Мусульманская община в Испании: умеренные и радикалы

С.М. Хенкин

Мусульманская община в Испании: Умеренные и радикалы

Аннотация. Исследуется положение мусульманской общины в Испании, взаимоотношения между ней и коренным населением в Средние века и в настоящее время. Большое внимание уделяется проблеме адаптации мусульман. Изучается политико-юридический статус иммигрантов и мусульманских организаций в современной Испании. В статье содержится характеристика радикального исламистского движения в этой стране.

Abstract. The article investigates the Muslim community in Spain, its relations with the native population in the Middle Ages and nowadays. Much attention is given to the problem of adaptation of the Muslims. Political and legal status of the Muslims and the Muslim organizations in contemporary Spain is also examined. The article provides some insight into the characteristics of the radical islamist movement in this country.

Ключевые слова: Испания, мусульмане, ислам, адаптация, радикальный исламизм, толерантность, ксенофобия.

Keywords: Spain, Muslims, Islam, adaptation, radical islamism, tolerance, xenophobia.

Нарастающая напряженность во взаимоотношениях исламской и западной культур, отсутствие эффективной модели интеграции мусульман в западные политии делает весьма популярной точку зрения о невозможности сочетания западных идеалов с исламскими ценностями. Вместе с тем существует немало примеров, не подтверждающих правоту данной позиции и

свидетельствующих о том, что исламская культура в ряде аспектов вполне совместима с западными традициями - обстоятельство, делающее возможным интеграцию мусульман в западный мир.

В этой связи крайне интересен опыт Испании - единственной европейской страны, часть территории которой расположена в Африке. Пограничные города Испании на африканском побережье - портовые города-анклавы Сеута и Мелилья, Канарские острова - одновременно южная граница Евросоюза. В Испании проживает значительная мусульманская община, опыт ее взаимодействия с государством и коренными жителями представляет значительный интерес.

Примечательно, что история отношений мусульман и христиан в этой стране отнюдь не исчерпывается современностью. Проникновение мусульман в Испанию началось еще в VIII в. В течение семи столетий они владели вначале почти всей ее территорией, а затем отдельными частями. Испания - единственная страна в Европе, где в Средние века мусульманская и христианская общины мирно сосуществовали, несмотря на то что иногда мир перемежался с ожесточенным и кровопролитным противостоянием. Конечным результатом стало изгнание мусульман из Испании в ХVI-ХVII вв. Современная мощная волна мусульманской иммиграции в Испанию рассматривается некоторыми исламскими радикалами как «возвращение на свою землю».

Мусульмане в средневековой Испании

В 711 г. мусульманские армии, состоявшие из арабов и берберов (в Испании тех и других именовали либо маврами, либо арабами), пересекли Гибралтарский пролив и за несколько лет почти полностью захватили Пиренейский полуостров, сокрушив существовавшее здесь Вестготское государство. Захваченные земли арабы стали называть «Аль-Андалус». Но уже в 718 г. отряд воинов-христиан разбил мусульманскую армию в горной долине Ковадон-га на северо-западе Испании, положив начало Реконкисте - отвое-ванию христианами испанских земель у мусульман.

В течение семи веков, на протяжении которых шла Реконкиста, обстановка на Пиренейском полуострове отличалась невероятной сложностью и динамизмом. Военные действия, то пре-

кращавшиеся, то возобновлявшиеся (и ведшиеся при этом не только между христианами и мусульманами, но и между мелкими властителями в обоих лагерях за территории и влияние), сочетались с лояльными и толерантными отношениями представителей разных конфессий. Вместе с тем политика сменявших друг друга правителей - и христианских, и мусульманских - в центре и в разных регионах порой заметно различалась по степени веротерпимости [подробнее см.: Альтамира-и-Кревеа, 2003; Кудрявцев, 2007].

Если взять за критерий сдвиги в соотношении сил между христианами и мусульманами, то в развитии Реконкисты можно выделить три этапа:

VIII-Х вв. - господство мусульман на Пиренейском полуострове; христианам принадлежат только территории на северо-западе - Астурия, Галисия, баскские земли;

конец Х в. - первая половина ХШ в. - христиане переходят в наступление, что отчасти связано с внутренними распрями в стане мусульман; сфера господства последних резко сокращается;

вторая половина ХШ в. - 1492 г. - мусульмане господствуют только на юге Андалусии (Гранадский эмират), а также владеют небольшими площадями на юге Португалии; взятие Гранады знаменует завершение Реконкисты.

К середине VIII в. арабы сформировали в Испании свое государство - Кордовский эмират (с Х в. - халифат) со столицей в городе Кордова, которое два века спустя заняло центр и юг Пиренейского полуострова. Переживавшая период экономического расцвета мусульманская Испания превратилась в политический и культурный центр Европы. Кордовский халифат прославился выдающимися достижениями в области философии, медицины, поэзии, музыки, архитектуры. Свой след в Испании мусульманская культура навсегда оставила в обликах Кордовской мечети (VIII в.), минарета бывшей мечети Хиральда в Севилье (ХП в.), ансамбле Альгамбра в Гранаде (ХШ-ХГ^ вв.).

Арабы не разрушали жизненный уклад, сложившийся на Пиренейском полуострове до них. Хотя покоренное население и церковь платили завоевателям различные виды налогов, гарантировалась неприкосновенность имущества испанцев. Земли были отобраны только у церкви, у лиц, оказавших сопротивление или бежавших. Завоеватели не покушались на прежнее управление,

верования и обычаи. Преследования, порой имевшие место, не носили долговременного характера. Основная масса населения, проживая под владычеством мусульман, во многом сохранила независимость и управлялась прежними графами, судьями и епископами, пользовалась своими церквами.

Мусульмане не стремились силой обращать испанцев в ислам, руководствуясь прежде всего материальными соображениями. В соответствии с установленными правилами вновь обращенные платили государству меньше налогов, чем приверженцы старой веры. Что же касается испанцев, то для них переход в ислам означал освобождение от уплаты подушной подати, возможность получить престижную должность, а для христиан-рабов - еще и обретение личной свободы [Альтамира-и-Кревеа, 2003, с. 106-108]. «В исламском обществе "дешевле" было быть мусульманином, чем христианином или иудеем», - отмечает испанский автор Х.Л. Сан-чес Ногалес [Sánchez Nogales, 2004, p. 42]. Параллельно с военными действиями между мусульманами и христианами, контролировавшими некоторые северные области Пиренейского полуострова, в Кордовском халифате имело место активное общение. По словам известного испанского историка Р. Альтамира-и-Кревеа, «христиане и мусульмане часто посещали друг друга, оказывали друг другу помощь в гражданских войнах, торговали между собой и даже вступали в союзы, заключая династические браки» [Альтамира-и-Кревеа, 2003, с. 106-108]. Арабы и испанцы оказали друг на друга значительное влияние. В мусульманском государстве проживало множество мосарабов - испанцев, которые восприняли арабский язык и культуру. Мосарабы продолжали исповедовать христианскую религию. Некоторые христианские праздники справляли совместно мосарабы и мусульмане. Был случай, когда одно и то же здание использовалось и как мечеть, и как христианская церковь. Поддерживавшие постоянные контакты с мусульманами мосарабы обычно селились в отдельных кварталах [там же, с. 132].

Важной социальной группой были также ренегаты - христиане, обращенные в ислам (это были либо испанцы, отрекшиеся от своей веры, либо родившиеся в смешанном браке мусульман и христиан). Хотя в руках ренегатов сосредоточивались промышленность и торговля, «их положение в государстве было неизмеримо ниже, чем арабских аристократов» [Кудрявцев, 2007, с. 75]. 118

Арабы также испытывали влияние христиан. Появилось множество латинизированных мавров или ладинов - мусульман, язык которых воспринял латинские термины и другие особенности, свойственные речи мосарабов и ренегатов [Альтамира-и-Кревеа, 2003, с. 141].

Вместе с тем по мере отвоевания христианами новых земель война приобретала характер крестового похода, на смену терпимости приходил религиозный фанатизм. С середины ХШ в. христианские хроники начали изображать мусульман не просто как неверных, но и как людей, связанных с сатаной [Alvarez-Ossorio Alvariño, 2007, p. 271]. Агрессивное отношение к мусульманам инспирировалось испанской церковью, опасавшейся, что общение христиан с мудехарами (мусульманами, оставшимися жить в христианском окружении) будет стимулировать распространение ересей и религиозного индифферентизма.

Тем не менее общественное мнение весьма благосклонно относилось к контактам христиан с маврами и евреями. Более того, законодательство объявляло христиан, мавров и евреев равными перед лицом закона. Меры ограничительного характера, принимавшиеся против мусульман, то действовали, то просто не соблюдались, то вообще отменялись (например, введенный в 1295 г. запрет на приобретение имущества христиан позже был отменен). Некоторые испанские короли покровительствовали мудехарам, что способствовало развитию добрососедских отношений между ними и христианами [Альтамира-и-Кревеа, 2003, с. 239, 325-327].

В отношении мавров к испанцам толерантность также сочеталась с возросшей агрессивностью. В мусульманских хрониках того времени христиане изображались как «неверные враги Аллаха», им приписывались «предательство, обман и жестокость» [Sánchez Nogales, 2004, p. 33]. Тем не менее до конца Реконкисты в отношениях сторон превалировало лояльное отношение друг к другу. По условиям договора о капитуляции Гранады (1492), мусульманам предоставлялись широкие права: свободно проживать в той местности и в тех домах, где они жили до сих пор; свободно выражать религиозные взгляды при сохранении мусульманского культа, мечетей; христианам запрещалось входить в жилища мусульман и совершать какие бы то ни было насилия по отношению к ним; за маврами сохранялось право назначать собственных правителей и

судей; все военнопленные получали свободу и т.д. [Альтамира-и-Кревеа, 2003, с. 48]. Договор создавал благоприятные возможности для мирного сосуществования христианского и мусульманского населения.

Вскоре, однако, победители забыли об условиях капитуляции мавров. Католические короли Фердинанд и Изабелла (1479-1516) перешли от умеренной пропаганды христианизации к насильственному обращению мусульман в христианство. 11 февраля 1502 г. король и королева издали грамоту, предписав всем мудехарам Кастилии и Леона либо креститься, либо покинуть Испанию (немного раньше, в 1492 г., аналогичные действия были предприняты против евреев). Однако в полном объеме королевское решение не было проведено в жизнь. В ряде мест (Арагон, Каталония, частично Валенсия) кортесы и сеньоры добились от верховной власти обещания не изгонять мудехаров: феодалы не хотели терять трудолюбивых и платежеспособных вассалов [там же].

Многие из мудехаров крестились, превратившись в морисков -обращенных мусульман. Новоокрещенные мавры, так же как и евреи, находились под надзором инквизиции, поскольку их подозревали в том, что они продолжают тайно исповедовать свою прежнюю религию. Власти и инквизиция отслеживали «чистоту крови»: чтобы получить чиновничью должность или повышение в звании в армии следовало доказать, что среди предков не было мавров. В 1609-1614 гг. мориски были изгнаны из страны. Власти предпринимали попытки вытравить из общественного сознания память о мусульманской Испании.

Вместе с тем на протяжении веков Мадрид не прекращал поддерживать отношения с арабским миром. Они интенсифицировались после поражения страны в войне с США (1898). Колониальная империя, столь великая в прошлом, потеряла последние заморские владения. Взоры Мадрида обратились к ближайшему соседу - Марокко. В 1912 г. был установлен испанский протекторат над северной частью Марокко. Однако испанская армия, стремившаяся добиться здесь полного контроля, потерпела ряд поражений от местных племен (наиболее серьезным было поражение под Ануалем в 1921 г., потери превысили 11 тыс. человек), что вызвало рост антимусульманских настроений в Испании.

Тем не менее отношение испанских политиков к мусульманам и исламу было отнюдь не однозначным. В годы гражданской войны в Испании (1936-1939) генерал Франко подошел к «проблеме мусульман» с прагматических позиций, использовав марокканских наемников (по разным оценкам, от 60 тыс. до 150 тыс. человек) в борьбе против республики. Ислам превратился в союзника верующих христиан для борьбы с «атеистическим коммунизмом». Франко запретил на контролируемой его войсками территории распространение негативных представлений о марокканцах [Alvarez-Ossorio Alvariño, 2007, p. 281].

Политико-юридический статус иммигрантов и мусульманских организаций в современной Испании

Новая страница в истории отношений испанцев с мусульманами открылась в последние десятилетия ХХ в., когда страна ступила на путь демократии. В эти годы Испания, из которой столетиями в массовом порядке эмигрировали коренные жители, сменила переселенческую парадигму, превратившись в страну иммиграции. С тех пор в Испанию прибывает все больше чужестранцев.

В 2014 г. в Испании проживали 1,7 млн мусульман (3,6% из 47,1 млн всего населения страны). В это число входили 1,1 млн иммигрантов и примерно 600 тыс. мусульман, получивших испанское гражданство. Большинство мусульман-иммигрантов составляют выходцы из Марокко - 770,7 тыс. В стране проживают также переселенцы из Алжира, Бангладеш, Сенегала, Пакистана, Нигерии и других мусульманских стран. Марокканцы образуют вторую по численности иммигрантскую общину, отставая от румын (953,2 тыс.) и опережая англичан (275,8 тыс.) [Extranjeros residentes.., 2015, p. 3; Medina, 2014].

Следует упомянуть и о сотнях тысяч нелегальных иммигрантов, прежде всего - мусульман из африканских стран, попадающих в Испанию разными путями: либо переплывая на утлых лодках Гибралтарский пролив, либо после штурма заградительных сооружений в пограничных с Марокко испанских городах Сеута и Мелилья, либо пересекая Атлантический океан в направлении Канарских островов.

Многие мусульмане уезжают с родины из-за тяжелых условий существования, ограниченных возможностей социального продвижения. Испания представляется им страной, где мечта об обеспеченном и стабильном будущем может осуществиться. Однако реалии новой родины зачастую оказываются весьма суровыми. Большинство мусульман становятся в Испании неквалифицированными рабочими или чернорабочими и занимают те рабочие места, которые не спешат занимать коренные жители. Тем не менее в политико-юридическом плане легальные переселенцы отнюдь не изгои. После принятия в 1985 г. первого современного Закона о свободах и правах иностранцев иммиграционное законодательство в Испании постоянно обновляется и корректируется с целью упорядочить пребывание иностранцев в стране. Испанское законодательство признает равенство многих прав и свобод легальных иммигрантов и коренного населения. Переселенцам предоставляются, в частности, право на жилище, защиту семьи, образование, забастовку (хотя и ограниченное), гарантируются юридические услуги, защита прав малолетних. Официально признаются различные общественные организации, действующие в защиту иммигрантов.

Важной мерой, облегчающей развитие межкультурных коммуникаций, стало предоставление иммигрантам в 2011 г. права голосовать на автономных и местных выборах. Однако эта инициатива затронула лишь меньшинство переселенцев. Право голоса имеют: иммигранты из стран ЕС, выходцы из тех стран вне пространства ЕС, с которыми Испания заключила двусторонние соглашения (это в основном страны Латинской Америки, где иммигранты из Испании также имеют право участвовать в региональных и местных выборах), и, разумеется, переселенцы, получившие испанское гражданство. Власти «не замечают» сотен тысяч легальных переселенцев, добросовестно работающих, платящих налоги, уважающих испанское законодательство и содействующих экономическому прогрессу Испании, но не имеющих права участвовать в местных выборах. Примечательно, что в погоне за голосами электората партии включают в свои избирательные списки кандидатов-мусульман. Расчет делается на голоса избирателей-мусульман, получивших испанское гражданство.

Меньше прав у нелегальных иммигрантов. Законодательство в отношении этой категории переселенцев, первоначально предос-122

тавлявшее им множество прав, в дальнейшем то ужесточалось, то вновь смягчалось. В разные годы нелегальные иммигранты лишились права на помощь в приобретении жилья, в получении образования (кроме самого необходимого). С 2012 г. оказание им медицинских услуг ограничивается только экстренными случаями (роды у женщин, уход за детьми).

Опасаясь потерять контроль над нарастающим потоком нелегальных иммигрантов, власти усилили преграды для их въезда в страну, а также расширили возможности для депортации в случаях, если иммигранты нарушают закон. Совместно с другими государствами ЕС Испания патрулирует африканское побережье Атлантического океана. Заключены соглашения с некоторыми странами Африки о высылке туда выходцев из этих стран, нелегально оказавшихся в Испании. Вместе с тем нелегалы имеют право на участие в объединениях, профсоюзах, ассоциациях, забастовках и манифестациях, на бесплатную юридическую помощь [Лу11оп, 2009].

Параллельно с развитием иммиграционного законодательства определялся политико-юридический статус ислама и мусульманских организаций Испании. Первые организации приверженцев ислама появились здесь в конце 1960-х годов, при франкистском режиме, с началом ограниченной либерализации. В годы демократии возможности для создания мусульманских организаций заметно расширились. Действующая Конституция гарантирует религиозную и культовую свободу индивидуумов и сообществ. Согласно Конституции, «никакая религия не может быть государственной. Публичные власти должны принимать во внимание религиозные верования испанского общества и поддерживать соответствующие отношения сотрудничества с католической церковью и другими вероисповеданиями» [Испания.., 1982, с. 34].

Во многих странах Западной Европы регулирование «отношений государства с исламом» - это выстраивание отношений с организациями мусульман-иммигрантов. В Испании изначально дело обстояло иначе. Еще до массового притока переселенцев из мусульманских стран здесь были созданы две мусульманские организации. В 1989 г. испанцы, обратившиеся в ислам, сформировали Испанскую федерацию исламских религиозных обществ, а в 1991 г. студенты и специалисты, эмигрировавшие в Испанию еще в 1960123

1970-х годах с Ближнего Востока и получившие испанское гражданство, создали Союз исламских обществ Испании. Вскоре эти две организации объединились в Исламскую комиссию Испании, представлявшую мусульман на переговорах с испанским государством.

Активизация мусульманских организаций поставила испанские власти перед необходимостью определить свою позицию в отношении ислама. В 1989 г. ислам был квалифицирован «как признанная религия, имеющая глубокие корни в Испании» (за пять лет до этого аналогично были определены христианство и иудаизм). Эта констатация имела историческое значение, поскольку пересматривала сложившееся на официальном уровне со времен Средневековья негативное отношение к исламу.

В апреле 1992 г. испанские власти и Исламская комиссия Испании заключили соглашение о сотрудничестве. В соглашении говорилось, что «исламская религия, имеющая в нашей стране вековые традиции, сыграла заметную роль в формировании испанской идентичности» [Lacomba, 2005, p. 56].

В соответствии с соглашением мечети и культовые учреждения мусульман признаются неприкосновенными, им предоставляется благоприятный налоговый режим. Имамы включаются в национальную систему социального обеспечения, они приравниваются к работающим по найму. В Испании могут создаваться исламские образовательные центры всех уровней. Государство гарантирует детям мусульман получение дошкольного, начального и среднего образования в государственных и частных колледжах (в последнем случае осуществление этого права не должно вступать в противоречие со спецификой учебного заведения), если они, их родители или сам колледж ходатайствуют об этом. Испанские университеты могут предоставлять помещения и выделять средства для организации курсов по исламу. Работающим мусульманам облегчается исполнение их обрядов [Lacomba, 2005, p. 56-58; Pérez Días, Álvarez-Miranda, Chaliá, 2004, p. 224-226; Taules, 2004, p. 14-15].

Соглашение о сотрудничестве между испанским государством и Исламской комиссией Испании, приравнивающее права мусульман к правам христиан, эксперты считают одним из лучших в европейском контексте в плане уважения прав религиозных меньшинств. Однако из-за позиции властей оно во многом осталось на 124

бумаге. К тому же соглашение, призванное, казалось бы, сплотить мусульманское сообщество Испании, лишь стимулировало его разобщенность. Исламская комиссия Испании действует, за некоторыми исключениями, в отрыве от мусульманской иммиграции последних десятилетий. Ряд ее деятелей считают, что представлять мусульманское сообщество Испании могут только «люди, сформировавшиеся в условиях испанской культуры и традиций». В частности, таковыми должны быть имамы, проповедующие в мечетях. Только так местная разновидность ислама не потеряет своей испанской сущности [Taules, 2004, p. 17-18]. Отчасти поэтому представители иммигрантов не участвовали в заключении соглашения 1992 г. с испанским государством. Впрочем, как свидетельствуют некоторые авторы, они и не стремились к этому, поскольку в первые годы иммиграции не интересовались проблемами религиозного характера [Ramírez, Mijares, 2005, p. 95].

Между недавно прибывшими мусульманами-иммигрантами и мусульманами, группирующимися вокруг Исламской комиссии Испании и представляющими образованные слои общества, существуют принципиальные различия. «Для первых главное - удовлетворение основных религиозных прав в государстве, где они иностранцы, в то время как вторые стремятся к признанию своей специфики в государстве, в котором они являются гражданами. Различия в позициях предопределяют и различия в используемых средствах отстаивания своих интересов» [там же, p. 94].

Развитие многих иммигрантских организаций происходит вне рамок, определяемых соглашением 1992 г. Исламская комиссия Испании представляет интересы примерно 150 организаций, официально зарегистрированных Министерством юстиции. При этом около 100 объединений мусульман-иммигрантов существуют «за пределами официального ислама», олицетворяемого Исламской комиссией Испании. Часть этих объединений имеет мечети и молельни, созданные за счет пожертвований верующих и перечислений из мусульманских стран [Lacomba, 2005, p. 53-54]. Вместе с тем есть и организации иммигрантов на местах, которые значатся в списках Министерства юстиции и связаны с Исламской комиссией Испании.

Множество организаций, не включенных в орбиту Исламской комиссии Испании, действует прежде всего на местном уров-

не, защищая интересы переселенцев и помогая им адаптироваться к испанским реалиям. В ряду организаций, функционирующих на национальном уровне, выделяется Ассоциация марокканских трудящихся-иммигрантов (АМТИ, в ней насчитывается 12 тыс. членов). Хотя финансовые возможности АМТИ довольно скромные, она содействует своим членам в вопросах получения разрешения на работу и предоставления жилья, оказывает услуги по социальному обеспечению, поддерживает несовершеннолетних марокканцев, эмигрировавших в Испанию в одиночку.

Постоянно контактируя с властями в качестве представителя мусульман-иммигрантов, АМТИ многие годы не участвовала в «управлении исламом». Ситуация изменилась после терактов в Мадриде 11 марта 2004 г., в ходе которых был обнаружен «мусульманский след». АМТИ заявила о необходимости своего участия в «контроле над имамами», аргументируя это «проникновением в мечети экстремистов, призывающих к насилию». Возросшие амбиции АМТИ вызывают неодобрительную реакцию Исламской комиссии Испании, считающей, что только ей принадлежит право представлять всех мусульман, живущих здесь [Pérez Días, Álvarez-Miranda, Chaliá, 2004, p. 246; Ramírez, Mijares, 2005, p. 95-96].

Итак, мусульманское сообщество в Испании разобщено и фрагментировано, что определяется многими обстоятельствами: самим фактом переселения в Испанию, происходившим в разное время в различных условиях, разнообразным национальным происхождением мусульман, их территориальной распыленностью, конфликтами между руководителями мусульманских организаций.

Проблемы адаптации иммигрантов

Ключевой проблемой для мусульман-переселенцев становится интеграция в испанское общество в качестве полноправных членов. На этом пути им необходимо решить множество проблем, прежде всего культурно-религиозного плана. Мусульмане, многие из которых придерживаются заповедей Корана, приезжают в общество, далеко продвинувшееся в плане секуляризации и превращения религии в личное дело каждого гражданина. Нормы и образ жизни секуляризованного испанского общества вызывают не толь-

ко непонимание, но порой и отторжение у части мусульман. Они резко критикуют гонку за материальными благами в «секуляризованной и обмирщенной Испании», «духовное падение» общества потребления, которое приводит к расшатыванию структуры семьи и отсутствию уважения к старшим. «В испанском обществе забыты жизненные ценности, - заявил один из опрошенных марокканцев. -В Марокко нельзя сказать своему отцу "замолчи", как это бывает в Испании. Отец для меня Бог, несмотря на все его недостатки, его мачизм». Показательно и заявление иммигрантки из Марокко. Ее отец не хочет, чтобы «невестка - испанка и христианка - приходила в его дом, поскольку она носит обтягивающее платье с декольте, а летом юбку» [Pérez Días, Álvarez-Miranda, Chaliá, 2004, p. 290, 292].

Но так реагируют на испанские реалии далеко не все мусульмане. У значительной их части начинает размываться ощущение мусульманской идентичности, они - с разной степенью глубины и последовательности - усваивают западные ценности и привычки. В этом отношении показательны данные репрезентативного социологического обследования, проведенного в 2008 г. по заказу правительства Испании, министерств культуры, юстиции, труда и иммиграции в мусульманской переселенческой общине. 76% респондентов сказали, что им «нравится в Испании» (29% из этого числа - «очень нравится»). Примечательно, что на степень удовлетворенности жизнью в Испании влияет продолжительность пребывания здесь. Если среди мусульман, проживших в Испании менее года, доля «довольных» составляла 70%, то среди тех, кто провел здесь более десяти лет, эта доля возросла до 83% [La comunidad.., 2009, p. 19].

В сознании большинства переселенцев сложился глубоко позитивный образ Испании. 87% опрошенных считают, что здесь «много свободы», 70% - что «очень высокий уровень жизни» (правда, в предкризисном 2007 г. эта цифра была выше - 83%), 75 - признают, что люди в Испании «порядочные и внушают уважение», 68% утверждают, что к иммигрантам здесь «хорошо относятся» [там же].

Сравнивая страны Запада с исламскими, опрошенные по всем пунктам отдавали предпочтение первым. Так, они считали, что в странах Запада высокий уровень жизни (73 против 6%), «вы-

сокий уровень свободы и терпимости» (69 против 6%), «меньше дискриминация женщин» (60 против 8%), «больше внимания уделяется самым бедным и незащищенным» (41 против 17%) [La comunidad.., 2009, p. 45].

86% опрошенных заявили, что адаптировались к испанским обычаям. Но при этом на первом месте по шкале социальной самоидентификации продолжала оставаться страна, где они родились. Об уровне социально-культурной интеграции переселенцев можно судить по степени их идентификации со своей старой и новой родиной. Если взять шкалу, на которой 0 баллов соответствуют отсутствию идентификации, а 10 - ее максимальному выражению, то средний уровень идентификации мусульман-иммигрантов со страной происхождения составлял 8,7 балла, а с Испанией - 7 баллов [там же, р. 21].

24% респондентов так или иначе не удовлетворены жизнью в Испании (20% из этого числа заявили, что здесь «так себе», а еще 4% - что тут вообще «не нравится»). Среди аргументов неудовлетворенных на первом месте стояло отсутствие работы (56%). Далее следовали: тоска по семье/друзьям (30%), трудности в получении необходимых документов, а также «дискриминация, оскорбления от людей расистски настроенных» (по 17%), тоска по родине (15%), проблемы с приобретением жилья (10%), языковые проблемы (неумение говорить по-испански), отсутствие друзей (3%) [там же, р. 18].

Опрос зафиксировал высокий уровень религиозности мусульман. По 10-балльной шкале оценок, где 0 означает отсутствие религиозности, а 10 - ее максимальный уровень, средний балл опрошенных мусульман составлял 7,7. 49% респондентов считали себя активно верующими, посещающими мечети и молельные дома, 36 - отправляющими религиозные обряды нерегулярно, а 13% - не практикующими [там же, р. 38]. Высокий уровень религиозности отнюдь не свидетельствует о том, что мусульмане-иммигранты стоят на фундаменталистских позициях. Напротив, они исповедуют ислам толерантный и открытый. 80% мусульман-иммигрантов согласны с утверждением, что «исламская вера полностью совместима с демократией и правами человека». 78% опрошенных согласны с утверждением, что «три монотеистические религии (иудаизм, христианство и ислам) одинаково уважаемы и ни одна не должна 128

рассматриваться как стоящая выше другой». Те же 78% полагают, что в современной Испании «мусульмане и христиане стремятся к взаимопониманию и взаимоуважению» [La comunidad.., 2009, p. 47, 49].

Лишь 17% респондентов заявили, что в своей религиозной практике «сталкиваются в Испании с препятствиями». Напротив, подавляющее большинство - 80% - утверждали, что «ни с какими препятствиями не сталкиваются». Примечательно, что во Франции в 2005 г. доля последних была заметно ниже - немногим более 50% мусульман - участников социологических исследований [там же, p. 41].

Безусловно, относиться к приведенным данным следует сдержанно. Они, как и любой опрос, дают представление об установках и настроениях лишь некоторой части мусульманского населения. Так, они «не улавливают» взглядов экстремистски настроенных мусульман, тех, в чьей среде нашли сторонников организаторы чудовищных терактов в Мадриде в марте 2004 г. И тем не менее эти данные вполне достоверны. Опросы, проведенные среди других групп иммигрантов-мусульман теми же экспертами в предшествующие 2006 и 2007 гг., дали сходные результаты.

Следует также иметь в виду, что существуют принципиальные различия между восприятием Запада мусульманами в самих исламских странах и мусульманами-иммигрантами. Если первые в целом воспринимают западные реалии негативно, то вторые позитивно. Испания же в этом контексте вообще особый случай. Марокканцы, составляющие здесь львиную долю мусульман-иммигрантов, настроены к Западу весьма благожелательно. Марокканская община Испании выделяется в ряду западноевропейских мусульманских общин своим заметно выраженным позитивным отношением к западному обществу и его ценностям. Сказывается специфика марокканской практики ислама. В Марокко соблюдение правил этой религии не является обязательным, «планка» религиозных запретов по сравнению со многими другими исламскими странами снижена. Радикальных проявлений ислама не наблюдается. Дают знать о себе и либеральные реформы, проводившиеся в последнее время (например, отмена многоженства). Некоторые марокканки одеваются по-европейски. Конституция Марокко 1972 г. в соответствии с Декларацией прав человека провозгласила равенство прав марокканцев без различия полов.

В Испании у перебравшихся сюда мусульманок значительно больше возможностей для достижения экономической независимости и свободы самовыражения. Уже сам факт эмиграции в чуждую социокультурную среду рассматривается ортодоксальными исламистами как нарушение традиционных культурных норм (впрочем, то же распространяется и на мужчин). Для мусульманок нарушением становится и необходимость работать вне дома, выходить на улицу одной. В данном случае традиционные нормы поведения переселенок вступают в противоречие с европейским культурным контекстом, в котором роли мужчин и женщин дифференцированы в значительно меньшей степени, чем в Марокко. Оправданием работы вне дома (и самооправданием для женщины) становится необходимость поддержать семью (отсутствие работы у мужа, долги и т.д.).

Влияние новой социокультурной среды не обходит и перебравшихся в Испанию мужчин-марокканцев. Так, для мужчины, привыкшего быть защитником и хранителем семейного очага, согласиться с тем, что его жена работает вне дома - серьезная психологическая ломка, переосмысление традиционных представлений о распределении ролей в семье. Не следует забывать, что в ортодоксальной мусульманской среде мужчина, неспособный обеспечить свою семью, рассматривается как неудачник.

Но, воспринимая некоторые западные ценности, мусульмане остаются в целом приверженцами многих традиционных норм поведения. Они высказываются против внебрачных связей, абортов. Часть мусульманок, в том числе молодых, не отказывается от ношения хиджаба.

Одним из наиболее эффективных средств интеграции марокканцев в испанское общество могли бы стать смешанные браки. Однако культурная традиция марокканцев, выражающаяся в тяге к эндогамии, препятствует их заключению. Для марокканца жениться на испанке означает разорвать семейные, религиозные и культурные связи. Для марокканки выйти замуж за испанца означает нарушить установленные традицией права отца или брата определять ее будущего мужа. Кроме того, в этом случае дети марокканки не будут признаны законными членами ее патрилинейной семьи.

Ориентация на браки только с мусульманами, верность пат-рилинейной семье очерчивают пределы сдвигов в менталитете 130

многих иммигрантов из Марокко. По существу, в их практических действиях переплетаются элементы традиционализма с адаптацией к некоторым западным культурным нормам (у женщин - это работа вне дома, ориентация на равенство полов в повседневной жизни, следование за испанками в одежде и макияже).

84% опрошенных мусульман считают, что мусульманская вера вполне совместима с испанской идентичностью, можно быть «одновременно примерным мусульманином и примерным испанцем» [La comunidad.., 2009, p. 47]. Этот гибридный тип сознания определяется влиянием двух социокультурных общностей, между которыми находятся мусульмане: они живут, потребляют, вкладывают деньги и строят планы на будущее в Испании. И вместе с тем они хотят остаться марокканцами и мусульманами: с интересом следят за тем, что происходит на их родине, проводят там летние отпуска, переводят часть сбережений родственникам и помогают им перебраться в Испанию. Они хотят, чтобы их дети, получив хорошее образование в испанских учебных заведениях, остались вместе с тем примерными мусульманами в своих привычках. В этом плане решающую роль, по их мнению, призваны сыграть соблюдаемые в семье нормы ислама и родной язык.

Своеобразие позиции многих мусульман состоит в том, что, позитивно относясь к испанским и западным реалиям, они тем не менее предпочитают жить обособленной от коренного населения жизнью, своего рода параллельным миром, что, в числе прочего, может быть связано с негативным отношением к ним части коренного населения.

Состояние гибридности, своего рода «разорванности» сознания многих мусульман передает фраза одной из иммигранток: «Я уважаю традиции, но знаю и другие вещи» [Ramírez Goicoechea, 1996, p. 97].

Взяв за критерий отношение мусульман-иммигрантов к исламской религии, испанские авторы выделяют в их среде четыре основные группы [Sánchez Nogales, 2004, p. 112].

1. Активно верующие - в основном мужчины, которые укрепляются в своей вере «из-за боязни, что их дети будут поглощены секуляризацией, господствующей в принимающем обществе».

2. Мусульмане второго поколения, в рядах которых религиозные практики резко ослабевают. Не отказываясь от мусульман-

ской культуры, они под влиянием своего окружения адаптируют ее к новым реалиям, «пытаясь сохранить неустойчивую и плохо структурированную идентичность».

3. «Социологические мусульмане». Воспринимают ислам в культурном измерении; начинают проводить разграничительную линию между религией и культурой. Лишь небольшой процент их обращается к традициям типа Рамадана.

4. Радикально настроенные исламисты-активисты [Sánchez Nogales, 2004, p. 112]. Их деятельность следует рассмотреть отдельно.

Потенциал радикального исламизма

Радикальные исламисты представляют собой относительно небольшое, но очень активное меньшинство, занимающее агрессивную позицию как по отношению к «отклонившимся от курса» умеренно настроенным единоверцам, так и к принимающему обществу. Они опираются на покровительство и финансовую поддержку исламистских групп из-за рубежа.

Идеология «исламского халифата» подразумевает, что в его состав должны войти все территории, куда когда-либо в истории ступала нога мусульман. Исходя из этого, исламисты-радикалы считают Испанию «своей землей», на которой их предки проживали семь веков назад. А теперь они «вернулись на историческую родину Аль-Андалус». Наиболее радикально настроенные «одержимы идеей, что Испания находится в историческом долгу перед ними, поскольку раздавила былое величие самой известной цивилизации из существовавших на Западе в Средние века. Эта группа мусульман видит в себе прямых наследников мусульман из Аль-Андалус и представляет собой ислам, предъявляющий претензии, убежденный в своих естественных и исторических правах на эту землю» [Sánchez Nogales, 2004, p. 151-152]. На географических картах, распространяемых группировкой «Исламское государство» (ИГ), Испания и Иберийский полуостров изображаются как территория, находящаяся под его контролем [Defensa advierte.., 2015]. По словам испанских экспертов, их страна является государством, которое «с наибольшей агрессией и упорством - после Франции -упоминают лидеры исламистов» [Escrivá, 2014].

Серьезность угрозы, исходящей от радикального исламизма, испанцы в полной мере осознали 11 марта 2004 г., когда произошли десять взрывов в четырех электричках в районе Мадрида. Жертвами стал 191 человек, 1 тыс. человек были ранены. Организаторы терактов были в основном выходцами из Марокко, а также Алжира и Туниса. Они давно жили в Испании и являлись частью ее мусульманской общины, что дает основания рассматривать их как «доморощенных» террористов [Нетесова, Рабаса, 2010].

С тех пор силы безопасности Испании неоднократно объявляли о высоком уровне террористической опасности со стороны исламских радикалов. В печати постоянно сообщается об арестах лиц, подозреваемых как в непосредственном участии в террористических организациях, так и в финансировании ячеек ИГ. Так, в масштабной операции в Каталонии в октябре 2015 г. участвовали около 360 полицейских, которые провели 17 обысков в пяти городах на северо-востоке Испании. Среди задержанных оказались пятеро испанцев и пятеро марокканцев, возраст задержанных - от 17 до 45 лет. С 2004 г. были задержаны в общей сложности 527 человек и обезврежены пять террористических ячеек [В Испании задержаны.., 2015].

Сегмент радикального исламизма в Испании образуют натурализованные мусульмане, а также иммигранты, получившие разрешение на временное проживание. Часть их нашла убежище в Испании после участия в конфликтах в разных точках земного шара (Афганистан, Балканы, Чечня). Люди попадают в орбиту радикального исламизма разными путями. Изначально большую роль играют мечети, в которых нередко главенствуют радикально настроенные имамы, пропагандирующие вражду и ненависть к «неверным». По оценке министра внутренних дел Испании Р. Эспале-дера, в Испании насчитывается примерно 1200 мечетей и в сотне из них проповедуется салафизм - наиболее радикальная разновидность ислама [там же]. В последнее время эффективным инструментом вербовки радикальными исламистами новых сторонников становятся социальные сети.

Питательная среда для радикального исламизма - тюрьмы. В Испании, как и во многих других странах, в тюрьмах наблюдается постоянное увеличение количества людей, следующих радикальной исламистской идеологии. Каждый десятый заключенный в

Испании - мусульманин, при этом их число возрастает. В тюрьмах заключенные нередко попадают под влияние содержащихся здесь же самопровозглашенных лидеров из числа радикальных исламистов. Обучение в радикальных исламистских группировках включает умение продолжать борьбу и в местах заключения. В обращении, изъятом в одной из тюрем Испании, говорилось: «Братья в горах сражаются пулями и бомбами, а те, кто в тюрьмах, ведут джихад против неверных, проповедуя ислам сердцем, языком и ручкой» [Нечитайло, 2006]. В тюрьмах исламисты укрепляются идеологически, там же формируются структурные связи, которые поддерживаются в дальнейшем с опорой на бывших заключенных.

Основные очаги радикального ислама в Испании - Каталония, Сеута и Мелилья. Две последние территории расположены в Африке. Здесь высок процент мусульман, находящихся в бедственном, маргинальном положении, многие из них не имеют ни работы, ни документов, что делает их потенциальной опорой радикального исламизма.

Отдельно следует сказать о Каталонии. Высокий уровень индустриального развития данного региона притягивает сюда легальных и нелегальных мусульман-иммигрантов. Здесь проживают примерно 450 тыс. мусульман (все население Каталонии составляет 7,5 млн человек), что составляет 6% населения. По данным полиции, в Барселоне и близлежащих районах проживают до 60 тыс. одних только пакистанцев, большинство из которых не имеют документов. Еще больше выходцев из Северной Африки, не владеющих ни испанским, ни каталанским языками и нигде не работающих. В Барселоне насчитывается пять салафитских мечетей. Проповедники салафизма пропагандируют превосходство шариата над законодательством Испании, выступают за создание параллельного исламского общества в Каталонии. В автономии функционируют шариатские суды, которые следят за поведением мусульман и сами осуществляют наказания [Каталония становится.., 2012].

В 2009 г. полиции удалось раскрыть план по организации террористических актов в Барселоне. Подготовкой теракта занимались пакистанские талибы, которые планировали провести ряд взрывов в метро в отместку за то, что испанские военные воюют в составе коалиционных сил в Афганистане [Нетесова, Рабаса, 2010]. 134

Испания привлекает радикальных исламистов не только как объект территориальных притязаний, но и как место для вербовки потенциальных террористов. По данным на июнь 2015 г., 25 лиц, завербованных джихадистами в Испании, погибли в Сирии и Ираке либо сражаясь в рядах «Исламского государства», либо как террористы-смертники. Их жертвами стали сотни людей. Некоторые из завербованных возвращаются обратно. Эти прошедшие специальную подготовку и умеющие убивать люди представляют большую опасность, хотя часть их находится под полицейским контролем. По словам высокопоставленного представителя сил национальной безопасности, «из Сирии и Ирака вернулись 25 человек, но если вернутся 2500, как мы сможем их контролировать? Чтобы контролировать человека 24 часа в сутки необходимо как минимум 40 полицейских» [1ги]0, 2015]. Источники не приводят данные о числе лиц, отправивишихся из Испании воевать на стороне «Исламского государства». При этом известно, что их меньше, чем выходцев из Франции (1400 человек) или Великобритании (500 человек). Однако, по оценкам испанских сил безопасности, данное обстоятельство отнюдь не снижает степень террористической угрозы [там же].

Коренное население: отношение к мусульманам

В политическом мире Испании, СМИ, научных изданиях идет оживленная и острая полемика об отношении к исламу и мусульманским странам, иммигрантам-мусульманам как их представителям. Приверженцам традиционной антимавританской интерпретации испанской истории, твердящим о «мусульманском вторжении» и возможности «исламского реванша», противостоят сторонники уважительного и дружелюбного отношения к мусульманам, их интеграции в испанский социум.

Первое течение достаточно сильно и влиятельно. В коллективной исторической памяти испанцев сохраняется стереотип, существующий со времен Реконкисты, о негативной роли ислама. На отношении к марокканцам сказывается также частое обострение отношений Испании с соседней страной. Среди мотивов неприязни к иммигрантам можно назвать также восприятие их как конкурентов в борьбе за рабочие места, боязнь утраты культурной гомогенности, просто отторжение «других». Многое объясняется также

западноцентристскими представлениями, идеей превосходства Запада над Востоком, в частности над мусульманским миром, которая сформировалась после открытия Америки и изгнания мусульман из Испании. В соответствии с этой точкой зрения богатое научное и культурное наследие мусульманского мира игнорируется, он воспринимается как закрытый и не подлежащий реформированию, что предопределяет его отсталость и подчиненное положение, делает его носителем иррационализма и агрессии [Martín Muñoz, 2004, p. 362; Pajares, 2005, p. 89]. Отсюда - представление о мусульманах-иммигрантах как «существах низшего порядка», маргиналах, неспособных интегрироваться в испанское общество.

Главное, что резко отделяет немалую часть испанцев от мусульман, - это отношение к исламу как к агрессивной религии, отождествление мусульман с экстремистами. По словам одного из коренных жителей, «арабы живут обособленно: дело в проклятой религии. Они представляют собой самую закрытую общину. Большинство, если не все, создают свои кланы, группы и обособляются» [Cea D'Ancona M.A., Valles Martínez, 2009, p. 172]. Коренные жители и марокканцы зачастую живут параллельными мирами, открыто не враждуя, но и общаясь только по необходимости, не интересуясь друг другом и пребывая зачастую во власти предрассудков и стереотипов [Хенкин, 2008, с. 56].

Все больше коренных жителей отмечают сложность, по существу, невозможность сосуществования католиков и мусульман из-за принадлежности к двум очень разным, уходящим в конфликтное прошлое культурным традициям - западной и восточной, носители которых вновь могут столкнуться. Отсюда требования либо ухода мусульман из Испании, либо их ассимиляции (последнее требование основано на убеждении, что население, прибывающее из развивающихся стран, должно приобщаться к современности [Cea D'Ancona, Valles Martínez, Eseverri Mayer, 2014, p. 41].

Антииммигрантские настроения особенно усилились в условиях глобального экономического кризиса, больно ударившего по испанской экономике (так, по числу безработных, составлявших в 2012 г. 26% самодеятельного населения, Испания лидирует в Западной Европе). В 2008 г. 46% испанцев оценили численность иммигрантов в стране как «чрезмерную», 31% - как «повышенную». Только для 19% опрошенных это число было «приемлемо» и для 136

1% - «недостаточно» [Cea D'Ancona M.A., Valles Martínez, 2009, р. 43]. В повседневных разговорах испанцев, касающихся иммигрантов, обыденными стали слова «нашествие», «лавина», выражения типа «мы становимся иностранцами», «наступит время, когда иностранцев станет больше, чем испанцев» и т.д.

Нетерпимость части коренного населения к арабам-мусульманам выражается в их дискриминации при приеме на работу (неравенство возможностей с испанцами), сверхэксплуатации на рабочем месте, аренде жилья (владельцы квартир нередко отказывают им или предлагают жилье по явно завышенной стоимости), ограниченности возможностей для социального продвижения. Марокканцев и других африканцев нередко не пускают в бары и дискотеки, владельцы которых отказываются обслуживать их наряду с другими посетителями. На африканцев совершают разбойные нападения на улицах, их жилища поджигают. Зафиксированы случаи убийства иммигрантов.

Теракты 2004 г. в Мадриде усилили у части общественности антипатию к выходцам из Марокко и Алжира. После этих терактов испанские спецслужбы уже неоднократно совершали аресты групп или отдельных лиц из числа марокканцев или алжирцев по обвинению в террористической деятельности и в связях с «Аль-Каидой». Противники мусульманской иммиграции стали видеть в мусульманах-иммигрантах «пятую колонну, стремящуюся воссоздать в интересах ислама Аль-Андалус». Действия «Аль-Каиды» были, в числе прочего, «ответом на потерю Аль-Андалуса, 500 лет спустя после завершения Реконкисты», заявил Х.М. Аснар, председатель правительства Испании в 1996-2004 гг., тогдашний лидер консервативной Народной партии [Alvarez-Ossorio Alvariño, 2007, р. 268]. В этой связи примечательно, что часть марокканских иммигрантов, обличая организаторов терактов, провела в Испании демонстрации под лозунгом «Они террористы, а не марокканцы».

Негативному отношению к переселенцам, их отторжению в Испании исторически противостояло уважительное восприятие представителей других национальностей, вероисповеданий и рас, которому благоприятствовал сам многонациональный характер испанского государства, смешение на Пиренейском полуострове разных народов. В период позднего франкизма (конец 1960-х -первая половина 1970-х годов), когда режим «открылся» внешне-

му миру (миллионы испанцев в эти годы начали ездить за границу, а страну стали посещать многочисленные иностранные туристы), и особенно на постфранкистском этапе, после вступления Испании в ЕС, традиция толерантности окрепла. Опросы выявляют, что немало коренных жителей позитивно относятся к иммиграции и муль-тикультурализму, воспринимают разнообразие и диалог культур как «богатство» все более глобализирующегося мира. По словам одного из опрошенных испанцев, присутствие иммигрантов - положительный фактор. «Благодаря им мы познаем другие культуры, изучаем их обычаи, а они изучают наши. Это и есть процесс взаимной адаптации». Испанцы - участники опросов высказываются за необходимость «смешения культур», «метисации», признают, что «многому научились у иностранцев». Сторонники мультикульту-рализма разделяют мнение, что «равноправие коренного населения и иностранцев не требует культурной ассимиляции иммигрантов» [Cea D'Ancona, Valles Martínez, 2009, p. 182-184].

По словам испанских авторов, «кризис усилил фобии разного рода по отношению к иностранцам (относительно их национального происхождения, культуры, религиозной принадлежности) и вместе с тем не искоренил различные филии, хотя о них говорят меньше, в том числе и в исследованиях по общественным наукам» [Cea D'Ancona, Valles Martínez, Eseverri Mayer, 2014, p. 41].

Показательно, что, в отличие от ряда стран Западной Европы, в Испании не сформировалась влиятельная праворадикальная националистическая партия, стоящая на антииммигрантских позициях, и нет соответствующего лидера харизматического типа.

Отметим и то, что в последние десятилетия тысячи коренных испанцев обратились в ислам. В противовес антимусульманской интерпретации испанской истории они указывают на большой позитивный вклад мусульман в развитие средневековой Испании в самых разных областях. В их среде обсуждаются проблемы компенсации потомкам мусульман, изгнанных когда-то из Испании, восстановления мусульманского государства на юге страны.

Безусловно, в современной Испании, лишь сравнительно недавно превратившейся в страну иммиграции, мультикультурные практики еще не стали частью повседневной жизни. Политико-правовая интеграция мусульман-иммигрантов, означающая признание их этническими меньшинствами в рамках действующих 138

правовых норм, а главное - их вовлечение в различные формы гражданского участия, здесь только начинается, а социокультурная интеграция - движение коренных жителей и арабов-мусульман навстречу друг другу, - если и идет, то далеко не теми темпами, которые необходимы для интеграции переселенцев.

Ситуация же в мусульманском сообществе Испании весьма противоречива. Преобладают умеренные, но радикалы своей активностью отодвигают это «молчаливое большинство» на задний план, создавая у значительной части коренного населения превратное представление о мусульманской общине и формируя соответствующее отношение к ней. Тем не менее традиция толерантности отнюдь не ушла из испанской жизни. Весомым доказательством может служить сам факт того, что спустя столетия после изгнания сотни тысяч мусульман вернулись в Испанию и в основном мирно сосуществуют с коренными жителями, лояльно относясь к западным ценностям.

Список литературы

Альтамира-и-Кревеа Р. История средневековой Испании. - СПб.: Евразия, 2003. - 606 с.

В Испании задержаны 11 пособников «Исламского государства» // Настоящее время. - М., 2015. - 08.04. - Режим доступа: http: / www.currentti me.tv/content/article/26945065.html (Дата обращения - 28.01.2016).

Испания: Конституция и законодательные акты / Пер. с исп. Э.М. Борисова, Т.И. Ильинской. - М.: Прогресс, 1982. - 352 с.

Каталония становится крупнейшим очагом радикального ислама в Европе // NEWSru. - М., 2012. - 17.10. - Режим доступа: http://www.new sru.com/religy/17oct2012/catalonia.html (Дата обращения - 28.01.2016).

Кудрявцев А.Е. Испания в Средние века. - М.: URSS, 2007. - 250 с.

Нетесова Ю., Рабаса А. Европа остается мишенью для исламистов // Новый континент. - М., 2010. - 14.11, № 43. - Режим доступа: http://www. kontinent.org/article.php?aid=4ceb13ce2b1bc (Дата обращения - 28.01.2016).

Нечитайло Д.А. Радикальный исламизм в тюрьмах / / ИБВ. - М., 2006. - 23.10. - Режим доступа: http://www.iimes.ru/?p=5047 (Дата обращения - 28.01.2016).

Хенкин С.М. Мусульмане в Испании: Проблемы адаптации // Мировая экономика и международные отношения / РАН. ИМЭМО. - М., 2008. - № 3. - С. 48-58.

Alvarez-Ossorio Alvarino I. El Islam y la identidad española: De Al Andalus al 11-M // Nacionalismo español: Esencias, memoria e instituciones / C. Taibo Arias (Dir.). - Madrid: Los libros de la catarata, 2007. - P. 267-290.

Ayllón D. España endurece en 2010 el acoso a los sin papeles // Público. -Madrid, 2009. - 30.12. - Mode of access: http://www.publico.es/espana/ espana-endurece-2010-acoso-papeles.html (Дата обращения - 28.01.2016).

Gea D'Ancona M.Á., Valles Martínez M.S. Evolución del racismo y la xenofobia en España: Informe 2009 / Ministerio de trabajo e inmigracion. -Madrid, 2009. - 396 p.

Cea D'Ancona M.Á., Valles Martínez M.S., Eseverri Mayer С. Convergencias y divergencias de los discursos e imágenes de la inmigración en etapas de bonanza y de crisis // Migraciones / Instituto univ. de estudios sobre migraciones. - Madrid, 2014. - N 35. - P. 11-41.

Defensa advierte de que la amenaza islamista en España es «muy seria» // El Norte de Castilla. - Valladolid, 2015. - 02.01. - Mode of access: http://www.elnortedecastilla.es/nacional/201501/02/defensa-advierte-amena za-islamista-20150102151048-rc.html (Дата обращения - 28.01.2016).

Escrivá Á. España, bajo la amenaza del islamismo radical // El Mundo. -Madrid, 2014. - 10.03. - Mode of access: http://www.elmundo.es/especiales/ 11-m/la-decada/4.html (Дата обращения - 28.01.2016).

Extranjeros residentes en España al 31 de diciembre de 2014: Principales Resultados / Ministerio de empleo y seguridad social. - Madrid, 2015. - 16 p. -Mode of access: http: / /extranjeros. empleo. gob. es/ es/ Estadisticas/operacio nes/con-certificado/201412/Residentes_Principales_Resultados_31122014.pdf (Дата обращения - 28.01.2016).

Irujo J.M. 25 yihadistas salidos de España han muerto en Siria e Irak / / El País. - Madrid, 2015. - 27.06. - Mode of access: http://internacional. elpais. com/internacional/2015/06/27/actualidad/1435435266_568849.html (Дата обращения - 28.01.2016).

Lacomba J. La inmigración musulmana en España: Inserción y dinamicas comunitarias en el espacio local // Migraciones / Instituto univ. de estudios sobre migraciones. - Madrid, 2005. - N 18. - P. 47-76.

La comunidad musulmana de origen inmigrante en España: Encuesta de opinion de 2008 / Ministerio del interior; Ministerio de justicia; Ministerio de trabajo y asuntos sociales. - Madrid, 2009. - 64 p. - Mode of access: http://observatorio.hispanomuslim.es/encuesta-metroscopia.pdf (Дата обращения - 28.01.2016).

Martín Muñoz G. Emigración e Islam / / Inmigración y procesos de cambio: Europa y el Mediterráneo en el contexto global / G. Aubarell, R. Zapata-Barrero (Dirs.). - Barcelona: Icaria editorial, 2004. - P. 351-374.

Medina M.Á. Los musulmanes son el 3, 6% de la poblaciónen España (1,7 millones) // El País. - Madrid, 2014. - 10.02. - Mode of access: http:// blogs.elpais.com/miradas-arabes/2014/02/poblacion-cuantos-musulmanes-espa na-3-por-ciento-2014.html (Дата обращения - 28.01.2016).

Pajares M. La integración ciudadana: Una perspectiva para la inmigracion. - Barcelona: Icaria editorial, 2005. - 248 p.

Pérez-Días V., Álvarez-Miranda B., Chaliá E. La inmigración musulmana en Europa: Turcos en Alemania, argelinos en Francia y marroquíes en España. -Madrid: Fundación «la Caixa», 2004. - 330 p.

Ramírez A., Mijares L. Gestión del Islam y de la inmigración en Europa: Tres estudios de caso / / Migraciones / Instituto univ. de estudios sobre migraciones. - Madrid, 2005. - N 18. - P. 77-104.

Ramírez Goicoechea E. Inmigrantes en España: Vidas y experiencias / Centro de investigaciones sociologicas. - Madrid: Siglo XXI de España editors, 1996. - 612 p.

Sánchez Nogales J.L. El Islam entre nosotros: Cristianismo e Islam en España. - Madrid: Biblioteca de autores Cristianos, 2004. - 302 p.

Taules S. La nueva España musulmana. - Barcelona: De Bolsillo, 2004. -

182 p.