Факторы жизнеспособности профессионалов социальной сферы

УДК 159.9

ФАКТОРЫ ЖИЗНЕСПОСОБНОСТИ ПРОФЕССИОНАЛОВ СОЦИАЛЬНОЙ СФЕРЫ

© 2016

Лотарева Таисия Юрьевна, аспирант лаборатории «Психология труда, инженерная психология, эргономика»

Институт психологии Российской академии наук

Аннотация. В статье показана актуальность исследования защитных факторов, способствующих формированию жизнеспособности профессионалов социальной сферы. В рамках экологического подхода раскрывается междисциплинарное понятие «жизнеспособность человека». На основании анализа исследований выделены основные группы факторов жизнеспособности профессионалов социальной сферы: микросистемного, мезосистемного, экзосистем-ного и макросистемного уровней (по Ю. Бронфенбреннеру). Несмотря на влияние ряда факторов риска (работа с психотравмирующими ситуациями, высокий уровень ответственности, неопределенность, низкая престижность социальной работы) в деятельности профессионалов социальной сферы не используются методы и технологии, выступающие защитными факторами для их жизнеспособности (супервизии, тренинги развития коммуникативных навыков, материальное и нематериальное стимулирование). Личностные смыслы, связанные с удовлетворенностью профессионалами своей работой, ее социальным значением и духовным содержанием, являются уникальными защитными факторами, обеспечивающим противостояние стрессам и нагрузкам, являясь определяющими в структуре жизнеспособности профессионалов социальной сферы. Проблема жизнеспособности профессионалов социальной сферы не является детально изученной. В данной работе на основании анализа литературных источников произведена попытка выделения факторов, способствующих развитию жизнеспособности профессионалов социальной сферы, а также факторов риска жизнеспособности представителей социономических профессий.

Ключевые слова: жизнеспособность человека, профессионалы социальной сферы, экологический подход.

THE RESILIENCE FACTORS OF SOCIAL SPHERE PROFESSIONALS

© 2016

Lotareva Taisiya Yurievna, postgraduate

Institute of Psychology of the Russian Academy of Sciences

Abstract. Abstract. In the article the study of protective factors for social sphere professionals' resilience is presented. In the framework of the ecological approach nterdisciplinary concept of resilience is revealed. Major groups of factors at microsystem, mesosystem, ecosystem and macrosystem levels according U. Bronfenbrenner, influencing on resilience of social sphere professionals are presented. Instead of a number of risk factors affecting on resilience for social sphere professionals (work within stressful situations, high level of responsibility, the uncertainty, the low prestige of social work), certain methods and technologies, working as protective factors for resilience (supervision, training, development of communicative skills, material and non-material profits) are not used. Personal meanings associated with satisfaction with their work, their social values and spiritual content, are unique protective factors in the structure of resilience for social sphere professionals. The problem of the social sphere professionals' resilience is not studied in detail. In this paper, on the basis of the literature analysis the protective and risk factors of social sphere professionals' resilience are identified.

Keywords: resilience, social sphere professionals, ecological approach.

В сфере психологии труда вопрос соответствия ресурсов человека имеющимся задачам является традиционным, и особую остроту проблема изучения человеческих ресурсов имеет в сфере труда представителей «помогающих профессий». Подчеркивая выраженность информационных и организационных стрессоров (Н.Е. Водопьянова, Е.С. Старченкова), ученые обращаются к исследованию феноменов эмоционального выгорания (О.А. Елдышова, Н.Е. Водопьянова), адаптации (Л.Г. Дикая, Г.Ю. Крылова), жизнестойкости (М.Е. Зеленова, В.В. Барабанова, В.М. Кабаева), совладающего поведения (Е.С. Старченкова).

Представления о факторах профессиональной деятельности социальных работников, обуславливающих значительные эмоциональные нагрузки и дефицит поддерживающих ресурсов, актуализируют проблему выделения личностных и средовых ресурсов поддержки профессионалов. Наиболее полно представления о личностных ресурсах и факторах среды представлены в рамках концепции жизнеспособности человека. Под жизнеспособностью человека понимается «способность человека к управлению собственными ресурсами, обеспечивающими высокий предел личностной психической адаптации в контексте развития личности, а также социальной и профессиональной самореализации человека в условиях социальных, культурных норм и средовых условий» [21: с. 294]. А.В. Махнач отмечал междисциплинарный характер понятия «жизнеспособность», которое разрабатывалось в философии, кибернетике, теории систем, биологии, психологии, педагогике и т.д. [16].

Проблема жизнеспособности профессионалов социальной сферы не является детально изученной, при этом в рамках социальной психологии [9, 24], психологии труда [5, 25], клинической психологии и психотерапии

[1, 28, 32] описаны защитные факторы и факторы риска для жизнеспособности представителей социономиче-ских профессий.

Традиция изучения жизнеспособности профессионалов социальной сферы берет начало в работах исследователей Европы и США. Эти исследования реализуются в рамках экологического подхода и отличаются выраженной ориентированностью на практику. Жизнеспособность понимается как основной ресурс социальных работников (L. Grant, G. Kinman), определяются факторы, способствующие развитию жизнеспособности работников, осуществляющих заботу о социальных клиентах (S. Collins, Т. Morrison и др.).

Поскольку сам феномен жизнеспособности человека проявляется в контексте внешних влияний и разрушительных явлений окружающей среды, значительная часть исследователей придерживается экологического подхода. Последователи экологического подхода (А.В. Махнач, N. Bierman, N. Hubley, C. Samson, M. Ungar и др.) подчеркивают принципиальное значение внешних и внутренних элементов в структуре жизнеспособности человека, исходя из следующих посылок:

1. Учитывается влияние изменений среды на индивида и его последствия;

2. Имеет значение наличие интервенций (социального влияния или внешней угрозы) и их интенсивность;

3. Жизнеспособность человека зависит от индивидуального, интерперсонального и широкого спектра социальных факторов.

Применение экологического подхода в исследовании профессиональной деятельности связано с определением факторов поддержки и развития жизнеспособности в виде стратегий улучшения ресурсов (L. Grant, G. Kinman), усиления поддержки (T. Morrison, S. Collins),

обращения индивида к ресурсам и поддержке (J. Ikeda, N. Hubley, L. Liebenberg), а также мониторинга компонентов жизнеспособности (L. Grant, G. Kinman).

В ходе исследований феноменов жизнеспособности человека особым образом выступает тема факторов, способствующих развитию его жизнеспособности или угрожающих ей (А.И. Лактионова, А.В. Махнач, G. Gianesini, A. Masten, M. Rutter, и др.). В экологическом подходе выделяют факторы риска и факторы защиты, способствующие формированию и развитию жизнеспособности человека. Подчеркивается, что проявления жизнеспособности зависят от контекста, качества и количества стрессоров, индивидуальных черт и культурных особенностей (M. Rutter). Исследователь К. Самсон, при изучении людей преодолевающих последствия войны и болезней, выявила три источника поддержки: личностный, семейный и социальный. Она выделила несколько элементов, которые защищают человека от формирования «адаптивно девиантного поведения». Это такие личностные элементы как: самооценка, надежда/ оптимизм, автономия, способность совладания со стрессом, коммуникабельность, способность жить с опорой на широкий диапазон эмоций, позитивный опыт решения проблем. Также К. Самсон определила те элементы, которые негативно влияют на развивающуюся жизнеспособность, т.к. могут привести к таким рискам как депрессия, суицидальные мысли, аддикции, анорексия и т.д. Это такие элементы как: тяжесть травмы, внезапность агрессивной интервенции, определенное психическое состояние в момент травмы, отсутствие или квазиотсутствие социальной сети [46].

Таким образом, в рамках экологического подхода традиционно рассматриваются четыре аспекта: 1) личностные характеристики человека, 2) его система отношений, 3) влияние сообществ, общества и государства, 4) культурный контекст, в котором он функционирует [11, 16].

Научные представления о факторах, детерминирующих жизнеспособность профессионалов социальной сферы, актуализируют проблему структуры жизнеспособности человека, состоящей из внутренних и внешних компонентов, вместе с тем выступающей целостной системой, а также положение о взаимном влиянии факторов разных экологических уровней [12, 17, 18].

Для системного анализа факторов жизнеспособности профессионалов социальной сферы в наших исследованиях используется модель экологических систем Ю. Бронфенбреннера, которая позволяет выделить основные уровни социально-психологических факторов, детерминирующих жизнеспособность профессионалов социальной сферы [30].

Микросистема, по определению Ю. Бронфен-бреннера, — это комплекс отношений между развивающимся человеком и непосредственной средой, включающей самого этого человека. В анализе факторов на микросистемном уровне мы будем обращаться к тем факторам, которые рассматриваются в науке как характеристики личности, имеющие решающее значение для жизнеспособности профессионалов, а также факторы интерперсональных отношений.

Мезосистема — понимается Ю. Бронфенбреннером как совокупность, влияющих друг на друга микросистем - отношения между значимыми субъектами в деятельности профессионалов социальной сферы.

Экзосистема, охватывает другие специальные структуры - формальные и неформальные, которые сами не включают в себя развивающегося человека, но воздействуют на непосредственные условия, в которых человек оказывается и во многом определяют происходящее. Экзоистемный уровень - это уровень межведомственных отношений в социальной сфере. На этом уровне выделяются субъекты более высокого порядка: управляющие организации, общественные организации, некоммерческие структуры, СМИ, которые создают мощный

фон в деятельности профессионалов социальной сферы.

Макросистему Ю. Бронфенбреннер определил как преобладающие институциональные паттерны культуры или субкультуры, такие, как экономическая, социальная, образовательная, правовая и политическая системы, конкретными проявлениями которых являются микро-, мезо- и экзосистемы. На этом уровне представляется важным рассмотрение таких факторов как нравственное состояние общества, аспекты социальной политики, характеристики состояния современного общества. «Говоря об изучении жизнеспособности человека, теория Ю. Бронфенбреннера может быть применена по нескольким направлениям: а) в оценке жизнеспособности человека с позиций систем, в которые он включён непосредственно или опосредовано; б) в разработке необходимых целевых приоритетных воздействий, программ, мероприятий, способствующих развитию жизнеспособности; в) в оценке жизнеспособности человека, возникающей в связи с этими воздействиями по повышению ее уровня в случае стихийных бедствий, стресса, конфликтов и т.п.» [18: с. 65].

Развивая идею о факторах поддержки и развития жизнеспособности профессионалов, работающих с клиентами социальных служб (социальной помощи), С. Коллинз убедительно показал, что таким ресурсом выступает оптимизм [31], который заключается в умении профессионалов компенсировать негативные переживания позитивными, когда фрустрации, тревоги и страхи переживаются с «вкраплением» положительных эмоций. Вместе с тем Коллинз приводит точку зрения М. Селигмана ^е%тап, 1991; цит. по 31: р. 264), который говорит о гибкости в применении оптимизма как психологической стратегии, подчеркивая, что оптимизм не уместен там, где речь идет о страданиях людей перегруженных социальной работой, ограниченных низкими доходами, плохим организационными ресурсами и структурными угнетениями. В противовес точке зрения о том, что оптимизм зависит от внешних факторов Н. Катц-Бернштейн причисляет оптимизм к характеристике, которая близка к личностной, и акцентирует внимание на том, что этот ресурс невозможно развить или каким-то образом обучиться быть оптимистичным [32]. Значение оптимизма социальных работников также показано в лонгитюдном исследования С. Кирка и Г. Коэске (1995), которые изучали взаимодействие между работниками и клиентами (людьми с выраженными психическими нарушениями) [37]. Этот лонгитюд показал, что оптимистично настроенные сотрудники более эффективны в работе со случаями, чем «реалисты» и имеют значимо более высокую удовлетворенность своей работой, и, в добавок ко всему, имеют меньше шансов покинуть рабочее место [цит. по 31: р. 265].

Как можно заметить в картине факторов личностного уровня ученые выделяют черты и состояния, которые поддерживают жизнеспособность. Особое внимание уделяется компетенциям, которые поддаются формированию и развитию.

На уровне микросистемы также выделяется фактор интерперсональных отношений как системы отношений профессионала с близким окружением. Представления о природе интерперсональных отношений уходят корнями в теорию привязанности [1], согласно которой отношения надежной привязанности в детстве служат фактором интериоризации чувства безопасности. Опыт безопасных и надежный отношений впоследствии переносится в повседневную жизнь, что создает возможность для реализации задач развития [32]. Таким образом, система привязанности обеспечивает индивида способностями совладания с трудностями и выступает значимым фактором жизнеспособности [43]. Исследования М. Лейтера и его коллег показали, что между стилем сложившейся привязанности у врачей и их качеством социальных отношений есть связь. Был показано, что избегающий тип привязанности отрицательно коррелирует с такими

Лотарева Таисия Юрьевна психологические

ФАКТОРЫ ЖИЗНЕСПОСОБНОСТИ ... науки

коммуникативными компонентами как вежливость, психологическая безопасность, доверие, а тревожный тип привязанности врача связан с такими проявлениями как бескультурье, истощение и цинизм [38].

В отечественной социальной психологии и психологии труда фактор межличностных отношений рассматривается в исследованиях таких феноменов как производительность труда, профессиональная адаптация, профессиональные деформации - «межличностные отношения выступают как субъективная социально-психологическая сторона профессиональной среды, характер которых оказывает воздействие на профессиональную адаптацию и профессионализацию» [10: с. 486].

Также в отечественной психологии принято говорить о профессионально важных качествах и компетенциях представителей социономических профессий, среди которых особое место занимают коммуникативные навыки [5, 18]. К коммуникативным навыкам специалистов социальной сферы традиционно предъявляются высокие требования, которые относятся к разделу профессиональной этики, содержатся в должностных инструкциях и нормативных актах, регламентирующих их деятельность. Помимо коммуникативных навыков имеет значение эмоциональная устойчивость, наблюдательность и организаторские способности представителей соционо-мических профессий [20, 26].

Г. Кинман и Л. Грант убедительно показали, что основным ресурсом социальных работников выступает целенаправленное развитие жизнеспособности еще на этапе профессионального обучения. Авторы выделили несколько компетенций, которые необходимо формировать в рамках специального тренинга, обуславливающих жизнеспособность профессионалов: эмоциональная устойчивость, способность рефлексии (которая способствует развитию эмоциональной саморегуляции), эмоциональный интеллект (эмоциональная саморегуляция, гибкость), эмпатию, социальные компетенции (коммуникативные навыки, уверенность в себе) [36].

Как известно, фактор межличностных взаимодействий для профессионалов социальной сферы является и предметом деятельности (отношения с клиентом) и условиями труда (командный тип работы) и составляет круг основных задач (развитие межведомственных взаимодействий, просвещение). Этот фактор имеет большое значение также в условиях повышенной эмоциональной напряженности труда. К сожалению, этот кластер проблем не достаточно освещен в современных исследованиях и не учитывается в администрировании профессиональными ресурсами в организации социальной направленности. Необходимы теоретическая разработка и верифицирующие эту проблематику эмпирические данные, подтверждающие гипотезу о том, что целенаправленное развитие сплоченности профессионального коллектива, повышение субъектности деятельности, подбор и расстановка кадров с учетом совместимости в коллективе и развитие культуры доброжелательных отношений имеют положительную корреляцию с параметрами жизнеспособности профессионалов социальной сферы.

Следует отметить, что на уровне изучения интерперсональных отношений исследователи выделяют две группы факторов, оказывающих влияние на жизнеспособность профессионалов. Первая группа факторов имеет отношение к способностям и компетенциям работников социальной сферы (преимущественно изучаются коммуникативные навыки). Вторая группа факторов представлена исследованиями такого средового компонента жизнеспособности как качество поддержки и внимания со стороны непосредственного социального окружения (коллег, преподавателей, руководства). Вместе с тем в науке мало что известно о факторе семейной поддержки социальных работников и их системе привязанности. По этой причине мы уделяем внимание изучению семейных ресурсов профессионалов социальной сферы 378

в наших исследованиях [14].

На мезосистемном - организационном уровне авторы чаще выделяют факторы отрицательного воздействия на представителей социономических профессий, подчеркивая неблагоприятные условия труда и психотравми-рующие обстоятельства, которые приводят к перенапряжению, перегрузкам, профессиональным деформациям личности [23] и профессионально обусловленным психосоматическим заболеваниям [15].

Н. Катц-Берштейн и соавторы развивают идею об интериоризированном «безопасном месте» субъектов социальной помощи. В своей статье о принципах работы психотерапевта со сложными случаями в детской терапии ими сформулированы три условия сохранения жизнеспособности психотерапевта. Первое условие - это уверенность в отношениях и событиях. Второе условие - умение удерживать свою профессиональную позицию не смотря на «разносящий» характер процесса. И наконец, третье условие - это способность действовать, оставаться творческим и оптимистичным [32]. Р. Барт и его соавторы в качестве фактора поддержки социальных работников, чья работа связана с заботой о детях, выделили такой ресурс как качественные супервизии. Ими было показано, что данный фактор поддержки имеет положительную корреляцию с показателями удовлетворенности работой [29].

Таким образом, на мезосистемном уровне выделяются стрессовые факторы и их негативные последствия для здоровья и деятельности профессионалов. Подчеркивается значение качественных супервизий и способности профессионала поддерживать свою жизнеспособность.

Экзосистемный уровень для профессионалов социальной сферы представлен системой ведомств, а также научных, профессиональных, гражданских, бизнес- и интернет- сообществ. Этот уровень социальных систем порождает целый спектр факторов, оказывающих влияние на проявления жизнеспособности профессионалов социальной сферы: конкурентоспособность специалистов на рынке социальных услуг, престижность профессии, система оплаты труда и т.д.

Описания факторов экзосистемного уровня были обнаружены в ряде выступлений на IV Всероссийском социологическом конгрессе «Социология в системе научного управления обществом». А.В. Михалева охарактеризовала основные проблемы в системе социального обслуживания г. Санкт-Петербурга следующим образом: «В современных социально-экономических условиях подбор кадрового состава становится все более сложной задачей, прежде всего, это касается социальных работников, составляющих большую часть персонала ЦСОН» [20: с. 2203] . Среди основных факторов, приводящих к подобной ситуации, автор выделяет следующие: низкая престижность социальной работы; недостаточность образовательных ресурсов

описывает современную ситуацию в области соционо-мических профессий: «Профессиональный маргинализм стал реальностью нашего времени. И это проявляется не только в отдельных властных и коммерческих структурах, но и в усилении формального подхода к своим профессиональным обязанностям в профессиях, от которых непосредственно зависит благополучие большинства людей - это образование, медицина, судебная система и т. д.» Далее автор выделяет общесоциальные факторы, которые приводят к появлению маргинализма профессионалов: «Когда отдельные феномены перерастают в массовое явление, это заставляет искать их истоки не в психологии конкретных людей, а в недостаточно толерантном обществе, не сумевшем отрегулировать свои отношения с профессионалами. Оно не получает того профессионала, на которого имеет право рассчитывать, а профессионал, не ощущая своей значимости для общества, все меньше стремится к полноценной самореализации» [7: с. 95]. Иными словами, проблема неквалифицированного профессионала трактуется как закономерный результат неотрегулированных отношений между субъектами экзосистемного уровня.

Таким образом, в исследованиях экзосистемный уровень факторов представлен признаками, отражающими нестабильность и «слабость» системы межведомственного взаимодействия, которые являются источниками таких стрессов для профессионалов социальной сферы как высокая степень неопределенности, дефицит профессиональной поддержки (в виде супервизий и обучения) и стимулирования (материального и нематериального), но при этом для деятельности профессионалов характерна высокая ответственности за результаты. В подобных условиях процесс выгорания профессионалов и дискредитации социальных служб описан как закономерный результат функционирования современной системы социальной помощи [5].

На широком макросоциальном уровне на жизнеспособность профессионалов влияют институты общества, правила взаимоотношений, ценности, особенности социального и экономического развития. В социономиче-ских профессиях наиболее выражено аккумулируются и интегрируются разные социальные тенденции, смены и «сломы». Косвенно это отражается в большей выраженности именно в данных профессиях стрессов глобализации, психического выгорания, маргинализма/ идентичности и др. (Л. Г. Дикая, Н. Е. Водопьянова, В. Е. Орел, С. Maslach и др.). Иными словами, макросистемный уровень факторов жизнеспособности профессионалов социальной сферы охватывает культурно-исторические предпосылки развития социальной сферы в России, фактор развития социальной сферы в других странах, детерминанту социальной политики в России, ценности общества.

М. И. Воловикова показывает, что на современном этапе в российском обществе не сформированы и вместе с тем искажены нравственные приоритеты [3]. А. Л. Журавлев и А. В. Юревич приходят к заключению о том, что «.. .морально-нравственная сторона жизни нашего общества переживает системную деградацию, затрагивающую и мораль, и нравственность, и механизмы их взаимосвязи [23: с. 14]. Существование острых проблем нравственного, духовного уровня выступает фактором, на фоне которого создаются учреждения социальной сферы, так как формируется социальный запрос на устранение признаков неблагополучия в обществе. Подобная ситуация формирует систему ожиданий от представителей социономических профессий, которые состоят в том, что специалисты должны направлять усилия на устранение девиаций в обществе, помогать в формировании гуманистических ценностей. От профессионалов требуется «. демонстрация, в том числе и массовому сознанию, губительности безнравственного состояния общества; активное участие в научных и общественных дискуссиях о роли нравственности.

выявление влияния нравственности на эффективность, жизнеспособность и другие характеристики общества. разработка и внедрение специальных психологических практик, в частности, образовательных, направленных на развитие нравственного сознания наших сограждан; активное участие в реорганизации широкого спектра социальных практик на нравственных началах» [24: с. 16].

Таким образом, в условиях выраженных нарушений в области ценностей и нравственного состояния общества формируется запрос на эффективную работу представителей помогающих профессий, направленную не только на устранение девиаций в обществе, но и на профилактику подобных явлений.

В существующих условиях также выражена опасная тенденция, которая заключается в том, что деятельность профессионалов социальной сферы начнут регламентировать жесткими нормами и требованиями. Согласно наблюдению А.А. Козлова в России функциональные обязанности профессионалов социальной сферы в большой степени связаны с контролем и административными действиями, направленными скорее на ликвидацию проблемной ситуации. В то время как в США деятельность социальных работников больше связана с активной помощью человеку в решении проблем. Также выражены отличия в уровне доверия клиента к профессионалу социальной сферы, в США он очень велик, как и высок престиж социальных профессий, при развитости системы частных социальных услуг, за которые платит сам клиент [9].

Согласно наблюдению В.А. Толочка современные социально-экономические условия в России для представителей профессий класса «человек-человек» приближаются к экстремальным. Он замечает: «Нередко у работников разных организаций доминируют негативные психические состояния. Как следствие — эмоциональная неустойчивость работника, агрессивность и т. д. Социальная незащищенность в целом делает условия труда многих россиян особыми и экстремальными. введение платного обучения и низкие ставки оплаты труда, изменение системы трудовых отношений субъектов привели к усложнению труда и его стрессоген-ности [27: с. 178-179]. Помимо факторов риска, к которым привели интенсивыне изменения в нашем обществе В.А., Толочек говорит о таких мощных разрушающих факторах, внедренных в общество, как «конфликты в семье, угроза потерять работу, рост стоимости жизни, проблемы с получением образования детей, детская и взрослая преступность, употребление наркотиков и др.» [там же: с. 180], которые приводят к развитию ситуативной тревожности, ощущению угрозы, неуверенности в будущем, что, в свою очередь, может стать причиной эмоционального срыва, нетерпимости, агрессивности профессионалов.

А.Б. Холмогорова и Н.Г. Гаранян подчеркивают, что стрессогенность современной жизни, обусловленная изменчивостью и неопределенностью условий жизни, усиливается ценностно-смысловыми приоритетами, характерными для современной западной культуры, переносимыми и в отечественную социокультурную среду. К феноменам такого рода относятся «культ силы», «культ успеха», «культ разума», становящиеся причиной распространения тревоги и депрессии [28]. Однако, не смотря на экстремальность условий жизни и деятельности, известно, что профессионалы социальной сферы зачастую имеют высокую удовлетворенность своей работой, так как считают ее стоящим занятием и верят в то, что они смогут изменить жизнь людей [31: р. 255].

Помимо внутренних ресурсов, которые помогают профессионалам оставаться и развиваться в профессии, авторы выделяют фактор мнения окружающих. С. Коллинз акцентирует внимание на том, что «Следуя социальным нормам, помощь чаще оказывают люди, которые чувствительны ко мнению окружающих» [31]. Подобные данные говорят о большом значении мате-

риального и нематериального стимулирования деятельности профессионалов социальной сферы, однако, подобным технологии в учреждениях социальной сферы в нашей стране не применяются.

Таким образом, на макросистемном уровне авторы также выделяют ряд факторов риска для жизнеспособности профессионалов социальной сферы. Макросистемный уровень факторов нам представляется в образе гигантских тисков, в которых оказываются профессионалы социальной сферы: с одной стороны представители социономических профессий сталкиваются с последствиями факторов социального риска в обществе (сиротство, алкоголизм, наркомания, безработица и т.д.) и призваны «исцелять» эти «раны»; с другой стороны они сами не избавлены от влияния большого числа социально-экономических стрессов. Вместе с тем социальная работа способна наделять жизнь профессионалов смыслом и приносить удовлетворение.

Анализ литературных источников позволил выделить социально-психологические факторы, представляющие риски для жизнеспособности профессионалов социальной сферы и факторы, способствующие развитию жизнеспособности представителей социономических профессий (таблица 1).

Таблица 1 - Социально-психологические факторы жизнеспособности профессионалов социальной сферы

Уровни

Микросистемный

Мезо-системный

Экзо-

системный

Макро-системный

Факторы риска

-Наличие травмирующих событий, а также их внезапность, сила и длительность воздействия;

-Нарушенные отношения привязанности, отсутствие социальной поддержки со стороны семьи и другого социального окружения.

-Психотравмирующие обстоятельства как объект работы;

-Высокий уровень неопределенности в результатах и способах деятельности.

-Высокий уровень ответственности;

-Отсутствие системы мотивации, недостаточность проф. подготовки; -Низкая престижность социальной работы.

-Несформированные и искаженные нравственные ориентиры в обществе; -Карательные механизмы контроля деятельности профессионалов;

Факторы развития

-Оптимизм, эмпа-тия, самоэффективность; совладающее поведение, жизнестойкость; -Общение с коллегами, внимание к условиям труда со стороны руководства, семейная поддержка;

-Тренинг развития личностных компонентов жизнеспособности и коммуникативных навыков.

-Супервизия; -Уверенность в событиях и отношениях;

-Умение удерживать

профессиональные

границы;

-Творческая активность.

-Обучение; -Разработка системы нематериального и материального симулирования профессионалов.

-Личностные смыслы в деятельности.

В психологии «жизнеспособность человека» рассматривается как способность человека к высокому уровню адаптации и развитию в заданных условиях. Для профессионалов социальной сферы жизнеспособность нами уточняется как способность человека к развитию в контексте специфических условий труда и более широком культурно-историческом и профессиональном контексте

Анализ жизнеспособности профессионалов социальной сферы в нашем исследовании проведен в рамках экологического подхода, который позволяет рассматривать четыре группы факторов, соответствующих микро-

системному, мезосистемному, экзосистемному и макро-системному уровням.

Отмечаем неравномерность в представлениях исследователей о влиянии на жизнеспособность профессионалов социальной сферы факторов разных системных уровней. При заметной разработанности проблемы личностных ресурсов профессионалов представляется важным изучение близких социальных отношений, о значимости которых нет достоверных данных и исследований. Имеется достаточно указаний на многочисленные источники стрессов организационного и макроси-стемного уровней, но вместе с тем отсутствуют данные о жизнеспособности представителей социономических профессий на российской выборке, что и является перспективой нашего исследования.

Тем не менее, проведенный нами анализ позволил выделить факторы, способствующие развитию жизнеспособности представителей социономических профессий, а также факторы риска, которые послужат основой дальнейших исследований.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Бриш К. Теория привязанности и воспитание счастливых людей. М.: Теревинф, 2014.

2. Водопьянова Н.Е., Старченкова Е.С. Синдром выгорания. СПб.: Питер, 2008.

3. Воловикова М.И. Макропсихологический подход к пониманию духовно-нравственного выбора личности // Психологические исследования нравственности / Отв. ред. А.Л. Журавлев, А.В. Юревич. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2013. С. 36-51.

4. Дикая Л.Г. Профессиональная адаптация к стрес-согенным факторам глобализации и сохранение профессионального здоровья / Л.Г. Дикая // Материалы научно-практических конгрессов IV Всероссийского форума «Здоровье нации - основа процветания России». Т. 2. М., 2008, С. 44-46.

5. Дикая Л.Г. Профессиональное выгорание и безопасность труда в социально-ориентированных профессиях // Социальные и гуманитарные науки на Дальнем Востоке. 2015. № 3 (47). С. 43-52.

6. Елдышова О.А. Профессиональное выгорание в помогающих профессиях // Роль служб экстренной психологической помощи по телефону в решении проблемы сиротства в России: I Международная конференция детских телефонов доверия 17-18 ноября 2006г. М.,

2006. С. 38-41.

7. Ермолаева Е.П. Принципы и методы психологической поддержки действующих профессионалов // Методы психологического обеспечения профессиональной деятельности и технологии развития ментальных ресурсов человека / Отв. ред. Л.Г. Дикая, А.Л. Журавлев, М.А. Холодная. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2014. С. 76-97.

8. Зеленова М.Е., Барабанова В.В., Кабаева В.М. Уровень жизнестойкости, Я-концепция и профессиональное здоровье учителей // Социальная психология и общество. 2011. № 3. С. 40-53.

9. Козлов А.А. Социальная работа за рубежом: состояние, тенденции, перспективы. М.: Флинта, 1998.

10. Крылова Г.Ю., Дикая Л.Г. Социально-психологические аспекты профессиональной адаптации в стрессогенных условиях деятельности // Психология адаптации и социальная среда: современные подходы, проблемы, перспективы / Отв. ред. Л.Г. Дикая, А.Л. Журавлев. М.: Изд-во «Институт психологии РАН»,

2007. С. 483-505.

11. Лактионова А.И. Жизнеспособность как ресурс социальной адаптации у подростков // Психологические исследования проблем современного российского общества / Отв. ред. А.Л. Журавлев, Е.А. Сергиенко. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2013. С. 232-253.

12. Лактионова А.И. Структурно-уровневая организация жизнеспособности человека: метасистемный подход // Личность профессионала в современном

мире / Отв. ред. Л.Г. Дикая, А.Л. Журавлев. М.: Изд-во «Институт психологии РАН». 2013. С. 109-126.

13. Лактионова А.И., Махнач А.В. Жизнеспособность подростков-сирот // Проектная деятельность детей как ресурс развития жизнестойкости / Авт.-сост. Е.Г. Коблик. М.: Благотворительный фонд «Женщины и дети прежде всего», 2009. С. 6-32.

14. Лотарева Т.Ю. Социально-психологические факторы жизнеспособности профессионалов социальной сферы // Психология стресса и совладающего поведения. Мат-лы III Международной научно-практической конф. в 2-х т. / Отв. ред. Т.Л. Крюкова, Е.В. Куфтяк, М.В. Сапоровская, С.А. Хазова. Кострома, 26-28 сентября 2013 г. Т. 2. С. 124-128.

15. Малярчук Н.Н. Пути профилактики и преодоления синдрома профессионального выгорания / Н.Н. Малярчук // Актуальные проблемы профессионального развития педагогов в системе профессионального образования: теория и практика. Мат-лы Всерос. научно-практ. Конф. Тюмень: Изд-во Тюменского гос. ун-та, 2005. С. 76-81.

16. Махнач А.В. Жизнеспособность как междисциплинарное понятие // Психологический журнал. 2012. Т. 33. № 6. С. 84-98.

17. Махнач А.В. Жизнеспособность человека: измерение и операционализация термина // Психологические исследования проблем современного российского общества / Отв. ред. А.Л. Журавлев, Е.А. Сергиенко. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2013. С. 54-83.

18. Махнач А.В. Социокультурный экологический подход в исследовании жизнеспособности человека и семьи // Социальные и гуманитарные науки на Дальнем Востоке. 2014. №. 3 (43). С. 67-75.

19. Махнач А.В. Профессиональная замещающая семья: статус, проблемы, решения // Проблема сиротства в современной России: психологический аспект / Отв. ред.

A.В. Махнач, А.М. Прихожан, Н.Н. Толстых. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2015. С. 341-400.

20. Махнач А.В., Алдашева А.А. Компоненты и признаки новой социономической профессии «приемный родитель» // Психологические проблемы современного российского общества / Отв. ред. А.Л. Журавлев, Е.А. Сергиенко. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2012. С. 457-479.

21. Махнач А.В., Лактионова А.И. Жизнеспособность подростка: понятие и концепция // Психология адаптации и социальная среда: современные подходы, проблемы, перспективы / Отв. ред. Л.Г. Дикая, А.Л. Журавлев. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2007. С. 290312.

22. Михалева А.В. Проблемы кадрового состава центров социального обслуживания населения // Социология в системе научного управления. Материалы IV Всероссийского социологического конгресса М.: ИС РАН, 2012. URL: http://www.isras.ru/VSK_IV_partion. Ыт^ейюп=36

23. Муздыбаев К. Качество жизни населения Петербурга: 1990-2004 годы. СПб.: ГУП МЦСЭИ «Леонтьевский центр», 2005.

24. Нравственность современного российского общества: психологический анализ / Отв. ред. А. Л. Журавлев, А.

B. Юревич. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2012.

25. Орел В.Е. Исследование профессиональной деформации личности на уровне представлений о профессии // Актуальные проблемы естественных и гуманитарных наук. 1995. С. 43-57.

26. Старченкова Е.С. Особенности копинг-поведе-ния на разных этапах профессионализации // Выгорание и профессионализация / Под ред. В.В. Лукьянова, А.Б. Леоновой, А.А. Обознова, А.С. Чернышева, Н.Е. Водопьяновой. Курск: Курск. гос. ун-т, 2013. С. 338-349.

27. Толочек В.А. Профессиональное становление субъекта в социономических профессиях: специфика феномена или новые грани психологии? // Вестник

Самарской гуманитарной академии. Серия: Психология. 2009. № 1. С. 116-124.

28. Холмогорова А.Б., Гаранян Н.Г. Эмоциональные расстройства и современная культура // Московский психотерапевтический журнал. 1999. № 2. С. 61-90.

29. Barth R., Lloyd E.C., Christ S.L., Chapman M.V., N.S. Dickinson. Child welfare worker characteristics and job satisfaction: A national study // Social Work. 2008. V. 53. № 3. P. 199-209.

30. Bronfenbrenner U. Ecology of the family as a context for human development: Research perspectives // Developmental Psychology. 1986. V. 22 (6). P. 723-742.

31. Collins S. Statutory social workers: stress, job satisfaction, coping, social support and individual differences // British Journal of Social Work. 2008. V. 38. Р. 1173-1193.

32. Gahleitner S.B., Katz-Bernstein N., Pröll-List U. Das Konzept des „Safe Place" in Theorie und Praxis der Kinder- und Jugendlichen Psychotherapie // E-Journal für biopsychosoziale Dialoge in Psychotherapie, Supervision und Beratung. 2013. B. 2. S. 165-185.

33. Gianesini G. Resilience as a relational construct. Theoretical and empirical evidences. Unpublished Dissertation. 2011.

34. Grant L., Kinman G. Enhancing wellbeing in social work students: building resilience in the next generation // Social Work Education: The International Journal. 2012. V. 31. № 5. Р. 605-621.

35. Ikeda J., Hubley N., Liebenberg L. Pathways to Resilience: Supporting Youth Resilience. 2013. URL: http:// www.youtube.com/watch?v=od5a20mXDw4

36. Kinman G., Grant L. Exploring stress resilience in trainee social workers: The role of emotional and social competencies // British Journal of Social Work. 2011. V. 41. P. 261-275.

37. Kirk S., Koeske G. The fate of optimism: A longitudinal study of case managers' hopefulness and subsequent morale // Research on Social Work Practice. 1995. V. 5 (1). Р. 47-61.

38. Leiter M.P., Harvie P., Frizzell C. The correspondence of patient satisfaction and nurse burnout // Social Science & Medicine. 1998. V. 47. P. 1611-1617.

39. Liebenberg L., Ungar M., Theron L. Using video observation and photo elicitation interviews to understand obscured processes in the lives of 10.1177/0907568213496652

40. Masten A.S. Ordinary magic: Resilience processes in development // American Psychologist. 2001. V. 56. Р. 227-238.

41. Masten A.S., Obradovic J. Disaster preparation and recovery: lessons from research on resilience in human development // Ecology and Society. 2008. V. 13 (1). URL: http://www.ecologyandsociety.org/vol13/iss1/art9/

42. Masten A.S., Powell J.L. A resilience framework for research, policy, and practice // Resilience and Vulnerability: Adaptation in the Context of Childhood Adversities / S.S. Luthar (Ed.). Cambridge: Cambridge University Press, 2003. P. 1-28.

43. Morrison T. Emotional intelligence, emotion and social work: context, characteristics complications and contribution // British Journal of Social Work. 2007. V. 37. P. 245-263.

44. Rutter M. Resilience as a dynamic concept // Development and Psychopathology. 2012. V. 24. P. 335-344.

45. Samson C. Notes de lecture - La resilience. URL: http://www.hommes-et-faits.com/Livres/Cs_Resilience.htm

46. Ungar M., Liebenberg L. The International Resilience Project: A mixed-methods approach to the study of resilience across cultures // Handbook for working with children and youth: Pathways to resilience across cultures and contexts / M. Ungar (Ed.). Thousand Oaks: Sage, 2005. P. 211-226.

Статья публикуется при поддержке РГНФ. Проект «Социально-психологические факторы формирования жизнеспособности профессионала» № 1606-00702