Институт представительства в отечественном гражданском праве

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2019. Т. 16, № 1. С. 67-78.

УДК 347

DOI 10.25513/1990-5173.2019.16(1).67-78

ИНСТИТУТ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВА В ОТЕЧЕСТВЕННОМ ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ

Е. Л. Невзгодина

Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского, г. Омск, Россия

Введение. Институт представительства и доверенности является юридической фикцией, но значимость таковой трудно переоценить. Представительство - одна из форм посредничества, но это по сути универсальная форма посредничества, без которой немыслимо функционирование большинства юридических лиц, совершенно невозможно включение в гражданский оборот граждан, не обладающих должным объёмом дееспособности, и весьма затруднено участие в гражданском обороте даже граждан, обладающих полной дееспособностью. Цель. Целью исследования является усиление гарантий защиты интересов всех участников сделки с участием представителя, а вместе с тем - гарантий стабильности гражданского оборота в целом. Методология. Для обоснования предложенных тезисов автор использует предлагаемые наукой приёмы и способы: системный подход, метод сравнительного анализа, метод правового моделирования, метод научного анализа, историко-правовой метод. Результаты. Обоснована суть представительства как юридической фикции, «освящённой» законодателем наряду с иными юридическими фикциями в гражданском праве, без которых немыслимо гражданско-правовое регулирование общественных отношений. Обозначена сфера представительства в гражданском праве как для граждан, так и для юридических лиц как необходимый правовой инструмент, без которого немыслимо нормальное функционирование гражданского оборота, а во многих случаях - вообще участие субъектов гражданского права в таком обороте. Обосновывается целесообразность полного запрета на «двойное представительство», как это имело место в «дореформенном» гражданском законодательстве, с одним исключением - когда один супруг выдаёт доверенность другому по поводу распоряжения общим имуществом (купли, продажи, дарения и т. п.). Но в таком случае необходимо присутствие этого другого супруга у нотариуса при удостоверении доверенности и письменная отметка его о таком согласии либо в самой доверенности, либо в отдельном документе, тоже удостоверяемом нотариусом. Подчёркивается положительный характер новеллы закона о возможности так называемых коллективных, или солидарных доверенностей. Отмечается, что даже при выдаче доверенности нескольким поверенным для действий по ней лишь «сообща», в той же доверенности представляемый вправе оговорить какие-либо дополнительные полномочия лишь для одного из указанных в доверенности поверенных, хотя это прямо и не предусмотрено в законе. Обосновывается целесообразность дополнения ст. 188 Гражданского кодекса РФ, содержащей перечень оснований прекращения доверенности, указанием на прекращение доверенности по тем же основаниям, когда речь идёт о доверенности, выданной несколькими поверенными или нескольким поверенным, которым разрешено осуществлять полномочия лишь совместно. Заключение. Полученные результаты могут иметь практическое значение, в том числе для нотариальной практики и любых субъектов гражданского права, при возникновении вопросов, связанных с выдачей, удостоверением и прекращением доверенности, проверкой их подлинности и актуальности.

Ключевые слова: представительство; доверенность; множество лиц в доверенности; подлинность доверенности; представитель; поверенный; юридическая фикция.

1. Введение

Подобно тому, как, например, институт юридического лица конструирует последнее в качестве необходимой, хотя и искусственной модели для признания его одним из субъектов гражданского права [1, с. 143], институт представительства конструирует модель юридической фикции, с помощью которой «юридическая личность человека переходит за пределы, очерченные его физиче-

ской природой» [2, с. 1], ибо «представительствует», т. е. совершает сделки или иные юридические действия, одно лицо, а юридические последствия уже в момент их совершения возникают непосредственно (без какой-либо особой их передачи) у другого лица. О фикции воли при реализации полномочия писал М. Брагинский: «Воля, выраженная одним, признаётся волею другого» [3, с. 3]. Легальное определение представитель-

ства как правовой фикции, действие которой выражается в том, что представители вступают в место, в степень и права представляемого, дано Н. Нерсесовым.

В принципе, человеческое общество веками живёт в мире создаваемых им же фикций, в том числе правовых. «При этом фикции (от лат. fingere - притворяться, придумывать) настолько уживаются в нашем сознании, что мы перестаём различать виртуальную и настоящую реальность» [4, с. 4]. Многие из таких фикций создаются законодателем и потому как бы «освящены» государством, которое ведь и само в определённом аспекте виртуально (см.: [4]). В частности, на уровне закона урегулированы и многие десятки лет «работают» в правовом пространстве такие фикции, как безналичные расчёты, бездокументарные ценные бумаги, юридические лица и т. п. Само по себе понятие правовой фикции легально закреплено в зарубежном законодательном акте - в ст. 739 Французского гражданского кодекса 1804 г.

Цель настоящей статьи - усиление гарантий защиты интересов всех участников сделки с участием представителя, а вместе с тем - гарантий стабильности гражданского оборота в целом.

2. Методология

Для обоснования предложенных тезисов автор использует предлагаемые наукой приёмы и способы: системный подход, метод сравнительного анализа, метод правового моделирования, метод научного анализа, ис-торико-правовой метод.

3. Правовое и социальное значение представительства и доверенности

Представительство значительно расширяет юридические возможности участников гражданского оборота (когда речь идёт о гражданско-правовом представительстве, ибо последнее - межотраслевой институт), а для некоторых категорий граждан (недееспособных, малолетних) вообще является единственным способом участия в гражданском обороте, когда это диктуется их интересами. Равно и деятельность большинства юридических лиц немыслима без ежедневного совершения большого количества сделок их представителями (работа продавцов, кассиров и т. п.). Сфера представительства ограничена, по сути дела, лишь возможностью соверше-

ния сделок и приравненных к ним юридических действий (вступление в брак, например), которые по своему характеру могут быть заключены только лично, и некоторых иных, если невозможность представительства при их совершении прямо предусмотрена законом (например, составление завещания).

4. Заключение представителем сделок в отношении себя лично или иного лица, представителем которого он одновременно является

С учётом содержащегося в п. 3 ст. 182 ГК РФ запрещения представителю совершения сделки от имени представляемого в отношении себя лично, кроме случаев, прямо предусмотренных в законе (например, при коммерческом представительстве - п. 2. ст. 184 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)), следует учитывать, что данный запрет нередко нарушается на практике, что чревато невыгодными последствиями в будущем для представляемого и третьего лица, с которым совершает сделку представитель, вплоть до признания сделки недействительной. Имеются в виду случаи, когда доверенность выдаётся поверенному (представителю) для совершения им сделки со своим супругом (третьим лицом в представительстве), например сделки купли-продажи недвижимости. При отсутствии брачного договора (а, по статистике, брачный договор пока не получил сколько-нибудь значимого распространения) получается, что представитель, имея согласно закону, наряду с другим супругом, право общей совместной собственности на любое имущество, приобретённое (или приобретаемое по данной сделке) в браке, совершая по доверенности сделку со своим супругом, совершает её и в отношении себя лично, что недопустимо в силу абзаца 1 п. 3 ст. 182 ГК РФ. Такая сделка затем может быть признана недействительной по иску заинтересованного лица, и прежде всего представляемого.

5. Проблемы нотариальной практики при «двойном» представительстве

Поскольку в нотариальной практике возникают вопросы и нет единства в отношении возможности выдачи доверенности на имя супруга для совершения по такой доверенности сделки с супругом поверенного, представляется возможным разъяснить, что

исходя из действующей редакции п. 3 ст. 182 ГК РФ нотариусы вправе (и обязаны при наличии такого требования) удостоверять такого рода по содержанию доверенность. В то же время, вопреки общим положениям, при удостоверении такой доверенности нотариусом необходимо присутствие другого супруга - представляемого, который либо в самой доверенности, либо в одном документе, также удостоверяемом нотариусом и имеющем такую же юридическую силу, как и доверенность, должен подтвердить своё согласие во избежание судебных споров в будущем, после совершения сделки.

В этом плане нельзя согласиться с п. 2.1.1 Методических рекомендаций по удостоверению доверенностей, утверждённых решением Правления Федеральной нотариальной палаты от 18 июля 2016 г. (протокол № 07/16), где при толковании п. 3 ст. 182 ГК в качестве общего правила, запрещающего представителю совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, тем не менее даётся следующая рекомендация: «Запрет на совершение сделок представителем в отношении себя лично не распространяется на случаи приобретения имущества одним из супругов, действующим по доверенности от имени другого супруга (например, когда супруг выдаёт доверенность супруге на покупку квартиры на его имя, приобретаемой в совместную собственность), поскольку в данном случае отсутствует конфликт интересов, для предотвращения которого введена указанная норма». Как уже отмечалось, в данном случае представитель осуществляет сделку от имени представляемого не только в отношении своего супруга, но и себя лично, имея, согласно закону, право общей совместной собственности на нажитое в браке имущество, что не допускает п. 3 ст. 182 ГК РФ.

Другая ситуация имеет место в случаях, когда один супруг выдаёт другому доверенность на приобретение от его имени имущества. Это имущество, согласно гражданскому и семейному законодательству (при отсутствии брачного договора), неизбежно поступит в общую совместную собственность супругов (п. 1 ст. 256 ГК РФ и п. 1 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации), а потому,

уполномочивая своего супруга на приобретение имущества, другой супруг не только выдаёт доверенность, но и юридически выражает (и фиксирует в доверенности) согласие на приобретение имущества и - одновременно - совершение такой сделки от его имени. Следует согласиться с высказанным в литературе мнением о том, что наличие такого согласия, как следует из п. 3 ст. 182 ГК РФ, исключает возможность признания такой сделки недействительной [5].

6. Соотношение законодательного запрета на двойное представительство с предусмотренным в законе оспоримым характером сделки, совершённой при таком представительстве

В то же время, с одной стороны, запрещая совершение представителем сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является (в том числе сюда следует отнести и супруга последнего, когда он выступает в качестве третьего лица, с которым совершается сделка), в действующей редакции этот запрет не носит безоговорочного (императивного) характера. Толкование п. 3 ст. 183 ГК РФ приводит к выводу, что нарушение этого правила, именуемое «двойным представительством», теперь допускается законом, равно как и совершение представителем от имени представляемого сделок в отношении себя лично, - лишь бы на это было согласие представляемого, причём эта возможность теперь не ограничивается законодательно даже коммерческим представительством, а само согласие может быть выражено как до заключения сделки, так и «постфактум» (одобрение - п. 2 ст. 183 ГК РФ). Представляется, что по своему содержанию два абзаца, которыми исчерпывается п. 3 ст. 182 ГК РФ, значительно противоречат друг другу. Безусловно, что установленная в законе ос-поримость такого рода сделок, к тому же лишь при наличии нарушения интересов представляемого (даже если такое нарушение предполагается), не способствует интересам представляемого, интересам добросовестных третьих лиц, с которыми совершается сделка и которые были введены в заблуждение о наличии надлежащего полномочия у представляемого, равно как и интересам стабильности

гражданского оборота в целом. Думается, что в данном случае более адекватным было «хорошо забытое старое» - более предпочтителен императивный запрет на совершение сделок представителем в отношении себя и в отношении лица, представителем которого он одновременно является (разумеется, кроме случаев коммерческого» представительства).

7. Состояние института представительства и доверенности

Институт представительства и конститутивно связанной с ним доверенности, с одной стороны, многие десятилетия оставался наиболее стабильным, т. е. почти без законодательной «правки», а с другой - одним из самых дискуссионных институтов права, исследуемых в цивилистической доктрине. Даже на сегодняшний день, а тем более до внесения кардинальной корректировки в законодательство о представительстве и доверенности трудно было назвать даже два учебника по гражданскому праву, в которых вопросы представительства и доверенности рассматривались бы с одинаковых позиций. «Едва ли есть ещё институт гражданского права, который породил бы такую путаную терминологию, как институт представительства. Одни и те же термины имеют разное значение, причём понятия, которым они соответствуют, в науке точно ещё не установлены» [6, с. 8], -отмечал В. А. Рясенцев ещё семьдесят лет назад. Однако, несмотря на его же предложения, глубоко аргументированные в его «докторской» диссертации, несмотря на предложения других авторов, конструирующих оптимальную конструкцию гражданско-правовых норм о представительстве, в том числе и автора настоящей статьи в диссертации 1975 г., институт представительства в неизменном (по существу) виде благополучно перекочевал из Гражданского кодекса РСФСР 1964 г. в ГК РФ, принятый в 1994 г. (часть первая). Значимые изменения в гражданско-правовой институт представительства, коснувшиеся в большей степени именно доверенности, были внесены законодателем лишь в 2013 г. (см.: Федеральный закон от 7 мая 2013 г. № 100-ФЗ (в ред. от 28 декабря 2016 г.) «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской

Федерации» // СЗ РФ. 2013. № 19. Ст. 2327). Дополнительно институт представительства в части, касающейся именно доверенности, был дополнен в 2016 г. (см.: Федеральный закон от 3 июля 2016 г. № 332-ФЗ «О внесении изменений в статьи 188 и 189 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и в Основы законодательства Российской Федерации о нотариате // СЗ РФ. 2016. № 27 (ч. II). Ст. 42650; То же // Российская газета. 2016. 8 июля) и в 2017 г. (Федеральный закон № 39-ФЗ от 28 марта 2017 г. «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // Парламентская газета. 2017. 31 марта - 6 апр.; То же // Российская газета. 2017. 31 марта; То же // СЗ РФ. 2017. № 14. Ст. 1998).

8. Расширение возможностей фиксации полномочия

Произошедшая модернизация законодательства о представительстве и доверенности (коснувшаяся более всего как раз доверенности) вполне соответствует реалиям времени, складывающейся в стране рыночной экономике и с очевидностью в общем и целом может быть оценена только как положительная. Справедливости ради нужно отметить, что некоторые нормативные правила, внесшие изменения в институте представительства и доверенности, не будучи закреплёнными в законе, тем не менее давно применялись на практике, поскольку хотя и не были предусмотрены законом, но (при систематическом толковании норм ГК РФ в прежней редакции) не противоречили ему. Так, всегда правоприменительная практика (как и цивилистиче-ская доктрина [7], хотя это мнение не было в ней единогласным) исходила из того, что основанием полномочия может выступать не только доверенность (а именно это явствовало из буквального текста прежней редакции ч. 1 ст. 182, ч. 1 ст. 185 ГК РФ), но и письменно заключённый договор поручения (агентский договор, договор простого товарищества), если он позволяет однозначно определить содержание, пределы и срок действия полномочия, включённого в такой (письменный) договор. По сути дела, в таких случаях соответствующий договор включает в себя доверенность, ибо именно доверенность является письменным уполномочием представителя (поверенного) на совершение

сделок и иных юридических действий. В настоящее время возможность включения уполномочия (по сути - доверенности) в письменный договор предусмотрена п. 4 ст. 185 ГК РФ, причём рамки этой статьи весьма широки - по сути дела, закон не ограничивает вид договора, в который может быть включено письменное уполномочие (или, что то же, доверенность). Причём это может быть не только договор, оформляющий «внутренние отношения представительства, т. е. между представляемым и представителем, но и, по сути, любой договор между представляемым и третьим лицом. Более того, это может быть решение собрания, в которое включено полномочие представителя и которое с очевидностью облечено в требуемую письменную форму (п. 4 ст. 184 ГК РФ) (эта новелла законодательства, давно воспринятая на практике, небесспорно оценивается отдельными учёными, см., например: [8]). Полномочие может быть заключено в письменное извещение, заявление и т. п. в адрес третьего лица. В частности, письменное уполномочие на распоряжение представителем гражданина в банке, на совершение любых операций по его банковскому счёту, а также на получение корреспонденции в органах связи может быть совершено владельцем счёта, адресатом корреспонденции непосредственно в соответствующей организации - банке, отделении связи. Однако во всех подобных случаях оформления полномочия закон требует, чтобы были соблюдены все правила о доверенности, т. е. касающиеся её формы, удостоверения, содержания, срока и т. п., тем самым подтверждая то положение, что речь здесь идёт о включении доверенности как таковой в ткань иного договора, в том числе с иным субъектным составом на стороне, коррелирующей представляемому. Кроме того, поскольку доверенность, подтверждающая наличие у поверенного полномочия, определяющая его содержание, границы, в том числе и временные, в конечном случае во всегда обращена к третьим лицам, в отношении которых предусмотрено осуществление полномочия, эти третьи лица, в отношениях с которыми поверенный выступает от имени доверителя, должны иметь возможность убедиться в наличии у поверенного необходимых полномочий. Эта позиция в свя-

зи с определённым разнобоем по данному вопросу закреплена Верховным Судом в его Определении от 5 февраля 2009 г. № 20-В08-16 (источник публикации - КонсультантПлюс).

Следует согласиться с мнением о том, что фиксация полномочия в гражданско-правовом, трудовом договоре или ином документе, связывающем представляемого с представителем, не всегда удобна. Ведь для подтверждения полномочий «представителю придётся демонстрировать третьим лицам, с которыми он будет совершать сделки от имени представляемого, сам договор (например, трудовой договор или договор поручения), содержащий волеизъявление на наделение полномочий. А это потребует от контрагентов изучения всех его условий. Но неудобство не повод запрещать те или иные проявления автономии воли. В конечном счёте контрагента, как правило, никто не принуждает вступать в отношения с представителем, а в тех случаях, когда у него нет выбора (например, когда он является адресатом односторонней сделки, подписанной таким представителем, или когда он связан обязанностью вступить в договор с представляемым), та же проблема может вставать и в случае демонстрации обычной доверенности: ничто ведь не препятствует структурировать многостраничную и запутанную доверенность» [9, с. 95].

9. Юридические гарантии при фиксации полномочия в ином документе, чем доверенность

Нужно отметить, что в необходимых конкретных случаях законодатель достаточно надёжно с юридической точки зрения защищает, например, должников от недобросовестных кредиторов, что даёт возможность должнику избежать риска исполнения обязательства ненадлежащему лицу (см. об этом: [10, с. 13]). Так, п. 2 ГК РФ гласит: «Если представитель кредитора действует на основании полномочий, содержащихся в документе, который совершён в простой письменной форме, должник вправе не исполнять обязательство данному представителю до получения подтверждения его полномочий от представляемого, в частности до предъявления представителем доверенности, удостоверенной нотариально, за исключением случаев, указанных в законе, либо случаев, когда письменное уполномочие было представлено

кредитором непосредственно должнику (п. 3 ст. 185) или когда полномочия представителя кредитора содержатся в договоре между кредитором и должником (п. 4 ст. 185)».

Ряд других законодательных изменений существенно изменил существующие правовые нормы. К примеру, впервые предусмотрена возможность выдачи фактически «безвременной», или, что то же, бессрочной доверенности, возможность выдачи «безотзывной» доверенности, хотя и в сфере, ограниченной предпринимательской деятельностью.

10. Множественность лиц при составлении доверенности

Другой новеллой законодательства о представительстве и доверенности, которая тоже явилась новеллой лишь для «писаного» закона, хотя и до этого широко применялась на практике и признавалась правоприменительными органами, являются включённые в ст. 185 (пп. 5 и 6) возможности выдачи одной и той же доверенности представляемым нескольким представителям и возможности выдачи несколькими представляемыми совместно (правда, в законе осталась недоговоренность: возможно ли совмещение того и другого, или - что то же - возможна ли выдача одной и той же доверенности (т. е. на совершение одного и того же действия или действий) несколькими представляемыми нескольким же представителям?

До внесения в 2013 г. изменений в ГК РФ возможность такого «группового» отношения представительства в ГК РФ не регулировалась, но легитимность выдачи доверенностей от имени нескольких лиц или на имя нескольких лиц (представителей, поверенных) подтверждалась ст. 59 Основ законодательства о нотариате № 4462-1 от 11 февраля 1993 г. (см.: Ведомости СНД и ВС РФ. 1993. № 10. Ст. 357; Российская газета. 1993. 13 марта (с последующими изменениями)), хотя ряд авторов высказывали мнение о необходимости на уровне закона недвусмысленно отказаться от возможности множественности лиц на стороне представителя, мотивируя это тем, что такие доверенности способны создавать почву для различных противоправных действий [11]. Как видим, победило противоположное мнение, и возможность множественности лиц в отношениях добровольного представительства теперь закреплена в ГК РФ.

Бесспорно, что при наличии нескольких поверенных во многих случаях присутствует риск одновременного совершения одной и той же (или аналогичных) сделок каждым из представителей. Это может произойти даже при отсутствии недобросовестности представителей, когда они не осведомлены о действиях друг друга. Но, во-первых, закон защищает представляемого тем, что он может уже при выдаче доверенности указать в ней, что поверенные могут осуществить указанные в ней полномочия только совместно, и тогда сделка, совершённая лишь одним из них или несколькими, но не всеми, перечисленными в доверенности, не будет обязательна для представляемого (п. 5 ст. 185 ГК РФ), а во-вторых, даже когда риск совершения аналогичных сделок несколькими представляемыми, не ограниченными в тексте доверенности обязанностью действовать только совместно, существует, то это - риск представляемого, который сам для себя решает вопросы о том, сколько ему целесообразно иметь представляемых при совершении той или иной сделки и каков будет порядок осуществления ими полномочий, зафиксированных в доверенности. Во многих случаях наличие для представляемого нескольких представителей (поверенных), наделённых правом действовать каждому самостоятельно, может быть для него удобно и даже выгодно в материальном плане, ибо удостоверение доверенностей нотариусом достаточно затратно для представляемого.

Так, выдача доверенности на пользование арендованной у банка ячейкой ряду близких родственников путём перечисления их в одной доверенности и проще, и гораздо дешевле для представляемого, чем выдача доверенности каждому из них (особенно если учесть, что стоимость удостоверения такой доверенности с обязательной («навязываемой») нотариусами технической помощью в её составлении на сегодняшний день приближается к 1 500 рублей.

Можно приводить и иные примеры, когда наличие нескольких поверенных одновременно может быть более целесообразно для представляемого, на что обращалось внимание в литературе ещё до внесения изменений в ГК РФ (см., например: [12, с. 51; 7, с. 401]). Следует отметить, что во многих

случаях, когда доверенность выдана нескольким поверенным, даже с правом действия каждого самостоятельно (независимо от других поверенных), фактически это оказывается невозможным, а потому ни представляемый, ни третьи лица, с которыми совершается сделка, могут оказаться неосведомлёнными об уже совершившейся с участием одного из представителей сделке, а потому нарушаются гарантии стабильности гражданского оборота. Вообще очевидно, что доверенность, выданная нескольким представителям на осуществление действий раздельно, прекращает своё действие при достижении цели, указанной в доверенности, одним из представителей, если фактически повторное и тем более многократное достижение этой цели объективно невозможно.

Такая ситуация, несомненно, имеет место во всех случаях, когда доверенность выдана для совершения сделки в отношении индивидуально определённой вещи; передачи поверенным определённой суммы денег или ценных бумаг, иных документов, принадлежащих представляемому, третьему лицу. Когда полномочие дано на совершение сделки в отношении индивидуально-определённой вещи, то, если такая вещь является недвижимой, дополнительной защитой против неоднократного совершения с ней одной и той же сделки будет требуемая законом необходимость государственной регистрации перехода права на такую вещь, в этом же и во всех остальных случаях дополнительной гарантией для третьих лиц будет ст. 398 ГК РФ, в силу которой право на вещь приобретает первый из покупателей, кому она передана. А если ещё не передана, то преимущество имеет тот из кредиторов, в пользу которого обязательство возникло раньше, а если это невозможно установить, - тот, кто раньше предъявил иск.

Следует отметить, что, образно выражаясь, «солидарные» доверенности, закреплённые в действующем законодательстве, т. е. когда одна доверенность выдаётся нескольким представителям с условием обязательного совместного осуществления ими действий, предусмотренных доверенностью, равно как и доверенности, которые выдаются от имени нескольких представляемых или которые впервые предусмотрены в действующей ре-

дакции ГК РФ, тоже не безупречны. В частности, невозможность одного из представителей, указанных в доверенности, участвовать в осуществлении представительства по любым причинам (болезнь, вынужденное отсутствие, нежелание, наконец) делает невозможным осуществление полномочия вовсе. И «выход» из состава так называемых солидарных представляемых одного из них по любой причине, в том числе в связи с отказом от представительства, также обнуляет юридическую силу доверенности, по сути -прекращает её действие. Перечень оснований прекращения действия доверенности, указанный в ст. 188 ГК РФ, не содержит такого основания, по которому в случае, если одно из лиц, выдавших доверенность совместно, признаётся законом недееспособным, ограниченно дееспособным, безвестно отсутствующим, доверенность бы прекращала своё действие. В пп. 6 п. 1 ст. 188 ГК РФ целесообразно было бы внести и дополнение о том, что действие доверенности прекращается вследствие: «6) смерти представителя или одного из представителей, осуществляющих полномочия совместно, признания его недееспособным, ограниченно дееспособным или безвестно отсутствующим».

Как уже было отмечено, перечень оснований прекращения действия доверенности, указанный в ст. 188 ГК РФ, не содержит такого основания, по которому в случае, если одно из лиц, выдавших доверенность совместно, признаётся законом недееспособным, ограниченно дееспособным, безвестно отсутствующим, доверенность бы прекращала своё действие. Соответственно, при нотариальном удостоверении доверенности на имя нескольких представителей или доверенности от нескольких представляемых квалифицированный и добросовестный нотариус должен обсудить с доверителем (доверителями) все возможные нюансы, которые во многом будут зависеть и от содержания полномочия, и юридически грамотно предложить оптимальный вариант доверенности.

Итак, при отсутствии специальных указаний в доверенности следует исходить из того, что каждый из поверенных, имея на руках доверенность, вправе единолично совершить предусмотренные в ней действия [13, с. 45; 14], т. е. каждый из представителей

вправе осуществлять предоставляемый доверенностью объём полномочий, если доверенностью не предусмотрены совместные действия представителей.

Изложенное соответствует Методическим рекомендациям по удостоверению доверенностей (далее - Методические указания), изложенным в Письме ФНП от 22 июля 2016 г. № 2668/03-16-3, утверждённым решением Правления ФНП от 18 июля 2016 г., протокол № 07/16 (документ опубликован не был). Согласно вышеназванным Методическим указаниям в случае выдачи доверенности нескольким представителям каждый из них обладает полномочиями, указанными в доверенности, если в доверенности не предусмотрено, что представители осуществляют их совместно. При выдаче доверенности нескольким представителям, когда по условиям доверенности полномочия должны осуществляться совместно несколькими представителями, этот факт должен быть отражен в тексте доверенности. Если доверенность выдана нескольким представителям, то в отсутствие прямо выраженной оговорки о совместном представительстве представители осуществляют полномочия раздельно. Общим правилом распределения полномочий между несколькими представителями является наделение каждого из них полным перечнем полномочий, указанных в доверенности. При совместном осуществлении полномочий представители должны совершать их только вместе (о единоличном и совместном, или, как его иначе называют, коллективном (Ко11екйууег-1хе1;и^), представительстве см.: [15]).

Таким образом, в доверенностях со множественностью лиц совместное представительство не предполагается. Оно может иметь место только при специальном указании на это в доверенности.

Те же Методические указания поясняют, и с этим нельзя не согласиться, что в доверенности, выдаваемой на имя нескольких лиц, действующих совместно, помимо общих полномочий, можно предоставить одному из этих лиц дополнительное полномочие при соблюдении условия о том, что дополнительное полномочие связано с иными полномочиями, которые предоставлены всем представителям, действующим совместно. Например, А. выдаёт доверенность Б., В. и Г.,

действующим совместно, на ведение судебного дела со всеми соответствующими полномочиями (за исключением получения присуждённого имущества или денег), а полномочие по получению присуждённого имуще -ства или денег А. предоставляет только одному из вышеуказанных представителей - В.

11. Модернизация проверки подлинности доверенности и её отмены

Проблема решения вопроса о возможности в отношении каждой доверенности иметь в любой момент истинные сведения, касающиеся её подлинности (действительности) и момента её отмены, всегда была осложнена возможным несовпадением момента выражения воли доверителя на её отмену и доведения этого до сведения поверенного и третьих лиц, на представительство перед которыми выдана доверенность. В самом деле, эти третьи лица или сам поверенный могли добросовестно заблуждаться относительно отмены доверенности доверителем или её прекращения по иным причинам (ст. 188, а затем и ст. 188-прим ГК РФ). В таких случаях действия, совершённые представителем после прекращения доверенности, нередко оказывались не в интересах доверителя, третьих лиц, с которыми была совершена сделка по доверенности, или иных заинтересованных лиц (например, наследников доверителя). Достаточно широкие возможности имелись и для злоупотреблений со стороны любых участников отношений представительства при использовании доверенности после её отмены (прекращения). Научно-технический прогресс позволил наконец решить эту проблему с предельной чёткостью, и законодатель этой возможностью успешно воспользовался.

С 1 января 2017 г. в составе Единой информационной системы нотариата появилась и успешно работает совершенно новая для нашей правовой системы в сфере представительства и доверенности возможность проверки подлинности доверенности и её действия на момент обращения к сайту. Имеется в виду официальный сайт Федеральной нотариальной палаты (reestr-dover.ru), где эти сведения доступны в круглосуточном режиме. Такой сервис нельзя назвать иначе, как давно ожидаемым, весьма надёжным и необ-

ходимым в сфере представительства. Больше не нужно выяснять и доказывать, был ли оповещён представитель, знал ли он или должен был знать о прекращении доверенности, добросовестны ли третьи лица, совершившие с представителем сделку по уже не действующей доверенности, была ли вообще отменена или прекращена по иным причинам доверенность на момент совершения «представительской» сделки. Таким образом, новая процедура отмены доверенностей предельно упрощает и сокращает отмену доверенность. Достаточно одного визита к нотариусу, отозвать (отменить) доверенность - и на следующий день доверенность официально теряет её силу с одновременным помещением на сайт (онлайн-сервис). А ведь в течение многих десятков лет гражданину, чтобы отменить нотариально удостоверенную доверенность, надо было либо самостоятельно оповещать об этом всех юридически заинтересованных ли, либо оплачивать публикацию в газете и ждать этой публикации.

Проверить наличие доверенности, её подлинность и действительность на момент проверки может каждый, однако при этом удалось сохранить тайну личной жизни гражданина, коммерческую тайну юридических лиц (имеются в виду любые участники «представительских» сделок: доверители, поверенные, третьи лица, а также содержание доверенности). Для проверки доверенности проверяющему предварительно не нужно иметь к ней доступ, так как доверенность проверяется на основании лишь таких реквизитов, как реестровый номер, дата удостоверения доверенности и нотариус (либо иное, уполномоченное законом лицо), удостоверивший доверенность с указанием сведений о нём.

Учитывая огромный и, к сожалению, имеющий тенденцию к возрастанию, объём поддельных доверенностей, которые в настоящее время находятся в обращении, учитывая сложность «мгновенного» извещения заинтересованных лиц о моменте прекращения доверенности, а также имея в виду, что от подлинности доверенности зависит судьба действительности сделок, совершённых по доверенности, в том числе многомиллионных, в том числе поистине судьбоносных, например, для граждан (когда, скажем, речь

идёт о сделках с жилыми помещениями), значение возможности внедрённой, наконец объективной, доступной, бесплатной и практически «секундной» проверки актуальности доверенности трудно переоценить. С очевидностью заработавший сервис проверки подлинности и актуальности (на день обращения) доверенности делает жизнь и обычных граждан, и индивидуальных предпринимателей и функционирование юридических лиц более удобной, и, что весьма важно, благодаря этому сервису многократно возрастает защита прав и законных интересов граждан, что является одной из главных задач права. О востребованности нового сервиса свидетельствует статистика: только за две первые недели действия онлайн-сервиса проверки доверенностей было зафиксировано 30 тысяч обращений к нему (см.: Российская неделя. 2017. 16 марта).

Думается, что в недалёком будущем доверенности будут составляться и удостоверяться нотариусами на обычном листе белой бумаги, без всяких водяных знаков и иных средств защиты, ведь мошенники рано или поздно приспосабливаются подделывать любой документ, с любыми степенями защиты, даже денежные купюры. Теперь «липовую доверенность» можно будет выявить за пять минут, зайдя на соответствующий сайт. А развитие электронных технологий в нотариальной деятельности (это требует отдельного освещения в отдельной научной статье) скоро позволит вообще отказаться от любых устаревающих форм бумажной защиты документа.

Описанный выше столь удобный способ уведомления о прекращении доверенностей касается не только тех доверенностей, которые имеют нотариальную (приравненную к ней) форму. Он применим в отношении доверенностей, совершённых в простой письменной форме (что допускается законодательством практически как общее правило, хотя на деле подавляющее большинство доверенностей требует нотариальной формы, да и в тех случаях, когда достаточно простой письменной формы, далеко не всегда заинтересованные лица предпочтут простую письменную форму нотариальной), - отмена таковых (но, естественно, не проверка их подлинности и актуальности) тоже теперь воз-

можна через нотариуса. Вопросы о допустимости простой письменной формы доверенности, круга полномочий, в отношении которых возможна простая письменная форма доверенности, и способы проверки подлинности и актуальности такого рода доверенности требуют отдельного рассмотрения.

12. Результаты

Обоснована суть представительства как юридической фикции, «освящённой» законодателем наряду с рядом иных юридических фикций в гражданском праве, без которых немыслимо гражданско-правовое регулирование общественных отношений. Обозначена сфера представительства в гражданском праве как для физических, так и для юридических лиц в качестве необходимого правового инструмента, без которого невозможно нормальное функционирование гражданского оборота, а во многих случаях - вообще участие субъектов гражданского права в таком обороте. Обосновывается целесообразность полного запрета на «двойное представительство», как это имело место в «дореформенном» гражданском законодательстве, с одним исключением - когда один супруг выдаёт доверенность другому по поводу распоряжения общим имуществом (купли, продажи, дарения и т. п.). Но в таком случае необходимо присутствие этого другого супруга у нотариуса при удостоверении доверенности и письменная отметка его о таком согласии либо в самой доверенности, либо в отдель-

ном документе, тоже удостоверяемом нотариусом. Подчёркивается положительный характер новеллы закона о возможности так называемых «коллективных», или, что то же, «солидарных» доверенностей. Отмечается, что даже при выдаче доверенности нескольким поверенным для действий по ней лишь «сообща», в той же доверенности представляемый вправе оговорить какие-либо дополнительные полномочия лишь для одного из указанных в доверенности поверенных, хотя это прямо и не предусмотрено в законе. Обосновывается целесообразность дополнения ст. 188 ГК РФ, содержащей перечень оснований прекращения доверенности, указанием на прекращение доверенности по тем же основаниям, когда речь идёт о доверенности, выданной несколькими поверенными или нескольким поверенным, которым разрешено осуществлять полномочия лишь совместно.

13. Заключение

Представляется, что материалы данной научной статьи будут полезны для дальнейших теоретических разработок в области представительства и доверенности и будут иметь практическое значение (в том числе для нотариальной практики и любых субъектов гражданского права) при возникновении вопросов, связанных с выдачей, удосто -верением и прекращением доверенностей, а также проверкой их подлинности и актуальности.

ЛИТЕРАТУРА

1. Пухта Г. Ф. Курс римского гражданского права. - М. : Ф. Н. Плевако, 1874. - 550 с.

2. Нерсесов Н. Понятие добровольного представительства в гражданском праве. - М. : Тип.-литогр. И. И. Смирнова, 1876. - 187 с.

3. Брагинский М. Договор поручения // Приложение к журналу «Хозяйство и право». - 2001. - № 4. -С. 1-75.

4. Юрьев Р. Притворные сделки // Приложение к журналу «Хозяйство и право». - 2004. - № 8. - С. 1-49.

5. ЭрделевскийА. О нотариальной практике удостоверения доверенностей [Электронный ресурс]. -Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

6. Рясенцев В. А. Понятие и юридическая природа полномочия представителя в гражданском праве // Методические материалы / [под ред. Б. С. Утевского ; ВЮЗИ]. - М. : ВЮЗИ, 1948. - [Вып. 2.] -С. 3-11.

7. Невзгодина Е. Л. Представительство как универсальная форма гражданско-правового посредничества. - Омск : Изд-во Ом. гос. ун-та, 2012. - 750 с.

8. Беляева К. К. Институт отказа от права в сравнительно-правовом контексте // Вестник гражданского права. - 2017. - № 3. - С. 7-51.

9. Карапетов А. Г. Проблемные вопросы применения ст. 174 ГК РФ // Вестник гражданского права. -2018. - № 1. - С. 86-147

10. НевзороваЮ. Роль доверенности в исполнении обязательств // ЭЖ-Юрист. - 2017. - № 10. - С. 13.

11. Черемных Г. Г. Некоторые вопросы нотариального удостоверения доверенностей // Нотариус. -2009. - № 1. - С. 2-7.

12. Скловский К. И. Множественность лиц в представительстве // Хозяйство и право. - 1998. - № 1. -С. 49-52.

13. Невзгодина Е. Л. Уполномочивающий документ при добровольном представительстве по гражданскому праву России // Вестник Омского университета. Серия «Право». - 2008. - № 4 (17). - С. 43-46.

14. Темникова Н. А. Положения ГК РФ о доверенности нескольких лиц и нескольким лицам // Нотариус. - 2015. - № 4. - С. 16-19.

15. Крашенинников Е. А., Байгушева Ю. В. Представительство: понятие, виды, допустимость // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. - 2009. - № 12. - С. 16-18.

Информация об авторе

Невзгодина Елена Львовна - заслуженный юрист РФ, заслуженный работник высшей школы РФ, заслуженный профессор ОмГУ им. Ф. М. Достоевского, кандидат юридических наук, профессор, заведующая кафедрой гражданского права

Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского

Адрес для корреспонденции: 644077, Россия, Омск, пр. Мира, 55а E-mail: kaf_GP_302@mail.ru SPIN-код: 3790-3180, AuthorlD: 549703

Информация о статье

Дата поступления - 7 декабря 2018 г. Дата принятия в печать - 10 января 2019 г.

Для цитирования

Невзгодина Е. Л. Институт представительства в отечественном гражданском праве // Вестник Омского университета. Серия «Право». 2019. Т. 16, № 1. С. 67-78. DOI: 10.25513/1990-5173.2019.16(1).67-78.

THE INSTITUTE OF REPRESENTATION IN CIVIL LAW

E.L. Nevzgodina

Dostoevsky Omsk State University, Omsk, Russia

Introduction. Representation and power of attorney is a legal fiction, but it is difficult to overestimate its significance. Representation is a universal form of mediation, without which the functioning of most legal entities is unthinkable, including into civilian circulation citizens who do not have enough legal capacity is impossible, and even citizens who have full legal capacity need representation civil-law transactions. Purpose. The study aims to strengthen guarantees of the protection of the interests of all participants in civil transactions with the participation of the representative; and at the same time strengthen guarantees of the stability of civilian circulation in general. Methodology. The main research methods were: a systematic approach, a method of comparative analysis, a method of legal modeling, a method of scientific analysis, a historical-legal method. Results. The author substantiated representation as a legal fiction "sanctified" by the legislator along with other legal fictions in civil law, without which the civil-legal regulation of social relations is unthinkable. The sphere of representation in civil law is designated for both citizens and legal entities as a necessary legal instrument, without which the normal civil circulation is unthinkable, and in many cases - the participation of civil law subjects in such circulation, in general. A complete ban on "dual representation" is justified, as was the case in "pre-reform" Russian civil law, with one exception - when one spouse issues power of attorney to another regarding the disposal of common property (purchase, sale, donation, etc.). But in this case the presence of this other spouse at the notary's office is necessary when certifying the power of attorney as well as and his/her written note about the agreement either in the letter of attorney in a separate document certified by the notary too. The positive nature of the novella of the law of the possibility of so-called collective or joint powers of attorney is underlined. It is noted that even when a power of attorney is issued to several attorneys for acting on it only "jointly", in the same power of attorney the represented person has the right to stipulate any additional powers only for one of the attorneys specified in the power of attorney, although this is not expressly provided for in the law. The article provides rationale for the annex of Art. 188 of the Civil Code of the Russian Federation, containing a list of grounds for termination of a power of attorney and indicating the termination of a power of attorney on the same basis when it comes to a power of attorney issued by several attorneys or several attorneys who are allowed to exercise authority only jointly. Conclusion. Obtained results may have practical importance, for example, for notarial practitioners and any subjects of civil law, in cases related to the issuance, certification and termination of a power of attorney, it verification and relevance.

Keywords: representation; power of attorney; many people in the power of attorney; the authenticity of the power of attorney; representative; attorney; legal fiction.

REFERENCES

1. Pukhta G.F. Rate of the Roman Civil Law. Moscow, F.N. Plevako Publ., 1874. Vol. 1. 550 p. (In Russ.).

2. Nersesov N. The concept of voluntary representation in Civil Law. Moscow, I.I. Smirnov Publ., 1876. 187 p. (In Russ.).

3. Braginsky M. Contract of assignment. Prilogenie k zhurnalu "Khozyaistvo i pravo" = Appendix to the journal "Economy and law ", 2001, no. 4, pp. 1-75. (In Russ.).

4. Yuriev R. Sham transactions. Prilogenie k zhurnalu "Khozyaistvo i pravo" = Appendix to the journal "Economy and law", 2004, no. 8, pp. 1-49. (In Russ.).

5. Erdelevsky A. On notarial practice of identity power of attorney. Available at "ConsultantPlus" System. (In Russ.).

6. Ryazantsev V.A. Concept and the legal nature of powers of the representative in civil law, in: Utevsky B.S. (ed.). Teaching materials. Moscow, WUZI, 1948. Vol. 2, pp. 3-11. (In Russ.).

7. Nevzgodina E.L. Representation as a universal form of civil mediation. Omsk, Omsk State University Publishing House, 2012. 750 p. (In Russ.).

8. Belyaeva K.K. Institute of waiver in the comparative legal context. Vestnik grazhdanskogo prava = Bulletin of civil law, 2017, no. 3, pp. 7-51. (In Russ.).

9. Karapetov A.G. Problematic issues of the application of article 174 of the Civil Code of the Russian Federation. Vestnik grazhdanskogo prava = Bulletin of civil law, 2018, no. 1, pp. 86-147. (In Russ.).

10. Nevzorova Yu. The role of the attorney in the performance of obligations. Ezh-Yurist = Ezh-Lawyer, 2017, no. 10, pp. 12-14. (In Russ.).

11. Cheremnykh G.G. Some questions of notarial certification of powers of attorney. Notarius = Notary, 2009, no. 1, pp. 2-7. (In Russ.).

12. Sklovsky K.I. A Plurality of persons in the office. Khozyaistvo i pravo = Economy and law, 1998, no. 1, pp. 49-52. (In Russ.).

13. Nevzgodina E.L. The authorizing document at voluntary representation under the civil law of Russia. Vestnik Omskogo universiteta. Seriya "Pravo " = Herald of Omsk University. Series "Law", 2008, no. 4 (17), pp. 4345. (In Russ.).

14. Temnikova N.A. Provisions of the Civil Code on the power of attorney of several persons and several persons. Notarius = Notary, 2015, no. 4, pp. 16-19. (In Russ.).

15. Krasheninnikov E.A., Baigusheva Yu.V. Representation: concept, types, validity. Vestnik Vysshego Arbi-trazhnogo Suda Rossiiskoi Federatsii = Bulletin of the Supreme Arbitration Court of the Russian Federation, 2009, no. 12, pp. 16-18. (In Russ.).

About the author

Nevzgodina Elena - Honored Lawyer of the Russian Federation, Honored Worker of Science, Honored Professor of Dostoevsky Omsk State University, Ph.D. in Law, Head of the Department of Civil Law

Dostoevsky Omsk State University

Postal address: 55a, Mira pr., Omsk, 644077, Russia

E-mail: kaf_GP_302@mail.ru SPIN-KOfl: 3790-3180, AuthorlD: 549703

Article info

Received - December 7, 2018 Accepted - January 10, 2019

For citation

Nevzgodina E.L. The Institute of Representation in Civil Law. Vestnik Omskogo universiteta. Seriya "Pravo" = Herald of Omsk University. Series "Law", 2019, vol. 16, no. 1, pp. 67-78. DOI: 10.25513/1990-5173.2019.16(1).67-78. (In Russ.).