Развитие представления о сущности и содержании региональной собственности и ее воздействии на пространственную асимметрию

Список литературы / References

ГорбуновД.В. Риски инновационных проектов и методы их оценки // Вектор науки ТГУ, 2014. № 3. 29 с.

Киселева И.А., Трамова А.М. Риски при реализации инновационного проекта в туристической отрасли // Аудит и финансовый анализ, 2012. № 2. С. 182 - 185.

Рыжикова О.Н. Управление рисками инновационных проектов // Аудит и финансовый анализ, 2013. № 3. С. 14.

РАЗВИТИЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О СУЩНОСТИ И СОДЕРЖАНИИ РЕГИОНАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ И ЕЕ ВОЗДЕЙСТВИИ НА ПРОСТРАНСТВЕННУЮ АСИММЕТРИЮ Колмаков В.В. Email: Kolmakov1133@scientifictext.ru

Колмаков Владимир Владимирович — кандидат экономических наук, доцент, кафедра финансового менеджмента, Российский экономический университет им. Г.В. Плеханова, г. Москва

Аннотация: в статье обозначен подход к решению проблемы идентификации региональной собственности как совокупности объектов регионального имущественного комплекса и связанных с ними обязательств, а также источников общественных благ. Подобная трансформация объекта обеспечивает на уровне регионов преобразование отношений собственности, которые определяют параметры пространственного развития регионов. На примере среднедушевого ВРП и инвестиций в основной капитал, как производных от результатов управления региональной собственностью, показано влияние трансформации отношений собственности на углубление пространственной асимметрии между регионами, а также сформулированы предположения по поводу стратегических альтернатив перспективного развития региональной воспроизводственной системы на основе исследования динамики нормы реинвестирования ВРП.

Ключевые слова: региональная собственность, региональный имущественный комплекс, трансформация отношений собственности, пространственное развитие, региональная асимметрия, норма реинвестирования ВРП, эффективность управления собственностью.

ELABORATING THE CONCEPT OF REGIONAL PROPERTY ESSENSE AND CONTENT AND ITS INFLUENCE ON REGIONAL ASYMMETRY

Kolmakov V.V.

Kolmakov Vladimir Vladimirovich — PhD in Economics, Associate Professor, CHAIR OF FINANCIAL MANAGEMENT, PLEKHANOV RUSSIAN UNIVERSITY OF ECONOMICS, MOSCOW

Abstract: the paper proposes an approach to resolving the problem of identification of regional property as a multitude of objects and their attributive liabilities that shape up the regional property complex including public goods sources. Such a transformation of the object on regional level results into transformation of property relations that determine parameters of spatial development of regions. The case ofper capita GRP and private capital investment, both being the derivatives of regional property management, illustrates the influence of property relations transformation on spatial asymmetry growth and, using the results of GRP retention ratio analysis, formulates proposals considering strategic alternatives of a regional production system further development.

Keywords: regional property, regional property complex, property relations transformation, spatial development, regional asymmetry, GRP retention ratio, property management efficiency.

УДК 332.1

На уровне региона имущественный базис реализации отношений собственности представлен объектами, находящимися в ведении публично-правовых образований различного уровня управленческой иерархии. Данное обстоятельство, по мнению И.П. Савельевой и соавторов, обусловливает необходимость формирования «четкой системы взаимодействующих органов регионального управления и отлаженного экономического механизма» [3, с. 17], которые позволят

обеспечить достижение синергетического эффекта функционирования всей системы управления, подходы к формированию которой описаны в работе М.П. Логинова [7].

Этот факт, равно как и многообразие форм собственности, обусловливает наличие научной полемики, сложившейся вокруг понятия «региональная собственность». Как правило, под региональной собственностью понимают совокупность объектов, находящихся в собственности субъекта Российской Федерации. Вместе с тем, очевидно, что в систему управления социально -экономическим развитием на уровне региона должны включаться все объекты имущественного комплекса, находящиеся на территории региона, вне зависимости от их принадлежности государственному или частному сектору. Следует отметить, что идея представления управляемого объекта в качестве комплексной структуры находит свое отражение в более ранних исследованиях. Так, например, в работе К.В. Екимовой и И.П. Савельевой фигурирует понятие «регионального инвестиционно-строительного комплекса» [4].

Также существует необходимость уточнения материально -вещественной компоненты региональной собственности как имущества со смещением в сторону трактовки «имущество и связанные с ним обязательства», поскольку, трансформируясь, региональный имущественный комплекс расширяется за счет присоединения источников общественных благ к традиционно рассматриваемым в данном контексте активам. Следовательно, данное направление трансформации отношений собственности обусловливает преобразования в структуре воспроизводственного механизма социально-экономической системы, что требует обращения к более дательному рассмотрению направлений и способов трансформации отношений собственности в теории и на практике.

Трансформация - многоаспектная и междисциплинарная категория. В наиболее распространенном контексте трансформация синонимична преобразованию, которое может быть обусловлено эндогенными факторами и процессами, так и внешним воздействием, например, управляющего субъекта на объект управления. Трансформация объекта может распространяться как на его внутреннюю структуру и внешние проявления (размер, форму), так и затрагивать его функционал, добавляя или исключая некоторые возможности объекта, цель функционирования или назначение. Вопрос о том, следует ли признавать трансформацией экстенсивное или интенсивное развитие некоторого социально-экономического объекта, является дискуссионным, тогда как единство во взглядах по вопросу признания изменений в результативности функционирования объекта в качестве валидного критерия трансформации в целом достигнуто.

Экономическая трансформация рассматривается в качестве циклического самовоспроизводящегося процесса, который не имеет логического завершения и может лишь условно быть структурирован по стадиям в привязке к изменениям экономической конъюнктуры или иным макроэкономическим процессам. Очевидно, что направления и промежуточные результаты экономической трансформации в среднесрочной и долгосрочной перспективе представляют вполне предметный интерес для органов государственного управления социально-экономическим развитием, особенно на региональном уровне. Данная необходимость, как отмечают А.Г. Полякова и И.С. Симарова, обусловлена существующим уровнем пространственной асимметрии, несовпадающими трендами динамики выпуска, потребления, инвестиций, уровня цен и других параметров, характеризующих социально-экономическое развитие регионов [12, с. 142]. С другой стороны, актуальные представления об особенностях экономической трансформации, подкрепленные надлежащим инструментарием управления, могут способствовать повышению эффективности регионального управления.

Трансформация отношений собственности в регионе во многом определяет параметры пространственного развития субъектов Российской Федерации. Последние могут быть оценены через набор показателей, используемых для мониторинга оценки эффективности деятельности органов власти субъектов Российской Федерации и отраженных в Указах Президента РФ от 21.08.2012 г. № 1199 «Об оценке эффективности деятельности органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации» и от 10.09.2012 г. № 1276 «Об оценке эффективности деятельности руководителей федеральных органов исполнительной власти и высших должностных лиц (руководителей высших исполнительных органов государственной власти) субъектов Российской Федерации по созданию благоприятных условий ведения предпринимательской деятельности».

С позиции формализованных характеристик пространственное развитие представляется весьма неоднородным, что является следствием многих факторов и процессов, в числе которых и трансформационные процессы в сфере управления региональным имущественным комплексом.

Одним из индикаторов трансформации отношений собственности можно рассматривать величину и эффективность частных и государственных инвестиций в основной капитал, поскольку описываемый данным показателем процесс определяет динамику создания или обновления воспроизводственного базиса региональной экономической системы, а от достаточности и своевременности

77

капиталовложений зависит эффективность и производительность всего регионального имущественного комплекса в краткосрочной и долгосрочной (стратегической) перспективе. При этом оценке эффективности государственного участия в реализации инвестиционных проектах посвящены исследования К.В. Екимовой [2], А.Г. Поляковой [10; 11], В.В. Матвеева [8; 9], М.Ю. Джамалудиновой [1], тогда как эффективность вложений частного сектора требует дополнительного исследования.

Среднедушевые объемы внебюджетных инвестиций в основной капитал субъектов Российской Федерации на протяжении 2012-2015 гг. демонстрируют высокую степень неоднородности, причем налицо нарастание асимметрии. Так, регионы демонстрируют разброс значений, относительная величина которого за указанный период выросла с 87,6 раз в 2012 г. до 193,6 раз в 2015 г. При этом с точки зрения относительных характеристик разброса значений также имеет место существенный рост неоднородности, поскольку коэффициент волатильности среднедушевых инвестиций в основной капитал за тот же период вырос с 180,6% до 255,0%.

Объяснение наблюдаемого роста асимметрии (см. табл. 1) может быть найдено в исследовании динамики инвестиций в основной капитал в разрезе субъектов РФ. Так, за 2012-2015 гг. в 31 субъекте РФ был зафиксирован отрицательный средний темп прироста среднедушевого объема внебюджетных капиталовложений. Средний темп падения по соответствующей группе регионов составил 9,13% за год. В иных регионах имел место прирост рассматриваемого показателя; усредненное значение прироста за период по группе регионов составило 9,14%.

Таблица 1. Характеристики распределения значений среднедушевых объемов инвестиций в основной капитал в

разрезе российских регионов в 2012-2015 гг.

Показатели 2012 г. 2013 г. 2014 г. 2015 г.

Максимальное значение, тыс. руб. 1320 1386 1790 2567

Минимальное значение, тыс. руб. 15,1 16,1 14,9 13,3

Среднее значение, тыс. руб. 100,0 101,9 111,4 124,6

Относительная величина вариации, раз 87,6 86,2 119,8 193,6

Коэффициент волатильности, % 180,6 185,4 215,8 255,0

Необходимо отметить, что нарастание среднего по регионам объема инвестиций в основной капитал на душу населения не следует рассматривать как однозначно положительное событие в свете наблюдаемой динамики потребительских цен, описанной в работе С.С. Камбердиевой и М.Ю. Мирзабековой [6].

Применительно к среднедушевому ВРП экономическое пространство столь же неоднородно, однако тенденции наблюдаются несколько иные. В частности, относительная величина вариации среднедушевых размеров ВРП между регионами сократилась с 47,3 раза в 2012 г. до 43,0 раза в 2015 г., тогда как коэффициент волатильности вырос незначительно с 135,4% до 140,8%. Другим значимым отличием является динамика среднедушевого ВРП по сравнению с динамикой инвестиций в основной капитал: во всех регионах средний за рассматриваемый период темп прироста ВРП был положительным, а разброс значений варьировался от 2,9% в Еврейской автономной области до 20,1% в Тамбовской области (см. рис. 1).

40 30 20 10 0 -10 -20 -30

20 15 10 5

Рис. 1. Паттерн распределения средних темпов прироста среднедушевых инвестиций в основной капитал из внебюджетных источников (слева) и среднедушевого ВРП (справа) за период 2012 - 2015 гг.

0

0202020102010101000000000000003101010101

Во взаимном сопоставлении два представленных выше набора данных могут быть исследованы посредством вычисления расчетного значения показателя эластичности среднедушевого ВРП от изменений объемов инвестиций в основной капитал. Так, среднее отрицательное значение коэффициентов эластичности составило (-2,47%) при разбросе от (-0,1%) в Еврейской автономной области до (-19,0%) в Новосибирской области. Среднее положительное значение составляет 2,84% с разбросом от 0,4% (Ханты-Мансийской автономный округ - Югра) до 28,2% (Респ. Адыгея). На рис. 2 представлен паттерн динамики рассматриваемого показателя.

При всем многообразии регионов и их динамики инвестиций и валовой добавленной стоимости, представляется целесообразным оценить, насколько равномерным или дифференцированным является управление региональным имущественным комплексом, ориентированное на стратегическое развитие.

-5-3-11 3 5

Рис. 2. Паттерн распределения регионов по уровню эластичности среднедушевого ВРП от изменений объема среднедушевых инвестиций в основной капитал из внебюджетных источников, %

Для этих целей необходимо рассчитать значения показателей средней нормы реинвестирования ВРП как соотношения инвестиций в основной капитал и валового регионального продукта (на душу населения). Расчёт указанного показателя представлен в табл. 2.

Таблица 2. Характеристики распределения значений нормы реинвестирования ВРП в разрезе российских регионов

в 2012 - 2015 гг.

Показатели 2012 г. 2013 г. 2014 г. 2015 г.

Максимальное значение 50,7% 47,6% 44,1% 51,4%

Минимальное значение 9,5% 9,0% 9,2% 8,9%

Среднее значение 25,1% 23,7% 22,5% 20,3%

Относительная величина вариации, раз 5,4 5,3 4,8 5,8

Стандартное отклонение 8,0% 7,0% 7,3% 7,5%

Коэффициент волатильности 31,9 29,4 32,3 37,0

Очевидно, что средняя величина нормы реинвестирования ВРП постепенно снижается с 25,1% в 2012 г. до 20,3% в 2015 г., что свидетельствует о потенциальном ухудшении эффективности управления региональной собственностью по причине деградации материально-вещественного базиса воспроизводственного потенциала региональной социально-экономической системы, хотя этот тезис требует дополнительного и более углубленного исследования, например, на предмет выявления нормального, рационального или эффективного значения нормы реинвестирования ВРП. По мнению Д.В. Ермолаева, «расширение и модернизация регионального имущественного комплекса должны стать приоритетными направлениями регионального социально-экономического развития» [5, с. 26], тогда как сокращение нормы реинвестирования ВРП явно препятствует этому процессу.

Разброс значений нормы реинвестирования ВРП в 2015 г. находился в интервале от 8,9% (Архангельская обл.) до 51,4% (Ненецкий автономный округ). За рассматриваемый период имеет место увеличение относительной величины вариации нормы реинвестирования и коэффициента волатильности, что свидетельствует о нарастании пространственной асимметрии. Однако необходимо отметить, что масштаб значений несопоставим с вариацией рассмотренных выше показателей эффективности управления региональной собственностью.

Таким образом, проведенное исследование позволило установить, что региональное экономическое пространство с точки зрения показателей эффективности управления региональным имущественным комплексом в значительной степени неоднородно. В стратегической перспективе те регионы, которые увеличили за рассматриваемый период норму реинвестирования ВРП

будут демонстрировать внутригрупповое сближение (сокращение асимметрии), тогда как остальные

субъекты федерации оказываются подверженными повышенным рискам снижения эффективности

управления региональным имущественным комплексом.

Список литературы / References

1. Джамалудинова М.Ю. Анализ государственного регулирования инновационной деятельностью в современных условиях. // Российский экономический интернет-журнал, 2016. № 2. С. 16.

2. Екимова К.В. Об оценке эффективности долевого государственного участия в реализации инвестиционных проектов / В сборнике: Строительный комплекс: экономика, управление и инвестиции Труды Всероссийской научно-практической конференции, 2001. С. 80-83.

3. Екимова К.В., Буравова С.В., Савельева И.П. Локальные рынки в структуре региональной экономики // Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия: Экономика и менеджмент, 2011. № 41 (258). С. 14-18.

4. Екимова К.В., Савельева И.П. Региональный инвестиционно-строительный комплекс: формирование и функционирование // Проблемы современной экономики, 2006. № 3-4. С. 348-353.

5. Ермолаев Д.В. Стратегические направления регионального социально-экономического развития (на материалах Белгородской области) // Вопросы экономических наук, 2014. № 2 (66). С. 26-27.

6. Камбердиева С.С., Мирзабекова М.Ю. Динамика потребительских цен в России и зарубежных странах // Новая наука: Проблемы и перспективы, 2016. № 8 (97). С. 220-225.

7. Логинов М.П. Получение синергетического эффекта в системе ипотечного жилищного кредитования в условиях кризиса экономики России // Известия Уральского государственного экономического университета, 2009. № 2 (24). С. 168-177.

8. Матвеев В.В. Инновационная активность компаний и технологическое обновление российского промышленного производства // Вопросы экономики и права, 2011. № 34. С. 167-173.

9. Матвеев В.В. Инфраструктурное обеспечение процессов модернизации национальной промышленности. // Вопросы экономики и права, 2011. № 42. С. 199-203.

10. ПоляковаА.Г. Модернизация экономики регионов нового освоения. Тюмень, 2009. 108 с.

11. Полякова А.Г. Регионы нового освоения как вид пространственных образований // Вестник Финансового университета, 2009. № 2. С. 36-40.

12. Полякова А.Г., Симарова И.С. Управление региональным развитием Западной Сибири с учетом связанности экономического пространства // Вопросы государственного и муниципального управления, 2014. № 3. С. 141-161.

СОЦИАЛЬНАЯ ЗАЩИТА КАТЕГОРИИ ГРАЖДАН «ДЕТИ ВОЙНЫ» В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Селиверстова О.Ф. Email: Seliverstova1192@scientifictext.ru

Селиверстова Ольга Федоровна - кандидат педагогических наук, ведущий научный сотрудник, Центр методологии бухгалтерского учета, Научно-исследовательский финансовый институт Министерства финансов Российской Федерации, г. Москва

Аннотация: в статье анализируются меры социальной поддержки особой категории граждан, до настоящего времени не имеющей четко определенного статуса на федеральном уровне - «дети войны». Выявлено, что, несмотря на отсутствие федерального законодательного документа, в регионах принимаются собственные нормативные правовые акты, регулирующие правоотношения в сфере оказания социальной поддержки гражданам этой категории, с учетом региональных особенностей. Цель исследования состоит в анализе механизмов финансирования МСП, применяемых критериев нуждаемости для назначения выплат, а также объемы затрат региональных бюджетов на финансовое обеспечение указанных мер социальной поддержки. Анализ показал, что основной критерий, используемый для причисления граждан к категории «дети войны» - дата рождения получателей не соответствует концептуальным положениям федерального законодательства о мерах социальной поддержки ветеранов войны и труда, тружеников тыла; меры социальной поддержки указанной категории граждан ограничиваются небольшими ежемесячными или единовременными выплатами, не учитывающими критерии нуждаемости.

Ключевые слова: меры социальной поддержки, категория граждан «дети войны», критерии нуждаемости, региональный бюджет.