Социальные трансформации в России в источниках и литературе 90-х гг. ХХ - начала ХХI в

ИСТОРИЯ

Пундани

Валерий Владимирович д-р ист. наук, проф., заслуженный работник высшей школы РФ

СОЦИАЛЬНЫЕ ТРАНСФОРМАЦИИ В РОССИИ В ИСТОЧНИКАХ И ЛИТЕРАТУРЕ 90-х гг. ХХ - НАЧАЛА ХХ! В.

В истории любого социума (народа, нации, государства) самыми значительными механизмами перемен, трансформации основных сторон его социально-экономической, политической, социокультурной жизни (в идеале - к лучшему) были реформы и революции.

В истории России попытки изменить многие важные векторы социальной жизни страны через реформы начинаются с XV в., продолжаются в последующие столетия, осуществляются и в XXI в. Основы экономического и государственного строя сохраняются. Однако и реформы, проводимые в жизнь правящими кругами, нередко оборачивались различными по форме, содержанию, последствиям (стабильность, подъём, прогресс, перестройка, шок, депрессия, спад, регресс), социальным катаклизмам. Движущими силами в этих событиях (бунт, восстание, крестьянская, гражданская, национально-освободительная войны, заговор, оппозиция, саботаж, путч...) являлись различные сословия, социальные, этнические группы, классы, партии (крестьяне, работные люди - рабочие, интеллигенция, казаки, духовенство, князья, бояре, дворяне, либералы, народники.).

Российским реформам посвящено огромное количество опубликованных источников, научных статей, монографий.

Революциям, происшедшим в России в 1905 и 1917 гг, качественно менявшим всю социально-экономическую и политическую структуру общества, посвящено ещё большее число публикаций.

Проблема социальных трансформаций, происходивших в самых различных сферах жизни российского общества после реформ и революций, до сих пор является одной из ведущих, привлекающих внимание не только наших отечественных учёных - историков, экономистов, философов, социологов, публицистов, писателей, но и зарубежных.

Очевидно, что трансформации в идеологической сфере (необходимость принятия новой доктрины) в нашей отечественной истории уходят вглубь веков, восходят к смене язычества христианством в его православном варианте на Руси в X в. далеко не просто, не без насилия. Языческие жрецы - волхвы во многих местах

Руси оказывали достаточно упорное сопротивление её христианизации, нередко их физически уничтожали. А споры между представителями двух религиозно-политических течений: иосифлян и нестяжателей, начавшиеся в Русском государстве в конце XV в., продолжавшиеся до середины XVI столетия и принявшие ожесточённый характер, закончились победой иосифлян (т.н. ре-формационные движения в стране) Последние, взяв на вооружение опыт испанской инквизиции, кроме идеологических разборок - дискуссий и споров, объявили своих противников - соперников еретиками, которых сжигали на кострах. Светская, великокняжеская власть, поддерживая сначала нестяжателей, а затем иосифлян, пошла с последними на компромисс, нуждаясь в поддержке официальной, богатой экономически церкви, которая за это стала освящать светскую власть, начала говорить о ней, как о самодержавной, подобной божественной.

Известна в истории России церковная реформа середины XVI 1в., начатая патриархом Никоном и вызвавшая церковный раскол. Возникло религиозное движение, объединившее часть российского социума, являвшуюся сторонниками, ревнителями древнего благочестия, догматов прежней, старой веры, не признавшую вводимых Никоном унифицированных богослужебных книг, исправленных по греческим образцам икон, части церковных обрядов, к тому же - насильственными мерами. Представителей этого движения стали называть раскольниками, старообрядцами. Но и среди них не было единства в трактовке многих религиозных догматов, в понимании содержания различных аспектов священных для православных христиан (как и католиков) Библии и Нового завета. Поэтому и среди старообрядцев возникли так называемые толки, более мелкие течения - согласия (секты), получившие названия по фамилиям трактовавших религиозные догмы людей или по каким-либо принятым ими критериям. При основном делении старообрядческого движения на поповцев и беспоповцев это ещё Беглопоповский, Поморский, Спасовский, Страннический (бегунский), Федосеевский, Филипповс-кий и другие толки.

Широко известно движение старообрядцев по тем гонениям и преследованиям, которым они подвергались со стороны официальной Русской православной церкви и самодержцев российских. Особо ярким примером такой страницы нашей отечественной истории является жизнь протопопа Аввакума, лишённого церковным собором 1666 г. этого сана и преданного анафеме, отправленного в ссылку, продолжавшего и там борьбу за «старую веру», за что в 1682 г. он с некоторыми из своих последователей был живым сожжён в срубе. Аввакум в своих поучениях, беседах, проповедях, толкованиях библейских текстов, в сочинении «Житие протопопа Аввакума, им самим написанное», обличал пороки официальной церкви, царские «неправды» и порядки в стране. Кроме сведений, содержащихся в творчестве этого человека о сложной и противоречивой природе старообрядчества, прослеживается и явное обличение существующих в России того времени феодально-крепостнических порядков, явлений и фактов социальной несправедливости.

Старообрядцы приняли активное участие в народных антифеодальных движениях под предводительством С.Т.Разина, Е.И.Пугачёва, в Соловецком (1668-1671 гг.),

Московском (1682 г) восстаниях.

Известны и трагические события в истории старообрядчества, связанные с высказываемыми в проповедях расколоучителей мыслями о наступлении «последнего времени», о воцарении в мире антихриста, о том, что царь, патриарх и все власти ему поклоняются. Отсюда и призыв во имя сохранения «старой веры» и спасения души от зла, порождённого антихристом, к «огненному крещению», т.е.самосожжению.

Спасаясь от различного характера преследований РПЦ, старообрядцы уходили из своих старых мест проживания в отдалённые, затерянные в глухих лесах Поволжья и Севера, Урала, Сибири окраины, за границы государства Российского, в Польшу, Австрию, балканские страны, создавали там свои общины. В рамках России представители выросшей среди старообрядцев буржуазии проявили тенденцию к компромиссу с официальным православием. В результате в 1800 г. возникло так называемое единоверие - своего рода «уния» между старообрядчеством и официальной церковью. В первой половине XIX в. единоверие нередко насаждалось среди старообрядцев при помощи военных отрядов. При этом многие культовые сооружения раскольников были разрушены или переданы «единоверцам»...

Старообрядчество как одно из религиозных течений существует и сегодня.

Тематика и проблематика работ, связанных с реформами в России в XIX - начале XXI в., по-прежнему значительна, однако во многом заметны существенные переоценки их результатов, личностей самих реформаторов.

В 1999 г в издательстве МГУ увидела свет публикация московских учёных Л.ПЗахаровой и Л.И.Тютюнник «Венчание с Россией. Переписка великого князя Александра Николаевича с императором Николаем I. 1837 г.» (Вып.13; сер.1. Исторические источники:3). Это научное издание посвящено вояжу в Сибирь цесаревича Александра Николаевича, будущего императора Александра II, со свитой, в составе которой находился его наставник, знаменитый русский поэт-романтик В.А.Жуковский. В ночь с 5 на 6 июня 1837 г. эта свита прибыла в г Курган, в котором в то время находились в ссылке, на поселении 5 декабристов.

Именно это путешествие цесаревича В.А.Жуковский назвал «венчанием с Россией», во время которого будущий царь увидел и понял для себя очень многое, чего он не знал раньше. После встречи с сосланными в Сибирь декабристами Александр ходатайствовал перед отцом о смягчении их участи, и некоторым из них были сокращены сроки изгнания. За время вояжа наследнику было подано 16 тысяч просьб от местного населения.

Путешествуя по Сибири, цесаревич увидел её широту, мощь, изобилие в сравнении с Европейской Россией. Людей здесь было меньше, пространства больше, земля щедрее, плодородней, жизнь в целом лучше. В крае крепостного права практически не было, жизнь была вольнее, и труд народа - тоже.

Неслучайно одним из первых действий уже императора Александра II была амнистия декабристов. И, несомненно, путешествие за Каменный пояс дало возможность наследнику престола сравнить две российские стихии - крепостную (Европейская Россия была цитаделью крепостничества, с помещичьими тюрьмами и палачами, с правом первой ночи помещиков - дворян, владельцев крепостных людей, с Салтычихами) и вольную - сибирскую, что и привело Россию к отмене крепостного права, а царь получил титул, прозвище Освободителя.

День опубликования Манифеста об отмене крепостного права 19 февраля 1861 г. до конца столетия отмечался как национальный праздник. В советское время в учеб-

ной и научной литературе об этом «стеснялись» писать!

Обращаясь ко времени пребывания в Сибири, в Кургане на каторге и в ссылке декабристов, отметим публикацию доктора исторических наук из Сибирского отделения РАН Т.С.Мамсик «Новые материалы о пребывании Н.В.Басаргина в Сибири» (статья увидела свет в краеведческом сборнике «Земля Курганская: прошлое и настоящее», №8, Курган, 1994, с.104-115). Выявленные учёным рукописи этого декабриста содержат ценнейший материал, представляющий собой целую программу реформаторских преобразований самых различных сфер сибирской жизни, которую он разработал, находясь в ссылке, в том числе в Кургане. Знакомство читателя с её содержанием позволяет видеть в декабристе человека, живущего с нами сегодня!

Предлагавшиеся Н.В.Басаргиным действия направлялись на подъём мелкого частного предпринимательства, развитие «частных компаний на акциях», создание банков, всемерное развитие торговли, открытие в городах высших учебных заведений, скорое и строгое исполнение правосудия, улучшение судебной системы, путей сообщения, заведение хорошей администрации с высокой нравственностью, обладающих теоретическими знаниями и практической опытностью, ускоренная реабилитация принудительных мигрантов - каторжных и ссыльнопоселенцев и пополнение за счёт этого массы «полезного», производительного населения края, поднятие престижа православного вероисповедания.

Проведённые при Александре II в 60-70-х гг. XIX в. реформы местного управления (земская, городская), суда (он стал одним из самых демократических в мире), образования, печати, цензуры, финансов, военного дела во многом способствовали модернизационным процессам в России в целом (истоки которых восходят ко временам Петра I). Объективно и последовательно российское самодержавие перерастало в буржуазную монархию, а либерально-оппозиционные круги уже с конца 50-х гг. этого столетия целенаправленно навязывали правительству и обществу конституционный вопрос. Россия могла стать конституционной монархией.

Убийство террористами Александра II, по существу воспевавшееся в советское время, положило конец отмеченным тенденциям и вступивший на престол его сын, Александр III в 80 - 90- х гг. XIX в. провёл ряд контрреформ. Однако во многих отраслях экономики страны в его время были достигнуты значительные успехи.

Ещё одной из тем, вызывающих повышенный интерес в России и далеко за её пределами, является столыпинская аграрная реформа, проводившаяся в России «забытым исполином» - главой царского правительства и министром внутренних дел П.А.Столыпиным. Стержневой линией этой темы является выяснение причин неудачного проведения этой реформы и ее последствий.

В 1990 г. в журнале «Звезда» (№12) И.Дьяков публикует статью «Был ли шанс у Столыпина?». В 1991 г. академик И.Д.Ковальченко в журнале «История СССР» (№2) в статье «Столыпинская аграрная реформа (мифы и реальность)» раскрывает наиболее сложные аспекты этой реформы, вскрывает подоплёку реальных сложностей и результатов столыпинского реформирования аграрного сектора российской экономики.В этом же ключе следует рассматривать публикации П.Н.Зырянова «Столыпин без легенд» (М., 1991).

В 1991 г. в серии «Антология русской публицистики» была издана книга «Пётр Аркадьевич Столыпин. Нам нужна Великая Россия..:Полн. собр. речей в Государственной думе и Государственном совете. 1906-1911 гг.» (М.,1991) с предисловием доктора исторических наук

К.Ф.Шацилло и небольшой по объёму статьёй А.П.Столыпина - сына П.А.Столыпина, жившего в Париже. Эти материалы позволяют более глубоко и объективно понять личность самого «забытого исполина», причины неудачного исхода его реформы, его политической и физической смерти.

И ещё одна фундаментальная работа «П.А.Столыпин и судьбы реформ в России» увидела свет в 1991 г. Её автор - доктор исторических наук А.Я.Аврех отразил на страницах своей монографии личность П.А.Столыпина «в многообразии его взаимоисключающих оценок - от преданной и восторженной памяти его почитателей до сосредоточенной ненависти революционеров» [1, с.3]. Материал книги даёт предельно объективный и честный ответ на исключительно сложный вопрос, которого многие годы ждали все, интересовавшиеся историей России того переломного времени, в котором жил и действовал «российский Бисмарк» (П.А.Столыпин): его «реформистский путь потерпел крах потому, что Столыпин хотел провести преобразование экономики вне демократии, не затрагивая самодержавный строй и его основу - помещичье землевладение, централизованную бюрократическую систему».

В 90-х гг ушедшего XX и в начале XXI вв. продолжали появляться новые публикации о реформах П.А.Столыпина ещё и потому, что волей обстоятельств он оказался едва ли не нашим современником, соучастником бурных современных дискуссий об экономической, социальной, национальной политике.

Из сравнительно недавних публикаций, в которых содержится оценка П.А.Столыпина и его реформаторской деятельности, можно отметить работу доктора исторических наук, профессора Института российской истории РАН, руководителя Центра «Россия, СССР в истории XX века» А.С.Сенявского «Социальные трансформации в России в контексте цивилизационной специфики (XX в.)». Учёный столыпинские реформы оценивает как «классический вариант либерально-консервативного решения аграрной проблемы. Если бы реформа продолжалась ещё лет десять, то есть, как и планировалось, весь двадцатилетний период, то согласно имитационной модели доля беднейших дворов выросла бы до 2/3 от общей численности, а богатых - сократилась бы почти вдвое. По сути, П.А.Столыпин, видевший смысл своих реформ в установлении спокойствия в государстве, напротив, приблизил социальную бурю, предопределил радикальность революционного взрыва 1917 г.» [11, 100-101].

А.С.Сенявский в своей публикациии, оценивая столыпинскую реформу как неорганичную, «вестернизатор-скую», механически насаждавшую чуждый для России западный, фермерско-хуторской опыт, перебрасывая связующую нить по оценке дальнейших реформ в России

- СССР - снова России, пишет следующее: эта реформа отозвалась не только «синхронно» (массовым крестьянским саботажем и поджогами), но имела и «отсроченные» последствия - земельный передел 1917-1918 гг., а её неудачный опыт, отторжение крестьянским миром были учтены даже при новой «сельской» модернизации

- коллективизации 1930-х гг. [12; 97, 102].

Для истории советского и постсоветского времени также свойственна реформаторская деятельность его лидеров с их окружением и чиновной бюрократией.

Авторы, занимавшиеся исследованием этой сферы жизни российского социума, как и в целом историей России - СССР в течение 70 лет после Октября 1917 г., опиравшиеся при этом на доктрины и парадигмы марксистско-ленинской методологии, давали преимущественно односторонние, положительные оценки этой истории.

После трансформации тоталитарного режима с его массовыми репрессиями, с рабским принудительным трудом заключённых ГУЛАГА, раскрестьяниванием - раскулачиванием, развенчания Н.С^рущёвым культа личности И.В.Сталина, «оттепели», распада СССР, роспуска КПСС, начавшейся демократизации нашего общества, его перестройки, большей гласности, рассекречивания множества ранее неизвестных и недоступных документов учёным, в том числе историкам, позволили более фундаментально, объективно, многосторонне осмыслить наше прошлое и настоящее.

Исследование реформ в нашей стране после 1917 г. вплоть до начала XXI в. продолжается. Из работ последнего десятилетия можно назвать следующие, рассматривающие самые различные аспекты российской истории, в том числе реформ, их результатов и трансформаций социальной жизни нашего общества. Это монографии О.А.Платонова «Русский труд» (М.,1991), Е.Ю.Зубко-вой «Общество и реформы. 1945-1964» (М.,1993), В.А. Мау «Экономика и власть. Политическая история экономической реформы в России. 1985-1994» (М., 1995), И.А.Ивницкого «Коллективизация и раскулачивание (начало 30-х гг.)» (М.,1996), «Экономические реформы в России последних лет. 1991-1996» /Под ред. М.Логинова (М.,1997), А.С.Барсенкова «Реформы Горбачёва и судьба союзного государства. 1985 - 1991» (М.,2001).

Доктор исторических наук. профессор кафедры отечественной истории КГУ И.Е. Плотников в 90-х гг XX в. опубликовал серию статей, раскрывающих по-новому многие страницы реформирования аграрной системы в СССР в 30-е гг XXв. на Урале и в Зауралье. Среди них назовём следующие. Это «Как ликвидировали кулачество на Урале» (опубликована в журнале «Отечественная ис-тория».1993. №4), «О темпах и формах коллективизации на Урале» (Там же.1994.№3), «О политических настроениях масс в конце 1920-х - начале 1930-х гг.: По материалам устного народного творчества на Урале» (опубликована в журнале «Уральский исторический вестник». Екатеринбург, 1995. №2), «Сплошная коллективизация и раскулачивание в Зауралье» (опубликована в «Материалах по истории Курганской области». Курган, 1995 (сост.), «Крестьянские волнения и выступления на Урале в конце 20-х

- начале 30-х гг.» (опубликована в журнале «Отечественная история».1998. № 2).

В 2004 г. в издательстве «Возвращение» (Москва) кандидат экономических наук, доцент экономического факультета Курганской государственной сельскохозяйственной академии им. Т.С.Мальцева А.А.Базаров опубликовал монографию «фоника колхозного рабства», в которой на основании анализа значительного комплекса впервые введённых им в научный оборот документов, в том числе ранее секретных, из 9 архивов городов Кургана, Челябинска, Екатеринбурга, Перми, Тюмени, Xанты-Мансийска, Москвы, опубликованных работ отечественных и зарубежных авторов, материалов множества газетных публикаций отразил происшедшую в 30-х гг. XX в. великую народную трагедию, приведшую к массовой коллективизации, раскулачиванию, физическому уничтожению (геноциду) наиболее крепкого, активного труженика

- российского крестьянина.

В уже названной публикации А.С.Сенявского кроме данной им оценки столыпинской реформы имеются и великолепные оценки ряда реформ уже в советское и постсоветское время. Завершая этот анализ временем конца 1980 - начале 1990-х гг., учёный констатирует причины, приведшие к краху СССР, распаду его политики: принятие центральной властью комплекса решений, приведших к провалу перестройки, не к позитивным резуль-

татам реформирования, а к краху не только существующей системы, но и великой державы, к «большевизму наоборот». Это было вызвано историческим нетерпением, объявлением перестройки «революцией», стремлением скачком решить проблемы, накапливавшиеся десятилетиями. Всё это привело к системному кризису социализма, к демонтажу системы. Государственная некомпетентность ельцинских реформаторов обернулась ещё и переделом государственной и других форм собственности бывшей советской элитой [13, 105-106].

Исследование комплекса проблем, связанных с ролью реформ и революций в возникновении самых различных по содержанию и формам социальных трансформаций является настолько актуальным, что в 2004 г. в Екатеринбурге, в Институте истории и археологии состоялась международная научная конференция «Социальные трансформации в российской истории». В ней приняло участие более 50 представителей учёных России, Белоруссии, США, Франции, Бельгии, Швеции, Австралии, Китая. 19 докладов учёных (15 российских и по одному - из Бельгии, Швеции, Франции и Китая) были посвящены исследованию значительного комплекса вопросов, связанных с онтологией революций и реформ.

Очевидно, что российские революции XX в., и, несомненно, особо - революция 1917 г., коренным образом изменили весь дальнейший ход российской цивилизации, повлекли за собой грандиозные социальные трансформации во всех сферах жизни населявших Россию народов, наций, этнических групп, сословий, классов. Эти трансформации ещё более усложнились происшедшей за Октябрьской революцией 1917 г. гражданской войной 1918-1920 гг

Этой войне, как и революциям 1905-1907 гг., Февральской и Октябрьской революциям 1917 г., посвящены тысячи публикаций. Известны и различные, небесспорные оценки названных российских революций, их участников и лидеров, споры о случайности или закономерности этих революций, о причинах гражданской войны, о белом и красном терроре, о лидерах красного и белого движения. Есть мнение о том, что полной, настоящей правды о гражданской войне не было, нет и не будет по многим причинам.

Подобное мнение подтверждается хотя бы тем, что научные, методологические и идеологические оценки того времени оказываются смещёнными от крайностей. Их участники стали оцениваться с противоположными знаками («минусы» сменены на «плюсы» и наоборот). В серии «Жизнь замечательных людей» появились книги о лидерах белого движения, что 20-30 лет назад было абсолютно невозможным.

В 1992 г. московское издательство «Воскресенье» опубликовало книгу живущего в США активного участника белого движения Д.В.Леховича «Белые против красных» (сражался в армии А.И.Деникина). В этом же году в Ростове-на-Дону увидела свет книга атамана Войска Донского, генерала от кавалерии, врага советской власти и большевиков П.Н.Краснова «Цареубийцы». В ней автор вскрывает страницы истории, связанной с организацией народовольцами охоты на Александра II и его уничтожения в результате террористического акта 1 марта 1881 г. В 2005 г. в Москве вышла книга П.Н.Краснова «За веру, царя и отечество», посвящённая памяти солдат и офицеров Русской императорской армии, погибших на полях Первой мировой войны. И это публикации трудов человека, находившегося в эмиграции, с начала второй мировой войны вступившего в союз с гитлеровцами, руководившего казачьими объединениями, входившими в вермахт, казнённого в Москве 19 января 1947 г.! [4, 253; 10,

272-273].

В 90-х гг. XX - начале XXI в. увидела свет серия книг доктора исторических наук, профессора С.В.Волкова: «Русский офицерский корпус» (М.,1993), «Трагедия русского офицерства» (М.,1999), «Белое движение в России: организационная структура» (М.,2000), «Офицеры российской гвардии. Опыт мартиролога» (М., 2002), «Белое движение: Энциклопедия гражданской войны» (СПб., 2003). В двух последних из названных книг автор впервые в нашей отечественной истории предпринял попытку кратко рассказать о судьбе более 8 тысяч гвардейских офицеров, оставшихся в живых ко времени крушения российской государственности осенью 1917 г.: расстрелянных большевиками в ходе «красного террора», погибших во время Гражданской войны в 1917-1922 гг., умерших в эмиграции, а также оставшихся в России и репрессированных в 1920-1930-х гг.

В 2003 г. в Тюмени был издана книга «На задворках гражданской войны», написанная полковником ФСБ

A.А.Петрушиным, в которой он на основании включения в научный оборот ранее недоступных документов даёт новую историческую оценку событий 1917-1922 гг. в Тюменском крае. В книге действительно приводятся такие сведения, о которых ранее нигде не говорилось. Командующий Северным фронтом белых в 1919 г. генерал - майор

B.В.Марушевский писал: «В этих глухих местах между Усть-Цильмой и примерно Чердынью революция потеряла уже давно свои политические признаки и обратилась в борьбу по сведению счётов между отдельными деревнями и посёлками. На почве одичалости и грубых нравов местного населения борьба эта сопровождалась приёмами доисторической эпохи. Одна часть населения зверски истребляла другую. Проруби на глубокой Печоре были завалены трупами до такой степени, что руки и ноги торчали из воды. Разобрать на месте, кто из воюющих красный или белый, было почти невозможно. Отравленные ядом безначалия, группы этих людей дрались каждая против каждой, являя картины полной анархии в богатом и спокойном когда-то крае» [10,152]. В главе «Северный завоз 1918 г.» в параграфе «Охотники за черепами» приводятся следующие сведения. В ноябре 1918 г. отряд белых боем взял городок Усть-Цильму на Печоре. После этого началась запись добровольцев и мобилизация в Народную армию Печорского уезда. К середине декабря в ней насчитывалось до 160 штыков. В народную армию входили несколько партизан-одиночек, прозванных «охотниками за черепами». Сохранилось свидетельство, что один такой охотник уничтожил 60 красноармейцев, ставя на них капканы, как на зверя,и стреляя из засад [10,139-140].

Публикации по истории гражданской войны в России продолжаются, в том числе о происходившей в годы войны и после нее массовой эмиграции различных групп россиян, в том числе представителей белого движения, за рубеж. Эмигранты-россияне оказались рассеянными в более чем 50 иностранных государствах. Немало эмигрантов - казаков, оказавшихся за рубежом после окончания второй мировой войны, поверили англо-американским союзникам, что всем добровольно сдавшимся членам добровольческих формирований выдачи в СССР не будет. Но они не знали о том, что в Ялте со Сталиным было подписано соглашение, по которому они как раз подверглись выдаче [5, 344], и практически все были расстреляны.

В исторической, философской, социологической науках около 70 лет после Октября 1917 г. закрытым оказалось для исследования такое общественное явление, как

инакомыслие (свободомыслие; в переносном смысле говорят о диссидентстве), которое, естественно, существовало не только в России, но и практически во всех странах мира и ранее.

По существу только в 90- х гг. XX в. эта тема получает серьёзное освещение в научной литературе. В связи с этим можно назвать работы доктора исторических наук, профессора А.А.Данилова «Власть и оппозиция» (М., 1995; в соавторстве) и «История инакомыслия в России: советский период. 1917 - 1991 гг.» (Уфа, 1995). Историю экспатриации людей мысли из России в 1922 г. (историографический аспект) раскрыл в докладе на международной конференции в Екатеринбурге в 2004 г. доктор исторических наук, профессор М.Е.Главацкий [3,469-475]. Этот материал посвящён истории отражения в литературе факта высылки из России большой группы инакомыслящей интеллигенции: Н.А.Бердяева, П.А.Сорокина, Н.О.Лосского, Ф.А.Степунова и др. Как справедливо автор завершает свои размышления в связи с изгнанием этих философов из России (как стали говорить - «философского парохода»), это была относительно мягкая мера изгнания в сравнении с репрессиями 1922 г. против представителей партий меньшевиков и эсеров, а также церкви [3,474].

Ещё об одной репрессивной мере, осуществлённой в Советском Союзе, говорится в изданной в Москве в 1992 г. книге «Депортация народов СССР (1930-1950-е годы)».

Завершая тему социальных трансформаций в нашем Отечестве, отметим ещё одну её трагическую страницу, связанную с политическими репрессиями 30-50-х гг.XX в. Вершиной их считают 1937-1938 гг., во время которых по введённой 58-й статье «враг народа» было осуждено около 1 миллиона 350 тысяч человек; из них расстреляно почти 682 тысячи [6, 8]. Р.А.Медведев поднимает цифру осуждённых за это время до 7 миллионов человек.

Только с 90-х гг. XX в. стали выходить в свет книги, носящие разные названия, но по содержанию отражающие одно общественное явление - политические репрессии в СССР в 30-50-е годы. Эти книги публиковались во всех областях и регионах Советского Союза и объём их зависел от количества населения в них: чем больше жителей проживало там, тем большее количество томов вмещало фамилии, имена и отчества репрессированных.

Назову некоторые из этих книг: «Книга памяти политических репрессий в Новгородской области», «Узники коммунизма», «Репрессии в Архангельске», «Не предать забвению: книга Памяти жертв политических репрессий в Ярославской области» (в 5 томах), «Большой террор» и судьбы немецкой деревни в Сибири», «Казематами смерти», «Расстрельные списки», «Спецпереселенцы», «Реквием: книга памяти жертв политических репрессий», «Кавказ: народы в эшелонах», «Белая книга: Самарская область» (в 13 томах), «Расстрел по лимиту», «Трагедия советской деревни: коллективизация и раскулачивание» (в 5 томах), «Чёрная книга коммунизма: Преступления. Террор. Репрессии» /Пер.с фр. (М., 1999), «Возвращение к правде», «Гулаг: его строители, обитатели и герои.», «Выселить без права возвращения».

Можно назвать и книги, написанные конкретными авторами о трагических событиях времён политических репрессий. В 1996 г. в Екатеринбурге достаточно большим тиражом в 2000 экземпляров вышла книга «Какое клеймо легче: сын «врага народа», или красно-коричневый? (катаклизмы истории в перипетиях личной судьбы», автором которой был В.А.Панпурин-Котолынов. Он рассказывает о своём отце - И.И.Котолынове, обвинённом Военной коллегией Верховного суда СССР в организации убийства С.М.Кирова.

В 1997 г. челябинский писатель И.Г.Непеин издал книгу «Палачи и жертвы» (тираж - 3000 экземпляров), посвящённую жизни и судьбам пострадавших от репрессий писателей-уральцев Никифорова, Правдухина, Дорохова, Сейфуллиной, и одновременно отследил судьбы их не менее несчастных палачей - жертв своей эпохи, злодеев инстинкта, раздавленных затем безжалостной карающей машиной [9, 5-6].

В 2002 - 2006 гг. издательство «Зауралье» выпустило 6 томов «Книги памяти жертв политических репрессий Курганской области. Осуждены по 58-й.». В предисловии к первому тому этих книг бывший директор Государственного архива общественно-политической документации Курганской области, заслуженный работник культуры Российской Федерации М.М.Мозин отметил, что всё издание содержит сведения более чем на 12000 человек. Из них около 20% от общего числа репрессированных было приговорено к расстрелу, остальные - к различным срокам наказания в концентрационных и исправительно-трудовых лагерях. Все эти данные содержатся в материалах архивно-следственных дел на репрессированных граждан, переданных в ГАОПДКО Управлением федеральной службы безопасности РФ по Курганской области [7, 14-15].

Внимательно ознакомившись с помещёнными в книге материалами, мне удалось выделить более 80 причин, выдвигавшихся в обвинениях «врагам народа», которые были основанием для их арестов, репрессий, наказаний вплоть до расстрела. Назову некоторые из предъявляемых жителям Курганской области (несомненно, типичные для всех граждан СССР тех лет) обвинения: антисоветская агитация, пораженческая агитация, шпи-онско-диверсионная, диверсионно-вредительская деятельность, контрреволюционная агитация и подрывная деятельность, жена врага народа, измена Родине, подготовка вооружённого восстания, принадлежность к секте баптистов и отказ от борьбы с врагами, агент румынской, японской, польской, немецкой разведок., сотрудничество с немцами, антисоветская агитация и саботаж, агитация в пользу троцкистской оппозиции, соучастник террористического акта.

В графе «профессия» обвиняемого назывались такие как колхозник, рабочий, домохозяин, безработный, грузчик, слесарь, сторож, машинист, пенсионер, бухгалтер, актёр, домохозяйка. Подавляющее большинство репрессированных по своему социальному происхождению составляли рабочие и крестьяне; удельный вес интеллигенции среди населения СССР в целом в те годы те годы был незначителен. Какая же это была в стране власть, если её врагами («врагами народа») оказалось крестьянство и пролетариат, являвшиеся той основной силой, которая поддержала большевиков во время революций 1905 -1907, 1917 гг. и гражданской войны?!

В 2001 г. юргамышские краеведы - Л.А.Астафьева и С.В.Плотников издали книгу «Сужденное не случайно». В ней есть трагические страницы о судьбе нескольких семей - потомков бывших крепостных крестьян, в 30-е годы XX в. тоже попавших под колёса Молоха раскулачивания [2,76-80].

После смерти И.В.Сталина начался процесс реабилитации незаконно репрессированных и осуждённых по статье 58-й граждан СССР. К 1 января 1990 г. общее число реабилитированных превысило 2 миллиона человек. В 1991-1993 пг. процесс реабилитации жертв политических репрессий в основном был завершён [8,13-14]. В 1991 г в Москве была издана книга «Реабилитация: Политические процессы 30-50-х гг.» /Под общ. ред. А.Н.Яковлева.

Тема социальных трансформаций в России исклю-

чительно сложна, многогранна, требует фундаментального, системного анализа. Очевидно и возможное исследование этой темы в её региональном измерении, с его спецификой.

Один из наиболее сложных аспектов изучения этой темы состоит в подведении итогов проведённых в России, её областях, краях, регионах реформ, их результатов, положительных и отрицательных, о цене достижений, успехов и потерь, о цене модернизационных процессов, о последствиях происшедших в России революций, двух мировых, гражданской братоубийственной войн, цене побед и поражений в них, в том числе - людских, о репрессиях, о годах тотального страха, влиянии их на менталитет российского социума, о степени приближения его к решению извечного стремления достигнуть социальной справедливости. Известный российский учёный, доктор философских наук, профессор С.М.Шалютин выделил среди наиболее важных достижений XX в. осознание всемирно-исторического заблуждения о возможности построить свободное, справедливое и благоденствующее общество через насильственную революцию и диктатуру пролетариата [15, 399].

... В среде крестьян Урала и Западной Сибири ещё в начале XIX в. распространилась весть о вольной изобильной стране - Беловодье, находящейся где-то за Алтаем, стране без повинностей, податей, рекрутчины, «татьбы, воровства», населению которой чужда национальная исключительность, свойственна веротерпимость, и которой управляют «народы и всех людей духовные власти». На Урале и в Сибири в 30-х гг. XIX в. даже появились списки «путешественников» в этот мифический край, и десятки крестьянских семей снимались со своих старых мест жительства в поисках Беловодья! [14, 239-242, 250-252, 265].

Нечто похожее происходило в жизни известного русского художника, археолога, писателя Н.К.Рериха, осуществившего несколько путешествий в Гималаи в 1920-х гг. в поисках такой же легендарной страны - Шамбалы и не нашедшего её!

Н.С^рущёв обещал советскому народу, что с 1980 г. он будет жить при коммунизме, т.е. в земном раю.

Список литературы

1. Аврех А.Я. П.А.Столыпин и судьбы реформ в России. - М.: Изд-во

политической литературы, 1991.

2. Астафьева Л.А. Плотников С.В. Сужденное не случайно. - Юргамыш,

2001.

3. Главацкий М.Е. Экспатриация людей мысли из России в 1922 году:

историографический аспект //Социальные трансформации в российской истории.- Екатеринбург - Москва: Академкнига, 2004.

4. Краснов П.Н. Цареубийцы - Ростов-н/Д.: Изд-во Мапрекон. 1992.

5. Михайлов О., Лупырев А. Атаман Войска Донского и его роман

«Цареубийцы» // П.Н.Краснов. Цареубийцы. - Ростов - н/Д.: Мапрекон, 1992.

6. Мозин М.М. Осуждены по 58-й//Книга памяти жертв политических

репрессий Курганской области. Т.1. г. Курган, г. Шадринск. -Курган: Зауралье, 2002.

7. Там же.

8. Там же.

9. Непеин И.Г. Палачи и жертвы. - Челябинск: Челябинское полиграфи-

ческое объединение «Книга», 1997.

10. Петрушин А.А. На задворках гражданской войны: Книга I.- Тюмень:

Изд-во Мандр и К., 2003.

11. Сенявский А.С. Социальные трансформации в России в контексте

цивилизационной специфики (ХХ в.) //Социальные трансформации в российской истории. - Екатеринбург - Москва: Академкнига, 2004.

12. Там же.

13. Там же.

14. Чистов К.В. Русские народные социально-утопические легенды XVII

- XIX вв.- М.: Наука,1967.

15. Шалютин С.М. //Кто есть кто в Зауралье - на пороге XXI в. -

Курган: Зауралье, 2001.

Коновалов Сергей Сергеевич

ВОЕННЫЕ РЕФОРМЫ 1860-1870-Х ГГ. НА УРАЛЕ: К ИСТОРИОГРАФИИ ВОПРОСА

Одной из самых слабо изученных сторон либеральных реформ 60-70-х гг. XIX в. в России является история военных реформ указанного времени в ее регионах. Общероссийская историография военных реформ 18601870-х гг. представлена относительно хорошо. Вместе с тем, в краеведческом плане просматривается отсутствие работ обобщающего характера. В данной статье мы рассмотрим состояние исторической мысли на примере Уральского края.

Исторические знания отечественных историков о подготовке, проведении, ходе и результатах военных реформ 1860-1870-х гг. на Урале достаточно скудны. Начиная с дореволюционной историографии и по сегодняшний день не создано ни одной специальной работы по истории военных преобразований 60-70-х гг. XIX века в крае.

Дореволюционные историки Е.И. Краснопёров и А.А. Дмитриев в своих работах коротко и лаконично осветили введение всесословной воинской повинности 1874 г. на территории Пермского края [9, 132-133, 298]. Тот материал, который был наработан учёными, носит поверхностный и фрагментарный характер. Авторы отмечали прогрессивность, необходимость и своевременность введения всесословной воинской повинности в Пермской губернии.

Достаточно интересная работа принадлежит перу бывшего председателя уездного по воинской повинности Присутствия И.М. Белоусова. Исследователь рассмотрел исполнение воинской повинности на территории Пермского уезда по данным призывов 1874-1885 годов. Работа содержит богатый статистический и этнографический материал о ходе реализации реформы 1874 года и является серьёзным источником о численном составе населения призывного возраста. По данным исследователя, в среднем ежегодно призывалось 1675 человек [1, 6]. Благодаря научным изысканиям автора, мы имеем представление о сословном положении призываемых, их вероисповедании, составе, семейном положении, грамотности, здоровье, занятиях и т.д. [1, 7-21]. Вся информация, собранная автором, была занесена в статистические таблицы. К сожалению, ни в одном из изученных нами историографических источников нет ссылок на работу И.М. Белоусова. Между тем, она может стать важным подспорьем для изучения хода военных реформ 1860 - 1870-х годов на территории Урала.

В советской историографии вплоть до начала 50-х гг. XX века не было серьезных работ, непосредственно относящихся к истории военных реформ не только на Ура-