Проблемы аксиологии в современном языкознании

УДК 81.27 ББК Ш 100.3

Квашина Виктория Владимировна

преподаватель кафедра иностранных языков № 2 Сургутский государственный университет г. Сургут Kvashina Victoriya Vladimirovna Lecturer Chair of Foreign Languages № 2 Surgut State University lesi_rasskazov @ mail.ru Проблемы аксиологии в современном языкознании Axiological Problems in Contemporary Linguistics

В статье рассматривается тесная связь аксиологического направления в лингвистике с философией, психологией, социологией и другими науками. Системно рассматривается связь этих наук через призму аксиологического восприятия категории оценки на примере исследований отечественных и зарубежных ученых.

The article presents a close link of axiological approach in linguistics with philosophy, psychology, sociology and other sciences. The relationship of these sciences is systematically viewed through the background of axiological treatment of evaluation by the investigations of the Russian and foreign scientists.

Ключевые слова: аксиология, языкознание, категория оценки, коннотация, имплицитность, эксплицитность.

Key words: аxiology, linguistics, category of evaluation, connotation, implicity, explicity.

Решение аксиологических проблем в современной лингвистической науке стало исключительно актуальным. Сам термин «аксиология» (греч. axios - ценный, logos - понятие, учение) — был введен П. Лапи и Э. Гартманом в начале XX века для обозначения нового раздела философии, занимающегося ценностной проблематикой, положив тем самым начало разработке ценностной проблематики. Понятие «значимость» - Geltung рассматривалось ими как не зависящее от опыта и выполняющее роль критерия истины в познании. Философы Баденской (В. Виндельбанд, Г. Риккерт и др.) и Марбургской (Г. Коген и др.) школ неокантианства, развивая аксиологическую теорию, используют кроме

понятия «значимость» понятие «ценность» (werth, value, valeur- от лат. valere -иметь значение). Весь реальный мир подразделяется ими на бытие (действительность, существование) и ценности, которые не существуют, а находятся вне и над бытием, по ту сторону и объекта, и субъекта, являясь для последнего лишь объективной, общеобязательной значимостью и долженствованием [1, c.128]. В узком и широком раскрытии данного понятия мы находим и в других источниках.

В основе аксиологического понятия объективной реальности лежит понятие ценности. Ценность - само по себе понятие настолько сложное и неоднозначное, что с давних пор и по сей день привлекает мыслителей, так как без идеи ценности рушатся главные духовные завоевания человека, в том числе религия, этика и сама философия. Антропоцентрический субъективный характер ценностей неоднократно подчеркивается в разных теориях, ибо ценности - это то, что очеловечивает мир.

Ценностный подход к миру - это подход к нему с позиции духовной жизни, так как ценности не могут существовать сами по себе, а творятся человеком. «Смысл и значение ценностей определяется тем, насколько они индивидуальны, неповторимы и обладают общезначимостью» [1, c.128]. Оценка как объективный и субъективный фактор отношения человека к реалиям действительности является предметом исследования таких наук, как философия, психология, социология, лингвистика и других. «Процесс оценки может сопровождаться выражением эмоционального отношения субъекта к объекту» [1, c.129]. Таким образом, оценка представляет собой логико-психологическое явление.

Оценочное отношение говорящего к тому, что он сообщает, является одним из аспектов изучения лингвистической науки, получившей наименование современной прагматики. Она сформировалась в ходе развития лингвистической философии под сильным влиянием теории речевых актов Дж. Остина [Остин 1999], Дж.Р. Сёрля [Серль 1999] и других, а также теории значения Г. Грайса [Грайс 1957] и теорий референции Л. Линского [Линский 1982], П.Ф. Стро-

сона [Стросон 1982] и других учёных. Категория оценки рассматривается в логике и языкознании достаточно широко. По мнению Н.Д. Арутюновой, это обусловлено разными причинами: во-первых, неразграничением языкового значения и речевого смысла; во-вторых, смешением собственно оценочных предикатов с предикатами отношения, свойства, эмоционального состояния; в-третьих, нестрогим разграничением понятийного (денотативного и сигнификативного) и коннотативного аспектов оценки в значениях языковых единиц [2].

В отечественном языкознании большой вклад в изучение лингвистической категории оценки внесли Н.Д. Арутюнова, Е.М. Вольф, З.К. Темиргазина. Так, например, Н.Д. Арутюнова изучает оценку как категорию логическую и применяет методы коммуникативного и логического анализа [2,с.199]. Е.М. Вольф рассматривала оценку как специфический вид аксиологической модальности.

Определение оценки в лингвистических работах формулируется как социально устоявшееся и закрепленное в семантике языковых единиц положительное или отрицательное, эксплицитное или имплицитное отношение субъекта (лица, лиц, коллектива) к объектам действительности, как компонент, который можно выделить в сложном взаимодействии субъекта оценки и ее объекта [4, с.18].

Такие исследователи в области оценки, как Н.Д. Арутюнова, Е.М. Вольф, В.Н. Телия, В.М. Богуславский, В.Р. Гак, В.Л. Шаховский, А.Н. Баранов, Л.М. Васильев, Р.А Вафеев, Л.А. Сергеева, З.К. Темиргазина и другие доказывают, что лингвистический аспект категории оценки составляет вся совокупность средств и способов ее выражения - фонетических, морфологических, лексических, синтаксических, отражающих элементы оценочной ситуации.

В первую очередь оценка актуализируется лексико-семантическими средствами языка, выражающими ее эксплицитно и имплицитно, денотативно и/ или коннотативно, прямыми номинациями, определениями-характеристиками и через характер совершаемых действий (глагол-сказуемое).

В словообразовании положительная или отрицательная оценочная модальность, как правило, реализуется суффиксами субъективной оценки.

Лексические и словообразовательные единицы языка эксплицитно выражают позитивную и негативную оценку в тексте. Фонетические и синтаксические языковые средства самостоятельно оценивать объект не могут. Они обнаруживают себя на фоне ведущих смыслообразующих (лексических, словообразовательных) элементов. Следовательно, значение положительной или отрицательной оценки может выражаться ими только имплицитно. Иначе говоря, имплицитные компоненты значения выявляются лишь в лексико-семантических парадигмах и синтагмах, то есть через лексико-семантические оппозиции и контекст [5].

В современной лингвистике весьма неоднозначно решается вопрос о границах и отношениях денотативного и коннотативного макрокомпонентов лексического значения эмоционально-оценочного слова. Место оценочного компонента в структуре значения слова, его «вес», способ представления (эксплицитный/ имплицитный) могут быть различными. Для одних слов оценочное значение составляет их основное лексическое наполнение (хороший, плохой, бесподобный, противный), для других оценочное значение является одним из составляющих компонентов их семантической структуры (кляча, барахлить); сема оценочности может занимать разные позиции в семной структуре, и в соответствии с этим она выполняет различные функции: входит в денотацию или коннотацию [6, с.77-78].

Каждый объект действительности (вещь или положение дел, человек или событие) обладает неопределенным по числу и составу набором аксиологиче-ски релевантных свойств, которые должны быть приняты во внимание при включении объекта в один из двух аксиологических разрядов [7, с.145]. То есть в принципе любой объект может быть положительно или отрицательно оценен в определенной ситуации, и в эту оценочную ситуацию может быть «вовлечен» как денотативный, так и коннотативный компоненты лексемы.

Однако нецелесообразно толковать все субъектно-объектные отношения как оценку, так как они бывают и оценочными и неоценочными. По мнению Л.М. Васильева, оценочными следует считать отношения, обусловленные не объективным членением мира, а субъективным, в основе которых лежат не реальные свойства предметов и явлений, а лишь наши субъективные о них впечатления, наши эмоциональные реакции на них и умственные заключения об их роли в нашей жизни [8, с. 56].

По мнению Васильева, на основе проведенных исследований литературного языка и диалектов, а также в русле сопоставительных работ в современной лингвистике сложилась характеристика эмотивно-оценочного слова как знака с особой гетерогенной структурой лексического значения, включающей денотативный и коннотативный макрокомпоненты [8, с.6].

Так, Н.А. Лукьянова полагает, что оценочность и эмоциональность не составляют двух разных компонентов значения, они едины, как неразрывны эмоция и оценка на внеязыковом уровне. Положительная оценка, по мнению автора, может быть передана только через положительную эмоцию, отрицательная — только через отрицательную эмоцию. Оценка как бы «впитывает» в себя соответствующую эмоцию, а параметры эмоции и оценки совпадают: «приятное - хорошо», «неприятное - плохо» [9, с.45]. Однако существует и другое мнение. В.Н. Телия утверждает, что «субъект оценки не всегда «переживает» оцениваемое: тот или иной выбор средств оценки - нейтральных или экспрессивно окрашенных - детерминирован целью сообщения (в которой может преобладать рациональное или эмотивное начало), свойствами самого объекта и общественной значимостью его ценности» [10, с.36]. Автор считает, что «оценочная деятельность как процесс, связанный с практической ориентацией, ... когнитивна по своей цели, поэтому когнитивное начало действует как доминирующее, охлаждая эмоциональный пыл, даже если он имел место в момент оценочного акта. По этой причине эмоциональный субстрат нейтрализуется в

оценочном значении: в таком значении доминирует не эмотивное, а рациональное отношение к миру» [10, с.55].

Является очевидным тот факт, что «моральный восторг» и «моральное осуждение» невозможны без активного функционирования эмоционального, оценочного и других коннотативных компонентов в семантической структуре слова. Хотя нельзя не согласиться с мнением В.Н. Телия о том, что «коннота-тивный компонент значения... причастен не столько к семантике, понимаемой как отношение знаков к миру, сколько к прагматике - отношению говорящих к средствам обозначения мира, а точнее - к выбору этих средств, с целью произвести определенный коммуникативный эффект» [10, с.6].

Коннотативный компонент характеризует широкий спектр отношений субъекта к объекту в ситуации общения. Он включает в себя эмоциональный, оценочный, экспрессивный, интенсивный/ экстенсивный и стилистический микрокомпоненты. «Эмоциональный компонент значения слова отражает факт эмоционального переживания субъектом определенного явления действительности (голубушка, солнышко); оценочный компонент, как правило, связанный с эмоциональным, заключается в выражении одобрительной или неодобрительной оценки предмета речи (делец, умница); интенсивный/ экстенсивный компонент значения отражает степень проявления действия, признака (в паремии Дураков стадо - пастуха надо используется слово «стадо», указывающее на большое количество, а также на качества тех, кого обозначают словом «дурак». Людей сравнивают с животными, которые не обладают интеллектом.); стилистический компонент значения слова связан с принадлежностью словесной единицы к определенной сфере или ситуации общения в данный период развития языка (дерзание - высокое, торжественное слово, шлепнуться - сниженное, разговорное)» [11].

Коннотативный состав лексемы во многом обусловливается контекстом [Толстой 1978; Павиленис 1983; Лосский 1983, 1991; Мусатаева 2001; Вафеев 2010]. Одно и то же слово или выражение в разном текстовом окружении мо-

жет менять коннотативную окраску, например, Неученый - идиот; Недоученый хуже неученого.

Тем не менее, исследователи отмечают, что вышеперечисленные конно-тативные компоненты представляют внутрисловную реализацию языковых категорий разного порядка. Оценочность является функциональной категорией, образность - отражательной, экспрессия - стилистической, а эмоциональность

- психолингвистической категорией.

Вопрос о статусе оценочного слова осложнен наличием двух основных оценочных ситуаций - номинативной и коммуникативной. Первая ситуация включает функциональное назначение оценочных средств (референтная ситуация). В этом плане оценку можно рассматривать как один из видов модальностей, которые накладываются на дескриптивное содержание языкового выражения [3, с.11], или как определенный модус обозначения каких-либо предметов и явлений.

Другими словами, оценочные значения в лексико-семантической системе языка резко противопоставлены номинативным (дескриптивным). Если дескриптивные значения фиксируют отношение высказывания к действительному миру, то оценочные характеризуют отношения между действительным миром и его идеализированной моделью психического состояния. Идеализированная модель мира состоит из блоков, которые соответствуют определенным этическим нормам. «Они подобны истине, и соответствие им подобно истинностному значению дескриптивного суждения» [3, с.181].

И.А. Стернин, описывая русское коммуникативное поведение, отмечает следующие характерные черты, отличающие его от коммуникативного поведения жителей западноевропейских стран: «... общительность, искренность в общении, эмоциональность общения, приоритетность “разговора по душам” перед другими видами общения, приоритетность неофициального общения, нелюбовь к светскому общению, стремление к паритетности и простоте в общении, стремление к поддержанию постоянного круга общения, любопытство и

стремление к широкой информированности в общении, ситуативнотематическая свобода общения, тематическое разнообразие, проблемность общения, свобода подключения к общению других, доминантность в разговоре, регулятивность общения, оценочность общения, дискуссионность общения, бескомпромиссность в споре, отсутствие традиции “сохранения лица” побежденного в споре собеседника.» [13, с.27].

Помня слова В. фон Гумбольдта о взаимном влиянии народа и его языка, отметим еще несколько черт русского национального характера и языка - русские не проявляют большого интереса к формальной стороне явлений, к их систематизации, они более свободны в выражении своего внутреннего мира, поэтому и формы выражения в языке менее упорядочены и более разнообразны. Полагаем, что все приведенные выше характеристики в определенной степени будут способствовать объяснению специфичности аксиологического отношения к исследуемым лингвистическим проблемам.

Библиографический список

1. Ивин, А.А. Логика. Учебник для гуманитарных фаукльтетов. - М.: ФАИР-ПРЕСС, 2002. - С. 128.

2. Арутюнова, Н.Д. Типы языковых значений. Оценка. Событие. Факт.

- М.: Наука, 1988. - С. 55.

3. Вольф, Е.М. Функциональная семантика оценки. - М.: Едиториал УРСС, 2002. - 280 с.

4. Аглетдинова, Г.Ф. О соотношении оценочности, образности, экспрессивности и эмоциональности в семантике слова // Исследования по семантике: Семантические категории в русском языке: Сб. научных статей. - Уфа, 1996. - С. 18.

5. Косенок, С.М. Современные образовательные технологии: учеб.-метод. пособие / С.М. Косенок, Ф.Д. Рассказов. - Сургут: ИЦ СурГу, 2012. - 78 с.

6. Леонтьева, Е.А. Эмоционально-оценочные возможности междометных фразеологических единиц в современном русском языке: дисс. ... канд. филол. наук. - М., 2000. - С. 145.

7. Васильев, Л.М. Типы языковых значений по их структуре и функции // Языковые единицы в семантическом и лексикографическом аспектах. -Новосибирск, 1996. - С. 38.

8. Лукьянова, Н.А. Экспрессивная лексика разговорного употребления (Проблемы семантики). - Новосибирск, 1986, - С. 45.

9. Телия, В.Н. Коннотативный аспект семантики номинативных единиц. - М.: Наука, 1986. - С. 55.

10. Загоровская, О.В., Экспрессивные и эмоционально-оценочные компоненты значения слова: к изучению оснований семантических процессов / О.В Загоровская, З.Е. Фомина // Семантические процессы в системе языка. - Воронеж, 1984. - С. 31-40.

11. Стернин, И.А. О некоторых особенностях русского общения // Культура общения и ее формирование. - Воронеж: ВОИПКРО, 1994, - С. 27.

Bibliograghy

1. Agletdinova, G.F. On Correlation of Evaluation, Figurality, Expressivity and Emotionality in Semantics of the Word// Researches in Semantics: Semantic Category in the Russian Language: Collection of Scientific Articles. - Ufa, 1996. - P. 18.

2. Arutyunova, N.D. Types of Language Meanings. Evaluation. Event. Fact. -M.: Science, 1988. - P. 55.

3. Ivin, A.A. Logic. Textbook for the Department of Humanities and Social Studies. M-.: FAIR-PRESS,2002. - P. 128.

4. Karakchieva, V.L. Lexical Means of Emotions Indication in a Literary Text. Based on Stories by V.M Shukshin: Diss. ... Candidate of Philol. - Novosibirsk, 2000. - P. 77-78.

5. Kosenok, S.M. Modern Educational Technologies: Study Guide / S.M Kosenok, F.D Rasskazov. - Surgut: Publishing Center of SurGu, 2012. - 78 p.

6. Leontieva, E.A. Emotional-Evaluative Possibilities of Interjection Phraseological Units in Modern Russian Language: Diss. ... Candidate of Philol. - M, 2000 -P. 145.

7. Lukyanova, N.A. Evocative Dictionary of Colloquial Performance. (The Problems of Semantics). - Novosibirsk, 1986. - P. 45.

8. Sternin, I.A. Some Peculiarities of the Russian Intercommunication // Communicational Culture and Its Formation. - Voronezh: VOIPKRO, 1994. - P.27

9. Teliya, V.N. Connotative Aspect of Semantic Nominative Units. -M.: Science, 1986. - P. 55.

10. Vasiliev, L.M. Types of Linguistic Meanings According to Their Structure and Function // Linguistic Units in Semantic and Lexicographical Aspects. - Novosibirsk, 1996 - P. 38.

11. Volf, E.M. Functional Evaluation Semantics. - M.: Editorial URSS, 2002.

- 280 p.

12. Zagorovskaya, O.V. Expressional and Emotional-Evaluative Components of the Word Meaning: To the Study of Semantic Process Foundation.// Semantic Processes in the Language System / O.V. Zagorovskaya, Z.E.Fomina. - Voronezh, 1984.