Музыкальное творчество устной традиции: к проблеме сохранения нематериального культурного наследия

песенный фольклор украинских переселенцев Алтая. Он периодически пополняется новыми участниками (первокурсниками), многие из них на занятиях впервые знакомятся с данной этно-культурой. Поэтому студенты старших курсов помогают младшим осваивать песенный фольклор украинских переселенцев.

При освоении песен украинских переселенцев Алтая, мы следуем алгоритму: знакомство с историей и традициями духовной и материальной культуры народа; изучение особенностей исполнения украинского музыкального фольклора и языка; целенаправленный выбор музыкального произведения; анализ вокально-хоровых трудностей; адаптация песни к конкретному коллективу (аранжировка); выучивание произведения руководителем (хормейстером); освоение особенностей произношения текста украинской песни с коллективом; вокально-хоровая и постановочная работа.

При освоении произведения фольклорным коллективом, много времени мы уделяем работе над пониманием и правильным произношением песенного текста, раскрываем значение украинизмов. Далее знакомим участников с многоголосной тканью партитуры, мелодико-гармоническим языком произведения, что помогает понять музыкальный образ в целом. Для детально-

Библиографический список

го понимания мелодики песни, объясняем логику развития мелодии, ладовые тяготения, ритм, опорные смысловые элементы и другие особенности. Затем работаем над освоением партий, в каждой из которых тщательно отрабатываем унисонное пение, навык которого необходим для исполнения песен без сопровождения, добываясь спетости, умения слышать и подстраиваться в коллективе.

Методы работы над песнями украинских переселенцев Алтая зависят от ее содержания, характера и формы. Если протяжные, героические песни мы исполняем в концертном плане без элементов движения или театрализации, то песни шуточные (жартивливые), танцевальные (танцЮвальные) расцвечиваем элементами сценического движения. В процессе транслирования песен важна эмоциональная выразительность, а также актерское мастерство исполнителей.

В заключении заметим, что методически грамотная организация творческой работы способствует успешности синкретичного освоения песенного фольклора и повышению интереса к культуре украинских переселенцев Алтая и общеславянским корням, что, в итоге, положительно влияет на сохранение и развитие духовно-песенной культуры украинцев Алтая.

1. Грибанова Н.С., Чернова И.В. История и этнография украинского населения Западной Сибири: библиографический указатель. Барнаул: АлтГПА, 2013.

2. Кутилова Л.А. Украинцы в Сибири [в т.ч. на Алтае]: пути этничности (конец XIX - начало XX в.). Актуальные вопросы истории Сибири. Барнаул: БГПУ, 1998: 78 - 81.

3. Воробьёва И.А. Русско-украинское взаимодействие в топонимии Алтая (к проблеме этнических контактов). Русские говоры и топонимия Алтая в их истории и современном состоянии. Барнаул: БГПУ, 1993.

4. Липин А.М. Украинские переселенческие посёлки на Алтае (конец 80-х - начало 90-х гг. XIX в.). Краеведческие записки. Вып. 3. Редколлегия Скубневский В.А. и др. Барнаул, 1999: 139 - 144.

5. Демина О.С. Этническое сознание и самоидентификация украинских переселенцев Алтайского края. Алтайская деревня во второй половине XIX- начале XXв. Барнаул. 2004; Вып. 2: 108 - 118.

6. Панов В. Украинцы на Алтае: История переселения украинцев на Алтай. Современное положение переселенцев. За изобилие. Алтайское, 1999. - 20 дек.

References

1. Gribanova N.S., Chernova I.V. Istoriya i 'etnografiya ukrainskogo naseleniya Zapadnoj Sibiri: bibliograficheskij ukazatel'. Barnaul: AltGPA, 2013.

2. Kutilova L.A. Ukraincy v Sibiri [v t.ch. na Altae]: puti 'etnichnosti (konec XIX - nachalo XX v.). Aktual'nye voprosy istoriiSibiri. Barnaul: BGPU, 1998: 78 - 81.

3. Vorob'eva I.A. Russko-ukrainskoe vzaimodejstvie v toponimii Altaya (k probleme 'etnicheskih kontaktov). Russkie govory i toponimiya Altaya v ih istorii i sovremennom sostoyanii. Barnaul: BGPU, 1993.

4. Lipin A.M. Ukrainskie pereselencheskie poselki na Altae (konec 80-h - nachalo 90-h gg. XIX v.). Kraevedcheskiezapiski. Vyp. 3. Redkollegiya Skubnevskij V.A. i dr. Barnaul, 1999: 139 - 144.

5. Demina O.S. 'Etnicheskoe soznanie i samoidentifikaciya ukrainskih pereselencev Altajskogo kraya. Altajskaya derevnya vo vtorojpolovine XIX- nachale XX v. Barnaul. 2004; Vyp. 2: 108 - 118.

6. Panov V. Ukraincy na Altae: Istoriya pereseleniya ukraincev na Altaj. Sovremennoe polozhenie pereselencev. Za izobilie. Altajskoe, 1999. - 20 dek.

Статья поступила в редакцию 05.12.17

УДК 781

Gorbunova I.B., Doctor of Sciences (Pedagogy), Professor, Department of Informatization of Education, chief researcher, Educational Methodological Laboratory "Music Computer Technologies", Herzen State Pedagogical University of Russia (St. Petersburg, Russia), E-mail: gorbunova@herzen.spb.ru

Aliyeva I.H., Doctor of Philosophy in Art History, senior lecturer, Baku Musical Academy n.a. U. Hajibayli, Member of Union of Composers of Azerbaijan (Azerbaijan, Baku), E-mail: gorbunova@herzen.spb.ru

MUSICAL CREATIVITY OF ORAL TRADITION: TO THE PROBLEM OF CONSERVATION OF INTANGIBLE CULTURAL HERITAGE. Since the second half of the twentieth century for the world community, one of the priority tasks is the preservation of the world's cultural and natural heritage. The protection of the material heritage is protected by a number of international conventions. The value of the intangible cultural heritage and the responsibility for its preservation became recognized by national and international organizations only at the turn of the past and the present centuries. The problem of systematizing the samples of musical folklore has a global significance for the musical culture today is to have time to save and preserve these samples for future generations. This problem is a problem of preserving the spiritual world, and it has great importance for science and humanity. The article describes the multifaceted problematic and conceptual and logical foundations for the preservation of the intangible cultural heritage, the possibilities of using music and computer technologies to preserve the musical creativity of the oral tradition.

Key words: intelligent system, art of music, ethnomusicology, arts synesthesia, unclear logic, knowledge base, music computer technologies.

И.Б. Горбунова, д-р пед. наук, проф., гл. науч. сотр. учебно-методической лаборатории «Музыкально-компьютерные технологии», проф. каф. информатизации образования РГПУ им. А.И. Герцена, г. Санкт-Петербург, E-mail: gorbunova@herzen.spb.ru

И.Г. Алиева, д-р философии по искусствоведению, crn. преп. Бакинской музыкальной академии им. У. Гаджибейли, член Союза композиторов Азербайджана, г. Баку, E-mail: gorbunova@herzen.spb.ru

МУЗЫКАЛЬНОЕ ТВОРЧЕСТВО УСТНОЙ ТРАДИЦИИ: К ПРОБЛЕМЕ СОХРАНЕНИЯ НЕМАТЕРИАЛЬНОГО КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ

Со второй половины ХХ века для мирового сообщества одной из приоритетных задач становится сохранение всемирного культурного и природного наследия. Охрана материального наследия защищена целым рядом международных конвенций. Ценность нематериального культурного наследия и ответственность за его сохранность стали осознаваться национальными и международными организациями только на рубеже прошлого и нынешнего столетий. Проблема систематизации образцов музыкального фольклора имеет для музыкальной культуры сегодня глобальное значение - успеть спасти и сохранить эти образцы для будущих поколений. Эта проблема есть проблема сохранения мира духовного, и она имеет для науки и человечества огромное значение. В статье описываются многогранные проблемные и концептуально-логические основы сохранения нематериального культурного наследия, возможности использования музыкально-компьютерных технологий для сохранения музыкального творчества устной традиции.

Ключевые слова: интеллектуальная система, музыкальное искусство, этномузыкология, синестезия искусств, нечеткая логика, база знаний, музыкально-компьютерные технологии.

Проблема сохранения нематериального культурного наследия обширна и многогранна. Охрана материального наследия защищена рядом международных конвенций. Ценность же нематериального культурного наследия и ответственность за его сохранность стали осознаваться национальными и международными организациями только на рубеже прошлого и нынешнего столетий. Итогом обсуждений на многочисленных семинарах, конференциях, форумах стала разработанная и принятая ЮНЕСКО 17 октября 2003 года Конвенция по защите нематериального культурного наследия [1].

К одной из самых сложных ее составляющих можно отнести вопросы, связанные с сохранением музыкального творчества устной традиции во всем многообразии его жанров, музыкальных инструментов, ладовых и звуковысотных систем, исполнительских приемов и других проявлений типичных и характерных черт, свойственных каждому этносу.

В основе «народных» ладов лежат звуковысотные системы, которые объединяет одна особенность - им не свойственна равномерная темперация. Еще в середине XIX века князь В. Ф. Одоевский писал: «Русский простолюдин с музыкальным дарованием, у которого ухо ещё не испорчено ни уличными шарманками, ни итальянскою оперою, поет весьма верно; и по собственному чутью берет интервал весьма отчетливо, разумеется, не в нашей уродливой темперированной гамме» [2, с. 481].

Гарантом сохранности «эталонного звучания», или художественных норм чистой интонации, характерных для данной музыкальной культуры, служит воспитанный предыдущими поколениями этноса коллективный слух исполнителей и слушателей. Такое «эталонное звучание» и этнослух (понятие этнослуха вводится И.И. Земцовским [3] как «присущая каждому человеку от-природно» внутренняя слуховая настройка: по Б.Л. Яворскому) должны представлять предмет особой заботы, когда речь идёт о сохранности музыкального творчества устной традиции как нематериального культурного наследия.

Сегодня традиционной музыкальной культуре трудно противостоять натиску глобализации: современные технологии и средства коммуникации доносят до самых отдаленных уголков самую разнообразную аудиовизуальную продукцию, которая, стирая грани, изменяет фоносферу (концепция фоносферы как звуковой среды обитания человека была предложена в 80-е годы прошлого столетия музыковедом М.Е. Таракановым (1928 -1996) [4]) - звуковую среду обитания человека и социума. Происходит унификация и смешение различных культур. Узнаваемые клише традиционной музыки проникают в популярные музыкальные жанры, причудливо миксуются с элементами инаковой культурой, широко тиражируются и возвращаются к носителю традиционному интонаций в искаженном звучании, что таит в себе опасность изменения слуха этнофоров. Доступность и распространение клавишных, в том числе электронных, инструментов с равномерно темперированным звукорядом, использование звукоусилительной аппаратуры усугубляет ситуацию, и особенности национального музицирования, характерные черты самобытных культур могут оказаться утраченными невосполнимо. Музыкальное творчество устной традиции и его основа - этнослух оказываются весьма уязвимой составляющей культурного пространства, и, чтобы сохранить эту уникальность для потомков, требуются особые усилия.

Во всем мире работают специальные экспедиции, целью которых является сбор образцов традиционного музыкального творчества, их оцифровка, систематизация. Программа мероприятий по реализации «Концепции сохранения и развития

нематериального культурного наследия народов Российской Федерации на 2009-2015 годы» [5] предусматривает разработку, формирование и ведение электронного Каталога, который создается с учетом разработанной анкеты - паспорта объекта нематериального наследия. Паспорт включает в себя такую информацию об объекте, как аннотация, описание, исследование, документирование, реферат, примечание, цифровое отображение (графика, фото, звук, видео).

Одновременно с этим сохранение нематериального культурного наследия рассматривается в как фактор, способствующий консолидации общества и решению социальных и экономических проблем. Вот как об этом говорится в Концепции: «Приобщение к нематериальному культурному наследию является действенным инструментом профилактики и преодоления негативных социальных явлений в детской и молодежной среде, формирования патриотических, гражданских качеств личности, воспитания духовности и нравственности, стабилизации и гармонизации семейных и общественных отношений. С его помощью решаются такие серьезные проблемы, как восстановление и развитие социального и экономического потенциала сельских территорий, организация занятости населения, адаптация людей с ограниченными возможностями и т. п.» [5].

Паспортизация образцов традиционного музыкального творчества подразумевает их аутентичность и максимально возможную сохранность для грядущих поколений. Однако если нематериальное культурное наследие используется как фактор консолидации нации или этноса, то в подобной сохранности и достоверности нет нужды - даже узнаваемые очертания этих образцов пробуждают историческую память, служат символом, отсылкой к общим для данной нации или этноса истокам.

Задача консолидации общества провоцирует адаптацию музыкального образца к восприятию этим обществом на нынешнем этапе его существования. При внешнем соответствии традициям, такое исполнение может оказаться осовремененным и интонационно значительно отличаться от аутентичного традиционного. Такое исполнение воспроизводит узнаваемые макроинтонации [6], но оно не отражает микроинтонации - интонационные нюансы, свойственные традиционному исполнительству и составляющие самую его суть и художественно-историческую ценность. Узнаваемые контуры мелодии не дают гарантии того, что перед нами сохраненный аутентичный вариант, без современных наслоений.

Адаптированный исполнительский стиль (стилизованное исполнительство), распространяясь и становясь нормой, таит для этнослуха опасность не меньшую, чем иноземное влияние. То же можно сказать и об академическом исполнительском стиле. И.И. Земцовский очень живо и эмоционально описывает, какое воздействие оказала на его академический слух, какой «шоковой терапией его слухового существования» явилась первая встреча с крестьянским фольклором («не для обучения и не для обработки»), с его открытым звучанием, с коллективным, уличным звуком, с пением не для кого-либо, а для себя: «поведение звука в творимой ими <черневскими женщинами> хоровой фактуре отличалось от известных мне до того стандартов академического хора. Они явно существовали в каких-то иных, условно говоря, "исполнительских комплексах", мыслили какими-то иными, скажем так, музыкально-речевыми категориями, которые мне ещё предстояло осознавать, анализировать и, может быть, когда-нибудь даже объяснить» [7].

Традиционное музыкальное творчество - не музейный экспонат, и для сохранения его как культурного наследия одинаково

важное значение имеет как сохранение его лучших образцов в каталогах, так и сохранность этнослуха. Консервация музыкального образца, не подкрепленная практикой аутентичного исполнительства, превращает этот образец в память о былом. В решающий для этноса исторический момент такой образец (не обязательно в аутентичном исполнении) может возродить национальный дух, воспитать, сплотить общество - и объект традиционного музыкального творчества, сохраненный как нематериальное культурное наследие, превращается в знак, переходит из разряда явления музыкального, имеющего ценность культурную, в разряд идеологический - в символ. Об идеологической функции музыки в обществе говорит Т. Адорно: «Музыка превратилась в политическую идеологию с середины XIX в. благодаря тому, что она выдвинула на первый план национальные признаки, выступала как представительница той или иной нации и повсюду утверждала национальный принцип» [8, с. 135]. Возникает своего рода дилемма: сохранить традиционную музыку как явление культуры или воспользоваться особым статусом музыки, ее идеологическими функциями в обществе.

В то же время объекты нематериального культурного наследия, в отличие от памятников архитектуры, письменности, живописи, являются живым организмом, и этого нельзя не учитывать. Как всякий живой организм, традиционная музыкальная культура развивается, эволюционирует, и важно понять, какие изменения, являясь чуждыми, по сути своей не развивают, а разрушают памятник нематериальной культуры, уводя его все дальше от своего истока.

Изменились ли коллективный художественный вкус народа и этносух?.. Изменились ли исполнительский стиль и художественные нормы чистой интонации?.. Это актуальная и сложная проблема, требующая специальных исследований, сравнения с материалами более ранних фольклорных экспедиций.

Может ли критерием такой оценки служить слух эксперта? Очевидно, что не всегда. В.Ф. Одоевский, который в 60-е годы XIX века вместе с академиком А.Я. Купфером, крупнейшим фи-зико-химиком, метрологом, основателем первого метрологического и поверочного учреждения - Депо образцовых мер и весов, и Главной физической обсерватории России, возглавлял работу Комитета по приведению в единообразие камертонов России, пишет: «Не подвергая еще двух данных камертонов действию снаряда <сверка камертонов производилась при помощи оптико-акустического прибора - снаряда Лиссажу - И. А., И. Г.> мы спрашивали друг друга: кажутся ли они нам верными? Мой слух, более развитый, нежели у почтенного академика, часто находил различие между звуками двух камертонов, когда Куп-фер не ощущал этого различия; но нередко и мой слух терял сознание такого различия» [2, с. 459]. Одоевский делает вывод, что «слух не представляет собой такого масштаба, посредством коего можно было бы проверить звуковые явления» [2, с. 459].

Глубоко и всесторонне восприятие звуковысотности было исследовано в середине прошлого века Н.А. Гарбузовым, которым на основе многочисленных экспериментов была разработана концепция зонной природы музыкального слуха (так называемая «зонная теория») [9]. Суть концепции заключается в том, что пределах зоны звуки, различающиеся своими «элементарными» качествами (или величинами физических характеристик высоты, длительности, громкости, тембра), обобщаются нашим слухом в едином «ступеневом» качестве (ступени, интервала, тональности, длительности, темпа и т. д.). Результаты многочисленных и разносторонних экспериментов по изучению слухового восприятия позволили ученому определить количественные границы зон в отношении традиций европейского музыкального образования и исполнительства.

Зоны можно трактовать как некую систему допусков и объяснить их существование порогами слухового восприятия. Однако Н.А. Гарбузовым были сделаны выводы о способности музыкантов различать и использовать внутризонные оттенки и начаты эксперименты по исследованию художественного смысла зоны. Исследования, связанные с внутризонным интонированием, с изучением зависимости внутризонных оттенков от музыкального контекста, продолжены в работах О.Е. Сахалтуевой, Е.В. Назай-кинского, Ю.Н. Рагса и др. [10; 11; 12]. Ю.Н. Рагс в своей диссертации «О художественной норме чистой интонации при исполнении мелодии» предлагает понимать зону «как музыкально-эстетическое явление: в пределах зоны каждый из оттенков может иметь большое выразительное значение» [13, с. 396].

Для этномузыковедения, психоакустики, сольфеджио, для других музыкальных дисциплин вопрос трактовать ли

зону как музыкально-эстетическое явление или объяснять существование зоны неточностью слуха (пороговыми значениями восприятия) имеет принципиальное значение, поскольку в этом проявляются сущности и явления противоположные. Для выявления и изучения этого различия в работе [6] было предложено структурировать звуковысотную зону и ввести понятия зоны слухового «несовершенства», когда слух обобщает звуковысотные различия, не улавливая, не замечая их; и зоны художественно обусловленного интонирования, которая формируется как результат звуковысотного интонирования (интуитивного или осмысленного), продиктованного музыкальным контекстом (см. также работы [14; 15]).

Художественные нормы «чистой» интонации, свойственные традиционному исполнительству, формируют зону художественно обусловленного интонирования, которая соответствует особенностям национального музицирования. Таким образом, проблема сохранения традиционного музыкального творчества как нематериального культурного наследия (и забота о сохранности этнослуха как непременное условие для решения этой проблемы) приводит нас к пониманию важности изучения звуковысот-ных зон, соответствующих традиционному исполнительству, их границ и структуры.

На всех этапах решения этой многоплановой задачи -аудиозапись музыкальных образцов, их обработка, сохранение, систематизация, каталогизация, изучение, сравнение и выявление инвариантной и вариативной составляющих - особую роль призваны сыграть музыкально-компьютерные технологии (МКТ) [16; 17].

Сегодня необходимо создать «музыкальный банк» - единый каталог, готовый принять на хранение для дальнейшего использования образцы музыкальной культуры народов мира. В настоящее время создаваемые музыковедами коллекции и архивы разобщены, разбросаны по различным странам, а существующие системы хранения и обработки музыкальной информации не являются интеллектуальными. Они не способны учитывать нечеткость, неопределенность, частичную надежность музыкальной информации, а также отвечать на запросы пользователей, сформированные в лингвистической форме с помощью нечетких оценок.

Фундаментальная научная проблема, на решение которой направлены научные исследования, заключается в разработке на основе аппарата нечетких множеств метода построения моделей в такой трудноформализуемой предметной области, как традиционное музыкальное творчество. В музыкальном творчестве - сложной системе, где присутствие человека играет определяющую роль и где требуется формализация эмоциональной, чувственной составляющей, стандарты точности и строгости неприменимы. В сложных системах, где антропологическая составляющая имеет большое значение, действует так называемый принцип несовместимости Л. Заде: высокая точность описания системы несовместима с ее большой сложностью. Для получения существенных выводов о поведении сложной системы необходимо привлекать к ее анализу подходы, которые являются приближенными по своей природе. Лингвистическая интерпретация позволяет оперировать любыми объектами качественной природы.

Нечеткость музыкальной информации проявляется на всех уровнях, начиная с акустического, когда общепринятая нотация графически отражает лишь дискретные значения параметров звука, которые по своей природе являются носителями континуальной информации, и заканчивая семантическим (на уровне как цельного музыкального образца, так и его фрагментов).

Основная цель проводимого исследования - создание доступного, удобного для музыкального образования, научных изысканий, музыкального творчества единого и постоянно пополняемого интеллектуально организованного каталога образцов традиционной музыки не только различных регионов России, но и различных стран и народов.

Эта проблема требует координации деятельности российских и зарубежных музыковедов фольклористов и этномузы-коведов, специалистов в области искусственного интеллекта и программистов, педагогов и психологов, музыкальных акустиков и инженеров в области информационных технологий и кибернетической этномузыкологии.

Необходимо отметить следующую важную закономерность: в традиционных музыкальных текстах акустическая нечеткость и неточность, составляющие основу художественной выразитель-

ности, сочетаются с «унификацией кодов», максимально облегчающих взаимопонимание членов коммуникации.

Таким образом, в ходе построения каталога возникает необходимость работы как с детерминированной музыкальной информацией, так и с элементами музыкальной информации, которым нечеткость присуща имманентно.

Стоит задача поиска новых методов, позволяющих систематизировать бесконечное множество индивидуальных структур, ускользающих от традиционного музыкального анализа, и обобщить их, сохраняя индивидуальность. Категория нечеткости и связанные с ней модели и методы позволяют подвергать количественному анализу те явления, которые раньше либо могли быть учтены только на качественном уровне, либо требовали использования весьма грубых моделей.

Необходимо заново осмыслить процессы, происходящие в области этномузыкологии, и разработать собственную методологическую базу. Создание каталога подразумевает одновременную работу в различных направлениях: проведение научных изысканий в области музыкологии, сбор музыкальных текстов, а также собственно разработка интеллектуальной системы, причем процессы эти взаимосвязаны и взаимообусловлены, что составляет уникальность проекта.

В ходе исследования предполагается математическая формализация нечеткой информации, которую представляют собой звуковысотная составляющая музыкального текста, а также его ритмическая и метрическая составляющие. В процессе формирования самого каталога и программы привлекаются теории групп, нечетких множеств, графов, что представляет собой единое математическое построение, охватывающее математические способы выражения связей и соотношений между качественно различными составными частями анализируемых объектов [18; 19; 20; 21]. В упрощенной форме это может трактоваться как декартово произведение множеств, соответствия между отдельными графами - как функциональные зависимости между его сомножителями (доменами) и их ассоциациями, «расчлененное единство» этих граф - как композиция функций.

Составление интеллектуальной системы по каталогизации и анализу музыки народов мира подразумевает также и регламентированную последовательность операций по формализованному анализу и описанию музыкально-фольклорных текстов, а также фиксацию результатов этих операций, заключая в себе, таким образом, определенный «алгоритм формализованного анализа». В содержание этого комплекса, помимо традиционных для музыкальной теории характеристик анализируемого музыкального текста (элементы логической структуры, жанровые особенности), входят общеисторические и социологические данные, являющиеся обычно предметом рассмотрения в музыкально-исторических исследованиях (принадлежность к национальной культуре, этнографическая территория, национальные и социальные характеристики носителя анализируемой песни и т. п.).

Синестетические закономерности музыки, существенные для осмысления ее семантики, оказываются при этом выраженными не столь заметно; тем не менее они тоже присутствуют (преимущественно в виде данных о контурах мелодических линий). Для оценки собственно логических аспектов содержания каталога существенно, что эти аспекты предусматривают вероятностно-статистические обобщения тех или иных составляющих музыкально-логической структуры (статистика интервалов мелодического движения, частота появления отдельных звуков звукоряда, вероятность перехода одних его элементов в другие [22; 23; 24; 25; 26]).

Сложность (соответственно «многодоменность») структуры каталога неизбежно (и необходимо) имеет своим следствием выполнение ею роли дополнительного средства фиксирования данных (своего рода «дополнительного запоминающего устройства»), предполагающего на этапе «собственно человеческого» обращения к этим данным (т. е. ранее или помимо их ввода в компьютер) достаточно длительный способ прочтения. Способ этот, однако, заключает в себе и определенные преимущества, располагая, в частности, к развертыванию фиксируемых в карте обозначений (преимущественно понятий разного уровня) в конкретно-образные представления. Последнее особенно очевидно

Библиографический список

в отношении синестетических, а также более общих психологических и социально-исторических характеристик музыки, представляемых в соответствующих графах каталога, и содержит в себе широкие возможности содействия дальнейшему движению творческой мысли ее пользователя (также отнюдь не исключающему «участия» современных МКТ в этом процессе [27]).

Для изучения закономерностей в исследуемой звуковой последовательности (тексте) необходимы инструмент представления записи звуковых событий в виде набора статистических параметров и модель, которая позволяла бы осуществлять синтез текста (звукового фрагмента), удовлетворяющего заданным статистическим параметрам [28; 29; 30; 31]. Такой инструмент исследования даёт возможность получить конкретные результаты в следующих теоретических и практических областях: построение моделей звуковых последовательностей, удовлетворяющих заданным условиям; изучение особенностей восприятия звуковых сигналов как информационного потока; установление принадлежности различных звуковых фрагментов к определенным типам; установление авторства звуковых записей; восстановление утраченных фрагментов звуковых записей; попытки имитации звуковых сигналов заданного характера. Музыкальные фрагменты в формате MIDI рассматриваются как абстрактный текст. Основное внимание уделяется анализу и структуризации статистической информации, полученной при анализе текста стандартными методами. Исследования именно на этом этапе позволяют выделить большее количество закономерностей по сравнению со стандартным подходом, сделать возможными моделирование и интерактивные эксперименты и в перспективе обеспечить возможность проведения семантического анализа [32; 33; 34].

Научная проблема, на решение которой направлен проект, заключается также в разработке метода построения моделей трудноформализуемых предметных областей и применения разработанного подхода для создания модели музыкального творчества, основанной на анализе музыкальных текстов, циклическом структурировании статистических данных и структурном анализе статистической информации и позволяющей производить имитацию создания текстов, удовлетворяющих полученным ранее или заданным вручную параметрам.

Существенным аспектом исследования является применение современных МКТ и теории нечетких множеств к задаче распознавания и идентификации музыкального текста. Разрабатываемая проблема позволяет также существенно продвинуться в технологии изучения и практического решения проблемы плагиата и антиплагиата в музыке [35].

Разрабатываемая технология распознавания и идентификации музыкального текста с использованием МКТ, по имеющимся у авторов сведениям, не имеет аналогов. Значение проекта не ограничивается лишь областью фольклористики, он по существу содержит в себе достаточно эффективную и при этом компактно выраженную методику комплексного аналитического рассмотрения музыкальных произведений. Существующие методы анализа музыки заключают в себе отдельные элементы предлагаемого подхода без их системообразующего обобщения: системы анализа музыкальных текстов обычно ограничиваются сбором статистики; ^стемы анализа звуковых сигналов, как правило, ограничиваются спектральным анализом самого сигнала без попыток рассмотрения его в качестве абстрактного текста; существующие системы моделирования музыки ограничиваются только синтезом на основе различного рода «шаблонов» музыкальных текстов без попыток применения статистического математического аппарата. Естественно, что рассматриваемый каталог представляет собой обусловленный конкретными обстоятельствами исторический опыт, который при обращении к аналогичной проблематике не требует буквального следования ему во всех деталях. Он также ценен как ориентирующая модель, допускающая дальнейшее развитие (соответственно преобразование в «пространстве субъектов» как в частностях, так и в целом). Представляется несомненным, что учет этого опыта способствует выработке широкого и многостороннего научно-теоретического взгляда на музыку, что существенно и для процессов музыкального воспитания и образования [36; 37].

1. Convention for the Safeguarding of the Intangible Cultural Heritage (Authentic text). Available at: http://www.wipo.int/wipolex/ru/other_treaties/ text.jsp?file_id=217653

2. Одоевский В.Ф. Музыкально-литературное наследие. Москва: Государственное музыкальное издательство, 1956.

3. Земцовский И.И. Этнический слух как ключ к музыкальному существованию. Культура народного пения: Традиции и искусство. Москва: Институт музыки им. Альфреда Шнитке, 2001: 4 - 14.

4. Тараканов М.Е. Звуковая среда современности. Из личных архивов профессоров Московской консерватории. Научные труды Московской государственной консерватории. Сборник 42. Москва, 2002: 158 - 169.

5. Об утверждении Концепции сохранения и развития нематериального культурного наследия народов Российской Федерации на 2009-2015 годы. Available at: http://www.mkrf.ru/documents/ob_utverzhdenii_kontseptsii_sokhra354038/

6. Алиева И. Г. Современная интонационная система азербайджанских ладов (когнитивный подход). Proceedings of the IV International musicological symposium "Space of Mugam" International Scientific Symposium, March 12-14, 2015, Baku, Azerbaijan. Available at: http:// www.mugam.az/files/pdf/3.pdf

7. Земцовский И.И. Апология «музыкального вещества. Музыкальная Академия. 2005; 2: 181 - 192.

8. Адорно Т.В. Избранное: социология музыки. Москва: Центр гуманитарных инициатив: Унив. кн., 2014.

9. Гарбузов Н.А. - музыкант, исследователь, педагог. Сборник статей. Сост. О. Сахалтуева, О. Соколова. Ред. Ю. Рагс. Москва: Музыка, 1980.

10. Назайкинский Е.В. О музыкальном темпе. Москва: Музыка, 1965.

11. Сахалтуева О.Е. О некоторых закономерностях интонирования в связи с формой, динамикой и ладом. Труды кафедры теории музыки. Московская государственная консерватория им. П.И. Чайковского. Вып. 1. Москва: Музгиз, 1960: 356 - 378.

12. Gorbunova I.B., Zalivadny M.S., Tovpich I.O. On Leonhard Euler's Theory of Music. Parlando. 2016; 6.

13. Рагс Ю.Н. О художественной норме чистой интонации при исполнении мелодии. Диссертация ... кандидата искусствоведения. Москва, 1970. Рукопись.

14. Алиева И.Г., Горбунова И.Б. Проблемы формирования когнитивного слуха профессионального музыканта. Мир науки, культуры, образования. 2017; Т. 64; № 3: 169 - 171.

15. Алиева И.Г., Горбунова И.Б. О нечётких методах анализа звуковысотности в музыке. Мир науки, культуры, образования. 2017; Т. 64; № 3: 171 - 174.

16. Горбунова И.Б. Феномен музыкально-компьютерных технологий как новая образовательная творческая среда. Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. 2004; Т. 4; № 9: 123 - 138.

17. Горбунова И.Б. Музыкально-компьютерные технологии: лаборатория. Медиамузыка. 2012; 1. Available at: http://mediamusic-journal. com/Issues/1_5.html

18. Горбунова И.Б., Заливадный М.С. Информационные технологии в музыке: учебное пособие для студентов высших учебных заведений, обучающихся по направлению 050100 - Педагогическое образование: Том 4: Музыка, математика, информатика. Российский государственный университет имени А.И. Герцена. Санкт-Петербург, 2013.

19. Горбунова И.Б. Компьютерные науки и музыкально-компьютерные технологии в образовании. Теория и практика общественного развития. 2015; № 12; 428 - 432.

20. Горбунова И.Б., Хайнер Е., Заливадный М.С. О значении математических методов в исследовании музыки и профессиональной подготовке музыкантов. Университетский научный журнал. 2015; 11: 103 - 111.

21. Горбунова И.Б., Чибирев С.В. Моделирование процесса музыкального творчества. Региональная информатика и информационная безопасность: сборник трудов. Санкт-Петербургское общество информатики, вычислительной техники, систем связи и управления. 2016: 326 - 329.

22. Горбунова И.Б. Музыкально-компьютерные технологии в формировании комплексной модели семантического пространства музыки. Математический вестник педвузов и университетов Волго-Вятского региона. 2016; 18: 331 - 343.

23. Горбунова И.Б., Заливадный М.С., Чибирев С.В. Музыка, математика, информатика: логические, эстетические и технологические аспекты взаимодействия: монография. Санкт-Петербург: Издательство РГПУ им. А.И. Герцена, 2017.

24. Горбунова И.Б., Белов Г.Г. Кибернетика и музыка: постановка проблемы. Общество: философия, история, культура. 2016; № 12: 138 - 143.

25. Горбунова И.Б. Музыкальный компьютер: моделирование процесса музыкального творчества. Мир науки, культуры, образования. 2017; № 4 (65):145 - 148.

26. Горбунова И.Б., Белов Г.Г. Музыка и кибернетика. Музыка и время. 2016; 11: 25 - 32.

27. Горбунова И.Б. Музыкально-компьютерные технологии и DIGITAL HUMANITIES. Современное музыкальное образование - 2015: материалы XIV Международной научно-практической конференции. 2015: 29 - 34.

28. Горбунова И.Б. Музыкально-компьютерные технологии и аудиовизуальный синтез: актуальное значение и перспективы развития. Теория и практика общественного развития. 2014; 19: 162 - 168.

29. Горбунова И.Б. Аудиовизуальный синтез: история, современное состояние, перспективное значение для музыкальной теории и практики. Мир науки, культуры, образования. 2014; 6 (49): 456 - 461.

30. Горбунова И.Б. Музыкальный звук: методические аспекты толкования. Общество: социология, психология, педагогика. 2016; 4: 95 - 100.

31. Горбунова И.Б. Музыкальные инструменты как синтезаторы музыкального звука. Общество: философия, история, культура. 2016; 2: 89 - 93.

32. Горбунова И.Б., Кудин П.А. Обучение законам гармонии студентов художественных специальностей с применением компьютерных технологий. Музыка и время. 2016. 3: 19 - 29.

33. Горбунова И.Б. «Автоматические композиции» как предшественники применения кибернетики в музыке. Общество: философия, история, культура. 2016; 9: 97 - 101.

34. Горбунова И.Б., Заливадный М.С. Музыка, математика, информатика: грани взаимодействия: монография. Санкт-Петербург: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2017.

35. Горбунова И.Б., Романенко Л.Ю. Феномен музыкально-компьютерных технологий в современной культурологической и социогума-нитарной теории и практике. Казанский педагогический журнал. 2015; № 5-2 (112): 388 - 395.

36. Алиева И.Г., Горбунова И.Б. О проекте создания интеллектуальной системы по каталогизации и анализу музыки народов мира. Общество: философия, история, культура. 2016; 9: 105 - 108.

37. Горбунова И.Б., Ходанович А.И. Функционально-логические аспекты изучения музыкального творчества и аудиовизуальный синтез в системе современного образования. Мир науки, культуры, образования. 2016; 5 (60): 121 - 124.

References

1. Convention for the Safeguarding of the Intangible Cultural Heritage (Authentic text). Available at: http://www.wipo.int/wipolex/ru/other_treaties/ text.jsp?file_id=217653

2. Odoevskij V.F. Muzykal'no-literaturnoe nasledie. Moskva: Gosudarstvennoe muzykal'noe izdatel'stvo, 1956.

3. Zemcovskij I.I. 'Etnicheskij sluh kak klyuch k muzykal'nomu suschestvovaniyu. Kul'tura narodnogo peniya: Tradicii i iskusstvo. Moskva: Institut muzyki im. Al'freda Shnitke, 2001: 4 - 14.

4. Tarakanov M.E. Zvukovaya sreda sovremennosti. Iz lichnyh arhivov professorov Moskovskoj konservatorii. Nauchnye trudy Moskovskoj gosudarstvennojkonservatorii. Sbornik 42. Moskva, 2002: 158 - 169.

5. Ob utverzhdenii Koncepcii sohraneniya i razvitiya nematerial'nogo kul'turnogo naslediya narodov Rossijskoj Federacii na 2009-2015 gody. Available at: http://www.mkrf.ru/documents/ob_utverzhdenii_kontseptsii_sokhra354038/

6. Alieva I. G. Sovremennaya intonacionnaya sistema azerbajdzhanskih ladov (kognitivnyj podhod). Proceedings of the IV International musicological symposium "Space of Mugam" International Scientific Symposium, March 12-14, 2015, Baku, Azerbaijan. Available at: http:// www.mugam.az/files/pdf/3.pdf

7. Zemcovskij I.I. Apologiya «muzykal'nogo veschestva. Muzykal'naya Akademiya. 2005; 2: 181 - 192.

8. Adorno T.V. Izbrannoe: sociologiya muzyki. Moskva: Centr gumanitarnyh iniciativ: Univ. kn., 2014.

9. GarbuzovN.A. - muzykant, issledovatel', pedagog. Sbornik statej. Sost. O. Sahaltueva, O. Sokolova. Red. Yu. Rags. Moskva: Muzyka, 1980.

10. Nazajkinskij E.V. O muzykal'nom tempe. Moskva: Muzyka, 1965.

11. Sahaltueva O.E. O nekotoryh zakonomernostyah intonirovaniya v svyazi s formoj, dinamikoj i ladom. Trudykafedryteoriimuzyki. Moskovskaya gosudarstvennaya konservatoriya im. P.I. Chajkovskogo. Vyp. 1. Moskva: Muzgiz, 1960: 356 - 378.

12. Gorbunova I.B., Zalivadny M.S., Tovpich I.O. On Leonhard Euler's Theory of Music. Parlando. 2016; 6.

13. Rags Yu.N. O hudozhestvennoj norme chistoj intonacii pri ispolnenii melodii. Dissertaciya ... kandidata iskusstvovedeniya. Moskva, 1970. Rukopis'.

14. Alieva I.G., Gorbunova I.B. Problemy formirovaniya kognitivnogo sluha professional'nogo muzykanta. Mirnauki, kul'tury, obrazovaniya. 2017; T. 64; № 3: 169 - 171.

15. Alieva I.G., Gorbunova I.B. O nechetkih metodah analiza zvukovysotnosti v muzyke. Mir nauki, kul'tury, obrazovaniya. 2017; T. 64; № 3: 171 - 174.

16. Gorbunova I.B. Fenomen muzykal'no-komp'yuternyh tehnologij kak novaya obrazovatel'naya tvorcheskaya sreda. Izvestiya Rossijskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta im. A.I. Gercena. 2004; T. 4; № 9: 123 - 138.

17. Gorbunova I.B. Muzykal'no-komp'yuternye tehnologii: laboratoriya. Mediamuzyka. 2012; 1. Available at: http://mediamusic-journal.com/ Issues/1_5.html

18. Gorbunova I.B., Zalivadnyj M.S. Informacionnye tehnologii v muzyke: uchebnoe posobie dlya studentov vysshih uchebnyh zavedenij, obuchayuschihsya po napravleniyu 050100 - Pedagogicheskoe obrazovanie: Tom 4: Muzyka, matematika, informatika. Rossijskij gosudarstvennyj universitet imeni A.I. Gercena. Sankt-Peterburg, 2013.

19. Gorbunova I.B. Komp'yuternye nauki i muzykal'no-komp'yuternye tehnologii v obrazovanii. Teoriya i praktika obschestvennogo razvitiya. 2015; № 12; 428 - 432.

20. Gorbunova I.B., Hajner E., Zalivadnyj M.S. O znachenii matematicheskih metodov v issledovanii muzyki i professional'noj podgotovke muzykantov. Universitetskijnauchnyj zhurnal. 2015; 11: 103 - 111.

21. Gorbunova I.B., Chibirev S.V. Modelirovanie processa muzykal'nogo tvorchestva. Regional'naya informatika iinformacionnaya bezopasnost': sbornik trudov. Sankt-Peterburgskoe obschestvo informatiki, vychislitel'noj tehniki, sistem svyazi i upravleniya. 2016: 326 - 329.

22. Gorbunova I.B. Muzykal'no-komp'yuternye tehnologii v formirovanii kompleksnoj modeli semanticheskogo prostranstva muzyki. Matematicheskij vestnik pedvuzovi universitetov Volgo-Vyatskogo regiona. 2016; 18: 331 - 343.

23. Gorbunova I.B., Zalivadnyj M.S., Chibirev S.V. Muzyka, matematika, informatika: logicheskie, 'esteticheskie i tehnologicheskie aspekty vzaimodejstviya: monografiya. Sankt-Peterburg: Izdatel'stvo RGPU im. A.I. Gercena, 2017.

24. Gorbunova I.B., Belov G.G. Kibernetika i muzyka: postanovka problemy. Obschestvo: filosofiya, istoriya, kul'tura. 2016; № 12: 138 - 143.

25. Gorbunova I.B. Muzykal'nyj komp'yuter: modelirovanie processa muzykal'nogo tvorchestva. Mir nauki, kul'tury, obrazovaniya. 2017; № 4 (65):145 - 148.

26. Gorbunova I.B., Belov G.G. Muzyka i kibernetika. Muzyka i vremya. 2016; 11: 25 - 32.

27. Gorbunova I.B. Muzykal'no-komp'yuternye tehnologii i DIGITAL HUMANITIES. Sovremennoe muzykal'noe obrazovanie - 2015: materialy XIV Mezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferencii. 2015: 29 - 34.

28. Gorbunova I.B. Muzykal'no-komp'yuternye tehnologii i audiovizual'nyj sintez: aktual'noe znachenie i perspektivy razvitiya. Teoriya ipraktika obschestvennogo razvitiya. 2014; 19: 162 - 168.

29. Gorbunova I.B. Audiovizual'nyj sintez: istoriya, sovremennoe sostoyanie, perspektivnoe znachenie dlya muzykal'noj teorii i praktiki. Mir nauki, kul'tury, obrazovaniya. 2014; 6 (49): 456 - 461.

30. Gorbunova I.B. Muzykal'nyj zvuk: metodicheskie aspekty tolkovaniya. Obschestvo: sociologiya, psihologiya, pedagogika. 2016; 4: 95 - 100.

31. Gorbunova I.B. Muzykal'nye instrumenty kak sintezatory muzykal'nogo zvuka. Obschestvo: filosofiya, istoriya, kul'tura. 2016; 2: 89 - 93.

32. Gorbunova I.B., Kudin P.A. Obuchenie zakonam garmonii studentov hudozhestvennyh special'nostej s primeneniem komp'yuternyh tehnologij. Muzyka i vremya. 2016. 3: 19 - 29.

33. Gorbunova I.B. «Avtomaticheskie kompozicii» kak predshestvenniki primeneniya kibernetiki v muzyke. Obschestvo: filosofiya, istoriya, kul'tura. 2016; 9: 97 - 101.

34. Gorbunova I.B., Zalivadnyj M.S. Muzyka, matematika, informatika: grani vzaimodejstviya: monografiya. Sankt-Peterburg: Izd-vo RGPU im. A.I. Gercena, 2017.

35. Gorbunova I.B., Romanenko L.Yu. Fenomen muzykal'no-komp'yuternyh tehnologij v sovremennoj kul'turologicheskoj i sociogumanitarnoj teorii i praktike. Kazanskijpedagogicheskij zhurnal. 2015; № 5-2 (112): 388 - 395.

36. Alieva I.G., Gorbunova I.B. O proekte sozdaniya intellektual'noj sistemy po katalogizacii i analizu muzyki narodov mira. Obschestvo: filosofiya, istoriya, kul'tura. 2016; 9: 105 - 108.

37. Gorbunova I.B., Hodanovich A.I. Funkcional'no-logicheskie aspekty izucheniya muzykal'nogo tvorchestva i audiovizual'nyj sintez v sisteme sovremennogo obrazovaniya. Mir nauki, kul'tury, obrazovaniya. 2016; 5 (60): 121 - 124.

Статья поступила в редакцию 12.12.17

УДК 378

Bazhukova E.N., senior methodologist, Educational Methodological Laboratory "Music Computer Technologies", Herzen State

Pedagogical University of Russia, Synthesizer Teacher, Children's Musical School №31(St. Petersburg, Russia),

E-mail: alena-nik67@yandex.tu

THE DIGITAL LEARNING ENVIRONMENT AS A MEANS OF OVERCOMING THE FORMALISM OF INFORMATION KNOWLEDGE TEACHERS-MUSICIANS. In the article new possibilities of musical creativity in the digital educational environment are considered. The work studies issues related to overcoming the formal representation of music teachers about the use of information technology in the music and educational process. The necessity of solving the problem of introducing the subject "Music Informatics" for music students in pedagogical universities is discussed. The technique of forming the subject knowledge of music teachers is revealed, which is necessary for their professional activity in the digital educational environment. The author discusses new forms of work in the online mode, the necessary knowledge and skills in using the possibilities of broadcasting musical and methodical material on the Internet.

Key words: digital environment, information technologies, musical creativity, formalism in knowledge.

Е.Н. Бажукова, ст. методист учебно-методической лаборатории «Музыкально-компьютерные технологии»

Российского государственного педагогического университета им. А.И. Гэрцена, преподаватель синтезатора

детской музыкальной школы № 31, г. Санкт-Петербург, E-mail: alena-nik67@yandex.ru

ЦИФРОВАЯ ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ СРЕДА КАК СРЕДСТВО ПРЕОДОЛЕНИЯ ФОРМАЛИЗМА ИНФОРМАЦИОННЫХ ЗНАНИЙ ПЕДАГОГОВ-МУЗЫКАНТОВ

В статье рассмотрены новые возможности музыкального творчества в цифровой образовательной среде; вопросы, связанные с преодолением формального представления у педагогов-музыкантов об использовании информационных технологий в музыкально-образовательном процессе; обсуждается необходимость решения проблемы введения предмета «Музыкальная информатика» для студентов-музыкантов в педагогических вузах. Обсуждается методика формирования предметных знаний педагогов-музыкантов, необходимых для их профессионально-деятельностного функционирования в цифровой образовательной среде. Автором обсуждаются новые формы работы в режиме online, необходимые знания и умения в использовании возможностей трансляции музыкального и методического материала в сети Интернет.

Ключевые слова: цифровая среда, информационные технологии, музыкальное творчество, формализм в знаниях.