Парадигма криминалистической тактики и ее основные понятия

УДК 343.98

ПАРАДИГМА КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЙ ТАКТИКИ И ЕЕ ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ

Е.Е. Центров

Обосновывается предложение о смене парадигмы криминалистической тактики, поскольку она содержит в основных положениях не рекомендательный, а обязательный характер.

Ключевые слова: тактика, парадигма, знания, рекомендации, приём, правило, технология.

В криминалистической литературе пока ещё не сложилось общепризнанного определения криминалистической тактики и продолжаются дискуссии по поводу понятий тактического приёма, тактической рекомендации и соотношения этих понятий. Преобладающее значение занимает мнение о том, что криминалистическая тактика — это система рекомендаций о наиболее целесообразных, рациональных приёмах производства следственных действий и процесса расследования. Всё же следует признать, что содержащееся в этих определениях суждение о том, что в криминалистической тактике в основном содержатся рекомендации о способах действий в тех или иных ситуациях не вполне точна. Чтобы разобраться в этом, стоит еще раз взглянуть на истории становления положений криминалистики и её связи с уголовным процессом.

Становление и развитие тактико -криминалистических положений происходило не в полном смысле параллельно формам уголовно -процессуального права, а во взаимосвязи, определенном их единстве. Разграничение положений уголовного процесса и криминалистики осуществлялось за счет включения в формальное право тех способов следственных действий, которые в силу их рациональности, оптимальности являли необходимость следования им в обязательном порядке во всех основных ситуациях расследования. Разумеется, не все из них вошли в уголовно -процессуальное право, поскольку развитие процессуальных норм определяется ещё и своими внутренними закономерностями - в закон включается лишь то самое характерное, что определяет содержание процессуальной нормы применительно к каждому конкретному следственному действию. Включение в процессуальный закон разработанных криминалистикой приёмов проведения отдельных следственных действий, привело к появлению точки зрения о том, что эти приёмы не утратили своего тактико-криминалистического характера и их необходимо считать криминалистическими. Как отмечали авторы этого мнения, «обязательность или необязательность тактического приёма не определяет его сущности. Обязательность есть выражение оценки тактического приёма законодателем как наиболее эффективного средства расследования в данном случае» [1, с. 92; 5, с. 445]. Однако обязательность содержащегося в законе определенного способа производства следственного действия, и обязательность выполнения некоторых тактических приёмов, не вошедших в

137

уголовно-процессуальный закон, совершенно разные категории. Бесспорно, несоблюдение последних в процессе расследования не влечёт за собой непосредственно каких-либо негативных в процессуальном плане последствий. Однако вряд ли стоит считать принадлежащими криминалистике те приемы, методы и средства, которые вошли в процессуальный закон. Они не могут принадлежать криминалистике, поскольку являются частью закона. Претензии на этот счёт могут внести лишь путаницу в разграничение теоретических и иных положений уголовно-процессуальной и

криминалистической наук. Как вполне резонно заметил в своё время профессор А.Н. Васильев, в криминалистике и без этих, вошедших в уголовно-процессуальный закон приёмов, методов и средств достаточно других тактико -криминалистических положений. Разумеется, сам факт включения в уголовно -процессуальный закон тех или иных тактических предложений является важным свидетельством результативности криминалистических разработок. Однако ошибочно считать, что фактор обязательности или необязательности тактического приёма не определяет его сущности. Именно подобное мнение и обусловило сложившееся в криминалистической тактике суждение о том, что все её приёмы имеют рекомендательный характер. А это далеко не так.

Многие приёмы, разработанные криминалистической тактикой, приобрели в силу своей рациональности, целесообразности и оптимальности по отношению к типовым ситуациям, складывающимся в процессе расследования и производства отдельных следственных действий, характер необходимости их обязательного выполнения. Такие обязательные для выполнения в ходе следствия тактические положения давно известны. Они могут относиться к самым общим положениям тактики либо к тактике проведения конкретных следственных действий. Так, например, выдвинутые по делу следственные версии должны обязательно проверяться одновременно, а не последовательно одна за другой. Здесь отсутствует какой-либо выбор для следователя. Единственное возможное допущение при этом заключается в следующем. Из всех выдвинутых при данных обстоятельствах версий следователь может отдать предпочтение какой-либо одной из них, но при условии, что он сможет либо будет иметь возможность проверить одновременно, параллельно с ней и все остальные версии. Одновременная проверка всех версий возможно лишь тогда, когда по каждой из них на самом первоначальном этапе расследования намечены и будут проведены все неотложные следственные действия. В подобной ситуации у следователя нет никакого иного выбора, кроме как выполнить данное тактическое положение (тактическое установление). Невыполнение его приведёт к тому, что если следователь увлечётся проверкой какой-либо одной версии и далее, если она не подтвердится, будет проверять их одну за другой, то в результате упущенного времени, скорее всего, не сможет раскрыть преступление либо в полной мере установить истину по делу.

При производстве допроса имеются ситуации, когда следователю необходимо действовать только так, как это предписывает криминалистическая тактика. Например, криминалистической тактикой предписывается в начале самого первого допроса подозреваемого обязательно спросить его об алиби,

138

чтобы помешать ему позднее с помощью адвоката либо других лиц придумать более правдоподобное объяснение о том, где он находился в момент совершения преступления. А подозреваемого в совершении сексуального посягательства, кроме того, необходимо ещё обязательно на первом допросе спросить о его сексуальных контактах, обстоятельствах его интимной, половой жизни, чтобы он потом не заявил ложно о своей импотенции. Получение таких сведений позволит избежать в последующем необходимости назначения медико-сексологической экспертизы для выяснения вопроса, а действительно ли он страдает импотенцией. Обязательность выполнения этого тактического правила обусловлена ещё и тем, что такая экспертиза обычно даёт не категорическое, а вероятное заключение.

Тактикой также разработан набор конкретных действий и приёмов, позволяющих проверить, нет ли в показаниях подозреваемого, обвиняемого самооговора или же оговора других лиц в криминальном деянии, к которому они не причастны. В систему этих приёмов включаются: 1) детализация показаний допрашиваемого об обстоятельствах расследуемого события применительно к определенному месту, где произошло преступное событие; 2) проверка его алиби и алиби тех лиц, которых он изобличает в своих показаниях [8, с.28-30]; 3) тщательный детализированный допрос указанных им свидетелей, которые, как он заявляет, могут подтвердить его ссылку на алиби; 4) проведение при необходимости проверки показаний на месте как подозреваемого, так и тех лиц, на которых он ссылается; 5) сопоставление полученных данных с другими имеющимися доказательствами и т. п. Использование перечисленных приёмов является не только желательным, но и крайне необходимым. Тактические положения об этом уже не будут носить характер рекомендации. Это уже надо рассматривать как тактические установления — тактические правила, поскольку невыполнение их чревато неустановлением истины по делу и вполне возможным привлечением к уголовной ответственности невиновных. К тактическим правилам следует отнести содержащееся еще в «Основных формах уголовных следствий», изданных в середине Х1Х века, следующее положение, относящиеся к допросу: «При спросе по одному делу нескольких человек, преступников или подозреваемых в преступлении, следователь не должен допускать сношений между спрошенными с неспрошенными ещё; в противном случае первые могут условно направить ответы последних и тем уничтожат средства к раскрытию истины» [7, с.101].

Примерно такое же правило было выведено в криминалистической тактике по поводу допроса свидетелей. И здесь сложилась очень интересная ситуация, которая подтверждает то обстоятельство, что нередко разработанные криминалистами наиболее целесообразные процедуры, порядок, последовательность, алгоритм проведения тех или иных следственных действий воспринимаются законодателем, как носящие обязательный характер, и включаются в качестве нормативного правила в уголовно-процессуальный закон, как дополнение к тем нормативного характера способам действий, которые были включены ранее. Так, предложенное криминалистами правило о

139

том, что свидетели по одному и тому же делу должны допрашиваться порознь и в отсутствие других свидетелей в своё время вошло в уголовно -процессуальный закон — в ст.158 УПК РСФСР. Там же было записано, что при этом следователь принимает меры к тому, чтобы свидетели, вызванные по одному и тому же делу, не могли общаться между собой. В нынешнем УПК РФ такая норма отсутствует. Поэтому содержавшиеся в ст. 158 УПК РСФСР положения приобретают ныне характер не нормативного, а всего лишь того тактико-криминалистического правила, несоблюдение которого хотя теперь не имеет процессуальных последствий, но однако по-прежнему чревато серьёзным ослаблением доказательственной ценности полученных по делу свидетельских показаний, поскольку не исключено, что свидетели, общаясь друг с другом перед допросом, могут потом в своих показаниях невольно для себя воспринять и передать сведения, услышанные от других лиц.

В процессе расследования необходимо учесть некоторые обязательного характера тактические процедуры, предписания, установления, относящиеся и к другим следственным действиям. Так, результативность предъявления для опознания во многом зависит от объективных и субъективных факторов, сопровождавших восприятие внешних признаков каких-либо лиц и предметов. Учитывая данное обстоятельство, следователь должен подготовить опознающего психологически к некоторым стрессовым элементам ситуации предъявления для опознания. Это как раз и есть то самое предписание, которому надо следовать почти всегда, чтобы эмоционально значимая чаще всего для потерпевшего либо свидетеля-очевидца обстановка не помешала результативности проводимого следственного действия. В число обязательных условий, которые следователю при этом необходимо учесть, входит и возможность производства так называемого «встречного опознания», когда оба лица готовы и могут опознать друг друга. В качестве уже не правил, а лишь рекомендаций здесь могут выступать предлагаемые тактикой различные способы проведения встречного опознания, что действительно выбирается следователем с учётом различных обстоятельств, условий, складывающихся по делу.

В тактико-криминалистической литературе уже давно подробно описываются процедуры проведения отдельных следственных действий. По существу, это своеобразная программа, алгоритм, включающий в себя не один какой-либо тактический приём, а их целую систему, в которой излагаются приёмы, используемые при подготовке, проведении и фиксации конкретного следственного действия. Их достаточная отработанность на практике, детальное описание в тактико-криминалистической литературе дают основание утверждать, что это уже не рекомендации, а определенная технология следственного действия, которой надо следовать, чтобы не утратить должных оснований для успеха расследования. На современном этапе важное значение для следственной практики приобретает разработка определенных тактических стандартов, в которых бы четко описывались технологии исследования и проведения тех или иных элементов, модулей (составных частей) следственных действий. К таким тактико-криминалистическим

140

стандартам относится, например, определенная совокупность уже разработанных правил, которым необходимо следовать, при осмотре угнанного, брошенного после криминального события транспортного средства (обязательное участие специалистов для выявления дактилоскопических, биологических следов на ручках с внешней и внутренней стороны, рулевом управлении, тормозной системе и других поверхностях салона автомобиля, фиксация одорологических и микроследов на обшивках сидений и т.д.). Алгоритмическая программа технологии включает описание цели следственного действия, задач, решаемых на определенном его этапе, конкретных средств, приёмов, порядка, последовательности их проведения и всего процесса их реализации [2 ; 4, с. 58-62].

Например, при осмотре места происшествия выделяются четыре стадии его проведения: подготовительная, обзорная (ориентирующая), детального исследования, стадия фиксации. На каждой из этих стадий решаются свои задачи, которые направлены на достижение основной цели — выявить, зафиксировать имеющиеся следы, особенности и основные элементы обстановки места происшествия. В рамках алгоритмической программы предусматриваются и некоторые основания для следственного маневра — возможность выбора при определении границ осмотра, точки начала движения, выбора методов пространственного охвата обследуемой территории. Однако этот маневр всё же в определенной степени ограничен. Так, следователь на стадии детального исследования и фиксации его результатов должен вначале использовать статический метод, т. е. не изменять положения отдельных объектов, а уже потом динамический. К тому же при производстве осмотра надо обязательно учитывать возможность инсценировок, к которым может прибегнуть преступник с целью уйти от ответственности. Своеобразным правилом является крайняя нежелательность по делам об убийствах, разбоях и других тяжких и менее тяжких насильственных преступлениях, а также кражах производить первоначальный осмотр места происшествия с участием подозреваемого, обвиняемого. Нарушение данного предписания чревато потерей в дальнейшем возможности проведения такого важного с точки зрения проверки виновности конкретного лица следственного действия, как проверка показаний на месте[6, с. 444].

Тактика проведения обыска также предполагает обязательное следование некоторым правилам его проведения. Нужно обеспечить скрытность начала обыска и внезапность его производства. Разработаны специальные приёмы тактики проникновения в помещение, его начала. В процессе обыска необходимо обеспечить наблюдение за обыскиваемым, учитывать изменения его психического состояния, использовать приём под названием «словесная разведка», при поиске тайников использовать новейшие технические средства и при этом обращать внимание на некоторые характерные признаки тайников, и т. п. [6, с. 472-485].

Изложенные позиции убеждают в том, что в основе понимания сущности следственной тактики лежат не только тактические рекомендации либо тактические приёмы. И это отнюдь не просто система тактических приёмов,

141

тактических рекомендаций. Структурное содержание тактики гораздо сложнее. Сущность следственной тактики определяет сложное сочетание приёмов, рекомендаций, предписаний, носящих характер подлежащих обязательному следованию тактических правил, установлений, технологий, процедур, тактико-криминалистических знаний, которые ради успешности следствия надо в определенных ситуациях непременно учитывать и выполнять.

Парадигма ( от греч.- paradeigma - пример, образец) — строго научная теория, воплощенная в системе понятий, выражающих существенные черты действительности; исходная концептуальная схема, модель постановки проблем и их решения, методов исследования, господствующих в течение определенного исторического периода в научном сообществе [9, с.963]. На современном этапе своеобразной парадигмой является не рекомендательный характер тактических положений, а необходимость следования тактическим установлениям как определенному обязательному условию, обеспечивающему результативность следственной деятельности. Сведение сущности тактики к рекомендациям ослабляет важность её научно-практических положений, поскольку создаёт впечатление о необязательности использования разработанных ею самых рациональных, целесообразных, эффективных приёмов, средств, способов деятельности. Если всё изложенное попытаться представить в виде понятия, то тогда определение криминалистической тактики будет выглядеть следующим образом.

Криминалистическая тактика — это система наиболее общих научных положений, опирающихся на результаты изучения закономерностей преступной деятельности, обобщение следственной практики, данные юридических и иных специальных наук, на основе которых разрабатываются и аккумулируются специальные знания, организационно-плановые начала, наиболее рациональные и целесообразные приёмы, правила, установления, технологии, предписания и рекомендации по определению наиболее эффективной линии поведения и способам осуществления конкретных следственных и судебных действий в специфических ситуациях, возникающих в процессе раскрытия, расследования и предупреждения преступлений.

При изложенном выше исходном понимании криминалистической тактики значительно теряет смысл дискуссия о соотношении тактического приёма и тактической рекомендации. Каждая рекомендация, которая по существу есть совет, включает в себя определенный приём либо приёмы — способы действий, целесообразные для использования в каких-либо конкретных ситуациях. Различия и тонкости в понимании этих двух терминов ограничены даже в теоретических рассуждениях, поскольку порой опираются лишь на некоторые стилистические неточности в определениях, даваемых разными авторами [3, с.50-57]. С точки зрения следователя тактическая рекомендация это всё же прежде всего тот способ действий, который следует учитывать и применять в конкретных ситуациях расследования. Кроме того, в процессе расследования, как это и не покажется парадоксальным, нередко не следователь выбирает тот или иной тактический приём и принимает в связи с этим своё решение, а наличная ситуация по существу диктует, подталкивает его

142

на применение того или иного способа действий в соответствии с разработанными криминалистической тактикой положениями (приёмами, правилами, установлениями, технологиями, предписаниями).

Тактический приём — это разработанный криминалистической тактикой наиболее рациональный, целесообразный способ действий, порядок, процедура, последовательность, алгоритм проведения следственных действий, обеспечивающий оптимальные возможности раскрытия, расследования и предупреждения преступлений.

Тактическое правило (тактическое установление) — это разработанное криминалистической тактикой предписание о том, как необходимо наиболее целесообразно и рационально действовать в той или иной ситуации, несоблюдение которого чревато потерей доказательственной информации и возможностей установления истины по делу.

Тактическая рекомендация — это содержащийся в криминалистической тактике совет по определению наиболее эффективной линии поведения и наиболее рациональным, целесообразным способам действий в специфических ситуациях, возникающих в процессе раскрытия, расследования и предупреждения преступлений.

Тактическое предписание - это те способы действий, которые в соответствии с тактическими положениями, в частности, рекомендациями и установлениями являются настолько рациональными, целесообразными и эффективными, что обязательность их использования в следственной деятельности признаётся и подкрепляется соответствующими служебными распоряжениями, приказами, наставлениями, инструкциями, ведомственными и межведомственными соглашениями.

Список литературы

1. Белкин Р.С., Винберг А.И. Криминалистика. Общетеоретические проблемы. М., 1973.

2. Еникеев М.И., Образцов В.А., Эминов В.Е. Следственные действия: психология, тактика, технология. М., 2007.

3. Князьков А.С. Проблемы разграничения тактического приёма и тактической рекомендации. // Вестник криминалистики. Вып.2 (38). М., 2011.

4. Корма В.Д., Образцов В.А. О криминалистической трактовке понятия технологии // Бюллетень Международной ассоциации содействия правосудию (МАСП). 2013. № 1 (7). С.58-62.

5. Криминалистика: учебник / Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Россинская Е.Р. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2008.

6. Криминалистика: учебник / под. ред. Н.П. Яблокова. 4-е изд., перераб. и доп. М., 2010.

7. Основные формы уголовных следствий // Вестник криминалистики. / Отв. ред. А. Г. Филиппов. Вып.1 (29). М., 2009.

8. Питерцев С.К., Степанов А.А. Тактические приёмы допроса: Учебное пособие, Изд-е 3-е, стереотипное. Спб.,1998.

143

9.Советский энциклопедический словарь. М., 1985.

Центров Евгений Емельянович, д-р юрид. наук, проф. кафедры криминалистики, заслуженный профессор МГУ, mgu. tsentrov@,mail. ru, Россия, Москва, Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова

THE PARADIGM OF CRIMINALISTIC TACTIC AND BASIC CONCEPTS

E.E. Tsentrov

Annotation: The article explains the proposal of criminalistic tactics paradigm shift. It's necessary, because basic of criminalistic tactics form obligatory provisions.

Keywords: tactic, paradigm, knowledge, recommendations, technique, rule, technology.

Tsentrov Evgeny Emelyanovich Dr. jurid. Sciences, prof. Department of Criminology, Professor Emeritus of MSU, mgu. tsentrov@,mail. ru, Russia, Moscow, M. V. Lomonosov Moscow State University

УДК 343.98

ОТДЕЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЙ ХАРАКТЕРИСТИКИ ЛИЦ И ПРЕСТУПНЫХ ГРУПП, СОВЕРШАЮЩИХ ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ПРАВ И ЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА ПО ЭКСТРЕМИСТСКИМ

МОТИВАМ

Т.А. Аристархова, А.А. Бибиков

Рассматриваются особенности криминалистической характеристика лиц и преступных групп, совершающих преступления против прав и законных интересов человека и гражданина по экстремистским мотивам, а так же дается классификация указанных формирований

Ключевые слова: криминалистическая характеристика, личность преступника, преступные группы, криминалистическая характеристика, криминалистическая классификация, преступления экстремистского характера

Современная следственная практика убедительно свидетельствует о том, что успех расследования любого преступления определяется не только способностью следователя выявлять и оценивать должным образом уголовно -правовые признаки совершенного деяния, собирать и оценивать доказательства, но во многом и умением проникать в его криминалистическую суть, сопоставлять выявленную криминалистически значимую информацию о нем с