2017. 01. 009. Тезисы четвертой международной конференции по проблеме добросовестности в исследованиях. (сводный Реферат). Proceedings of the 4th world Conference on research integrity // research integrity and peer review. - 2016. - vol. 1, Suppl. 1:9. - 56 p. - doi:10. 1186/s41073-016-0012-9

СОЦИАЛЬНЫЕ И ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ РАЗВИТИЯ НАУКИ. ЛИЧНОСТЬ УЧЕНОГО

2017.01.009. ТЕЗИСЫ ЧЕТВЕРТОЙ МЕЖДУНАРОДНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ ПО ПРОБЛЕМЕ ДОБРОСОВЕСТНОСТИ В ИССЛЕДОВАНИЯХ. (Сводный реферат).

Proceedings of the 4th World conference on research integrity // Research integrity and peer review. - 2016. - Vol. 1, Suppl. 1:9. - 56 p. -D0I:10.1186/s41073-016-0012-9.

Ключевые слова: добросовестность исследований; ответственное проведение исследований; способы и системы поддержания добросовестности в науке; обучающие программы.

Четвертая международная конференция по проблемам добросовестности в науке прошла в Рио-де-Жанейро (Бразилия) 31 мая -1 июня 2015 г. Ранее аналогичные конференции проводились в Лиссабоне (2007), Сингапуре (2010) и Монреале (2010). Следующая (пятая) Международная конференция пройдет в Амстердаме (Нидерланды) 28-31 мая 2017 г. Эти конференции задумывались как форум для обсуждения идей, политики и эмпирических данных, связанных с ответственным проведением исследований (ОПИ). Их цель состоит в том, чтобы способствовать усилиям по повышению доверия к исследованиям и их надежности, а также ответственности ученых за результаты своих исследований.

В работе конференции, проходившей в Рио, приняли участие более 470 делегатов из 42 стран, включая руководителей исследовательских институтов и финансирующих агентств, политиков, редакторов и издателей, правоведов, ученых и аспирантов. Тема конференции была следующей: «Вознаграждение за исследования и добросовестность: Совершенствование систем по продвижению

ответственного проведения исследований». Опубликованные материалы этой конференции содержат тезисы докладов, представленных ее участниками. В настоящем сводном реферате отражены тезисы, содержащиеся в первой части Материалов конференции (параллельные заседания).

Введение. Влияние науки и технологий на человеческую жизнь, пишет норвежский автор, неуклонно возрастает, одновременно растет и понимание масштабов воздействия, которое научные результаты и продукты оказывают на общество и окружающую среду (29). В целом, как показывают опросы, общество доверяет науке.

Так, в 2010 г. журнал «Nature» опубликовал результаты международного опроса, касающегося отношений между наукой и обществом. Респонденты в большинстве своем согласны с тем, что ученые заслуживают большего доверия, чем другие публичные фигуры, и что инвестиции в науку - это ключ к будущему процветанию и экономическому росту. Очевидно, что социальная ответственность науки и твердая вера в нее общества взаимосвязаны. Но поскольку мир становится все более индивидуалистичным и конкурентным, огромное давление, оказываемое на ученых, вынуждает их в ряде случаев отходить от требований социальной ответственности и ОПИ (30).

В 2013 г. Генеральная конференция ЮНЕСКО приняла решение пересмотреть «Рекомендации ЮНЕСКО по статусу научно-исследовательских работников» (P. 74), принятые в 1974 г. В этих рекомендациях добросовестность исследователей рассматривается как контракт между учеными и обществом. Ученые выигрывают благодаря своему особому статусу и государственному финансированию их работы, но в обмен они обязаны придерживаться высоких интеллектуальных и нравственных норм.

Требуемые качества, упоминаемые в Р. 74, касаются как интеллектуальной (уважение истины), так и нравственной добросовестности; последняя означает проведение исследований ради лучшего будущего человечества, как написано в ст. 14 Сингапурского заявления о добросовестности в исследованиях. Р. 74 упоминают о необходимости дополнительного обучения и тренинга исследова-

телей, нацеленных на развитие этих качеств, что позволит обществу доверять им (14).

В резолюции Генеральной конференции ЮНЕСКО говорится о том, что пересмотренные рекомендации должны отражать современные этические выборы и административные технологии, связанные с управлением наукой и ее отношениями с обществом. Соответственно следует пересмотреть и программы обучения и средства контроля добросовестности в исследованиях (ДвИ).

Академический мир любит рисовать свой образ как полностью отличный от других миров, прежде всего он противопоставляет себя бизнесу. Научное сообщество имеет иные цели, правила и нормы, иначе организовано. Оно занимается поиском знаний ради прогресса и процветания человечества. Этот поиск незаинтересованный и объективный, он осуществляется в соответствии с хорошо известными принципами, сформулированными Р. Мертоном, поэтому считается, что наука - это некое аристократическое предприятие.

Авторы показывают, что, несмотря на декларируемые различия, ученые сталкиваются с теми же проблемами, что и бизнес. Так же как и предприниматели, они подвергаются мощному давлению конкурентного рынка, и это может изменить их представления об этике. Как и предприниматели, ученые должны добиваться успеха. И те и другие действуют в обстановке острой международной конкуренции и стремятся опередить других; борьба за приоритет всегда присутствовала в науке. Перед лицом такого давления многочисленные рационализации могут приводить к нарушению учеными принципов профессионального поведения. Ученые, как и предприниматели, хотят преуспеть; последнее, что им нужно, - это поражение. В академической сфере присутствуют и конфликты между личными интересами и интересами стейкхолдеров, и злоупотребления властью (48).

Несмотря на организационные меры, призванные гарантировать ОПИ, факты говорят о том, что отклонения от этих норм по-прежнему широко распространены. Под грубыми нарушениями норм ДвИ прежде всего понимают фальсификацию (манипулирование данными, числами, изображениями), фабрикацию (подделку данных) и плагиат. Подобные нарушения бросают вызов вере в науку и ее результаты.

Перед академическим миром стоят четыре главные проблемы: 1) разработать такую политику и директивы, которые прививали бы ученым привычку соблюдать нормы и правила; 2) наладить систему обучения и просвещения; 3) осуществлять мониторинг и своевременно выявлять нарушения ДвИ; 4) разработать санкции и средства сдерживания, когда неэтичные исследовательские практики оказываются намеренными (42).

Растет понимание того, что ДвИ - это краеугольный камень эффективного управления наукой. По мнению авторов, политика по поддержанию ДвИ должна включать четыре главные функции: 1) точное определение и описание ДвИ; 2) меры по предотвращению случаев недобросовестности ученых; 3) мониторинг ДвИ; 4) стимулирование ДвИ.

ДвИ - это императив делать хорошую науку и получать полезное и надежное знание. Тем не менее в последние 20 лет было выявлено значительное количество случаев исследовательской недобросовестности, а необнаруженных случаев может быть намного больше. В качестве ответа на этот вызов в разных странах создается соответствующая инфраструктура, издаются и распространяются кодексы и руководства, разрабатываются программы обучения, проводятся конференции и съезды (13).

Политика разных стран и научных организаций по поддержанию добросовестности в науке. Дания и Норвегия - одни из немногих стран в мире, где обращение с недобросовестностью в исследованиях регулируется национальным законодательством. С одной стороны, такой подход бросает серьезные вызовы с точки зрения свободы и саморегулирования науки, а с другой - правовой контекст в силах обеспечить права заинтересованных партий и гарантировать транспарентный, унифицированный процесс рассмотрения обвинений (36).

Квинслендский университет - один из ведущих исследовательских университетов в Австралии. В 2011 г. в его стенах были разработаны формальная политика и процедуры, связанные с ОПИ. Однако случай серьезного нарушения принципов научной добросовестности, произошедший в университете в 2013 г., заставил провести тщательную внешнюю проверку политики, процедур и практики, обеспечивающих ДвИ и соблюдение Австралийского кодекса ответственного проведения исследований (2007). В резуль-

тате была усовершенствована политика университета, привлечены дополнительные ресурсы, разработаны и внедрены программы обучения научного персонала и налаживания коммуникаций между Службой обеспечения добросовестности в исследованиях и ведущими учеными и руководством университета (1).

В 2014 г. Комитет по этике Национального центра научных исследований (НЦНИ) Франции выпустил 35-страничное руководство, «продвигающее ответственность и добросовестность в исследовании». Оно должно быть использовано во всех дисциплинах, присутствующих в 11 исследовательских институтах НЦНИ. Это руководство было разослано всем директорам институтов с официальной рекомендацией ознакомить с его содержанием сотрудников, включая технический персонал. В руководстве подчеркивается, что недобросовестность покрывает большой спектр нарушений помимо хорошо документированных случаев мошенничества. В нем дается определение того, какие практики следует считать корректными в публикациях, и рекомендации, как вести себя в случае конфликтов интересов и строить отношения между наукой и обществом. Подчеркивается также необходимость тщательной подготовки молодых ученых руководителями групп (39).

В Дании доверие к науке очень высоко. Несмотря на обнародованные случаи научной недобросовестности, 91% населения считает, что проводимые в стране исследования заслуживают доверия. Для того чтобы не подрывать этого доверия, в 2014 г. был опубликован «Датский кодекс поведения, обеспечивающий добросовестность в исследованиях».

Основываясь на трех базовых принципах ДвИ (честность, прозрачность и ответственность), кодекс представляет перечень из шести общепринятых стандартов ОПИ, набор указаний по организации обучения, тренингов и супервизии и, наконец, инструкции по реагированию на нарушения ОПИ (47).

Обращение к ДвИ и ОПИ постепенно стало частью повестки дня в некоторых бразильских университетах, особенно в крупных университетах, получающих государственное финансирование. Принципы и требования к ОПИ были сформулированы «Сан-Паулуским фондом поддержки исследований». Он был спонсором III Бразильского съезда по добросовестности в науке, научной и публикационной этике, прошедшем в 2014 г.

Формализация требований и принципов ОПИ и обязательность их исполнения предполагают обучение и подготовку тех, кто затем будет учить других. Эта инициатива выразилась в проведении двухдневных семинаров (30 участников из ведущих бразильских университетов), обсуждавших ОПИ в контексте исследовательской системы страны (28).

Следует избегать чрезмерного регулирования и перегрузки ученых, которая непропорциональна проблеме. Австралийский кодекс ответственного проведения исследований (2007) был разработан для того, чтобы представить основные нормы ОПИ (Часть А) и дать схему для рассмотрения обвинений в нарушении Кодекса. ДвИ определяется не только как фабрикация, фальсификация и плагиат, но и как неспособность справиться с серьезным конфликтом интересов, нежелание считаться с мнением комитетов по исследовательской этике и целенаправленное сокрытие или фальсификация недобросовестности других (41).

В кодексе содержатся принципы ответственной исследовательской практики, которым обязаны следовать сотрудники университетов и студенты. Эти принципы просты и организованы вокруг:

1) честности (добросовестно излагать результаты исследования);

2) объективности (непредвзятый анализ результатов, раскрытие конфликта интересов); 3) конфиденциальности (правильное хранение конфиденциальных материалов); 4) аккуратности (аккуратно вести и хранить протоколы экспериментов и материалы исследований); 5) ответственности в публикациях (ответственное авторство и рецензирование); 6) уважение интеллектуальной собственности (ссылки там, где они необходимы); 7) руководство и обучение (ответственная подготовка слушателей); 8) этика (ответственное и этичное обращение с животными и людьми, участвующими в исследовании); 9) безопасность исследования (безопасная рабочая среда). Эти принципы были разработаны в соответствии с Сингапурским заявлением о добросовестности в науке, принятым в 2010 г. (41).

Роль научных фондов в обеспечении добросовестности в исследованиях. Растущие объемы финансирования научных исследований заставляют задуматься над их эффективностью. Научные фонды распределяют свои средства на конкурсной основе, в зависимости от качества предлагаемых проектов. Неопределенность,

сопряженная с оценкой качества исследований, подвергает финансирующие органы риску в лучшем случае получить слабые результаты, а в худшем - стать жертвами мошенничества. Необходимы механизмы, которые заставят заявителей на гранты представлять правдивую и исчерпывающую информацию (9). Главный механизм, помогающий добиться подобной информации, - это строгие санкции за нарушения норм профессионального поведения. К ним относятся: сознательное преувеличение важности результатов, использование публикаций-«салями», создание исследовательского коллектива с включением «свадебных генералов», взаимный обмен подарочным соавторством и пр. (9).

В сентябре 2014 г. «Исследовательские фонды Квебека» (Канада), объединившие три крупных государственных научных фонда, запустили свою программу «Политика, касающаяся ответственного проведения исследований». Наряду с другими изложенные в этом руководстве принципы обязательны для всех, кто получает финансирование от ИФК: исследователи, лауреаты премий, институты, включая их научный штат и руководителей. В нем представлены нормы и принципы ОПИ и перечень их возможных нарушений. Этот перечень включает не только классическую триаду (фабрикация, фальсификация и плагиат), но и неадекватное выражение признания, неумение справиться с конфликтом интересов, неэффективное использование государственных средств и пр. В руководстве описывается процедура рассмотрения научной организацией жалоб на нарушения ДвИ. В качестве условия для получения финансирования университеты и научные институты обязаны разработать и принять внутренние правила в соответствии с изложенными в «Политике» (8).

Национальный научный фонд (ННФ) - правительственное агентство США, которое финансирует фундаментальные исследования в науке, инжиниринге и образовании. Как и большинство федеральных агентств, ННФ имеет свое Управление генерального инспектора (УГИ), которое осуществляет независимое наблюдение за программами и действиями ННФ. Отдел УГИ по обеспечению добросовестности в исследованиях и проведению административных расследований берет в штат ученых и сосредоточен на поддержании ДвИ в ННФ, включая рассмотрение жалоб на его решения и действия.

Основная масса исследований, занимающихся научной недобросовестностью, понимает под ней фабрикацию, фальсификацию и плагиат. По мнению американского автора, понятие недобросовестности шире и включает неадекватную оценку достоинств проектов, направляемых в ННФ, конфликт интересов и манипулирование данными. Поддержание прозрачности и объективности в деятельности ННФ очень важно, поскольку фонд оперирует деньгами налогоплательщиков.

Этот отдел также занимается образовательной деятельностью. С 2010 г. ННФ требует от всех институтов, получающих от него гранты, проводить подготовку аспирантов и постдоков в области ДвИ. В отличие от НИЗ, ННФ не регулирует содержание, формат или частоту занятий (18).

Примеры образовательных программ, посвященных добросовестности в исследованиях, в разных странах. Гонконгский университет науки и технологий - вуз мирового класса. Соответственно, предполагается, что его сотрудники должны отвечать самым высоким стандартам профессионального поведения. С марта 2010 г. в университете проходят регулярные семинары по ОПИ, которые теперь стали обязательными для новых сотрудников и аспирантов. Их программа охватывает важные моменты ДвИ, включая конфликт интересов и спорную исследовательскую практику, существующие правила и инструкции по соблюдению этических норм, а также групповые обсуждения отдельных случаев.

К сегодняшнему дню было проведено 14 семинаров по ОПИ, которые посетили 1370 сотрудников. Помимо этого университет издает соответствующие материалы, проводит публичные обсуждения и дискуссии в Интернете и пр. Он также активно участвует в международных мероприятиях. Так, в его стенах в декабре 2012 г. был проведен U21 семинар «Что делать с недобросовестностью в исследованиях?». С сентября 2009 г. для всех магистров и аспирантов читается обязательный курс по научной этике (2).

В наши дни, по мере роста количества научных публикаций, учащаются случаи нарушения правил проведения научных исследований. Начиная с 2007 г. правительство Кореи и академические сообщества пытаются усилить ДвИ. С этой целью правительством была построена соответствующая инфраструктура, в частности был создан Центр информации по исследовательской этике (Center for

research ethics information). Помимо этого были расширены возможности для обучения ДвИ, в частности разработана «Киберобра-зовательная программа по исследовательской этике» (3).

В 2013 г. в Германии в качестве продолжения университетских курсов, посвященных «корректной научной практике», для аспирантов и постдоков, была разработана программа тренинга, предназначенная уже для преподавателей немецких университетов и сотрудников исследовательских институтов. Главная ее цель -увеличить число лекторов, способных вести занятия по ОПИ в условиях, когда спрос на подобные курсы постоянно растет (4).

В 2012 г. «Epigeum» - спин-аут компания по электронному обучению из Королевского колледжа Лондона, теперь собственность издательства «Oxford university press» - запустила две версии курса по ДвИ / ОПИ: один - для международного сообщества ученых, а другой - для студентов и исследователей США. В каждой версии присутствуют пять треков, содержащих обучающие материалы, которые подходят для студентов и исследователей, принадлежащих к разным областям знания. Годом позже «Epigeum» отредактировала международную версию курса, чтобы создать австралийскую версию. К концу 2014 г. курсом по ДвИ, предложенным «Epigeum», пользовались более 50 университетов в 15 странах (11).

В 2014 г. Министерство образования Тайваня запустило четырехлетний проект «Обучение и использование механизмов исследовательской этики в системе высшего образования Тайваня», чтобы удовлетворить потребность в ОПИ. Начиная с последнего семестра 2014 г. студенты 11 университетов и колледжей Тайваня принимают участие в онлайн-программах обучения (15).

Одна из стратегий Гентского университета (Бельгия) по дальнейшему усилению ДвИ - организация тренинга для всех, кто занимается исследованиями (аспиранты, постдоки, профессора, административный и технический штаты и пр.). С этой целью в университете регулярно проводятся однодневные интерактивные семинары, посвященные проблеме ДвИ (27).

Нидерландские авторы считают, что предотвращение нарушений важнее карательных санкций. Политика Лёвенского католического университета (нидерландоязычная часть) (Бельгия) прежде всего направлена на поддержание культуры ДвИ, поскольку наука

высокого класса и ответственное проведение исследований идут рука об руку.

Начиная с академического года 2014/2015 в университете читается курс, посвященный ДвИ, который обязаны прослушать все вновь зарегистрированные аспиранты, работающие над докторскими диссертациями. Этот курс включает такие темы, как корректное и некорректное поведение в науке; ответственное авторство; правильное обращение с данными; поведение лиц, столкнувшихся с недобросовестностью коллег, и пр.

Над дидактическим материалом работали пять профессоров -специалистов в разных областях (юридической, этической и клинической). Используется также интерактивное онлайн-средство, которое было разработано экспертами «Epigeum», получившее название «LIRIcs» (Leuven institutional research integrity - culture and self-reflections). LIRIcs доступен с помощью электронной доски, поэтому студенты, находящиеся в аудитории, могут выполнять специальные задания. Таким образом реализуется методика смешанного обучения (21).

Уже на протяжении 20 лет в США читаются курсы и отдельные лекции, проводятся семинары и рабочие встречи (в том числе и онлайн), цель которых - способствовать ОПИ. Но несмотря на эти усилия, проблемы, связанные с исследовательской добросовестностью, только нарастают. Возможно, это не должно удивлять, учитывая данные о том, что происходящее в исследовательской среде гораздо важнее, чем одноразовый образовательный опыт. С целью решить эту проблему, вывести обучение ОПИ за стены классной комнаты была разработана программа мастерских, призванная дать преподавателям средства и ресурсы, которые позволили бы им обсуждать проблемы ОПИ со студентами и членами их научной группы. Эта программа сейчас широко используется и неплохо оценивается. Однако когда участников спросили, как посещение этих мастерских сказалось на их работе, большинство ответили, что практически никак, потому что они и раньше следовали требуемым нормам и правилам (37).

Сопоставление кодексов и руководств по развитию добросовестности в исследованиях, принятых в разных институтах и странах. В большинстве своем кодексы, руководства и программы обучения, принятые в разных научных организациях и странах,

имеют специфический характер, что мешает налаживанию эффективного сотрудничества между ними.

Бельгийские авторы изучили руководства по ДвИ, которыми пользуются 18 университетов (члены Лиги европейских исследовательских университетов) из 10 европейских стран. Они сравнили их доступность, общее содержание, принципы, которых они придерживаются, и способы, которые они предлагают для выявления и предотвращения научной недобросовестности. Авторы обнаружили, что эти руководства сильно разнились по всем перечисленным выше параметрам.

Так же как и в предшествующих исследованиях, авторы разделили подходы к управлению ДвИ на две категории: основанные на ценностях и основанные на нормах. Подходы, основанные на ценностях, делают упор на нравственные принципы и склонны описывать научную недобросовестность как социально разрушительное поведение. Подходы, основанные на нормах, описывают принципы ДвИ как специфический и ограниченный набор «хорошего» и «плохого» поведения, а средство предотвращения недобросовестности видят в санкциях и угрозе карьере ученого. Терминология также связана с этой дихотомией. Авторы полагают, что сбалансированный подход, использующий ориентацию и на ценности, и на нормы, наиболее эффективен. Он поможет выработать общие принципы по поддержке ДвИ (13).

Коллектив авторов из Испании, Финляндии и Бельгии провел сравнительный анализ информации, представленной 21 университетом, входящим в Лигу европейских исследовательских университетов (из 10 стран). Их интересовала роль комитетов по исследовательской этике как главных органов, отвечающих за формирование и поддержание культуры ДвИ в университетах.

Они пытались ответить на следующие вопросы: 1) в какой степени кодексы / руководства, принятые в этих университетах, опирались на этические принципы и включали ли они практические указания или анализ отдельных случаев; 2) каким образом эти кодексы / руководства распределяют ответственность за нарушения исследовательской этики / добросовестности; 3) доступна ли информация, касающаяся ДвИ, на сайте университета и как университеты коммуницируют с научным сообществом и обществом в целом. Цель этого исследования - сформулировать общие принци-

пы и правила проведения научных исследований в европейских университетах (25).

Еще более существенные различия выявляются между кодексами поведения, принятыми в академическом сообществе и в корпоративной науке. Так, проведя интервью с исследователями в области биомедицины и менеджерами, которые активно работают как в академическом, так и в промышленном секторе в Бельгии, авторы обнаружили отчетливые различия между частным и академическим секторами. Они используют принципиально разные стратегии управления недобросовестностью исследователей и дают разное определение этому понятию (10).

Для поддержания более тесных связей между европейскими странами была создана Европейская сеть отделов ДвИ (European network of research integrity offices), которая представляет собой неформальную сеть специалистов в сфере ДвИ. Основанная в 2007 г. восемью экспертами, сегодня она объединяет представителей 23 европейских стран. Члены этой организации собираются дважды в год на общее собрание. Ее цель - обсуждение, обмен опытом и разработка возможных решений, связанных как с рассмотрением обвинений в нарушении этических норм, так и с обучением корректному проведению исследований. Она поддерживает связи и рабочее взаимодействие с другими аналогичными организациями: например, с Научной европейской рабочей группой по ДвИ (Science Europe working group on research integrity), Американской ассоциацией должностных лиц, занимающихся ДвИ (American association of research integrity officers), и др. Членство в этой сети открыто для представителей заинтересованных национальных органов и организаций. Одна из ее главных задач - помощь в создании подобных служб тем странам, где их нет (20).

Цель данной презентации - показать, почему ДвИ играет все более важную роль в международной кооперации и как научное сотрудничество североевропейских стран (Дания, Финляндия, Исландия, Норвегия и Швеция) может служить примером того, какие стратегии следует использовать в этом случае (17).

Научное сотрудничество часто происходит в очень разных культурных средах, обладающих собственными наборами ценностей. Для того чтобы совместная работа была успешной, необходима унификация этических стандартов. По этой причине Высшая

техническая школа Цюриха (Швейцария) приняла специальный «Кодекс поведения в условиях научной кооперации» (19).

Факторы, влияющие на нарушения норм добросовестного проведения исследований. Во Франции в 2013 г. был проведен масштабный опрос, в котором приняли участие 1967 исследователей, ответивших на 126 вопросов. Его цель состояла в выявлении частоты и степени серьезности случаев научной недобросовестности и их причин.

Опрос осуществлялся с помощью онлайн-опросника (26 вариантов недобросовестности) с октября по ноябрь 2013 г. Выяснилось, что респонденты очень строго относились почти ко всем нарушениям норм ДвИ. В то же время оценка частоты и серьезности нарушений принципов ДвИ зависела от позиции, занимаемой респондентом: «автора», «наблюдателя» или «жертвы» недобросовестности. Как правило, недобросовестность оценивалась как широко распространенное явление респондентами, выступавшими в роли «наблюдателя».

Подобное отношение контрастирует со слабой реакцией институтов на нарушения норм профессионального поведения ученых. Были выявлены основные причины, приведшие к этим нарушениям. С одной стороны, это острая конкуренция между исследователями и давление руководства, ждущего результатов, с другой - у исследователей создается впечатление, что эти практики широко распространены и не наносят особого вреда карьере. Наконец, опрос показал, что исследователи подчиняются как этическим стандартам (представленным в уставах и кодексах), так и их организационным проводникам (комитетам по этике) (35).

В конце 2011 г. Китайская академия наук (КАН) также проводила опрос, целью которого было выявление основных проблем и факторов, влияющих на ДвИ. В нем участвовали 4167 ученых и администраторов. Было обнаружено, что главный фактор, влияющий на ДвИ, - методы и способы оценки исследований и их авторов. Затем идет уровень научной культуры и менеджмента, социальная среда, образцы поведения, демонстрируемые академическими лидерами, и самодисциплина ученых.

На основании этого опроса был предпринят ряд мер, направленных на поддержание ОПИ в КАН. Так, в 2013 г. была опубликована книга «Добросовестность в исследованиях: Случаи иссле-

довательской недобросовестности, заставляющие задуматься». Было показано, что предотвращение и выявление исследовательской недобросовестности по-прежнему остаются проблематичными. Кроме того, были изданы «Принципы регулирования исследований и обращения с научной недобросовестностью». В процессе написания этого руководства авторы столкнулись с рядом сложностей и вызовов: разработка норм и процедур, которые подошли бы для 12 отделений и 104 институтов КАН; разработка эффективных методов идентификации сложных и скрытых случаев недобросовестности; набор санкций, наиболее адекватных при борьбе с нарушениями профессионального поведения.

Не так давно КАН инициировала процесс разделения своих институтов на разные категории: инновационный институт, ведущий инновационный центр, большой научно-исследовательский центр и традиционный институт. Соответственно, оценка исследований будет совершенствоваться на основе разных стандартов для разного типа институтов и исследователей (12).

Аналогичный опрос в 2013 г. был проведен в Индии. Он показал, что понятие добросовестности остается неопределенным и широко варьирует среди респондентов. Большинство из них говорили, что плагиат и дублирование имеют широкое распространение среди их коллег-исследователей. Они также упоминали такие мошеннические практики, как фабрикация данных, их дублирование, использование чужих данных и пр. Некоторые указывают также на сокрытие отрицательных результатов или манипулирование ими с целью ярче продемонстрировать эффект. Практически все респонденты говорили о различных формах нарушения принципов добросовестности в публикациях.

По мнению большинства респондентов, ученые, как правило, хорошо осведомлены о нормах ДвИ. Однако их реализация на практике зависит от таких факторов, как базовые ценности исследователей, умение противостоять внешнему давлению (как можно чаще публиковаться), универсализация исследования и отсутствие достаточного научного финансирования и времени (43).

Американские авторы представляют первые результаты двухлетнего проекта, финансируемого Отделом добросовестности в исследованиях Стэнфордского университета. Его цель - на основе анализа данных, содержащихся в обзорных статьях, выделить те

факторы, которые толкают исследователей на то, чтобы отбирать, приукрашивать и фальсифицировать свои данные. Нарушения учеными принципов ОПИ и недобросовестность, как предполагается, зависят от ряда причин. Эти причины варьируются от конкурентной среды до особенностей личности (33).

Сотрудники Мельбурнского университета (Австралия) считают, что существуют три фактора, общие для институтов с хорошей культурой исследовательской этики и добросовестности: образцы поведения со стороны научной элиты; четкие ожидания; обучение и тренинг. В соответствии с этими характеристиками в университете была разработана стратегия по поддержанию такой культуры (44).

Влияние локальной среды на ДвИ ни у кого не вызывает сомнений. Но до сих пор нет параметров, которые позволили бы измерить атмосферу в организации, и, соответственно, мало данных, способных помочь в создании подобной среды. Как полагают американские авторы, разработанная ими методика «Исследование исследовательского климата в организации» может не только решить эту проблему, но и создать и поддерживать климат, способствующий ДвИ (5).

Цель исследования хорватских авторов, проводившегося в 2012-2013 гг., состояла в выявлении личностных черт, которые указывают на склонность к плагиату. В нем приняли участие 354 ученых, занимающихся проблемами биомедицины. Ученые заполнили три опросника: «Отношение к плагиату», «Темная триада Э3-27»1 и «Шкала социальной желательности». Значимыми «предвестниками» плагиата выступили высокий уровень психопатии и макиавеллизма, а также отсутствие твердых нравственных принципов и внешних стимулов (16).

Нечестный ученый, по словам канадского автора, страдает отсутствием рефлексии и должного осознания последствий своих

1 Темная триада в психологии представляет собой группу, включающую три личностные черты: нарциссизм, макиавеллизм и психопатию. Нарциссизм характеризуется манией величия, гордостью, самовлюбленностью и отсутствием эмпатии. Макиавеллизм включает в себя манипулирование и эксплуатацию других, циничное пренебрежение к нравственности, сосредоточенность на собственных интересах. Главными особенностями психопатии являются асоциальное поведение, импульсивность, эгоизм, бессердечность и беспощадность. - Прим. реф.

поступков. Он занят собой, не считается с общественными нормами и хотел бы манипулировать другими. Изменить подобный «темный» профиль очень трудно. Человек с таким профилем испытывает трудности в умении считаться с чужой точкой зрения; управлять своими эмоциями; обладает высокой толерантностью к риску и наказанию.

Хотя большинство людей лучше реагируют на награду за достойное поведение, потенциально нечестных ученых удерживают от недобросовестности лишь суровые санкции. Но пока неясно, насколько предлагаемые университетами санкции кажутся таким ученым «суровыми» и как разного рода тренинги и образовательные курсы способны скорректировать их поведение (40).

Рецензирование и отзыв статей. Повторение и подтверждение исследовательских результатов занимают центральное место в научном процессе. Открытый обмен данными, результатами и исследовательскими методами способен ускорить научный прогресс и открытия. Неспособность воспроизвести опубликованные результаты, особенно в преклинических дисциплинах, растет и беспокоит сообщество. Журналы играют важную роль в этом процессе. Авторы, входящие в издательскую группу «Nature», описывают свою практику в обеспечении прозрачности и совершенствовании стандартов публикаций (33).

Рецензирование - ключевой механизм, ограждающий науку от ошибок и сознательных фальсификаций как в процессе распространения исследовательских результатов, так и при распределении ресурсов. Но это не избавляет его от критики за подчас настороженное отношение к инновациям, за то, что этот механизм далеко не всегда позволяет фиксировать ошибки и недобросовестность, а также гарантировать объективность при принятии решений о финансировании.

Новый проект программы Евросоюза «Европейская кооперация в науке и технологии», получивший название «Новые фронты рецензирования» (New frontiers of peer review), нацелен на изучение проблем рецензирования с привлечением специалистов из разных стран и научных областей (социологии, экономики, фундаментальной науки и наукометрии). Сейчас в этом проекте участвуют ученые из 26 стран. Его цель - сделать рецензирование более эффективным, прозрачным и доступным для внешней проверки (22).

Так же как в клинических испытаниях, при выборе рукописей для публикаций наиболее эффективен метод двойного слепого рецензирования. Такая модель заставляет рецензентов судить о статьях исходя исключительно из их содержания, а не из имени автора или названия организации, с которой он аффилирован. Несовершенство механизмов рецензирования - возможно, главная причина того, что публикуется такое количество исследований, результаты которых невозможно повторить.

Общепризнанно, что рецензенты высокого класса играют важную роль в улучшении качества рукописи. Рецензенты - это то последнее звено, которое должно выявлять разного рода нарушения, такие как плагиат, фальсификация, фабрикация, дублирование публикаций, конфликт интересов и неэтичное отношение к испытуемым (как к людям, так и к животным). Как помочь рецензентам и как усовершенствовать процесс рецензирования в целом?

Предлагаются следующие меры. 1. Обучение и проведение специальных семинаров для рецензентов, обеспечение их инструкциями или программами, предоставление возможности просматривать удачные рецензии. 2. Доступ к соответствующей литературе и программам по выявлению плагиата. 3. Обычно рецензенты не получают денег за свою работу, хотя и тратят на нее много времени, поэтому важно, чтобы лучшие из них получали символическое вознаграждение в форме признания их заслуг (вручение почетных сертификатов, публикация списка лучших рецензентов, бесплатная подписка на журнал и пр.). 4. Создание системы, позволяющей однопрофильным журналам обмениваться информацией о рецензентах и текстами рецензий. 5. Обеспечение транспарентности рецензирования (публикация рецензий онлайн, предоставление рецензенту информации о решении, принятом журналом, и др.) (23).

Подавляющее большинство (90%) исследователей полагают, что рецензирование повышает качество их статей; скорость предоставления отзыва и содержащаяся в нем оценка - ключевые факторы при принятии решения о публикации; наконец, 90% авторов одновременно являются и рецензентами. Но несмотря на ту значимую роль, которую играют рецензенты, они не проходят никакой специальной подготовки.

Недавние истории, попавшие в СМИ, привлекли внимание научного сообщества к сбоям в системе рецензирования. Хотя сам

механизм рецензирования высоко ценится учеными, в нем есть недостатки, требующие устранения. Редакторам трудно предсказать, кто будет хорошим рецензентом, а кто нет, и рецензентам трудно понять, чего от них хотят (24).

Публикация извещения об отзыве статей, признанных некорректными, - важный механизм, с помощью которого научная литература себя исправляет. Однако многие подобные уведомления составляются таким образом, что читатели не понимают причин отзыва публикации (ошибка это или жульничество), а кроме того, плохо налажено информирование о подобных случаях (6).

Количество случаев отзыва статей возрастает в последние десятилетия, и исследования показывают, что в таких базах данных, как Pubmed, недобросовестность стоит за большинством уведомлений об отзыве.

Ряд организаций, включая Международный комитет редакторов медицинских журналов и Комитет по публикационной этике (ICMJE и COPE), издали руководства по составлению уведомлений об отзыве статьи. Однако наблюдающийся в последнее время рост подобных случаев, особенно среди журналов, которые ранее вообще этого не делали, требует обновления и создания более точного руководства.

Основываясь на более чем четырехлетнем опыте каталогизации более чем 1000 уведомлений об отзыве, А. Маркус и И. Оран-ски, соучредители блога «Retraction Watch», разработали собственное руководство по составлению таких извещений. В нем указывается: 1) что следует включать в сообщение (прежде всего четкое указание на причины отзыва) и чего избегать (смутных и неопределенных выражений); 2) кто должен писать его текст; 3) необходимо четко разграничивать отзыв статьи и выражение сомнений, корректировать ее содержание; 4) как сделать так, чтобы заметка об отзыве была доступной для читателей (46).

Данные показывают, что в большинстве своем отзыв статьи происходит вследствие грубых нарушений ДвИ, но есть и исключения. Кроме того, структура и содержание таких сообщений, опубликованных в разных журналах, сильно отличаются. Помимо отзыва статьи есть другая, менее жесткая форма - заметка с «выражением сомнений» (expressions of concern - EoC); бывает, что позднее подобные статьи отзываются. Американский автор счел,

что изучение этой формы научной коммуникации будет полезным. Обратившись в базу данных РиЬМе^ он отобрал 95 статей, по поводу которых редакция журнала опубликовала сообщение с «выражением сомнений». Самые ранние редакторские ЕоС, появившиеся в РиЬМе^ были опубликованы в 1977 г. Интервал между публикацией статьи и ЕоС колебался от 0 до 22 лет. Примерно 42% всех ЕоС касаются методологии, анализа данных, проблематичных выводов и / или интерпретаций. На плагиат приходится примерно 5% случаев, тогда как на самоплагиат (дублирование) - 15%; те же 15% приходятся на манипулирование (дублирование) таблицами, рисунками, изображениями. Остальное - более мелкие нарушения (публикация данных без разрешения, невозможность поделиться данными и пр.).

Полученные результаты свидетельствуют о том, что за «выражением сомнений» стоят очень разные нарушения. Кроме того, автор полагает, что необходимо разработать стандартную форму для подобных сообщений, как в случае отзыва статей (7).

Компьютерные программы по анализу текстов, прежде всего по поиску сходства между ними, показали свою эффективность для выявления плагиата и дублирования. Американские авторы сравнили резюме грантов пяти агентств, финансирующих науку в США, и обнаружили значительное число грантов / контрактов, получивших финансирование, с очень сходными специфичными целями, гипотезами или выводами. Кроме того, сравнение этих резюме с уже опубликованными работами тех же авторов часто выявляет их удивительное сходство. Проведя дополнительный анализ, автор обнаружил случаи, когда по сути один и тот же проект получает гранты от разных фондов, а также случаи отсутствия в публикации указаний на все дополнительные гранты, которые поддерживают данное исследование.

Текстовая аналитика использовалась не только для выявления плагиата и мошенничества при получении грантов, но и для выявления эффекта дублирования. Авторам удалось обнаружить в базе данных PubMed десятки тысяч схожих пар публикаций в соотношении 10:1, которые потенциально являются дублирующими статьями, т.е., возможно, содержат плагиат (31).

Дублирующие публикации должны быть отозваны, поскольку они мешают метаанализу состояния проблемы или научной об-

ласти. В MedLine идентичные или почти идентичные статьи отмечаются значком ДП (DP), даже если сообщение о дублировании не было опубликовано самим журналом.

16 января 2013 г. хорватские авторы извлекли все статьи в MedLine, маркированные как ДП, и проверили их связь с уведомлениями или списком опечаток, публикуемых на сайте журналов или PubMed. Из 401 статьи с маркировкой ДП в MedLine в отношении 177 статей (44%) журнал опубликовал соответствующее уведомление, и только 23 (5%) были отозваны. Авторы не обнаружили различий в показателях цитирования оригинальной статьи и дублирующей статьи, представленные в Web of Science, что не зависело от того, было опубликовано уведомление о дублировании или нет.

Несмотря на существование четких инструкций в отношении того, как обращаться с дублирующими публикациями, половина дублирующих статей в MedLine не были отмечены журналами и только 5% были отозваны. Базы данных издателей и библиографические базы данных должны быть усилены, чтобы выявить и маркировать дублирующие публикации и увеличить их «видимость» (32).

Борьба с плагиатом в России началась как движение «снизу», в основном внутри российского научного сообщества, с участием некоторых гражданских активистов. В 2013 г. было основано Вольное сетевое сообщество «Диссернет», основным полем деятельности которого стал анализ текстов диссертаций, защищенных в предшествующие годы. К началу 2015 г. было обнаружено более 2 тыс. диссертаций, содержащих плагиат.

Случаи массового плагиата, подделки научных публикаций и другие вопиющие нарушения норм ДвИ были обнаружены в диссертациях российских политиков и бюрократов. Сейчас известно много случаев, когда официальные лица высокого ранга были лишены степени, начиная от министра науки московского правительства А. Комиссарова, который признал свою вину (34).

Научные исследования и социальная ответственность. По мнению норвежских авторов, ДвИ должна включать и ответственность перед обществом. Но как добиться уверенности в том, что социальная ответственность интегрирована в деятельность исследовательских институтов и проникла в сознание отдельного ученого?

В 1997 г. Дж. Ротблат предложил создать международные комитеты по этике, чтобы вести мониторинг и контролировать науку. Первый путь - добиться обязательного этического контроля исследовательских проектов, вызывающих беспокойство в связи с возможным использованием (в том числе неправильным) их результатов. Это потребует создания системы, сходной с той, которая существует во многих институтах, занимающихся биомедицинскими проблемами. Второй путь - формирование консультативных комитетов по исследовательской этике и налаживание публичного диалога по вопросам использования научных открытий. Эта модель сейчас используется в Норвегии (29).

Первичное и необходимое условие, которое должна соблюдать наука, - это объективность и надежность представляемых результатов исследования. Этический кодекс ученого, принятый в Университете Уппсалы (Швеция), подчеркивает ответственность ученого еще и перед обществом «воздерживаться и противостоять... исследованиям, имеющим потенциально вредные последствия для окружающей среды, для настоящего и будущих поколений» (цит. по: 30, с. 50).

Список литературы

1. Brien S.P. Second time around. - P. 1.

2. Chan D., Leung F. Measures to promote research integrity in university: The case of an Asian university. - P. 1-2.

3. Development of state-run «cyber education program of research ethics» in Korea / Ko Eun Jung, Kwak Jin Sun, Gwon Tae Hwan, Lee Ji Min, Lee Min-Ho. - P. 2.

4. Nolte H., Gommel M., Sponholz G. Responsible conduct of research teacher's training courses in Germany. - P. 2.

5. Martinson B.C., Thrush C.R., Gunsalus C.K. Organisational climate assessment to support research integrity: Background of the Survey of organizational research climate (SOuRCe) and the expierence with its use at Michigan State University. -P. 3.

6. Oransky I., Marcus A. Proposed guidelines of retraction notices and the dissemination. - P. 3-4.

7. Poig A. An exploratory content analysis of Expressions of concern. - P. 4.

8. Deschenes M., Olivier C., Dupras-Leduc R. The Fonds de rescherche du Quebec's institutional rules on responsible conduct of research. - P. 5.

9. Jensen K.K. Analyzing decision making of funders of public research as a case of information asymmetry. - P. 5-6.

10. Godecharle S., Nemery B., Dierickx K. Research integrity management: Empirical investigation of academia versus industry. - P. 6.

11. Steneck N.H. Teaching and learning about RCR at the same time: A report on Epigeum's RCR poll questions and other assessment activities. - P. 7.

12. Improving systems to promote responsible research in the Chinese academy of science / Li Ding, Chen Qiong, Zhu Guoli, Sun Zhonghe. - P. 8.

13. Bonn N.A., Dierickx K., Godecharle S. From integrity to unity: How research integrity guidance differs across universities in Europe. - P. 9.

14. Bourcier D., Bordé J., Leduc M. Can education and training develop research integrity? The spirit of the UNESCO 1974 recommendation and its updating. - P. 9.

15. Chou Chien, Pan S.J.-A. The education and implementation mechanisms of research ethics in Taiwan's higher education: An experience in Chinese web-based curriculum development for responsible conduct of research. - P. 9.

16. Mavrinac M., Brumini G., Petrovecki M. Personality traits predict attitudes towards plagiarism of self and others in biomedicine: Plagiarism, yes we can? - P. 11.

17. Hauge H.S. Research integrity in cross-border coordination: A Nordic example. -P. 13.

18. Manka S. Research integrity, research misconduct and the National foundation's requirement for the responsible conduct of research. - P. 13.

19. Iturrizaga R. A code of conduct for international scientific cooperation: Human rights and research integrity in scientific collaborations with international academic and industry partners. - P. 13.

20. Foeger N. ENRICO: A network facilitating common approaches on research integrity in Europe. - P. 14.

21. Lerouge I., Gielen G., Schoofs L. Ethics and integrity in KU Leuven. - P. 18.

22. Marusic A., Squazzoni F. Peer review research across disciplines: Transdomain action in the European Cooperation in Science and Technology (COST) «New frontiers of peer review (PEERE)». - P. 18.

23. Al-Wazzan Kh., Alorainy I. How to intensify the role of reviewers to promote research integrity. - P. 19.

24. Graf Ch., Warne V. Credit where credit's due: Professionalizing and rewarding the role of peer reviewer. - P. 19.

25. De Lecuona I., Lofstrom E., Maes K. Whose responsibility is it anyway?: A comparative analysis of core concepts and practice at European research-intensive universities to identify and develop good practices in research integrity. - P. 20-21.

26. Dierickx K., Bonn N., Godecharle S. Research integrity guidance in European research universities. - P. 21.

27. «Recognize research champion»: Developing a one-day interactive workshop to increase confidence in research integrity issues / De Bruyn D., Nele B., De Gelder K., Van der Burght S. - P. 22.

28. Lapa e Silva J.R., Vasconcelos S.M.R. «Train the Trainer» on cultural challenges imposed by international research integrity conversations: Lessons from a project. -P. 22.

29. Ingierd H. Promoting the societal responsibility of research as an integral part of research integrity. - P. 22-23.

30. Vasgird D., Bird S. The intertwined nature of social responsibility and hope in science. - P. 23.

31. Garner H. Quantifying research integrity and its impact with text analytics. - P. 24.

32. Malicki M., Utrobicic A., Marusic A. Invisibility of duplicate publications in biomedicine. - P. 25.

33. Fanelli D., Ioannidis J.P.A. From countries to individuals: Unravelling the causes of bias and misconduct with multilevel meta-meta-analysis. - P. 25.

34. Yudin B. The battle with plagiarism in Russian science: Latest developments. -

P. 27.

35. Verges E., Brun-Wauthier A.-S., Vial G. Researchers between ethics and misconduct: A French survey on social representations of misconduct and ethical standards within the scientific community. - P. 27.

36. Vinther T. Experience from different ways of dealing with research misconduct and promoting research integrity in some Nordic countries. - P. 27.

37. Kalichman M., Plemmons D. Faculty mentors and research integrity. - P. 28.

38. Kiermer V., Hufton A., Clyne M. Promoting transparency in publications to reduce irreproducibility. - P. 31.

39. Leduc M., Letellier L. Promoting research integrity at CNRS, France. - P. 31.

40. Fekken C. The psychological profile of the dishonest scholar. - P. 34.

41. Greene B., Rohr T. From cradle to grave: Research integrity, research misconduct and cultural shifts. - P. 36.

42. Challenges and best practices in research integrity: Bridging the gap between policy and practice / Krastev Y., Sandiran Y., Connell J., Solomon N. - P. 2-3.

43. Ganguly P., Ganguly B. Exploring the perception of research integrity amongst public health researchers in India. - P. 8-9.

44. Taylor P., Barr D. Ethics and integrity development grants: A mechanism to foster cultures of ethics and integrity. - P. 17.

45. Vaux D. Using blinding to reduce bias in peer review. - P. 18.

46. Retraction notices issued for publications by Latin American authors: What lessons can we learn? / Vasconcelos S., Almeida R.M., Fontes-Pereira A., Catelani F., Rocha K. - P. 31.

47. Nergaard Th., Elverdam Ch. The Danish code of conduct for research integrity: A national initiative to promote research integrity in Denmark. - P. 33.

48. Fassin Y. The reasons behind non-ethical behaviour in academia. - P. 33.

Т.В. Виноградова

2017.01.010. ВАН ДЕР ВЕТ П., НЕЙВЕН Х. РАСПРОСТРАНЕНИЕ ОШИБОК В СЕТЯХ ЦИТИРОВАНИЯ.

VAN DER VET P., NIJVEEN H. Propagation of errors in citation networks: A study involving the entire citation network of a widely cited paper published in, and later retracted from, the journal «Nature» // Re-