Газета «Братский листок» епископа Гермогена (долганова) как составляющая епархиального управления (1904-1912 гг. )

А. И. Мраморное

газета «братский листок» епископа гермогена (долганова) как составляющая епархиального управления

(1904-1912 гг.) *

Как и для всего российского общества предреволюционного периода в начале XX в., для Русской Церкви особое значение приобрели средства массовой информации. На фоне общего роста исследовательского интереса к церковной истории в современной научной литературе не выглядит случайным и то, что историки обратились к анализу дореволюционной церковной периодики. В частности, большой вклад в ее изучение внес петербургский исследователь К. Е. Нетужилов, являющийся автором целого ряда статей и докторской диссертации, посвященных именно православной периодике 1

В трудах К. Е. Нетужилова основной упор сделан на период становления периодической печати Русской Церкви в XIX в. При этом небольшое значение придается журналам и газетам Церкви в бурный пред-, меж- и революционный период. Важно для темы нашего исследователя отметить и определенную терминологическую путаницу в работах исследователя: такой основной для дореволюционной России тип регионального церковного периодического издания, как епархиальные ведомости, называется автором как журналом, так и газетой. В более ранних работах тот же исследователь более уверенно называет «ведомости» газетой 2.

В связи с этим стоит сразу пояснить: епархиальные ведомости — это несомненно журнал и только журнал. Если мы обратимся к основным словарям русского языка — В. И. Даля, Д. Н. Ушакова и др., то можем легко уяснить разницу между журналом и газетой. Критерием служит периодичность и внешняя форма издания. По опреде-

* Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда (проект № 12-31-01214/12).

1 Нетужилов К. Е. История церковной журналистики в России XIX — начала XX века.— СПб., 2009. См. нашу рецензию на эту монографию: Мраморное А. И. Церковная печать обретает историю // Церковь и время.— 2010. № 4 (53).— С. 241-247.

2 Нетужилов К. Е. Епархиальная периодическая печать в дореволюционной России // Известия Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена.— 2006.— Т. 7.— № 21-1.— С. 174-182.

Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2013. Том 14. Выпуск 1

41

лению Ушакова газета — это издание чаще всего ежедневное, выходящее листами. Журнал выходит реже и не листами, а книжками. У Даля находим уточнение понятия «журнал»: «повременное издание, недельное, месячное (выделено мною.— А. М.), выходящее по установленным срокам» 3. «Епархиальные ведомости», как правило, выходили от одного раза в неделю до одного раза в месяц и переплетались в виде книжек, то есть были классическим журналом 4.

Нам важно было привести эти данные не ради критики труда исследователя, а в качестве подтверждения важности изучения именно церковных газет, с одной стороны, как исторического источника, с другой — как явления церковной жизни, потенциал которого был столь велик, что оно, на наш взгляд, могло становиться средством управления.

При этом церковная газета, в отличие от газеты светской, была достаточно редким явлением дореволюционной жизни. По данным К. Е. Нетужилова в межреволюционный период 1905-1917 гг. издавалось, кроме 142 церковных журналов и 39 листков, всего 20 церковных газет 5. Многие из них, только возникнув, исчезали. При этом светские газеты (как общероссийского, так и регионального масштаба) могли выходить десятилетиями и не терять читательского интереса. Кажется, что цифровые данные, приведенные исследователем, вряд ли подвергнутся в процессе дальнейших изысканий серьезной корректировке: чисто церковных газет действительно было мало, о чем свидетельствуют и каталоги газетных федеральных библиотек. Конечно, имеется достаточно тонкая грань между правомонархическими, право-партийными и церковными газетами: по содержанию публикуемого материала они могли быть близки друг другу, однако предложенный уже в науке критерий поможет в этом разобраться: церковными могут быть названы те газетные издания, которые создавались или редактировались высшим или приходским духовенством, профессурой духовных учебных заведений (как в революционный период «Всероссийский церковно-общественный вестник»), мирянами — членами церковнообщественных организаций (братств, сестричеств и т. п.).

Учитывая сказанное, газету «Братский листок», издававшуюся в Саратове в 1904-1912 гг. можно считать уникальной. Эта газета имела, особенно в отдельные периоды своего существования, кроме церковной, и политическую направленность, но в целом это был епископский, а значит и епархиальный печатный орган.

Ранее автору настоящей статьи приходилось обращаться к газете «Братский листок» для характеристики церковно-общественной жизни в Саратовском Поволжье в годы управления епархией епископом Гермогеном (Долгановым) и для изучения биографии самого святителя 6. Представляется не менее важным обратить внимание

3 Использованы электронные варианты словарей, доступные для пользователей на http:// slovari.yandex.ru.

4 Иные исследователи, избирая предметом своего научного рассмотрения «православные периодические издания», а в хронологию включая начало XX в., могут ни словом не обмолвиться о существовании и роли листков и газет и разбирают только отдельные журналы. См. яркий пример: Кузоро К. А. Православные периодические издания в культурном и научном пространстве России (вторая половина XIX — начало XX в.) // Вестник Томского государственного университета.— 2011.— № 1.— С. 71-80.

5 Нетужилов К. Е. История церковной журналистики... С. 246.

6 Мраморнов А. И. «Братский листок» епископа Гермогена и характер общественно-проповеднической деятельности саратовского духовенства в 1907-1911 гг. // Провинциальное духовенство дореволюционной России. Сб. науч. тр.— Тверь, 2005.— Вып. 1.— С. 62-83; Его же. Церковная и общественно-политическая деятельность епископа Гермогена (Долганова, 1858-1918).— Саратов, 2006.

на газету и ее материалы с точки зрения строя и проблем епархиального управления того периода, хотя, безусловно, в этих подходах будут и точки соприкосновения.

В условиях отсутствия иных действенных средств массовой информации печатные органы в России начала XX в.— в стране, в которой усиливались не только экономические и политические, но и культурные, религиозные, нравственные противоречия — становились методом влияния и, стало быть, управления некоторыми процессами, в том числе епархиальной жизни.

Исследователи часто пишут о тех бюрократических тисках, в которые Церковь была зажата в синодальный период, размышляют о неканоничности синодального строя управления. В настоящей статье мы не преследуем цели даже касаться этих дискуссий, однако о них стоит упомянуть потому, что отставание церковной организации от вызовов времени в полной мере ощущалось в начале XX в. Очевидно, что это отставание было связано с существующими проблемами строя церковного управления. Одним из признаков такого отставания в конце XIX в. было, например, то, что в Церкви едва-едва начали проводиться совещания архиереев и съезды духовенства с обсуждением насущных проблем 7, между тем как в сфере светского управления вовсю уже совещались и развивали самоуправление земские и городские активисты. То же было и в сфере печати: если государство, некоторые научные и культурные корпорации, бизнес того времени, стали в пореформенную эпоху обладать значительными ресурсами для выпуска ежедневных многополосных газет, то для Церкви и в начале XX в. достижением стал выпуск четырехполосного листка.

Именно такое издание представляла собой газета «Братский листок», появившийся в самый канун первой русской революции, в конце 1904 г. Создание этого печатного органа напрашивалось не только в связи с политическими событиями в стране, с надвигавшейся протестно-революционной бурей, но и в контексте предшествующей деятельности епископа Гермогена как архиерея Саратовской епархии (сначала, с 1901 г., викарного Вольского, потом, с 1903 г., и правящего Саратовского и Царицынского), который за достаточно короткий срок решил вопросы организации архиерейского дома в Вольске, строительства нового здания Вольского духовного училища, открытия церковно-приходских школ на тех приходах, где они ранее не были созданы, а став епархиальным архиереем, развил весьма активную деятельность, связанную и с постоянными поездками по огромной епархии, крайние точки которой находились друг от друга на расстоянии более чем 500 верст 8, и с активным присутствием в сфере общественной жизни и публичных дискуссий.

Формальная подчиненность приходов, благочиний в епархиях Русской Церкви в дореволюционный период вовсе не означала высокую степень управляемости. Особенно незначительной была степень влияния архиерея на паству, даже на тех людей, которые не попадали под влияние секуляризационных процессов того времени, а с внешней стороны оставались верными Церкви (прежде всего, речь идет об огромной крестьянской массе).

Повышение уровня грамотности населения подсказывало, что печать будет одним из важнейших средств повышения управляемости, в том числе в церковной сфере. Но, конечно, епископу надо было, прежде всего, влиять и на духовенство, показывать

7 См. об этом: Кравецкий А. Г. Церковная миссия в эпоху перемен (между проповедью и диалогом).— М., 2012.— С. 15-17.

8 О раннем периоде служения епископа Гермогена см. подробнее: Мраморнов А. И. Церковная и общественно-политическая деятельность... С. 102-112.

ему своим примером принципы служения, а также позицию, которую надо было занимать. Представляется, что эти соображения в том или ином варианте имелись в сознании епископа Гермогена при создании «Братского листка».

Первые четыре номера издания, вышедшие в конце 1904 — начале 1905 гг., в миссионерских и ознакомительных целях распространялись бесплатно. Учредителем газеты формально было саратовское Братство святого Креста (и Общество религиозно-нравственного просвещения при нем), действовавшее с рубежа 1860-х и 1870-х годов и ранее выпускавшее различные листки миссионерского содержания: всего к 1905-1906 гг. им было издано около 50 наименований листков и 25 брошюр 9. Редакция отмечала, что новое издание — это «новые листки большого формата, на лучшей бумаге, выходят правильно, два раза в неделю, по четвергам и воскресеньям».

Издатели газеты отмечали падение религиозно-нравственного уровня в русском обществе и занятость людей, даже тех, кто желают посвятить свое свободное время Богу. Но и последним, считали они, не хватает времени (а зачастую, можно добавить, и элементарный образованности) читать большие книги. Идея православия, монархии и религиозно-нравственного воспитания рассматривалась как триединая 10, проповедовать ее предстояло в «коротеньком листке», занимающем очень мало времени для прочтения. С другой стороны, объяснение о «коротеньком листке» было некоторым оправданием, и следует сказать, что средств и пишущих сил на полноценную газету у епархии просто не хватало.

На церемонии официального открытия, или говоря современным термином, презентации «Братского листка», 25 января 1905 г., епископ Гермоген обозначил его задачи следующим образом: «Будем надеяться, что наш орган вызовет сочувствие к задачам Братства (святого Креста.— А. М.) в наших сотрудниках на ниве Божией во всех, даже самых отдаленных концах нашей епархии, найдет живой отклик в сердцах их и привлечет их к дружной и совместной работе в созидании духовного блага нашей паствы, ограждения Святой Православной Церкви и отечества нашего от внешних и внутренних врагов их» и.

Главной целью газеты объявлялась защита православия. «Кроме того “Братский листок” имеет в виду отводить возможно более места явлениям местной церковно-бытовой жизни не только г. Саратова, но и всей епархии, что представляется чрезвычайно важным для самопознания и для разумной борьбы с теми или иными недочетами нашего церковного быта» 12.

Редакторами «Братского листка» в разное время состояли Н. П. Домнин и известные саратовские протоиереи П. А. Позднев и И. П. Кречетович. В соответствии с программой издания, представленной в 1908 г. в Главное управление по делам печати кроме «хроники общей и местной» предполагалась также публикация на следующие темы: религиозно-нравственные, патриотические, бытовые; печатались телеграфные известия и даже «литературные заметки» 13. «Братский листок» распространялся

9 От Совета Саратовского общества религиозно-нравственного просвещения при братстве св. Креста // Братский листок (далее — БЛ).— 1907.— № 21.

10 От редакции // БЛ.— 1904.— № 1.— С. 1-2.

11 Духовное торжество в редакции «Братского листка» // БЛ.— 1905.— № 11.— С. 1.

12 Листовка «От редакции “Братского листка”».— Саратов, 1905.

13 Об издании газеты «Братский листок» // Российский государственный исторический архив (далее — РГИА).— Ф. 776.— Оп. 21.— Д. 144.— Л. 2.

по Саратову, по всей губернии, поступал также и в соседние губернские города (например, в Астрахань, где действовала дружественная епископу Гермогену монархическая партия Н. Н. Тихановича-Савицкого).

В период своего существования газета пережила несколько этапов развития. Применительно к изучаемой форме, на наш взгляд, они выглядят так:

— конец 1904 — середина 1906 гг.— становление газеты, характерна низкая степень информативности;

— вторая половина 1906 г.— газета не выходила;

— 1907 — август 1908 гг.— газета возобновляется под названием «Братский листок», а потом переименовывается в «Россиянин» с увеличением количества партийно-политических публикаций;

— август 1908 — конец 1911 гг.— период регулярного выхода газеты, повышения ее влияния и информативности;

— начало 1912 г.— угасание и прекращение выхода газеты.

Следует рассмотреть различные типы материалов, публиковавшихся в газете и имевших (либо способных иметь) ощутимое влияние на духовенство и паству епархии, а значит и являвшихся средством епархиального управления. Лишь при такой классификации и возможно предпринять попытки показать роль газеты в епархиальном управлении.

Со всей уверенностью в свете изучаемой темы важнейшим типом материалов, публиковавшихся в «Братском листке», следует признать епархиальные хроники. Уже в 1905 г. в газете наряду с общественно-политическими и полемическими материалами стали публиковаться епархиальные хроники — сообщения о посещениях епископом тех или иных учреждений, школ епархиального центра и уездов. Впрочем, подобные публикации в 1905-1906 гг. были достаточно сдержанными и выдержанными в духе прежних «епархиальных ведомостей». Дело в том, что тогда же, в 1905 г., епископ Гермоген реформирует и епархиальный официальный орган: на смену «Саратовским епархиальным ведомостям» приходит «Саратовский духовный вестник». По формату преобразованный журнал почти приближался к газете, и в 1905-1906 гг. по своему содержанию и типу «Братский листок» и «духовный вестник» сходятся с той лишь разницей, что в «Листке» содержались материалы и на политические темы и почти не было официальных известий, а «Вестник» продолжал публикации необходимой служебной информации. Позже стало ясно, что «Саратовский духовный вестник» должен был оставаться в рамках официоза, для которого уже давно, ранее выходившими «епархиальными ведомостями» и центральными «Церковными ведомостями» был выработан некий канон. В «Братском листке» отступления от этого канона были возможны. Именно поэтому становится возможным создавать образ епископа, близкого к епархиальному духовенству и пастве.

Именно через хроники «команда» епископа Гермогена создавала определенный образ святителя. Неудивительно, что, начиная с периода второго переименования газеты (в 1908 г., из «Россиянина» обратно в «Братский листок»), в газете начинают работать штатные хроникеры. Данную должность в разное время занимали священник Павел Беляев (часто подписывавшийся псевдонимом «П. Б.»), священник Константин Леонидов, священник Александр Мраморнов и некоторые другие пастыри епархии 14.

14 Написанные им для «Братского листка» хроники опубликованы нами, см: Мраморнов А. И., свящ. Сочинения: Записки, епархиальные хроники, публицистика / Ред.-издатель А. И. Мраморнов.— Саратов, 2005.

Можно сказать, что они входили «в команду» епископа Гермогена и постоянно освещали его служение, его поездки по епархии.

Почти каждая хроника, в которой освещалось служение архиерея, содержала смысл произнесенной им проповеди или обращенного к кому-либо слова. Часто хроникеры характеризовали такое слово как «прекрасное и прочувствованное» 15. От традиционно публиковавшихся в епархиальной печати отточенных и многократно отредактированных епископских проповедей эти переданные хроникерами проповеди отличались живостью и жизненностью. Иногда автор хроники характеризовал настроение присутствующих, как правило упоминая о сосредоточенном и внимательном выслушивании речи архипастыря. Именно так в газете предпринималась попытка создать образ народного архиерея.

К епархиальным хроникам примыкают размещавшиеся в газете материалы пастырских и миссионерских бесед. Эти беседы стали, особенно с 1908 г. регулярными, часто устраивались в формате общедоступных лекций. Издатели газеты осознавали, что публикация материалов таких публичных встреч в печатном органе позволит привлечь к ним еще большее внимание. Видимо, так и происходило, поскольку авторы газетных отчетов о таких пастырских беседах очень часто отмечали, что зал (встречи проходили в народной аудитории, а также в музыкальной училище — будущей Саратовской консерватории) оказывался заполненным или даже переполненным. Так, на семнадцатой пастырской беседе в 1908 г. «зал и хоры были переполнены самой разнообразной публикой до возможной тесноты» 16. Беседы проходили и в уездных городах, например в г. Балашове, причем они также освещались в газете, что увеличивало эффект от их проведения. Интересно, что нетерпимость епископа Гермогена и редакции «Братского листка» к либералам, социалистам, атеистам и активно возбуждаемый ими еврейский вопрос не исключали того, что газета особо отмечала присутствие на пастырских беседах евреев и мусульман 17.

Подробно газетой освещалась деятельность епархиальных учреждений и управленческих структур. Так, подробно освещались епархиальные съезды 1908, 1909 и 1910 гг. Решения съездов издавались потом отдельными брошюрами, а в светских газетах Саратова появлялись заметки со сведениями о подобных епархиальных событиях с позиций постороннего, а иногда и с критикой действий духовенства, но ни в брошюрах, ни в «Саратовском листке», «Саратовским вестнике» или других общественных изданиях не передавались пусть еще скромные, но всё же имевшие место дискуссии. Стоит привести наглядный пример напечатанного на страницах «Братского листка» подобного обсуждения — по животрепещущему вопросу обучения детей духовенства:

Вечернее заседание 9 октября

Дебатируется вопрос об открытии 3-го параллельного класса при духовной семинарии.

Поднимаются рассуждения о том, что ассигновать требуемую сумму можно, но с непременным условием, чтобы дети были приняты и в общежитие семинарии.

В этом роде делается и постановление.

15 См., например: БЛ.— 1908.— № 179.— С. 3.

16 П. Б. Семнадцатая пастырская беседа // БЛ.— 1908.— № 176.— С. 1.

17 П. Б. Шестнадцатая пастырская беседа // БЛ.— 1908.— № 170.— С. 1.

Единственный протест раздался со стороны священника Д. Славина:

— Не открывать!

— Почему?

— Итак расходов много.

Но возмущенные таким протестом отцы и просили, и молили не делать жестокого, губящего их детей, грозящего изгнаний их детей, грозящего изгнанием последних из семинарии, постановления.

— Не только 3-й параллельный, но мы просим вас, то же не застрахованных в будущем от такого же трагического положения, ассигновать необходимую сумму и на 4-й класс, чтобы в будущем наши детки вновь не очутились в таком тяжелом положении пасынков семинарии. Несем такие же расходы, служив в одной епархии, а правами пользуемся другими, или вернее никакими.

Постановили необходимую сумму в текущем году ассигновать на три последние месяца, а равно и ту сумму, какая потребуется и на будущий год, чтобы обучение детей шло без конфликтов.

Вновь протест о. Славина, и вновь взволнованные голоса заставляют его замолчать 18.

Кажется, не стоит специально доказывать, сколь ценны подобные публикации газеты для современных исследователей епархиального управления, но важно обратить внимание и на то, что подобные материалы неофициального характера, не содержащие журналистских сплетен, а являвшиеся достоверными записями о ходе съезда, были интересны епархиальному духовенству, ведь епархиальный съезд распределял местные церковные финансы. В конечном счете, от решений съезда зависело финансирование тех или иных епархиальных учреждений, выделение тех или иных пособий. Вряд ли можно говорить, что дискуссия на съездах того времени была полностью свободной и подлинно соборной, однако именно публикация их деяний, по всей вероятности, содействовала такому порядку.

Безусловно, материалы, публикуемые в «Братском листке», проходили тщательный отбор и соответствовали линии епископа Гермогена. Критика архиерея, конечно, не допускалась на страницах газеты. И даже, например, сообщение о ревизии епархии архиепископом Нижегородским Назарием в 1909 г. было дано в газете в виде опровержения сообщения «Саратовского листка» о том, что ревизия продлится не менее месяца. Подчеркивалось: «Ревизия Высокопреосвященного Назария — обычная ревизия, какие в последнее время часто назначаются Св. Синодом». Интересно, что это опровержение было подано за подписью «канцелярия саратовского епископа». В публикации «Саратовского листка» говорилось о лихорадочной подготовке к ревизии, которая якобы шла в консистории и архиерейском доме. На это канцелярия архиерея отвечала: «Как стало нам известно касательно консистории, а тем более о своей канцелярии мы можем сообщить, что в ней происходит сейчас обычная, спокойная, но не лихорадочная работа и что эта спокойная работа в канцелярии начала вестись уже более года, как раз с того времени, когда более или менее улеглось лихорадочное состояние, в котором волею — неволею находилась епархиальная власть под влиянием нападок местных газет и лиц из левого стана» 19. Сообщение, как кажется, прекрасно иллюстрирует особенности эпохи:

18 С. Н. И. Епархиальный съезд // БЛ.— 1909.— № 216.— С. 3.

19 По поводу приезда Высокопреосвященного Назария в Саратов для ревизии епархии // БЛ.— 1909.— № 130.— С. 4.

даже в официальное сообщение о делах епархиального управления вмешивались партийные настроения и разделения.

Другим важным аспектом информационной деятельности газеты как средства епархиального управления стало освещение этапов организации и развития епархиальных учреждений. «Братский листок» первоначально печатался городскими типографиями, но потом епископом Гермогеном было инициировано создание собственного «Союза печатного дела и продажи изданий» — аналога современных епархиальных издательских отделов, но обладавшего собственной типографией. 27 ноября 1908 г. состоялась экскурсия нескольких учеников городских церковно-приходских школ в типографию. Ее провел заведующий типографией «г[осподин] Леонов.., который любезно давал учащимся соответствующие подробные объяснения» 20. И раньше, и позже в газете появлялись сообщения и о других мероприятиях в «Союзе печатного дела». На наш взгляд, это способствовало созданию положительной роли местной Церкви в просвещении народа.

В одном из номеров «Братского листка» был опубликован проект здания богадельни св. Тита Чудотворца и Серафимовского вдовьего дома, первый взнос в 100 рублей на постройку которого незадолго до кончины прислал Иоанн Кронштадтский. Газета весной 1909 г. публиковала чертеж фасада здания и сообщала, что «если к лету сего 1908 г. соберется пожертвований до 5000 р., то к постройке будет приступлено в сем году» 21. Таким образом, газета становилась информационным сопровождением реальных планов и дел правящего архиерея.

Важной задачей газеты было распространение сведений о церковно-школьной жизни епархии. Регулярно на страницах издания встречались заметки и хроники о постройке и освящении новых школ, о принципах организации школьного дела на приходах епархии, а также о епархиальной церковно-певческой школе, которую основал в 1908 г. епископ Гермоген.

Считая миссию для изучаемого периода одним из ключевых направлений деятельности архиерея, а значит и важнейшей сферой епархиального управления, нельзя не упомянуть о «Братском листке» как миссионерском средстве. Так, с осени 1907 г. свою деятельность в городе усилили адвентисты: они арендовали дом для проведения религиозных бесед, развешивали афиши с объявлениями о них по всему городу, объявили Саратов центром «восточно-российского» округа своей «церкви». Православное духовенство ответило антисектантской проповедью, приступило к изучению секты адвентистов. Так, например, священник К. Добронравов представил на страницах «Россиянина» краткую историю и основные заблуждения «адвентистов как очередных врагов Православной Церкви» 22. Публикации против учений различных сект стали регулярно появляться на страницах газеты.

В начале 1911 г. «Братский листок» уделил большое внимание теме десятилетия служения епископа Гермогена в Саратовской епархии. Хотя по нормам дореволюционной России десятилетие не считалось юбилеем, эта годовщина была отмечена достаточно широко, что стало предметом освещения в епархиальной прессе и насмешек в светской газетной прессе. В то же время очевидно, что попытки сплочения духовенства вокруг личности архиерея через освещение юбилея его служения

20 Св. К. Д. Хроника // БЛ.— 1908.— № 173.— С. 4.

21 БЛ.— 1909.— № 46.— С. 2.

22 Добронравов К. Адвентисты в Саратове и их вероучение // Россиянин.— 1908.— № 34, 36.

в епархиальной газете стали возможностью сплочения вокруг него духовенства и паствы.

Тему общественной полемики «Братского листка» в свете епархиального управления не стоит разбирать в настоящем исследовании. Было ли участие в общественной полемике методом управления? В определенной степени — да, ведь меры архипастырского воздействия в хотя и в активно секуляризировавшемся, но все еще в своей массе христианском обществе были не просто сотрясанием воздуха, а поводом к действию или бездействию для очень многих людей.

В частности, «Братский листок» стал средством борьбы епископа Гермогена с театральными зрелищами и явлениями современной ему художественной литературы. Поскольку в прежних работах автора настоящей статьи сделан достаточно подробный анализ этих публикаций и связанных с ними событий, не стоит на них останавливаться, заметив лишь, что в них очень ярко проявилась возможность газеты как действенного средства управления и манипуляции. Следует также сказать, что политическая позиция газеты вызывала критику в обществе. «Саратовский “Братский Листок” непременно хочет, чтобы чтили его превыше св. Евангелия»,— писала в 1911 г. газета «Саратовский листок» 23.

Более того, наиболее острые публикации в «Листке» привлекли и государственную власть. Осенью 1908 г. епископу Гермогену грозило удаление с кафедры в связи с его конфликтом с саратовским губернатором, вылившимся и на страницы выпускаемой архиереем газеты. «Я телеграфировал губернатору, чтобы он не конфисковал “Братского листка”, в котором напечатана была эта телеграмма, так как предположено принять более серьезные меры»,— писал 9 октября 1908 г. председатель Совета министров П. А. Столыпин обер-прокурору Св. Синода П. П. Извольскому 24. Однако эти меры приняты не были: епископ остался на кафедре, а «Братский листок» продолжил выходить, хотя предполагавшийся к конфискации номер и содержал откровенно антистолыпинские выпады. К слову сказать, церковная газета особенно критиковала местную власть — в отдельных случаях губернатора, а еще чаще — городскую думу. Так, ей указывалось на недостатки в городском благоустройстве, а также на разрешение работы низкопробных трактиров накануне праздничных и воскресных дней, на то, что власть давала разрешение на размещения подобных заведений рядом с храмом. Так, один из корреспондентов газеты приводил картину субботнего вечера в районе храма Покрова Божией Матери на Горах:

.В то время, когда в храме совершается всенощное бдение, напротив храма саженях в 40, гремит музыка, раздается пьяное пение и неразрывное с ним русское сквернословие. Летом, когда в храме бывают отворены двери и окна, эти поганые звуки врываются в храм Божий и нарушают молитвенное настроение молящихся.

Около трактиров толпятся отрепанные бедные женщины. Это жены, матери, нередко дети рабочих, заранее собравшиеся у этих вертепов, чтобы, встретив своих мужей, идущих с субботнего расчета прямо в трактир и отобрать от них хотя часть недельного заработка; нередко весь недельный заработок пропивается в один вечер,— семье рабочего тогда грозит голод. Ужасные, часто дикие сцены происходят при этом. Слезы женщин, руготня их мужей, очень часто драки, вопль, детей — вот обычные субботние вечерние сцены у трактиров, а попозже валяющиеся пьяные тела. Многие из прихожан заявляли нам, что перестали ходить ко всенощной, боясь пьяных около трактиров, боясь их оскорблений;

23 Саратовский листок.— 1911.— № 239.

24 Столыпин П. А. Переписка.— М., 2004.— С. 293.

что эти околотрактирные сцены разрушают то настроение, которое они получают в храме. Нечто подобное творится и в других местах города.

И экономическое благо рабочего народа и нравственные обязательства должны удержать нашу думу оставить петицию трактирщиков 25 без удовлетворения; хочется думать, что «отцы» города не пожертвуют благополучием массы рабочих интересам небольшой кучки трактирщиков 26.

Само наличие подобных обличительных публикаций свидетельствовало, что Церковь была озабочена нравственным состоянием общества и по крайней мере с помощью своей газеты пыталась влиять на происходившее разложение. Стоит обратить внимание и на сохранившую актуальность подобного обличения (за исключением, может быть, бытовых деталей) в наши дни.

В 1911 г. «Братский листок» постоянно был наполнен материалами в защиту иеромонаха Илиодора. Печатались даже стихи, прославляющие того, кто через год станет расстригой и отречется от Православной Церкви. Попытки защитить его оказались тщетными: к этому времени большинству трезво мыслящих людей стало ясно, что илиодоровщина вышла за рамки церковности и стала случаем сбоя в системе церковного управления.

Газета как издательское предприятие являлась убыточной: духовенство епархии подписывалось на нее нехотя, а значительные средства для оплаты издания черпались напрямую из средств Саратовского епархиального свечного завода — главного источника местного финансирования епархии. Деньги оттуда выдавались редакции неоднократно по резолюции епископа 27. Неудивительно, что после удаления епископа Гермогена с кафедры 28 газета медленно угасала: в ней почти не содержалось острых, отличавшихся особой актуальностью и полемичностью публикаций.

Можно говорить, что «Братский листок», выпускавшийся в Саратове епископом Гермогеном — личностью харизматичной, нестандартной по своей активной позиции,— стал сам по себе уникальным изданием. Осознав роль печатной прессы в общественной жизни, епископ и его сотрудники попытались использовать выпускавшуюся ими газету не просто как средство информирования, но и как средство влияния, по сути — как рычаг церковного управления. Вряд ли можно говорить об уверенном и умелом пользовании этим рычагом, хотя, конечно, опыт накапливался со временем.

В текстах газеты «Братский листок» часто чувствовалось дерзновение, свойственное, с одной стороны, «лихой» межреволюционной эпохе, с другой стороны, необходимое в истинном христианском служении. Такого дерзновения не хватает церковным СМИ в наши дни. В связи с этим нельзя не сказать, что изучение истории газеты «Братский листок» имеет и практическую значимость: прежде всего, в ней освещалась жизнь и деятельность людей, живших в ту непростую эпоху, а также зафиксирован исторический опыт организации информационной борьбы в условиях секуляризирующегося государства, который важен для действенной постановки сегодняшней информационной и просветительской деятельности Русской Православной Церкви.

25 О запрете работы трактиров накануне воскресных и праздничных дней.— А. М.

26 К-ий В., свящ. Вниманию Саратовской думы // БЛ.— 1908.— № 139.— С. 4.

27 РГИА.— Ф. 796.— Оп. 194.— Д. 1120.— Л. 260 об., 268.

28 См. подробнее: Мраморнов А. И. Церковная и общественно-политическая деятельность... Гл. 4.

1. Добронравов К. Адвентисты в Саратове и их вероучение // Россиянин.— 1908.— № 34, 36.

2. Духовное торжество в редакции «Братского листка» // БЛ.— 1905.— № 11.

3. Кравецкий А. Г. Церковная миссия в эпоху перемен (между проповедью и диалогом).— М., 2012.

4. Кузоро К. А. Православные периодические издания в культурном и научном пространстве России (вторая половина XIX — начало XX в.) // Вестник Томского государственного университета.— 2011.— № 1.— С. 71-80.

5. Листовка «От редакции “Братского листка”».— Саратов, 1905.

6. Мраморнов А. И. «Братский листок» епископа Гермогена и характер общественнопроповеднической деятельности саратовского духовенства в 1907-1911 гг. // Провинциальное духовенство дореволюционной России. Сб. науч. тр.— Тверь, 2005.— Вып. 1.— С. 62-83.

7. Мраморнов А. И. Церковная и общественно-политическая деятельность епископа Гермогена (Долганова, 1858-1918).— Саратов, 2006.

8. Мраморнов А. И., свящ. Сочинения: Записки, епархиальные хроники, публицистика / Ред.-издатель А. И. Мраморнов.— Саратов, 2005.

9. Мраморнов А. И. Церковная печать обретает историю // Церковь и время.— 2010. № 4 (53).— С. 241-247.

10. Нетужилов К. Е. История церковной журналистики в России XIX — начала XX века.— СПб., 2009.

11. Нетужилов К. Е. Епархиальная периодическая печать в дореволюционной России // Известия Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена.— 2006.— Т. 7.— № 21-1.— С. 174-182.

12. Российский государственный исторический архив.— Ф. 776.— Оп. 21.— Д. 144.

13. Российский государственный исторический архив.— Ф. 796.— Оп. 194.— Д. 1120.

14. Столыпин П. А. Переписка.— М., 2004.