Направления оптимизации уголовной ответственности за преступления против лиц, осуществляющих законный порядок управления

НАПРАВЛЕНИЯ ОПТИМИЗАЦИИ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ЛИЦ, ОСУЩЕСТВЛЯЮЩИХ ЗАКОННЫЙ ПОРЯДОК УПРАВЛЕНИЯ

И. Е. СУЛЕЙМАНОВА

В статье анализируется наиболее актуальные проблемы уголовной ответственности за преступления против лиц, осуществляющих законный порядок управления в отечественном уголовном законодательстве постсоветского периода. Автором вносятся предложения отечественному законодателю по усовершенствованию уголовного законодательства и оптимизации предупреждения преступлений против лиц, осуществляющих законный порядок управления.

Ключевые слова: уголовная ответственность; преступления против лиц, осуществляющих законный порядок управления; Уголовный кодекс; УК РФ 1996 г.; отечественное уголовное законодательство постсоветского периода.

Приоритет общечеловеческих ценностей находит свое отражение в обновлении отечественного законодательства. Одним из основных элементов, на которых строится отношения в обществе, является законная деятельность представителей власти. Она обеспечивает личную и имущественную безопасность, принимающих участие в этих отношениях лиц. Режим конституционной законности в стране, правопорядок и стабильность напрямую зависит от институтов государственной власти, их нормального функционирования [3]. Уголовный Кодекс РФ предусматривает уголовную ответственность за преступления против должностных лиц и их близких. Так, основной состав исследуемых преступлений (ст. 317, 318, 319 УК), в некоторых статьях является квалифицирующим признаком. Согласно пункту «б» части 2 ст. 105, пункту «а» части 2 ст. 111, части 2 ст. 213 УК РФ. Соответственно признается отягчающим обстоятельством (п. «ж» ч. 1 ст. 63 УК РФ). Данное количество статей УК РФ не только позволяет объективно дать оценку совершенному деянию, но и имеет разные толкования в теории уголовного права, таким образом, затрудняя формированию правоприменительной практики. При рассмотрении статистических данных, становится очевидным существенный рост преступлений против законных действий представителей власти, что наводит на необходимость проведения анализа и совершенствования отдельных положений уголовного законодательства.

Рассматриваемую группу общественно опасных деяний, изучали такие отечественные ученые как Ю. М. Антонян, А. А. Аслаханов, М. И. Бажанов. В. Г. Баяхчев, Г. Н. Борзенков, Э. Т. Борисов, С. В. Бородин, Л. А. Букалерова, Ю. И. Бытко, И. В. Волгарев, А. В. Галахова, Р. Р. Галиакбаров, Л. Д. Гаухман, А. С. Горелик, В. Н. Григорьев, П. И. Гришаев, П. Ф. Гришанин, А. И. Долгова,

A. Л. Еделев, И. И. Елизаров, М. И. Еропкин, М. П. Журавлев, Т. М. Занина, Б. В. Здравомы-слов, Г. А. Злобин, Н. Г. Иванов, В. В. Калугин, И. И. Карпец, А. В. Кладков, Е. А. Козельцев,

B. С. Комиссаров, Т. А. Косарева, Ю. А. Красиков, В. Н. Кудрявцев, С. В. Кудрявцев, А. П. Кузнецов, Н. Ф. Кузнецова, В. В. Лунеев, С. В. Максимов, В. М. Манохин, Г. М. Миньковский, З. А. Незнамова, А. С. Никифоров, Б. С. Никифоров, И. Е. Никонов, Г. Ф. Поленов, Б. Т. Разгиль-диев, А. И. Рарог, А. Я. Светлов, В. А. Сенцова,

B. В. Сташис, В. П. Степалин, А. Я. Сухарев, Е. А. Сухарев, Е. Л. Таможник, В. С. Ткаченко,

Н. И. Трофимов, И. В. Шмаров, А. М. Яковлев,

C. С. Ященко и др. [1; 6; 7; 8; 9; 10; 11; 12].

Представляется актуальным проведение более глубокого теоретического анализа юридических проблем, социальной обусловленности, а также существующей совокупности уголовноправовых норм об ответственности за рассматриваемые преступления. Именно комплексное исследование приведет к выработке научно обоснованных предложений по дальнейшему совершенствованию уголовно-правовых норм и профилак-

тическим мерам по предупреждению этих противоправных деяний.

В существующем уголовном законодательстве в части защиты должностных лиц, осуществляющих свою законную деятельность или выполняющих общественный долг можно выделить три группы:

- реализация законной деятельности, связанная с исполнением должностными лицами своих служебных обязанностей;

- исполнение представителями власти специально возложенных обязанностей на общественных началах;

- совершение правомерных и общественнополезных деяний по собственной инициативе.

Общественная опасность преступлений против представителей, осуществляющих свою законную деятельность, характеризуется двумя условиями: во-первых, самим причинением или вероятностью нанесения вреда данной деятельности должностных лиц наносится урон порядку управления Российской Федерации, а во-вторых, данные преступные деяния покушаются на личность должностных лиц, или их близких.

Основываясь на системном и структурном анализе общественных отношений, обеспечивающих личную неприкосновенность должностных лиц, а также сравнительного исследования ценности всех общественных отношений, являющимся прямыми объектами преступлений против законной деятельности представителей власти, делается заключение, что непосредственным объектом данных преступных деяний является законная деятельность не всех должностных лиц, а только лишь «представителей власти», реализующих законный порядок управления. Проведение исследования преступного деяния, предусматривающего уголовную ответственность по ст. 317 УК РФ, приводит к заключению, что покушение на жизнь сотрудника правоохранительного органа необоснованно было включено в главу 32 «Преступления против порядка правления». Именно поскольку жизнь человека в настоящее время является главнейшей социальной ценностью и не может являться в качестве дополнительной в связи с деятельностью объекта преступления. В качестве совершенствования уголовноправовых норм является целесообразным отнесения этого состава в главу 16 «Преступления против жизни и здоровья» [2].

С учетом недостаточной ясности используемого в ст. 318 УК РФ формулировки термина «угроза применения насилия» и, как следствие, определенную этим очень разнородную судебную

практику в применении данному составу необходимы редакционные изменения. Например, путем четкого толкования понятия «насилие», используемого в данной статье, либо путем внесения изменения конструкции данного состава, или уточнения законодателем, каким видом насилия должна быть угроза, либо дав разъяснения высшей судебной инстанции Российской Федерации.

Является целесообразным дополнить Особенную часть УК РФ статьей в следующей редакции:

«318.1. Неосторожное причинение вреда здоровью представителя власти:

1. Противодействие представителю власти, в связи с исполнением им своих должностных обязанностей или члену общественного объединения, осуществляющего законную деятельность по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, повлекшее причинение их здоровью вреда по неосторожности,

- наказывается штрафом от пятидесяти до ста тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от 6 месяцев одного года, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо лишением свободы на срок до трех лет.

2. То же деяние, повлекшее причинение смерти по неосторожности,

- наказывается лишением свободы на срок до семи лет.

3. То же деяние, повлекшее причинение смерти по неосторожности двум и более лицам,

- наказывается лишением свободы на срок до десяти лет».

Для осуществления предупреждения совершения преступных деяний в отношении должностных лиц представляется необходимым произвести восстановление общественных институтов охраны общественного порядка и обеспечения общественной безопасности, так как государственная власть передала часть правоохранительных функций членам общественных объединений, которые официально оформлены в соответствии с законодательством. Поэтому им необходимо иметь соответствующую уголовноправовую защиту. В этой связи рассматриваемые составы преступлений необходимо дополнить указанием на защиту этих лиц, изменив редакцию примечания к ст. 318 УК РФ.

Уголовный закон не ограничивает виды преступлений, за которые субъект может быть освобожден от уголовной ответственности, указывая лишь категории этих общественно опасных деяний (ст. 76 УК), также не конкретизируется и по-

нятие «заглаживание вреда». Проведенное исследование уголовных дел и вынесенных по ним решений указывает на то, что правоприменитель часто прекращают дела данной категории, указывая, что совершенное деяние является преступлением небольшой или средней тяжести, а виновный примирился с потерпевшим, загладил причиненный вред. В соответствии с этим, преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 318, или ст. 319 УК РФ приобретают зачастую систематический характер, из чего следует необходимость дачи разъяснений в виде постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации по данной проблеме.

Оскорбление должностного лица, если таковое сопровождается хулиганством, рационально было бы отразить в ст. 213 УК РФ в качестве квалифицирующего признака, отягчающего это преступное деяние. Предлагается изменить диспозицию ч. 2 ст. 213 УК, и изложить ее в следующей редакции: «То же деяние, совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, либо связанное с оскорблением или сопротивлением представителю власти, либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушения общественного порядка, - наказывается ...».

В формулировке ст. 319 УК необходимо вместо словосочетания: «в связи с их исполнением» ввести понятие «по поводу их исполнения», что содействовало бы более точной характеристики сущности уголовно-правовой охраны авторитета органов государственной власти и их представителей.

Причины и условия преступных посягательств на лиц, осуществляющих порядок управления, находятся в области психологии в виде негативных взглядов на законную деятельность представителей власти. Их установление требует выяснения каналов, по которым они воздействуют на личность и формируют у нее антиобщественную установку.

В характеристике конкретного преступления по отношению к должностным лицам, осуществляющим законную деятельность, необходимо выявить две основные группы причин: первая - факторы, определяющие исполнительскую сторону преступления, носительницей которых является информация, уведомляющая о принадлежности указанных лиц к представителям власти; вторая группа - факторы, определяющие общественноопасную сущность преступления.

Общественная опасность данной категории преступных деяний состоит в причинении вреда социуму, посягая на жизненно важные для его нормального функционирования социальные ценности. Анализируемые преступления, связанные с насилием имеют высокую степень общественной опасности. Анализ законной деятельности представителей власти показывает, что в ее основе находятся две группы общественных отношений и соответственно два управомоченных на них субъекта. Представитель власти в системе этих органов является государственным служащим, должностным лицом правоохранительного или контролирующего органа, а также иным должностным лицом, наделенным в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости. С момента принятия на работу в соответствующий орган лицо становится носителем определенных прав и обязанностей, являясь обязанным субъектом по отношению к той организации, которую он представляет. В связи с этим данный орган вправе требовать, а должностное лицо обязано осуществлять ту законную деятельность, составляющую правоохранительную или контролирующую функцию. Таким образом, с одной стороны, каждый представитель власти находится в определенных отношениях с государством в лице того органа, должностным лицом которого он является. А с другой стороны, он выступает в качестве управомоченного субъекта по отношению к нарушителям общественного порядка и общественной безопасности, охрана и обеспечение которых образует содержание их правомерной деятельности. Представление должностному лицу определенных полномочий является необходимой предпосылкой их законной деятельности по реализации целей и задач, поставленных перед государственным органом.

Являясь разновидностью общественно опасных деяний против порядка управления, рассматриваемые преступления имеют своим основным объектом законную деятельность представителей власти, следовательно, по своему объему основной групповой объект исследуемых деяний является частью родового объекта. В качестве дополнительного объекта данных преступлений выступают личные интересы должностных лиц, осуществляющих законную деятельность. Непосредственными объектами анализируемых преступлений являются конкретные общественные отношения, основанные на принципах осуществления законной деятельности представителей власти,

подвергающиеся изменениям в результате преступного посягательства.

Специфика объективной стороны рассматриваемых преступлений состоит в том, что они всегда представляют собой активное воздействие (физическое или психическое) на личность должностного лица или его близких. Преступные последствия, причиняемые основному объекту в этих деяниях, не могут быть включены в диспозицию исследуемых уголовно-правовых норм и, следовательно, в данном аспекте они должны конструироваться с помощью формальных составов. В зависимости от характера вреда, причиняемого личным интересам представителей власти в процессе воспрепятствования их законной деятельности, посягательства на нее могут быть разделены на следующие две категории, при которых последствия личным интересам:

1) выражаются в объективизированной форме допускающей их измерение (причинение тяжкого, менее тяжкого или легкого вреда здоровью;

2) неразрывно связаны с совершенными действиями и могут не оставлять каких-либо видимых изменений, поддающихся точному учету. Например, нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших причинение кратковременного расстройства здоровью или незначительной стойкой утраты трудоспособности или иных, более тяжких последствий, ограничения свободы, оскорбления.

На основе общих признаков, характерных для преступлений против законной деятельности представителей власти, последние можно определить как умышленные общественно опасные деяния, посягающие на законную деятельность представителей власти, сопряженные с совершением насильственных действий над должностными лицами, с воспрепятствованием деятельности указанных лиц по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности. А именно, фактически заключающиеся в следующих преступных действиях: совершении непосредственно в реально активном физическом или психическом воздействии виновного на их личность потерпевшего.

Система рассматриваемых уголовно-правовых норм, возникла и совершенствовалась на базе практической и законотворческой деятельности государственных органов, создававших нормы для защиты от преступных посягательств, имевшихся общественных отношений в сфере управления. При подготовке УК РСФСР 1922 г. законодатель посчитал целесообразным поместить

группу преступлений против порядка управления в разделе «Государственные преступления», так как это было необходимо для первостепенной защиты данного порядка, рассматриваемого в качестве одного из важнейших условий существования государственного строя. Вплоть до принятия УК РСФСР 1960 г. общественно опасные деяния против порядка управления не были точно и строго классифицированы. К данной категории относились и такие составы преступлений, которые не имели своим объектом, существовавший тогда порядок управления. При этом отсутствие четкой, на законодательном уровне закрепленной классификации имело негативные последствия. Существовавшее положение нельзя было оправдать с теоретической и практической позиций. Именно поэтому в теории уголовного права имелись обоснованные отступления от существовавшей законодательной системы.

Преступные посягательства на законную деятельность представителей власти отличаются качественным своеобразием и поэтому занимают особое место среди остальных преступлений против порядка управления. В зависимости от объекта и предметов посягательства преступления против порядка управления могут быть разделены на следующие группы:

1) посягающие на жизнь, здоровье, честь и достоинство должностных лиц, осуществляющих законную деятельность в сфере управления, и их близких (ст. ст. 317, 318, 319 УК РФ);

2) посягающие на конфиденциальность сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов (ст. 320 УК РФ);

3) посягающие на организацию деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества (ст. 321 УК РФ);

4) посягающие на государственную террито-

риальную целостность и неприкосновенность государственных границ (ст. ст. 322, 3221,

323 УК РФ);

5) посягающие на государственный порядок ведения официальной документации, имеющей своим предметом официальные документы, государственные награды, штампы и печати (ст. ст. 324, 325, 326, 327 и 3271 УК РФ);

6) посягающие на отдельные правила, обеспечивающие порядок управления (ст. ст. 328 и 330 УК РФ);

7) посягающие на государственную символику (ст. 329 УК РФ).

Преступные посягательства на законную деятельность представителей власти обладают слож-

ной юридической структурой, так как имеют двуединый объект, или могут причинить ущерб двум видам социальных интересов, охраняемых уголовным законом. Такие преступления в теории уголовного права принято называть составными. Преступления исследуемой группы всегда вызывают или могут вызвать два последствия: нарушение законной деятельности представителей власти и причинение вреда интересам указанных лиц и их близких. Основным последствием этих посягательств является воспрепятствование нормальной деятельности представителей власти, а их личные интересы могут рассматриваться в качестве дополнительных последствий. В отечественной теории уголовного права общепризнанно, что дополнительные последствия не могут быть более тяжкими, чем основные, так как в противном случае они выйдут за рамки данной уголовно-правовой нормы и потребуют вменения виновному самостоятельной статьи УК. При этом в роли способа совершения преступления может выступать только деяние, менее опасное, чем основное. Рассмотрев с данных позиций существующую систему посягательств на законную деятельность представителей власти, сосредоточенных в главе 32 УК РФ, мы пришли к выводу, что при ее построении были нарушены разработанные теорией права принципы законодательной техники. Это в первую очередь относится к составу преступления, предусмотренного ст. 317 УК РФ. Жизнь человека в современном цивилизованном обществе - важнейшая социальная ценность и поэтому умышленное посягательство на нее признается одним из тягчайших преступлений. Исходя из этого, вряд ли можно признать, что законная деятельность представителей власти по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности имеет большую социальную значимость, чем жизнь этих должностных лиц. Если утверждать иное, то необходимо будет прийти к выводу о том, что невыполнение представителем власти своих должностных обязанностей под реальной угрозой его жизни, исключает состояние крайней необходимости и должно повлечь за собой уголовную ответственность. Именно поэтому в составе преступления, предусмотренном ст. 317 УК РФ, личное благо человека - жизнь указанных лиц, а также их близких является основным объектом уголовноправовой охраны, а воспрепятствование законной деятельности выступает дополнительным последствием. Качественное изменение соотношения между объектом и последствиями, так как жизнь всегда более важное благо, чем деятельность ли-

ца, в этом сложном по структуре составе, делает необоснованным нахождение его в главе преступления против порядка управления. Мы считаем, что более правильным включить его в главу 16 «Преступления против жизни и здоровья» (п. «б»

ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Рассматривая вопрос о целесообразности отнесения к представителям власти членов общественных объединений, выполняющих правоохранительные функции, по нашему мнению, если государственная власть делегировала в установленном законом порядке охрану общественного порядка и обеспечению общественной безопасности этим формированиям, то данные лица должны иметь соответствующую уголовно-правовую защиту. Прежде всего, путем дополнения рассматриваемых составов преступлений и изменения редакции примечания к ст. 318 УК.

Мы отмечаем, что УК РФ не предусматривает уголовной ответственности за причинение легкого вреда и вреда здоровью средней тяжести по неосторожности, хотя, когда подобные последствия наступают в связи с исполнением представителями власти своих служебных обязанностей, эти действия не могут не считаться не общественно опасными. В настоящее время жизнь и здоровье этих лиц оказывается незащищенными, равно как и интересы государства. По нашему мнению, учитывая распространенность подобных фактов и существенное увеличение количества случаев криминальных проявлений в отношении представителей власти, а также в целях дальнейшего обеспечения государственных гарантий их правовой защищенности, необходимо внести изменения в действующее уголовное законодательство, расширив систему рассматриваемых преступлений, дополнив УК РФ ст. 318-1 в следующей редакции:

«Неосторожное причинение вреда здоровью представителя власти

1. Противодействие представителю власти, в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, повлекшее причинение его здоровью вреда по неосторожности,

- наказывается штрафом от пятидесяти до ста тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от 6 месяцев одного года, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо лишением свободы на срок до трех лет.

2. То же деяние, повлекшее причинение смерти по неосторожности,

- наказывается лишением свободы на срок до семи лет.

3. То же деяние, повлекшее причинение смерти по неосторожности двум и более лицам,

- наказывается лишением свободы на срок до десяти лет».

Рассматриваемый состав представляет собой наиболее опасный вид в анализируемой группе преступлений, а степень его общественной опасности выходит за рамки видового объекта главы 32 УК РФ. Одним из наиболее спорных вопросов является проблема объекта именно этого преступления. По нашему мнению, основной непосредственный объект посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа - это жизнь сотрудника правоохранительного органа, военнослужащего, а равно их близких, а законная деятельность указанных лиц по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности выступает в качестве дополнительного объекта. На наш взгляд, игнорировать личность, ее блага и интересы как основной объект уголовно-правовой защиты от посягательства, предусмотренного ст. 317 УК РФ было бы неправильно, так как это не соответствовало бы ст. 2 Конституции РФ. Прежде всего, устанавливающей, что человек, его права и свободы, являются высшей ценностью, а обязанность государства заключается в их признании, соблюдении и защите.

На наш взгляд, не следует преувеличивать эффективность действующей нормы в ее настоящей редакции, поскольку она направлена на охрану неоправданно узкого круга субъектов государственно-властных полномочий в отличие от ст. 318 и 319 УК, ориентирующихся на противодействие посягательствам в отношении всех представителей власти. Ст. 317 УК РФ не обеспечивает столь необходимой на сегодняшний день уголовно-правовой защиты должностных лиц контролирующих органов, а также иных должностных лиц, наделенных в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от них в служебной зависимости. Помимо этого, эта статья диссонирует с содержанием Федерального закона «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов» от 20 апреля 1995 г., который провозглашает обеспечение равнозначной правовой защиты сотрудников как правоохранительных, так и контролирующих органов Российской Федерации» [4].

В результате проведенного юридического анализа нами формируются следующие выводы и предложения законодателю и правоприменителям:

1) правильное и своевременное рассмотрение уголовных дел о посягательствах на жизнь указанных лиц является одним из важнейших условий реального выполнения их правовых гарантий, укрепления законности и правопорядка в Российской Федерации;

2) рассматриваемая уголовно-правовая норма направлена на защиту неоправданно узкого круга лиц, не распространяясь на должностных лиц контролирующих органов, сотрудников негосударственных организаций, членов общественных объединений, выполняющих правоохранительные функции;

3) под посягательством на жизнь сотрудника правоохранительного органа понимается убийство, либо покушение на него;

4) это деяние характеризуется прямым умыслом и альтернативно обязательными обстоятельствами для квалификации целью и мотивом преступления [5].

Литература

1. Анисимов В.М. Россия в зеркале уголовных традиций. Краснодар, 2003. С. 21-22.

2. Быкова И. Е. Предложения по систематизации и квалификации преступлений против лиц, осуществляющих законный порядок управления // Вестник Тамбовского университета. Серия Гуманитарные науки. Тамбов, 2009. № 9. С. 420-425.

3. Быкова И.Е. Формирование системы преступлений против лиц, осуществляющих законный порядок управления в отечественном уголовном законодательстве советского периода // Вестник Тамбовского университета. Серия Гуманитарные науки. Тамбов, 2009. № 5. С. 366-368.

4. Быкова И. Е. Объект посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа и его значение для квалификации данного преступления // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. Тамбов, 2010. Т. 84. № 4. С. 328-333.

5. Быкова И. Е. Специфика преступлений против законной деятельности представителей власти: уголовно-правовой аспект. Тамбов, 2011.

6. Гришаев П. И. Вопросы Особенной части Советского уголовного права в УК РСФСР 1960 года: учеб. пособие. М., 1962.

7. Никифоров Б. С. Объект преступления по советскому уголовному праву. М., 1960. С. 56.

8. Поленов Г. Ф. Ответственность за преступления против порядка управления, М., 1966. С.10.

9. Поленов Г. Ф. Ответственность за преступления против порядка управления: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Алма-Ата, 1971. С. 9.

10. Советское уголовное право. Часть Особенная. М., 1962. С. 333.

11. Советское уголовное право. Часть Особенная. М., 1964. С. 323-324.

12. Советское уголовное право. Часть Особенная. М., 1965. С. 344-345.

* * *

THE DIRECTIONS OF OPTIMIZATION OF CRIMINAL LIABILITY FOR CRIMES AGAINST THE PERSONS WHICH ARE CARRYING OUT THE LAWFUL ORDER OF MANAGEMENT

I. Ye. Suleymanova

In article the most actual problems of criminal liability for crimes against the persons which are carrying out a lawful order of management in the domestic criminal legislation of the PostSoviet period is analyzed. The author makes offers to the domestic legislator on improvement of the criminal legislation and optimization of the prevention of crimes against the persons which are carrying out a lawful order of management.

Key words: criminal liability, crimes against persons which are carrying out lawful order of management, Criminal code, Criminal code of the Russian Federation of 1996, domestic criminal legislation of Post-Soviet period.