Формирование фольклорных традиций этнотерриториальной группы астраханских татар

6. Bernabé Villodre, María del Mar. Cultural Identity and Using Music in the Intercultural Educational Process. -Procedía - SocialandBehavioralSciences, Volume 132, 15 May 2014. - 235-240 pp.

7. Clarke E., De Nora Т., Vuoskoski J. Music, empathy and cultural understanding. - Physics of Life Reviews, Volume 15, December 2015. - 61-88 pp.

8. De Nora T Music in Everyday Life. - UK, Cambridge University Press, 2000. - 196 pgs.

9. Kamalova I.F., Javgilldina Z.M. ets. Educational potential of music art for the formation of moral value orientations of student youth / / European Journal of Science and Theology, 2014. - Vol.10, No.6. - 129-137 pp.

10. Sousa, Maria do Rosário. Music, Arts and Intercultural Education: The Artistic Sensibility in the Discovery of the Other. - Journal of Science and Technology of the Arts, [S.l.], v. 3, n. 1, dec. 2011. - 38-48 pp.

References

1. Almazova T. A. Rashid Kalimullin / / The Composers Of Tatarstan. - M.: Composer, 2009. - Pp. 103-110.

2. Belyaeva E. V. Art of the Syrian composer Shafi Badreddin and the features of "middle East musical avant-garde" // Philology and culture. - 2014. - No. 1. - Pp. 247-251.

3. Dulat-Aleev V. R. Farid Yarullin and Tatar music in intercultural communication / / Tatarica. - 2014. - No. 3. - Pp. 174-183.

4. Orlova O. V. Cultural identity in the process of modernization and development of polyculturalism / /Intercultural communication: contemporary theory and practice: Materials of VIII RISA Convention 28-29 September 2012, MGIMO-University. - M.: Aspect press, MGIMO-University, 2013. - Pp. 59-65.

5. Saidasheva Z. N. The problem of the "national" in Tatar music //Zemfira Saidasheva. Essays about tatar music. -Kazan: HAlkibiz mirasi, 2015. - Pp. 216-221.

6. Villodre Bernabé, María del Mar. Cultural Identity and Using Music in the Intercultural Educational Process. - Procedia - SocialandBehavioralSciences, Volume 132, 15 May 2014. - Pp 235-240.

7. Clarke E., De Nora, T., Vuoskoski J. Music, empathy and cultural understanding. - Physics of Life Reviews, Volume 15, December 2015. - Pp 61 to 88.

8. De Nora, T., Music in Everyday Life. - UK, Cambridge University Press, 2000. - 196 rd.

9. I. F. Kamalova, Z. M. Javgilldina ets. Educational potential of music art for the formation of moral value orientations of student youth / / European Journal of Science and Theology, 2014. - Vol.10, No. 6. - Pp 129-137.

10. Sousa, Maria do Rosário. Music, Arts and Intercultural Education: The Artistic Sensibility in the Discovery of the Other. - Journal of Science and Technology of the Arts, [S. l.], v. 3, n. 1, dec. 2011. - Pp 38-48.

УДК 398.54

ДИ.Умеров

ФОРМИРОВАНИЕ ФОЛЬКЛОРНЫХ ТРАДИЦИЙ ЭТНОТЕРРИТОРИАЛЬНОЙ ГРУППЫ АСТРАХАНСКИХ ТАТАР

Статья посвящена исследованию истории формирования, динамики трансформаций и факторов, способствующих сохранению культурной идентичности астраханских татар - локальной группы, компактно проживающей на одной территории. На основе собственных экспедиционных выездов проанализировано становление этнотерриториальной общности астраханских татар, процессы их взаимодействия с другими этнотерритори-альными группами. Национальная идентичность астраханских татар структурирована соотносительно с картиной мира, детерминирована местом (ландшафтом) и временем своего происхождения, включает в себя языковые константы и манифестируется через такие культурные формы, как ритуалы, обряды, обычаи, а также традиционные праздники.

Ключевые слова: Национальная идентичность, культуролония, этнотерритория, тюркоязычные племена, Астраханское ханство, юртовские татары, кундровские татары, карагаши ногайцы.

Dawlat I.Umerof ТНЕ FORMATION OF FOLKLORE TRADITIONS OF ETHNOTERRITORIAL GROUPS OF TATARS OF ASTRAKHAN.

In modern conditions, when the processes of globalization have threatened the preservation of cultural diversity and identity of ethnic cultures and small peoples becomes particularly relevant research and public attention to the study and revival of national traditions, customs and ceremonies. This problem is at the international level. The study of the folklore of the Tatars faced with the need to consider the region, where the studied ethnic groups. So, the Tatars of the Lower Volga region differ originality, which is increasingly encountered in daily life. Of course, this is due to the objective processes that affect culture and everyday life. We can conclude that the folding of the ethnoterritorial groups of the Astrakhan Tatars as a specific small ethnic communities, having an ethnic identity and a private identity, completed by the end of XVII centuries. However, the process of national consolidation from this point on is just beginning, because at this time appear in the region immigrants of other faiths and ethnicities. In the further process of national consolidation expanding into adjacent regions and giving the reasons for the formation of the national identity of the broader plan of the nation, which transcended clan and religious certainty and appeals to tradition, ritual, language and culture of the ethnic group in search of a cause for unity.

Key words: national identity, culturology, ethnoterritory, Turkic tribes, the Astrakhan Khanate, Yurt Tatars Kun-drov Tatars, Karagash Tatars, Nogai Tatars.

Заселение территории современного Астраханского региона началось в далекой древности. Как полагают историки, освоение прикаспийских степей произошло в эпоху мезолита, с тех пор на этих

землях постоянно жили люди. Доминирующими видами деятельности были охота и рыболовство вначале и кочевое скотоводство впоследствии, что повлияло на культуру региона в целом (и в том числе и на танец). М.С.Каган подчеркивает, что именно доминирующий вид деятельности оказывает формообразующее влияние на культурные традиции и тип культуры. Ученый обосновывал мировую культуру как структурное единство, его схема «трех путей выхода» из состояния первобытности1 оказалась эвристически плодотворной, она позволила увидеть и единство, и своеобразие культур, сосуществующих в историческом времени. Согласно теории М.С.Кагана, в зависимости от доминирующего вида деятельности в той или иной культуре складывались специфические способы ведения хозяйства, свои особые системы мировоззрений, религия, иерархии ценностей, социальные системы, типы построек и виды искусств. Но помимо этого важно понимать, что доминирующая деятельность и те культурные формы, которые фиксировали и передавали ее опыт, оказывали существенное влияние на способы социального взаимодействия людей, формировали традиции культуры, которые, в свою очередь, определяли нормы и формы общения и воспитания, образования и труда, проведения досуга и отношения к миру и людям.

Экологическая среда действительно оказывает влияние на местные локальные особенности ведения хозяйства и порождает локальные варианты этнической культуры, порой варьируясь даже в рамках одного региона2. Со времени заселения этих территорий ландшафт региона дельты Волги и окружающих степей определил специфику доминирующей деятельности, которая, в свою очередь, породила особенности культуры. Племена, которые заселяли этот край, менялись, это были арийские, затем сарматские, гуннские племена. По-видимому, вместе с гуннами в степи Восточной Европы приходят тюркские племена, примерным временем их обоснования на территории региона можно считать вв. н.э. В конце VI в. степи Нижнего Поволжья вошли в состав Тюркского каганата, а в начале VII в. эти земли разделили Великая Болгария и Хазарский каганат3.

Существенное влияние на формирование татарского этноса и специфику этнотерритории Астраханского региона оказал так называемый золотоордынский период, в том числе и влияние религиозного характера, учитывая, что Золотая Орда стала мусульманской в первой четверти XIV в. Именно тогда появилось название «татары», которое закрепилось за тюркско-мусульманским населением Золотой Орды. Авторы монографии «Татары» под редакцией Р. К. Уразмановой полагают, что «создание джучидской (татарской) исторической традиции явилось важнейшим фактором формирования ментального универсума, сплочения различных тюркских народов и выработки татарской этнополити-ческой идентификации4. Именно золотоордынская идеология - имперская по своей сути - стала основой татарского самосознания. Ценностной основой его стало представление о высоком социальном ранге военачальника и воина вообще, принадлежность к мусульманской цивилизации и кочевому образу жизни. Эта ценностная система сохранилась и после распада Золотой Орды.

После распада Золотой Орды на территории современной Астраханской области образовалось Астраханское ханство, центральным поселением его стал Хаджи-Тархан (городище Шареный Бугор, примерно 11-12 км выше Астрахани). Ханство было образовано около 1459-1460 гг. (хотя есть мнение, что самостоятельным оно стало не ранее 1502 г.), присоединено к Российскому государству в 1556 г. Население ханства, как утверждают источники, составляли в основном тюркоязычные «татары»5. Астраханское ханство было самым маленьким из государств, образовавшихся на территории Золотой Орды, в нем, как отмечают исследователи, существовала этносословная стратификация общества, клановая система, как полагают, кланов было как минимум три (кунгураты, алчыны, мангы-ты), по другим данным - пять6. Ландшафт был достаточно неприятным для жизни - слишком много солончаковых степей, равнина мало пригодная для возделывания почвы. Поэтому основным занятием населения было кочевническое скотоводство. Э. Паркер так описывает кочевую жизнь: «Их страной была лошадиная спина. Они переезжали с места на место, перегоняя свои стада и отары в поисках новых пастбищ»7. Уклад был патриархальным, долгое время сохранялось домашнее рабство.

Астраханское ханство довольно быстро стало яблоком раздора - с запада на него посягала Ногайская Орда, с востока - Крымское ханство. Несколько раз Астраханское ханство было завоевано

1 См. Каган М. С. Введение в историю мировой культуры. - СПб.: Петрополис, 2001.

2 См. о влиянии экологии на становление этносов: Бутинов Н. А., Решетов А. М. Ранние земледельцы. Этнографические очерки. - М.: Наука, 1980.

3 См.: Сызранов А. С. Этносы и этнические группы Астраханской области. - Астрахань: ОМЦ НК, 2008. - 72 с.

4 Татары. - С. 93 и далее.

5 Сызранов А. С. Этносы и этнические группы...

6 Татары. - С. 116-119.

7 Паркер Э. Татары. История возникновения великого народа. - М.: Центрполиграф, 2009. - С. 6.

крымскими правителями, а с XV в. оно оказалось в зависимости от Ногайской Орды и платило ей дань. Отмечается, что «некоторые кланы астраханских татар были идентичны ногайским», что, однако, «не означает их прихода из Ногайской Орды»1. В целом же исследователи сходятся во мнении, что под астраханскими татарами указанного периода нужно понимать юртовских татар, которые образовывали самостоятельную этническую общность.

Следующий значимый период начинается с завоевания Астраханского ханства русскими. В 1558 г. была построена крепость Новая Астрахань, которая уже к XVII в. стала многонациональным поселением, в котором значительную часть населения составляли юртовские татары. В XVII в. происходило много миграций, историки отмечают, что в регионе появляются переселенцы с верхней Волги и Урала - татары-мишари и казанские татары. В конце столетия на территории Астраханской губернии, которая была учреждена указом Петра I в 1717 г., начинают кочевать ногайцы-карагаши и туркмены. Параллельно отмечается миграция ногайцев на Северный Кавказ, в Крым и на Кубань2.

Существуют две основные историографические версии происхождения астраханских татар. Согласно одной из них, местные группы астраханских татар, юртовские татары и кундровские татары (ногайцы-карагаши) своим происхождением обязаны ногайцам3. Сторонники другой точки зрения отстаивают гипотезу, что юртовские татары - более древнее, исконно астраханское поселение времен Астраханского ханства. Самуил Георг Гмелин, в конце XVIII столетия посетивший Астраханский край, пишет: «Описание Астрахани и Астраханского края я начинаю с повествования о татарах, что справедливо, ибо сей город со всею окрестностью был их собственной землей. Астраханские татары называют себя нугаями, русские называют их юртовскими или аульными татарами. Слово аул по-татарски - деревня, а юрт - дом»4. Исследователи обращают внимание на различия в быте и обрядах юртовких татар и каргашей5, а также на различие в их деятельности: «Главное отличие заключалось в том, что юртовские татары были полуоседлыми уже во второй половине XVI в. (часть юртовцев в XVI в. более или менее постоянно проживала в Астрахани), тогда как каргаши выходили на кочевку даже в конце XIX - начале ХХ в.»6.

Помимо местных астраханских татар, среди которых мы выделили юртовских, кундровских, ка-рагашей, существовали различные мигранты, упоминаются «татары трех дворов», «емешные татары» и другие, а также более поздние мигранты из Среднего Поволжья и Приуралья, в том числе татары-мишари7. Таким образом, в регионе и, главным образом, в самом городе Астрахани продолжает формироваться многонациональное население этнически татарского происхождения. Кроме этого, регион активно заселяется русскими, казаками и другими переселенцами, в том числе с целью реализации политики Российского государства о христианизации татарских земель.

Исторические исследования содержат довольно мало сведений об астраханских татарах, однако можно найти информацию об их хозяйственной деятельности, обрядах и верованиях.

Волжский регион с необходимостью породил рыболовство как один из важных видов деятельности. «Татары являются отличными рыбаками. Они хорошо знают, в каком месте и в какое время (сезон) года можно много ловить рыбы»8. «Астраханские татары занимаются ловлей рыб и искусно выращивают овощи и фрукты», - пишет в своих воспоминаниях Я. Стрюйс в 1896 г.9

В XIX в., как отмечают исследователи10, доминирующими видами деятельности постепенно становятся земледелие (на севере Астраханской губернии, Черноярский уезд) и огородничество, бахчеводство, что определяет собой и складывающийся быт, и, соответственно, трансформацию обрядности. Также менялся характер соединения земледелия с промыслами, возрастала роль кустарного производ-

1 Татары. - С. 119.

2 См.: Трепавлов В. В. История Ногайской орды. - М.: Восточная литература РАН, 2002. - 752 с.

3 Этой версии придерживается Арсланов Л.Ш. Язык юртовских татар (по материалам экспедиции 1972 г.) // Учен. записки КГПИ. - 1976. - Вып. 166. - С. 3-71; Его же. К вопросу о карагашском языке // Сов. тюркология. - 1977. - № 4. - С. 73-82. Также об этом упоминают Калмыков И. К., Керейтов Р. Х., Сикалиев А. И. Ногайцы: историко-этнографический очерк. - Черкасск, 1988. К ногайцам причисляет каргашей и В. Пятницкий.

4 Гмелин С. Г. Путешествие от Черкаска до Астрахани: 1769-1770 года. Ч. II. - СПб., 1977. Цит. по: Забиров Ш. М. К истории астраханских татар. - СПб., 2000. - С. 8.

5 Александров Н. А. Татары. - М., 1899; Пятницкий Вл. Карагачи (по материалам поездки 1927 г.) // Землеведение. - 1930. - Т. 32. Вып. III-IV. - С. 155-169.

6 Татары. - М., 2001. - С. 22.

7 См.: Там же. - С. 13-18.

8 Цит. по: Забиров Ш. М. К истории астраханских татар. - С. 8.

9 Путешествие по России голландца Я. Стрюйса // Астраханский сборник. - 1896. - Вып.1. Цит. по: Забиров Ш. М. Указ. соч. - С. 8.

10 Этнотерриториальные группы татар Поволжья и Урала и вопросы их формирования / Под ред. Р. К. Уразмановой, Н. А. Хали-кова. - Казань: ПИК «Дом печати», 2002; Халиков Н. А. Средневолжские татары в Астраханском крае: традиции и инновации в хозяйственной культуре // Астраханские татары. Сб. науч. трудов / Под ред. Н. А. Халикова, Д. М. Исхакова. - Казань, 1992. - С. 33-48.

ства, появлялись новые виды деятельности и новые виды прикладного искусства. Переход к иному виду культурообразующей деятельности отразился во многом на быте татар Астраханского региона.

Авторы монографии «Татары» приводят данные переписи середины XIX в., согласно которой юртовские татары проживали в 15 селениях в окрестностях Астрахани, их насчитывалось около 5 тыс. Карагаши же изначально в конце XVIII в. проживали лишь в двух деревнях, позже они расселились еще в десяток деревень. Численность их, согласно переписи, была несколько меньше1. Постепенно благодаря бракам и переселениям происходило этническое смешение - так осуществлялся процесс консолидации и формирования татарской нации. При этом, как отмечают Л. Ш. Арсланов и В. М. Викторин, если юртовские татары к концу XVIII в. практически полностью вели оседлый образ жизни, карагаши сохраняли прежний, кочевой или полукочевой образ жизни и держались особняком. Их стали называть кундровскими татарами2.

Значительную по численности и этновлиянию группу образовали и переселенцы мишари (по названию Мещера), есть несколько сел татар-мишарей, также они проживают в Астрахани и других городах, занимаясь преимущественно торговлей3.

Формирование татарской нации, таким образом, можно отнести к середине XIX в., авторы монографии «Татары» называют этот этап «этнокультурной нацией»4. Действительно, к середине XIX в. складывается определенный уровень развития культуры и самосознания общества, наблюдаются процессы этнического «реформаторства» - создание языковых школ, печатание книг и газет на национальном языке, изменение народной культуры. К рубежу ХХ в. налицо слияние двух тюркоязыч-ных групп - татар-мишарей - переселенцев из Среднего Поволжья и юртовских татар, а также слияние юртовских татар и ногайцев-карагашей. Можно сказать, что мы наблюдаем процессы, которые Э. Геллнер описал как «переход от религии к культуре и к соединению ее с этнической принадлежностью»5, а Б. Андерсон называл трансформацией династической и религиозной системы. Роль доминирующей религии, ислама, становится более «фоновой», в то время как возрастает интерес к национальной идентичности и национальной культуре.

Следующим этапом стало формирование политического сознания татарской нации, что происходило на протяжении первой четверти ХХ в. Можно сказать, что формируется новый уровень этно-национального самосознания - помимо этнического самосознания, связанного с территорией, языком и народными традициями, возникает новый «интеллигентский» компонент, начинает изучаться наследие, мифологизируются традиции, постепенно складывается представление об «общетатарском мире», который оказывается основанием новой национальной идентичности. «Несомненно, национальная интеллигенция при выработке новой идентичности использует «очищенные» от средневековых наслоений старые традиции этнических номинаций, отбирая на роль общенационального этнонима наиболее подходящие, по ее мнению, варианты этнонимов»6.

Резюмируя, приведем краткий обзор этнических групп татар Астраханского края, опираясь на полное и исчерпывающее исследование Л. Ш. Арсланова и В. М. Викторина7:

Ногайцы-карагаши. Этническая группа, происходящая от ногайцев Малой (кубанской) орды. В их культуре можно обнаружить следы влияния народов Северного Кавказа, калмыков и казахов, их диалект близок кубанско-ногайскому. В их культуре сохраняется память о полукочевом прошлом, что можно обнаружить в обрядах, традициях, в том числе и танцевально-песенных.

Юртовские татары. Этническая группа, по первой версии - прямые потомки Астраханского ханства, по другой версии - происходящая от ногайцев Большой (яицко-заволжской) орды. Большая часть юртовских татар вела оседлый образ жизни и занималась поливным овощеводством и бахчеводством, хотя часть населения продолжала сезонные кочевки. В связи с переселением средневолж-ских татар юртовские татары переняли культуру казанских татар, но в традиционной культуре и фольклорных обрядах заметны традиции ногайского народа, сочетающиеся со средневолжской татарской культурой. Сохраняется героический эпос ногайского народа, некоторые его обычаи, в том числе подростковые союзы «джиены».

Татары-мишари. Переселенцы со Средней Волги, сохранили некоторые традиции, схожие с традициями татар-мишарей Саратовской и Волгоградской областей, но в результате брачных союзов сильно смешались с юртовскими татарами. Имеют своеобразный диалект.

1 Татары. - С. 22-23.

2 Арсланов Л. Ш., Викторин В. М. Астраханские татары. - С. 344.

3 См.: Забиров Ш. М. Об исторической судьбе татар в России. К истории астраханских татар. - СПб., 1999. - С. 26-27.

4 Татары. - С. 142.

5 Геллнер Э. Нации и национализм. - С. 159.

6 Татары. - С. 144.

7 Арсланов Л. Ш., Викторин В. М. Астраханские татары. - С. 346-351.

Также выделяется субэтническая группа «утары», или «алабугатские татары». Они характеризуются дисперсным расселением и культурно-языковой близостью к казанским татарам, что сближает их с юртовскими татарами.

Последняя группа астраханских татар - «кундровские татары», или «кундрау нугайлар». Представители этой субэтнической группы проживают в основном в с. Тулугановка Володарского района. Они представляют собой переходную форму субэтноса между юртовскими татарами и ногайцами-карагашами, как по языку, так и по обычаям1.

Подводя итог, мы можем констатировать, что складывание этнотерриториальной группы астраханских татар как специфической малой этнической общности, обладающей этническим самосознанием и собственной идентичностью, завершается примерно к концу XVII в. В дальнейшем процесс национальной консолидации расширяется, охватывая смежные регионы и давая основания для формирования национальной идентичности более широкого плана - нации, которая выходит за рамки клановой и религиозной определенности и обращается к традиции, ритуалу, языку и культуре этноса в поисках оснований для единства.

Литература

1. Александров Н.А. Татары. - М., 1899, Пятницкий Вл. Карагачи, по материалам поездки 1927 г. // Землеведение, 1930, Т. 32. Вып. III-IV. С. 155-169.

2. Бутинов Н.А. Решетов А.М. Ранние земледельцы. Этнографические очерки. М.: Наука, 1980. - 300 с.

3. Арсланов Л.Ш., Викторин В.М. Астраханские татары. / / Материалы по истории татарского народа./ под ред. Алишева С.Х., Закиева М.З., Урманчеева Ф.И., Хасанова М.Х - Казань: АН Татарстана, 1995. - 496 с. - С. 343-344.

4. Геллнер, Э. Нации и национализм / Э. Геллнер. - М.: Прогресс, 1991. - 480 с.

5. Гмелин С.Г. Путешествия от Черкаска до Астрахани: 1769-1770 года. Часть II. СПб., 1977. Цит.по Забиров Ш.М. К истории астраханских татар. - СПб., 2000. - с. 8.

6. Георги С.Г. Путешествие по России для исследования трех царств природы. Ч. 2. Путешествие из Черкас-ска до Астрахани и пребывание в сем городе: с начала августа 1769 г. по 5 июня 1770 г. - СПб., 1777. С. 20. Цит.по Исхаков Д.М. Астраханские татары. С. 9.

7. Забиров Ш.М. Об исторической судьбе татар в России. К истории астраханских татар. - СПб.: 1999. С. 26-27.

8. Исхаков Д.М. Астраханские татары: этнический состав, расселение и динамика численности в XVIII - начале ХХ вв. // Астраханские татары. Сб.научных трудов. Под ред. Н.А. Халикова, Д.М. Исхакова. - Казань, 1992. - С. 9.

9. Татары. / под ред. Уразмановой Р.К., Чешко С.В. Серия «Народы и культуры» - М.: Наука, 2001. С. 22.

10. Каган М.С. Введение в историю мировой культуры. - СПб.: Петрополис, 2001. См. о влиянии экологии на становление этносов: Бутинов Н.А. Решетов А.М. Ранние земледельцы. Этнографические очерки. М.: Наука, 1980. - 180 с.

11. Кулькатов Ж.Б. Астраханские татары - «ногаи»: к проблеме происхождения этнонима, особенностей этногенеза и традиционной культуры. / / Мат. Всерос. научно-практ. конф. «Этнокультурное пространство Юга России» (Х^П-ХКвв.). URL: http://www.slavakubani.ru/content/detail.php?ID=24814 (дата обращения: 10.10.2015).

12. Пятницкий Вл. Карагачи (по материалам поездки 1927 г.) // Землеведение, 1930. - Т. 32. Вып. III-IV. - С. 155-169. Арасланов Л.Ш. К вопросу о карагашском языке.// Советская тюркология, 1977, № 4. - С. 73-81. Арасла-нов Л.Ш. Язык юртовских татар (по материалам экспедиции 1972 г.) // Материалы по татарской диалектике. Ученые записки КГПИ, 1976, Т. 166. - С. 3-71.

13. Паркер Э. Татары. История возникновения великого народа. - М.: Центрполиграф, 2009. с. 6.

14. Селейман Рахимов. Габдрахман Гомэри: Фэнни-биографик ^ыентык. - Казан: Рухият, 2002. - 384

References

1. Aleksandrov N.A. Tatars. - M., 1899, Pyatnitskiy Vl. The elms, based on trip 1927 // Geography, 1930, vol. 32. Vol. III-IV. Pp. 155-169.

2. Butinov N.A., Reshetov A. M. Early farmers. Ethnographic essays. M.: Nauka, 1980. - 300 p.

3. Arslanov, L. Sh., Viktorin V. M. Astrakhan Tatars / / Materials on history of the Tatar people/ edited by Alishev S.H, Zakiev M. Z., Urmancheev F. I., Khasanova M. H. - Kazan: Tatarstan Academy of Sciences, 1995. - 496 p. - Pp. 343-344.

4. Gellner, E. Nations and nationalism / E. Gellner. - M.: Progress, 1991. - 480 p.

5. Gmelin S. G. Travel from Cherkasy to Astrakhan: 1769-1770. Part II. SPb., 1977. According to Zabirov S. M. The history of the Astrakhan Tatars. - SPb., 2000. - P. 8.

6. George, S. G. Journey through Russia to research the three kingdoms of nature. Part 2. The journey from Black-Kaska to Astrakhan and stay in this city: since the beginning of August 1769 5 Jun 1770, St. Petersburg., 1777. P. 20. According to Iskhakov D. M. Astrakhan Tatars. P. 9.

7. Zabirov Sh. M. About the historical fate of Tatars in Russia. The history of the Astrakhan Tatars. - SPb.: 1999. Pp. 26-27.

8. Iskhakov D. M. Astrakhan Tatars: ethnic composition, settlement and population dynamics in the XVIII - early XX centuries / / Astrakhan Tatars. Collection of proceedings. Edited by N.A. Khalikov, D. M. Iskhakov. - Kazan, 1992. - P. 9.

9. Tatars / Edited by Urazmanova R K., Cheshko S. V. "People and culture". - Moscow: Nauka, 2001. P. 22.

10. Kagan M. S. An Introduction to the history of world culture. - SPb.: Petropolis, 2001. About the influence of ecology on

1 Кулькатов Ж. Б. Астраханские татары - «ногаи»: к проблеме происхождения этнонима, особенностей этногенеза и традиционной культуры // Материалы Всероссийской науч.-практ. конф. «Этнокультурное пространство Юга России (XVIII-XXI вв.)». - URL: http://www.slavakubani.ru/content/detail.php?ID=24814 (дата обращения: 10.11.2015).

the formation of ethnic groups: Butinov, NA, Reshetov A. M. Early farmers. Ethnographic essays. M.: Nauka, 1980. - 180 p.

11. Kolkata J. B. Astrakhan Tatars - " Nogai": to the problem of the origin of the ethnonym, ethnogenesis and traditional culture / / Materials of All-Russian scientific-practical conference "Ethnocultural space of the South of Russia" (XVIII-XIX centuries). URL: http://www.slavakubani.ru/content/detail.php?ID=24814 (reference date: 10.10.2015).

12. Pyatnitskiy Vl. The elms (based on the trip 1927) // Geography, 1930. - Vol. 32. Vol. III-IV. - Pp. 155-169. Aras-lanov L. Sh. To the question of karagash language / / Soviet Turkology, 1977, № 4. - Pp. 73-81. Araslanov L. Sh. Language of Yurt Tatars (materials of the expedition in 1972) // Materials of Tatar dialectics. Scientific notes of the Pedagogical Institute, 1976, Vol. 166. - Pp. 3-71.

13. Parker E. Tatars. The history of a great nation. - M.: Tsentrpoligraf, 2009. P.6.

14. Rakhimov S. Gabdrakhman Homary: Scientific and biographical collection. - Kazan: Ruhiyat, 2002. - 384 p.

УДК 008:39

Ф.Ф.Мамедова

О СРАВНИТЕЛЬНОМ АНАЛИЗЕ ОРНАМЕНТАЛЬНОСТИ В ЭТНОКУЛЬТУРЕ ТЮРКСКИХ НАРОДОВ

Рассматривается актуальность и важность сравнительного анализа орнаментальности в этнокультуре тюркских народов. В контексте универсальных понятий отдельных произведений искусства рассматриваются особенности, используемой нами сравнительной методологии. Сравнительный анализ орнаментальности в культуре тюркских народов дает возможность выявления новых черт в истории искусств Азербайджана.

Ключевые слова; тюрки, сравнение, анализ, орнамент, культура.

Farida F.Mamedova ON THE COMPARATIVE ANALYSIS OF ORNAMENTALITY IN THE ETHNIC CULTURE OF THE TURKIC PEOPLES.

The urgency and importance of comparative ornamentality in the ethnoculture of Turkic peoples are discussed in the given article. Peculiarities of comparative methodology in the context of universal notions of separate works of art are researched. Comparative study of ornamentality in the culture of Turkic peoples makes it possible to reveal new aspects of history of Azerbaijan arts.

Keywords: Turkic peoples, comparison, analysis, ornament, culture.

Глобализация стала серьезным испытанием для мировой культуры. Она сделала вызов преобразовательным возможностям и креативным способностям этой «мягкой силы», обеспечивающей человеческое и социальное развитие во всем мире.

Диалектика мирового развития обусловила феномен возрождения национальных культур. В условиях продолжающегося политического противостояния и военных конфликтов, чрезвычайно возросла роль культурогенеза национальных культур, обеспечивающего самобытность, идентичность и прогресс путем синтеза национального наследия с культурными инновациями, нацеленными на прогрессивное развитие. Такой же ренессанс, затрагивающий образование, науку, искусство и другие сферы духовной культуры, переживает и азербайджанская национальная культура.

В современной азербайджанской гуманитарной науке наиболее актуальными проблемами являются проблемы изучения национальной специфики азербайджанского художественного наследия. В этом смысле на первый план в азербайджанском искусствознании выдвигаются аспекты сравнительного анализа азербайджанского искусства, ибо только сравнение позволяет исследовать как общие цивилизационные, так и уникальные черты и свойства азербайджанского искусства.

Актуальность сравнительных исследований в области орнаментальности опирается на тот факт, что, типологические модели в орнаменте тюркоязычных народов фигурируют на разных уровнях этнокультуры. Сравнительный анализ данных моделей позволяет выявить общее и различное в орнаментальном искусстве в этнокультуре тюркского мира.

Важность постановки данного вопроса связана с тем, что в современной гуманитарной науке наращивает свой потенциал не только исследования культурных приоритетов азербайджанского художественного сознания, относящихся к тюркскому этническому слою. Вызывает несомненный интерес и другая сторона исследования - изучение формирования собственно тюркской общности в контексте этнокультуры тюркоязычных народов.

Активизация научных исследований в области азербайджанского искусствознания обусловила расширение как географических рамок изучения азербайджанской художественной культуры, так и углубление исторических пластов функционирования азербайджанского искусства.

Подчеркнем, что в современном искусствознании проблемы изучения азербайджанского орнамента приобретают многоаспектный характер. Данное обстоятельство продиктовано определенными факторами. Например:

- орнамент как термин имеет сегодня несколько толкований;