Хлебные цены и экономическое поведение крестьянства в 1920-х гг

С.М. Стасюкевич

ХЛЕБНЫЕ ЦЕНЫ И ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ПОВЕДЕНИЕ КРЕСТЬЯНСТВА В 1920-Х ГГ.

Рыночные аспекты аграрного развития в период новой экономической политики относительно новая тема современной отечественной историографии, практически не нашедшая отражения в работах дальневосточных историков1. В настоящей статье предпринимается попытка последить динамику хлебных цен на Дальнем Востоке в 1920-х гг. и влияние рыночной конъюнктуры на развитие производства основных зерновых культур в крестьянском хозяйстве.

Ситуация, сложившаяся на дальневосточной окраине к моменту советизации, во многом была исключительной для Советской России начала 1920-х гг. Известно, что регион не пережил в полной мере эпохи военного коммунизма: экономическая политика ДВР, при определенных ограничениях, восстанавливала рыночные инструменты регулирования экономики. В том числе, еще до знаменитой денежной реформы 1922-1924 гг., с середины 1920 года де-факто, а на основании Закона ДВР от 16 мая 1921 г. и де-юре, на Дальнем Востоке возобновляется самостоятельное золотое денежное обращение2. В отличие от других районов страны, где золото фактически превратилось лишь в средство сбережения, на Дальнем Востоке оно сохранило свою главную функцию - всеобщего товарного эквивалента, что имеет решающее значение при оценке экономической динамики на территории ДВР и в начальный период советизации региона3.

В исторической литературе результаты экономической политики ДВР, как правило, не отделяются от экономических последствий Гражданской войны и интервенции: акцент делается на процессах деградации и натурализации экономики. В качестве позитивного следствия в публикациях последних лет отмечается лишь активизация мелкого частного капитала4. Отметим, что, помимо этого, одним из следствий восстановления нормальной функции золота, окончательной ликвидации военной угрозы и нормализации правовых условий для экономической деятельности, стало снижение цен на Читинском рынке уже в начале 1921 г. Если к концу 1920 г. по сравнению с довоенным периодом цены на товары выросли в этой части Дальнего Востока в 3-4 раза (среднее значение общего товарного индекса в октябре-декабре - 3,55), то уже в январе-марте 1921 г. товарный индекс снизился до 2,28 и понижательная тенденция, с незначительными отклонениями, сохранялась до второй половины 1923 года, когда промышленный индекс достиг минимума в 2,11 пункта, сельскохозяйственный - 1,41. Наиболее заметным колебаниям были подвержены цены на хлебопродукты: общее их снижение, шедшее в начале 1921 г., было прервано докатившейся до Дальнего Востока волной «голодных цен центра» и со второй половины

64

1921 г. до начала осени 1922 г. цены на хлеб на Читинском рынке неизменно росли. Восстановление советской власти осенью 1922 г., налаживание поставок сибирского и амурского зерна в Забайкалье, реализация на местном рынке больших запасов зерна, собранного по продналогу, при сохранявшемся золотом обращении, имели своим результатом новое снижение цен на хлебопродукты, продолжавшееся вплоть до осени 1923 г.5

Несколько иное положение было в Приморье, где основной платежной единицей до конца 1923 г. оставалась иена, и хлебные цены неуклонно росли на протяжении всего года. На 1 мая во Владивостоке они в 1,7 раза превышали довоенный уровень, на 1 ноября - в 2,03 раза, в уездных городах - в 1,94 и 2,23 раза соответственно. В том числе дорожали основные хлебные продукты: во Владивостоке индекс ржаной муки вырос с 1,3 до 1,45, пшеничной - с 1,79 до 2,28, в уездных городах индекс ржаной муки увеличился с 1,08 до 1,426. Одной из причин роста цен на приморском рынке были опасения крестьянства, связанные с вхождением области в советскую экономическую систему. В декабре 1922 г. население Ново-покровской и Саровской волостей Иманского уезда было уверено: «Скоро сюда придут бумажные деньги, «лимоны», и всё погибнет»7. Понятно, что негативные ожидания производителя толкали его к повышению цен на свою продукцию.

Осенью 1923 г. рост хлебных цен был отмечен уже по всему Дальнему Востоку, что кардинально отличало ситуацию в регионе от других хлебопроизводящих районов СССР, где они, напротив, резко упали значительно ниже довоенного уровня (рис. 1) .

Таким образом, начавшийся в сентябре-октябре 1923 г. рост цен на хлебопродукты продолжался на протяжении всего хозяйственного года. Цены на основные хлеба значительно превышали дореволюционные, более того, к весне 1924 г. был восстановлен довоенный уровень цен и на овес, обрушившийся после революции из-за прекращения интендантских закупок и падения спроса. Неуклонный рост зерновых цен позволил Дальнему Востоку избежать кризиса «ножниц цен» (рис. 2).

Как видно на диаграмме резкого расхождения цен на Дальнем Востоке не было: соотношение уровней цен на промышленные и сельскохозяйственные товары оставалось практически постоянным и имело тенденцию к выравниванию. Такая ситуация - прямое следствие сложившихся еще в условиях ДВР и сохранявшихся на начальном этапе советизации региона экономических условий: свободы торгово-промышленного оборота, сохранения постоянного и систематического товарообмена между городом и деревней, наличия твердой валюты и стимулов у крестьянства к накоплению8.

65

Рис. 1. Динамика индексов цен на основные хлебные продукты в 1923/24 г. в среднем по ДВО

Источник: Обзор цен на рынках ДВО за 1923-1924 год // Бюллетень рынка и цен Дальнего Востока. - Хабаровск. - 1924. - №12. - С. 12-13.

Рис. 2. Динамика индексов цен по группам товаров относительно общего товарного индекса

Источник: Обзор цен на рынках ДВО за 1923-1924 год // Бюллетень рынка и цен Дальнего Востока. -1924. - № 12. - С. 17.

66

В первой половине 1920-х гг. хлебные цены на региональном рынке продолжали неуклонно расти, что обусловливалось несколькими обстоятельствами. Первое определялось изменениями покупательной силы «хлебной единицы» (уровнем хлебного исчисления цен), ориентируясь на которую крестьянство формировало желательную цену на свою продукцию. На Дальнем Востоке, как и в целом по стране, объективным следствием послевоенной разрухи в промышленности и тотальной нехватки товаров стало обесценивание «хлебных единиц». Если до войны для покупки плуга дальневосточнику нужно было продать 10 пудов зерна, то в 1923 г. - уже 36 пудов, штука ситца подорожала с 6-7 фунтов до 1-2 пудов, сапоги - с 8-12 до 80 пудов. В среднем хлебные цены на сельскохозяйственные машины выросли в регионе в 3,5 - 4 раза, на предметы потребления - в 10 и более раз. Для удовлетворения минимальных потребностей крестьянской семьи из 4 человек (4 рубашки, костюм пиджачный, одна юбка с кофтой, 2 пары сапог) теперь нужно было иметь 291 пуд зерна, что равнялось хорошему урожаю с 5 десятин посева9. Резкое вздорожание промышленных товаров обесценивало труд крестьянина и снижало его доходы: в 1923 г. они составляли только 40% от довоенных10. В этих условиях стремление крестьянства компенсировать потери через повышение цен на свою продукцию было вполне естественным. По мнению дальневосточных экономистов, ценовые сдвиги отражали шедший в регионе с 1923 г. процесс восстановления рыночных эквивалентов сельскохозяйственной продукции, особенно пшеницы и овса, рухнувших после революции и Гражданской войны11.

Второе обстоятельство связано с внедрением советских принципов организации экономики и ограничением рыночных институтов. С первых дней советизации Дальнего Востока очевидным сигналом для повышения цен было ужесточение контроля за частным капиталом, затронувшее и сферу хлеботорговли. Менее очевидными в этом аспекте были результаты денежной реформы. На Дальнем Востоке обращение золота впервые начало ограничиваться летом 1923 г. и окончательно было прекращено в октябре 1924 г., сопровождаясь изъятием у населения значительных объемов золотой и серебряной монеты12. Переход от золотого обращения к единой советской денежной единице и расчетам в казначейских билетах абсолютно совпадает по времени с началом повсеместного роста хлебных цен. Несомненный успех реформы с точки зрения финансовой стабилизации, не отменяет, однако, того факта, что степень доверия населения к бумажным деньгам, как правило, меньше, чем к звонкой монете, а значит все участники рынка стремились к повышению цен на свою продукцию.

Дальнейшая интеграция Дальнего Востока в советское экономическое пространство так же способствовала росту цен на хлебопродукты. Осенью 1925 г. советским государством были сделаны решительные шаги по

67

прекращению закупок продовольствия для дальневосточных потребителей за рубежом и окончательной переориентации региона на поставки сибирского зерна. В свою очередь Сибирь, в полной мере вовлеченная в кризис хлебозаготовок13, оказалась не в состоянии своевременно обеспечить зерновые нужды ДВК. Организационная перестройка регионального потребительского хлебного рынка, затянувшаяся до весны 1926 г., сопровождалась постоянными перебоями в снабжении городов хлебом и провоцировала рост цен по всем направлениям. За сезон крестьяне подняли свои цены на продукцию земледелия в среднем на 36%, в то время как 1924/25 г. рост цен производителя составил только 7%. Вынуждено было поднимать закупочные цены и государство: в среднем по региону они были больше цен 1924/25 г. по пшенице - на 19,7%, ржи - на 27,7%, ячменю - 35,7%, овсу - на 107,7%. Цены на второстепенные и технические культуры выросли на 10-15%14. Дорожали хлебопродукты в городском опте и рознице15.

Таким образом, механизм повышения хлебных цен на Дальнем Востоке возникает не только как результат послевоенного кризиса всего хозяйства, но и как следствие советизации региона, имевшей явный антирыночный крен.

Советское и партийное руководство края однозначно негативно оценивало рост цен на сельхозпродукцию16. Специалисты-аграрники, напротив, отмечали положительный эффект роста хлебных цен. В отчетном докладе Дальземуправления краевому совещанию земельных работников ДВК 21-20 ноября 1926 подчеркивалось, что пониженные цены на сельскохозяйственную продукцию не давали крестьянству стимула для расширения производства и только восстановление ценовых эквивалентов повышало его заинтересованность в развитии хозяйства17. Повышение хлебных цен позитивно сказалось на состоянии сельскохозяйственного производства: если в 1925 г. посевные площади на Дальнем Востоке увеличились по сравнению с предыдущим годом на 10,4%, то в 1926 г. - на 17,0% (табл. 1).

Таблица 1. Динамика посевной площади на Дальнем Востоке - в тыс. дес.

Годы 1916 1923 1924 1925 1926 1927 1928

пшеница 420,2 264,0 184,8 204,6 243,9 326,3 404,6

овес 357,4 205,6 178,6 163,3 182,0 214,3 284,9

рожь 117,7 123,6 161,0 193,8 212,1 206,5 157,6

бобовые 10,6 6,4 7,3 16,9 25,6 22,5 18,6

68

Продолжение табл. 1.

рис 4,3 5,6 7,8 9,6 16,9

гречиха 69,3 68,1 62,2 62,2 76,5 80,0 55,4

прочие 120,6 88,5 108,9 133,4 164,9 190,1 161,6

всего посева 1095,7 760,5 708,5 782,0 914,5 1039,7 1099,5

Источники: данные по рису за 1923-1926 гг.: Экономическая жизнь Дальнего Востока. 1926. № 10-11. С. 31; данные по остальным культурам за 1916-1927 гг.: Основные элементы сельскохозяйственного производства СССР: 1916, 19231927 гг. М., 1930. С. 38-39; данные за 1928 г.: Что сделала Советская власть в Дальневосточном крае за 1927 и 1928 годы (Краткий отчет Далькрайисполкома). Хабаровск, 1928. С. 11.

Тот факт, что крестьянство руководствовалось не спекулятивными интересами, а мотивами экономической целесообразности, наглядно иллюстрирует ситуация, сложившаяся на Дальнем Востоке летом-осенью 1926 г., когда по всей стране проводилась кампания снижения хлебных цен. На Дальнем Востоке в директивном порядке закупочные цены на все культуры, кроме риса, были существенно снижены: в среднем по региону на 15% по отношению осени 1925 г.18 Окружные конвенционные бюро имели право только на их дальнейшее понижение в зависимости от местных условий19.

Первые известия о грядущем снижении заготовительных цен летом 1926 г. повлекли за собой негативизацию крестьянских настроений. Кулачество занялось активной скупкой зерна, одновременно агитируя односельчан против вывоза хлеба на рынок. «Скоро будем голодать, так как хлеб вывезли за границу. Крестьянам не надо вывозить хлеб на рынок, а вывезти - так требовать рублей по 7-8 за пуд, это было бы очень хорошо», - сообщалось о критических настроениях приамурского крестьянства в информационном письме Хабаровского окружкома в ЦК ВКП(б) за апрель-июнь 1926 г.20 В деревне раздавались призывы отменить монополию внешней торговли и разрешить свободный вывоз хлеба за границу. Недовольство середняцко-бедняцкого большинства вызывали высокие цены на промтовары и сезонные колебания хлебных цен21. Однако когда стало понятно, что будет собран очень хороший урожай, эти страсти поутихли. Дальневосточное крестьянство само начало снижать цены на зерновую продукцию (рис. 3, 4).

69

Рис. 3. Динамика цен на пшеницу на месте у производителя в 1925/26 г. по округам Дальнего Востока - в руб. за пуд

Рис. 4. Динамика цен на овес на месте у производителя в 1925/26 г. по округам Дальнего Востока - в руб. за пуд

Источники: Таблица средних окружных цен на продукты сельского хозяйства на месте у производителя в 1925-1926 гг. // Статистический бюллетень. 1926. № 6-7. С. 22-23; Цены на продукты сельского хозяйства на 1-е октября 1926 г. //Бюллетень Дальневосточного краевого статистического управления. 1926. № 10-12. С. 10.

70

Ценовые тренды по всем остальным культурам аналогичны трендам цен на овес и пшеницу и различаются лишь амплитудой.

Производственная деятельность крестьянства мотивировалась не только абсолютным уровнем цен на зерно и их соотношением с ценами на промышленные товары, но и относительными ценностными эквивалентами самих хлебных культур. В 1920-х гг. конъюнктурные условия по всему Дальнему Востоку складывались наиболее благоприятно для производства пшеницы, дорожавшей относительно всех остальных культур и в натуральном и в денежном эквивалентах. За пуд пшеницы давали теперь в 1,5-2 раза больше других хлебов, чем до революции22.

Эквиваленты хлебов на рынке ДВК во многом определялись агропродовольственной политикой советского государства, направленной на достижение самообеспечения региона зерном, что побуждало поддерживать здесь достаточно высокие цены на основные зерновые культуры. Так, снижение закупочных цен на продукцию растениеводства, производившееся в 1926 г., перед началом новой заготовительной кампании в меньшей степени коснулось пшеницы. При среднем снижении цен в 15%, пшеница подешевела на 7-8%, в то время как крупяные культуры - на 30-32%. В 1927 г. закупочные цены на пшеницу и овес были повышены значительно больше, чем на другие зерновые23.

Относительно стабильные и высокие цены на пшеницу с лихвой компенсировали крестьянам все проблемы ее производства, возникавшие вследствие кризиса залежной системы полеводства на Дальнем Востоке в 1920-х гг.: особенно резкое падение урожайности и рост затрат по сравнению с другими культурами. В 1927 г. были восстановлены ценностные эквиваленты овса, что так же стимулировало крестьянство к расширению его посевов (табл. 1)24.

Дальневосточное крестьянство быстро реагировало на изменения рыночной конъюнктуры (рис. 5).

Как видим, начиная с 1926 г., высокими темпами продолжали расти только посевные площади, занятые пшеницей и овсом. В результате в 1928 г. дальневосточная деревня засеяла пшеницей 404,6 тыс. десятин (36,8% всех посевов), овсом - 284,9 тыс. десятин (25,9%). Снижение темпов роста посевов под всеми остальными культурами уже в 1928 г. привело к сокращению их абсолютных размеров (табл. 1). Структура пахотного клина приблизилась к структуре 1916 г., когда на Дальнем Востоке под влиянием интендантского спроса стремительно расширялись посевные площади главных продовольственных хлебов. Очевидно, что крестьянство меняло структуру пашни, увеличивая производство более выгодных культур.

Рациональный экономический подход крестьянства к зерновому производству прослеживается и в отношении к азиатским культурам. Составной частью агропродовольственной политики советской власти на

71

Рис. 5 . Темпы роста посевных площадей

под основными зерновыми - в %% к предыдущему году

Источники: Основные элементы сельскохозяйственного производства СССР: 1916, 1923-1927 гг. М., 1930. С. 38-39; Что сделала Советская власть в Дальневосточном крае за 1927 и 1928 годы (Краткий отчет Далькрайисполкома). Хабаровск, 1928. С. 11.

Дальнем Востоке было развитие экспортно-ориентированных отраслей сельского хозяйства, максимальное использование местных конкурентных преимуществ, что предусматривало внедрение в хозяйство европейских крестьян высокодоходных азиатских культур: соевых бобов и риса25.

Практически все посевные площади под азиатскими хлебами сосредоточивалось в Приморье. Основным производителем риса оставались корейские хозяйства, дававшие 84-86% валовых сборов. Приморское русское крестьянство в середине 1920-х гг. из азиатских культур расширяло главным образом посевы соевых бобов, ориентируясь на рынок и растущий спрос частника, платившего за сою повышенную цену. Однако, во второй половине 1920-х гг. экономические условия для производства сои складывались наименее благоприятно. Из всех зерновых именно соя сильнее всего подешевела относительно пшеницы - в среднем в 1,8 раза. За пуд пшеницы в 1920-х гг. давали 1,9 - 2,3 пуда сои26. В Приморье, как и в целом по стране, шло жесткое вытеснение частника с хлебного рынка. В этой ситуации небольшого снижения закупочных цен на бобы в 1926 г. (рис. 6) оказалось достаточно для начала сокращения ее посевов27. Увеличение закупочной цены в 1927 г. не компенсировало потерь и не остановило процесса сокращения соевого клина (табл. 1) .

72

Рис. 6. Динамика государственных закупочных цен на основные хлеба во Владивостокском округе - в руб. за пуд

Источник: Народное хозяйство Владивостокского округа в 1926-27 году. -Владивосток, 1927. - С. 88, 90-91.

Быстрая реакция дальневосточной деревни на изменение рыночной конъюнктуры позволила экономистам-аграрникам утверждать, что, по сравнению земледельческим центром страны, где, как например, в Центральной Черноземной области, сложились устойчивые системы хозяйства, десятилетиями тормозившие аграрное развитие, организационные формы крестьянского хозяйства ДВК были более динамичными28.

Таким образом, послевоенный аграрный кризис и ограничение рыночных институтов в процессе интеграции Дальнего Востока в советское экономическое пространство привели к неуклонному росту хлебных цен. Одновременно изменились конъюнктурные условия зернового производства: соотношения цен на промышленные и сельскохозяйственные товары, относительные ценностные эквиваленты самих хлебных культур. Ситуация на хлебном рынке Дальнего Востока демонстрирует высокую степень чувствительности крестьянства к ценовым колебаниям и очевидную эффективность рыночных методов воздействия на аграрный сектор: деревня в наибольшей степени расширяла посевы именно тех культур, конъюнктура в отношении которых складывалась наиболее благоприятно.

73

Примечания

1 Аграрный рынок в его историческом развитии: Тез. докл. и сообщ. XXIII сес. Всесоюз. симпоз. по изуч. пробл. аграр. истории, Свердловск, 24-27 сент. 1991 г. / отв. ред. Л. В. Милов. - М.: Ин-т истории СССР , 1991. - 119 с.; Динамика и темпы аграрного развития России: инфраструктура и рынок. Материалы XXIX сессии симпоз. по аграр. истории Вост. Европы: [Сб. научн. тр.] / Отв. ред. Л.В. Милов. - Орел: Орловская правда , 2005. - 584 с.; Ильиных В.А. Государственное регулирование сельскохозяйственного рынка Сибири в условиях нэпа (19211928 гг.). - Новосибирск: Изд-во СО РАН, 2005. - 284 с.; Россия нэповская / С.А. Павлюченков (рук. авт. коллектива) [2 Долгов Л.Н. Экономическая политика Гражданской войны: опыт Дальнего Востока России. - Комсомольск-на-Амуре: Изд-во гос. пед. ин-та, 1996. - С. 90, 107.

Dolgov L. N. Jekonomicheskaja politika Grazhdanskoj vojny: opyt Dal’nego Vostoka Rossii. - Komsomol’sk-na-Amure: Izd -vo gos. ped. In-ta, 1996. - S. 90, 107.

3 Кабрицкий И.А. Динамика рыночных цен и покупательной силы золота на Читинском рынке (1920-1923 гг.) // Материалы по статистике Забайкальской губернии. -Вып. 1. - Чита: Изд. Заб. губ. стат. бюро, 1923. - С. 80-81.

Kabrickij I.A. Dinamika rynochnykh cen i pokupatelnoj sily zolota na Chitinskom rynke (1920-1923 gg.) // Materialy po statistike Zabajkal’skoj gubernii. - Chita: Izd. Zab. gub.stat. byuro, 1923. - VyS. 1. - S. 80-81.

4 История Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 1. Дальний Восток России в период революции 1917 г. и Гражданской войны. - Владивосток: Дальнаука, 2003. -С. 459, 462; Долгов Л.Н. Экономическая политика Гражданской войны: опыт Дальнего Востока России. - Комсомольск-на-Амуре: Изд-во гос. пед. ин-та, 1996. - С. 96.

Istoriya Dal’nego Vostoka Rossi. T. 3. Kn. 1. Dal’nij Vostok Rossii v period revolyucii 1917 g. i Grazhdanskoj vojny. - Vladivostok: Dal’nauka, 2003. - S. 459, 462; Dolgov L.N. Jekonomicheskaja politika Grazhdanskoj vojny: opyt Dal’nego Vostoka Rossii. - Komsomol’sk-na-Amure: Izd -vo gos. ped. In-ta, 1996. - S. 96.

5 Кабрицкий И.А. Динамика рыночных цен и покупательной силы золота на Читинском рынке (1920-1923 гг.) // Материалы по статистике Забайкальской губернии. - Вып. 1. - Чита: Изд. Заб. губ. стат. бюро, 1923. - С. 91-92, 94-97.

Kabrickij I.A. Dinamika rynochnykh cen i pokupatelnoj sily zolota na Chitinskom rynke (1920-1923 gg.) // Materialy po statistike Zabajkal’skoj gubernii. - Chita: Izd. Zab. gub.stat. byuro, 1923. - VyS. 1. - S. 91-92, 94-97.

6 Кремянский С.Е. Товарные цены Приморья в 1923 году // Экономическая жизнь Приморья. - 1924. - № 3-4. - С. 46-57.

Kremyanskij S.E. Tovarnye ceny Primorya v 1923 godu // Jekonomicheskaja zhizn’ Primorja. - 1924. - № 3-4. - S. 46-57.

7 Государственный архив Приморского края (ГАПК). Ф. п-61. Оп. 1. Д. 55. Л. 23 об.

Gosudarstvennyj arhiv Primorskogo kraya (GAPK). F. p-61.OS. 1. D. 55. L. 23 ob.

74

8 Обзор цен на рынках ДВО за 1923-1924 год // Бюллетень рынка и цен Дальнего Востока. - Хабаровск, 1924. - № 12. - С. 16-17.

Obzor cen na rynkakh DVO za 1923-1924 god // Byulleten rynka i cen Dal’nego Vostoka. - Khabarovsk, 1924. - № 12. - S. 16-17.

9 Днепровский С.П. К пересмотру и оживлению кооперативной работы // Дальневосточная кооперация . - 1923. - № 2. - С. 1.

Dneprovskij S. K peresmotru i ozhivleniyu kooperativnoj raboty // Dal’nevostochnaya kooperacija. - 1923 - № 2. - S. 1.

10 Лукомский И.С. Начало разинтеграции кооперации в ДВО // Дальневосточная кооперация. - 1924. - №13. - С. 3.

Lukomskij I.S. Nachalo razintegracii kooperacii v DVO // Dal’nevostochnaya kooperacija. - 1924. - № 13. - S. 3.

11 Кабрицкий И.А. О товарном голоде в ДВК // Экономическая жизнь Дальнего Востока. - 1926. - № 10-11. - С. 164.

Kabrickij I.A. O tovarnom golode v DVK // Jekonomicheskaja zhizn’ Dal’nego Vostoka. - 1926. - № 10-11. - S. 164.

12 Долгов Л.Н. Экономическая политика Гражданской войны: опыт Дальнего Востока России. - Комсомольск-на-Амуре: Изд-во гос. пед. ин-та, 1996. - С. 136-140. Dolgov L.N. Jekonomicheskaja politika Grazhdanskoj vojny: opyt Dal’nego Vostoka Rossii. - Komsomol’sk-na-Amure: Izd -vo gos. ped. In-ta, 1996. - S. 136-140.

13 Ильиных В.А. Государственное регулирование сельскохозяйственного рынка Сибири в условиях нэпа (1921-1928 гг.). - Новосибирск: Изд-во СО РАН, 2005. -С. 153.

Il’inykh V.A. Gosudarstvennoe regulirovanie selskokhozyajstvennogo rynka Sibiri v usloviyakh nepa (1921-1928 gg.) - Novosibirsk: Izd-vo SO RAN, 2005. - S. 153.

14 Дальневосточная краевая плановая комиссия. Обзор конъюнктуры народного хозяйства ДВК за 1 полугодие 1925/26 года. - Б.м. - Б.г. - С. 5.

Dal’nevostochnaya kraevaya planovaya komissiya. Obzor konyunktury narodnogo khozyajstva DVK za 1 polugodie 1925/26 goda. - B. m. - B.g. - S.5.

15 Отчет Дальневосточного краевого исполнительного комитета за 1925-1926 год / Под ред. М.П. Копытина, П.Е. Терлецкого. - Хабаровск: Типо-лит. Акц. О-ва «Книжное дело», 1927. - С. 3.

Otchet Dal’nevostochnogo kraevogo ispolnitelnogo komiteta za 1925-1926 god / Pod red. M. S. Kopytina, S. E. Terleckogo. - Khabarovsk: Tipo-lit. Akc. O-va «Knizhnoe delo», 1927. - S. 3.

16 Там же. - С. 308-309.

Tam zhe. - S. 308-309.

17 Дальневосточное краевое земельное управление: резолюции и материалы III краевого совещания земельных работников Дальневосточного края 21-30 ноября 1926 г. - Хабаровск: Изд-во Далькрайземуправления, 1927. - С. 10. Dal’nevostochnoe kraevoe zemelnoe upravlenie: rezolyucii i materialy III kraevogo soveshhaniya zemelnykh rabotnikov Dal’nevostochnogo kraya 21-30 noyabrya 1926 g. - Khabarovsk: Izd-vo Dal’krajzemupravleniya, 1927. - S.10.

75

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

Государственный архив Амурской области (ГААО). Ф. Р-376. Оп. 1. Д. 15. Л. 17-18.

Gosudarstvennyj arhiv Amurskoj oblasti (GAAO). F. R-376. OS. 1. D. 15. L. 17- 18. Государственный архив Хабаровского края (ГАХК). Ф. Р-353. Оп. 1. Д. 34. Л. 79 об.

Gosudarstvennyj arhiv Khabarovskogo kraya (GAKHK). F. R-353. OS. 1. D. 34. L. 79 ob.

Российский государственный архив социально-политической истории (РГА-СПИ). Ф. 17. Оп. 32. Д. 14. Л. 3.

Rossijskij gosudarstvennyj arhiv socialno-politicheskoj istorii (RGASPI). F. 17. OS. 32. D. 14. L. 3.

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 32. Д. 66. Л. 10-11.

RGASPI. F. 17. OS. 32. D. 66. L. 10-11.

Кабрицкий И.А. Основные вопросы политики заготовительных цен // Экономическая жизнь Дальнего Востока. - 1928. - №1. - С. 89-90.

Kabrickij I.A. Osnovnye voprosy politiki zagotovitelnykh cen // Jekonomicheskaja zhizn’ Dal’nego Vostoka. - 1928. - № 1. - S. 89-90.

ГААО. Ф. Р-376. Оп. 1. Д. 15. Л. 17- 18; ГАПК. Ф. Р-86. Оп. 1. Д. 4. Л. 29, 112. GAAO. F. R-376. OS. 1. D. 15. L. 17- 18; GAPK. F. R-86.OS. 1. D. 4. L. 29, 112. Кабрицкий И.А. Основные вопросы политики заготовительных цен // Экономическая жизнь Дальнего Востока. - 1928. - №1. - С. 87, 90.

Kabrickij I.A. Osnovnye voprosy politiki zagotovitelnykh cen // Jekonomicheskaja zhizn’ Dal’nego Vostoka. - 1928. - № 1. - S. 87, 90.

Стасюкевич С.М. Поиск путей аграрного развития на российском Дальнем Востоке в 1890-1920-х гг. // Проекты освоения и развития Сибири в ХХ в.: сб. науч. тр. / отв. ред. д-р ист. наук В.А. Ильиных. - Новосибирск: Институт истории СО РАН, 2013. - С. 87-107.

Stasyukevich S.M. Poisk putej agrarnogo razvitiya na rossijskom Dal’nem Vostoke v 1890-1920 gg. // Proekty osvoeniya i razvitiya Sibiri v XX v.: sb. nauch. tr. / otv. red. d-r ist. nauk V. A. Ilinykh. - Novosibirsk: Institut istorii SO RAN, 2013. - S. 87-107. Кабрицкий И.А. Основные вопросы политики заготовительных цен // Экономическая жизнь Дальнего Востока. - 1928. - №1. - С. 84-85.

Kabrickij ЬА. Osnovnye voprosy politiki zagotovitelnykh cen // Jekonomicheskaja zhizn’ Dal’nego Vostoka. - 1928. - № 1. - S. 84-85.

Народное хозяйство Владивостокского округа в 1926-27 году. - Владивосток: Владивост. Окр. План. Комиссия, 1927. - С. 90-91.

Narodnoe khozyajstvo Vladivostokskogo okruga v 1926-27 godu. - Vladivostok: Vladivost. Okr. Plan. Komissiya, 1927. - S. 90-91.

Кабрицкий И.А. Основные вопросы политики заготовительных цен // Экономическая жизнь Дальнего Востока. - 1928. - №1. - С. 82.

Kabrickij ЬА. Osnovnye voprosy politiki zagotovitelnykh cen // Jekonomicheskaja zhizn’ Dal’nego Vostoka. - 1928. - № 1. - S. 82.

76

Agramyj rynok v ego istoricheskom razvitii: Tez. dokl. i soobshh. XXIII ses. Vsesojuz. simpoz. po izuch. probl. agrar. istorii, Sverdlovsk, 24-27 sent. 1991 g. / otv. red. L. V. Milov. - M.: In-t istorii SSSR , 1991. - 119 s.; Dinamika i tempy agrarnogo razvitija Rossii: infrastruktura i rynok. Materialy XXIX sessii simpoz. po agrar. istorii Vost. Evropy: [Sb. nauchn. tr.] / Otv. red. L.V. Milov. - Orel: Orlovskaja pravda , 2005. -584 s.; Il'inyh V.A. Gosudarstvennoe regulirovanie sel'skohozjajstvennogo rynka Sibiri v uslovijah njepa (1921-1928 gg.). - Novosibirsk: Izd-vo SO RAN, 2005. -284 s.; Rossija njepovskaja / S.A. Pavljuchenkov (ruk. avt. kollektiva) i dr.; pod obshh. red. A.N. Jakovleva; Mezhdunarodnyj fond «Demokratija» (Fond Aleksandra N. Jakovleva). - M.: Novyj hronograf, 2002. - 446 s.

Agramyj rynok v ego istoricheskom razvitii: Tez. dokl. i soobshh. XXIII ses. vsesoyuz. simpoz. po izuch. probl. agrar. istorii, Sverdlovsk 24-27 sent. 1991 g. / otv. red. L.V. Milov. - M .: In-t istorii SSSR, 1991. - 119 S.; Dinamika i tempy agrarnogo razvitiya Rossii: infrastruktura i rynok: Materialy XXIX sessii simpoz. po. agrar. istorii Vost. Evropy: [sb. nauchn. tr.] / Otv. Red. L. V. Milov . - Orel: Orlovskaya Pravda, 2005. -584 S.; Il’inykh V. A. Gosudarstvennoe regulirovanie selskokhozyajstvennogo rynka Sibiri v usloviyakh nepa (1921-1928 gg.) - Novosibirsk: Izd-vo SO RAN, 2005. -284 S.; Rossiya nehpovskaya / S. A. Pavlyuchenkov (ruk. avt. kollektiva) [i dr.]; pod obshh. red. A. N. Yakovleva; [Mezhdunarodnyj fond «Demokratiya» (fond Aleksandra N. Yakovleva]. - M.: Novyj khronograf, 2002. - 446 S.

Dolgov L.N. Jekonomicheskaja politika Grazhdanskoj vojny: opyt Dal'nego Vostoka Rossii. - Komsomol'sk-na-Amure: Izd-vo gos. ped. in-ta, 1996. - S. 90, 107.

Dolgov L.N. Jekonomicheskaja politika Grazhdanskoj vojny: opyt Dal’nego Vostoka Rossii. - Komsomol’sk-na-Amure: Izd -vo gos. ped. In-ta, 1996. - S. 90, 107. Kabrickij I.A. Dinamika rynochnyh cen i pokupatel'noj sily zolota na Chitinskom rynke (1920-1923 gg.) // Materialy po statistike Zabajkal'skoj gubernii. - Vyp. 1. -Chita: Izd. Zab. gub. stat. bjuro, 1923. - S. 80-81.

Kabrickij I.A. Dinamika rynochnykh cen i pokupatelnoj sily zolota na Chitinskom rynke (1920-1923 gg.) // Materialy po statistike Zabajkal’skoj gubernii. - Chita: Izd. Zab. gub.stat. byuro, 1923. - VyS. 1. - S. 80-81.

Istorija Dal'nego Vostoka Rossii. T. 3. Kn. 1. Dal'nij Vostok Rossii v period revoljucii 1917 g. i Grazhdanskoj vojny. - Vladivostok: Dal'nauka, 2003. - S. 459, 462; Dolgov L.N. Jekonomicheskaja politika Grazhdanskoj vojny: opyt Dal'nego Vostoka Rossii. - Komsomol'sk-na-Amure: Izd-vo gos. ped. in-ta, 1996. - S. 96.

Istoriya Dal’nego Vostoka Rossi. T. 3. Kn. 1. Dal’nij Vostok Rossii v period revolyucii 1917 g. i Grazhdanskoj vojny. - Vladivostok: Dal’nauka, 2003 . - S. 459, 462; Dolgov L. N. Jekonomicheskaja politika Grazhdanskoj vojny: opyt Dal’nego Vostoka Rossii. -Komsomol’sk-na-Amure: Izd -vo gos. ped. In-ta, 1996. - S. 96.

Kabrickij I.A. Dinamika rynochnyh cen i pokupatel'noj sily zolota na Chitinskom rynke (1920-1923 gg.) // Materialy po statistike Zabajkal'skoj gubernii. - Vyp. 1. -Chita: Izd. Zab. gub. stat. bjuro, 1923. - S. 91-92, 94-97.

Kabrickij I.A. Dinamika rynochnykh cen i pokupatelnoj sily zolota na Chitinskom rynke (1920-1923 gg.) // Materialy po statistike Zabajkal’skoj gubernii. - Chita: Izd. Zab. gub.stat. byuro, 1923. - VyS. 1. - S. 91-92, 94-97.

77

Kremjanskij S.E. Tovamye ceny Primor'ja v 1923 godu // Jekonomicheskaja zhizn' Primor'ja. - 1924. - № 3-4. - S. 46-57.

Kremyanskij S.E. Tovarnye ceny Primorya v 1923 godu // Jekonomicheskaja zhizn’ Primorja. - 1924. - № 3-4. - S. 46-57.

Gosudarstvennyj arhiv Primorskogo kraja (GAPK). F. p-61. Op. 1. D. 55. L. 23 ob. Gosudarstvennyj arhiv Primorskogo kraya (GAPK). F. p-61.OS. 1. D. 55. L. 23 ob. Obzor cen na rynkah DVO za 1923-1924 god // Bjulleten' rynka i cen Dal'nego Vostoka. - Habarovsk, 1924. - № 12. - S. 16-17.

Obzor cen na rynkakh DVO za 1923-1924 god // Byulleten rynka i cen Dal’nego Vostoka. - Khabarovsk, 1924. - № 12. - S. 16-17.

Dneprovskij S. P K peresmotru i ozhivleniju kooperativnoj raboty // Dal'nevostochnaja kooperacija . - 1923. - № 2. - S. 1.

Dneprovskij S. K peresmotru i ozhivleniyu kooperativnoj raboty // Dal’nevostochnaya kooperacija. - 1923 - № 2. - S. 1.

Lukomskij I.S. Nachalo razintegracii kooperacii v DVO // Dal'nevostochnaja kooperacija. - 1924. - №13. - S. 3.

Lukomskij I.S. Nachalo razintegracii kooperacii v DVO // Dal’nevostochnaya kooperacija. - 1924. - № 13. - S. 3.

Kabrickij I.A. O tovarnom golode v DVK // Jekonomicheskaja zhizn' Dal'nego Vostoka. - 1926. - № 10-11. - S. 164.

Kabrickij I.A. O tovarnom golode v DVK // Jekonomicheskaja zhizn’ Dal’nego Vostoka. - 1926. - № 10-11. - S. 164.

Dolgov L.N. Jekonomicheskaja politika Grazhdanskoj vojny: opyt Dal'nego Vostoka Rossii. - Komsomol'sk-na-Amure: Izd-vo gos. ped. in-ta, 1996. - S. 136-140.

Dolgov L.N. Jekonomicheskaja politika Grazhdanskoj vojny: opyt Dal’nego Vostoka Rossii. - Komsomol’sk-na-Amure: Izd -vo gos. ped. In-ta, 1996. - S. 136-140.

Il'inyh V.A. Gosudarstvennoe regulirovanie sel'skohozjajstvennogo rynka Sibiri v uslovijah njepa (1921-1928 gg.). - Novosibirsk: Izd-vo SO RAN, 2005. - S. 153. Il’inykh V.A. Gosudarstvennoe regulirovanie selskokhozyajstvennogo rynka Sibiri v usloviyakh nepa (1921-1928 gg.) - Novosibirsk: Izd-vo SO RAN, 2005. - S. 153. Dal'nevostochnaja kraevaja planovaja komissija. Obzor kon#junktury narodnogo hozjajstva DVK za 1 polugodie 1925/26 goda. - B.m. - B.g. - S. 5. Dal’nevostochnaya kraevaya planovaya komissiya. Obzor konyunktury narodnogo khozyajstva DVK za 1 polugodie 1925/26 goda. - B. m. - B.g. - S.5.

Otchet Dal'nevostochnogo kraevogo ispolnitel'nogo komiteta za 1925-1926 god / Pod red. M.P. Kopytina, P.E. Terleckogo. - Habarovsk: Tipo-lit. Akc. O-va «Knizhnoe delo», 1927. - S. 3.

Otchet Dal’nevostochnogo kraevogo ispolnitelnogo komiteta za 1925-1926 god / Pod red. M. S. Kopytina, S. E. Terleckogo. - Khabarovsk: Tipo-lit. Akc. O-va «Knizhnoe delo», 1927. - S. 3.

Dal'nevostochnoe kraevoe zemel'noe upravlenie: rezoljucii i materialy III kraevogo soveshhanija zemel'nyh rabotnikov Dal'nevostochnogo kraja 21-30 nojabrja 1926 g. -Habarovsk: Izd-vo Dal'krajzemupravlenija, 1927. - S. 10.

78

Dal’nevostochnoe kraevoe zemelnoe upravlenie: rezolyucii i materialy III kraevogo soveshhaniya zemelnykh rabotnikov Dal’nevostochnogo kraya 21-30 noyabrya 1926 g. - Khabarovsk: Izd-vo Dal’krajzemupravleniya, 1927. - S.10. Gosudarstvennyj arhiv Amurskoj oblasti (GAAO). F. R-376. Op. 1. D. 15. L. 17-18. Gosudarstvennyj arhiv Amurskoj oblasti (GAAO). F. R-376. OS. 1. D. 15. L. 17- 18. Gosudarstvennyj arhiv Habarovskogo kraja (GAHK). F. R-353. Op. 1. D. 34. L. 79 ob. Gosudarstvennyj arhiv Khabarovskogo kraya (GAKHK). F. R-353. OS. 1. D. 34. L. 79 ob. Rossijskij gosudarstvennyj arhiv social'no-politicheskoj istorii (RGASPI). F. 17. Op. 32. D. 14. L. 3.

Rossijskij gosudarstvennyj arhiv socialno-politicheskoj istorii (RGASPI). F. 17. OS. 32. D. 14. L. 3.

RGASPI. F. 17. Op. 32. D. 66. L. 10-11.

RGASPI. F. 17. OS. 32. D. 66. L. 10-11.

Kabrickij I.A. Osnovnye voprosy politiki zagotovitel'nyh cen // Jekonomicheskaja zhizn' Dal'nego Vostoka. - 1928. - №1. - S. 89-90.

Kabrickij I.A. Osnovnye voprosy politiki zagotovitelnykh cen // Jekonomicheskaja zhizn’ Dal’nego Vostoka. - 1928. - № 1. - S. 89-90.

GAAO. F. R-376. Op. 1. D. 15. L. 17- 18; GAPK. F. R-86. Op. 1. D. 4. L. 29, 112. GAAO. F. R-376. OS. 1. D. 15. L. 17- 18; GAPK. F. R-86.OS. 1. D. 4. L. 29, 112. Kabrickij I.A. Osnovnye voprosy politiki zagotovitel'nyh cen // Jekonomicheskaja zhizn' Dal'nego Vostoka. - 1928. - №1. - S. 87, 90.

Kabrickij I.A. Osnovnye voprosy politiki zagotovitelnykh cen // Jekonomicheskaja zhizn’ Dal’nego Vostoka. - 1928. - № 1. - S. 87, 90.

Stasjukevich S.M. Poisk putej agrarnogo razvitija na rossijskom Dal'nem Vostoke v 1890-1920-h gg. // Proekty osvoenija i razvitija Sibiri v HH v.: sb. nauch. tr. / otv. red. d-r ist. nauk V.A. Il'inyh. - Novosibirsk: Institut istorii SO RAN, 2013. - S. 87-107. Stasyukevich S.M. Poisk putej agrarnogo razvitiya na rossijskom Dal’nem Vostoke v 1890-1920 gg. // Proekty osvoeniya i razvitiya Sibiri v XX v.: sb. nauch. tr. / otv. red. d-r ist. nauk V. A. Ilinykh. - Novosibirsk: Institut istorii SO RAN, 2013. - S. 87-107. Kabrickij I.A. Osnovnye voprosy politiki zagotovitel'nyh cen // Jekonomicheskaja zhizn' Dal'nego Vostoka. - 1928. - №1. - S. 84-85.

Kabrickij I.A. Osnovnye voprosy politiki zagotovitelnykh cen // Jekonomicheskaja zhizn’ Dal’nego Vostoka. - 1928. - № 1. - S. 84-85.

Narodnoe hozjajstvo Vladivostokskogo okruga v 1926-27 godu. - Vladivostok: Vladivost. Okr. Plan. Komissija, 1927. - S. 90-91.

Narodnoe khozyajstvo Vladivostokskogo okruga v 1926-27 godu. - Vladivostok: Vladivost. Okr. Plan. Komissiya, 1927. - S. 90-91.

Kabrickij I.A. Osnovnye voprosy politiki zagotovitel'nyh cen // Jekonomicheskaja zhizn' Dal'nego Vostoka. - 1928. - №1. - S. 82.

Kabrickij I.A. Osnovnye voprosy politiki zagotovitelnykh cen // Jekonomicheskaja zhizn’ Dal’nego Vostoka. - 1928. - № 1. - S. 82.

79