Типология фельетонов в соответствии с доминирующей прагматической установкой

СТАТЬИ

ТИПОЛОГИЯ ФЕЛЬЕТОНОВ В СООТВЕТСТВИИ С ДОМИНИРУЮЩЕЙ ПРАГМАТИЧЕСКОЙ УСТАНОВКОЙ

С.М. Прокопьева, Ю.И. Никонова

Ключевые слова: фельетон, прагматическая установка, речевая

стратегия.

Keywords: satirical paper, pragmatics, communicative strategy.

Вопрос о типологии фельетонов остается открытым, несмотря на множество исследований по этому вопросу. Основными критериями описанных в литературе попыток типологии являются соотношение художественного и публицистического начала, масштаб обобщений, способ и характер оценки, формат. С точки зрения композиционной фельетон характеризуется тем, что в нем почти всегда противопоставляется изложение стилизованное, художественно-беллетризованное как ироническое, шутливое, придуманное газетноинформационному и публицистическому как достоверному и истинному [Солганик, 1981, с. 207]. Это противопоставление выражается в разделении фельетонов на публицистические [Кольцов, 1961; Курляндская, 1967], или документальные [Журбина, 1965; Егоров, 1970; Солганик, 1981] и «беллетризованные» [Кольцов, 1961; Солганик, 1981]. Основное место публикации фельетона - газета - предъявляет к нему требование эмоционального воздействия на основе документальности и фактографичности. Другой жанрообразующей чертой фельетона является обобщение, расширение единичного факта до общественно значимого явления. Согласно масштабу подобных обобщений советские исследователи выделяют фельетон одного факта [Егоров, 1970], или «адресный», документальный [Солганик, 1981; Кройчик, 1975; Черепахов, 1980], локальный [Виленский, 1982] и многофакторный, обзорный фельетон [Егоров, 1970], который также называют «безадресным» [Егоров, 1970; Кройчик, 1975], явленческо-обобщающим [Виленский, 1982], проблемным [Солганик, 1981; Черепахов, 1980]. Привлечение разных стилей приводит к появлению фельетонов стилизованных или пародирующих другие жанры. Автор фельетона может выступать в «роли» писателя, имитируя речь и структуру разных

жанров художественной литературы, например, рассказа, драмы, сказки, сказа, детектива, реже - в других «ролях» - мемуариста, юриста, секретаря, ведущего деловую переписку и т.д. Можно выделить фельетоны, близкие по своим жанровым композиционно-речевым особенностям к другим газетным жанрам, например к репортажу, к очерку, статье, информации, памфлету [Солганик, 1981, с. 198-200].

Коммуникативно-прагматический подход к описанию дискурса фельетона позволяет нам выделить типы фельетонов согласно доминирующей прагматической стратегии. В исследуемом материале, который составили фельетоны из межрегиональных и региональных газет Германии за 2004 - 2008 годы, наблюдается три типа фельетонов: дискредитирующие (или острокритические), публицистические и юмористические. Критериями характеристики каждого типа являются основная прагматическая установка (или макроинтенция, доминирующая стратегия), ожидаемый перлокутивный эффект от прямого (читатель) и косвенного (объект осуждения) адресата, объект отрицательной оценки, свойства оценочного знака и комизма, соотношение эксплицитного и имплицитного планов.

1. Дискредитирующие, или обличительные фельетоны

Л.Е. Кройчик писал, что «<...> чем глубже конфликт между идеальным и реальным, чем труднее достигается победа над противником, тем скупее сатирик на улыбку, тем ощутимее его стремление продемонстрировать свое презрение, негодование, отвращение». В таком случае «насмешка уступает место негодованию, иронические интонации - саркастическим» [Кройчик, 1975, с. 96-97]. М.С. Черепахов также называл в качестве одной из основных «обличительную функцию фельетона» [Черепахов, 1980, с. 360]. Таким образом, исследователи выделяют следующие коммуникативные установки фельетона: осудить, разоблачить, обидеть,

продемонстрировать презрение / негодование, обличить. Все эти установки входят в поле речевого действия «дискредитация». Стратегия дискредитации состоит в подрыве доверия к кому-либо, умалении авторитета и значения, изменения мнения о нем, вызывании сомнения в его положительных качествах. Реализуя данную стратегию, адресант эксплицитно или имплицитно выражает свою негативную оценку объекта с целью разрушения его положительного образа в глазах общественности. Особенность стратегии дискредитации в публицистическом дискурсе, в частности в дискурсе фельетона, состоит в обращенности к читателю как адресату, в то время как дискредитируемое лицо не является не основным, а лишь косвенным

получателем сообщения, «аффективный и прагматический векторы направлены на разные объекты» [Воронцова, 2006, с. 16]. Автор выступает как носитель идеала, с которым объект дискредитации вступил в резкое противоречие, поэтому он наделяет себя правом эмоционального негативизирующего воздействия на адресата с целью трансформировать его модель мира и навязать ему свои негативные оценки. С одной стороны читатель не обязан соглашаться с мнением автора и его реакцию предугадать очень сложно, но, с другой стороны, только его реакция и является целью речевого действия, так как для дискредитации важно именно умаление авторитета. Согласие читателя с мнением автора или изменение его мнения о герое является условием успешности стратегии. Если дискредитируемое лицо вызвало у читателя сочувствие, то негативная оценка оборачивается против ее субъекта -автора. Важным условием успешности данной стратегии является выбор объекта дискредитации, который должен быть конкретным лицом или группой лиц, кроме того, он «должен быть известен адресату и так или иначе включен в сферу его жизненных интересов» [Воронцова, 2006, с. 16]. Объект дискредитации - это косвенный адресат, и поэтому, с одной стороны, автор не учитывает или мало учитывает его интересы, с другой стороны, он достаточно далек от потенциального читателя, чтобы вызвать в нем сочувствие, хотя и является «потенциальным коммуникативным партнером в широком смысле» [Воронцова, 2006, с. 29]. На текстовом уровне цель автора дискредитирующего фельетона состоит в том, чтобы, вторгаясь в аксиологическое пространство читателя, разрушить положительный или нейтральный социальный образ своего героя и сформировать вместо него отрицательный. Дискредитация приводит к оценочному дисбалансу между максимой социальной репрезентации языковой личности: тем, как индивид хотел бы, чтобы о нем думали другие, идентифицируя свою социальную перспективу с «идеальным социальным Я» и максимой социальной самоидентификации языковой личности - тем, как индивид воспринимает себя сам, идентифицируя свой социальный статус с определенным «коллективным Я» [Кусов, 2004, с. 6]. Оценка социального статуса происходит в соответствии с оценочным стереотипом, стандартные признаки которого соотнесены с зоной нормы [Вольф, 2002, с. 57]. «Стереотипы включают стандартные дескриптивные свойства объектов + их соотношение с оценочной шкалой» [Вольф, 2002, с. 59]. Можно предположить, что максима социальной идентификации и самоидентификации находится в положительной зоне шкалы или в зоне нормы. Таким образом,

отрицательная оценка будет «игрой на понижение» социального статуса субъекта оценки, и чем больше разница между оценочным стереотипом и негативной оценкой, тем сильнее ее перлокутивный эффект - обидеть субъект оценки, вызвать презрение у наблюдателя.

Рассмотрим общую схему реализации этой стратегии на примере фельетона Х. Гримма «Nicht nur für Bischöfe - Israel als Ballermann» [Grimm, 2007]. Фельетон посвящен членам Постоянного Совета Епископской Конференции Германии, которые в феврале 2007 года посетили Израиль. Высказывания епископов о ситуации на занятых Израилем палестинских территориях вызвали бурную дискуссию в германских и израильских СМИ. В своем фельетоне Х. Гримм, не подвергая анализу саму ситуацию и высказывания епископов, методично и последовательно разрушает образ католического священника высокого ранга «епископа», унижая тем самым честь и достоинство конкретных людей. Епископ - высочайший церковный сан, для его получения католический священнослужитель проходит многоступенчатую процедуру выборов, после чего его утверждает Папа Римский. Такой способ получения сана создает почву для отождествления положительной общественной оценки с самооценкой. Для того чтобы показать оскорбительный, дискредитирующий характер данного фельетона, сравним оценочный стереотип епископа и его образ, созданный автором в фельетоне. Дескриптивные свойства объекта «епископ» возьмем из Библии, предписаниям которой должны следовать священнослужители. В Евангелии от Тимофея епископам предписываются следующие качества:

1. Timotheus 3

Von den Bischöfen

1. Das ist gewisslich wahr: Wenn jemand ein Bischofsamt begehrt, der begehrt eine hohe Aufgabe. 2. Ein Bischof aber soll untadelig sein, Mann einer einzigen Frau, nüchtern, maßvoll, würdig, gastfrei, geschickt im Lehren, 3. kein Säufer, nicht gewalttätig, sondern gütig, nicht streitsüchtig, nicht geldgierig, 4. einer, der seinem eigenen Haus gut vorsteht und gehorsame Kinder hat in aller Ehrbarkeit. 5. Denn wenn jemand seinem eigenen Haus nicht vorzustehen weiß, wie soll er für die Gemeinde Gottes sorgen? 6. Er soll kein Neugetaufter sein, damit er sich nicht aufblase und dem Urteil des Teufels verfalle. 7. Er muss aber auch einen guten Ruf haben bei denen, die draußen sind, damit er nicht geschmäht werde und sich nicht fange in der Schlinge des Teufels [Bibel, 1984].

Текст фельетона преподносит прямо противоположные характеристики епископов. Разрушая привычную «ассоциативную

семантическую сеть» [Блакар, 1987, с. 103] слова «епископ», автор создает на ее месте новую, структурирует таким образом новую реальность:

Библия оценочный стереотип + Фельетон авторская оценка

untadelig - безупречный würdig - уважаемый einen guten Ruf haben - имеющий хорошую репутацию Randalierer / soll das Land verlassen -дебошир, которого выдворяют из страны

Mann einer einzigen Frau - верный супруг amüsiergeil /mit heruntergelassener Kutte развратник

maßvoll - умеренный, сдержанный nüchtern - разумный, трезвый bis zur Vergasung narkotisiert -неумеренный

kein Säufer - не пьяница schwer alkoholisiert - очень пьяный

nicht gewalttätig, sondern gütig - не жестокий, добрый nicht streitsüchtig - не задиристый, не любящий спорить Massenschlägerei - участник массовой драки tobenden Randalierer - буйный дебошир

Таким образом, мы получаем характеристики, которые находятся на крайних позициях оценочной шкалы. Оценки фельетониста затрагивают значимые, ключевые характеристики социальной роли «епископ», относятся к конкретным личностям и тем самым дискредитируют их в глазах общества, умаляют их авторитет, принижая их моральные и профессиональные качества.

Доминирующей коммуникативно-прагматической установкой фельетонов этого типа является дискредитация объекта, разрушение его положительного образа в картине мира адресата и замена его на отрицательный. Объектом дискредитации чаще всего становятся персоналии, редко - общественные институты, такие как политические партии и движения. Оценка в дискредитирующих фельетонах резко -отрицательная, острая, оскорбительная, комизм язвительный, злой, разрушительный. В качестве основной речевой стратегии выступает стратегия дискредитации, которая реализуется через тактики эксплицитного (оскорбление) и имплицитного (осмеяние) осуждения. В качестве вспомогательных выступают тактики ухода от ответственности (генерализация, смягчение, подмена объекта оценки, намек, отстранение) и тактики повышения весомости оценки (объективация, псевдоистинность: псевдодокументальность, ссылка на авторитет,

приведение примера, статистических данных).

2. Публицистические фельетоны

Многие советские исследователи фельетона выделяли проблемный, или публицистический фельетон [Стрельцов, 1983; Блинова, 1972; Курляндская, 1967; Кройчик, 1975 и др.], который характеризуют оперативность, открытость авторской позиции, серьезность. Однако публицистическая идея, или тенденция, присутствует в любом фельетоне, ибо фельетон - публицистический жанр, варьируется только степень ее открытости, эксплицитности. Исследователи жанра связывают степень открытости и авторской позиции в фельетоне с его тематикой. Если речь идет о ситуациях и конфликтах, в которых их сатирическое содержание сочетается с трагическим и драматическим, то насмешка уступает место негодованию [Кройчик, 1975, с. 97]. Если тема, затронутая в фельетоне, касается важных общественных проблем, требующих незамедлительного вмешательства, авторская позиция прослеживается в фельетоне более открыто. Действенность такого фельетона заключается в создании общественного мнения и принятии срочных мер [Курляндская, 1967, с. 24]. В случае если автор ставит перед собой такие серьезные цели, он не может полностью рассчитывать только на подготовленность читателя. Он показывает явление не просто как отрицательное, но как общественно опасное через обобщения, в конце фельетона делает выводы и дает рекомендации. Добавим, что это касается любых тем, которые вызывают у автора такие сильные эмоции, что он не может их скрывать: возмущение, негодование, презрение. Эмоциональная окрашенность текста отражает его публицистический пафос и усиливает степень воздействия на адресата. Публицистическая тенденция накладывает на фельетон требование принципиально однозначного прочтения текста. Если справедливо утверждение, что художественная литература призвана не столько решать социальные проблемы, сколько их ставить, то публицистика в гораздо большей степени стремится их решать, что в полной мере относится и к фельетону [Солганик, 1981, с. 235]. Итак, под публицистичностью или публицистической тенденцией фельетона мы понимаем документальность, фактографичность текста, открытое выражение авторского отношения к описываемому явлению, более четко выраженную функцию воздействия, которая отражается в повышенной эмоциональности текста, наличии авторских обобщений, выводов, рекомендаций.

В качестве примера публицистического фельетона приведем фельетон рубрики Streiflicht «Wettermacher im Willy-Brandt-Haus»

[Streiflicht, 2005], посвященный выборам в Бундестаг, а точнее выборным технологиям, которыми пользуется партия SPD. Текст отвечает требованиям фактографичности: главный герой (SPD; WillyBrandt-Haus; die Schröderianer; rot-grüne; Gerd; den Kanzler) и тема (Wahlkampfmühlen der SPD; die Wiederwahl), заявленные при помощи реалий, распознаются безошибочно. Объектом оценки, то есть целью речевого действия «осуждать», является предвыборная стратегия партии SPD. Автор открыто выражает свою точку зрения, которая состоит в том, что социал-демократы используют стихийные бедствия для манипуляции избирателями. Он вводит свой тезис в зачине фельетона в форме вопроса, на который сам дает ответ:

Ist der sintflutartige Regen wieder Wasser auf die müden Wahlkampfmühlen der SPD? So wie anno 2002? Es könnte doch sein, dass die Schröderianer seitdem daran arbeiten, aus dem Zufall von einst eine Garantie für die Wiederwahl jetzt zu machen.

Введение тезиса в форме вопроса как способ воздействия на адресата позволяет автору вовлечь читателя в свои рассуждения, подвести его к выводам, которые, как ему кажется, сделал он сам. Для повышения эффективности воздействия и достижения иллокутивной цели автор использует прием повтора:

2002 hat es genau gepasst mit der Flut. Wahlentscheidend sei auch das Wasser damals gewesen, haben die Experten gemeint. Aha. Könnte doch sein, dass die Schröderianer seitdem daran arbeiten, aus dem Zufall von einst eine Garantie für die Wiederwahl jetzt zu machen.

Помимо повторного введения тезиса, автор структурирует информацию, введенную в вопросах, в зачине фельетона. Вопрос переходит в утверждение, констатацию факта:

Ist der sintflutartige Regen wieder Wasser auf die müden Wahlkampfmühlen der SPD? ^ Wahlentscheidend sei auch das Wasser damals gewesen, haben die Experten gemeint.

So wie anno 2002? ^ 2002 hat es genau gepasst mit der Flut.

Кроме того, автор использует тактику повышения весомости своей оценки, приводя обобщенное экспертное мнение (haben die Experten gemeint). К синтаксическим приемам привлечения внимания к субъективным выводам относится также экспрессивный порядок слов (Wahlentscheidend sei auch das Wasser damals gewesen).

Автор данного фельетона использует вопросы, направленные не на поиск информации, а выполняющие чисто прагматические функции, а именно вводящие ассерцию:

Solche Ausweglosigkeit provoziert die alte Frage: Wem nutzt es, wer hat ein Interesse an steigenden Pegeln, tobenden Sturzbächen, abgehenden Muren? Wer könnte sich freuen über Kachelmänner, die ergiebige - für wen?

- Regenfälle am Alpenrand Vorhersagen, kräftige Gewitter in Thüringen und Sachsen prognostizieren? <...> Wurden nicht Wettermacher aus PapuaNeuguinea im Willy-Brandt-Haus gesehen? War da nicht Roland Emmerich, der Meister des Katastrophenfilms? Sind die derzeitigen Wetterereignisse besonders in der Schweiz, wo es aus Kübeln schüttet, die Spiegel der Seen ansteigen, Erdrutsche Straßen wegreißen, Bäche zu Flüssen, Flüsse zu nieder walzenden Strömen werden, nicht Vorboten, möglicherweise bereits Probeläufe?

Негативная оценка в данном фельетоне осуществляется имплицитно при помощи контраста, который, с одной стороны, привлекает внимание к участникам контраста (партия SPD - простые люди), с другой стороны, подчеркивает положительные и отрицательные оценки (положительная оценка участников МЫ-группы, которая включает автора и читателей, и отрицательная оценка участников ОНИ-группы, которая включает партию SPD во главе с канцлером Шредером).

Solche Ausweglosigkeit provoziert die alte Frage: Wem nutzt es, wer hat ein Interesse an steigenden Pegeln, tobenden Sturzbächen, abgehenden Muren? Wer könnte sich freuen über Kachelmänner, die ergiebige - für wen? - Stattdessen hier und heute: Verzweiflung, schwer-nasse Wolken, umfangreiche Tiefs, Unwetter, Starkregen, Hagel, eingelagerte Schauerstaffeln, schließlich Land unter. - Endlich, seufzen die KampaStrategen auf, es geht los. Die Flut kommt, sie schwillt an und wird den Gerd und die Seinigen diesseits und jenseits der Zonengrenze aus der Tiefe der drohenden Niederlage auf den Ararat des Sieges spülen.

Насмешливое отношение автора усиливает прагматический эффект отрицательно-оценочной направленности текста. Насмешка как способ имплицитного осуждения появляется уже в заголовке фельетона: Wettermacher im Willy-Brandt-Haus. «Wettermacher» имеет шутливую окраску (ugs. scherzh. Meteorologe) [Duden, 2000] и имеет также значение «(bei vielen Naturvölkern) jmd. , der durch magische Handlungen den Regen zu beeinflussen, bes. herbeizuführen sucht» [Duden, 2000]. Подобная оценочная номинация выполняет две коммуникативные установки: вызвать насмешливое отношение к членам партии SPD и сомнение в их профессиональных качествах, ибо для достижения своей цели им приходится прибегать к магии. Автор также прибегает к тактике комической детализации при описании канцлера Шредера:

Schon sehen sie den Kanzler mit ernstem Gesicht, vorgeschobenem Kinn und trotzig aufgeworfener Unterlippe in Gummistiefeln und im Friesennerz durch hüfthoch geflutete Dörfer und Städte stapfen.

В публицистическом фельетоне автор непосредственно заявляет о своем отношении к описываемой действительности. Он осознает свои задачи воздействия на адресата, изменение его картины мира в необходимом автору направлении. Ведущую роль в реализации этой установки на воздействие имеет публицистический вывод.

Allerdings würde selbst eine Jahrtausendflut in Bayern nicht die Wahl im Kanzlersinne wenden, weil die SPD hier schon seit tausend Jahren im Regen stehen gelassen wird. Die Nachrichten aus Thüringen und Sachsen klingen da schon wählerwirksamer, wenn auch nach Wiederholung. Nein, sollte Schröder diesmal davonkommen, bräuchte es schon mehr als nur Regen ohne Ende, es müsste eine Art Sintflut sein, welche die rot-grüne Arche an Land trägt. So etwas wie ein Tsunami über Helgoland.

Автор не только дает заключительную оценку положению партии SPD перед выборами в форме констатации (jmdn. im R. [stehen] lassen -ugs.; jmdn. im Stich, mit seinen Problemen allein lassen, ihm in einer Notlage nicht helfen) [Duden, 2000], но и предвещает исход выборов, развивая метафору о непогоде (Regen ohne Ende; eine Art Sintflut; Tsunami). Ассертив выступает как императив, он содержит невозможное условие победы SPD на выборах, имеющее при этом отрицательные последствия для читателя. Публицистический вывод, таким образом, включает в себя эмоционально-образные и логические выводы, дает концентрированное выражение авторского мнения, содержит итоговую оценку.

Основная прагматическая установка публицистического фельетона

- осуждение общественно-опасных явлений и фактов действительности, планируемый перлокутивный эффект - вызвать желание изменить ситуацию. Доминирующая стратегия, стратегия публицистического воздействия, реализуется при помощи тактик обобщения, типизации, создания эмоционального напряжения, прямого выражения авторской позиции. К вспомогательным тактикам относятся тактики привлечения внимания к подтексту (парцелляция, повтор, фокусирование, контраст) и тактики создания благоприятного эмоционального фона (интимизация, солидаризация, самопрезентация, положительная оценка адресата).

3. Юмористические фельетоны

Вопрос о существовании юмористического фельетона и роли юмора как формы комического в фельетоне вызывал много споров в советской фельетонистике. М. Кольцов выделял фельетоны сатирические и юмористические [Кольцов, 1961, с. 120], также термин

«юмористический фельетон» использует Б.В. Стрельцов [Стрельцов, 1983, с. 18]. Другие исследователи жанра называют такой фельетон «положительным» [Егоров, 1970; Солганик, 1981; Курляндская, 1967; Журбина, 1965; Черепахов, 1980]. К характеристикам этого типа

фельетона относят преобладание средств юмора [Курляндская, 1967; Солганик, 1981], развлекательный характер [Стрельцов, 1983]. Л.Е. Кройчик отрицает существование «положительного» фельетона. По его мнению, в основе фельетона лежит выяснение только социальнокомических противоречий, а юмористическое противоречие не в состоянии обеспечить публицистическое звучание газетного выступления [Кройчик, 1975, с. 89]. Отметим, что в нашем определении «юмористический фельетон» мы не делаем упор на различие между юмором и сатирой как видами комического, а лишь подчеркиваем более мягкий характер оценки в фельетонах данного типа.

Наряду с «положительным» в советской фельетонистике

выделяется так называемый «маленький фельетон» [Журбина, 1927;

Кройчик, 1975; Стрельцов, 1983]. На наш взгляд, оба понятия

соотносятся друг с другом с тем лишь отличием, то в первом случае акцент ставится на характер оценки и способ сатирического анализа, а во втором - на формат и тематику. В маленьких фельетонах разрабатывалась преимущественно бытовая и нравственно-бытовая проблематика [Стрельцов, 1983, с. 47]. Останавливая внимание читателя на отдельных отрицательных фактах действительности, «маленький фельетон» представляет собою скорее сатирический сигнал, нежели исследование [Кройчик, 1975, с. 16]. Похожие черты обнаруживает и юмористический фельетон в немецкоязычной прессе. Они посвящены не таким острым проблемам действительности, часто освещают бытовую тематику. Например, фельетон «Schöne Töchter nützen doch nix» [Sting, 2006] основан на письме бургомистру города Бергиш-Гладбах, в котором семейная пара Дитч просит предоставить им право на пожизненную бесплатную парковку в городе на том основании, что они воспитали троих красивых дочерей. Заметим, что зачастую юмористические фельетоны пишут к праздникам, например, в Рождественскую неделю. Похожую тенденцию отмечали и исследователи советского фельетона, говоря о существовании так называемых «субботних» или «воскресных» фельетонов [Курляндская, 1967]. Так, фельетон рубрики «Das Letzte» посвящен ежегодным буйствам на рождественской ярмарке [Finis, 2004]. Также заметно преобладание юмористических фельетонов в локальной прессе, например, наибольшее число фельетонов этого типа зафиксировано

нами в региональных газетах, таких как Oberpfälzer Wochenzeitung, Kölner Stadtanzeiger, Hamburger Abendblatt.

Основной коммуникативно-прагматической интенцией

юмористического фельетона является «развеселить, насмешить, дать шутливый совет», поэтому доминирующей речевой стратегией является стратегия остроумия. Смех в таком фельетоне мягкий, доброжелательный, ибо объектом шутки может выступать коллективный адресат (читатели), с которыми, как правило, себя отождествляет и автор. Стратегия остроумия включает тактики создания комического эффекта на основе утрирования, совмещения, противоречия, иронии. Для юмористических фельетонов характерно использование самых разнообразных языковых средств комического. Например, фельетон о реальном человеке по фамилии Ristorante, который оказался владельцем ресторана, побудил автора написать фельетон, насыщенный «пищевыми» каламбурами (имена персонажей): Alfredo Ristorante; Petrolstazione; Maria Enoteca; Francesco Grappa; Mamma Polenta; Don Ossobuco Ristorante; Boxerhunden Pasta und Antipasto; Tris di Pasta; Hündin Pintade von Chateaubriand-für-zwei-Personen; Rudolf Bemme; Zuppa Immaculata [Finis, 2004]. Смех в юмористическом фельетоне не агрессивный, добродушный, так как объектом насмешки может быть как адресат-читатель, так и сам автор. Например, фельетон «Joggen fahren» [Wolf, 2007] представляет собой самокритичное высказывание автора, который, чтобы совершить пробежку, преодолевает расстояние до парка на мотоцикле.

Корпус проанализированных в ходе исследования текстов обнаруживает явное преобладание публицистических фельетонов (примерно 60%). Далее следуют дискредитирующие фельетоны (примерно 25%), и наименьшую часть составляют юмористические фельетоны (примерно 15%). Необходимо отметить роль социолингвистических факторов, таких как особенности издания, его политическая направленность, ареал распространения, время публикации. Так, дискредитирующие и острокритические публицистические фельетоны характерны для идеологизированной «левой» газеты Neues Deutschland. Публицистические фельетоны преобладают в межрегиональных газетах, а юмористические чаще встречаются в локальной прессе. Важные политические события, такие как выборы в парламент, сопровождаются большим эмоциональным накалом в прессе, в частности в фельетонах. Предложенная типология фельетонов выполнена в рамках коммуникативно-прагматического

подхода к исследованию дискурса фельетона, который предполагает учет социокультурных и прагматических факторов.

Литература

Блакар Р.М. Язык как инструмент социальной власти // Блакар Р.М. Язык и моделирование социального взаимодействия : Переводы. М., 1987.

Блинова Э.В. Проблемы жанра и стиля публицистического фельетона (на материале фельетона на международные темы 20-х гг.) : автореф. дис. ... канд. филол. наук. Томск, 1972.

Виленский М.Э. Как написать фельетон. М., 1982.

Вольф Е.М. Функциональная семантика оценки. М., 2002.

Воронцова Т.А. Речевая агрессия : коммуникативно-дискурсивный подход : автореф. дис. ... док. филол. наук. Челябинск, 2006.

Егоров Б. Фельетон меняется, развивается // Журналист. 1970. № 8.

Журбина Е.И. Искусство фельетона. М., 1965.

Кольцов М. Писатель в газете. Выступления, статьи, заметки. М., 1961.

Кройчик Л.Е. Современный газетный фельетон. Воронеж, 1975.

Курляндская С.В. Фельетон - жанр сатирический (по материалам советской литературы и критики 20-х годов). М., 1967.

Кусов Г.В. Оскорбление как иллокутивный лингвокультурный концепт : автореф. дис. ... канд. филол. наук. Волгоград, 2004.

Солганик Г.Я., Милых М.К., Вомперский В.П. Стилистика газетных жанров. М.,

1981.

Стрельцов Б.В. Фельетон. Теория и практика жанра. Минск, 1983.

Черепахов М.С. Фельетон / М. С. Черепахов // Теория и практика советской периодической печати. М., 1980.

Die Bibel nach der Übersetzung Martin Luther in der revidierten Fassung von 1984. [Электронный ресурс]. Stuttgart : CINA / ERF & IBS Europe [etc.], 2002-2008. URL: http: //www.bibleserver.com/index.php

DUDEN - Das große Wörterbuch der deutschen Sprache. PC-Bibliothek 2.01 mit PlusPaket, Revision 10. [Электронный ресурс]. Mannheim [etc.] : Dudenverlag, 2000.

Источники

Finis Das Letzte // Die Zeit. 2004. Nr. 1.

Finis Das Letzte // Die Zeit. 2004. Nr. 4.

Grimm Hans. Nicht nur für Bischöfe - Israel als Ballermann // Die Welt. 2007. 08. März. Sting Jan. Schöne Töchter nützen doch nix // Kölner Stadtanzeiger. 2006. 10. Juni/ Streiflicht. Wettermacher im Willy-Brandt-Haus // SZ. 2005. 23.August.

Wolf Tom. Joggen fahren // Tageszeitung. 2007. 08. August.