Гаагская конвенция о праве, применимом к дорожно-транспортным происшествиям

ГРАЖДАНСКОЕ И СЕМЕЙНОЕ ПРАВО. ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЕ ПРАВО

Гаагская конвенция о праве, применимом к дорожно-транспортным происшествиям

ХЛЕСТОВА Ирина Олеговна, заведующая отделом международного частного права Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, доктор юридических наук, заслуженный юрист Российской Федерации

117218, Россия, г. Москва, ул. Большая Черемушкинская, 34

E-mail: pil@izak.ru

Статья посвящена анализу положений Гаагской конвенции о праве, применимом к дорожно-транспортным происшествиям, от 4 мая 1971 г. Статья 3 Гаагской конвенции устанавливает общее правило: применимым является внутреннее право государства, в котором имело место дорожно-транспортное происшествие. Вместе с тем Гаагская конвенция предусматривает множество изъятий из этого общего правила. В ряде случаев это ведет к применению права места регистрации транспортного средства, участвовавшего в дорожно-транспортном происшествии. Гаагская конвенция определяет сферу действия применимого права. Особенность Гаагской конвенции состоит в том, что она предоставляет право потерпевшему предъявить иск непосредственно страховщику лица, несущего ответственность. В статье рассматриваются вопросы соотношения положений Гаагской конвенции и Регламента Европейского парламента и Совета о праве, подлежащем применению к внедоговорным обязательствам, от 11 июля 2007 г.

Ключевые слова: Гаагская конвенция, применимое право, дорожно-транспортное происшествие, Регламент ЕС о праве, применимом к внедоговорным обязательствам.

Hague Convention on the Law Applicable to Traffic Accidents

I. O. KHLESTOVA, doctor of legal sciences, honored lawyer of the Russian Federation

The Institute of Legislation and Comparative Law under the Government of the Russian Federation

34, Bolshaya Cheremushkinskaya st., Moscow, Russia, 117218

E-mail: pil@izak.ru

The article analyses of the Hague Convention on Law Applicable to Traffic Accidents of the 4 May 1971. Article 2 of the Hague Convention lays down the general rule: the applicable law is the internal law of the State where the accident occurred. At the same time the Hague Convention states a lot of exemptions from this general rule. In some cases it leads to the application of the law of the country of the vehicle' registration involved in the accident. The Hague Convention determines the action sphere of the applicable law. The feature of the Hague Convention is that persons who suffered injury or damage has the right of direct action against insurer of the person liable. The problems of correlation of the provisions of the Hague convention and EC Regulation on the law applicable to non-contractual obligations of the 11 July 2007 were considered in the article.

Keywords: Hague Convention, applicable law, traffic incidents, EC Regulation on the law applicable to non-contractual obligations.

DOI: 10.12737/22719

Углубление международной экономической интеграции в условиях глобализации обусловливает развитие процессов миграции населения. Граждане одних государств все чаще

посещают территории других стран с научными, культурными и туристическими целями. Огромное значение приобретает также расширение процессов трудовой миграции

населения. Поэтому проблема выбора применимого права к внедоговор-ной ответственности, возникающей из дорожно-транспортных происшествий, является актуальной.

В связи с этим большое значение имеет Гаагская конвенция о праве, применимом к дорожно-транспортным происшествиям, 1971 г. Как отмечал В. П. Звеков, «необычность модели, избранной Гаагской конференцией, состоит в том, что ее основу составили, вопреки моде, не гибкие, а традиционные коллизионные начала, действие которых ограничивается множеством формализованных, сегодня уже отчасти устаревших коллизионных привязок, соотносимых с разнообразными ситуациями»1.

Гаагская конвенция (ст. 1) направлена на определение права, применимого к гражданской внедоговор-ной ответственности, возникающей из дорожно-транспортных происшествий, независимо от того, в рамках какого судебного производства рассматривается вопрос о реализации этой ответственности.

Из сферы действия Гаагской конвенции исключены:

1) ответственность производителей, продавцов и специалистов по ремонту автомобилей;

2) ответственность собственника или иного лица за техническое обслуживание дороги, по которой открыто движение, а также за безопасность ее пользователей;

3) ответственность за действия других лиц, за исключением ответственности собственника автомобиля принципала или нанимателя;

4) регрессные иски между ответственными лицами;

5) регрессные иски и суброгация в той мере, в которой они касаются страховых компаний;

6) иски и регрессные иски, поданные институтами социального страхования, иными аналогичными институтами или общественными ав-

1 Звеков В. П. Обязательства вследствие причинения вреда. М., 2007. С. 30.

томобильными гарантийными фондами либо поданные против таких учреждений, а также любые исключения из ответственности, которые закреплены правом, регулирующим деятельность таких учреждений.

Статья 3 Гаагской конвенции устанавливает общее правило: применимым правом является внутреннее право государства, в котором имело место дорожно-транспортное происшествие. Вместе с тем Гаагская конвенция (ст. 4) закрепляет множество изъятий из этого правила. В частности:

a) если только один автомобиль участвует в дорожно-транспортном происшествии и он зарегистрирован в ином государстве, чем то, где имело место происшествие, то внутреннее право государства регистрации применяется для определения ответственности:

водителя, собственника или иного лица, которое контролирует автомобиль или имеет в нем интерес, независимо от обычного проживания этих лиц;

перед пострадавшим, который является пассажиром и обычно проживает в государстве, отличном от государства, где имела место авария;

перед пострадавшим, который находился за пределами автомобиля на месте происшествия и обычно проживает в государстве регистрации.

Если пострадавших двое или более, применимое право определяется отдельно для каждого из них;

b) если в дорожно-транспортном происшествии участвуют два и более автомобиля, положения п. "а" ст. 4 Конвенции применяются только в том случае, если все автомобили зарегистрированы в одном и том же государстве;

c) если в дорожно-транспортном происшествии участвуют и могут нести ответственность одно или несколько лиц, находящихся за пределами автомобилей или автомобилей на месте происшествия, положения п. "а" и "Ь" ст. 4 Гаагской конвенции применяются только в том случае,

если все указанные лица обычно проживают в государстве регистрации. Эта же норма относится и к случаям, когда указанные лица являются пострадавшими в дорожно-транспортном происшествии.

Согласно ст. 6 Гаагской конвенции, если автомобиль не имеет регистрации или зарегистрирован в нескольких государствах, то внутреннее право государства, в котором он обычно располагается, заменяет право государства регистрации. Эта норма применяется и в том случае, если ни собственник, ни лицо, осуществляющее контроль над автомобилем или владеющее им, ни водитель обычно не проживают в государстве регистрации на момент дорожно-транспортного происшествия.

Конвенция (ст. 8) определяет сферу действия применимого права. Применимое право определяет, в частности: а) основание и объем ответственности; б) основания для освобождения от ответственности, любое ограничение ответственности и любое распределение ответственности; в) наличие и виды телесных повреждений или ущерба имуществу, которые могут подлежать компенсации; г) виды и объем ущерба; д) вопрос о том, может ли право на возмещение ущерба быть передано или унаследовано; е) круг лиц, которым причинен ущерб и которые вправе самостоятельно потребовать возмещения ущерба; ж) ответственность принципала за действия его агентов или нанимателя за действия его служащих; з) нормы о сроках исковой давности, включая нормы, относящиеся к началу срока исковой давности, а также к его перерыву и приостановлению.

Гаагская конвенция (ст. 5) предусматривает, что право, применимое в соответствии с ее ст. 3 и 4 к ответственности перед пострадавшим пассажиром, регулирует ответственность за вред, причиненный товарам, перевозимым в транспортном средстве, которые принадлежат пассажиру или были вверены ему. Право, применимое согласно названным

статьям Гаагской конвенции к ответственности перед собственником транспортного средства, регулирует также ответственность за вред, причиненный товарам, перевозимым в транспортном средстве, за исключением товаров, перевозимых в транспортном средстве, которые принадлежат пассажиру или были вверены ему.

Согласно Гаагской конвенции ответственность за вред, причиненный товарам, находящимся за пределами транспортного средства или транспортных средств, регулируется внутренним правом государства, где имело место происшествие. Однако ответственность за вред, причиненный личным вещам пострадавшего, находящегося за пределами транспортного средства или транспортных средств, регулируется внутренним правом государства регистрации, если такое право применимо к ответственности перед пострадавшим в соответствии со ст. 5 Гаагской конвенции.

Гаагская конвенция (ст. 9) предоставляет право предъявить иск непосредственно страховщику лица, несущего ответственность. Если в соответствии с положениями Конвенции применяется законодательство государства регистрации и оно не предусматривает непосредственного предъявления иска к страховщику, такое право тем не менее существует, если оно предусмотрено внутренним законодательством государства, где имело место происшествие.

Если законодательство ни одного из затронутых государств не предусматривает права непосредственного предъявления иска к страховщику, такое право существует, если оно предусмотрено законодательством, регулирующим договор страхования. Эти положения действительно защищают, насколько это возможно, право пострадавшего на прямой иск к страховщику. Как указывалось в литературе, для того чтобы гарантировать быстрое и легкое разреше-

ние требований, может применяться закон страховщика2.

Согласно Гаагской конвенции (ст. 10) ее применение ограничивается только публичным порядком (ordre public).

Статья 11 Гаагской конвенции предусматривает, что ее применение не зависит от каких-либо требований о взаимности. Ее положения применяются даже в том случае, если подлежит применению право государства, не являющегося участником Гаагской конвенции. Это условие существенно расширяет сферу действия Конвенции, повышает ее уни-фикационный эффект3.

Российская доктрина давала противоречивые оценки Гаагской конвенции. Как отмечал А. В. Банковский, «такая детальная регламентация процесса установления применимого права и отказ от принципа права "наиболее тесным образом связанного с правоотношением" связаны прежде всего с тем, что забота о максимальной "предвидимости" результата отыскания применимого права наибольшим образом соответствует интересам страховых организаций, которых в большей степени призвана защищать Конвенция»4.

В то же время М. М. Богуславский указывал, что Гаагская конвенция в определенной степени устарела, поскольку в ней допускается субсидиарное применение права страны места регистрации автомобиля, что в современных условиях широкого применения аренды машин носит случайный характер5.

2 См.: Papettas J. Choice of Law for Cross Border Road Traffic Accidents // Directorates General for International Policies. URL: www. europa.En/documents/activities/cont/20112.

3 См.: КабатоваЕ. В. Деликты в международном частном праве // Государство и право. 1992. № 9. С. 107.

4 Международное частное право: учебник: в 2 т. Т. 2. М., 2015. С. 476.

5 См.: Богуславский М. М. Международ-

ное частное право: учебник. 5-е изд. М., 2005. С. 341—342.

На 4 июня 2014 г. в Гаагской конвенции участвуют Австрия, Белоруссия, Бельгия, Босния и Герцеговина, Македония, Испания, Латвия, Литва, Люксембург, Марокко, Нидерланды, Польша, Португалия, Сербия, Словакия, Словения, Украина, Франция, Хорватия, Черногория, Чехия, Швейцария. Российская Федерация не является участницей Конвенции.

При применении Гаагской конвенции возникает важный вопрос о соотношении ее положений и Регламента Европейского парламента и Совета о праве, подлежащем применению к внедоговорным обязательствам, 2007 г.6 (Регламент «Рим II»). Согласно ст. 28 Регламента «Рим II» его положения не затрагивают действие международных конвенций, сторонами которых являются одно или несколько государств-членов в момент принятия Регламента и которые регулируют конфликты законов в сфере внедоговорных обязательств. Поэтому при разрешении споров, касающихся дорожно-транспортных происшествий, суды стран — участниц Гаагской конвенции будут определять применимое право в соответствии с нормами этой Конвенции. Соответственно, при разрешении споров относительно дорожно-транспортных происшествий суды Болгарии, Венгрии, Великобритании, Германии, Греции, Ирландии, Италии, Кипра, Мальты, Португалии, Румынии, Финляндии, Швеции, Эстонии будут определять право, подлежащее применению, в соответствии с положениями Регламента «Рим II». Согласно п. 40 преамбулы Регламента Дания не участвует в его принятии, не связана им и не подчиняется его действию.

Здесь следует рассмотреть вопрос о сфере применения Гаагской конвенции и Регламента «Рим II». Как уже было отмечено, Гаагская кон-

6 cm.: Gwynne R. Rome II Regulation Business Law International. 2011. Vol. 12. No. 3. P. 293—316.

венция (ст. 1) определяет право, применимое к гражданской внедоговор-ной ответственности, возникающей из дорожно-транспортных происшествий, независимо от того, в рамках какого судебного разбирательства рассматривается вопрос об обеспечении этой ответственности.

В соответствии с п. 1 ст. 1 Регламента «Рим II» его положения применяются в ситуациях, содержащих конфликт законов, к внедоговор-ным обязательствам в гражданской и торговой сфере. Он не применяется к налоговой, таможенной и административной сферам, а также к ответственности государства за действия и бездействие, совершенные при осуществлении публичной власти (acta iure imperii).

Регламент «Рим II» (п. 2 ст. 1) предусматривает, что из его сферы применения исключены:

a) внедоговорные обязательства, вытекающие из семейных отношений или отношений, которые согласно применимому к ним праву имеют аналогичные последствия, включая алиментные обязательства;

b) внедоговорные обязательства, вытекающие из режимов имущества супругов, режимов имущества в рамках отношений, которые согласно применимому к ним праву имеют последствия, аналогичные браку, и режимов имущества в рамках наследования;

c) внедоговорные обязательства, возникающие на основании переводных векселей, чеков, простых векселей, а также других оборотных ценных бумаг в той мере, в какой обязательства, возникающие на основании этих других ценных бумаг, обусловлены их оборотным характером;

d) внедоговорные обязательства, вытекающие из правового регулирования обществ, ассоциаций и юридических лиц, в отношении таких вопросов, как учреждение путем регистрации или иным путем, правоспособность, внутреннее функционирование и роспуск об-

ществ, ассоциаций и юридических лиц, индивидуальная ответственность участников и органов по долгам общества, ассоциации или юридического лица, и индивидуальная ответственность перед обществом или перед его органами аудиторов, на которых возложена официальная проверка бухгалтерских документов;

е) внедоговорные обязательства, вытекающие из отношений между учредителями, доверительными собственниками и бенефициарами траста, созданного добровольным путем;

:£) внедоговорные обязательства, вытекающие из причинения вреда ядерными материалами;

g) внедоговорные обязательства, вытекающие из посягательств на частную жизнь и на личные неимущественные права, включая клевету.

В отношении дорожно-транспортных происшествий положения Гаагской конвенции и Регламента «Рим II» имеют очень схожие, если не идентичные, последствия. Однако вопрос, который возникает в отношении взаимосвязи между Гаагской конвенцией и Регламентом «Рим II», состоит в толковании, придаваемом термину «внедоговорный». Согласно Гаагской конвенции каждое государство-участник будет использовать национальные нормы для определения того, относится ли вопрос к гражданской ответственности и является ли он внедоговорным по своей природе. В соответствии с Регламентом «Рим II» (п. 11 преамбулы) термин «внедоговорный» должен рассматриваться как автономное понятие. Содержащиеся в нем правила в отношении конфликтов законов должны также распространяться на внедого-ворные обязательства, основанные на ответственности без вины7.

В соответствии со ст. 14 Регламента «Рим II» стороны могут выбирать право, подлежащее применению к

7 См.: Papettas J. Op. cit.

внедоговорному обязательству, посредством соглашения, заключаемого ими после того, как произошел юридический факт, влекущий наступление вреда.

Как отмечается в преамбуле Регламента «Рим II», для соблюдения принципа автономии воли сторон и усиления правовой определенности стороны должны иметь возможность выбирать право, подлежащее применению к внедоговор-ному обязательству. Данный выбор должен быть прямо выражен или определенно вытекать из обстоятельств дела.

Гаагская конвенция не содержит положений о праве сторон заключать соглашения о выборе применимого права. Доктрина стран ее участниц неодинаково подходит к решению вопроса о том, вправе ли стороны исключить применение Гаагской конвенции в силу соглашения сторон. Некоторые авторы считают, что Конвенция исключает заключение сторонами соглашения о применимом праве8. Однако другие авторы полагают, что такое соглашение возможно9.

В литературе10 рассматривалась ситуация, связанная с применением Гаагской конвенции и Регламента «Рим II», на примере дела "Kieger v. Amigues", рассмотренного Французским кассационным судом 30 мая 1967 г11. В этом деле дорожно-транспортное происшествие имело место на территории Германии. Водитель автомобиля, который имел постоянное место жительства во Франции, попытался обогнать другой авто-

8 Cm.: Heini A, Girsberger D. et al. Zürcher Kommentar zum IPRG. 2 aufl. Zürich, 2004.

9 Cm.: SchwimannM. Internationales Privatrecht. 3 aufl. Vienna: Manz, 2001. S. 72.

10 Cm.: Graziano T. K. The Rome II Regulation and the Hague Conventions on Traffic Accidents and Product Liability — Interaction, Conflicts and Future Perspectives. Nederlands Internationaal Privaatrecht. 2008. P. 425—429.

11 Cm.: Kieger v. Amigues. French Cour de cassion. 30 Mai 1967. RCDIP 1967. P. 728.

мобиль, нарушив дорожные правила. Этот автомобиль перевозил двух братьев, которые тоже имели постоянное место жительства во Франции. Автомобиль братьев столкнулся с грузовиком. В результате столкновения один из братьев погиб, другой получил серьезное телесное повреждение. Два автомобиля были зарегистрированы во Франции, а грузовик — в другом государстве. В литературе отмечалось, что в этом деле немецкие суды применили бы Регламент «Рим II», что привело бы к применению французского права, так как лицо, которое несло ответственность, и пострадавшие имели постоянное место жительства во Франции (ст. 4(2) Регламента «Рим II»).

В этом случае французские суды определили бы применимое право согласно Гаагской конвенции. Если все транспортные средства, участвовавшие в аварии, были бы зарегистрированы в одном и том же государстве, то правом, подлежащим применению, являлось бы право государства регистрации. В рассматриваемом деле грузовик был зарегистрирован в третьей стране. Поэтому требования ст. 4 Гаагской конвенции, разрешающей исключения из lex loci delicti, не были бы выполнены. Если французские суды применили бы Гаагскую конвенцию, то они избрали бы немецкое право.

В делах о возмещении вреда большое значение имеют виды возмещаемого вреда. Компенсация пострадавшим значительно различается согласно законодательству Германии и Франции, так как во Франции в большем размере возмещается моральный вред. Таким образом, суды различных стран подходили бы к определению права, подлежащего применению к одному и тому же делу, с неодинаковых позиций. Иными словами, Гаагская конвенция и Регламент «Рим II» устанавливают различные комплексы норм, которые по-разному подходят к решению одинаковых вопросов.

В другом деле, по которому состоялось решение французского Кассационного суда от 6 мая 1981 г.12, авария произошла во Франции с автомобилем, зарегистрированным в Бельгии. Автомобиль перевозил несколько пассажиров, которые имели постоянное место жительства в Испании. Согласно п. "а" ст. 4 Гаагской конвенции суд избрал бельгийское право как право государства, где автомобиль был зарегистрирован. Суд определил, что бельгийское право определяет ответственность водителя перед пассажирами.

Дела о возмещении вреда, причиненного дорожно-транспортными происшествиями, достаточно часты. Например, в литературе рассматривался случай, когда зарегистрированный в Австрии автомобиль, который перевозил пассажиров, имевших постоянное место жительства в Австрии, столкнулся с автомобилем, зарегистрированным в бывшей Югославии13. В этом случае пассажиры имели право на компенсацию за вред, причиненный здоровью, у страховщика водителя. Учитывая, что не все участвовавшие в происшествии автомобили были зарегистрированы в одном и том же государстве и дорожно-транспортное происшествие имело место в ином месте, в силу Гаагской конвенции (ст. 3) применялось бы право государства, где происшествие имело место.

В литературе приводятся и иные примеры14. Например, Джон с пассажиркой Натальей, которая проживала в Бельгии, путешествовали по Нидерландам в автомобиле с французскими номерами. Автомобиль Джон одолжил у Грегори, имевшего постоянное место жительства в Англии. В дороге произошла ава-

12 См.: French Cour de cassassion criminal 6 May 1981. RCDIP 1981. P. 679.

13 См.: Решение Верховного суда Австрии от 21 мая 1985 г. // Graziano T. K. Op. cit.

14 См.: Collignon-Smit Sibinga A. Crossing

Borders: What Happens When Rome Meets

The Hague. URL: www.Legaltrr.nl.

рия, в результате которой пострадали Джон и Наталья, а также Петр, который находился вне автомобиля в момент аварии. Петр — английский гражданин, постоянно проживавший во Франции. Согласно Регламенту «Рим II» (п. 2 ст. 4) ответственность водителя Джона перед собственником автомобиля регулируется английским правом. Ответственность Джона, водителя автомобиля, перед Натальей регулируется голландским правом (п. 1 ст. 4 Регламента). Это же право будет применяться к иску Петра (п. 1 ст. 4 Регламента). Если бы Петр имел постоянное место жительства в Англии, к его требованию применялось бы английское право (п. 2 ст. 4 Регламента).

Если суд применил бы Гаагскую конвенцию, ответственность водителя Джона перед собственником автомобиля подчинялась бы французскому праву. Его ответственность перед пассажиром Натальей регулировалась бы французским правом. Ответственность водителя перед Петром определялась бы французским правом (п. "а" ст. 4 Гаагской конвенции).

Эти примеры показывают, что существует два комплекса норм, определяющих право, подлежащее применению к дорожно-транспортным происшествиям. В литературе высказывались мнения о необходимости частичного исключения действия Гаагской конвенции для стран — участниц Европейского Союза15. По мнению Т. К. Грациано, такое решение позволит, с одной стороны, применять Регламент «Рим II» к дорожно-транспортным происшествиям во всех странах — участницах Европейского Союза. С другой стороны, это позволит применять Гаагскую конвенцию в государствах — членах Европейского Союза в случаях, если в дорожно-транспортном происшествии участвуют лица, не имеющие место жительства в его государствах-чле-нах16. Было высказано также мнение

15 См.: Graziano T. K. Op. cit. P. 425—429.

16 Ibid. P. 429.

о том, что ст. 28 Регламента «Рим II» должна быть отменена17.

Оценивая Гаагскую конвенцию, следует отметить, что она содержит жесткие коллизионные нормы, действие которых ограничивается мно-

17 Collignon-Smit Sibinga A. Op. cit.

жеством формализованных коллизионных привязок. В ней четко не решен вопрос о праве сторон выбрать право, применимое к их отношениям. По сравнению с регулированием, принятым в последние годы, положения Гаагской конвенции значительно устарели.

Библиографический список

Collignon-Smit Sibinga A. Crossing Borders: What Happens When Rome Meets The Hague. URL: www.Legaltrr.nl.

Graziano T. K. The Rome II Regulation and the Hague Conventions on Traffic Accidents and Product Liability — Interaction, Conflicts and Future Perspectives. Nederlands Internationaal Privaatrecht. 2008.

Gwynne R. Rome II Regulation Business Law International. 2011. Vol. 12. No. 3. Heini A., Girsberger D. et al. Zürcher Kommentar zum IPRG. 2 aufl. Zürich, 2004. Schwimann M. Internationales Privatrecht. 3 aufl. Vienna: Manz, 2001. Papettas J. Choice of Law for Cross Border Road Traffic Accidents // Directorates General for International Policies. URL: www.europa.En/documents/activities/cont/20112. Богуславский М. М. Международное частное право: учебник. 5-е изд. М., 2005. Звеков В. П. Обязательства вследствие причинения вреда. М., 2007.

Кабатова Е. В. Деликты в международном частном праве // Государство и право. 1992. № 9. Международное частное право: учебник: в 2 т. Т. 2. М., 2015.

Практика применения положений о расторжении и изменении договора в новой редакции ГК РФ

ПОЗДНЫШЕВА Елена Витальевна, ведущий научный сотрудник отдела гражданского законодательства и процесса Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, кандидат юридических наук 117218, Россия, г. Москва, ул. Большая Черемушкинская, 34 E-mail: civil@izak.ru

Статья посвящена анализу практики применения судами положений главы 29 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующих вопросы изменения и расторжения договора, актуальность которого обусловлена как введением в действие новой редакции главы 29 ГК РФ, так и практикой применения судами положений названной главы, связанной с увеличением числа дел о рассмотрении споров об изменении и расторжении договора в связи с экономическим кризисом последних двух лет. Кроме того, в правоприменительной практике увеличилось число рассматриваемых арбитражными судами споров об отказе одного из контрагентов от договора в случаях, предусмотренных договором. В результате анализа судебной практики сделан вывод о том, что, если стороны договора хотят предусмотреть в договоре возможность отказа от договора по иным основаниям, нежели предусмотренным в ГК РФ, других законах или иных правовых актах, такие основания должны быть прямо перечислены в тексте договора или же должна содержаться формулировка о возможности отказа от договора по любым иным основаниям. Отмечена необходимость унификации подходов к квалификации определенной условиями договора денежной суммы за досрочное расторжение договора в качестве предусмотренной в п. 3 ст. 310 ГК РФ платы в связи с односторонним отказом от исполнения обязательств независимо от того, как указанная сумма поименована в договоре.