Смарт-контракты и искусственный интеллект: гражданско-правовой взгляд

Смарт-контракты и искусственный интеллект: гражданско-правовой взгляд

Морхат Петр Мечиславович

кандидат юридических наук судья, Арбитражный суд Московской области 107053, Россия, г. Мзсква, ул. ПроспектА<адемика Сахарова, 18, каб. 604

И constitution88@gmail.com

Статья из рубрики "Актуальный вопрос"

Аннотация.

Статья посвящена изучению термина «смарт-контракт», их использования в гражданском праве. Идея смарт-контрактов возникла в 1994 году Ником Сабом, который использовал применительно к «протоколу компьютеризованной транзакции, выполняющий условия контракта». Идея блокчейна представляет ограниченную форму смарт-контракта. Сегодня технологии распределенных реестров (к которым относится и биткоин блокчейн), возродили жизнеспособность и применимость смарт-контрактов. Смарт-контракты являются следующим шагом в развитии технологии блокчейн, которая позволяет обеспечить автоматическое исполнение контракта после достижения консенсуса сторонами, что подразумевает удаленное, полное и быстрое исполнение контрактных обязательств. Использованы методы анализа, методы сравнительного анализа, история возникновения понятия и его развитие, метод правового эксперимента. Смарт-контракты (если переводить на русский язык дословно, «умные контракты») не являются на самом деле умными в рамках терминологии искусственного интеллекта.И в целом, термин «смарт-контракт» не означает обязательной причастности его технологий к технологиям искусственного интеллекта.Однако есть некоторые отдельные точки пересечения применения этих технологий.Недавние разработки в области криптовалют и смарт-контрактов создают новые возможности для применения методов искусственного интеллекта. Эти экономические технологии выиграют от более глубоких реальных знаний и анализа, поскольку они будут интегрированы в повседневную торговлю. Криптовалюты и смарт-контракты также могут предоставлять инфраструктуру для обеспечения соответствия систем искусственного интеллекта определенных правовым нормам и стандартам безопасности по мере их большей интеграции в человеческое общество.

Ключевые слова: смарт-контракт, искусственный интеллект, блокчейн, биткоин, реестр, гражданское право, законодательство, авторское право, интеграция, анализ

DOI:

10.25136/2409-7136.2018.5.26124

Дата направления в редакцию:

25-04-2018

Дата рецензирования:

26-04-2018

Дата публикации:

29-04-2018

Введение

Дж. Дэкс Хансен и Карла Рейес отмечают, что термин «смарт-контракт» используется широко и порой неправильно. Например, этот термин часто используется при рассмотрении вопроса о том, можно ли контракты, написанные на естественном языке, адекватно перевести в компьютерный код, или же компьютерные программы сами могут представлять собой юридически обязывающие контракты. И, как отмечается, хотя и эти вопросы интересны, они не являются основными проблемами при реализации

большинства смарт-контрактов-Ш.

Идея смарт-контрактов возникла еще в 1994 году, когда Ник Сабо впервые придумал данный термин, используя его применительно к «протоколу компьютеризованной транзакции, выполняющий условия контракта», однако данная идея была отложена на долгие годы из-за отсутствия необходимых технологий. Затем, в 2009 году, появился биткоин блокчейн, сам по себе представляющий ограниченную форму смарт-контракта. Позже платформа Ethereum предложила расширенную возможность создавать более комплексные смарт-контракты посредством использования специального языка смарт-контрактов, Solidity. Это привело к возрождению идеи смарт-контракта и росту популярности смарт-контракта как инструмента расширения бизнес-процессов и эффективности бизнеса. Однако интеграция оригинальной идеи Ника Сабо в новую технологическую эпоху блокчейна оказалось более сложной, чем могло казаться ранее. Технологии распределенных реестров (к которым относится и биткоин блокчейн), возродили жизнеспособность и применимость смарт-контрактов-^.

Определение блокчейн-технологии.

Согласно определению И.В. Понкина, блокчейн-технологии - это интегральное понятие, охватывающее множество технологий,

- основанных на принципах распределённых систем (одноранговых технологических платформ) со сложной архитектурой (распределённых реестров, распределённых ресурсных и коммуникационных сетей) и некоторых других принципах децентрализации, и

- криптографически гарантирующих неизменность хранимой информации и возможность отслеживания всех референтных манипуляций в прошлом (например, записи всех, начиная с первой, транзакций)-3^.

Смарт-контракты являются следующим шагом в развитии технологии блокчейн, которая позволяет обеспечить автоматическое исполнение контракта после достижения консенсуса сторонами, что подразумевает удаленное, полное и быстрое исполнение контрактных обязательств. Смарт-контракты, применяющие технологию блокчейн, могут позволить использовать систему цифровых и открытых сделок между сетевыми

пользователями в рамках децентрализованных баз данных-4-.

Лин Уильям Конг и Жигуо Хе относят к функциональным возможностям смарт-контрактов следующее: заключение договоров на неопределенных заранее условиях на основе децентрализованного консенсуса и незатратное алгоритмизированное их исполнение.

Для достижения децентрализованного консенсуса необходим распределенный реестр-5-. При этом универсальное определение смарт-контракта еще не выработано-6-. Характеристики смарт-контрактов.

Дж. Дэкс Хансен и Карла Рейес, используя имеющие место в научной литературе подходы, выделили следующие характеристики смарт-контрактов:

- смарт-контракты - это компьютерные программы, которые работают на технологии распределенных реестров;

- смарт-контракты, как правило, представляют собой часть приложения, работающего на технологии распределенных реестров, а не полностью являются такими приложениями;

- смарт-контракты предлагают управляемый событиями функционал: активируясь внешними данными, смарт-контракты будут изменять другие данные;

- внешние данные могут предоставляться «оракулами» - источниками данных, которые передают информацию в смарт-контракты (при этом не все смарт-контракты требуют «оракула»);

- смарт-контракты, могут, действуя на основе информации, предоставляемой оракулами, обеспечивать функциональное выполнение определенных требований и предоставлять доказательства того, что определенные условия были выполнены или, наоборот, не выполнены;

- смарт-контракты могут отслеживать изменения состояний с течением времени;

- смарт-контракты не являются тем же самым, что так называемые рикардианские контракты;

- смарт-контракты автономны в том смысле, что разработчик, создающий их, не должен активно поддерживать, осуществлять контроль или поддерживать контакт с ними во время их функционирования;

- смарт-контракты могут быть самодостаточными, так как могут быть запрограммированы на мобилизацию ресурсов;

- смарт-контракты являются распределенными, так как представляют собой программное обеспечение, работающее на протоколах технологии распределенных реестров, которая предполагает распределение по разным сетевым узлам;

- смарт-контракты гарантируют совершение предполагаемой сделки-7-.

Лин Уильям Конг и Жигуо Хе определяют смарт-контракты как цифровые контракты, позволяющие определять условия на основе децентрализованного консенсуса и являющиеся самоподдерживающимися и защищенными от подделывания посредством автоматического исполнения-8-.

Без децентрализованного консенсуса одна из сторон может пользоваться большей властью, и традиционное вмешательство третьих сторон, таких, как суды или арбитры, не подходят для решения этой проблемы полностью, поскольку связаны с высокой степень вмешательства человека, которое является менее алгоритмизированным и может быть более дорогостоящим-9-.

Смарт-контракты исключают торговые соглашения или об оказании услуг из области документов, требующих постоянного человеческого контроля и преобразуют их в автоматизированные инструменты, которые обеспечивают сложные транзакции между

несколькими сторонами-10-.

Искусственный интеллект и «смарт-контракт».

При рассмотрении темы смарт-контрактов необходимо понимать, что, как отмечает Ивонн Шефер, смарт-контракты (если переводить на русский язык дословно, «умные контракты») не являются на самом деле умными в рамках терминологии искусственного интеллекта-11-.

И в целом, термин «смарт-контракт» не означает обязательной причастности его технологий к технологиям искусственного интеллекта.

Однако есть некоторые отдельные точки пересечения применения этих технологий.

Стив Омоундро отмечает, что недавние разработки в области криптовалют и смарт-контрактов создают новые возможности для применения методов искусственного интеллекта. Эти экономические технологии выиграют от более глубоких реальных знаний и анализа, поскольку они будут интегрированы в повседневную торговлю. Криптовалюты и смарт-контракты также могут предоставлять инфраструктуру для обеспечения соответствия систем искусственного интеллекта определенных правовым нормам и стандартам безопасности по мере их большей интеграции в человеческое общество-12-.

Тшилидзи Марвала и Бо Син указывают, что технологии искусственного интеллекта и блокчейна распространяются с феноменальной скоростью, и обе обладают разными уровнями технологической сложности и многомерными бизнес-последствиями. В настоящее время смарт-контракты программируются разными людьми, что означает определенную вероятность несвободы таких контрактов от лазеек и недостатков. Использование искусственного интеллекта в этих процессах может обеспечить достижение свободных от таких багов смарт-контрактов, достижение блокчейна 2.0, реализация которого может обеспечиваться или усиливаться с помощью различных

технологий искусственного интеллекта-13-.

Простота и легкость написания смарт-контрактов кажется достаточной для многих полностью цифровых сделок, однако по мере того как эти системы начинают взаимодействовать с физическим миром, при приятии решений возникает необходимость в большем интеллекте и реальных знаниях. И системы искусственного интеллекта могут

требоваться для перевода информации с самых разных датчиков в короткие сроки-14-.

Также в области заключения и исполнения смарт-контрактов системы искусственного интеллекта могут использоваться для создания формальных цифровых версий сводов законов. Кроме того, сложные системы искусственного интеллекта со знанием права могут использоваться для содействия созданию и упрощению нового законодательства-15-.

Искусственный интеллект обеспечивает проведение анализа, необходимого для создания и осуществления смарт-контрактов, а также для обеспечения их эффективности, поскольку чем больше данных находится в распоряжении

искусственного интеллекта, тем точнее он может предсказывать результаты-16-.

Система искусственного интеллекта может также анализировать проходившие переговоры между сторонами по контрактам, чтобы узнать, на каких условиях стороны договаривались ранее, и предложить типы языков и положений, наиболее вероятно подходящих для нового контракта. Плюс к этому, искусственный интеллект может анализировать прошлые контракты для определения переменных, которые не учитывались ранее, и включать их в будущие контракты, а также анализировать эффективность рабочих процессов в прошлых смарт-контрактах и определять

потенциальные способы улучшения будущих контрактов-17-.

Также применение технологий искусственного интеллекта в смарт-контрактах может использоваться для решения проблем, связанных с их безопасностью.

Исследователи отмечают, что в настоящее время отсутствуют какие-либо определенные стандарты безопасности смарт-контрактов, что означает, что скрытые уязвимости, находящиеся в новых или уже созданных смарт-контрактах, могут потенциально привести к нежелательным результатам, в частности - к денежным потерям, и ситуации такого

рода уже известны-18-.

Искусственный интеллект может использоваться для тестирования смарт-контрактов, в частности, для формальной верификации: например, для автоматизированного устранения неисправностей, для отладки и анализа и выявления первопричин; а также для разработки программного обеспечения, основанной на поиске (search based software engineering - SBSE)-19-.

Заключение

Привлечение технологий искусственного интеллекта к существующим возможностям смарт-контрактов, основанных на блокчейне, экспоненциально повышает их

эффективность-20-.

В целом, в блокчейне применение искусственного интеллекта может позволить решать следующие задачи и проблемы:

- в связи со стабильностью: искусственный интеллект может оптимизировать потребление энергии;

- в связи с универсальностью: искусственный интеллект может осуществлять общее обучение без централизованного набора данных;

- решение некоторых проблем, связанных с безопасностью;

- в связи с приватностью: искусственный интеллект может улучшить производительность хеш-функции;

- в связи с эффективностью: искусственный интеллект может предсказать вероятность выполнения узлом сети определенных задач майнинга-21-.

Согласно нашей концепции, обоснованно выделять нижеследующие потенциальные достоинства применение технологий искусственного интеллекта в смарт-контрактах:

- более высокая степень свободы от человеческого вмешательства;

- повышение эффективности смарт-контрактов в целом посредством внедрения технологий искусственного интеллекта на разных этапах и в разных аспектах их реализации.

Однако практически все основные категории, конструкты и концепты не находят отклика в современном гражданском праве.

Библиография

1. Cong L.W., He Z. Blockchain Disruption and Smart Contracts // . -41 p.

2. Combining Blockchain and AI to Make Smart Contracts Smarter / The Global Legal Blockchain Consortium // .

3. Hansen J.D., Reyes C.L. Legal Aspects of Smart Contract Applications: Digital Asset Sales and Capital Markets, Supply Chain Management, Land Registries, Government Records and Smart Cities, and Self-Sovereign Identity / Perkins Coie LLP // . - 2017. -15 p.

4. Hulicki M. The legal framework and challenges of smart contract applications // . - 7 p. - P. 2.

5. Marwala T., Xing B. Blockchain and Artificial Intelligence // . - 13 p.

6. Omohundro S. Cryptocurrencies, Smart Contracts, and Artificial Intelligence // AI matters. - 2014, December. - Vol. 1. - № 2. - P. 19-21.

7. Schäfer Y. Smart contracts - intelligent contracts of the future? // .

8. Понкин И.В. § 7.9. Использование блокчейн-технологий в государственном управлении // Теория публичного управления: Уч. для магистратуры и программ Master of Public Administration / ИГСУ РАНХиГС при Президенте РФ. - M.: Буки Веди, 2017. - 728 с. - С. 299-306.