Военная концептуальная метафора в русско- и англоязычных текстах публичных выступлений

ФШАЛАГГЧНЫЯ НАВУКІ

111

УДК 8П.Ш’42

ВОЕННАЯ КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ МЕТАФОРА В РУССКО- И АНГЛОЯЗЫЧНЫХ ТЕКСТАХ ПУБЛИЧНЫХ ВЫСТУПЛЕНИЙ

Е. И. Конашенко

аспирант третьего года обучения кафедры теории и практики английского языка УО «МГЛУ»

Научный руководитель: доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой теории и практики английского языка УО «МГЛУ»

Т П. Карпилович

В данной статье рассмотрены общие и отличительные черты фреймовой структуры военной концептуальной метафоры в русско- и англоязычных текстах публичных выступлений социально-экономической направленности. Выявлены основные способы передачи исследуемого типа метафор в русско-английском синхронном переводе. Определены основные трансформационные операции, использование которых может повлечь искажение запланированного автором исходного сообщения коммуникативного эффекта и, следовательно, повлиять на степень коммуникативно-прагматической адекватности текста перевода.

Введение

В последние годы в современных лингвистических исследованиях все больше внимания уделяется когнитивному аспекту метафорического переноса. При этом особый интерес когнитивная (концептуальная) метафора представляет с точки зрения сопоставительного анализа в разных языках, что позволяет выявить универсальные и специфические характеристики данного стилистического средства лексики и выявить особенности его репрезентации и функционирования с учетом различий языковых и концептуальных картин мира.

Концептуальная метафора рассматривается в когнитивистике как способ познания, одно из основных средств концептуализации и категоризации действительности, систематизации и интерпретации фактов и явлений окружающего мира [1, 27].

В основе метафоризации лежит сложный процесс взаимодействия между двумя концептуальными областями: сферой-источником и сферой-целью. Элементы сферы-источника, которые сформированы в результате накопленного опыта непосредственного взаимодействия человека с окружающей действительностью, структурируют менее понятную концептуальную сферу-цель, в чем и проявляется когнитивный потенциал метафоры. Внутреннее строение сферы-источника и сферы-цели целесообразно представить через обращение к понятию фрейма, который рассматривается в качестве набора представлений, хранимых в памяти человека, структуры данных для отображения и передачи стереотипных ситуаций [2, 187-189]. Таким образом, метафору можно описать как когнитивное явление, порожденное взаимодействием фрейма-источника и фрейма-цели.

Цель данного исследования заключается в выявлении фреймовой структуры метафорической модели “Социально-экономическая жизнь - это война” в русско- и англоязычных текстах публичных выступлений социально-экономической направленности на международных саммитах, конференциях, форумах и круглых столах, а также в определении основных способов передачи военной концептуальной метафоры в устных параллельных текстах социальноэкономической тематики. Под параллельными текстами понимаются русскоязычный текст исходного сообщения и его перевод на английский язык, выполненный профессиональными переводчиками-синхронистами.

В качестве теоретико-методологической основы использованы исследования метафорического моделирования А. П. Чудинова [3], А. Н. Баранова [4], которые развиваются на основе классической теории концептуальной метафоры Дж. Лакоффа и М. Джонсона [1].

112

ВЕСНІК МДПУ імя І. П. ШАМЯКІНА

Результаты исследования и их обсуждение

В ходе первого этапа анализа было выявлено, что в исследуемых типах текстов как на русском, так и на английском языке одной из наиболее продуктивных концептуальных метафор является военная метафора в связи с тем, что современные общественные и экономические явления во всем мире все чаще напоминают боевые действия, где сражаются не на жизнь, а на смерть. Эта глобальная тенденция отразилась на частотности употребления метафорической модели “Социально-экономическая жизнь - это война”, которая встречается в 45% и 55% случаев от общего числа метафорических переносов в русскоязычных и англоязычных текстах публичных выступлений соответственно. Такое различие в употребительности может быть вызвано тем фактом, что по теории культурных измерений Г. Хофстеде русскоязычные культуры (Россия, Беларусь) относятся к феминному типу, в то время как культуры англоязычных стран (Великобритания, США) - к мускулинному типу, для которого среди прочих особенностей в большей степени характерны такие признаки, как ориентация на открытое соперничество, конкуренцию, жесткое отстаивание своих интересов, потребность в признании, ценность превосходства, стремление доминировать и т. д., что, очевидно, и накладывает свой отпечаток на употребительность данной метафорической модели [5].

В качестве сферы-источника в 56% случаев в русскоязычных текстах публичных речей активизируется фрейм “Военные действия”, что можно проиллюстрировать следующими примерами: ... но надо очень много работать для того, чтобы эту конкурентоспособность завоевать [A]; Массовые протестные движения в мире, как, например, «Захвати Уолл Стрит», свидетельствуют об общественном неприятии преобладающей в мире модели развития [В]. В то же время в англоязычных текстах публичных выступлений к этому фрейму апеллируют еще чаще - в 72% случаев, например: This is about offering a helping hand to one group in society that often struggles to get into the labour market [С]; So retailers still have a fight on their hands for hearts, minds and the pockets of the people [D]; There’s a fierce battle for our economic future with great shifts in wealth taking place from West to East [E]. Лексические единицы данного фрейма позволяют передать накал страстей, жесткость и агрессивность действий, отчаянную попытку изменить ситуацию.

Вторым по частотности употребления как в русско-, так и англоязычных текстах является фрейм “Начало войны и ее итоги” - 15% и 9% от общего числа употребления военной метафоры соответственно, что находит отражение в следующих примерах: Победить - значит выиграть в борьбе за создание высокооплачиваемых, интересных рабочих мест ... [F]; My second message therefore is that... corners must be fought and battles must be won for this country ... [G]. Лексические единицы рассматриваемого фрейма чаще всего задают позитивную тональность, установку на победу, реже передают пессимистические настроения, мрачность и безвыходность сложившейся экономической обстановки.

Третье место занимает фрейм “Виды вооружения, его применение и хранение”, к которому в 12% случаев обращаются русскоговорящие, а в 7% случаев - англоговорящие ораторы, например: ... Беларусь и ряд других стран годами, десятилетиями добивались гораздо большего внимания со стороны ОБСЕ в отношении как раз экономической корзины, - так опасно выстрелившей сейчас на континенте И; Нет сомнения, что бомба замедленного действия под будущие массовые волнения с непредсказуемыми последствиями для всего мира уже заложена [В]; And that ricochets round the economy hitting builders, retailers and plumbers alike [I]; The pharmaceutical industry is already a huge strength in our economic armoury [J]. Лексическое наполнение данного фрейма позволяет взглянуть на социально-экономические явления как на опасное оружие или склад боеприпасов, которые в неумелых руках и при безрассудных действиях может стать смертельно опасным.

Фрейм “Воинские подразделения” активируется в 10% случаев в текстах на русском и в 7% случаев в текстах на английском языке, что иллюстрируют следующие примеры: За последние годы мною был довольно существенно обновлен корпус руководителей российских регионов [K]; ... there being a smaller cohort of school leavers [L]; It’s about newer, greener businesses and projects, those that should be in the vanguard of meeting the low-carbon challenge [I]. Обращение к данному фрейму позволяет не только передать численность определенных групп людей, но и нарочито подчеркнуть ту сплоченность, дисциплинированность, а в некоторых случаях и самоотверженность, которая характерна для патриотично настроенных военнослужащих.

ФШАЛАГГЧНЫЯ НАВУКІ

113

На долю фрейма “Война и ее разновидности” приходится 7% в русско- и 5% в англоязычных текстах публичных речей, например: Такой сценарий чреват дальнейшим проеданием будущего, накоплением долга, ростом протекционизма, торговыми войнами ... [F]; That is a recipe for competitive depreciations, what some have called currency wars [M]; And we’re having an all-out war on dumping down too [N]. Обращение к данному фрейму помогает очертить далеко не безоблачные перспективы социально-экономического развития, когда раздираемой многочисленными (торговыми, валютными, кредитными) войнами экономике приходится бороться за мирное процветание.

Проведенный анализ показал, что военная концептуальная метафора является одним из наиболее частотных лексических стилистических приемов, которые используются как русскоязычными, так и англоязычными ораторами. Фреймовая структура метафорической модели “Социально-экономическая жизнь - это война” имеет сходную структуру в рассматриваемых типах текстов с некоторым количественным различием по определенным фреймам. Это позволяет сделать вывод, что данная метафорическая модель является продуктивной и в русском, и в английском языке, что необходимо учитывать переводчикам-синхронистам при переводе текстов публичных выступлений на социально-экономическую тематику, так как любое публичное выступление ставит своей целью не только донести мысль оратора до аудитории, но и оказать на слушающих определенное влияние: привлечь внимание к волнующим проблемам, убедить в своей правоте, призвать к определенным действиям и т. д. При этом стилистические средства лексики, в частности военная метафора, обладают сильным эмоционально-экспрессивным потенциалом, который не следует игнорировать в процессе опосредованной коммуникации, несмотря на то, что синхронный перевод общепризнанно относится к одному из самых сложных ее видов. Все участники опосредованного межъязыкового общения (говорящий, переводчик и слушающий) являются носителями определенной культуроспецифической языковой и концептуальной картин мира, даже малейшие расхождения которых могут вызвать определенные трудности в процессе синхронного перевода и повлиять на степень его адекватности.

В ходе второго этапа исследования были выявлены основные способы передачи военной концептуальной метафоры в русско-английском синхронном переводе, а также установлены основные переводческие трудности, которые при этом могут возникать даже у профессиональных переводчиков-синхронистов.

Результаты анализа показали, что в 85% случаев выбор эквивалента при переводе военной концептуальной метафоры, где в качестве сферы-источника используются фреймы “Военные действия” и “Виды вооружения, его применение и хранение”, не вызывает затруднений, например: Уменьшатся вложения в нефтедобычу, что ... обернется очередным неуправляемым ростом цен на этапе подъема экономики, а значит, заложит уже новые мины под этот подъем. -Investments in the production of oil would also fall which will result in unmanageable growth of prices and new crisis laying another mine under the economy; С кризисом можно и нужно бороться. -We need to fight the crisis [O]; Все это подрывает уверенность бизнеса. - All of this together undermines the trust on the part of the businesses [P]. В рассматриваемых случаях синхронисту удается подобрать соответствующий эквивалент на переводном языке без искажения смыслового и прагматического компонента исходного сообщения с сохранением концептуального вектора агрессивности, характерного для данного типа метафоры.

Однако в 15% случаев при переводе метафор с вышеупомянутыми сферами-источниками наблюдается полная или частичная потеря прагматического потенциала высказывания, что вызвано применением трансформационной операции опущение. Рассмотрим следующий пример: Мы. должны отразить атаку кризисных проявлений и в кратчайшие сроки пойти в контрнаступление. - We must cope with the crisis as soon as possible [R]. Оратор прибегает к использованию военной метафоры отразить атаку, так как она не только наиболее точно отражает настроения и текущее положение дел в экономике, но и подчеркивает решительность и оперативность действий, которые в связи с этим необходимо предпринять. Рассматриваемая метафора передана в переводном сообщении посредством нейтральной лексической единицы cope with ‘справиться’, что влечет за собой утрату запланированного автором исходного сообщения коммуникативного эффекта вследствие того, что в нем не отражена внезапность и накал происходящих событий. В тексте оригинала кризисные проявления персонифицируются, т. е.

114

ВЕСНІК МДПУ імя І. П. ШАМЯКІНА

приобретают человеческие черты, а именно образ врага, тем самым область абстрактных, не всегда понятных простому обывателю экономических реалий, категоризуется и систематизируется через другую область - военную, обладающую мощным прагматическим потенциалом. Синхронист опускает метафору пойти в контрнаступление, что приводит к потере в тексте перевода призыва оратора к активным действиям. Такое переводческое решение может быть вызвано, во-первых, недостаточным объемом ментального лексикона синхрониста, под которым понимают «систему, отражающую в языковой способности знания о словах и эквивалентных им единицах» [2, 97-99], а во-вторых, острым дефицитом времени. В связи с тем, что метафорический перенос представляет собой сложный когнитивный процесс, он требует от переводчика при жестко ограниченных временных ресурсах активизации дополнительных когнитивных резервов, которые в экстремальных условиях синхронного перевода могут оказаться недоступными.

При переводе военной концептуальной метафоры со сферой-источником “Война и ее разновидности” в большинстве случаев синхронисту удается адекватно передать как смысловой, так и прагматический компоненты текста оригинала, что иллюстрирует следующий пример: Кажется, что наша экономика опять находится в состоянии холодной войны. - It seems to me that our economy again faces the cold war [Q]. В своем выступлении оратор говорит о страстном желании России вступить во Всемирную торговую организацию. В наличии тех экономических барьеров, которые возводили США и Евросоюз на ее пути, он видит отголоски холодной войны -военной, политической, экономической и информационной конфронтации между СССР и ее сторонниками и США с ее коалицией, длившейся с 1946 по 1991 год. Несмотря на то, что официально данное противоборство считается делом давно минувших лет, современные экономические противоречия между двумя странами до сих пор сравнивают с вышеупомянутой холодной войной. В рассматриваемом случае синхронист беспрепятственно подбирает соответствующий эквивалент на языке перевода, сохраняя метафорическое значение словосочетания. Однако в 12% случаев перевода метафор с такой сферой-источником наблюдается использование трансформационной операции конкретизации, когда родовое понятие заменяется видовым, например: Я бы хотел уйти от уже застоявшейся ситуации с холодной войной. -I would like us to step definitely away from the ever going economic misunderstandings between Russia and the United States [К]. В переводном высказывании синхронист, с одной стороны, конкретизирует суть введенного оратором понятия холодная война посредством добавления лексической единицы economic ‘экономические’, уточняя тем самым сферу разногласий, а также называет участников противоборствующих сторон Russia ‘Россия’ и the United States ‘Соединенные Штаты’, однако при этом использует более мягкую формулировку misunderstandings ‘недопонимание, разногласия’, что сглаживает нотки агрессии, снимает отрицательные коннотации и придает звучанию всего высказывания большую политкорректность. С другой стороны, такое переводческое решение ведет к утрате запланированного коммуникативного эффекта, который должна была создать именно использованная оратором концептуальная метафора холодная война, что является нежелательным при переводе текстов публичных выступлений, одна из основных целей которых - оказание определенного, запланированного автором исходного сообщения воздействия на аудиторию.

При переводе военной метафоры со сферой-источником “Воинские подразделения” выбор эквивалента не вызывает значительных трудностей у синхрониста, однако в 10% случаев при передаче данных метафор наблюдается применение трансформационной операции генерализации, когда частное понятие заменяется общим, что отражено в следующем примере: Сегодня наши российские и американские дивизионы работают как одна команда в глобальной компании. -So Russians and Americans are working as a team in its global company [Q]. Дивизион - это оперативно-тактическое соединение в различных видах вооруженных сил, которое насчитывает в среднем 12-24 тысячи человек. Используя данную метафору, оратор не только подчеркивает многочисленность бизнес-групп двух стран, но и их, как в армии, отлаженный механизм работы, что утрачивается при использовании в тексте перевода обобщения Russians и Americans ‘русские и американцы’ . Такого рода переводческие решения влияют на передачу коммуникативнопрагматического компонента текста оригинала, который утрачивает свою выразительность и оценочность.

Потеря прагматического компонента может происходить и при переводе военной концептуальной метафоры, в которой в качестве сферы-источника выступает фрейм “Начало

ФШАЛАГГЧНЫЯ НАВУКІ

115

войны и ее итоги”. Вначале рассмотрим пример, в котором переводчик сохраняет эмоциональноэкспрессивный потенциал текста оригинала: Мы понимаем, что без победы над коррупцией, без

эффективной публичной власти, без качественной финансовой системы мы не преодолеем чрезмерную сырьевую зависимость. - We understand that without winning a victory over the corruption, without effective government policy, without good quality of the financial system we won t overcome this excessive resource dependency [K]. В данном случае синхронист передает метафору победа над коррупцией с помощью ее английского эквивалента winning a victory over the corruption, сохраняя в полном объеме прагматическую составляющую метафорического переноса. Однако так происходит далеко не всегда, например: От деклараций нужно переходить к реальной реформе МВФ, других международных финансовых институтов, к реформе, которая бы учитывала новую экономическую расстановку сил. - From just talk one should switch over to realistic working on the IMF reforms and other international financial institutions to the kind of reform which will take into account the new economic landscape [P]. Военный характер метафоры экономическая расстановка сил в тексте перевода утрачивается. Вместо возможного варианта, который бы мог сохранить образ метафорического переноса (alignment of economic forces), синхронист использует другую сферу-источник, а именно географическую, так как когнитивная метафора economic landscape является более естественной и привычной для носителей английского языка. Несмотря на то, что синхронист прибегнул к иной метафорической модели, красноречие оратора сохраняется за счет сохранения метафоры в тексте перевода.

Выводы

Таким образом, проведенное исследование показало, что при переводе военной концептуальной метафоры профессиональные переводчики-синхронисты стараются подобрать соответствующий эквивалент на языке перевода с сохранением исходной метафорической модели, что позволяет выдержать заданную тональность текста оригинала. Однако отмечен целый ряд случаев, когда при передаче метафоры с русского на английский язык в переводном высказывании синхронист меняет сферу-источник, что можно объяснить недостаточным объемом ментального лексикона самого переводчика или различиями языковых и концептуальных картин мира участников опосредованной коммуникации. В 37% случаев синхронист применяет такие трансформационные операции, как опущение, конкретизация и генерализация, что может приводить к полной или частичной потере смысловой и/или коммуникативно-прагматической составляющей текста перевода и нежелательно влиять на степень его адекватности. Такие переводческие трудности необходимо учитывать в процессе подготовки студентов переводческих факультетов во избежание злоупотребления вышеупомянутыми трансформационными операциями, особенно на начальном этапе их профессиональной деятельности.

Литература

1. Лакофф, Дж. Метафоры, которыми мы живем / Дж. Лакофф, М. Джонсон ; пер. с англ. ; под ред. и с предисл. А. Н. Баранова. - М. : Едиториал УРСС, 2004. - 256 с.

2. Краткий словарь когнитивных терминов / Е.С. Кубрякова [и др.]. - М. : МГУ, 1996. - 248 с.

3. Чудинов, А. П. Россия в метафорическом зеркале: Когнитивное исследование политической метафоры (1991-2000) / А. П. Чудинов. - Екатеринбург : Урал. гос. пед. ун-т, 2001. - 238 с.

4. Баранов, А.Н. Очерк когнитивной теории метафоры / А. Н. Баранов, Ю. Н. Караулов // Русская политическая метафора. Материалы к словарю. - М. : Институт русского языка АН СССР, 1991. -С. 184-193.

5. Hofstede, G. Culture's consequences: international differences in work-related values / G. Hofstede. -Beverly Hills, CA : Sage, 1980. - 475 рр.

Источники примеров

А - Греф, Г. O. Выступление на «Гайдаровском форуме 2013», 17.01.13 [Электронный ресурс] / Г. О. Греф. - Режим доступа : http://www.youtube.com/watch?v=Xye05fDaecL - Дата доступа : 25.01.13.

B - Макей, В. В. Выступление на 67-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, 01.10.12 [Электронный ресурс] / В. В. Макей. - Режим доступа : http://mfa.gov.by/press/statements/a5be2420f4658d4c.html. - Дата доступа : 10.11.12.

C - Cridland, J. Speech to ACEVO 2011 CEO Summit, 23.06.11 [Электронный ресурс] / J. Cridland. -Режим доступа : http://www.cbi.org.uk/media/1121044/john-cridland-acevo-bisoness-in-society.pdf. - Дата доступа : 20.09.11.

116

ВЕСНІК МДПУ імя І. П. ШАМЯКІНА

D - Car, R. Speech to World Retail Congress, 19.09.12 [Электронный ресурс] / R. Car. - Режим доступа : http://www.cbi.org.uk/media/1750609/roger_carr_world_retail_congress_speech_190912.pdf. - Дата доступа : 12.11.12.

E - Cameron, D. Speech at business meeting, 18.02.13 [Электронный ресурс] / D. Cameron. - Режим доступа : http://www.number10.gov.uk/news/david-cameron-speech-at-business-event-in-mumbai/. - Дата доступа : 10.03.13.

F - Путин, В. В. Выступление на Инвестиционном форуме «Россия зовет!», 02.10.12 [Электронный ресурс] / В. В. Путин. - Режим доступа : http://news.kremlin.ru/video/1295. - Дата доступа : 10.11.12.

G - Car, R. Speech to CBI Annual Conference, 20.11.12 [Электронный ресурс] / R. Car. - Режим доступа : http://www.youtube.com/watch?v=wOwUAASkprU. - Дата доступа : 10.12.12.

H - Мартынов, С. Н. Выступление на заседании Совета министров иностранных дел ОБСЕ, 03.01.12 [Электронный ресурс] / С. Н. Мартынов. - Режим доступа : http://mfa.gov.by/press/statements/c1f32d1d2a53acfa.html. - Дата доступа : 10.03.12.

I - Cridland, J. Speech to CBI Energy Conference, 14.06.11 [Электронный ресурс] / J. Cridland. -Режим доступа : http://www.cbi.org.uk/media/1118330/20110614-cbi-john-cridland-energy-conference-speech.pdf. -Дата доступа : 15.01.12.

J - Cameron, D. Speech on economic growth, 06.01.11 [Электронный ресурс] / D. Cameron. - Режим доступа : http://www.number10.gov.uk/news/prime-ministers-speech-on-economic-growth/. - Дата доступа :

15.11.12.

K - Медведев, Д. А. Выступление на ПМЭФ, 17.06.11 [Электронный ресурс] / Д. А. Медведев. -Режим доступа : http://www.forumspb.com/#translation160|13008295540. - Дата доступа : 25.01.12.

L - Cridland, J. Speech to the Business and Higher Education Conference, 23.02.12 [Электронный ресурс] / J. Cridland. - Режим доступа : http://www.cbi.org.uk/media-centre/speeches/2012/02/john-cridland-speech-the-dearing-higher-educationconference. - Дата доступа : 25.05.12.

M - Cameron, D. Speech on the economy, 17.06.12 [Электронный ресурс] / D. Cameron. - Режим доступа : http://www.number10.gov.uk/news/pm-economy-speech/. - Дата доступа : 25.09.12.

N - Cameron, D. Speech to CBI Conference, 19.11.12 [Электронный ресурс] / D. Cameron. - Режим доступа : http://www.cbi.org.uk/media-centre/videos/2012/11/david-cameron-cbi-annual-conference-speech. -

Дата доступа : 25.12.12.

O - Путин, В. В. Выступление на всемирном экономическом форуме в Давосе, 28.01.09 [Электронный ресурс] / В. В. Путин. - Режим доступа : http://www.youtube.com/watch?v=_2EG4KLLa8c&feature=related. -Дата доступа : 10.11.12.

P - Путин, В. В. Выступление на ПМЭФ, 19.06.12 [Электронный ресурс] / В. В. Путин. - Режим доступа : http://eng.kremlin.ru/video/1216. - Дата доступа : 15.07.12.

Q - Пумпянский, Д. А. Выступление на ПМЭФ, 16.06.11 [Электронный ресурс] / Д. А. Пумпянский. - Режим доступа : http://www.youtube.com/watch?v=hWAZOCXov88. - Дата доступа :

25.01.12.

Summary

The article describes the common and distinctive features of the frame structure of the conceptual military metaphor in Russian and English public speaking texts of socio-economic orientation. The basic methods of transmission of metaphors are studied in Russian-English simultaneous translation. The basic transformation operations, the use of which may lead to distortion of the planned original message, communicative effect and, therefore, affect the degree of communicative and pragmatic adequacy of the translated text.

Поступила в редакцию 09.04.13