Новые формы политической коммуникации в современном политическом управлении: угрозы и вызовы

Володенков С.В.

Новые формы политической коммуникации в современном политическом

управлении: угрозы и вызовы

Фактически информационная деятельность превращается в своего рода оружие, которым пользуются некоторые политические силы. Для того, чтобы этого не допустить, для того, чтобы государство развивалось в соответствии с теми законами, которые оно само принимает у себя, мы и работаем над проблемой информационной безопасности.

Николай Бордюжа, генеральный секретарь Организации Договора о коллективной безопасности

В наше время принято считать, что мы живем в так называемую информационную эпоху. Однако если внимательно проанализировать тенденции последних лет, то можно смело утверждать, что данное представление уже не определяет в полной мере специфику сегодняшнего дня. Несмотря на значительный рост объемов информации, доступной для потребления людьми, на наш взгляд, более уместно сегодня говорить о том, что мы переживаем период уже коммуникационной революции, предоставляющей специалистам новые, альтернативные инструменты для осуществления коммуникации с целевыми аудиториями. Именно современные технологии коммуникации определяют на данный момент специфику распространения и формы потребления информации, позволяя совершенно в немыслимых ранее форматах осуществлять информационно-коммуникационное взаимодействие между конечными пользователями.

Например, феномен социальных сетей, активно развивающихся сегодня в интернет-пространстве, и имеющих аудиторию в десятки миллионов человек каждая1, во многом определяет то, каким образом получает информацию и как взаимодействует с другими людьми отдельный современный человек.

При этом важно подчеркнуть, что данные коммуникационные технологии нацелены не на рост объемов доступной информации, а именно на развитие разнообразных инновационных и эффективных форм массовой коммуникации и обмена информацией между участниками коммуникации.

Нет сомнения, что в ближайшие годы основные технологические разработки ведущих мировых компаний будут посвящены именно созданию и дальнейшему развитию средств, способов, механизмов и технологий массовой коммуникации.

Можно констатировать, что на сегодняшний день доступные для коммуникации новые технологии существенным образом изменили и будут изменять в технологически развитых демократиях и способы воздействия на общественное мнение в рамках современных политических кампаний, все активнее проникая в основные сферы жизни общества, трансформируя способы коммуникации как внутри его, так и между обществом и властью, изменяя модели поведения как коммуникаторов, так и целевых аудиторий коммуникации, что неизбежно приведет и уж приводит к

1 В общей совокупности число пользователей основных социальных сетей в мире достигло по экспертным оценкам более миллиарда человек и эта цифра постоянно возрастает.

существенному изменению способов и моделей ведения современных политических кампаний.

Развитие современных онлайн-инструментов коммуникации уже приводит к усилению политического влияния определенных социальных групп. Так, Р. Дейберт считает, что глобальные компьютерные сети и Интернет в частности серьезно изменили возможности и силу транснациональных общественных движений. Они позволили сформировать глобальное гражданское общество, типичными проявлениями которого стали, например, движения «Антиглобалистов» или «Гринпис»2.

Не менее важным аспектом информационно-коммуникативной революции являются изменения в общественном сознании, имеющие далеко идущие последствия в аспекте распределения власти в обществе. Об этом начали говорить в свое время еще представители так называемой «медийной теории». Исходя из положений данной теории, известный американский теоретик в области массовой коммуникации П. Хейер считал, что средства хранения и передачи информации не являются нейтральными, а «способ организации и передачи наших знаний о мире сильнейшим образом влияет на природу восприятия мира и то, каким образом мы познаем мир»3. Данное представление во многом созвучно известному маклюэновскому выражению «the medium is the message» (средство коммуникации - это сообщение).

А идея мира как «глобальной деревни», в которой ничего нельзя скрыть, и все ответственны за все, высказанная представителем Торонтской школы коммуникативистики Маршаллом Маклюэном, приобретает сегодня особую актуальность. Как писал Маклюэн, в новой электронной информационной среде уже невозможно будет игнорировать мнение меньшинства, когда «слишком много людей знают многое друг о друге, ... новая среда требует участия и совместной серьезной работы»4.

В свою очередь, еще один сторонник медийной теории, известный специалист Р. Дейберет в своей книге «Пергамент, печать и гипермедиа: Коммуникации в процессе трансформации мирового порядка» пишет о том, что «. поскольку коммуникации являются жизненно важной частью человеческого существования, постольку любые изменения в способах коммуникации имеют существенные последствия для распределения власти внутри общества, для изменения индивидуального и социального сознания, а также для пересмотра общественных ценностей»5.

Кроме того, нельзя не заметить надвигающийся кризис в сфере массовых политических коммуникаций, который неизбежно приведет к необходимости смены моделей массовой коммуникации, а также к изменению содержания самого понятия массы.

Ведь в рамках традиционного подхода масса всегда представляется аморфной, в ней отсутствует структура, а состав массы не определен и существенно размыт.

Кроме того, в классическом понимании масса внесоциальна - в ней нет границ между социальной, религиозной, демографической принадлежностью.

Если же посмотреть на современное интернет-сообщество, то его уже нельзя назвать массой, даже несмотря на многомиллионную аудиторию пользователей интернета.

2 Deibert R.J. Parchment, Printing, and Hypermedia: Communications in World Order Transformation. N.Y.: Columbia University Press, 1997.

3 Heyer P. Communications and History: Theories of Media. Knowledge, and Civilization. N.Y.: Greenwood Press, 1988.

4McLuhan The Medium is the Massage: An Inventory of Effects. New York, 1967.

5 Deibert R.J. Op. cit.

В первую очередь, интернет-сообщество великолепно структурировано на уровне горизонтальных связей и не является той аморфной массой, модели коммуникации с которой разрабатывались в рамках классических теорий политической коммуникации.

Функционирование многочисленных тематических сообществ в онлайн-пространстве структурирует интернет-пользователей по группам, в которых можно в большинстве случаев четко выделить социальные, демографические, религиозные и иные характеристики, что также выделяет интернет-сообщество в отдельный феномен современной общественной жизни.

Таким образом, мы можем констатировать, что интернет-сообщество - это не масса в ее традиционном понимании, что неизбежно приводит нас к выводу о том, что существующие сегодня традиционные модели массовой коммуникации не будут работать, либо же будут работать совершенно по иной логике в рамках интернет-пространства.

И по мере увеличения численности интернет-пользователей, отказывающихся от потребления информации посредством традиционных каналов коммуникации, дифференциация в представлениях, в т.ч. и политических, у части общества, потребляющей информацию из онлайн-источников, и у части общества, традиционно приверженной классическим каналам массовой коммуникации, будет все более нарастать.

И нам еще предстоит выявить и проанализировать те долгосрочные тенденции в изменении общественного сознания, которые связаны с внедрением в современную практику новых технологий массовой коммуникации. Очевидно одно - политический процесс и политическое управление, ориентированные на использование традиционных каналов массовой коммуникации, будут все больше и больше трансформироваться по мере появления и распространения все новых и новых каналов массовой политической коммуникации в интернет-пространстве.

Глобальная тенденция изменения способов коммуникации может коренным образом изменить и разделить и само общество. Так, известный итальянский философ У. Эко, анализируя происходящие в результате информационно-коммуникационной революции изменения в мире, пришел к выводу, что уже в ближайшем будущем наше общество разделится на две основные группы: тех, кто смотрит только телевидение, то есть получает готовые образы и готовое суждение о мире, без права критического отбора получаемой информации, и тех, кто смотрит на экран компьютера, то есть тех, кто способен отбирать и обрабатывать информацию. Тем самым начинается разделение культур, существовавшее во времена Средневековья: между теми, кто способен был читать рукописи и, значит критически осмыслять религиозные, философские и научные вопросы, и теми, кто воспитывался исключительно посредством образов в соборе -отобранных и одобренных их творцами6.

Говоря об изменениях, происходящих в результате информационнокоммуникационной революции в общественно-политической жизни, необходимо также обратить свое внимание на работы такого известного специалиста как М. Кастельс, который, анализируя изменения в традиционном общественном укладе, выделяет современные информационно-коммуникационные технологии в качестве одно из наиболее значимых факторов в создании нового общественного уклада. Так, по мнению Кастельса, усиление сети новых средств информации приводит к тому, что лидерство становится персонализированным, а путь к власти лежит через создание виртуальных имиджей. Таким образом, современные информационные технологии приводят к

6 Эко У. «От Интернета к Гуттенбергу: текст и гипертекст». Отрывки из публичной лекции в МГУ // Новое литературное обозрение. 1998. № 32.

бурному развитию новых форм политической коммуникации, в том числе опирающихся на Интернет.

В свою очередь такие специалисты как Дж. Нэсбитг и II. Эбурдин считают, что современные информационно-коммуникационные технологии существенным образом поддерживают и развивают демократические процессы даже в условиях авторитарных систем, и что «в условиях, когда компьютер расширил могущество личности, граждане могут более эффективно следить за действиями своих правительств, нежели правительства могут следить за действиями граждан... Компьютеры, спутниковая телефонная связь, телефаксы наделяют человека властью, а не угнетают его, как этого боялись раньше».7

Нэсбит и Эбурдин уже сегодня дают прогнозы относительно того, что современное общество по мере развития информационно-коммуникационных технологий перейдет от представительной демократии к демократии соучастия, в рамках которой важнейшие решения, касающиеся жизни граждан, будут приниматься в интерактивном режиме путем вовлечения в обсуждение и принятие решений широких слоев населения, коммуницирующих между собой и с властью по различным вопросам8.

Нельзя игнорировать и то влияние, которое уже сегодня оказывает Интернет на оффлайн-пространство. Контент традиционных СМИ в значительной степени стал определяться онлайн-процессами, а наиболее активная часть общества перемещается в интернет-пространство. И уже в недалеком будущем хорошо известный принцип Вильфреда Парето, сформулированный им еще в 1897 году, может получить совсем иное звучание за счет существенного влияния наиболее активной аудитории, являющейся пользователями интернета, на оффлайн-пространство, социально -политические процессы в целом.

Особенно актуальной проблема использования современных-информационно-коммуникационных технологий в политическом процессе становится, по нашему мнению, в российском обществе, которое еще совсем недавно существовало в рамках ограниченности и дозирования политической информации со стороны подконтрольных государству средств массовой информации.

Так, А.А. Чеснаков еще более десяти лет назад говорил о начале формирования нового обширного канала политической коммуникации, динамика и развитие которого может перевернуть представления как о системе обеспечения политической деятельности, так и традиционных инструментах политического участия9. И сегодня онлайн-технологии в России получают все большее признание в качестве эффективного средства политического информирования, канала общения власти и общества и, более того, площадки для ведения политической борьбы.

В связи с этим становится очевидным, что активное развитие коммуникационных технологий предъявляет требования и к отечественным специалистам в области политического управления, заставляя искать новые эффективные методы коммуницирования с целевыми аудиториями политических кампаний.

7 Нэсбитт Дж., Эбурдин П. Что нас ждет в 90-е годы. Мегатенденции. Год 2000. М.: Республика, 1992.

8 В современной российской политической практике также можно найти примеры того, как демократия соучастия постепенно становится инструментом при принятии важных решений. Так, Президент России Дмитрий Медведев впервые предоставил возможность любому гражданину страны участвовать в онлайн-обсуждении проекта закона о полиции, в результате чего россияне внесли десятки тысяч поправок и замечаний в проект, который теперь дорабатывается экспертами по результатам всенародного обсуждения в интернете.

9 Чеснаков А.А. ресурсы INTER.NET и российские политические технологии: состояние и перспективы развития // Вестник МГУ. Сер. 18. Социология и политология, 1999. № 4.

Классический подход «контроля над первой кнопкой», в рамках которого осуществляется исключительно односторонняя трансляция контента политической кампании традиционными методами политической рекламы и пропаганды в условиях отсутствия конкуренции в коммуникативном пространстве, уже не оправдывает себя в большинстве случаев в условиях наличия альтернативных коммуникационных каналов, уже не отвечает потребностям сегодняшнего дня, снижая общую эффективность проведения политических кампаний и существенно понижая уровень легитимности результатов таких кампаний.

Особо актуальной тема использования современных технологий массовой коммуникации становится в условиях, когда в России со стороны руководства страны все чаще и чаще звучат слова о необходимости существенной модернизации как отечественной экономики, так и государственно-общественных отношений в целом.

И здесь мы считаем уместным и важным обратиться к исследованиям такого специалиста в области масс-медиа, как У. Шрамма, который, анализируя необходимые для успешной модернизации традиционных обществ изменения в области политической коммуникации, еще в 60- годы 20-го века выделил три основных направления модернизационного развития, которые актуальны, по нашему мнению, и сегодня:

• увеличение информационных потоков, вызванное расширением политического горизонта от событий локального уровня до событий национального и глобального характера;

• более широкое участие граждан в политических событиях и принятии решений, требующее в свою очередь дополнительных каналов коммуникации;

• постоянное обучение новым формам социально-политической и профессиональной активности, основанное на использовании новых каналов коммуникации.

Исходя из выделенных Шраммом основных направлений работы, можно сделать вывод, для успешной модернизации общества требуется постоянное увеличение количества каналов коммуникации, их пропускной способности и умелого использования в качестве инструмента мобилизации и социализации масс10. Символично, что в своей статье «Обновляйтесь, господа!» первый заместитель главы Администрации РФ В. Сурков также написал о том, что в России должна быть радикально повышена доступность широкополосного Интернета.

Отдельно стоит остановиться на проблеме, которую еще только стоит осмыслить: попытки перенести опыт использования онлайн-технологий в российскую политическую практику без осмысления и учета отечественной специфики обречены на провал. Собственная же практика применения онлайн-инструментов в политических кампаниях в России сегодня еще не является достаточно богатой. Однако со всей очевидностью можно констатировать, что слепое копирование схем и механик применения онлайн-инструментов из-за рубежа не принесет желаемого эффекта, и осмысление места и роли онлайн-пространства, а также его особенностей в современной России, представляется крайне важным и актуальным. А то, что российское интернет-пространство обладает собственной ярко выраженной спецификой, косвенно подтверждает опубликованный в октябре 2010 года доклад экспертов Гарвардского университета «Public Discourse in the Russian Blogosphere: Mapping RuNet Politics and Mobilization», посвященный состоянию блогосферы в России11.

10 Schramm W. Mass Media and National Development: The Role of Information in the Developing Countries. Stanford: Stanford University Press, 1964.

11 http://cyber.law.harvard.edu/sites/cyber.law.harvard.edu/files/Public_Discourse_in_the_Russian%20 Blogosphere_2010.pdf

Существующее сегодня огромное разнообразие форм и каналов современной коммуникации предъявляет определенные требования и к современному политическому управлению, которое невозможно без организации адекватных целевым аудиториям, использующим в процессе получения информации разнообразные онлайн - и мобильные ресурсы и технологии, политических коммуникаций.

Более того, в соответствии с законом необходимого разнообразия Уильяма Росса Эшби, согласно которому разнообразие субъекта управления должно быть равным или превышать разнообразие объекта управления, для осуществления современного политического управления в условиях развитого онлайн-пространства необходимо владеть соответствующим инструментарием, с помощью которого будет обеспечено необходимое для эффективного управления онлайн-пользователями разнообразие.

С позиций политического управления современные коммуникации могут быть рассмотрены в качестве важнейшего инструмента работы с целевыми аудиториями в связи с тем, что имеющиеся на сегодняшний день технологические возможности в области передачи, обмена, массового распространения информации позволяют выстраивать совершенно новые механизмы коммуницирования власти с обществом, в широких пределах влиять на общественное сознание посредством применения имеющихся прогрессивных коммуникационных технологий, осуществлять комплексное управление информационным пространством, формируя отношение общества к различным субъектам политики.

Более того, мы считаем, что наличие развитой коммуникационной инфраструктуры и активное ее использование в государственно-политическом управлении являются на сегодняшний день одним из критичных условий для обеспечения политической стабильности и информационной безопасности государства12, т. к. в случае отсутствия собственной коммуникационной инфраструктуры и навыков ее использования для информационной работы с собственными гражданами любое государство подвергает себя риску потери контроля над собственным информационным пространством, что чревато в условиях глобализации мира весьма серьезными последствиями13.

Как всегда, существует и обратная сторона медали - развитие современных информационно-коммуникационных технологий породило и новые виды угроз в виде различного рода кибератак на онлайн-площадки и компьютеры не только обычных пользователей, но и государственных структур. При этом данные кибератаки все чаще и чаще носят политический характер. Так, Компания Буша^ес провела опрос 1600 компаний, работающих в различных критически важных инфраструктурных системах. По итогам опроса выяснилось, что 53% респондентов сталкивались с так называемыми политически мотивированными атаками на их кибер-ресурсы. За последние 5 лет они примерно 10 раз сталкивались с политически-мотивированными атаками, то есть в среднем компания, работающая в критически важной сфере экономики или государства, дважды в год подвергается подобным нападениям. В целом аналитики

12 В данном случае уместно говорить и об обеспечении национальной безопасности в целом. Неслучайно в октябре 2008 спецслужбы США стали рассматривать Twitter как возможную площадку для контакта террористов: http://www.fas.org/irp/eprint/mobile.pdf

13 Здесь мы также считаем уместным вспомнить закон необходимого разнообразия Эшби, в соответствии с которым одно разнообразие может быть побеждено бОльшим разнообразием. Применительно к информационному пространству, субъект, обладающий более разнообразным арсеналом средств для коммуникации с целевыми аудиториями, имеет явное преимущество при работе в информационном пространстве по сравнению с субъектом, ограниченным в выборе средств, каналов и технологий коммуникации, что, несомненно, представляет определенную угрозу с позиций обеспечения информационной безопасности в масштабах целого государства, которое не развивает современные коммуникационные технологии.

Symantec заявляют, что за последние годы масштабы и изощренность политически мотивированных атак поднялись на качественно новый уровень и в большинстве случаев они проводятся хорошо подготовленными и довольно опытными группами. По данным Symantec, только в августе 2010 года крупнейшие клиенты компании сообщили о 1580 случаев нападения на их ИТ-ресурсы с целью вывода из строя ИТ-систем, кражи закрытых государственных данных и саботажа14.

Известный основатель концепции постиндустриального общества Д. Белл также выделил те вызовы и угрозы, которые появляются с развитием и внедрением в нашу жизнь новых информационных технологий и каналов коммуникации. Так, основной политической опасностью в развитии информационно-коммуникационных технологий Белл считал то, что политическая элита, контролирующая средства массовой информации и современные информационные ресурсы, может управлять распространением информации, либо скрывая важные сведения от общества, либо же наоборот, распространяя, в том числе и незаконно, информацию, имеющую отношение к частной жизни неугодных оппонентов. В любом случае речь идет о манипулирования общественным мнением в огромных масштабах посредством управления информацией.

Как отмечает известнейший немецкий специалист-политолог Клаус Фон Байме, «иметь важную информацию значит иметь власть; уметь отличать важную информацию от неважной означает обладать еще большей властью; возможность распространять важную информацию в собственной режиссуре или умалчивать ее означает иметь двойную власть»15.

Российский политолог М. Н. Грачев также признает противоречивый характер воздействия сетевых информационно-коммуникационных технологий на процесс демократизации политической сферы, отмечая, что по мере увеличения степени «прозрачности» общества всё более отчетливо проявляется угроза установления новых форм контроля над личностью, несовместимых с традиционными представлениями о демократических ценностях.

В связи с этим М.Н. Грачев в качестве иллюстрации приводит пример механизма, позволяющего осуществить подобный контроль, основанный на принципе «всевидящей» власти в «прозрачном» обществе, который М. Фуко рассматривал в качестве проекта идеальной тюрьмы - «Паноптикума», который был предложен в конце XVIII века И. Бентамом.

По мнению Грачева, современные информационно-коммуникационные технологии вполне позволяют создать своего рода «виртуальный Паноптикум», где будет находиться постоянно пополняемая «электронная картотека» на всех жителей страны. И в качестве примера здесь можно привести современный опыт США: «Пентагон создает сейчас не имеющую аналогов в мире автоматизированную систему сбора персональной информации под названием «Тотальная информированность». Она включает: электронную почту, данные о кредитных картах и банковских операциях, сведения о путешественниках и туристах. При этом объединяются коммерческие базы данных с государственными досье, в частности, с данными спецслужб»16.

Сегодня американские операторы связи (в том числе крупнейшие - AT&T, Comcast , а также Verizon) также вынуждены существовать под колпаком спецслужб. Закон о предоставлении коммуникационными компаниями помощи правоохранительным органам (Communications Assistance for Law Enforcement Act,

14 http ://www .securitylab. ru/new s/398282.php

15 Politikwissenschaft: eine Grundlegung. Bd. 2. Stuttgard; Berlin; Koln; Mainz: hrsg von Klaus Beume. 1987. P. 60.

16 Зорькин В.Д. Об угрозах конституционному строю в XXI веке и необходимости проведения правовой реформы в России // Журнал российского права. 2004. № 6.

CALEA) был принят при президенте Билле Клинтоне еще в 1994 году. Одно из ключевых положений того закона обязывает компании строить свои сети таким образом, чтобы при соответствующем судебном решении прослушивание телефонных (и не только) переговоров могло быть осуществлено максимально оперативно. Иными словами, от операторов связи требуется всеми доступными способами обеспечивать совместимость используемых ими технологий с возможностями компетентных органов по прослушиванию разговоров. С наступлением эпохи интернета область применения CALEA была расширена. В частности, компании, предоставляющие услуги IP-телефонии и широкополосного доступа в Сеть, были занесены в реестр «поставщиков телекоммуникационных услуг» и, как следствие, также попали под действие закона17.

Подобных примеров попыток установления контроля над новыми каналами массовой коммуникации в мировой практике становится все больше и больше.

В качестве еще одной угрозы, выделяемой М.Н. Грачевым, может стать деятельность меньшинства, имеющего контроль над информационными ресурсами, по созданию неравномерного доступа к информации представителей различных социальных групп, когда подвластное «наблюдаемое» большинство будет вынуждено довольствоваться сведениями, тенденциозно подобранными соответствующими службами по указанию и под контролем властвующего меньшинства, стремящегося «дозировать» степень собственной «видимости» с тем, чтобы выйти из ситуации информационного риска.

Неслучайно информацию сегодня специалисты рассматривают как один из важнейших видов ресурсов, в связи с чем ограничения по его использованию и информационное неравенство могут стать еще одной из глобальных угроз общественному развитию.

И реальные примеры из современной политической практики мы уже знаем. Так, в Китае государственные власти ограничивают доступ пользователей к зарубежным интернет-ресурсам, а также ресурсам, содержащим оппозиционный официальному Пекину контент. Кроме того, каждый пользователь интернета в Китае не может скрываться за анонимным nickname, а обязан указывать свои данные при регистрации в качестве пользователя сети.

И этот пример не единичен. Так, накануне выборов президента Ирана власти блокировали доступ населения к мобильной связи и интернету. Одним из последних примеров современной политической практики может служить ситуация с закрытием государственными властями доступа к независимым онлайн-СМИ в Таджикистане18.

Сегодня существуют и иные тревожные тенденции использования современных онлайн-технологий в сферах, напрямую определяющих функционирование общества. Бурное развитие онлайн-сайтов с экстремистским содержанием, активное использование современных технологий онлайн-коммуникации террористическими организациями, атаки на сайты противников в ходе информационных войн, и многие другие, еще только зарождающиеся в онлайн-пространстве угрозы уже сегодня требуют со стороны специалистов в области политического управления серьезнейшего внимания. И не случайно в ответ на потенциальные угрозы из интернета Военноморские силы США 26 января 2010 года создали специальные кибервойска19.

Как можно увидеть, современные онлайн-коммуникации не только предоставляют новые возможности для общества и власти, но и порождают новые угрозы и вызовы, предоставляя серьезные потенциальные возможности для манипулирования общественным мнением и влияния на современную политику.

17 http://lenta.ru/articles/2010/10/20/tapping/

18 http://lenta.ru/news/2010/10/11/block/

19 http://www.dni.ru/news/2010/1/27/184248.html

В связи с этим мы считаем весьма важным рассмотрение современных коммуникационных технологий с позиций политологического анализа, т. к. в современной политической борьбе информация является одним из ключевых ресурсов при работе с общественным мнением (в т.ч. и внешним)20, а наличие необходимой коммуникационной инфраструктуры обеспечивает доведение необходимой информации до целевых аудиторий политической кампании. Однако какой будет эта информация, и в чьих целях будет формироваться общественное мнение - вопрос остается открытым.

Однако, несмотря на обозначенные нами выше потенциальные проблемы, применение современных политических коммуникаций, по нашему убеждению, позволит расширить арсенал инструментов, используемых в политическом управлении и значительно повысить эффективность проводимых в нашей стране политических кампаний. Своевременное теоретическое и практическое изучение российскими политологами имеющихся на сегодняшний день в мире коммуникационных технологий, несомненно, будет способствовать повышению эффективности и прозрачности информационного взаимодействия общества и власти, а также будет содействовать обеспечению информационной безопасности России.

Список литературы:

1. Вершинин М.С. Политическая коммуникация в информационном обществе. СПб., 2001.

2. Грачев М.Н. К вопросу об определении понятий «политическая

коммуникация» и «политическая информация» // Вестник Российского университета дружбы народов . - Сер.: Политология. 2003. № 4.

3. Грачев М.Н. Политическая коммуникация // Вестник Российского

университета дружбы народов. Серия: Политология. 1999. № 1.

4. Зорькин В.Д. Об угрозах конституционному строю в XXI веке и

необходимости проведения правовой реформы в России // Журнал российского права. 2004. № 6.

5. Нэсбитт Дж., Эбурдин П. Что нас ждет в 90-е годы. Мегатенденции. Год 2000. М.: Республика, 1992.

6. Чеснаков А.А. ресурсы INTERNET и российские политические технологии:

состояние и перспективы развития // Вестник МГУ. Сер. 18. Социология и

политология, 1999. № 4.

7. Эко У. «От Интернета к Гуттенбергу: текст и гипертекст». Отрывки из публичной лекции в МГУ // Новое литературное обозрение. 1998. № 32.

8. Deibert R.J. Parchment, Printing, and Hypermedia: Communications in World Order Transformation. N.Y.: Columbia University Press, 1997

9. Heyer P. Communications and History: Theories of Media. Knowledge, and Civilization. N.Y.: Greenwood Press, 1988.

10. McLuhan The Medium is the Massage: An Inventory of Effects. N.Y., 1967.

11. Politikwissenschaft: eine Grundlegung. Bd. 2. Stuttgard; Berlin; Koln; Mainz: hrsg von Klaus Beume. 1987.

12. Schramm W. Mass Media and National Development: The Role of Information in the Developing Countries. Stanford: Stanford University Press, 1964.

20 Ярким примером важности информационной работы во внешней среде является грузиноюжноосетинский конфликт, в рамках которого велась полномасштабная информационная война.