От любви до ненависти и обратно

В свое время СССР сыграл решающую роль в создании "государства-убежища" для евреев, которое по замыслу Иосифа Сталина должно было стать форпостом социализма на Ближнем Востоке. Этого не произошло, да и у нас с социализмом давно распрощались. Сейчас Россия и Израиль выстраивают по-настоящему партнерские отношения.

Когда после Второй мировой войны встал вопрос о создании еврейского государства, СССР был в числе тех, кто оказывал этим планам самую горячую поддержку. Как полагают эксперты, в планах советского руководства будущему еврейскому государству на Ближнем Востоке отводилось место авангарда "антиимпериалистического фронта". Соответствующие контакты между Москвой и лидерами сионистского движения начались еще в годы войны. И результаты переговоров вселяли оптимизм в Иосифа Сталина.

Не удивительно, что СССР на первых порах помогал евреям оружием, а в ООН, которая занялась вопросом раздела Палестины, Москва стала главным лоббистом создания на бывших подмандатных территориях Великобритании еврейского и арабского государства. Так, 29 ноября 1947 года делегация СССР при ООН, а также зависимых от него стран--членов ООН проголосовали на сессии Генеральной ассамблеи за соответствующую резолюцию, обеспечив тем самым необходимое для ее принятия большинство в две трети голосов. В следующем году СССР первым в мире де-юре признал Государство Израиль, а в сентябре 1948 года в Москве начало работу израильское дипломатическое представительство. Первым послом Израиля в СССР стала Голда Меир. Глава советской дипломатической миссии, открывшейся в Тель-Авиве, Павел Ершов некоторое время был единственным иностранным послом в Израиле. В благодарность за поддержку новое еврейское государство передало Московскому патриархату Русской православной церкви недвижимое имущество, оставшееся здесь с царских времен.

Впрочем, идиллия продолжалась очень недолго. Уже в 1949 году первый премьер Израиля Давид Бен-Гурион дал понять Москве, что еврейское государство не намерено придерживаться исключительной ориентации на социалистический лагерь. Кроме того, полагают некоторые специалисты, Иосиф Сталин был очень недоволен тем, что советские евреи устроили Голде Меир восторженную встречу. По свидетельству очевидцев, во время посещения первым послом Израиля Московской хоральной синагоги на Рош Ха-Шана и Йом-Кипур на улицах ее приветствовали десятки тысяч человек. Для отца народов, привыкшего, что на улицы советские люди выходят лишь по его указанию, это стало потрясением.

Постепенно СССР отказался от поддержки Израиля в ООН и свернул военно-техническую помощь. Потом было дело "врачей-отравителей", и, наконец, в начале 1953 года в советской прессе прозвучали утверждения о существовании "сионистской шпионской сети", плетущей интриги против СССР и стран "народной демократии". В Израиле к этому относились крайне болезненно. 9 февраля 1953 года представители группы еврейских националистов бросили бомбу на территорию посольства СССР в Тель-Авиве. Через два дня СССР прервал дипломатические отношения с Израилем.

После смерти Сталина и закрытия дела врачей, в июле 1953 года, советско-израильские отношения были восстановлены. Однако добрыми их назвать было нельзя. Москва сделала ставку на леворадикальные арабские режимы в Египте и Сирии и принялась их активно вооружать. Одновременно с завидным постоянством советский представитель при ООН блокировал все благоприятные для Израиля резолюции. Началось свертывание экономических связей. Так, если в 1954 году товарооборот между СССР и Израилем составил $3 млн, то уже в 1955 году — немногим более $1,5 млн. А в ноябре 1956-го СССР в одностороннем порядке денонсировал соглашение о поставках Израилю сырой нефти.

Окончательный развод наступил в июне 1967 года в ходе Шестидневной войны, в которой Израиль наголову разбил арабских союзников СССР Египет, Сирию, а также Иорданию. СССР, а вместе с ним и остальные страны Варшавского договора обвинили Израиль в агрессии и объявили о прекращении дипотношений с еврейским государством. Израильские интересы в СССР согласилось представлять посольство Нидерландов, а советские в Израиле — посольство Финляндии.

О том, что разрыв отношений с Израилем стал серьезнейшей внешнеполитической ошибкой, в советском руководстве поняли довольно быстро. Осознать это помогли арабские партнеры Москвы, ради спасения которых она и пошла на демарш 1967 года. "Присутствие на Ближнем Востоке без отношений с Израилем невозможно,— говорит президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский.— Никакая сверхдержава не могла проводить реальную политику, игнорируя одного из ключевых ближневосточных игроков. А потому СССР стал не нужен. Это нам очень быстро доказал Египет". Напомним, что президент Египта Анвар Садат уже в начале 1970-х отказался от советской военной помощи, выслав советских военных советников, а в 1976 году в одностороннем порядке денонсировал договор о дружбе с СССР, полностью переориентировавшись на США. В 1979 году Египет заключил мирный договор с Израилем.

Хотя в Москве и осознали свою ошибку, исправить ситуацию сразу было невозможно. "Мешала инерция мышления советского руководства",— полагает господин Сатановский. Действительно, в сентябре 1981 года во время встречи главы МИД СССР Андрея Громыко и его израильского коллеги Ицхака Шамира в Нью-Йорке со стороны представителя еврейского государства прозвучало предложение о нормализации отношений между странами. Однако советский "мистер Нет" заявил: "Учитывая политику Израиля, у нас нет возможности нормализовать эти отношения".

Однако отсутствие дипломатических отношений с еврейским государством не мешало СССР поддерживать кое-какие контакты с израильтянами. В первую очередь это касалось алмазного бизнеса, в котором Израиль играет далеко не последнюю роль. Страны вынуждены были проводить скоординированную политику для получения максимальных прибылей. Определенное сотрудничество осуществлялось по линии православной церкви, а с какого-то периода — и в сфере борьбы с терроризмом. Впрочем, это происходило в строжайшей тайне и было известно лишь высшему руководству страны, а советская пресса продолжала регулярно обличать "израильскую военщину".

Ситуация стала меняться лишь во второй половине 1980-х годов. Первые контакты на разных уровнях начались в 1985 году. Летом 1987 года в Израиль приехали три советских дипломата, составивших "секцию по защите интересов". Годом позже в Москву прибыла аналогичная группа израильских дипломатов. Как вспоминал впоследствии возглавлявший ее Арье Левин, они разместились в гостинице "Украина", где отсутствовала международная телефонная связь. Выбора у израильтян не было, так как в других местах им селиться запретили. Лишь в январе 1990 года им позволили перебраться в здание, где до 1967 года размещалось посольство Израиля в Москве. В том же году 30 сентября в Нью-Йорке по итогам встречи глав МИД СССР и Израиля Эдуарда Шеварднадзе и Давида Леви было подписано соглашение о преобразовании консульских групп в официальные консульства. Через год генеральные консульства обеих стран получили статус посольств. Посольство Израиля в Москве возглавил Арье Левин, а первым советским послом в еврейском государстве после восстановления отношений стал Александр Бовин.

Впрочем, по сути дела, этим прорыв и ограничился. После распада СССР ставшая его правопреемницей Россия уже не имела советского веса и влияния. Занятая решением внутренних проблем, она фактически оказалась на обочине серьезных международных процессов, в том числе и ближневосточного урегулирования. По большому счету подписание соглашения о палестино-израильском примирении в 1993 году происходило без российского участия. Да и позднее первые лица РФ не баловали Израиль своими визитами. Лишь в январе 2000 года Израиль посетил Борис Ельцин, но это было через несколько дней после его исторического объявления о своей отставке. Экономическое сотрудничество также не получило развития в 1990-е годы.

Новое российское руководство постепенно исправляло ситуацию. Знаковым стал, в частности, первый в истории двусторонних отношений визит президента РФ Владимира Путина в Израиль в апреле 2005 года. Любопытно, что там он встретился со своей учительницей немецкого языка Миной Юдицкой, которая эмигрировала из СССР в 1973 году.

С середины 2000-х годов началась активизация политических связей России и Израиля, выросли объемы торгово-экономического сотрудничества. По итогам 2008 года товарооборот достиг рекордного результата в $2,8 млрд. В том же году было подписано российско-израильское соглашение об отмене визового режима, и правительство Израиля приняло решение о передаче в собственность России исторического здания Сергиевского подворья в Иерусалиме. По мнению экспертов, стороны стали выстраивать настоящее партнерство. В первую очередь в сфере политического взаимодействия: Израиль и Россия на всех уровнях ведут постоянный прямой диалог и по разносторонней тематике двусторонних отношений, и по задачам процесса ближневосточного урегулирования, и по актуальным международным делам. Определенной корректировке подверглась политика Москвы по отношению к арабским странам. Израиль, учитывая озабоченность России, пошел навстречу Москве и свернул военно-техническое сотрудничество с Грузией. Россия, во многом откликаясь на призыв руководства еврейского государства, отказалась от поставок Ирану зенитно-ракетных комплексов С-300. В 2010 году Россия и Израиль подписали долгосрочное соглашение о военном сотрудничестве между министерствами обороны — первый такого рода документ в истории двух стран. В этом году заключено и межправительственное соглашение о двустороннем сотрудничестве в области промышленных научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. Закрепить достигнутое и наметить новые цели для сотрудничества Россия и Израиль планируют в январе, когда Иерусалим посетит президент РФ Дмитрий Медведев.

Вы что вместе с Израилем сделали бы?

Прямая речь

Оганес Оганян, председатель комитета Совета федерации по экономической политике:

— Создал бы СП в сферах, где Израиль имеет наибольшие конкурентные преимущества. Израиль не добывает никаких драгоценных камней, но у них очень хорошо развита огранка, в том числе алмазов, которых у нас как раз добывается много. Был бы эффективен двусторонний туризм. Тем более что там много выходцев из нашей страны и нет языкового барьера. В военно-техническом отношении Израиль ориентирован на США, у них натовские стандарты. Но возможен обмен какими-то отдельными разработками. Как у нас, так и в Израиле есть высококлассные антитеррористические подразделения. Они могли бы поучиться друг у друга, а в каких-то ситуациях и вместе работать.

Владимир Щербаков, председатель совета директоров группы компаний "Автотор", президент Международного фонда инвестиций и приватизации, в 1991 году первый зампремьера СССР, министр экономики и прогнозирования:

— Использовал бы мозги. В Израиль от нас переехало много ученых и высококлассных специалистов. Мы были первыми в космосе, первыми разработали луноходы, а сегодня беспилотники для полета над землей пытаемся купить в Израиле. Хороших мозгов там сейчас чуть ли не переизбыток, накоплен большой опыт коммерциализации научных открытий. А у нас помимо хорошей научной школы и неиспользуемых разработок есть большое количество ресурсов. Поэтому с Израилем можно и нужно сотрудничать в любых сферах, прежде всего в области высоких технологий и их внедрения в отрасли добычи и переработки.

Александр Починок, член Совета федерации, в 1999-2000 годах министр по налогам и сборам:

— Я вижу много областей для сотрудничества. Израиль — высокоразвитая страна с массой мозгов. Там умнейшие ученые, поэтому можно было бы осуществлять совместные медицинские проекты, взаимодействовать в сфере электроники и вооружения. Даже в сельском хозяйстве сотрудничество могло бы быть полезным, ведь в Израиле уникальная система орошения.

Алу Алханов, замминистра юстиции, в 2004-2007 годах президент Чечни:

— Нам нужно сотрудничать прежде всего в сфере медицины, которая в Израиле развита чрезвычайно высоко. А базой для развития медицины сегодня являются технологии. И это вторая область, где России и Израилю нужно тесно взаимодействовать. Причем нам придется очень много заимствовать у них. Нам также есть чему поучиться у Израиля в области противодействия терроризму. Можно проводить совместные учения, перенимать опыт друг друга по операциям разных лет, которые способствовали предотвращению терактов. Например, у израильских спецслужб есть очень удачный опыт уничтожения террористов, захвативших национальную олимпийскую сборную.

Максим Ноготков, президент группы компаний "Связной":

— Израильтяне очень продвинуты в сфере телекома, IT-технологий. Там очень много стартапов, много возможностей для развития. Один из последних успешных примеров — устройство для Xbox Kinect, детище израильской компании. При более тесном сотрудничестве мы могли бы перенимать опыт друг друга, совершенствуя технологии.

Олег Табаков, художественный руководитель МХТ им. А. П. Чехова:

— Мне кажется, что с Израилем прежде всего необходимо культурное сотрудничество, ведь там живет больше миллиона русских. И это сотрудничество должно быть на государственном уровне. Это приоритет. Хотя, конечно, контакты профессионалов из разных сфер тоже очень важны. Что это будет — совместные театральные и кинофестивали, академии или что-то еще, должны решать профессионалы.