Столичная технократическая элита 1960-80-х годов: сибирские эпизоды биографии

ИСТОРИЯ

E.H. Волосов

СТОЛИЧНАЯ ТЕХНОКРАТИЧЕСКАЯ ЭЛИТА 19Б0-1980-Х ГОАОВ:

СИБИРСКИЕ ЭПИЗОДЫ БИОГРАФИИ

Технократическая элита, министры, Ангаро-Енисейский регион,кадровые траектории, экологические и политические тренды.

Современная российская историческая наука совершенно недостаточно внимания уделяет вопросам изучения той социальной группы, которая в советское время являлась частью правящего класса номенклатуры и принимала самое непосредственное участие в управлении народным хозяйством страны. В зарубежной и отечественной науке для обозначения этой группы утвердился термин «технократическая элита». В постсоветский период было проведено лишь одно полноценное исследование столичной ветви технократической элиты [Николаев, 1996]. Определенный вклад в разработку темы внесли А. Коновалов, В. Мохов, Д. Сельцер и ряд других исследователей [Коновалов, 2006; Мохов, 2009; Сель-цер, 2007]. Однако следует отметить, что специально региональную технократическую элиту они не изучали, касаясь ее проблем лишь в контексте своего научного приоритета — исследования местной партийной бюрократии. Вышеуказанными мотивами и был обусловлен выбор темы.

Работа, посвященная изучению различных сторон жизни и деятельности технократической элиты Ангаро-Енисейского региона в 1960—80-х годах, не может быть по-настоящему содержательной без систематизации знаний о людях, занимавших важные посты в правительстве, союзных и республиканских министерствах, чье нахождение на высших ступеньках управленческой иерархии объяснялось человеческим и профессиональным капиталом, накопленным за годы работы в Восточной Сибири.

Целью статьи являются актуализация и систематизация знаний о руководителях министерств народнохозяйственного блока 1960—1980 годов, в чьей биографии были эпизоды, связанные с жизнью и работой в Ангаро-Енисейском регионе (Красноярский край и Иркутская область).

Источником информации выступают в нашем случае биографические справки (характеристики-объективки, автобиографии, некрологи и др.), мемуары, интервью, дискретные сведения из центральных и региональных архивов, краевых и областных газет.

В отличие от деятелей культуры, больших мастеров спорта, известных ученых, имена крупных хозяйственных руководителей меньше знакомы широкому кругу жителей Восточной Сибири. А между тем сибирское представительство в индустриально-экономическом секторе центральной исполнительной власти в 60—80-е годы XX века было достаточно весомо.

Всего, по нашим подсчетам, в ранге министров и заместителей министров строительной, транспортной и промышленной отраслей, руководителей главков в этот период работали более трех десятков человек, чья жизнь и деятельность были связаны с Ангаро-Енисейским регионом. Анализ имеющихся источников позволяет составить достаточно подробную картину о жизни бывших сибирских технократов, кадровых передвижениях, причинах взлетов и падений, степени их влияния на формирование экономической и политической стратегии правящего режима.

Считать Восточную Сибирь кузницей кадров для политического и экономического истеблишмента Советского Союза 1960—80-х годов было бы слишком смелым утверждением. Тем не менее даже среди представителей высшего политического истеблишмента 1960-80-х годов было два уроженца Красноярского края: генеральный секретарь ЦК КПСС в 1984-85 годах. К.У. Черненко и секретарь ЦК КПСС в 1972-1986 годы В.И. Долгих.

Среди министров, представляющих в правительстве индустриально-строительный сектор, насчитывалось 12 человек, чья биография оказалась связана с работой в Ангаро-Енисейском регионе. Для самого общего обзора нами были выбраны три маркера, позволившие дифференцировать наших респондентов на соответствующие категории: 1. Сибирь как место рождения и начала карьеры.

2. Сибирь как плацдарм для карьеры. 3. Сибирь как промежуточная, но чрезвычайно важная площадка для дальнейшего карьерного роста.

Первая категория - уроженцы Восточной Сибири. Оба министра — Ежевский Александр Александрович, министр сельскохозяйственного и тракторного машиностроения СССР с 1980 по 1988 год, и Щадов Михаил Иванович, министр угольной промышленности СССР в 1985—1991 годы, — родились в Иркутской области. Биография у того и другого вполне типичная для представителей технократической элиты, рожденных в первой половине XX века. Оба — выходцы из сельской местности. A.A. Ежевский родился в 1915 году в селе Шерагул Ту-лунского района Иркутской области, а М.И. Щадов - в селе Каменка Боханского района Усть-Ордынского бурятского автономного округа. Однако карьерные траектории будущих министров значительно различались. У A.A. Ежевского мы видим почти линейный, классический путь наверх по иерархической лестнице технократов: токарь — студент-механик Иркутского сельскохозяйственного института — мастер на заводе — начальник цеха — директор Иркутского авторемонтного завода. С его именем связана сборка в Иркутске во время войны американских «Студебеккеров». Вероятно, важную роль в карьере A.A. Ежевского сыграло его назначение директором Алтайского тракторного завода, которому отводилась важная миссия насыщения тракторами целинных земель Казахстана и Южной Сибири. В 1953 году А. Ежевского назначают директором завода «Ростсельмаш». Пост руководителя крупнейшего предприятия страны сельскохозяйственного машиностроения оказался для него почти транзитом, потому что уже в 1954 году

А. Ежевского переводят на должность заместителя министра автомобильного, тракторного и сельскохозяйственного машиностроения СССР. В аппарате ми-

нистерства, претерпевшего за 1950—80-е годы значительные структурные трансформации, A.A. Ежевский прослужил заместителем министра, первым заместителем министра и министром до 1988 года [Мирошниченко, 2006].

В отличие от A.A. Ежевского, практически вся производственная деятельность М.И. Щадова вплоть до министерского взлета прошла на территории Иркутской области. Его производственная деятельность в угольной отрасли началась с должности механика на шахте. В середине 1960-х годов после окончания Высшей партийной школы при ЦК КПСС М.И. Щадов два года отработал в должности инструктора Иркутского обкома КПСС. Но это был единственный партийный эпизод в его хозяйственной карьере. С 1966 по 1977 год М.И. Щадов руководил производственным объединением «Востсибуголь». Через семь лет работы в этом качестве его переводят в Министерство угольной промышленности СССР на должность заместителя министра. В декабре 1985 года М.И. Щадова назначают министром угольной промышленности СССР. В этой должности он проработал до декабря 1991 года и ушел в отставку вместе с ликвидацией самого министерства [История угольного дела в России].

Для достижения карьерного успеха в Советском Союзе было недостаточно соответствовать требованиям кадрово-номенклатурного стандарта. Претендент на высокий пост должен был обладать еще и другими качествами, лежащими в области психологии, нравственности, межличностных коммуникаций. Свидетельства современников A.A. Ежевского и М.И. Щадова позволяют говорить о них как о людях с большой энергией, неистребимой жаждой к жизни, хорошими коммуникативными качествами и высоким уровнем профессиональных компетенций.

Вторая категория - специалисты, оказавшиеся в Сибири по распределению после окончания высших учебных заведений либо приехавшие в поисках интересной и перспективной работы. Например, Н.В. Тимофеев — выпускник Уральского политехнического института — работал на инженерных и руководящих должностях в лесной промышленности Красноярского края и Иркутской области. Во второй половине 1950-х годов был назначен на должность министра бумажной и деревообрабатывающей промышленности РСФСР. После восстановления отраслевой системы управления в 1965 году стал министром лесной и деревообрабатывающей промышленности СССР и проработал в этом качестве до 1980 года.

Опыт работы в экономических службах Норильского горно-металлургического комбината и Красноярского совнархоза позволил совершить успешную карьеру в Москве Н.Т. Глушкову, который, отработав 10 лет в Министерстве цветной металлургии СССР, в 1975 году был назначен на одну из ключевых должностей в экономическом секторе правительства — Председателя Государственного комитета по ценам. Вероятно, продвижению Н.Т. Глушкова способствовал председатель Красноярского совнархоза, будущий Председатель Госплана СССР и министр цветной металлургии П.Ф. Ломако.

Вторая половина XX века стала для нашей страны периодом активного промышленного освоения территории Восточной и Западной Сибири. Поэтому руководители строительной отрасли, приобретавшие колоссальный опыт возведения гигантских промышленных объектов, сотрудничества со службами заказчиков, снабженческими организациями, местными и центральными партийными и советскими органами, оказывались востребованными и на уровне министерств. Среди них два строительных министра (А. Бабенко и В. Видьманов), три замес-

тителя министра (Б. Зверев, А. Семенов, С. Садовский). Наиболее успешно сложилась карьера у одного из руководителей «Главкрасноярскстроя» A.A. Бабенко. После работы в системе Минтяжстроя СССР в сентябре 1983 года он был назначен министром строительства СССР в районах Дальнего Востока и Забайкалья. В этой должности A.A. Бабенко успешно проработал до 1989 года.

В период перестройки, в рамках провозглашенного М.С. Горбачевым курса на обновление руководящих кадров в правительстве страны появляются люди, чья профессиональная карьера отличалась от традиционных векторов номенклатурного движения. Это представители академической и отраслевой науки, руководители крупных промышленных предприятий. В их числе был и директор Института леса и древесины СО АН СССР (г. Красноярск) академик A.C. Исаев, уроженец Москвы и выпускник Ленинградской лесотехнической академии, которого в 1988 году назначили Председателем Государственного комитета СССР по лесу. В условиях экономического коллапса, слабеющей власти успешно решать проблемы одной отрасли, даже хорошему организатору и талантливому ученому было невозможно. В заслугу A.C. Исаеву можно поставить постановку задач развития и координации новейших геоинформационных технологий для исследования биосферной и ресурсной роли лесов страны в условиях глобальных изменений [Исаев, 2007].

К третьей категории относились хозяйственные руководители, которых объединяло то, что в Сибирь они приехали уже сложившимися руководителями либо в статусе недавних министров, либо действующих заместителей министров. Короткая, но очень яркая часть сибирской биографии оказалась у будущих министров цветной металлургии П.Ф. Ломако, нефтеперерабатывающей и нефтехимической промышленности B.C. Федорова, лесной, целлюлозно-бумажной и деревообрабатывающей промышленности М.И. Бусыгина. «Сибирский период» жизни у каждого из них стал своеобразным трамплином для занятия высокой должности в столичной должностной иерархии.

Первым в хронологическом порядке в Сибири оказался Виктор Степанович Федоров. Репрессии второй половины 1930-х годов и острейшая нехватка специалистов обусловили быстрый карьерный рост значительной части молодого советского инженерного состава. B.C. Федоров — выпускник Грозненского нефтяного института 1935 года — из их числа. Через три года после окончания вуза он назначается директором Грозненского нефтяного научно-исследовательского института. Накануне Великой Отечественной войны в возрасте 29 лет B.C. Федоров возглавил крупнейший в стране трест по добыче и переработке нефти — «Грознефтезаводы».

В 1952 году правительство направляет первого заместителя Министра нефтяной промышленности B.C. Федорова на строительство Ангарского нефтехимического комбината. Выбор был не случаен. Именно B.C. Федоров в конце 1940-х — начале 1950-х годов руководил демонтажем нефтехимического и углехимического оборудования с заводов проигравшей Германии для их установки на предприятиях СССР. Пилотным предприятием для размещения репарационного оборудования был определен Ангарский нефтехимический комбинат, а возводить его поручили прекрасному организатору и опытному инженеру Федорову [РГАЭ. Ф. 737. Оп.1. Д. 177. Л. 1-44]. Выполнив задачу строительства нефтехимического комбината, будущий министр в 1955 году вернулся в Москву.

В 1957 году в Красноярском крае достаточно неожиданно для себя оказался бывший руководитель расформированного министерства цветной металлургии Петр Фаддеевич Ломако. Этот пост с небольшими перерывами он занимал с 1940 по 1986 год. Один из перерывов пришелся на руководство Красноярским Советом народного хозяйства с 1957 по 1961 год. Вообще, это не было чем-то необычным. Многие представители советского политического и хозяйственного истеблишмента во второй половине 1950-х годов оказались в почетной ссылке. Например, опального Н. Булганина после внутрипартийных баталий 1957 года отправили руководить Ставропольским краевым совнархозом [Власть и оппозиция..., 1995, с. 213].

Несмотря на большой опыт крупного организатора-хозяйственника, П.Ф. Ломако не удалось внести кардинальные изменения в экономическое развитие края. Время Красноярского края еще не пришло. Строительство большинства грандиозных предприятий, прославивших край, развернулось уже после отъезда П.Ф. Ломако в Москву. Но пребывание в Сибири, видимо, не оставило тяжелого следа в душе министра. Никто из министров союзного уровня так часто не посещал Красноярский край и Иркутскую область, как П.Ф. Ломако. Министр способствовал успешной карьере многих представителей Ангаро-Енисейского региона. Среди его выдвиженцев: секретарь ЦК КПСС В.И. Долгих, председатель Государственного комитета СССР по ценам с 1975 по 1986 год Н.Т. Глушков, заместитель председателя Госснаба СССР В.Н. Ксинтарис.

П.Ф. Ломако был последовательным сторонником развития цветной металлургии в Восточной Сибири: строительства Усть-Илимского алюминиевого завода, Горевского горно-обогатительного комбината, Надеждинского металлургического завода. Несмотря на всю экологическую сомнительность любых техногенных строек, можно констатировать, что те предприятия, которые задумывались и поддерживались во времена П.Ф. Ломако, являются в настоящее время крупнейшими инвесторами российского, краевого и областного бюджетов.

И, наконец, третий из этой категории министров - Бусыгин Михаил Иванович, родился в 1931 году в Ирбитском районе Свердловской области. Закончил в 1956 году Уральский лесотехнический институт. В 41 году М.И. Бусыгин — начальник управления проектирования и капитального строительства Министерства целлюлозно-бумажной промышленности. В 1974 году он назначается генеральным директором строящегося Усть-Илимского лесопромышленного комплекса в ранге заместителя министра. Успешно справившись с поставленной задачей, в 1980 году возвращается в Москву, а уже в 1982 году становится министром лесной, целлюлозно-бумажной и деревообрабатывающей промышленности СССР.

История с его назначением на сибирскую стройку объяснялась следующими обстоятельствами. Строительству Усть-Илимского ЛПК придавали большое значение на самом верху партийно-государственной иерархии по вполне понятной причине: это была первая совместная стройка стран — членов Совета экономической взаимопомощи. Но строительство велось из рук вон плохо. На одном из заседаний секретариата ЦК КПСС руководство Иркутского ОК КПСС предложило немедленно назначить грамотного и масштабно мыслящего директора в ранге заместителя министра. Вопрос в ЦК КПСС и Совете Министров СССР был решен очень оперативно, и в течение недели М.И. Бусыгин оказался в Иркутской области на новой должности [ГАНИИО. Ф. 127. Оп. 102. Д. 1. Л. 2].

Новому руководителю комплекса пришлось решать сложную и универсальную задачу. Министерство целлюлозно-бумажной промышленности выступало одновременно инвестором строительства предприятия и города. Будущему министру удалось добиться комплексной и синхронной застройки города и лесопромышленного комбината. То, что Усть-Илимск остается до сегодняшнего времени одним из самых уютных и благоустроенных городов Иркутской области во многом заслуга М.И. Бусыгина.

Опыт использования высокопоставленных министерских чиновников для реализации крупномасштабных народнохозяйственных задач на местах также вполне успешно использовали при строительстве БАМа, когда начальником «ГлавБАМстроя» был назначен заместитель министра транспортного строительства СССР К.В. Мохортов [Мохортов, 1975]. В 1983 году для эффективного освоения крупнейшего в стране Братского лесопромышленного комплекса по просьбе Иркутского OK КПСС генеральным директором предприятия утвердили заместителя министра лесной и целлюлозно-бумажной промышленности СССР

В.А. Чуйко [ГАНИИО. Ф. 127. Он. 113. Д. 87. Л. 97].

Эвристический потенциал проблем, получивших освещение в данной статье, заключается в дальнейшем исследовании социальных, демографических характеристик, кадровых траекторий технократической элиты, их увязке с экономическими и политическими трендами 1960—80-х годов XX века.

Библиографический список

1. Власть и оппозиция. Российский политический процесс XX столетия. М., 1995.

2. Исаев Александр Сергеевич // Российская академия наук. Сибирское отделение: персональный состав / сост. Е.Г. Водичев и др. Новосибирск, 2007. С. 104-105.

3. История угольного дела в России. URL: http: //www.rosugol.ru /museum /in-

dex.php?sphrase_id=2732 (июнь 2008).

4. Коновалов А.Б. Партийная номенклатура в Сибири в системе региональной власти (1945-1991). Кемерово, 2006.

5. Мирошниченко О. Московские иркутяне. Иркутск вывел меня в люди// Пятница. 2006. № 40.

6. Мохов В.П. Номенклатура в массовом обществе: проблемы динамики// Номенклатура и общество в России и Украине: матер, конф. «Номенклатура Пермь». 2009. С. 5-14.

7. Мохортов К.В. Все, как один // Вост-Сиб. правда. 1975. 1 февр.

8. Николаев А.Н. Исторические аспекты становления российской технократической элиты, 1917-1996 гг.: дис. ... д-ра ист. наук. Саратов, 1996.

9. Сельцер Д. Региональная номенклатура КПСС: размышления о границах дозволенного // КПСС и номенклатура в советском обществе: матер, конф. Пермь, 2007. С. 21-32.

10. Шубин A.B. Золотая осень, или Период застоя. СССР в 1975-1985 гг. М., 2008.

Архивные материалы

1. Российский государственный архив экономики (РГАЭ). Ф. 737, On. 1. Д. 177. JI.1-44.

2. Государственный архив новейшей истории Иркутской области (ГАНИИО). Ф. 127. Оп. 102. Д. 1. Л. 2.

3. ГАНИИО. Ф. 127 Оп. ИЗ, Д. 87. Л. 97.