Теоретические основы формирования и развития структур управления промышленных предприятий сетевого типа

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ФОРМИРОВАНИЯ И РАЗВИТИЯ СТРУКТУР УПРАВЛЕНИЯ ПРОМЫШЛЕННЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ СЕТЕВОГО ТИПА

АЛЕЙНОВА А.А.,

преподаватель кафедры экономики и менеджмента, Московский государственный университет технологий и управления, филиал в г. Ростове-на-Дону, 344007, г. Ростов-на-Дону, пер. Семашко, 55

В данной научной статье уделено особое внимание исследованию, определению понятия сетевых бизнес-структур; детально описывается сетевой принцип организации и приводится ряд особенностей сетевой организационной структуры.

Ключевые слова: сетевые бизнес-структуры; участники сети; сетевая модель организации бизнеса; классификация сетевых форм бизнеса.

In the given scientific article a particular attention is paid to research, definition of concept of network business structures; the network principle of the organization is in details described and a number of features of network organizational structure is resulted.

Keywords: network business structures; participants of the network; network model of the organization of business; classification of network forms of business.

Коды классификатора JEL: D85, M21.

Как показывает практика, появление и становление сетевых форм деятельности промышленных предприятий и новых принципов управления ими объективно обусловлено целым комплексом факторов и условий, а именно:

• постоянным изменением внешней среды и необходимостью адаптации компаний к этим изменениям;

• постоянным усложнением производственной и коммерческой деятельности предприятий;

• повышением значения фактора времени (повышение оперативности действий требует нового подхода к методам производства и управления);

• расширением пространства предприятия (если оно хочет выжить, надо очень быстро раздвинуть свой рынок до национальных, а затем до мировых масштабов);

• низкой эффективностью общепринятых форм кооперации при решении сложных проблем хозяйственной деятельности;

• стремлением к автономным формам труда;

• наличием межорганизационных систем информации и коммуникации.

Анализ проблемы управления экономическими системами под углом вычленения

«сетевых» структур становится все более популярным направлением научных исследо-

© Алейнова А.А., 2010

ТЕRRА ECONOMICUS ^ Экономичeский вестник Ростовского государственного университета 2010 Том 8 № 1

ТЕRRА ECONOMICUS ^ Экономичeский вестник Ростовского государственного университета ^ 2010 Том 8 № 1

ваний. Накопленный опыт свидетельствует о том, что многочисленные формы промышленного партнерства, кооперации, неформальных альянсов и прочего долговременного взаимодействия, со временем осмысленные и соответственно интерпретированные в контексте макроэкономического окружения, могут быть схематизированы и сведены к двум базовым моделям управления сетевыми структурами как особыми формами функционирования экономических субъектов хозяйственной деятельности:

1) иерархизированной модели управления, когда крупное производственное предприятие занимает доминирующее положение в деловых операциях, являясь головным заказчиком (такая сетевая модель представляет собой своего рода корпорацию с головной компанией и предприятиями малого и среднего бизнеса). У разных авторов она интерпретируется как «лицензионно-субподрядная модель производства под «зонтичной» корпорацией» [3] и как «сетевая структура крупной компании, которая собирает вокруг себя фирмы меньшего размера, поручая им выполнение различных специальных задач» [3];

2) горизонтальной модели управления с равноправными партнерами (преимущественно из малого и среднего бизнеса), определяемой как «мультинаправлен-ная сетевая модель, введенная в жизнь мелкими и средними предприятиями», или «сетевая совокупность предприятий, близких по размеру, большинство которых самостоятельны юридически, но поддерживают устойчивость друг друга в хозяйственном плане» [3].

Теоретически и практически подтверждено, что эти два типа моделей управления сетевыми формами деятельности промышленных предприятий охватывают подавляющее число случаев устойчивой производственной, научной и сбытовой кооперации, классифицируемой как сетевые отношения.

Первая модель относится к вертикальным связям крупного предприятия, вторая — к горизонтальным межорганизационным связям малого и среднего бизнеса.

Опыт показывает, что разные экономические формации, а также национальные версии экономик используют разные формы сетевых организаций. Так, в экономиках индустриального типа (в том числе в социалистической) доминировали вертикальные сетевые модели, т.е. иерархические структуры, образованные вокруг крупных производственных единиц. В современных развитых экономиках такой тип отношений представлен сетями корпоративного бизнеса, в том числе транснационального. В странах Восточной Европы (включая Россию) до сих пор наиболее популярными остаются вертикальные модели, особенно в кооперационных структурах производителей. Широкое распространение получили так называемые «восточно-западные сети», когда восточные фирмы объединены как субподрядчики в вертикально структурированных сетях иностранных, западных фирм.

В то же время в рыночных экономиках с высокой долей малого и среднего бизнеса предпочтение отдается второй альтернативной модели, когда не только субъектом, но и инициатором кооперации становится малое или среднее предприятие.

Горизонтальные системы держатся на принципе специализации, когда разные функции (НИОКР, производства, логистики, маркетинга и т.п.) берут на себя разные компании, что позволяет членам сети экономить значительные ресурсы.

Появление производственных сетей, инициированных малым инновационным бизнесом, как и все крупные перемены в российской экономике, приходится на начало 90-х годов XX века. Многие постсоветские предприятия из-за адаптационных трудностей игнорировали стратегии инновационного развития. В то же время на выраженную потребность в импортозамещении оперативно откликнулись малые инновационные фирмы, возникшие на стыке науки и производства.

Большинство подобных инновационных организаций использовало аутсорсинговый сценарий — делегировало выполнение производственных функций промышлен-

ным предприятиям, оставляя за собой специализацию на НИОКР. Поскольку инновационные разработки изначально предполагают повышенные технологические требования, создатели новых продуктов и технологий вынуждены были искать потенциальных партнеров среди крупных предприятий, нередко из военно-промышленного комплекса. Именно в таком неравновесном по организационному статусу научно-технологическом альянсе оказалось возможным рождение большинства постсоветских инновационных предприятий.

Фактически в середине 1990-х годов в России сформировался нестандартный вариант промышленной сети, условно названный как «перевернутая иерархическая модель», когда мелкое или среднее предприятие организовывало новое производство и кооперативную сеть поставщиков-субподрядчиков из крупных заводов [1].

Такой тип построения кооперационной сети (малое предприятие является заказчиком у крупного) не мог не повлиять на характер организационных взаимоотношений и их результативность, поскольку исходя из примера по банковскому сектору крупные финансовые организации редко снисходят до уровня работы с малыми фирмами, считая затруднительным сбор и обработку информации о мелких клиентах.

В российских условиях самым значимым и надежным заказчиком для крупного предприятия являлось (и остается) государство. Однако в переходный период число госзаказов во всех секторах экономики неуклонно снижалось, поэтому перед предприятиями встал нелегкий выбор — либо набирать портфель мелких заказов, либо вставать на путь банкротства.

Характер вынужденных взаимоотношений крупных предприятий с мелкими фирмами-заказчиками легко интерпретируется через ключевое понятие экономической власти. «Вес» сетевого агента непосредственно влияет на степень властности и возможность контроля остальных партнеров. Власть в случае «перевернутой модели» оказывается тоже «перевернутой» — хотя это и не полномасштабная власть крупного заказчика, от которого напрямую зависит выживание мелких субподрядчиков, но весьма ощутимая власть технологического монополиста, успешно отстаивающего свои интересы и в роли исполнителя заказа.

Можно выделить несколько наиболее типичных последствий такой властной позиции крупного предприятия в отношении малых и средних предприятий в составе сетевой организации.

Во-первых, крупные предприятия практически всегда отличались ценовым диктатом и взиманием своеобразной ренты с мелких заказчиков. Особенно сильно вырастала ценовая дельта при отсутствии реальной конкуренции, т.е. при внешних благоприятных условиях. Внутренние неблагоприятные условия (кризисное состояние предприятия) также способствовали желанию переложить часть издержек на стратегически неперспективного партнера. Таким образом, мелкий заказчик неизбежно оказывался наказуемым, выплачивая своеобразный «кризисный налог» крупному контрагенту.

Во-вторых, при дефиците наличных средств, особенно характерном для «тяжелых» 1990-х годов, предприятия-субконтракторы часто выдвигали требования расчета кривыми финансовыми схемами — «черным налом» либо через оплату долгов предприятия. Выполнение этих дополнительных требований косвенным образом удорожало контракты.

В-третьих, неденежные условия контрактов (сроки, технологические требования, стандарты качества) всегда выполнялись с преимущественным учетом интересов более сильного партнера.

В то же время в таком типе сетевых отношений помимо издержек, как показывает практика, можно обнаружить и явные выгоды для инновационного бизнеса. Благодаря кооперации фирмы-разработчики сразу, без длительного запуска производства получали доступ к отлаженным технологиям, следовательно, имели возможность реализовать

ТЕRRА ECONOMICUS ^ Экономичeский вестник Ростовского государственного университета 2010 Том 8 № 1

ТЕRRА ECONOMICUS ^ Экономичeский вестник Ростовского государственного университета ^ 2010 Том 8 № 1

самые сложные научно-технические проекты. Кроме того, для инновационных фирм, использующих в качестве изготовителя своей продукции известный и престижный завод, существенно облегчался доступ на рынки сбыта. Авторитетные предприятия фактически не только выполняли заказы, но и делились с инновационными фирмами своим нематериальным капиталом — собственным имиджем.

Таким образом, в связке «крупный завод — инновационная фирма» последняя не только несла ценовые и производственные издержки, выплачивая своеобразную ренту крупному бизнесу, но и получала немалый технологический и социальный капитал через каналы такого типа сотрудничества. Даже в такой асимметричной модели индустриальная сеть частично выполняла функции перераспределения ресурсов — материальных и нематериальных.

Длительное время союз малого инновационного предпринимательства и крупного производства держался на балансе плюсов и минусов. По мере «выздоровления» экономики вынужденные сети экономического сотрудничества предприятий стали постепенно разрушаться из-за явного перевеса негативных моментов. Увеличился спрос на услуги крупных предприятий, появились государственные заказы. Предприятия формировали свои портфели, не считаясь с перспективами роста контрагентов и их запросами. В результате усилилось негативное отношение крупных производителей к мелким заказчикам, приводящее иногда даже к разрыву контрактов.

Сложившаяся в российской экономике ситуация стимулировала инновационный бизнес к внутреннему развитию, созданию собственного производства. Поэтому практически все инновационные организации начали формировать «зоны безопасности», т.е. формировать в своей структуре производственные подразделения, которые могли бы хоть частично покрывать их потребности в наиболее полной реализации собственного потенциала. Дополнительным стимулом к распаду объективно обусловленных переходным характером экономики союзов разностатусных партнеров стало формирование альтернативных, но уже равностатусных структур управления промышленными организациями. Иными словами, с одной стороны, на отечественном рынке стали появляться прежде дефицитные малые и средние предприятия, имеющие достаточную техническую оснащенность; с другой — появление предприятий среднего масштаба происходило в результате распада крупных заводов, когда в новые самостоятельные предприятия превращались бывшие цехи либо дочерние подразделения.

Следует в то же время отметить, что уже через несколько лет в новой, посткри-зисной фазе развития российской экономики начали проявляться негативные стороны такого сотрудничества, проявляющиеся, в частности, в том, что разрыв ряда контрактов оказался решающим, поскольку разбалансировал и без того неустойчивую систему кооперирования с крупными производственными партнерами. В итоге на новом витке развития инновационная организация от чистой аутсорсинговой стратегии перешла к смешанной; от сугубо научно-технического профиля, совмещенного с инжиринговой специализацией, — к производственно-инновационному; от уровня малого бизнеса — к уровню среднего. Параллельно этому процессу формировалась альтернативная кооперационная сеть с малыми и средними предприятиями. Благодаря такой эволюции многие сетевые предприятия в настоящее время имеют в качестве постоянных и надежных партнеров несколько предприятий среднего размера, на которых их заказы составляют от 25 до 80% изготовляемой продукции. Все эти предприятия — партнеры по сетевому бизнесу — развиваются в едином направлении, а головное предприятие успешно координирует их деятельность, используя комплексные меры — лизинг оборудования, поэтапное наращивание заказов, а также прямые инвестиции в производство, непосредственно специализированное под нужды собственного бизнес-процесса. В случаях целевого сетевого строительства межорганизационные отношения существенно улучшаются: уменьшается бюрократическая составляющая, увеличивается согласованность

интересов. В целом появление «равновесного» сегмента в кооперационной сети придает ей большую устойчивость и прогнозируемость, снижает уровень риска.

Таким образом, практический опыт формирования и развития структур управления промышленными предприятиями сетевого типа в нашей стране свидетельствует о том, что чистые «перевернутые» модели сетевых отношений в российских условиях практически превратились в смешанные, поскольку сотрудничество инновационных промышленных организаций с малыми и средними предприятиями стало представлять собой взаимодействие равноправных партнеров, ориентированных на достижение общих целей. Если попытаться прогнозировать дальнейшее развитие сетевых структур, то реальнее всего предположить последовательный уход от так называемых «перевернутых» сетевых моделей, обусловленный тем, что часть крупных предприятий со временем реструктуризируется, распадется на более мелкие модули, наиболее адекватные требованиям новой экономики, либо, наоборот, выйдет на транснациональный уровень, отказавшись от заказов малого и среднего бизнеса. Возможно также изменение приоритетов развития российской экономики, связанное с повышением роли инноваций и статуса инновационных фирм, улучшением институциональных условий нового бизнеса. Иными словами, изменение макроэкономических условий будет способствовать появлению новых модификаций моделей управления сетевыми предприятиями, более адекватных новым требованиям.

ЛИТЕРАТУРА

1. Катькало, В.С. Межфирменные сети: проблематика исследований новой организационной стратегии в 1980-1990-е годы / В.С. Катькало // Вестник Санкт-Петербургского ун-та. Серия 5. — Экономика. — 1999 (выпуск 2). — С. 21-38.

2. Российский журнал менеджмента. Том 1. — № 2. — 2003. — С. 25-50; URL: http:// www.rjm.ru.

3. Стерлин, А. и др. Предпринимательские сети — новая форма организации межфирменного взаимодействия / А. Стерлин, А. Ардишвили // Мировая экономика и международные отношения. — 1991. — № 4. — С. 70-80.

ТЕRRА ECONOMICUS ^ Экономичeский вестник Ростовского государственного университета 2010 Том 8 № 1