«Пока наша стратегия низкоуглеродного развития не меняется»

Главный эколог Архангельского ЦБК (АЦБК) Евгения Москалюк — о том, что означает для компании стратегия низкоуглеродного развития, как она изменится в условиях «мобилизационной экономики» и новых санкций против России и чего предприятие ждет сегодня в климатической политике государства.

Главный эколог Архангельского ЦБК (АЦБК) Евгения Москалюк

— АЦБК — один из пионеров и признанных лидеров климатической повестки среди российских компаний. Почему вы считаете, что она важна для вашего бизнеса?

— С позиции эколога предприятия климатическая повестка важна как обоснованный, интегральный маркер оценки экологической эффективности производства, энергетики. С точки зрения традиционных классических подходов оценка воздействия на окружающую среду нашей отрасли рациональна в случае применения так называемых интегральных показателей. В какой-то мере суммарный показатель выбросов парниковых газов также можно считать интегральным показателем. Таким образом, с точки зрения промышленного эколога климатическая повестка важна как инструмент, стимулирующий к снижению воздействия предприятия на окружающую среду. Реализация климатической повестки поднимает вопросы энерго- и ресурсоэффективности, что положительно отражается на экономических аспектах деятельности предприятия.

— Опишите основу вашей климатической стратегии. Какие цели вы ставите и каким образом планируете их достичь?

— Стратегия низкоуглеродного развития АО «Архангельский ЦБК» до 2030 года — это прежде всего документ, имеющий статус внутреннего распорядительного документа. Его содержание объясняет организационные границы расчетов, цели, приоритеты в выборе мероприятий, положения о порядке контроля реализации стратегии. Установлены цели по снижению абсолютных выбросов парниковых газов, связанных с производственно-хозяйственной деятельностью, включая прямые и энергетические косвенные выбросы — на 55% по сравнению с 1990 годом, а также снижение прочих косвенных выбросов на 20% по сравнению с 2015 годом. Стратегическими ключевыми направлениями их снижения являются: сокращение энергоемкости производства, увеличение доли биомассы в топливном балансе, переход на менее углеродоемкое топливо.

— Как и почему изменится ваша стратегия в текущих условиях?

— На настоящий момент стратегия не изменилась. В условиях текущих вызовов в части климатической политики принято решение действовать в зависимости от ситуации, с приоритетом в принятии решения о неизменности стратегии.

— Каких изменений в отраслевом госрегулировании вы ожидаете и какие из них могут поддержать вашу стратегию?

— Мы надеемся увидеть нормативную базу, которая была бы структурирована, прозрачна, не тяжеловесна с точки зрения восприятия и использования в работе. Учитывая вышесказанное об интегральности эффекта, рассчитываем не получить увеличения экологических платежей. С точки зрения поддержки рассчитываем на эффектную роль государства в решении вопросов, связанных с введением трансграничного углеродного регулирования. На данный момент мы не исключаем вводимый инструмент из условного отраслевого списка рисков.

— Какие экономические методы и инструменты стимулирования перехода к низкоуглеродному развитию, на ваш взгляд, были бы уместны в России: углеродный налог, рынок торговли сокращенными выбросами, поддержка со стороны государства и институтов развития?

—За исключением углеродного налога. В данном случае мы проводим аналогию со спорной эффективностью платы за негативное воздействие на окружающую среду с точки зрения ее экологического стимулирования. Ввиду новизны климатического регулирования полагаем, что необходимо начинать с создания условий работы бизнеса, а потом при необходимости рассматривать вопросы налогообложения.

— В какой пропорции и на каком горизонте нужно запускать соответствующие меры экономического стимулирования?

— Сложно сказать. Для себя мы считали правильным впервые поставить задачу климатической оценки производства достаточно давно. Если говорить о мерах экономического стимулирования, стоить вспомнить, что в России уже есть опыт выбора проектов по снижению выбросов парниковых газов в целях передачи единиц сокращений. Архангельский ЦБК участвовал в таких конкурсных отборах. К сожалению, финансовые преференции, которые мы имели в итоге, нельзя назвать «стимулирующими». Тем не менее уже опробованную схему передачи сокращений можно было бы развить.