Трудовые дома для несовершеннолетних правонарушителей в России 1924-1933 годов

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 16 (154).

История. Вып. 32. С. 62-65.

А. А. Славко

ТРУДОВЫЕ ДОМА ДЛЯ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ ПРАВОНАРУШИТЕЛЕЙ В РОССИИ 1924-1933 ГОДОВ

Работа посвящена деятельности трудовых домов для несовершеннолетних. В них содержались беспризорные и безнадзорные дети, совершившие правонарушения. Показан состав воспитанников, система управления трудовыми домами, проблемы и методы их преодоления.

Ключевые слова: трудовой дом, беспризорник, несовершеннолетний правонарушитель, Россия.

С первых лет Советской власти в России формируется сеть исправительно-трудовых учреждений, предназначенных для перевоспитания несовершеннолетних правонарушителей, большинство из которых в данный период составляли беспризорные и безнадзорные дети. Для того чтобы выжить в условиях беспризорности, без родительской опеки ребенок, в поисках еды и куска хлеба, нередко примыкал к бродягам и ворам, занимался кражами.

Исправительно-трудовым учреждениям для несовершеннолетних уделялось особое место. Несовершеннолетние правонарушители за время пребывания в труддомах должны были овладеть трудовыми навыками и стать полноценными гражданами, знающими свои права и обязанности, получить физическое воспитание. Для этого в основе исправительной системы труддомов лежали трудовые процессы, школьная и внешкольная работа.

Деятельность трудовых домов для несовершеннолетних правонарушителей регламентировалась Исправительно-Трудовым Кодексом РСФСР, принятым 16 октября 1924 г. В нем содержится специальная глава, посвященная правилам содержания заключенных в трудовых домах для несовершеннолетних правонарушителей. Согласно ст. 175 «Цель помещения несовершеннолетних в трудовой дом - обучить их квалифицированным видам труда, расширить их умственный кругозор путем общего и профессионального образования и создать из них самодеятельных и сознающих свои права и обязанности граждан, а также вместе с тем дать им физическое воспитание и оздоровить их посредством гимнастики, спорта и гигиены тела»1. Ст. 174. ИТК ограничивала возраст пребывания в трудовых домах с 14 до 16 лет для приговоренных судом к лишению свободы, а также

находящихся под следствием и числящихся за судебными и следственными органами. Несовершеннолетние от 16 до 18 лет направлялись сюда только по решению распределительной комиссии, которая рассматривала данный вопрос в каждом конкретном случае.

Управление Трудовым домом возлагалось на директора, при котором и при председательстве которого функционировал педагогический совет. В состав последнего, кроме директора и его помощника, входил весь воспитательский, учительский и инструкторский персонал, а также врач-терапевт и врач-психиатр. Педагогический совет не обладал правом решения вопросов о досрочном освобождении несовершеннолетних, либо об удлинении срока их пребывания в трудовом доме.

По ст. 180 все несовершеннолетние в трудовых домах делились на две категории:

1) несовершеннолетние с признаками правонарушителей-рецидивистов;

2) остальные несовершеннолетние правонарушители.

Эти категории несовершеннолетних должны были обособляться друг от друга на работах, в период школьных занятий, в остальное время. Что касается несовершеннолетних, заключенных из рабоче-крестьянской молодежи, то они, согласно ст. 189 ИТК, принимались в трудовые дома для несовершеннолетних в возрасте от 16 до 20 лет, «...если они, происходя из трудовых слоев населения и не будучи правонарушителями-рецидивистами, совершили преступление вследствие малосо-знательности, нужды или случайно»2.

Исправительно-трудовые учрежде-

ния закрытого типа находились в Москве, Ленинграде, Саратове, Нижнем Новгороде, Верхотурье, Томске и других городах. К 1925

г. было 258 таких учреждений, в которых содержалось 16 тыс. несовершеннолетних3. В городах это были трудовые дома, а в сельской местности - колонии. Все они имели воспитательно-карательный характер.

Верхотурский Труддом, по мнению НКВД и Уральского Областного исполнительного Комитета, должен был «.стать одной из ячеек по ликвидации наиболее тяжелой формы детской беспризорности»4. Большие задачи возлагались на вновь организуемый СевероКавказский трудовой дом, рассчитанный на 400 человек. Здесь предлагалось поставить трудовое обучение несовершеннолетних на такой уровень, чтобы подготовить из них квалифицированных рабочих. Численность воспитанников труддомов постоянно колебалась и не была стабильной, как результат, - не было постоянного состава несовершеннолетних правонарушителей в них.

В число трудновоспитуемых, попадавших в исправительно-трудовые учреждения закрытого типа, были не только малолетние правонарушители, но и те беспризорники, которые относились к числу социально-запущенных детей только по одной причине, что к ним не был найден соответствующий для «обычного» беспризорника подход со стороны воспитателей и педагогов. Таким беспризорникам, как правило, давали срок «До исправления».

В архивных источниках выявлены сведения о составе воспитанников Верхотурья с 1 января по 1 сентября 1928 г. За этот период через труддом прошло 652 человека, в среднем в месяц содержалось 270 человек. На 27 августа здесь находилось 352 заключенных, из них до 16 лет - 133 человека, от 16 до 18 лет - 96 человек, от 18 до 20 лет - 27 человек. Кроме того, 96 заключенных свыше 20 лет составляли обслуживающий персонал. Последние были заняты на хозяйственном дворе, кирпичном заводе и в сельском хозяй-стве5. В Московском Трудовом доме в 1928 г. находилось более 80 % воспитанников, в прошлом являвшихся правонарушителями. По количеству зарегистрированных судимостей они распределялись так: с одной судимостью - 56,3 %; двумя - 27,3 %; тремя - 9,6 %; четырьмя - 4,8 %6. Остальные воспитанники труддомов, около 20 %, комплектовались из трудновоспитуемых ребят, «не уживающихся» в учреждениях открытого типа. Если сравнить со ст. 180 ИТК, то последнее противоречило ему. Что же касается приведен-

ных выше данных о количестве судимостей, то они свидетельствуют о высоком проценте рецидивистов.

Огромные сложности в работе с воспитанниками трудовых домов были обусловлены их тяжелым физическим и психологическим состоянием. Так, по данным обследования Московского Трудового дома, среди воспитанников 61,8 % были отнесены к умственноотсталым. Что касается психологического статуса, то нормальными считались 56,9 %, а аномальными - 43,1 %. Последние, в свою очередь, подразделялись на олигофренов -48,4 %, психологических личностей - 41,6 %, эпилептиков - 5,6 %7. Из 314 воспитанников Верхотурского Труддома, осмотренных врачем-психиатром в 1927 г., 73 % страдали неврастенией, 4 % - эпилепсией, 44 % - болели сифилисом. Резкие признаки вырождения были характерны для 82 %8.

Во второй половине 1920-х гг. проводится ряд плановых обследований, в результате которых были установлены серьезные нарушения, отрицательно сказывающиеся на перевоспитании малолетних заключённых. Появляется серия публикаций в газетах, особенно в «Комсомольской правде», с резкой критикой деятельности труддомов для несовершеннолетних, в том числе закрытого типа9. Подобная критика прозвучала и на различных совещаниях и заседаниях государственных и общественных организаций. На заседании Малого Президиума Уральского областного Исполнительного Комитета, например, в постановлении от 19 сентября 1927 г., было отмечено, что «.состояние Верхотурского Трудового дома продолжает оставаться крайне тяжёлым: условия и система содержания несовершеннолетних не только не способствует проведению исправительных процессов, но и лишают это учреждение всякого воспитательного значения»10.

В качестве основной причины тяжёлого состояния Верхотурского Труддома было названо «отсутствие твёрдого руководства этим учреждением». В связи с этим, Малый Президиум выступил с просьбой СНК РСФСР пересмотреть положение об управлении местами заключения в сторону децентрализации. Участники заседания подчеркнули, что Верхотурский Труддом должен находиться только в ведении Облинспекции мест заключения под общим методическим руководством Центра. Для недопущения в дальней-

шем комплектования Верхотурского Труддома взрослыми преступниками необходимо было эти функции передать исключительно Областной Распределительной Комиссии при Облинспекции мест заключения с обязательным участием в работе этой комиссии представителя УралОНО. Облпрокурору было предложено выявить виновных за тяжелое состояние труддома и привлечь их к ответственности. Ими оказались руководство труддома и воспитатели11.

Амнистия, проведенная к X годовщине Октября, позволила на время разгрузить исправительно-трудовые учреждения. Это дало лишь временную передышку, в последующие два месяца количество заключенных возросло до прежних размеров12. Только в конце 1920-х гг. взрослые заключенные и следственные почти полностью выводятся из труддомов для несовершеннолетних правонарушителей.

Процесс воспитания в трудовых домах базировался на так называемой «прогрессивнопоощрительной системе». Усилиями НКВД и местных исполнительных органов принимаются реальные меры к организации и оборудованию мастерских для подростков. Перед труддомами была поставлена задача вовлечения данной категории беспризорников «в трудовые процессы».

Роль НКВД по Главному управлению местами заключения заключалась только в контроле за деятельностью труддомов по организации мастерских и привлечению к работе в них правонарушителей. В их функции не входил сам процесс организации мастерских и трудовой подготовки.

Одной из сложнейших для трудовых домов была кадровая проблема. Неподготовленность обслуживающего персонала по работе с несовершеннолетними правонарушителями, отсутствие навыков воспитательной деятельности отрицательно сказывались на формировании положительных черт у подростков.

Об этом неоднократно подчеркивалось и на различного рода совещаниях и заседаниях. На первом Всероссийском совещании по вопросам лечебно-санитарного дела в местах заключения, например, прошедшим 25-27 мая 1927 г., подчёркивалось, что успешность учебновоспитательной и врачебно-санитарной работы может быть «.только в том случае, если во главе учебно-воспитательной части мест заключения будут стоять лица с надлежащей

подготовкой для проведения культработы среди заключенных13. Не хватало обмундирования, низкой была зарплата обслуживающего персонала.

Чтобы труд воспитанников закрытых детских учреждений сделать более окупаемым, государство упрощает ряд процедур по отводу участков и строений трудовым домам, а также предоставляет некоторые налоговые льготы. На основе ст. 1 постановления Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров Союза ССР от

13 августа 1926 г. «О мероприятиях по борьбе с детской беспризорностью» трудовым домам для несовершеннолетних предоставляются льготы. В поддержку и в целях разъяснения,

7 января 1927 г. ЦИК и СНК ССР принимают новое постановление «О налоговых льготах для мастерских и предприятий по трудовой подготовке воспитанников детских учреждений Наркомпросов союзных республик, мастерских и предприятий, содержимых за счет спецотделов Наркомздравов союзных республик и их местных органов по охране материнства и младенчества и трудовых домов для несовершеннолетних»14.

К началу 1930-х гг. число трудовых домов для несовершеннолетних резко сокращается. По данным на май 1930 г. в РСФСР функционировало 7 труддомов для несовершеннолетних правонарушителей. Лучшими считались Московский, Новочеркасский и Саратовский. Вместе с тем, даже в этих трудовых домах сложилась кризисная ситуация. В 1930 г., например, в Московском труддоме была проведена организационно-финансовая реформа. На правах школы он был прикреплен к заводу «Эспресс» и снят с государственного бюджета. На заводе работали бывшие заключенные, а содержание труддома требовало значительных средств. Улучшилось снабжение ребят, однако не удалось «развернуть массовое техническое образование». Предприятия, находящиеся на территории труддома, работали на основе «коммерческого расчета» и им было не до детей15.

Наряду с трудовыми домами для несовершеннолетних правонарушителей, более 10 тыс. ребят, по данным на май 1930 г., содержались в общих местах лишения свободы16. Это значительно больше, чем находилось в это время в труддомах.

На III Всероссийском съезде по охране детства с 9 мая 1930 г. вновь было публично заяв-

лено, что в труддома нередко попадают подростки, не имеющие «ни единого привода, ни единой судимости», а только из-за перегрузки детдомов. Был приведен пример, когда из 200 подростков, задержанных МУРом и отправленных в труддома, 43 человека попали туда незаконно16.

В 1930 г. «.создалась обстановка совершенно нетерпимого положения, когда нужно было наконец кардинально решить будущее этих детей и той системы воспитательных мероприятий, которые бы максимально обеспечивали их возвращение в трудовой коллектив»17. Выводы на официальном уровне были следующие: необходимо было «ударить по беспризорности»; сделать детские учреждения «не проходными дворами»; задерживать детей, которые действительно получат трудовые навыки18.

В связи с принятием 1 августа 1933 г. нового Исправительно-Трудового Кодекса РСФСР трудовые дома как организованная структура упраздняются. Для несовершеннолетних правонарушителей организуются исправительнотрудовые колонии, функционирующие на новых принципах.

Примечания

1 ГУЛАГ (Главное управление лагерей) : 1918-1960 : (Россия. XX век. Документы) / сост. А. И. Конурин, Н. В. Петров. М., 2002. С. 49-50.

2 Там же. С. 50.

3 Кривоносов, А. Н. Исторический опыт борьбы с беспризорностью // Государство и право. 2003. № 7. С. 96.

4 Государственный архив Свердловской области (ГАСО). Ф. Р-258. Оп. 1. Д. 248. Л. 3.

5 Там же. Д. 224. Л. 26.

6 Жуковский, О. Из педагогической работы с юными правонарушителями // Вестн. просвещения. 1928. № 5-6. С. 155.

7 Там же. С. 156.

8 ГАСО. Ф. Р-258. Оп. 1. Д. 106. Т. 3. Л. 466.

9 См.: Шимбарев, П. Система и методы работы с беспризорными перед судом советской общественности // Вестн. просвещения. 1928. № 3. С. 3.

10 ГАСО. Ф. Р-258. Оп. 1. Д. 248. Л. 5.

11 Там же. Л. 5-6.

12 Там же. Д. 217. Л. 199.

13 Там же. Л. 5.

14 Там же. Д. 244. Л. 120.

15 Дети ГУЛАГа : 1918-1956 : (Россия. XX век. Документы) / сост. С. С. Виленский [и др.]. М., 2002. С. 94-97.

16 Там же. С. 98.

17 Там же. С. 103.

18 Там же. С. 99.