Изучение биографий русских писателей в последней трети XVIII первой половине XIX вв

УДК 821.161.1

М.В.Скороходов

ИЗУЧЕНИЕ БИОГРАФИЙ РУССКИХ ПИСАТЕЛЕЙ В ПОСЛЕДНЕЙ ТРЕТИ XVIII — ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX вв.

Институт мировой литературы им. А.М.Горького РАН, Москва, msk2002@rambler.ru

This article discusses the work on the biographies of Russian writers, as well as the evolution of the definition of biography in this period.

Ключевые слова: биография, биографические словари

Во второй половине XVIII в. в России возрастает внимание не только к литературным произведениям, число которых заметно возрастает, но и к их авторам. «В русской литературе, в которой традиция достоверности текста и безбиографизма автора (протопоп Аввакум — яркое исключение, лишь подтверждающее общее правило) держалась особенно долго, дойдя до начала XVIII в., проблема писательской биографии встала, естественно, с особой остротой»,

— отмечал Ю.М.Лотман [1]. В 1768 г. в Лейпциге вышло «Известие о некоторых русских писателях», где было представлено 42 персоналии.

В 1772 г. первая книга, собравшая краткие биографические сведения о писателях, появилась в России. Это был «Опыт исторического словаря о российских писателях. Из разных печатных и рукописных книг, сообщенных известий и словесных преданий собрал Николай Новиков». Как явствует уже пространное заглавие, для написания биографий Н.И.Новикову потребовалось провести серьезную собирательскую работу. Однако автор предупреждал читателей о том, что он не смог сообщить обо всех известных авторах и добиться полноты сведений о каждом из них. Поэтому он призывал читателей присылать ему «сведения о ком-либо из наших писателей, в сию книгу не внесенных, или в поправление изданного» [2]. В предисловии к своему труду, в который включено 317 имен светских и духовных писателей, ученых и переводчиков, Николай Иванович

отметил: «Польза, от таковых книг происходящая, всякому просвещенному читателю известна; не может также быть неведомо и то, что все европейские народы прилагали старание о сохранении памяти своих писателей: а без того погибли бы имена всех в писаниях прославившихся мужей. Одна Россия по сие время не имела такой книги, и, может быть, сие самое было погибелию многих наших писателей, о которых никакого ныне не имеем мы сведения» [3]. Таким образом, составление словаря рассматривалось

Н. И.Новиковым как важная просветительская задача. Его книга стала первым пособием по истории русской литературы.

Большинство биографических справок, приведенных Н.И.Новиковым, краткие. Например: «Афо-насий [1712 — 1776] — епископ ростовский и ярославский, сочинил много весьма изрядных поучительных слов, из коих некоторые напечатаны в Москве при синодальной типографии» [4]. Про некоторых других авторов, например, архиепископа московского и калужского Амвросия (1708 — 1771) сообщались более подробные сведения — об его отце, детстве, гражданской и духовной службе, о мученической смерти и переведенных им сочинениях. Автор писал и о нравственных качествах митрополита: «...он был примерный в сане и достоинстве своем муж; разум его был просвещенный, чужд суеверия и лицемерия; в обхождении со всеми знающими его учтив, к подчиненным строг, но правосуден, к высшим почтите-

лен, к низшим снисходителен, а к равным благосклонен. В раздавании милостины бедным, а паче странным и пришельцам щедр без тщеславия» [5]. В биографической справке об актере Ф.Г.Волкове приведена элегия А.П. Сумарокова на его смерть и написанная самим Волковым эпиграмма, а в справке о М.В. Ломоносове — пространные надгробные надписи на его могиле, выполненные на русском и латинском языках.

В 1802 г. появился «Пантеон российских авторов» Н.М.Карамзина, где под гравированными портретными изображениями давались «надписи», порой довольно пространные, биографического содержания. «.К началу XIX века, — отмечал Ю.М.Лотман, — в русской культуре утверждается мысль о том, что именно поэт, в первую очередь, имеет право на биографию. Частным, но характерных штрихом при этом явился утвердившийся обычай прикладывать к сочинениям портреты авторов. Прежде это делалось лишь для умерших или при жизни признанных классическими писателей. И если прежде в портрете подчеркивались знаки государственных или иных полномочий (лавровый венок, перст, указующий на бюст воспеваемого поэтом государя, книги поэта (ученость), его ордена (заслуги) и т. п.), теперь читателю предлагается всмотреться в лицо, подобно тому как мы, получая важное сообщение от незнакомого человека, всматриваемся в черты его лица и мимику, желая получить основания для доверия или недоверия» [6].

В 1805 — 1807 гг. в журнале «Друг просвещения» ежемесячно печатались фрагменты «Нового опыта исторического словаря о российских писателях». Материалы эти не подписывались. Их автором, считавшим себя продолжателем дела Н.И.Новикова, был Е.А.Болховитинов, впоследствии — митрополит Киевский Евгений. Говоря о своем предшественнике, он отмечал: «За 32 года пред сим один патриот нашей литературы издал опыт такового сочинения, принятый с благодарностью от всех снисходительных любителей нашей словесности, но от некоторых строгих и взыскательных Аристархов с критикою и даже с бранью. Сочинитель, обещавшийся дополнять и поправлять свою книгу, закрылся завесою молчания, а из критиков никто не захотел принять на себя труда сего» [7]. В предисловии к своему словарю Болховитинов писал: «История писателей есть существенная часть литературы, потому что они составляют даже эпохи и периоды ее. Но знать писателей чужестранных есть посторонняя для нас честь, а не знать своих отечественных есть собственный стыд наш» [8].

Понимая, что достичь полноты перечня представленных авторов и собранных сведений о них вряд ли возможно, он приглашал читателей к работе по дополнению словаря. Автор «Нового опыта.» довольно подробно обозначил критерии отбора персоналий для включения в свой труд: «В план сего опыта войдут.

1. Российские умершие и живые еще, сколько собрать их успеем, писатели, сочинявшие не только на природном, но и на других языках и заслужившие внимание публики изданием своих сочинений, разу-

мея однако ж сочинения не мелочные и промежуточные, но составляющие книгу, хотя и небольшую. Мы присовокупим к сему и таких писателей древних и новейших, о коих знаем хотя по неизданным еще на свет их сочинениям, и, сколько известно будет, укажем места, где находятся их рукописи.

2. Самые иностранцы, которые, будучи в службе российской, именно для россиян что-нибудь писали, хотя бы то было и не на российском языке.

3. Русские переводчики а) переводившие с азиатских языков, коих знанием не многие хвалиться могут; б) переводившие Св. отцов или церковные книги, одобренные и принятые у нас во всеобщее церковное употребление, в) переводившие с похвальным успехом древних классических авторов, а также и многих вообще одобренных и полезных писателей»

[9].

Характеризуя структуру статей, Болховитинов отмечал: «Во всех сих статьях мы, сколько успеем, стараться будем помещать биографические, а особливо ученые обстоятельства авторов. Означим также время и место издания их сочинений, о мертвых иногда отважимся сказать свое или других мнение, а о живых все суждение предоставим потомству, которое одно беспристрастно о них судить может» [10].

Словарь был доведен от буквы «А» (Аблеси-мов Александр) до буквы «К» (Кириллов Иван). Помещенные в «Новом опыте.» статьи занимают объем от нескольких строк до нескольких страниц и содержат краткие сведения о жизни и творчестве писателя.

В 1818 г. Е.А.Болховитинов издал «Словарь исторический о бывших в России писателях духовного чина» в двух частях. Второе дополненное издание появилось в 1827 г.

Свои материалы, в том числе рукописные, Болховитинов переслал для дополнения и доработки И.М. Снегиреву, который выпустил первую часть книги, включавшую биографии на буквы «А» — «Г», в 1838 г., уже после смерти митрополита. Назывался этот труд «Словарь русских светских писателей, соотечественников и чужестранцев, писавших в России, служащий дополнением к Словарю писателей духовного чина, составленному митрополитом Евгением». Это издание закончил М.Н.Погодин, выпустивший в 1845 г. под тем же заглавием I и II тома словаря.

Таким образом, работа, начатая Н.И.Новиковым, продолжалась на протяжении всей первой половины XIX в.

С начала XIX в. в России начинается и разработка методологических подходов к биографии. Здесь прежде всего надо обратить внимание на «Риторики». О биографии писал А.Ф.Мерзляков в «Краткой риторике», впервые изданной в 1809 г. и выдержавшей несколько изданий. Под биографией, или жизнеописанием, он понимал «повествование о судьбе, поступках и свойствах какой-нибудь знаменитой особы» [11]. Он полагал, что биографы должны выбирать таких персонажей, жизнь которых занимательна и богата происшествиями. В соответствии с канонами классицизма биография должна быть нравоучительной, поэтому биографу следует описывать лишь те

случаи из жизни, которые «должны служить уроком или спасительным примером для подражания» [12]. Но вместе с тем биограф, по мнению Мерзлякова, «должен представить в ясном свете все деяния особы, им описываемой, показать начало и влияние оных, отличить заслуги и достоинства без малейшего пристрастия, не укрыть от читателя недостатков, наконец упомянуть о намерениях, о дурных и добрых предприятиях, хотя бы они были неудачны или служили к помрачению славы описываемого характера» [13]. В биографическом описании необходимо учитывать значимость конкретного события в жизни человека, и центральным событиям уделять больше внимания, чем менее важным. Если люди, которым посвящается биография, оказали существенное влияние на историческую эпоху, это должно быть отмечено и подчеркнуто.

Уделял внимание биографическим сведениям о писателях и Н.И.Греч. Так, в его книгу «Избранные места из русских сочинений и переводов» (1812) включено приложение «Известия о жизни и творениях писателей, которых труды помещены в сем собрании». В «Опыте краткой истории русской литературы» (1822) приводятся краткие биографические справки и обзоры творчества писателей. Греч дал и определение понятия биография: «Жизнеописание, или биография, есть повествование о жизни и судьбе одного человека, написанное им самим или другими», и подробно охарактеризовал особенности биографий: «Предметами биографии должны быть люди отличных талантов, ума, образования или прославившиеся странными необыкновенными случаями и происшествиями в жизни. <.>

Во всяком случае биограф должен представить ясную и живую картину жизни и характера своего героя: изобразить постепенный ход его образования во всех отношениях, описать влияние других людей и обстоятельств на жизнь его, и обратно действие его ума и деяний на происшествия семейства, отечества и света. Простое исчисление обстоятельств и случаев его жизни не составляет еще биографии.

Биограф не обязан изображать все дела и случаи в жизни своего героя без исключения: он должен избирать из оных только то, что имело какое-либо последствие или достойно особенного любопытства. И сии обстоятельства надлежит представлять постепенно: самые важные во всей полноте, уступающие им в важности короче, а маловажных, но необходимых коснуться слегка. Истина и беспристрастие должны водить пером его. Биография не есть похвальное слово: недостатки, ошибки и самые пороки изображаемого ею человека должны быть в ней непременно исчислены, но так, чтобы усугубляли сходство изображения, отнюдь не вредя общему впечатлению» [14]. Н.И.Греч первым указал на необходимость отбора и систематизации фактов при написании биографии, признавая при этом определенную иерархию фактов жизни, которая находит непосредственное отражение в биографическом повествовании.

Довольно подробно писал о биографии и Н.Ф.Кошанский в «Частной риторике», изданной в

1832 г. и выдержавшей несколько переизданий. «Цель жизнеописаний, — отметил он, — двоякая: 1) передать потомству память и дела героя, великого, добродетельного мужа; 2) показать в нем пример для образования нравственности, рассудка и воли» [15]. Как видим, здесь указаны две важнейших функции биографии: сохранение памяти о человеке и воспитательное воздействие. Однако не только достоинства, но и слабости великих людей оказываются поучительными для потомков. Жизнеописание, по Кошан-скому, должно характеризовать всю жизнь человека

— от детства до последних минут жизни. Устанавливает он и основные правила, которые необходимо соблюдать биографу: «Достоинство жизнеописаний заключается: 1) в знании избирать такие черты жизни, которые возвышают душу нравственностию, доб-родетелию; 2) в искусстве излагать деяние занимательно и приятно; 3) в способности рисовать характер героя натурально, яркими чертами, и 4) в приятном, привлекательном слоге. Недостатком в жизнеописании почитается слог высокопарный и комический. Жизнеописание не похвальное слово и не сатира» [16].

В.Т.Плаксин в «Учебном курсе словесности.» 1843 г. рассматривает биографию (жизнеописание) в качестве материала для истории, однако здесь излагаются дела меньшей значимости, чем в истории, поскольку биография посвящена одному человеку, и даже исторические события рассматриваются в ней по отношению к личной жизни этого человека. Автор отметил важную задачу биографа — рассмотрение фактов жизни человека в контексте исторических событий, причем эти события предлагается характеризовать, исходя из того, насколько они повлияли на жизнь описываемого человека. Останавливаясь на «предмете биографии», он заметил, что не каждый человек заслуживает жизнеописания. Они прежде всего пишутся о людях знаменитых или же о тех, образ жизни или превратности судьбы которых могут быть поучительны, т.е. в качестве актуальной задачи создания биографий рассматривается воспитательная функция. Цель жизнеописания — «знание человечества в частных его проявлениях» [17].

Плаксин вводит термин для «рассказа о собственной жизни» [18] — автобиография. Близка биографии и некрология, имеющая ряд отличий: «она, во-первых, описывает иногда дела и таких людей, которые, по незначительности жизни, не могут быть предметом жизнеописания; во-вторых, изображает только одни заслуги, только похвальную сторону; потому что она пишется вскоре после смерти, в утешение родственников и друзей покойного; в-третьих, она, как произведение временное, обстоятельственное, не нуждается в последовательности и доказанности, которых требует биография» [19].

В отличие от своих предшественников К.П.Зеленецкий в «Частной риторике» (1849) выявил различия между жизнеописанием, как понятием более широким, и биографией. «Жизнеописанием, — писал он, — называется повествование о действиях и судьбе какого-либо знаменитого, исторического лица. <.> Жизнеописание близко подходит к истории, но отли-

чается от нее тем, что во всем своем изложении имеет в виду одно главное действующее лицо, тогда как история дает это преимущество одному лицу пред другими только в те моменты его жизни, когда он является главным действователем в политическом мире» [20]. Автор отметил, что жизнеописание — это повествование обо всей жизни того лица, судьбу которого излагает. В качестве основного его источника рассматриваются исторические записки. По Зеленецкому, биография отличается от жизнеописания меньшим объемом и менее пространным изложением событий, а также может описывать жизнь менее известного человека.

Велась в то время и работа над первой персональной монографией о писателе — книгой П.А.Вяземского о Д.И.Фонвизине. Вяземский отмечал возрастающий интерес к биографиям. «Биографическая часть, которая придает литературе так много красок, движения и личности, была долго у нас в совершенном забвении, — писал он в 1846 г. — Можно было думать, что книги наши писаны какими-то жителями луны, о коих не малейших сведений не имеем. Ныне биографическая любознательность пробудилась. <.> Конечно, главное в жизни хорошего писателя это письменные творения его, но для полного изучения его самого, для извлечения из них всей возможной пользы, нужно иногда проверить его с ними. Да к тому же, кроме ожидаемой пользы, можно принять здесь в соображение и ожидаемое удовольствие. <...> Чем человек известнее и замечательнее, тем более дорожим и маловажными указаниями и дополнительными о нем подробностями» [21].

Таким образом, к середине XIX века в России были изданы как биографические словари писателей и первая персональная биография писателя, так и обозначены основные источники, необходимые для биографии, то есть был создан надежный фундамент

для дальнейшей работы над биографическими исследованиями.

1. Лотман Ю.М. Литературная биография в историкокультурном контексте (К типологическому соотношению текста и личности автора). // Лотман Ю.М. О русской литературе. СПб., 1997. С.809.

2. Новиков Н.И. Опыт исторического словаря о российских писателях // Новиков Н.И. Избр. соч. / Подг. текста, вст. статья и коммент. Г.П.Макогоненко. М.; Л.: ГИХЛ, 1951. С.278.

3. Там же. С.277.

4. Там же. С.283.

5. Там же. С.282.

6. Лотман Ю.М. Указ. соч. С.810.

7. Новый опыт исторического словаря о российских писа-

телях. // Друг просвещения. 1805. Ч.1. №1. С.36.

8. Там же. С.35.

9. Там же. С.36-37.

10. Там же. С.37.

11. Мерзляков А. Краткая риторика, или Правила, относящиеся ко всем родам сочинений прозаических. Издание четвертое. М., 1828. С.74.

12. Там же. С.75.

13. Там же. С.76.

14. Греч Н.И. Учебная книга русской словесности, или Избранные места из русских сочинений и переводов в стихах и прозе, с присовокуплением кратких правил риторики и пиитики и истории русской литературы. 2-е, исправленное изд. Ч.1. СПб., 1830. С.316-317.

15. Кошанский Н.Ф. Частная риторика. 7-е изд. СПб., 1849. С.61.

16. Там же. С.62.

17. Плаксин В.Т. Учебный курс словесности, с присовокуплением предварительных понятий о человеке вообще, о его познавательных силах, о свойствах и связи мыслей; краткой теории изящных искусств и примеров во всех родах прозаических и поэтических сочинений. СПб., 1843. С.155.

18. Там же.

19. Там же. С. 155-156.

20. Зеленецкий К.П. Частная риторика. Одесса, 1849. С.69.

21. Вяземский П. Н.М.Карамзин // Вяземский П.А. Полн. собр. соч. СПб., 1879. Т.ІІ. С.301-302.