Политическая наука и политическое образование в России

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 12. ПОЛИТИЧЕСКИЕ НАУКИ. 2009. № 6

ПОЛИТИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ: МИРОВЫЕ ТЕНДЕНЦИИ И РОССИЯ

ПОЛИТИЧЕСКАЯ НАУКА И ПОЛИТИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ В РОССИИ

В апреле 2009 года по инициативе факультета политологии Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова была проведена Всероссийская научная конференция "Политическая наука и политическое образование в России ", приуроченная к 20-летию преподавания политологии в системе высшего образования страны. В конференции приняли участие известные политологи, ученые, преподаватели ведущих отечественных вузов, аспиранты и студенты факультета политологии МГУ. Вниманию наших читателей мы предлагаем обзор докладов секции "Фундаментальные основания политологии: история социально-политических учений и методология политической науки ". Секцией руководили: В.А. Гуторов — доктор философских наук, профессор, заведующий кафедрой теории и философии политики факультета философии и политологии СПбГУ; Н.В. Дергунова — доктор политических наук, доцент, заведующая кафедрой социологии и политологии Ульяновского государственного университета; С.В. Перевезенцев — доктор исторических наук, секретарь Правления Союза писателей России; А.А. Ширинянц — доктор политических наук, профессор, и.о. заведующего кафедрой истории социально-политических учений факультета политологии МГУ имени М.В. Ломоносова.

Ключевые слова: теория политики, методология политической науки, история политической науки, история социально-политических учений, методы изучения политической мысли, специфика русской политической мысли.

Доклад доктора философских наук, профессора Ю.В. Ирхина был посвящен проблеме осмысления места и роли теории политики в структуре политического знания. По мнению докладчика, теория политики представляет собой аналитический, концептуально-методологический анализ ключевых политологических парадигм, категорий, понятий и концептов; теоретических подходов и моделей (различных уровней и направлений), методов, дискурсов и проектов исследования политического мира; принципов и матриц классических и новых учений и доктрин; генезиса научных школ политической науки, их профессиональной культуры.

Ирхин предложил выделить в теории политики основные задачи, в числе которых — концептуальный анализ истории политической мысли с точки зрения понимания ее значения для современности; постоянное внимание к методам, парадигмальным и частным подходам, используемым в политологическом анализе, их совершенствование и оптимизация; обсуждение оснований политических ценностей, соотношения нормативных и теоретических (объективных) подходов и методов анализа; и т.п.

В заключение своего выступления Ирхин выделил ряд проблемных вопросов теории политики. По его мнению, наблюдается отставание концептуальных разработок от быстро меняющейся политической практики; очевиден недостаток современных обоснованных теорий среднего уровня; существует определенная напряженность между объективным и нормативным подходами. В ряде исследований в неполной мере учитывается значение факторов истории, культуры, идентичности, институционального контекста и международной системы (глобализации); не всегда рассматриваются и учитываются интересы всех субъектов политики и проблемы социальной справедливости.

Возможности интегративности в методологии политической науки рассмотрела в своем докладе доктор политических наук, профессор Л.Н. Тимофеева. В своем выступлении она отметила, что наиболее устойчивыми тенденциями развития современной политической науки являются интегративность, междисциплинарность, политеоретическое объяснение изучаемого предмета. Значимой характеристикой постне-классической науки, по мнению докладчика, также является диалог, который признается необходимой формой не только гуманитарного, но и естественно-научного познания.

В качества примера интегративности в методологии Л.Н. Тимофеева предложила комбинирование диалектического (конфликтного) и дискурсного анализов, что позволяет исследовать социальные, экономические и политические интересы субъектов политики, и производство ими политических знаков и символов. Предметом изучения данного подхода выступает реальный политический дискурс, который ведут субъекты политики. Политический дискурс, по сути, может институционализировать и легитимизировать новые политические отношения. Так, в истории России дискурс относительно "иного", "другого" в быту, культуре, политике приводил к созданию легальной политической оппозиции в начале и в конце ХХ в.

Интегративность при исследовании сложного объекта полезна не только в ходе диалектического и дискурсного анализа, но и при диалектическом и структурно-функциональном подходах. Докладчик пришел к выводу, что творческое и критическое соединение диалектического подхода, в основе которого лежат противоречия и конфликты, с теорией дискурса, позволяющего вербализировать их, а также с возможностями структурно-функционального анализа, для которого важны связывающие систему коммуникации, позволяет получить конфликтно-дискурс-ный подход, с помощью которого можно провести глубокий анализ современной политической практики.

Доктор политических наук, профессор О.Ю. Бойцова в своем докладе "Дискуссии о структуре политического познания в ХХ в. Итоги и перспективы" рассмотрела историю процесса институционализации

политического знания, определения внешних и внутренних границ политической науки.

Было отмечено, что после официального утверждения "политической науки" в 1949—1959 гг. во второй половине ХХ в. структурные дискуссии в западной политологии были посвящены двум главным темам. Первая — институционализация субдисциплин и соответственно разделение между ними общего поля политических исследований. Вторую докладчик обозначил как размежевание по уровню абстракции и степени ангажированности.

Важнейшим итогом дискуссий о размежевании субдисциплин стало осознание необходимости макротеории, фиксирующей общую научную традицию, вписывающей отдельные направления в единое исследовательское поле и определяющей основную траекторию их развития.

Итогом второго направления дискуссий стало признание необходимости "теорий среднего уровня" и создание формальных макротеорий в рамках структурно-функционального анализа и теории рационального выбора, которые должны были стать научной альтернативой умозрительным и ценностным учениям. Другой наиболее общий вывод заключался в отказе от принципа ценностной нейтральности политологии и необходимости включения ценностно-нормативной проблематики в сферу внимания политической науки в постбихевиоральный период.

По мнению О.Ю. Бойцовой, для российской политической науки первая из тем рассмотренных дискуссий уже неактуальна, вторая — еще неактуальна. На сегодняшний день наибольшую актуальность сохраняют вопросы, поднимаемые в дискуссии о роли политической теории, о соотношении политической философии и политической науки, о научных приоритетах и критериях научности. О.Ю. Бойцова предлагает отечественным политологам обратить внимание на опыт уже пройденных дискуссий, чтобы не повторять пути, ведущие в тупик.

По мнению кандидата политических наук, доцента Б.Н. Карипо-ва, политическое учение как одна из форм политико-идеологического дискурса включает три структурных элемента: 1) логико-теоретическую (религиозную, философскую или иную) основу; 2) понятийно-категориальный аппарат; 3) программные положения.

Наиболее объемной частью политического учения является его теоретическое содержание. Связь содержания с логико-теоретической основой и программными положениями учения зависит как от индивидуальных факторов: жизненных условий мыслителя, особенностей его мышления и объема познания, идейных пристрастий, так и от влиятельных теоретических объяснительных моделей политики, сложившихся к моменту его творчества. Докладчик пришел к выводу, что взаимосвязь субъективных и объективных факторов порождала определенную статику и динамику эволюции политической мысли, позволяла определить этапы ее исторического развития, общие закономерности и особые условия ее проявления в реальном обществе. Содержание политическо-

го учения в развитии политического знания фиксирует вехи его качественного изменения.

Доктор политических наук, доцент Н.В. Дергунова выступила с докладом на тему "Экономический и политический либерализм: теория и практика взаимодействия". В докладе подчеркивается преобладание на разных исторических этапах одного из двух направлений либерализма — политического или экономического. Целью политического либерализма было изменение сознания людей и отказ от абсолютной, жестко централизованной власти через провозглашение равенства всех людей перед законом. Сменивший его экономический либерализм был связан с увеличением числа собственников и развитием рыночной экономики. Ввиду опасностей свободного рынка, тенденции к образованию финансово-промышленной олигархии, а затем политической олигархии возникла потребность в его политическом регулировании. Таким образом, в ХХ в. опять начинает доминировать политическая составляющая либерализма и возникает социальный, или новый, либерализм, который характеризуется обеспечением равенства стартовых условий, возможностей и способностей воспользоваться предоставленными правами.

Студенты факультета политологии в своих выступлениях уделили внимание современным тенденциям развития политической науки.

Н.Р. Сетов рассказал о новаторском подходе английского ученого Барри Бьюзена к анализу международных отношений. Бьюзен выделяет два основных метода исследования международных отношений — редукционистский и системный. Первый предполагает разделение изучаемого объекта на далее неделимые составные части. Второй исходит из положения о том, что целое больше суммы его частей, содержание и действия элементов целого определяются его структурой. Докладчик изложил методологическую схему анализа международных отношений по Бьюзену, отметив, что в ней присутствует холистический элемент. Например, международная система будет иметь большее значение, чем сумма подсистем, которые ее составляют. Такую схему можно применить и к другим парам элементов: подсистема — элемент, элемент — бюрократия, бюрократия — индивид. Проблема метода, по мнению выступавшего, заключается в невозможности полного объединения всех уровней в единое целое.

И.А. Матвеев в своем докладе представил новую интерпретацию категории субъекта политики в концепциях постструктуралистов. В политической теории традиционно считается, что субъект политики формируется вне пространства политических отношений — на уровне экономического базиса (марксизм) или в процессе исторической эволюции (примордиализм). Однако поле политики может признаваться первичным по отношению к категории субъекта, идентичность которого в этом случае зависит от политической борьбы. Это и есть "политика субъекта" — совершенно новая область, закрытая для традиционной политической науки.

Докладчик выделил преимущества такой теоретической позиции. Прежде всего, она способствует "расширению поля объективности" и как следствие позволяет сделать предметом анализа те явления, которые раньше по определению были недоступны для исследования. Аналогичным образом "национальные государства" как субъект международных отношений перестают быть исходным пунктом теории; следует подвергнуть анализу те политические позиции, которые стоят за различными взглядами на природу национальных государств.

О необходимости дальнейшего развития марксизма и перспективах теории Маркса в наше время говорил доктор философских наук, профессор Г.А. Багатурия. Основоположники марксизма создали некоторую новую науку, аспекты которой образуют определенное органическое единство. Предмет этой науки можно определить как законы формационного преобразования общества. В эпоху возникновения этого нового научного направления главным и актуальным для его основоположников было предстоящее коммунистическое преобразование общества. Но созданное ими диалектико-материалистическое понимание истории, с одной стороны, давало ключ к пониманию закономерностей перехода от одной общественной формации к другой в предшествующей истории, а с другой — явилось предпосылкой для разработки общей теории формационных преобразований общества в дальнейшем развитии человеческого общества

Одна из закономерностей развития науки — это ее обобщение. Подобная закономерность должна действовать и в истории марксизма — и в плане разработки более общей теории формационного преобразования общества, и в плане расширения ее состава и соответственно развития ее структуры.

О противоречиях современной эпохи в политико-философском дискурсе Фихте говорил кандидат философских наук, профессор А.А. Ча-нышев. Центром политико-правовой концепции Фихте остается проблема свободы, как это было в политической мысли Просвещения и у Канта. Вместе с тем Фихте не ограничивается анализом одних только формально-правовых оснований свободы и политических условий ее реализации в их корреляции с моральной автономией индивида. Он открывает социальное и экономическое измерение свободы и, по сути, ставит проблему ее укорененности не только в личном произволении отдельного человека, но и в коммуникативных взаимодействиях людей.

Фихте, по мнению докладчика, полагает, что установка на достижение предельной личной свободы, понимаемой как атомарная "авто-номизация" личности, выражает ситуацию разорванной социокультурной коммуникации в условиях отсутствия универсальных ценностей и целей. В конечном счете рецепт Фихте по восстановлению ценностного и целевого единства коммуникации — проект замкнутого торгового государства как государства социальной справедливости.

Традиционным и инновационным методам изучения социально-политической мысли было посвящено выступление кандидата исторических наук, доцента К.М. Андерсона. По его мнению, развитие истории социально-политической мысли, как и любой дисциплины, изучающей прошлое, во многом зависит от имеющихся видов источников. На протяжении многих десятилетий историки общественной мысли использовали те же источники, что и представители смежных дисциплин — истории философии и правовых учений, а именно труды мыслителей прошлого. За исключением акцентов, методика анализа источников была фактически единой для всех направлений. Однако начиная с XIX в. история социально-политической мысли становится связанной не только с творчеством создателей теорий (А. Сен-Симон, Р. Оуэн, К. Маркс и др.), но и с массовым распространением идей, превращением их в идеологию многочисленных общественно-политических сообществ и движений. Изучение данной области духовного наследия вряд ли совпадает с целями правоведения и истории философии, но прямо соответствует предназначению истории социально-политической мысли. Докладчик делает вывод о том, что освоение этого пространства требует целенаправленной разработки новых видов источников — периодики, документов организаций и их участников, иконографии и т.д. Некоторое отступление от традиций необходимо, если мы стремимся к дальнейшему развитию истории социально-политической мысли как самостоятельному направлению.

Доктор философских наук, профессор Л.В. Сморгунов посвятил свой доклад истории политических наук в Санкт-Петербургском университете в XIX в. По мнению Сморгунова, именно с Санкт-Петербургским университетом связана первая попытка создать в России новое политическое университетское образование, соразмерное мировому опыту. Докладчик рассмотрел два устава университета — устав попечителя Санкт-Петербургского учебного округа С.С. Уварова (1819) и устав ректора университета М.А. Балугьянского (1821).

По проекту устава Уварова предусматривался философско-юриди-ческий факультет с отделением нравственных и политических наук, а в перечне политических наук присутствовали такие отрасли политического знания, которые только во второй половине XIX в. получили во многих странах научный статус (наука государственного правления, например), и если бы идеи Уварова были приняты, российская политическая наука получила бы мощный стимул для развития.

По проекту устава Балугьянского на политическом отделении предполагалось читать политическую экономию и коммерцию, политическую историю и статистику новейших народов, дипломатию. Кроме того, Балугьянский предлагал также создать в университете специальный учебный институт для подготовки государственных служащих по четырем отделениям — юридико-политическому, медико-хирургическому, политическому и филолого-педагогическому. Причем собст-

венно политическое отделение должно было готовить специалистов для военной службы и политтехнологов (как специалистов в области организации сельского хозяйства, промышленности, строительства и др.).

Докладчик сделал вывод о значимости данных проектов, поскольку хотя они не были одобрены, идея включения в университетское образование политических наук в широком смысле присутствовала в университете во все периоды его существования.

Доктор политических наук, профессор В.Н. Ватыль представил свое видение генезиса национальной политологической школы.

Политологическая школа и система идей школы являются результатом деятельности историка политической мысли. В.Н. Ватыль выделил два подхода к изучению политологической школы. Первый связан с конструированием идей политологической школы либо политологического направления, когда историк политической мысли отбирает и группирует мыслителей по системе их идей. Второй подход заключается в воссоздании, реконструкции комплекса воззрений отдельного политического деятеля, поскольку его идеи могут быть рассредоточены в различных текстах его сочинений.

Доклад кандидата исторических наук С.М. Сергеева был посвящен генезису русского национализма XIX — начала XX в. Национализм, по его мнению, прежде всего политическая идеология, в которой высшей ценностью является нация как единое целое, как самодостаточная и суверенная культурно-политическая общность.

Единый русский (великорусский) этнос начинает формироваться, по мнению докладчика, в конце XV — первой трети XVI в., в период образования Московского централизованного государства. Наряду с про-тонациональной тенденцией выявилась ей противоположная династически-имперская тенденция, опирающаяся на средневековое понимание государства как княжеской/царской вотчины (в отличие от нововременного понимания государства как общенародного дела). Петр I осуществил радикальный социокультурный разрыв русского этноса на немногочисленную вестернизированную элиту и на весь остальной сознательно архаизируемый народ.

С конца XVIII в. начался процесс создания "малой нации" — нации господ в среде русского дворянства. Важнейшим катализирующим фактором стала война 1812 г. Подлинного идеологического расцвета дворянский национализм достигает в 1840-1850-е г., сделавшись важнейшей субидеологией как славянофильства, так и западничества, а затем либерализма и традиционализма.

Докладчик выделил три направления русского национализма, оформившиеся в начале XX в.: консервативный, считающий обязательными конституирующими элементами нации православие и самодержавие (Л.А. Тихомиров); либеральный, отождествляющий нацию с либеральной демократией (П.Б. Струве), и "интегральный", подчиняющий все социально-политические формы благу этноса (толкуемого в биоло-

гизаторских категориях) как такового ("нововременцы" — А.С. Суворин, М.О. Меньшиков, отчасти В.В. Розанов).

О специфике русской политической мысли Х1—ХУ11 вв. говорил доктор политических наук, профессор С.В. Перевезенцев. Русская политическая мысль Х1—ХУ11 вв., во-первых, была отражением и выражением особенностей исторического и политического развития России; во-вторых, сама оказывала влияние на формирование социальных и политических идеалов, которые в той или иной степени определяли общественное сознание, становились целью развития общества и государства.

По мнению выступавшего, социально-политическую мысль в XI— XVII вв. можно называть духовно-политической. Ее своеобразие состояло в том, что духовные, религиозные задачи предлагалось решать политическими средствами.

Среди основных тем русской духовно-политической мысли XI— XVII вв. Перевезенцев выделил, во-первых, тему соответствия социально-политического устройства России православному духовному идеалу, а именно Божественному замыслу, представление о котором искали в священных христианских текстах; во-вторых, тему "истинного правителя"., который, по убеждению русских духовно-политических мыслителей Х^Х^ вв., был призван Богом вести народ и все русское общество к достижению православных идеалов; в-третьих, тему России, вершиной духовно-политического осмысления которой стали эсхатологические образы — "Россия как Новый Израиль", "Москва как Новый Иерусалим" и "Новый Сион", а также уже названный идеал-образ "Святая Русь".

Подвел итог заседанию секции заведующий кафедрой истории социально-политических учений факультета политологии МГУ, доктор политических наук, профессор А.А. Ширинянц. В своем докладе он подчеркнул, что история политической мысли — это сама политология, политическая наука, представляющая собой, как и любая наука, массив непрерывно пополняемого и обновляемого научного наследия.

Особенности российской политологии можно понять, обращаясь к истории социально-политической мысли России. По мнению докладчика, объектом истории социально-политической мысли России являются формирование представлений о мире политики, становление и развитие разнообразных школ и направлений политических исследований, эволюция методологии и приемов изучения социально-политической действительности в России Х—ХХ вв. Предметная область исследования истории социально-политической мысли России охватывает взаимодействия политической мысли с религиозной, философской, социологической, правовой и др. гуманитарной и естественно-научной мыслью, с различными идеологическими формами; влияние мифов, утопий (антиутопий) и идеологий на эволюцию политической мысли и их способы отображения мира политики; протонаучные образы в становлении политической философии и науки; процесс обновления понятийно-категориального аппарата политической философии и науки

5 ВМУ, политические науки, № 6

65

в различные периоды общественного развития; основные этапы и особенности развития отдельных научных школ, направлений, политических учений; политические идеи и проекты русских мыслителей; общее (универсальное, повторяющееся) и специфичное (уникальное) в развитии русской социально-политической мысли в контексте мировой политологии; роль направлений (течений мысли) и отдельных учений, идей, школ, доктрин, концепций и отраслевых теорий в развитии российской и мировой политической науки.

Материал подготовлен В.А. Вархотовой, О.О. Пертель