Проблемы монашествующих в Псковской епархии в 1903-1910 гг. И попытки их разрешения преосвященным Арсением (Стадницким)

Ефремова Ольга Николаевна науч. сотр. Научно-исследовательского отдела новейшей истории Русской Православной Церкви ПСТГУ 127051, г. Москва, Лихов пер. д. 6/1, комн. 218-б efremovaolg@yandex.ru

Проблемы монашествующих в Псковской епархии в 1903—1910 гг. и попытки их разрешения преосвященным Арсением

Статья посвящена обзору проблем монашествующих в Псковской епархии в начале XX в., типичных для большинства монастырей Российской империи, которые по своему уставу делились на общежительные и необщежительные с существенными различиями во внутреннем строе монастырской жизни. Общежительных монастырей, с более строгим уставом, где монашествующие не могли иметь собственность, было значительно меньше. В 1900 г. из 828 монастырей только 46 мужских и 101 женский являлись общежительными. В необщежительных монастырях монашествующие имели общую трапезу, а одежду и прочие необходимые вещи приобретали сами, зарабатывая своим трудом, а в штатных монастырях и получая пособие из казны. Падение нравственности в русском обществе и революционные события непосредственно влияли на монашескую жизнь через послушников, приходящих в монастырь из мира, и на саму братию, вынужденную отлучаться из монастыря. Отсутствие строгого устава в необщежительных монастырях вело к ослаблению монастырской дисциплины, частые отлучки из монастыря приводили к нарушению монашеских обетов и разным порокам. Постепенно происходило ослабление уставности церковного богослужения. Крайне низкий уровень подготовки в вопросах православного вероучения у монашествующих и послушников вызывал их шатания и переходы из монастыря в монастырь. Архивные материалы в виде дневника преосвященного Арсения (Стадницкого), хранящегося в ГА РФ, и периодические источники позволяют проанализировать скопившиеся проблемы, а методика их разрешения, разработанная преосвященным Арсением, и его попытки их преодоления дают неоценимый материал как в историческом, так и в практическом аспектах.

В историографии Русской Православной Церкви тема, связанная с проблемами монашествующих, мало изучена. Много работ посвящено истории монастырей, их святым, архитектурным особенностям монастырей, есть работы, посвященные хозяйственной деятельности монастырей. Исследования внутренней жизни монастырей фактически отсутствуют, так как эта сторона была практически закрыта для постороннего взгляда. В 1909 г. прошел Всероссийский съезд монашествующих, где обсуждались насущные проблемы. Накануне съезда вышла небольшая брошюра иеромонаха Алексия (Симанского), будущего Патриарха, «К Съезду монашествующего духовенства»1, а в 1912 г. были опубликованы вос-

1 Алексий (Симанский), иером. К Съезду монашествующего духовенства: О преобразовании монастырской жизни. М., 1909.

О. Н. Ефремова

поминания одного из участников съезда иеромонаха Серафима (Кузнецова) «Первый Всероссийский съезд монашествующих 1909 года»2. Из современных авторов можно отметить работу П. Н. Зырянова, публикации Скотт М. Кенвор-ти, Н. В. Бридня3. В основном работы в большей степени посвящены развитию монашества и старчества, а не их проблемам4.

В конце 1903 г. епископ Арсений (Стадницкий) возглавил Псковскую епархию, когда-то богатую монастырями, из которых вышло множество святых, прославленных в Русской Православной Церкви, таких как прмчч. Авраамий и Василий Мирожские, прпп. Ефросин и Серапион Спасо-Елеазаровские, Савва и Корнилий Крыпецкие, Никандр пустынножитель; прмч. Корнилий и прп. Иона Псково-Печерские и многие другие. К началу XX в. большинство монастырей было упразднено, оставалось 13 монастырей (8 мужских и 5 женских) и две женские общины. Четыре мужских монастыря были приписаны к Пскову: 1) Псково-Печерский Свято-Успенский, первоклассный, XV в.; 2) Спасо-Елеазаровский, Великопустынский-Трехсвятительский, второклассный, XV в.; 3) Мирожский Спасо-Переображенский, третьеклассный, XII в.; 4) Крыпецкий Иоанно-Богословский, третьеклассный, XV в. Остальные монастыри: 5) Троице-Сергиев монастырь в Великих Луках, третьеклассный, XII в.; 6) Святогор-ский Свято-Успенский монастырь в Опочецком уезде, второклассный, XVI в.; 7) Троице-Небин монастырь в Торопце, третьеклассный, XVI в.; 8) Никандрова Благовещенская пустынь в Порховском уезде, третьеклассная, XVI в. Из женских монастырей действовали: 1) Иоанно-Предтеченский, второклассный, XIII в., в Пскове; 2) Старо-Вознесенский, второклассный, XV в., в Пскове; 3) Вознесенский, третьеклассный, XVII в., в Великих Луках; 4) Спасо-Казанский, XIX в., в Островском уезде; 5) Воронцовский Благовещенский, XX в., в Холмском уезде. В мужских монастырях числились 125 монашествующих и 191 послушник, в женских — 112 монашествующих и 483 послушницы. Две женские общины: 1) Покровская (с 1901 г.) в с. Ведрилово Порховского уезда, преобразованная в Ведриловский Покровский монастырь, третьеклассный, в 1909 г.; 2) Тихвинская (с 1904 г.) в с. Ляхово Великолуцкого уезда, преобразованная в монастырь Тихвинской иконы Божией Матери в 1917 г.

2 Серафим (Кузнецов), иером. Первый Всероссийский съезд монашествующих 1909 года: Воспоминания, записки и наблюдения участника. Кунгур, 1912; Репринт: М., 1999.

3 Зырянов П. Н. Русские монастыри и монашество в XIX — начале XX века // Монашество и монастыри в России. XI—XX вв.: Исторические очерки. М., 2002; Скотт М. Кенворти. Первый Всероссийский съезд монашествующих в 1909 г. в Троице-Сергиевой Лавре и монастырский вопрос в начале XX в. Тезисы докладов II международной конференции «Троице-Сергиева Лавра в истории, культуре и духовной жизни России». Сергиев Посад, 2000. С. 166— 184; Бридня Н. В. Влияние настоятеля на повседневную жизнь православной обители (на примере вологодских монастырей второй половины XIX — начала XX века) // Глагол времени: Исследования и материалы. Статьи и сообщения межрегиональной научной конференции «Прокопиевские чтения». Вологда, 2005. С. 359—366.

4 История православного монашества в Северо-Восточной России со времен прп. Сергия Радонежского: В 2 ч. / диак. Матфей Кудрявцев, сост. М., 1999; Русское православное женское монашество XYIП—XX веков / мон. Таисия, сост. Джорданвилль, 1985; Смолич И. К. Русское монашество: 988—1917. Жизнь и учение старцев. М., 1999.

Уже с лета 1904 г. епископ Арсений начал совершать ревизионные поездки по епархии, посещая и монастыри. В 1905 г., после посещения Псково-Печерского монастыря на храмовый праздник Успения Пресвятой Богородицы 14-15 августа5, он отметил в своем дневнике: «Оба дня служил... Народу масса — тысяч десять... Раньше монастырь процветал как качеством, так и количеством иночествующих. Ни того, ни другого нельзя сказать теперь. Иночествующих человек двенадцать, а всей братии — около 20. Теперь еще кое-как поддерживается настоятелем его, благочестивым старцем о. архимандритом Мефодием6, который имеет значительное нравственное влияние на братию. Но старец, которому семьдесят пять лет, уже немощный и не может следить за братиею, состоящею из простых, необразованных иноков и послушников, и потому нравственное состояние братии далеко не безупречно. И это монастырь, который считается одним из лучших монастырей Псковской епархии. А что сказать о других?!»7 Епископ Арсений писал о том, что «монашество совершенно пало... монастыри не удовлетворяют своему назначению, производя соблазн... нужно сократить их число и оставить, например, в Псковской епархии несколько, но с тем, чтобы они были настоящими местами благочестивой жизни. Нужно бы это сделать церковной власти, а то дождемся, когда возьмется за это государство. как было при [Императрице] Екатерине»8.

Для разработки стратегии и тактики монастырских преобразований, для поднятия монашеского духа и объединения усилий всех монастырей в разрешении множественных проблем, накопившихся в монастырях епархии, 10 октября 1905 г. епископ Арсений провел совещание всех 15 настоятелей и настоятельниц монастырей и общин Псковской епархии. На совещании были рассмотрены все основные проблемы, связанные с послушниками, иноками, духовниками, уставной дисциплиной, богослужением, охраной монастырей; вопросы о монастырских школах, благотворительности, служении ближним, и пути их решения.

Владыка напомнил, что «люди, стремящиеся к высшему нравственному совершенству, принимают на себя обеты самоотвержения, нестяжания, целомудрия, труда и молитвы и уходят в монастырь. Живя среди других иноков, принявших такие же обеты, человек в случае нарушения какого-то обета может вовремя получить братскую поддержку и благодаря доброму влиянию исправиться. Однако монастыри всегда были отражением жизни общества своего времени. Если религиозная жизнь процветала, то процветали и монастыри»9. К бушующему революционными страстями 1905 г. монастыри стояли далеко не на той высоте внутреннего благоустройства, которым отличались прежде. «В них реже встречалось уставное богослужение, которое своим благолепием так привлека-

5 Здесь и далее датировка по старому стилю.

6 Мефодий (Холмский Матфей Петрович, 1831-1906), архимандрит, настоятель Псково-Печерского Успенского монастыря и благочинный монастырей и женских общин Псковской епархии (1894).

7Арсений (Стадницкий), митр. Дневник: 1903-1905. М., 2015. Т. 3. С. 123-124.

8 Там же. С. 124.

9 Собрание настоятелей и настоятельниц монастырей Псковской епархии в покоях Прео-священнейшего Арсения, епископа Псковского 10 октября // Псковские епархиальные ведомости. 1905. № 23. 1-15 дек. С. 468-469

ло богомольцев, дисциплина иноков слабела, все чаще нарушались монашеские обеты и даже, к глубокому прискорбию, имена иноков стали попадаться в делах уголовных»10.

Для устранения нестроений в монастырях и благоустроения внутренней жизни в них епископ Арсений потребовал от настоятелей и настоятельниц монастырей, чтобы заботы о хозяйственной стороне монастыря ушли с первого места и «они все внимание сосредоточили на братии, за которой требуется самый тщательный надзор и попечение, особенно о послушниках»11. Он указал им, что они должны точно исполнять следующие распоряжения Святейшего Синода: «1) О приеме в монастыри на послушание со строгой осмотрительностью и только лиц, имеющих узаконенные свидетельства о своей личности, а также отзывы об их благонравии, благонадежности и наклонности к монашескому образу жизни со стороны духовного отца, приходского притча или состоящих в монастырском братстве, и затем принимать в братство по тщательном испытании благонадежности и готовности неуклонно исполнять все монастырские обязанности. Представление к пострижению должно основываться на приобретенном, посредством надзора старца или старицы, а также настоятеля, удостоверении готовности к достойному прохождению монашеского жития. 2) С крайней осторожностью предоставлять монашествующих к рукоположению в священнический сан... лишь по внимательному испытанию и удостоверению в трезвости и благонадежности их поведения»12. Для сокращения перехода послушников из одного монастыря в другой было решено не принимать их без ведома настоятеля того монастыря, из которого они ушли.

Так как праздная жизнь чаще всего ведет к нравственным проступкам, то настоятели должны не оставлять монашествующих без дела. Время, остающееся от богослужения церковного и от дел общественного послушания, братия должна употреблять для келейных занятий в виде 1) келейного молитвенного правила, 2) чтения душеспасительных книг, 3) выписывания нужнейшего из книг молитвенных и назидательных, 4) упражнения в церковном чтении и пении для подготовки к церковной службе, 5) занятий, поручаемых настоятелем по долгу послушания, 6) рукоделия в пользу обители или для удовлетворения своих собственных нужд, или для того, чтобы из заработанной суммы подавать нищим. А для этого устраивать в монастырях столярные и иконописные, швейные мастерские и т. д. Преосвященный предложил настоятелям в свободное время устраивать для братии чтения и собеседования, а для этого 1) открывать послушнические школы, для обучения послушников грамоте, пению и чтению, священной истории, катехизису, богослужебному уставу; 2) устраивать братские библиотеки, «наблюдение за которыми и руководство чтением поручать наиболее сведущему из братии; а благочинному поручить проверку библиотечных книг»13.

Для сохранения уставной дисциплины настоятели должны строго наблюдать, чтобы послушники и послушницы, монахи и монахини не принимали в

10 Собрание настоятелей. С. 469.

11 Там же. С. 470.

12 Там же. С. 470-471.

13 Там же. С. 471.

келиях лиц противоположного пола, а для свидания с родственниками устроить отдельную приемную комнату. В монастырях не должна допускаться прислуга противоположного пола. Отлучки из монастырей допустимы «лишь в случаях крайней нужды, причем настоятелей — с разрешения Преосвященного, а монашествующих — с разрешения настоятелей (VI Вселенского собора 46 пр.). Уволенный непосредственно по возращении должен явиться к уволившему для удостоверения. Отпуск из монастыря должен быть всегда только в дневные часы и срок возращения — всегда ранее вечерней трапезы. Вообще частые отлучки из монастыря крайне вредно отражаются на монастырской жизни, отличительная особенность которой самособранность, уединение и безмолвие»14. Также епископ Арсений убеждал настоятелей в том, чтобы в «монастырях непременно была общая трапеза с положенными святоотеческими чтениями, в которых должны обязательно принимать участие настоятели и настоятельницы. По праздникам обязательно должно быть возношение Панагии с возможною духовною торжественностью»15.

При обсуждении вопроса о богослужении Преосвященный предложил во всех монастырях богослужение совершать в одно время, в точности по общецерковному уставу, без пропусков. Чтение должно быть истовое, древнее; пение не должно быть заменяемо партесным. В некоторых монастырях чтение кафизм заменялось чтением акафистов и проповедей, что признано незаконным. Весьма желательно произнесение проповедей, но в свое время и не в ущерб устав-ности богослужения. Отправлять богослужение необходимо с канонархом, и чтецы должны тщательно готовиться к службе. Некоторые настоятели из-за материальных расчетов совсем мало принимали в монастырь послушников, так что иногда возникало ненормальное явление — наем посторонних певчих для пения за богослужением, и это должно быть устранено16. На жалобы настоятелей, что братия не всегда аккуратно ходит в церковь к богослужению, Преосвященный потребовал «принять серьезные меры! Настоятель должен сам подавать пример братии: первым являясь в церковь и уходя из нее последним. Нерадивых в посещении богослужений настоятель должен увещевать, стыдить, напоминать, что первый обет монашества — молитва. В церкви настоятель и братия должны занимать определенные места — настоятель у клироса, имея за братией самый тщательный надзор во время богослужения и не выпуская выхода ее из церкви до окончания его»17.

Обсуждался на совещании и вопрос о монашеских духовниках, которых надо избирать из опытных в духовной жизни старцев, могущих дать добрые советы. Преосвященный напомнил, что «исповедь должна совершаться неспешно, в противном случае, не достигая цели, обращается в пустую формальность, способствуя развитию теплохладности, которая хуже всякого неверия»18. Также Преосвященный высказал настойчивое пожелание, чтобы в монастырях за бо-

14 Собрание настоятелей. С. 472.

15 Там же.

16 См.: Там же. С. 473.

17 Там же.

18 Там же. С. 473-474.

гослужениями, особенно в праздничные дни, во время притока богомольцев, поучали народ, что практически отсутствовало в монастырях. Он говорил, что «проповеди можно читать и готовые, приспособительно к составу молящихся, так как издается много листков, например Троицких. Эти листки после прочтения можно раздавать бесплатно богомольцам. Этим будет достигаться двойная польза: их будут читать и в монастыре, и на дому, в семье»19.

Предметом особого обсуждения был вопрос о школах, благотворительности, служении ближним. С древности монастыри на Руси славились книжной ученостью, просвещением, в них писались грамоты, велись летописи. Говорилось о необходимости возрождения просветительского значения монастырей для простого народа, на средства которого они и содержатся. Почти во всех монастырях Псковской епархии существуют школы, но некоторые из них содержатся на скудные средства Епархиального училищного совета, из-за чего совет не может открыть школы в беднейших погостах. Преосвященный выразил желание, чтобы «школы при монастырях существовали на монастырские средства»20. Значение монастырской жизни всегда возрастало от того, какую пользу приносил монастырь окружающим людям во время повальных болезней, голода, войны. Однако некоторые из настоятелей считали такую деятельность несовместимой с понятием о монашестве, говоря, что монахи должны находиться только в монастыре и думать только о своем спасении. Такой взгляд Преосвященный назвал односторонним: «Сущность монашества — любовь к Богу и ближним, и таким образом нельзя разделять обязанности, вытекающие из заповеди о любви к Богу и любви к ближнему. Необходимо только, чтобы иноки, прежде чем вступить на служение ближним, воспитали себя, укрепили свою волю в добре, дабы чрез нарушение какого-либо обета в мире не быть соблазном для других, и всего себя отдать служению ближним»21. Желательно, чтобы «монастыри служили и благотворительным целям более широко. Только в таком случае монастыри в большей или меньшей степени могут избегнуть тех нареканий, к прискорбию иногда справедливых, которые на них сыплются в таком изобилии, особенно в настоящее не церковное время»22.

В связи с падением нравственности в народе и учащением случаев похищений из церквей и монастырей, на совещании обсуждался вопрос об улучшении организации охраны монастырей. В заключение Преосвященный указал на то, что улучшение монастырской жизни зависит главным образом от настоятелей. Он поручил благочинному монастырей наблюдать за тем, насколько будут осуществляться в жизни указания, преподанные на этом совещании23.

После окончания совещания епископ Арсений записал в своем дневнике: «Я созвал их для беседы о замеченных мною нестроениях монашеской жизни и о средствах к искоренению их. Грустное впечатление вынес я из беседы с ними: карман на первом месте... Монастырь — это хозяйственная ферма. Мо-

19 Собрание настоятелей. С. 474.

20 Там же. С. 474-475.

21 Там же. С. 469.

22 Там же. С. 475.

23 См.: Там же.

нах и послушник — это наемники... О многом беседовали. Но. все зависит от деятельности настоятелей, которых у меня можно назвать двоих: Печерского и Никандровского»24. Владыка отмечал, что игумены, отчасти и игуменьи, утратили понимание значения монастыря как религиозного учреждения, имеющего целью а) собственное самоусовершенствование, б) пользу для других; поэтому первое, что он предлагал необходимым сделать и о чем не раз писал в своем дневнике, это переустроить монастырскую жизнь: все монастыри непременно сделать общежительными — в них еще может сохраниться иноческий дух25.

По мнению Владыки, состояние монашествующих было прискорбно. Революционные выступления по всей стране, призывы к свободе, равенству и братству проникали и за монастырские стены: свобода слова, равенство начальствующих и подчиненных, желание решать все монастырские проблемы вместе с настоятелем — все это овладевало умами монахов. Благие пожелания и рекомендации, выработанные на совещании настоятелей и настоятельниц монастырей, оказалось очень непросто претворить в жизнь. В январе 1906 г. монахи Спасо-Елеазарова монастыря превзошли всю монашествующую братию в Псковской епархии и «подали петицию со своими автономными желаниями, предварительно отпечатав ее на смех и позор в местной социалистической газете "Псковский голос". Вот до чего дошла расшатанность!»26 — так оценил сложившуюся ситуацию епископ Арсений. В основу петиции легла зависть к настоятелю и его доходам, а также желание, чтобы наказания за различные проступки никак не отражались на послужном списке. Монахи сочли несправедливым, что настоятель получает третью часть всего братского дохода, а также пользуется другими выгодами от монастыря и монашеским инвентарем по своему личному желанию без ведома братии. Опубликованная петиция состояла из 11 пунктов, среди которых были, например, такие: «1) настоятель должен быть избираем братиею; 2) настоятель получает из дохода две иеромонашеские части, а не третью часть всей кружки, как было прежде; 3) раздел дохода должен производиться братиею, а не настоятелем; 4) желающих поступить в обитель и увольнять из оной без согласия братии настоятель не имеет права; <...> 9) после наказания запрещением или епитимиею монашествующих и священнослужащих в формулярный список не вносить их наказаний» 27. Особенно поразительна мелочность 11 пункта петиции: «.настоятель должен отапливать не более двух печей»28. О ситуации, сложившейся в монастыре, Владыка писал: «Я застал его в крайней нравственной распущенности. По выражению одного крестьянина из соседнего погоста Тол-вицы, там "уси монахи были жонаты", и, что примечательно, "жонатость" мо-

24Арсений (Стадницкий), митр. Указ. соч. Т. 3. С. 149. Никодим (Воскресенский Николай Савич, ок. 1858 — после 1926), настоятель Никандровой Благовещенской пустыни (1894), архимандрит (1898), настоятель Псково-Печерского монастыря (26.04.1906-26.08.1914). В 1925 г. арестован в Барнауле, в это же время назначен епископом Демянским, викарием Новгородской епархии. Дальнейшая судьба неизвестна.

25 См.: Арсений (Стадницкий), митр. Указ. соч. Т. 3. С. 149.

26 ГА РФ. Ф. 550. Оп. 1. Д. 514. Л. 30 об.

27 Петиция монахов: Спасо-Елеазарова монастыря братий петиция // Псковский голос. 1906. № 9. 18(31) янв. С. 4-5.

28 Там же.

нахов настолько стала обычным явлением, что она уже никого и не смущала, и служила источником дохода для окрестных жителей. Ко мне. много поступало жалоб от потерпевших письменно и лично с фактическими данными в виде толстого живота, но это только тогда, когда пострадавшие не сходились в цене и для устрашения; а затем, когда назначалось дознание, то все пострадавшие отказывались от жалоб, говоря, что она согрешила в лесу неизвестно с кем; очевидно, сделка была сделана. Сам игумен Кирилл29, большой мужчина из местных крестьян, превзошел всю братию тем, что сотворил двойню. Последовали жалобы. Назначено дознание. Обычный отказ пострадавшей, получившей, должно быть, изрядную толику денег. После этого я не счел удобным быть ему настоятелем и перевел его в число братии Никандровой пустыни»30.

В 1907 г. архиепископ Арсений писал о нестроениях, происходивших в Свя-тогорском монастыре, где настоятель о. Иоанн31, разбитый параличом, был уволен и исполнял обязанности настоятеля полуграмотный казначей о. Моисей: «...братия пьет, развратничает, а наряду с этим параличный Иоанн чудодействует. К нему в настоятельские кельи, где он обитает, ходят на исповедь женщины, на которых он, очевидно, имеет большое влияние, производя впечатление своим беспомощным состоянием. Не отрицаю благотворности его исповеди и влияния. Но наряду с этим он позволяет себе и нечто недозволительное и соблазнительное. Так он разрешил на Страстной седмице одной двадцатилетней девице облечься в образ мужчины — раба Божия Михаила и под этим видом приобщиться Святых Таин и проживать в монастыре. Как-то об этом узнала полиция и изгнала ее из монастыря. Попала эта история в газеты. Я назначил негласное дознание протоиерею Серебрянскому. Факт верен. Мотивы игумена Иоанна точно не выяснены "для спасения души". Наказать его нельзя, так как он совершенно беспомощен. Жизнь монашеская в полном упадке»32.

Особо отмечал Преосвященный отношение монахов к уставу: «Живут монахи по-мирски. За общею трапезою спросил я казначея, исполняющего обязанности настоятеля, соблюдается ли у них устав о пище, например, в среду и пяток о невкушении рыбы. "У нас, Владыко святый, — отвечает простодушный казначей, — устав зависит от обстоятельств: есть улов рыбы или привоз — мы и кушаем ее, хотя бы по уставу и не полагалось; нет рыбы — не кушаем, когда она и полагается". Очевидно, так и во всем: не они приноравливаются к уставу, а устав приноравливают к себе сообразно своим прихотям и обстоятельствам»33.

Об одной из наиболее благополучных в монашеском отношении обителей Псковской епархии, Благовещенской Никандровой пустыни, где не было тяжких пороков, но определенные внутренние проблемы имелись, Владыка отмечал, что «внутренний строй обители стоит не на должной высоте. Правда, здесь нет среди братии выдающегося пьянства, ни других сопряженных с ним поро-

29 Кирилл, игумен, настоятель Спасо-Елеазарова монастыря (1901-1906).

30 ГА РФ. Ф. 9452. Оп. 1. Д. 119. Л. 4 об.

31 Иоанн (?—12.08.1908), игумен, настоятель Святогорского Успенского монастыря (ок. 1897). Составил «Описание Святогорского Успенского монастыря» (см.: Описание Свя-тогорского Успенского монастыря Псковской епархии. Псков, 1899).

32 ГА РФ. Ф. 9452. Оп. 1. Д. 119. Л. 3.

33 Там же. Л. 3-3 об.

ков. Но. братия необразованная, слишком механически относится к своим религиозным обязанностям, богослужебный монастырский устав не исполняется, читают, а особенно поют посредственно»34. 23-24 сентября 1907 г. преосвященный Арсений служил в Никандровой пустыни по случаю дня памяти прп. Ни-кандра. Он писал: «Масса богомольцев... Ни одна обитель в Псковской епархии не пользуется таким уважением, как Никандрова. Находясь среди болот и лесов, она притягивает к себе своею так сказать уединенностью, мистичностью, а, равно, как и личностью святого Никандра, псковского уроженца. Интеллигенции, конечно, почти не было: народные идеалы чужды ей»35. Владыка старался не только наставлениями, но своим примером настроить монахов на уставную службу и подобающий монахам образ жизни. Взяв с собою хор и штат диаконов, он устроил настоящую монастырскую уставную службу, продолжавшуюся пять с лишним часов. Он писал: «Братия уразумела красоту уставности и обещала держаться ее. Но, конечно, забудет свое обещание. Для этого нужен настоящий настоятель. А теперешний36 не в состоянии будет этого сделать. Он — добрый, но. своею добротою, попустительством способствует падению монашеской жизни. Достаточно сказать, что за общею трапезою фигурировала на столах в бутылках водка. На выраженное мое удивление он простодушно отвечал, что и "прежде так было". Я вызывал к себе старшую братию и запретил быть подобному соблазну. Отец архимандрит слишком доверчив, и вообще пассивен. По крайней мере трезвый и все-таки образован. Где же лучше найти?»37

Еще одна проблема, которую можно назвать «внешней» и которая коснулась не только храмов, но и монастырей Псковской епархии, это грабежи. Начиная с 1903 г. почти в каждом номере «Псковских епархиальных ведомостей» печатались сводки об ограбленных храмах епархии. В большинстве случаев делалось это достаточно однообразно. Так как храмы в сельской местности епархии почти всегда строились на погосте села, в несколько удаленном от села месте, то с помощью тарана (бревна) выламывалась решетка в окне алтаря, и через разбитое окно происходил грабеж. Иногда грабеж оканчивался смехотворной суммой, так как в церковной кружке по бедности прихода оказывалось только 90 копеек или 1,5 рубля, а священные сосуды вынести или не решались, или не успевали. Иногда же грабеж удавался, и сумма оказывалась внушительной, как это произошло со Спасо-Елеазаровым монастырем в 1905 г. В ночь 28 сентября злоумышленники, взломав замки входных дверей в церковь и ризницу монастыря, похитили «государственные процентные бумаги и документы, а также наличные деньги, всего на сумму 26 тысяч 251 рубль»38.

34 ГА РФ. Ф. 9452. Оп. 1. Д. 119. Л. 13 об. - 14.

35 Там же. Л. 13 об.

36 Владимир (Гиганов Василий Васильевич, 1853 — после 1924), архимандрит (1906), настоятель Мирожского Спасо-Преображенского монастыря (01.05.1905), настоятель Никандровой Благовещенской пустыни (05.05.1906). В 1923 г. арестован и осужден на 6 месяцев лишения свободы с последующей высылкой из Пскова как из пограничной области на 3 года. Дальнейшая судьба неизвестна.

37 ГА РФ. Ф. 9452. Оп. 1. Д. 119. Л. 14.

38 Распоряжения епархиального начальства: Похищения // Псковские епархиальные ведомости. 1905. № 24. 16-31 дек. Офиц. ч. С. 508.

Определенная безнаказанность в связи с революционными событиями в Российской империи привела к тому, что в ноябре 1907 г. на Крыпецкий Иоанно-Богословский монастырь, расположенный в лесу, в пяти верстах от ближайшей деревни, напали уже не два-три человека, как это бывало при похищениях из сельских храмов, а целая банда «экспроприаторов», от 20 до 30 человек, «членов националистической латышской партии, сосланных в Псков по политическим мотивам»39. «Вооруженные маузерами и бомбами. они встретили в стенах монастыря только невооруженных сторожей и беззащитных иноков, идущих к всенощной... Спас от полного разграбления святую обитель слепой звонарь. Он, услышав выстрелы, ударил в набат»40.

Нападение началось после малой вечери перед самой всенощной. Пытались найти игумена Евстафия41, прослышав, что у него «есть деньги, о чем молва раньше ходила42, и хотели его ограбить, а вместе с тем и убить»43. Однако о. игумену удалось спастись. Услышав колокольную тревогу, он подумал, что начался пожар, и, схватив два ведра, пошел на двор, спрашивая о пожаре. Одна из богомолок сообщила о нападении разбойников, и он успел спрятаться под пол коридора в старом братском корпусе. Бандиты убили шесть человек: слепого звонаря старца Алексея Иванова, иеромонаха Иакова, монаха Павла, послушника Феодора Тарана, получивших по восемь пуль рабочих Прокопия и Георгия; и троих ранили: иеродиакона Савватия, келейника игумена послушника Иоанна Степанова и одного из богомольцев44. Некоторые из спрятавшихся монахов слышали разговоры бандитов, «намеревавшихся перебить всех монахов, чтобы их и следа не было здесь»45. Пальба с некоторыми промежутками продолжалась не менее двух часов, пока не подоспели услышавшие колокольный набат крестьяне из окрестных деревень. Только через четыре часа после нападения на монастырь появи-

39 Лагунин И. И. Крыпецкий Иоанно-Богословский монастырь: 500 лет истории: Историко-архитектурный очерк // Псков. 2004. № 21. С. 53.

40 По поводу нападения на Крыпецкий монастырь // Псковские епархиальные ведомости. 1907. № 22. 16-30 ноября. С. 549.

41 Евстафий, игумен Крыпецкого Иоанно-Богословского монастыря (1906). После пережитого грабительского нападения на монастырь он психологически не мог оставаться в этом монастыре, с 19.04.1908 г. — настоятель Торопецкого Троице-Небина монастыря, затем служил в Святогорском Успенском монастыре. С 1916 г. архимандрит, настоятель Никандровой пустыни.

42 Игумен Евстафий имел деньги, но он решил их потратить на ремонт обители и 2.07.1906 г. подал следующий рапорт: «Крайняя запущенность. церковных и братских корпусов, вынуждает меня по принятии вверенного мне монастыря, не касаясь скудных денежных средств обители, придти... на помощь последней личным своим капиталом в 1200 руб. на следующие неотложные ремонтные работы: а) выкрасить кобальтом на монастырских церквах и зданиях крыши в 700 саж. на 700 руб., предварительно перечинив проржавевшие места новым железом; б) переделать часть разрушившейся каменной ограды с восточной стороны, подправить обвалившуюся штукатурку на стенах собора, колокольни и примыкающего к последней каменного корпуса с побелкою в надлежащем виде на 500 рублей. Посему сим благо покорнейше испрашиваю... дозволения и благословения на производство... выше упомянутых работ» (Лагунин. Указ. соч. № 20. С. 50), что в дальнейшем и было выполнено.

43 ГА РФ. Ф. 9452. Оп. 1. Д. 119. Л. 28.

44 См.: Там же. Л. 29 об. - 30.

45 Там же. Л. 30 об.

лась стража со станции Новоселье и Пскова. Рано утром, 11 ноября, стражники обнаружили одного из грабителей в 10 верстах от монастыря, у деревни Подчер-ничье. Он отстреливался из ручного пулемета и был убит во время перестрелки46. К 19 ноября 1907 г. поймали еще 11 человек в пригородном погосте Любятово и в Алексеевской слободе, в Пскове. В поимке последних участвовала рота солдат, так как бандиты засели в доме, отстреливаясь. Был убит городовой, сторож Алексеевской церкви и ранены два стражника47. Архиепископ Арсений писал: «Вот к чему ведет Тришкинская политика высылки негодных элементов из одного места в другое. Как будто эти негодные элементы в одном месте пригодны в другом. Уж лучше ссылать их, как, например, во Франции, на какой-нибудь остров пустынный. А то заселяют ими Сибирь, Вятку, Пермь, Вологду! Неудивительно, что эти места деморализованы.»48. В феврале 1908 г. архиепископ Арсений получил письмо с угрозами, что если он не уберет из Крыпецкого монастыря игумена Ев-стафия, то будет разграблен весь монастырь, а первая пуля достанется самому Преосвященному, где бы он ни был: в Питере или в Пскове49.

Также в ноябре 1907 г. готовилось «нападение на Никандрову пустынь со стороны социалистов-революционеров; но замысел был открыт, и уездным исправником была прислана стража из девяти человек, почему нападение не состоялось»50.

Ночью 17 ноября 1907 г. злоумышленники взломали замки северных дверей Рождественской церкви Старо-Вознесенского женского монастыря в Пскове и похитили привесы от Владимирской иконы Божией Матери и на венчике Тихвинской иконы Божией Матери; а также, взломав замки в кладовую и в ризницу, перерыли шесть сундуков и три комода; всего похитив на «сумму приблизительно до 40 рублей»51. Все эти нападения и грабежи показали беззащитность не только храмов Псковской епархии, но и ее монастырей.

Как же преосвященный Арсений пытался наладить монашескую жизнь в епархии? Как уже указывалось, он хотел перевести все монастыри епархии в общежительные. Но для этого необходимо было найти соответствующих этой цели настоятелей, и Преосвященный искал их, наблюдал за их деятельностью, наставлял. В 1906 г. он осуществил целый ряд новых назначений или перемещений настоятелей в монастырях. Рассмотрим три наиболее значимых назначения и их последствия. После кончины настоятеля Псково-Печерского монастыря архимандрита Матфея (Холмского) на его место 26 апреля 1906 г. был назначен настоятель Никандровой пустыни, в которой еще сохранялся иноческий дух, архимандрит Никодим (Воскресенский). В настоятели Никандровой пустыни 5 мая 1906 г. был переведен настоятель Мирожского монастыря архимандрит Владимир (Гиганов). Также 22 апреля 1906 г. был назначен новый настоятель в

46 См.: ГА РФ. Ф. 9452. Оп. 1. Д. 119. Л. 30 об. - 31.

47 См.: Там же. Л. 31 об.

48 Там же.

49 См.: Там же. Л. 65 об.

50 Распоряжения епархиального начальства: Похищения // Псковские епархиальные ведомости. 1907. № 24. 16-31 дек. Офиц. ч. С. 332.

51 Там же.

Спасо-Елеазаров монастырь иеромонах Иувеналий (Масловский)52. Как же сказались произведенные назначения?

После посещения 14-15 августа 1907 г. Псково-Печерского монастыря архиепископ Арсений с сожалением написал в дневнике: «.архимандрит Никодим... вежливый, старательный, но несколько не выдержанный в отношении к братии. Заботится о внешнем благолепии монастыря. Служба успенская прошла очень хорошо, но благодаря моим певчим, а не собственным силам монастыря. Какая разница между Спасо-Елеазаровскою обителью, и не в пользу Печерской53. Там веет духом монастырским, здесь его нет»54.

Никандрова пустынь в 1907 г. начала терять свой иноческий дух, которым славилась до этого. А в сентябре 1908 г., после празднования памяти прп. Никан-дра, Преосвященный отметил в своем дневнике: «В день праздника, в четыре часа, я пошел осматривать келии. Нашел много неприглядного. Прежде всего во многих кельях я нашел женщин, которых монахи выдавали то за сестер, то за племянниц, то прямо знакомых. На мои недоуменные вопросы они отвечали, что это так исстари ведется, что в день праздника женщины могут бывать в келиях у знакомых или родственных монахов, а то даже и ночуют ввиду тесноты гостиниц. Далее, в иных келиях я обретал трупы — это мертвецки пьяные ради праздника. Некоторым оправданием может служить то, что в монастыре теперь много епитимийных — до двенадцати монахов, священников, диаконов. Кроме того, в монастыре теперь партийное деление — за настоятеля и против. Настоятелем состоит кандидат Петербургской академии архимандрит Владимир. Два года назад он назначен был Святейшим Синодом по моему представлению вместо избранного братиею казначея игумена Кесария. Последнего я не представил к утверждению прежде всего по старости, а затем потому, что он в соседней деревне имеет собственную семью. Это известно всем, однако братия избрала его, чтобы иметь оправдание и своим слабостям. Отец Владимир — хороший монах, честный человек, но не администратор. Вследствие сего делает иногда неверные шаги, а братия пользуется этим»55. Архиепископ Арсений собрал братию и, сделав соответствующее внушение, пригрозил тем, что если они и впредь будут интриговать против настоятеля, вести жизнь несвойственную инокам, то он их «всех разделит по другим монастырям с соответствующим наказанием. Братия проявила полную покорность и выразила раскаяние»56.

Наиболее положительный результат им был достигнут со Спасо-Елеазаровым монастырем. Епископ Арсений писал, что иеромонах Иувеналий преподавал в семинарии, но как преподаватель он был слишком мягок: «Я видел, что препода-

52 Иувеналий (Масловский Евгений Александрович, 1878-1937), иеромонах, преподаватель гомилетики и соединенных с нею предметов Псковской духовной семинарии (13.08.1904), в числе братии Псково-Печерского монастыря (10.01.1906), настоятель Спасо-Елеазарова монастыря (22.04.1906-16.10.1910), игумен (06.10.1906). С 1929 г. архиепископ Рязанский и Шацкий, священномученик.

53 И это всего через год после тех безобразий, которые творились в Спасо-Елеазаровской обители в 1906 г.

54 ГА РФ. Ф. 9452. Оп. 1. Д. 119. Л. 6-6 об.

55 Там же. Л. 149.

56 Там же.

вательство не его сфера. Поэтому предложил ему поступить в монастырь, в число рядовой братии Псково-Печерского монастыря. Он меня послушался и был определен в прошлом году. Сразу он почувствовал себя там в родной атмосфере и выделился из братии строгим исполнением иноческих уставов и послушаний, за что и пользовался уважением всей братии»57. Через три месяца Владыка назначил его настоятелем Спасо-Елеазарова монастыря. Новый настоятель возбудил вопрос «о введении в его обители общежития, как заповедано основателем ее, известным Ефросином»58. Быстро поняв, что братию, погрязшую в распущенности, трудно переделать, о. Иувеналий стал советоваться с Преосвященным о расселении части братии по другим псковским монастырям и о заселении новыми из какого-нибудь большого монастыря. Для этого епископ Арсений отпустил его на месяц в разные монастыри, и «между прочим в Оптину и Глинскую пустыни. Он облюбовал себе устав Глинский и навербовал себе здесь братию»59. Вместе с тем Преосвященный обратился в Синод с ходатайством о преобразовании штатного Спасо-Елеазарова монастыря в общежительную Спасо-Елеазарову пустынь с возведением настоятеля ее во игумена.

4 октября 1906 г. Синод утвердил представление епископа Арсения. 6-го октября во время литургии епископ Арсений возвел в сан игумена о. Иувена-лия. Вручив игумену посох, Преосвященный указал на то, что «возведение его в почесть вышнего звания как раз совпадает с новым устроением монастырской жизни в его обители, и на нем теперь будет лежать введение этого уклада, от которого уклонилась обитель. Говорил. также о тех препятствиях, какие придется ему встречать при предстоящем преобразовании»60.

С января 1907 г. в обитель стали прибывать послушники из Глинской пустыни, большею частью молодые малороссы. Всего около 40 человек, в их числе три монаха. Преосвященный писал, что уже через три месяца «посвятил двух иноков в сан диакона, еще через три месяца — этих диаконов в сан иеромонаха, а других двух — в сан иеродиакона. Так на первых порах думаю и дальше поступать, пока не образуется достаточное количество священнослужителей. Конечно, они не отличаются даже какою-нибудь образованностью; церковно грамотны и только. Но, тем не менее, насколько выше стоят они других, оставшихся тут иеромонахов! По сравнению со здешними, это поистине монахи-аристократы. монастырь воистину обновился. Он стал местом целодневной и целонощной молитвы, прерываемой коротким сном и послушаниями... Стали приходить восторженные отзывы»61.

5-7 августа 1907 г. архиепископ Арсений посетил Спасо-Елеазарову пустынь, чтобы убедиться, насколько отзывы соответствуют действительности. Все виденное произвело на Преосвященного самое отрадное впечатление. Он писал: «Здесь веяло благоуханием монастыря. Всенощная под 6-е [августа] началась в семь, а окончилась в половине второго... Поют своеобразно, с "народ-

57 ГА РФ. Ф. 9452. Оп. 1. Д. 119. Л. 4-4 об.

58 Там же. Ф. 550. Оп. 1. Д. 515. Л. 4.

59 Там же. Ф. 9452. Оп. 1. Д. 119. Л. 5.

60 Там же. Ф. 550. Оп. 1. Д. 515. Л. 4.

61 ГА РФ. Ф. 9452. Оп. 1. Д. 119. Л. 5.

ным" оттенком, но, в общем, очень хорошо и задушевно. Особенно интересно было величание. Весь псалом "Хвалите" поют поочередно на клиросах. при закрытых Царских дверях, затем при пении "Исповедайтеся" Царские двери отверзаются, выходят все священнослужители, которым раздаются огромные — двухаршинные свечи, и певчие тоже с такими свечами. На средине все соединяются и громогласно, с роем свечей в руках, величают Спасителя. На народ производит сильное впечатление... В самый день праздника началось служение в девять часов, и закончилась вся церемония с трапезою к пяти часам. С шести до семи затем вечерня, с двенадцати до половины четвертого утра утреня, а на другой день с семи до девяти литургия»62. Перед выездом из обители Преосвященный, прощаясь с братией, высказал «радость от всего виденного, увещевал их укрепиться здесь и не зреть вспять»63.

Введение устава Глинской обители и строгая жизнь при молитвенном общежитии благоприятно сказывались на братии монастыря, но, как отмечал владыка Арсений, «для полноты монастырской жизни не доставало здесь старчества»64, и этим он озаботил молодого игумена. По благословению Преосвященного игумен Иувеналий пригласил своего духовника архимандрита Гавриила, наместника Седмиезерской пустыни Казанской епархии65. В конце июля 1908 г. старец Гавриил переселился в Елеазарову пустынь, где ему выстроили маленький домик. Преосвященный писал: «Он был старцем и духовником студентов Казанской академии, постригшим в монашество. и игумена Иувеналия, в бытность его студентом Академии. Старец — простой, не ученый, но искушенный в монастырском житии, полный любви, он имел большое влияние на молодых ученых иноков, из которых некоторые уже достигли епископского сана, а другие на пути к нему в должности ректоров, инспекторов и преподавателей семинарии. [Они] желали сохранить такую связь, навещая и переписываясь с ним»66. В дальнейшем игумен Иувеналий испросил благословение устроить в домике старца келейную церковь.

4-8 августа 1910 г. преосвященный Арсений вновь побывал в Елеазаровской обители, где 5 августа освятил обновленный храм во имя Рождества Богородицы. 6 августа, на Преображение Господне, совершил литургию в обновленном храме и крестный ход вокруг монастыря, а 7 числа освятил келейный храм во имя архангела Гавриила, а затем совершил литургию. По освящении храма архиепископ Арсений сказал речь о значении старца Гавриила для его духовных чад, бывших студентов Казанской академии: «Сила его — в любви, и возникновение этого храма обязано любви его учеников, особенно же любви его ученика, нынешнего игумена»67. На эти торжества прибыли духовные чада старца:

62 ГА РФ. Ф. 9452. Оп. 1. Д. 119. Л. 5 об.

63 Там же. Л. 6.

64 Там же. Л. 418.

65 Гавриил (Зырянов Гавриил Михайлович, 1844-1915), архимандрит (1902), наместник Седмиезерской пустыни (1901), старец Спасо-Елеазарова монастыря (1908), преподобный.

66 ГА РФ. Ф. 9452. Оп. 1. Д. 119. Л. 418 об.

67 Там же. Л. 422.

епископ Каневский Иннокентий (Ястребов), викарий Киевский68, иеромонахи: Тихон, помощник инспектора Псковской семинарии, и Гавриил, преподаватель той же семинарии, Афанасий (Малинин), и. д. доцента Казанской академии по кафедре гомилетики69, и заслуженный профессор Казанского университета А. И. Александров, перешедший в 1910 г. в Казанскую академию на кафедру истории Славянских церквей70. Приехала на торжества и Великая княгиня Елизавета Феодоровна71, которая подарила для келейного храма своего духовника иконостас с художественными иконами на меди. Она присутствовала «на всех богослужениях от начала до конца. а 8 августа исповедовалась и приобщалась Святых Таин»72. Перед отъездом из обители архиепископ Арсений «высказал от лица всех те чувства религиозного подъема, какие мы переживали во время пребывания нашего в обители, а в заключение увещевал пребывать братии верными своему высокому и трудному званию»73.

В данной статье представлены наиболее яркие примеры монастырских нестроений в Псковской епархии и пути их исправлений. Конечно, владыка Арсений бывал во всех монастырях епархии и в конце каждого своего посещения всегда проводил беседу по исправлению выявленных нестроений. Проблема в достойных кандидатах в настоятели монастырей тормозила все благие начинания преосвященного Арсения, и от этого получалась такая поразительная разница при сравнении хотя бы двух монастырей — Спасо-Елеазарова и Никандровой пустыни. Возрождение одной обители и постепенное скатывание вниз другой. Если первоначально Преосвященный отзывался о Никандровой пустыни как об одной из лучших в епархии, то в 1908 г. внутренняя жизнь обители, по его мнению, представляла уже «грустную картину»74. Если в 1907 г., несмотря на непогоду, богомольцев было «от двух до трех десятков тысяч»75, то в 1908 г. на празднике были «только окрестные жители»76. Однако владыка Арсений неутомимо продолжал ездить по своей епархии, вразумлять, наставлять, показывать пример, как надо служить. Он не ленился брать с собой диаконов и певчих и показывать всю красоту настоящей монастырской уставной службы. Программа борьбы с нестроениями в монастырской жизни Псковской епархии, выработанная еще в 1905 г., оказалась чрезвычайно полной и действенной при желании и попытках ее выполнения. Особенно ясно это проявилось в 1909 г., когда 5-13 июля состо-

68 Иннокентий (Ястребов Илья Иванович, 1867-1928), епископ Каневский, викарий Киевской епархии (1906), ректор КДА (1910). В дальнейшем архиепископ Астраханский (1927).

69 Афанасий (Малинин Александр Анатольевич, 1884-1939), иеромонах (1909), и. д. доцента КазДА (1910). В дальнейшем архиепископ Саратовский (1933). Уволен на покой (1935).

70 Анастасий (Александров Александр Иванович, 1861-1918), ординарный профессор Казанского университета (1896), иеромонах (1910), ординарный профессор КазДА (1910). В дальнейшем епископ Ямбургский, викарий Санкт-Петербургской епархии (1913), ректор СПбДА (1914).

71 Елизавета Феодоровна (1864-1918), Великая княгиня, создательница и настоятельница Марфо-Мариинской обители (1909), преподобномученица.

72 ГА РФ. Ф. 9452. Оп. 1. Д. 119. Л. 422 об.

73 Там же.

74 Там же. Л. 149.

75 Там же. Л. 13 об.

76 Там же. Л. 149.

ялся первый Всероссийский монашеский съезд в Троице-Сергиевой Лавре. Все основные проблемы, которые обсуждались на этом съезде: 1) поднятие дисциплины уставной, 2) избавление от пьянства и сродных ему пороков, 3) поднятие уровня подготовки монахов, которые не могут дать ответа на самые простые вопросы православного вероучения, были рассмотрены Псковским преосвященным в 1905 г. Единственный вопрос, которого не касался преосвященный Арсений на совещании настоятелей монастырей в 1905 г. и обсужденного на съезде, это вопрос об иноках, которые давно изменили своим обетам и живут зазорно. Но и эту проблему он пытался решать путем перевода зазорно живущих иноков в другие монастыри для наказания и исправления. Даже такая тема, как благотворительность монастырей и служение ближним, которая вызвала большую полемику в начале XX в.77, а затем вновь разгорелась после монашеского съезда в 1909 г., была затронута преосвященным Арсением в 1905 г., и он сумел примирить противоположные мнения.

Ключевые слова: Псковская епархия, монастыри, игумен, монахи, послушники, преосвященный Арсений (Стадницкий), Иувеналий (Масловский), Владимир (Гиганов), Спасо-Елеазаров монастырь, Никандрова пустынь, Псково-Печерский монастырь.

Список литературы

Арсений (Стадницкий), митр. Дневник: 1902-1903. Т. 2. М., 2012. Он же. Дневник: 1903-1905. Т. 3. М., 2015.

Лагунин И. И. Крыпецкий Иоанно-Богословский монастырь: 500 лет истории: Историко-

архитектурный очерк // Псков. 2004. № 20. С. 43-56; № 21. С. 53-73. Петиция монахов: Спасо-Елеазарова монастыря братий петиция // Псковский голос.

1906. № 9. 18(31) января. С. 4-5.

По поводу нападения на Крыпецкий монастырь // Псковские епархиальные ведомости.

1907. № 22. 16-30 ноября. С. 549.

Распоряжения епархиального начальства: Похищения // Псковские епархиальные ведомости. 1905. № 24. 16-31 дек. Офиц. ч. С. 508; 1907. № 24. 16-31 дек. Офиц. ч. С. 332. Собрание настоятелей и настоятельниц монастырей Псковской епархии в покоях Пре-освященнейшего Арсения, епископа Псковского 10 октября // Псковские епархиальные ведомости. 1905. № 23. 1-15 дек. С. 468-475.

77 Речь идет о полемике по вопросу о монашестве 1902-1903 гг., начатой в журнале «Душеполезное чтение» А. Кругловым и казначеем Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, издателем «Троицких листков», архимандритом Никоном (Рождественским) и продолженной в «Богословском вестнике» инспектором МДА архимандритом Евдокимом (Мещерским). Подробнее см.: Арсений (Стадницкий), митр. Указ. соч.: 1902-1903. Т. 2. М., 2012. С. 54-55, 58-59, 61, 67-68, 71, 75, 264-266, 278, 282-283.

St. Tikhon's University Review.

Series II: History. Russian Church History.

2017. Vol. 76. P. 37-53

Efremova Olga, Researcher, St. Tikhon's Orthodox University 6/1 Likhov pereulok, Moscow 127051, Russian Federation efremovaolg@yandex.ru

Problems of Monastic Life in Pskov Diocese in 1903—1910 and Attempts to Solve them by Reverend Arsenii's

O. Efremova

This paper presents an overview of problems in monastic life in Pskov diocese at the beginning of the 20th century. These problems were typical of the majority of monasteries of the Russian Empire. According to their statutes, they were divided into cenobitic and non-cenobitic, with significant differences in the internal structure of monastic life. The number of cenobitic monasteries that had stricter statutes and where monks were not allowed to have private property was much lower. In 1900, out of 828 monasteries there were only 46 monasteries and 101 convents that were cenobitic. In non-cenobitic monasteries, monks had common food, but clothes and other belongings bought at their own expense, whereas in staff monasteries they were paid an allowance from the state. Moral decline in Russian society together with revolutionary events influenced monastic life via novices, who arrived at monasteries from the secular world, as well as via monks themselves, who had to leave monasteries for short periods. The absence of a strict statute in non-cenobitic monasteries undermined monastic discipline, while frequent departures from monasteries led to violation of monastic vows and various vices. Gradual slackening in church service took place as well. A very low level of knowledge of the Orthodox doctrine resulted in monks and novices wandering around and moving from one monastery to another. Archival materials such as the diary of Reverend Arsenii (Stadnitskii) kept at the State Archive of the Russian Federation together with various periodicals allow us to examine the above-mentioned problems. The methods of overcoming these problems developed by Revd. Arsenii Stadnitskii and his efforts to tackle them give invaluable material, both in historical and practical aspects.

Keywords: Pskov diocese, monasteries, hegumen, monks, novices, Reverend Arsenii (Stadnitskii), Iuvenalii (Maslovskii), Vladimir (Giganov), Spaso-Eleazarov monastery, Nikandrov hermitage, Pskov-Pecherskii Monastery.

References

Arseniy (Stadnitsky), metr., Diary: 1902—1903, Lagunin I., «Krypetsky Ioanno-Bogoslovskiy

2, Moscow, 2012. monastir: 500 let istorii», in: Pskov, 20, Arseniy (Stadnitsky), metr. Diary: 1903-1905, 2004, 43-56; 21, 53-73.

3, Moscow, 2015.