Контекстуально-ситуативная обусловленность экспрессии в поэтике А. С. Пушкина

Ш. Дусматова

КОНТЕКСТУАЛЬНО-СИТУАТИВНАЯ ОБУСЛОВЛЕННОСТЬ ЭКСПРЕССИИ

В ПОЭТИКЕ А.С.ПУШКИНА

Ключевые слова: Экспрессивность, формы проявления выразительности, экспрессивная функция лексики, художественно-образные конструкции, актуализация экспрессии в контексте, контекстуально-ситуативная обусловленность экспрессии.

Экспрессивность в поэзии является семантической категорией, характеризующей различные формы проявления выразительности, экспрессивной функции языка, его способность выражать в содержании языковых единиц многообразие эмоциональных и оценочных отношений субъекта (автора) к тому, что происходит во внешнем или внутреннем мире героя.

Экспрессия языковых единиц поэтики заключается в способности их содержательной стороны отражать эти отношения в форме особых, художественно-образных конструкций. Акты экспрессивного наименования могут осуществляться во взаимодействии с выразительной интенцией именующих, приводя к формированию экспрессивно-окрашенных единиц номинативного характера состава поэтики, образующих в ней особый пласт (1,6).

Изучение поэтики Пушкина убеждает, что актуализация экспрессии в ней регулируется микроконтекстом, то есть тем информативным фоном, который служит источником, позволяющим вскрыть художественно-образное семантическое соприкосновение лексики, смысловую зависимость между ситуациями её употребления, объединёнными в рамках целого поэтизированного контекста -представления реалий.

Способность установить связь между фрагментами экспрессивной художественной информации и поэтически классифицировать эту связь, устанавливать отношения между объективными и субъективными поэтическими реалиями контекста поэзии - это и есть то эвристическое свойство контекстуально-ситуативной обусловленности экспрессии в стихах Пушкина, свойство, которое предопределяет творческую динамику выражения глубоко поэтического миросозерцания поэта.

Семантическая структура экспрессии формируется в творениях поэта как взаимодействие двух "конкурирующих" начал:

1) Нейтрально-информационной основы (объективированного содержания) -

Завтра с первыми лучами

Ваш исчезнет вольный след.

Такую структуру можно считать инвариативной: она включает в себя необходимые (обязательные) элементы предложения и отражает все синтаксические связи в нём, а порядок слов в их "глубинной и внешней структуре" представляет собой естественное расположение элементов предложения друг относительно друга. Подобный порядок слов следует считать инвариативным, имея в виду, что он отражает общие для всех вариантов предложения синтаксические связи между словами, которые в поэзии Пушкина представлены наличием всех необходимых компонентов и их естественным взаиморасположением. Обязательным для неё (структуры) является присутствие двух компонентов -исходного (исчезнет след) и экспрессивного центра (первыми лучами, ваш след, вольный след) высказывания.

2) Субъективно-концептуального (рефлектирующего) фактора -Где стройны тополи в долинах вознеслись, Где дремлет нежный мирт и тёмный кипарис,

("Редеет облаков летучая гряда ", стр. 64).

В данном отрывке особенно ярко проявляется образная экспрессивность словосочетаний, в которых особую выразительность получают подчёркнутые лексические единства, роль которых состоит в создании эффекта экспрессии. Они оказываются предпочтительней других реальных в данном контексте слов.

Процесс разграничения этих начал оказывается многоступенчатым и многоаспектным. Семантический (смысловой) потенциал отношения экспрессии и объекта (квалификатора такого отношения) не поддаётся одномерной детерминации:

Но роза милая не чувствует, не внемлет, И под влюблённый гимн колеблется и дремлет.

Экспрессивность сочетания "роза милая" можно признать позиционной, поскольку в нем изменен идеальный порядок следования элементов, т.е. элемент "роза" меняет свою позицию, естественную с точки зрения формального, и с точки зрения актуального синтаксиса. Следовательно, позиционная экспрессивность возникла в контекстуальной ситуации, когда все составляющие структуры вербальной фразы выполняют свойственные им функции, но занимают несвойственные им позиции. Этот тип экспрессивности возникает исключительно за счёт порядка слов, поскольку при другом варианте расположения компонентов высказывание теряет экспрессию. Позиционная экспрессивность в поэзии Пушкина выражается прежде всего в нетипичном расположении темы - компонента вербальной фразы. Эти изменения ведут к нарушению идеального порядка следования элементов, благодаря чему появляется экспрессивность. Сравним экспрессии в данных контекстах: И скрылся образ незабвенный В его сердечной глубине?

Быть может, лирою счастливой Тебя волшебник искушал;

В поэзии Пушкина вычленяются единицы разного объёма, смыслового масштаба, функционально и структурно неоднородные, в поэтизированных контекстуальных и ситуативных условиях существующие как композиционные единицы повествования, играющие определенную художественно-стилистическую роль в строе целого стихотворения:

Под небом Греции священной, Тебя страдалец вдохновенный Узнал иль видел, как во сне,

Уж не тебя ль изображал Поэт мучительный и милый?

Невольный трепет возникал В твоей груди самолюбивой,

Нет, нет, мой друг, мечты ревнивой Питать я пламя не хочу;

И скрылся образ незабвенный В его сердечной глубине?

Все типы связей, начиная от глубинного единства смысла поэтического текста, общей композиции и кончая разнообразными формами локальной связи, со всеми промежуточными ступенями в поэзии Пушкина своеобразны, и как контекстуальные теоретические посылки, реализуемые во всех конкретных тональностях повествования, весьма специфичны, создавая основы "динамической непрерывности художественного объединения" (3,98). Они углубляют контекстуальную перспективу экспрессии повествования, сюжетного движения и сам характер описания, оценки предметных реалий стиха, которые не только движутся, но принимая формы своего измерения, заложенные в самом сюжете стиха, в его течении передают субъективное переживание поэта. Во всех приведенных примерах присутствует некое парадоксальное несоответствие предмета мысли и его признаковой оценки (мечты ревнивой, поэт мучительный и милый, страдалец вдохновенный, бродящие ночлеги, сельской неги, хладная красота и др.) и "неожиданности". Идея парадоксальности, неожиданности выражения на эксплицитном уровне в поэтике Пушкина оказывается преимущественно связанной с контекстом. Эти контекстуально-необходимые воплощения реализуются через конситуацию стиха. Все эти свойства поэтизированным образом обеспечивают смысловую корреляцию лексических ресурсов стиха с активными актуализаторами поэтического контекста (экспрессией), которые в связанном состоянии способны создавать реликты

поэтического творения, функционируя в поэтике Пушкина как более активные, многочленные и динамически эволюционные конструкции.

Допуская преимущественное тяготение определённых смыслов либо к общему, либо к частному контексту, либо к конситуации, необходимо отметить смысловые ситуации, допускающие варьирование этих способов. Ср.:

Одна ты наводишь унылую тень, Одна ты печалишь ликующий день.

Или-

И ты издавала таинственный гром Иалчную землю поила дождем.

Эти возможности варьирования в плане контекстуально-ситуативном широко связываются с результатами осмысленного соединения двух или более относительно значимых отрезков информации, которые в структуре стиха должны воспроизводиться на базе художественно-образного обоснования, аргументации этого обоснования, приводящей к чему-то, стоящему за контекстом, извлекающему на свет эту скрытую поэтизированную мотивацию, актуальный смысл данной схемы отношений, это позволяет и установить и её информативно-художественно-образную ценность, определить, в каком виде в рамках данной информации представлена экспрессивная концепция поэта.

Этот потенциал обусловлен, во-первых, определенной смысловой глубиной контекста, во-вторых, причинно-следственной интерпретацией, т.е. объект описания нуждается в разноаспектной образно-художественной характеристике, которая должна быть интерпретирована поэтом и на ассоциативно-логическом уровне, и в аспекте поэтизированной актуальной текстовой ценности слов, ибо, как отмечает Э.Бенвенист, "Высказывание и есть приведение языка в действие посредством индивидуального акта его использования" (2, 312) и в них как бы синтезированы оба указанных выше аспекта.

Следовательно, лексике поэзии Пушкина присущи два семантических явления - процесс экспрессивной дифференциации и семантической аналогии. Эти процессы являются механизмами установления оппозиций между словами, отношениями и взаимосвязами, их взаимообусловленности экспрессией. Вопрос об экспрессии семантических конструкций, стимулируемых контекстом, является определяющим в формировании экспрессии значений слов в процессах дифференциаций и аналогий, что исходит из понятийной основы контекста поэзии и его контекстуальных связей, а изменение значения слов определяется влиянием широкого контекста.

Своеобразным типом преобразований значения слова под влиянием контекстуальных экспрессивных условий в поэзии Пушкина является семантическая трансформация. Слово, употребляясь преимущественно в каком-либо определенном экспрессивном контексте поэзии, приобретает именно это контекстуальное значение. Наблюдение над языковой природой подобных экспрессивных моделей убеждает, что они преобразуются в самостоятельные конструкции, становясь зачастую и единственным значением этого слова, поскольку контекстуальные условия в данном пространстве их обитания во всех этих случаях явно конситуативно благоприятны. Информативный их фон, выступающий в качестве "микроконтекста", соотносителен с понятием пропозиции (субъективно называющий сущность информации, отвлечённой от модального и других оценочных конструкций), к которому поэт обращается в поисках художественно-образной оценки и рационального представления семантической структуры поэтизированного концепта. Анализ смысловой структуры экспрессивных словосочетаний поэтики Пушкина позволяет уточнить поэтический смысл экспрессивной их оценки и способствует их градации:

Он бродящие ночлеги И проказы старины Позабыл для сельской неги И домашней тишины. ("Цыганы ", стр. 169).

Экспрессивные модели в поэтике Пушкина являются семантической разновидностью поэтизированных отношений внутренней обусловленности. В целях унификации экспрессивных определений, характеризующих отношения, построенные на одной и той же логической основе, целесообразно использовать лингвистическое понятие "достаточное основание", поскольку ситуация, представленная в контексте стиха, оценивается как достаточное основание для того, чтобы отметить другую ситуацию, представленную в каком-либо отрезке глобального контекста. Указанные экспрессивные конструкции построены в контекстах поэзии Пушкина в некотором смысле на базе информативного неравноправия (объективные и субъективные формы оценки), имеющего специфическое качество представления экспрессивного и неэкспрессивного отношений. Уже сам по себе выбор средства, с помощью которого

поэт соединяет фрагменты поэтического контекста, когда он строит экспрессивные модели, есть не что иное, как операция умозаключения, поскольку этот выбор предопределён тем выводом, к которому поэт приходит, оценивая и квалифицируя отношения между соединяемыми фрагментами поэтизированных контекстов.

Подвергая экспрессивную информацию своеобразной лингвистической обработке и определяя аргументы, мотивирующие экспрессивную адекватность стратификационной иерархии элементов структуры синтаксических единиц, поэт устанавливает их непосредственную ориентацию на семантически образную симметрию и качество отношений, уточняет осмысленность и эффективность подобных моделей в ситуативных условиях контекста поэзии в специфически актуализированном варианте, что как бы фиксирует в структуре стиха субъективно-рефлектирующее начало, "концепцию" поэта, оценивающего связь между фрагментами описываемого и композиционно-смысловыми единицами поэтического текста: Последняя туча рассеянной бури! Одна ты несёшься по ясной лазури,

Или-

Одна ты наводишь унылую тень, Одна ты печалишь ликующий день.

ИлиИ ты издавала таинственный гром И алчную землю поила дождем.

В данных примерах представлены частные случаи оценочного сопоставления, построенные поэтом на соотнесённости компонентов как общего (предметного) и частного оценочного в художественно-образном плане. Все эти ситуации можно рассматривать как разные ракурсы одной и той же картины или как градацию одного и того же поэтического утверждения.

Так или иначе, вторжение субъективно-рефлектирующего компонента (экспрессии) в структуру поэтизированного контекста лишает вторую часть конструкции значения потенциального достаточного основания, очевидно, потому что мотивирующую функцию принимает на себя квалификатор (экспрессия) в качестве оценочной денотативной основы последующей информации. Такие явления благоприятны для актуализации признаковой оценки и характеристики предметного мира поэзии. Контекстуальные условия во всех этих случаях явно содействуют реализации в поэзии экспрессии лексики, их логической образно-художественной близости, функционального статуса, их формального контакта, свидетельствуя об их регулярном характере представления в контекстах поэзии Пушкина, в оформлении которых одновременно принимают участие предметные миры и их качественные прообразы. Информативный фон, выступающий в качестве основы стиха, соотносителен с понятием "пропозиция" (субъективно или объективно-называющий конституент информации, отвлечённый от модального значения и других оценочных концептов), к которым поэт обращается в поисках рационального художественно-образного представления поэтизированного содержания любого малого или глобального контекста.

Продуктивность этих комбинированных моделей подтверждается тем, что по их образцу в поэзии Пушкина образуются широкие пласты словосоединений, представляющие собой в контексте стиха относительно автономные содержательные зоны, основу их информативного материала, содержательную матрицу поэтических контекстов, их художественно-оценочную информативную платформу, зону предметно-признаковой номинации реалий его поэзии.

Ценность экспрессии в создании художественных образов заключается в том, что она тесно связана с поисками критериев содержательного наполнения зоны номинаций предметно-признакового диапазона поэтизированных микроконтекстов соответствующими художественно-высококачественными информативно-поэтизированными лексическими единствами, способными тонко и изящно объективировать мир реалий поэзии и поэтический замысел автора. Контекстуально-конситуативно обусловленные экспрессивные единства являются семантической разновидностью предметно-признаковых отношений внутренней обусловленности. В целом унификация подобных экспрессивных определений, детерминирующих отношения предметного мира поэзии А.С.Пушкина и построенные на одной и той же логической основе, признаковые экспрессивные семантические доминанты представляют информацию как парадокс, столкновение двух понятий, двух истин (объективных предметных миров и абстрактно-

поэтических его признаковых качеств). Именно в этом компоненте заключен тот специфический субъективно-оценочный смысл, посредством которого поэт определяет логическую индивидуальность и художественно-поэтическую информативную ценность категорий оценки предметного мира поэзии и показывает градации этих понятий (предметных и оценочных). Чередование указанных двух видов контекстно-вариативного своеобразия словесных единиц текста представляет собой один из приемов иконической образности поэзии А.С.Пушкина. Дополняя друг друга, они сливаются настолько органично, что порой их градации труднорасчленимы из-за их семантической взаимопроницаемости. Они находят своё отражение в поэзии А.С.Пушкина в творчески переработанном образе.

ЛИТЕРАТУРА

1.Александрова О.В. Проблемы экспрессивного синтаксиса. -М.: Высшая школа, 1984.

2. Бенвенист Э. Общая лингвистика. - М.: 1974.

3.Виноградов В.В. Стиль Пушкина.: - М.: ГИХЛ, 1941.

4. Виноградов В.В. О языке художественной литературы. -М.: ГИХЛ, 1959.

5.Виноградов В.В. О теории художественной речи. - М.: -Высшая школа, 1971.

6. Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования. М.: Наука, 1981.

7.Кутина Л.Л. Динамика семантической системы языка и возможные аспекты показа её в лексикографии. - В кн.: Проблемы исторической лексикографии.- Л.: Наука, 1977.

8.Сковородников А.П. Экспрессивные синтаксические конструкции современного литературного языка. -Томск: Из-во Томского университета, 1981.

"Contyu^al-si^ationalpKyconditioning of yupHyssivynyss in A.S.Pгshkin s poytic styly "

Sh.Dzstmatova

Kyy woHds: ynpxyssivynyss, foxms of yvincymynt of enpxyssi-vynyssynpxyssivy fenctions of vocauelaxy, imagyxy constxec tions, actealization of ynpxyssivynyss in a cyxtain contynt.

Thy axticly considyxs thy isseys of thy mychanisms foxming ynpxyssivynyss, its stxectexal and positional condition in contynteal-siteational casys of A.S. Peshkin'spoytxy.

Thy stedy of poytxy convincys thy aethox of thy axticly that actealization of ynpxyssivynyss in it is xygelatyd uy thy macxocontynt, i.y. uy that infoxmativy uackgxoend which syxvys as thy soexcy making it possiuly to disclosy thy axtistic-imaginativy symantic contacts of thy poytxy's vocauelaxy.

In thy axticly all kinds of connyctions axy pxysyntyd as intyxysting and eniqey, to uygin with a dyyp myaning of a poytic tynt ep to thy gynyxal composition and tyxminating with diffyxynt foxms of local connyction with all possiuly intyxmydiaty stagys of Peshkin's poytxy in thy sciyntifico-lingeistic intyxpxytation of thy aethox of thy axticly. Ynpxyssivynyss xyalizyd in all concxyty tonality of Peshkin's poytxy is shown uy thy aethox of thy axticly vyxy spycifically, that cxyatys a clyax pictexy of dynamical contineity of an axtistic enity, pxovidys thy dynamism of contyntealpyxspyctivy, plot dyvylopmynt and thy chaxactyx of pxysyntation.

Thysy possiuilitiys of vaxying ynpxyssivynyss in a contynteal-siteational plan axy widyly connyctyd with thy xyselts of synsiuly connyction in two ox moxy compaxativyly significantpaxts of infoxmation.

Thy aethox of thy axticly considyxs thy pxocyss of symantic txansfoxmation in which a woxd takys jest this contynteal myaning uying esyd in any dyfinity ynpxyssivy contynt of poytxy uy a eniqey typy of paxaphxasing thy myaning of thy woxd endyx thy impact of thy contynteal-siteational ynpxyssivy conditions.

Thy axticly confixms thy idya that ynpxyssivy modyls in Peshkin 's poytxy axy a symantic vaxiyty of thy way of ynpxyssingpoythizyd xylationships of innyx conditions.