Творчество Рашида Калимуллина в аспекте сохранения национальной традиции и развития межкультурной коммуникации на рубеже ХХ-ХХI веков

УДК 78.03

В.Р.Дулат-Алеев

ТВОРЧЕСТВО РАШИДА КАЛИМУЛЛИНА В АСПЕКТЕ СОХРАНЕНИЯ НАЦИОНАЛЬНОЙ ТРАДИЦИИ И РАЗВИТИЯ МЕЖКУЛЬТУРНОЙ КОММУНИКАЦИИ НА РУБЕЖЕ ХХ-XXI ВЕКОВ

В отечественной музыке рубежа XX-XXI вв. в условиях постсоветского информационного пространства начался новый период развития национального искусства. Новые направления развития были нужны и татарской музыке. Они реализовались в творчестве ведущего татарского композитора этого периода Р. Калимуллина. В статье классифицируются предложенные им направления развития татарской музыки; определяется роль произведений Калимуллина в расширении историко-культурного и эстетического фундамента национальной музыки и в усилении роли музыкального искусства в межкультурной коммуникации.

Ключевые слова: Рашид Калимуллин, татарская музыка, сохранение национальной традиции, межкультурная коммуникация, роль композитора в современной культуре, символические формы, Союз композиторов России, Союз композиторов Республики Татарстан, Казань.

Vadim R. Dulat-Aleev WORKS OF RASHID KALIMULLIN IN TERMS OF PRESERVING THE NATIONAL TRADITION AND DEVELOPING OF INTERCULTURAL COMMUNICATION AT THE TURN OF THE XXth - XXIst CENTURIES

A new period of development of national art began in Russian music at the turn of the XXth - XXIst centuries in conditions of the post-Soviet information space. New courses of development were needed in Tatar music as well. They were implemented in the work of R. Kalimullin, the leading Tatar composer of the period. This article indicates the di-rections of development of Tatar music proposed by him, determines the role of Kalimullin's works in expanding the historical, cultural, and aesthetic foundation of national music and in strengthening the role of musical art in intercultural communication.

Key words: Rashid Kalimullin, Tatar music, preservation of the national tradition, intercultural communication, the role of the composer in modern culture, symbolic forms, the Union of Composers of Russia, the Union of Composers of the Republic of Tatarstan, Kazan.

На рубеже ХХ-ХХ1 веков проявился ряд новых тенденций, параметров и проблем в области культуры, информационной среды, коммуникативных систем. Среди них два важнейших для куль-туры и искусства ракурса, традиционно привлекающих внимание исследователей: в искусствознании ХХ века они определялись дихотомией «национальное - интернациональное». Новая коммуникативная, информационная, методологическая ситуация вновь вывела тему национальных особенностей современного искусства в число наиболее актуальных научных проблем. Одним из новых аспектов проблемы на рубеже веков выступает усиление «интернационального» фактора, обусловленного постиндустриальным обществом и глобализацией. Исследователи международных отношений отмечают: «Нация, культура и общество оказывают большое влияние на каждого своего представителя. Тем не менее в настоящее время можно увидеть новый вид человека, который в социальном и психологическом плане является результатом взаимопроникновения культур, начавшегося в XX столетии» [4, с.59]. Усиление влияния глобальных факторов, однако, закономерно активизирует поиск национально характерных особенностей для нового искусства, способных выступить символической формой в условиях современной коммуникации. Таким образом, развитие межкультурной коммуникации в современном мире взаимосвязано с проблемой сохранения национальной традиции, а сам процесс сохранения обретает черты творческого развития традиционных художественных образов и идей. Как отмечает З.Н.Сайдашева: «"Национальное" - есть понятие исторически конкретное и развивающееся» [5, с. 216].

С точки зрения описанной культурологической ситуации очень показательно развитие татарской профессиональной музыки на рубеже ХХ-ХХ1 веков и творчество ее многолетнего лидера - Раши-да Калимуллина (р. 1957). С творчеством Калимуллина связано открытие новых художественных образов татарской композиторской музыки, расширение эстетико-философской основы творчества национальных композиторов, активное включение татарской профессиональной музыки в систему международных культурных связей.

Рашид Калимуллин впервые заявил о себе в 1980-е годы, как молодой и перспективный татарский композитор1. Эпоха требовала от композиторов новых горизонтов мышления, новых параметров «культурной компетентности». Молодой татарский композитор удивил и публику, и своих наставников, выступив на международном уровне со струнным квартетом, посвященным 100-летию со дня рождения Габдуллы Тукая (1886-1913): произведение было написано в стиле, в котором не работал ни один из его учителей. Квартет «Памяти Тукая», написанный молодым композитором из Татарстана, стал победителем на международном конкурсе им. К.М. Вебера в Германии и был отмечен пер-

1 Биография и общая характеристика творчества Р. Калимуллина: [1].

вой премией. Калимуллин в этом произведении не просто продемонстрировал владение современными техниками композиции, он оригинально соединил язык мировой современной музыки с татарскими национально-характерными интонациями. В результате такого синтеза произведение оказалось новым и для национальной слушательской аудитории, и для европейской публики, которая, фактически, впервые открыла для себя современную татарскую музыку.

Квартет «Памяти Тукая», сыгравший заметную роль в творческой судьбе Рашида Калимуллина и всей татарской музыки «нового поколения», отразил важную тенденцию. Ей предстояло стать одним из «трендов» мировых социо-культурных процессов на следующие несколько десятилетий. В системе гуманитарного знания в начале XXI века возникло целое научное направление - межкультурная коммуникация. Направление обрело свою специфику в условиях, когда разные культуры оказались в едином информационном пространстве, но при этом стремились к сохранению своей национальной самобытности.

Межкультурная коммуникация требует поиска новых символических форм, которые могут быть «прочитаны» и адекватно поняты в условиях различных культур. Закономерно, что в этой коммуникативной системе музыке отводится особая роль, поскольку музыка - «абстрактный язык, который вызывает определенные чувства и различные ассоциации» [9, с.131]. Многие исследователи указывают на уникальные функции музыкального искусства в межкультурной коммуникации [7, 8].

В современных условиях параметры межкультурной коммуникации существенно расширились и усложнились (по сравнению с традиционными каналами взаимодействия «соседних» культур в историческом прошлом). Поэтому на художественные произведения возложена дополнительная миссия - обеспечение взаимопонимания, культурных контактов, поиск оптимальных форм «презентации» вовне традиций своей национальной культуры. Таким образом, возможность «конвертации» музыкального произведения в пространство разных культур становится одной из творческих установок. Возможности трансляции произведения в условиях разных культур можно определить как его коммуникативный потенциал1.

В контексте непростой современной эстетико-стилевой и коммуникативной ситуации композитор Рашид Калимуллин демонстрирует множество творческих находок в образной палитре и в музыкально-языковых средствах. В его творчестве могут быть выделены определенные направления, позволяющие классифицировать ряд направлений развития музыкального искусства, обладающих высоким коммуникативным потенциалом.

Символические формы национальной традиции, богатое наследие татарской культуры образуют не только духовный, но и музыкально-языковой фундамент творчества Калимуллина. Опора на татарскую национальную культуру способствовала успеху произведений раннего периода творчества, тем более, что в творчестве композитора символические формы традиционной татарской культуры нередко получали новое философско-эстетическое и стилевое прочтение. Это - написанная еще в годы учебы Поэма для голоса и фортепиано «О тишине» на ст. Н. Арсланова (1985); названный выше Квартет № 3 «Памяти Тукая» для двух скрипок, альта и виолончели (1986); Фантазия для органа «Забытая молитва» (1992) - необычное сочетание интонаций азана и тембра органа, новаторское развитие исламской музыкально-культурной традиции в условиях насыщенной органной фактуры; Симфония для струнного оркестра «Мелодия Тукая» (2000) - одно из интересных музыкальных воплощений знакового образа великого татарского поэта; Поэма «Риваят» для голоса, флейты, виолончели, ударных и фортепиано (2007) и ее вариант для камерного оркестра (2008) - притча об обретении корней, о важности сохранения духовной традиции с символическим использованием народной песни «Ак калфак». Во всех приведенных примерах произведений используется ярко выраженная национальная интонационная основа. К этому же направлению относится опера «Крик кукушки» («Ерактагы кэк^к авазы», либретто И. Юзеева), написанная в 1989 году и тогда же поставленная на сцене Татарского государственного академического театра оперы и балета им. М. Джалиля.

Символические формы патриотического искусства - интересно развиваемое направление творчества Рашида Калимуллина, ориентированное на воплощение в музыкальных произведениях образов отечественной культуры. Их диапазон широк: от «малой Родины» (образов родной деревни) до истории народа и современной жизни страны. Эта линия проявилась уже в студенческие годы, когда была написана симфония-поэма «Булгары» (1986). Целый ряд произведений посвящен столице Татарстана: концерт-поэма для смешанного хора и оркестра «Сказание о Казани» (2004), написанная накануне Тысячелетия города в 2005 году; циклы фортепианных пьес «Казань любимая» и «Казань спортивная» (приуроченные к проведению в Казани Универсиады в 2012 г.), «Любимая деревня»

1 Понятие «коммуникативный потенциал произведения» было предложено автором статьи ранее: [3].

(2014). Оратория «Знамя Победы» (2010) посвящена 65-летию Победы в Великой Отечественной войне. Интересным примером является Симфония № 2 «Тайны Петербурга» (2009), преломляющая притягательный и многогранный образ «северной столицы» России.

Важным направлением, которому Рашид Калимуллин уделяет значительное внимание в своем творчестве, являются культуры народов мира. В творчестве татарского композитора можно найти едва ли не полное «кругосветное путешествие», в котором есть зарисовки образов Востока и Запада, истории и современности. В этом ряду могут быть названы такие произведения как: Трио для флейты, фортепиано и ударных «Видение Пальмиры» (1993); Фантазия для фортепиано «Утро в Стамбуле» (1993); «Виндзорский лес» для вокального квартета (1999); Музыка для виолончели, ударных и магнитофона «Сон о проросшем рисе» (2000); «Поезд Франкфурт-Люксембург» для четырех саксофонов (2002); Музыка для оркестра «Гавайи» («Звуки леса») (2004); Симфония № 5 для рояля и струнного оркестра «Сакура» (2012); Увертюра №2 «Хошимин» (2014); «Восточная песня» для флейты, кларнета, виолончели, голоса и фортепиано (2014); Симфония №7 «Синбад-мореход» (2015) и др.

Композитор не прошел мимо творческих экспериментов в духе постмодернизма. Например: Трагифарс «С петлей на шее» для скрипки, ударных и магнитофона (1998), Музыка для симфонического оркестра «Если бы Бах жил в Стамбуле» (2007).

Предложенная выше классификация направлений творчества Рашида Калимуллина не является исчерпывающей. Характеристики образного строя и философско-эстетического наполнения творчества композитора могут быть дополнены другими «перекрестными» рубрикациями. Например: картины природы и картины цивилизации, реальность и сказка.

Творчество Рашида Калимуллина - это очень серьезное продвижение и, можно сказать, конвертация татарской музыки в мировое пространство. В историческом плане это следующий этап после «татарской советской музыки». Резонанс от произведений Калимуллина уже в 1990-е годы был очень большим. Эта музыка открывала абсолютно новые горизонты, была в центре медийного и исследовательского внимания, не только сопоставимого, но даже превышающего интерес к нынешней новой татарской музыке. Композиторы того поколения (Р.Ахиярова, Р.Калимуллин, М.Шамсутдинова, Ш.Ша-рифуллин) предлагали принципиальную эстетическую новизну: в татарскую музыку пришла техника восточной монодии, осваивались сонорика и минимализм, устанавливались стилистические связи не только с европейской композицией, но и с музыкальной культурой мусульманского Ближнего Востока, звуковым искусством Центральной и Юго-Восточной Азии.

Музыкально-языковые открытия, как правило, тесно связаны с образным строем и символическим значением произведений. Применительно к творчеству Калимуллина можно отметить музыкально-языковые особенности, требующие специального исследования: техника ритмического развития, принципы интонационного синтеза, искусство развертывания монодической музыкальной формы, тембровые миксты, новаторская трактовка академических жанров, способы раскрытия потенциала звукового искусства Востока в условиях современного композиторского письма (в том числе «восточного музыкального авангарда» [2]). Эти широко распространенные стилевые «платформы» способствуют лучшему восприятию характерных татарских интонаций.

Творчество Рашида Калимуллина обладает достаточно высоким коммуникативным потенциалом, выступая примером успешного современного композиторского творчества, имеющего национальные особенности. Произведения композитора обладают и образовательным потенциалом, который можно определить, как один из параметров современной академической музыки. В этом ракурсе музыкальное искусство все чаще привлекает внимание отечественных и зарубежных исследователей [6, 9]. Рассматривая творчество национальных композиторов, ориентированных на объединение интернациональной аудитории, можно сделать вывод о расширении функции музыкального искусства, которое обретает усиливающееся значение как «образовательное искусство» и даже как «инструмент и потенциальная методология межкультурного общения» [10, с. 39-40].

Литература

1.Алмазова Т.А Рашид Калимуллин / / Композиторы Татарстана. - М.: Композитор, 2009. - С. 103-110.

2.Беляева Е. В. Творчество сирийского композитора Шафи Бадреддина и особенности «ближневосточного музыкального авангарда» / / Филология и культура. - 2014. - №1. - С. 247-251.

3.Дулат-Алеев В.Р. Фарид Яруллин и татарская музыка в межкультурной коммуникации / / Tatarica. - 2014. - №3. - С. 174-183.

4. Орлова О.В. Культурная идентичность в процессе модернизации и развития поликультурализма //Межкультурная коммуникация: современная теория и практика: Материалы VII Конвента РАМИ 28-29 сентября 2012 г. МГИМО-Университет. - М.: Аспект пресс, МГИМО-Университет, 2013. - С. 59-65.

5. Сайдашева З.Н. Проблема «национального» в татарской музыке //Земфира Сайдашева. Очерки по татарской музыке. - Казань: Халкыбыз мирасы, 2015. - С. 216-221.

6. Bernabé Villodre, María del Mar. Cultural Identity and Using Music in the Intercultural Educational Process. -Procedía - SocialandBehavioralSciences, Volume 132, 15 May 2014. - 235-240 pp.

7. Clarke E., De Nora Т., Vuoskoski J. Music, empathy and cultural understanding. - Physics of Life Reviews, Volume 15, December 2015. - 61-88 pp.

8. De Nora T Music in Everyday Life. - UK, Cambridge University Press, 2000. - 196 pgs.

9. Kamalova I.F., Javgilldina Z.M. ets. Educational potential of music art for the formation of moral value orientations of student youth / / European Journal of Science and Theology, 2014. - Vol.10, No.6. - 129-137 pp.

10. Sousa, Maria do Rosário. Music, Arts and Intercultural Education: The Artistic Sensibility in the Discovery of the Other. - Journal of Science and Technology of the Arts, [S.l.], v. 3, n. 1, dec. 2011. - 38-48 pp.

References

1. Almazova T. A. Rashid Kalimullin / / The Composers Of Tatarstan. - M.: Composer, 2009. - Pp. 103-110.

2. Belyaeva E. V. Art of the Syrian composer Shafi Badreddin and the features of "middle East musical avant-garde" // Philology and culture. - 2014. - No. 1. - Pp. 247-251.

3. Dulat-Aleev V. R. Farid Yarullin and Tatar music in intercultural communication / / Tatarica. - 2014. - No. 3. - Pp. 174-183.

4. Orlova O. V. Cultural identity in the process of modernization and development of polyculturalism / /Intercultural communication: contemporary theory and practice: Materials of VIII RISA Convention 28-29 September 2012, MGIMO-University. - M.: Aspect press, MGIMO-University, 2013. - Pp. 59-65.

5. Saidasheva Z. N. The problem of the "national" in Tatar music //Zemfira Saidasheva. Essays about tatar music. -Kazan: HAlkibiz mirasi, 2015. - Pp. 216-221.

6. Villodre Bernabé, María del Mar. Cultural Identity and Using Music in the Intercultural Educational Process. - Procedia - SocialandBehavioralSciences, Volume 132, 15 May 2014. - Pp 235-240.

7. Clarke E., De Nora, T., Vuoskoski J. Music, empathy and cultural understanding. - Physics of Life Reviews, Volume 15, December 2015. - Pp 61 to 88.

8. De Nora, T., Music in Everyday Life. - UK, Cambridge University Press, 2000. - 196 rd.

9. I. F. Kamalova, Z. M. Javgilldina ets. Educational potential of music art for the formation of moral value orientations of student youth / / European Journal of Science and Theology, 2014. - Vol.10, No. 6. - Pp 129-137.

10. Sousa, Maria do Rosário. Music, Arts and Intercultural Education: The Artistic Sensibility in the Discovery of the Other. - Journal of Science and Technology of the Arts, [S. l.], v. 3, n. 1, dec. 2011. - Pp 38-48.

УДК 398.54

ДИ.Умеров

ФОРМИРОВАНИЕ ФОЛЬКЛОРНЫХ ТРАДИЦИЙ ЭТНОТЕРРИТОРИАЛЬНОЙ ГРУППЫ АСТРАХАНСКИХ ТАТАР

Статья посвящена исследованию истории формирования, динамики трансформаций и факторов, способствующих сохранению культурной идентичности астраханских татар - локальной группы, компактно проживающей на одной территории. На основе собственных экспедиционных выездов проанализировано становление этнотерриториальной общности астраханских татар, процессы их взаимодействия с другими этнотерритори-альными группами. Национальная идентичность астраханских татар структурирована соотносительно с картиной мира, детерминирована местом (ландшафтом) и временем своего происхождения, включает в себя языковые константы и манифестируется через такие культурные формы, как ритуалы, обряды, обычаи, а также традиционные праздники.

Ключевые слова: Национальная идентичность, культуролония, этнотерритория, тюркоязычные племена, Астраханское ханство, юртовские татары, кундровские татары, карагаши ногайцы.

Dawlat I.Umerof ТНЕ FORMATION OF FOLKLORE TRADITIONS OF ETHNOTERRITORIAL GROUPS OF TATARS OF ASTRAKHAN.

In modern conditions, when the processes of globalization have threatened the preservation of cultural diversity and identity of ethnic cultures and small peoples becomes particularly relevant research and public attention to the study and revival of national traditions, customs and ceremonies. This problem is at the international level. The study of the folklore of the Tatars faced with the need to consider the region, where the studied ethnic groups. So, the Tatars of the Lower Volga region differ originality, which is increasingly encountered in daily life. Of course, this is due to the objective processes that affect culture and everyday life. We can conclude that the folding of the ethnoterritorial groups of the Astrakhan Tatars as a specific small ethnic communities, having an ethnic identity and a private identity, completed by the end of XVII centuries. However, the process of national consolidation from this point on is just beginning, because at this time appear in the region immigrants of other faiths and ethnicities. In the further process of national consolidation expanding into adjacent regions and giving the reasons for the formation of the national identity of the broader plan of the nation, which transcended clan and religious certainty and appeals to tradition, ritual, language and culture of the ethnic group in search of a cause for unity.

Key words: national identity, culturology, ethnoterritory, Turkic tribes, the Astrakhan Khanate, Yurt Tatars Kun-drov Tatars, Karagash Tatars, Nogai Tatars.

Заселение территории современного Астраханского региона началось в далекой древности. Как полагают историки, освоение прикаспийских степей произошло в эпоху мезолита, с тех пор на этих