Карательная политика: проблемы и решения

сийской Федерации и ее субъектов до местного, локального.

Такая классификация имеет важное практическое значение, поскольку благодаря ей становится возможным установление субъектного состава делинквентов — участников общественных отношений, возникающих в случае нарушения эколого-правовой нормы. Тем самым в качестве возможных делинквентов предстают как конкретно определяемые субъекты — при конкретизации признаков состава экологического правонарушения на индивидуальном уровне правового регулирования, так и какой-либо (больший или меньший) круг лиц — при конкретизации данных признаков на нормативном уровне регулирования экологических отношений.

К особенностям признака противо-правности рассматриваемого явления необходимо отнести также характер и уровень источников, в которых могут быть сосредоточены разнообразные варианты запрещаемого нормами права экологически негативного поведения. Единственным правовым документом,

фиксирующим все составы экологических преступлений, является Уголовный кодекс Российской Федерации. Данное правило закреплено в главе 1 УК. Ему соответствуют положения ст. 85 Закона об охране окружающей природной среды. В настоящее время в уголовном законодательстве совокупность экологических преступлений сконцентрирована в главе 26 Уголовного кодекса.

Применительно к административным экологическим проступкам ситуация в этом плане выглядит совершенно иначе. Составы таких правонарушений можно обнаружить в нормативных источниках, имеющих различный характер и юридическую силу. Они содержатся как в кодифицированных и нс-кодифицированных законодательных актах, регулирующих вопросы охраны окружающей природной среды, охраны и рационального использования отдельных видов природных объектов, так и в подзаконных нормативных актах (в первую очередь в указах Президента

РФ).

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Малеин Н. С. Правонарушение: Понятие, причины, ответственность. М.: Юрид. лит., 1985. 192 с.

2. Петров В. В. Экологическое право России: Учеб. для вузов. М.: 1>ЕК, 1995. 557 с.

3. Самощепко И. С. Понятие правопаруше-

Пиступила 21.09.98.

иия по советскому законодательству. М.. Юрид. лит., 1963. 288 с.

4. Эффективность юридической ответственности в охране окружающей среды / Отв. ред. О. С. Колбасов, II. И. Краснов. М.: Наука, 1985. 225 с.

************************************************************

КАРАТЕЛЬНАЯ ПОЛИТИКА: ПРОБЛЕМЫ И РЕШЕНИЯ

А. А. МИРСКИЙ, старший преподаватель, М. А. БУСАРОВ, преподаватель

Более миллиона российских граждан пребывают сегодня в местах лишения свободы. Это в 10 раз больше, чем в конце прошлого века было заключенных в тюрьмах Российской Империи.

Содержание такого количества „сидельцев*4 тяжким бременем ложится на бюджет, а значит, и на каждого из нас, налогоплательщиков. Крайне неблагоприятны последствия создавшегося по-

© А. А. Мирский, М. А. Бусаров, 2000

ложения в социальном плане. Криминальные метастазы, проникающие из колоний, поражают все сферы жизни страны, ее культуру, экономику, политику. Сокращение числа осужденных к лишению свободы, как это ни парадоксально, может улучшить криминальную ситуацию в стране, продвинуть усилия общества по более цивилизованному исполнению наказания. Уголовно-исполнительная система не может содержать нынешнее количество осужденных и арестованных. В какое бы ведомство ни передавали Главное управление исполнения наказаний, улучшений в его работе не наступит, если не принять неординарные меры.

Решение накопившихся проблем возможно только в результате пересмотра действующего законодательства, и прежде всего концептуального изменения уголовно-правовых санкций, предусмотренных за наиболее распространенные преступления против собственности и личности. Осужденные за эти преступления составляют сегодня значительную часть контингента исправительных и воспитательных колоний, а также следственных изоляторов.

Разработчики нового Уголовного кодекса, к сожалению, не рискнули пойти против сложившегося в обществе в течение десятилетий мнения о возможности исправления преступников только путем длительного лишения свободы и, как это уже неоднократно случалось в истории страны, продолжили процесс наращивания кары в уголовном законодательстве. На наш взгляд, в этом основная причина переполненности учреждений, где содержатся преступники.

Рассмотрим проблему на примере ответственности за кражу чужого имущества — преступления, наиболее распространенного в правоприменительной

практике. В ст. 162 УК РСФСР 1926 года кража без отягчающих обстоятельств наказывалась лишением свободы на три месяца или исправительными работами на тот же срок. Даже кража, совершенная повторно, влекла лишение свободы на срок до шести месяцев, а открытое похищение

чужого имущества (грабеж) — лишение свободы на один год.

Сравним эти санкции с аналогичными нормами, действующими у нас сегодня: три года лишения свободы за простую кражу, шесть лет — за неоднократные, четыре года — за грабеж без отягчающих обстоятельств.

Недавно одним из судов Мордовии осужден на шесть лет лишения свободы ранее судимый К. Вина его в краже пяти килограммов мяса из соседского холодильника во время очередной попойки с другом — хозяином дома. Наказания в виде лишения свободы на два-три года за кражу банки краски, мешка капусты или комбикорма — не такая уж редкость. Еще жестче санкции за повторную (неоднократную) кражу, если предметом преступления будет тот же мешок комбикорма, — до шести лет лишения свободы. В определенной мере, на наш взгляд, дело в том, что инфляция и резко отстающий от нее уровень минимального размера оплаты труда, с помощью которого в соответствии с законом исчисляется размер причиненного при хищении ущерба и определяется соответствующее наказание, искажают представление об общественной опасности совершенного деяния. Образовавшаяся „вилка" делает преступлением даже такие случаи, которые никак не могут претендовать на эту роль просто в силу здравого смысла (кража трех кур или детских санок). И в результате мы регистрируем не мелкое хищение, наказуемое в административном порядке, а преступление, предусмотренное ст. 158 УК РФ, „создаем" преступника, совершившего преступление средней тяжести и наказанного длительным лишением свободы.

Можно сколько угодно критиковать суды за жестокость, а порой и абсурдность приговоров или прокуроров за необоснованные санкции на арест, но колонии и дальше будут переполнены, а наша страна будет занимать лидирующее положение в мире по количеству граждан, отбывающих наказание в местах лишения свободы (750 человек на 100 тысяч населения).

На первый взгляд, УК РФ 1996 года предусмотрен достаточно широкий круг мер государственного принуждения. В нем 13 видов наказаний. Фактически суды могут назначать за носящие массовый характер преступления лишь некоторые из них, а назначают очень немногие. За кражу чужого имущества (ч. 1 ст. 158) предусмотрено одно из пяти наказаний — штраф, либо обязательные работы, либо исправительные работы, либо арест, либо лишение свободы. Назначение ареста и обязательных работ Законом РФ „О введении в действие УК РФ" отложено до 2001 года. Многие специалисты указывают, что применение этих наказаний весьма проблематично из-за невозможности финансирования работ по созданию условий для их исполнения. Таким образом, в арсенале суда остаются три вида наказания за кражи. Штраф как мера уголовного наказания мог бы достаточно широко применяться, но суды неохотно идут на это. Объяснение вроде бы на поверхности — обнищание населения и безработица. Тот, кто ворует, не всегда может выплатить штраф. Однако это не так. Большинство ворующих в России — не нищие. Следует различать тех, кто действительно не может, и тех, кто не хочет платить. Для последних, а их большинство, нужен четкий и проработанный законодательный порядок, заставляющий выполнять приговор суда.

Действующий ныне механизм замены штрафа другим наказанием неэффективен, поэтому ни суды, ни судебные исполнители его не используют. Так, в Мордовии в 1998 году штраф как мера уголовного наказания был применен к 809 осужденным, взыскано всего 15 % штрафных сумм, но никто ни разу за год не поставил вопрос о замене штрафа исправительными работами и лишь в отношении четырех осужденных ставился вопрос о замене его лишением свободы. Многие из осужденных к штрафу легко уклоняются от исполнения приговора, ссылаясь на отсутствие доходов. Фактически у большинства доходы есть, например.

от работы у граждан без трудового договора. Но нет в законе нормы, прямо предусматривающей уголовную ответственность за неисполнение гражданином приговора (нормы, аналогичной ст. 315 УК РФ), нет и стимулов для

быстрой уплаты штрафа.

Исправительные работы в 1970 — 1980-х годах применялись достаточно широко (до 20 % осужденных получали это наказание). Однако в последнее время число осужденных к этому виду наказания по приговору суда резко уменьшается. В 1994 году к исправительным работам в стране были приговорены 302 тысячи осужденных, в 1998 — 62 тысячи. Аналогичная картина в Мордовии, где число осужденных к этому виду наказания за тот же период сократилось в пять раз, а доля таких приговоров уменьшилась с 25 до

2,5 %.

Исправительные работы — это фактически штраф в рассрочку. В советское время смысл в такой мере был, так как формально, а кое-где и фактически она сопровождалась воспитательной работой — обсуждением на собраниях, прикреплением воспитателей, усилением контроля со стороны администрации. Сейчас этого нет. Действенность и поле применения данной санкции уменьшились в связи с тем, что согласно ст. 39 УИК РФ денежные взыскания с лиц, приговоренных к исправительным работам, производятся только с сумм заработка по месту основной работы. Не способствует применению этого вида наказания и массовая безработица, делающая проблему принудительного, да и добровольного трудоустройства осужденных трудноразрешимой. Отсюда проблематичность применения этого вида наказания, сохранения его в УК. Как мера наказания за кражу остается только лишение свободы.

Такое же положение можно проиллюстрировать на примере многих других распространенных преступлений. Так, из трех видов наказания, предусмотренных за угон автомобиля (ст. 164 УК РФ) без отягчающих обстоятельств, два не действуют до

2001 года, остается лишь один — лишение свободы на срок до трех лет.

У суда, правда, есть еще одна предусмотренная законом возможность наказать за воровство, угоны автотранспорта и другие преступления. Он может постановить: считать назначенное наказание условным. Условное осуждение позволяет оградить впервые совершивших нетяжкие преступления от негативного влияния обитателей колоний, почти не требует финансовых затрат. Число условных наказаний растет, сейчас каждый второй осужденный судами страны получает такое наказание. И дело тут не в гуманизме судей, а в понимании ими безвыходности ситуации — колонии переполнены, другие меры наказания скорее виртуальны, чем реальны. Нельзя отрицать и то, что условное осуждение — удобная лазейка для любых злоупотреблений в правоприменении. Но самое главное и негативное в том, что, перейдя из исключения в правило, условность наказания превращает в пыль принцип его неотвратимости.

Есть ли выход из создавшегося положения? На наш взгляд, есть. Вот несколько инструментов для этого.

1. В Кодекс об административных правонарушениях, как предлагает ряд юристов-ученых, следует внести изменения, касающиеся ответственности за мелкое хищение, определив верхнюю границу стоимости похищенного имущества в три минимальных размера оплаты труда. В новом КОАП РФ следует предусмотреть квалифицированные виды мелкого хищения. Меру наказания можно было бы предусмотреть в виде административного ареста сроком до 15 суток, но с обязательным штрафом в размере 10 — 30-кратной стоимости похищенного. Административно наказуемым можно было бы признать и хищение ценностей стоимостью до пяти минимальных размеров оплаты труда, назвав его, например, значительным, с арестом до 30 суток и обязательным штрафом до 30 — 50-кратной стоимости похищенного. Отбытие наказания

7

за такие хищения можно было бы организовать в ИВС городских и район-

ных органов внутренних дел по типу отбывания ареста за мелкое хулиганство, а в больших городах — в спецпомещениях СИЗО.

Можно возразить, что как раз в этих учреждениях мест хронически не хватает. Но если подсчитать, сколько в них содержится подследственных и осужденных только за кражи, сколько они там времени проводят в период дознания, следствия, в ожидании суда, сколько в колониях заключенных, вина которых в краже чужой собственности стоимостью до пяти минимальных размеров оплаты труда, то становится очевидным, что не придется строить новые арестные дома, расширять СИЗО и колонии.

2. Уголовный кодекс РФ 1996 года несколько расширил применение штрафов в качестве дополнительного вида наказания с оговоркой, что он может назначаться только в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК (п. 4 ст. 46 УК РФ). Однако это „двойное" наказание в санкциях необоснованно редко, а на практике почти не применяется. Так, в преступлениях против собственности штраф как дополнительное наказание значится только в семи статьях, да и то при квалифицирующих обстоятельствах.

Трудно понять, почему нельзя использовать это наказание дополнительно, но в обязательном порядке, а не альтернативно при простой краже и при других корыстных преступлениях. Штраф в таких случаях мог бы исчисляться в размерах, кратных стоимости похищенного (например, арест или лишение свободы на срок, значительно меньший, чем сейчас предусмотрен, плюс штраф). То же самое можно было бы сделать и с санкциями норм, регулирующих ответственность за преступления против личности (арест или лишение свободы на сроки меньше, чем сейчас предусмотрено, плюс штраф, но только в размере, кратном минимальному размеру оплаты труда.

3. Реальный, а не условный штраф по указанным выше причинам в качестве дополнительного и обязательного

наказания необходимо присоединять также в случае условного осуждения преступника к лишению свободы. Сегодня в таких случаях виновные, а это, как уже сказано, половина осужденных в стране, фактически никакого существенного наказания не несут. Ограничения, налагаемые на условно осужденных (ст. 73 УК РФ), в большинстве своем формальны, их исполнение никем не контролируется.

4. Следует стимулировать быстрое и полное погашение штрафов, специально оговорив условия как в КОАП, так и в УК, УИК и УПК РФ. Таким стимулом могло бы быть снижение срока лишения свободы или ареста по мере внесения штрафа или пропорционально внесенному штрафу, но до определенных пределов, предполо-

жим, до половины или до одной трети срока.

5. Следует пересмотреть отношение к использованию такой меры наказания, как конфискация имущества. Число приговоров, где мерой наказания избрана конфискация, за последние пять лет уменьшилось в четыре раза. Законодатель сделал конфискацию крайне исключительной мерой наказания (ст. 52 УК РФ). На наш взгляд, это неверная позиция. Конфискацию следует применять по самому широкому

Поступила 13.09. ¡999.

кругу преступлений. В таком случае предупредительное значение ее заметно возрастет. Почему нельзя применять конфискацию имущества по той же ч. 1 ст. 158 УК РФ на сумму 10 — 50-кратной стоимости похищенного и отправлять после этого виновного в краже в места лишения свободы на более короткий срок или вообще не отправлять? Можно применить такой же порядок конфискации по другим преступлениям всего раздела VIII УК РФ „Преступления в сфере экономики" Применив его к виновному в получении взятки (конфискация имущества в размере 10 — 50-кратной суммы взятки), вполне можно оставить человека на свободе: опасность его для общества фактически миновала с вынесением приговора, где к конфискации в обязательном порядке должно быть присоединено лишение права занимать должности в государственном аппарате или заниматься определенной деятельностью на значительный срок или даже пожизненно.

Принцип максимальной экономии санкции в виде лишения свободы и расширения применения „двойных" наказаний в виде штрафа, конфискации имущества и других дополнительных наказаний может, по нашему мнению, решить многие проблемы.

&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&№ ОСОБЕННОСТИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВЕННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СУДА НАДЗОРНОЙ ИНСТАНЦИИ В РОССИЙСКОМ УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

А. А. ЧЕБУРЕНКОВ, аспирант

В соответствии с задачами российского уголовного судопроизводства (ст. 2 УПК РСФСР) любое решение, вынесенное судебным органом (судом, судьей) в форме приговора, определения, постановления по уголовному де-

лу, должно быть законным и обоснованным. Законность судебного решения означает его точное соответствие по форме и содержанию требованиям уголовного и уголовно-процессуального закона. Важнейшим условием обосно-

© А. А. Чебуренков, 2000