Система сущностных и природных функций правовой идеологии

УДК 340.12

Клименко А.И.

Система сущностных и природных функций правовой идеоло гии

Клименко Алексей Иванович, кандидат юридических наук, доцент, профессор кафедры теории государства и права Московского университета МВД России имени В.Я. Кикотя

E-mail: klimenko_law@mail.ru

В статье с использованием дифференцированного функционального анализа, предполагающего подход к классификации функций правовой идеологии в контексте объектов ее воздействия, решается задача формирования цельной картины и системного видения функций правовой идеологии. Проводится разграничение сущностных функций правовой идеологии, представляющих целостную систему (именно в них проявляется правовое качество правовой идеологии) и природных функций правовой идеологии, под которыми понимаются функции, свойственные идеологии вообще и доставшиеся правовой идеологии в качестве своего рода «наследства» от предшествующих идеологических систем. Решаются задачи формирования системного видения функциональных характеристик правой идеологии, дифференциации и классификации ее функций, а также выделения ее системообразующих функций, обусловленных как ее природой, так и сущностью.

Ключевые слова: функция, система функций, функции правовой идеологии, современное право, правовая система, сущность правовой идеологии, природа правовой идеологии, идеологический компонент права, механизм правовой идеологии, потенциал правовой идеологии.

Рассматривая функциональные характеристики правовой идеологии, важно обратить внимание на ее функциональные связи с интересующими нас объектами. В качестве таковых выступают: право (правовая система), личность, гражданское общество, политически организованное общество в целом, государство (государственный аппарат). Те эффекты, которые вызывает правовая идеология в отношении выделенных объектов, мы и будем понимать под функциями правовой идеологии.

При этом следует говорить как о природных функциях правовой идеологии, которые в принципе присущи любой идеологии, так и о сущностных ее функциях характерных именно для идеологии правовой. Необходимо отметить то, что выделение всего многообразия функций правовой идеологии - задача практически невыполнимая; перечень этих функций открыт, однако вполне возможно выделить наиболее очевидные из них, обусловленные сущностью и природой правовой идеологии. Здесь не следует опасаться того, что выделенных функций может быть «слишком много»; все выделяемые функции находятся во взаимосвязи, и, зачастую, одна реализуется в тесной связи или даже посредством другой (иногда одну функцию можно рассматривать как форму реализации другой функции более общего плана). Вместе с тем, подставляется важным выделить интегративные (общие) функции правовой идеологии позволяющие понять ее роль в современном политически организованном обществе в наиболее общем плане.

Рассмотрим сущностные функции правовой идеологии в отношении права (правовой системы) и попробуем выделить интегративную функцию правовой идеологии в отношении права (правовой системы). Полагаем это возможным ввиду того, что все эти функции обусловлены единой сущностью правовой идеологии.

Функция компенсации формализма общего права (посредством установления связи с ценностями через правовые идеи). Правовая идеология, несмотря на всю свою специфику, как любая идеология апеллирует к ценностной среде. Она призвана оправдать существующее общее право (юридическое право государства), так как это право оторвано от реальных интересов субъектов общественных отношений. Соответственно, существует необходимость создать представление о ценности этого права, которая для людей - носителей интересов не очевидна. Здесь нужен идеологический ресурс, так как он необходим всегда в том случае, когда нужно убедить людей добровольно предпринимать усилия, не соответствующие их собственным интересам. Этот ресурс дает правовая идеология, представляющая такие важные ценности как справедливый порядок, ответственную свободу, формальное равенство и т.д.

Функция выработки цельного общего и единого образа права предполагает маскировку множественности форм права через идейную структуру и формирование представления о том, что представляет собой единое цельное право, в которое интегрированы и нормативные юридические предписания государства, и «естественные права человека», система правовых принципов (писанных и не писанных) и так далее. Эта функция обусловливает то, что, несмотря на множественность форм и типов права, на многообразие правовых культур, существующих в мире, мы говорим о праве как о чем-то едином. Конкретная форма общего права представляется как «единственно возможная», тоталь-

ная, истинная форма права. В случае необходимости идеологически обосновывается избирательное привнесение в эту форму (в эту правовую систему) элементов иных форм права. Таким образом, сама категория «правовая система» представляет собой идеологическую категорию, обусловленную рассматриваемой функцией правовой идеологии.

Функция развития и совершенствования общего права в соответствии с правовыми идеалами. Правовая идеология содержит ценности и идеи - правовые идеалы справедливого порядка и ответственной свободы. Данная идеология представляет собой систему оценок и систему перспективных линий и ориентиров развития права. Даже многие юристы-позитивисты, признавали роль «естественного права» как системы правовых идеалов, хоть и стоящих вне права, но выражающих благие пожелания в отношении его развития1. Содержание правовой идеологии включает правовые идеалы, которые предполагают возможность объективации в правовой жизни общества. Для этого, зачастую, необходимо развитие правовой системы, развитие права. Ориентиром и своего рода программой такого развития и выступает правовая идеология.

Рассмотрев основные сущностные функции правовой идеологии в отношении права и правовой системы следует сделать вывод о том, что, в принципе, роль правовой идеологии по отношении к праву можно описать через конструктивно-компенсаторную функцию, которая интегрирует все рассмотренные сущностные функции правовой идеологии. Правовая идеология компенсирует отсутствие цельности права, способствует его развитию в соответствии с правовыми идеалами, востребованными обществом, компенсирует его функциональную недостаточность, его несоответствие интересам участников правоотношений.

Рассмотрим функции правовой идеологии в отношении права (правовой системы), обусловленные ее природой.

Функция содержательной легитимации права и правовой системы в целом. Эта функция предполагает легитимацию права «старыми средствами» через различные неправовые концепции, объясняющие необходимость подчинения правовым нормам. Среди таких форм легитимации распространена религиозная легитимация, презентующая право как божественное установление или как волю наместника Бога (возможно, - самого Бога). Право также представляется как воля просвещенного мудреца (просвещенный абсолютизм), как естественный и разумный «порядок вещей», как отражение общего интереса или общей воли, как разумные принципы общежития и т.д. Легитимирование права через то, что находится вне сферы правового дискурса, является общим для всех этих подходов. В настоящее время вышеназванная функция отходит на второй план. Право все меньше нуждается в неправовой легитимации, становясь само основой легитимации (через легализацию) общественных отношений.

Функция рационализации (социально-экономической телеологизации) права предполагает рассмотрение права как инструмента достижения благосостояния. Право всегда испытывает влияние экономических интересов социальных акторов, зачастую обретающих идеологическую форму. В современном обществе это влияние существенно. Данная функция имеет важный позитивный эффект, предоставляя возможность сформировать такое видение права и задать ему такой вектор развития, который действительно позволяет обеспечивать рационально организованные экономические отношения.

Функция сакрализации и ритуализации права является, в определенном смысле, рудиментной функцией, доставшейся правовой идеологии от идеологии религиозного типа. Вместе с тем, мы можем увидеть множество сходных черт религиозного и правового сознания в контексте идеологических представлений. Действительно, в настоящее время именно правовые ценности и идеи вышли на первый план, однако зачастую идеология представляет их как «священные». Нередко можно встретить сакрализацию «священных прав человека», «священного права собственности», законности, правопорядка и т.д.

Функция объяснения несовершенства права и компенсации его «пробельности» через связь с ценностями является вторичной по отношению к сущностной функции легитимации формализма права, однако она востребована и необходима для того, чтобы право и правовая система не становились в оппозицию к моральным ценностям. Эта функция ориентирована на примирение права с моралью в нравственной сфере и создания условий для усиления и дополнения права моралью. Так же, как и функция содержательной легитимации права, данная функция востребована в сложные периоды развития общества (экстремальные состояния), когда собственно правовой легитимации недостаточно, то есть когда несовершенство права и правовой системы представляется очевидным.

Рассмотрим сущностные функции правовой идеологии в отношении личности и предпримем попытку также выделить интеграционную функцию.

Функция формирования правового мировоззрения заключается в структурализации на уровне сознания правовой реальности. Сегодня на смену традиционной идеологической регуляции в современном обществе приходит манипуляция сознанием2. Однако такая манипуляция, которая в социальном плане может казаться весьма эффективной, разрушает сознание индивида и в итоге приводит к его социальной дезадаптации. С другой стороны, например, религиозная идеология, хоть и структурировала сознание индивидов, их групп и всего общества, являлась определенным «идеологическим насилием» тоталитарного плана, проникающим глубоко в духовный мир человека, зачастую затрудняя его самостоятельное духовное развитие. Сегодня очевидно, что религиозная идеология и формируемое ею религиозное мировоззрение уже не могут занять то место, которое они занимали ранее в истории. На смену им приходит правовая идеология, формирующая правовое мировоззрение. В современном мире правовая идеология формирует в общественном сознании индивида долговременные идейно-ценностные установки, стабилизирует сознание через конструкцию правового мировоззрения. Становление подобного мировоззрения происходит через внедрение в содержание индивидуального сознания идейного строя правовой идеологии, через погружение индивида в правовой дискурс.

Функция формирования способности к правосудию (правовому суждению как индивидуальному акту) или формирование установок правосознания правового существа3. Как уже отмечалось ранее, в правовой идеологии ценности теряют свое первоначальное абсолютное значение и превращаются в «усеченные» ценности - «цены». Через создание иерархии

2 См.: Харт Г.Л.А. Понятие права. СПб., 2007.

3 См.: Кара-Мурза С.Г. Манипуляция сознанием. М., 2002. См.: Малахов В.П. Философия права. М., 2007.

таких ценностей-«цен» снимается проблема их коллизий. Коллизии эти разрешаются наподобие коллизий норм права (по юридической силе). Таким образом, правовая идеология предполагает возможность ценностного предпочтения, что расширяет вариативность оценочных суждений индивида. Изначально имея способность к суждению, индивид через освоение идейно-ценностной системы правовой идеологии обретает способность к «правосудию» (понимаемому как возможность выносить правовые суждения и делать правовые оценки), то есть способность выносить правовые суждения: судить по праву. Данная функция тесно связана с функцией формирования правового мировоззрения.

Функция формирования установок на активное осознанное правомерное поведение (на свободное и ответственное поведение). Зрелость правового мировоззрения индивида, а также его способность к вынесению правовых суждений, являются предпосылками, но не безусловной причиной правомерного поведения. Тем не менее, правовая идеология, воздействуя на индивидуальное сознание и формируя уважение к правовым ценностям, ориентирует человека на воплощение этих ценностей в своем поведении. Если правовое мировоззрение является базовым, то наиболее существенным для индивида становится оценка его поведения с позиции права, а также деятельная реализация правовых идеалов. Именно это позволяет человеку ощущать себя респектабельным членом общества. Регулятивный потенциал правовой идеологии направлен на регуляцию именно социально значимого поведения.

Интегративной функцией правовой идеологии в отношении личности выступает функция формирования правового существа как особой формы социально-духовной организации личности. Правовая идеология, будучи явлением социальным, не «форматирует» индивидуальное сознание на всех уровнях, она лишь предполагает относительную унифицированность сознания в отношении определенных, наиболее социально значимых вопросов. При этом человек остается свободным в своих религиозных и политических предпочтениях. Правовая идеология выражает договор не с Богом (который отныне является делом индивидуальным), а договор с человеком, договор между людьми, но правовое существо полагает дух этого договора наивысшим смыслом своих суждений, действий и всей социальной жизни.

Р ас с м о т р и м о б ус л о в ле н н ы е п р и р о д о й ф ун кц и и п р ав о в о й и д е о л о г и и в о т -н о ш е н и и ли ч н о с т и .

Функция интеграции представлений личности в идеологическую сферу политического пространства - политическая по природе функция, которая связана с функцией духовной адаптации личности. Однако, здесь наиболее важным моментом представляется именно интеграция в политическое пространство через формирование унифицированных базовых ценностей. Происходит унификация ценностей. Данная функция характерна не только для правовой идеологии. Тем не менее, правовую идеологию характеризует ориентация именно на базовые ценности, а также предельная сакрализация этих ценностей. При этом в правовой идеологии сакрализация в парадоксально светском смысле этого слова достигает своей кульминации через официально-правовую номинацию посредством легализации (формализации) этих ценностей.

Функция определения и обоснования социально-экономического статуса личности обусловлена социально-экономической природой правовой идеологии. Правовая идеология, легитимируя политический порядок (об этой сущностной функции речь пойдет ниже), также легитимирует место каждого индивида в системе данного порядка. Постулируя ценность порядка как такового правовая идеология делает несущественной перед этой ценностью возможную неудовлетворенность индивида положением в этом порядке. Разумеется, такая ситуация имеет место именно тогда, когда мы говорим о функции правовой идеологии. Функция обоснования социально-экономического статуса личности осуществляется любой идеологией, но характер этого обоснования различен.

Функция духовной адаптации личности предполагает соотнесение духовной сферы жизни индивида со средой его существования. Ценностная система всегда в той или иной степени адекватна среде. Она формируется под воздействием среды, а вот транслируется и ретранслируется посредством правовой идеологии. Эта функция содержательно связана со всеми сущностными функциями правовой идеологии в отношении личности.

Функция обоснования нравственного чувства личности (мораль стремления). Идеология не только приобщает человека к собственно правовым ценностям, но и опосредовано - к связанным с ними моральным (подлинным, абсолютным) ценностям, «тенями» которых выступают ценности правовые. Это вызывает ценностные интенции (стремление к ценностям), своего рода «одержимость» идеями, выражающими эти ценности, то что питает нравственное чувство личности.

Функция обеспечения цельности личности представляет собой функцию любой последовательной идеологической системы. Специфика правовой идеологии состоит здесь в том, что цельность личности формируется на основе последовательного правового мировоззрения. Таким образом, эта функция находится в четкой корреляции с такой сущностной функцией правовой идеологии как функция формирования правового мировоззрения. Однако правовой идеологией эта функция реализуется не в столь сильной форме как, например, идеологией религиозной в силу не тотальности и минимальности правовой идеологии. В современном мире духовная цельность личности становится все больше сферой личной духовной ответственности, а правовая идеология лишь в определенной степени способствует этой цельности.

В отношении гражданского общества следует обратить внимание на функции правовой идеологии, обусловленные ее сущностью . Природа правовой идеологии не обусловливает ее роль по отношению к гражданскому обществу, так как гражданское общество - явление, характерное именно для современной политико-правовой организации, тесно связанное с самой организацией идеологической сферы современного общества.

Функция формирования гражданского общества как общества особого типа, объединенного аксиоматикой общественного правосознания является крайне существенной ввиду того, что без правовой идеологии гражданское общество не могло бы существовать. Действительно, в качестве идеолого-политических оснований формирования гражданского общества следует рассматривать, прежде всего, трансформацию идеологической сферы всего политически организованного общества, обретение ведущей идеологией правового характера. Именно в таких условиях формируется гражданское общество как особый феномен, отличное от традиционного и массового общества и способное существовать лишь при наличии сформированной аксиоматики правосознания и в условиях правового государства.

Функция обеспечения справедливого гражданского порядка (структуризация) также связана с содержанием правового дискурса и идейным строем правовой идеологии, где дискурс и идеи справедливости и порядка занимают

важное место. Правовая идеология формулирует гибкие «правила игры» и систему оценок, действий акторов в среде гражданского общества с позиции справедливости. Аксиоматика правосознания, как один из сегментов правовой идеологии, содержит в себе ценностно-императивные основания оформления гражданского порядка, предусматривающего справедливые условия реализации своих интересов членами гражданского общества.

Функция создания компромиссной, «замиренной среды»1 предполагает устранение фундаментальных противоречий в обществе (их «рутинизацию» или процедурную нейтрализацию). Эта функция реализуется через выборы, которые выступают как механизм формализации и снятия политических противоречий и одновременно - как механизм реализации ценности народовластия. Также она реализуется через механизм суда как формы рутинного разрешения конкретных противоречий и одновременно - как механизм реализации ценностей справедливости и порядка и через механизм юридической ответственности как механизма символического ретроспективного восстановления правопорядка. Основанием «замиренной среды» служит консенсус вокруг аксиом общественного гражданского правосознания.

Функция легитимации и стабилизации гражданских отношений предполагает регулирование этих отношений таким образом, чтобы они соответствовали представлениям о «нормальности», формируемым правовой идеологией. Эти стандарты «нормальности» выступают одновременно и главным ориентиром и средством оправдания любых гражданских отношений, которые им соответствуют. Если такие стандарты «нормальности» отсутствуют, то отношения гражданскими признаваться не могут, их легитимность становится сомнительной.

Функция автономизации и структуризации общества может рассматриваться как интегральная функция правовой идеологии по отношению к гражданскому обществу. Ввиду того, что именно автономное (не как независимое, а, прежде всего, как «самозаконное») и, следовательно, структурированное и в силу этого обладающее способностью к самоорганизации и определенной степенью независимости общество, может считаться гражданским, можно рассматривать особый механизм организации идеологической сферы общества - правовую идеологию в качестве причины возникновения и условия существования гражданского общества.

Природные функции правовой идеологии в отношении гражданского общества выделить не представляется возможным. Функциональная связь правовой идеологии и гражданского общества целиком и полностью описывается ее сущностными функциями.

Рассмотрим сущностные функции правовой идеологии в отношении государственного аппарата.

Функция ограничения (сферы воздействия) государственного аппарата представляется крайне существенной в вопросе легитимации власти государства. Правовая идеология легитимирует право, придавая ему качество тотальности и самоценности, а также предоставляет через идейно-ценностную систему возможность оценки действий государства. Таким образом, ограничение идет и через нормы права и через идейные установки правовой идеологии, выражающиеся в неписанных правовых принципах - требованиях к действиям государства, которые можно суммировать в общем требовании действовать справедливо. Легитимируя право правовая идеология позиционирует само право и правовые ценности, идеи и принципы как «высшую ценность»; соответственно, и государственный аппарат вне зависимости от соображений политической целесообразности подлежит ограничению правом. Его существование и действия возможны только тогда, когда они протекают в правовом поле. Казалось бы, ограничение государственного аппарата через правовые нормы, принципы, ценности и т.д. способствует уменьшению его воздействия на общество и его роли в политически организованном обществе в целом, однако ограничение действия аппарата управления и принуждения правом и принципами правовой справедливости делает эти действия не только ограниченными, но и «оформленными», легальными, предсказуемыми и, соответственно, легитимными. Эта функция реализуется в тесной взаимосвязи с иной функцией - функцией легитимации политического порядка в плане того, что аппарат, позиционирующий себя как действующий по правилам (ограниченный), рассматривается как часть этого порядка. Ограничение действий государственного аппарата и возможность оценки этих действий с позиций правовой ценностно-идеологической системы в пространстве правового дискурса создает образ справедливости политического устройства в целом и правильной организации государственного аппарата, а также его функциональной ценности. Следует также отметить то, что нарушение представителями государственной власти правовых ограничений идеологически нейтрализуется через механизм юридической ответственности. Такая нейтрализация происходит в рамках правового дискурса власти и ответственности; идея власти, воспринимаемая как «сверхсвобода» (свобода облеченного властью), распространяется не только на свои действия, но и на действия подвластных. Она тесно связана с правовой идеей ответственности, которая в этом плане также предстает в качестве «сверхответственности» - ответственности не только за себя, но и за других.

Функция придания правовой (стабильной, воспроизводимой) формы управленческим отношениям является особенно важной в современном обществе. Залогом социальной стабильности служит предсказуемая политика государства. Когда государство поступает по правилам, то есть руководствуется правовыми положениями, а также публично провозглашенными принципами правовой идеологии, то его действия рассматриваются как нормальные и, соответственно, воспринимаются как легитимные. Эта функция реализуется в тесной связи с предыдущей. Следует подчеркнуть однако, что государственный аппарат может быть ограничен не только положениями правовой идеологии и не только правом. Тем не менее, сделать осуществление власти предсказуемым, рутинным, регулярно без изменений воспроизводимым процессом и, как следствие, обеспечить восприятие политической сферы как сферы стабильности может только правовая идеология. Правовая идеология предполагает ценность определенного порядка осуществления властной деятельности.

Функция обеспечения правовой политики тесно связана с другой сущностной функцией - функцией развития права в соответствии с правовыми ценностями и идеалами. Эта функция выражается в определении идеалов, достижение которых является целью правовой политики. Правовая идеология представляет собой программу правовой политики. Она, включая в себя как правовую идеологию гражданского общества, так и юридическую идеологию государства, не только программно обеспечивает правовую политику, но и обеспечивает ее легитимность. Нередко целью правовой политики становится преодоление противоречий между правовой идеологией гражданского обще-

1См.: Лейст О.Э. Сущность права. Проблемы теории и философии права. М., 2002.

ства и юридической идеологией государства, таким образом правовая идеология влияет на формирование права. Определяя смысл правовой политики, правовая идеология сообщает ей легитимность.

Функция формирования правового государства выступает интегративной сущностной функцией правовой идеологии в отношении государства (государственного аппарата). Действительно, все характеристики правового государства связаны с характеристиками государственного аппарата, с его ограниченностью правом и представлениями о справедливости и правах человека, правовым характером осуществления своей управленческой деятельности, реализацией политики преимущественно в правовых формах, особой ролью правовой политики государства.

Теперь обратимся к обусловленным природой функциям правовой идеолог и и в о т н о ш е н и и г о с у д ар с т в е н н о г о ап п ар ат а.

Функция легитимации государственной власти свойственна любой идеологии и исторически является, своего рода «вечно актуальной» функцией. Эта функция выражает политическую природу правовой идеологии. В правовой идеологии легитимация государственной власти осуществляется как опосредовано, через маскировку различия политически организованного общества и государственного аппарата, через концептуализацию и легитимацию политического порядка вообще (она маскирует различия между государством в целом, как государственно-организованным обществом, и государственным аппаратом), так и непосредственно, экспонируя власть как ответственную и справедливую. Правовая идеология маскирует отношения господства, «снимая» возможные контрстратегии по отношению к политике власти и, вместе с тем, делает государственную власть анонимной. Власть чиновника трансформируется во «власть» правила.

Государственный аппарат осуществляет легитимную власть ввиду того, что он потенциально ответственен. А. Гарапон показывает, что сегодня практически любое негативное социальное явление служит поводом для поиска и наказания «ответственных», что является результатом «жертвенной логики», возвращая в современное судопроизводство традицию «искупительной жертвы»1. Таким образом, мы можем говорить о диалектике политической идеи власти и правовой идеи ответственности в рамках рассматриваемой функции правовой идеологии.

Функция социализации государственного аппарата - функция, обусловленная экономической природой правовой идеологии. Социализация государственного аппарата представляет его ограничение потребностями общества, а также и его минимизацию, превращение в инструмент для достижения целей и потребностей социальными силами. В концепции «сервисного государства» такая социализация наиболее явно находит свое выражение. Государственный аппарат идеологически представляется как институт, оказывающий обществу услуги. Формирование идеологического концепта сервисного государства позволяет маскировать правящие элиты, абстрагироваться от классовых и элитистских, делегитимирующих государственный аппарат концепций, представляющих его как орудие правящего класса (элиты). Правящие группы становятся неразличимыми, сливаются с социумом, вместе с тем сохраняя и даже упрочняя свое влияние. В рамках рассматриваемой функции экспонируется власть, олицетворяемая государством, как всегда публичная, ответственная и ограниченная, прежде всего, правовыми положениями. Также маскируется влияние, оказываемое на эту власть, которое осуществляется в действительности анонимной и безответственной элитой и, как следствие, - опосредованное влияние этих элит на государственную политику.

Функция сакрализации государственных властных институтов и сакрализации самой государственной власти выступает функцией правовой идеологии в отношении государственного аппарата, выражающей ее религиозную природу. Вполне можно согласиться с мнением Н.М. Коркунова о том, что: «... подчинение конкретным правителям никогда не бывает безусловным. Им повинуются лишь настолько, насколько видят в них представителей чего-то стоящего выше их личной воли»2. Аналогичный тезис высказывал Г. Еллинек, заметивший, что «Только божество или почитаемый как божество монарх в состоянии возвысить не поддающиеся обоснованию и изменчивые проявления своей воли на степень нормы поведения, долженствующей быть признаваемой всеми, но не им самим»3. В настоящее время в России и в западноевропейских государствах религиозное сознание все меньше и меньше влияет на государственную политику. Легитимирующее основание политики находится не столько в религиозных концепциях, сколько в правовых представлениях, в самом праве, и, соответственно, рассматриваемая нами функция утрачивает свое значение, уступая место сущностным функциям правовой идеологии. А. Гарапон отмечает, что «правосудие приняло эстафету у религии в сфере отправления ритуалов»4. Вместе с тем он подчеркивает, что «Аналогия между новыми атрибутами правосудия и атрибутами, которыми прежде наделялась религия, как мы видим, поразительная. И правосудие и религия обеспечивают связь: между прошлым и будущим, референцией и действием, санкцией и примирением, правом и обязанностью. Они устанавливают пределы и, следовательно, другими словами, определяют идентичность политики, социальной, семейной жизни. Эта новая юридическая религия, имеющая объектом не столько группу, сколько человека, помимо всего прочего еще и универсальна»5. Таким образом, мы видим, что данная функция сегодня востребована в той мере, в которой существуют квазирелигиозные отношения в политической сфере. Она также востребована тогда, когда властные институты требуют себе чрезвычайных полномочий, ставящих эти институты выше права и правовых принципов. Такое можно оправдать лишь используя религиозный ресурс сакрализации (это характерно для чрезвычайных, экстремальных периодов развития современного общества и не является для него нормой).

Функция морализации (ценностного ограничения политики государства) и ассоциации государства с «педагогическим ведомством» отражает моральную природу правовой идеологии и предполагает снятие противостояния морали и права в отношении политики государства. Это обусловливает необходимость позиционировать государство как ограниченное не только правом, но и моралью. Кроме того, государство здесь выступает как своего рода «социальный педагог», устанавливая правила и стандарты воспитания граждан в духе «правильных моральных ценностей». На основе морали, как уже отмечалось, нельзя выстроить идеологическую систему, однако ни одна идеология не может позволить себе разрыв с моралью как сферой существования подлинных абсолютных ценностей и вынуж-

1 См.: Гарапон А. Хранитель обещаний: суд и демократия. М., 2004. С. 124-126.

2 Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. СПб., 2004. С. 297.

3 Еллинек Г. Общее учение о государстве. СПб., 2004. С. 360.

4 Гарапон А. Хранитель обещаний: суд и демократия. М., 2004. С. 218.

5 Там же. С. 219.

дена к этим ценностям апеллировать. Правовые конвенциальные ценности также находят свое основание не только в «конвенции», согласии, но и в моральной сфере, будучи ассоциированы с моральными ценностями.

В отношении политически организованного общества следует также выделить ряд сущностных функций правовой идеологии. Необходимо отметить, что именно сущностные функции правовой идеологии в отношении политически организованного общества следует понимать как наиболее важные по двум причинам: во-первых, по причине того, что эти функции осуществляются по отношению к политически организованному обществу в целом и являются своеобразной суммой всех сущностных функций и, во-вторых, ввиду того, что, как мы увидим, эти функции наиболее социально востребованы.

Функция либерализации политически организованного общества посредством формализации и консервации. Правовая идеология в силу своей консервативности оказывает консервирующее влияние на общественные отношения через их формализацию1. Она нацелена на установление предсказуемого, фиксируемого во временном отношении порядка, основанного на формальных, относительно статичных статусных отношениях. В этом смысле, сталкиваясь с динамичной, изменчивой реальностью правовая идеология должна выполнять функцию искусственной (символической) стабилизации этой реальности. В общественных отношениях это, прежде всего, выражается в том, что правовая идеология в социальном плане символически трансформирует функцию субъекта общественных отношений в статус (совокупность правомочий, обязанностей, формально признанных качеств, присущих личности и т.д.) путем статусной номинации2. Тем самым правовая идеология создает сферу реализации свободы индивидом под свою ответственность. Эта сфера довольно широка и четко очерчена, что способствует либерализации политически организованного общества, ввиду того, что все обретают гарантированную сферу свободы, степень пользования которой определяется индивидуально, но границы весьма четко очерчены и гарантированы. Так, статус гражданина предполагает такую степень формализации, что определенные свободы у него невозможно отнять даже при полном нежелании ими пользоваться.

Функция обеспечения национальной безопасности актуализируется в современных условиях развития политически организованного общества в контексте существующих угроз его политической форме. Для понимания проблемы обеспечения национальной безопасности следует выделить идеологический уровень ее обеспечения. На этом уровне именно правовая идеология играет важнейшую роль, однако и здесь ее значение не абсолютно, ее ресурс может быть использован с другими формами обеспечения национальной безопасности. Само понятие безопасности есть понятие негативное и связано с представлением об угрозе. В этом контексте обращает на себя внимание такая черта правосознания как негативность, выделяемая В.П. Малаховым3. Подобные взгляды демонстрировали Г.Д. Гурвич и А. Гарапон4. Правосознание всегда актуализируется в негативной ситуации, то есть в ситуации возникающей опасности нарушения права.

Функция правовой легитимации политического порядка (политическая власть представляется как власть по пра-ву)5. Функция связана с потребностью любого общества в идеологии как в определенной системе идей и способе мышления, которые наделяют смыслом и оправдывают практики, отношения и связи, существующие в этом обществе. Правовая идеология через систему правовых идей и механизмов оправдывает, обосновывает и систематизирует социальные связи и отношения, опосредованные правом, которые наиболее важны для современного государства. Правовая идеология ориентирована именно на такое «склеивание» и придание определенной структуры, на чистую легитимацию порядка, на придание ему качества справедливого порядка (правопорядка).

Эта важнейшая функция правовой идеологии связана, прежде всего, с оправданием власти как особого порядка отношений - диспозитива. Власть в контексте правовой идеологии воспринимается как тип отношений принципиально равных. Через наличие взаимных прав и обязанностей, их формализацию и детальную регламентацию устраняется сам феномен господства.

В качестве основной интегрирующей сущностной функции правовой идеологии следует назвать функцию правовой легитимации современного политически организованного общества в его нормальном состоянии. Эта функция (взятая в отдельности) в наиболее полном смысле характеризирует роль правовой идеологии в отношении политически организованного общества. Она будет рассмотрена далее в соотношении с другими консолидирующими функциями правовой идеологии.

Необходимо также выделить следующие, обусловленные природой правовой идеологии, функции в отношении политически организованного общества.

Функция консолидации политически организованного общества является функцией правовой идеологии, обусловленной ее политической природой. Противоречия в современном обществе нуждаются в снятии, и для этого наиболее востребована именно правовая идеология. Здесь следует особо подчеркнуть то, что неразрешимые социальные противоречия, зачастую, могут быть разрешены «чудесным образом» - символически, именно с использованием идеологического ресурса. Идеология может подменить реальность символами реальности и тем самым «наложить» на реальность искажающую ее идейную структуру. Можно привести примеры таких социальных противоречий, которые делают правовую идеологию востребованной: противоречие интересов политически организованного общества и аппарата чиновников; противоречие социальных функций индивида в обществе и его социального статуса и др. Эти и многие другие противоречия есть условия востребованности любой идеологии, которая как бы скрепляет политически организованное общество и обеспечивает его консолидацию. При этом идеология может снимать противоречия и через установки сверхценностей-целей, перед которыми все противоречия представляются несущественными, и на основе этих сверхценностей-целей общество может консолидироваться (например, цель победы в войне и т.д.)6. Установка таких сверхценностей возможна также лишь на непродолжительное время (так как

1 См.: Палазян А.С., Малахов В.П. Функциональная характеристика права: вопросы методологии. М., 2009.

2 Бурдье П. Социология политики. М., 1993. С. 73.

3 См.: Малахов В.П. Философия права. М. - Екатеринбург, 2002. С. 111-115.

4 Гурвич Г.Д. Философия и социология права: Избранные сочинения. СПб., 2004. С. 291-292; Гарапон А. Указ. соч. С. 183.

5 См.: Курицын В.М., Шалягин Д.Д. Опыт становление конституционализма в США, Японии и Советской России. М., 2004. С. 387.

6 Курицын В.М. История государства и права России. 1929-1940 гг. М., 1998. С. 201-202.

они постепенно утрачивают свое влияние на общественное сознание), и это характерно для периодов социальной мобилизации, когда консолидация наиболее востребована.

Функция обоснования статусно-функциональных связей (в частности, - оправдание социального неравенства) является функцией, обусловленной экономической природой правовой идеологии. В идеале социальный статус субъекта общественных отношений полностью соответствует его социальной функции и также динамичен, как и функция. Однако о таком «идеальном» состоянии, как верно отмечает известный французский исследователь Н. Ру-лан, можно говорить лишь применительно к первобытным общностям, где собственно и реализовывался принцип функциональной справедливости1. По мере усложнения общества статусы индивидов постепенно в той или иной степени отчуждаются от их социальных функций, и, соответственно, становится очевидной социальная несправедливость, социальное неравенство, и это неравенство нуждается в обосновании. В качестве подобного обоснования может служить приобщенность к сакральному, какие-либо характеристики человека (действительные или мнимые), которым придается особое, «расширенное» значение (раса, цвет кожи, принадлежность к религии, роду и т.д.) Правовая идеология внушает мысль о справедливости «правил игры» в режиме «условного» равенства, идеальной формой которого является формальное равенство, и реального неравенства, которое признается несущественным, маскируется, а не выводится из иррациональных оснований, как в случае с религиозной идеологией.

Функция формирования сверхъестественного социально-культурного ареала или нормативного дискурса, который базируется на основаниях веры в сверхъестественное, пусть даже «светской веры», обусловлена религиозно-магической природой правовой идеологии. Исторически далеко не всегда правовая идеология играла такую важную роль в обществе, какую она играет сейчас. Долгое время именно религиозная идеология определяла общественное сознание. Тем не менее, «древние» идеологические механизмы, которые предполагают задействование религиозных и магических представлений, становятся особенно востребованы тогда, когда необходимо обосновать какие-либо не нормальные (экстремальные) состояния, когда необходим внешний источник легитимации. Для того, чтобы этот источник можно было использовать необходимо подготовленное общественное сознание; соответственно, такой квазирелигиозный дискурс поддерживается в «тлеющем» состоянии также и в современном обществе и актуализируется именно тогда, когда от политически организованного общества требуется мобилизовать все свои усилия, или кардинально перестроиться. Тогда этот дискурс становится востребованными.

Функция формирования нравственных ограничений в политически организованном обществе является функцией правовой идеологии, обусловленной ее моральной природой. За приобщение к подлинным моральным ценностям обществу приходится платить демонстрацией приверженности этим ценностям. Соответственно, любая идеология предполагает формирование существенных ограничений морального плана. Однако эти ограничения не абсолютны и чаще всего связаны с необходимостью их демонстрировать и открыто ретранслировать в публичной сфере.

Можно отметить, что если ставить вопрос о интегративных функциях правовой идеологии в отношении определенного объекта, что таковых природных функций мы не выделили. Это связано с многообразием природы правовой идеологии. В отличие от сущности, природа правовой идеологии многообразна и разнообразна, а природные функции в обусловленным многообразием ее источников и оснований. Вместе с тем, нами были выделены интегратив-ные сущностные функции правовой идеологии в отношении права и правовой системы, личности, гражданского общества, государственного аппарата и политически организованного общества.

Выделение интегративных функций представляется перспективным направлением в исследовании, так как они, обобщая, выражают наиболее важные направления действия правовой идеологии и ее эффекты. В связи с этим полагаем, что следует попытаться определить основную функцию правовой идеологии в современном политически организованном обществе с учетом многообразия ее природы. Здесь имеет смысл выделить общие (интегративные, системообразующие) функции правовой идеологии, выражающие ее определенную природу, а именно: социально-политическую (политическую), социально-экономическую, религиозно-магическую и моральную функции правовой идеологии.

Выше были рассмотрены социально-политические функции правовой идеологии (функции, обусловленные ее политической природой). К ним относятся: содержательная, неправовая легитимация права и правовой системы; интеграция представлений личности в идеологическую сферу политического пространства (консолидация); функция легитимации государственной власти. В качестве интегративной политической функции здесь выступает функция обеспечения единства политически организованного общества как своего рода политического «организма» и его отграничение от среды его существования.

Мы также выделили ряд социально-экономических функций правовой идеологии: в отношении права - функцию рационализации (социально-экономической телеологизации); в отношении личности - определение и обоснование социально-экономического статуса личности; в отношении общества - обоснование статусно-функциональных связей (в частности, - оправдание социального неравенства); в отношении государства - социализации. Интегративной функцией здесь выступает функция приспособления политико-правового пространства для реализации частных социально-экономических интересов и приумножения капитала.

Следует выделить такие функции, обусловленные религиозно-магической природой правовой идеологии, как функция сакрализации и ритуализации права; функция духовной адаптации личности; функция сакрализации государственных властных институтов и сакрализация самой государственной власти (в отношении государства); функция формирования сверхъестественного социально-культурного ареала или нормативного дискурса. Таким образом, представляется возможным выделить такую религиозную функцию правовой идеологии как функция сакрализации права и политико-правового пространства современного общества.

Можно говорить о нижеследующих функциях правовой идеологии, обусловленных ее моральной природой: объяснение несовершенства права и «заполнение его пробельности»; морализация и ценностное ограничение политики государства и ассоциация государства с «педагогическим ведомством»; обоснование нравственного чувства личности; формирование нравственных ограничений в политически организованном обществе. Полагаем, интегра-

1 См.: Рулан Н. Юридическая антропология. М., 2000. 30

тивной моральной функцией правовой идеологии является функция формирования связи политического пространства с моральными (абсолютными) ценностями - ценностное насыщение политического пространства.

Выделение природных функций правовой идеологии позволяет четче представить влияние природы правовой идеологии на ту роль, которую она играет в современном государственно-организованном обществе.

Теперь обратимся к интегративным сущностным функциям правовой идеологии и зададимся вопросом о том, можно ли их ранжировать по степени важности или говорить об общей функции, характеризующей роль правовой идеологии в современном обществе в целом, обусловленной ее сущностью. Ранее были выделены следующие функции: конструктивно-компенсаторная функция в отношении права и правовой системы; функция формирования правового существа как личности особого духовного склада; автономизации и структуризации общества (и общественных отношений); формирования правового государства и функция правовой легитимации структуры современного политически организованного общества в его нормальном состоянии. С точки зрения сущности правовой идеологии все эти функции представляются крайне значимыми, и в том числе с учетом специфики объектов воздействия правовой идеологии не имеет смысла выделять интегративную функцию. Однако следует подчеркнуть, что на макроуровне - на уровне политически организованного общества, функция правовой идеологии выступает как своего рода общая функция, и это - функция правовой легитимации современного политически организованного общества в его нормальном состоянии. Именно ее следует считать наиболее существенной функцией правовой идеологии.

ЛИТЕРАТУРА

1. Алексеев С.С. Линия права. М.: Статут, 2006. 461 с.

2. Бурдье П. Социология политики. Пер. с фр. / Сост., общ. ред. и предисл. Н.А. Шматко. М.: Socio-Logos, 1993. 336 с.

3. Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. М.: Территория будущего, 2005. 800 с.

4. Гарапон А. Хранитель обещаний: суд и демократия. М.: NOTA BENE, 2004. 328 с.

5. Гурвич Г.Д. Философия и социология права: Избранные сочинения. СПб.: СПбГУ, Изд-во юридического ф-та СПбГУ,

2004. 848 с.

6. Дворкин Р. О правах всерьез / Пер. с англ.; ред. Л.Б. Макеева. М.: РОССПЭН, 2004. 392 с. 6.

7. Еллинек Г. Общее учение о государстве / Вступит. статья докт. юрид. наук, проф. И.Ю. Козлихина. СПб.: Юридический

центр Пресс, 2004. 752 с.

8. Зыкова С.В., Клименко А.И., Кулакова Ю.Ю. и др. Актуальные проблемы правовой теории государства / под ред. В.П.

Малахова, А.И. Клименко. М.: ЮНИТИ-ДАНА: Закон и право, 2013. 183 с.

9. Кара-Мурза С.Г. Манипуляция сознанием. М.: ЭКСМО-Пресс, 2002. 832 с.

10. Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. СПб.: Юридический центр Пресс, 2004. 430 с.

11. Коэн Дж.Л., Арато Э. Гражданское общество и политическая теория. Пер. с англ. / Общ. ред. И.И. Мюрберг. М.: Весь

Мир, 2003. 784 с.

12. Курицын В.М. История государства и права России. 1929-1940 гг. М.: Международные отношения, 1998. 232 с.

13. Курицын В.М., Шалягин Д.Д. Опыт становления конституционализма в США, Японии и Советской России. М.: Акаде-

мический Проект; Трикста, 2004. 496 с.

14. Лебон Г. Психология масс. Мн.: Харвест, М.: АСТ 2000. 320 с.

15. Лейст О.Э. Сущность права. Проблемы теории и философии права. М.: Зерцало-М, 2002. 288 с.

16. Леони Б. Свобода и закон. / Пер. с англ. В. Кошкина под ред. А. Куряева. М.: ИРИСЭН, 2008. 308 с.

17. Малахов В.П. Философия права: Идеи и предположения. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2008. 391 с.

18. Малахов В.П. Философия права. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2007. 336 с.

19. Малахов В.П. Философия права: Учебное пособие. М.: Академический Проект; Екатеринбург: Деловая книга, 2002. 448 с.

20. Мамонтов А.Г. Административно-политический фактор в системе правосудия // Вестник Московского университета

МВД России. 2011. № 12. С. 120-126..

21. Мамонтов А.Г. Независимость и законность современного суда: миф и реальность // История государства и права. 2012.

№ 11. С. 39-42.

22. Марченко М.Н., Бабурин С.Н., Бережнов А.Г., Воротилин Е.А., Фролова Е.А. и др. Философия права. Курс лекций:

учебное пособие в 2 т. / Отв. ред. М.Н. Марченко. Т. 1. М.: Проспект, 2011. 552 с.

23. Палазян А.С., Малахов В.П. Функциональная характеристика права: вопросы методологии. Монография. М.: Москов-

ский университет МВД России, 2009. 232 с.

24. Ролз Дж. Теория справедливости. Пер. с англ. / Науч. ред. и предисл. В.В. Целищева. Изд. 2-е. М.: ЛКИ, 2010. 536 с.

25. Рулан Н. Юридическая антропология: Учебник. / Отв. ред. В.С. Нерсесянц. М.: Норма, 2000. 310 с.

26. Фуллер Л.Л. Мораль права / Пер. с англ. Т. Даниловой под ред. А. Куряева. М.: ИРИСЭН, 2007. 308 с.

27. Харт Г.Л.А. Понятие права / Пер. с англ.; под общ. ред. Е.В. Афонасина и С.В. Моисеева. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-

та, 2007. 302 с.

28. Шварцмантель Д. Идеология и политика. Харьков: Издательство Гуманитарный Центр, 2009. 322 с.

29. Dworkin R. Law's Empire. Oxford: Hart Publishing, 1998. 470 p.

30. Dworkin R: Contemporary Philosophy in Focus. Ed. A. Ripstein. New York: Cambridge University Press, 2007. 186 p.

31. Dworkin R.M. A Matter of Principle. Cambridge, Massachusetts: Harvard University Press, 1987. 425 p.

32. Dworkin R.M., ed. The Philosophy of Law. Oxford Readings in Philosophy. Oxford: Oxford University Press, 1977. 177 p.

33. Rawls J. A Theory of Justice. Cambridge, Massachusetts: The Belknap Press of Harvard University Press, 1999. 538 p.

Цитирование по ГОСТ Р 7.0.11—2011:

Клименко, А. И. Система сущностных и природных функций правовой идеологии / А.И. Клименко // Пространство и Время. — 2015. — № 3(21). — С. 24—31. Стационарный сетевой адрес: 2226-7271provr_st3-21.2015.12