Система управления в условиях кризиса государственной власти в России (на примере Смутного времени, XVII в.)

Наталия РЫБАЛКО

СИСТЕМА УПРАВЛЕНИЯ В УСЛОВИЯХ КРИЗИСА ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ В РОССИИ

В статье представлен анализ системы управления московских приказов и городов в Смутное время начала XVIIв. Реконструкция 700 биографий служащих (дьяков и подьячих) позволила выявить основные признаки бюрократии и показать, что кризис верховной власти не приводит к разрушению сложившихся институтов центрального и местного управления.

The article is devoted to the analysis of the governmental system in the Time of Revolt at the beginning of the 17h century. The reconstruction of 700 biographies of governmental and minor officials helped to reveal the main signs of bureaucracy and showed that the crisis of the supreme power did not lead to destruction of administrative institutes.

Ключевые слова:

бюрократия, власть, московские приказы, приказные служащие, центральное управление, Смутное время, Россия, XVII век; bureaucracy, power, Moscow departments, state officials, central administration, the Time of Revolt, Russia, 17h century.

Входе длительного процесса эволюции системы центрального управления в начале XVII в. в России окончательно складывается приказная система. От реформ Ивана IV, когда появилась большая часть приказных учреждений, и до царствования Бориса Годунова прошло столько времени, что фактически завершал работу второй состав приказных служащих и оформлялось третье поколение дьяков и подьячих.

Вместе с тем с позиции централизованного государства Смута начала XVII в. — это время тяжёлых испытаний для России: пресечение династии Рюриковичей, польско-литовская и шведская интервенция, голод и социально-экономический кризис. Господствовавший в средние века провиденциализм способствовал иному, чем сегодня, восприятию происходивших событий. Личные беды объяснялись как Божье наказание за собственные грехи, а если несчастье происходило в масштабах всего государства, то вина ложилась на того, кто стоял во главе этого государства. Особенно легко эта идея проникала в различные социальные группы в период экономического кризиса, а в эпоху Смуты ещё и кризиса династического, что подрывало в итоге понятие легитимности государственной власти и способствовало распространению самозванческих легенд.

Не менее важен для понимания процессов, протекавших в системе управления Московского государства, и вопрос социальной стратиграфии. Низшие в социальной иерархии группы — крестьяне, холопы, посадские люди, т.е. податное население, практически не меняли свой общественный статус.

Рассматривая положение элиты — княжеско-боярской аристократии, можно констатировать постоянные подвижки и изменения. Несомненно, определяющим для формирования государева двора в XVI—XVII вв. был принцип местничества. Именно близость по родству к правящей династии позволяла получать высшие боярские чины, а вместе с тем и массу привилегий.

Вместе с тем XVI—XVII вв. в истории России — время складывания нового служилого сословия дворян и детей боярских. Эта социальная группа начала оформляться уже с первых шагов становления централизованного государства в правление Ивана III, активно

РЫБАЛКО

Наталия Владимировна — к.и.н, соискатель степени д.и.н.; доцент кафедры истории России Волгоградского государственного универ-

внедрялась в структуру государева двора в эпоху реформ Избранной рады и опричнины Ивана IV и ещё больше укрепилась во время перемен периода Смуты. Легитимность власти государей конца XVI — начала XVII в. в России часто ставилась под сомнение, и цари искали поддержку, как правило, в дворянской среде. Это вполне объяснимо: представители знатных княжеско-боярских родов получали свой статус по происхождению и в случае необходимости могли отстаивать своё положение на суде в местнических спорах. Дворяне же полностью зависели от государя. Участвуя в военных походах или неся службу при дворе в структуре органов государственного управления — приказах — дворяне и дети боярские имели шанс продвинуться по служебной лестнице в чине и должности, получить за службу поместье, получить поместье в вотчину, поощрение денежным жалованьем и др. Быть замеченным государем и отличиться на службе могли наиболее талантливые, исполнительные и активные люди.

Именно на дворянское сословие «воин-ников», а не «вельмож» мог положиться царь — об этом писал Иван Пересветов в своих сочинениях второй четверти XVI в.1 В конечном итоге с отменой местничества в 1682 г. дворянское сословие, вытеснив боярство, заняло его место, превратившись в привилегированную элиту Х^П—ХК вв.

Государственное управление как неотъемлемый элемент государственной власти — понятие многослойное. Получить должность в системе управления любого уровня означало быть причастным к реализации государственной политики, а значит, иметь защиту и покровительство со стороны власти. Чем выше уровень управления — тем ближе к государю.

Шёл процесс становления централизованного государства, а вместе с тем и органов центрального управления — приказов, вырабатывался механизм реализации государственной политики. Таким образом, появился ещё один путь получить место в структуре государева двора — это приказная служба. В документах официального делопроизводства Разрядного приказа, в сферу компетенции которого входили назначения на государеву службу, — боярских

1 Сочинения Ивана Семеновича Пересветова: Малая челобитная; Большая челобитная // Памятники литературы Древней Руси: конец XV — первая половина XVI века. - М., 1985, стр. 596-625.

списках — кроме остальных категорий государева двора содержатся поимённые перечни служилых людей — думных дьяков и дьяков московских приказов, составлявшиеся с учётом иерархии. Они занимали место после ясельничего, перед стольниками (1588/89 г.), после стряпчих, перед дворянами московскими (1598/99 г.), думные дьяки — перед стольниками (1607 г.)2, дьяки по приказам — после стряпчих, перед дворянами московскими (1610 г.)3. Таким образом, уже с конца XVI в. сохранившиеся от частых пожаров Москвы немногие списки состава государева двора наглядно демонстрируют высокое положение приказных служащих — выше дворян московских.

Нестабильное положение верховной власти дало возможность сравнить функционирование центрального и местного управления в разные периоды и составить представление о существовавшей тенденции в целом. Впервые в практике русского государства избранный на Земском соборе представитель новой династии Борис Годунов, принадлежавший к роду костромских бояр и сфабриковавший себе царскую родословную, возвысился в годы опричнины и по принципу местничества не должен был занять место государя. Единственное в своём роде в России правление самозванца Лжедмитрия I — Григория Отрепьева, называвшего себя чудом спасшимся царевичем Дмитрием, — также весьма неординарное событие для институциональной традиции верховной власти.

Избрание на царство одного из главных организаторов заговора против Лжедмитрия I — Василия Шуйского, принадлежавшего к старейшему суздальскому боярству, — тоже единственное в своём роде событие. Он стал всенародно избранным царём, его имя выкрикнуто из толпы. Нестабильность верховной власти правления Василия Шуйского обозначена фактически периодом двоевластия: Лжедми-трий II в Тушино называл себя царём и создал свой государев двор и систему управления.

Период междуцарствия 1610—1613 гг. и вовсе показательный. Польский королевич Владислав номинально значился русским

2 Боярские списки 1577—1607 годов // А.Л.Стани-славский. Труды по истории государева двора в России XVI - XVII веков. - М., 2004, стр. 204, 251, 292.

3 Боярский список 1610/11 г. // Чтения ОИДР. — М., 1909, кн. 3, стр. 85.

царём, боярское правительство Москвы находилось в осаде за Китайгородской стеной, первое и второе ополчения могли осуществлять деятельность, направленную исключительно на удовлетворение своих насущных потребностей в пропитании и вооружении. Фактически верховная власть отсутствовала как таковая.

Как осуществлялось управление государством в различные периоды Смуты? Каким образом регулировались отношения между центром и регионами России? Что происходило на местах? Можно ли вести речь об отсутствии всякого порядка в управлении или, напротив, центральные и местные органы управления брали на себя все властные полномочия и самостоятельно принимали решения?

К началу XVII столетия в Московском государстве уже сложилась система органов центрального управления - сеть приказных учреждений, имевших свой постоянный штат служащих.

В исторической литературе с конца 80-х гг. XX в. появилась возможность пересмотреть традиционное представление о бюрократии как негативном явлении общества, с которым нужно бороться. В западной науке бюрократия не имеет уничижительной оценки - напротив, историки и социологи отмечают массу положительных моментов, связанных с деятельностью аппарата государственного управления, считают необходимой составной частью любого общества, имеющего структуру и органы управления.

Другой аспект - взаимосвязь процессов централизации и усиления верховной власти с ростом бюрократии. Традиционное представление в российской исторической науке прослеживает прямую зависимость этих процессов. Однако есть и другая точка зрения. К примеру, Г. Г. Литаврин, изучив административное управление Византийской империи как единственной страны классической бюрократии средневековой Европы, сделал вывод о том, что засилье бюрократии не следует отождествлять с упрочением центральной власти, напротив, в условиях господства бюрократии государственная система превращается в систему официально творимого беззакония, где интересы государства перерастают в интересы высшего звена чиновничества. Правление бюрократии приводило, как правило, к взрыву, восста-

ниям и переворотам, ставившим у власти новую группировку1.

С помощью метода просопографии удалось восстановить 700 биографий дьяков и подьячих, находившихся на службе в московских приказах и приказных избах городов в период с 1598 по 1613 гг.2 Одновременно на службе в московских приказах могло находиться до 80 дьяков. Реконструирована деятельность более 40 московских приказов. Одна из главных проблем - плохая сохранность документов из-за многочисленных пожаров Москвы, когда горели и здания приказов.

Наиболее видные дьяки входили в Думу. Это всего 4-5 человек, возглавлявших самые важные для государства приказы -Разрядный, Посольский, Поместный, Казанского и Мещерского дворца. Подьячие были, скорее, техническими секретарями, помогали дьякам в оформлении документации.

Руководствовались приказные служащие в своих делах главным законодательным документом на тот момент - судебником 1550 г., а в частных вопросах — царскими указами. Однако из-за масштабов государства и огромного количества частных вопросов ни царь, ни Боярская дума не были в состоянии вникнуть во все проблемы, возникавшие в стране в сфере управления, и принять участие в их рассмотрении. Поэтому огромное количество вопросов находилось в ведении служащих приказов в Москве и тем более в городах. Решения часто принимались по их личному усмотрению.

Сложилась иерархия судных приказов — Владимирский, Московский, Рязанский, Дмитровский, судивших служилых людей, неподсудных местным властям. Во Владимирском судились только думные чины. Земский и Разбойный приказы разграничивали сферу компетенции в отношении Москвы и Московской обл.

Имела место практика создания территориальных ведомств. Приказ Казанского

1 Литаврин Г. Г. Одиннадцатое столетие — «золотой век» Византийской бюрократии // Власть и политическая культура в средневековой Европе: сб. статей / Отв. ред. Е.В. Гутнова. - М., 1992, ч. 1, стр. 130.

2 Рыбалко Н.В. Российская приказная бюрократия в Смутное время начала XVII столетия : дисс. ... к.и.н. - Волгоград, 2001; Рыбалко Н.В. Приказная служба дьяков и подьячих в городах периода царствования Василия Шуйского // Государство и общество в России XV - начала XX века : сборник статей памяти Н.Е.Носова. - СПб. : Наука, 2007, стр. 277-307 и др.

и Мещерского дворца осуществлял всестороннее управление территорией присоединенного Казанского ханства.

Особым ведомством был Патриарший приказ, учреждённый после введения патриаршества в 1589 г. по примеру московских приказов. Хотя его деятельность полностью была в ведении патриархии, интересно то, что служащие приказа были в прошлом государственными дьяками.

Захват власти Лжедмитрием I привёл к расколу в обществе, в том числе и среди управленцев. Многие московские дьяки прекратили свою службу в приказах по разным причинам — одни были подвергнуты опале и на их место с повышением в чине были поставлены более преданные самозванцу люди. Другие по своим убеждениям не стали поддерживать интригу лжецаря и исполнять его указы. Часть приказных служащих завершили свою карьеру по выслуге.

Экономический кризис усилился в правление Василия Шуйского, что значительно снизило эффективность управления в это время. В среде приказных служащих произошёл раскол. Часть дьяков и подьячих не поддержали правительство Василия Шуйского и перешли на сторону Лжедмитрия II; в стране их назвали изменниками. Далеко не все распоряжения, посылаемые в приказные избы городов, исполнялись. Складывание тушинской администрации пришлось на осень 1608 г., когда возросла популярность самозванца, движение стало набирать силу, многие города приняли присягу «царю Дмитрию» и начался массовый переход представителей московского дворянства и служащих приказов на сторону самозванца. Система приказов Лжедмитрия II была точной копией московских приказных учреждений, но в гораздо меньшем размере — были созданы только самые необходимые для управления учреждения.

После распада Тушинского лагеря часть приказных служащих перешла на сторону Сигизмунда III, а часть последовала за самозванцем, и вскоре в Калуге, а затем в Коломне были снова созданы «воровские» органы государственной власти, просуществовавшие до убийства Лжедмитрия II и распада его движения.

С первых же дней принесения присяги королевичу Владиславу в среде приказных служащих раскол усилился. До декабря

1610 г. это были сторонники польского королевича Владислава, Лжедмитрия II и никуда не примкнувшие бывшие привержен-

цы Василия Шуйского, выступавшие за законного русского царя. С января 1611 г. это уже две оппозиционные силы: пропольское правительство бояр и сторонники формирования народного ополчения.

Первые полгода, до марта 1611 г., боярское правительство в полной мере реализовывало свою управленческую функцию. После начала осады Москвы в марте 1611 г. первым ополчением деятельность правительства была парализована и власть являлась скорее номинальной. Однако ряд документов позволяет нам увидеть, что делопроизводство приказных учреждений продолжалось и во время осады - рассылались грамоты по городам, производились земельные пожалования, поддерживалась связь с королевичем Владиславом.

В целом реальную власть правительство имело лишь до осады Москвы, до марта

1611 г. Образование ополчений способствовало массовым переходам приказных служащих из приказов боярского правительства Москвы в подмосковные органы власти, тем самым обнаруживая несостоятельность этого правительства. Важной особенностью функционирования второго ополчения является тот факт, что пока ополчение находилось в Нижнем Новгороде, приказные учреждения не были сформированы. Только в Ярославле были сделаны попытки образовать приказы по подобию московских. В первую очередь были учреждены те приказы, функции которых сводились к сбору различного рода пошлин и доходов, как и в случае с первым ополчением: Казённый приказ, приказ Большого дворца, четвертные, а также Поместный приказ, так как земельные пожалования были одним из главных средств награждения за службу.

Проведённая реконструкция 700 биографий дьяков и подьячих позволила сделать вывод, что в начале XVII в., несмотря на всеобъемлющий кризис в Московском государстве, сложился устойчивый состав аппарата управления в лице дьяков и подьячих. Профессионализм большинства служащих не вызывает сомнений. Однако абсолютного разделения сфер политики и управления не происходило, что говорит о зависимости ранней бюрократии от государственной власти и в условиях политического кризиса.

Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда (проект РГНФ № 09-01-00043а).