2011. 04. 001. Ингарден Р. Книжечка о человеке: сб. Ст. / пер. С польск. , cост. Твердисловой Е. С. - М. : МГУ, 2010. - 205 с. - (сер. «Книга мысли»)

ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ КАК НАУКА. ЛИТЕРАТУРНАЯ КРИТИКА. ТЕОРИЯ ЛИТЕРАТУРЫ

НАПРАВЛЕНИЯ И ТЕНДЕНЦИИ В СОВРЕМЕННОМ ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИИ И ЛИТЕРАТУРНОЙ КРИТИКЕ

2011.04.001. ИНГАРДЕН Р. КНИЖЕЧКА О ЧЕЛОВЕКЕ: Сб. ст. / Пер. с польск., сост. Твердисловой Е.С. - М.: МГУ, 2010. - 205 с. -(Сер. «Книга мысли»).

В сборник работ Романа Витольда Ингардена (1893-1970), польского философа, ученика Гуссерля, феноменолога, основоположника рецептивной эстетики, вошли изданная посмертно «Книжечка о человеке» (1972), а также статьи - «Об ответственности и ее онтических основах» (впервые опубликована на немецком языке в 1970), «Чего мы не знаем о ценностях» (1970) и др.

Переводчик, составитель, автор вступительной статьи «Потаенный Роман Ингарден» кандидат филол. наук Е.С. Твердислова отмечает, что в нашей стране ученый «не только не изучался, но даже и мало переводился, он почти не известен, несмотря на то, что его заслуги перед современным гуманитарным мышлением неизмеримы» (с. 15).

На родине авторитет Р. Ингардена безусловен. Он был членом польской Академии знания (РАИ), Польской академии наук (PAN), возглавлял Краковское отделение Польского философского общества (PTF), организовал Секцию эстетики при этом обществе, активно сотрудничал с журналами «Przegl^d Filozofiozny», «Studia Estetyczne», «Ruch Filoaoficzny» и др. Он сделал Краков очагом современной европейской философии. Ему принадлежат важнейшие открытия не только в сфере философии, но и в пограничных с ней

областях - эстетике, литературоведении, теории познания. «Возникновение такой междисциплинарной области, какой сегодня является культурология, во многом заслуга Ингардена» (с. 5). Автор виртуозно работает на пограничье наук, органично соединив метафизику, экзистенциализм, онтологию, эпистемологию, аксиологию, эстетику и т.п.

В 1918 г. Р. Ингарден защитил в Геттингене докторскую диссертацию «Интуиция и разум у Анри Бергсона» под руководством немецкого философа и математика Эдмунда Гуссерля. Э. Гуссерль стремился посредством феноменологического метода превратить философию в «строгую науку». Р. Ингарден был продолжателем его феноменологической школы.

Уже первый его научный труд «О литературном произведении» (1931), написанный по-немецки, был издан в Германии и принес ученому мировую известность. В качестве предмета исследования Р. Ингарден выбрал литературное произведение, считая очевидным его интенциональный характер. Вслед за Э. Гуссерлем он усматривал в объекте активность самого сознания, в интенцио-нальности - конституирование объекта сознанием. Интересы ученого фокусировались главным образом на способе существования произведения искусства, созданного интенционально. Он стремился показать, что структура литературного произведения есть одновременно способ его существования и его сущность. Он применил к литературному произведению впервые предложенный Э. Гуссерлем принцип послойной организации воспринимаемого сознанием объекта. Сущность этого принципа состоит в том, что слои произведения, представляя каждый в отдельности независимую единицу, вместе создают целостную его структуру.

Р. Ингарден и другие ученые-феноменологи первыми применили методологию, впоследствии использованную структурализмом. Польский философ был «мастером методологии»: «...обосновал понятия, ставшие ныне расхожими, например идентичности, заставившей заговорить о себе во весь голос после Второй мировой войны. Ингарденовская рецептивная эстетика круто передвинула, как стрелки часов на циферблате - не просто в историческом или философском, а в широком гуманитарном смысле, - внимание с автора текста на читателя, обозначив новую эру в литературе и искусстве. Ингарден проложил путь феноменологическому реализ-

му, определив подход к онтологическим структурам (в том числе и художественного произведения) как к системе бытия» (с. 6), - пишет автор предисловия Е.С. Твердислова.

«Ингарденовское заявление о реципиенте» обозначило подлинный демократический взрыв в науке; во многом определило «последующее русло развития всего современного литературоведения, расширив специфику области искусства и возможности текстуального изучения, обогатив герменевтику и сделав из восприятия особое явление, феномен человеческого "я"» (с. 10), -подчеркивает Е.С. Твердислова.

«Понимание, что человек, созидающий личность, представляет собой сложную, иерархически выстроенную и отчасти изолированную систему высшего порядка, состоящую из множества низших систем, до сих пор не освоено антропологией и ее разделами - психологией, анатомией, физиологией человека, - сокрушался Ингарден» (с. 10). Именно к человеку, его природе и личности обращена его «Книжечка о человеке» (1972). «Пафос во славу человеческого сильно выделяет ее из всей европейской философии вообще и придает самой польской философии своеобразие и высоту»

(с. 11).

«Книжечка» вышла после смерти Р. Ингардена. Об истории ее возникновения рассказывает польская последовательница его творчества Д. Герулянка во «Вступлении», открывающем издание. Первые четыре статьи - «Человек и природа», «О человеческой натуре», «Человек и его действительность», «Человек и время» -раскрывают ингарденовскую философию человека, все направления интересов и деятельности ученого - онтологию, теорию познания, логику, методологию, аксиологию, эстетику, философию языка и литературы (с. 16).

Общая схема его сочинений напоминает человеческий организм, который служит примером органично выверенной системы, со своими видимыми и невидимыми органами, частями тела и его глазами. «Развивающиеся в разных направлениях его онтология, методика и теория познания соединяются через проблемы языка и его художественных функций, литературы, искусства, ценности, наконец, времени, которое, в свою очередь, складывается из события, процесса и длительности» (с. 17), - пишет Д. Герулянка. По ее словам, работа «Об ответственности и ее онтических основах»,

включенная в данный сборник, прекрасно ложилась в корпус исследований о человеке: ведь «ответственность - явление, которое есть только в человеческом мире, и среди онтических условий ее возможностей одну из основных составляет психофизическая структура человека» (с. 22).

Важнейший критерий в системе Ингардена - связь ответственности со временем. Его рассуждения о времени, «которое способствует хождению как бы по всесторонней действительности», -лучшее из написанного им. В статье «Человек и время» (1946) Ин-гарден ставит остающийся во времени вопрос Декарта: «Кто я такой?». Он отвечает на него развернутым блестящим пассажем, написанным в годы Второй мировой войны: «Я - сила, которая желает быть свободной... Продолжаться и быть свободной может она только тогда, когда добровольно предаст саму себя на создание добра, красоты и истины. И только тогда существует» (с. 69).

Включенный в «Книжечку» доклад на научном заседании Краковского отделения Польского общества 18 января 1964 г., а затем прочитанный в университетах Белграда и Сараево - «Чего мы не знаем о ценностях» - раскрывает неустанное желание ученого обозначить «родовые моменты» ценностей, отношение к которым и формирует личность. По Ингардену, «этика "курирует" человеческую деятельность как возможность реализации нравственных ценностей» (с. 14), - подчеркивает Е.С. Твердислова.

В Польше Роман Ингарден остается знаковой фигурой. У него много последователей, развивающих его научные положения: Изидора Домбская, Владислав Стружевский, Антони Стемпень, Ежи Галэцкий. Действует Ингарденовское общество, влияние личности Ингардена позволяет ставить вопрос о своеобразии «Краковской школы». И все же его наследие, пишет в заключение Е.С. Твердислова, «похоже на огромное непаханое поле, обработанное лишь по краям» (с. 7).

Д. Герулянка отметила, что «Издательство "Wydawnictwo ШегасЫе"» с большой благосклонностью приняло решение об издании «Книжечки о человеке». Ее перевод в России - знаменательное событие для всего научного сообщества. «Читатель получает. маленькую "Книжечку о человеке", которая без всяких популяри-заций, чуждых духу автора, благодаря соответствующе выстроенным. в ней исследованиям постепенно вводит в круг самых важ-

ных и самых сложных проблем философии даже совершенно неискушенных и не знакомых с этой областью»

Е.А. Цурганова

2011.04.002. МАСШЛЕЙН А. СПОСОБ ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКОГО ПОИСКА: (АВТО)ФИКЦИОНАЛЬНЫЕ ЭКСПЕРИМЕНТЫ В СОВРЕМЕННОМ ПСИХОАНАЛИЗЕ.

MASSCHELEIN A. Psychoanalysts finding form: (auto)fictional experiments in contemporary psychoanalysis // RELIEF (Revue électronique de littérature français). - Igitur: Utrecht Publishing & Archiving Services, 2010. - Vol. 4, N 1 (2010): Littérature et psychanalyse. - P. 123-144. -Mode of access: http://www.revue-relief.org/index. php/relief/article/ view/490/642

Аннелин Масшлейн - доктор Университета в Лёвене (Бельгия), автор книги «Неконцептуальное. Концептуализация фрейдовской сверхъестественности в конце двадцатого века» (The Unconcept: The Freudian Uncanny in Late-Twentieth-Century Theory). Основная область интересов бельгийской исследовательницы -фикциональное письмо постструктуралистских теоретиков. Ранее публиковались работы А. Масшлейн о творчестве Софи Каль (Sophie Calle), В.Г. Зебальда, Андре Бретона и об отношении Ж. Делёза и Ф. Гваттари к Д. Лоуренсу.

В реферируемой статье рассматриваются труды Дидье Анзье (1923-1999) и Кристофера Болласа (р. 1940), находящиеся на границе художественной литературы (вымысла) и психоаналитической теории. Комбинируя автобиографическое письмо, эссе, кейс-стади1, художественную литературу, комедийное и поэтическое и создавая, по словам А. Масшлейн, новый «гибридный» жанр, эти авторы работают в поле объектных отношений психоанализа. Автор отмечает общую тенденцию роста фикционального психоаналитического письма: тексты Ирвина Д. Ялома, сталкивающего в

1 Кейс-стади (case study) - буквально «конкретный случай» - метод, распространенный с первой половины XX в. в западной науке и системе образования, основан на самостоятельности глубокого анализа и нацелен на получение результата в процессе личного переосмысления (опыта) конкретного «случая», проблемы. Здесь употребляется больше в смысле присутствия критического или теоретического (нехудожественного) метода.