Франсуа Морисо (Francois Mauriceau, 1637-1709). К 300-летию со дня смерти

© Ю. В. Цвелев, В. В. Остроменский ФРАНСУА МОРИСО (FRANcOIS MAURICEAU,

1637-1709). К 300-ЛЕТИЮ СО ДНЯ СМЕРТИ

Военно-медицинская академия: кафедра акушерства и гинекологии им. А. я. Крас-совского, Санкт-Петербург, Россия

УДК: 618.2:92Морисо

Рис. 1. Портрет Франсуа Морисо

Статья посвящена деятельности знаменитого французского акушера Франсуа Морисо (1637-1703 гг), его фундаментальному вкладу в научное акушерство.

Ключевые слова: Франсуа Морисо; история медицины и акушерства.

«Невзирая на авторитеты, мы можем по сути дела и собственному разуму доискаться истины».

Цицерон

Общепризнано, что Франсуа Морисо был наиболее выдающимся акушером XVII века во Франции [1, 4, 6, 9]. Он родился в Париже и, хотя не имел ученой степени в медицине, был бессменным главным хирургом Saint-Come. Получив обширные и глубокие знания в области анатомии и физиологии, он многие годы практиковал в акушерском отделении старейшей парижской больницы Hotel Dieu, расположенной на одном из островов Сены. «Хотя этот первый родильный приют был основан не для учебных занятий, а для призрения неимущих беременных и рожениц, тем не менее, он послужил многим акушерам в качестве образцового учреждения. Глубокая признательность, которую многие из них питали во дни своей славы к этому единственному в то время учреждению, свидетельствует о большом его значении для успехов той специальности, которой оно было посвящено... К числу прошедших школу в Hotel Dieu принадлежат современники и сотрудники Mauriceau — Paul Portal, Philipp Pen, Pierre Amand, Pierre Dionis и, наконец. Guillaume Manquest de la Motte» [1].

Главная заслуга Ф. Морисо перед наукой — издание им фундаментального труда по акушерству, которое являлось признанным руководством для нескольких поколений европейских акушеров. «Хотя труды по акушерству в виде отдельных или систематически изложенных советов были и до Морисо, но его трактат о болезнях беременных женщин (Traite des maladies des femmes grosses et de celles qui sent accouchees, 1668) был первым после руководства Сорана, который не повторял взгляда древних, а был основан на современных ему достижениях в понимании ряда акушерских вопросов» [4]. Труд Ф. Морисо неоднократно переиздавался и был переведен на немецкий, датский, итальянский, латинский, фламандский и английский языки. Некоторые представления и взгляды античных ученых, в частности Гиппократа и Галена, им были подтверждены, а другие опровергнуты на основании исследований и собственного опыта. Руководство состоит из трех книг и введения — главы об анатомии репродуктивных органов женщины («Учебник по анатомии частей женского организма, предназначенных для репродукции»), в которой он, в частности, указывает, что «матка вызывает большинство заболеваний женщины». В первой книге рассматривались заболевания и патологические состояния беременной женщины. Вторая книга содержит сведения о нормальных и патологических родах. Третья посвящена уходу за матерью и ребенком после родоразрешения. В 4-м издании, вышедшем в 1694 году, были

Рис. 2. Титульный лист трактата Фр. Морисо

добавлены 283 точных описания беременности и заболеваний пуэрперального периода [8].

Ф. Морисо в предисловии к переведенному в 1683 году на английский язык его руководству, писал: «Желая получить твердую и прочную поддержку в слабых местах моей теории, я могу подражать общему принципу авторов, которые выбирают защиту заслуживающих доверие людей и под их именами публикуют свои работы; но я ни в коем случае не последую примеру тех, кто предназначает свои работы неосведомленным людям с единственной целью получения вознаграждения. Данный факт обязывает меня обратиться к вам (как к единственным судьям) и предложить первые плоды моего труда, которые без вашей защиты могут быть уничтожены червем зависти.

Рис. 3. Фронтиспис с портретом Фр. Морисо из его трактата

Я предлагаю их вам в благодарность за оказанную мне честь быть принятым в ваше общество... Я думаю, что полностью исполняю свой долг, опубликовав книгу, которую представляю вам на рассмотрение, в которой я осмелился продемонстрировать конкретные способы устранения болезней у женщин и детей, описать искусство акушерства, которое успешно практикуется. и в которой акушеры найдут необходимую информацию, которая поможет им оттачивать мастерство и сдать экзамен» [7].

«Акушерство Морисо, — считает В. М. Фло-ринский, — по содержанию и форме изложения значительно отличается от всех предшествовавших сочинений этого рода. Воспользовавшись анатомическими открытиями Везалия, Фаллопия, Риолана, Бартолина и др., Морисо обработал анатомию женских половых частей с большой основательностью, снабдив описания хорошими рисунками. За анатомией следует физиологическая часть акушерства, изложенная систематически. Если автор часто опирается на Гиппократа, Галена, Аристотеля и других старых писателей, то тем не менее относится к их мнениям с осторожностью, проверяя их собственными наблюдениями и исследованиями. В патологической части говорится о неправильных положениях плода (сюда относится и положение нижним концом (тазовое предлежание — авт.), выпадение пуповины, предлежащем детском месте, о послеродовых кровотечениях, заносе (пузырном заносе — авт.), выкидыше и пр.). В оперативном отделе говорится между прочим об отделении детского места и кесарском сечении. Извлечение за ножки не считается опасной операцией для жизни младенца и предпочитается при положениях нижним концом повороту на головку. При операции извлечения мертвого младенца описывается, между прочим, прободение головки. Рисунки инструментов выполнены довольно хорошо. Вообще это солидное для того времени сочинение должно было иметь большой успех; не даром оно выдержало столько изданий и переведено было на латинский и английский языки» [6].

По мнению М. Лахтина (1900), «особенно много сделал Морисо для правильного диагностирования нормальной и патологической беременности, и в этом отношении он с полным правом может быть назван творцом современной научной гинекологии. До Морисо объективные признаки беременности почти не были известны, и акушеры руководствовались симптоматологией, установленной Гиппократом, в которой видное место занимали такие признаки, как сильное сладострастное чувство, испытанное в момент зачатия, выражение лица и глаз и пр.» [3]. Морисо

Рис. 4. Иллюстрации из книги Фр. Морисо

придерживался теории о том, что оплодотворение происходит в матке посредством соединения мужского и женского семени, считая собственную связку яичника протоком, через который секрет яичников попадает в матку [9]. Беременность он рассматривал как процесс физиологический, но полный опасностей. Он предложил способ проверки проходимости маточных труб для определения причины бесплодия: «Если вы желаете знать, сможет ли женщина забеременеть, оберните её туго полотном и поместите под неё духи. Если она чувствует запах, проходящий через её тело, то она не бесплодна».

Морисо первым установил, что матка во время беременности не утолщается, как полагали раньше, а, напротив, становится тоньше, что роды совершаются не при активном участии ребенка, а под влиянием сокращений мускулатуры матки. Им же был подтвержден взгляд Везалия о том, что в родах не происходит расхождения лобковых костей — мнение, которого придерживались древние врачи. Морисо много сделал для правильного диагностирования нормальной и патологической беременности, а также окончательно опроверг господствовавшее в акушерстве мнение о том, что семимесячные дети бывают более жизнеспособными, чем восьмимесячные [4]. Относительно продолжительности беременности Морисо утверждал: «Я не могу согласиться с общепринятым мнением, будто бы дети, рожденные на седьмом месяце более жизнеспособны, чем восьмимесячные; путем личного опыта я убедился, что дети родятся тем более крепкими, чем больше близится беременность к концу» [6].

Морисо представил детальный анализ механизма родов, ввел в практику роды в кровати, а не на акушерском кресле, изложил оказание помощи при приращении плаценты и одним из первых дал представление о профилактике врожденного сифилиса путем проведения противосифилитиче-ской терапии во время беременности. Он отрицал расхождение костей таза во время родов, подкре-

пляя это тем фактом, что его пациентки могли ходить сразу после родоразрешения [9].

Он впервые разделил роды на естественные и противоестественные, т. е. на роды нормальные, совершающиеся силами природы, и на роды патологические, заканчиваемые тем или иным врачебным вмешательством и извлечением ребенка. Правильным положением плода Морисо считал головное, но допускал, что естественное родо-разрешение возможно и при тазовом предлежа-нии. Поэтому в случаях поперечного положения он применял поворот на ножку в противоположность многим акушерам до него, производившим поворот на головку. Для более быстрого и правильного выведения последующей головки при родах в тазовом предлежании Морисо предложил свой прием, который впоследствии был усовершенствован другими акушерами [4].

«Как только становится ясно, — писал Ф. Морисо, — что плод выходит ножками, важно, чтобы шейка матки была достаточно раскрыта. Для этого хирург вводит свою руку, предварительно смазав её маслом или свиным салом, постепенно расширяя шейку пальцами, вводя их один за другим. При этом важно, чтобы ногти были ровными, на пальцах не было колец, руки обработаны маслом. Хирург постепенно вводит руку в полость матки и, взяв ребенка за ножки, постепенно тянет вперед в таком положении.

Как только хирург найдет обе ноги ребенка, он может попытаться вынуть их до тех пор, пока не покажутся бедра. В то же время необходимо обернуть их в пеленку и, держа за бедра, тянуть вперед пока не покажется грудь, затем разместите руки ребенка вдоль его туловища и проследите за тем, чтобы животик и лицо ребенка смотрели вниз, а не вверх, т. к. в этом случае голова застрянет под лобковой костью. Т. о., необходимо повернуть ребенка, если он неправильно размещен. Затем, когда уже показались плечи, нельзя терять времени. Желательно, чтобы в этот момент женщина начала тужиться и можно вытягивать голову ребенка без промедления» [7].

При судорогах у рожениц он рекомендовал: «Лучшее и надежное лекарство для матери и ребенка, которым угрожает опасность в равной степени, в этом случае, провести роды без промедления, извлекая ребенка за ноги» [7].

Во втором издании руководства Ф. Морисо впервые описана техника выведения головки при тазовом предлежании: «В то время как некоторые медики будут неумело тащить ребенка за голову, держа за обе ноги или выше колен, хирург попытается высвободить постепенно голову из костей таза, мягко и осторожно скользя пальцами левой руки в рот ребенка, чтобы сначала освободить

подбородок, а затем правой рукой обхватить за шею сзади, выше плеч, и при помощи одного из пальцев левой руки, находящегося во рту ребенка, высвободит подбородок. Это — основная причина, по которой голова застревает в малом тазу и невозможно её вытащить оттуда, пока подбородок полностью не высвобожден» [7].

М. Лахтин указывает, что Франсуа Морисо, «считавшийся в XVII в. оракулом в области акушерства, также держался того мнения, что лицевое положение представляется очень опасным и советовал, если исправление не удалось, произвести переворот на ножки. Кроме того, Морисо выяснил, что матка во время беременности не утолщается, как то полагали раньше, а напротив того утончается; что роды совершаются под влиянием одних только сокращений матки, без всякого активного участия ребенка.» [3].

При уходе за новорожденным ребенком Морисо практиковал пеленание, используемое с древности, ошибочно полагая, что у ребенка развивается искривление позвоночника, если сразу после рождения его тело не запеленать туго. Он писал: «.пусть руки и ноги ребенка в кроватке будут запеленуты, чтобы держать их вытянутыми прямо, т. е. руки вдоль тела, а ноги вместе лишь с маленьким просветом, чтобы они не натирали друг друга. Голова должна располагаться прямо и в устойчивом положении. Одеяло должно быть закреплено с каждой стороны и ребенок должен быть укутан в мантию или одеяло для поддержания тепла. Ребенок обязательно должен быть запелёнут, чтобы иметь впоследствии стройную фигуру, как и подобает самым благородным мужчинам, а также приучиться ходить на ногах, а не на четырёх конечностях, как многие животные»

[7].

«Поскольку до конца XVI столетия, — отмечает Г. Г. Гентер (1913), — акушерство находилось всецело в руках повитух и врач-хирург приглашался лишь для производства операции эмбриотомии, в акушерстве царило неведение или смутное представление о происхождении и сущности маточных кровотечений. Начиная с Mauriceau акушеры сознавали большую опасность маточных кровотечений и указывали на возможность ужасающих кровопотерь, убивающих и мать, и ребенка. Mauriceau рассказывает печальную страницу своей жизни: он подавал помощь собственной своей сестре, которая на его глазах погибла от кровотечения. «Воспоминание, — пишет он, — мне так тяжело, что чернила, которыми я теперь пишу, мне кажутся кровью». ... Mauriceau, давший так много ценных указаний бедной еще в то время акушерской науке, видел много пред-лежаний последа, но ошибочно считал их за вы-

падения отделенного от дна матки детского места. Величайшие акушеры Франции занимались разработкой этого интересного вопроса. И лишь в Т0-х и SO-х годах прошлого (XIX — авт.) столетия акушеры всех стран начали обращать должное внимание на это грозное осложнение беременности и родов» [2].

В. М. Флоринский указывает, что кроме «Traite des maladies des femmes grosses et de celles qui sent accouchees. Paris, 1б94» Ф. Морисо были изданы два тома наблюдений (Observations sur la grosses-se et accouchement des femmes, sur leurs maladies et celles des enfans nouveau-nez), один в 1б94 г., а другой в ^OS г. на основании его громадной акушерской практики [б]. «Еще и в настоящее время с интересом читаются описанные им наблюдения из числа 3000 случаев его частной практики; они дают лестную аттестацию как его опыту, так и его откровенности. Mauriceau сообщает в своих записках, что во время пребывания в Париже в августе 1бТ0 г. Hugh Chamberlen взялся закончить в течение нескольких минут роды у немолодой первороженицы с узким тазом, над которой сам Mauriceau в течение S дней тщетно испытывал своё искусство. Чемберлен провозился с больной три часа и ничего не добился; женщина умерла через сутки, не разрешившись, и при вскрытии было установлено на матке несколько разрывов, причиненных инструментами Чемберлена. После этого злополучного случая прекратились переговоры о продаже тайны, за которую Чемберлен просил у королевского лейб-медика 10000 талеров. Чемберлен возвратился в Лондон, где приобрел себе практику. Но он, очевидно, унаследовал беспокойный характер своего отца, и после краха основанного им банкирского предприятия он из-за долгов вынужден был бежать в Голландию. Здесь он продал щипцы Roonhuysen'y от которого они перешли к врачебно-фармацевтическому обществу в Амстердаме. Последнее в свою очередь стало барышничать инструментом и разрешало занятие акушерством лишь тем из врачей, которые уплачивали крупные суммы за ознакомление с тайной. И когда, наконец, два врача купили инструмент с целью обнародовать его, то оказалось, что они обмануты, и им была продана лишь половина щипцов, только рычаг» [1].

До XVIII столетия операцию кесарского сечения считали почти безусловно смертельной и потому не осмеливались делать ее на живых. Известно, что Морисо в 1б93 году резко выступил против этого нововведения, предложенного Руссе, называя женщин, подвергающихся ке-сарскому сечению, мученицами, а саму операцию — ужасной, жестокой, фатальной, не только не позволительной ни по каким законам, но тре-

бующей строжайшего запрещения. Счастливый исход этой операции он считал чудом. Этот панический страх и запрещения относились к кесар-скому сечению на живых женщинах. На мертвых же, другое дело, это не только позволялось, но даже предписывалось законом в самой глубокой древности. Этот закон имел полную силу не только в древности, но целиком перешел во все законодательные уложения средних веков и даже новейшего времени. В силу его всякая умершая беременная женщина должна была подвергнута операции кесарского сечения с целью спасения ребенка. В средние века побуждением к этой операции считали не столько спасение жизни младенца, сколько спасение его души, т. е. чтобы только дать ему возможность принять крещение. При фатализме того времени этим побуждением к операции стали слишком злоупотреблять, так что Морисо в своем трактате о кесарском сечении принужден был распространяться о том, что в случае опасности для жизни младенца, при отсутствии других показаний к кесарскому сечению, можно сделать крещение в утробе матери посредством спринцовки со святой водой (цит. по П. П. Павлову, 1864). Он был убежденным противником кесарского сечения, хотя и допускал её правомочность и необходимость, но как исключение в отдельных случаях. «Морисо, — указывает П. П. Павлов, — в своих наблюдениях упоминает о 4-х случаях кесарского сечения post mortem, произведенного в момент смерти, если не сказать, в момент агонии. При этом однако, только один младенец обнаруживал некоторые признаки жизни (биение сердца), но и тот не был оживлен. Поэтому Морисо считает удачный исход этой операции большой редкостью» [5].

«Francois Mauriceau (1637-1709), — пишет Э. Бумм, — начинает ряд знаменитых французских акушеров 17-го века» [1]. Спустя три века после его кончины его имя по-прежнему почитаемо всеми акушерами как одного из основоположников научного акушерства.

Литература

1. Бумм Э. Руководство к изучению акушерства. В 2 ч.Ч. I. — Петроград-Киев.: Изд-во Сотрудник, 1919.

2. Гентер Г. Г. Преждевременное отделение детского места: дис.... д-ра медицины. — СПб., 1913.

3. Лахтин М. Исторический очерк развития хирургической помощи роженицам // Ж. акуш. и жен. болезн. — 1900. — Т. XIV. — С. 1298-1321.

4. Макаров Р. Р. Очерк общей истории развития акушерства и гинекологии // Многотомное руководство по акушерству и гинекологии. Т. 1. / отв. ред. Л. С. Персианинов. — М.: Медгиз, 1961.

5. Павлов П. П. О кесарском сечении на мертвых: дис. ... д-ра медицины. — СПб., 1864. — 45 с.

6. Флоринский В. М. Введение в гинекологию. Т. I. — СПб., 1869.

7. Mauriceau F. The diseases of women with child, and in childbed / translated H. Chamberlen. — 2-nd ed. — London, 1683. — 438 p.

8. MauriceauF. Traite des maladies des femmes grosses. — 4-me edition. — Paris, 1694. — 353 p.

9. Talbot Y. H. A biographical history of medicine . — N.-Y., 1970.

10. SpeertH. Obstetric-gynecologie eponyms, Francois Mauriceau and his maneuver in breech delivery // Obstet. Gynec. — 1957. — Vol. 14. — P. 371-376.

Статья представлена Э. К. Айламазяном, ГУ НИИ акушерства и гинекологии им. Д. О. Отта,

Санкт-Петербург

FRANCOIS MAURICEAU (1637-1709). TO THE 300 DEATH

ANNIVERSARY.

Tsvelyov Y. V., Ostromenskiy V. V.

Summary: This article is devoted to great french obstetrician

Francois Mauriceau, his fundamental contribution in scientifical

obstetrics.

Key words: Francois Mauriceau; history of medicine and

obstetrics.

Адреса авторов для переписки-----------------------------------

Цвелев Юрий Владимирович — академик Российской академии естественных наук, д. м. н., профессор.

Кафедра акушерства и гинекологии Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова.

194044, Россия, Санкт-Петербург, ул. Академика Лебедева, б лит. В. E-mail: rdwma@deti-spb.ru

Остроменский Владимир Владимирович — к. м. н., преподаватель. Кафедра акушерства и гинекологии Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова.

194044, Россия, Санкт-Петербург, ул. Академика Лебедева, б лит. В. E-mail: rdwma@deti-spb.ru

Tsvelyov Yuriy Vladimirovich — member of RANS, MD, PhD, professor. Obstetrics and Gynecology department of Medical-Military Academy named after S. M. Kirov.

194044 Russia, St. Petersburg, Ak. Lebedeva st., 6 lit. B.

E-mail: rdwma@deti-spb.ru

Ostromenskiy Vladimir Vladimirovich — the candidate of medical sciences. Obstetrics and Gynecology department of Military-Medical Academy named after S. M. Kirov.

194044 Russia, St. Petersburg, Ak. Lebedeva st., 6 lit. B.

E-mail: rdwma@deti-spb.ru