К вопросу адаптивности и социальной фобии в трудной жизненной ситуации

К ВОПРОСУ АДАПТИВНОСТИ И СОЦИАЛЬНОЙ ФОБИИ В ТРУДНОЙ ЖИЗНЕННОЙ СИТУАЦИИ

В настоящее время в силу стремительно образующихся социальных, экономических, морально-этических перемен, проблема адаптации становится как никогда актуальной. В этой связи в ряду возникающих проблем проблема материнства занимает особое место и поднимаемые вокруг нее вопросы указывают на то, что она является наиболее уязвимой сферой, что понимают уже и на государственном уровне.

В психологии чаще всего материнство рассматривается в функциональном аспекте родительства. Но особое место в этой проблеме отводится личностному аспекту женщины, так как материнство выступает одним из важнейших психологических механизмом ее самореализации и психического здоровья. Этот подход наиболее актуален для изучения причин отклоняющегося поведения, развития пограничных расстройств, а также вопросов, касающихся этиологии психопатологических форм нарушения личности ребенка.

Особый интерес представляют женщины, которые оказываются в кризисной ситуации материнства ввиду появления ребенка-инвалида. Эта ситуация выступает как критическая и в плане психического здоровья и личностного развития женщины. Объективный смысл всех критических ситуаций заключается в том, что решается главная проблема - быть или не быть, существовать в жизнеутверждающем проявлении или разочаровывающемся отношении, которое может стать опасным для жизни. В этой связи особенно остро встает вопрос об исследовании факторов риска состояний психической дезадаптации и социально-стрессовых расстройств, а также саморазрушающего поведения и личностных реакций на эмоциональ-

но-напряженную материнскую деятельность. В то же время умение самостоятельно разрешать кризисные ситуации, внутриличност-ные и семейные конфликты позволяет повышать уровень адаптивности, который становится в настоящее время особо социально необходимым, так как отражает психическое здоровье людей. Женщина, способная использовать адаптивные психологические механизмы выполняет психотерапевтическую функцию по отношению к себе, к ребенку и близкому социальному окружению.

Поэтому изучение механизмов адаптивного потенциала матерей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации представляется особенно важным. Во-первых, это поможет выяснить наиболее слабое звено в структуре личности, а во-вторых, наиболее оптимально подходить к разработке психотерапевтических и психокоррекционных программ формирования адекватного поведения в трудных ситуациях. Изучение адаптивности позволит углубить наши представления о специфических механизмах развития особого психического явления - материнства, как психического и психологического статуса женщины.

Подход к проблеме адаптации в психологии проводится с различных точек зрения: биологической, социальной и психологической. В первом случае она рассматривается в рамках изучения адаптационных реакций к экстремальным факторам среды [10]. В других как психическая [7] и социально-психологическая адаптация [9]. Ф.Б.Березин представляя проблему психической адаптации выделяет три ее уровня: социально-психологический, психологический и психофизиологический [2]. Выделение первых двух уровней позволяет глубже исследовать

закономерности развития личности, выделить значение внешних (социальных) факто-В.А.Петровский, рассматривая социально-психологический уровень личности, особо выделяет принятие индивидом социальной роли, насколько он адекватно воспринимает себя в той или иной роли и свои социальные связи [9].

Следует отметить, что при изучении личности в критической ситуации принципиально важным становится учет ситуационных переменных в рамках которых выполняются социальные роли, чтобы понять источники развития адаптивности или возможные варианты психической дезадаптации. Понимая адаптивность как динамический процесс оптимального соотношения х-элементов потребностей личности и у-элементов образа жизни во временном континууме и выделяя ее в качестве важнейшего свойства в структуре личностного развития, мы вводим это понятие в методологический аппарат эксперимента. «Адаптивность» как интегративное свойство личности будет выступать в качестве обобщающей единицы анализа, а изучение и выделение ее структурных элементов позволит, на наш взгляд, понять особенности психического и личностного проявления в контексте жизненной ситуации. В рамках нашего исследования основным механизмом психической и личностной трансформации мы определяем механизм преодоления эмо-ционально-мотивационных преград, как основной механизм человеческой активности. Предполагается, что эмоциональная и когнитивная оценка собственных возможностей преодоления проблем, отражая мотивацион-ную структуру и силу «Я» личности, позволит определить тенденции позитивного или, наоборот, негативного самодвижения личности.

Понятие «преодоление» как объект специального исследования в литературе не представлен, но практически он подразумевается и присутствует исторически при изучении любого психического акта. Так, представители психоанализа, «преодолению» придают большое значение, особенно в рамках рассмотрения механизмов «защиты» и

ров, показать их роль в эффективности адаптационного процесса личности. «совладания» (копинг-поведение) в контексте социальной фрустрированности. Наибольшее применение механизмы «защиты» и «совладания» нашли в области изучения скрытых эмоциональных нарушений у больных неврозами и другими пограничными расстройствами [5]. В современной отечественной психологии понятие «преодоление» впервые стало выступать в качестве теоретического конструкта в концепции Р.Х.Шакурова, который предлагает рассматривать адаптацию как динамический процесс преодоления барьеров оптимальной трудности и сложности задач социальной ситуации, трансформирующихся во внутренний план и определяющий раскрытие развивающего потенциала личности[12]. На наш взгляд, психологическое содержание «преодоления» заключено в определенных изменениях личности, и потому большое значение имеет отношение ее к жизненной ситуации и способность мобилизовать свои ресурсы, в том числе и мотивационно-смысловые для решения поставленных задач. Б.С.Алишев указывает, что действия приобретающие форму мотива, определяют смысл настоящей ситуации и будущего личности [1].

Отношение к себе и отношение к болезни ребенка, включающие как когнитивные так и эмоциональные составляющие, несомненно, определяют стратегию адаптивного и деза-даптивного поведения, психологическим итогом которых будет самопредставление и самоопределение себя в жизненном пространстве. И то и другое может проявляться в различных формах, представлять собой сложный комплекс переживаний и определять тем самым различные варианты преодоления трудностей. Отсюда самопредставление имеет диагностическое значение для понимания личности в трудной ситуации, потому что переживание субъектом действительности так же реально, как и сама действительность.

Все выше сказанное легло в качестве методологического и методического подхода для изучения адаптивного потенциала мате-

ри в ситуации больного ребенка. В психологии по вопросу изучения материнской адаптивности до сих пор не существует хоть сколько-нибудь стандартизованного средства измерения и специалистам приходится полагаться в своей работе лишь на результаты бесед с клиентами. В связи с этим, нами была разработана методика изучения адаптивности (мотивационной адекватности преодоления трудностей).

Методика. Разработка методики включала несколько этапов.

На первом этапе по результатам массовых опросов были выявлены в начале группы признаков трудной ситуации, а затем и отдельные признаки явления подлежащего измерению. При этом оказалось, что их число достаточно велико и, в нашем случае, позволило составить 125 вопросов-высказываний для оценки выраженности измеряемого явления. Вопросы были составлены таким образом, чтобы каждый опрашиваемый мог дифференцированно оценить выраженность отдельного поведенческого проявления по семи балльной шкале. Совершенно очевидно, что не все вопросы достаточно чувствительны (обладают достаточной дифференцирующей способностью) по отношению к различению здоровых людей и лиц, страдающих отклонениями в поведении.

В связи с этим было проведено сравнительное исследование двух групп испытуемых. В первую группу вошли те, у которых в ходе предварительного клинического исследования были обнаружены признаки отклоняющегося поведения, во вторую же группу попали испытуемые, у которых отклонений не фиксировалось. В первой группе было 200 испытуемых, во второй 50. Оценка выраженности сходства показателей по отдельным признакам позволила выявить вопросы, имеющие статистически достоверные различия по ^критерию Стьюдента (при этом за основание достоверности различия признавались все значения превышающие уровень от р<0,05).

Таким образом, на первом этапе работы удалось выделить те признаки, которые являются наиболее эффективными и значимы-

ми при определении выраженности признаков неадекватного поведения. Таких признаков удалось выделить 69.

На втором этапе исследования была предпринята попытка выделить отдельные группы признаков, характеризующих моти-вационно-поведенческие паттерны женщин в ситуации больного ребенка. При этом использовались корреляционный анализ пунктов опросника и факторный анализ для ответов только в группе испытуемых с отклоняющимся поведением. Кроме того, на этом же этапе была проведена проверка надежности-согласованности вопросов между собой с помощью вычисления коэффициентов корреляции Пирсона для качественных признаков.

Оценка коэффициентов корреляции между вопросами позволила сделать вывод о том, что среди оставшихся 69 вопросов синонимичных и антонимичных пунктов нет, т.к. коэффициенты корреляции между оценками не превышают величину 0,55 [8].

Использование факторного анализа позволило выделить 21 фактор. Среди которых один представлял собой своего рода совокупность параметрических свойств изучаемого явления. Так, как нас интересовала не генерализация свойств изучаемых параметров, мы, используя веса факторного анализа, провели и качественный анализ, исключая частные состоящие из двух, трех признаков. Качественный анализ корреляционных матриц позволил выявить 11 факторов характеризующих отклоняющееся поведение. Эмпирически выделенные они совпадали с теоретически выделенными конструктами. Однако, после перегруппировки выделенных первичных факторов в соответствии с их смысловым содержанием, удалось выделить восемь основных групп признаков, указывающих на проблемное (отклоняющееся от нормы) поведение, обусловленное преодолением психологически трудно решаемой ситуации. К ним относятся:

1) трудность изменения стереотипа презентации; 2) отсутствие внутренней свободы, приоритетность внешних установок; 3) отказ от доминирования; 4)неспособность принять

неудачу, провести коррекцию жизненных стратегий; 5) страх перед потерями, изменениями в жизни; 6) дефицит поведенческой мобильности; 7) рациональный негативизм; 8) низкая толерантность.

В результате проведенной работы представилась возможность уточнить компонентный состав факторов и сформировать ключи для дальнейшей обработки теста.

На третьем этапе работы была предпринята попытка эмпирической валидизации выделенных факторов. Поскольку прямая критериальная валидизация представляет определенные трудности, было принято решение использовать в качестве внешнего критерия экспертную оценку выраженности поведенческих проявлений специалистами, которые по роду своей деятельности лично сталкивались с испытуемыми диагностируемой группы. В качестве экспертов выступали психологи и социальный педагог, непосредственно работающие с женщинами исследуемых выборок. При этом оценка проводилась по пятибалльной шкале для каждого из выделенных факторов по отдельности. Для повышения объективности результатов оценки всех трех экспертов суммировались. Такую оценку удалось получить на 68 испытуемых экспериментальной группы.

Вычисление коэффициентов корреляции между величинами экспертной оценки и диагностической оценкой по каждому изучаемому параметру показало достаточно высокий уровень достоверной связи. В результате мы получили надежное и валидное средство измерения адаптивности и ее структурных единиц, ослабление или усиление которых будет обусловливать функциональные тенденции женщин-матерей в трудной ситуации болезни ребенка.

Были вычислены стандартные сигмаль-ные оценочные шкалы, которые позволяют оценить уровень выраженности тех или иных поведенческих проявлений, а также с достаточной надежностью выявить пограничные значения.

Проверка на ретестовую надежность шкал опросника проходила в три этапа с

временным промежутком в один и два месяца. Методика прошла апробирование в дипломной работе Мухамметзяновой Д.К («Влияние социально-психологических факторов на готовность ребенка к школе», 2005). Дальнейшая проверка позволила уточнить предположение о том, что отклонения в поведении у матерей приобретают устойчивые образования (личностные характеристики), а не только носят характер ситуативно обусловленных.

Методика содержит вопросы, на которые отвечающий должен выразить свое отношение к ситуации в виде оценки уровня трудности. По степени адаптивных возможностей они разделены на три группы: адаптивный вариант определяет выраженность признака в оценках - 1, 2. 3; оценка 4

- относительно адаптивный и неадаптивный

- оценки - 5, 6, 7. Анализ отдельных шкал дает ключ к пониманию причин характера эмоциональных и поведенческих проявлений у женщин, выявить зоны ситуационной напряженности. Очень важными в этом отношении являются шкалы 2, 4, 5, и 8-я, высокие оценки которых дают основание для диагностирования критической ситуации и возможности развития тревожного расстройства в связи с ситуацией в семье ребенка больного детским церебральным параличом. Шкала социальной фобии определяется суммарными оценками показателей по каждому параметру, - если суммарная оценка выше 113 баллов диагностируется социальная фобия -Б40.1 шифр по МКБ-10 [3].

Нормативные данные адаптивности, рассчитанные по методу сигмальных отклонений представлены в таблице оценочных шкал. Выше среднего нормативного уровня оценки диагностируют варианты, провоцирующие проблемы личности, обратная зависимость полученных результатов от нормативного уровня является оценкой адаптивности. К расширенным возможностям методики следует отнести диагностические параметры структуры адаптивного потенциала личности.

Оценочные шкалы по методу сигмальных отклонений

Уровни Среднее Ср.квадр. отклонение

низкий ниже седнего среднего средний выше среднего высокий X S

1. < 15,5 15,6 - 23,7 23,8 -31,9 32,0 -40,0 > 40,1 27,7800 6,1222

2. < 18,9 19,0 - 29,5 29,6 -40,2 40,3 -50,8 > 50,9 34,8800 7,9786

3. < 28,1 28,2 - 37,3 37,4 -46,7 46,8 -56,9 > 60,0 42,0800 6,9542

4. < 28,1 30,6 - 42,4 42,5 - 54,3 54,4 - 66,1 > 66,2 48,4200 8,8689

5. < 21,9 22,0 - 32,7 32,8 - 43,7 43,8 - 54,5 > 54,6 38,2000 8,1691

6. < 13,8 13,9 - 22,6 22,7 - 31,5 31,6 - 40,3 > 40,4 27,0800 6,6297

7. < 15,0 15,1 - 25,2 25,3 - 35,4 35,5 - 45,5 > 45,6 30,2600 7,6260

8. < 18,1 18,2 - 29,0 29,1 - 40,0 40,1 - 50,0 > 50,1 34,5000 8,1847

Содержательная интерпретация шкал. «Изменение стереотипа презентации». Под стереотипом презентации подразумевается стандартизированное представление себя в соответствии с привычным, часто с оттенком предвзятости, отношением окружающих, и обладающее большой устойчивостью.

Невозможность изменения стереотипа презентации определяется страхом несоответствия социальной идентичности и связана со стигматизацией. Стигматизация (с греч. stigma - пятно) - это процесс выделения индивидов среди других на основании некоторых неприемлемых в социальном плане отклонений от нормы и, чаще всего, по отношению к ним, выражается социальной дискриминацией. В ситуации с ребенком ДЦП этот процесс наиболее драматичен, он связан с восприятием внешнего дефекта, увечья, физического недостатка, нарушающим социально ожидаемое представление (экспектация). Все, что выбивается за

рамки общепринятого, зачастую вызывает у окружающих недоверие, страх, враждебность, опасение и потому люди предпочитают сторониться того, что вызывает у них неясную тревогу. Психологическая особенность данного факта обусловлена бессознательной реакцией инстинкта самосохранения на любое отклонение, неважно в какой форме оно проявляется, и в некоторых случаях может вызывать агрессию (Лоренц К., 1994).

Наши исследования показали, что основным механизмом трудностей, связанных с «изменением стереотипа презентации» у матерей детей с ДЦП, является страх. Этот страх имеет многовариантную основу, так как затрагивает материнско-детскую общность и отражает когнитивно-эмоциональную репрезентацию окружающей ситуации. Однажды возникнув в качестве механизма защиты, со временем страх превратился в механизм блокирующий личностные резервы, объективно проявляясь в

субъективном качестве «невозможности изменить стереотип презентации».

«Трудность принять неудачу, провести коррекцию жизненных стратегий». Под эти подразумеваются сознательные и бессознательные действия с целью оградить себя от проблемы, блокирующие восприятие реальности и нарушающие критичность, что приводит к невозможности исправить, или частично изменить отношение и поведение к свершившемуся факту. Чаще всего объективным проявлением неблагополучия по параметру «трудно принять неудачу, провести коррекцию жизненных стратегий» у наших испытуемых выступали когнитивные презентации типа: «Это испытание, которое мне послано по какой-то причине»; «Этот кошмар будет преследовать меня всю жизнь»; «Эту несправедливость ничем не исправить».

Основным механизм «трудностей принять неудачу, провести коррекцию жизненных стратегий» связан с реакциями личности на осознание дефекта, социальной де-привации и своеобразных условий, складывающих вокруг нее. В случае матерей детей с ЦП этот механизм имеет сложную зависимость с субъективной оценкой женщины, связанной с презентацией своей внешности. Здесь имеется в виду не индивидуальная внешность, а так называемая совокупная -«внешность матери и ребенка». Таким образом, основным механизмом «трудностей принять неудачу, провести коррекцию жизненных стратегий» выступает переживание, связанное с дефектом ребенка, блокирующим мотивацию адекватного поведения. Внешним подтверждением действия этого мотива является то, что матери чаще всего социально не включены.

«Отсутствие внутренней свободы». Содержание этого понятия отражает результат напряженности, как результата несовпадения требований предписаний и установок общественного мнения и самого индивида. Механизмом трудностей связанных с «отсутствием внутренней свободы» выступает чувство вины, чаще всего проявляемое в форме аффективных реакций экстрапуни-

тивного типа. Объективным проявлением «отсутствия внутренней свободы» чаще всего выступает речевая формула «Я все делаю для него! (нее). Я только этим и живу!».

«Дефицит поведенческой мобильности». Содержательно это понятие отражает внутреннюю субъективную оценку собственной неуспешности, несогласованности, неорганизованности, непоследовательности своих поступков, неумение быстро и гибко ориентироваться в изменяющихся условиях ситуации, что при тревожно-мнительном типе акцентуации значительно усиливает астенические черты.

«Рациональный негативизм». Содержание этого показателя отражает рациональное объяснение неприемлемых для себя любых форм требований, общения, ожиданий, а также указывает на довольно обнаженный эгоцентризм, неконформность установок, циничный взгляд на происходящие события.

«Толерантность» определяет личностное качество, выражающееся в способностях: 1)терпимо-уважительного отношения к другому человеку; 2) войти в положение другого человека и стимулировать его личностный рост, вплоть до включения у него креативности и саморазвития; 3)управлять своими эмоциями, чувствами в ответ на идущую извне агрессию (Попов, Л.М., 2000). Толерантность включает кроме нравственного сознания активные устремления событийного характера, со-действия, сопереживания.

Низкая толерантность выражает отсутствие или снижение этих качеств.

«Отказ от доминирования» подразумевает трудности, связанные с невозможностью или отказом применять тактику взаимодействия с другими людьми методом психологического давления при помощи авторитета или наказания.

«Страх перед потерями и изменениями в жизни» подразумевает безотчетный страх или тоску в ситуациях реальной или воображаемой опасности, изменяющих привычный стиль жизни.

Фрагмент экспериментального изучения адаптивности.

Для изучения взаимосвязи между содержанием мотивационной направленностью поведения и индивидуально - психологическими особенностями был проведен корреляционный анализ в изучаемых группах матерей, для того чтобы определить ведущие мотивационные тенденции в зависимости от типа личностного нарушения в ситуации болезни ребенка. Исследование личностной сферы с использованием стандартизованного многофакторного метода исследования индивидуально-личностных особенностей СМИЛ, позволил выделить для анализа уровня адаптивности 4 группы матерей: 1-я группа - условно названная «здоровые»; 2-я группа - матери с неврастенической тенденцией; 3-я группа - матери с нигилистической тенденцией; 4-я группа - матери с истерической тенденцией.

Результаты.

У матерей невротического типа выявлена зависимость между показателями депрессивных реакций, «трудностями изменения стереотипа презентации», «отсутствием внутренней свободы» и «страхом перед потерями и изменениями в жизни».

У матерей с нигилистической тенденцией выявлена тесная связь между параметрами «трудности изменения стереотипа презентации», «рациональный негативизм» и «отсутствие внутренней свободы». Характерным в динамике развития этой группы является усиление эгоцентричности, обособленности, сужение зоны межличностных контактов и проявления импульсивности в решении значимых ситуаций.

Корреляционный анализ показал, что у матерей с истерической тенденцией более выражены «дефицит поведенческой мобильности», «страх перед потерями, изменениями в жизни» и «низкая толерантность», что приводит к усилению более всего гипостенических свойств - пессимистичности, тревожности и мало управляемой импульсивности.

Необходимо отметить, что в группе матерей, обозначенной как группа «условно

здоровые» выявлены тесные связи между личностными параметрами «оптимистич-ность», «активность», «избирательность и рациональный подход» и мотивационной установкой «принять неудачу, провести коррекцию жизненных стратегий». Характерным для матерей этой группы является гибкий подход в плане оптимизации своих потребностей на основе рационального использования своего накопленного опыта и опыта других.

В ходе проведенного исследования было выявлено, что психологическое содержание изменений личности связано с различными звеньями механизма преодоления, и, прежде всего, с устойчивыми с личностно - мотива-ционными генерализованными установками, проявляющимися в расстройствах пограничного уровня реагирования. Основным провоцирующим фактором выступает особая ситуация, обусловленная стигмой инвалидности ребенка и в связи с этим самопредъявление и самоопределение личности в жизненном пространстве. В данной ситуации, как сильного психогенного фактора, развиваются нарушения по типу неврастенического, истерического, а также по нигилистическому варианту конфликта, сигнализируя об истощении резервных возможностей и отражая уровень и специфику слабости «Я».

Полученные результаты предоставляют возможность углубить представления о нормальном и аномальном развитии личности, что поможет создавать научно - обоснованные прогнозы адекватного материнства, а в практическом плане создавать кор-рекционные методы, направленные на формирование психического благополучия женщин, оказавшихся в трудной ситуации реализации себя в материнстве.

Представлены результаты исследования адаптивности матерей, находящихся в ситуации ребенка больного детским церебральным параличом. Предлагается методика изучения адаптивного потенциала матери инвалида при решении задач, направленных на диагностику и профилактику лиц с повышенным риском нервно-психической де-

задаптации, развитие которой определяется преимущественно психологическими факторами. В качестве основных психологиче-«трудной ситуации» (внешний фактор) и систему когнитивного и эмоционального отражения этой ситуации матерью инвалида (внутренний фактор). Методика основана на самооценке испытуемого как источнике диагностической информации и критерия

ских факторов выделена ситуация, объективно включающая в себя характеристики

адаптивного потенциала матери инвалида. Показано, что когнитивная и эмоциональная оценка собственных возможностей преодоления проблем позволяет определить моти-вационную структуру и силу «Я» личности матери.

АКАДЕМИЧЕСКАЯ МОБИЛЬНОСТЬ И КАЧЕСТВО ОБУЧЕНИЯ СТУДЕНТОВ ЗА РУБЕЖОМ

А.М.Белякин, с.н.с. ИПППО РАО

Каждый год из восьмидесяти с лишним миллионов студентов, насчитывающихся во всем мире, более миллиона «зарабатывает» часть своего университетского диплома в зарубежной стране

Обучение за границей - очень старая традиция: японцы, например, учатся за границей уже более двух тысячелетий • В Европе, в течение многих столетий ученые, используя латинский язык как лингва франка, должны были вести преподавательскую работу в нескольких странах^ Поэтому проект ERASMUS (European Community Action Scheme for the Mobility of University Students), направленный на расширение академической мобильности и межуниверситетского сотрудничества, можно рассматривать не только как источник финансирования программ академической мобильности, но и как дань уроженцу Роттердама, академическая жизнь которого протекала в Париже и Базеле, Кембридже и Турине^

В современную эпоху Европейское Сообщество осуществляет академическую мобильность с помощью Программ Совместного Обучения (Joint Study Programs,1976), проектов

ERASMUS (1987) и SOCRATES (1995), развивая студенческую мобильность как путь к совершенствованию знания иностранного языка и межкультурной компетенции. Почти полмиллиона студентов уже испытали преимущества программ академической мобильности. В 1987 году 300 университетов обменялись 3 000 студентов; в 1997году такой обмен составил уже 80 000 студентов при участии 1500 университетов.

В Европе студенческая мобильность рассматривается как деятельность с взаимными обязательствами, США же придерживается иной точки зрения. Приезжающие учиться иностранные студенты - это источник прибыли, они должны говорить на английском языке, и благодаря им живет и процветает огромная индустрия тестирования. Типичные американцы гораздо в меньшей степени ориентированы на международную деятельность: 90 % из них не имеют международного паспорта, слабо изучают иностранные языки, и университетские обмены часто не требуют какой-либо иноязычной компетентности [2]. В рамках обычной американской программы зарубежного обучения группу студентов «пересаживают на иностранную почву»,