Историография на службе у поэзии: Вас и Мария Французская

Вестник ПСТГУ III: Филология

2013. Вып. 3(33). С. 66-74

Историография на службе у поэзии: Вас и Мария Французская

Н. М. Долгорукова

В статье речь идет о двух средневековых авторах, живших и творивших при дворе Генриха

II Плантагенета — историографе Васе, авторе романа о Бруте, и Марии Французской — авторе сборника лиро-эпических поэм о любви и приключениях древних бретонцев — «Лэ». Автор статьи выдвигает гипотезу о том, что литературный проект Марии — создание сборника «Лэ» — сложился под влиянием романа Васа «Брут». Вас, создавая «Брута», настаивает на том, что он пишет истинную историю, а говоря о двенадцати годах, когда король Артур не вел войн и в его стране установился мир, Вас замечает, что в это время произошло много чудес и авантюр, которые часто рассказывают об Артуре и которые многие воспринимают как басни. Вас намеренно дистанцирует себя и свой труд от этих басен, считая, что в историографическом повествовании им нет места. Мария Французская сочиняет двенадцать лэ, в которых авантюра является одним из ключевых слов. Можно предположить, что двенадцать приключений бретонцев напоминают о двенадцати годах мира, установившихся в царстве короля Артура после его возвращения в Англию, и что Мария дополняет хронику историографа Васа, повествующую об «истинных» деяниях бретонцев, рассказом об их авантюрах, тем самым заполняя временную и тематическую лакуну романа о Бруте.

Мария Французская1, автор сборника лиро-эпических поэм о любви и приключениях «Лэ» (Lais), как можно судить по некоторым чертам, знала и читала

1 Гели в середине XX в. внимание исследователей еще занимал вопрос о возможных авторах двенадцати лэ и еще двух произведений, с XVIII в. приписываемых французской поэтессе (см., например, книгу Рихарда Баума, который считает, что Мария не является автором приписываемых ей сочинений: Baum R. Recherches sur les oeuvres attribuees a Marie de France. Heidelberg, 1968), то теперь практически никто не сомневается в том, что перу Марии принадлежит сборник из двенадцати лэ (одна из пяти дошедших до нас рукописей лэ Марии Французской содержит тексты всех двенадцати лэ и пролога, открывающего сборник, — так называемая рукопись Н. British Museum, ms. Harley 978 fO 118—160), французский перевод очень популярного в Средние века сборника басен «Ромул» и религиозно-дидактическая поэма-видение «Чистилище св. Патрика» — предположительно перевод трактата английского монаха цистерцианца Генриха Солтрейского Tractatus de Purgatoris sancti Patrici. О Марии, авторе сборника лэ, см., например: MickelE. /. Marie de France. New York, 1974; Menard Ph. Fes lais de Marie de France: contes d’amour et d’aventure du Moyen Age. Paris. 1979; SienaertE. Fes lais de Marie de France. Du conte merveilleux a la nouvelle psychologique. Paris, 1984; Joubert C1.-H. Oyez ke dit Marie. Etude sur les Fais de Marie de France (Xlle siecles). Parie, 1987; Burgess G. S. Marie de France. Text and context. The University of Georgia Press, 1987; Boland M, M Architectural structure in the Fais of Marie de France. New York, 1995; Bloch R. H. The anonymous Marie de France, Chicago-Fondon, 2003; Rossi C. Marie de France et les erudits de Cantorbery. Paris, 2009.

роман2 Васа «Брут» (Brut), вольный перевод «Истории бриттов» (Historia regum Britanniae) Гальфрида Монмутского. По словам ЭрнестаХёпффнера, Мария обязана Васу «практически всеми историческими и географическими названиями»3, используемыми в ее «Лэ», описанием бури в лэ «Элидюке» (ст. 813—28)4, историей любви короля Эквитана к прекрасной даме, жене своего вассала, которую он, ни разу не видев, полюбил по рассказам о ее неземной красоте (лэ «Эквитан»). На наш взгляд, и общий замысел Марии, так сказать ее литературный проект, состоявший в создании сборника двенадцати лэ, посвященных приключениям бретонцев, возник под влиянием того же Васа.

Как известно, у истоков артуровской литературы — литературы, основанной на «бретонском материале», — стоит Гальфрид Монмутский, создавший в Англии около 1138 г., во время правления Генриха I, историю королей Британии — «Historia Regum Britannia»5, «хронику, написанную латинской прозой, которая отличалась от современных ей хроник как оригинальностью концепции, так и значимостью ее последующей рецепции»6.

«Настоящий бестселлер своего времени»7, «Historia Regum Britanniae» дошла до нас в более чем 200 манускриптах XII—XV вв. (из них 56 датируются XII в.), подарила королям бриттов прославленных троянских предков8 и вписала историю британцев в историю античного мира — ведь если верить Гальфриду, Британия была основана Брутом, правнуком Энея, троянского принца.

В 1155 г. появляется «Роман о Бруте» («Roman de Brut»). Это произведение в самом деле играло роль прототекста9, ибо было первым сочинением на французском языке, посвященным, пусть и отчасти, артуровской легенде, которая получила распространение благодаря «Истории» Гальфрида Монмутского. Вас, следуя за «Историей» Гальфрида, настаивает на неразрывной связи классического античного мира и мира древних бретонцев, древней Трои с новой Троей («Troie Nove») — будущим Лондоном10. Таким образом, труд Васа вписывается, вместе с «Историей бриттов» Гальфрида и двумя современными ему романами — «Романом об Энее» и «Романом о Трое» Бенуа де Сент-Мора, творившего, как и Вас, при дворе Генриха II Плантагенета и сменившего автора «Брута» на должности королевского историографа, «в новую перспективу, в соответствии с которой франкоязычный мир XII века наследует культуру и политическую власть греко-

2 Под словом «роман» в данном контексте понимается произведение, написанное на романском языке, в отличие от произведений, созданных на латыни.

3 Hoepffner Е. La geographie et l’histoire dans les Lais de Marie de France 11 Romania. № 56. 1930. P. 32.

4 Cm.: Hoepffner E. Fes Fais de Marie de France, Paris, Fibrarie A.-G. Nizet, 1971. P. 96.

5 В русском переводе книга получила название «История бриттов»: Гальфрид Монмутский. История бриттов. Жизнь Мерлина. М, 1984.

6 Fa geste du roi Arthur / Ed. E. Baumgartner et F Short, Paris, 1993. P. 7.

7Op.cit. P. 7.

8Отметим, что первым, кто это сделал, был Ненний, валлийский историк VIII—IXвв., автор «Истории бриттов». Однако не этот текст лег в основу последующей романной традиции.

9Boutet D. Charlemagne et Arthur ou le roi imaginaire. Paris, 1992. P. 9.

10Fe Roman de Brut de Wace / Ed. I. Arnold. T. 1. Paris, 1938: «Pur ses anceisors remembrer / Fa fist Troie Nove apeler» (p. 69, w. 1223-1224) и «Fondene en engleis dist l'um / E nus or Fundres l’apelum» (p. 70, w. 1237-1238).

римского мира, переместившегося с востока на запад»11, о чем будет говорить и Кретьен де Труа в знаменитом фрагменте из пролога к своему «Клижесу»:

Се nos ont nostre livre apris Que Grece ot de chevalerie Le premier los et de clergie. Puis vint chevalerie a Rome Et de la clergie la somme, Qui or est en France venue12.

Нам книги древние порукой:

Обязаны своей наукой Мы Греции, сомнений нет;

Оттуда воссиял нам свет.

Велит признать нам справедливость За ней ученость и учтивость.

Которые воспринял Рим И был весьма привержен к ним.

В своем благом соединенье Они нашли распространенье У нас во Франции теперь13.

Подобная translatio imperii et studii14 должна была подтвердить, что предками Плантагенетов были троянцы15.

Итак, литературным проектом Васа, этого «хрониста, ищущего истину»16, становится создание истории бриттов — исконного народа, населяющего Альбион и ведущих свой род от Брута, троянского принца и правнука Энея. Сам Вас говорит о своем замысле описать «деяния бретонцев», «1а geste des Bretuns»17, в самом начале «Брута». Разумеется, роман о Бруте, в котором используется «бретонский материал», представляет собой, как и его латинский источник, псевдоисторическое повествование18. Между тем, как кажется, сам Вас стремился дистанцироваться от всех сочинителей басен, « fableor», о которых пишет следующим образом:

que d’Arthur sunt [tant] recuntees que a fable sunt aturnees:

[ne tut mengunge ne tut veir, ne tut folie ne tut saveir]...

...так часто

Рассказывают об Артуре,

Что теперь все принимают рассказы о нем за басни: [хоть эти басни — не полная ложь и не только вымысел, не одна лишь глупость, но и не настоящая мудрость]...

11 Fa geste du roi Arthur. P. 8.

12 Chretien de Troyes. Romans. Paris, 1994. P. 291. Vi 30—35.

13Кретьен де Труа. Эреки Энида. Клижес. M, 1980. С. 213.

“Передача власти и наук (лат.).

15 См.: Curtins Е. R. La litterature europeenne et le Moyen Age latin / Trad, de l’allemagne par Jean Brejoux. Paris, 1991 (1956). P. 598-599; Boutet D. Histoire de la litterature frangaise du Moyen Age. Paris, 2003. P. 42; Boutet D. Charlemagne et Arthur ou le roi imaginaire. P. 440—446. Отметим также, что существует миф о троянском происхождении и французской династии. Фредегер в своей «Книге истории франков» («Liber Historiae Francorum»), написанной около 660 г., был первым, кто возвел франков к троянцам, поскольку их прародитель Франсион, основатель Парижа, был троянским князем и кузеном Энея.

16Letellier С. Preface // Ее Roman de Brut de Wace entre fiction et histoire. Actes du colloque de Bagnoles de 1’Ome / Ed. Fetellier С., Нйе D. Orleans, 2003. P. 10.

17 Le Roman de Brut de Wace, v. 14859, p. 778.

18 Об этом см.: Sargent-Baur В. N. Veraces historiae aut fallaces fabulae? // Text and intenext in Medieval Anhurian literature. New York, 1996. P. 35; Mathey-Maille L. // Le Roman de Brut de Wace entre fiction et histoire, 2003, p. 117; Pomel F. // Ее Roman de Brut de Wace entre fiction et histoire. P. 161.

Итак, Вас хочет убедить своих читателей и слушателей в том, что его труд повествует об истине, «Ы еп соЩе 1а уегйб» (ст. 8), — на это работают и все ссылки на «историю», часто появляющиеся в «Бруте»: «как говорит история»19 (ст. 1579), «каксохранилось в истории»20 (ст. 2310), «такговорит история деяний»21 (ст. 10360) и т. д., и упоминания точных географических названий, топонимов и антропонимов, что является основным приемом историографа22.

Что касается литературного проекта Марии, то он сформулирован в общем прологе, открывающем сборник «Лэ», а также в прологах и эпилогах отдельных лэ. Здесь Мария обсуждает стоящий перед ней выбор: к каким сюжетам лучше обратиться? Поначалу она предполагает создать какую-нибудь «хорошую историю», переведя ее с латинского на романский язык, что, как помним, и предпринял Вас в своем «Романе о Бруте». По-видимому, не случайно в общем прологе к «Лэ» Мария единственный раз во всем сборнике употребляет слово «история», еяШге. Речь идет о переводной «истории» — возможно, создавая пролог, она помнила и думала о Гальфриде, Васе и их «истории» бриттов:

Pur ceo comengai a penser d’alkune bone estoire faire e de Latin en Romanz traire ; mais ne me fust guaires de pris : itant s’en sunt altre entremis23.

Поэтому сначала я решила создать какую-нибудь Хорошую историю

Переведя ее с латинского языка на романский. Но этим я не стяжала бы похвалы.

Ведь многие другие делали то же самое.

Упоминаемые «другие» авторы — как мы предположили, Вас и его современники, сочинившие «Роман об Энее» и «Роман о Трое», а также, быть может, молодой Кретьен де Труа — переводчик басен Овидия из «Метаморфоз» — заставляют Марию отказаться от ее первоначального замысла: вслед за ними создавать вольные переводы историй с латинского на народный, романский язык. Ее мысль обращается к лэ, которые ей доводилось слышать: «Des lais pensai qu’o'iz aveie»24 и которые поэтесса никогда не называет «историей».

Считается, что Мария Французская вводит лэ во французскую литературу Некоторые исследователи даже полагают, что поэтессу можно назвать создательницей нового средневекового жанра — бретонского лэ. Такая точка зрения остается гипотезой, поскольку точные датировки для средневековых произведений часто проблематичны, тем не менее с уверенностью можно утверждать, что Мария была не первой, кто упоминал лэ в литературе XII в., таковым был Вас. Именно он, описывая торжества при дворе славного короля Артура, говорит о лэ и приводит при этом их перечень:

19 «50 dit l’estoire».

20 «si cum l’estoire recorde».

21 «50 dit l’estoire de la geste».

22Гене Б. История и историческая культура средневекового Запада. М., 2002. С. 23.

23 Lais de Marie de France / Lrad., pres, et annot. par Laurence Harf-Lancner. Paris, 1990. V. 28-32. P. 24.

24Fais de Marie de France. V. 33. P. 24.

Mult out a la curt jungleurs, chanteurs, estrumenteurs: mult peussiez oi'r changuns, rotruenges e novels suns, vi'eleures, lais de note, lais de vi'eles, lais de rotes, lais de harpes, lais de frestels, lires, tympes e chalemels, symphonies, psalteriuns, monacordes, timbres, coruns25.

Таким образом, согласно Васу, лэ исполняют под аккомпанемент виолы и роты, арфы и флейты, о чем Мария Французская также упоминает в эпилоге одного из своих лэ:

...fu Guigemar И lais trovez. Сочинили лэ о Гижмаре,

que hum fait en harpe et en rote ; которое исполняется на арфе и роте,

bone en est a oi'r la note26. музыку эту приятно слушать.

Такое исполнение лэ, следовательно, было распространено в XII в.

Из пролога мы узнаем также, что, услышав лэ, поэтесса перевела их стихами (Мария, как и Вас, использует распространённый в литературе XII в. восьми-сложник с парной рифмовкой), чтобы сохранить от забвения, pur remembrance и чтобы увековечить приключения, о которых повествовали услышанные Марией лэ: «...que pur remembrence les firent / clesaventures qu’il o'irent...»27.

В процитированных нами строках пролога появляется одно из ключевых слов для жанра лэ — «авантюра». Слово, которое Гальфрид Монмутский еще не употреблял в своей «Истории»28 и которое впервые встречается в хронике Васа, в отрывке, который мы приведем чуть ниже.

Что касается сборника «Лэ» Марии Французской, слово «авантюра», приключение, впервые появится в прологе и будет повторяться во многих лэ. Поэтесса настаивает на том, что пишет о приключениях как в прологах, так и в эпилогах восьми лэ из двенадцати, а именно, в «Ясени», «Бисклавре», «Эквитане», «Ионеке», «Ланвале», «Двух влюбленных», «Соловье» и «Элидюке». По мысли Марии, каждое лэ есть не что иное, как приключение, рассказ о котором сохранили древние бретонцы. Добавим, что эти бретонцы являются одновременно протагонистами лэ и участниками приключений, произошедших в стародавние времена (поэтесса использует наречие jadis). Двенадцать лэ, дошедшие до нас, вместе с общим прологом к сборнику в так называемой рукописи Н29 (London,

25 La geste du roi Arthur. V. 1717-1726. P. 116.

26 Lais de Marie de France. V. 884-886. P. 70.

27 Ibid. V. 35-36.

28 Как пишет Доминик Буте, «“История бриттов”» не знает никаких приключений, само слово еще не вошло в литературу к тому времени...» (Formes litteraires et conscience historique aux origines de la litterature frangaise (1100-1250), Paris, 1999. P. 88).

29 В обозначении манускриптов используются аббревиатуры, предложенные Карлом Варнке в ставшем классическим издании «Лэ» 1885 г. Рукопись Н — самая древняя рукопись,

Двор был полон жонглерами, певцами, музыкантами;

много можно было слышать песен, ротруанжей и новых мелодий, звуков виолы, напевов лэ, лэ, что игрались на виоле, роте, арфе, флейте, звуки лиры, бубна, свирели, псалтериума, кимвала и кифары.

British Museum, ms. Harley 978, f° 117—158), образуют рассказ о приключениях бретонцев. Но почему Мария Французская выбирает именно это число?

Как известно, очень часто композиция средневекового произведения строится на числах — этот прием, сначала «использующийся в латинской литературе, переходит и в литературы на народном языке»30: пять книг «Утешения Философией» Боэция, сто песен «Божественной Комедии» Данте, «Сто баллад» Кристины Пизанской, второй средневековой поэтессы XV века, которую часто сравнивают с Марией Французской31, «Пятнадцать радостей брака», сто новелл «Декамерона» Боккаччо и т. д.

На этом общем фоне Мария Французская предпочитает круглым цифрам, кратным пяти или десяти, число двенадцать. Конечно, символический потенциал числа двенадцать мог быть связан с двенадцатью апостолами или двенадцатью знаками зодиака, однако в сборнике «Лэ» мы не найдем ни аллюзий на библейские сюжеты, ни каких-либо а с тр о л о г о - а с т р о н о м и ч е с к их образов. Нам представляется, что на основании ключевого для характеристики сборника Марии слова — авантюра, сближающего произведение Марии с романом Васа, можно предположить, что двенадцать приключений бретонцев скорее напоминают о двенадцати годах мира, установившихся в царстве короля Артура после его возвращения в Англию: как уверяет нас Вас, это время было ознаменовано многими чудесными приключениями:

...en cele pais que jo di — ne sai si vus l’avez o'i — furent les merveilles provees e les aventures trovees que d’Arthur sunt [tant] recuntees que a fable sunt aturnees:

[ne tut mengunge ne tut veir, ne tut folie ne tut saveir,] tant unt li cunteur cuntd e li fableur tant fabte pur lur cuntes enbeleter, unt tut fait fables sembler32.

Во время этого мира, —

Не знаю, слышали ли вы об этом, —

Произошли все эти чудеса и все эти приключения. Которые так часто Рассказывают об Артуре,

Что теперь все принимают их за басни:

[хоть эти басни — не полная ложь и не только вымысел, не одна лишь глупость, но и не настоящая мудрость]. Сказители столь часто их рассказывали,

И сочинители столько насочиняли.

Чтобы приукрасить эти рассказы.

Что все они кажутся выдумками.

Как пишет Д. Буте, упоминаемые здесь чудеса и приключения «представляют собой разрозненные, не связанные между собой отрывки, отсылающие нас к миру “басен”, рассказу о которых нет места в тексте, претендующем на историографическую ценность»33. Итак, историограф Вас не может и не должен касаться

сохранившая все лэ Марии. Эта рукопись считается наиболее авторитетной и признается в качестве основной во всех современных изданиях Марии Французской. Подробнее об этой рукописи см., например: Laisbretons (Xlle-XIIIe siecles): Marie de France et ses contemporains / Trad., pres, et annot. par Nathalie Koble et Mireille Seguy. Paris, 2011. P. 109-127.

30 Curtius E. R. Fa litterature europeenne et le Moyen Age latin. P. 795—796.

31 См., например, статью: Paupert A. Deux femmes auteurs au Moyen Age. Marie de France et Christine de Pizan // Revue de la BNF. № 39. 2011. P. 6—13 или ZhangX. Christine de Pizan et Marie de France // The French Review. № 79. 2005. P. 82-94.

32 Ibid. V. 1059-1070. P. 82- 84.

33BoutetD. Formes litteraires et conscience historique aux origines de la litterature frangaise. P. 88.

в своем повествовании приключений бретонцев, — ведь он рассказывает об их деяниях, la geste des Bretuns. Однако Мария, как мы предполагаем, в отличие от своего старшего современника, решает осветить именно эту, приключенческую, сторону жизни древних бретонцев, которым Вас уже создал литературную славу, — ее литературным проектом становится описание не эпических деяний, но приключений бретонцев, les a ventures des Bretons.

В приведенной цитате у Васа слово «авантюра» неразрывно связано с другим словом, «чудо», эти два слова в «Бруте» становятся практически взаимозаменяемыми, точно так же, как в «Лэ» Марии Французской, — например, в лэ о Бисклавре:

La dame o'i cele merveille. Дама услышала о таком чуде,

de pour fu tute vermeille. Густо покраснела,

De l’aventure s’efrea34. Приключение повергло ее в сильный страх.

Мария Французская, «читавшая в свое время Васа»35, решает в некотором роде эксплицировать те приключения, которым нет места в повествовании, претендующем на историчность, и описать тот период мира в государстве короля Артура, когда бретонцы отдыхали от войн и когда, по словам Васа, произошло множество приключений и чудес, о которых Вас не говорит, а только упоминает в вышеприведенном отрывке. Если историограф Вас в своей истории осветил военные деяния древних бретонцев, Мария в своих лэ освещает их приключения и любовные деяния. Наше предположение косвенно подтверждается составом одной рукописи XIII в., включающей роман Васа36. Переписчик обрывает роман «Брут» на месте, когда «Артур устанавливает мир во всем королевстве, чтобы вставить в текст романы Кретьена де Труа в качестве истинного свидетельства правления Артура»37 и чтобы показать древних бретонцев с куртуазной стороны, рассказав о приключениях и чудесах, происходивших с ними.

Отдавая себе отчет в том, что приведенных фактов недостаточно, чтобы утверждать влияние Васа на Марию Французскую наверняка, мы полагаем, что догадка о том, что она, подобно анонимному переписчику XIII в., написала свои двенадцать лэ в дополнение к хронике Васа, заполняя временную и тематическую лакуну романа о Бруте, возможна в качестве предположения.

Ключевые слова'. Мария Французская, «Лэ», Вас, «Брут», Гальфрид Монмутский, «История бриттов», бретонский материал, средневековая историография, авантюра.

34 Lais de Marie de France. V. 97-99. P. 120.

35Hoepffner. E. Fes Fais de Marie de France. P. 96, 58.

36 Речь идет о манускрипте ms. Bibl. nat., fr. 1450, датированном второй четвертью XIII в.

37 Walters L. Fe role du scribe dans Г organisation des manuscrits des romans de Chretien de Troyes // Romania. T. 106. № 3-4.1985. P. 303-325, зд. p. 304.

Historiography in the Service of Poetry: Wace and Marie de France

N. Dolgoroukova

The paper deals with two medieval authors who lived and worked in the court of Henry II Plantagenet, namely Wace, historiographer and the author of Roman de Brut, and Marie de France, the author of the collection of lyric and epic poems about love and adventures of ancient Bretons, Lais. The paper puts forward a hypothesis that Marie’s literary project, i. e. the collection Lais, was formed under the influence of Roman de Brut by Wace.

Talking about the twelve years when Arthur did not wage war and the country was at peace, Wace remarks that during this period many miracles and ventures took place. These are often related to Arthur and are sometimes perceived as tales. Wace deliberately distances himself from these tales considering that there is no place for them in a historiographic narration.

Marie de France composes twelve lais, in which adventure is one of the keywords. It can be assumed that the twelve adventures of Bretons are reminiscent of the twelve years of peace established in the realm of King Arthur after his return to England. Besides, Marie de France might have tried to supplement Wace’s chronicle (which deals with «true» feats of Bretons) with the story of their ventures, thus trying to fill the temporal and thematic lacunae in Roman de Brut.

Keywords: arthurian literature, Marie de France, «Lais», Wace, «Brut», Geoffrey of Monmouth, «Historia Regum Britanniae», Matter of Britain, medieval historiography, adventure.

References

1. Baum R. Recherches sur les oeuvres attributes a Marie de France. Heidelberg, 1968.

2. Baumgartner E., Short I. (ed.). La geste du roi Arthur, Paris, 1993.

3. Bloch R. H. The anonymous Marie de France. Chicago, London, 2003.

4. Boland M. M. Architectural structure in the Lais of Marie de France. New York, 1995.

5. Boutet D. Charlemagne et Arthur ou le roi imaginaire. Paris, 1992.

6. Boutet D. Formes litteraires et conscience historique aux origines de la litterature frangaise (1100— 1250). Paris, 1999.

7. Burgess G. S. Marie de France. Text and context. Georgia, 1987.

8. Harf-Lancner L. (trad.). Lais de Marie de France. Paris, 1990.

9. Joubert Cl.-H. Oyez ke dit Marie. Etude sur les Lais de Marie de France (XLLe siecles). Parie, 1987.

10. Koble N., Sdguy M. Lais bretons (XLLe—XLLLe siecles): Marie de France et ses contemporains. Paris, 2011.

11. Letellier C., Hue D. (ed.). Le Roman de Brut de Wace entre fiction et histoire. Actes du colloque de Bagnoles de 1’Orne . Orleans, 2003.

12. MdnardPh. Les lais de Marie de France: contes d''amouret d’aventure duMoyen Age. Paris. 1979.