4, с. 124]. Подобие же есть следование по пути к Богу и достижение цели через исполнение дел.

Кроме того, в тексте «О началах» есть также объяснения того, что же именно сообщается разумным тварям от Бога в данном им образе. Во-первых, это бессмертие: «Если же кто осмеливается приписывать

субстанциальную тленность тому, кто сотворен по образу и подобию Божьему, то он, как я думаю, распространяет свое нечестие даже на Самого Сына Божьего, потому что и Он называется в Писаниях образом Божьим» [6, с. 375]. Это свойство не отнимается ни у кого из сотворенных существ.

Также это разум: «Интеллектуальную (духовную) и разумную природу чувствует (в Себе) Бог, и Единородный Сын Его, и Святой Дух, ее же чувствуют (в себе) ангелы, и власти, и прочие силы, чувствует и внутренний человек, созданный по образу и подобию Божьему. Отсюда вытекает, что Бог и эти существа некоторым образом - одной сущности» [6, с. 374].

Еще одной важной чертой, которой обладают люди, является познавательная способность: «Бог знает все, и ничто из умопостигаемых вещей не скрыто от Него, ибо один только Бог Отец, и Единородный Сын Его, и Святой Дух знает не только тех, кого Он сотворил, но и Себя. И разумный дух может достигнуть совершеннейшего познания, восходя от малого к большему и от видимого к невидимому, ибо он находится в теле и потому восходит от чувственного или телесного к умопостигаемому» [6, с. 375]. Познавательная способность тесно связана с разумом и его наличием у сотворенных существ.

По той же причине в человеке присутствуют различные добродетели: «Но в человеке ясно познаются признаки образа Божьего - не в чертах тленного тела, но в благоразумии духа, в справедливости, умеренности, в

мужестве, мудрости, учении и во всей сумме добродетелей, которые Богу присущи субстанциально, а в человеке могут существовать через труд и подражание Богу» [6, с. 375].

Еще одной чертой, не указанной напрямую, но совершенно четко связывающейся с каждым разумным существом, является свобода воли, на которую Ориген делает серьезный упор в построении своей космологической системы. Именно свободная воля является причиной грехопадения, а значит, и появления материального мира. Бог изначально обязал разумные существа следовать по определенному пути, который состоит в свободном участии в блаженстве Божием. Но свобода воли означает и возможность поступить иначе: «Если же они не радят и уклоняются от такого участия, тогда, вследствие своей лености, каждое существо само делается причиной своего несчастья, причем одно падает скоро, другое - медленно, одно - больше, другое - меньше» [6, с. 79]. И поскольку ниспали существа по-разному, то отсюда возникает разнообразие в мире.

Бог, по Оригену, определяет каждому существу «различную должность служения на основании предшествующих причин, по достоинству заслуг» [6, с. 165]. На основании этого Ориген оправдывает устройство мира такое, какое оно есть и не доходит до мнения об абсолютном зле всего материального. Пусть Бог творит этот мир вследствие грехопадения разумных существ, но именно факт творения его Богом делает мир средством спасения павших разумных существ, а значит, акт творения принципиально благ. Ориген пишет: «Но Бог, неизреченным искусством Своей премудрости, все, что происходит в мире, обращает на общую пользу и направляет к общему преуспеянию всего (бытия)» [6, с. 100].

Именно благодаря тому, что в творении мира и управлении им участвует Бог, Ориген не доходит до вполне логично следовавшей из всего вышесказанного идеи полного отрицания благости мира и материи.

В результате различного отпадения сформировалось устройство вселенной в целом. Именно в связи с грехопадением разумных существ в мире появились три чина: ангелы, люди и демоны.

На основании тех же причин Ориген объясняет появление в мире неравенства между людьми: «Таким образом, при тщательном

исследовании слов Писания относительно Иакова и Исава оказывается, что нет неправды у Бога, если прежде, чем они (Иаков и Исав) родились или совершили что-нибудь в этой жизни, было сказано, что «больший будет в порабощении у меньшего», оказывается, что нет неправды в том, что Иаков даже во чреве запинал своего брата: мы понимаем, что он достойно возлюблен был Богом, по заслугам предшествующей жизни, и потому заслужил быть предпочтенным брату» [6, с. 164-165].

Предсуществование душ и наличие предшествующих заслуг разумных существ помогают также объяснить воздействия различных сил

на людей. По Оригену, человек не изолирован в мире, а подвергается ряду воздействий, как добрых, так и злых сил, в том числе и воздействие Бога: «пророк Иеремия, который еще прежде образования во чреве матери был познан Богом, и прежде чем вышел из утробы, был освящен Им, и, еще будучи мальчиком, получил благодать пророчества» [6, с. 267].

Абсолютное изначальное равенство тварей между собой является важным для него аргументом в вопросе теодицеи. Перенося всю вину за любую несправедливость с Бога на разумных существ, Ориген тем самым получает весьма значительный аргумент в апологетической борьбе. Он указывает: «При таком понимании Творец не оказывается несправедливым, так как Он поступает с каждым по заслугам, сообразно с предшествующими причинами, счастье или несчастье рождения каждого и все прочие условия не признаются случайными, и, наконец, не утверждается существование различных творцов или различие душ по природе» [6, с. 163].

Но сила этого аргумента содержит в себе и обратную сторону: «Это - особенность учения Оригена, и нельзя ее ему приписать в плюс. Он таким взглядом на творение ограничивает Бога каким-то принудительным эгалитаризмом. Горшечник у него не властен над глиною» [4, с. 115]. Подобное ограничение можно увидеть не только в отношении творения, но и в отношении промысла Божия. Бог не только ограничен в том понимании, что не сотворил разумные существа разнообразными изначально, но и дальнейшее творение и устройство мира зависят в первую очередь от той же свободной воли разумных существ.

Идея предсуществования душ в совокупности с грехопадением их позволяет Оригену объяснить появление человека как существа отличного от ангелов или демонов. Именно в результате грехопадения впервые проявляется его особенность среди других разумных существ: «Те же существа, которые ниспали из состояния первоначального блаженства, но при этом пали не неисцельно, подчинены распоряжению и управлению святых и блаженных чинов, описанных выше; пользуясь их помощью и исправляясь под влиянием спасительных наставлений и учения, они могут возвратиться и быть поставленными в состояние своего блаженства. Из этих-то существ, и состоит этот настоящий чин рода человеческого» [6, с. 80]. Таким образом, человек с одной стороны, является всего лишь одним из разрядов разумных существ «ведь все разумные твари одной природы» [6, с. 282], а с другой, обладает общими для всех них качествами, такими, как изменчивость и свобода воли. Особенностью же собственно человека в ряду сотворенных Богом умов является его положение во Вселенной.

В то же время Ориген много внимания уделяет особенностям жизни человека на земле. И здесь его система разработана значительно больше, чем демонология и ангелология. В развитии представлений о человеческом спасении Ориген доходит до того, что его система является основополагающей для традиции византийского монашества [8, с. 30].

Таким образом, идея предсуществования душ, несмотря на ее особенности у Оригена, скорее размывает особенности человеческой природы по сравнению с другими разумными существами. В то же время эта идея имела весьма существенное значение в защите христианства и развитии христологической проблематики. Так, Д. Гусев по этому поводу отмечает: «Платонова теория предсуществования душ, на которой Ориген строит свое доказательство, по вопросу о происхождении человеческих душ была господствующей и общепринятой теорией в образованном языческом обществе эпохи Оригена; пользуясь этой теорией для доказательства сверхъестественности рождения Иисуса Христа, Ориген рассчитывал, что этим способом он всего лучше достигнет своей цели и что доказательство его будет иметь известную силу убедительности для современных ему язычников» [3, с. 30-31].

Идею предсуществования душ православное богословие отвергло не только в VI веке, когда был осужден оригенизм, но она не принималась и другими современниками Оригена.

Список литературы

1. Bostock G. The Sources of Origen’s Doctrine of Pre-Existence // Origeniana Quarta. Die Referate des 4. Internationalen Origeneskongresses. Innsbruck-Wien, 1987. Р. 259 - 264.

2. Аверинцев С. С. Порядок космоса и порядок истории в мировоззрении раннего Средневековья (Общие замечания) // Античность и Византия. М.: Наука, 1975. С. 266 - 285.

3. Гусев Д. В. Апология лица Иисуса Христа и его земной жизни и деятельности в сочинении Оригена против Цельса. Казань: тип. Имп. Ун -та, 1886. 55 с.

4. Киприан (Керн), архим. Антропология св. Григория Паламы. М.: Паломник, 1996. 452 с.

5. Лосев А. Ф. История античной эстетики. Итоги тысячелетнего развития: в 2 кн. Харьков: Фолио; М.: ООО «Издательство АСТ», 2000. Кн. 1.832 с.

6. Ориген. О началах. СПб.: Амфора, 2007. 458 с.

7. Сагарда Н. И. Древнецерковная богословская наука на греческом Востоке в период расцвета (IV - V вв.), - ее главнейшие направления и характерные особенности. // Творения блаженного Феодорита епископа Киррского. М.: «Паломник», 2003. С. 640 - 716.

8. Сидоров А. И. Евагрий Понтийский: жизнь, литературная деятельность и место в истории христианского богословия // Творения аввы Евагрия: Аскетические и богословские трактаты. / пер., вступ. ст. и комм. А. И. Сидорова. М.: Мартис, 1994. С. 5 - 75.

A. Eremina.

THE IDEA OF PRE-EXISTENCE OF SOULS IN THE TREATISE OF ORIGEN'S ”ON THE PRINCIPLES OF ”.

The subject under consideration is the idea of pre-existence of the soul based on the material containing in his treatise «On First Principles». The importance of the idea is highlighted in connection with anthropological views of Origen.

Keywords: pre-existence of the soul, apology.

Получено 10.02.2012 г.

УДК 141.32:130.122:159.923.2

А.А. Зиновьева, аспирант, 8(910)557-48-29,

rusalisa@rambler.ru

ОТНОШЕНИЯ С «ДРУГИМ» В ФИЛОСОФИИ ЭКЗИСТЕНЦИАЛИЗМА

Анализируются особенности рассмотрения отношения с Другим философами-экзистенциалистами. Эти особенности зависят от того, является Другой чужим или близким.

Ключевые слова: Другой, Я, Ты, отношение, чужой, ближний.

Отношениям Я-Другой в экзистенциализме уделяется особое внимание. Это обусловлено тем, что Другой имеет статус экзистенции, подлинного бытия. Отношения с Другим - это отношения особого рода. Они обусловлены особенностями со-бытия с Другим. Отношения с Другим рассматривали все экзистенциалисты, но в зависимости от того, какое представление о Другом выработано тем или иным философом, зависит способ, которым будет описан субъект и отношения с Другим. Здесь можно проследить две тенденции:

1) Другой рассматривается как чужой, чуждый, и отношения с Другим носят неподлинный характер. С этой позиции рассматривали отношения с Другим М. Хайдеггер и Ж.П. Сартр.

2) Другой рассматривается как ближний, отношения с Другим рассматриваются как онтологическая необходимость. С этой точки зрения анализируют отношения Я-Ты М. Бубер.

Между ними как крайними противоположностями располагаются все другие современные тематизации отношений с Другим.

Рассмотрение Другого как чужого ведет свое начало от М. Хайдеггера. Хайдеггер полагает, что человеческое бытие никогда не бывает изолированным от Другого, существование Других составляет один из моментов бытийной, априорной структуры. Если характеристика бытия среди Других - повседневность, обыденность, то бытие-с-другими может быть неподлинным. Возникает объективный взгляд на личность, при