Процессуальные гарантии реализации лицами, не участвовавшими в деле, права на судебную защиту

ПРОБЛЕМЫ ГРАЖДАНСКОГО И АРБИТРАЖНОГО ПРОЦЕССА

И.В. Рехтина *

Процессуальные гарантии реализации лицами, не участвовавшими в деле,

права на судебную защиту

Ключевые слова: судопроизводство, судебные постановления, не участвовавшие в деле лица, судебная практика

In the given article the author on basis of scientific concepts, present procedural legislation and law-enforcement practice analyses the problems arising in the sphere of defence of not-participating persons in the case whose rights and interests protected by law were violated by the trial decision. The author stresses not so high level of providing with the rights of the subjects in the framework of Civil Law and Arbitration Law, sorts out some drawbacks of legal regulation, investigates the problems of practice as well. The author concludes that defence of not-participat-ing persons in the case whose rights and interests protected by law were violated by the trial decision is necessary to effectuate taking into consideration the requirement of accessibility of justice for interested persons. As a result in this article formulates the author's point of view on legal defence by the persons not-participat-ing, provides the ways of perfecting today's legislation and its applicable practice.

Статья 46 Конституции РФ гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод. Достижение конечной цели судопроизводства — защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов — представляется невозможным без наличия в законодательстве соответствующих процессуальных гарантий, обеспечивающих надлежащий уровень защиты, в том числе в отношении прав лиц, не участвовавших в деле.

Формирование системы защиты прав не участвовавших в деле лиц в отечественной истории представляет последовательные явления с некоторыми началами самобытности и самостоятельности. Впервые способы обжалования судебных решений в форме особого процессуального института были закреплены в Судебниках 1497 и 1559 гг. под названием «суд с головы», а позже в конце XVIII века развились в систему апелляционного обжалования 1. В статье 183 главы X Соборного Уложения 1649 г. содержалась формулировка того принципа, что лицо, не принимавшее участия в деле, может, не боясь состоявшегося по делу решения, защищать свои права пу-

© Рехтина И.В., 2010

* Кандидат юридических наук, доцент кафедры трудового, экологического права и гражданского процесса Алтайского государственного университета. [jerdel80@mail.ru]

1 См.: Малышев К.И. Курс гражданского судопроизводства. Т. 2. М., 1876. С. 183.

тем самостоятельного иска. Эта же мысль в еще более рельефной форме выражается в «Воинском уставе» Петра I, по постановлению которого «приговор надлежит чинить токмо над челобитчиком и ответчиком, хотя при оном деле и посторонния случаются особы» (ч. III гл. I п. 4 «Воинского устава»). В Указе Правительствующего Сената от 11 июня 1769 г. четко закреплялось положение, что «третье лицо, коего права на спорное имущество были утаены тяжущимися, имеет неоспоримое право бить челом об отмене решения, состоявшегося по этому делу»1. Пройдя длительный путь развития, начиная со времен Новгородской и Псковской судебных грамот, процессуальные нормы, касающиеся судебной защиты прав не участвовавших в деле лиц, выделились в особый процессуальный институт в результате судебной реформы второй половины XIX в., в связи с чем в Уставе гражданского судопроизводства 1864 г. появился самостоятельный способ чрезвычайного обжалования, как «просьбы третьих лиц, не участвовавших в деле, об отмене решений» (ст. 795—797). Несмотря на то, что данная систематизация осуществлялась под влиянием французского законодательства, и форма исследуемого института представляла точный снимок с французского образца 2, о заимствовании его внутреннего, материального содержания не может быть и речи. Следует согласиться с Д.С. Флексором, что значение судебной реформы в отношении исследуемого института заключалось лишь в выделении и систематизации тех процессуальных мер, суть которых вполне самобытна и окрепла на почве нашего отечественного права, которому была исконно знакома не только идея, лежащая в основе института защиты прав не участвовавших в деле лиц, но и ее практическое осуществление, хотя и без специально установленных для этого процессуальных средств 3. После Октябрьской революции 1917 г. данный институт, как и многие другие основы процессуального законодательства царской России, был отменен.

В цивилистическом процессе советской России, несмотря на аргументированные высказывания ряда ученых 4, длительное время исключалась возможность обжалования лицами, не участвовавшими в деле, судебных актов. Надлежащей формой их обращения за судебной защитой традиционно признавалась подача самостоятельного иска. При этом законодателем игнорировалось обстоятельство, о котором пишет в 1894 г. Д.С. Флексор,

1 Флексор Д. С. Отмена решений по просьбе третьих лиц, не участвовавших в деле. СПб., 1894. С. 39.

2 См.: Загорский В. С. Очерки гражданского судопроизводства. М., 1889. С. 338.

3 См.: Флексор Д. С. Указ. соч. С. 41.

4 См., напр.: Лесницкая Л.Ф. Пересмотр судебных решений в кассационном порядке. М., 1974. С. 43; Алиэскеров М.А. Проблемы кассационного производства по гражданским делам: ав-тореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2000. С. 12; Степанова Е.А. Апелляция в России: историкоправовой аспект и перспективы развития: автореф. ... канд. юрид. наук. М., 1999. С. 9.

что «частноправовая сфера отдельного лица, несмотря на всю свою самостоятельность, не есть что-либо в самом себе замкнутое и резко отделенное от всего вообще гражданского оборота: напротив, взаимная связь юридических отношений такова, что суждение о правах и обязанностях одного лица может существенно отозваться на правовых интересах другого, а последствия судебного решения, коим признаются или отвергаются эти права и обязанности, могут воздействовать рефлективно на правовую сферу совершенно не причастных к делу лиц»1. Такое вторжение судебного решения в правовую сферу не участвовавших в деле лиц, по замечанию К.И. Малышева, обусловлено тем, что не всегда с первого взгляда видна действительная основа материальных гражданских правоотношений, поскольку она скрывается за формальным понятием истца и ответчика2.

В гражданском процессе современного периода выделение в отдельную группу субъектов, не участвовавших в деле, чьи права и законные интересы нарушаются принятым судебным актом, стало возможным после того, как законодатель в нормах ГПК РФ 2002 г. допустил обжалование в суд надзорной инстанции судебных постановлений указанными лицами (ч. 1 ст. 376). В арбитражном процессе первоначально право на обжалование также признавалось только за лицами, участвующими в деле (ст. 166 АПК РФ РФ 1992 г.). Однако уже в АПК РФ 1995 г. таким правом были наделены и не участвовавшие в деле лица (п. 4 ч. 3 ст. 158, п. 5 ч. 3. ст. 176). Сохранение такого правила в ч. 3 ст. 16, ст. 42 АПК РФ 2002 г. обоснованно, поскольку, возлагая на суд обязанность отменить судебный акт, принятый о правах не привлеченных к участию в деле лиц, не целесообразно не предоставить таким лицам возможность самостоятельно обратиться с соответствующей жалобой в суд. На сегодняшний день практика применения процессуальных норм, регулирующих защиту прав лиц, не участвовавших в деле, выявила ряд проблем.

Вначале необходимо обратить внимание на то, что законодатель в нормах ГПК РФ и АПК РФ при именовании рассматриваемой категории субъектов использует разные формулировки: не участвовавшие в деле или другие лица, если их права и законные интересы нарушены судебными постановлениями (ч. 1 ст. 376 ГПК РФ; ч. 3 ст. 16 АПК РФ); лица, не участвовавшие в деле, о правах и об обязанностях которых суд принял судебный акт (ст. 42 АПК РФ). При этом открытым остается вопрос о соотношении данных понятий. Может показаться, что законодатель не разграничивает названные группы субъектов и рассматривает их как тождественные. Такая законодательная неопределенность порождает проблемы как теоретического, так и

1 Флексор Д. С. Указ. соч. С. 5.

2 См.: Малышев К.И. Курс гражданского судопроизводства. Т. 1. М., 1876. С. 178—180.

практического характера. По обозначенной проблеме в процессуальной науке сформировалось два подхода: «широкий», сторонники которого считают категорию лиц, чьи права были нарушены судебным актом (ч. 3 ст. 16 АПК РФ), общей, включающей частный случай, когда суд разрешил вопрос о правах и обязанностях не участвовавших в деле лиц (ст. 42), соответственно, правом обжалования обладает любое лицо, чьи права были нарушены судебным актом1; и «узкий», согласно которому право на обжалование имеют лица лишь в случае, если суд принял судебные акты непосредственно об их правах и обязанностях2. Последний подход воспринят судебной практикой, и правом обжалования обладают лица, о правах и обязанностях которых суд принял судебное решение 3. Однако при каких обстоятельствах можно считать, что суд решил вопрос о правах и обязанностях не привлеченных к участию в деле лиц, практика пока не выработала однозначных подходов. Как правило, данное лицо упомянуто в мотивировочной или резолютивной частях судебного решения. Зачастую суды отказывают в принятии жалобы лица, которое не значится в судебном решении, аргументируя тем, что заявитель вправе защищать свои права в самостоятельном судебном процессе, поскольку на лиц, не участвовавших в деле, законная сила судебного акта не распространяется 4. Это побуждает названных субъектов обращаться в Конституционный Суд РФ. Подобные нарушения порождены отсутствием в законе четких критериев и ограничительным толкованием процессуальных норм судами, а не противоречием законодательства Конституции РФ.

Сказанное выше требует в первую очередь на законодательном уровне установить критерии для разграничения двух категорий субъектов: не участвовавших в деле лиц, чьи права и законные интересы нарушены судебным актом, и лиц, о правах и обязанностях которых суд принял судебный акт. Как замечает М.З. Шварц, это не одно и то же, а нарушение прав и интересов — понятие более широкое, а потому гораздо чаще встречающееся в практике,

1 См., напр.: Никоноров С.Ю. Производство в порядке надзора в гражданском процессе: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004. С. 29—30.

2 См.: Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу РФ / под ред. В.Ф. Яковлева, М.К. Юкова. М., 2003. С. 63 (авторы главы — В.М. Шерстюк, М.К. Юков); Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу РФ / под ред. Г.А. Жилина. М., 2003. С. 39 (автор главы — Г.А. Жилин).

3 См.: постановление Конституционного Суда РФ от 20 февраля 2006 г. № 1-П по делу о проверке конституционности положения ст. 336 ГПК РФ в связи с жалобами граждан К.А. Инешина, Н.С. Никонова и ОАО «Нижнекамскнефтехим» // Собрание законодательства РФ. 2006. № 10. Ст. 1145; п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 24 сентября 1999 г. № 13 // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 1999. № 11; определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 11 октября 2007 г. № 12229/07 // СПС «КонсультантПлюс».

4 См., напр.: определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 12 октября 2007 г. № 12398/07 // СПС «КонсультантПлюс».

чем решение о правах и обязанностях '. Во-вторых, с использованием унифицированных терминов определить ту группу лиц, которая обладает правом обжалования судебных актов. В этом смысле небезынтересны высказывания И. Приходько, который предложил при определении статуса лиц, о правах и обязанностях которых суд принял судебный акт, использовать механизм, согласно которому лицо, полагающее, что судом решен вопрос о его правах и обязанностях, потенциально должно встраиваться в систему процессуальных связей, характеризующих противостояние участников правового конфликта и определяемых треугольником: истец — ответчик — третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора. Если заявитель жалобы заведомо не встраивается в эту конфигурацию, т.е. даже гипотетически не может занять в ней одно из указанных мест (в том числе в качестве процессуального соучастника либо правопреемника стороны и т.д.), придется констатировать, что вопрос о его правах и обязанностях не решался независимо от того, упомянуто оно в судебном акте или нет 2. С точки зрения правил юридической техники, при построении закона, регулирующего однородные общественные отношения, требуется единообразное понимание терминов и использование формулировок 3, а нарушение такого порядка можно расценить как юридическую ошибку, являющуюся следствием несоблюдения требований законодательной техники4.

Далее следует указать, что просматривается дифференцированный подход законодателя в рамках гражданского и арбитражного судопроиз-водств в построении модели защиты прав не участвовавших в деле лиц, проявляющийся в том, что в ст. 42 АПК РФ, отнесенной к общим положениям Кодекса, устанавливается право лиц, не участвующих в деле, о правах и обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, его обжаловать и оспорить по установленным в АПК РФ правилам. Соответствующие статьи АПК РФ, посвященные праву апелляционного, кассационного и надзорного обжалований (ч. 1 ст. 257, ст. 273, ч. 1 ст. 292 АПК РФ), содержат отсылку к ст. 42 АПК РФ, что исключает дискуссию относительно возможности обращения данных субъектов в суды проверочных инстанций. Иная ситуация усматривается при анализе норм ГПК РФ, где прямое указание о

1 См.: Шварц М.З. Систематизация арбитражного процессуального законодательства (проблемы теории и практики применения): дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2004. С. 29.

2 См.: Приходько И. Проблемы судебной защиты прав лиц, не участвовавших в деле, в контексте доступности правосудия // Хозяйство и право. 2005. № 1. С. 18.

3 См.: Кашанина Т.В. Юридическая техника. М., 2008. С. 150.

4 См.: Баранов В.М., Сырых В.М. Законотворческие ошибки: понятие и типология // Законодательная техника современной России: состояния проблемы, совершенствование. Т. 1. Н. Новгород, 2001. С. 385.

возможности обжалования судебного акта не участвовавшими в деле лицами содержится только в ч. 1 ст. 376 ГПК РФ, закрепляющей право обращения в суд надзорной инстанции. При этом открытым остается вопрос о том, сознательно ли законодатель применил разные юридические конструкции, либо разночтения объясняются несовершенством юридической техники процессуального законодательства? В целях достижения равенства прав субъектов требуется единообразное регулирование однородных по своей природе отношений путем использования в законодательстве тождественных моделей и правил, поскольку арбитражные суды и суды общей юрисдикции, разрешая гражданские споры, действуют в рамках одного гражданского судопроизводства (ст. 118 Конституции РФ).

Отсутствие в гражданском процессе нормы, аналогичной ст. 42 АПК РФ, недостатки юридической техники при конструировании ст. 320, 336 ГПК РФ, открытость в связи с этим вопроса о возможности обжалования указанными лицами судебных актов в апелляционном и кассационном порядке явились основаниями для обращение ряда субъектов в Конституционный Суд РФ, который в своем постановлении от 20 февраля 2006 г. № 1-П установил безусловную обязанность суда второй инстанции отменить решение суда первой инстанции, независимо от доводов жалобы в случае, если суд решил вопрос о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле (п. 4 ч. 2 ст. 364 ГПК РФ), и указал, что право подачи надзорной жалобы не во всех случаях является достаточным для обеспечения реальной защиты нарушенных прав, поскольку после исполнения вступившего в законную силу судебного акта могут иметь место препятствия фактического и юридического характера, исключающие возможность восстановления первоначального (в том числе имущественного) положения такого лица, в частности, если не допускается поворот исполнения решения суда (ч. 3 ст. 45 ГПК РФ), поэтому суд второй инстанции не вправе отказать лицам, не привлеченным к участию в деле, вопрос о правах и обязанностях которых был решен судом первой инстанции, в проведении кассационной проверки наличия соответствующего основания для отмены вынесенного судом первой инстанции решения'. При этом Конституционный Суд РФ подчеркнул необходимость совершенствования действующего правового регулирования процессуального положения лиц, не привлеченных к участию в деле. Не все проблемы, существующие в обозначенной сфере, устранимы при помощи данного постановления. Так, неразрешенным остается вопрос о возможнос-

1 См.: постановление Конституционного Суда РФ от 20 февраля 2006 г. № 1-П по делу о проверке конституционности положения ст. 336 ГПК РФ в связи с жалобами граждан К.А. Ине-шина, Н.С. Никонова и ОАО «Нижнекамскнефтехим» // Собрание законодательства РФ. 2006. № 10. Ст. 1145.

ти обжалования судебных актов указанными лицами в апелляционном порядке, поскольку объектом проверки Конституционного Суда РФ явились только нормы ст. 336 ГПК РФ, посвященные кассационному производству. Представляется, что правовую позицию Конституционного Суда РФ, выраженную им в постановлении, следует распространять и на случаи обращения не участвовавших в деле лиц в суд апелляционной инстанции, поскольку «официальное казуальное толкование Конституционного Суда всегда имеет юридическое значение для всех отношений, аналогичны тем, которые явились поводом для соответствующих разъяснений по конкретной ситуации»1.

Вместе с тем в целях повышения эффективности правового регулирования необходимо дополнить общие положения ГПК РФ статьей, корреспондирующей ст. 42 АПК РФ, и закрепить право лиц, не участвовавших в деле, о правах и обязанностях которых суд принял судебный акт, право обжаловать его в апелляционном, кассационном и надзорном порядке. Принцип равенства субъектов процессуальных отношений предполагает право не участвовавших в деле лиц самостоятельно выбрать способ защиты своих нарушенных прав: обжаловать судебное решение или обратиться с самостоятельным иском.

Возможность обращения с жалобой в суд требует закрепления адекватной процедуры реализации данного права. Законодатель не учел процессуальные особенности участия рассматриваемой категории субъектов и фактически приравнял их в правах и обязанностях к лицам, участвующим в деле. Прежде всего это касается применения в адрес названных субъектов норм, устанавливающих срок обжалования, его исчисление и восстановление. Определенные коллизии возникают из-за различного нормативного регулирования данных вопросов в нормах АПК РФ и ГПК РФ. Так, ч. 4 ст. 292 АПК РФ устанавливает, что трехмесячный срок на обращение в суд надзорной инстанции для не участвовавших в деле лиц может быть восстановлен со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав или законных интересов оспариваемым судебным актом. Это представляется обоснованным. Однако при регулировании вопросов исчисления срока обжалования в кассационном и апелляционном порядке в отношении лиц, не участвовавших в деле, никаких исключений не установлено, поэтому если ходатайство о восстановлении срока подано по истечении шести месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого акта, то оно для данных субъектов не влечет никаких правовых последствий (ст. 259, 276 АПК РФ)2.

1 Хабриева Т.Я. Толкование Конституции Российской Федерации: теория и практика. М., 1998. С. 31.

2 См., напр.: постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа по делу № А10-6476/01-15-Ф02-495/04-С2 // СПС «КонсультантПлюс».

Еще большие проблемы вызывает процедура обжалования актов не участвовавшими в деле лицами в рамках системы судов общей юрисдикции. В нормах ГПК РФ не содержится положений, аналогичных ч. 4 ст. 292 АПК РФ. С учетом последних изменений в ГПК РФ восстановление срока обращения в суд надзорной инстанции возможно только в исключительных случаях и если эти обстоятельства имели место в период не позднее одного года со дня вступления обжалуемого судебного постановления в законную силу (ч. 4 ст. 112 ГПК РФ). Установление пресекательного срока реализовано законодателем с целью формирования стабильности судебных актов и соблюдения принципа правовой определенности, что одновременно стимулирует участников гражданских процессуальных правоотношений к реализации своих прав, ограничивает злоупотребления, уменьшает случаи поворота уже исполненного решения (ст. 443 ГПК РФ). Однако следует учитывать, что принцип res judicata применим только в том случае, если судебный акт не касается прав и обязанностей лиц, не участвовавших в деле. «Понимая, что решение затрагивает права лиц, не участвовавших в деле, и не предпринимая никаких мер для привлечения их к рассмотрению дела, лица, участвующие в деле, не вправе рассчитывать на то, что судебное решение создаст правовую определенность, защищаемую принципом res judicata»1. Довольно часто неучастие третьего лица в деле, решением которого нарушаются его права, не только не может быть поставлено ему в вину, за полным его неведением о возникшем процессе, но иногда является совершенно неизбежным и специально подготовленным результатом действий со стороны лиц, умышленно инициировавших спор в суде. Не прийти при таких обстоятельствах на помощь третьему лицу, как справедливо отмечал Д.С. Флексор, «это значило бы оставить его безо всякой охраны в наиболее критическую минуту»2.

Складывается впечатление, что на сегодняшний день законодатель не учел особенностей положения не участвовавших в деле лиц и поставил их в те же временные рамки, что и лиц, участвовавших в деле. При таком подходе зачастую исключается возможность обжалования не участвовавшими в деле лицами судебного акта в порядке надзора, поскольку установленный в ч. 4 ст. 112 ГПК РФ пресекательный одногодичный срок исчисляется с момента вступления решения в законную силу3. Так, Октябрьский районный

1 Султанов А.Р. О правах лиц, не участвовавших в деле, и процессуальных сроках с точки зрения Конституции РФ // Адвокатская практика. 2007. № 5. С. 14.

2 Флексор Д.С. Указ. соч. С. 7.

3 Интересно, что в проекте Федерального закона «О внесении изменений и дополнений в ГПК РФ», внесенном Верховным Судом РФ, предусматривалась более обоснованная конструкция и предлагалось установленный в ст. 376 ГПК РФ срок исчислять со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов, но не позднее года со дня вступления их в законную силу (см.: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 6 февраля 2007 г. № 4 // СПС «КонсультантПлюс»).

суд г. Барнаула своим определением от 14 февраля 2008 г. отказал Трепье-вой А.Н. в восстановлении срока обращения в суд надзорной инстанции, несмотря на приводимые ею доводы уважительности причин пропуска: она не принимала участия в деле, состоявшимся решением нарушается ее право собственности на квартиру, о чем она узнала, когда судебные приставы пришли исполнять решение суда, поскольку Алтайский краевой суд своим определением от 25 ноября 2006 г. оставил в силе решение районного суда, и к настоящему моменту одногодичный срок для восстановления срока со дня вступления решения в законную силу истек '.

Если исходить из того, что процессуальная форма должна соответствовать материальному содержанию нарушенного права, обеспечивать нарушенному праву возможность судебной защиты, а не препятствовать этому, то можно поставить под сомнение продолжительность срока обжалования в порядке надзора, установленного в адрес не участвовавших в деле лиц, в частности, несоответствие его общему сроку исковой давности (три года), закрепленному в ст. 196 ГК РФ. Если решение ошибочно, то установление правопрекращающих сроков на обращение в суд надзорной инстанции ранее истечения срока исковой давности означает досрочное прекращение права на защиту из-за несоответствия временных границ в нормах материального и процессуального права2. Другие лица, чьи права были нарушены судебным постановлением (ч. 1 ст. 376 ГПК РФ), имеют право обжалования в порядке надзора, однако необоснованно поставлены в те же временные границы, что и лица, участвующие в деле.

Устранить такое несоответствие возможно двумя способами. Во-первых, для таких лиц, как не знавших о процессе, момент исчисления сроков на обращение в суд установить по аналогии с исчислением начала течения срока исковой давности, т. е. с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права состоявшимся судебным актом. Во-вторых, возможен вариант, когда в течение всего установленного законом срока обращения судебных актов судов общей юрисдикции, арбитражных судов, судебных приказов к исполнению, который составляет три года (ст. 14 Федерального закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»3), сохраняется потенциальная возможность обжаловать в порядке надзора незаконное постановление, поскольку именно в период, когда решение будет исполняться, лицо может узнать о нарушении его прав принятым без его участия судебным решением.

1 См.: определение Октябрьского районного суда г. Барнаула от 14 февраля 2008 г. по делу № 2 -2743/08 // Архив Октябрьского районного суда г. Барнаула.

2 См.: Воробьев Е.Г. К вопросу о несоответствии сроков материального и процессуального права для судебной защиты гражданских прав в порядке надзора // Арбитражный и гражданский процесс. 2004. № 8. С. 24.

3 Собрание законодательства РФ. 2007. № 41. Ст. 4849.

В этом отношении конструкция, закрепленная в ч. 4 ст. 292 АПК РФ, является более целесообразной, поскольку гарантирует защиту прав лиц, не участвовавших в деле, и в полной мере соответствует п. 1 ст. 6 и ст. 13 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Нормы Конвенции устанавливают право каждого, в том числе и право лица, о правах которого суд принял решение, не привлекая данное лицо к рассмотрению дела, на эффективное средство правовой защиты в государственном органе в случае спора о его правах и обязанностях. Данное конвенционное положение разъясняется в ряде постановлений Европейского суда по правам человека1.

Изложенные выше суждения позволяют установить в ч. 2 ст. 376 ГПК РФ для не участвовавших в деле лиц специальный порядок исчисления срока обращения в суд надзорной инстанции: а именно, начало течения данного, на сегодняшний день шестимесячного срока, связывать с моментом, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права состоявшимся судебным актом. Соответственно, в ч. 4 ст. 112 ГПК РФ закрепить, что восстановление пропущенного по уважительным причинам срока другими лицами, о чьих правах и обязанностях суд принял судебный акт, возможно в период не позднее трех лет со дня вступления обжалуемого судебного постановления в законную силу2. Такие изменения не нарушают принципа правовой определенности (res judicata), а содержащиеся в судебном решении ошибки требуют его отмены. Предложенные изменения процессуального законодательства позволят повысить уровень гарантий судебной защиты прав не участвовавших в деле лиц.

Установленное в ч. 2 ст. 376 ГПК РФ правило, ставящее возможность обращения в суд надзорной инстанции в зависимость от исчерпания иных способов обжалования, не может применяться в отношении других лиц, о правах и обязанностях которых суд принял судебный акт, поскольку заведомо ставит их в неравное положение с лицами, участвовавшими в деле и знавшими о состоявшемся решении. Верховный Суд РФ оставил данный вопрос без внимания, а в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от

1 См., напр.: постановление Европейского суда по правам человека по делу Morel против Франции и Постановление Европейского суда по правам человека от15 февраля 2000 г. по делу Garcia Manibardo против Испании // <www. echr. coe.int/hudoc.htm> (последнее посещение — 22 августа 2009 г.).

2 В этом смысле показательно то, что в проекте ГПК РФ, внесенном в Госдуму Верховным Судом РФ, предусматривался трехгодичный срок на обращение в суд надзорной инстанции (ч. 2 ст. 384) (см.: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2000 г. № 37 // СПС «КонсультантПлюс»).

Трехлетний срок обращения в суд надзорной инстанции с момента вступления в законную силу судебного постановления установлен в ГПК Республики Беларусь (ст. 437, 438) (см.: Колядко Н.И. Кодификация гражданского и хозяйственного процессуального законодательства Республики Беларусь: концепция, основные новеллы // СНГ: реформа гражданского процессуального права: мат. междунар. конф. / под общ. ред. М.М. Богуславского, А. Трунка. М., 2002. С. 111—113).

12 февраля 2008 г. № 3 указал, что если дело не рассматривалось в апелляционном или кассационном порядке, то судебные постановления не могут быть обжалованы в порядке надзора, а жалобы подлежат возвращению без рассмотрения по существу определением судьи на основании п. 5 ч. 1 ст. 3791 ГПК РФ, как поданные с нарушением правил подсудности, установленных ст. 377 ГПК РФ, при этом никаких исключений для не участвовавших в деле лиц не предусмотрено. Данная ситуация требует скорейшего разрешения путем внесения изменений в указанное постановление Пленума Верховного Суда РФ.

С учетом особенностей статуса лиц, о правах и обязанностях которых суд принял судебный акт, вполне обоснованным представляется разработка и закрепление в нормах процессуальных кодексов самостоятельного производства по рассмотрению жалоб указанных лиц1, поскольку разрешение судом вопроса об их правах и обязанностях является существенным нарушением норм процессуального права, что влечет безусловную отмену акта вне зависимости от доводов, изложенных в жалобе (п. 4 ч. 2 ст. 364 ГПК РФ). Так, Президиум Алтайского краевого суда удовлетворил надзорную жалобу Ц., решением Славго-родского городского суда от 8 июля 2006 г. отменил и дело направил на новое рассмотрение по существу, так как, удовлетворяя требования Б. об отмене решения общего собрания об избрании председателем с/х артели Ц. и восстановления истца в должности председателя артели, суд фактически решил вопрос о правах и обязанностях Ц., не привлеченного к участию в деле2.

Отдельное производство по жалобам не участвовавших в деле лиц, как было указано выше, существовало в дореволюционной России. Подобные конструкции закреплены в современном законодательстве ряда европейских стран. Так, для защиты прав рассматриваемой категории субъектов во Франции и Бельгии установлена оппозиция со стороны лиц, не участвовавших в деле, в Эстонии — производство под названием «Исправление судебных ошибок», в Литве — производство по возобновлению процесса2.

Безусловно, выделение отдельного производства для рассмотрения жалоб не участвовавших лиц процесс длительный, требующий кардинальных изменений процессуальных законов. До его формирования существует объективная необходимость внести в ГПК РФ и АПК РФ предложенные в данной статье коррективы с целью обеспечения эффективности защиты прав лиц, не участвовавших в деле, о правах и обязанностях которых суд принял судебный акт.

1 Идея формирования отдельного производства в целях рассмотрения жалоб не участвовавших в деле лиц обосновывается рядом ученых (см., напр.: Борисова Е.А. Проверка судебных актов по гражданским делам. М., 2005. С. 72; Никоноров С.Ю. Указ. соч. С. 30; Загайнова С.К. Проблемы пересмотра судебных решений и определений мировых судей в апелляционном порядке // Новеллы гражданского процессуального права. М., 2004. С. 185).

2 См.: постановление Президиума Алтайского краевого суда по делу № 44г-379/06 // Архив Алтайского краевого суда.

3 См.: Борисова Е.А. Указ. соч. С. 71.