Революционные события 1917 г. В Воронеже (октябрь - декабрь 1917 г. )

Острогожский уезд

1. Общество вспомоществования нуждающимся ученикам мужской гимназии.

2. Общество вспомоществования нуждающимся ученицам женской гимназии.

3. Общество вспомоществования нуждающимся ученикам городского училища.

4. Уездное попечительство детских приютов ведомства учреждений императрицы Марии. (В Острогожске в этом ведомстве состоял Владимирский приют).

Землянский уезд

Общество вспомоществования бедным г. Землянска. (Помощь состояла в устройстве сирот и детей неимущих родителей в училища и мастерские).

Нижнедевицкий уезд

Уездное попечительство детских приютов ведомства учреждений императрицы Марии [29].

Примечания:

1. См.: Воскресенский, Н.В. Краткий обзор умственной деятельности в Воронежском крае за последние 20 лет / Н.В. Воскресенский // Пятидесятилетие Воронежских губернских ведомостей. - Воронеж, 1888. - С. 510.

2. См.: Памятная книжка Воронежской губернии на 1856 г. - Воронеж, 1856. Отд. II. - С. 15.

3. См.: Памятная книжка... на 1916 г. Отд. II. - С. 67.

4. См.: Воскресенский, Н.В. Указ. соч. - С. 510.

5. См.: Акинъшин, А. Два покушения на краеведа / А. Акиньшин // Воронежский курьер. - 1995. -№ 163.

6. Дон. 1878. № 26, 28.

7. См.: Воскресенский, Н.В. Указ. соч. - С. 506.

8. Там же. С. 511.

9. См.: Воронежские губернские ведомости. 1889. № 26.

10. См.: Памятная книжка... на 1914 г. Отд. II. - С. 69.

11. См.: Памятная книжка ... на 1916 г. Отд. II. - С. 70.

12. См.: Памятная книжка... на 1895 г. Отд. I. - С. 60.

13. См.: Памятная книжка... на 1914 г. Отд. П. - С. 66.

14. Государственный архив Воронежской области (далее - ГАВО), ф. 64, оп. 1, д. 410, л. 2, 3.

15. См.: Памятная книжка...на 1914 г. Отд. II. - С. 73.

16. См.: Памятная книжка.на 1899 г. Отд. I. - С. 35.

17. См.: Там же. С. 36.

18. См.: Там же. С. 39.

19. См.: Там же. С. 40.

20. Там же. С. 47.

21. См.: Памятная книжка... на 1904 г. Отд. I. 2. -С. 39.

22. Памятная книжка... на 1914 г. Отд. II. - С. 72.

23. ГАВО, ф. 64, оп. 1, д. 478, л. 12-12 об.

24. Там же, д. 617, л. 1-20.

25. Там же, д. 410, л. 3 об.-4.

26. Цит. по: Воскресенский, Н.В. Указ. соч. - С. 512.

27. Там же. С. 511-512.

28. Дон. 1887. - № 90.

29. См.: Памятная книжка... на 1895 г. Отд. I. -С. 86; Памятная книжка... на 1914 г. Отд. II. -С. 72, 74, 75, ИЗ, 123, 130, 131; Памятная книжка... на 1916 г. Отд. IV. С. 86, 145, 152, 158.

УДК 94(470.324) «1917» ББК 63.3(2)522

Моциэнок В.Э., кандидат исторических наук, доцент

РЕВОЛЮЦИОННЫЕ СОБЫТИЯ 1917 Г. В ВОРОНЕЖЕ

Статья рекомендована к печати доктором исторических наук, профессором Л.М. Искрой, кандидатом исторических наук, доцентом А.Г. Сарычевым.

40 -I

Аннотация. В настоящей статье предпринята попытка анализа некоторых сторон борьбы за власть в Воронеже в октябре 1917 г. По сути, он укладывается в понятие «период триумфального шествия советской власти», когда она, установившись в Петрограде, довольно быстро распространилась по стране.

Ключевые слова: Октябрьская революция в России, борьба большевиков за власть в Воронеже, 1917 год.

Motsienok V.E., candidate of the history science, assistant professor

REVOLUTIONARY EVENTS 1917 IN VORONEZH

Abstract. The attempt to analysis of some sides of struggle for power in Voronezh in October 1917 is made in this article. As the matter of fact is undertaken, it keeps within determination «the period of triumphal procession of the Soviet power» when it, having established in Petrograd, has quickly enough extended on the country.

Key words: October revolution in Russia, struggle of Bolsheviks for power in Voronezh, 1917.

В ноябре 2007 г. незаметно прошел 90-летний юбилей явления, которое в советское время называлось Великой Октябрьской социалистической революцией. Теперь на смену праздника 7 ноября пришел новый - день национального примирения. На таком фоне стираются весьма значимые для истории России события осени 1917 г., развивается исторический нигилизм. С точки зрения автора данной статьи такое отношение к историческому прошлому своей страны предосудительно и неправомерно даже при неоднозначности происходивших событий. В данной публикации предпринята попытка анализа некоторых сторон борьбы за власть в Воронеже в октябре 1917 г. По сути, он укладывается в понятие «период триумфального шествия советской власти», когда она, установившись в Петрограде, довольно быстро распространилась по стране. Об октябрьских событиях 1917 г. в Воронеже написано немало [1]. Но практически все указанные публикации, за исключением газетной статьи Попова П., однообразны, содержат один и тот же фактический материал и выводы. Мало того, в них не включались, замалчивались некоторые сюжеты, изложенные, например, в воспоминаниях Н. Рабичева. Действия большевиков Воронежа a priori характе-

ризовались, как единственно правильные, отвечавшие интересам народа. Позиции же других политических партий, в том числе и социалистических, трактовались, как контрреволюционные и т. д.

Попытаемся разобраться в ситуации, в которой оказался Воронеж в октябре 1917 г., используя уже хорошо известные факты, а также новые. Прежде всего, надо охарактеризовать «горючий материал» революции в Воронеже. Известно, что подавляющая масса рабочих губернии сконцентрировалась в губернском центре. К 1917 г. на его предприятиях работали свыше 10 тыс. человек, из которых более половины представляли металлисты - традиционная опора большевиков. В числе ведущих предприятий были трубочный завод (около 2,5 тыс. работающих), механический завод товарищества Столля (около 1 тыс. рабочих), Воронежские железнодорожные мастерские (2 тыс. человек), Отрожские железнодорожные мастерские (около 1,8 тыс. рабочих) [2]. Следует подчеркнуть, что на воронежских предприятиях, как впрочем, и в других промышленных центрах, в годы первой мировой войны состав пролетариата изменился. В него влилось немало выходцев из деревни, мелкой буржуазии и мещан города. Это обстоятельство объясняет тот факт,

что часть рабочих Воронежа разделяла идеи эсеров и меньшевиков. В частности, последних поддерживала часть рабочих завода Столля. Здесь успешную пропагандистскую работу вел политкаторжанин меньшевик М.М. Михайлов и др. [3]. Примечательно и то, что созданный в марте 1917 г. воронежский совет рабочих и солдатских депутатов (с апреля и крестьянских депутатов) возглавили эсеры и меньшевики. Такое положение сохранялось до начала ноября.

В начале 1917 г. воронежские большевики не представляли собой организованной политической силы, но в марте возникла городская объединенная социал-демократическая организация. В избранный городской комитет РСДРП вошли 5 большевиков (Кардашов, Турчанинов, Степанов, Чуев, Иппа) и 2 меньшевика - Татарчуков и Крупецкой. Однако вскоре эта организация распалась. Большевистские парторганизации продолжали расти как на предприятиях, так и в воинских частях. В сентябре в г. Воронеже было 1378 членов большевистской партии. В ноябре в губернской парторганизации большевиков состояло уже 2,8 тыс. человек, а это уже значительная сила. Партийные организации возникли в ряде уездов губернии, но их состав был, как правило, небольшой - от 50 до 150 человек [4]. К сожалению, автор не располагает данными о составе, численности организаций других политических партий, противостоящих большевикам. А они развернули широкую агитационную работу, как среди рабочих, так и солдат воронежского гарнизона. Тогда в городе дислоцировались 58-й и 59-й запасные полки, штаб 8-й пехотной бригады, 681 и 682 боевые дружины (суммарно около 25 тыс. человек) [5]. После июльских событий в Петрограде революционно настроенный 58-й полк был расформирован, его солдаты были переведены в другие воинские части и направлены на фронт. Из солдатских комитетов были удалены большевики. Отправился на фронт и 59-й запасной полк. Его сменил в Воронеже 5-й пулеметный полк, сыгравший в недалеком будущем главную роль в событиях 30 октября 1917 г. Его казармы разместились на Чижовке. Полк возглавил полковник

В.Д. Языков, известный общественный деятель Воронежа, краевед-археолог.

О солдатской массе того времени надо говорить особо. В условиях военного времени и нарастания напряженности в обществе она представляла собой взрывоопасную силу, которую при умелом руководстве можно было повернуть в любую сторону. В армейских частях Воронежа характерным явлением было дезертирство. В июле 1917 г. из полков 8-й запасной пехотной дивизии дезертировали 748 солдат, в августе - 172 и т. д. [6]. Но возникали ситуации более трагичные. Например, в середине сентября в Острогожске кавалеристы 2-го запасного полка разгромили винный склад и устроили всеобщую попойку. В результате 22 человека скончались от разрыва сердца, 24 человека сгорели во время взрыва цистерны со спиртом, 60 человек оказались в госпитале с ожогами разной степени. Острогожск в течение некоторого времени казался вымершим. По улицам бродили толпы пьяных солдат, которые приставали к горожанам, называя их злобно буржуями. Военное командование вынуждено было наводить порядок в уездном центре силами солдат других полков. Примечательна реакция на данный инцидент начальника воронежского гарнизона полковника Вознесенского. В соответствующем такому случаю приказе говорилось, между прочим: «Сам я всецело сознаю, что темные силы хотят окончательно сбить с толку растерявшийся народ, довести его до сознания полного бессилия и потом сказать ему: «Ну вот, видите, куда вы зашли!»... Я вижу эту пропасть, куда безответственные люди, работающие на немецкие деньги, толкают родной народ» [7]. Под такими безответственными людьми явно подразумевались большевики.

О том, насколько вольно и безнаказанно чувствовали себя солдаты, говорит и такой факт. В «Воронежском телеграфе» от 21 октября 1917 г. сообщалось о самосуде солдат над вором, арестованном милицией на станции Воронеж. Большая толпа солдат окружила милицейское помещение, вырвала вора и стала его нещадно избивать. С трудом преступник был освобожден милицией и отправлен в бессозна-

тельном состоянии в губернскую земскую больницу. В этом инциденте кавалеристы, охранявшие вокзал и станцию, заняли нейтральную позицию.

Не меньшую тревогу вызывало моральное и физическое состояние солдат воронежского гарнизона. Полковник Вознесенский в приказе № 747 от 21 октября признавал, что дома терпимости г. Воронежа обильно посещаются солдатами гарнизона. На улицах, где находятся эти скверные учреждения, и днем и ночью толпятся массами солдаты, разнузданная похоть которых не сдерживается ни многочисленными мирными жителями... ни собственною совестью и сознанием своего человеческого достоинства. ни страхом перед возможностью получить тяжелую грязную болезнь. По последним сведениям санитарной комиссии... среди нашей армии имеется до 3 млн. солдат с венерическими заболеваниями. Прислушайтесь, товарищи, к плачу и воплю, который идет из ваших родных деревень. вы сами в огромном большинстве несете яд и заразу вашим женам и детям! Вознесенский просит полковые комитеты, культурно-просветительские организации, врачей, интеллигентов меньше уделять времени на обсуждение вопроса о «здравствовании третьего интернационала», а более - об их «здравствовании», памятуя мудрое изречение: «в здоровом теле -здоровый дух».

В октябре 1917 г. Воронеж переживал непростое время. В военные годы городское хозяйство оказалось в кризисном состоянии. Острыми были продовольственная и транспортная проблемы. Новый состав городской думы и управы не обладал навыками управления хозяйственной жизнью города. У власти оказались представители эсеровской, меньшевистской и кадетской партий, что объясняет их отрицательное отношение к действиям воронежских большевиков в конце октября. Обстановка в Воронеже незадолго до выступления большевиков в Петрограде, а затем в Москве была тревожной, но не взрывоопасной. 12 октября на заседании исполкома Воронежского Совета был рассмотрен вопрос о создании революционного органа по борьбе с беспорядками и по-

громами в городе. Предлагалось назвать его революционно-распорядительным комитетом, комитетом по борьбе с анархией, революционным комитетом по охране порядка. Решено было назвать его Воронежским революционным комитетом по охране города при Совете рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. В комитет вошли представители от губернского комиссариата, губисполкома Совета, военных властей, губернского земельного комитета, полковых солдатских комитетов. По партийной принадлежности члены комитета были представлены одним меньшевиком, двумя большевиками, двумя эсерами и одним беспартийным [9]. Таким образом, созданный комитет был образован из членов социалистических партий. «Воронежский телеграф» 18 октября отмечал: «... намечается отрадный процесс отмежевания от элементов антигосударственных направлений. В одиночестве остался бунтующий большевизм, все более и более теряющий свою мишурную идейность». Антибольшевистская позиция газеты явно прослеживалась и в номере от 19 октября. Она критиковала левые силы, ведущие клеветническую кампанию по обвинению Временного правительства в контрреволюционности. Они виновны и в развале армии, и в анархии в стране. Теперь надо ждать еще двух ударов: наступления немцев на Питер (внешнего) и внутреннего в спину со стороны сознательных и бессознательных союзников германо-интернационалистов всех толков. Если правительство не устоит, революция будет углублена до самого дна и страна очутится на дне. Это будет развал государства. Россия не погибнет, но сколько лет, крови и слез будет стоить восстановление ее государства по частям, по кусочкам, из обломков. Газета призывала всех, кто еще думает о родине, кто не хочет гибели свободной России, к объединению под лозунгами «война с внешнем врагом» и «долой войну с правительством».

Командование воронежского гарнизона не высказывало тревоги, а если и опасалось чего-либо, то это не относилось к политическим проблемам (см. выше названные приказы). Политика приобщения солдат к общественной и политической жизни была пред-

принята в конце сентября, когда полковник Вознесенский издал приказ об открытии народных университетов в полках 8-й бригады, чтобы дать возможность солдатской массе разобраться в явлениях общественной и государственной жизни. В приказе говорилось: «Мы не имеем права оставлять эти темные массы без своего руководства на их новом жизненном пути, - иначе мы все захлебнемся в волнах анархии» [10]. А 25 октября (!) появилось распоряжение о проведении 30 октября в доме народных организаций собрания президиума гарнизонной культурно-просветительской комиссии [11].

Борьба за власть в Воронеже в октябре 1917 г. совпала по времени с революционными событиями в Москве. Но если в этом городе вооруженная борьба велась на протяжении недели, то в Воронеже она началась и кончилась 30 октября. Следует подчеркнуть, что условия, в которых велась борьба, были во многом схожие. В Воронеже, а и в Москве не все большевики были решительно настроены на восстание. По воспоминаниям Н. Рабичева, председатель Воронежского губкома партии Н.Н. Кардашёв выражал сомнение в целесообразности вооруженного выступления большевиков: «Воронеж не решает, но напортить преждевременным выступлением может» [12]. Воронежские большевики не располагали полной информацией о событиях в Петрограде, так как служащие воронежского телеграфа (эсеры) старались их скрыть. В такой обстановке губком большевистской партии вечером 25 октября решил создать нелегальный ревком (по словам Н. Рабичева, он создавался «на всякий случай»). Понятно, что никакого плана действий ревкома не было тогда. Такой же орган возник в 5-м пулеметном полку - опоре большевиков в городе.

27 октября на общем собрании воронежского Совета, остававшегося под контролем правых эсеров и меньшевиков, большевики выступили с предложением о создании революционного комитета с передачей ему всей полноты власти в губернии. Однако это предложение было отклонено (большевиков не поддержали даже левые эсеры). Было поддержано предло-

жение о создании комитета общественного спасения (КОС), в который вошли представители Совета, губисполкома, представитель Викжеля, начальник военного гарнизона, губернский комиссар Временного правительства. Таким образом, КОС открыто противопоставил себя большевикам Воронежа. Об этом, в частности, свидетельствовало собрание офицерского состава воронежского гарнизона совместно с гласными городской думы и членами исполкома Совета. На собрании был поставлен вопрос о разработке практических мер борьбы с большевиками. Среди этих мер была подготовка арестного помещения штрафного батальона для приема арестованных большевиков. Антибольшевистскую позицию заняла и воронежская Дума. В резолюции от 28 октября она охарактеризовала октябрьские события в Петрограде «безумной попыткой большевистских организаций в дни необычайно тяжелого военного, политического и хозяйственного положения страны поднять восстание изголодавшихся и утомленных частей петроградского населения» и заявила, что Дума, являясь единственной выразительницей воли воронежского населения, будет решительно бороться с попытками захвата власти, откуда бы они не исходили [13]. КОС опубликовал 28 октября обращение к населению губернии, в котором предсказывал скорое поражение большевиков (надежду вселяло выступление войск под командованием А.Ф. Керенского и П.Н. Краснова на Петроград). Полковник Вознесенский, выполняя приказ полковника К.И. Рябцева, командующего Московским военным округом, ввел военное положение в Воронежской губернии. Воинские части приводились в состояние боевой готовности. Была предпринята попытка стянуть в Воронеж дополнительные воинские части, верные старому правительству. Но она оказалась неудачной. Например, из трех кавалерийских полков эскадронов из Лисок в губернский центр прибыл лишь один, да и тот не участвовал в подавлении большевистского выступления в Воронеже.

В такой обстановке действия большевиков сводились, на наш взгляд, к следующему. Во-первых, они постарались вытеснить из воро-

нежского Совета эсеров и меньшевиков с тем, чтобы его большевизировать и сделать знаменем борьбы. Это делалось путем отзыва членов оппозиционным большевикам партий из Совета на различных рабочих собраниях, прежде всего в Острогожских железнодорожных мастерских. Одновременно на таких собраниях принимались резолюции в поддержку большевистского Петрограда. Во-вторых, большевики активизировали революционную агитацию в воинских частях, готовя их к вооруженному выступлению, усилили рабочие боевые дружины на предприятиях, сведя их, в конченом итоге, в общую городскую численность 500 человек [14]. Командиром объединенной боевой дружины стал большевик М.А. Чернышёв. Вскоре она примет участие в захвате ряда важных городских объектов (телефон, телеграф и др.) без каких-либо жертв.

Одним из главных действующих лиц среди большевиков был руководитель ВРК А. Моисеев. Его радикализм вызвал раздражение председателя городской Думы и одновременно редактора «Воронежского телеграфа» Н.В. Чехова. По его мнению, А. Моисеев был подлинным контрреволюционером. Он, дескать, выступил, чтобы вооруженной рукой отнять все завоевания революции: всеобщее избирательное право, свободу печати и слова, неприкосновенность личности и жилища, надежду на возможность правильного осуществления выборов в Учредительное собрание [15]. Такой резкий выпад в адрес А. Моисеева можно объяснить в определенной степени все более накаляющимися отношениями между противоборствующими политическими силами. С одной стороны, руководство воронежского Совета поддержало приказ КОСа о разоружении революционных воинских частей (прежде всего 5-го пулеметного полка) и аресте большевистских активистов. С другой стороны, вечером 29 октября на заседании губкома большевистской партии был утвержден конкретный план вооруженной борьбы за власть в городе и губернии. В состав ВРК были дополнительно введены 2 левых эсера [16]. Выступление большевиков приурочивалось к очередному заседанию воронежского Совета. Расчет делался на боль-

шевизацию Совета, что позволило бы усилить легитимность победившей советской власти. Стремясь усилить контроль над 5-м пулеметным полком, ВРК назначил командиром его солдата - большевика Н.К. Шалаева. И все же действия большевиков не всегда были планомерными и четкими. По воспоминаниям Н. Раби-чева, события, казалось, шли стихийно. Моисеев в 5-м полку не знал, что делается в городе, в Доме народных организаций и т. д. Губанов в Доме народных организаций не знал, что происходит в полку, но приготовленная к пуску машина пошла сама и, хотя пар был пущен раньше срока, машина действовала без перебоев [17]. В этом суждении явно прослеживались такие моменты, как определенная стихийность, преждевременность выступления большевиков. В их победе сыграл немаловажную роль элемент случайности и неорганизованность, бессилие их оппонентов.

Событием, ставшим определяющим в ходе борьбы за власть в Воронеже, было вооруженное выступление солдат 5-го пулеметного полка ранним утром 30 октября. Перед ними была поставлена задача: занять здание штаба 8-й запасной бригады, являвшегося оплотом антибольшевистских сил в Воронеже. Во вспыхнувшей перестрелке солдат с офицерами бригады были убиты 5 офицеров, в том числе, полковник Языков, а также 2 солдата.

В тот же день рабочие боевые дружины заняли важнейшие объекты города - почту, телеграф, вокзал и др. Не оказали сопротивления большевикам и курсанты юнкерского училища. Они без боя сдали оружие. Таким образом, Воронеж оказался в руках большевиков. Исполком воронежского Совета попытался противостоять им. Он в полном составе (чего не было раньше) явился на заседание Совета. Охранявшие здание Совета рабочие дружинники предложили членам исполкома признать власть большевистского ВРК. Последние отказались это сделать и были арестованы [18]. Любопытна такая деталь. ВРК, оправдывая свои действия 30 октября, заявил, что солдаты-пулеметчики не желали крови, и вина за жертвы падает исключительно на офицеров гарнизона и офицеров штаба 8-й бригады. И далее: «Хорошо вооруженный пулеметами и

бомбами штаб открыл против солдат войну»

[19].

Против большевиков выступила и городская Дума. Вот как описывал обстановку в Воронеже в первые ноябрьские дни Н. Рабичев: «Через три дня после переворота собралась городская дума и потребовала к себе на заседание представителя большевистского ревкома ... Послали Моисеева. Когда он туда явился, его встретили свистком и криками: «убийцы», «насильники» и пр. Моисеев на этом заседании держал себя с такой исключительной выдержкой ... , хладнокровием, с таким блеском высек в своем выступлении трухлявую обывательщину - «гласных», что даже «Воронежский телеграф», которого в симпатиях к большевикам никак нельзя заподозрить ... вынужден был отметить исключительное мужество и исключительную силу большевистского представителя»

[20]. Подчеркнем, кстати, что воронежская городская Дума действовала до мая 1918 г. Что касается воронежского Совета, то он вскоре после описываемых событий был переизбран и стал опорой новой власти. Исполком Совета был представлен большевиками и на треть состоял из левых эсеров [21]. В тесном контакте с Советом действовал и ВРК.

1 ноября ревком Воронежа известил население города о переходе всей полноты власти в его руки. Заявлялось также о борьбе с преступностью, спекуляцией, торговлей спиртными напитками, саботажем. Ревком призывал население сохранять полное спокойствие. Призывы к погромам, самочинные обыски и аресты он обещал беспощадно подавлять. Наконец, давалось заверение, что дело охраны революции и порядка в городе находится в твердых руках [22].

По горячим следам событий в первые дни ноября на общем собрании полковых, дружинных и ротных комитетов были избраны новый начальник гарнизона, начальник его штаба, смещен был губернский комиссар Временного правительства. Ему на смену пришла коллегия комиссаров по управлению губернией и гарнизонный Совет. Сложнее оказалось реформировать некоторые властные структуры, например, милицию. При решении этого вопроса возникли

разногласия между ВРК и городской управой. 2 ноября последняя направила милицейским службам города и ВРК телеграмму, в которой подчеркивалось, что городская милиция должна оставаться нейтральной и нести обязанности исключительно по охране личной и имущественной безопасности граждан, что из милиции города должны быть отозваны комиссары ВРК; что руководство милицией поручается коллективу в составе члена городской управы и членов исполкома Совета; что обыски, аресты ... производятся только в присутствии сотрудников милиции и только по ордерам штаба милиции [23]. 4 ноября ВРК уведомил городскую управу о том, что ввиду тревожного положения в городе ревком считает священной и нравственной обязанностью принять все зависящие меры к охране и спокойствию граждан. С этой целью ВРК подчеркнул, что действует от имени Совета, которому перешла вся власть, требует подчинения распоряжениям назначенного комитетом начальника охраны впредь до восстановления нормальной жизни как в городе, так и в стране [24]. Однако городская управа не согласилась с решением ВРК. 6 ноября она заявила, что до созыва пленарного заседания городской Думы считает вопрос о назначении гражданина Чуе-ва на пост начальника охраны Воронежа открытым [25]. В этом противостоянии оказался прав тот, у кого была сила, то есть ВРК Воронежа. На репрессивные действия ВРК управа грозила ответить адекватными действиями. 14 ноября 1917 г. она потребовала немедленного освобождения заведующего городской прачечной, арестованного по распоряжению ВРК. В противном случае управа грозила закрыть это муниципальное заведение [26].

Тогдашняя действительность побуждала в отдельных случаях к совместным действиям старую и новую власть. У старой был опыт, профессиональные навыки, у новой лишь революционный энтузиазм, лозунги и т. п. Характерен в этом отношении эпизод с продовольственным совещанием в Воронеже в первые дни декабря 1917 г. На нем присутствовали члены временного совещательного бюро при воронежской губернской продовольственной управе, представители уездных продовольственных управ, военные инструкто-

46

ры, делегаты фронтовых частей, голодающих губерний и др. (всего 225 человек). Совещание приняло решение о создании при губернской продовольственной управе постоянно действующей комиссии из 6 человек («комиссия 6»), в задачу которой входил контроль за обмолотом зерна, его сбором, подвозом, ссыпные пункты и к железнодорожным станциям, борьба со спекулятивным вывозом хлеба из Воронежской губернии, увеличение заготовок мясных продуктов. Комиссия имела право посылать в уезды реквизиционные отряды и т. д. Решение совещания было доведено до ВРК Воронежа с предложением принять его к сведению и руководству [27]. Последний не мог не согласиться с решением совещания, ибо продовольственное положение губернии и Воронежа было затруднительным.

Хозяйственные трудности совпали с проблемой организационного характера для самих большевиков. Н. Рабичев признавал, что никакого разработанного плана строительства у власти не было. Оказалось, такая уйма дел, забот, что не было физической возможности собраться. «Мы забыли оформить новую власть», - отмечал он. И далее: «положение было настолько хаотичным, навалилась такая бездна работы, больших и малых вопросов, что мы просто лишились возможности заняться собственным конструктированием» [28]. Порой возникали ситуации, которые иначе, как паническими, не назовешь. Тот же Рабичев вспоминал, как однажды поздней ночью он прибежал из типографии и обнаружил весь Дом народных организаций (большевистский центр города - В.М.) в темноте. На окнах стояли пулеметы. Ему объяснили, что идут казни и что был уже первый пушечный выстрел. Оказалось, что у страха глаза велики. На станции Отрожка в одном из торговых вагонов проходившего поезда кто-то услышал лошадиное ржание и решил, что идет эшелон с казаками и немедленно сообщил в Совет. Звук хлопнувшей двери приняли за пушечный выстрел. Последовала команда «ложись», в здании Совета выключили свет [29].

Боясь рецидива разгрома винного склада в Острогожске, революционные власти приняли решение спустить водку со склада в сточные

канавы. Узнав об этом, толпы людей с чайниками и ведрами долго толпились у канав, надеясь запастись бесплатно спиртным.

С приходом большевиков к власти в Воронеже установилось своеобразное двоевластие, с одной стороны, Совета и ВРК, с другой -городской Думы и управы. Фактически ВРК присвоил все управленческие функции. 2 ноября 1917 г. Временный ревком Воронежа в обращении к населению Воронежа и губернии в числе важнейших задач видел охрану порядка:

1. Все преступления против собственности и личной безопасности граждан будут наказываться со всей строгостью революционного времени.

2. Лица, появившиеся в нетрезвом виде на улицах, подлежат немедленному аресту.

3. Виновные в закрытии магазинов, лавок, пекарен без уважительных причин, виновные в спекуляции, изготовлении и продажи спирта будут подвергаться заключениям в тюрьму.

4. Виновные в стрельбе на улицах без целей самозащиты будут арестовываться и строго наказываться.

5. Комитет обращается ко всем гражданам с просьбой оказывать всякое содействие чинам милиции, членам боевых дружин и патрулям.

С 3 ноября все общественные, государственные, а также и учебные заведения приглашаются продолжать нормальную работу [30].

В Государственном архиве Воронежской области хранятся многочисленные указания на выдачу мандатов, ходатайств, распоряжений, удостоверений этого органа. Вот лишь отдельные примеры такой практики. Воронежский ревком 31 октября разрешил полковому священнику 5-го пулеметного полка совершить обряд погребения убитого полковника Языкова и других военнослужащих этой воинской части [31]. В ноябре ревком издал распоряжение о запрещении продажи солдатам гарнизона оружия, обмундирования, казенного имущества. За нарушение указанного постановления солдаты должны были привлекаться к дисциплинарным взысканиям, а гражданские покупатели - к тю-

ремному заключению на срок 3-х месяцев или штрафу. Прапорщик Королев получил удостоверение, позволявшее ему отбирать и уничтожать самогон у крестьян губернии [32]. Одному из членов заводского комитета предприятия «Рихард-Поле» разрешалась поездка на угольные шахты и железнодорожные станции для доставки на завод кокса и антрациты [33]. По распоряжению ревкома воинский отряд в количестве 20 человек был направлен в имение Устье Г. Бек-Мармачёвой для подавления беспорядков. Помощнику комиссара на ст. Воронеж солдату Гаврикову предоставлялось право изъятия различного оружия и реквизиции продуктов у проезжавших пассажиров [34]. Боевой дружине поручалось арестовать гимназистов, расклеивавших на улицах города листовки, дискредитирующие ВРК. Арестованные молодые люди должны были доставляться в штаб милиции, а затем после доказательства вины - в губернскую тюрьму [35]. Доходило до того, что ревком давал разрешение пользоваться электроэнергией до 2 часов ночи в одном из общественных заведений города (в так называемом зале Морозовой). Приведенные факты составляют лишь небольшую часть своеобразного бумаготворчества ревкома Воронежа в первое время власти большевиков.

Примечательно и другое. Это было время парадоксов. Архивные документы свидетельствуют о том, что были случаи, когда сохранившиеся в губернии помещики обращались за помощью к ВРК Воронежа. Защиту от крестьян у ВРК искал, например, помещик М.В. Оболонский, Я.Ф. Шурыгин из слободы Колодезная. Последний жаловался на то, что Гремяченский земельный комитет забрал у него весь хлеб: около 1200 пудов ржи, 300 пудов овса, 150 пудов проса и т. д., сельхозинвентарь, скот, который, правда, был отбит солдатами и возвращен владельцу. Помещик подсчитал убыток в 25 тыс. руб. Любопытно решение ревкома: направить солдат для несения караула в имении сроком на 2 дня [36].

Видимо, действия ВРК одобрялись частью населения Воронежа. Известно письмо жителей центральных улиц города в адрес ВРК, где были слова: «Приветствуем вас, то-

варищи, за ваши энергичные меры, принятые вами в этот опасный для населения момент ... Лишь благодаря вашим действиям наш город с его жителями был спасен от грабежа и насилия» [37].

Процесс становления и укрепления советской власти сопровождался постоянным разрастанием гражданской войны. Воронежская губерния соседствовала с областью Войска донского, ставшая в ближайшем будущем районом зарождения белого движения. Воронежским большевикам приходилось быть начеку, внимательно следить за развитием событий в соседнем регионе, строить непростые отношения с казаками, возвращавшимися с фронта. В воспоминаниях М.А. Чернышёва о деятельности рабочих дружин Воронежа в октябре 1917 г. утверждалось, что они помимо прочего разоружали казачьи части, направлявшиеся на Дон генералу П.Н. Краснову и А.М. Каледину [38]. Архивные материалы позволяют отказаться от такой прямолинейной оценки действий воронежского ВРК в отношении казаков.

1 декабря 1917 г. состоялся телефонный разговор между А.С. Моисеевым и командующим войсками Московского военного округа Н.И. Мураловым. Он интересовался казаками, возвращавшимися на Дон из Прибалтики через Воронеж. Моисеев подтвердил наличие у них пропуска ревкома, желание оказать поддержку революционного движения на Дону. Казаки выразили желание остаться на время в Воронеже. Однако ВРК не согласился с таким предложением, ибо оно «внесло бы смущение в ряды гарнизонных солдат» и, кроме того, на их содержание потребовалось бы большое количество продовольствия и фуража. Казаки соглашались принять участие в различных сельскохозяйственных работах в губернии, но и это предложение было отвергнуто. Из казачьих воинских эшелонов 2 находились тогда в Воронеже, а 3 -на станциях Касторная и Латная. Перед ВРК встала дилемма: либо разоружение казаков, либо пропуск их вооруженными на Дон. По мнению Муралова, задержка казаков в губернии - политическая ошибка. Необходимо от-

48

править казаков на родину, взяв подписку и обещание не выступать против советской власти. С ними надо было вести себя тактично и вежливо. Примечательна такая деталь. Они согласились следовать на Дон по любому маршруту, кроме Ростова и Новочеркасска, где шли бои между «красными» и «белыми». В конечном итоге было достигнуто обоюдное согласие.

Деятельность ВРК Воронежа продолжалась до начала декабря 1917 г., когда на совместном заседании исполкома Совета и ревкома было принято решение об упразднении этого по сути чрезвычайного органа власти. Все его функции передавались Совету и его исполкому. Это был своеобразный финал октябрьских событий 1917 г. в Воронеже, приведших к власти большевиков.

Примечания:

1. Рыбичее, Н. Октябрьские дни в Воронеже. -Воронеж, 1934; Соболее, Н.Н. Установление Советской власти в Воронежской губернии // Установление Советской власти на местах в 19171918 гг. - М., 1953; Очерки истории Воронежской области. - Т. II. - Воронеж, 1967; Борьба за советскую власть в Воронежской губернии. Сб. док-тов и материалов. Воронеж, 1957; За власть Советов. Сб. воспоминаний участников революционных событий в Воронежской губернии в 1917-1918 гг. - Воронеж, 1957; Воронкое, И. Октябрьский переворот в Воронеже // Коммуна. -1957. - 1 ноября; Лаппо, Д.Д. Воронеж в октябре 1917 г. // Коммуна. 1965. 1 ноября; Литеиное, Р. Год семнадцатый, 30 октября // Молодой коммунар. - 1971. - 31 августа; Очерки истории Воронежской областной организации КПСС. - Воронеж, 1979; Попое, П. Потрясения 1917 года. К 90-летию третьей русской революции // Воронежский курьер. - 2007. - 3 ноября и др.

2. Установление Советской власти на местах в 1917-1918 гг. - С. 301.

3. За власть Советов ... С. 58.

4. Очерки истории Воронежской областной организации КПСС. - С. 116.

5. Установление Советской власти на местах в 1917-1918 гг. - С. 301.

6. Государственный архив Воронежской области (далее - ГАВО), ф. 2393, оп. 1, ед. хр. 5, л. 25.

7. Там же, л. 75.

8. Там же, л. 128.

9. Там же, л. 91.

10. Там же, л. 128.

11. ГАВО, ф. 2393, оп. 1, ед. хр. 3, л. 95.

12.Рыбичее, Н. Указ. соч. - С. 75.

13. Воронежский курьер. - 2007. - 3 ноября.

14. Установление Советской власти на местах в 1917-1918 гг. - С. 343.

15. Воронежский курьер. - 2007. - 3 ноября.

16. Очерки истории Воронежской областной организации КПСС. - С. 120.

17. Рыбичев, Н. Указ. соч. - С. 75.

18. Установление Советской власти на местах в 1917-1918 гг. - С. 345.

19. Борьба за советскую власть в Воронежской губернии. - С. 198.

20. Рыбичее, Н. Указ. соч. - С. 74-75.

21. Там же. - С. 76-77.

22. Борьба за советскую власть в Воронежской губернии. - С. 199.

23. ГАВО, ф. 2393, оп. 1, ед. хр. 13, л. 72.

24. Там же, л. 69.

25. Там же, л. 67.

26. Там же, л. 62.

27. Там же, л. 85-86.

28.Рыбичее, Н. Указ. соч. - С. 73.

29. Там же. - С. 74.

30. Борьба за советскую власть в Воронежской губернии. - С. 201.

31. ГАВО, ф. 2393, оп. 1, ед. хр. 8, л. 85.

32. Там же, л. 241.

33. Там же, л. 4.

34. Там же, л. 15.

35. Там же, л. 48.