Феномен политкорректности во французском политическом дискурсе (на примере лексических трансформаций словосочетания «Quartiers en difficulté» «Проблемные кварталы»)

УДК 811.133.1 ББК 81.471.1

Т.П. Карпухина, Н.В. Кузнецова ФЕНОМЕН ПОЛИТКОРРЕКТНОСТИ ВО ФРАНЦУЗСКОМ ПОЛИТИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ

В статье рассматривается феномен политкорректности во французском политическом дискурсе. Объектом исследования является словосочетание «quartiers en difficulté» (проблемные кварталы). Предмет изучения составили лексические трансформации данного словосочетания.

Ключевые слова: политкорректность; идеология; политический дискурс; проблемные кварталы; иммигранты

T.P. Karpukhina, N.V.Kuznetsova ON PHENOMENOLOGY OF THE POLITICALLY CORRECT EXPRESSION «QUARTIERS EN DIFFICULTE» AND ITS DERIVATIVES

The article is focused on the phenomenon of political correctness in the French political discourse. The object of investigation is the modern French cliche «quartiers en difficulté». Its lexical transformations have also been subjected to analysis.

Key words: political correctness; ideology; political discourse; problem neighborhood; immigrants

Политкорректность определяется исследователями как «очищенный», «правильный» вариант языка, который исключает или сводит к минимуму дискриминацию некоторых групп, находящихся в невыгодном социальном положении [Тер-Минасова , 2000, с. 216]. При этом отмечается, что в каждой стране имеются лингво- и социокультурные предпосылки, которые либо способствуют, либо, наоборот, препятствуют формированию языка политкорректности [Майба, 2011, с. 203].

Политкорректность как характерная черта политической культуры представляет собой многоаспектный лингвокультурный феномен.

Первоначально, быть политкорректным во французском политическом дискурсе означало уметь замалчивать спорные темы. К таковым, например, относились вопросы, касающиеся иммиграции, социального неравенства, нетрадиционной сексуальной ориентации. В течение длительного времени эти темы считались запретными. Развивая в дальнейшем общие представления о равноправии, сторонники политкорректности стали убирать из активного словаря лексические единицы, передающие идеи неравенства.

Политкорректный вариант языка употребляется политиками с целью завоевания и удержания политической власти [Маслова,

Вестник ИГЛУ, 2014

2008]. Политкорректность представляет собой идеологию [Карасик, 2000, с. 5-20], демонстрирующую либеральную направленность политического дискурса [Комлев, 1999], дискурса «власти» [Карасик, 2000, с. 5-20]. Зародившаяся исторически в американской политической культуре, эта идеология была воспринята европейскими странами.

Под идеологией понимается «политическая система взглядов, идей на природу, общество и личность» [Абаренков, 1989, с. 623], характеризующая «то или иное общество, тот или иной класс или политическую партию» [Кузнецов, 1998, с. 1536]. В этой системе взглядов «осознаются и оцениваются отношения людей к действительности и друг к другу» [Аве-ринцев, 1989, с. 815].

По мнению власть предержащих, употребление политкорректных слов и выражений способствует формированию бесконфликтного дискурса между разными слоями общества. Используя политкорректный язык, политики пытаются завоевать авторитет среди иммигрантов, малоимущих, людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией.

Прежде чем говорить о феномене полит-корректности во французском политическом дискурсе, рассмотрим понятие дискурса.

Дискурс в лингвистической литерату-

© Карпухина Т.П., Кузнецова Н.В., 2014

ре определяется как «речь, погруженная в жизнь» [Арутюнова, 1990, с. 136]; «речь, присваиваемая говорящим» [Бенвенист, 2009, с. 448]; «сцепление фраз, непрерывное высказывание» [Хэррис, 1965, с. 159]; «коммуникативное событие, происходящее между говорящим, слушающим; сложное единство языковой формы, знания и действия» [Дейк, 1989, с. 121]. В настоящей работе дискурс трактуется как речь, погруженная в ситуацию общения, допускающая множество измерений [Карасик, 2002, с. 226].

Под политическим дискурсом понимается «дискурс в политической сфере» [Базылев, 1998, с. 7]; «любые речевые образования, субъект, адресат или содержание которых относится к сфере политики» [Шейгал, 2003, с. 9]; «сумма речевых произведений в <...> контексте политической деятельности, политических взглядов и убеждений» [Герасименко, 2002, с. 14]. При этом важна не столько соотнесенность дискурса с политикой, сколько его ориентированность на власть. Политический дискурс представляет собой «особую разновидность дискурса, направленного на завоевание, сохранение и осуществление политической власти» [Маслова, 2008, с. 204]. Главенствующую роль в этом играет язык, который, согласно Д. Болинджеру, может быть мощным оружием [Болинджер, 1980], позволяющим «выдавать ложь за истину», представляя «мир в нужном говорящему ракурсе» [Плотникова, 2011, с. 31].

Настоящая статья посвящена изучению феномена политкорректности во французском политическом дискурсе. Речь в статье пойдет о так называемом «миграционном дискурсе», который представляет собой совокупность или последовательность высказываний, объединенных темой миграции [Иванова, 2010, с. 112].

Объектом изучения является атрибутивное словосочетание «quartiers en difficulté» «проблемные кварталы». Предметному рассмотрению подверглись лексические трансформации этого словосочетания, направленные на то, чтобы все более соответствовать идеологии политкорректности.

Цель исследования заключается в том, чтобы проследить, как под давлением идеологии политкорректности изменяется языковая форма рассматриваемого словосочетания.

Во второй половине XX в. Франция стала усиленно заселяться выходцами из своих бывших колоний. Для их поселения отводились определенные кварталы, где со временем стал отмечаться высокий рост безработицы и преступности, обусловленный неспособностью иммигрантов интегрироваться в новое общество.

Выражение «quartiers en difficulté» «проблемные кварталы» употреблялось политиками для обозначения таких анклавов. Словосочетание «quartiers en difficulté» представляет собой именную конструкцию с предлогом (существительное + en + существительное), обозначающую предмет и его признак. Между компонентами словосочетания существует атрибутивная связь. Первый компонент (iquartiers) зависит от второго (difficulté), что свидетельствует о наличии подчинительной связи в словосочетании. Ядром данного именного словосочетания является существительное quartiers, которое определяется предложной группой en difficulté.

Примерами использования этого выражения служат следующие предложения:

Il est indispensable d'aider lesjeunes diplômés des quartiers en difficulté à trouver un emploi partout sur le territoire [Hollande, 2013, p. 23]. (Необходимо помочь образованной молодежи из проблемных кварталов найти работу по территории Франции).

Et je veux dire aux enfants des quartiers en difficulté, quelles que soient leurs origines, qu'ils sont tous les filles et les fils de la République [Chirac, 2005]. (Яхочу сказать детям из проблемных кварталов, какими бы ни были их корни, что все они - дочери и сыновья Республики).

Sur le marché de l'emploi, les jeunes issus des quartiers en difficulté souffrent d'abord de leurs origines sociales et de la qualité du système d'enseignement, non d'une stigmatisation liée au quartier [Maurin, 2013]. (На рынке труда молодежь из проблемных кварталов не может получить работу, в первую очередь, из-за своего социального происхождения и качества образования, а не оттого, что на них выжжено клеймо навеки обреченных жить в этом квартале).

Попутно обратим внимание на использование в одном из приведенных примеров противительной конструкции «из-за того - а не

оттого». Эта конструкция (не - а) способна оказывать «разрушительное воздействие» в противопоставительном контексте, опровергая некие ожидания, подсказанные опытом [Степанов, 2001, с. 31]. Из сказанного следует, что приведенное высказывание фактически содержит в имплицитном виде подтвержденное опытом, предсказуемое, ожидаемое отношение к иммигрантам как к рабам с выжженным клеймом. Политик сделал попытку сдвинуть это утверждение на второстепенное место, поставив на первое место («в первую очередь») другие причины отказа иммигрантам в работе, но противительная конструкция, противопоставительный контекст разрушили намерения политика и выдвинули более явное, вопиющее неравенство на первый план.

Словосочетание «проблемные кварталы» до 2006 г. являлось узуальным наименованием анализируемых кварталов. Оно часто встречается в отчетах политиков за 20002006 гг. Словарное толкование существительного «difficulté», входящего в словосочетание, указывает на наличие в значении этого слова компонентов, свидетельствующих о проблемах, трудностях, затруднениях, сложностях: «mal, peine que l'on éprouve pour faire qqch» [Ларусс. Режим доступа: http://www. larousse.fr/dictionnaires/francais/correct/19417], caractère de ce qui est difficile; complication [Le Petit Robert, 2003].

Во времена правления Николя Саркози в 2007-2012 гг. предложная группа «en difficulté» заменяется на прилагательное «sensible». Заметим, что ядро словосочетания, его ведущее, стержневое слово, к которому подобрано другое определение, остается тем же самым - «quartiers». Созданный политкорректный эвфемизм «le quartier sensible», заменивший наименование «le quartier en difficulté», являет собой такую лексическую трансформацию, которая меняет не только «тело знака», т.е. его форму, но и содержательную сторону. План выражения влечет за собой изменение плана содержания.

В такой трансформации не было бы ничего необычного, если бы перемена наименования, иначе говоря, замена знака была следствием изменения самого объекта обозначения, т.е. денотата. Но этого как раз не происходит. Переименование преследует цель изменения прагматической составляющей знака. Но

здесь возникают определенные сложности. В рассматриваемом случае политкорректной эв-фемизации мы вряд ли можем утверждать об изменении отношения французского общества к рассматриваемым кварталам, по-прежнему остающимися проблемными. Следовательно, прагматический потенциал слова «sensible» в данном случае входит в противоречие с реальной действительностью, с истинным восприятием и оценкой районов, населенных иммигрантами, пользующихся плохой репутацией.

Это означает не что иное, как преднамеренный отход от истины, то есть целенаправленную ложь, маскирующуюся под искреннее, сочувственное отношение к иммигрантам. Словарная дефиниция слова «sensible» (qui est très facilement affecté par la moindre action ou agression extérieure» [Ларусс. Режим доступа: http://www.larousse.fr/dictionnaires/ francais/correct/19417], capable de sensation et de perception, capable de sentiment, d'une vie affective intense, qui réagit au contact, à de faibles variations [Le Petit Robert, 2003]) указывает на чувствительность, восприимчивость, мягкосердечие, неспособность противостоять силе [Ганшина, 1977]. Приведем пример использования словосочетания «чувствительные кварталы», послужившего политкорректной заменой первоначального словосочетания «проблемные кварталы».

Nicolas Sarkozy a choisi de faire une visite dans le quartier sensible de Clichy-sous-Bois [Express, 2006, p. 9]. (Николя Саркози посетил чувствительный квартал Клиши-су-Буа).

Использование в дискурсе прилагательного «sensible» позволяет политикам представить себя в роли защитников кварталов для бедных, которым приписываются черты, вызывающие к ним сочувствие.

Акцент переносится с существующих в действительности проблем на эмоциональную характеристику людей, населяющих рассматриваемые кварталы. Их жители наделяются качеством, положительная оценка которого очевидна. Позитивно-коннотируемое прилагательное «sensible» служит целям замены существительного «difficulté» его мелиоративным псевдо-аналогом.

Сказанное означает, что обозначение le quartier sensible выступает в качестве политкорректного термина, который определяется как «эвфемизм, преобразовавшийся в совре-

менных условиях в радикальную разновидность непрямой коммуникации», являющийся частью политкорректной идеологии; в отличие от канонического эвфемизма политкорректный термин ведет человека «по ложному пути интерпретации проблемы, освещаемой в дискурсе» [Ботороева, 2011, с. 12-13].

С приходом к власти партии социалистов во главе с Франсуа Олландом, поддерживающим идеологию политкорректности, рассматриваемое словосочетание вновь претерпевает лексическую трансформацию. На этот раз замене подвергается ядро словосочетания, его ведущий компонент - определяемое слово «quartiers». Существительное «quartier» «квартал» заменяется политиками на существительное «zone» «зона». Но и этой заменой трансформация не исчерпывается. Выражения, содержащие в своей основе слово «zone», аббревиируются.

Как известно, одним из продуктивных способов создания политкорректных вариантов слов является сокращение и, в первую очередь, - это аббревиация инициального типа. Аббревиация, важнейшими свойствами которой является способность к конденсированной передаче информации, возможность создания цельнооформленного слова там, где раньше было описание понятия с помощью свободного словосочетания [Алексеева, 1983, с. 13-15], приобрела в условиях могущества политкорректной идеологии новое функциональное значение.

На первое место выдвинулись не потребности в языковой компрессии или замене описания цельнооформленным словом, а цели эв-фемизации - «избежать при новом наименовании аксиологически сильного признака запрещенного объекта» [Ботороева, 2011, с. 12]. Эти негативно-оцениваемые признаки делают объект табуированным. Известно, что аббревиатура, по сравнению с прототипом - полным наименованием, увеличивает расстояние между денотатом и сигнификатом. Х. Роусон объясняет причину популярности аббревиации как способа эвфемизации, подчеркивая, что: «плохие слова не так уж плохи, когда они аббревиированы» [Роусон, 1981, с. 11].

Приведем пример использования аббревиации инициального типа, относящийся к ал-фавитизмам [Алексеева, 1983, с. 77]:

L'ensemble des élèves, fréquentant les

établissements scolaires, classés en ZEP (zones d'éducation prioritaires), dans des quartiers, classés en ZUS (zone urbaine sensible) qui vont subir la diminution du nombre de sorties scolaires, l'abandon de projets éducatifs qui nécessitent le soutien et l'accompagnement de l'ensemble des parents pour être mené à bien [Express, 2012, p. 27]. ( В целом, ученики, посещающие школьные заведения в ЗПО (зоны приоритетного образования), в кварталах ГЧЗ (городские чувствительные зоны), не закончат школу, забросят учебу, успешное завершение которой требует поддержки и помощи родителей).

В данном высказывании содержатся две аббревиатуры инициального типа:

Аббревиатура Les ZUS «des zones urbaines sensibles» - «городские чувствительные зоны», относящаяся к кварталам, населенным иммигрантами, заменяет наименование «quartiers en difficulté», которое считается неполиткорректным.

Аббревиатура Les ZEP «zones d'éducation prioritaires» - «зоны приоритетного образования» обозначает школы для детей иммигрантов.

Трехсловные словосочетания: «des zones urbaines sensibles»; «zones d'éducation prioritaires», являющиеся политкорректными эвфемизмами, маскирующими социально-проблемные явления, заменяют негативно-оцениваемые словосочетания «quartiers en difficulté»; «écoles pour les enfants des immigrés», которые затем замещаются аббревиатурами, еще более затемняющими означаемые явления. В обоих исходных словосочетаниях, послуживших основой для аббревиатур, имеются прилагательные, содержащие в своей семантике позитивно-коннотиру-емый признак, а именно «sensible» (щепетильный, восприимчивый, тонкий, чуткий), «prioritaire» (важный, нужный, первостепенный): qui tient la première place, qui doit passer avant tout [Ларусс. Режим доступа: http://www. larousse .fr/dictionnaires/francais/correct/19417], qui a la priorité, qui vient en premier par ordre d'importance, d'urgence [Le Petit Robert, 2003].

Спустя некоторое время после избрания Франсуа Олланда на пост президента, французскому обществу вновь предлагается убрать из активного словаря слова, противоречащие установкам политкорректного общества. Так,

в одном из своих выступлений Франсуа Ол-ланд обещая покончить с «зонированием», предложил заменить введенное совсем недавно, считавшееся политкорректным, слово «zone» «зона»:

Six millions de Français vivent dans ce qu'on appelle des zones urbaines sensibles, les ZUS. Je commencerai par changer de vocabulaire, je mettrai un terme au zonage qui est une stigmatisation». «Finis les ZUS, qui a envie de vivre dans une zone, d'appartenir à une zone? [Hollande, 2014]. (Шесть миллионов французов живут в так называемых городских чувствительных зонах, ГЧЗ. Я начну с того, что изменю название, я покончу с зонированием, которое является унизительным. Прошли те времена, когда говорили о ГЧЗ, о тех, кто желает жить в зоне, о тех, кто хочет принадлежать зоне).

Идеология политкорректности направлена на замену узуально-маркированной лексики с негативной коннотацией лексическими единицами с положительной коннотацией. Одним из последних указов действующего президента Франции является предложение заменить название «проблемных кварталов» на словосочетание «приоритетные кварталы».

Un projet de loi sur la cohésion urbaine a été présenté en Conseil des ministres le 2 août 2013. Il prévoit le remplacement des Cucs (contrat urbain de cohésion sociale), ZUS (Zones Urbaines Sensibles), ZRU (Zones de Redynamisation Urbaine) et des ZFU (Zone Franche Urbaine) par un contrat unique, les «quartiers prioritaires» [Germain, 2014] (Проект закона о городском единстве был представлен совету министров 2 августа 2013 г. Данный закон предполагает замену Гксс («городских контрактов социального сплочения»), ГЧЗ («городских чувствительных зон»), и ОГЗ («особых городских зон») на единый документ, который будет называться («приоритетные кварталы»).

Таким образом, можно проследить цепочку изменений формы словосочетания «quartiers en difficulté». Первоначальная форма четко указывала на проблемность данных кварталов, последующая же замена существительного «difficulté» на прилагательное «sensible» смещает акцент в сторону чувствительности.

Затем существительное «quartiers» «кварталы» уступает место слову «zone» «зона,

полоса, район, область», что способствует семантическому выхолащиванию значения конкретного наименования, заменяемого на слово с большим объемом и содержанием. Обозначение «quartier» «квартал», в отличие от «zone» «зона», более конкретно по своему внутреннему содержанию. Например, «Quartier Latin» означает «Латинский квартал», где живут люди искусства. «Quartier le Marais» «квартал ле Марэ» известен тем, что он является престижным и дорогим кварталом, доступным только для аристократии.

По истечении определенного времени, расстояние между денотатом и сигнификатом все более увеличивается, причиной чему служит использование аббревиатуры, затемняющей изначальный смысл. Трехсловные словосочетания, являющиеся эвфемизмами, маскируют факт наличия самой проблемности данных кварталов.

Интересно, что аббревиированные словосочетания используются в тексте наряду с сочетаниями «cohésion urbaine» («городское единство»), «cohésion sociale» («социальное единство»»), обладающими положительной коннотацией, передаваемой существительным «cohésion». Толковые словари, определяющие существительное «cohésion»» (propriété d'un ensemble dont toutes les parties sont solidaires [Ларусс. Режим доступа: http://www. larousse.fr/dictionnaires/francais/correct/19417], union, solidarité entre les membres d'un groupe, qui présente des caractères de pureté, de naturel [Le Petit Robert, 2003]), подчеркивают идею объединения, сплочения, открытости.

Приведенная цепочка трансформаций языкового знака, обозначающего один и тот же денотат, но разные сигнификаты, подтверждает тезис Ч.У. Морриса о реляционном характере свойств знака, приобретаемых им в функциональном процессе семиозиса. «Знаки, - пишет Моррис, - указывающие на один и тот же объект, не обязательно имеют те же самые десигнаты, поскольку то, что учитывается в объекте, у разных интерпретаторов может быть разным», причем интерпретация зависит от «каждой конкретной ситуации», т.е. она определена контекстом употребления [Моррис, 2001, с. 48].

Сторонники политкорректности утверждают, что защищают права разных слоев общества, поскольку, по их мнению, главная цель

политкорректности состоит в том, чтобы выявить негативно-коннотируемые наименования, которые обозначают проблемные, болевые точки, с тем, чтобы заменить их на обозначения с положительной коннотацией. Узуальное словосочетание «quartiers en difficulté», указывавшее в первую очередь, на проблемы и трудности, связанные с этими кварталами, обладало именно такой негативной коннотацией, которую требовалось устранить.

Благодаря последовательной цепочке лексических трансформаций, выразившихся в замене одного из компонентов двусловно-го словосочетания (en difficulté - sensible -prioritaire; quartiers - zones), т.е. благодаря чисто лингвистической процедуре достигается поставленная цель: проблемный квартал, оставаясь проблемным, объявляется приоритетным.

Французский политкорректный дискурс не представляет собой исключительное явление в этом плане. Подобную динамику эвфемистических замен можно обнаружить, например, в англо-американском политическом дискурсе, в котором властное Экспертное Сообщество последовательно, в разное Время Культуры, принудительно, в ходе пропагандистских кампаний внедряло выгодные идеологам политкорректные термины, образовавшие в итоге эволюционную цепочку: Negro - Colored - Black - African American [Ботороева, 2011].

Подобный результат был бы невозможен, если бы вышеуказанные трансформации не базировались на семиотической природе языка. В процессе функционирования языкового знака (семиозиса) идеология политкорректно-сти задействует все три измерения: семантику (отношение между знаком и их объектами); синтактику (внутренние отношения между знаками) и прагматику (отношения между знаками и теми, кто ими пользуется).

В основе идеологии политкорректности лежит концепция, начало которой положили утверждения Соссюра о произвольном характере связи между означаемым и означающим в знаке и между знаком и обозначаемым им предметом. Идея об отсутствии естественной связи между ними, развиваемая в дальнейшем С. Карцевским в его положении об ассиме-тричном дуализме языкового знака [Карцев-ский, 1965], была активно поддержана представителями философии постмодернизма,

продвигавшими тезис о «плавающем» означаемом и означающем [Деррида, 2000].

Ю.С. Степанов подчеркивает, что Соссюр утверждал, вместе с тем, безусловную социальную связь между знаком и предметом, настаивая на непременной обязательности языкового знака для говорящего и слушающего, беспрекословного принятия данной связи означаемого и означающего. Ученый отмечает: «Представление о несвободе говорящего «перед лицом знака», сущности которого связаны как бы беспрекословным социальным законом, сменилось представлением об известной свободе говорящего, в силах которого <...> изменять эти связи. Отсюда до изменения социальных ценностей оставался только один шаг». И этот шаг был сделан во вторую половину XX в., когда тезис об отсутствии природной связи между тремя сущностями знака - между означаемым, означающим и между знаком и предметом - «был дополнен положением об отсутствии сколько-нибудь «беспрекословной» социальной связи между тремя сущностями» [Степанов, 2001, с. 32, 33].

В идеологии политкорректности эта идея свободы «перед лицом знака» бесспорно сыграла огромную, основополагающую роль. И здесь на первый план вышел такой аспект семиотики, как прагматика, в центре внимания которой находится говорящий, его интересы и отношение к тому, что и как он говорит. В сферу прагматики входят такие характеристики речи, как ее истинность или ложность, искренность или неискренность [Плотникова, 2000], приспособленность к социальной среде и социальному положению слушающего. Прагматика включает в себя и то, как интерпретирует речь слушатель - как истинную, искреннюю, сомнительную и т.п. [Степанов, 2001, с. 29].

Именно прагматика нацелена на воздействие на слушателя, в том числе и на мани-пулятивное. Очевидным является тот факт, что: «Политик - профессионал оказывает воздействие на сознание и поведение аудитории, прежде всего, посредством речевой манипуляции» [Коробейникова, 2011, с. 83-84]. Напомним, что под манипуляцией понимается скрытое управление, воздействие, при котором адресат осуществляет цели манипулятора, принимая их за свои собственные, не осознавая оказываемого на него воздействия.

Устойчивыми признаками манипуляции являются:

-скрытая форма воздействия, при которой манипулятор не раскрывает цели, а манипули-руемый их не распознает;

-несоответствие цели манипулятора установкам, ценностным ориентациям манипули-руемого;

-несоответствие действий манипулятора истинным фактам;

-под воздействием манипуляции поведение манипулируемого не согласуется с его первоначальными установками/намерениями/ценностными ориентациями [Каплуненко, 2007, с. 4].

Приведем еще одно определение основных характеристик манипуляции, к которым относятся: «неосознанность объектом манипуляции осуществляемого над ним воздействия; воздействие не только на сферу сознательного (разум), но и на сферу бессознательного (инстинкты, эмоции), которая не поддается произвольному контролю; управление отношением объекта манипуляции к предметам и явлениям окружающего мира в нужном для манипулятора русле; достижение манипулятором своих тайных, корыстных целей за счет объекта манипуляции; намеренное искажение фактов окружающей действительности (дезинформация, отбор информации и пр.), создание иллюзий и мифов и т.д.» [Попова, 2002, с. 276].

Эти цели, то есть цели манипуляции, и преследует идеология политкорректности. В рассмотренном случае это проявилось в том, что политики направили все усилия на то, чтобы убедить социально незащищенных людей в обратном, а именно, в защите и заботе, которую оказывает им власть. Мало того, людей, подвергающихся дискриминации, убеждают в приоритетности их положения, в том, что их интересы учитываются в первую очередь.

Иными словами, политический дискурс, проповедующий и реализующий идеологию политкорректности, направлен на намеренное искажение социальной действительности, что осуществляется путем переозначивания неприглядных социальных явлений, заменяющего имена с негативной коннотацией на позитивно-заряженные наименования.

Подмена одного языкового знака другим может принимать форму процесса постоян-

ного переименования, все более углубляющего разрыв между денотатом и сигнификатом. Это затемняет суть негативного явления, маскирует его под нечто иное, обладающее позитивной оценкой, создавая, тем самым, социальную иллюзию.

Библиографический список:

1. Абаренков, В.П. Краткий политический словарь [Текст] / В.П. Абаренков [и др.]. - 6-е изд., доп.- М.: Политиздат, 1989. - 623 с.

2. Аверинцев, С.С. Философский энциклопедический словарь [Текст] / С.С. Аверинцев, Э.А. Араб-Оглы, Л.Ф. Ильичев [и др.]. - 2-е изд. - М.: Советская энциклопедия, 1989 - 815 с.

3. Алексеева, Н.Н. Типология сокращенных лексических единиц в современном английском языке [Текст]: дис. ...канд. филол. наук / Н.Н. Алексеева. -М.:МГПИИЯ им. М. Тереза, 1983. - 153 с.

4. Арутюнова, Н.Д. Дискурс [Текст] / Н.Д. Арутюнова // Лингвистический энциклопедический словарь.

- М.: Сов.энцикл.,1990. - С. 136-137.

5. Базылев, В.Н. К изучению политического дискурса в России и российского политического дискурса [Текст] / В.Н. Базылев // Политический дискурс в России. - М., 1998.

6. Бенвенист, Э. Общая лингвистика [Текст] / Э. Бенвенист. - 3-е изд. - М.: Эдиториал УРСС, 2009.

- 448 с.

7. Ботороева, Ю.С. Лингвосемиотические аспекты эволюции эвфемизма в контексте времени культуры (на материале английского языка) [Текст]: автореф. дис. ... канд. филол. наук / Ю.С. Ботороева. - Иркутск: ИГЛУ, 2011. - 20 с.

8. Коробейникова, О. В. Опыт анализа интердискур-сивности в политической семиосфере США [Текст]: дис. .канд. филол. наук/ О.В. Коробейникова. - Иркутск: ИГЛУ, 2011. - 163 с.

9. Ганшина, К.А. Французско-русский словарь [Текст] / К.А. Ганшина. - М.: Русский язык, 1977. -912 с.

10. Герасименко, Н.А. Информация и фасцинация в политическом дискурсе [Текст] / Н.А. Герасименко // Политический дискурс в России - М., 2002.

11. Дейк, Т.А. ван Язык. Познание. Коммуникация [Текст] / Т.А. ван Дейк; пер. с англ. - М.: Прогресс, 1989. - 412 с.

12. Деррида, Ж. О грамматологии [Электронный ресурс] / Ж. Деррида. - М.: ad Marginem 2000. - Режим доступа: http://philosophy.ru/library/derrida/grammatologie. html#_Toc512272588 (дата обращения: 10.04.2014).

13. Иванова, М.Б. Языковая вариативность при выражении толерантности в немецкоязычном миграционном дискурсе [Текст] / М.Б. Иванова // Инновационные подходы к исследованию языковой вариативности: сб. науч. тр. по материалам российско-германской науч.-практ. конференции (Иркутск, 20-24 сентября 2010 г.) / отв. ред. С.А. Хахалова, С. Эльспас. - Иркутск: ИГЛУ, 2011. - 288 с.

14. Каплуненко, А.М. О технологической сущности

манипуляции сознанием и ее лингвистические признаки [Текст] / А.М. Каплуненко // Вестник ИГЛУ. Аргументация vs коммуникация. Сер.: Коммуникативистика и коммуникациология. - 2007. - № 5. - С. 3-12.

15. Карасик, В.И. О типах дискурса [Текст] /

B.И. Карасик // Языковая личность: институциональный и персональный дискурс: сб. науч. тр. - Волгоград: Перемена, 2000. - С. 5-20.

16. Карасик, В.И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс [Текст] / В.И. Карасик. - Волгоград: Перемена, 2002. - 477 с.

17. Карцевский, С.О. Об ассиметричном дуализме лингвистического знака [Электронный ресурс] /

C.О. Карцевский. - Режим доступа: http://project.phil. spbu.ru/lib/data/ru/karcevskiy/dualizm.html (дата обращения: 12.01.2014).

18. Комлев, Н.Г. Словарь иностранных слов [Электронный ресурс] / Н.Г. Комлев. - М.: Эксмо-пресс, 1999. - Режим доступа: http://www.inslov.ru/html-komlev/p/ politi4eska8-korrektaost5-politkorrektnost5.html (дата обращения: 25.10.2013).

19. Кузнецов, С.А. Большой толковый словарь русского языка [Текст] / С.А. Кузнецов. - СПб.: Норинт, 1998. -1536 с.

20. Ларусс. Толковый словарь французского языка [Электронный ресурс] / Ларусс. - Режим доступа: http:// www.larousse.fr/dicüonnaires/francais/correct/19417/locu tion?q=politiquement+correct# 153749 (дата обращения:

25.10.2013).

21. Майба, В.В. Рецепция политкорректности в русской лингвокультуре [Текст] / В.В. Майба // Евразийская лингвокультурная парадигма и процессы глобализации: история и современность: тр. 2-й Междунар. науч.конф. - Пятигорск: ПГЛУ, 2011. - С. 202-207.

22. Маслова, В.А. Политический дискурс: языковые игры или игры в слова? [Электронный ресурс] / В.А. Маслова. - Режим доступа: http://www.philology. ru/linguistics2/maslova-08.htm (дата обращения:

23.01.2014).

23. Маслова, В.А. Современные направления в лингвистике [Текст] / В.А. Маслова. - М.: Академия, 2008. - 272 с.

24. Моррис, Ч.У. Основания теории знаков [Текст] / Ч.У Моррис // Семиотика: Антология / сост. Ю.С. Степанов. - М.: Академический проект; Екатеринбург: Деловая книга, 2001. - С. 45-110.

25. Плотникова, С.Н. Неискренний дискурс (в когнитивном и структурно-функциональном аспектах) [Текст] / С.Н. Плотникова. - Иркутск: Изд-во ИГЛУ, 2000. - 244 с.

26. Плотникова, С.Н. Дискурсивные технологии и

дискурсивное оружие как реалии современной информационной эпохи [Текст] / С.Н. Плотникова // Техно-логизация дискурса в современном обществе: коллективная монография / под ред. С.Н. Плотниковой. - Иркутск: ИГЛУ, 2011. - С. 6-43.

27. Попова, Е.С. Структура манипулятивного воздействия в рекламном тексте [Текст] / Е.С. Попова // Изв. Урал. гос. ун-та. - 2002. - № 24. - Екатеринбург: УралГУ 2002. - С. 276-288.

28. Степанов, Ю.С. Вводная статья. В мире семиотики [Текст] // Семиотика: Антология / сост. Ю.С. Степанов. - М.: Академический Проект; Екатеринбург: Деловая книга, 2001. - С. 5-42.

29. Тер-Минасова, С.Г. Язык и межкультурная коммуникация [Текст] / С.Г. Тер-Минасова. - М.: Слово/ Slovo, 2000. - С. 64-69.

30. Хэррис, З.С. Метод в структуральной лингвистике [Текст] / З.С. Хэррис // История языкознания XIX и XX вв. в очерках и извлечениях / В.А. Звегинцев. -3-е изд. - Т. 2. - М., 1965.

31. Шейгал, Е.И. Семиотика политического дискурса [Текст] / Е.И. Шейгал. - М.: Гнозис, 2003. - 326 с.

32. Bolinger, D. Language - the Loaded Weapon: the Use and the Abuse of Language Today [Text] / D. Bolinger.

- L.; N.Y: Longman, 1980. - 214 p.

33. Chirac, J. La déclaration de Jacques Chirac [Electronic resource] / J. Chirac. - URL: http://www. lemonde.fr/societe/article/2005/11/14/la-declaration-de-jacques-chirac_710206_3224.html (дата обращения:

27.11.2013).

34. Germain, J. Projet de loi de programmation pour la ville et la cohésion urbaine [Electronic resource] / J. Germain. - URL: http://www.senat.fr/rap/a13-264/a13-264_mono.html (дата обращения: 25.01.2014).

35. Hollande, F. Banlieues: Hollande veut «ramener la République» [Electronic resource] / F. Hollande, http://www.europe1.fr/Politique/Banlieues-Hollande-veut-ramener-la-Republique-990371/ (дата обращения:

25.01.2014).

36. L'Express 11 janvier 2012. - Page 27.

37. L'Express 24 mai 2006. - Page 9.

38. Le Petit Robert. Dictionnaire de la langue française.

- Paris, 2003. - 2950 p.

39. Maurin, L. Emploi: de quoi souffrent les jeunes des quartiers en difficulté ? [Electronic resource] / L. Maurin. -URL: http://www.inegalites.fr/spip.php?article1421 (дата обращения: 27.11.2013).

40. Rawson, H.A. Dictionary of Euphemisms and Other Doublespeak / H.A. Rawson. - NY.: Crown Publishers Inc., 1981. - 463 p.

41. Valeurs actuelles 7 avril 2013. - Page 23.

УДК 811.133.1 ББК 81.00

Е.Б. Штукарева

ПРОБЛЕМЫ ЯЗЫКОВОГО ОБРАЗОВАНИЯ И РЕЧЕВОГО РАЗВИТИЯ ДЕТЕЙ МИГРАНТОВ В СОВРЕМЕННОЙ ШКОЛЕ И ВЕКТОРЫ ИХ РЕШЕНИЯ

В статье анализируются актуальные проблемы состояния языкового образования в современной общеобразовательной школе в условиях ситуации поликультурности и полиязычия.

© Штукарева Е.Б., 2014