Местоимения как средство выражения атрибутивной посессивности в аварском и английском языках

МЕСТОИМЕНИЯ КАК СРЕДСТВО ВЫРАЖЕНИЯ АТРИБУТИВНОЙ ПОСЕССИВНОСТИ БАВАРСКОМ

И АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКАХ

2010 Магомедова М.А.

Дагестанский государственный педагогический университет

В настоящей статье на материале двух разноструктурных языков, каковыми являются аварский (нахско-дагестанская семья языков) и английский (индоевропейская семья языков), рассматривается употребление притяжательных и лично-указательных местоимений для выражения посессивных отношений. Являясь универсальной категорией, посессивность представлена во всех языках мира, но реализуется по-разному. Однако в сфере атрибутивной посессивности аварский и английский языки обнаруживают некоторую общность, в частности для передачи посессивных отношений употребляются притяжательные местоимения.

The author of the article basing on the two languages with different structures, i.e. the Avar language (the North-Eastern Caucasian family of languages) and English (the Indo-European family of languages) considers the use of possessive and personal demonstrative pronouns to express the possessive relations. Being a universal category, the possessivity is represented in all the languages of the world, but it is implemented differently. However, in the sphere of the attributive possesivity in the Avar language and English some commonality is observed, in particular possessive pronouns are used to express possessive relations.

Ключевые слова: посессивность, посессив, атрибутивная посессивность, притяжательные конструкции, притяжательные местоимения, личные местоимения, генитивные формы, идея притяжательности.

Keywords: possessivity, posessive, attributive possessivity, possessive

constructions, possessive pronouns, personal pronouns, genitive forms, possessivity idea.

При традиционном подходе посессивность рассматривается как отношение между двумя объектами, связанными с идеей обладания одного другим. Посессивные же значения не ограничиваются только собственно обладанием лица материальным объектом, каким-либо конкретным видом собственности. В качестве способов обладания рассматриваются владение, пользование и

распоряжение.

Атрибутивные притяжательные конструкции указывают на связь между двумя сущностями, практически не поясняя ее характер.

Тем самым расширяется сфера ее применения.

Сфера атрибутивной

посессивности в аварском и

английском языках представлена целым рядом лексико-грамматичес-ких средств выражения, включая:

1) местоимения - притяжательные и возвратные в английском и личные, указательные и возвратные в аварском;

2) прилагательные препозитивной

семантики, указывающие на наличие или отсутствие объекта обладания (напр. аварск. к1иг)ебав

«широкоплечий», квергьеч1ев

«безрукий»);

3) словосочетания с родительным падежом в качестве управляемого слова (васасул квер къазе «пожать мальчику руку»);

4) качественные прилагательные, обозначающие свойства предмета или их отсутствие (smart, deaf; пагьму бугев, ничгьеч1ев);

5) конструкция с апострофом в английском языке.

Остановимся более подробно на употреблении местоимений для передачи посессивных отношений -притяжательных в английском и лично-указа-тельных в аварском.

Атрибутивным средствам

выражения посессивности можно приписать два основных значения: собственно лексическое,

реализующееся как в сочетаниях (дир хур «мое поле» - дир бугеб хур «принадлежащее мне поле»), так и при автономном употреблении (щивасе жиндирго «каждому свое»), и синтаксическое, связующее - оно реализуется в сочетаниях с именами разной семантики. Во втором случае посессив указывает на отношение к лицу. Выделяются два основных типа конструкций, в которых он имеет связующее значение: конструкции с именами, имеющими релятивную сему: гьесул эмен «его отец», гьесул квер «его рука»; конструкции с предикатными именами или «скрытым» предикатом: гьесул

рештШн «его приезд», гьесул кагъат «его письмо».

Как и глагол букШне (аварск.) / have (англ.) «иметь», атрибутивные средства склонны к расширению значения, к употреблению в структурах обобщенной семантики.

Системы притяжательных

местоимений и прилагательных в обоих языках образуют хорошо организованные, сходные во многих чертах парадигмы. Для английского языка важно отметить, что в то время как в глагольной конструкции существительное, как правило, сопровождается показателем

неопределенности / have a house,

местоименный посессив, по мнению М. А. Журинской [4. C. 315], имеет признак определенности и соответствует в этом смысле определенному артиклю.

В самом начале следует оговориться, что определение статуса слов типа ту, mine, our, ous в английском языке и слов типа дир, дур, нижер, нилъер, гъосул, гьесул, нужер и др. в аварском языке является довольно непростой задачей и единого мнения на этот счет не существует ни в англистике, ни в авароведении. Некоторые исследователи не считают притяжательное местоимение и местоимение вообще отдельной частью речи, т.к. оно одновременно сочетает в себе признаки существительного и прилагательного и просто распределяют местоимения между существительными и прилагательными. Некоторые

считают их генитивными формами личных местоимений: Джеймс Мюир [8], к примеру, относит к этой категории посессивы и в автономной, и в неавтономной форме.

Существующие классификации можно подразделить на четыре типа. Разные исследователи определяют эти слова как:

1) притяжательные местоимения;

2) личные местоимения в притяжательном падеже (в англ.)/ личные местоимения в родительном падеже (в аварск.);

3) местоимения-прилагательные, относимые то к местоимениям, то к прилагательным (местоимение и прилагательное, по мнению Майкла, -классификации взаимоисключающие, так как «трудно представить, каким образом слово может одновременно заменять существительное и сообщать о его свойствах» [7. C. 333];

4) притяжательные прилагательные.

В исследованиях Т. М. Николаевой [5] очерчены три группы функций, связанных с посессивными местоименными конструкциями.

Посессивы, по ее мнению, выступают в роли показателей определенности и анафоричности, а также выполняют прагматические функции. Более подробно все три аспекта проанализированы в работах Е. М. Вольф, в которых особое внимание уделяется анафорической и детерминирующей функции

посессива и соотношении его с определенным артиклем.

В современном английском языке система притяжательных

местоимений представлена двумя формами зависимого и свободного употребления: в обобщенно

качественном значении они выступают в присоединяемой форме (conjoint form) и обобщенно -предметном значении - в абсолютной форме (absolute form).

Присоединяемая форма

притяжательных местоимений

употребляется в качестве зависимого члена субстантивного

словосочетания (субъекта

принадлежности), требующего в

постпозиции опорного слова.

В отличие от существительных, у которых общая идея

притяжательности легко отрывается от основного содержания слова, у местоимений происходит их слияние.

His plumpness and his red, fat cheeks made his mourning not a little incongruous. «Его кругленькая

фигурка и толстые красные щеки смешно контрастировали с траурной одеждой».

При необходимости выражения посессивности предмета с

сохранением одного из

классифицирующих определителей имени существительного

употребляется абсолютная форма притяжательных местоимений как самостоятельный эквивалент

субстантивного словосочетания. В соответствующих конструкциях она играет роль обладателя [6. C. 416].

Абсолютная форма

притяжательных местоимений может употребляться в эмфатических

конструкциях эмоционально-

оценочного характера в сочетании с предлогом of: Dirk’s hands moved strangely, as though they had nothing to do with his body, with a movement of their own. «Руки Дирка как-то странно дергались, словно они ничего общего не имели с его телом».

Однако посессивно-местоименный ряд не завершается

притяжательными местоимениями; он охватывает:

1) неопределенные местоимения

со значением одушевленности (местоимения с исходами -body, -one, а также местоимения one, other, each, other). I suppose Velasquez was a better painter than El Greco, but custom stales one’s admiration for him: the Cretan, sensual and tragic, proffers the mystery of his soul like a standing sacrifice. «Веласкес как

художник был, вероятно, выше Эль Греко, но к нему привыкаешь и уже не так восхищаешься им, тогда как чувственный и трагический критянин открывает нам вечную жертвенность своей души»;

2) вопросительные местоимения, в частности местоимение whose, способное отходить от своей первоначальной формы ввиду наблюдающейся тенденции к употреблению, помимо свойственных одушевленных, и с неодушевленными существительными [2. C. 156].

We went one day to the picture-dealer in whose shop Stroeve thought he could show me at least two or three of Strickland’s pictures, but when we arrived were told that Strickland himself had taken them away. «Однажды мы зашли к торговцу картинами, в лавке которого, по словам Стрева, находились две или три вещи Стрикленда, но хозяин сообщил нам, что Стрикленд на днях забрал их».

В аварском языке передачу притяжательности выполняют

личные местоимения. Характерным в системе аварских личных местоимений является их склонение,

причем склоняются они в основном по типу имен существительных. Вместе с тем у них наблюдаются и существенные отклонения. Как отмечает в своей работе «Морфология аваро-андо-цезских языков» Б. М. Атаев, личные местоимения в косвенных падежах единственного и множественного чисел обнаруживают основу, отличающуюся от основы именительного падежа ед. числа [1. С. 15]. Например, в единственном числе при дун имеем ди- (ди-р, ди-й-е, ди-цца), при мун- ду- (ду-р, ду-й-е, ду-цца):

Дир лъимал бесдаллъараб, дие бакъ свараб, дир би баццадаб щубгун жубараб, дие гумруги дунялги чегерлъараб!!! (Г. Гаджиев) Мои осиротевшие дети, солнце, погасшее для меня, моя кровь, смешанная с чистой росой, и моя законченная жизнь.

Патил гьумерги, Мухамадил бералги, дур кутбиги росе кагътиде, гьелде таде жубай нужехъ урхъараб дир рекел хинлъиги, магарулалъул намусги. (Г. Гаджиев) Возьми на бумагу лицо Патимат, глаза Магомеда, твои губы и добавь теплоту моего сердца, скромность аварки.

Во мн. числе при ниж имеем неже (неже-р, неже-й-е, неже-цца):

Нежер г^ьбуцайин абуни доб мехалда чурпа хулаан цохо

гъадринисан. (Г.Гаджиев) В то время наши пастухи хлебали суп из одной тарелки.

Ножор къанцаган цекаб бетарахьалдаса лъикаб бетаб буго нижер лъоба, - янги абун ине лъугьана Хадис (Г. Гаджиев). Наш кефир свежее, чем ваш прокисший кефир, - говоря так, уходил Хадис.

В отличие от имен

существительных, при склонении личные местоимения в родительном падеже имеют другой показатель - р (ер) вместо характерного ул.

На нынешнем этапе своего

развития аварский язык не различает грамматических классов в формах

родительного падежа личных местоимений. Однако характерная для родительного падежа флексия -р в притяжательных местоимениях 1-го и 2-го лица (ди-р «мой», ду-р «твой») исторически не что иное, как показатель IV-го грамматического класса, некогда функционировавшего в аварском языке и ныне утерянного. По всей видимости, и в родительном падеже аварского языка различались формы остальных трех классов: ди-в, ди-й, ди-б..., как это и ныне налицо в андийских языках. Именно тенденция исчезновения в родительном падеже различия по грамматическим классам личных местоимений 1-го и 2-го лица и лежит в основе становления разряда

притяжательных местоимений в аварском языке [1. C. 15].

В именном склонении

посессивность обычно выражается специальным падежом - посессивом родительным, реже - двумя

падежами (ср. Gen1 и Gen2 в

некоторых дагестанских языках, в частности, в андийских языках).

Генитив выражает субъект в

притяжательной конструкции:

Пандалазул руччабиги ругана гьенир, кинабго хШллаги гьез ургъараб бурана. (М. Хуршилов) «Там были и андаляльские женщины, которые затеяли это дело». Также косвенное дополнение выражает субъект при некоторых глаголах, ср. Киназго жиде-жидер поэзиялъул, халкъазул бицана (Р. Гамзатов). «Каждый говорил о своей поэзии и о своем народе».

Сопровождающий гласный в составе классного показателя авароандийских языков, по

предположению Т. Е. Гудава, тоже когда-то имел притяжательную функцию, но в настоящее время трудно ее определить [3. С. 12]

Таким образом, можно заключить, что сфера атрибутивной

посессивности в аварском и английском языках представлена целым рядом лексико-грам-

матических средств выражения, в том числе и местоимениями -притяжательными и возвратными в

английском и личными,

указательными и возвратными в аварском. Системы притяжательных местоимений в обоих языках образуют хорошо организованные, сходные во многих чертах

парадигмы. Следующая таблица демонстрирует парадигмы

притяжательных местоимений в

обоих сопоставляемых языках:

Таблица

единственное число

1-е лицо Mine (англ.), дир (аварск.) мой, моя, мое, мои

2-е лицо Yours (англ.), дур (аварск.) твой, твоя, твое, твои

3-є лицо His(M), his(cp), here, Ыге(ж) (англ.), гьесул (I), гьелъул(П-Ш) (аварск.) его, ее

множественное число

1-е лицо Ours (англ.), нижер (аварск.) наш, наша, наше

2-е лицо Yours (англ.), нужер (аварск.) ваш, ваша, ваше, ваши

3-є лицо Theirs (англ.), гьезул (аварск.) их

Несмотря на то что определение статуса слов типа ту, mine, our, ous в английском языке и слов типа дир, дур, нижер, нилъер, гъосул, гьесул, нужер и др. в аварском языке является довольно непростой задачей и единого мнения на этот счет не существует ни в одном из исследуемых языков, и они, на самом деле, являются генитивными формами личных местоимений, мы в обоих сопоставляемых языка склонны рассматривать их как притяжательные местоимения.

Примечания

1. Атаев Б. М. Очерки по истории формирования аварского языка. Махачкала, 2000. 2. Бархударов Л. С. Грамматика английского языка. М. : Высшая школа, 1975. 3. Гудава Т. Е. Сравнительный анализ глагольных основ в аварском и андийском языках. Махачкала, 1959. 4. Журинская М. А. О выражении значения неотторжимое™ в русском языке // Семантическое и формальное варьирование. М. : Наука, 1979. 5. Николаева Т. М. Об одном подходе к интерпретации посессивных значений // Язык: система и функционирование. М. : Наука, 1988. 6. Новицкая Т. М., Кучин Н. Д. Практическая грамматика английского языка. М. : Высшая школа, 1976. 7. Michael I. English grammatical categories and the tradition to 1800. Cambridge: Cambridge University Press, 1970. 8. Muir J. A Modern Approach to English Grammar / An Introduction to Systemic Grammar. London: B.T. Bradsford LTD, 1972.

Статья поступила в редакцию 13.07.2010 г.