Структура эмотивных побудительных высказываний в коммуникативно-прагматическом аспекте

Ю. В. Кадыркова

СТРУКТУРА ЭМОТИВНЫХ ПОБУДИТЕЛЬНЫХ ВЫСКАЗЫВАНИЙ В КОММУНИКАТИВНО-ПРАГМАТИЧЕСКОМ АСПЕКТЕ

Одной из первоочередных задач изучения языка с позиции общения является исследование эмоциональной сферы языка, поскольку «эмоции являются мотивационной основой сознания и языкового поведения. <... > Коммуникативный успех, счастье, радость возможны только при условии адекватного общения людей друг с другом» [1. С.3].

Объектом исследования в статье выступают эмотивные побудительные высказывания1 . Под побудительной интенцией имеется в виду директивная интенция2, преобладающая в высказываниях побудительного типа. Прагматическая функция эмотивного побудительного высказывания может быть обозначена как оказание эмоционального воздействия с целью решения перлокутивной задачи. Реализация этой цели достигается путем интенсификации иллокутивной силы за счет включения в структуру выражения коммуникативного намерения эмотивных компонентов.

Результативность директивного высказывания зависит от успешности диалога его участников, суть которого сводится к восприятию и интерпретации директивной интенции и реализации побуждения. Поэтому отправителю при выражении своего намерения важно принять во внимание большое количество экстралингвистических факторов. Например, проинформировать слушающего не только о том, что он собирается побудить его к исполнению какого-либо действия, но и о том, каким образом он оценивает ситуацию общения, характер своих отношений с адресатом, намерения самого адресата и т. д. Эти типы субъективной интерпретации в высказывании маркируются эмотивными единицами3.

В связи с вышесказанным эмотивное побудительное высказывание можно представить как систему, интегрирующую интенциональные смыслы, социально-психологические особенности участников коммуникации (адресанта и адресата), речевые стратегии и тактики для реализации интенции, а также семантико-прагматическую специфику взаимодействия эмотивных и директивных единиц, вербализующих коммуникативное намерение. Рассмотрим подробнее каждый компонент системы.

1) Интенция как определенное психическое состояние человека тесно связана с такими явлениями, как эмоция, предпочтение, желание, оценка, отражает отношение к действительности, к содержанию сообщения, к адресату, определяется мотивом и целью совершить действие с помощью высказывания, имеет волевую установку, планирование воздействия на адресата, предвидение возможного результата воздействия [4].

1 Высказывание — основная единица речевого общения, которая характеризуется относительной самостоятельностью, законченностью, возможностью актуального членения и включает в себя коммуникативно-модальный аспект, интонацию и невербальные средства общения [2].

2 Директивная интенция — стремление адресата оказать на адресанта такое воздействие, которое побуждает последнего к совершению определенного действия (физического, речевого, психического).

3 Эмотивность представляет собой «имманентно присущее языку семантическое свойство выражать системой своих единиц эмоциональность как факт психики, отраженные в семантике языковых единиц социальные и индивидуальные эмоции» [3. С.24].

© Ю.В.Кадыркова, 2009

При реализации побуждения интенцию можно рассматривать как присущую высказыванию направленность на разрешение речевой задачи, которая определяет иллокутивную силу (выражение волеизъявления адресантом) и перлокутивный эффект (выполнение практического действия адресатом). С этой двусубъектностью часто связана непростая ситуация ожидания исполнения речевого действия, поэтому в структуру высказывания кроме директивных единиц входят комплексы с иной иллокутивной силой. Их первоочередная цель — более эффективно воздействовать на адресата, что приведет к реализации коммуникативного намерения. Подобными актуализаторами выступают эмотивные единицы, маркирующие «эмоциональные состояния» (внутренние переживания) и «эмоциональные реакции» (способы их выражения) участников общения [5].

С учетом вышесказанного эмотивные побудительные высказывания представляют собой комбинацию речевых актов, внутри которой речевые действия соединены на основе «иллокутивного вынуждения» (прагматической необходимости, определяемой контекстом ситуации, социальными и психологическими мотивами) [6]. Следовательно, эмотивные побудительные высказывания характеризуются полиинтенциональностью. В качестве исходного критерия выступает макроинтенция — цель побуждения, в которой синтезируется субъективная потребность говорящего; вторичными к ней выступают микроинтенции дополнительных речевых актов, направленные на реализацию коммуникативного задания и представленные в виде специфических актуализаторов воздействующей силы побуждения (эмотивных элементов). Например:

— Послушайся меня! Подумай, стоит ли сюда рваться?! Это принесет не огромный успех, а огромную беду! Протискиваются единицы. Остальным не повезло! А если все же дополз до вершины — боишься все потерять! Если продолжишь эту авантюру, умрешь как личность в любом случа,е! Послушайся меня! Ты хочешь быть мертвой при жизни?

Логика выражения волеизъявления говорящего включает следующие интенцио-нальные смыслы: экспликация побуждения (послушайся меня, подумай), важность реализации которого актуализируется предостережением о неблагоприятном для адресата исходе, в случае если он откажется выполнить заявленное действие (это принесет не огромный успех, а огромную беду! Протискиваются единицы. Остальным не повезло! А если все же дополз до вершины — боишься все потерять!). Предостережение имеет тематическое развитие и переходит в угрозу (Если продолжишь эту авантюру, умрешь как личность в любом случа,е!). Считая эмоциональное воздействие убеждающим, говорящий повторно выражает побуждение эксплицитно (послушайся меня) и имплицитно в форме риторического вопроса (Ты хочешь быть мертвой при жизни?).

Как видно из иллюстрации, рассматриваемое эмотивное побудительное высказывание структурировано следующим образом: центральное место занимает директивная интенция, а прочие интенции оказываются связанными с ней и выступают в качестве усилителя воздействия для достижения запланированного результата. Соответственно, коммуникативно-прагматическую модель можно представить как сочетание иллокутивно независимого речевого акта, воздействующее значение которого определяется исключительно интенцией говорящего, и иллокутивно зависимых речевых актов, выполняющих функцию дополнительной стимуляции воздействия.

2) Организующими факторами развертывания и строения эмотивных побудительных высказываний являются социально-психологические взаимодействия коммуникантов, так как в семантике и прагматике побуждения есть компоненты, имеющие соци-

альную природу, например наличие/отсутствие иерархического компонента — асимметричные ролевые отношения адресанта (побуждает к действию) и адресата (выполняет заявленное побуждение). При создании высказывания говорящий стремится проинформировать слушающего о том, каким образом он оценивает ситуацию общения, ролевые позиции коммуникантов, намерения самого адресата. Подобные субъективные смыслы, содержащие наличие выраженной или замаскированной симпатии/антипатии, проявление эмоционального состояния говорящего в момент общения, указание на ролевой статус маркируются эмотивными элементами. Статус говорящего может быть выше статуса слушающего, например, в речевой ситуации приказа:

— Какого дьявола, Новиков! Сегодня ночью снимаете свои орудия со старой позиции и ставите их на прямую наводку вот здесь! Повторить!

Данное высказывание является категоричным и одновременно выражает возмущение адресанта. Прост. неодобр. какого дьявола (зачем, для чего) [7. С. 459], косвенный способ вербализации побуждения: глаголы в форме настоящего времени изъяв. накл. снимаете, ставите и в форме инфинитива повторить указывают на интенсивность побуждения, при этом ролевой статус говорящего позволяет ему в столь категоричной форме выражать коммуникативное намерение, предполагающее его обязательное, безапелляционное выполнение адресатом.

Однако следует отметить, что категоричность не всегда связана с эмоциями говорящего или обусловлена ими. Так, военные команды, надписи-запреты в общественных местах, речевые формы общения в официально-деловой обстановке, маркированные социальным фактором, объективно предполагают категоричность побудительного высказывания в силу прагматической специфики ситуации. Например:

— Выйти из строя!

— В стоматологическом кабинете выключайте сотовые телефоны!

— Принесите приказ о назначении Анкова на должность заместителя председателя комиссии, — сказал Антонов секретарю

В данных примерах категоричность обусловлена не эмоциональным состоянием говорящего, а конвенциями, принятыми в обществе и обязательными к исполнению.

В случае, если ситуация общения затрагивает интересы и личные потребности говорящего, побудительные высказывания, как правило, всегда эмоциональны. Например, в речевой ситуации просьбы-мольбы говорящий находится в зависимом от слушающего положении:

— Умоляю, ради Бога, помогите! На меня напали, у меня нет денег и документов!

В этом случае результат речевого воздействия должен быть направлен в пользу говорящего, на что указывают эмотивные компоненты: перформатив умоляю и фразеологизм ради Бога (пожалуйста, очень прошу, ради всего святого) [8. С. 41], актуализирующие интенсивность побуждения.

Итак, эмотивность побудительных высказываний в определенной степени детерминирована ролевыми характеристиками коммуникантов, расставляющими акценты в их личностных взаимоотношениях.

3) Характер ролевых отношений определяет способы осуществления воздействия — выбор речевых тактик (определенного набора и расположения коммуникативных действий (ходов)), которые реализуют коммуникативную стратегию — общую целевую установку на достижение перлокутивного эффекта. Поиск прагматических стимулов для выражения интенции побуждения приводит к выбору способа ее вербализации для наиболее эффективного воздействия с целью вызвать у собеседника определенные мысли, чувства (фактор «эмоционального заражения» [9]) и тем самым спровоцировать каузируемое поведение. Это обнаруживается в стремлении открытого выражения волеизъявления говорящего либо в его желании завуалировать собственные мысли, чувства, желания.

Чем больше у субъекта намерения достичь задуманного, тем более разнообразными будут предпринятые им речевые действия. Например:

1. — Виктория, ты завтра же продаешь свою долю и не лезешь туда.

— Не командуй здесь!

2. — Вика, милая, послушайся меня. Там работают профессионалы! В такие фирмы идут люди из бывших спецслужб. И ты будешь подписывать бумаги, смысл которых не понимаешь.. . А ответственность-то будет на тебе! Вот тебе мой совет: продай свою долю в фирме и открой косметический са,лон. Или солярий. Или цветочный магазин.. . Но умоляю, ради Бога, уйди ты из этой фирмы.

— Ладно, я подумаю, как это сделать.. .

Волеизъявление адресанта реализует интенцию приказа (1), обязательного к исполнению и необсуждаемого: завтра же продаешь свою долю и не лезешь туда. Данное побуждение звучит очень категорично (о чем свидетельствует способ выражения интенции — глаголы в форме наст. вр. изъяв. накл.), вследствие чего адресант терпит коммуникативную неудачу. В последующем коммуникативном ходе он ставит перед собой задачу таким образом воздействовать на адресата, чтобы добиться реализации интенции побуждения. Побудительная интенция второго высказывания осуществляется путем эмоционального давления с целью изменить решение адресата в интересах адресанта: 1) нагнетает страх, предсказывая возможные последствия (Там работают профессионалы! В такие фирмы идут люди из бывших спецслужб. И ты будешь подписывать бумаги, смысл которых не понимаешь. .. А ответственность-то будет на тебе!); 2) предлагает решение проблемы, благоприятный исход ситуации с рядом альтернативных возможностей (... продай свою долю в фирме и открой косметический салон. Или солярий. Или цветочный магазин. ..).

Рассматриваемый коммуникативный акт4 (2) можно представить в виде следующей цепочки действий адресанта: 1) анализ сложившейся ситуации общения; 2) выбор коммуникативной стратегии (воздействие на эмоционально-чувственную сферу); 3) выбор тактических ходов для ее реализации: а) номинация объекта (ласковое обращение Вика, м,илая); б) выражение личного эмоционального отношения к нему (в данном случае заботы), маркером которого выступают восклицательные и присоединительные конструкции; в) переключение на новые, смягченные коммуникативно-прагматические варианты побуждения — совет и мольбу (разновидность просьбы). Говорящий обращается к этим речевым актам, чтобы снять категоричность воздействия и скрыть явное

4 Коммуникативный акт состоит из аудитивного акта (или акта слушающего) и коммуникативной ситуации, т.е. представляет собой диалоговое взаимодействие коммуникантов [10].

ролевое превосходство над слушающим. При нейтрализации различий в статусах коммуникантов побуждение, представленное в форме совета, не требует от слушающего мгновенной и строго определенной реакции, как в случае приказа. В то же время адресант обращает внимание, что данное положение дел и предстоящие действия адресата ему не безразличны, на что указывает экспликация наименования речевого действия (вот тебе мой совет).

Выбор мольбы как способа выражения побуждения заключается в осознанном стремлении говорящего воздействовать на слушающего морально-психологически: ин-тенциональное содержание реплики в этом случае характеризуется некатегоричностью (по сравнению с категоричной интенцией приказа в первом высказывании), но эмоциональное состояние говорящего, маркирующее важность желаемого результата, выражено значительно сильнее посредством введенных эмотивных единиц.

Таким образом, способ вербализации коммуникативного намерения (выбор стратегии и тактик) обусловлен ситуацией общения, характером социально-психологических отношений коммуникантов.

4) Семантико-прагматические особенности взаимодействия эмотивных и директивных единиц в рамках эмотивных побудительных высказываний обусловлены местом эмотивной функции языка в ряду других функций.

Наряду с информативной (гносеологической / когнитивной / познавательной) эмо-тивная функция, связанная с выражением чувств говорящего, является одной из важнейших и выделяется как самостоятельная большинством исследователей [3, 11, 12, 13]. Особенностью эмотивной функции является ее способность осуществляться одновременно с другими функциями языка, в частности с модальной [14], регулирующей [15] и воздействующей [16]. Связь воздействующей и эмотивной функций языка отмечает В. В. Шаховский: «Эмотивность является важнейшим компонентом прагматики языка, так как наиболее ярко воплощает в себе воздействующую функцию: словесные и несловесные эмоциональные реакции наиболее чутки к эмоциональным стимулам, в роли которых могут выступать и эмотивы — специальные средства всех “этажей” языка» [3. С. 5].

Язык обладает набором определенных единиц (фонетических, лексических, грамматических) для выполнения той или иной функции или нескольких функций одновременно в конкретной ситуации общения, в частности для выражения различного вида эмоционального содержания. При включении эмотивов в побудительное высказывание эти языковые знаки становятся индикаторами, семантика и структура которых помогает установить наличие общей эмоциональности, а также осуществить дополнительное воздействие в координатах общения.

Сопоставим эмоционально-нейтральные побудительные высказывания и высказывания, в структуру которых входят эмотивные компоненты.

1. — У меня к тебе просьба: съезди к Велижгановым, расспроси про Роберто.

— Извини, нет времени, скоро рукопись сдавать.

2. — Танечка, мне очень нужна твоя помощь! У меня беда! К кому с ней идти? Только к лучшей подруге! Умоляю, помоги! Это вопрос оюизни и смерти!

— Хорошо! Что мне нужно делать?

Иллокутивная сила высказывания зависит от выбора средств его вербализации. В первой реплике эксплицируется просьба, которая выражается глаголом в форме 2 л.

ед. ч. повелит. накл. Во второй к интенции просьбы добавляется эмоциональная установка, осуществленная на основе сильной маркированности, которая достигается за счет введения ряда индикаторов эмоционального воздействия. Так как говорящий испытывает сильную потребность в реализации коммуникативного намерения, он стремится к более интенсивному воздействию с целью изменить эмоциональное состояние адресата, («заразить» дублирующей эмоцией), поэтому подбор соответствующего эмо-тивного знака направлен на ожидаемый перлокутивный эффект. Подобное обрамление побудительной интенции эмотивными знаками носит название эмоциональной рамки высказывания5. Эмотив Танечка, стоящий в начале высказывания, отражает эмоциональное отношение адресанта к адресату, указывает на ту эмоциональную волну, на которой будет происходить взаимодействие коммуникантов (более близкое общение). Усиление воздействия проявляется в дальнейшей апелляции к эмоциям адресата путем выбора соответствующего эмотивного знака: эмотивной лексики очень, лучшая, умоляю и лексики эмоций беда, жизнь, смерть.

Как видно из примеров, эмоции отмечают собой начало и конец волевого акта, образуя эмоциональный зачин и эмоциональную концовку в структуре эмоциональной рамки [17], и в координатах речевой ситуации, в частности ситуации просьбы, «представляют собой динамическую систему взаимодействующих факторов объективного и субъективного плана, вовлекающих человека в языковую коммуникацию и определяющих его речевое поведение» [17. С. 71]. Подобное изменение эмоционального знака в пределах побудительного высказывания от нейтрального (специализированные средства языка для выражения интенции просьбы) к сильно маркированному (путем введения в структуру высказывания эмотивных знаков) может привести к динамике всей речевой ситуации, например трансформации просьбы в мольбу.

Соответственно, эмоции, вербализованные эмотивными знаками, определяют тональность побудительного высказывания и, выступая вспомогательным средством директивных единиц, по принципу интенсификации иллокутивной силы способствуют реализации коммуникативной цели, а также программируют ответную реакцию адресата — ожидаемый перлокутивный эффект.

Таким образом, структура эмотивного побудительного высказывания представляет сложное образование — систему объективных и субъективных смыслов на оси «я» — «ты» (адресант — адресат), которые обнаруживаются при коммуникативно-прагматическом подходе.

Многоплановость коммуникативного содержания включает следующую информацию: 1) о целях и задачах адресанта (интенциональная информация), 2) о социальных, психологических признаках коммуникантов, 3) о способах достижения коммуникативной согласованности (речевых стратегиях и тактиках), 4) о том, с помощью каких языковых средств осуществляется коммуникация.

Эти информационные пласты не являются равнозначными, однако их совокупность организует смысловой объем в координатах речевой ситуации общения.

Принятые сокращения

Бондарев — Бондарев Ю. В. Последние залпы. Тишина: повесть и роман. М., 1980. 560 с. Донцова — Донцова Д. А. Каникулы в Простофилино: роман. М., 2008. 384 с.

Устинова — Устинова Т. В. Гений пустого места: роман. М., 2008. 352 с.

5 Эмоциональная рамка высказывания—это синтаксическая конструкция, включающая эмотив-ные знаки, которые обрамляют высказывание и сигнализируют о присутствии в нем определенной или определенных эмоций [17. С. 69].

1. Шаховский В. И. Лингвистика эмоций // Филологические науки. 2007. №5. С. 3-13.

2. Гак В. Г. Прагматика и языковое варьирование // Языковые преобразования. М., 1988. С. 554-584.

3. Шаховский В. И. Категоризация эмоций в лексико-семантической системе языка. Воронеж, 1987. 192 с.

4. Филиппова А. Н. Оптативные эмотивы в разноструктурных языках: Автореф. дис. . . . канд. филол. наук. Чебоксары, 2007. 25 с.

5. Мягкова Е. Ю. Когнитивная теория эмоций и исследование эмоциональной лексики. М., 1991. 226 с.

6. Баранов А.Н., Крейдлин Г. Е. Иллокутивное вынуждение в структуре диалога // Вопросы языкознания. 1992. №2. С. 35-39.

7. Словарь русского языка: в 4 т. Т. 1. А-Й. М., 1981. 698 с.

8. Фразеологический словарь русского языка / Под ред. А. И. Молоткова. М., 1986. 543 с.

9. Многомыслова Т.Н. Языковой статус восклицательных предложений // Сб. науч. тр.

МГПИ им. М. Тореза. М., 1997. Вып. 109. С. 33-38.

10. Ван Дейк Т. Язык. Познание. Коммуникация. М., 1989. 310 с.

11. Якобсон Р. Лингвистикаи поэтика // Структурализм: «за» и «против». М., 1975. С. 193230.

12. Слюсарева Н. А. Функции языка // Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990. С. 564-565.

13. Мечковская Н.Б. Социальная лингвистика. М., 2000. 206 с.

14. Ляпон М. В. Модальность // Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990. С. 303-304.

15. Руберт И. Б. Текст в синхронии и диахронии. Эволюционные аспекты жанров. СПб., 1998. 156 с.

16. Чаковская М. С. Текст как сообщение и воздействие. М., 1986. 128 с.

17. Труфанова И. В. Эмоциональная рамка высказывания // Эмотивный код языка и его

реализация. Волгоград, 2003. С. 64-71.

Статья поступила в редакцию 17 сентября 2009 г.