"Если президент говорил это в наш адрес, я считаю, что его дезинформировали"

Как сообщал вчера Ъ, президент Владимир Путин на встрече с руководителями средств массовой информации в понедельник подверг жесткой критике работу "некоторых телеканалов" в дни теракта в театральном центре на Дубровке. Президент не произнес названия ни одного телеканала, однако было очевидно, что он имеет в виду НТВ и лично ее генерального директора БОРИСА ЙОРДАНА. В интервью обозревателю Ъ АРИНЕ Ъ-БОРОДИНОЙ гендиректор НТВ прокомментировал ситуацию.
       
       — Как вы отреагировали на жесткие заявления президента о "сознательном игнорировании договоренностей с Минпечати и спецслужбами" во время освещения событий на Дубровке? Он не назвал телекомпанию, но всем было очевидно, что речь шла об НТВ...
       — Наверное, мы реагировали на это так же, как и все. Я лично и канал НТВ поддерживаем решение президента о том, что он наложил вето на поправки к закону о СМИ, я несколько раз высказывал свое мнение по этому закону: он был очень слишком расплывчато сформулирован, в нем было много неточностей. Поэтому я приветствую решение президента вернуть этот закон на рассмотрение в Федеральное собрание. В отношении других частей его выступления, мы поддерживаем его позицию, но когда прочли, что по мнению Ъ, эти заявления были в адрес НТВ, посчитали нужным ответить именно Ъ, потому что только ваша газета написала, что речь президента относилась к НТВ.
       Что касается высказывания президента о том, что в прямом эфире "за несколько минут до штурма были показаны передвижения спецназа". Мы не можем согласиться с тем, что у нас было показано передвижение спецназа перед началом штурма. Мы согласны с позицией президента, что показывать передвижение спецназа перед началом штурма недопустимо, потому что это будет угрожать жизни людей. Но на НТВ этого не и не было. Мы не показывали штурм в прямом эфире вообще. Мы показывали, что происходило вокруг здания ДК, уже после окончания штурма — это была запись, снятая раньше.
       — По моей информации, вы действительно начали показ штурма в прямом эфире, но после звонка из Минпечати трансляция была прекращена...
       — Наш корреспондент находился в километре от ДК, там же, где и все другие журналисты. Он просто комментировал ситуацию и рассказывал, что происходило. Этот эфир был, но картинки о том, что происходит вокруг ДК, и тем более передвижения спецназа мы не показывали, да и не могли показывать.
       — Кассету с записью этого эфира вы предоставляли после освобождения заложников в штаб или в Минпечати?
       — Мы предоставили эту кассету в Минпечати.
       — Президента сознательно ввели в заблуждение?
       — Наверное, этот вопрос нужно адресовать в администрацию президента. Но я еще раз повторю: я не слышал, чтобы президент произнес, что его упреки адресованы НТВ. Я только комментирую то, что было написано в Ъ.
       — А как насчет реплики президента, что компания использовала трагедию "для поднятия рейтингов, для капитализации, для того, чтобы заработать деньги". При этом господин Путин добавил: "Но не на крови же граждан!"?
       — Я согласен с позицией президента, что нельзя использовать жизни людей для поднятия рейтинга канала и зарабатывания денег. Но хочу сказать: мы не зарабатывали на этом денег. НТВ с самых первых минут после захвата заложников, одним из первых из каналов сняла рекламу. Ее не было и в день освобождения заложников. Никто даже не думал о рейтинге, и это было бы неправильно. На НТВ этого не было и не могло быть.
       — Тем не менее на вашей телевизионной картинке тех дней, стоял логотип "эксклюзив НТВ", вы подчеркивали, что эти кадры есть только у вас. Это ведь привлекало зрителя, а значит, работало на канал и соответственно на рейтинг.
       — Мы действительно ставили такую своеобразную маркировку нашего эксклюзивного продукта, так же, как на съемке, распространенной ФСБ России, стоял логотип ФСБ. Это международно признанный стандарт работы — отмечать свой эксклюзив. Так работает CNN и другие международные каналы. К тому же картинку НТВ показывали и зарубежные телекомпании, и мы должны были поставить свою маркировку.
       — Вы вообще ожидали, что на этой встрече, куда вас, кстати, не позвали, всплывет тема НТВ, да еще в такой жесткой оценке президента?
       — Я не знал об этой встрече, поэтому мне трудно было предположить, о чем там пойдет речь.
       — А что было между освобождением заложников и вчерашним заявлением президента? Мне рассказывали, что вы встречались с министром Лесиным, вас вызывали в Кремль, выказывали недовольство работой НТВ, просили поставить на вид Леониду Парфенову и уволить Савика Шустера.
       — В течение тех четырех трагических дней и после этого я работал с властями достаточно тесно. Несколько раз был в Кремле, был и на совещании у Волошина, где были и другие руководители СМИ — мы определяли, как нужно работать. Я регулярно был на связи с министром печати, мы координировали с ним нашу работу. Ведь НТВ координировало работу со штабом, мы передавали им картинку, снятую нашими операторами внутри ДК. Я и после этих событий встречался с министром печати.
       — Так вас просили уволить господ Парфенова и Шустера?
       — У меня нет комментариев на эту тему.
       — Вы не хотите это комментировать, чтобы вновь не вызвать недовольство в Кремле?
       — Я просто не хочу это комментировать.
       — По нашей информации, дополнительным поводом к такой реакции президента стала публикация в Washington Post, где со ссылкой на ваших сотрудников говорится, будто вы рассказывали о встречах с представителями администрации президента и о том, что вам предлагали уволить некоторых ваших сотрудников. Президент, говорят, статью прочитал.
       — Единственный разговор, который я имел с корреспондентом этой газеты, касался закона о СМИ. Я был в Нью-Йорке, мне в 8 утра позвонили в гостиницу из Washington Post — я даже не знаю, как они меня нашли. У НТВ исторически напряженные отношения с этой газетой. В статье есть моя цитата про закон о СМИ, на другие темы я с ними не общался.
       — Как вы отнеслись к намеку президента на ваше американское гражданство?
       — Я могу прокомментировать только то, что было написано у вас. В этом смысле я не могу себе представить, что в любой трагической ситуации кто-либо будет акцентировать внимание на гражданстве. Во время трагедий, будь то теракты в США 11 сентября или захват заложников в Москве — здесь люди всех национальностей равны.
       — Каких последствий вы ожидаете? Вы наемный менеджер, "Газпром" заключил с вами контракт на три года. Вы ожидаете, что он может быть расторгнут или пересмотрен?
       — Такое решение могут принимать акционеры. Повторю, если, как написано в Ъ, это высказано в мой адрес и в адрес НТВ, то у нас есть ответы на все эти вопросы.
       — Вы попытаетесь как-то объясниться с президентом?
       — Я поддерживаю президента в том, что он говорил вчера. Но если он говорил это в наш адрес, я считаю, что его дезинформировали. Мы готовы представить ему и всем, кто интересуется этими фактами, доказательства того, как мы работали в те трагические дни.
       — Негативных последствий для себя лично и для НТВ вы ждете в ближайшее время?
       — Я продолжаю работать в том режиме, как работал и раньше. Я сегодня (во вторник.— Ъ) провел несколько совещаний, был на подготовке совета директоров, был на Индустриальном комитете. Я не изменил график своей работы на базе этого заявления. Конечно, в работе канала во время этих трагических дней были ошибки — эфир "Свободы слова" с Савиком Шустером в пятницу (25 октября.— Ъ) мы считаем ошибкой. Мы извлекли уроки из этой ошибки, и я как гендиректор принимаю соответствующие меры.