Уголовная ответственность за небрежное хранение огнестрельного оружия

что ведет к безвозвратной утрате значительной части похищенных культурных ценностей. В этом контексте именно предупреждение, направленное на противодействие контрабанде культурных ценностей, недопущение ее независимо от вида — уголовно или административно наказуемого, в большей степени обеспечивает их сохранность и защиту от незаконного вывоза за границу.

A.A. Задоян*

УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НЕБРЕЖНОЕ ХРАНЕНИЕ ОГНЕСТРЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ

Ключевые слова: огнестрельное оружие, небрежное хранение, квалификация преступления, преступление против общественной безопасности.

A.A. Zadoyan. The criminal liability for negligent keeping of the weapon

The article deals with the problems of the criminal liability for negligent keeping of the weapon. The author discusses the difficult questions arising in context of the act and fault in this crime.

Общественная опасность небрежного хранения огнестрельного оружия заключается в том, что рассматриваемое преступление не просто создает условия для причинения возможного вреда общественным отношениям. Главным критерием криминализации небрежного хранения огнестрельного оружием является то, что по вине законного владельца оружия реально наступают определенные общественно опасные последствия. Иными словами, ст. 224 УК РФ содержит норму, имеющую ярко выраженное свойство двойной превенции, позволяющую на самом раннем этапе защитить общественные отношения, которые могут быть нарушены неуполномоченным лицом, получившим в фактическое обладание огнестрельное оружие.

И.Я. Козаченко верно отмечает, что опасность небрежного хранения огнестрельного оружия лицами, владеющими им, заключается в том, что этим оружием может воспользоваться любой человек, в том числе и тот, кто в силу своего умственного или возрастного развития либо болезненного состояния не может правильно осмысливать его убойные (поражающие) свойства. Тем более опасно, когда в результате небрежного хранения этого вида оружия им овладевает лицо, склонное к агрессивному поведению

* Кандидат юридических наук, советник Московского окружного военного суда.

1 См.: Уголовное право. Особенная часть: учебник / отв. ред. И.Я. Козаченко, Г.П. Новоселов. М., 2008. С. 543.

Основным непосредственным объектом небрежного хранения огнестрельного оружия является общественная безопасность в сфере оборота огнестрельного оружия. Дополнительным объектом рассматриваемого преступления выступают иные общественные отношения, которые нарушаются в результате неправомерного поведения виновного (жизнь, здоровье, отношения собственности и т.д.). О наличии дополнительного объекта свидетельствует указание в ст. 224 УК РФ на тяжкие последствия.

Так, приговором мирового судьи судебного участка № 6 городского округа «Корсаковский район» Сахалинской области от 20 июня 2011 г. Ш. был осужден по ст. 224 УК РФ за небрежное хранение огнестрельного оружия, совершенное при следующих обстоятельствах. Ш., находясь на территории рыболовецкого стана ООО «Долинка», расположенного на реке Долинка в районе с. Лесное Корсаковского района Сахалинской области, имея разрешение на хранение и ношение гладкоствольного огнестрельного оружия — одноствольного самозарядного охотничьего ружья «БегеНа», хранил указанное оружие в коробе, оборудованном под спальное место в вагончике, расположенном на территории стана, т. е. в не предназначенном для хранения оружия месте, легкодоступном для других лиц. В то время как Ш. уехал из стана, М. взял указанное ружье и произвел из него четыре выстрела, причинив по неосторожности потерпевшему У. огнестрельное ранение поясничной области и брюшной полости, которые по признаку опасности для жизни причинили тяжкий вред здоровью У. Подсудимый Ш. был приговорен судом к наказанию в виде штрафа в размере десять тысяч рублей 1.

Из приведенного примера следует, что наряду с общественной безопасностью преступлением одновременно были нарушены общественные отношения, связанные со здоровьем человека.

Предмет преступления — специальный. Им является только пригодное к использованию огнестрельное оружие. Тем самым законодатель признает, что общественная опасность небрежного хранения других видов оружия и боеприпасов не достигает той степени, которая сделала бы необходимым его криминализацию. Между тем такое решение вопроса не отражает потенциальную опасность других видов вооружения. В частности, боеприпасы к огнестрельному оружию, газовое, холодное оружие, оказавшись в руках неуполномоченных лиц, могут причинить немало вреда. Поэтому, учитывая необходимость дифференциации уголовной ответственности в зависимости от вида оружия, считаем целесообразной криминализацию небрежного хранения газового и холодного оружия, а также боеприпасов к огнестрельному оружию.

1 Архив судебного участка № 6 городского округа «Корсаковский район» Сахалинской области.

П.С. Матышевский высказывал мнение, что лицо, небрежно хранящее оружие без разрешения, должно нести ответственность по совокупности преступлений — за незаконное хранение огнестрельного оружия и небрежное хранение огнестрельного оружия 1.

И.Я. Козаченко также полагает, что «если лицо незаконно владело огнестрельным оружием и допустило небрежное его хранение, то все содеянное должно быть квалифицировано по совокупности преступлений по ст. 222 и 224 УК РФ»2.

Однако системное толкование ст. 224 УК РФ позволяет сделать однозначный вывод о том, что огнестрельное оружие должно находиться у лица на законном основании, что подтверждается соответствующим документом (лицензией, разрешением, удостоверением и т. п.). Если же лицо незаконно хранит огнестрельное оружие и при этом нарушает правила хранения, что создает условия для его использования другим лицом, если это повлекло тяжкие последствия, то содеянное охватывается ст. 222 УК РФ и дополнительной квалификации по ст. 224 УК РФ не требует.

Следует отметить, что аналогичное разъяснение давалось Пленумом Верховного Суда РФ в постановлении от 25 июня 1996 г. № 5 «О судебной практике по делам о хищении и незаконном обороте оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ», которое утратило силу 12 марта 2002 г. В п. 17 постановления указывалось, что небрежное хранение огнестрельного оружия, находящегося у виновного незаконно, если это повлекло его использование другим лицом с наступлением тяжких последствий, охватывается признаками ч. 1 ст. 218 УК РСФСР и дополнительной квалификации по ст. 219 УК РСФСР не требует 3.

В действующем же постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 12 марта 2002 г. № 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств»4 ничего не говорится о том, как следует квалифицировать подобного рода случаи. В связи с этим представляется необходимым включить в текст названного постановления разъяснение по вопросу квалификации небрежного хранения огнестрельного оружия, находящегося в незаконном владении у виновного.

Ю.И. Бытко и Н.П. Иваник пишут, что предметом преступления по ст. 224 УК РФ выступает огнестрельное оружие, в том числе охотничьи ружья, обрезы из них 5.

1 См.: Матышевский П.С. Ответственность за преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения. М., 1964. С. 25.

2 Уголовное право. Особенная часть: учеб. / отв. ред. И.Я. Козаченко, Г.П. Новоселов. С. 545.

3 Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996. № 8. С. 5.

4 Бюллетень Верховного Суда. 2002. № 5.

5 См.: Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: учебник / под ред. Б.Т. Раз-гильдиева, А.Н. Красикова. Саратов, 1999. С. 349.

С таким утверждением согласиться нельзя, поскольку обрез из охотничьего ружья представляет собой самодельное оружие и не может признаваться предметом преступления по ст. 224 УК РФ. Небрежное хранение оружия, незаконно изготовленного, переделанного или отремонтированного виновным, создавшее условия для его использования другим лицом, если это повлекло тяжкие последствия, следует квалифицировать одновременно по ст. 222 и 223 УК РФ.

Объективная сторона небрежного хранения огнестрельного оружия характеризуется тремя обязательными признаками: деянием, общественно опасными последствиями и причинной связью между ними.

Деяние состоит в нарушении правил хранения огнестрельного оружия, создавшим условия для его использования другим лицом. Оно обычно заключается в нарушении специально установленных либо общепринятых правил его хранения (оставление огнестрельного оружия в общедоступных местах, передача детям или иным лицам, не имеющим навыков обращения с ним, хранение заряженного оружия и т. п.).

Как правило, деяние выражается в форме бездействия, т.е. виновный не совершает действия, которые предписаны правилами хранения оружия. При этом, как отмечает Б.В. Яцеленко, условия хранения огнестрельного оружия определяются с учетом специфики конкретных видов оружия, а также характера деятельности и условий жизни разных категорий владельцев соответствующего оружия

В соответствии со ст. 22 Закона об оружии гражданское и служебное оружие должно храниться в условиях, обеспечивающих его сохранность, безопасность хранения и исключающих доступ к нему посторонних лиц.

Правила оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации, утвержденные постановлением Правительства РФ от 21 июля 1998 г. № 814, уточняют указанное положение Закона об оружии. В частности, в п. 55, 57 Правил указано, что оружие и патроны подлежат хранению в изолированных помещениях, специально оборудованных для этих целей, оснащенных техническими средствами охраны и иными средствами защиты, в запирающихся на замок сейфах или металлических шкафах. При этом объемы хранения патронов, дымного или бездымного пороха в заводских упаковках, сейфах или металлических шкафах определяются комиссией, образуемой в установленном порядке, исходя из требований противопожарной безопасности, но не более 50 килограммов расфасованного для розничной торговли дымного или бездымного по-

1 См.: Курс российского уголовного права. Особенная часть / под ред. В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова. М., 2002. С. 594.

роха. Хранение спортивного огнестрельного оружия, в том числе с нарезным стволом, либо спортивного пневматического оружия с дульной энергией свыше 7,5 Дж и калибром более 4,5 мм, а также спортивного холодного клинкового и метательного оружия может осуществляться юридическими лицами в помещениях, оборудованных на спортивных объектах с учетом установленных требований, после получения в установленном порядке в органах внутренних дел разрешений на хранение указанного оружия. В п. 59 Правил установлено, что принадлежащие гражданам РФ оружие и патроны должны храниться по месту их проживания с соблюдением условий, обеспечивающих их сохранность, безопасность хранения и исключающих доступ к ним посторонних лиц, в запирающихся на замок сейфах или металлических шкафах, ящиках из высокопрочных материалов либо в деревянных ящиках, обитых железом. Хранение оружия и патронов в местах временного пребывания должно осуществляться с соблюдением условий, исключающих доступ к оружию посторонних лиц. Граждане РФ, являющиеся членами спортивных стрелковых обществ и клубов, могут хранить принадлежащее им оружие и патроны на спортивных стрелково-стендовых объектах по месту проведения тренировочных стрельб и соревнований.

Согласно п. 18 Правил оборота боевого ручного стрелкового и иного оружия, боеприпасов и патронов к нему, а также холодного оружия в государственных военизированных организациях, утвержденных постановлением Правительства РФ от 15 октября 1997 г. № 1314, хранение оружия в государственных военизированных организациях должно осуществляться только в специально оборудованных для этих целей помещениях, обеспечивающих сохранность, безопасность его хранения и исключающих несанкционированный доступ посторонних лиц. Помещения для хранения оружия оборудуются техническими средствами охраны и пожарной безопасности. Требования к хранению оружия в зависимости от его предназначения определяются соответствующими нормативными правовыми актами государственных военизированных организаций. Военнослужащие и сотрудники государственных военизированных организаций, в том числе находящиеся на пенсии, получившие в установленном порядке оружие, обязаны обеспечить надлежащие условия его хранения.

Своеобразие конструкции состава преступления, предусмотренного ст. 224 УК РФ, как правильно отмечает A.A. Ежов, состоит в том, что деяние субъекта этого преступления ограничено рамками нарушения правил хранения оружия. Последующий процесс причинения последствий находится вне его контроля и целиком зависит от поведения другого лица 1.

1 См.: Ежов А.А. Уголовная ответственность за нарушение правил хранения оружия: дис. ... канд. юрид. наук. Архангельск, 2007. С. 116.

По конструкции состав небрежного хранения огнестрельного оружия материальный. Поэтому вторым обязательным признаком объективной стороны небрежного хранения огнестрельного оружия выступают общественно опасные последствия, названные в уголовном законе с помощью оценочного понятия «тяжкие последствия». К ним обычно относят: совершение преступления с использованием небрежно хранившегося огнестрельного оружия, самоубийство лица, воспользовавшегося таким оружием, и т.п.

В то же время следует отметить, что судебная практика противоречива в отношении признания в качестве тяжкого последствия небрежного хранения огнестрельного оружия самоубийства потерпевшего.

Так, Усинским городским народным судом Республики Коми М. был осужден по ч. 1 ст. 219 УК РСФСР за небрежное хранение огнестрельного оружия, совершенное при следующих обстоятельствах. Работники милиции Усинского РОВД М. и Соболев получили у дежурного РОВД закрепленное за ними оружие, чтобы выехать на пост в село Усть-Уса. Однако из-за сильного холода им пришлось остановиться в гостинице поселка Парма. В одном номере с ними поселились З., К. и М-ко. Выходя из гостиницы, М. и С. оставили свои пистолеты вместе с обоймами под матрацем кровати М-ко, попросив последнего присмотреть за оружием. Через некоторое время К., находившегося в состоянии алкогольного опьянения, выгнал Марченко из комнаты, вытащил один из пистолетов, зарядил его и выстрелил себе в голову. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Коми, а также президиум этого суда оставили приговор без изменения. Заместитель Генерального прокурора СССР в протесте поставил вопрос об отмене приговора и всех последующих решений по делу за отсутствием в действиях осужденного состава преступления. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР 25 февраля 1991 г. протест удовлетворила, указав следующее. Народный суд признал, что К. совершил самоубийство из пистолета, закрепленного за М., который хранил его небрежно, чем создал условия для использования оружия другим лицом, повлекшие тяжкие последствия. Однако суд не учел того обстоятельства, что К., лишая себя жизни, воспользовался случайно оказавшимся в комнате пистолетом, действовал без понуждения, сознавал характер своих действий, предвидел последствия и желал их наступления. Очевидно, в иной ситуации он избрал бы другой способ самоубийства. Его смерть не может быть признана тяжким последствием в уголовно-правовом смысле, поскольку судом не установлена непосредственная причинная связь между действиями обвиняемого М. и смертью К.1.

1 Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1991. № 9. С. 7.

По другому делу суд признал самоубийство лица тяжким последствием небрежного хранения огнестрельного оружия. Приговором Вельского районного суда Архангельской области от 11 апреля 2008 г. инспектор отдела охраны ФГУ «Следственный изолятор 29/3» УФСИН России по Архангельской области К. был осужден по ст. 224 УК РФ за небрежное хранение огнестрельного оружия, совершенное при следующих обстоятельствах. 10 ноября 2007 г. К., имея закрепленное за ним табельное оружие — пистолет марки ПМ, оставил выданное ему на период несения службы оружие на столе в помещении отдела охраны следственного изолятора, где также находился его знакомый, который воспользовался свободным доступом, схватил пистолет, вышел из помещения и с целью самоубийства произвел себе выстрел в голову. От полученного огнестрельного ранения потерпевший скончался на месте. Приговором суда К. назначено наказание в виде штрафа в размере 10 тысяч рублей 1.

По нашему мнению, самоубийство лица однозначно следует считать тяжким последствием в смысле, придаваемом ему ст. 224 УК РФ, независимо от обстоятельств его совершения и личности потерпевшего. Уголовно-правовое значение в такой ситуации имеет сам факт оставления огнестрельного оружия в свободном доступе лицом, которое обязано было обеспечить его безопасное хранение.

Вопрос об отнесении конкретных последствий содеянного к категории тяжких решается судом с учетом всех обстоятельств дела. При этом, как правильно отмечает Л.Л. Кругликов, во внимание должен приниматься только реально причиненный вред, причем не только непосредственно причиненный преступлением, но и отдаленный, дополнительный 2.

Например, если в результате небрежного хранения огнестрельного оружия ребенок случайно лишает жизни своего родителя, родственника или друга, ему на всю последующую жизнь причиняется глубочайшая психологическая травма, что безусловно должно быть также учтено при оценке содеянного.

Г.С. Мелешко полагает, что законодатель поступил неправильно, включив в диспозицию ст. 224 УК РФ обязательное условие — «наступление тяжких последствий». По его мнению, действующая редакция ст. 224 УК РФ не отражает общественной опасности данного преступления, поскольку зачастую небрежное хранение оружия является первопричиной совершения его хищения, а впоследствии и использования в преступных це-

1 Архив Вельского районного суда Архангельской области.

2 См.: Кругликов Л.Л. Тяжкие последствия в уголовном праве: объективные и субъективные признаки // Уголовное право. 2010. № 5. С. 41.

лях. Исходя из этого, предлагается основной состав небрежного хранения огнестрельного оружия сконструировать как формальный, а наступление тяжких последствий указать в качестве квалифицирующего признака данного преступления 1.

И.И. Бикеев также высказывается в пользу признания уголовно-наказуемым небрежного хранения огнестрельного оружия без учета наступления от него общественно опасных последствий 2.

Данное предложение представляется сомнительным по причине невысокой степени общественной опасности небрежного хранения огнестрельного оружия, если это не причинило вредных последствий. Особенность причинной связи в составе небрежного хранения огнестрельного оружия такова, что использование оружия другим лицом еще не свидетельствует о неизбежности наступления тяжких последствий. Поэтому их отсутствие вполне обоснованно влечет менее строгую административную ответственность по ст. 20.8 КоАП РФ.

Мы поддерживаем Л.И. Сивцову, которая считает необходимым заменить оценочное понятие «тяжкие последствия» словами «причинение вреда здоровью средней тяжести, тяжкого вреда здоровью, либо повлекшие смерть, а равно иные тяжкие последствия»3.

Поскольку в ст. 224 УК РФ рассматриваемый криминообразующий признак обуславливает уголовную ответственность, он не должен полностью зависеть от субъективизма правоприменителя. Тем более, как уже отмечалось, судебная практика испытывает трудности при установлении тяжких последствий. В то же время с учетом многообразия общественно опасных последствий небрежного хранения огнестрельного оружия, которые по своему содержанию являются тяжкими, нецелеобразно формулировать их исчерпывающий перечень. Поэтому предлагается конкретно назвать в диспозиции ст. 224 УК РФ такие последствия, как причинение вреда здоровью и смерть человека, указав далее на возможность наступления иных тяжких последствий.

Третьим признаком объективной стороны небрежного хранения огнестрельного оружия является причинная связь, которая должна иметься между совершенным деянием и наступившими последствиями. Специфика

1 См.: Мелешко Г.С. Уголовно-правовые и криминологические проблемы противодействия незаконному обороту оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (по материалам Ставропольского края): дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2004. С. 69—70.

2 См.: Бикеев И.И. Ответственность за незаконный оборот огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств: дис. ... канд. юрид. наук. Йошкар-Ола, 2000. С. 84.

3 Сивцова Л.И. Небрежное хранение огнестрельного оружия (уголовно-правовые и криминологические аспекты): дис. ... канд. юрид. наук. М., 2002. С. 64—65.

причинной связи в рассматриваемом преступления заключается в том, что наступление общественно опасных последствий зависит одновременно от поведения лица, допустившего небрежное хранение огнестрельного оружия, и лица, которому это оружие попало в руки. Законный владелец создает условия беспрепятственного пользования оружием, а другое лицо с его помощью реально причиняет тяжкие последствия. Соответственно, причинная связь между деянием и последствиями является опосредованной действиями этого третьего лица. Такие последствия прямо не вытекают из небрежного хранения огнестрельного оружия, а являются результатом его использования третьим лицом. Однако для наступления ответственности по ст. 224 УК РФ необходимо, чтобы сначала были созданы условия для использования огнестрельного оружия другим лицом и только затем причинены тяжкие последствия.

Поэтому, как правильно отмечал А.Н. Игнатов, если лицо нарушало меры предосторожности при хранении оружия, но, например, оружие было захвачено преступниками при нападении на квартиру, то состав небрежного хранения огнестрельного оружия отсутствует 1.

Несмотря на то, что тяжкие последствия фактически причиняются третьим лицом, за них отвечает не только это третье лицо, но и владелец, небрежно хранивший огнестрельное оружие. Вместе с тем непосредственный причинитель преступного вреда не всегда отвечает за содеянное, например, при недостижении им возраста уголовной ответственности, по причине невменяемости и т.п.

Так, приговором Жуковского районного суда Брянской области от 29 июня 2009 г. Г. был осужден по ст. 224 УК РФ за небрежное хранение огнестрельного оружия, совершенное при следующих обстоятельствах. 12 января 2009 г. Г., имевший право на хранение и ношение огнестрельного оружия, оставил охотничье ружье около кровати в спальне и уехал в Москву. 18 февраля 2009 г. несовершеннолетний сын Г. обнаружил оставленное отцом ружье, взял его и решил показать своему товарищу. Во время передачи ружье начало падать. Сын Г. подхватил ружье и случайно нажал на спусковой крючок, выстрелив в голову другу, который от полученного огнестрельного ранения скончался на месте. Суд приговорил Г. к наказанию в виде штрафа двадцать пять тысяч рублей. В отношении несовершеннолетнего сына Г. в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 108 УК РФ было отказано, поскольку на момент совершения деяния подросток не достиг 16-летнего возраста 2.

1 См.: Курс советского уголовного права. Часть Особенная. Т. VI: Преступления против государственного аппарата и общественного порядка. Воинские преступления. М., 1971. С. 387—388.

2 Архив Жуковского районного суда Брянской области.

Зачастую лицо, виновное в небрежном хранении огнестрельного оружия, становится жертвой своего же оружия. Так, приговором Ленинского районного суда г. Грозного от 9 марта 2011 г. У. была осуждена по ч. 1 ст. 226, ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 105 УК РФ за хищение огнестрельного оружия, его последующее незаконное ношение, хранение и убийство при помощи этого оружия, совершенные при следующих обстоятельствах. 19 ноября 2010 г. У. находилась со своим знакомым инспектором ДПС УГИБДД МВД по Чеченской Республике М. в салоне его автомашины. Между У. и М. возникла ссора, в ходе которой У., воспользовавшись небрежностью М. по хранению оружия и боеприпасов, тайно похитила у него огнестрельное оружие — пистолет системы ПМ и 8 патронов к нему. Украденное оружие она незаконно хранила и носила при себе в кармане куртки, не имея на то специального разрешения. Обнаружив пропажу своего табельного оружия и будучи осведомленным о том, что его тайно похитила У., М. прибыл к подъезду дома, в котором проживала У., и попросил ее выйти на улицу. У., предполагая, что М. обнаружил пропажу табельного оружия и боеприпасов, а также догадываясь о продолжении конфликта с ним и возможности применения к ней физического насилия, вышла во двор, предварительно загнав патрон в патронник пистолета, тем самым приведя оружие в боевую готовность. У. села на заднее пассажирское сиденье автомашины, за водительским сидением, в котором за рулем находился М. Между ними возникла ссора, переросшая в драку, в ходе которой У., действуя умышленно, используя похищенный пистолет, произвела в М. с близкого расстояния один выстрел в область груди, после чего с места происшествия скрылась. От полученного огнестрельного ранения М. скончался на месте происшествия. Приговором Ленинского районного суда г. Грозного У. назначено наказание в виде восьми лет и шести месяцев лишения свободы. Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Чеченской Республики от 27 апреля 2011 г. приговор суда первой инстанции был оставлен без изменения 1.

По мнению И.И. Бикеева, упоминание об использовании оружия третьими лицами является излишним и заслуживает исключения из нормы. Объясняется это тем, что кроме использования третьими лицами, возможен самопроизвольный выстрел при нарушении правил хранения, повлекший смерть или тяжкий вред здоровью человека 2.

1 Архив Ленинского районного суда г. Грозного.

2 См.: Бикеев И.И. Ответственность за преступления против общественной безопасности, связанные с незаконным обращением с материальными объектами повышенной опасности: вопросы теории и практики: дис. ... д-ра юрид. наук. Казань, 2008. С. 290.

Между тем такое предложение нельзя признать обоснованным, поскольку стираются отличия между небрежным хранением огнестрельного оружия (ст. 224 УК РФ), объективная сторона которого характеризуется двухступенчатой причинной связью, и неосторожным причинением смерти или тяжкого вреда здоровью по неосторожности (ст. 109 и 118 УК РФ).

Субъективная сторона преступления, предусмотренного ст. 224 УК РФ, характеризуется неосторожной виной. Буквальное толкование диспозиции в ст. 224 УК РФ приводит к выводу о том, что преступление может быть совершено только по небрежности.

Именно таким образом характеризует вину в рассматриваемом преступлении А.В. Наумов, который пишет, что его субъективная сторона характеризуется неосторожной виной в виде небрежности. Лицо не предвидит, что хранящееся у него огнестрельное оружие может быть использовано другим лицом и это повлечет тяжкие последствия, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло это предвидеть 1.

На самом же деле преступление может быть совершено, как по небрежности, так и по легкомыслию. Указанное связано с тем, что термин «небрежность», неудачно использованный законодателем при конструировании ст. 224 УК РФ, следует трактовать расширительно, поскольку он характеризует не субъективную, а объективную сторону состава преступления, точнее, его деяние, и свидетельствует о том, что лицо должным образом не выполняет возложенную на него обязанность по хранению надлежащим образом огнестрельного оружия.

Поскольку уголовный закон должен трактоваться буквально, из ст. 224 УК РФ необходимо исключить слова «небрежность» и изменить в этой связи как диспозицию ст. 224 УК РФ, так и ее наименование.

С. Трофимов полагает, что для данной статьи УК более правильным было бы использовать диспозицию следующего содержания: «Ненадлежащее хранение огнестрельного оружия... если это повлекло, по неосторожности, тяжкие последствия»2.

По нашему мнению, формулировку «небрежное хранение» следует заменить «нарушением правил хранения», указав, что преступление совершается по неосторожности. Такое изменение ст. 224 УК РФ, во-первых, будет соответствовать требованиям ч. 2 ст. 24 УК РФ, поскольку недвусмысленно будет отражать форму вины, и, во-вторых, будет отсылать к соответствующим

1 См.: Наумов А.В. Российское уголовное право. Курс лекций. В 3 т. Т. 3: Особенная часть (главы XI-XXI). М., 2007. С. 86.

2 Трофимов С. Составы неосторожных преступлений в УК сформулированы небрежно // 2000. № 10. С. 43.

нормативным правовым актам, регламентирующим порядок хранения огнестрельного оружия, т.е. будет включать в чистом виде бланкетную норму, содержание которой исчерпывающим образом может быть раскрыто при анализе нормативных документов.

Если лицо умышленно нарушает правила хранения оружия, специально пренебрегает соответствующими мерами безопасности, в результате чего другое лицо получает неправомерный доступ к оружию и наступают тяжкие последствия, по отношению к которым виновный также имеет умысел, содеянное уже не может быть квалифицировано по ст. 224 УК РФ. В таком случае владелец оружия должен подлежать уголовной ответственности как исполнитель либо пособник в совершении умышленного преступления, окончательная квалификация которого зависит от вида тяжких последствий (убийство, разбой и т.п.).

Умышленная передача огнестрельного оружия неуполномоченному лицу квалифицируется по ч. 1 ст. 222 УК РФ.

Субъект небрежного хранения огнестрельного оружия является специальным. Им может быть лицо, достигшее 16-летнего возраста, являющееся собственником или законным владельцем огнестрельного оружия. Поскольку разрешение на ношение и хранение огнестрельное оружие выдается с 18 лет, то, как правило, уголовная ответственность за рассматриваемое преступление фактически не может наступить ранее 18-летнего возраста. Однако поскольку на основании ст. 13 Закона об оружии решением законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта РФ возраст, по достижении которого граждане РФ могут получить разрешение на хранение или хранение и ношение охотничьего огнестрельного гладкоствольного оружия, может быть снижен не более чем на два года, то уголовная ответственность за рассматриваемое преступление применительно к указанной разновидности огнестрельного оружия может действительно наступить с 16 лет 1.

Полностью не соответствует действующему уголовному закону утверждение М.Ф. Мусаеляна о том, что «лицо, которое использовало небрежно хранившееся оружие, привлекается к ответственности по ст. 224 и соответствующим статьям УК о совершенных преступлениях, а в случаях необходимости и по ст. 226 УК»2.

1 Так, в соответствии со ст. 10 Закона Чукотского автономного округа от 9 февраля 1999 г. № 09-ОЗ «О государственном регулировании развития морского зверобойного промысла в Чукотском автономном округе» граждане РФ, проживающие в Чукотском автономном округе, могут получить разрешение на хранение или хранение и ношение охотничьего огнестрельного гладкоствольного оружия в органах внутренних дел по месту жительства с 16-летнего возраста.

2 Особенная часть Уголовного кодекса Российской Федерации: комментарий, судебная практика, статистика / под общ. ред. В.М. Лебедева. М., 2009. С. 581.

В диспозиции ст. 224 УК РФ прямо указано, что огнестрельное оружие должно быть использовано «другим лицом», которое не имеет на это права. Соответственно, механизм преступного поведения должен включать как минимум двух субъектов, один из которых сначала должен создать условия для использования оружия, а другой — совершить с помощью этого оружия определенные действия, повлекшие тяжкие последствия. Выполнение же двух указанных функций одним лицом объективно невозможно.

Как отмечал П.С. Дагель, неосторожные преступления можно подразделить на бытовые и профессиональные. Бытовые неосторожные преступления, в свою очередь, бывают двух видов: 1) преступления, совершенные вне сферы действия и без использования технических средств или других источников повышенной опасности; 2) преступления, совершенные в сфере действия или с использованием технических средств или других источников повышенной опасности. Профессиональные неосторожные преступления подразделяются на три вида: 1) преступления, совершенные в сфере действия или с использованием технических средств или других источников повышенной опасности; 2) преступления, совершенные в сфере действия чисто профессиональной деятельности; 3) преступления, совершенные в процессе исполнения должностных (управленческих) функций1.

Следуя классификации П.С. Дагеля, небрежное хранение оружия, предусмотренное ст. 224 УК РФ, относится к бытовым неосторожным преступлениям, совершаемым с использованием источника повышенной опасности.

Если же небрежное хранение огнестрельного оружия явилось следствием ненадлежащего исполнения обязанностей по его охране, то содеянное следует рассматриваться уже как профессиональное неосторожное преступление, совершенное в отношении источника повышенной опасности и квалифицировать преступление по ч. 1 ст. 225 УК РФ.

Если в небрежном хранении, создавшем условия для использования огнестрельного оружия другим лицом, которое повлекло причинение тяжких последствий, виновен военнослужащий, то содеянное квалифицируется по ст. 348 УК РФ как утрата военного имущества 2.

Нельзя признать правильным мнение М.Ф. Мусаеляна о том, что небрежное хранение военнослужащим вверенного ему для служебного пользования оружия, которое было утрачено и в последующем использовано другими лицами, что повлекло тяжкие последствия, образует совокупность преступлений, предусмотренных ст. 348 и 224 УК РФ 3.

1 См.: Дагель П.С. Неосторожность: уголовно-правовые и криминологические проблемы. М., 1977. С. 17—20.

2 См.: Курс уголовного права. Особенная часть. Т. 4 / под ред. Г.Н. Борзенкова, В.С. Комиссарова. М., 2002. С. 341—342.

3 См.: Особенная часть Уголовного кодекса Российской Федерации: комментарий, судебная практика, статистика / под общ. ред. В.М. Лебедева. С. 582.

Указанное связано с тем, что в ст. 348 УК РФ содержится специальная норма по отношению к ст. 224 УК РФ, в связи с чем совокупность названных преступлений невозможна.

Учитывая ранее выгсказанные по тексту параграфа предложения, полагаем необходимым изложить ст. 224 УК РФ в следующей редакции:

«Статья 224. Нарушение правил хранения оружия и боеприпасов

1. Нарушение правил хранения огнестрельного оружия, боеприпасов к нему, создавшее по неосторожности условия для их использования другим лицом, если это повлекло причинение вреда здоровью человека, смерть человека, либо иные тяжкие последствия, — ...

2. Нарушение правил хранения газового оружия, холодного оружия, создавшее по неосторожности условия для его использования другим лицом, если это повлекло причинение вреда здоровью человека, смерть человека, либо иные тяжкие последствия, — ...».

Кроме того, на уровне рекомендаций правоприменительной практике считаем целесообразным дополнить постановление Пленума Верховного Суда РФ от 12 марта 2002 г. № 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» пунктом 181 в следующей редакции:

«181. Нарушение правил хранения оружия и боеприпасов, находящихся у виновного незаконно, если это повлекло их использование другим лицом с наступлением тяжких последствий, охватывается признаками ст. 222 УК РФ и дополнительной квалификации по ст. 224 УК РФ не требует».

М.В. Зябликова*

НЕКОТОРЫЕ УГОЛОВНО-ПРАВОВЫЕ МЕРЫ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ НЕЗАКОННОЙ ДОБЫЧИ ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ

Ключевые слова: предупреждение преступности, незаконная добыча водных биологических ресурсов, уголовное наказание, конфискация имущества, экологический ущерб.

M.V. Zyablikova. Some criminal measures of the prevention of illegal water biological recourses mining

The most effective criminal facilities of the prevention of illegal water biological resources mining are following kinds of criminal punishment: the penalty, right deprivation to be engaged in certain activity, to occupy certain posts, as other measure of

* Аспирантка кафедры криминологии и уголовно-исполнительного права Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина. [mapuhka1@rambler.ru]