Философское исследование понятия закона природы

Шустова О.Б. Философское исследование понятия закона природы // Электронный научно-методический журнал Омского ГАУ. - 2016. -№1(4) январь-март. - URL http://e-journaLomgau.ru/index.php/2016-god/4/25-statya-2016-1/260-00087. - ISSN 2413-4066

УДК 113

Шустова Ольга Борисовна

Кандидат философских наук, доцент ФГБОУВО Омский ГАУ, г. Омск g.n.sidorov@mail.ru

Философское исследование понятия закона природы

Аннотация: В статье представлен образец гносеологического анализа понятия «закон природы» и его взаимосвязь с объяснительной функцией. Проведен критический анализ различных интерпретаций понятия «закон природы», в частности наделение статусом закона причинных условий прошлого на основе умозрительных построений. Впервые показано, что неопределенность термина «закон природы» часто приводит к его некорректному использованию.

Ключевые слова: закон, закон природы, научное объяснение, ненаблюдаемая причина.

Научное объяснение возможно лишь в том случае, если в его основе лежат объективные факты и законы. Поэтому в современной науке принято широкое использование понятия закона. Понятие «закон» с точки зрения науки и философии означает необходимое, существенное, устойчивое, повторяющееся отношение между явлениями в природе и обществе [1, с. 390] В науке существуют понятия эмпирического и теоретического законов. Эмпирические законы показывают, что происходит, а теоретические пытаются объяснить как это могло произойти [2].

Однако в настоящее время ряд ученых-фил ософов, исследуя веками сформировавшееся понятие закона, приходят к выводу о необходимости пересмотра данного понятия. Поскольку «ситуация указывает на высокую неопределённость в понимании закона, имеющую место в науках и философии, в результате чего фундаментальной науке предстоит либо отказаться от категории закона, либо перейти к формированию его новой парадигмы» [3 а 213]. На наш взгляд возникла необходимость рассмотрения сущности философской категории закона на примере законов природы. Общепринятым является тот факт, что открытие законов природы позволяет человеку в некоторой степени изменять окружающую реальность по своему усмотрению. Кроме того, знаменитый канадский патолог Г. Селье писал, что «изучение законов Природы, нередко предпринимаются потому, что это возвышает нас над заботами повседневной жизни, приносит нам умиротворение, безмятежность и счастье. Тайна Природы, открытая однажды, постоянно обогащает человечество в целом» [4].

Исторический анализ понятия закона природы показывает, что само отношение к данному понятию складывалось неоднозначно. В Средние века «законами природы» признавалось то, что сказано в Священном Писании, и для объективных законов мест не оставалось. В Новое время напротив, законам природы отдавалось предпочтение и считалось, что всё можно объяснить рационально. Позитивизм XIX в. считал главной

задачей науки не открытие законов, а накопление и систематизацию фактов. Наука ХХв. поставила задачу открыть как можно больше законов природы и тем самым установить над ней окончательное господство.

В настоящее время широко распространено мнение, что все законы природы основаны на реальных наблюдениях и экспериментах. В эмпирических законах этот принцип соблюдается (законы механики, генетики). Эмпирические законы - особый вид отношений между состояниями или свойствами, для которых характерно временное или пространственное постоянство. Кроме того, ряд философских исследований приводит к выводу, что закон - это не только статичное, но и динамичное понятие: Если реальный объект не взаимодействует с окружением, то он оказывается, в принципе, не наблюдаем, его всё равно, что нет. Значит, естественный закон должен одновременно подразумевать и какие-то перемены. Закон это ... осмысленная, системная характеристика процесса» [3 с. 214].

Не учитывая этой важной характеристики закона, невозможно понять разницу, к примеру, между гипотезой Дарвина и физиологической теорией Павлова [5, с. 42] В данном случае мы сталкиваемся с переплетением двух понятий - «закон» и «теория» как попытка обобщения эмпирических и теоретических данных. Авторы причисляют их к описательным эмпирическим теориям, поскольку задачей их является вскрытие определенных закономерностей, а именно: рефлекторный характер закономерностей выделения желудочного сока у животных в одном случае и закономерностей видообразования в другом. Однако между этими двумя парадигмальными установками наблюдается огромная разница.

Эмпирически обоснованная теория Павлова действительно соответствует статусу научного закона, поскольку поддается проверке на животном или человеке. И она же, выражаясь словами К. Поппера, может служить ориентиром для проверки других научных теорий в области физиологии. Гипотеза же Дарвина, не может рассматриваться в качестве эмпирического либо теоретического закона, поскольку якобы существующие «факты и артефакты в её пользу» не вписываются во взаимодействие и системности процесса здесь не наблюдается. Правда, ученые-эволюционисты пытаются придать процессный характер и системность Дарвиновской гипотезе, соединяя её с генетикой [6, с.42].

В среде ученых-естественников бытует мнение, что наука должна давать объяснения через законы природы. Так М. Рьюз предлагает такой взгляд на науку, который рассматривает «объяснения посредством законов природы» в качестве демаркационного критерия науки от ненауки [7. с.30]. Однако то, что часто объявляется «законом природы», чаще всего является ссылкой на причинные условия прошлого. И такие ссылки часто объясняют конкретные событие лучше, чем природная закономерность. Например, законы не могут быть приравнены к объяснениям Дарвиновской эволюции или гипотезы Опарина, поскольку обе эти парадигмы основаны на подробной истории причин с использованием гипотетических событий прошлого. Таким образом, главную функцию объяснения различных природных явлений выполняют постулированные причинные события и модели прошлого, а вовсе не законы [8, с. 14].

Известный философ науки Л. Лаудан считает: «Если бы наука в действительности обязана была давать объяснения через законы природы, то за её пределами оказались бы все фундаментальные законы физики, которые математически описывают, но не объясняют явления» [9, с. 354]. У. Элстон считает, что приравнивать закон к объяснению или причине значит «совершать вопиющую категориальную ошибку» [10, с. 17]. А.Н. Уайтхед также считает, что «Закон природы — это просто наблюдаемая устойчивость некоторого образца, по которому последовательно сменяются отношения объектов природы; закон является только описанием» [11, с. 513]. Исходя из этого определения, можно прийти к выводу, что законы природы исключают развитие. Поэтому возникает вопрос о том, как совместить законы природы с гипотезой глобального эволюционизма.

Что касается теоретических законов, то, хотя они и претендуют на объяснения, даже с применением формальной системы, реально мало что объясняют, поскольку опираются на идеализированные объекты, например закон Харди-Вайнберга. Это закон популяционной генетики, говорящий о том, что в популяции бесконечно большого размера, в которой не действует отбор, не идет мутационный процесс, отсутствует обмен особями с другими популяциями, не происходит дрейф генов, и все скрещивания случайны. Сколько бы мы не анализировали этот закон языком математики, в реальности мы не получим идеализированного объекта - неограниченно большую популяцию со свободным скрещиванием особей.

В некоторых случаях, как показывает пример популяризации «биогенетического закона» Мюллера-Геккеля или гипотезы Опарина, теоретики могут обойтись и без формализованной системы и опираться только на умозрительные построения, также являющиеся плодом идеализированного воображения.

Также существует мнение, что «высокоупорядоченные объективные законы, существующие во Вселенной, должны либо приниматься как бессмысленная и необъяснимая реальность (наука не может объяснить их даже в принципе), либо объясняться также как любое явление упорядоченности, - как следствие разумного замысла» [12, с.14].

Таким образом, данная философская позиция постулирует Разумный Замысел как эмпирически ненаблюдаемый метафизический причинный фактор в объяснении происхождения законов природы. Неопределенность в понимании понятия закона приводит к тому, что в области эволюционного направления в биологии широко используются «семантические доказательства» в виде искусственно придуманных терминов: «ароморфоз», «архаллаксис», «анаболия», «горотелия», «тахителия» и другие [13, с. 136]. Все вышеупомянутые термины - это теоретические постулаты, которые делают возможным определенную интерпретацию биологических данных. Они также позволяют комбинировать понятия, строить умозрительные конструкции в виде «сценариев», подгонять под имеющиеся факты и наделять их статусом «закона», который, якобы «объясняет» механизм того или иного природного явления. По меткому замечанию С. Гоулда, это «метод выведения истории из её результатов» [14.с. 65].

Чаще же всего использование понятия «закон природы» вообще не предполагает попыток раскрытия механизма развития, а просто подменяется констатацией эмпирически наблюдаемых фактов: миграции птиц, смену времен года, особенности строения живых организмов и многое другое. Любой природный процесс или явление - это уже априори «закон природы».

Таким образом, данное понятие становится универсальной формулировкой, попыткой объяснить любое природное явление и придать ему соответствующую интерпретацию в рамках методологического натурализма. В то время как вышеупомянутое постулирование Разумного Замысла сторонниками натурализма не принимается, как эмпирически необоснованное. И это несмотря на то, что словосочетания «закон природы» и «закон Разумного Замысла» с точки зрения гносеологии друг от друга практически неотличимы. Ведь оба выражения можно заменить другими, нейтральными, к примеру: «таков порядок вещей» или «так задумано» и тому подобными словосочетаниями. Вспомним Г. Гегеля и его знаменитую фразу: «Все действительное разумно, все разумное действительно». Этой фразой он поясняет, что «совершенно необходимо предположить реальность некоего разума, намного более совершенного, чем человеческий, который и привел все материальное в состояние целесообразности и гармонии» [15, с. 201]. То есть, если есть Закон, то должен быть и Законодатель. По словам известного современного философа А.Л. Никифорова «Явления природы лишены смысла, ибо не созданы человеком, поэтому их нельзя понять. ... В рамках религиозного миросозерцания, понять явление природы - значит открыть его божественный смысл. Но как говорить о понимании природы, оставаясь на материалистической позиции?» [16 с. 183].

Таким образом, неопределенность термина «закон природы» часто п риводит к его некорректному использованию, что ведет к явному конфликту в научном познании. Путаются или смешиваются понятия эмпирического и теоретического закона, не учитывается системная характеристика процесса. Наделяются статусом закона причинные условия прошлого, умозрительные построения и семантические изобретения в области некоторых научных направлений. Ученые часто используют вышеупомянутые приёмы, выдавая их за естественные законы природы, для того, чтобы повысить правдоподобность своих объяснений. Это приводит к тому, что понятие закона природы подвергается различным интерпретациям. Именно частые смены интерпретаций приводят к тому, что вместо закона получаем хаос деклараций [3.c. 219]. Тем самым некорректное использование термина «закон природы» приводит в обществе к недоверию и разочарованию в науке. Если сто лет назад ссылка на закон природы была вполне достаточна для объяснения любого природного явления, то в настоящее время просвещенные массы жаждут рациональных обоснований этих явлений. По высказыванию А. Бергсона «нет универсального биологического закона, который мог бы без изменений, автоматически прилагаться ко всякому живому существу» [17 с. 51]. Здесь можно поспорить с философской знаменитостью, вспомнив, что основная фундаментальная идея, берущая начало в биологии - это идея развития. По мнению Б. Рассела «По мере того как человечество интеллектуально развивалось, его привычки к выводам постепенно приближались к согласию с законами природы, которые сделали эти привычки чаще источником истинных ожиданий, чем ложных. Образование привычек к выводам, которые ведут к истинным ожиданиям, является частью того приспособления к среде, от которого зависит биологическое выживание» [18]. Еще Сенека писал о том, что приспособление является главным природным даром всех живых существ [19, с. 314]. Однако факт существования этих законов природы на всех этапах организации живой материи не объясняет их источника. Отсюда следует вывод о необходимости дальнейшего гносеологического анализа понятия закона природы и его функций как исследовательских, так и мировоззренческих, а также роли законов в рациональном познании.

Ссылки на источники:

1. Новый энциклопедический словарь, -М.: Рипол Классик, 2006.- С. 390.

2. Шустова, О.Б. О критериях научности в эмпирическом и теоретическом знании /О.Б.Шустова, Г.Н. Сидоров // Современные проблемы науки и образования. - 2013. - № 2.-С. 465. [Электронный ресурс] URL: http://www.science-education.ru/108-8881/

3. Разумов, В.И. К новой парадигме закона. / В.И. Разумов, В.П. Сизиков В.П.

//Вестник Омского университета. - 2012. - № 2. - С. 213 - 219.

4. Селье Г. От мечты к открытию. Гл.1. Почему люди занимаются наукой? Бескорыстная любовь к природе и правде. [Электронный ресурс] http://www.bibliotekar.ru/otkrytiya/3.htm

5. Грушевицкая, Т. Г. Концепции современного естествознания: / Т.Г. Грушевицкая, А.П. Садохин А. П. Учебное пособие - М.: Высшая школа, 1998. - 383 с.

6. Шустова, О.Б. Синтетическая теория эволюции как мифология ХХ в / О.Б. Шустова, Г.Н. Сидоров //Вестник Омского университета, 2009. - № 3. - С. 42 - 44.

7. Ruse, M. A Philosopher's Day in Court, in But Is It Science? / M. Ruse //ed. by M. Ruse //Buffalo, N.Y.: Prometheus Books, 1988. pp. 13 - 38.

8. Meyer, S.C. Of Clues and Causes: A Methodological Interpretation of Origin of Life Studies / S C. Meyer // Ph. D. thesis, Cambridge University, 1990. p. 125

9. Laudan, L. Science at the Bar - Causes for Concern / L. Laudan //Buffalo, N.Y.: Prometheus Books, 1988. p. 354.

10. Alston, W. P. The Place of Explanation of Particular Facts in Science / W. P. Alston // Philosophy of Science 38 (1971). pp. 17- 24.

11. Уайтхед, А.Н. //Избранные работы по философии / А.Н. Уайтхед: Пер. с англ. / сост. ИТ. Касавин. М.: Прогресс, 1990. - С. 513.

12. Moreland, J.P. Scaling the Secular City: A Defense of Christianity , chap.2 (New York: Oxford University Press, 1993). pp. 75 - 76.

13. Сидоров, Г. Н. Семантические «доказательства» теории Дарвина как идеологическая диверсия в умах людей / Г.Н. Сидоров, О.Б. Шустова // Идеология дарвинизма и ее воздействие на науку, образование общество - Симферополь: Диайпи, 2010. - С. 135 - 138.

14. Gould, S. J. Evolution and the Triumph of Homology: Or, Why History Matters / S. J. // Gould American Scientist - № 74. 1986. pp. 60-69.

15. Гегель, Г. В. Ф. Энциклопедия философских наук / Г. В. Ф. Гегель -М., Мысль, 1974. - Т. 1. - C. 201.

16. Никифоров А.Л. // Философия науки /А.Н. Никифоров. М.: Идея-Пресс, 2006,-264 с.

17. Бергсон А. // Творческая эволюция / А. Бергсон. М.: Канон-Пресс-Ц. 2001, с. 51

18. Рассел Б. Человеческое познание. Гл. 11. Факт, вера, истина. [Электронный ресурс] URL: http://do.gendocs.ru/docs/index-262068.html?page=12#6476684

19. Сенека, Л.А. Нравственные письма к Луцилию. / Л.А. Сенека - М.: Наука, 1977, -С. 314.

Olga Shustova

Candidate of Philosophical Sciences, Associate Professor FSBEI HE Omsk SA U, Omsk

Philosophical Study Of The Concept Of Natural Law

Abstract:The paper presents a sample of the epistemological analysis of the concept "law of nature" and its relationship to the explanatory function. A critical analysis of the different interpretations of the concept of «law of nature» is presented, in particular, the status of law have the causal conditions of the past on the basis of speculation. It was shown that the uncertainty of the term "law of nature" often leads to its incorrect use.

Keywords: law, law of nature, scientific explanation, unobserved cause.