Философия истории на пути к формированию исторической картины мира

— Философия -----

УДК 1/14

В.С. Данилова, Н.Н. Кожевников

ФИЛОСОФИЯ истории НА ПУТИ к ФОРМИРОВАНИЮ ИСТОРИЧЕСКОЙ КАРТИНЫ МИРА

Рассмотрены основные концепции, а также неклассическая и постнеклассическая методологии философии истории. Особое внимание обращено на подходы в современной философии истории: синергетический, эпистемологический, цивилизационно-ноосферный. Не существует серьезных препятствий против возможностей существования исторической картины мира, так что исследования в этом направлении следует продолжить.

Ключевые слова: история, философия истории, миросистема, ноосфера, неклассическая и постнеклассическая методологии философии истории, синергетика, бифуркация, дисциплинарная онтология, эпистемология, цивилизация, этнос, общепланетарные культурно-цивилизационные сети.

В современной философии важнейшей проблемой является обеспечение синтеза между естественными и гуманитарными науками [1], для чего необходимо последовательно исследовать существующие научные картины мира [2]. Дисциплинарные онтологии [3] в гуманитарной сфере разработаны хуже, чем в естественных науках, однако эти проблемы также должны быть всесторонне исследованы, возможно, в других формах или на основе иных методологий. Обычно камнем преткновения считается субъективность гуманитарных наук, однако при философском (системно-целостном) подходе совершенно очевидно, что объективность также является неотъемлемым свойством гуманитарных наук, поскольку последние все больше рассматриваются в планетарных масштабах с точки зрения процессов, присущих цивилизации в целом, в тесном взаимодействии друг с другом и с естественными науками.

Философия истории имеет дело с наиболее общими тенденциями и закономерностями этой науки. Возникновением этого термина наука обязана Вольтеру, для которого «исторический факт - это лишь явление, которым не может ограничиться и удовлетвориться исследовательская мысль: она должна проникать дальше в сущность исторических событий, в смысл и логику их возникновения и развития» [4, с. 248]. Следующий этап в развитии философии истории связан с Г. Гегелем, утверждавшим, что последняя выявляет смысл мирового исторического

ДАНИЛОВА Вера Софроновна - д.филос.н., профессор кафедры философии ЯГУ E-mail: nnkozhev@mail.ru

КОЖЕВНИКОВ Николай Николаевич- д.филос.н., профессор кафедры философии ЯГУ E-mail: nnkozhev@mail.ru

процесса в целом, логика развития которого определяется эволюцией «мирового духа». «Всемирная история излагает развитие сознания духа о его свободе и о производимой этим сознанием реализации» [5, с. 112]. Дух отдельных народов последовательно принимает эстафету «сознания свободы» в конкретные исторические эпохи. «Всемирная история есть вообще проявление духа во времени, подобно тому, как идея, как природа проявляются в пространстве» [5, с. 119].

1. Методология исторической науки и её философии

В философии истории могут быть выделены классическая, неклассическая и постнеклассическая методологии исследования. Классическая методология опиралась на монистический подход, который развивался учеными, ориентированными на позитивизм, среди которых, прежде всего, следует отметить В.О. Ключевского, М.М. Ковалевского, Н.А. Рожкова [4, с. 254]. Марксистское понимание монистического взгляда на глобальный исторический процесс развивал М.Н. Покровский, а отдельные вопросы, связанные с этим взглядом, рассмотрены в работах К. Маркса, Ф. Энгельса, Г.В. Плеханова. Кроме того, к этому направлению примыкает и плюралистическая методология философского осмысления, связанная с «теорией факторов», представителем которой был В.М. Хвостов и которая содержала наборы различных способов объяснения исторической реальности [Ibid].

Неклассическая методология познания в философии истории развивает в основном идеи плюралистического подхода [4, с. 255], опираясь на биосферные и ноос-ферные идеи В.И. Вернадского, космический детерми-

низм А.Л. Чижевского, кибернетическую методологию С.Я. Янковского, а также системный, информационный, гуманистический и другие подходы. В персонализме и экзистенциализме история рассматривается сквозь призму человеческой личности, его судьбы, проблем, пограничных ситуаций, идеалов. Аналитическая философия, критический позитивизм анализируют саму методологию философии истории, применение к ним принципов верифицируемости и фальсифицируемости.

Классическая философия истории всегда исходила из «неудовлетворенности настоящим. Последнему противопоставлялся либо прошлый «золотой век», что создает ностальгическую интенцию философии истории, либо чаемое будущее, что характеризует проспек-тивисткую интенцию. Применительно к историческому процессу философия истории решает две задачи: онтологическую, связанную с осмыслением исторического бытия, и эпистемологическую, связанную с проблемами исторического познания» [6, с. 212]. С эпохи Античности стал формироваться сначала достаточно общий, а затем и универсальный взгляд на историю, включающий в себя и философское осмысление последней. В Древнем мире были заложены основания для локальных подсистем этой глобальной истории. Исторические хроники Древнего Китая отличались необыкновенной точностью и скрупулезностью, так же как и в работах древних греков

- Геродота и Фукидида. «Всеобщая история» Полибия (2 в. до н.э.) охватывает все страны Средиземноморья, завоеванные Римом. Саллюстий, Тацит, Ливий, Плутарх, Аппиан развивали различные аспекты этого подхода. Опуская многие этапы развития исторической науки и регионы, где это происходило, можно выделить ключевой этап становления истории как науки в XVII-XVIII вв., где решающую роль сыграли деятели Просвещения: Г. Гроций, Т. Гоббс, Дж. Вико, Вольтер, Ш. Монтескье, Ж.-Ж. Руссо, И.Г. Гердер, В.Н. Татищев, М.М. Ломоносов, М.М. Щербатов, И.Н. Болтин и другие. Широкие исторические полотна, созданные в XIX в. И.Г. Дройзеным, Т. Моммзеном, Н.М. Карамзиным,

Н.И. Костомаровым, С.С. Соловьевым, посвящены истории отдельных этносов на протяжении всего времени их существования или ключевых их периодов.

Неклассическую философию истории развивали представители герменевтики и «философии жизни», прежде всего В. Дильтей и О. Шпенглер [7]. Важный вклад внесли представители социологии - Э. Дюркгейм, М. Вебер, П.А. Сорокин [8]. Особо следует остановиться на представителях исторической эпистемологии и философских исследованиях, в культурологических сдвигах определивших историческое развитие во многих странах в ХХ столетии. Историческая эпистемология развивалась, прежде всего, во Франции благодаря усилиям А. Койре, Э. Мецжера, Г. Башляра, работавших на стыке с естествознанием, занимавшихся в том числе исторической реконструкцией научных революций. Так, «основ-

ным в теории Койре является принцип единства всех сфер мышления» [9, с. 93]. Кроме того, и он и Э. Мецжер уделяли внимание социальным параметрам науки. Выход на арену мировой истории толпы зафиксирован в ряде фундаментальных работ Х. Ортеги-и-Гассета, К. Ясперса, Ж. Бодрийяра [10]. Появление нового способа мышления Ортега считает преодолением исторического кризиса в развитии общества. Ортега и другие «мадридцы» выделяют четыре таких основных «способа мышления»: «1) досократический, 2) аристотелико-схоластический,

3) декартовский, 4) современный» [11, с. 32], на которых основывается история философии Х. Ортеги-и-Гассета. Связывание исторических процессов с эволюцией массового общества подробно исследовано К. Ясперсом и Ж. Бодрийяром, которые рассматривают проблемы исчезновения социального в современном мире, замену его коммуникацией, «которая ведет социальную форму к безразличию,... неспособности общества преодолеть свои границы и устремиться к новым целям» [10, с. 250].

В первой половине ХХ столетия одной из попыток создания универсального исторического подхода была концепция «евразийства». «Историософскому зрению евразийцев были присущи особая пространственновременная оптика, творческое восприятие истории, позволившее сквозь привычный образ России увидеть такую историческую и географическую реальность, как континент - материк со своей неповторимой судьбой

- Евразию» [12, с. 9]. Наиболее полно исторические аспекты концепции евразийства представлены в трудах Г.В. Вернадского, рассмотревшего историю России как взаимодействие леса и степи с выделением ярких этапов «борьба леса и степи (972-1238 гг.), «победа степи над лесом» (1238-1452 гг.), «победа леса над степью» (14521696 гг.), «объединение леса и степи» (1696-1917 гг.) [13]. Далеко не все ученые согласны с такой концепцией. Так, Л.Н. Гумилев пишет: «Долгое время бытовало мнение, что лес и степь находятся между собой в оппозиции, степняки и лесовики борются друг с другом. В этнокультурном аспекте это мнение глубоко ошибочно; как степняки нуждаются в продуктах леса, так и наоборот» [14, с. 191].

Важнейшим направлением обеспечивающих синтетическое рассмотрение исторических идей в науке можно считать труды Л.Н. Гумилева, который рассматривал историю в тесной взаимосвязи с географией, биосферными процессами, философскими идеями. Одним из основных его достижений является создание истории Великой степи, замкнувшей историю отдельных регионов (Европы, Средиземноморья, России, Передней и Центральной Азии, Китая, Индии) в единое целое. «Посредине Евразийского континента, от Уссури до Дуная, тянется Великая степь, окаймленная с севера сибирской тайгой, а с юга - горными хребтами» [15, с. 70]. «Кочевники Великой степи играли в истории и культуре человечества не меньшую роль, чем европейцы и китайцы, египтяне

и персы, ацтеки и инки. Только роль их была особой, оригинальной, как, впрочем, у каждого этноса или суперэтноса, и долгое время её не могли разгадать. Только за последние два века русским ученым, географам и востоковедам удалось приподнять покрывало Изиды над этой проблемой, актуальность которой несомненна» [15, с. 72]. Таким образом, Л.Н. Гумилев создал систему, которая на основе естественных природных процессов рассматривает историю в максимально широком регионе, охватывающем Европу, Азию, северную Африку и Ме-соамерику. Он использовал не только системный поход, но и системный метод, в котором главными являются отношения между персонами и этносами.

Постнеклассическая методология опирается на «науки о сложном», синергетику, виртуалистику, универсальный синтез гуманитарного и естественно-научного знания, когнитивные подходы. При рассмотрении исторического процесса необходимо опираться на открытые эволюционирующие системы, учитывая бифуркации, возможные катастрофы, флуктуации, различные формы самоорганизующегося хаоса и динамических равновесий. Ярким представителем неклассической методологии исторической науки, трансформирующейся в пост-неклассическую, является А.Дж. Тойнби [16], который отвергал непрерывность истории, построенную по аналогиями с концепциями классической науки, а также непрерывность истории как непрерывность «жизни», хотя отдельные положения такой органичности (непрерывности) он также разделял.

2. На путях к исторической картине мира

Формирование исторической картины мира связано, прежде всего, с современными методологическими подходами в философии истории, формированием планетарного взгляда на исторические процессы и синергетикой. Отмеченные выше широкие национальные и региональные (например, для Евразии) исторические обобщения послужили основными этапами в процессе восхождения к общепланетарному взгляду на историю и также способствуют формированию исторической картины мира. Огромное значение имели и процессы, происходившие в смежных науках, например, эпоха великих географических открытий, которую мы в своих работах обычно называем эпохой формирования целостного взгляда на планету Земля. В это время было осознано, что помимо европейских народов существует еще очень много других народов с высокой культурой, яркой историей, без изучения которых невозможно представить себе всестороннего подхода к истории в целом. В эту эпоху началось формирование этнической картины мира.

Современные методологические подходы в философии истории опираются, прежде всего, на различные формы синтеза: 1) Синтез «смысла» и «назначения» К. Ясперса. «Картина всемирной истории и осознание

ситуации в настоящем определяют друг друга. Так же, как я вижу целостность прошлого, я познаю и настоящее. Чем более глубоких пластов я достигаю в прошлом, тем интенсивнее я участвую в ходе событий настоящего» [17, с. 276]. 2) Пересечение действительности и её идеальных моделей, что приводит к использованию метода репрезентаций, сводящегося к исследованию вместо реального объекта его идеальной модели. 3) Метод интерпретации, в значительной степени экстраполирующий достижения неклассических естественных наук и переводящий пассивного наблюдателя классической науки в активно воздействующего на получаемые результаты участника исследовательского процесса. Здесь можно выделить репродукцию подлинной реальности, конструирование альтернативных исторических событий.

4) Синтез единичного и общего, приводящий к выявлению исторических закономерностей. 5) Синергетический междисциплинарный синтез различных наук через соответствующие им ритмы, ритмокаскады, временную и пространственную когеренции. 6) Синтез различных философских направлений и областей философии истории (онтологических, эпистемологических, аксиологических, социально-культурных, этических).

Современное исследование исторических процессов невозможно без погружения в пограничные области исследования: цивилизационно-культурологические, политологические и социальные, естественно-научные.

Одна из наиболее ярких попыток формирования планетарного взгляда на историю была предпринята

А. Дж. Тойнби, который связывал исследования исторических процессов с вопросами экономики, политики, философии. Начав исследования с Западного мира, он отмечал: «В настоящий момент жизнь западного мира определяют два института: индустриальная система экономики и столь же сложная и запутанная политическая система, которую мы называем демократией... Эти два института - экономический и политический стали господствующими в западном мире на закате XIX века и дали пусть временное, но все же решение главных проблем того периода» [16, с. 18]. Кроме экономического, политического и других взглядов на историю А. Тойнби пытается выделить в мире истории единую творящую силу. «История позволяет видеть божественную творящую силу в движении, а движение это наш человеческий опыт улавливает в шести измерениях. Исторический взгляд на мир открывает нам физический космос, движущийся по кругу в четырехмерном Пространстве-Времени, и Жизнь на нашей планете, эволюционирующую в пятимерной рамке Пространства-Времени-Жизни. А человеческая душа, поднимающаяся в шестое измерение посредством дара Духа, устремляется через роковое обретение духовной свободы в направлении Творца или от Него» [18, с. 105].

Определяющее значение для исторического исследования у А. Дж. Тойнби имеет концепция взаимосвязан-

ного пространства времени, причем время он предощущает как пространство исторической жизни, основными движителями которой являются «Вызовы и Ответы» из внешней среды внутрь общества. Исследование исторического процесса подводит его к проблеме ноосферы, увязывая его с наиболее общими закономерностями цивилизационно-планетарных процессов.

Достаточно подробно развитие цивилизаций вплоть до их современного состояния исследовано С. Хантингтоном, который последовательно рассмотрел их смещающийся баланс, возникающий порядок и будущее. «Современный мир включает восемь крупных цивилизаций: западную, конфуцианскую, японскую, исламскую, индуистскую, славяно-православную, латиноамериканскую, африканскую» [19, с. 12]. С точки зрения ЮНЕСКО «в современном мире сосуществуют шесть основных цивилизаций: европейская и североамериканская, дальневосточная, арабо-мусульманская, индийская, тропически-африканская, латиноамериканская» [20, с. 314]. С. Хантингтон анализирует «несколько карт или парадигм мировой политики» [21, с. 30].

1. Один мир: эйфория и гармония, наиболее известным представителем которой является Ф. Фукуяма. «Видимо, мы становимся свидетелями конца истории как таковой: это означает конечную точку идеологической эволюции человечества и универсализацию западной либеральной демократии как конечной формы человеческого правления. Конечно же, кое-где в третьем мире могут иметь место конфликты, но глобальный конфликт позади и не только в Европе» [22].

2. Два мира: мы и они. Различия, прежде всего - в отношении ко времени - «нынешняя западная цивилизация «живет во времени». Время здесь представляет собой не аморфное состояние накладывающихся друг на друга бытийных циклов, а вполне отчетливый векторный «сюжетный» процесс, разворачивающийся как в физическую, так и в трансцендентную бесконечность» [23, с. 438].

3. Все государства отстаивают свои интересы и действуют одинаково.

4. Сущий хаос - всемирная анархия.

Часто исследователи работ С. Хантингтона делают акцент на столкновении цивилизаций, однако конструктивная часть его исследований, на наш взгляд, перевешивает эту его концепцию. Конструктивный задел содержит миросистемный анализ, разработанный И. Валлерстай-ном, который выделяет «стадии развития социальных систем, то есть целостностей. А единственными целостностями, которые существуют или существовали исторически, являются мини-системы и миросистемы, а в XIX-XX вв. существовала лишь одна миросистема - капиталистическая мироэкономика» [24, с. 23]. И. Валлерстайн утверждает, что многие основные понятия (государство, культура), используемые для исследования исторических процессов применительно к конкретным объектам,

не являются системами, и все исследование оказывается некорректным. Кроме того, следует подчеркнуть, что современные системы, соответствующие развивающемуся обществу, должны быть открытыми, что достаточно убедительно показано исследованиями последних десятилетий в естественных науках, а также на стыке их с науками гуманитарными.

Еще одним важным аспектом исследования философии истории в современных условиях является представление этой науки как проблемы эпистемологии. Такой аспект был исследован, например, В.П. Филатовым, который акцентирует внимание на различии между двумя типами философии истории. «В первом из них, который в западной философской литературе называют «субстанциональной», «материальной» «спекулятивной» философией истории, ставится задача обнаружить в событиях прошлого некоторые общие закономерности и структуры или же выявить в них общий «смысл» истории, её «цель», «назначение» и т.п. Второй тип философии истории имеет дело не с историей как реальностью, а с историческим знанием, с наукой «историей». Этот тип в современной литературе называют «критической» или «аналитической» философией истории» [25, с. 484]. Далее В.П. Филатов ищет поле для взаимодействия этих типов философии истории, которым, по его мнению, являются глубинные структуры, «архетипы» нашего исторического понимания.

С.П. Щавелев различает «мега- макро- и микроподходы к реконструкции истории общества» [26, с. 505].

A.В. Суховерхов отмечает, что «история как объект познания может быть рассмотрена в трех ипостасях:

1) история как ушедшие в не-бытие реальные события;

2) история как восстановленная людьми репрезентация реальных событий прошлого; 3) история как совокупность ныне существующих «исторических следов», которые являются потенциальными знаками потенциального исторического дискурса» [27, с. 575].

Синергетический метод также получил в философии истории достаточно широкое распространение. Рассмотрение истории через точки бифуркации, позволяет выделить исторические развилки нескольких возможных путей дальнейшего развития. Вследствие совокупности сочетания достаточно случайных факторов выбирается один из них, тогда как остальные «замораживаются». Выбранный путь становится магистральным, существуя несколько десятилетий или одно-два столетия. Затем этот алгоритм с новой точкой бифуркации повторяется снова в исторических условиях следующей эпохи.

B.П. Бранский через основные понятия и принципы синергетики пытается оправдать историю, вводя для этого специальный термин «клиодицея» [28, с. 680] по аналогии с теодицеей - «оправданием бога», по которым понимается стремление согласовать идею благого и разумного божественного управления миром с наличием мирового зла.

Оригинальный синтез синергетических, биосферных и этногенетических идей осуществил С.М. Шу-грин. Он считает, что «в целом человеческий род развивается от относительно «холодного» состояния» к более «горячему». Тем самым определен вектор направленного исторического движения» [29, с. 357]. То есть главным в этом процессе следует считать активность и подвижность людей, их восприимчивость к новациям. «По мере увеличения уровня активности достигается критическое бифуркационное состояние, где утрачивается структурная устойчивость и совершается, так сказать, фазовый переход - социальная психология, идеология, сама структура общества перестраиваются в новое состояние, в котором для его составляющих создается в определенных отношениях возможность большей подвижности и свободы. Возникают качественно новые перспективы, формируются новые цели и ценности» [29, с. 358].

В заключение можно сказать, что проблема формирования исторической картины мира еще далека от своего завершения. До сих пор не существует даже ответа на вопрос, возможно ли это в принципе. Проблема здесь в том, что современные исторические процессы рассматриваются в контексте с целым набором процессов из смежных сфер (культурологической, социологической, экономической и т.п.), то есть здесь должна быть определена своя «миросистема» и особенности её трансформации. Кроме того, число подходов к исследованию современных проблем философии истории очень велико. Однако методы современной науки, связанные с развитием ноосферогенеза, общепланетарных сетей внушают нам определенный оптимизм и позволяют закончить эту работу мыслью, что не существует никаких серьезных возражений против возможностей существования исторической картины мира, возможно, в контексте всех окружающих историю других наук. Формирование исторической картины мира лежит в сфере синтеза идей синергетики, ноосферогенеза, общепланетарных сетей и систем. Исследования в этом направлении следует продолжать, и авторы намерены принять участие в процессе формирования исторической картины мира, как и других социально-гуманитарных дисциплинарных онтологий.

Литература

1. Кожевников Н.Н. Значение философии в современном мире // Вестник Якутского госуниверситета. - 2007. - Т. 4. -№ 4. - С. 105-110.

2. Данилова В.С., Кожевников Н.Н. Картины мира и методы их исследования // Вестник Якутского госуниверситета. - 2007.

- Т.4. - № 3. - С. 77-82.

3. Данилова В.С., Кожевников Н.Н. Современные проблемы дисциплинарных онтологий (физика, техника) // Вестник Якутского госуниверситета. - 2007. - Т.4. - № 1. - С. 97-105.

4. Философия социальных и гуманитарных наук / Под ред.

С.А. Лебедева. - М.: Академический проект, 2008. - 733 с.

5. Гегель Г.В.Ф. Лекции по философии истории / Пер. с нем.

- СПб.: Наука, 1993. - 480 с.

6. Панарин А.С. Философия истории // Новая философская энциклопедия в 4 тт. Т. IV. - М.: Мысль, 2001. - С. 212-213.

7. Шпенглер О. Закат Европы. Глава II. Проблема всемирной истории / Пер. с нем. - М.: Искусство, 1993. - С. 120-303.

8. Момджян К.Х. Введение в социальную философию. Раздел 2. Глава 3. История. - М.: Высшая школа, 1997. - С. 114154.

9. Соколова Л.Ю. Историческая эпистемология во Франции. - СПб.: Изд-во СПГУ, 1995. - 136 с.

10. Ясперс К. Бодирийяр Ж. Призрак толпы / Пер. с англ. -М.: Алгоритм, 2008. - 272 с.

11. Руткевич А.М. Социальная философия мадридской школы. - М.: Изд-во МГУ, 1981. - 176 с.

12. Русский узел евразийства. - М.: Беловодье, 1997. -526 с.

13. Вернадский Г.В. Начертание русской истории. - СПб.: Лань, 2000. - 319 с.

14. Гумилев Л.Н. Ритмы Евразии. - М.: Экопрос, 1993. -576 с.

15. Гумилев Л.Н.Тысячелетие вокруг Каспия. - М.: Мишель и К°, 1993. - 336 с.

16. Тойнби А. Дж. Постижение истории / Пер. с англ. - М.: Айрис-пресс, 2003. - 640 с.

17. Ясперс К. Смысл и назначение истории / Пер. с нем. -М.: Политиздат, 1991. - 537 с.

18. Тойнби А. Дж. Цивилизация перед судом истории / Пер. с англ. - М.: Айрис-пресс, 2002. - 592 с.

19. Демократия и авторитаризм в третьем мире в конце ХХ в. (Концепция С.П. Хантингтона и отклики на неё). - М.: ИНИОН, 1995. - 24 с.

20. Чумаков А.Н. Метафизика глобализации. Культурноцивилизационный контекст. - М.: «Канон+», РООИ «Реабилитация», 2006. - 516 с.

21. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций / Пер. с англ.

- М.: Изд-во АСТ, 2003. - 603 с.

22. Фукуяма Ф. Великий разрыв / Пер. с англ. - М.: Изд-во АСТ, 2003. - 476 с.

23. Бьюкенен П. Дж. Смерть запада / Пер. с англ. - М.: Изд-во АСТ, 2003. - 444 с.

24. Валлерстайн И. Анализ мировых систем и ситуация в современном мире / Пер. с англ. - СПб.: Изд-во «Университетская книга», 2001. - 416 с.

25. Филатов В.П. История, историософия и методология истории // Наука глазами гуманитария. - М.: Прогресс-Традиция, 2005. - С. 483-500.

26. Щавелев С..П. Историческое познание и ценности практики // Наука глазами гуманитария. - М.: Прогресс-Традиция, 2005. - С. 501-522.

27. Суховерхов А.В. Гносеологическое и семиотическое понимание истории // Наука глазами гуманитария. - М.: Прогресс-Традиция, 2005. - С. 551-578.

28. Бранский В.П. Искусство и философия. - Калининград: Янтарный сказ, 1999. - 704 с.

29. Шугрин С.М. Космическая организованность биосферы и ноосферы. - Новосибирск: Наука, 1999. - 496 с.

V.S. Danilova, N.N. Kozhevnikov The philosophy of history in the formation of a historical picture of the world

The authors consider basic concepts as well as non-classical and postnonclassical methodology of philosophy of history. Particular attention is drawn to the approaches in contemporary philosophy of history: a synergetic, epistemological, civilization and noospheric approaches. There are no serious obstacles against the possible existence of a historical picture of the world so that research in this direction should be continued.

Key words: history, philosophy, history, world system, noosphere, nonclassical and postnonclassical methodology of philosophy of history, synergetics, bifurcation, disciplinary ontology, epistemology, civilization, ethnic group, planetary cultural and civilizational network.

----------- ---------------------------

УДК 1:51 Н.М. Охлопков

МАТЕМАТИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ - ЯДРО СОВРЕМЕННОЙ ФИЛОСОФИИ МАТЕМАТИКИ

Рассмотрены философско-методологические особенности моделирования в теоретической и прикладной математике. Обращено особое внимание на проблемы: моделирование в абстрактной и прикладной математике; структурная и параметрическая идентификации; метод проб; математическая модель - ядро современной философии математики.

Разработана общая схема взаимодействия между ними, в центре которой находится математическая модель.

Ключевые слова: прямая задача, обратная задача, математическая модель, алгоритм, ядро математики, математическая структура, изоморфизм, гомоморфизм, параметрическая идентификация, структурная идентификация, вычислительный эксперимент.

Моделирование в абстрактной математике

Довольно часто под математическим моделированием понимают только моделирование в прикладной математике. Однако прежде чем интерпретировать абстрактные модели теоретической математики, их надо иметь, необходимо их наличие, существование. Применение математических структур в конкретных науках является реализацией методологической сущности математического знания, его абстрактных моделей. «Модельность» математических структур коренится в самой природе математического знания. Еще античные математики и философы отмечали сам принцип соответствия мира реального миру математическому (Фалес, Пифагор, Демокрит, Аристотель, Евклид, Архимед и другие). Сама природа математического знания определяет функцию описания как образа (модели) реального мира. Конечно, отсюда еще не следует утверждение о том, что некоторая математическая структура является непосредственно определенной моделью конкретного фрагмента реальной действительности. Однако любая абстрактная

ОхЛОПКОВ Николай Михайлович - к.ф.-м.н., доцент ИМИ ЯГУ

E-mail: Math_jsu@mail.ru

математическая структура является возможной моделью вполне определенного фрагмента реального мира, только она носит неявный характер. Такие модели находятся внутри математического знания, связаны с его природой, с его онтологическим базисом.

В теоретической математике с семиотической точки зрения язык математики изучают синтаксическими (чисто формальными) средствами, обращая внимание только на структуру и комбинации символов или формул, не обращая внимания на смысловую сторону вопроса. Математика в своем онтологическом смысле представлена как совокупность потенциальных моделей, заготовленных на будущее. Абстрактные модели теоретической математики являются моделями «абстрактных» качеств вообще, а не конкретного качества определенной реальности. Применение той или иной математической структуры в познании конкретных качественных характеристик объектов конкретных наук означает переход от теоретической математики к прикладной математике. Математическое моделирование внутренне присуще конкретным наукам. Между образом (моделью) и оригиналом существуют определенные (модельные) отношения. Эти отношения в терминах математики выражаются с помощью понятий изоморфизма и гомоморфизма.

Система объектов называется изоморфной, если существует взаимно однозначное соответствие между