Из истории отечественной экскурсионной школы: Петроградский (Ленинградский) экскурсионный институт (1921-1924 гг. )

А.Г. Смирнова

ИЗ ИСТОРИИ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ЭКСКУРСИОННОЙ ШКОЛЫ: ПЕТРОГРАДСКИЙ

В начале 1920-х годов в Петрограде (Ленинграде) был предпринят опыт создания экскурсионного института научно-исследовательского характера (1921-1924 гг.), что обусловливалось востребованностью экскурсии как образовательного и как исследовательского метода, как формы просветительской работы в русле общих тенденций развития краеведения в «золотое десятилетие». В создании и в работе Экскурсионного института приняли участие виднейшие экскурсионисты Петрограда И.М. Гревс, Б.Е. Райков, Н.П. Анциферов, Г.Э. Петри и другие. Опираясь на предшествующий опыт развития отечественной экскурсионной школы, соединяя его с новыми формами и методами экскурсионной работы, Петроградский экскурсионный институт внес весомый вклад в развитие теории и методики отечественной экскурсии, в изучение и популяризацию экскурсионного метода, в изучение историко-культурного и экскурсионного потенциала Петрограда, его ближайших окрестностей и других российских территорий.

Ключевые слова: отечественная экскурсионная школа, экскурсионное дело, экскурсия, экскурсионная тематика, экскурсионная методика, экскурсионный метод, Петроградский экскурсионный институт, краеведение, школьная экскурсия, историко-культурная экскурсия, семинарий, И.М. Гревс, Н.П. Анциферов, Г.Э. Петри, Б.Е. Райков.

1920-е годы в историю отечественного краеведения прочно вошли как «золотое десятилетие». Подобной же характеристики с полным правом этот период может удостоиться и в отношении развития отечественной экскурсионной школы (что во многом взаимообусловлено). Блестящая плеяда экскурсионистов, широчайший размах экскурсионной работы, ее массовое распространение в среде экскурсантов, расширение экскурсионной тема© Смирнова А.Г., 2012

тики, совершенствование методики экскурсии, применение экскурсионного метода и как образовательного, и как исследовательского (в том числе и в краеведческой деятельности) - вот далеко не полный перечень всех тех достижений в области отечественной экскурсии, которые характеризуют этот период. И, пожалуй, одним из самых значительных мероприятий в этой области, не имевшим аналогов в дореволюционной практике и не получившим, к большому сожалению, развития в будущем, стало создание в двух крупнейших экскурсионных центрах страны - Москве и Петрограде, где сложились два оригинальных направления в рамках отечественной экскурсионной школы, - экскурсионных институтов научно-исследовательского характера. Сегодня подлинные свидетельства их существования можно отыскать в московских и петербургских архивах и почерпнуть из очень немногих документальных публикаций.

В Государственном архиве Российской Федерации (далее -ГАРФ) в фонде Главнауки1 сохранились документы Петроградского экскурсионного института (далее - ПЭИ). Он был создан практически одновременно с московским Центральным музейно-экскурсионным институтом (далее - ЦМЭИ) в октябре 1921 г. Не только практическое внедрение экскурсионного опыта, накопленного за предшествующие десятилетия и в начале 1920-х годов получившего широчайшее применение в рамках новой трудовой школы, в просветительской работе и в краеведческих исследованиях, но и чрезвычайно плодотворная работа в области теории и методики экскурсионного дела стали результатами деятельности этих двух научных учреждений. Однако приходится признать, что до сих пор нет специальных исследований, посвященных не только экскурсионным институтам, но и в целом отечественной экскурсионной школе, сложившейся в первой трети ХХ в.2

Ликвидация экскурсионных институтов как самостоятельных научно-исследовательских учреждений к середине 1920-х годов, исключение экскурсионного метода из образовательной сферы, перевод экскурсии преимущественно в плоскость политико-просветительной работы, жесткая идеологическая корректировка экскурсионной тематики означали к началу 1930-х годов сворачивание широкой научно-исследовательской работы в экскурсионной области. Опыт экскурсионных институтов во многом был предан забвению3. Тем ценнее сохранившиеся сегодня документальные свидетельства, позволяющие расширить наши представления о формах и методах экскурсионной работы в первой трети ХХ в.

Документы ПЭИ в составе фонда Главнауки сформированы в одно дело4. Его составляют машинописные копии нормативных, организационно-распорядительных документов (штатные распи-

сания, персональные списки сотрудников, годовые отчеты, планы работ и прочее), рукописные материалы персональных отчетов сотрудников, методических разработок экскурсий, переписка с Глав-наукой. Хронологически документы охватывают период с февраля 1922 г. по июль 1924 г. (почти все время деятельности Института). Большой интерес представляют «Отчет о деятельности Петроградского экскурсионного института за первую половину 1922 г.»5, «Годовой отчет» (1922 г.)6, «Программа занятий экономико-технического отдела Экскурсионного института на 1923/1924 академический год»7, «План работ естественно-исторического отдела на 1923/1924 гг.»8, «План работ, намеченных гуманитарным отделом на 1923/1924 гг.»9, программы семинариев10, «Персональный список сотрудников Ленинградского11 экскурсионного института»12. Все эти материалы позволяют представить не только организационную структуру ПЭИ, но и направления его деятельности, результаты теоретических и практических экскурсионных разработок, персональное участие в работе отдельных сотрудников, отношение к институту со стороны Главнауки и многое другое.

Существенными дополнениями к этим архивным данным служат сведения, содержащиеся в документальных публикациях наследия двух крупнейших представителей и в значительной степени основоположников петроградской (ленинградской) экскурсионной школы, сотрудников ПЭИ профессора Петербургского университета И.М. Гревса13 и его ученика и последователя Н.П. Анциферова14.

Решение о создании ПЭИ было принято Государственным ученым советом (далее - ГУС) 11 октября 1921 г.15 Петроградский Институт как научно-исследовательское учреждение находился в ведении Академического центра (далее - Акцентр)16. Основными его задачами было: «1) дать методическую проработку экскурсий различного типа для школьников, внешкольников, дошкольников; 2) дать экскурсионное описание Петроградского района с указанием главных пунктов и маршрутов для экскурсий с разработкой примерных планов и программ экскурсий; 3) подготовить путем семинарских занятий кадры руководителей экскурсиями и 4) практически провести показательные экскурсии»17.

Один из главных инициаторов создания и вдохновителей работы ПЭИ И.М. Гревс общую цель Экскурсионного института обосновал следующим образом: «Экскурсирование стало интегральной частью школьного и внешкольного обучения, одной из общепризнанных метод, требуемых для его правильной постановки. Даже если это положение часто пока остается теоретическим, надо радоваться и такому достижению. Во всяком случае, из него вытекает, что экскурсионное дело должно быть одной из важнейших задач при

подготовке учителей и работников просвещения вообще. Потому необходимо его самостоятельное изучение, а затем и установление в нем единства: должны систематизироваться разрозненные усилия отдельных организаций, обществ и лиц. Такую цель инициативы в направлении и объединении работ по экскурсиеведению ставит себе Ленинградский18 Экскурсионный институт. Это учреждение исследовательское, объектом его является научное штудирование, широкое, свободное и беспристрастное, всего экскурсионного -всестороннее его изучение: построение теории, выработка методы, познание материала, опыты практики, построительные и показательные, наставление новых работников»19.

Фактическая деятельность ПЭИ началась с января 1922 г. (с началом его финансирования). Положение об Институте дорабатывалось еще в декабре 1922 г., при этом была значительно расширена исследовательская составляющая его деятельности20.

В составе Института были созданы административный, гуманитарный, экономико-технический, естественноисторический отделы и секции: методическая, консультативно-справочная, издательская, библиотечная. Первоначально утвержденный штат Института включал 60 сотрудников21. С апреля 1922 г. при ПЭИ открылась читальня для сотрудников института и приезжих экскурсантов22. По мысли И.М. Гревса структура ПЭИ была организована «по-университетски», широко охватывая различные области знания и научные циклы, «дифференцируя их около главных центров, по "факультетскому" принципу, но и заботясь о сближении их для взаимной поддержки»23, чему способствовало создание естественного, гуманитарного и экономико-технического научных отделов. Их взаимосвязь и взаимодополняемость должны были стать основой научной, исследовательской и образовательной деятельности всего Института: «Первый экскурсионно изучает природу, второй -человеческую культуру, третий - специально одну из отраслей культуры - хозяйство и производительный труд, совместное познание которых требует своеобразного подхода, но также нуждается в содействии данных из наук, разрабатываемых двумя первыми отделами. Все три отдела равноправны и равноценны...»24.

Документы позволяют рассмотреть персональный состав руководства Института и его отделов. Директором Института и одновременно председателем консультативно-справочной секции была Эмма Васильевна Краснуха, «старая партийная работница», которую, по словам Н.П. Анциферова, сначала не оценили «должным образом»25, но которая немало сделала для ПЭИ. Во главе экономико-технического отдела стоял профессор Владимир Владимирович Дмитриев, обязанности секретаря выполнял Алексей Иванович

Зазерский. Естественно-историческим отделом руководил Михаил Михайлович Тетяев, секретарем был Лев Валентинович Бианки. Гуманитарным отделом заведовал профессор Иван Михайлович Гревс, а секретарская работа была возложена на Ядвигу Адольфовну Влядих. Обязанности управделами в Административном отделе выполняла Вера Михайловна Струкгоф26.

Работа сосредоточивалась в основном в Петрограде, расширению географического диапазона мешали трудности финансового характера, в том числе дороговизна транспорта. Для сотрудников ПЭИ главным направлением работ становилось изучение Петрограда и выявление экскурсионных объектов для экскурсий гуманитарного, естественно-исторического и технического характера. Одним из важнейших итогов этой работы должно было стать издание фундаментального путеводителя.

Деятельность Института практически с самого начала стала встречать затруднения. Прежде всего - это два взаимосвязанных негативных фактора: недофинансирование (или иногда нефинансирование) и, соответственно, сокращение штатов. Поскольку в связи с целями и задачами работы ПЭИ утвержденное штатное расписание на 60 человек было оптимальным, то даже сокращение штатов до 52 человек подвело работу института к критическому рубежу, дальнейшие потери штатов грозили срывом работ. Поэтому в Институте было принято решение добровольно делить официальное число ставок (и соответственно окладов) на необходимый для успешной работы минимум сотрудников (52 человека), таким образом поступали даже тогда, когда штатное расписание было доведено до цифры 28 единиц27. Работая за половину зарплаты, сотрудники фактически сохраняли Институт жизнеспособным, не давая парализовать его работу в связи с кадровыми потерями. Однако такие серьезные сокращения штатов, а соответственно и финансирования работ сделали невозможным существование ряда подразделений. Через два месяца после начала работы ПЭИ пришлось отказаться от методической секции, которой заведовал Б.Е. Райков, что значительно затрудняло общеметодическую работу по развитию экскурсионного дела. Закрылась библиотечная секция, заведующая которой Л.И. Олавская занималась составлением экскурсионной библиотеки Института. Внутри экономико-технического отдела пришлось отказаться от организации сельскохозяйственной и кооперативной секций, в естественно-историческом отделе закрыли ботаническую, зоологическую, геологическую и методическую секции, однако вся работа по этим направлениям по-прежнему сосредоточивалась в отделе28.

Оказалась практически свернутой издательская работа, запланированная Институтом и возглавляемая В.А. Зеленко. В 1922 г.

вышел единственный номер «Экскурсионного вестника», задуманного как периодическое издание ПЭИ.

Все эти административно-финансовые осложнения заставляли сотрудников Института работать с увеличенной нагрузкой, выполнять одновременно различные работы, наряду с научными занятиями осуществлять административные функции. В отчетных документах говорится о значительных перегрузках работников различных отделов. Так, например, на каждого члена гуманитарного отдела в год приходилось 45 всевозможных заседаний, не менее 50 дней семинарских практикумов, каждым готовилось не менее 1 большого научного доклада и 3-4-х научных работ (статьи, путеводители, брошюры)29.

Экскурсионный институт развернул исключительно многоплановую интенсивную работу, в которой участвовали все подразделения. Методическая секция, просуществовавшая недолго, была очень важным звеном в работе ПЭИ. В рамках общеинститутских задач сотрудники секции разрабатывали библиографию по экскурсионным вопросам, занимались подготовкой библиографической выставки, исследовали общетеоретические вопросы экскурсионного дела. Б.Е. Райковым изучалась тема «Современные течения в экскурсионном деле», И.М. Гревсом - «Воспитательная и образовательная роль дальних экскурсий», В.В. Дмитриевым - «О конструкции технических экскурсий», В.А. Гердом - «Экскурсионное дело в начальной школе», И.С. Канегисером - «Эволюция организации производственного предприятия как экскурсионный материал», Я.А. Влядих - «Гуманитарные экскурсии в природу»30.

Консультативно-справочная секция осуществляла связи ПЭИ с организациями и общественными объединениями, готовила справочные материалы по экскурсионному делу для Петрограда и провинции, устанавливала связи с обществами краеведов. Представитель секции состоял в Центральном бюро по краеведению (далее - ЦБК). К концу 1922 г. сотрудниками секции были собраны сведения о 25 музеях, 17 научных обществах, 3 институтах, 6 экскурсионных станциях (все эти материалы составляли своего рода музейную экспозицию ПЭИ)31.

Кроме того, члены секции выполняли и индивидуальные задания. Библиографическая работа и составление каталогов экскурсионных объектов были важнейшими направлениями деятельности секции, сотрудницей гуманитарного отдела Т.М. Черепниной было разработано более 2 тыс. карточек на экскурсионные объекты Петрограда, его пригородов и Северной области32. Кроме того, ею же собиралась библиография по экскурсионному делу, которая должна была стать практическим подспорьем в экскурсионной работе

сотрудников Института. Разрабатывался перечень литературы по памятникам, местностям, предприятиям и прочим экскурсионным объектам. Материал собирался в Музее города, в Государственной академии истории материальной культуры, в отделе древнегреческого искусства Эрмитажа, использовалась периодическая печать, сведения, полученные в Северной экскурсии-экспедиции о постановке экскурсионного дела на местах. В основном это были материалы гуманитарного характера. А.Ю. Якубовский занимался сбором сведений об экскурсионном деле в школах, по собранным материалам им была организована выставка33.

Э.В. Краснуха как руководитель секции проводила специальные консультации по вопросам экскурсионного дела34.

Значительные задачи стояли и перед экономико-техническим отделом, где основные работы велись в направлении выявления экскурсионных объектов, совершенствования методики и создания циклов экскурсий. Заведующим В.В. Дмитриевым подробно разрабатывалась методика экономико-технической экскурсии, причем опыт этот был абсолютно нов. Сотрудники отдела занимались внедрением экскурсионного метода для ознакомления с организацией производства и научной организацией труда на предприятиях (И.С. Каннегисер) и для изучения истории благоустройства населенных мест, в том числе Петрограда (А.И. Зазерский). Кроме того в отделе была начата работа по созданию и методическому обеспечению цикла энергетических экскурсий (С.М. Брагин)35. В планах отдела намечалась экскурсионная разработка ремесел и кустарной промышленности Петроградского района, изучение роли кооперации в экономическом развитии этих территорий36.

Естественно-исторический отдел подробно занимался методическими вопросами в связи с ботаническими, зоологическими, почвенными экскурсиями. В качестве важнейших мероприятий было намечено описание Петрограда и его окрестностей, в том числе, экскурсионная разработка Петроградского района, составление примерных планов и программ экскурсий. Основной упор делался на индивидуальные исследовательские работы сотрудников отдела и на семинарскую форму работы. Были составлены списки-минимумы экскурсионных тем для школ первой и второй ступеней. Занимаясь разработкой экскурсионного материала, сотрудники отдела подготовили энтомологическую экскурсию на Смоленское кладбище (Г.Г. Якобсон), экскурсию «Пешком по Петроградской губернии» (В.Ю. Фридолина), сделали описания острова Осиновца на Ладожском острове (П.Е. Васильковский), Петергофа (В.А. Догель), Елагина острова, Саблина и окрестностей (Л.В. Бианки, Н.И. Прохо-ров)37, Лахтинского разлива, Петроградской губы, Ладожского озера

и других территорий и природных объектов38. Попутно собирался коллекционный материал, и был поставлен вопрос об организации естественно-исторического музея при ПЭИ39. Сотрудниками отдела были сделаны экскурсионные описания, и на их основе предложены экскурсии по Летнему и Таврическому садам (Б.А. Федченко), по парку Главного ботанического сада (К.К. Косинский)40.

Естественно-историческим отделом были организованы дальние экскурсии-экспедиции по соответствующей тематике: Б.А. Фе-дченко в Череповецкую губернию, Н.И. Прохоровым на Кольский полуостров41.

Но, пожалуй, наиболее мощно развернул свою деятельность возглавляемый И.М. Гревсом гуманитарный отдел, направлениями работы которого являлись «методология и методика, учение о природе экскурсионности, о принципах экскурсиеведения, формах и способах экскурсионного образования; классификация, определение категорий и типов экскурсий, группировка областей и заданий экскурсий в культуру; фактическое исследование объектов, собственное шествие специалистов к познанию самого экскурсионного материала»42. Определив таким образом вектор научно-методических занятий гуманитарного отдела, И.М. Гревс впервые прямо поставил задачу оформления «существенной новой дисциплины -теории, методологии, психологии, дидактики и техники экскурсие-ведения»43.

Сотрудники гуманитарного отдела одновременно работали по нескольким направлениям: по проблемам экскурсионной методики, рассмотрению вопросов общекультурного характера, по обследованию города и его окрестностей, а также экскурсионному освоению Русского Севера, по изучению материалов местных музеев. Еще в 1922 г. И.М. Гревс рассматривал возможность осуществления на базе отдела (как гуманитарного факультета, по существу) широкой образовательной работы, в связи с чем им была задумана брошюра «Гуманитарный факультет», где он сформулировал цель: «1) содействовать окончательной научной и практической подготовке преподавателей гуманитарных предметов, владеющих экскурсионным методом, для школ различных ступеней и типов; 2) вырабатывать специалистов - руководителей школьными экскурсиями, историческими, художественными, литературными, этнографическими и бытовыми, и экскурсионных деятелей в различных внешкольных просветительских организациях; 3) подготавливать работников на гуманитарных экскурсионных станциях; 4) образовывать ученых исследователей по собиранию и разработке данных в области "краеведения", то есть изучения развития современного состояния культуры отдельных местностей России в ее различных сторонах и явлени-

ях...»44. Учебный цикл был рассчитан на 2 года и включал разделы педагогики, экскурсионной методики, теории искусств, эстетики, русского языка и литературы, методики истории, истории культуры, музееведения, этнографии, городоведения, географии и прочего.

В гуманитарном отделе сложился блестящий коллектив специалистов, среди прочих И.М. Гревс привлек к работе своих учеников и давних и близких сотрудников О.А. Добиаш-Рождествен-скую, К.В. Ползикову-Рубец, В.А. Голованя, Ф.Ф. Зелинского, Г.Э. Петри, супругов Вейнерт, Т.В. Сапожникову, О.М. Рындину45, Н.П. Анциферова. Сам Николай Павлович писал о работе тех лет: «Работали мы с тем энтузиазмом, который отличал работу старых интеллигентов в первые годы Революции. Мы разрабатывали и совместно обсуждали циклы экскурсий по городу, по его окрестностям, по дворцам, по музеям. Мы издавали экскурсионные сборники»46.

Только за первую половину 1922 г. гуманитарным отделом были подготовлены и проработаны методические доклады «Опыт классификации материала для гуманитарных экскурсий» (Г.Э. Петри), «Типы гуманитарных экскурсий с точки зрения отношения к материалу» (Н.П. Анциферов), «О гуманитарных экскурсиях в природу» (Я.А. Влядих), «О дальних экскурсиях» (И.М. Гревс), «О теоретических экскурсиях» (Б.П. Брюллов), «Как подойти к египетскому искусству с экскурсионной точки зрения» (Н.Д. Флитнер), «Программа гуманитарных экскурсий для школ первой и второй ступеней» (Я.А. Влядих). Исследовательская работа отдела сосредоточилась вокруг таких тем, как «Монументальные памятники Петербурга (обзор материала и его экскурсионное использование)» (Н.В. Вейнерт) и «Старые Пески (историческое и экскурсионное использование материала)» (А.В. Карлсон). Н.П. Анциферов начал собирать и систематизировать литературный материал для хрестоматии по Петрограду.

В области экскурсионной теории сотрудниками отдела разрабатывались вопросы классификации экскурсий (Н.П. Анциферов «Классификация историко-культурных экскурсий»), систематизации материала гуманитарной экскурсии (Г.Э. Петри), методики художественных экскурсий (Т.В. Черепнина «Исторические экскурсии на художественном материале», О.М. Рындина «Основоположение в ведении художественных экскурсий», Б.П. Брюллов «Интерпретация художественного произведения») и гуманитарных экскурсий в природу (О.М. Рындина «Экскурсии в природу как метод эстетического воспитания», Я.А. Влядих «Гуманитарные экскурсии в природу») и другие47.

Одновременно велись работы по экскурсионному изучению Петрограда, в результате чего появились книга Н.П. Анциферова

«Душа Петербурга» и его же экскурсия по Петербургу Достоевского. А.Г. Ярошевским была разработана экскурсия «Петербург XVIII и первой половины XIX в.», Е.А. Лютером - «Допетровская живопись в петербургских церквах», А.Ю. Якубовским - экскурсия «В мечеть», А.В. Карлсон готовила исторические экскурсии по Охте, Пескам и Летнему саду (материал предназначался для печати), Н.В. Вейнерт работал над темами «Монументальные памятники Петербурга и Александринский театр как объекты экскурсий» и «Три момента в петербургском строительстве»48.

Сотрудники гуманитарного отдела О.Ф. Вальдгауэр, Н.Д. Флит-нер, Г.Э. Петри, О.М. Рындина, В.Г. Конради, Л.Н. Пескова, Е.А. Лютер, Н.П. Черепнина, Я.А. Влядих вели раздел работ по изучению местных музеев (Эрмитажа, Этнографического, Русского музеев) и созданию экскурсий и экскурсионных путеводителей по их экспо-зициям49.

Изучая окрестности Петрограда, Н.П. Анциферов занимался научной разработкой тем «Павловск в поэзии Жуковского», «Отражение классицизма и сентиментализма в Павловской живописи: декоративной и станковой», А.Я. Влядих для печати были подготовлены работы «Камерон в Павловске», «Античность в Павловске», «Путеводитель по Павловску», научные изыскания Г.Э. Петри были связаны с темой «Личность Петра I по материалам Павловска»50.

В 1922 г. был осуществлен интереснейший опыт сотрудничества двух экскурсионных институтов - московского и петроградского, знаменовавший собой уникальную практику единения усилий лучших представителей двух направлений отечественной экскурсионной школы: экскурсия-экспедиция в Северный край (по маршруту Вологда - Галич - монастыри Русской Фиваиды).

После завершения экспедиции гуманитарный отдел уделял большое внимание обработке полученных материалов и дальнейшему исследованию Севера с экскурсионной точки зрения. Изучением и обобщением экспедиционных данных занималась также и спра-вочно-консультационная секция. В журнале «Север» появилась статья И.М. Гревса «К живым образам истории и культуры Русского Севера»51. Материалы экспедиции систематизировались, анализировались и изучались с точки зрения выявления экскурсионного потенциала северных территорий и разработки экскурсионных маршрутов в Вологду, Галич, Мурманский край. Н.П. Анциферовым были разработаны темы «Архитектурный пейзаж Вологды», «Экскурсия в пустынь Нила Свирского», Н.В. Вейнертом - «Архитектура и резьба по дереву в Вологде», Н.П. Черепниным - «Спа-со-Приморский монастырь», А.Ю. Якубовским - «Экскурсионные возможности в Кирилло-Белозерском монастыре», А.Г. Ярошев-

ским - «Бытовой материал Пскова с экскурсионной точки зрения», Е.А. Лютером - «Старая Ладога как материал для экскурсий», Т.Н. Черепниной был подготовлен цикл экскурсий в Ферапонтов монастырь. Л.Н. Пескова собирала и систематизировала библиографию по Вологде и Русскому Северу, занималась изучением вологодских библиотеки, музея, заводов, фабрик, посада Ферапонтова монастыря и Рыбачьей слободы в Галиче как экскурсионных объектов52.

К середине 1923 г. ПЭИ подготовил сборник по экскурсионному изучению Севера, его составителями были сотрудники гуманитарного отдела А.Ю. Якубовский и Н.П. Анциферов53.

Н.П. Анциферов, вспоминая о работе в гуманитарном отделе, писал, что петроградцы работали «в тесном контакте с московской группой экскурсионистов. Москвичи посещали нас, мы москвичей, обменивались опытом нашей работы. Мне кажется, что ни в одной области москвичи и ленинградцы (тогда еще петроградцы) не работали так дружно, как работала московская и наша группа экскурсионистов. И я могу сказать с уверенностью, что этому в значительной мере содействовал Иван Михайлович - тем моральным авторитетом, которым он пользовался как у нас, так и у москвичей. Глава московской группы А.Я. Закс - изумительный организатор, пламенный экскурсионист и прекрасный товарищ ("Азарт" Яковлевич) был также ученик Ивана Михайловича. С ним работали такие замечательные люди, как историк Н.А. Гейнике и искусствовед А.В. Бакушинский»54. Этот опыт практического исследования экскурсионно-краеведческого потенциала Русского Севера стал весьма важным шагом в реализации одного из трех обозначенных И.М. Гревсом направлений отдела «фактического исследования объектов» и «познания самого экскурсионного материала». Оценивая итоги экспедиции, И.М. Гревс писал, что, поскольку работа отдела в равной мере должна опираться на исследование экскурсионных объектов в «своем собственном центре» (в городе и окрестностях) и на «периодические дальние исследовательские экскурсии-экспедиции» (развивать которые, к сожалению, мешало отсутствие финансирования ПЭИ), то опыт лета 1922 г. «ярко и убедительно показал, как строжайше необходимо постоянное культивирование этой ветви "экскурсионного исследования" для расширения собственного научного и практического горизонта»55.

Следствием этой поездки стала разработка гуманитарным отделом в качестве важнейшей темы малого города. Работу в этом направлении намечалось продолжить в 1923-1924 гг. (причем вновь совместно с ЦМЭИ, который, в общем-то, в значительной степени инициировал поездку 1922 г.). Вообще вопрос о маршруте

экспедиции на Север был общим делом всех подразделений ПЭИ с начала 1923 г., этой работе был посвящен специальный доклад члена естественно-исторического отдела Н.И. Прохорова, сделанный на публичном заседании. В докладе предлагалась детальная разработка экскурсий по Мурманскому краю56. Была начата подготовка дальних экскурсий в Двинск, Мурманск и Волхов. Этому вопросу было посвящено 10 заседаний гуманитарного отдела57.

В целом гуманитарный отдел вел теоретическую, методическую и практическую работу в области таких видов экскурсий, как географические и этнографические (в отношении первых отдел активно сотрудничал с другими отделами ПЭИ), культурно-исторические (по памятникам материального быта, общественного строя, культуры, религии), художественные (по памятникам архитектуры, скульптуры, живописи; эстетического, историко-художественного и культурно-бытового характера; причем, «художественно-экскурсионным» темам отдавалось предпочтение), литературные (новый разрабатываемый тип экскурсий), краеведческие («направляются к ознакомлению с тем, как живет город, край, страна ныне в различных сторонах своего быта с тенденцией к построению синтетической картины всей жизни данного общежития или местности». Отмечая новаторский характер таких экскурсий, И.М. Гревс подчеркивал, что в переживаемый момент «старое исчезает, новое образуется в народной жизни; надобно фиксировать изучением следы старины, подмечать рождение новых форм и течений, выяснить влияние свершившейся перемены на существование масс и групп населения в различных местностях и сферах материальной, социальной и духовной жизни. Это новое экскурсионное направление в сторону современного обществоведения только намечается, но его надлежит детально развивать»)58.

Если говорить о формах экскурсионной работы Института, то кроме исследований, подготовки научных и методических тем и докладов, публикации материалов, составления библиографии, организации дальних экспедиций и экскурсий по ближним окрестностям, внимание ПЭИ уделялось семинариям. Уже в 1922 г. было организовано 6 семинариев, которые посещало 93 слушателя59. В дальнейшем работали семинарии: архитектурный по особнякам (его посещало 35 человек, руководитель Т.М. Черепнина), по изучению Смольного с точки зрения художественной и культурно-исторической (Н.П. Черепнин), по методической проработке экскурсий по городу (Г.Э. Петри), по хрестоматии по Петербургу (Н.П. Анциферов), по Фонтанке (И.М. Гревс), 5 семинариев по музеям (по Эрмитажу «Античное искусство» - О.Ф. Вальдгауэр, по искусству Древнего Востока - Н.Д. Флитнер, по картинной галерее

Эрмитажа - В.А. Головань, по Русскому музею - Е.А. Лютер, по Этнографическому музею - Л.Н. Пескова), а также по общеметодическим вопросам (Т.М. Черепнина)60. Были разработаны программы семинариев по изучению Петрограда, по изучению постановки экскурсионного дела для руководителей экскурсий.

Участники семинариев самостоятельно занимались экскурсионной работой, готовили экскурсионные маршруты. К.В. Рубец разработала планы экскурсий по Васильевскому острову, по Мен-шиковскому и Строгановскому особнякам, З.А. Эдельштейн - по Петропавловской крепости, В.Р. Развитаева - по Петровской галерее Академии наук и экскурсию «Петр и его современники»61.

Чтобы проиллюстрировать все тематическое многообразие исследовательско-экскурсионной работы ПЭИ, назовем ряд важнейших тем, готовившихся в теоретическом и практическом плане сотрудниками всех отделов. За один только 1922 г. гуманитарным отделом были подготовлены к слушанию темы: «Общая методика историко-культурной экскурсии» (А.Г. Ярошевский), «Синтетические экскурсии по русской исторической живописи» (Б.П. Брюллов), «Язык иконописца» и «Как пишется икона» (Е.А. Лютер), цикл экскурсий по Этнографическому музею «Каменный век жарких стран», «Век металла», «Духовная культура», «Быт народов в связи с условиями жизни» (Л.Н. Пескова), «Летний сад как центр культурной жизни при Петре» (А.В. Карлсон), «Указы о строительстве Петра I» (Н.В. Вейнерт), «Изучение мемуаров и документов XVIII в. и извлечение из них материала для экскурсий по особнякам» и «Смольный при Екатерине II» (Н.П. Черепнин), «Экскурсии по уезду» (А.Г. Ярошевский), «Екатерина Павловна, дочь Павла I (опыт исторической характеристики в связи с экскурсионным изучением имеющегося в Павловске материала)» (Т.В. Сапожникова), «Состояние гуманитарных экскурсий в современной школе второй ступени», «Историко-культурные экскурсии в трудовой школе второй ступени», (А.Ю. Якубовский); а экономико-техническим отделом - «Промышленность как экскурсионный материал» (А.Н. Егоров), «История развития сообщения Петрограда и Петроградской губернии как экскурсионный материал» (М.Е. Зеленцов), «Изучение экскурсионным путем возникновения и развития типов сельского хозяйства» (В.Д. Батюшков) и другое62.

Сотрудниками всех отделов проводились консультации для приезжих по вопросам экскурсионного дела. Для популяризации экскурсий и экскурсионного метода петроградские экскурсионисты выступали с публичными докладами. Только в первом полугодии 1922 г. было сделано 9 докладов. Кроме того, ПЭИ проводил пока-

зательные экскурсии, например, общеисторические и по истории первобытной культуры для представителей совпартшкол.

Уже первый год деятельности ПЭИ, несмотря на указанные трудности (в первую очередь, финансовые), и даже вопреки им показал насколько велик его научный и практический потенциал. На 1923 и 1924 гг. намечались исключительно интенсивные исследовательские теоретические и практические работы. Экономико-технический отдел планировал работу в 4 направлениях: научные исследования по выявлению экскурсионного материала; практическая подготовка выявленных объектов для использования в экономико-технических экскурсиях; разработка методики экономико-технических экскурсий и применение экскурсионного метода в различного типа школах в преподавании естественных предметов и экономической географии; практическая работа по организации конференций и семинариев, по установлению связи с различными учреждениями.

Выявление экскурсионного материала предполагало не только широкое знакомство с самыми различными промышленными объектами, но и территориальное расширение исследований. Кроме городских объектов планировалось обследовать Петроградский район, а также начать экскурсионное изучение Мариинской транспортной системы (ее истории и современного состояния) с целью разработки дальних экскурсий. Кроме того, в качестве новой экскурсионной темы рассматривалось благоустройство, в связи с чем было начато выявление соответствующих экскурсионных объектов в Петрограде63.

Естественно-исторический отдел планировал два цикла работ: зимний и летний. В зимний период основной задачей сотрудников отдела становилась теоретическая и методическая работа. В частности, были намечены публичные доклады по экскурсионной методике и по экскурсионным объектам. Издательская программа включала издание второго тома сборника «Естественно-исторические экскурсии по Петрограду» и разработку материалов для третьего тома. Сотрудники отдела разрабатывали план организации естественно-исторического отделения для экскурсионного музея и организовывали экскурсионные семинарии. Летний цикл работ включал изучение экскурсионных объектов и создание экскурсий по ближайшим окрестностям Петрограда64.

Не менее обширными были и планы гуманитарного отдела на 1923-1924 гг. В 1924 г. И.М. Гревсом был составлен текущий план работ с продолжением их в следующем 1925 г. (в его личном архиве сохранился документ, датированный 1924 г.: «Гуманитарный отдел Ленинградского Экскурсионного института (его общие задачи и ближайший план)»65).

В рамках методической работы особое внимание уделялось работе со школой, намечалось систематизировать экскурсии по ступеням и годам курса общей (трудовой) школы, положив в основу экскурсионной работы два объединенных экскурсионных цикла -культурно-исторический и художественный. Еще одной задачей было выработать основу систематизации экскурсий для организованных внешкольников. Исследовательские работы в этих направлениях намечались в форме семинариев, индивидуальных научных трудов и докладов, публичных выступлений и печатных работ.

Второе направление деятельности отдела предполагало изучение экскурсионного материала Петрограда (Ленинграда) и окрестностей с целью «выявления индивидуальной природы и оригинальных черт «старого Петербурга» отчасти и «нового Ленинграда» ввиду установления полного курса его экскурсионного изучения с целью подготовки методически-описательной книги» с рубриками «Петербург - имперская столица», «Петербург вельможный», «Петербург военный», «Петербург чиновничий», «Петербург купеческий и торговый», «Петербург - порт», «Петербург рабочий», «Петербург революционный», «Большие радиусы или окрестности в Петербурге (Нева, Невский проспект, Фонтанка, Мойка»66.

По этому же плану в рамках работы семинариев намечалось завершить составление экскурсионных планов и методических описаний экскурсионных объектов и художественных памятников по музеям и по городу. Одновременно работа велась в рамках создания цикла «типичных» экскурсий (в соответствии с разделами готовящегося сборника): «Петербург - столица», «Петербург дворцовый и вельможный», «Петербург военный», «Петербург чиновничий», «Петербург - порт», «Петербург купеческий и торговый», «Петербург рабочий». Особый упор делался на разработку больших «синтетических» экскурсий по протяженным радиусам - Невский проспект, р. Нева, р. Фонтанка, р. Мойка.

Ближайшие окрестности Петрограда (Ленинграда) - Петергоф, Царское, Павловск, Гатчина - намечались к изучению для составления «методически-описательных руководств».

Предполагалось начать исследовательские работы в губернии с целью «выявления материала и установки методов "краеведных" экскурсий по современной культуре: уездный город, деревня, усадьба, другие типы оседлости, занятия и быт»67.

В плане гуманитарного отдела большое внимание сосредоточивалось на исследовательских экскурсиях-экспедициях. Как продолжение совместной работы с ЦМЭИ планировалась летняя экспедиция по Двинскому пути (Вологда-Тотьма-Великий Устюг-Сольвыче-

годск с продолжением по возможности до Архангельска и Соловецкого монастыря68), самостоятельно разрабатывалась экспедиция по Волховскому пути от Старой Руссы через Новгород до Ладоги и по Северо-Волжскому пути (Рыбинск-Ярославль-Ростов-Кострома-Нижний-Владимир-Суздаль с возвращением через Москву)69. Кроме того, сотрудники отдела планировали индивидуальные поездки и с целью выявления и изучения нового экскурсионного материала, и для установления связей с экскурсионистами и краеведами в областных центрах.

По-прежнему важной формой работы оставались семинарии, публичные доклады, открытые лекции и показательные экскурсии. Общеинститутским делом должна была стать организация курсов для учителей и всех, кто интересуется экскурсиями70.

Столь многосторонняя исследовательская и практическая работа всех подразделений ПЭИ в области разработки экскурсионной теории и методики, внедрения экскурсионного метода в образовательный процесс и просветительскую работу безусловно реально отражала возрастающий интерес к экскурсиям, к их исследовательскому и обучающему потенциалу. Однако, несмотря на значительные успехи Института в развитии экскурсионной теории и практики, судьба его была предрешена. За 3 года на научные нужды из государственного бюджета было отпущено всего около 300 руб.71 Весной 1924 г. сотрудники института оформляли заявки на сумму в тысячу рублей на научно-исследовательскую работу72 (совместная экскурсия-экспедиция с москвичами на Север, по Двинскому пути73; летние экскурсии на Волховстрой (Званка, Гостинополье, Старая Ладога74)), но даже в таких средствах Главнаука отказала75.

Весной 1924 г. ПЭИ получил уведомление Центральной штатной комиссии об объединении его и еще двух учреждений - Педологического института и Педагогического музея - в Институт научной педагогики с 1 июня 1924 г.76 При этом для ПЭИ в составе нового учреждения выделялось всего 93 оклада на существующие 123 штатные единицы77.

В своих записках Н.П. Анциферов свидетельствует: «Экскурсионный институт просуществовал всего 2-3 года, сотрудники его были взяты в Институт научной педагогики. Иван Михайлович отказался "сливаться" и отошел от любимого дела. Он предвидел, что мы в качестве экскурсионной секции будем влачить в новом институте жалкое существование, что и сбылось в полной мере»78.

Так же как и московский Центральный музейно-экскурсионный институт (он был ликвидирован как самостоятельное учреждение осенью 1923 г.) Экскурсионный институт в Петрограде, влившись на правах одного из подразделений в научный институт иного про-

филя, потерял свое прежнее значение. Почти одновременная ликвидация двух экскурсионных институтов в Москве и Петрограде означала свертывание широких исследовательских работ в области экскурсионного дела и была началом процесса сужения функций экскурсии и ограничения их жесткими рамками политико-просветительской и культурно-массовой работы. И.М. Гревс по этому поводу писал: «Московский и Ленинградский экскурсионные институты как отдельные самостоятельные центры методических исследований и практических семинариев прекратили существование, педагогические высшие учебные заведения не могут развернуть вопроса должным образом, и разработка экскурсионной теории и практики очень стеснена, предоставленная чаще всего обстоятельствам и кустарному эмпиризму»79.

После разгрома краеведческой и экскурсионной работы «золотого десятилетия» отечественная экскурсия, хотя и в несколько ином качестве, нежели в первой трети ХХ в., все же достигла больших высот, сохранила и значительно расширила свой массовый характер, а экскурсионная теория и методика уже во второй половине ХХ в. получили мощный импульс развития, тем не менее в научно-исследовательском плане отечественная экскурсия никогда более не поднималась на столь высокий (в том числе и организационный уровень), как в первой половине 1920-х годов.

Примечания

ГАРФ. Ф. 2307.

Исключение составляют отдельные статьи, носящие обзорный характер, учебные пособия, затрагивающие вопросы истории экскурсионного дела в указанный период в числе прочих проблем экскурсионной истории, теории и методики, а также диссертационные исследования, посвященные истории экскурсий в регионах. См., например: Колокольцова Н.Г. К истории отечественной экскурсионной школы: Реферативный обзор публикаций второй половины XIX - начала ХХ в. М., 1992; Рафиенко Е.Н. Экскурсионная школа в России // Экскурсии и культурное наследие. Русская экскурсионная школа. Научные труды Государственного центрального музея современной истории России. Музейное дело. Вып. 26. М., 2001; Калита С.П. Теория и история экскурсионного дела в России: Учеб. пособие. Тула, 2004; Муртузова З.Д. Туризм и экскурсионное дело на Кубани и Черноморье: становление и развитие (1860-е годы - 1917 г.): Автореф. дисс. ... канд.ист.наук. Ставрополь, 2006. Основы экскурсионной методики, разрабатывавшиеся институтами, легли в основу дальнейшего развития отечественной экскурсионно-туристической деятельности. Но сами учреждения надолго выпали из поля зрения исследователей.

3

4 ГАРФ. Ф. 2307. Оп. 8. Д. 193.

5 Там же. Л. 1-3.

6 Там же. Л. 22-55.

7 Там же. Л. 14-15 об.

8 Там же. Л. 15а.

9 Там же. Л. 15б-15а об. (так в документах).

10 Там же. Л. 17, 18, 19.

11 Документ составлен в 1924 г., после переименования г. Петрограда в г. Ленинград.

12 Там же. Л. 122.

Человек с открытым сердцем. Автобиографическое и эпистолярное наследие Ивана Михайловича Гревса (1860-1941) / Авт.-сост. О.Б. Вахромеева. СПб., 2004.

Анциферов Н.П. Из дум о былом. М., 1992. ГАРФ. Ф. 2307. Оп. 8. Д. 193. Л. 1. Там же. Там же.

Цитируемая запись была сделана И.М. Гревсом в 1924 г., когда слово «Петроградский» в названии института уже было заменено на «Ленинградский». Человек с открытым сердцем... С. 307-308. ГАРФ. Ф. 2307. Оп. 8. Д. 193. Л. 13.

21 Там же. Л. 22.

22 Там же. Л. 2 об.

23 Человек с открытым сердцем. С. 308.

24 Там же.

25 Анциферов Н.П. Указ. соч. С. 399.

26 ГАРФ. Ф. 2307. Оп. 8. Д. 193. Л. 24-25, 122.

27 Там же. Л. 24.

28 Там же. Л. 23-24.

29 Там же. Л. 26.

30 Там же. Л. 50.

31 Там же. Л. 53.

32 Там же. Л. 90.

33 Там же. Л. 53.

34 Там же.

35 Там же. Л. 1-1 об.

36 Там же. Л. 41.

37 Там же. Л. 1 об. Там же. Л. 30-31. Там же. Л. 30. Там же. Л. 29. Там же. Л. 32.

Человек с открытым сердцем.. С. 308.

13

43 Там же.

44 Там же. С. 307.

45 Анциферов Н.П. Указ. соч. С. 400.

46 Там же.

47 ГАРФ. Ф. 2307. Оп. 8. Д. 193. Л. 45.

48 Там же. Л. 33-34.

49 Там же. Л. 34-35.

50 Там же. Л. 36.

51 Гревс И.М. К живым образам истории и культуры русского Севера (экскурсия-экспедиция Московского и Петроградского экскурсионных институтов летом 1922 г.) //Север. Вологда, 1923. Кн. 1. С. 154-179.

52 ГАРФ. Ф. 2307. Оп. 8. Д. 193. Л. 37-38.

53 Там же. Л. 58.

54 Анциферов Н.П. Указ. соч. С. 400.

55 Человек с открытым сердцем... С. 309.

56 ГАРФ. Ф. 2307. Оп. 8. Д. 193. Л. 72.

57 Там же. Л. 63.

58 Человек с открытым сердцем. С. 309.

59 ГАРФ. Ф. 2307. Оп. 8. Д. 193. Л. 46.

60 Там же Л. 46-47.

61 Там же. Л. 34.

62 Там же. Л. 2 об.-3.

63

Там же. Л. 14. Там же. Л. 15а.

Человек с открытым сердцем. С. 307-310. Там же. С. 310. Там же. С. 310. Там же. С. 304.

Там же. С. 310. Можно заметить, что гуманитарным отделом (во многом параллельно или совместно с московскими коллегами) еще в начале 1920-х годов была начата работа по выявлению экскурсионного потенциала и разработке маршрутов будущего «Золотого кольца», к созданию которого приступили лишь в 1960-е годы, и не столь давно вошедшего в практику экскурсионных учреждений «Серебряного кольца». ГАРФ. Ф. 2307. Оп. 8. Д. 193. Л. 15б-15а об.

71 Там же. Л. 124.

72 Там же. Л. 123, 124.

73 Там же. Л. 113 об.

74 Там же. Л. 124.

75 Там же.

76 В документах указана именно эта дата (ГАРФ. Ф. 2307. Оп. 8. Д. 193. Л. 110), тогда как в комментарии к запискам Н.П. Анциферова (опирающемся на архив Я.Н. Вейнерта) указывается, что летом 1924 г. разрабатывались проекты

70

реорганизации Экскурсионного института, уведомление о его закрытии последовало 1 августа, а сама официальная ликвидация была назначена с 1 сентября 1924 г. (См.: Анциферов Н.П. Указ. соч. С. 454.). ГАРФ. Ф. 2307. Оп. 8. Д. 193. Л. 111. Анциферов Н.П. Указ. соч. С. 401.

Экскурсии в культуру: Сб. / Под ред. И.М. Гревса. М., 1925. С. 9.

78

79