Генезис и развитие уголовного законодательства об ответственности за причинение вреда здоровью при наличии привилегирующих признаков

Усачева Алена Павловна

Краснодарский университет МВД России

Генезис и развитие

уголовного законодательства

об ответственности

за причинение вреда здоровью

при наличии привилегирующих признаков

В статье автор анализирует генезис и развитие отечественного уголовного законодательства об ответственности за привилегированные виды причинения вреда здоровью - в состоянии аффекта, при превышении пределов необходимой обороны и при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление.

Ключевые слова: смягчающие обстоятельства, привилегированные виды причинения вреда здоровью, состояние аффекта, необходимая оборона, задержание лица, совершившего преступление, превышение пределов необходимой обороны.

A.P. Usacheva, Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; e-mail: lalenal@mail.ru

Genesis and development of criminal legislation on responsibility for harm to health with mitigating circumstances

The author analyzes the genesis and development of the domestic criminal legislation on responsibility for harm to health with mitigating circumstances of different types - in the heat of passion, use of excessive force in self-defense or in excess of measures needed for the detention of a person who has committed a crime.

Key words: mitigating circumstances, types of harm to health with mitigating circumstances, the state of affect, necessary defense, detention of a person who committed a crime, exceeding the limits of necessary defense.

Любое посягательство на личность издревле признавалось недопустимым, достаточно вспомнить знаменитое библейское «не убий». При этом не только причинение смерти считалось достойным наказания, но и нанесение любого вреда здоровью, если оно осуществлено умышленно и виновно. В контексте анализа можно упомянуть и библейское «око за око», т.е. моральный постулат о необходимости возложения наказания за причиненный вред здоровью. Тем не менее, исторически сложилось и понимание того, что причинение вреда здоровью, равно как и смерти, может быть обусловлено различными обстоятельствами, которые по-разному влияют на степень виновности, а следовательно, и на размер наказания.

Законодательство и наука уголовного права традиционно выделяют как отягчающие, так и смягчающие вину обстоятельства, сопровождающие причинение вреда здоровью. Это так называемые квалифицирующие, т.е. отягчающие, и привилегирующие, т.е. смягчающие, обстоятельства [1, с. 95]. К последним

относятся ситуации необходимой обороны; задержания лица, совершившего преступление; крайней необходимости. При наличии таковых лицо причиняет вред, полностью осознавая характер своих действий, но вынужденно действуя подобным образом для предотвращения наступления еще более тяжких общественно опасных последствий. Для названных обстоятельств характерно наличие некоего предела, до которого деяние не подпадает под признаки уголовного наказуемого, а при превышении коего считается совершенным при наличии смягчающего признака.

Другим видом привилегирующих признаков являются обстоятельства, при которых лицо не может в полной мере руководить своими действиями, несмотря на признание его вменяемым. Это обстоятельства, связанные с физическим или психическим принуждением, состоянием аффекта.

В науке уголовного права отношение к указанным привилегирующим обстоятельствам формировалось постепенно. В связи с этим определенный интерес представляет просле-

74

живание его генезиса и эволюции, что позволит сделать определенные прогнозы относительно дальнейшего развития названного института.

Наиболее древним и достаточно хорошо изученным источником уголовного права являются древнеримские Законы 12 таблиц [2, с. 21-33.]. В таблице 8 есть правило 12, согласно которому убийство вора в ночное время на месте преступления должно считаться правомерным. Здесь необходимо обратить внимание, что такое посягательство признавалось правомерным лишь при совершении его в ночное время и лишь на месте преступления , что можно признать чрезвычайными обстоятельствами, не позволяющими пресечь преступную деятельность иным образом. В дальнейшем эта норма нашла развитие в комментарии к эдикту императора Адриана, который указал, что тот, кто убьет ночного вора, будет безнаказанным только в том случае, «если не мог без опасности для себя пощадить» [3].

Таким образом, признавая причинение вреда здоровью и жизни правомерным, древнеримское право обусловливало правомерность такого причинения некоторыми факторами. В частности, такими, как ночное время, когда нельзя быстро вызвать стражу и передать преступника правосудию, обнаружение преступника на месте преступления. Это были условия, позволяющие избежать ошибки самосуда и реальной опасности наступления иных вредных последствий, а именно угрозы для жизни и здоровья самого владельца имущества или лица, обнаружившего вора.

Аналогичным образом древнеримский законодатель относился и к посягательствам против личности, особенно сексуального характера, признавая в таком случае причинение вреда преступнику правомерным и освобождающим от ответственности. Так, тому же императору Адриану предписывается правило о том, что тот, «кто убил (человека), совершающего насильственные развратные действия по отношению к нему самому или к его домашним, должен быть отпущен» [4].

Для сравнения рассмотрим древнерусское законодательство. Так, Русская Правда в ст. 36 содержит положение, согласно которому можно убить вора, застигнутого «у клети или у которое татбы» [5], т.е. на месте преступления, но опять же при условии, если такой вор схвачен ночью. Если же его додержали до рассвета, то надо вести на княжеский двор для суда. Так же, как и в Древнем Риме, это правило, восходящее, скорее всего, к обычному праву многих народов, в дальнейшем было легити-

мировано в законодательном акте. В русском праве это можно наблюдать на примере Соборного уложения 1649 г., в ст. 88 гл. XXI которого содержится уже подробное регламентирование возможности причинения вреда лицу, задерживаемому при совершении преступления. В частности, там предписано немедленно сообщать в приказ о случае и обстоятельствах убийства «ночного татя», в том числе и в случае погони за ним. Если «тать» был застигнут уже вдали от места преступления и при задержании оказывал сопротивление, то допускалось причинение ему увечий вплоть до смерти. Аналогичным образом регулировалось и причинение смерти похитителю скота или хлеба с поля (ст. 89 Русской Правды).

Таким образом, здесь можно наблюдать практически те же условия правомерности причинения вреда здоровью и жизни преступника, застигнутого на месте преступления, - ночное время, обнаружение на месте преступления, сопротивление при задержании.

В гл. XXII Соборного уложения содержится ст. 21, признающая правомерным причинение вреда здоровью нападавшего, даже если нападение происходит не непосредственно на само лицо, а на того, кому это лицо служит. Таким образом, речь здесь идет о причинении вреда при обстоятельствах, признаваемых в настоящее время необходимой обороной.

В дальнейшем положения о причинении вреда в случае необходимой обороны или задержания преступника в том или ином виде были представлены во всех российских уголовных законах. Так, вопросы необходимой обороны в законодательстве Петра I нашли отражение в Воинских артикулах 1715 г. и в Морском уставе 1720 г. Воинские артикулы считали правомерной необходимую оборону при посягательстве на жизнь, а Морской устав - при нападении, угрожающем здоровью [6; 7, с. 274].

Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. в ст. 98 признавало деяние «безвинным», если оно совершено под принуждением «от превосходящей непреодолимой силы» или от «необходимости обороны». В ст. 101 и 102 Уложения были установлены условия правомерности необходимой обороны -соответствие защиты нападению, реальность угрозы жизни и здоровью.

Впервые в Уложении 1845 г. получило законодательное закрепление понятие аффекта, или сильного душевного волнения, как обстоятельства, смягчающего ответственность. Статья 140 Уложения 1845 г. признавала смягчающим обстоятельством учинение преступле-

75

ния лицом «вследствие сильного раздражения, произведенного обидами, оскорблениями или иными поступками лица, коему он сделал или покусился сделать зло ». Иными словами , это фактически состояние аффекта, или сильного душевного волнения, вызванного противоправным поведением потерпевшего. По замечанию Н.С. Таганцева, «более значения придавала аффектам Особенная часть Уложения в большинстве личных преступлений, например при убийстве, при детоубийстве, при оставлении без помощи» [8].

Уголовное уложение 1903 г. в целом сохранило те же подходы к необходимой обороне и причинению вреда в состоянии крайней необходимости (ст. 45 Уложения). Но при этом было уточнено, что необходимая оборона имеет свои пределы, превышение которых в указанных в законе случаях может повлечь наступление уголовной ответственности, которая, тем не менее, будет мягче по сравнению с наказанием за обычные и квалифицированные составы причинения вреда жизни и здоровью. Так, например, причинение тяжкого вреда здоровью могло повлечь тюремное заключение до 8 лет (ст. 467). То же деяние, совершенное с превышением пределов необходимой обороны, влекло лишь арест, а причинение тяжкого вреда здоровью в состоянии аффекта - содержание в исправительном доме не более 3 лет (ст. 470) [9].

В советский период в законодательстве сохранились и развились сложившиеся в предыдущие исторические периоды тенденции.

Так, Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. признавал смягчающим обстоятельством совершение деяния хотя и с превышением пределов необходимой обороны, но для защиты от посягательства на Советскую власть, революционный правопорядок или личность и права обороняющегося или другого лица либо под влиянием сильного душевного волнения (ст. 48) [10]. Нанесение тяжкого телесного повреждения (ст. 147 УК РСФСР 1922 г.) предусматривало лишение свободы на срок до 8 лет. Но если его совершение было вызвано состоянием сильного душевного волнения, то наказанием являлись принудительные работы до 6 месяцев (ст. 144).

УК РСФСР 1960 г. [11] содержал понятия крайней необходимости

влекло наказание в виде лишения свободы на срок до 8 лет. То же деяние, совершенное в состоянии сильного душевного волнения, - лишение свободы до 2 лет (ст. 110 УК), при превышении пределов необходимой обороны -лишение свободы до 1 года (ст. 111 УК). Таким образом, постепенно причинение вреда в условиях крайней необходимости или необходимой обороны стало признаваться менее опасным, чем причинение вреда здоровью в состоянии сильного душевного волнения, или аффекта.

Действующий Уголовный кодекс РФ в качестве обстоятельств, устраняющих преступность деяния и, следовательно, исключающих уголовную ответственность, указывает и необходимую оборону (ст. 37) и причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление (ст. 38). Подобной ст. 38 УК РФ нормы в УК РСФСР 1960 г. не содержалось. Она является новеллой современного российского уголовного законодательства. Ранее эта ситуация охватывалась понятием крайней необходимости как условия причинения вреда для предотвращения наступления более тяжких общественно опасных последствий. В то же время понятие сильного душевного волнения как смягчающего обстоятельства Общая часть действующего УК РФ не содержит. Оно заменено на противоправное или аморальное поведение потерпевшего как повод к преступлению. Тем самым исключается необходимость оценки степени душевного волнения, вызванного этим самым противоправным или аморальным поведением.

В качестве общего обстоятельства, смягчающего наказание, УК РФ в ст. 61 указывает на совершение преступления при нарушении условий правомерности необходимой обороны, задержания лица, совершившего преступление, крайней необходимости, обоснованного риска, исполнения приказа или распоряжения. Некоторые из указанных обстоятельств предусмотрены законом и в качестве признаков привилегированных составов причинения вреда здоровью личности. Причинение тяжкого вреда здоровью (ч. 1 ст. 111 УК РФ) влечет лишение свободы на срок до 8 лет. Исключенное из Общей части понятие аффекта, или сильного душевного волнения, указано в ст. 113 УК РФ в качестве привилегирующего обстоятельства, и причинение тяжкого вреда здоровью в таком состоянии влечет лишение свободы на срок до 2 лет. Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, со-

76

вершившего преступление (ст. 114 УК РФ), в первом случае влечет лишение свободы на срок до 1 года, во втором - на срок до 2 лет.

Итак, современный законодатель считает причинение вреда здоровью в ситуации превышения пределов необходимой обороны менее опасным, чем иные случаи «привилегированного» причинения вреда здоровью.

Таким образом, можно заключить, что такие привилегирующие обстоятельства, как причинение вреда здоровью при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, или при превышении пределов необходимой обороны, восходят к нормам обычного права. Их наличие прослеживается

1. Васильевский А. В. Дифференциация уголовной ответственности и наказания в Общей части уголовного права: дис. ... канд. юрид. наук. Ярославль, 2000.

2. Хрестоматия по истории Древнего мира. Т. III: Рим / под ред. В. В. Струве. М., 1953.

3. Дигесты. Титул VIII, ст. 9. URL: http:// www.gumer.info/bibliotek_Buks/Pravo/digest/48. php (дата обращения: 11.10.2016).

4. Дигесты. Титул VIII, ст. 4. URL: http:// www.gumer.info/bibliotek_Buks/Pravo/digest/48. php (дата обращения: 11.10.2016).

5. Русская Правда // Электронная библиотека ист. ф-та МГУ им. М.В. Ломоносова. URL: http://www.hist.msu.ru/ER/Etext/RP/index. html (дата обращения: 11.10.2016).

6. Уголовное право России. Общая часть: учеб. / Д. И. Аминов, Л. И. Беляева, В. Б. Боровиков и др.; под ред. В.П. Ревина. 2-е изд., испр. и доп. М., 2009. Доступ из справ. правовой системы «КонсультантПлюс».

7. Российское уголовное право. Общая часть: учеб. /под ред. В.П. Коняхина, М.Л. Прохоровой. М., 2014.

8. Таганцев Н.С. Курс уголовного права. СПб., 1902. Доступ из справ. правовой системы «Гарант».

9. Российское законодательство X-XX вв.: в 9 т. Т. 8: Судебная реформа / под общ. ред. О.И. Чистякова. М., 1991.

10. О введении в действие Уголовного кодекса Р.С.Ф.С.Р. редакции 1926 года: постановление ВЦИК от 22 нояб. 1926 г. (вместе с Уголовным кодексом Р.С.Ф.С.Р.) // СУ РСФСР 1926. № 80. Ст. 600.

11. Об утверждении Уголовного кодекса РСФСР: закон РСФСР от 27 окт. 1960 г. (вместе с Уголовным кодексом РСФСР) // Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1960. № 40. Ст. 591.

практически во всех источниках отечественного уголовного права. Упоминание такого обстоятельства, как сильное душевное волнение, или аффект, появляется лишь в середине XIX в. Это связано с упрочением позиций принципа субъективного вменения, при котором большее внимание уделяется не внешним обстоятельствам преступления, а внутреннему отношению лица к содеянному. Причинение вреда здоровью при задержании лица, совершившего преступление, ранее рассматривалось в рамках состояния крайней необходимости, а сейчас это обстоятельство выделено в качестве самостоятельного основания для смягчения уголовной ответственности.

1. Vasilevsky A.V. Differentiation of the criminal liability and punishment in the General Part of criminal law: diss. ... Candidate of Law. Yaroslavl, 2000.

2. Chrestomathy on the Ancient World History. Vol. III: Rome/ed. by V.V. Struve. Moscow, 1953.

3. Digesty. Title VIII, art. 9. URL: http://www. gumer.info/bibliotek_Buks/Pravo/digest/48.php (date of access: 11.10.2016).

4. Digesty. Title VIII, art. 4. URL: http://www. gumer.info/bibliotek_Buks/Pravo/digest/48.php (date of access: 11.10.2016).

5. Russian Truth // Electronic library of the Faculty of History, Moscow State University named after M.V. Lomonosov. URL: http://www. hist.msu.ru/ER/Etext/RP/index.html (date of access: 11.10.2016).

6. Criminal Law of Russia. General part: textbook / D.I. Aminov, L.I. Belyaeva, V.B. Borovikov, et al.; ed. by V.P. Revin. 2nd ed., rev. and ext. Moscow, 2009. Access from legal reference system «ConsultantPlus».

7. Russian criminal law. General part: textbook / ed. by V.P. Konyakhin, M.L. Prokhorova. Moscow, 2014.

8. Tagantsev N.S. Course of criminal law. St. Petersburg, 1902. Access from legal reference system «Garant».

9. Russian legislation of the X-XX centuries: in 9 vol. Vol. 8: Judicial reform / gen. ed. by O.I. Chistyakov. Moscow, 1991.

10. On the introduction of the Criminal Code of the RSFSR, edition of 1926: resolution of the Central Executive Committee d.d. Nov. 22, 1926 (together with the Criminal Code of the RSFSR) // Coll. of statutes of the RSFSR. 1926. № 80. Art. 600.

11. On approval of the Criminal Code of the RSFSR: law of the RSFSR d.d. Oct. 27, 1960 (together with the Criminal Code of the RSFSR) // Bull. of the Supreme Soviet of the RSFSR. 1960. № 40. Art. 591.

77