Происхождение казаков: культурно-исторический аспект

ПРОИСХОЖДЕНИЕ КАЗАКОВ: КУЛЬТУРНО-ИСТОРИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

В. В. Дзюбан

Аннотация. Статья посвящена анализу гипотез происхождения казаков; наиболее подробно автор исследует две из них - восточную и славянскую.

Ключевые слова: казаки, происхождение казаков касоги, донские казаки, славяне, бродники, черные клобуки.

Summary. In our time there are plenty of opinions about the origin of the Cossacks, the most common of them can be divided into two hypotheses: eastern hypothesis of origin of the Cossack and Slavic hypothesis of origin of the Cossacks.

Keywords: the Cossacks, the Casogs, the don Cossacks, the Slavs, the Brodniks, black Klobuks.

Существует множество версий о происхождении казаков, но наиболее распространенными из них являются восточная и славянская. В первом случае предполагается сильное влияние «восточной» культуры, которая в этом случае превалирует в основе генезиса субкультуры казачества. Во втором случае в ее основе лежит славянская культура, дополненная, соответственно, «восточной» культурой. Рассмотрим обе версии более подробно.

По мнению В. Шамбарова, Л. Гумилева, Я. Потоцкого и др. историков, казачество возникло путем слияния касогов и бродников после монголо-татарского нашествия.

Касоги - потомки касситских племен (аки, каски, калы, аксы, беки и др.), которые, как считают авторы, ураганом пронеслись по всему миру в XVII в. до н.э. На территории Кавказа и Приазовья они встретили своих исторических соседей по прародине (Ха-Кассии) и образовали с ними межплеменные союзы

Кось и Круг. Потомками касситов-касогов (кашагов) стали черка(е)ссы, кабардинцы, терские казаки, кисты, каспии. Черкасы (до возникновения Золотой Орды) существуют как союз племён Кавказа, основную часть которого составляли касоги. Возможно, название пошло еще со времен, когда касоги входили в Хазарский каганат [1, с. 103]. Хаз-кас, зар-чер (sircassi-sarkassi). Окончание зар (в слове Хазар) и начало чер (в слове Черкас) идет от sahr (перс.), sahar (тюрк.), Щыхьэр (черкес) - царство, государственное объединение, столица. Возможно приставка «чер» появилась из-за принадлежности к Са-райской Орде и к христианской Сар-ской епархии, естественно у мусульман и христиан разные толкования этого слова. Причем, мусульмане среди черкасов появились позднее.

Если касоги участвовали в казачьем этногенезе, то тогда они участвовали и в южно-русском. Возможно, это был общий процесс, а возможно и параллельный.

253

254

Часть касогов переселилась на территорию Руси еще до возникновения Орды. Уже в конце X в. часть касогов, как известно, пришла на Русь с войсками князя Святослава Игоревича. Позднее, когда русский князь Мстислав стал управлять Тмутараканью, основным населением которой вероятнее всего были касоги, их связь с Русью стала еще более тесной.

В 1023 г. касоги вместе с Хазарами (хазарскими тюрками - предками черных клобуков-бродников) под управлением Мстислава ходили походом на Великого князя Ярослава, принимая таким образом активное участие в жизни Руси. Если первый этап активных отношений касогов с Русью продолжался около 100 лет, то он должен был оказать существенное культурное влияние на славян, а если часть касогов стала казаками, то в основе их субкультуры должна была оказаться культура касогов.

Во времена Орды касоги, как и славяне, несмотря на порабощение, со временем адаптировались в ордынском обществе, обрели автономию, так же как и многие русские княжества. На автономность косвенно указывает название черкасы (жители государства касов), а не просто касоги. В 1380 г. не касоги, а уже черкасы упоминаются в составе войск темника Мамая наряду с ясами, бур-тасами, фрягами, арменами и бесерме-нами. Под давлением ставшей мусульманской Орды происходит переток черкас с Кавказа в обход крымских татар на Днепр в уже освоенные касогами земли. Насколько сильным оказалось мусульманское влияние на их культуру и через нее - на субкультуру казачества? По крайней мере, известно, что христиане и мусульмане черкасские поддерживали связь и в XVI в.

В 1559 г. в низовьях Дона Вишневец-кому приказали соединиться с отрядом

царского постельничего Игнатия Михайловича Вешнякова. Главной целью этой экспедиции являлось так и не осуществившееся строительство на Дону русской крепости. Вместе с казаками Михаила Черкашенина воевода разгромил на реке Айдар татарский отряд в 250 человек, шедший в Казанскую землю, но по неизвестным причинам на Керчь не пошел и вернулся в Москву. Вместе с Вишневецким к царю приехал черкесский князь Ичурук, просивший Ивана IV взять Черкессию под свою руку [2, с. 111-116]. В то же время еще Иван III, за сто лет до этого общаясь с ногайским мирзой Исмаилом, говорит о Донских казаках как о людях, находящихся под плотным контролем российских властей и выполняющих только волю русского царя и никого другого. Исмаил, в свою очередь, жалуется Ивану III, как правителю, под чьим управлением находятся и Донские казаки, на «разбои его людей» Донскими казаками, которые в 1559 г. захватили даже в плен его сына, а в следующем году - целую партию ногайцев (около 60 человек). В наказ послам «в Ногаи» появляется особая статья: если «Измаил князь или иные мирзы учнут говорити, чтоб царь и великий князь казаком кра-сти у них и грабити их не велел, то тому или другому послу велено было говорить: государь наш ныне заповедь великую казаком учинил, чтоб улусом вашим лиха никак не делали; а которые казаки воровали послов и гостей грабили и лошади у вас в улусех крали и людей били, и государь наш тех казаков многих казнил, а иные от государя нашего опалы сбежали в Азов и в Крым». Следует, однако, отметить, что казаки из Донских степей грабят и русские деревни, орудуя небольшими группами от 3-х до 60-ти человек, причем грабят, не обращая внимания на то, в каких отношениях то или

Преподаватель

IEK

2 / 2012

иное лицо находится к Московскому государству, на его этническое и религиозно-культурное происхождение.

В целом, межгосударственное и межэтническое положение казачества должно было способствовать впитыванию ими в свою субкультуру элементов соседних культур. Потомков касогов больше среди Запорожцев и Слобожан. Для Донцов касоги были лишь дополнением, так как формировались преимущественно из черных клобуков (торки, берендеи, печенеги) и аланских племен. Перед тем как попасть в земли Каса (земли черкасов), славянам надо было пройти земли торков [3, с. 101-142].

Исследование генезиса субкультуры донских казаков тоже затруднено. Так, Н. С. Коршиков и В. Н. Королев считают, что «кроме широко распространенной точки зрения о происхождении казаков от русских беглых людей и промышленников, существуют в качестве гипотез и иные точки зрения. По мнению Р. Г. Скрынникова, например, первоначальные казачьи общины состояли из татар, к которым присоединялись затем русские элементы. Л. Н. Гумилёв предлагал вести донских казаков от хазар, которые, смешавшись со славянами, составили бродников, являвшихся не только предшественниками казаков, но и прямыми их предками. Все больше специалистов склоняются к тому, что истоки донского казачества следует видеть в древнем славянском населении, которое согласно археологическим открытиям последних десятилетий, существовало на Дону в ^П-^ вв.» [4, с. 124].

Действительно, исследователи полагают, что после покорения Ордой касо-ги бежали на север и смешались с подон-скими бродниками, которые унаследовали их имя - казак. При этом известно, что сами бродники сражались против

Руси в битве на Калке. Тогда действительно получается, что первая ячейка казачества образовалась на службе Орды [5, с. 98]. Так как Орда вначале лояльно относилась к сохранению поданными своих культур и даже религий, в том числе и людьми, входившими в их войсковые подразделения, то влияние «ордынской» культуры должно было быть минимальным. Существовало Сарайско-По-донское епископство [6, с. 67], которое, видимо, помогало казакам сохранять свою религиозную идентификацию.

После раскола Орды оставшиеся и на ее территории казаки сохранили войсковую организацию, но при этом оказались в независимости и от осколков былой империи (например, Ногайская орда и Крымское ханство), и от появившегося Московского государства. Известно, что в 1380-м г. часть казаков преподнесла Дмитрию Донскому икону Донской Богоматери и участвовала против Мамая в Куликовской битве. Впрочем, и у Мамая они тоже были. Однако в 1395 г. состоялось нашествие Тамерлана. Хотя до Москвы Тамерлан не дошел, его рати прошлись по Дону и взяли огромный полон. Дон опустел. Выжившие казаки ушли на север и рассеялись. Многие казаки осели на Верхним Дону, а также сформировали общины в бассейнах других рек. Это исторический процесс совпадает с первыми упоминаниями о казаках на Волге, Днепре, Тереке и Яике [7, с. 134]. Если это не случайно, то тогда возникает переломная историческая точка разветвления генезиса субкультур казачества.

Если признать исторически более верными иные точки зрения, то возникает совсем иная картина генезиса субкультуры казачества. Так, В. Н. Татищев в «Истории Российской с самых древнейших времён» считал, что первые ка-

255

256

заки - это «сброд из черкес горских, в княжении Курском в XIV ст. явились; где они слободу Черкассы построили и под защитой татарских губернаторов воровством и разбоями промышляли; потом перешли на Днепр и город Черкассы на Днепре построили [1, с. 67]. Это близко к ранее высказанным точкам зрения. Но если далее признать, что казаки являлись «народной самообороной», нацеленной на защиту мирного населения от постоянных набегов «вооружённых банд татарского происхождения», и что это люди, постоянно сталкивающиеся в степи с татарскими воинами, а далее признать, что по некоторым данным древнейшее известие о казачестве говорит о казаках рязанских, которые в 1444 г. приняли участие в битве против татар, приведенных царевичем Мустафою, то возникает прославянская версия происхождения и самого казачества, и его субкультуры. В XVI в. городовые казаки, и прежде всего рязанские, стали оседать военно-промысловыми артелями в открытой степи, в области верхнего Дона. В этом случае в основе субкультуры казачества лежит славянская культура, дополняемая восточными элементами.

В польских хрониках первое упоминание о казаках относится к 1493 г., когда черкасский воевода Богдан Федорович Глинский, по прозвищу «Мамай», сформировав в Черкассах пограничные казачьи отряды, захватил турецкую крепость Очаков.

Русский устав станичной сторожевой службы был составлен боярином М. И. Воротынским в 1571 г. По нему сторожевую службу несли станичные (сторожевые) казаки или станичники, городовые же (полковые) казаки защищали города. В этих случаях так же происходит усиление славянского элемента в субкультуре казачества.

Карамзин так писал о казаках: «Казаки были не в одной Украине, где имя их сделалось известно по истории около 1517 г.; но вероятно, что оно в России древнее Батыева нашествия и принадлежало Торкам и Берендеям, которые обитали на берегах Днепра, ниже Киева. Там находим и первое жилище Малороссийских Козаков. Торки и Берендеи назывались Черкасами: Казаки - также... некоторые из них, не хотев покориться ни Моголам, ни Литве, жили как вольные люди на островах Днепра, огражденных скалами, непроходимым тростником и болотами; приманили к себе многих Россиян, бежавших от угнетения; смешались с ними и под именем Комков составили один народ, который сделался совершенно Русским тем легче, что предки их, с десятого века обитав в области Киевской, уже сами были почти Русскими. Более и более размножаясь числом, питая дух независимости и братства, Казаки образовали воинскую Христианскую Республику в южных странах Днепра, начали строить селения, крепости в сих опустошенных Татарами местах; взялись быть защитниками Литовских владений со стороны Крымцев, Турков и снискали особенное покровительство Сигизмунда I, давшего им многие гражданские вольности вместе с землями выше днепровских порогов, где город Черкассы назван их именем [8, с. 187-195]. Таким образом, маститый исследователь признает малороссийских казаков основой казачества и из его представлений следует, что субкультура казачества имеет два корня, причем славянский - более поздний.

Н. И. Ульянов, исследовавший историю казачества, приводит подробные выдержки из летописей XVT-XVШ вв. с описанием конфликтов между казаками и пришлыми крестьянами, которых ка-

Преподаватель

!ЕК

2 / 2012

заки отказывались признавать равными себе, в том числе в традициях и быте. Отсюда следует, что беглые крестьяне лишь пополняли социальную среду, но не были корнем возникновения казачьих войск. Сами казаки всегда считали себя отдельным народом и не признавали себя «беглыми мужиками», ни русскими, ни украинцами.

Если признать точку зрения, что казаки изначально были выходцами из славян, как это делает украинский политик и историк В. М. Литвин в своем трехтомнике «История Украины», то тогда в основании субкультуры казаков, во всяком случае казаков Малороссии, лежит славянское основание. По его исследованиям, источники говорят о существовании казаков в Крыму еще в конце XIII в. В первых упоминаниях тюркское слово «казак» означало «охранник» или наоборот - «разбойник». Также - «изгнанник», «авантюрист», «бродяга». Это слово часто обозначало свободных, «ничейных» людей, которые промышляли с оружием. Именно в этом значении оно и закрепилось за казаками [9, с. 35].

Первые воспоминания о таких казаках датируются 1489 годом. Во время похода польского короля Яна-Альбрехта на татар дорогу его войску на Подолье указывали казаки-христиане. В том же году отряды атаманов Василия Жилы, Богдана и Голубца напали на Таванскую переправу в низовье Днепра и, разогнав татарскую стражу, ограбили купцов. Впоследствии, жалобы хана на казацкие нападения становятся регулярными. По мнению Литвина, учитывая, как привычно это обозначение употребляется в документах того времени, можно считать, что казаки-русичи были известны не одно десятилетие, по крайней мере, с середины XV столетия. Учитывая, что свидетельство феномена ма-

лороссийского казачества локализовалось на территории так называемого «Дикого Поля», то возможно, что своих соседей из тюркоязычной (преимущественно татарской) среды малороссийские казаки заимствовали не только название, но и немало других слов, примет внешности, организации и тактики. В этом случае, по Литвину, восточный элемент наложился на славянское культурное основание [10, с. 172].

Таким образом, в основе субкультуры казачества лежит две культуры в различных их сочетаниях, которые зависели, видимо, от исторических условий развития того региона, в котором происходил генезис казачества.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Татищев В. Н. История Российская. -М.-Л., 1963. - Т. II. - 240 с.

2. Волков В. А. Войны и войска Московского государства. - М.: ЭКСМО, Алгоритм, 2004. - 513 с.

3. Великая Н. Н. Казаки Восточного Предкавказья в ХУШ-ХК вв. - Ростов-на-Дону, 2001. - 278 с.

4. Сухорукое В. Д. Историческое описание пг-у Земли Войска Донского. - Ростов-на- 257 Дону, 2001. - 345 с.

5. Долгополое С. А. Донское казачество. -М., 1998. - 320 с.

6. Гумилёв Л. Древняя Русь и Великая Степь. М.: Кристалл, 1989. - 560 с.

7. Носовский Г. В., Фоменко А. Т. Новая хронология Руси. - Астрель, 2007. - Т. 2.

- 960 с.

8. Карамзин Н. М. История государства Российского. - М., 1997. - Т. V. - 425 с.

9. Кащенко А. Ф. Рассказ о славном Войске Запорожском низовом. - М., 2006. - 205 с.

10. Литвин В. История Украины. - К., 2006.

- 756 с.

11. Белокуров С. А. Сношения России с Кавказом: Материалы, извлеченные из Московского главного архива Министерства иностранных дел. - М., 1889. - 226 с.