Общественникам добавили духовности

Общественную палату (ОП) Татарстана расширили — в ее новый состав по решению президента Татарстана Рустама Минниханова включены муфтий республики Камиль Самигуллин и митрополит Феофан. Представители основных конфессий также входили в ОП предыдущего созыва, однако теперь религиозные лидеры посчитали необходимым лично поработать с общественниками. Это придаст ОП «новый импульс и колорит», считает спикер Госсовета Татарстана Фарид Мухаметшин, выступивший вчера на первом заседании палаты. Эксперты соглашаются, что «уровень представительства палаты повышен», но это не добавит эффективности данному институту гражданского общества.

Вчера в малом зале Госсовета Татарстана состоялось первое заседание нового состава Общественной палаты республики, который будет работать до конца 2020 года. На пост председателя была выдвинута только одна кандидатура — 68-летний Анатолий Фомин, который возглавлял палату последние три года, а до этого 12 лет руководил Центризбиркомом Татарстана. Председатель избирался открытым голосованием. Большинство членов палаты подняли руки за предложенную кандидатуру господина Фомина (по наблюдению „Ъ“, их никто не считал), в результате чего ведущая заседание старейший член Общественной палаты Любовь Смирнова объявила о его единогласном избрании, хотя сам Анатолий Фомин сообщил, что «воздержался», голосуя за себя. По его предложению заместителями председателя стали четверо (в прежнем созыве было только три заместителя): Мунир Гафиятуллин (гендиректор АО «Спорткультавтотовары»), Кирилл Пономарев (директор казанского филиала Российской международной академии туризма), Гульзада Руденко (глава Елабужского историко-архитектурного и художественного музея-заповедника) и Тимур Халиков (начальник аналитического отдела ООО «Поволжский аудиторский центр»). Позже члены палаты сформировали восемь профильных комиссий — по развитию гражданского общества, по правовым вопросам, по экономическому развитию, по образованию и науке, по социальной политике и благотворительности и т.д.

Отметим, что нынешняя ОП формировалась по новым правилам. Осенью депутаты Госсовета внесли изменения в закон о палате, увеличив срок ее полномочий с трех до четырех лет. Состав палаты может быть обновлен по истечении первых двух лет (не более чем на четверть), для этого потребуется решение самих общественников. Также было увеличено с 60 до 70 число членов ОП: в состав включили представителей общественных советов муниципалитетов. При этом по 20 членов палаты утверждали президент Татарстана Рустам Минниханов и депутаты Госсовета, 30 — прежний состав палаты. Из 70 членов нового состава только треть работала прежде в ОП. В числе покинувших Общественную палату оказались соучредитель фонда «Живой город», дочь главы аппарата президента республики Диана Сафарова, глава автономии грузин Казани Маринэ Хухунашвили, заместитель председателя татарстанского отделения Всероссийского общества охраны памятников искусства и культуры Фарида Забирова.

Среди новых членов ОП — муфтий Татарстана Камиль Самигуллин и митрополит Казанский и Татарстанский Феофан (Ашурков). Главы духовного управления мусульман (ДУМ) и митрополии в работе прежнего созыва не участвовали. На это обратил внимание выступавший на заседании спикер Госсовета Фарид Мухаметшин: «Это большая ответственность самим прийти в Общественную палату и непосредственно заниматься этими проблемами: межнациональной гармонизацией, поддержкой духовности в обществе». Спикер выразил уверенность, что участие муфтия и митрополита в работе палаты придаст ей «новый колорит, новый импульс». Он добавил, что у него «на душе приятно, когда представители двух ведущих конфессий республики рядом как всегда» (митрополит Феофан и муфтий Камиль Самигуллин сидели в зале за одним столом) и «показывают пример, как надо жить... поддерживать друг друга». Среди прочего господин Мухаметшин призвал членов Общественной палаты вместе с властями вести среди населения «большую разъяснительную работу» в связи с экономическим кризисом в России и предстоящими выборами в Госдуму.

Как рассказал в беседе с „Ъ“ Камиль Самигуллин, он и митрополит Феофан прошли в палату «по президентской квоте» в результате «договоренности» между священнослужителями: «Мы с владыкой об этом уже говорили: давайте вместе, нам нужно заходить». Муфтий напомнил, что в ОП и прежде были представители ДУМ и Казанской епархии, однако сейчас вопрос межконфессиональных отношений «актуализировался». «События наших соседей: и Украины, и Сирии — нас очень волнуют. Для вас не должно быть удивительным, что здесь мы тоже решили уделить этому более серьезное внимание», — сказал он „Ъ“. Митрополит Феофан и Камиль Самигуллин стали членами комиссии Общественной палаты по межэтническим и межконфессиональным отношениям. Добавим, что в 2014 году Камиль Самигуллин пытался войти в состав Общественной палаты России, однако не смог набрать достаточное количество голосов в ходе интернет-голосования.

Политолог Казанского национального исследовательского технологического университета Сергей Сергеев сомневается, что появление высокопоставленных представителей основных конфессий республики «спасет» Общественную палату Татарстана, указывая, что «за пределами самой палаты об этом институте мало что слышно». «Дело не в составе Общественной палаты, а в том, что ей не дают возможности формировать свою повестку, поднимать острые вопросы. Она не является эффективным институтом гражданского общества, хотя могла бы таким быть», — говорит эксперт. Он полагает, что муфтий и митрополит были включены «в связи с общим обострением ситуации». В любом случае «уровень представительства палаты повышен», резюмирует он.

Почетный член Общественной палаты Татарстана Юрий Алаев (в ее новый состав не вошел) напоминает, что главы духовенств также присутствовали в первом созыве палаты. В 2006 году по указу первого президента Татарстана Минтимера Шаймиева в состав палаты вошли тогдашние глава Казанской епархии Анастасий и муфтий Гусман Исхаков, а также главный раввин республики Ицхак Горелик. «Общественная палата возвращается к исходному положению», — говорит господин Алаев, связывая это также с обострением межрелигиозных отношений в мире и желанием Татарстана показать, что республика живет в согласии. «Это очередной политический символ для Татарстана», — полагает он.