К проблеме инноваций в национальной художественной культуре (на материале Кабардино-Балкарии)

сознательные представления через сознательно согласованные словесные символы. Однако мысли выражают лишь «растворимую» часть сопровождающих представлений. Ф. Ницше рассматривает разнообразие языков как «строфический текст, положенный на прамелодию языка удовольствия и неудовольствия», в основе которой лежит символическое тоново-жестовое обозначение (6, с. 327).

Подобная «музыкально-пластическая» трактовка языка позволяет прочесть трактат «Так говорил Заратустра», в языковой палитре которого стихийно слились лексико-семантический, эвфонический и эвритмический слои. Синтез словесной и интонационно-ритмической

Примечания

1. Манн П. де. Аллегория чтения. Фигуральный язык Руссо, Ницше, Рильке и Пруста / П. де Манн. - Екатеринбург, 1999.

2. Манн Т. Собрание сочинений в 10 томах / Т. Манн. - М., 1961. - Т. 10.

3. Мотрошилова Н. В. «По ту сторону добра и зла» как философская драма / Н. В. Мотрошилова // Философия Ницше в России. - СПб., 1999.

4. Ницше Ф. О пользе и вреде истории для жизни; Сумерки кумиров; Утренняя заря: сборник / Ф. Ницше. - Минск, 1997.

5. Ницше Ф. Письма / Ф. Ницше. - М., 2007.

6. Ницше Ф. Полное собрание сочинений / Ф. Ницше. - М., 2007. - Т. 7.

7. Ницше Ф. Сочинения: в 2 т. / Ф. Ницше. - М., 1990.

8. Подорога В. А. Метафизика ландшафта. Коммуникативные стратегии в философской культуре XIX-XX веков / В. А. Подорога. - М., 1993.

9. Полякова Е. А. Эстетика слова Ницше / Е. А. Полякова // Русская антропологическая школа. Труды. - М., 2004. - Вып. 1.

10. Crawford C. Nietzsche's Great Style: Educator of the Ears and of the Heart / C. Crawford // Nietzsche Studien. - 1991. - Bd. 20.

11. Lutz E. Rhetorik und Metaphysik. Nietzsches neue ?sthetische Schreibweise / E. Lutz // Nietzsche Studien. - 1993. - Bd 23.

Г. Д. Базиева

К ПРОБЛЕМЕ ИННОВАЦИЙ В НАЦИОНАЛЬНОЙ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ КУЛЬТУРЕ

В статье рассматриваются процессы формирования и развития профессионального искусства и литературы в Кабардино-Балкарии. Анализируются основные этапы вхождения и способы внедрения инноваций в культуру этноса. Ключевые слова: теория культуры, инновации, художественная культура, традиции, профессиональное искусство, Кабардино-Балкария.

The article examines the processes of forming and development of professional art and literature in Kabardino-Balkaria The main stages of entering and adopting methods to the innovations in ethnic culture are analyzed Keywords: theory of culture, innovations, artistic culture, traditions, professional art, Kabardino-Balkaria.

семантики в лаборатории «сверхслова» соответствовал провозглашенному Зара-тустрой замыслу «сверхчеловека».

Ницше не сомневался в эпохальности своего явления как философа, однако очень желал бы остаться в истории также музыкантом. И хотя последнее произошло только частично, и философская известность мыслителя несопоставима с его музыкальным значением, композиторская одаренность Ницше в латентной форме проявляется в его идейно полифоничной «музыкальной» прозе, представляющей собой своеобразную художественную (дионисическую) альтернативу теоретическому (аполлони-ческому) дискурсу.

В настоящий период формируется новый тип «транснациональной культуры как культурного пласта, характерными чертами которого являются унифицированность, коммерциализиро-ванность, мобильность, постепенно охватывающего все больший сегмент в национальных культурах и трансформирующего их целостность» (2, с. 6). Глобализационные процессы стимулируют появление новых форм и способов функционирования культуры, что приводит к ее содержательно-ценностным изменениям. В связи с этим проблема культурных заимствований и инноваций вновь становится актуальной.

Процесс вхождения инноваций в культуру этноса рассматривался в работах С. А. Арутюнова, Н. Р. Маликовой, а также группы авторов: Ю. Л. Красина, Е. С. Ляховича, И. Д. Проскуровой (13). Селекция, воспроизведение, приспособление и структурная интеграция -такие этапы в механизме внедрения инноваций выделил С. А. Арутюнов. Аналогичное описание этого процесса, но субъективно окрашенное, содержится у Н. Р. Маликовой (удивление, изучение, познание и закрепление в памяти инонационального опыта).

Подчеркивая закономерность инновационных процессов, следует отметить, что они могут осуществляться разными путями: на основе сходства социально-экономического строя, целей и интересов или же на основе насильственного внедрения. Если в первом случае происходит органичное внедрение инноваций в культуру народа, то во втором - рано или поздно обнаруживается ряд усиливающихся со временем противоречий. В период социалистических преобразований народы России находились на различных ступенях общественного развития, что обусловило асимметричность культурных взаимодействий. В процессе развития социалистической культуры нации, не прошедшие капиталистический путь развития, должны были решить, как минимум, две

задачи: сохранить традиционную культуру народа и освоить достижения новой культуры. Решение первой задачи было возможно через переосмысление и актуализацию ценностей традиционных культур. При решении второй — новую (современную) культуру необходимо было освоить на качественно ином уровне — так, чтобы количественное накопление общих элементов переросло в качественные изменения. Только в таком случае становилось возможным развитие национальной культуры с сохранившимися традиционными и высокоразвитыми профессиональными формами.

Предпосылки для создания нового типа общественных отношений, а соответственно, нового типа культуры на Северном Кавказе начинают возникать в XIX веке, чему в немалой степени способствует повышение образовательного уровня местного населения как на светской, так и на религиозной основе. Если светское образование было доступно только высшему сословию, то мусульманское — более широким слоям населения, что и стало одной из определяющих причин окончательной «исламиза-ции» региона. В советский период национальная политика СССР насаждала атеистическую пропаганду, в связи с чем влияние мусульманской культуры на развитие художественного пространства Кабардино-Балкарии было существенно ограничено и проявлялось в опосредованном воздействии.

Ситуация осложнялась не только отсутствием профессиональных кадров (в дореволюционный период на всю Ка-барду и Балкарию было только одно среднее учебное заведение — Горское реальное училище) (14, с. 34), но и рядом проблем в сфере даже начального образования. Достаточно широкое функционирование мусульманских учебных заведений (на 1 января 1925 года в Кабардино-Балкарии насчитывалось 10 медресе и около 100 низших мусульманских школ (мектебов)) (15) на фоне слабого

распространения светского образования не устраивало советскую власть. «Культурно-просветительская работа среди трудовых масс нерусских национальностей была сопряжена с серьезными трудностями. Безграмотность населения, отсутствие достаточных культурных кадров, сохранение средневековых религиозно-бытовых предрассудков — все это мешало делу коммунистического просвещения. В силу ряда исторических и бытовых условий влияние духовенства среди нерусских национальностей, особенно среди мусульман, было гораздо сильнее, чем влияние православного духовенства в соответствующей среде» (6, с. 164).

Реформа мусульманских школ в 20-е годы ХХ века не принесла желаемого результата. В тезисах Совнацмена «О реформе мусульманской школы» (1921) признавалось, что мусульманская школа перед революцией находилась в стадии перехода от «религиозно-схоластического состояния к светско-научному типу». Однако уже в конце 20-х - начале 30-х годов ХХ века, в связи с отделением церкви от государства, мусульманские школы больше были не в состоянии существовать за счет пожертвований населения. «И неординарные обстоятельства, и спешное изъятие школы из ведения религиозных структур являлись принципиальными случаями духовной реорганизации, весомыми поводами для различных коллизий в отношениях религиозных традиций и государственного атеизма, что в значительной мере обусловило культурно-историческое развитие региона в 20-е годы и отношение к модернизаторским проектам большевиков», — отмечает Х. Б. Мамси-ров (9, с. 159).

В Кабардино-Балкарской автономной области отношение населения к нововведениям социалистического строительства, которые не затрагивали религиозных чувств, на первых порах было достаточно лояльным. В советский период многие деятели, в том числе вос-

точно-ориентированного просветительства (Н. А. Цагов, П. И. Тамбиев, Т. А. Шеретлоков, С. О. Шахмурзаев и др.), активно участвовали в деле ликвидации безграмотности и создания учебных заведений нового типа, надеясь на сохранение мусульманских школ. Но в 30-е годы ХХ века начинаются гонения на мусульманское духовенство, проходит серия арестов служителей культа, закрываются мечети, в результате чего в республике не остается ни одной действующей мечети, ни одного медресе, ни одной школы арабского языка (10, с. 179).

Х11 съезд коммунистической партии постановил: «Принимая во внимание, что 30-миллионное мусульманское население Союза республик до сих пор почти в неприкосновенности сохранило многочисленные, связанные с религией средневековые предрассудки, используемые для контрреволюционных целей, необходимо выработать формы и методы ликвидации этих предрассудков, учитывая особенности различных национальностей» (7, с. 744).

Национальная политика раннего советского периода до начала 1930-х годов осуществлялась под знаком «коре-низации», которая выражалась в укреплении национальных элит и строительстве политических и культурных институтов национальной репрезентации (органы власти) и самовоспроизведения (образовательные структуры). В начале 30-х годов ХХ века данные процессы в основном были завершены, в силу чего особую остроту приобрел вопрос о культурной политике в целом. Лозунг развития национальных культур в ряде теоретических исследований понимался как несовместимый с интернациональными задачами пролетарской революции, и потому усилия, направленные на развитие культур народов СССР, считались исторически не оправданными (5, с. 264).

Несмотря на то, что данные взгляды представителей Пролеткульта и РАППа

были признаны вульгарно-социологическими, по существу, развитие культуры в национальных республиках происходило на основе нивелирования эт-норазличий, особенно в конфессиональной сфере. В сфере культуры и образования начинаются процессы активного усвоения западноевропейской культуры (через русскую культуру), в то время как влияние восточных традиций заметно ослабевает.

В целом в развитии инновационных процессов на территории социалистической Кабардино-Балкарии можно выделить 4 этапа. На первом этапе (20—30-е годы XX века; по С. А. Арутюнову — селекция) в республике начинается этап активного усвоения традиций русской культуры и формирования эстетических и художественных принципов культуры советской, однако, надо отметить, этап усвоения, носящего зачастую не творческий, а механический характер. Копирование чужого художественного опыта без соответствующей обработки способствовало созданию незрелых художественных произведений. В театре это выражалось в постановке спектаклей с однозначностью персонажей, отказе от индивидуализации характеров, отсутствии психологических мотивов. В литературе — в творческой незрелости и стилистическом однообразии, вторич-ности тем и сюжетов.

В данный период внедрение инноваций в национальную художественную культуру осуществляется в следующих направлениях.

Первое направление было связано с сохранением языковой традиции и проявлялось прежде всего в развитии национальной литературы и театра. Произведения писателей Кабардино-Балкарии начинают переводиться на русский язык, а произведения русских писателей, соответственно, — на языки местных народов. Открытие Русского (1936), Кабардинского и Балкарского профессиональных театров (1940) способствовало развитию сценического мастерства

и драматургии.

Второе направление отражало тенденцию к сохранению национальной самобытности, а также развитию профессионализма в танцевальном и музыкальном искусстве (к проявлениям этой тенденции можно отнести создание Государственного ансамбля песни и танца «Кабардинка» (1933), Кабардинского (1939) и Балкарского (1940) хоров, а также Симфонического оркестра республики (1939)).

Третье направление получило отражение в создании новых видов профессиональной и самодеятельной деятельности, не связанных с национальными традициями, но необходимых в связи с общими задачами культурного строительства (например, изобразительное искусство).

В формировании и развитии всех перечисленных направлений активное участие принимали деятели русской (советской) культуры — такие, как М. Алехин, Ю. Либединский, М. Киреев, Н. Тихонов и др. В данный период художественная жизнь Кабардино-Балкарии начинает организовываться по законам социалистического строительства, в котором ликвидация безграмотности, введение всеобуча, подготовка кадров интеллигенции, культурно-просветительская работа являлись важнейшими задачами культурной революции.

Второй этап в развитии культуры Кабардино-Балкарии (40—50 годы XX века; по С. А. Арутюнову — воспроизведение) характеризуется процессами формирования национальной творческой интеллигенции. Именно в этот период (а именно: конец 1950-х годов) появляются первые национальные кадры, получившие образование в литературных, театральных, музыкальных, художественных учебных заведениях СССР.

В 1941 году в республику была эвакуирована большая группа деятелей культуры, писателей, композиторов, художников.

Неизгладимое впечатление на акте-

ров Кабардино-Балкарии оказали встречи с В. И. Немировичем-Данченко, с народными артистами СССР В. И. Качаловым, А. К. Тарасовой, О. Л. Книп-пер-Чеховой, И. М. Москвиным.

Творческие встречи с выдающимися художниками оказали большое влияние на развитие изобразительного искусства в республике. Xудожники Л. Е. Файн-берг, И. Э. Грабарь, Н. П. Ульянов, скульптор М. А. Менделевич за три месяца пребывания в республике создали целый ряд работ.

В этот период художники Кабардино-Балкарии вместе с московскими и харьковскими мастерами участвовали в выпуске «Окон ТАСС», создавали полотна, направленные на укрепление духа народа, его веры в победу. В это трудное время в Нальчике была организована выставка московских, украинских и кабардино-балкарских художников (14, с. 34).

Послевоенный период называют «сумерками культуры». После того, как в 1944 году балкарский народ был депортирован, а КБАССР — переименована в Кабардинскую АССР (КАССР), страну захватила тотальная идеологизация, ценность культуры стала определяться не ее художественными достоинствами, а уровнем идейной пропаганды и контрпропаганды. В 40-50-е годы XX века борьба с космополитизмом вылилась в борьбу с народным эпосом. «Чуждым своему народу объявлялся туркменский эпос "Коркут-ала", "антинародным по своему духу" признавался дагестанский эпос, киргизский эпос "Манас" предлагалось очистить от "феодально-байских и буржуазно-националистических искажений"» (3). Между тем эпос — это важнейшая ступень в художественном развитии отдельных народов и всего человечества, стоящая у истоков многих литературных жанров, питающая своими соками не только национальную литературу, но и другие сферы культуры, особенно музыкальную и театральную.

Основную особенность эпоса северокавказских народов Ю. Н. Либединс-кий определял как «первобытный реализм» (8, с. 354). «Ведь как ни сказочна обстановка, в которой живет нартский человек, он воспринимает окружающий его мир чудес по-человечески и психологические мотивировки самых его чудодейственных поступков реалистически оправданы» (8, с. 354).

Для так называемых «младописьменных» литератур мифология — не только историческая память, но и выражение сложившихся в древности идейно-эстетических и философских воззрений. Восприятие народного творчества как искусства «сниженной» культурной ценности, снятой последующим развитием культуры народа, способствовало стиранию национального своеобразия в художественной культуре. В целом данный период можно охарактеризовать усилением некоторых противоречивых явлений и тенденций, тяготением к ложному пафосу и парадности. Но демонстративная парадность культурных достижений не отражала подлинной картины развития этнохудоже-ственного пространства народов СССР.

Третий период в развитии культуры Кабардино-Балкарии (60—70-е годы XX века; по С. А. Арутюнову — приспособление или модификация) характеризуется типологическими соответствиями и схождениями в культуре народов СССР. «Если в соответствии с задачами культурной революции на первом этапе социалистического строительства акцент ставился на самобытном развитии единичной национальной культуры, "социалистической по содержанию и национальной по форме", то теперь, в эпоху развитого социализма, когда национальные культуры окрепли и выявили свои творческие потенции, стало возможно рассматривать советскую культуру в целом как органический сплав, как общность духовных ценностей, развивающуюся в многообразных национальных формах» (4, с. 10).

Особенно ощутимыми в данный период становятся достижения Кабардино-Балкарии в области литературы: Государственной премией РСФСР (1966) за сборник «Раненый камень» и Государственной премией СССР за сборник «Книга земли» (1974) было отмечено творчество балкарского поэта К. Ш. Кулиева, Государственной премией РСФСР (1969) и Государственной премией СССР (1978) был награжден кабардинский писатель и поэт А. П. Кешоков. Дважды был удостоен Государственной премии СССР (1976, 1985) дирижер Ю. Х. Темирканов.

Духовные поиски 1970-х годов требовали повышения профессионального уровня национальных творческих кадров и более глубокого освоения культурного наследия. Если в период формирования художественного пространства наблюдались процессы прямого цитирования отдельных инонациональных элементов, то в данный период привнесенные традиции рассматривались как повод для раскрытия собственной картины мира, авторского видения.

Четвертый период (1980 — начало 1990-х годов; по С. А. Арутюнову — структурная интеграция) характеризуется тем, что инновация «перестает осознаваться как таковая и превращается в органическую часть этнической культурной традиции» (1, с. 174).

В конце 70-х годов и первой половине 80-х годов ХХ века художественная культура Кабардино-Балкарии становится органичной составляющей культурного пространства СССР: получают широкую известность произведения национальных писателей, развивается театральное, музыкальное, танцевальное искусство, активно экспонируется изобразительное искусство республики.

В 1981 году на открытии всесоюзной выставки «По родной стране» министр культуры РСФСР Ю. С. Мелентьев отметил: «У народов Кабардино-Балкарии — древняя самобытная культура, кото-

рая в советское время получила широкое развитие. Нам известны имена писателей республики, чьи книги волнуют. Хорошо знаем мы и кабардино-балкарских художников. Многие из них не раз представляли свои работы на зональных, всероссийских и всесоюзных выставках. А это свидетельствует о высокой оценке их труда, о профессиональном мастерстве» (12).

В середине 80-х годов — начале 90-х годов ХХ века изменение политической ситуации повлекло за собой радикальные перемены в социокультурных процессах: «рост» и «расцвет» каждой культуры стал ориентироваться не на сближение, как предполагалось в политических доктринах, а на возрождение национальной самобытности. Характерной чертой художественного процесса становится повышение интереса к историческому прошлому и, как следствие, — особого интереса к культурному наследию, фольклоризм и мифологизация искусства.

В современном обществе этническая роль искусства еще более возрастает, так как с расширением информационного пространства, усложнением технологий усиливаются изменения в культуре, включая традиционные механизмы ее трансмиссии.

Вышеизложенное позволяет сделать некоторые выводы о способах внедрения инноваций в культуру этноса.

Процесс развития принципиально новых ценностей в советский период носил, с одной стороны, позитивный характер (создание письменности, развитие литературы и отдельных видов искусств), а с другой — происходило образование большого пласта инонациональных феноменов на фоне забвения традиционных устоев нации. Это приводило к созданию произведений искусства низкого художественного уровня с чертами явного копирования основных тем, сюжетных построений и т.д. Отмечая благотворность влияния более развитого художественного опыта, необ-

ходимо подчеркнуть, что иногда оно носило механический характер внедрения «нового» без учета национальной специфики региона.

Недостаточно разработанная структура вхождения инноваций в культуру этноса способствовала замедленному развитию традиционной культуры. После Великой Отечественной войны культура народов СССР начинает подвергаться жесткой идеологической реинтерпретации, которая выражалась в унификации всех национальностей в «единый советский народ».

В то же время позитивные культурные достижения советского периода представляют собой объективную реальность. Развиваясь в период жесткого

администрирования и господства метода социалистического реализма, национальное профессиональное искусство отображало и глубокие изменения в обществе, являясь новой формой художественного сознания.

Современная национальная культура призвана стать мобильной, восприимчивой к тенденциям времени. «Настоящая культура представляет собой всеобщую восприимчивость и подвижность духовной организации», — писал А. Эйн-зидель (16, с. 77). Вовлечение в художественный поиск традиций не только национального, но и мирового искусства должно привести к расширению сознания, появлению новых ресурсов развития культуры этноса.

Примечания

1. Арутюнов С. А. Народы и культуры / С. А. Арутюнов. — М., 1989.

2. Астафьева О. Н. Транснационализация культурного пространства: государство и проблемы координации коммуникативных стратегий / О. Н. Астафьева // Человек, культура и общество в контексте глобализации: [мат-лы межд. науч. конф.] / под ред. К. Э. Разлогов и др. — М., 2007.

3. Добренко Е. Н. Сумерки культуры / Е. Н. Добренко // Дружба народов. — 1991. — № 2. — С. 249—252.

4. Зингер Е. А. Проблемы интернационального развития советского искусства / Е. А. Зингер. — М., 1977.

5. Из истории советского искусствоведения и эстетической мысли 1930-х годов. — М., 1977.

6. Ким М. П. 40 лет советской культуры / М. П. Ким. — М., 1957.

7. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. — М., 1954.

— Ч.1.

8. Либединский Ю. Н. Современники / Ю. Н. Либединский. — М., 1958.

9. Мамсиров Х. Б. Проблемы мусульманского образования на Северном Кавказе в 20-е годы XX века / X. Б. Мамсиров // Литературная Кабардино-Балкария (ЛКБ). — Нальчик, 2003. — № 6.

10. Мамсиров Х. Б. Советская конфессиональная политика на Северном Кавказе в 20-е годы XX века / X. Б. Мамсиров // Литературная Кабардино-Балкария (ЛКБ). — Нальчик, 2003. — № 6.

12. Праздник на земле московской // Кабардино-Балкарская правда. — 1981. — 18 ноября.

13. См.: Арутюнов С. А. Народы и культуры / С. А. Арутюнов. — М., 1989; Маликова И. Р. Проблема социально-этнической интеграции в процессе становления социалистических наций в СССР: дис. / И. Р. Маликова. — М., 1978; Красин Ю. А. Условия и механизмы проникновения новаций в культуру этноса / Ю. А. Красин и др. — Новосибирск, 1987.

14. Хутуев Х. И. Становление и развитие социалистической культуры советской Кабардино-Балкарии / X. И. Xутуев. — Нальчик, 1984.

15. Центр документации новейшей истории КБР (ЦДНИ КБР). Ф. 1. Оп. 1. Д. 13. Л. 18.

16. Эйнзидель А. Афоризмы / А. Эйнзидель // Антология мировой философии: в 4 т.

— М., 1971. — Т. 3.