25 лет Конституции российской Федерации: итоги конституционного диалога

КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО

УДК 342.4

В.Т. Кабышев

25 ЛЕТ КОНСТИТУЦИИ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ:

ИТОГИ КОНСТИТУЦИОННОГО ДИАЛОГА

Введение: статья посвящена анализу конституционного развития постсоветской России. Цель: подвести итоги заочного «конституционного диалога» ведущих российских конституционалистов, статьи которых публиковались на страницах журнала «Вестник Саратовской государственной юридической академии». Методы: системный, исторический, сравнительно-правовой, формально-юридический. Результаты: обозначены основные векторы дискуссии по вопросу о юридическом и социально-политическом значении Конституции России 1993 г., сформулированы и обобщены теоретические положения, внесшие элементы новизны в общую концепцию российского конституционализма; обозначены ключевые факторы, определяющие конституционное развитие России на ближайшую перспективу. Выводы: Конституция РФ 1993 г. есть высшая правовая ценность, она ориентирована на будущее, на прогрессивное развитие общества и государства в целом, носит программно-целевой характер. Лучше Конституции 1993 г. в обозримом времени ничего не предвидится. Будущее России во многом зависит от верности Конституции, умения жить по Конституции.

Ключевые слова: Конституция РФ, конституционализм, конституционный строй, конституционализация, конституционные отношения, развитие Конституции, фактическая и юридическая конституция, конституционные поправки и пересмотр Конституции, права человека.

V.T. Kabyshev

25TH ANNIVERSARY OF THE CONSTITUTION OF THE RUSSIAN FEDERATION: RESULTS OF THE CONSTITUTIONAL DIALOGUE

Background: the article is devoted to the analysis of the constitutional development of post-Soviet Russia on the threshold of 25th anniversary of the Russian Constitution. Objective: to sum up the results of the correspondence " constitutional dialogue " of the leading Russian constitutionalists, whose articles were published in the journal "Bulletin of the Saratov state law Academy". Methodology: systemic, historical, comparatively-legal, formal

© Кабышев Владимир Терентьевич, 2019

Доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры конституционного права (Саратовская государственная юридическая академия), заслуженный деятель науки РФ © Kabyshev Vladimir Terentyevich, 2019

Doctor of law, Professor of the Constitutional Law Department (Saratov State Law Academy), Honored worker 76 of science of the Russian Federation

legal methods. Results: the main vectors of the discussion on the legal and socio-political significance of the Constitution of Russia in 1993, theoretical provisions that have made elements of novelty in the overall concept of Russian constitutionalism were formulated and summarized, key factors that determine the constitutional development of Russia in the near future were identified. Conclusions: the Constitution of the Russian Federation of 1993 is the highest legal value, it is focused on the future, on the progressive development of society and the state as a whole, it has program and target character. Better Constitution than the Constitution of 1993 is not expected in the foreseeable future. The future of Russia largely depends on the loyalty to the Constitution, ability to live in accordance with the Constitution.

Key-words: Constitution of the Russian Federation, constitutionalism, constitutional order, constitutionalization, constitutional relations, constitutional development, de facto and de jure constitution, constitutional amendments and revision of the Constitution, human rights.

12 декабря 2018 г. наша страна отметила 25 лет со дня принятия Конституции Российской Федерации, по которой Российское государство живет все эти реформационные десятилетия.

В преддверии юбилея я инициировал заочный конституционный диалог [1, с. 12-21], в котором приняли участие более 30 видных российских конституционалистов, в т.ч. судей Конституционного Суда РФ. Материалы печатались в течение года в Вестнике Саратовской государственной юридической академии (№ 6 2017 г.; № 1-6 2018 г.).

Происходящие на протяжении четверти века изменения в нашей стране не- е однозначно оцениваются как представителями власти, так и различными слоя- | ми российского общества. За это время опубликовано тысячи книг, проведено а огромное количество конференций, научных форумов, высказано множество о интересных суждений, порой противоположных. о

Для обсуждения в заочном конституционном диалоге были предложены сле- з дующие вопросы [1, с. 17]: I

Необходимы ли новые поправки в Конституцию РФ 1993 г.? в

Ваша оценка современного конституционного режима в Российской Феде- о рации. р

Что необходимо предпринять для совершенствования конституционно- | правового механизма обеспечения прав и свобод человека и гражданина на со- к временном этапе конституционного развития России? I

к

Ваш прогноз будущего российского федерализма. е

Российский парламентаризм: становление, тенденции современного развития. | Пределы конституционализации сфер общественных отношений на совре- № менном этапе развития России. 2

Закрепленный конституционный механизм народовластия в России — это -реалии или миф? 9

Как соотнести положения преамбулы Конституции РФ «чтя память предков, передавших нам любовь и уважение к Отечеству, веру в добро и справедливость» с современной политикой в России, характеризующейся чудовищным разрывом между доходами богатых и подавляющей части россиян?

Гражданское общество и органы публичной власти нынешнего этапа России — движение к взаимопониманию или противостоянию? 77

Глобализм и сущность российской Конституции: диалектика развития и взаимодействия.

Сменяемость власти в современной России — конституционный принцип или имитация?

К Конституции РФ необходимо подходить диалектически. Отцы-разработчики Конституции России 1993 г. и не предполагали, что реализация конституционных принципов и норм выявит так много противоречий.

В литературе предпринимались попытки классифицировать этапы конституционного развития постсоветской России. В их основу были положены такие критерии, как тип конституционно-политического режима, защищенность прав и свобод человека и гражданина, разделение властей, федерализм, конституционный механизм публичной власти, конституционность. Однозначной оценки этих критериев как не было, так и нет.

Ранее, обращаясь к данной теме, мы уже выделяли в конституционном развитии постсоветской России следующие этапы:

первый — этап романтического конституционализма;

второй — режим управляемой демократии;

третий — возврат (реанимация) авторитаризма с поправкой на современные реалии российской действительности [2, с. 43-51].

Чтобы оценить конституционную 25-летнюю историю действия Конституции Российской Федерации 1993 г., не лишне, на наш взгляд, обратиться и к истории ее разработки. Мы по-прежнему не решили главных вопросов, обсуждавшихся в 1990-1993 гг. ХХ столетия.

Для сегодняшней России действующая Конституция при всех ее недостатках есть главный документ XXI в., знаменующий собой переход к новому конституционному строю страны. Без прошлого, как известно, нет будущего. Трагические события 1990-1993 гг. — время становления современного конституционного строя России — очень ярко и убедительно описывает в своей новой книге один из активных участников создания Конституции РФ 1993 г. О.Г. Румянцев [3, с. 400].

Авторы опубликованных статей в ходе диалога обратили внимание на следующие проблемы: теоретико-методологические проблемы конституционного развития России; проблемы разделения властей; проблемы федерализма; формы изменения Конституции РФ 1993 г.; вопросы социальной справедливости; проблемы конституционного обеспечения свободы человека в России.

Теоретико-методологические проблемы конституционного развития России наиболее емко были изложены в статьях профессоров Ю.И. Скуратова [4, с. 34-40], В.Д. Мазаева [5, с. 47-53], Н.А. Бобровой [6, с. 26-31], Т.И. Пряхиной [7, с. 16-20], судьи Конституционного Суда России в отставке Б.С. Эбзеева [8, с. 20-27], судьи Конституционного Суда России А.Н. Кокотова [9, с. 34-40]. Суть доводов указанных авторов заключается в том, что независимо от того, в каком режиме пойдет дальнейшее развитие конституционного процесса в России, с позиций сегодняшнего дня важно понимать, какова должна быть философско-мировоззренческая основа: либо модернизированная с помощью поправок Конституция РФ 1993 г., либо принятый новый Основной Закон. Как отмечает судья Конституционного Суда РФ А.Н. Кокотов, именно в последнее время в России получила распространение болезнь «самоотречения», отказа от своей идентичности, собственных идей и принципов, веры в вековые идеалы,

чрезмерного заимствования западного опыта, что в конечном счете чревато катастрофическими последствиями для страны [9, с. 13].

На это же обратил внимание и В.Д. Мазаев, который делает следующий чрезвычайно важный вывод: «Следует признать наличие в Конституции РФ существенных противоречий реализации заложенной в 1993 г. модели развития. Основная причина этих проблем — методологическая ошибка разработки Конституции РФ на основе старой либерально-демократической матрицы. Взятый курс на полное отрицание преемственности и опыта народа в рамках социалистической парадигмы развития, восприятие западной модели старого образца оказался возвратом к прошлому со всеми катастрофическими издержками — через первоначальное неправовое накопление капитала, взращивание «первобытных» рыночных политико-правовых и нравственных ценностей. Эта модель «отскока» в прошлое дала «фору» тем, кто далеко ушел по пути осовременивания рыночных институтов, кто учел идеи конвергенции и интегративности социально-политических матриц (ФРГ, Франция, Испания, Швеция, Норвегия и др.)» [5, с. 51]. В этой связи, отмечает В.Д. Мазаев, показателен доклад Римского клуба (2017 г.), в котором дается жесткая критика капитализма, старых либеральных ценностей, предлагаются контуры нового мировоззрения, основанного на синергетике разных социальных систем, отрицании рыночного индивидуализма, признании роли государства в современной экономике, баланса и учета общего блага1. Не поменяв конституционной матрицы, как справедливо считает

B.Д. Мазаев, мы будем постоянно находиться в роли догоняющего [5, с. 51].

Проблемы разделения властей. «Вечную» проблему в науке конституционного права наиболее ярко представил в конституционном диалоге профессор |

C.А. Авакьян [10, с. 15-26]. Понятия «разделение властей», «государственная и власть», «муниципальная власть» автор рассматривает в диалектической взаи- а мосвязи на различных уровнях — федеральном, субъектов Федерации и местном о самоуправлении. Он считает, что в обеспечении народовластия государственная О власть и местное самоуправление есть неразрывное целое. Поэтому, исходя из О

п

положений ст. 3 Конституции РФ, необходимо говорить не о множестве властей, а а об одной — власти народа [11, с. 5], т.е. о разделении «власти» [10, с. 16]. На | современном этапе особую актуальность приобрела проблема разделения дел О власти центра и власти территорий [10, с. 17]. Как теоретически, так и практи- ю

TD

чески, отмечает С.А. Авакьян, возникла определенная неясность в сопоставле- |

нии ст. 10 и 11 Конституции РФ. В Конституции 1993 г. в отличие от новеллы К

прежней Конституции не говорится о «связке» разграничения предметов веде- а

ния и полномочий с включением в нее и органов местного самоуправления [10, |

с. 18]. Автор делает общий вывод, согласно которому нормы Конституции РФ |

не должны исключать необходимости разделения властей на уровне местного №

самоуправления, исходя из возможности конфликта интересов участников со- 1

ответствующих процессов [10, с. 25-26]. )

В контексте проблем разделения властей представляет интерес статья про- 9 фессора Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА), заслуженного юриста РФ С.В. Кабышева [12, с. 40-47], в которой анализируется канадский опыт конституционного диалога между

1 См.: Малахов А. «Come On»! — юбилейный доклад Римского клуба. URL: http://malakhov. link/come-on-report; http://www.springer.eom/de/book/9781493974l84#aboutAuthors (дата обращения: 04.05.2018).

ветвями власти, основанного на конституционной сдержанности. Это позволяет властям-сторонам диалога, стремящимся к гармонии устоявшихся ожиданий прошлого и меняющихся потребностей общества, доверять друг другу и уважительно относиться к «чужой» компетенции.

Анализируя российский опыт, автор обращает внимание на попытки Конституционного Суда России наладить подобный диалог. В законодательном процессе Конституционный Суд выступает равноправным партнером парламента, правительства и Президента Российской Федерации.

К сожалению, констатирует С.В. Кабышев, основная проблема связана с несоблюдением Государственной Думой сроков принятия соответствующего регулирования. Особую тревогу вызывает затягивание принятия законопроектов во исполнение тех решений Конституционного Суда, непосредственная правоприменительная реализация (в отсутствие надлежащих законодательных изменений) которых затруднена либо невозможна [12, с. 43-44].

В результате автор приходит к справедливому заключению: очевидно, что не все ветви государственной власти находятся в постоянном конституционном диалоге. Конституция живет только тогда, когда ее установления реализуются в законодательной, судебной и иной правоприменительной, надзорно-контрольной деятельности, в поведении всех субъектов общественных отношений [12, с. 44]. По его мнению, рассуждения о нелегитимности действующей Конституции неконструктивны. Важно сосредоточиться на поиске механизмов совершенствования конституционно-правового обеспечения прав и свобод человека и гражданина. Для обеспечения их постоянной правовой защиты Конституцией необходимы

а такие средства и формы реализации конституционных норм, которые бы исклюем

? чали возможность их неисполнения. Поэтому стоит задача — создать механизм а реализации конституционных ценностей, способный работать «автоматически», ^ что является шансом на конституционное спасение [12, с. 42, 45]. i Проблемы федерализма. Актуальность проблем федеративного устройства

| Российского государства концептуально освещается в статье профессора СГЮА I Т.В. Заметиной [13, с. 22-32].

§ Автор выделяет ряд тенденций в сфере федеративных отношений в постсо-

| ветский период: конституционализация; «вытеснение» политической, конъюн-| ктурной составляющей в отношениях Федерации и регионов при широком ис-'I пользовании финансовых рычагов влияния Федерации на собственных субъектов | [13, с. 24-25]; сохранение горизонтальной асимметрии субъектов Федерации и | влияния национального фактора на федеративные отношения [13, с. 28]. & Формулируется следующий вывод: несмотря на ряд негативных тенденций

° эффективная модель российского федерализма — это организация федератив-g ных отношений в государстве в соответствии с положениями действующей Кон-§ ституции, соблюдение прав человека и народов, укрепление финансовых основ 1 российского федерализма [13, с. 31].

J Формы изменения Конституции РФ 1993 г. Формами изменения Консти-

туции РФ 1993 г., по мнению заведующего кафедрой УрГЮУ, профессора, заслуженного юриста РФ М.С. Саликова, являются модификация, превращение, трансформация, замещение, модернизация, реформирование, преобразование, развитие Конституции [14, с. 23-35].

Вопросы социальной справедливости на современном этапе приобрела осо-80 бо актуальное значение. В статьях доцента СГЮА В.И. Гавриленко «HUMAN

SECURITY» как новая модель социального государства [15, с. 11-15] и декана юридического факультета СГУ, заведующего кафедрой, профессора, заслуженного юриста РФ Г.Н. Комковой [16, с. 26-30] анализируются проблемы противоречивости современной политики Российского государства в данной сфере, прежде всего, в обеспечении равномерности распределения доходов между богатыми и бедными гражданами России.

Россия провозглашена в Конституции социальным государством, на которое возлагается обязанность обеспечить свободное развитие и достойный уровень жизни российских граждан, их социальную защищенность, что в конечном счете должно привести к сбережению народа.

Современное Российское государство ориентируется на либеральную модель развития экономики и социальной политики, направленную на максимальное сокращение социальных функций государства и возложение на самих граждан заботы об их социальном самочувствии. В принципе такие подходы имеют право на существование, но необходимым условием их выбора являются развитая экономика и высокие доходы основной массы населения. Но ни того, ни другого Россия, к сожалению, в настоящее время не имеет.

Современная социальная ситуация в России характеризуется и чрезмерной дифференциацией доходов населения. По данным доклада Global Wealth Report, за 2015 г. на долю 1% россиян приходится 71% всех активов физических лиц в России. В мире в целом этот показатель равен 46%, в США — 37%, в Китае и Европе — 32%, в Японии — 17%.

Задача обеспечения равенства между людьми и справедливости в отношениях между ними, отмечает профессор Г.Н. Комкова, одна из главных для любого i демократического правового государства [16, с. 27]. Как известно, в преамбуле и Конституции РФ 1993 г. сказано, что многонациональный народ России, «чтя с память предков, передавших нам любовь и уважение к Отечеству, веру в добро о и справедливость». к

О какой социальной справедливости в России можно говорить, если доходы о

с

между богатыми и бедными существенно разнятся? а

25 лет назад в саратовском проекте Конституции предлагалось установить, что в

е

«в государственной собственности может находиться имущество, необходимое о для решения задач государства. ю

"о

Оборона, космос, транспорт, связь, энергетическая система и другие, установ- |

ленные законом объекты, могут находиться только в исключительной собствен- к

ности государства» (ст. 57), «земля и ее недра, воды, растительный и животный а

мир являются достоянием народов, проживающих на соответствующей террито- |

рии» (ч. 1 ст. 59 проекта) [17, с. 49]. Если бы они были закреплены в Конституции и

РФ 1993 г., имели бы мы в России такое огромное неравенство в доходах? №

Необходимо отметить, что в своем Послании к Федеральному Собранию РФ 1

20 февраля 2019 г. Президент России В.В. Путин предложил ряд мер на преодо- )

ление такого разрыва. Речь в Послании идет о достижении нового качества жизни 9 для всех поколений граждан и, прежде всего, о сбережении народа и всемерной поддержки семей.

Проблемы конституционного обеспечения свободы человека в современной России обсуждаются в статье Н.В. Тупикова [18, с. 47-52]. Несомненно, Конституция РФ 1993 г. — основная правовая форма существования и проявления

свободы человека и гражданина в России. Исторически сложилось, что усиление 81

власти в России способствовало укреплению народного единства и суверенитета, что было необходимо, но всегда сопровождалось ограничением свободы личности. Реализованной в Конституции РФ социально-либеральной модели развития присущи свои тенденции и перспективы воздействия на данные отношения. В науке весьма скептически оценивается возможность существенной конкуренции данной модели, закрепленной в гл. 1, 2 Конституции РФ, с какой-либо иной, что могло бы повлечь концептуальные изменения в указанных главах. Отмечается, что для российского конституционализма характерен и ряд деформаций в обеспечении форм государственного принуждения, присвоения и распределения ограниченных ресурсов — ключевых механизмов регулирования баланса свободы человека и народного суверенитета. Как следствие, закрепление упрощенной либеральной экономической модели, отсутствие в тексте Конституции РФ современных стабилизирующих механизмов социальной ответственности частной собственности, приоритета публичных интересов в решении общенациональных задач дополняют такие деформации в ущерб основным принципам обеспечения свободы человека.

В совокупности указанные обстоятельства в значительной мере предопределяют дальнейшее развитие конституционного регулирования в рассматриваемой сфере; позволяют судить об актуальности дальнейшего переосмысления феномена свободы человека с учетом накопленного опыта конституционного регулирования в России до и после принятия Конституции РФ 1993 г., а также в зарубежных государствах.

Однако в условиях жесточайшего кризиса (экономического, политического, а духовного), вызовов XXI столетия Конституция РФ 1993 г. служит правовой

0

? основой объединения, стабильности — вектором дальнейшего цивилизация онного развития нашей страны. Таким образом, можно констатировать, что » общество, точнее, его большинство, не получило того, что провозглашалось

1 в Конституции РФ, а проводимые реформы (политическая, экономическая, | административная, судебная) не завершены. Их реализация наталкивается на ! ряд объективных и субъективных преград. Главная причина конституционно-§ го дефицита кроется не в конституционной модели власти — по сути главного | элемента конституционного строя, не в тексте Конституции, а в реальном со-| отношении социально-политических сил, неадекватности правотворческой и 'I правоприменительной практики конституционных норм и принципов. Причина | такого конституционного дисбаланса и в правовой культуре общества, прежде | всего властвующей элиты (по нашему мнению, главным образом в том, как

действует, реализуется юридическая Конституция в жизни). Приходится констатировать, что реализация Конституции инициировала или, точнее, явилась ё правовой константой сложившегося конституционно-политического режима, § занимающего доминирующее положение в политической системе России. К | сожалению, дух фактического властвования составляет сегодня доминанту | социально-экономического, политико-правового развития России.

Я благодарен всем участникам конституционного диалога и надеюсь на его продолжение в различных формах. Преодолеть правовой нигилизм, нетерпимость, воспитать глубокое уважение к правам и свободам человека в одночасье нельзя. Наша задача — вносить свой посильный вклад в формирование конституционного мировоззрения. Убежден, что Конституция РФ 1993 г. есть высшая 82 правовая ценность. Реализация ее положений — многогранный процесс, в основе

которого лежит соблюдение конституционных норм и принципов. Конечно же, жизнь богаче любой конституционной формулы, но ценность Конституции в том, что она ориентирована на перспективу, на прогрессивное развитие общества и государства. Будущее во многом зависит от верности Конституции, умения жить по Конституции.

Библиографический список

1. Кабышев В.Т. Конституционный диалог // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2017. № 5 (118). С. 12-21.

2. Кабышев В.Т. Конституционная парадигма России на рубеже тысячелетий // Журнал российского права. 2008. № 12. С. 43-51.

3. Румянцев О.Г. Конституция Девяносто третьего. История явления. (Документальная поэма в семи частях от ответственного секретаря Конституционной комиссии 1990-1993 годов). 3-е изд., испр. и доп. М.: Издательство Российская газета, 2018. 400 с.

4. Скуратов Ю.И. О некоторых итогах конституционного диалога на площадке Вестника Саратовской государственной юридической академии // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2018. № 6 (125). С. 34-40.

5. Мазаев В.Д. Конституция России — неоднозначность матрицы развития. // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2018. № 3 (112). С. 47-53.

6. Боброва НА.. Особенности российского конституционализма // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2018. № 4 (123). С. 26-31.

7. Пряхина Т.М. Саратовский проект конституции: итоги и перспективы // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2018. № 1 (120). С. 20-27.

8. Эбзеев Б.С. Актуальные проблемы реализации Конституции России 1993 года // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2018. № 1 (120). С. 20-27.

9. Кокотов А.Н. Конституция России и «болезнь самоотречения» // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2018. № 1 (120). С. 11-15.

10. Авакьян С А. Разделение властей: для каких уровней применять // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2018. № 4 (123). С. 15-26.

11. Кабышев В.Т. Конституционная система власти в современной России // Вестник Саратовской государственной академии права. 1998. № 3. С. 3-11.

12. Кабышев С.В. Диалог в конституционной системе власти // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2018. № 6 (125). С. 40-47.

13. Заметина Т.В. Российский федерализм на современном этапе: развитие или имитация? // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2018. № 6 (125). С. 22-32.

14. Саликов М.С. Изменение Конституции: формы, соотношения и пределы // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2018. № 5 (124). С. 23-35.

15. Гавриленко В.И. «HUMAN SECURITY» как новая модель социального государства // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2017. № 6 (119). С. 11-15.

16. Комкова Г.Н. Проблемы обеспечения равенства и справедливости на современном этапе конституционного развития России // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2018. № 2 (121). С. 26-30.

17. Кабышев В.Т. Конституция новой России (к 25-летию Саратовского проекта Конституции России) // Государство и право. 2016. № 6. С. 31-36.

18. Тупиков Н.В. Конституционное измерение свободы личности в России // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2018. № 6. С. 47-52.

References

1. Kabyshev V.T. Constitutional Dialogue // Bulletin of the Saratov State Law Academy.

2017. № 5 (118). P. 12-21.

2. Kabyshev V.T. The Constitutional Paradigm of Russia at the Turn of the Millennia // Journal of Russian law. 2008. № 12. P. 43-51.

3. Rumyantsev O.G. The Constitution of the Ninety-Third. The History of the Phenomenon. (A documentary poem in seven parts from the responsible secretary of the Constitutional Commission 1990-1993). Third edition, revised and supplemented. M.; RG Publishing, 2018. 400 p.

4. Skuratov Yu.I. On Some Results of the Constitutional Dialogue at the Site of the Bulletin of the Saratov State Law Academy // Bulletin of the Saratov State Law Academy.

2018. № 6 (125). P. 34-40.

5. Mazaev V.D. The Constitution of Russia is the Ambiguity of the Development Matrix. // Bulletin of the Saratov State Law Academy. 2018. № 3 (112). P. 47-53.

6. Bobrova NA. Features of Russian Constitutionalism // Bulletin of the Saratov State Law Academy. 2018. № 4 (123). P. 26-31.

7. Pryakhina T.M. Saratov Draft Constitution: Results and Prospects // Bulletin of the Saratov State Law Academy. 218. № 1 (120). P. 20-27.

8. Ebzeev B.S. Actual Problems of Implementing the 1993 Constitution of Russia // Bulletin of the Saratov State Law Academy. 2018. № 1 (120). P. 20-27.

9. Kokotov A.N. The Constitution of Russia and the «Disease of Self-denial» // Bulletin of the Saratov State Law Academy. 2018. № 1 (120). P. 11-15.

10. Avakyan S.A. Separation of Powers: for Which Levels to Apply // Bulletin of the Saratov State Law Academy. 2018. № 4 (123). P. 15-26.

2 11. Kabyshev V.T. The Constitutional System of Power in Modern Russia // Bulletin of

? the Saratov State Academy of Law. 1998. № 3. P. 3-11.

S 12. Kabyshev S.V. Dialogue in the Constitutional System of Power // Bulletin of the

2 Saratov State Law Academy. 2018. № 6 (125). P. 40-47.

i 13. Zametina T.V. Russian Federalism at the Present Stage: Development or Imitation?

I // Bulletin of the Saratov State Law Academy. 2018. № 6 (125). P. 22-32. I 14. Salikov M.S. Amendment of the Constitution: Forms, Ratios and Limits // Bulletin

° of the Saratov State Law Academy. 2018. № 5 (124). P. 23-35.

0

1 15. Gavrilenko V.I. "Human Security" as a New Model of the Welfare State // Bulletin

1 of the Saratov State Law Academy. 2017. № 6 (119). P. 11-15.

2

« 16. Komkova G.N. Problems of Ensuring Equality and Justice at the Present Stage of

0

1 the Constitutional Development of Russia // Bulletin of the Saratov State Law Academy. I 2018. № 2 (121). P. 26-30.

I 17. Kabyshev V.T. The Constitution of New Russia (To the 25th anniversary of the Saratov

J project of the Constitution of Russia) // State and law. 2016. № 6. P. 31-36. I 18. Tupikov N.V. The Constitutional Dimension of Individual Freedom in Russia // Bul-

I letin of the Saratov State Law Academy. 2018. № 6. P. 47-52.