Оппозиция рай-ад в субкультуре металлистов

Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2012. № 1

В.А. Аминова

ОППОЗИЦИЯ "РАЙ-АД"

В СУБКУЛЬТУРЕ МЕТАЛЛИСТОВ

В статье анализируются понятия рай и ад в субкультуре металлистов на материале текстов песен групп "Metallica" и "Ария". Проводится сравнение образов рая и ада в англоязычном и русскоязычном вариантах субкультуры и в доминирующей культуре. Рассматривается процесс переосмысления символа как способ коммуникации с доминирующей культурой.

Ключевые слова: субкультура, рай, ад.

The article examines the notions of heaven and hell in heavy metal subculture analyzing the lyrics of metal groups "Metallica" and "Aria". A comparison is drawn between the image of heaven and hell in the English and the Russian variants of subculture and in the dominant culture. The interpretation of a symbol is considered as a means of communicating with the dominant culture.

Key words: subculture, heaven, hell.

Крупные национальные и этнические культуры внутренне неоднородны, и одним из их компонентов являются субкультуры. Субкультуры — это "наиболее крупные сегменты целостных локальных культур (этнических, национальных, социальных), отличающиеся определенной местной спецификой тех или иных черт (или комплексов черт)"1. Субкультуры существуют и определяют себя внутри культуры, в оппозиции с ней, с опорой на ее язык, символические коды, нормы и ценности, они "используют коды своей культуры, из которых заимствуют символы, несколько их трансформируя или перекодируя"2. Так, субкультурой металлистов были заимствованы из культурных кодов и переосмыслены символы рая и ада.

В энциклопедии "Мифы народов мира" рассматриваются понятия ад и рай в системе христианских представлений о мире. Ад определяется как "место вечного наказания отверженных ангелов и душ умерших грешников"3 и рай — как "место вечного блаженства, обещанное праведникам в будущей жизни"4. Образ рая

Аминова Вера Александровна — аспирант кафедры лингвистики и межкультурной коммуникации факультета иностранных языков и регионоведения МГУ имени М.В. Ломоносова; тел.: 8-926-458-3770, e-mail: vera.aminova@gmail.com

1 Флиер А.Я. Культурология для культурологов. М., 2000. С. 73.

2 Щепанская Т. Система: тексты и традиции субкультуры. М., 2004. С. 28.

3 Мифы народов мира: Энциклопедия: В 2 т. Т. 1 / Под ред. С.А. Токарева. М., 1991. С. 36.

4 Там же. Т. 2. М., 1991. С. 363—364.

в христианской традиции имеет несколько интерпретаций: 1) рай земной (более древний, "натуралистический", восходящий к язычеству образ) и 2) рай небесный, умозрительный, возникший с развитием христианских идей5. В попытках представить рай наглядно можно проследить трактовку рая как сада, города или как небесного царства6. Ад также воспринимается либо метафорически как "мука вечной смерти"7, либо наглядно и чувственно как место пыток и наказаний.

В мировой литературе существуют сюжеты сошествия в ад, а также приближения человека к раю. Они развиваются, в частности, в апокрифах, таких, как "Сказание отца нашего Агапия" ("Хождение Агапия в рай") (образ рая) и "Хождение Богородицы по мукам" (образ ада). Визуально эти образы воплощаются в иконописи. В древнерусской иконографии Страшного суда рай и ад изображаются на одной иконе, показывающей цельное строение мира, расположенного между двумя "полюсами" — раем в виде лона Авраамова или Горнего Иерусалима на вершине и адом в виде "гиенны огненной" с Сатаной, душой Иуды и мучимыми грешниками в нижней точке.

В светской литературе рай и ад — мощные образы, к которым обращалось множество писателей и поэтов; один из наиболее ярких тому примеров — "Божественная комедия" Данте Алигьери. Однако даже в тех произведениях, где рай и ад не изображены буквально, они воплощаются как онтологические полюса, символы добра и зла. Е. Рейн, рассматривая роль этих образов в литературе, говорит о них как о "движущих силах мировой поэзии"8.

Выразительным свидетельством вхождения представлений о рае и аде в сознание народа является закрепление их в языке. Язык фиксирует представления, существующие в картине мира того или иного сообщества, и одновременно влияет на восприятие мира новыми членами этой общности.

В русском языке слова рай и ад выступают как устойчивая пара антонимов, что подтверждается словарными статьями9 и речевой практикой10. В английском языке первый вариант перевода слова ад — "Hell"11; другие варианты (Hades, the Underworld) встречаются

5 См.: Собольникова Е.Н. Формирование христианского представления о Рае // Образ рая: от мифа к утопии. Сер. Symposium. Вып. 31. СПб., 2003. С. 109—110.

6 Volkova E. Visions of Heaven and Hell // The Oxford Handbook of English Literature and Theology. Oxford University Press, 2007. P. 798.

7 Мифы народов мира: Энциклопедия: В 2 т. Т. 1 / Под ред. С.А. Токарева. С. 37.

8 Рейн Е. Рай и ад в мировой поэзии // Вопр. литературы. 2001. № 3. Интернет-издание. URL: http://magazines.russ.rU/voplit/2001/3/rein.html

9 См.: Гуськова А.П., Сотин Б.В. Популярный словарь русского языка: Толково-энциклопедический. Электронная версия. 2003.

10 Поиск по Национальному корпусу русского языка: http://ruscorpora.ru/

11 Collins English Dictionary. 8th ed., first published in 2006. Электронная версия.

в речи значительно реже. Первый вариант перевода слова рай — это "paradise", и семантически это слово очень схоже с русским. Однако в устойчивую пару антонимов входит слово heaven, которое буквально означает "небо", "небеса". Именно со словами heaven и hell связаны понятия рай и ад в текстах песен группы "Metallica". Как для русской, так и для английской речи характерны два варианта употребления этих слов: в значении, соответствующем религиозным (христианским) понятиям, и в форме регулярной метафоры счастливого или мучительного состояния души человека.

В данной статье рассматриваются представления о рае и аде в субкультуре металлистов в СШA и в России на материале текстов песен двух групп — американской группы "Metallica" и российской группы "Aрия".

Религия, получая значительную поддержку от местных властей, оказывала большое влияние на сознание людей в СШA, что отразилось и на восприятии переселенцами Aмерики12. "Под влиянием Церкви сформировалась вера в появление расы Божьих избранников, которая обоснуется в отдельном уголке земного шара, далекого от мирских сует, и там будет вести по-настоящему добродетельную жизнь в пример остальным народам"13. Возникает образ Aмерики как земного рая, и с этими представлениями перекликается известная концепция "американской мечты". Однако со временем появляется и образ "американского ада" — так описывается тюремная система или жизнь эмигранта из Aфрики в Гарлеме14. В текстах песен "Metallica" встречается как раз такое, сравнимое с адом, восприятие действительности.

Образ рая встречается в текстах песен американской группы нечасто, и он значительно отличается от традиционного. О рае как о месте загробной жизни говорит лживый священник, ищущий пожертвований от наивных верующих ("Leper Messiah"). В большинстве случаев слово heaven — это "небесная сила", Бог, который способен вмешиваться в жизнь людей, но чаще остается равнодушным. Намек на его равнодушие есть в вопросе, адресованном в песне "Where the Wild Things Are", маленькому ребенку: "But does heaven know you're here?" — "Но знают ли на небе, что ты здесь?" Мир, в котором живет малыш, — это война, сначала игрушечная, а затем настоящая, в которой нельзя положиться на помощь доброй силы.

12 Patricia U.B. Under the Cope of Heaven. Religion, Society, and Politics in Colonial America. Oxford University Press, 2003. P. 13—14.

13 Петрушина А.А. Мотив земного рая в американской прозе XIX века // Изв. Саратовского ун-та. Сер. Филология. Журналистика. 2009. Т. 9. Вып. 1. С. 59.

14 См., например: Gottschalk M. American Hell. URL: http://www.tnr.com/book/ review/american-hell; Gueye M. Hell in Heaven. Bloomington (Indiana), 2009.

Иногда же Божественная сила вмешивается в жизнь людей, но парадоксально: она тоже как бы наказывает грешника: "Like a touch from hell to feel how hot // That it can get if you get caught. // Like a strike from heaven turns that key // And brings you straight down to your knees" — "Как прикосновение ада, дающего почувствовать жар, // Обжигающий тех, кто попался. // Как удар небес, поворачивающий ключ // И сразу ставящий на колени" ("That Was Just Your Life"). Если "that key" — "ключ" в данном отрывке относится к ключам от рая, то поворот ключа — символическое открытие этих дверей для человека, избегнувшего ада. Но рай не кажется желанным. Как провинившийся ребенок, приходящий в дом, слышит слова укора и подвергается наказанию, так и человек, попавший в рай, должен стать на колени перед Божественной силой. Отвержение рая связано с принятым в субкультуре отказом признавать над собой какую-либо власть. Отношение к раю и Богу передает отношение представителей субкультуры к общественному устройству.

Еще резче выражено подчеркнутое равнодушие к загробной жизни в песнях, исполненных "Metallica", но имеющих иное авторство. "I don't care for heaven, so don't you look for me to cry" — "Мне плевать на рай, не ждите, что я буду плакать" ("The Prince"); "If I can't go to heaven, let me go to hell" — "Если мне нельзя в рай, так дайте мне отправиться в ад" ("Stone Cold Crazy").

Довольно предсказуемо, что ад с его ореолом запретности вызывает у представителей субкультуры металлистов больше интереса. Ад — безусловно необходимая часть мироздания. О нем (с традиционной символикой огня, смерти, соблазна) рассказывает сам дьявол. Забирать к себе падших и убеждать колеблющихся присоединиться к его войску — его "работа", функция в мире: "There's a job to be done and I'm the one // You people make me do it" — "Есть работа, и делать ее надо мне // Это вы, люди, заставляете меня работать" ("Jump in the Fire").

Однако ближе всего к человеку ад, воплощенный на земле. Сам человек, общество, государство — над созданием земного ада трудится почти каждый. Ад на земле — это война ("No Remorse", "Disposable Heroes"), политические преследования ("The Shortest Straw"), физическое ограничение — буквальное или метафорическое ("One", "Trapped under Ice"). Но в первую очередь это моральные страдания человека. Адские мучения — это жизнь сумасшедшего, алкоголика, человека, воспитанного в "тепличной" среде и неспособного выжить среди трудностей реального мира. Во многом причины этих страданий лежат в социальных отношениях: в несоответствии (или нежелании соответствовать) стандартам, ожиданиям, нормам, предъявляемым человеку. Обращение к об-

разам ада, следовательно, есть одно из выражений протеста. С одной стороны, это эпатаж, с другой — передача чувств человека, недовольного своей жизнью.

Интерпретация образов ада и рая в текстах русской группы "Ария" совпадает с американской лишь частично. Ад как место, визуально воспринимаемый образ в текстах не представлен. В песне "Игра с огнем" есть диалог героя с дьяволом, но главная идея этого текста не в греховности человечества, а в близости дьявольских сил и гения. Эта идея перекликается с использованием "адской" символики (огня, Смерти, числа 666) самими металлистами и часто выражаемым в песнях ощущением собственной избранности.

Визуального образа рая в текстах также практически нет. В песне "Не хочешь — не верь мне" герой проходит путь, отдаленно напоминающий путешествие в рай в апокрифах. После своей смерти в аварии герой-мотоциклист в соответствии с современными представлениями "плывет в черной пустоте" к свету в конце тоннеля — Богу. Как и в англоязычных текстах, особенность миропонимания металлистов выражается здесь в отказе героя песни от соединения с этим светом, в желании оставаться земным, грешным, бунтующим, но самостоятельным от Бога.

В русских текстах сильнее, чем в англоязычных, выражено обоюдное равнодушие человека и Бога. "Небо — мольбы не ждет, Небо — угроз не слышит, Небо — ведет особый счет", — утверждается в песне "Небо тебя найдет". "Я — тварь земная и на небе я лишний", — ответом звучат строки из песни "Ночь короче дня". В целом "райская" тематика в текстах группы "Ария" кажется аллюзией на заголовки книг Ф. Ницше "По ту сторону добра и зла" и "Сумерки богов" ("Сумерки идолов") и на идею сверхчеловека в обыденном ее понимании.

Значительную роль в текстах группы "Ария" играют идеи земного рая и ада. В текстах есть аллюзии на миф об изгнании из рая — древнего сада, Эдема. Этот сад как будто существует до сих пор, в прижизненном времени и пространстве, и хотя герой не попадает туда сам, он указывает на него другим ("Потерянный рай", "Мертвая зона"). В этом саду можно спастись, сбежав из механического мира ("сада пустоты"), созданного человеком и омертвевшей религией: "Там есть все, только нет души // Вместо росы белый жемчуг дрожит // Робот птиц восковых сторожит // Сад всем диктует законы... // Прочь беги, пока хватает сил, беги // На восход, в сад живой..." ("Мертвая зона").

В то же время герои не ожидают попадания в рай после смерти. В кажущемся автобиографическим тексте песни "Замкнутый круг" певец- мотоциклист замечает: "И если все добро от Бога — // Нам не светит теплый рай, // Сколько ни играй". Человек, не "вписы-

вающийся" в общество в обычной жизни, спокойно, философски относится к маловероятности попадания в соответствующий этому обществу рай.

Земной рай недолговечен, обманчив, это спокойная жизнь, которую легко разрушить врагам ("Белый флаг"), или наслаждение любовью женщины ("Искушение"). Парадоксально, что в русскоязычных текстах грехопадение — это временное обретение рая, которое невозможно ни в какой форме в англоязычных текстах. Напротив, понимание "земного ада" очень схоже в двух блоках текстов. Источники земного ада в русских текстах также война, неумение людей мирно сосуществовать и душевные страдания — совесть, страх, "усталость, ненависть и боль" ("Там высоко").

Отличительной особенностью русских текстов является их повышенное внимание к самому факту противопоставления добра и зла и особая ценность борьбы. В разных текстах герой принимает сторону "добра" или "зла", но сама борьба никогда не прекращается. Она идет на уровне души человека, на уровне вражды людей, на уровне противостояния Христа и Антихриста.

Итак, следует отметить, что субкультурой металлистов были отобраны из "копилки" культуры символы рая и ада за их емкость и выразительность. Были переосмыслены и визуально-натуралистический, и символический аспекты образов рая и ада. Выражение отношения к этим категориям передает жизненную позицию субкультуры, отношение к моральным ориентирам общества (равнодушие, доходящее до нигилизма). Интенсивность обоих символов в субкультуре значительно снижается, большую значимость приобретает их воплощение в земной жизни отдельного человека. Разрушается сама оппозиция рая и ада, добра и зла, которая в культуре является одной из фундаментальных. Метафорическое толкование рая и ада становится каналом для коммуникации эмоционально-оценочной информации, при этом сохраняются традиционные значения, связанные с этими символами.

Список литературы

Гуськова А.П., Сотин Б.В. Популярный словарь русского языка:

Толково-энциклопедический. Электронная версия. 2003. Мифы народов мира: Энциклопедия: В 2 т. / Под ред. С.А. Токарева. М., 1991.

Петрушина А.А. Мотив земного рая в американской прозе XIX века // Изв. Саратовского ун-та. Сер. Филология. Журналистика. 2009. Т. 9. Вып. 1.

Рейн Е. Рай и ад в мировой поэзии // Вопр. литературы. 2001. № 3. Интернет-издание. URL: http://magazines.russ.ru/voplit/2001/3/rein. html

Собольникова Е.Н. Формирование христианского представления о Рае // Образ рая: от мифа к утопии. Сер. Symposium. Вып. 31. СПб., 2003.

Флиер А.Я. Культурология для культурологов. М., 2000. Щепанская Т. Система: тексты и традиции субкультуры. М., 2004. Collins English Dictionary. 8th ed., first published in 2006. Электронная версия.

Patricia U.B. Under the Cope of Heaven. Religion, Society, and Politics in

Colonial America. Oxford University Press, 2003. Volkova E. Visions of Heaven and Hell // The Oxford Handbook of English Literature and Theology. Oxford University Press, 2007.