Придаточное неосуществленного действия в болгарском языке и его русские параллели

Е.Ю. Иванова

Санкт-Петербургский государственный университет, 199034 г. Санкт-Петербург, Российская Федерация

Придаточное неосуществленного действия в болгарском языке и его русские параллели1

В статье рассматриваются болгарские сложные предложения с союзом без да, содержащие придаточное, которое сообщает о неосуществленном действии. Проанализированы грамматические и семантические свойства этой конструкции, определяемые входящими в состав союза отрицанием и модальной частицей да. Показано кумулятивное воздействие двух показателей нефактив-ности на глагольные категории сказуемого в составе подчиненной предикации. Описаны русские переводческие соответствия и предложены объяснения случаев, при которых русские деепричастия не могут выступать эквивалентами данных конструкций.

Ключевые слова: союз без да, придаточное образа действия, отрицание, нефактивность, взаимодействие грамматических категорий, болгарский язык, русский язык.

E.Yu. Ivanova

Saint Petersburg State University,

Saint Petersburg 199034, Russian Federation

The subordinate clause of unaccomplished action in Bulgarian and its Russian parallels2

The paper reviews Bulgarian complex sentences containing the subordinate clause with the conjunction bez da relating to an unaccomplished action. Grammatical and semantic properties of this construction are analysed, which are

1 Исследование ведется в рамках работы над проектом РГНФ № 16-04-50019.

2 This work is supported by Russian Foundation for Humanities, grant № 16-04-50019.

conditioned by the presence of the negation marker and the modal particle da. The paper testifies to the influence that the cumulative action of the two non-factuality markers exerts on verbal categories of the subordinate predicate. Russian translation correspondences are detailed, and an explanation is put forward for the case when Russian adverbial participles cannot serve as equivalent of those constructions.

Key words: conjunction bez da, subordinate clause of manner, negation, non-factuality, interaction of grammatical categories, Bulgarian, Russian.

1. Болгарские предложения с союзом без да: основные характеристики и место в типологии сложноподчиненного предложения

1.1. Происхождение союза без да

Предложения с союзом без да ('без [того] чтобы') возникли на месте старославянских конструкций с отрицательным причастием: причастная форма была замещена да-конструкцией (сочетанием модального компонента да с личной формой глагола), а предлог без взял на себя функции показателя отрицания. Постепенно эти конструкции расширили свое употребление в болгарском языке, вытеснив и отрицательные деепричастия [Лашкова, 1973, с. 74-76]. Процесс формирования предложений с союзом без да связывается с балканским влиянием: аналогичные соединения предлога со значением 'без' с модальным элементом глагольной формы в единый союз наблюдаются в греческом (ympíq / dv/mq va) и румынском (Jara sa) языках. В албанском предлогpa 'без' связывается с причастной формой, хотя имеются и образования по типу славянских деепричастий с отрицанием [Там же; Асенова, 1980]. В болгарском языке появление этого союза фиксируется, скорее всего, не ранее XVIII в., в румынском -не ранее XVI в. [Лашкова, 1973, с. 76; Асенова, 2002, с. 179], тогда как аналогичный союз существовал еще в древнегреческом.

Тенденция к связыванию предлога и модального элемента, входящего в состав общебалканской аналитической конструкции, заменившей инфинитив и некоторые причастные формы, для создания семантически специализированных сложных союзов, охватила и другие предлоги, ср. болг. за да 'для [того] чтобы' или устар. от да 'от [того] чтобы' и их аналоги в других балканских языках [Асенова, 2002, с. 180]. В болгарском языке сформировались и иные подобные союзы с узкоспециализированной семантикой: освен да 'кроме [того] чтобы', вместо да 'вместо [того] чтобы', преди да 'прежде чем'. Таким образом, процесс, начавшийся в период усиленных балканских контактов, впоследствии стал соответствовать потребности в интеллектуализации речи, возникшей

на начальном этапе формирования национальных литературных языков [Асенова, 2002, с. 180].

В целом соединение предлога со значением исключения/отсутствия с разными по форме союзными компонентами известно многим языкам1, ср. рус. без того, чтобы, как в переводе примера (4) ниже, нем. ohne daß или фр. sans que. Даже в рамках южнославянских и - шире -славянских языков имеются разные варианты связи предлога без с теми или иными глагольными формами, см. обзор фактов чешского, сербохорватского языков, а также лужицких, где видится воздействие немецкой конструкции [Лашкова, 1973, с. 76-78].

Наиболее близкая к болгарскому языку форма (т.е. соединение без с модальной частицей да и последующим личным глаголом) и с теми же функциями имеется в македонском языке. По данным анонимного рецензента, аналогичная модель с да развилась в субстандартных регистрах словенского и сербского языков, в чем усматривается влияние контактов с фриульским, итальянским и немецким языками. Однако конструкции типа без да, по замечанию того же рецензента, известны в этих языках из письменных памятников не ранее XIX в. Этот факт показывает, что источники данной модели могут быть разными даже в пределах южнославянской группы языков: в болгарском и македонском она появилась раньше, по-видимому, независимо от северных и западных соседей. Обратим внимание и на обязательный модальный характер данной балканской частицы.

Балканский характер данного явления определяется, с одной стороны, единством формы и функций, с другой - близким временем возникновения из одного (греческого) источника воздействия. В работе [Фридман, 2011, с. 49-50] данный тип конструкции ('без' + 'да' + Verb), вслед за работой [Kazazis, 1968] выведен как общебалканский тип формирования модели с семантикой «А делает В, не делая С». Приводя данные греческого, албанского, болгарского, македонского, румынского, цыганского и арумынского языков, В. Фридман рассматривает эту модель как типичный образец единого, за исключением албанского языка, применения общей балканской частицы daltëlsâlva.

1.2. Основные грамматические характеристики предложений с союзом без да

В современном болгарском языке высокая активность конструкций с союзом без да определяется утратой деепричастия совершенного вида

1 Благодарю анонимного рецензента за ценные замечания и дополнительные лингвистические данные, побудившие меня к более развернутому обсуждению данного вопроса.

и сокращенной сферой действия деепричастия несовершенного вида; о болгарском деепричастии см. [Гугуланова, 2005; Васева, 1970; Гради-нарова, 2014].

Союз без да вводит придаточное предложение, в типичном случае сообщающее о неосуществленном действии, которое могло бы сопровождать действие главной части (при глаголе несовершенного вида) или предварять его (при глаголе совершенного вида) [Захаревич, Крылова, 1978, с. 50], ср. (1) и (2). Отрицательный компонент в составе союза является ударным - 6é3 да:

(1) Нацупила се - върви напред, почти без да говори (pres.ipfv.3sg1) с него (Д. Пеев).

'Ну вот, надулась: идет вперед, почти не разговаривая с ним (букв. почти без [того] чтобы говорить с ним)'2.

(2) Но на четвъртия ден Сузи замина малко неочаквано, без да разбере (pres.pfv.3sg) нищо (П. Вежинов).

'Но на четвертый день Сузи неожиданно уехала, так ничего и не узнав' (пер. Л. Лихачевой).

Все основные структурно-семантические особенности придаточной части с без да связаны с происхождением этого союза: с одной стороны, с ограничениями, типичными для да-конструкции в результате ее экспансии в систему сложноподчиненных предложений болгарского языка, с другой - с элементом без как средством создания общего отрицания в зависимой предикации. Здесь перечислим те из них, которые уже давно получили освещение в лингвистической литературе [Лашко-ва, 1973, с. 76; Захаревич, Крылова, 1978, с. 50; Шамрай, 1981; ГСБКЕ, 1983, с. 364-365], далее в статье мы дополним их новыми наблюдениями.

1. Модально-темпоральные ограничения на сказуемое в зависимой предикации: оно представлено только формами изъявительного наклонения, а временные варианты ограничены настоящим временем и перфектом (реже встречается плюсквамперфект и в особых условиях имперфект). Это связано со спецификой элемента да: нефактивность

1 Сокращения: pres - настоящее время; aor - аорист; perf - перфект; pperf - плюсквамперфект; imperf - имперфект; fut - будущее время; pfv - совершенный вид; ipfv - несовершенный вид; sg - единственное число.

2 Иллюстративный материал собран из Национального корпуса болгарского языка (http://dcl.bas.bg/bulnc/, помета БНК), болгарско-русского (БРПК) и русско-болгарского (РБПК) параллельных корпусов (http://rbcorpus.com/index2.php; при этих примерах указана фамилия переводчика), из интернет-источников (И) и личного корпуса автора. Переводы без указания переводчика сделаны автором статьи.

(как свойство обозначать ирреальные, в основном гипотетические ситуации) считается общим семантическим инвариантом разнообразных употреблений да-конструкции в современных болгарском и македонском языках [Ницолова, 2008, с. 328; Тополиаска, 2008, с. 56; Петрова, 2015; Субjунктив, 2015 и др.]. Некоторое исключение составляют контексты с глаголами перцепции, способными присоединять с помощью да сообщения о реальном положении дел: Усетих някой да ме докосва по рамото 'Я почувствовал, как кто-то трогает меня по плечу', но и они обычно употребляются в отрицательной форме, снимающей истинность вводимой пропозиции [Ласкова, 2009; Петрова, 2015]: Не усетих някой да ме е докосвал 'Я не почувствовал, чтобы кто-нибудь дотрагивался до меня'.

В целом в сложных предложениях да рассматривается как модальный союз (или конъюнктивоподобная частица), включая случаи, когда он является элементом союза (без да, за да, преди да и др.)1.

В подразделе 3 мы еще вернемся к набору времен в предложении неосуществленного действия и покажем, что выбор временной формы сказуемого в предикации с союзом с без да не связан впрямую с реальным соотношением событий на темпоральной оси.

2. Возможность дистанционного расположения компонентов союза. Между без и да обычно располагается подлежащее зависимой клаузы (как той в примере (4) далее), факультативно могут быть вставлены обстоятельственные компоненты и конкретизирующие частицы (3 а), а также топикализованные дополнения (3б):

(3) а. А вие какво искате - не можем да решим толкова заплетена ситуация, без поне малко да рискуваме (А. Милчев, БНК). 'А что вы хотите - мы не можем разрешить такую запутанную ситуацию, хотя бы немного не рискуя (букв. без хотя бы немного чтобы мы рисковали)'.

б. Сам обясни всичко на хората, без да се пали и без тях да пали (Б. Димитрова).

'Он все объяснил людям, сам не кипятясь и их не заводя'.

3. Возможность некореферентности субъектов главной и зависимой предикации, как в примере (4) или (5в). См. и раздел 4.2.

1 Существует несколько союзов (макар да; и да, да), в составе которых содержится элемент да, являющийся наследником старославянской модальной частицы-союза, сопровождавшей условные союзы [ГСБКЕ, 1983, с. 403; Дограмаджиева, 1984, с. 194, 210; ГСБЕ, 1993, с. 509]. Эти позиции не связаны с замещением инфинитива да-конструкцией, поэтому здесь и набор времен не имеет характерных для да-конструкции ограничений [Ницо-лова, 2009].

4. Запрет на отрицание при предикате придаточной части; нейтрализация отрицательного смысла всего сложного предложения при наличии отрицания при предикате главного предложения. Так, в (4) в зависимой предикации указывается действие, без которого не обходится осуществление действия в главной предикации. Отрицание в главной и придаточной частях помогает выразить убежденность субъекта речи в том, что ситуация обычно происходит только так, а не иначе.

(4) Нито едно събиране ... не завършваше, без той да се напие като пън (БНК).

'Ни одна встреча не заканчивалась без того, чтобы он не напился вдрызг' (= Каждая встреча заканчивалась тем, что он напивался вдрызг).

5. Возможность использования в зависимой предикации как неопределенных (5а, 5б), так и отрицательных (5в) местоимений и наречий:

(5) а. Разгадаваше латинските им [на цветята] названия, без някога

да е учил латински (Г. Господинов, БНК). 'Он разгадывал их [цветов] латинские названия, хотя никогда не учил латинский (букв. без когда-либо чтобы учил латинский)'.

б. Един удар и ще бъде изхвърлен от влака, без някой да забележи (Д. Пеев, БНК).

'Один удар, и он будет выброшен из поезда, так что этого никто не заметит (букв. без кто-либо чтобы заметил)'.

в. Не се плаши, ще те отмъкна, без никой да забележи. 'И не бойся, я увезу тебя так, что никто не заметит (букв. без никто чтобы заметил)' (пер. Л. Лихачевой).

В целом в болгарском языке способность сентенциального отрицания лицензировать отрицательные местоимения не имеет серьезных отличий от русского языка1. Как и в русском, «отрицательные местоимения сами по себе не являются маркерами отрицания (negative quantifiers) и вне сентенциального отрицания неграмматичны» [Корнакова, Люти-кова, Гращенков, 2016, с. 60], см. также [Падучева, 2013] и др.

1 Об основных характеристиках болгарского отрицательного предложения см., например, [Иванова, Градинарова, 2015, с. 77-87]. Здесь лишь отметим, что основные отличия болгарского отрицания от русского связаны прежде всего с регулярным смещением частного отрицания к предикату и со свойствами частицы-союза ни(то), способного в ряде позиций выступать как средство общего отрицания.

Однако лицензирование неопределенных местоимений [Осенова, 1999], а также выбор между отрицательным или неопределенным местоимением в конструкции с без да нуждается в специальном исследовании: несмотря на то, что, например, статистика употребления местоимений никой 'никто' и някой 'кто-либо', 'кто-нибудь' в корпусе одинакова1, необходимо отдельно изучить не только семантические и грамматические условия их реализации (как, например, [Герасимова, 2015; Корнакова, Лютикова, Гращенков, 2016]), но также и сравнить, каков выбор между этими местоимениями в придаточных с другими союзами с да (да, преди да, за да и др.), где отрицание не включено в состав союза. Эта важная проблема в данной статье, однако, не рассматривается.

1.3. Место предложений с союзом без да

в типологии сложноподчиненного предложения

Классификационный статус сложных предложений с союзом без да является условным: в болгаристике они автоматически помещаются в ту же классификационную группу, что и их, так сказать, положительные корреляты - предложения с союзом като 'как', 'когда', 'в то время как', см. пример (6). Союз като может вводить и отрицательную предикацию, таким образом формируя синонимическую, хотя и менее употребительную, по сравнению с без да, отрицательную конструкцию, см. примеры (7а) и (7б) из [ГСБКЕ, 1983, с. 365]:

(6) Той говори бавно, като разтегля гласни (Г. Марков). 'Он говорит медленно, растягивая гласные'.

(7) а. Той вървеше, като не обръщаше внимание на движението

по улицата.

'Он шел, не обращая внимания на движение на улице'.

б. Той вървеше, без да обръща внимание на движението

по улицата.

(То же).

В подразделе 2 мы покажем некоторые существенные семантические отличия этих функционально близких построений.

Предложения с союзом като, в свою очередь, также не имеют установленного места в классификации сложноподчиненных предложений.

1 В непереводной части корпуса БНК, открытой для онлайн-доступа: 103 и 102 вхождения для последовательностей без никой да и без някой да соответственно (http://search.dcl. bas.bg/, дата обращения: 28.04.2017).

В болгарской лингвистике их традиционно относят к предложениям «за начин и сравнение» (образа действия и сравнения) [ГСБКЕ, 1983, с. 363-365]. В грамматиках русских болгаристов [Захаревич, Крылова, 1978, с. 50-51; Маслов, 1981, с. 395-396] предложения с без да и като отделены от сравнительных как особая группа предложений образа действия. В работе [Иванова, Градинарова, 2015, с. 302-305] принято решение описывать предложения с като и без да как разновидность времен-ньк предложений, таким образом подчеркнуто значение совместного действия как ведущее для их семантики: сопровождающая ситуация в придаточной части (в том числе несостоявшаяся) определяет характер действия в главной, способ его протекания и осуществления.

2. Семантика предложений с союзом без да

Семантические возможности предложений с союзом без да представлены в лингвистической литературе лишь отрывочными сведениями. При том что наиболее типичным считается значение сопровождающего действия, отмечаются значительные отклонения от этой семантики, проистекающие, собственно, из значения исключения и противопоставления, характерных для исходного предлога без.

Вычленяют прежде всего уступительное (8) и противопоставительное (9) значения [Лашкова, 1973; Шамрай, 1981; ГСБКЕ, 1983; Асенова 2002 и др.]. Последнее наиболее ярко выражено в структурах с разными субъектами в главной и зависимой клаузе, как в (9б), где при этом проявляется, в формулировке Р. Ницоловой, «отсутствие обусловленности одного [действия] другим» [ГСБКЕ, 1983, с. 365], см. и подраздел 4.2.

(8) Аз лично го водих там - без да беше включено в програмата му.

'Я лично водил его туда, хотя это не было включено в его программу'.

(9) а. Какво правите с депутат, който говори, без да се мотивира?

Смеете ли му се? (А. Сейков, БНК).

'Что вы делаете с депутатом, который высказывается,

не приводя аргументов? Смеетесь над ним?'

б. Ето толкова дни бяха минали, без да му се обади (П. Вежинов).

'Сколько уже дней прошло, а он даже не звонит (букв. без [того] чтобы [он/тот] ему позвонил)' (пер. Л. Лихачевой).

Обратим внимание и на другие, еще не отмеченные в литературе семантические особенности предложений с союзом без да, которые

особенно отчетливо выявляются на фоне их функциональных синонимов - предложений с союзом като с последующим отрицанием при предикате.

Предложения с союзом без да, в отличие от предложений с като не, не способны выражать причинно-следственные отношения между событиями. Так, без да не может вводить зависимую предикацию, обозначающую стимул, причину эмоционального состояния ('не сделав Q, тем самым вызвать состояние Р'):

(10) Той се учуди, като не (*без да) намери никого в къщи. 'Он удивился, не найдя никого в доме'.

(11) Аз се притеснявах, като не (*без да) отговорих на нито един въпрос след доклада.

'Я переживал, не ответив ни на один вопрос после доклада'.

Без да не может оформлять зависимую клаузу, обозначающую событие-причину ('не делая / не сделав Q, тем самым привести к ситуации Р'), см. примеры (12-13), где возможно употребление союза като, но недопустим союз без да. Тот же запрет наблюдается и при указании на не реализованное в прошлом мотивирующее действие (14), хотя в таком случае предпочтительно употребление не като, а специализированных составных причинно-следственных союзов на его основе - тъй като, след като:

(12) Властта, като не отделя достатъчно пари за образование

и здравоопазване, прави бъдещето на страната непредсказуемо.

'Власть, не выделяя достаточно денег на образование и здравоохранение, делает будущее страны непредсказуемым'.

(13) И знаете ли как ме злепоставяте? Като не искате да си поемете директорския пост в института (П. Вежинов).

'И если бы вы знали, как вы меня подводите тем, что не хотите занять пост директора института' (пер. Л. Лихачевой).

(14) Той се самоуби, тъй като / след като не успя да изплати дълговете си.

'Он покончил жизнь самоубийством, не сумев рассчитаться с долгами'.

Предложение с без да не может выражать интерпретационные отношения. Такие отношения возникают при двукратном назывании одного действия двумя предикатами, причем во вторичной предикации

содержится обозначение самого действия, а в главном предложении -интерпретационный предикат. Предикаты с интерпретационно-оценочным компонентом значения [Апресян, 1997, с. XX; Апресян, 2004, с. 17] не означают конкретного действия, а служат лишь для оценочной интерпретации другого действия, представленного как уже совершенное кем-то и образующее пресуппозицию данного глагола. Важная их синтаксическая особенность для русского языка состоит в том, что «их правая валентность, т.е. валентность действия, являющегося предметом интерпретации, может выражаться деепричастием или придаточным предложением с союзами если и когда: Ср. Вы ошибаетесь, думая (если думаете), что худшее уже позади» [Апресян, 1997, с. XX].

Применительно к примерам с отрицательным событием толкование может быть сформулировано следующим образом 'несделанное Q можно расценить как поступок Р': Вы ошиблись, не пригласив его. В русском языке предложения с интерпретационными отношениями регулярно строятся с деепричастными оборотами. В болгарском языке, где сохранился лишь один вид деепричастия - несовершенного вида, причем имеющий значительные стилистические ограничения, в качестве основной параллели выступают те же предложения с като и отрицанием при предикате. Ср. некоторые русско-болгарские пары:

(15) а. Сгрешихте, като не го поканихте. - Вы ошиблись, не пригласив его.

б. Той се изложи, като не отговори на нито един въпрос след доклада. - Он опозорился, не ответив ни на один вопрос после доклада.

в. Много от шофьорите са самоуверени и се надценяват, като не внимават достатъчно (БНК). - Многие водители самоуверенны и переоценивают себя, не проявляя внимания на дороге.

г. Страшно се излагаш, като не пееш на живо (И). - Ты себя ужасно компрометируешь тем, что не поешь вживую.

Использование союза без да и в этих случаях невозможно.

3. Выбор видо-временной формы сказуемого и семантика предложений с союзом без да

Темпоральное соотношение неосуществленного действия и действия в основной предикации в предложениях с союзом без да выражается, вообще говоря, не временной формой, а видовой. Как будет показано в п. 3.1. и 3.2, именно вид глагола указывает на сопровождающее

или предваряющее действие. Употребление других глагольных форм для выражения одного лишь темпорального значения предшествующего действия носит необязательный характер, что подтверждает возможность их взаимозамены или замены их презентной формой. Анализ материала показывает, что использование форм прошедшего плана определяется иными факторами (3.3, 3.4).

3.1. РРЕБ.!РРУ

Используется для сообщения о нереализующемся сопровождающем действии (независимо от видо-временной формы сказуемого главной части):

(16) Да бях се сетила малко по-рано... - повтаря (рнез.доу) горчиво Флора, без да ме слуша (рнез.доу) (Б. Райнов).

'Сообрази я хоть немного раньше... - продолжает сетовать Флора, не слушая меня' (пер. А. Собковича).

3.2. РРЕБ.РРУ

Используется для сообщения о нереализованном действии, которое ожидалось как предшествующее действию в главной части (независимо от видо-временной формы сказуемого главной части):

(17) ...Споменът изхрусква (рнез.доу) в него с отвратителния вкус на зрънцето грозде, което сме сдъвкали (рею\рру) покрай другите, без да забележим (риез.рру) полепналата върху него паяжина (Л. Дилов, БНК).

'Воспоминание взорвалось в нем, как лопнувшая во рту виноградина с отвратительным вкусом, которую мы съедаем заодно с другими, не заметив прилипшую к ней паутину'.

3.3. 1МРЕРР

Эта наиболее редкая возможность для предложений с союзом без да прошедшего плана встречается, в основном, при именных и наречных предикатах (18), что отражает общую тенденцию к нейтрализации категории результативности для форм связочного глагола в именном или причастном сказуемом. При этом возможна и нейтрализация отнесенности к прошедшему времени, что отражается в замене имперфекта на настоящее время, ср. с (22).

(18) Без да беше (¡мреир) нужно, прокурорът се намесва (риезлрру) (БНК).

'Хотя это и не было нужно, прокурор вмешивается'.

51

3.4. PERF и PPERF

Результативные времена - перфект или плюсквамперфект - употребляются при указании на никогда не происходившее / так и не произошедшее действие, которое могло бы иметь место как обусловливающее для действия в главной части.

Выбор между формами перфекта или плюсквамперфекта должен бы регулироваться, в теории, правилами согласования времен. Действительно, в ряде примеров эта соотнесенность соблюдается: при настоящем и будущем плане главной предикации в придаточной для обозначения прошедшего действия употребляется перфект, при прошедшем - плюсквамперфект, ср. соответственно (19) и (20) ниже. Однако на позициях плюсквамперфекта в зависимой части может появиться и перфект (21), и настоящее время (22):

(19) Парадоксалното тук е (pres), че можеш (pres) да бъдеш нещо... без да си бил (perf) никога това («Култура»).

'Парадокс здесь в том, что можно быть чем-то, чем ты никогда не был'.

(20) ...Ревнах (aor) като бесен, без да бях очаквал (pperf), че тъй ще избухна в последния миг (Д. Кирков, БНК).

'Я взревел, как ненормальный, сам не ожидая (букв. без [того] чтобы я ожидал), что так взорвусь в последний момент'.

(21) Обиди (aor) ме, без да съм ти направил (perf) нищо (С. Вълев). 'Ты обидел меня, хотя / а ведь я тебе ничего не сделал'.

(22) Бях откликнал (pperf), без да съм (pres) позован (З. Златанов). 'Я откликнулся, хотя меня никто и не звал

(букв. я не был зван)'.

В целом для болгарского языка нейтрализация признака отнесенности действия к прошлому моменту наблюдается во многих подчиненных предикациях с союзом да. Здесь же в связи с отрицательным характером рассматриваемой конструкции (без + да) временное значение глагольной формы в подчиненной предикации становится еще менее предсказуемым с точки зрения типичного соотношения времен. «Характеристика ситуации (в видовом, временном и прочих планах) является менее релевантной для действий неосуществившихся, чем для действий осуществленных» [Храковский, Мальчуков, 2016, с. 60].

Использование сложных глагольных форм в конструкциях с без да служит, прежде всего, созданию дополнительных семантических

оттенков. Таким образом, граммемы времени и результативности либо нейтрализуют свое значение, либо подвергаются реинтерпретации под действием доминантной сентенциальной категории отрицания [Хра-ковский, 1990; Aikhenvald, Dixon, 1998; Malchukov, 2011] и модального характера элемента да, ориентированного на контексты со снятой фак-тивностью (подобно рус. чтобы).

Как представляется, наиболее регулярно реализуются следующие соотнесенности между семантикой придаточного и формой его сказуемого:

- формы перфекта и плюсквамперфекта последовательно используются в конструкциях с без да при выражении уступительного значения, как в (21), (23):

(23) а. Мога да накарам животно да извърши едно или друго, без да съм го дресирал (perf) (БНК). 'Я могу заставить животное делать то или иное, не дрессируя его'.

Ср. возможную трансформацию в уступительное придаточное: Мога да накарам животно да извърши едно или друго, дори и да не съм го дресирал 'Я могу заставить животное делать то или иное, пусть даже я его не дрессировал';

за това

'Ему назначили специальную стипендию, хотя он и не просил об этом';

- форма перфекта при отрицательной форме сказуемого главной части (24а), а также в контекстах снятого утверждения, например, в вопросе или при опровергающем императиве (24б), используется при выражении условного значения:

(24) а. Не мога да си тръгна, без да съм се сбогувал (perf).

'Я не могу уйти, не попрощавшись'.

Ср. Не мога да си тръгна, ако не съм се сбогувал. 'Я не могу уйти если я не попрощался'.

(24) б. Но опитай се да идеш на премиера, без да си взел (perf) предварително билет (Б. Райнов) (пример из [Захаревич, Крылова, 1978, с. 51]).

'Но попробуй сходить на премьеру, не купив билета предварительно';

- перфект и плюсквамперфект регулярно встречаются при выражении семантики неудовлетворительного результата (25), см. и далее в 4.1.2. Обратим внимание, что прямой согласованности времен главной и зависимой предикаций при этом нет, ср. примеры, где перфектная форма в подчиненной предикации появляется и при гипотетическом действии в главной части (25а), и при нереализованном прошедшем действии (25б).

(25) а. Онази вечер, когато чаках да се върнете, изведнаж си

помислих, че ако не се върнете, така и ще си отидете

'В тот вечер, когда я вас так ждала, мне вдруг пришло в голову, что если вы не вернетесь, то так и уйдете из моей жизни, не успев ничего о себе рассказать' (пер. А. Собковича).

б. Децата заспаха (aor), без да са хапнали (perf) (С. Бъчварова). 'Дети заснули, так и не поев'.

в. След пет минути излязох (aor), без да бях разбрал (pperf) нито дума от това, което бе казано (БНК).

'Через пять минут я вышел, так и не поняв ни слова из того, что было сказано'.

При реализации семантики неудовлетворительного результата особенно частотна форма плюсквамперфекта (25в), наиболее эксплицитно подчеркивающая идею несбывшегося ожидания, см. также п. 4.1.2.1. Сказуемое в настоящем времени тоже фиксируется при выражении данного значения, но в таком случае указанное значение выводится лишь из контекста, без поддержки глагольной формы, см. пример (36) далее.

Итак, нейтрализация или переосмысление граммемы времени, а также специфическое использование граммемы результативности, по-видимому, обусловлено как воздействием отрицания как доминантной категории, так и модальностью компонента да. Требует отдельного изучения вопрос о том, как (в каком соотношении) распределяются сферы воздействия этих двух компонентов. Показательно, что в синонимичных предложениях с союзом като, содержащих отрицание, но не включающих частицу да, правила употребления и соотношения времен соблюдаются значительно более последовательно, см. пример (7а) с союзом като и двумя предикатами в имперфекте, скоординированными по видо-вре-менной форме, и пример (7б) с без да и презентной формой. В связи с этим встает вопрос, а не является ли присутствие да более значимым,

чем отрицание. Ответ на этот вопрос, который нуждается в специальном изучении, не может быть, однако, одноплановым, т.к. отрицательный характер болгарской конструкции с без да тесно связан со структурными и семантическими особенностями предлога без (см. в качестве примера наблюдения в п. 2), что определяет специфический характер отрицания, создаваемого союзом без да на фоне обычного предикатного отрицания, реализуемого частицей не.

4. Деепричастия и другие русские соответствия

болгарским придаточным неосуществленного действия

Считается, что основные проблемы перевода предложений с союзом без да на русский язык затрагивают конструкции с субъектом, некоре-ферентным субъекту главного предложения (см. 4.2), в то время как конструкции с кореферентным субъектом в русском языке последовательно выражаются деепричастиями. В подразделе 4.1 мы покажем, однако, что при всем широком семантическом спектре русских деепричастий они не всегда и не безусловно могут выступать как переводческое соответствие придаточным с без да.

Далее мы остановимся прежде всего на наименее исследованных вопросах болгарско-русских параллелей, не рассматривая, например, такой эквивалент без да, как русский союз без того, чтобы. Впрочем, условия его употребления в русском языке тоже нуждаются в специальном анализе. Обратим внимание лишь на то, что наиболее регулярно он появляется при отрицательном сказуемом главной предикации: Обычно, если кто-то садился за стол, дед не давал ему проглотить и куска без того, чтобы, угрюмо указывая глазами на тарелку едока, не процедить со значением: «Холестерин!» (М. Палей), см. и перевод примера (4) в разделе 1.

4.1. Придаточные неосуществленного действия с субъектом, кореферентным субъекту главной части

По идее, широкий семантический спектр русских деепричастий совершенного и несовершенного вида1 должен покрыть все потребности перевода болгарских придаточных с союзом без да. В частности, русские деепричастия часто выступают в качестве эквивалентов

1 Русское деепричастие, как показано, например, в классической работе Т.Г. Акимовой, Н.А. Козинцевой, может иметь не только простое таксисное употребление («сопряженность второстепенного действия и основного»), но и обусловливающее значение в различных его вариантах: причина, цель, уступка, условие, следствие. И в том, и в другом случае отношения между действиями могут быть связаны и не связаны отношениями характери-зации [Акимова, Козинцева, 1987].

болгарских конструкций с без да с уступительным и условным значением, см. богатый двуязычный материал в [Градинарова, 2014], там же и библиография. Такие параллели легко выстраиваются прежде всего при немаркированной форме болгарского сказуемого - презентной. В то же время, как видно из переводов в разделах 2 и 3, придаточные с союзом без да со сложными (результативными) временами, указывая на обусловливающую ситуацию, переводятся не только деепричастиями, но и уступительными или условными предикациями, например, (21), (22), (23б).

Имеется, однако, еще ряд специфических грамматических и семантических условий, препятствующих выстраиванию регулярных и однозначных параллелей между болгарскими конструкциями с без да и русскими деепричастиями. Далее мы рассмотрим два фактора (грамматического и семантического плана), затрудняющих прямой выбор русских деепричастий в качестве эквивалентов придаточных с без да с кореферентным субъектом:

1) специфика видовых различий в болгарском и русском языках и лексикализация оборотов с без да;

2) наличие предложений с союзом без да с прагматическим эффектом неудовлетворительного результата.

4.1.1. Видовые особенности и лексикализация придаточных с союзом без да

4.1.1.1. В наиболее простом, семантически неосложненном случае при выражении отсутствия сопровождающего действия эквивалентом конструкции «без да + рнез.пгу» являются русские деепричастия несовершенного вида с отрицанием. Болгарское придаточное (и его русское соответствие) содержит сообщение о неосуществленном действии, которое, с точки зрения субъекта речи, при обычном положении вещей должно было бы протекать одновременно с действием в главной части (26а). Другой семантический вариант предполагает синхронное действию состояние (26б), в том числе связанное с отсутствием у субъекта намерений к действию (26в) или их неосознанностью:

(26) а. Продължавам, без да променям (риезлрру) скоростта, додето влизам в Монтрьо (Б. Райнов). 'Еду дальше, не меняя скорости, и вот я в Монтре' (пер. А. Собковича).

б. Няколко дълги минути просто лежах в леглото, без да съм в състояние да стана на крак.

'Несколько долгих минут я просто лежал в постели, не будучи в состоянии встать на ноги'.

(26) в. Веднаж - без да искам, разбира се - видях моя съученик да я

прегръща (А. Гуляшки).

'Однажды - разумеется, случайно (букв. без [того] чтобы я хотел) - я увидел, как мой одноклассник обнимал ее' (пер. Л. Баш).

Такие придаточные, указывая на способ или характер совершения действия, выполняют функцию обстоятельств образа действия. Многие из них уже закрепились в качестве устойчивых лексических единиц с наречной функцией. Их функциональными эквивалентами регулярно выступают русские наречия образа действия или предложные группы с предлогом без (как правило, с «ситуационным» [Лютикова, 2010] существительным): взех го, без да мисля - я взял его не задумываясь, машинально; направих го, без да искам - я сделал это не желая того, неосознанно, без всякого намерения; доядох, без да бързам - я доел не спеша, не торопясь, неспешно, без спешки; хвърлям, без да прота-кам - бросаю без промедления; не рискуват, без да е необходимо - они не рискуют без необходимости; спеше, без да сънува - спал он без сновидений.

Интересно, что конверсия деепричастных оборотов в русском языке [Ковальская, 2016] лишь в редких случаях (обычно при переходе русского деепричастия в предлог) препятствует выбору болгарской конструкции с без да. Ср. русские наречные лексемы с отрицательным компонентом, приводимые В.М. Ковальской [2016, с. 51], с их параллелями в виде конструкций с союзом без да в РБПК1 (разумеется, в корпусе присутствуют и иные варианты перевода русских лексем): нехотя - без да иска; не спросясь - без да иска разрешение; не торопясь - без да бър-зат; не спеша - без да бърза.

В РБПК не зафиксирован, в качестве эквивалента русского наречия немедля, оборот без да се бави, который вполне мог бы быть употреблен в данном контексте:

(27) Иессен немедля выехал из Порт-Артура (В. Пикуль).

'Йесен незабавно отпътува от Порт Артур'

(пер. Ю. Пеневой-Павловой).

Все это свидетельствует о значительной лексикализации болгарской модели при обозначении сопровождающего действия. Поэтому придаточные с союзом без да с обстоятельственным значением легко

1 Поиск осуществлялся на сайте Национального корпуса русского языка, подкорпус параллельных текстов (болгарский). Глаголы в болгарской модели сохранены в форме вхождения.

вступают в сочинительные связи с обстоятельствами непредикатного статуса:

(28) Накрая ритуалите приключвали с изяждането на гъбите и то без подправки и без да се готвят (И).

'В конце концов ритуалы заканчивались съедением грибов, причем без приправ и сырыми (букв. без приправ и без [того] чтобы [их, грибы] готовить)'.

4.1.1.2. При выражении нереализованного в прошлом действия эквивалентом конструкции «без да + рке8.рру» являются русские деепричастия совершенного вида:

(29) Станах (лои) и като сляп се запътих (лои) към колата си -без да платя (рие8.рру), без да се обадя (рие8.рру), без да взема (риез.рру) багажа си (П. Вежинов).

'Я встал из-за стола и, как слепой, побрел к машине -не расплатившись, не сказав никому ни слова, не взяв вещей' (пер. М. Тарасовой).

Предложная группа тоже может быть использована для перевода конструкций с без да с глаголами совершенного вида, если она способна передать значение неосуществленного в прошлом действия: влязох, без да почукам - я вошел без стука; отминаха, без да спрат - они проехали без остановки; преотстъпи й го, без да гъкне - он уступил ей его без возражений (не проронив ни звука).

4.1.1.3. Основные случаи видового несоответствия между придаточными с союзом без да и русскими деепричастиями связаны с особенностями видовых систем болгарского и русского языков: имеющимся выбором между глаголом совершенного или несовершенного вида в русских деепричастиях как соответствие придаточным с без да с глаголом совершенного вида. Предпочтение болгарского языка к выбору совершенного вида при реализации некоторых грамматических значений (прежде всего императивных) уже давно обсуждается в лингвистической литературе, и предложения с союзом без да предоставляют в этом плане дополнительный материал.

В русских отрицательных деепричастиях видовое противопоставление отражает, по-видимому, общую особенность русских видовых пар в контексте отрицания: в то время как у глаголов несовершенного вида отрицание касается самого действия, отрицание при глаголах совершенного вида касается только результата, а такие фоновые компоненты, как намерение, ожидание, долженствование, остаются при отрицании

глагола совершенного вида неотрицаемыми [Падучева, 1996, с. 55-57; Падучева, 2008]. Поэтому при использовании деепричастия от глагола совершенного вида в парах ниже возникает значение ожидания или долженствования: Проехали через поселок, не остановившись (ожидаемое, но нереализованное действие 'планировали останавливаться'); Проехали через поселок, не останавливаясь (о намерениях ничего не говорится); Он прошел в комнату, не сняв ботинки (ожидаемое, но нереализованное действие); Он прошел в комнату, не снимая ботинок (о намерениях ничего не говорится).

В болгарском языке в придаточных с союзом без да с презентной формой глагола такой семантический эффект видового различия отсутствует. Глаголы совершенного вида используются для указания на неосуществленное действие безотносительно к идее его запланированно-сти. Совершенный вид глагола отражает лишь прошедший временной характер действия (действие не было осуществлено).

Таким образом, русским предложениям с деепричастиями несовершенного вида, сообщающим о прошедшем нереализованном действии (проехали, не останавливаясь), в болгарском языке соответствуют предложения с союзом без да с глаголом совершенного вида в форме настоящего времени (отминаха, без да спрат).

Ср. глаголы совершенного вида в болгарском оригинале и несовершенного - в русском переводе:

(30) а. Отминаха го [Калофер], без да спрат (ркб8.рру) (П. Вежинов). 'Калофер они проехали, не останавливаясь (пер. Л. Лихачевой).

б. Налива, без да изчака (ркб8.рру) отговора ми (А. Мелконян). 'Не дожидаясь ответа, он наполняет мой бокал' (пер. И. Крыжановского).

В устойчивых обстоятельственных оборотах болгарского и русского языков активно происходит закрепление указанных видовых различий, ср. совершенный вид в болгарском и несовершенный - в русском языке: без да кажат нито дума - не говоря ни слова; без да му обър-не внимание - не обращая на него внимания; без да мигне - не моргая; без да мръдне - не шевелясь; без да погледне - (даже) не глядя.

Встает вопрос, чем можно выразить в болгарском придаточном с без да идею ожидаемого, но нереализовавшегося действия. Как представляется, помимо лексических средств, это как раз те формы, которые были рассмотрены в их переосмыслениях в подразделе 3 - это перфект и плюсквамперфект, ср.: излезе, без даразбере (рибз) нещо - она вышла, ничего

не поняв (о намерениях ничего не говорится); излезе, без да е разбрала (рею) нещо - она вышла, так ничего и не поняв (ожидаемое, но нереализованное действие: скорее всего, планировала понять, но это не удалось).

О предложениях подобного типа и будет идти речь в следующем подразделе.

4.1.2. Придаточное с союзом без да

со значением неудовлетворительного результата 4.1.2.1. В целом можно утверждать, что все придаточные с без да являются конструкциями непривычного положения вещей, поскольку они вводят действие, которое представляется субъекту речи отступлением от нормального хода событий. Это обычный прагматический эффект, свойственный отрицательным предложениям: произнося отрицательное высказывание, говорящий фиксирует то или иное отклонение от ожидаемого, поскольку одновременно имеет в виду и «позитивный ход событий» ^оп,1978, с. 87].

Говорящий, считая более естественным позитивное положение дел, фиксирует в предложении с без да те или иные отклонения от него, например:

- отклонение от нормы в предписанных правилах общественного поведения:

(31) Напълно - отвърна Урумов и затвори слушалката, без да каже довиждане (П. Вежинов).

'Вполне, - ответил Урумов и, не попрощавшись, положил трубку' (пер. Л. Лихачевой);

- отклонение от привычной связи событий или отклонение от обычной обусловленности двух ситуаций:

(32) Да обиколим от другата страна - предлагам, без да го слушам (Б. Райнов).

'Обойдем здание с этой стороны, - предлагаю я, не слушая его' (пер. А. Собковича);

изменение положения дел как возвращение в норму после периода, когда норма была нарушена и привычным было как раз ненормативное положение дел:

(33) Сега можеше отново да ходи, където си иска, и да прави, каквото си иска, без да се страхува от нищо (П. Вежинов). 'Теперь он опять мог ходить, куда хочет, и делать, что хочет, ничего не опасаясь' (пер. Л. Лихачевой).

Это отсутствие действия как некое отступление от привычного является регулярным семантическим эффектом отрицательного предложения.

Но есть и особая группа употреблений, где несоответствие ожидаемому оценивается субъектом речи как значительное (назовем их «конструкциями неудовлетворительного результата»), и такое отступление от нормы должно получать отражение при переводе.

Основная масса предложений этой группы отражает несбывшееся ожидание субъекта речи по отношению к прошедшему действию и может быть описана следующим образом: 'Р без Q реализовано так, что оно не имеет должного результата / результат не удовлетворяет субъекта речи и действия'. Для того чтобы отразить в переводе эту оценку говорящего, использования деепричастий совершенного вида недостаточно и требуется включение оборота так и не, имеющего закрепленную семантику по отношению к «характеру ожиданий говорящего относительно ситуации в момент t0»: «...ситуация, не начавшись к t0, скорее всего, уже не будет иметь места и в будущем» [Плунгян, 2011, с. 420]:

(34) На другия ден той пак преброди планината и пак се върна, без да беше видял нещо (Й. Йовков, БНК).

'На следующий день он опять ходил по горам и снова вернулся, так ничего и не увидев'.

(35) След пет минути излязох, без да бях разбрал нито дума от това, което бе казано (БНК).

'Через пять минут я вышел, так и не поняв ни слова из того, что было сказано'.

Ср. также пример из РБПК, где, однако, в болгарском переводе представлена форма настоящего времени, таким образом, значение неудовлетворительного результата в болгарском языке остается грамматически невыраженным:

(36) Так и не придя к определенному выводу, я покинула ванную (Т. Полякова).

'Напуснах банята, без да стигна (PRES) до определен извод' (пер. И. Митевой).

Обратим внимание на следующий показательный пример неудачного перевода с болгарского на русский язык, где при включении оборота так и не русское предложение получает неверное прочтение, будто целью Кристы было запоминание маршрута и эта цель не была достигнута, хотя семантика болгарского предложения с без да указывает лишь на растерянное состояние Кристы:

(37) Криста се върна у дома си, без да разбере по какви улици е минала (П. Вежинов).

'Криста вернулась домой, так и не поняв, по каким улицам она бежала' (пер. Л. Лихачевой).

Ср. правильное: 'Криста вернулась домой, даже не заметив, по каким улицам она бежала'.

4.1.2.2. Во всех примерах выше шла речь о контрфактическом действии. Но в предложениях с семантикой неудовлетворительного результата речь может идти о предполагаемом действии: 'говорящий опасается, что действие Р завершится неудачно без Q'. Конструкция с так и не здесь значительно ограничена в употреблении, поскольку семантика обманутого ожидания больше координируется с нереализованным действием, хотя может быть использована, чтобы подчеркнуть пессимистический прогноз субъекта речи; в болгарском языке эту семантику в примере (38) помогает выразить форма перфекта:

(38) Че ще умре, без да е изпитал (рею1) страстта на любовта, бил най-големият му страх (И).

'То, что он умрет, так и не испытав любовную страсть, было самым большим его страхом'.

Для конструкций, где ожидания говорящего еще сохраняются, чаще употребляются другие средства, чтобы отразить нежелательность результата, ср. переводы из БРПК и РБПК:

(39) Ако пуснете някой невежа из тия помещения, той може да загуби два дни, без да намери нищо (Б. Райнов). 'Если вы пустите в это помещение какого-нибудь невежу, он убьет два дня и ничего не найдет' (пер. А. Собковича).

(40) ...Порфирий Петрович пребывал в опасении, что свидетельница помрет, не успев ничего рассказать (Б. Акунин) '.[Порфирий Петрович] пребиваваше в опасение, че свидетелка-та може да умре, без нищо да разкаже' (пер. С. Бранц).

4.2. Придаточные неосуществленного действия с субъектом, некореферентным субъекту главной части

Поскольку для деепричастия существует требование кореферентно-сти основной и зависимой предикации, оно не может служить русским эквивалентом предложений неосуществленного действия с разными субъектами.

Подлежащее придаточной части с союзом без да даже в случае неко-референтности субъектов главной и зависимой частей обычно имплицитное, как в примере (41а), но может быть и эксплицитным (41б):

(41) а. Разбирах те, без да говориш (И).

'[Я] понимала тебя без слов (букв. без [того] чтобы [ты] говорил)'.

б. Той беше желан гост в компаниите, търсеха го, с него можеше да се седи до среднощ, без да се усещат часовете

'Аввакум был желанным гостем в любой компании, его общества искали, с ним можно было засидеться за полночь и не заметить, как пролетело время (букв. засидеться за полночь, без [того] чтобы ощущать время)' (пер. Л. Баш).

Разносубъектные предложения с без да выражают те или иные оттенки уступительно-противопоставительного смысла. Наиболее часто зависимая клауза имеет уступительный оттенок значения. Этот семантический вариант обычно переводится на русский язык уступительными предложениями, как в (42а). Близки к ним конструкции со значением соотнесенности двух ситуаций (42б), для перевода которых обычно выбираются составные союзы с сопоставительным значением:

(42) а. Тя остана да живее при мен, без да сме говорили за това

(П. Вежинов).

'Она осталась жить у меня, хотя мы не сговаривались об этом' (пер. М. Тарасовой).

б. ...От прозореца в кухнята можеше да се наблюдава, без другите да те виждат (Т. Динова, БНК).

'Из окна кухни возможно было наблюдать,

при том что / в то время как другие тебя не видят'.

При сопоставлении двух ситуаций, раскоординированных между собой, возникают противопоставительные отношения1. Именно по поводу таких употреблений Р. Ницолова говорит об «отсутствии обусловленности одного [действия] другим» либо отсутствии «какой-л. реакции

1 Противопоставительные отношения иногда встречаются при кореферентном субъекте зависимой предикации: Ходи на море, без да се пече 'Ходит / Ездит на море, а не загорает' (пример Т. Шамрай [1981], где она анализирует этот тип предложений в другом аспекте, обращая внимание на важнейшее условие реализации данного значения - постпозицию придаточного). Но значение раскоординированности при едином субъекте не возникает.

субъекта по отношению к действию в главной части» [ГСБКЕ, 1983, с. 365]. Поскольку отсутствие обусловленности нарушает привычные связи событий и ожидания говорящего, отношения между предикациями толкуются как противопоставительные. Иначе говоря, в таких предложениях подчеркивается отсутствие взаимодействия, связанное с раскоординированностью ситуаций. Этим объясняется преимущественное использование в переводе на русский язык адверсативных конструкций с частицей даже, указывающей на неожиданное развитие событий (43а), либо предикация с без да заменяется наречной лексемой, как в (43б):

(43) а. Те си отидоха, без аз да разбера. 'Они ушли, а я даже и не понял'. б. Промъкнал се беше, без да го усетя (БНК).

'Он пробрался незаметно для меня' ('а я даже не почувствовал').

Ср. также в (41б) введение переводчиком дополнительного предиката с отрицанием (не заметить), сочиненного с матричным предикатом и вводящего зависимую часть комплетивного типа.

Наибольшие грамматические сложности возникают при переводе сочиненных предложений с без да, каждое из которых имеет своего субъекта, ср. пример из [Лашкова, 1973], где субъект первого придаточного кореферентен грамматическому субъекту главной части, в отличие от субъекта второго придаточного: Излезе 01, без 01 да отговори нещо и без да го{ види някой..^Он вышел, ничего не ответив и незаметно для других (букв. без [того] чтобы ответить что-то и без [того] чтобы его увидел кто-то)'.

5. Выводы и перспективы исследования предложений неосуществленного действия

1. Основные специфические характеристики предложений с союзом без да определяются отрицательным (без) и нефактивным (да) компонентами данного союза. Помимо известных грамматических особенностей данных предложений (временные ограничения на сказуемое, допустимость дистанционного расположения элементов союза, возможность некореферентности субъекта и общеотрицательный характер зависимой предикации), эти компоненты оказывают влияние и на семантический потенциал данной конструкции. Так, предложения с без да, в отличие от синонимических конструкций с като (а также деепричастий) с отрицанием, не способны вступать в отношения

логического вывода с основной предикацией, а именно обозначать события-причины и ситуации, подвергаемые интерпретации. Такой запрет обусловлен, скорее всего, влиянием предлога без, предназначенного для введения актантных компонентов.

2. В конструкциях с союзом без да проявляются свойства отрицания как доминантной категории, которая оказывает влияние на нейтрализацию или реинтерпретацию категорий вида, времени, результативности как рецессивных. Переосмысление граммем глагольных категорий в рассматриваемой конструкции обусловлено также и модальностью компонента да, сужающей набор времен в подчиненной предикации. Кумулятивный эффект нефактивных компонентов способствует своеобразному распределению значений видо-временных форм и выражению дополнительных смысловых оттенков при их употреблении.

3. Выбор грамматических и функциональных соответствий предложениям с союзом без да в русском языке зависит от ряда семантических и грамматических факторов:

а) реализуется ли семантика противопоставления или уступительное значение;

б) являются ли субъекты кореферентными или нет;

в) имеется ли отрицание при сказуемом главной части;

г) лексикализовано ли данное выражение;

д) имеются ли расхождения в употреблении видовых пар при отрицании в болгарском и русском языках.

Все предложения с без да содержат семантический компонент 'несоответствие ожиданиям субъекта речи'. При переводе придаточных с без да нужно учитывать тот факт, что ожидания субъекта речи могут быть значительно нарушены, и это значение требуется выражать в русском языке специальными оборотами.

Дальнейшее исследование болгарско-русских способов выражения неосуществленного действия должно включать анализ всех функционально близких конструкций в обоих языках, прежде всего возможности болгарских деепричастий (пусть и ограниченных, по сравнению с русскими, грамматически и стилистически) и отрицательных предложений с союзом като.

4. Предложения неосуществленного действия могут быть интересны в типологическом аспекте тем, что они представляют собой особые синтаксические формы выражения важных грамматических значений -кунктативного и комитативного.

Придаточные с союзом без да выражают кунктативное значение (ожидаемое, но не совершающееся / не совершенное действие), являющееся вариантом фазового значения [Плунгян, 2011, с. 419-420]

с частотными модальными коннотациями. Так и не и еще не иллюстрируют две основные семантические интерпретации кунктативного значения, содержащие общий компонент несоответствия ожиданиям субъекта речи [Плунгян, 2011, с. 419-420].

Придаточные с союзом без да являются конструкциями с комитатив-ным значением (значением совместности), обозначая действие, происходящее одновременно с некоторым другим действием и выполняющее формально вспомогательную по отношению к нему роль. Ср. определение комитативного способа действия Т.В. Майсака: «'субъект совершает действие, имея в качестве основной цели другое действие' ("по дороге", "попутно", "заодно")» [Майсак, 2002, с. 133].

Библиографический список / References

Акимова, Козинцева, 1987 - Акимова Т.Г., Козинцева Н.А. Аспектуально-таксисные ситуации. Зависимый таксис (на материале деепричастных конструкций) // Теория функциональной грамматики. Введение. Аспектуаль-ность. Временная локализованность. Таксис / Отв. ред. А.В. Бондарко. Ленинград, 1987. С. 257-273. [Akimova T.G., Kozintseva N.A. Aspectual-and-taxis situations. Dependent taxis (on the material of converbal constructions). Teoriya funktsional'noi grammatiki. Vvedenie. Aspektual'nost'. Vremennaya lokalizovannost'. Taksis. A.V. Bondarko (ed.). Leningrad, 1987. Pp. 257-273.]

Апресян, 1997 - Апресян Ю.Д. Лингвистическая терминология словаря синонимов // Новый объяснительный словарь синонимов русского языка. Вып. 1 / Под общ. ред. акад. Ю.Д. Апресяна. М., 1997. С. XVI-XXXIV. [Apresyan Yu.D. Linguistic terminology of a dictionary of synonyms. Novyi ob"yasnitel'nyi slovar' sinonimov russkogo yazyka. Vol. 1. Yu.D. Apresyan (ed.). Moscow, 1997. Pp. XVI-XXXIV.]

Апресян, 2004 - Апресян Ю.Д. Интерпретационные глаголы: семантическая структура и свойства // Русский язык в научном освещении. 2004. № 1. С. 5-22. [Apresyan Yu.D. Interpretative verbs: Semantic structure and properties. Russkii yazyk v nauchnom osveshchenii. 2004. № 1. Pp. 5-22.]

Асенова, 1980 - Асенова П. За балканския характер на сложния съюз без да в българския език // Езиковедски проучвания в чест на акад. В.И. Георгиев. София, 1980. С. 176-179. [Asenova P. On the Balkanic nature of the complex conjunction bez da in Bulgarian. Ezikovedski prouchvaniya v chest na akad. V.I. Georgiev. Sofia, 1980. Pp. 176-179.]

Асенова, 2002 - Асенова П. Балканско езикознание. София, 2002. [Asenova P. Balkansko ezikoznanie [Balkanic linguistics]. Sofia, 2002.]

Васева, 1970 - Васева И. Перевод русских деепричастий на болгарский язык // Годишник на Софийския университет. Факултет по славянски филологии. 1970. Т. LXIII. Кн. 2. С. 227-286. [Vaseva I. Translation of Russian adverbial participles into Bulgarian. Godishnik na Sofiskiya universitet. Fakultet po slavyanski filologii. 1970. Vol. LXIII. Issue 2. Pp. 227-286.]

Герасимова, 2015 - Герасимова А.А. Лицензирование отрицательных местоимений через границу инфинитивного оборота в русском языке // Типология

морфосинтаксических параметров: Материалы международной конференции «ТМП 2015». Вып. 2 / Под ред. Е.А. Лютиковой, А.В. Циммерлинга, М.Б. Коно-шенко. М., 2015. С. 47-61. [Gerasimova A.A. Licensing negativepronouns in Russian infinitives. Tipologiya morfosintaksicheskikh parametrov. Materialy mezhdunarodnoi konferentsii «TMP 2015».Vol. 2. E.A. Lyutikova, A.V. Zimmerling, M.B. Konoshenko (е±). Moscow, 2015. Pp. 47-61.]

Градинарова, 2014 - Градинарова А.А. Деепричастный оборот в болгарском языке на фоне русского // Acta Lingüistica. 2014. Vol. 8. No. 1. С. 64-95. [Gradinarova A.A. Adverbial participle constructions in Bulgarian in contrast with Russian. Acta Lingüistica. 2014. Vol. 8. № 1.Pp. 64-95.]

ГСБЕ, 1991 - Граматика на старобългарския език. Фонетика. Морфология. Синтаксис / Гл. ред. И. Дуриданов; Ред. кол. Е. Дограмаджиева, А. Минчева. София, 1991. [Gramatika na starob"lgarskiya ezik. Fonetika. Morfologiya. Sintaksis. [Grammar of Old Bulgarian. Phonetics. Morphology. Syntax]. I. Duridanov (ed.-in-chief), E. Dogramadzhieva, A. Mincheva (eds.). Sofia, 1991.]

ГСБКЕ, 1983 - Граматика на съвременния български книжовен език. Т. 3. Синтаксис. София, 1983. [Gramatika na s"vremenniya b"lgarski knizhoven ezik. T. 3. Sintaksis [Grammar of modern written Bulgarian. Vol. 3. Syntax]. Sofia, 1983.] Гугуланова, 2005 - Гугуланова И. Българските причастия и деепричастия в славянски контекст. София, 2005. [Gugulanova I. B"lgarskite prichastiya i deeprichastiya v slavyanski kontekst [Bulgarian participles and adverbial participles in the Slavic context]. Sofia, 2005.]

Дограмаджиева, 1984 - Дограмаджиева Е. Обстоятелствените изречения в книжовния старобългарски език. София, 1984. [Dogramadzhieva E. Obstoyatel-stvenite izrecheniya v knizhovniya starob"lgarski ezik [Adverbial clauses in written Old Bulgarian]. Sofia, 1984.]

Захаревич, Крылова, 1978 - Захаревич Е.А., Крылова Г.В. Синтаксис болгарского языка: Сложные предложения. Л., 1978. [Zakharevich E.A., Krylova G.V. Sintaksis bolgarskogo yazyka: Slozhnye predlozheniya [The syntax of Bugarian: Complex sentences]. Leningrad, 1978.]

Иванова, Градинарова, 2015 - Иванова Е.Ю., Градинарова А.А. Синтаксическая система болгарского языка на фоне русского. М., 2015. [Ivanova E.Yu., Gradinarova A.A. Sintaksicheskaya sistema bolgarskogo yazyka na fone russkogo [The syntactic system of Bulgarian as contrasted with Russian]. Moscow, 2015.]

Ковальская, 2016 - Ковальская В.М. Параметры словообразовательной конверсии и русские деепричастия // Rhema. Рема. 2016. № 4. С. 43-57. [Koval'-skaya V.M. Parameters of derivational conversion and Russian adverbial participles. Rhema. 2016. № 4. Pp. 43-57.]

Корнакова, Лютикова, Гращенков, 2016 - Корнакова Е.В., Лютикова Е.А., Гращенков П.В. Лицензирующие свойства отрицания в русском языке // Rhema. Рема. 2016. № 4. С. 58-82. [Kornakova E.V., Lyutikova E.A., Grashchenkov P.V. Licensing properties of Russian negation. Rhema. 2016. № 4. Pp. 58-82.]

Ласкова, 2009 - Ласкова Л. Имперфект и плусквамперфект в подчинени Эа-изречения след глаголи за възприятие // Български език. 2009. Приложение. С. 169-185. [Laskova L. Imperfect and pluperfect in the subordinate da clauses following the verbs of perception. B"lgarski ezik. 2009. Supplement. Pp. 169-185.]

Лашкова, 1973 - Лашкова Л. За развоя на една отрицателна конструкция в български език // Български език. 1973. Кн. 1-2. С. 74-82. [Lashkova L.

On the development of one negative construction in Bulgarian. B"lgarski ezik. 1973. Issue 1-2. Pp. 74-82.]

Лютикова, 2010 - Лютикова Е.А. К вопросу о категориальном статусе именных групп в русском языке // Вестник Московского университета. Сер. 9. Филология. 2010. № 6. С. 36-76. [Lyutikova E.A. Towards the question of categorialstatus of noun groups in Russian. Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 9. Filologiya. 2010. № 6. Pp. 36-76.]

Майсак, 2002 - Майсак Т.В. Типология грамматикализации конструкций с глаголами движения и глаголами позиции: Дис. ... канд. филол. наук. М., 2002. [Maisak T.V. Tipologiya grammatikalizatsii konstruktsii s glagolami dvizhe-niya i glagolami pozitsii [Grammaticalization paths of motion and posture verbs: a typology]. PhD diss. Moscow, 2002.]

Маслов, 1981 - Маслов Ю.С. Грамматика болгарского языка. М., 1981. [Maslov Yu.S. Grammatika bolgarskogo yazyka [The grammar of Bulgarian]. Moscow, 1981.]

Ницолова, 2004 - Ницолова Р. Уступительные конструкции в болгарском языке // Типология уступительных конструкций / Отв. ред. В.С. Храковский. СПб., 2004. С. 95-136. [Nitsolova R. Constructions of concession in Bulgarian. Tipologiya ustupitel'nykh konstruktsii. V.S. Khrakovskii (ed.). St. Petersburg, 2004. Pp. 95-136.]

Осенова, 1999 - Осенова П. Семантика и функциониране на неопределителните местоимения в българския език: Дис. заполучаваненанаучнатаи образователна сте-пен «доктор». София, 1999. [OsenovaP. Semantika ifunktsionirane naneopredelitelnite mestoimeniya v b"lgarskiya ezik. [Semantics and functioning of indefinite pronouns in Bulgarian]. PhD diss. Sofia, 1999.]

Падучева, 1996 - Падучева Е.В. Семантические исследования: Семантика времени и вида в русском языке. Семантика нарратива. М., 1996. [Paducheva E.V. Semanticheski eissledovaniya: Semantika vremeni i vida v russkom yazyke. Semantika narrativa [Semantic Studies: Tense and Aspect Semantics in Russian. The semantics of narrative]. Moscow, 1996.]

Падучева, 2008 - Падучева Е.В. Имперфектив отрицания в русском языке // Вопросы языкознания. 2008. № 3. С. 3-21. [Paducheva E.V. The imperfective of negation in Russian. Voprosyyazykoznaniya. 2008. № 3. Pp. 3-21.]

Падучева, 2013 - Падучева Е.В. Русское отрицательное предложение. М., 2013. [Paducheva E.V. Russkoe otritsatel'noe predlozhenie [Negative sentence in Russian]. Moscow, 2013.]

Петрова, 2015 - Петрова Г. Сложни изречения с да-комплемент за изразява-не на контрахипотетичност // Да (пре)откриваш думите: Юбилеен сборник, посветен на проф. д.ф.н. Вера Маровска. Пловдив, 2015. С. 77-84. [Petrova G. Complex sentences with the da complement expressing counter-hypotheticality. Da (pre)otkrivash dumite: Yubileen sbornik, posveten na prof. d.f.n. Vera Marovska. Plovdiv, 2015. Pp. 77-84.]

Плунгян, 2011 - Плунгян В.А. Введение в грамматическую семантику: грамматические значения и грамматические системы языков мира. М., 2011. [Plungyan V.A. Vvedenie v grammaticheskuyu semantiku: grammaticheskie znacheniya i grammaticheskie sistemy yazykov mira [Introducing grammatical semantics: Grammatical values and grammatical systems in the world's languages]. Moscow, 2011.]

Cy6jyHKraB, 2015 - Cy6jyHKraB со посебен осврт на македонските да-кон-струкции / Уредник: акад. З. Тополиаска. Скопле, 2015. [Subjunktiv so poseben osvrt na makedonskite da-konstruktsii [Subjunctive with special focus on Macedonian da-constructions]. Z. Topolinska (ed.). Skopje, 2015.]

Тополиаска, 2008 - Тополиаска З. Полски - Македонски: Граматичка кон-фронтацща. 8: Рaзвиток на граматичките категории. Скопле, 2008. [Topolinska Z. Polski - Makedonski: Gramatichka konfrontatsija. 8: Razvitok na gramatichkite kategorii [Polish vs Macedonian: Grammatical confrontation. 8. The development of grammatical categories]. Skopje, 2008.]

Фридман, 2011 - Фридман В. Типологи|ата на употребата на да во балкански-те jазици // В.А. Фридман. Македонистички студии. Скоп|е, 2011. [Fridman V. Typology of the usage of da in Balkanic languages. V.A. Fridman. Makedonistichki studii. Skopje, 2011.]

Храковский, 1990 - Храковский В.С. Взаимодействие грамматических категорий глагола (Опыт анализа) // Вопросы языкознания. 1990. № 5. С. 18-36. [Khrakovskii V.S. The interaction of grammatical categories of verb (An attempt at analysis). Voprosy yazykoznaniya. 1990. № 5. Pp. 18-36.]

Храковский, Мальчуков, 2016 - Храковский В.С., Мальчуков А.Л. Взаимодействие и иерархия грамматических категорий глагола: введение в тему и типологическая анкета // Вопросы языкознания. 2016. № 6. С. 51-83. [Khrakovskii V.S., Mal'chukov A.L. The interaction and hierarchy of grammatical categories of verb: Introduction into the subject and a typological questionnaire. Voprosy yazykoznaniya. 2016. № 6. Pp. 51-83.]

Шамрай, 1981 - Шамрай Т. Относно семантичната интерпретация на изре-ченията с предлога без и съюза без да // Български език. 1981. № 2. С. 154-156. [Shamrai T. In reference to the semantic interpretation of sentences with the preposition bez and conjunction bez da. B"lgarski ezik. 1981. № 2. Pp. 154-156.] Aikhenvald, Dixon, 1998 - Aikhenvald A.Yu., Dixon R.M.W. Dependencies between grammatical systems. Language. 1998. Vol. 74. № 1. Pp. 56-80.

Givôn, 1978 - Givôn T. Negation in language: pragmatics, function, ontology. Syntax and semantics. Volume 9: Pragmatics. P. Cole (ed.). New York, 1978. Pp. 69-112.

Kazazis, 1968 - Kazazis K. On a Generative Grammar of the Balkan Languages. Actes du Premier congrès international des études balkaniques et sud-est européens. VI. I. Gâlâbov, V. Georgiev, J. Zaimov (eds.). Sofia, 1968. Pp. 823-828.

Malchukov, 2011 - Malchukov A.L. Interaction of verbal categories: Resolution of infelicitous grammeme combinations. Linguistics. 2011. Vol. 49. № 1. Pp. 229-282.

Статья поступила в редакцию 14.05.2017 The article was received on 14.05.2017

Иванова Елена Юрьевна - доктор филологических наук, профессор; профессор кафедры славянской филологии филологического факультета, Санкт-Петербургский государственный университет

Ivanova Elena Yu. - Dr. Phil. Hab.; Professor of Department of Slavic Studies of Faculty of Philology, St. Petersburg State University, Saint Petersburg, Russian Federation E-mail: eli2403@yandex.ru