Фадеев И. А. Церковь Англии: проблема конфессиональной самоидентификации в исторической перспективе. Маска, 2015

Фадеев И. А. Церковь Англии: проблема конфессиональной самоидентификации в исторической перспективе. М.: ООО ИПЦ «Маска», 2015. 416 с.

Если обратиться к совокупности изданной в постсоветский период отечественной научной литературы, посвященной религиоведческой проблематике, то, наряду с другими, напрашивается очевидный вывод: налицо дисбаланс внимания к тем или иным вопросам. Большое значение придается проблемам институциа-лизации и демаркации религиоведения, специфике и сущности новых религиозных движений, симулякрам «секулярности» и «пост-секулярности», динамике государственно-конфессиональных отношений и др. Феномены религиозной сферы, в силу ряда причин не привлекающие к себе бурного исследовательского интереса, для религиоведческого внимания существуют как своеобразный фон, находящий предметное выражение только в рамках профильных учебных курсов для соответствующих специальностей. Между тем и в связи с такими внешне «беспроблемными» явлениями мы можем найти значительное количество лакун и спорных моментов методологического плана.

Одним из таких объектов, редко оказывающихся в фокусе внимания религиоведов и историков религии в последние десятилетия существования отечественной науки (работы А. В. Исаенко, Я. Я. Вейша, В. В Штокмар относятся к 1970—1980 гг., из исследователей последнего десятилетия можно указать только В. Н. Ерохина), является англиканство. Не будучи отнесенным к числу российских вероучительных систем, не выступая в качестве генератора религиозности нового типа, для поверхностного взгляда это социокультурное явление предстает как раз и навсегда данный феномен, достаточно давно сложившийся в границах бурных реформационных процессов в Европе и значимый только для его носителей. В школьных и вузовских учебниках («История религий» И. Н. Ябло-кова, «Религиоведение» Д. М. Угриновича) англиканство предстает как некий компромисс между закоснелыми католическими канонами и нормами и бросающим вызов традициям радикализмом Лютера и Кальвина. Такой подход заставляет рассматривать эту религию как не обладающую собственной спецификой, в большей мере выражающую политические амбиции правящих династий, нежели претендующую на догматические и культовые новшества. Закономерно, что при использовании подобного ракурса англиканство не становится интересным объектом изучения, выступая лишь как фон для буржуазных революций западного мира. Этот подход был ведущим в историографии советского периода и не нашел альтернативы ввиду непопулярности темы в постсоветской профильной литературе (исключением являются труды В. Н. Ерохина). Отчасти поэтому и не было до последнего времени ни одной работы на русском языке, посвященной комплексному изучению Церкви Англии, что усугублялось отсутствием русских же переводов полного текста источников, дающих представление об особенностях англиканского вероучения и культа, как в советской науке, так и среди публикаций русскоязычного зарубежья.

Предлагаемая вниманию читателя монография как раз и представляет собой шаг в уходе от формализованного подхода в изучении данной религиозной

Фадеев И. А. Церковь Англии: проблема конфессиональной самоидентификации...

системы. Предложенная И. А. Фадеевым постановка исследовательского вопроса помещает англиканство в ряд наиболее интересных явлений в истории религий, одновременно способствуя смене методологической парадигмы в его оценке. По заявленному в работе предметному полю текст относится в большей мере к религиоведческим сочинениям, хотя значительный объем исторических экскурсов помещает это исследование на границу между богословием, философией религии и историей религий. Междисциплинарность позволяет сочетать применение методов разного происхождения, усиливая предлагаемую автором аргументацию. Это тем более важно, что автор претендует на решение целого спектра исследовательских задач — разного уровня теоретизирования и вовлечения эмпирического материала. Из них наиболее значимой, содержащей элементы метатеории, становится попытка определения объема и границ семантических полей базовых для академического религиоведения понятий — «реформация», «протестантизм», «ортодоксальный», «англиканство» и ряд других; наиболее конкретно-исторической — определение роли английской монархии в формировании и самоопределении Церкви Англии. Для установления сущностной природы этого института в работе предлагается анализ богословского дискурса авторов, стоящих у начальных этапов складывания «титульной» религии английского государства, и современной экклесиологической доктрины англиканства.

Автор отдает предпочтение не столько факту сложившейся идентичности, сколько предшествующему ему процессу самоидентификации, поскольку это дает возможность уделить больше внимания факторам формирования идентичности Церкви без обязательного достижения «внутреннего тождества» (с. 18) как результата. Основой для анализа англиканства как религиозного, богословского и исторического явления становится очень солидная источниковая база. В нее входят как документы, уже переведенные на русский язык и неоднократно разбираемые (например, Великая хартия вольностей), так и тексты, непосредственно вводимые в исследовательский оборот в данной монографии (в авторских переводах) — от богословских трактатов до экуменических соглашений. Значительному объему привлеченных источников соответствует и использованная в исследовании историография, так или иначе затрагивающая поднимаемые в работе вопросы. Инновационная составляющая монографии заявлена в следующих ракурсах: переосмысление понятия «англиканский/англиканин» как противоречивого по смыслу и не имеющего юридического статуса, определение специфики формирования англиканской ортодоксии в период раннего Нового времени как непротестантской, в наибольшей мере связанной с экклесиоло-гическими аспектами, и доказательство ключевой роли английской монархии в формировании национальной Церкви.

Первая глава посвящена проблеме соотношения понятий «протестантизм» и «англиканство», что потребовало от автора глубокого экскурса в логику формирования данных терминов и анализ их места в структуре категориального аппарата религиоведения. Отказываясь от идеи соотношения «католических» и «реформационных» компонентов как определяющей для самоидентификации Церкви Англии и опираясь на все доступные источники по ее вероучению, ис-

следователь утверждает, что она имеет собственную специфическую ортодоксию, сложившуюся в XVII в., но прошедшую процесс маргинализации в XVIII в. В результате сложившиеся так называемые англиканские вероисповедные тексты фактически являются не священными книгами, а «почитаемыми историческими документами» (с. 71), что лишает «англиканство», как якобы единое религиозное учение, собственного догматического багажа.

Одновременно подвергается критике методологического характера и понятие протестантизма как существующего либо в пику католикам (протестантизм как анти-католицизм), либо только в политико-правовом / административно-юридическом континууме (протест против власти папы), не являясь самоназванием реформированных религиозных движений. Постепенно приобретая конфессиональный оттенок в Новое время, это понятие вызывало критику английских богословов, что делает спорным определение англиканства как протестантского течения. Основным аргументом против использования понятия «протестантизм» не только для характеристики англиканства, но и всех движений, не относящихся к католицизму и православию, является вероучитель-ная гетерогенность так называемого протестантского сообщества. Это, а также слабость родо-видовой классификации при разделении христианства на католицизм, православие и протестантизм, по мнению исследователя, определяют классификационную слабость понятия протестантизма, что делает логичным отказ от него.

Этот аргумент сам по себе представляется нам недостаточным. Общие основания в сочетании с различными трактовками мы можем найти и в католическом, и протестантском богословии (при сохранении исходного Символа веры). Принадлежность всех трех указанных ветвей к единому христианскому пространству сама по себе не означает невозможности выделения самостоятельных конфессий (в том числе протестантизма), имеющих специфические черты канона и культовой практики. С другой стороны, наличие разногласий в понимании догматов и культа в рамках одной конфессии не делает невозможным ее восприятие как целостности. Принцип свободного истолкования текста как структурирующий протестантское сообщество одновременно обеспечивает его догматическую разнородность, но не дезинтеграцию. Кроме того, даже использование термина «протестантизм» как рамочного понятия не становится залогом религиоведческой идентификации каждой из его составных частей.

То же самое можно отнести к проводимой в тексте книги идее о том, что принцип sola fide, традиционно воспринимаемый как визитная карточка любого протестантского движения, не является только протестантским и поэтому не может считаться конфессиональным признаком (с. 114). По нашему мнению, стоит обратить внимание на тот факт, что применительно к sola fide как идентификационному маркеру религиозного учения стоит говорить не об эксклюзивности в использовании этого принципа у протестантов, а о тех трактовках, которые он может приобретать по сравнению с положениями учения и/или культовой практики католичества и православия. В равной мере это касается и других понятий, существующих в религиозном сознании и теологическом дискурсе всех феноменов, которые могут быть определены как христианские по сути. Клас-

Фадеев И. А. Церковь Англии: проблема конфессиональной самоидентификации...

сификация осуществляется не на основе исключительных отличий одной ветви христианства от другой, а с учетом тех вариантов трактовки догматических норм и богословских категорий, которые — при всей разнице позиций — позволяют говорить о принадлежности к одной мировой религии.

Другое дело, когда речь идет о том, из каких компонентов складывается то, что научное мнение определяет как протестантское сообщество, какие религиозные учения должны быть включены в определяемое таким образом множество. Автор предлагает вывести англиканство как религиозный феномен за границы того сообщества, которое традиционно подпадает под понятие «протестантизм». Основанием для этого И. А. Фадеев полагает отсутствие принципиальных отличий в вероучении церкви Англии по сравнению с католичеством. Утверждается, что основой единства англиканских церквей является богослужение, а не догматические основания, могущие сформировать самостоятельное в вероучи-тельном плане религиозное движение или институт. Заслуживает внимания авторское исследование генезиса понятия «англиканство» в культуре английского общества с целью определения исторических рамок его существования, набора культурных смыслов и оправданности применения к анализируемому явлению. Результатом становится вычленение Церкви Англии и из Сообщества англиканских церквей и указание на специфичность пути ее исторического развития.

Осевым в формировании Английской Церкви становится, по мнению автора, ее теснейшая связь с функционированием властных институтов, в частности практиках управления, установленных английской короной. Намеренно или случайно текст книги дает нам образцы фактического возвращения сообщества Британских островов к представлениям о монархе, характерным для традиционных культур древности, дохристианским традициям. Правитель воспринимается как основа для существования государства и социума, фокус всех значимых социальных отношений и гарант воспроизведения космического порядка, что приводит к отсутствию жесткого разграничения между «светским и духовным, политическим и церковным дискурсами» (с. 181).

Процесс идентификации Церкви Англии рассматривается как вмещающий в себя несколько составляющих экклесиологического характера. Церковь трактуется как авторитетный интерпретатор Священного Писания в части понимания истин веры, включающих в себя церковную догматику, литургическую и каноническую практики. Утверждается, что она полностью воспроизводит статус духовенства на всех уровнях, характерный для Римско-Католической Церкви, несмотря на наличие небольших возможностей для осуществления наблюдений. В учении о евхаристии автор усматривает синтез двух богословских традиций — томистской и восточнохристианской, ритуальную практику трактует как воспроизводящую преемственность с дореформационными образцами культовой деятельности, подвергающуюся размыванию только в рамках развертывающегося процесса секуляризации. Итогом исследования становится утверждение, что Церковь Англии, не будучи членом реформистского сообщества, фактически представляет собой вариант развития учения и института Католической Церкви, с поправкой на специфику национальных традиций и особый исторический путь английского общества.

Оговоримся, что не все приведенные автором аргументы по поводу идентификации Английской Церкви представляются убедительными. Отдельного рассмотрения заслуживает вопрос, какие аспекты идентичности являются ведущими в вопросе о том, к какому направлению христианства относится то или иное религиозное движение и какова доля новаций, необходимая для того, чтобы можно было вести речь о новизне конфессии/деноминации. Тем не менее стоит говорить о присутствии в тексте не только ярко выраженной авторской позиции, но и глубокого вхождения в тему, сочетающегося с высокой эрудицией, вниманием к частностям, привлечения огромного объема нового для научной отрасли материала.

Добросовестное исследование, со всеми характеристиками научного текста тем не менее не оказалось свободным от досадного недостатка. Уделяя значительное внимание деталям, автор периодически делает попытки восполнения информационных пробелов у потенциального читателя, что местами адаптирует материал к формату вузовского — или даже школьного — учебника. Тщательный анализ тонкостей английского богословия не очень хорошо сочетается с подробным рассказом о том, что такое гуситские войны, по какой причине имело место авиньонское пленение пап и кто такой Мартин Лютер. Поэтому формируется впечатление, что, выбрав достаточно узкую тему, автор хочет охватить и смежные вопросы, но углубиться туда, следуя общему замыслу книги, не получается, и, как следствие, возникает формат учебника. Тот же самый эффект достигается, когда в тексте периодически встречается повторение начальных посылок книги (например, в первом параграфе второй главы). Сочетание в границах одной книги двух форматов — фундаментального научного исследования и дидактически выверенного повествования для учащихся — нарушает логику восприятия сложной в постановке вопроса темы.

Внесение в книгу косвенно связанных с заявленной темой вопросов не снижает общего уровня исследования, предлагаемого научному сообществу и тем, кто интересуется историей Церкви Англии. Хороший язык, доступная манера изложения, ясность аргументации вкупе с множеством новых идей — достаточная причина, чтобы прочитать этот текст специалистам-религиоведам, историкам Церкви, студентам гуманитарных специальностей, всем, кто интересуется историей религий.

Рязанова Светлана Владимировна (д-р филос. наук, Пермский научный центр Уральского отделения РАН;

svet-ryazanova@yandex.ru)