Начало экономической трансформации посткоммунистических стран Центральной Европы

УДК 330.8

НАЧАЛО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТРАНСФОРМАЦИИ ПОСТКОММУНИСТИЧЕСКИХ СТРАН ЦЕНТРАЛЬНОЙ ЕВРОПЫ

К. Р. Копылов

Межрегиональный открытый социальный институт, г. Йошкар-Ола

START OF ECONOMIC TRANSFORMATION IN POST-COMMUNIST COUNTRIES OF CENTRAL EUROPE

K. R. Kopylov

Interregional Open Social Institute, Yoshkar-Ola

В статье рассмотрен начальный этап экономической трансформации с анализом условий, в которых находились посткоммунистические страны Центральной Европы на 1989 год. Показаны основные исходные факторы, повлиявшие на динамику социально-экономического развития в странах рассматриваемых регионов. Методом сравнительного анализа бывших стран социалистического блока были рассмотрены различные факторы, способные повлиять на темпы экономической трансформации. Установлена закономерность, что в странах, имевших объективные исторические предпосылки к экономической децентрализации, процесс восстановления рыночной экономики шел быстрее. Замечено, что темпы национализации экономики в период советской оккупации для разных стран был различен, и в странах, где национализация экономики проходила дольше всего, уровень жизни, в частности объем ВВП на душу населения, был наиболее высоким. Подтверждено влияние численности населения страны на темпы экономической трансформации.

Ключевые слова: переходная экономика, экономика Центральной Европы, посткоммунистические страны, рыночная экономика.

The article describes the initial stage of economic transformation, with the analysis of conditions in which the post-communist countries of Central Europe were in 1989. The basic source factors affecting the dynamics of socioeconomic development in these countries are also shown in the article. The method of comparative analysis of the countries of the former socialist bloc considered various factors that may affect the pace of economic transformation. It was found out that there was the faster process of recovery of the market economy in the countries with the objective historical background of the economic decentralization. It has been observed that the rate of nationalization of the economy during the Soviet occupation in different countries was different, and in the countries where nationalization of the economy took the longest time, the standard of living, in particular, GDP per capita was the highest. The influence of the country's population on the pace of economic transformation confirmed.

Keywords: transition economy, Central European economy, post-communist countries, market economy.

Одной из наиболее исторически определяющих дат второй половины XX века был 1989 год. В странах, находившихся ранее под влиянием Советского Союза, прошли так называемые «бархатные революции». «Бархатными» они были названы, потому что во всех странах, за исключением Румынии, прошли практически бескровно.

Р. Пайпс в качестве одной из основных причин данных процессов выдвинул конфликт между новыми производительными силами и старыми производственными отношениями, что соответствует теории, ранее предлагаемой К. Марксом [4, с. 6-7; 5, с. 317]. Научно-техническая революция, экономический прогресс и процесс глобализации тормозились устаревшими авторитарными

и тоталитарными бюрократическими режимами, существовавшими в изучаемых странах.

После падения социалистического лагеря судьба входивших в него стран оказалась различной. Во многом это объясняется различными начальными условиями, которые имели страны к началу экономической трансформации. Данная статья объясняет, почему наиболее гладко процесс перехода к рыночной экономике произошел в странах Центральной Европы.

Состояние вопроса. Экономическая трансформация в посткоммунистических странах разных регионов проходила с различными векторами, и если одна группа стран

© Копылов К. Р., 2017

быстрыми темпами интегрируется с западными европейскими государствами, то другая идет по отличающейся стратегии развития [14].

Вопрос изучения факторов, влияющих на темпы экономической трансформации, был предметом внимания многих исследователей. О. И. Шка-ратан связывает предрасположенность к рыночной экономике у молодых посткоммунистических стран с наличием или отсутствием в них этакра-тизма, строя, при котором государство монополизировало средства производства и взяло под контроль социально-экономическую и политиче-

скую сферу жизни общества в течение долгосрочного исторического периода. Им была рассмотрена схема исторической распространенности этакратизма, представленная на рисунке 1, и замечено, что у стран, где он был наименее распространен, была большая склонность к развитию рыночной модели экономики [6]. Историческое прошлое стран сыграло роль в ходе экономической трансформации, в настоящей работе это также будет принято во внимание и рассмотрено с позиции предпосылок к экономической децентрализации.

Рис. 1. Схема распространения этакратии с Востока на Запад

В ряде исследовательских работ отмечалось, что трансфер западных технологий в управлении, которые стимулировали бы развитие рыночной экономики, не является простым модернизаци-онным процессом, так как необходимо принимать во внимание идеологию, которая является доминирующей в сознании граждан страны [9; 10].

Л. Кук была рассмотрена роль государства в социальной сфере в посткоммунистических странах Центральной и Восточной Европы, включая бывшие страны Советского Союза. Были показаны различия в начальных условиях для данных стран и сопоставлены результаты с учетом имеющихся на сегодня реалий в социальной сфере [8].

В зависимости от сферы профессиональных интересов изучающих вопрос экономической трансформации ученых, были рассмотрены самые разные факторы, повлиявшие на темпы экономической трансформации: по-разному оценивалась поддержка западных государств, исторические предпосылки, геополитика и др.

Одной из неизменных остается численность населения страны, так как очевидно, что экономика малонаселенных стран в большей степени зависит от экспорта, так как нет достаточного количества потребителей, чтобы ориентировать экономику на внутренний рынок. А с экспортом у посткоммунистических стран в начале трансформации были трудности, вызванные проблемами с конвертацией валюты и инфляцией, а также несоответствием принятым в западных странах стандартам качества.

Экономическая ситуация к началу трансформации. Долгие годы существования в социалистическом лагере негативно повлияли на экономику ряда стран Центральной Европы. Наиболее показательными в данном случае являются различия по основным макроэкономическим показателям, в частности ВВП на душу населения, между странами, которые в течение продолжительного исторического периода являлись единым государством. К таковым относятся Австрия

и Венгрия, ФРГ и ГДР. Разница в экономическом отставании бывших социалистических стран представлена на рисунках 2 и 3. Из всех стран бывшего социалистического блока самый высокий уровень жизни был в ГДР. По данным ООН, на 1990 год ГДР занимала 21 место в мире по индексу человеческого развития HDI (ближайшая к ней социалистическая ЧССР занимала 25 место, СССР -26 место) [18, с. 111].

Вероятные причины экономических успехов ГДР по отношению к другим странам социалистического блока будут рассмотрены ниже. В ЧССР на повышение уровня жизни и благосостояния населения влиял фактор наличия протестных настроений среди населения. Аналогичные явления имели место в Венгрии и Польше [7; 11; 13].

Рис. 2. Сравнение ВВП на душу населения в Венгрии и Австрии в 1991 году в тысячах долларов [1]

Рис. 3. Сравнение ВВП на душу населения в ГДР и ФРГ в 1989 году в тысячах евро [12]

В Германской Демократической Республике была развита автомобильная промышленность (Trabant, IFA, Robur, Wartburg и др.), радиоэлектроника (Robotron), химическая промышленность, приборостроение. Страна отличалась высоким уровнем жизни относительно прочих стран социалистического блока. При этом к моменту своего

образования страна имела серьезные проблемы. Во-первых, как следствие Второй мировой войны, это крупные человеческие потери среди лиц мужского населения, которые могли бы быть задействованы в промышленности. Во-вторых, потери значительных производственных мощностей из-за выплаты репараций и вследствие бомбардировки городов в годы войны (бомбардировка Дрездена в феврале 1945 г., Берлина в апреле 1945 г.). Таким образом, становится логичным вопрос, что же отличило ГДР от прочих стран социалистического блока, что помогло стране быстро восстановить экономические возможности и как это повлияло на темпы ее перехода к рыночной экономике.

Начальные условия, повлиявшие на темпы экономической трансформации в Центральной Европе. В качестве очевидных предпосылок к развитию ГДР можно выделить географическую близость с развитыми странами запада (ФРГ, Францией, Данией, Австрией) и факт передачи ряда ранее взятых в качестве репараций предприятий со стороны СССР.

Однако существовала другая важная особенность, характерная именно этой стране бывшего социалистического блока. Дело в том, что сама национализация предприятий в ГДР проходила дольше, чем в других странах, и последние крупные промышленные предприятия были национализированы только в 1972 году. А в ряде отраслей, в частности, пищевой, сохранялись предприятия, находившиеся в частных руках.

Для сравнения, в других странах социалистического блока процесс национализации проходил быстро. В Польше, например, этому способствовал тот факт, что польская промышленность была на 70 % уничтожена в годы Второй мировой войны, а в Болгарии уже к моменту вступления в нее советских войск значительная часть собственности (87 % добычи угля, 73 % электроэнергии, 75 % кредитно-банковых учреждении и т. д.) принадлежала государству [3, с. 402].

Таким образом, темпы национализации экономики после насаждения Советским Союзом социалистических режимов в рассматриваемых странах можно рассматривать как важный фактор, повлиявший на экономическое развитие. В странах, где национализация происходила медленнее (в первую очередь, в ГДР), сохранялся накопленный ранее опыт ведения предпринимательства, существовавшая конкуренция продолжала стимулировать инновации в промышленности, внедрять новые технологии, возникшее в ходе научно-технической революции.

Другим фактором является население страны. Если население было относительно небольшое (как например, в Венгрии и странах Прибалтики), то экономика во многом зависела от внешней торговли. А в условиях проблем с конвертацией валют и низким качеством продукции относительно западноевропейской было сложно сформировать высокий уровень экспорта. В Польше, где население к 1989 году составляло около 38 миллионов человек и было приблизительно в 4 раза больше населения Венгрии и Болгарии [2], была возможность ориентировать промышленность на внутренний рынок, что давало стране преимущество во время трансформации. Аналогичный опыт имеет стремительно развивающийся азиатский Китай.

Следующее, что необходимо обсудить, - объективные исторические предпосылки к децентрализации экономики. Чтобы развивать региональную экономику и конкуренцию, было необходимо эффективно произвести децентрализацию экономики. В странах, в которых был накоплен продолжительный исторический опыт существования с децентрализованной экономикой, осуществить данное было проще. В первую очередь, к таким странам относилась ГДР. Германия на протяжении многих столетий существовала как совокупность княжеств, во многом самостоятельных в своей политике, объединенных в Священную Римскую империю, где власть императора над княжествами оставалось слабой. Объединение Германии произошло лишь в 1871 году, при этом немецкие промышленные центры были сосредоточены в разных городах (из тех, что отошли к ГДР, это, прежде всего Берлин, Лейпциг и Дрезден). Другим примером является Речь Посполи-тая - Польша, в которой также долгое время была децентрализированность, что было обусловлено тем, что в стране долгое время существовала выборная монархия, и было сильное влияние у шляхты, которое осуществлялось через Сейм.

У Восточной и Юго-Восточной Европы опыта существования с децентрализованной экономикой не было, или он был незначителен. В России сильные тенденции к централизации проявлялись со времен Великого князя московского Ивана III и имеют место и на сегодняшний день.

Еще одно значимое начальное условие, в разной степени повлиявшее на развитие посткоммунистических стран - поддержка со стороны западноевропейских государств, Соединенных Штатов и крупных международных организаций [16]. На институциональном уровне посткоммунисти-

ческие государства стремились заимствовать опыт развитых стран Запада, что рассмотрено в работе Р. Роуз [17, с. 111]. У Центральной Европы было в этом отношении преимущества перед другими регионами, к примеру, Прибалтикой, которая имела относительно небольшие контакты с западным миром [15].

Также к начальным условиям следует отнести обширность территории, объемы энергоресурсов, пригодных к экспорту. Как показала практика бывшего СССР, изобилие вышеупомянутых ресурсов преимуществ при экономической трансформации не дало. Зато в странах, у которых отсутствовало в достаточном количестве сырье, пригодное на экспорт, и большие территории, вопрос интенсификации производства являлся вопросом существования. Это, в частности, объясняет, почему первая бархатная революция произошла в Чехословакии - конфликт новых производительных сил, которым было необходимо внедрение последних плодов научно-технической революции и старых производственных отношений, построенных на авторитарной бюрократии, стал неизбежным после ослабления влияния Советского Союза на данную страну. В небольших и небогатых ресурсами странах Центральной Европы не было возможности продолжительное время вести экстенсивное хозяйство, поэтому вопрос структурной экономической перестройки и реформации политических институтов в них стоял наиболее остро: им было необходимо развитие конкуренции и интенсификации народного хозяйства.

Выводы

Таким образом, к числу основных условий, определивших динамику перехода посткоммунистических стран Центральной Европы к рыночной модели экономики, можно отнести следующие факторы: во-первых, это темпы национализации экономики после установления социалистических режимов, что демонстрирует позитивный опыт ГДР. Во-вторых, это численность населения страны, что было связано с возможностью ориентации экономики на внутренний рынок, что в свою очередь способствовало сохранению ряда промышленных предприятий в наиболее тяжелые первые годы трансформации. Третьим и одним из наиболее важных факторов были выделены объективные исторические предпосылки к децентрализации экономики, которые в странах Центральной Европы были ярко выражены в отличие от посткоммунистических стран других регионов. Также в качестве факторов были отмечены поддержка со стороны иностранных

государств и международных организаций, запа- ность пригодной для ведения хозяйства террито-сы природных энергетических ресурсов и обшир- рии изучаемых стран.

Литература

1. База данных Всемирного банка. WORLD BANK GROUP, 2016. URL: http://data.worldbank.org/indicator/ NY.GDP.PCAP.CD?locations=HU-AT (дата обращения: 08.11.2016).

2. База данных Всемирного банка. WORLD BANK GROUP, 2016. URL: http://data.worldbank.org/indicator/ SP.POP.TOTL?locations=HU-PL-BG (дата обращения: 08.11.2016).

3. Жидков О. А., Крашенинникова Н. А. История государства и права зарубежных стран: учебник для вузов: в 2 ч. Ч. 2. 2-е изд., стер. М.: НОРМА, 2003. 720 с.

4. Маркс К., Энгельс Ф. К критике политической экономии // Собр. соч. Изд. 2-е. Т. 13. М.: Политиздат, 1959. 771 с.

5. Пайпс Р. Я жил. Мемуары непримкнувшего. Перевод осуществлен с английского издания: Richard Pipes. Vixi: Memoirs of a Non Belonger. Vale University Press, New Haven & London. 2003. М.: Московская школа политических исследований, 2005. 406 с.

6. Шкаратан О. И. Системы цивилизаций и модели социально-экономического развития России и других посткоммунистических стран Европы // Мир России. 2010. № 3. С. 23-45.

7. Cook L. J. The Soviet Social Contract and Why It Failed: Welfare Policy and Workers' Politics from Brezhnev to Yeltsin. Cambridge: Harvard University Press, 1993. 272 pp.

8. Cook L. J. Emerging Welfare States: Eastern Europe and Russia // The Oxford Handbook of the Welfare State. Oxford University Press. 2010. P. 671-688.

9. Dolowitz D., Marsh D. Who Learns What from Whom: a Review of the Policy Transfer Literature // Political Studies. 1996. No. 44. P. 343-357.

10. Drechsler W. The Rise and Demise of the New Public Management // Post-Autistic Economics Review. 2005. No. 33.

11. Haggard S., Kaufman R. R. Development, Democracy and Welfare States: Latin America, East Asia and Eastern Europe. Princeton: Princeton University Press, 2008. 496 pp.

12. Heske G.: Volkswirtschaftliche Gesamtrechnung DDR 1950-1989: Daten, Methoden, Vergleiche // Historical Social Research, Supplement. 2009. No. 21. 359 pp.

13. Inglot T. Welfare States in East Central Europe. 1919-2004. Cambridge: Cambridge University Press, 2008. 363 pp.

14. Manning N. Diversity and Change in Pre-Accession Central and Eastern Europe Since 1989. // Journal of European Social Policy. 2004. No. 14. P. 211-232.

15. Randma-Liiv T. Demand- and Supply-Based Policy Transfer in Estonian Public Administration // Journal of Baltic Studies. 2005. No. 36(4). P. 467-487.

16. Roaf J., Atoyan R., Joshi B., Krogulski K. and an IMF staff team. 25 years of transition: post-communist Europe and the IMF. Washington, D. C.: International Monetary Fund, 2014. 62 pp.

17. Rose R. Lesson-Drawing in Public Policy: A Guide to Learning across Time and Space. New Jersey: Chatham House, 1993. 194 pp.

18. UNDP. Human development report 1990. New York: Oxford University Press, 1990. P. 189.

References

1. Baza dannykh Vsemirnogo banka [Data base of the World Bank], WORLD BANK GROUP, 2016, URL: http://data. worldbank.org/indicator/NY.GDP.PCAP.CD?locations=HU-AT (accessed 08.11.2016).

2. Baza dannykh Vsemirnogo banka [Data base of the World Bank]. WORLD BANK GROUP, 2016, URL: http://data. worldbank.org/indicator/SP.POP.TOTL?locations=HU-PL-BG (accessed 08.11.2016).

3. Zhidkov O. A., Krasheninnikova N. A. Istoriya gosudarstva i prava zarubezhnykh stran: Uchebnik dlya vuzov: V 2 ch. Ch. 2 [History of State and Law of foreign countries, textbook for universities, in 2 parts], 2-e izd., ster. M.: Izdatel'stvo NORMA, 2003, 720 p.

4. Marks K., Engel's F. K kritike politicheskoi ekonomii [Contribution to the Critique of Political Economy], Sobr. soch., izd. 2 = Works, vol. 13, Moscow: Politizdat, 1959, 771 p.

5. Pipes R. Ya zhil. Memuary neprimknuvshego [Vixi: Memoirs of a Non Belonger], Perevod osushchestvlen s angliiskogo iz-daniya: Richard Pipes. Vixi: Memoirs of a Non Belonger. Vale University Press, New Haven & London, 2003, M.: Moskovskaya shkola politicheskikh issledovanii, 2005, 406 p.

6. Shkaratan O. I. Sistemy tsivilizatsii i modeli sotsial'no-ekonomicheskogo razvitiya Rossii i drugikh postkommunisticheskikh stran Evropy [Systems of civilizations and models of socio-economic development of Russia and other post-communist countries of Europe], Mir Rossii = Universe of Russia, 2010, no. 3, pp. 23-45.

7. Cook L. J. The Soviet Social Contract and Why It Failed: Welfare Policy and Workers' Politics from Brezhnev to Yeltsin, Cambridge: Harvard University Press. 1993, 272 p.

8. Cook L. J. Emerging Welfare States: Eastern Europe and Russia, The Oxford Handbook of the Welfare State. Oxford University Press, 2010, pp. 671-688.

9. Dolowitz D., Marsh D. Who Learns What from Whom: a Review of the Policy Transfer Literature, Political Studies, 1996, no. 44, pp. 343-357.

10. Drechsler W. The Rise and Demise of the New Public Management. Post-Autistic Economics Review. 2005, no. 33.

11. Haggard S., Kaufman R. R. Development, Democracy and Welfare States: Latin America, East Asia and Eastern Europe. Princeton: Princeton University Press, 200S, 496 p.

12. Heske G.: Volkswirtschaftliche Gesamtrechnung DDR 1950-19S9: Daten, Methoden, Vergleiche, Historical Social Research, Supplement, 2009, no. 21, 359 p.

13. Inglot T. Welfare States in East Central Europe. 1919-2004, Cambridge: Cambridge University Press, 200S, 363 p.

14. Manning N. Diversity and Change in Pre-Accession Central and Eastern Europe Since 19S9, Journal of European Social Policy,

2004, no. 14, pp. 211-232.

15. Randma-Liiv T. Demand- and Supply-Based Policy Transfer in Estonian Public Administration, Journal of Baltic Studies,

2005, no. 36(4), pp. 467-4S7.

16. Roaf J., Atoyan R., Joshi B., Krogulski K. and an IMF staff team. 25 years of transition: post-communist Europe and the IMF. Washington, D. C.: International Monetary Fund, 2014, 62 p.

17. Rose R. Lesson-Drawing in Public Policy: A Guide to Learning across Time and Space. New Jersey: Chatham House, 1993, 194 p. 1S. UNDP. Human development report 1990, New York: Oxford University Press, 1990, p. 1S9.

Статья поступила в редакцию 16.01.2017 г.

Submitted 16.01.2017.

Для цитирования: Копылов К. Р. Начало экономической трансформации посткоммунистических стран Центральной Европы // Вестник Марийского государственного университета. Серия «Сельскохозяйственные науки. Экономические науки». 2017. Т. 3. № 1 (9). С. 91-96.

Citation for an article: Stafievskaja M. V., Jusupova E. D. Start of economic transformation in post-communist countries of Central Europe. Vestnik of the Mari State University. Chapter "Agriculture. Economics ". 2017, vol. 3, no. 1 (9), pp. 91-96.

Копылов Кирилл Русланович, аспирант, Межрегиональный открытый социальный институт, г. Йошкар-Ола,

ккору^@тЬох. ги

Kopylov Kirill R., postgraduate student, Interregional Open Social Institute, Yoshkar-Ola,

kkopylov@inbox.ru