Стилистические средства раскрытия характров в романе Джейн Остин «Гордость и предубеждение»

ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ

УДК 81’42:82-3

А.А.Палий*

СТИЛИСТИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА РАСКРЫТИЯ ХАРАКТРОВ В РОМАНЕ ДЖЕЙН ОСТИН «ГОРДОСТЬ И ПРЕДУБЕЖДЕНИЕ»

Ключевые слова: авторская стратегия, английский роман, «Гордость и предубеждение», Джейн Остин, жанр, жанровое своеобразие, классицизм, литературоведение несобственно-прямая речь, образ персонажа, реализм, стилистические приемы, стиль, художественный метод, этико-эстетический идеал.

В статье выделяются три сюжетные линии романа: лирикодраматическая, комедийно-сатирическая, авантюрно-плутовская. Подробно анализируется механизм функционирования стилистических приемов, благодаря которым создаются живые полнокровные характеры героев Джейн Остин. Делаются выводы о системе этических ценностей, которые они воплощают и о роли писательницы в становлении реалистического романа.

In this article 3 main lines of the plot (lyrical-dramatic, comic and satirical, adventuresome-picaresque) are singled out. The mechanism of different stylistic devices functioning is analyzed at great length. Owing to these stylistic expressive means the images of Jane Austen's lively, full-blooded characters are created. In conclusion the article contains the inferences about the system of the ethic values which Jane Austen's characters embody and about the role of Jane Austen in the formation of the realistic novel.

«Гордость и предубеждение» - самый популярный роман Джейн Остин, известный миллионам читателей во всем мире. Огромна и критическая литература, посвященная его анализу. Среди авторов книг и статей такие известные литературоведы как Д. Сесил, М. Батлер, А. Браун, М. Мэйсфилд, М. Кеннеди, Дж. Кестнер, Н.М. Демурова, Т.А. Амелина и многие другие.

* Палий Анна Абрамовна, кандидат филологических наук, Омский государственный педагогический университет

119

Д. Сесил считает, что Джейн Остин соотносит своих героев с тремя основными стандартами поведения: добродетелью, здравым смыслом и вкусом [4]. Добродетель воспринимается в ее христианском толковании. Под здравым смыслом понимается стремление достичь чего-то наилучшего в этом неизбежно несовершенном мире. Джейн Остин считала, что, то, для чего живет человек, важнее того, как он живет. Культура и внешние признаки ее проявления могут сделать существование человека гораздо более счастливым. Д. Сесил, таким образом, считает, что идеал Джейн Остин - человек не только добродетельный и благоразумный, но и хорошо воспитанный.

М. Мейсфилд среди важнейших проблем романа выделяет стремление Д. Остин осмеять и осудить снобизм, в особенности его крайности, воплощенные в образе леди Кэтрин де Бур [6]. М. Мейсфилд полагает, что жанровую специфику этого романа определяет сочетание комедии с жанром romance, где над всеми персонажами возвышается необычайно привлекательная героиня. Дж. Кестнер полагает большой удачей, признаком возросшего мастерства писательницы то, что второстепенные персонажи становятся у нее более определенными, четкими, более точно выписанными [5].

Н.М. Демурова отметила, что Джейн Остин значительно расширила и обогатила характерный для классицизма метод «гуморов», отказавшись от деления героев на злодеев, жертв и резонеров [2: 5-17]. Отметив, таким образом, свойственное Остин реалистическое видение характеров, Н.М. Демурова показала, как оно воплощено в романе на стилистическом уровне. Она, например, считает, что одним из новаторских приемов Дж. Остин было употребление несобственно-прямой речи. Очень существенную черту поэтики Джейн Остин подметила Т.А. Амелина. Она пишет: «Человеческую сущность художница раскры-

вает главным образом с помощью изображения речевого общения людей, т. е. прямой и диалогической речи» [1: 8].

Таким образом, критики, давая характеристики героев романа, обращают внимание на социальную мотивировку поведения и взаимоотношений героев и уделяют значительное внимание стилистическим приемам, которые применяла Джейн Остин, но механизм функционирования этих приемов нуждается в более конкретном и детальном рассмотрении.

Анализ средств, используемых писательницей для создания образов своих персонажей, составляет главную задачу этой статьи. Ее решение позволит определить характер этико-эстетического идеала Джейн Остин.

Все сюжетные линии романа сходятся вокруг двух главных героев

- Элизабет Беннет и Дарси. Первоначальное мнение о них может во многом сложиться под влиянием заглавия романа «Гордость и предубеждение». То есть, может возникнуть впечатление, что каждый из них воплощает одну из этих черт: Дарси - гордость, Элизабет - предубеждение против него - богатого, надменного человека, привыкшего к раболепию окружающих. В действительности же каждому из них в равной степени присущи и гордость, и длительное предубеждение друг против друга.

Характер Элизабет Беннет раскрывается постепенно через сложную систему отношений героини с ее родителями, сестрами, друзьями, с теми, кто желает ей счастья и ее недоброжелателями, наконец, с теми мужчинами, которые были соискателями ее руки. При всей безличности повествования авторское отношение к ней выражает себя уже в том, какие черты ее характера выделяются прежде всего: чувство юмора, живой, веселый нрав. Услышав первое, нелестное о ней мнение Дарси, Элизабет «told the story, however, with great spirit among her

friends; for she had a lively, playful disposition which delighted in anything ridiculous» [3: 31] Здесь эпитеты lively (full of life and spirit), playful (full of fun, fond of play) к существительному disposition (one's nature or temper) выполняют характерологическую функцию. Их положительные коннотации являются косвенным подтверждением авторского одобрительного отношения к героине. В речевой партии Элизабет слова «смех, смеяться» действительно встречаются многократно: «I dearly love a laugh... Follies and nonsense, whims and inconsistencies, do divert me, I own, and I laugh at them whenever I can» [3: 74], - рассказывает она о себе.

Но в характере Элизабет не было легкомыслия, бездумной погони за развлечениями, свойственной ее младшей сестре Лидии. Склад ее ума можно назвать аналитическим. Она много и серьезно размышляет, наблюдая нравы окружающих ее людей. Однообразие, монотонность повседневной жизни семьи делали всякое путешествие, сулившее смену впечатлений, возможность встречи с новыми людьми, таким желанным. Так, предложение ее тетушки, миссис Гардинер, съездить с ними в большое путешествие, возможно в романтический Озерный край, вызывает откровенный восторг («What delight! What felicity!») [3: 165].

В композиции «Гордости и предубеждения» хронотоп дороги не только способствует развитию сюжета, оживляя его новыми событиями и персонажами. Главная его функция здесь - показать эволюцию характеров главных героев, постепенное развитие взаимоотношений между ними. Так, во время поездки Элизабет к Коллинзам происходит первое объяснение Дарси с нею. Во время поездки с тетушкой - решается ее судьба: побывав в доме Дарси, она начинает менять свое мнение о нем, избавляется от предубеждения против него, начинает понимать, что могла бы полюбить его.

Но как ни много узнает читатель о героине через авторские комментарии и характеристики, главное говорит о себе сама Элизабет. Это

главное ни разу не называется, но оно присутствует в каждом ее поступке и каждой реплике. Это главное - гордость, вернее чувство собственного достоинства и самое настоящее бесстрашие. Сама Элизабет небогата, после смерти отца их могут лишить дома, хозяином которого станет преподобный Коллинз. При таких обстоятельствах не выйти замуж - значит обречь себя на жалкое существование. Казалось бы, нужно радоваться предложению Коллинза, но Элизабет с негодованием его отвергает. Еще более невероятной может показаться ее реакция на предложение Дарси. Богатый, влиятельный человек, брак с которым -несбыточная мечта многих невест, делает предложение ей, Элизабет Беннет. Вместо принятия столь лестного предложения Элизабет в самой резкой форме предъявляет Дарси обвинения в унижении ее достоинства, в оскорблении ее сестры, в обидах, нанесенных Уикхему. Для того чтобы стать ее избранником, мало занимать высокое положение в обществе, гораздо важнее всегда вести себя как подобает благородному человеку. Должно пройти время, чтобы Элизабет могла лучше понять характер Дарси, оценить его достоинства.

Своя гордость и у Дарси. Едва он появляется на страницах романа, как всем действующим лицам и читателям становится известна сумма его доходов - 10000 фунтов в год, сумма для того времени колоссальная. Сразу же производит он и определенное впечатление на окружающих: гордый, надменный человек. И хотя он сам, пытаясь объяснить свое поведение, говорит о своей замкнутости, о неумении легко сходиться с людьми, Элизабет это не убеждает. Дело в том, что почти одновременно с Дарси в число действующих лиц вводится Уикхем, выступающий как антипод Дарси. Если от Дарси никто почти слова не слышит, то Уикхем легко вступает в разговор. У него приятная, располагающая к себе внешность, он умеет быть очень занимательным собеседником. Едва познакомившись с Элизабет, он рассказывает ей

историю своей жизни, в которой Дарси сыграл самую неблаговидную, по его словам, роль. Таким образом, все обстоятельства складываются не в пользу Дарси, и дальнейшее развитие сюжета кажется непредсказуемым. Отповедь, которую Элизабет дает Дарси, должна, как будто, означать завершение их знакомства. Но главная сюжетная интрига как раз и заключается в том, что отказ Элизабет только дает толчок новому развитию их отношений.

Отказ, полученный Дарси, был нелегким испытанием для его гордости. Человек аристократического воспитания, он не выдал бушевавших в нем чувств. При его сдержанности самым естественным способом выражения эмоций был не прямой диалог со своей избранницей, а переписка с ней.

Развитие чувства Элизабет к Дарси предстает перед читателем во всей сложности и противоречивости: от неприязни к сомнениям, затем к сожалению о своих суждениях о нем, наконец, к восхищению, к пониманию того, что встреча с ним - главное событие ее жизни. Сложности душевных переживаний героини соответствует и сложная система стилистических средств выразительности. Здесь и авторский комментарий, который доносит до читателя смятение ее чувств (a flutter of spirits). Здесь и детали интерьера и пейзажа, которые позволяют Элизабет увидеть Дарси в новом свете: «She had never seen a place for which nature had done more, or where natural beauty had been so little counteracted by an awkward taste» [3: 244]. Чувство, охватившее Элизабет при виде окружающей ее красоты, выражено одним прилагательным - delighted. «Elizabeth was delighted» [3: 244] - это ключевая фраза, описывающая ее состояние во время посещения Пемберли. Ее восхищает безупречный вкус владельца, сумевшего не нарушить естественной красоты ландшафта. Не меньшее удовольствие доставляет ей внутреннее убранство дома - не бьющая в глаза роскошь, а подлинная

элегантность. Восторженный отзыв о Дарси его домоправительницы становится для Элизабет еще одним откровением. Наконец, мужественная красота его облика на портрете, которым любуются и Элизабет, и ее дядюшка с тетушкой, гармонирует с красотой всего, что его окружает.

Все эти внешние впечатления постепенно трансформируют изначально неприязненное отношение Элизабет к Дарси в совершенно иные чувства, и ее внутренняя и несобственно-прямая речь, переплетаясь с авторским повествованием, позволяет проследить все оттенки этой эволюции. Так, первая реакция Элизабет на все, увиденное в Пемберли, выразилась в ее внутренней реплике «And of this place», thought she, «I might have been mistress!». Это невольное сожаление сменяется фразой, в которой она сама себе напоминает: «...that could never be; my uncle and aunt would have been lost to me; I should not have been allowed to invite them» [3: 245]. Форма сослагательного наклонения с перфектным инфинитивом указывает здесь не столько на сожаление об упущенной в прошлом возможности, сколько на полную невозможность для нее брака с таким снобом, который не позволил бы ей принимать ее родственников. Но затем, слушая домоправительницу Дарси, глядя на его портрет, она начинает понимать масштаб его личности. Каждая фраза в ее внутреннем монологе, маркированная восклицательным знаком, выдает ее внутреннее волнение, постепенную смену ее оценок: «What praise is more valuable than the praise of an intelligent servant? As a brother, a landlord, a master, she considered how many people's happiness were in his guardianship! How much of pleasure or pain it was in his power to bestow! How much of good or evil must be done by him!» [3: 249].

И все же главный итог ее размышлений в другом. Неожиданно для нее самой она начинает понимать, как гармонично они дополняют

друг друга. Созвучным ее размышлениям станут уже в конце романа слова Дарси о том, что значила в его жизни встреча с Элизабет. Но первое его высказывание носило высокомерно - презрительный оттенок: «I am in no humor of present to give consequence to young ladies who are slighted by other men» [3: 31]. Позднее, в минуты первого признания, сначала уверенный в ее согласии, затем ошеломленный ее отказом, он прямо говорит обо всех своих опасениях, касающихся их возможного союза:

«These bitter accusations might have been suppressed, had I, with greater policy, concealed my struggles, and flattered you into the belief of my being impelled by unqualified, unalloyed inclination; by reason, by reflection, by everything. But disguise of every sort is my abhorrence... Could you expect me to rejoice in the inferiority of your connections? To congratulate myself on the hope of relations, whose condition in life is so decidedly beneath my own?» [3: 200].

В его речи бессоюзное перечисление однородных предложных дополнений (by reason, by reflection, by everything), употребление условного и сослагательного наклонений (might have been suppressed, had I concealed, could you expect), параллельная конструкция в двух следующих одно за другим вопросительных предложениях (Could you expect me to rejoice... To congratulate myself...) создают эффект нарастания, благодаря которому находят свое выражение его обида и раздражение. Любовь Дарси составляет, пожалуй, главную психологическую загадку этого романа. В его чувстве нет ничего рассудочного, хотя он человек, несомненно, рассудительный и проницательный. Как он сам впервые говорит о своей любви: «In vain have I struggled. It will not do. My feelings will not be repressed. You must allow me to tell you how ardently I admire and love you» [3: 197].

Некоторые исследователи (например, М. Пуви [7]), относя роман к произведениям реалистическим, считают его конец чисто романтиче-

ским. Уж слишком невероятно (не как в жизни) счастливо складывается судьба Элизабет. Но, может быть, психологизм Джейн Остин, достоверность ее характеров в том и проявляются, что она изображает любовь Дарси как неподвластную рассудку и расчету (и потому возможную) страсть. Путь Дарси навстречу Элизабет - это путь избавления от предубеждений и высокомерия, от тщеславия, гордыни и самоуверенности к резко самокритической оценке своего характера: «I have been a selfish being all my life, in practice, though not in principle... I was spoiled by my parents, who, though good themselves ... allowed, encouraged, almost taught me to be selfish and overbearing, to care for none beyond my own family circle, to think meanly of all the rest of the world, to wish at least to think meanly of their sense and worth compared with my own... You taught me a lesson, hard indeed at first, but most advantageous» [3: 360]. В этом разговоре с Элизабет звучит его самооценка. Повтор слова selfish, выделение курсивом слов right, child, wish, параллельные конструкции (I was taught, I was given, I was spoiled) и перечисления выдают его взволнованное, исповедальное настроение, его благодарность Элизабет, любовь к которой сделала его другим.

Так из множества наблюдений, встреч, впечатлений в душах Элизабет и Дарси постепенно возникает новый образ друг друга. Полнота жизни, которую каждый из них обретает в другом, создает общую мажорную тональность всего произведения. И, кроме того, на протяжении всего романа драматические перипетии их отношений переплетаются с комическими сценами.

Комические персонажи постоянно оживляют повествование. Первая из них - миссис Беннет. Мать пяти взрослых дочерей, она думает только о том, как выдать их замуж. Препятствий этому множество, и среди них не последнее - глупость и вульгарность самой миссис Беннет. Миссис Беннет - существо весьма импульсивное и нетерпеливое.

Суть ее характера прекрасно выдает каждая ее реплика. Лексикосинтаксический состав ее диалога всегда прост: слова из повседневного обихода, отрывистые восклицания и вопросительные предложения, выдающие суетность героини, ее неистребимое любопытство: «Well, Jane, who is it from? What it is about? What does he say? Well, Jane, make haste and tell us, make haste, my Love» [3: 48].

В обрисовке характера миссис Беннет Дж. Остин эффективно использует драматизацию повествования, т. е. дает возможность само-высказывания персонажу. Например, в 59-й главе она называет Дарси disagreeable, т. е. неприятным субъектом, и остается искренней в своей неприязни к нему: «I am quite sorry Lizzy, that you should be forced to have that disagreeable man all to yourself; but I hope you won't mind. It is all for Jane sake» [3: 366]. Но в конце той же главы она прорывается потоком восторженных воплей: «...Mr. Darcy! Who would have thought it? And is it really true? Oh, my sweetest Lizzy! How rich and how great you will be! What pin-money, what jewels, what carriages you will have! Jane's is nothing to it - at all. I am so pleased - so happy» [3: 369]. Эти восклицания не менее искренни, чем то, что она говорила о Дарси раньше, хотя и прямо противоположны по смыслу. Эта смена оценок в речевой партии миссис Беннет создает зримый образ истинно комической героини.

Но есть в романе персонажи, очерченные не мягкими комическими штрихами, а подлинно сатирически. В отличие от главных героев романа, которые все время учатся лучше понимать себя и друг друга, которые искренне переживают свои заблуждения и недостатки, комические и, в особенности, сатирические персонажи не претерпевают никаких изменений в своем развитии.

Первый из них - мистер Коллинз, чье имя стало нарицательным в английской литературе. Самодовольным дураком представлен Коллинз в свой первый приезд в дом Беннетов. Он невыносимо высокопарен и

многословен. Без конца расхваливает собственные достоинства и преимущества своего положения, главное из которых - покровительство богатой аристократки леди Кэтрин де Бур. Еще ни разу не увидев его, лишь по тону его письма, велеречивому, многословному, Элизабет определила характер его автора одним словом - напыщенный. Ей предстоит убедиться в том, что в нем было кое-что похуже - способность низменно поклоняться сильным мира сего и способность унижать того, кто был ниже его по богатству и положению. Низменная сущность его натуры более всего дает себя знать в самый трудный для семьи Беннетов период: во время бегства Лидии с Уикхемом. Коллинз присылает им письмо - «соболезнование». Лексический состав этого письма представляет возвышенная литературная лексика: respectable family, present distress of the bitterest kind, the death as a blessing, augmented satisfaction, involved in disgrace и т. д., за которой скрыто лицемерное сочувствие в постигшем почтенную семью горе, а также и большая доля злорадства и самодовольства от сознания того, что, получив отказ от Элизабет и женившись на Шарлотте Лукас, он теперь избавлен от необходимости делить позор с семейством Беннет.

Таким образом, авторскую стратегию можно определить здесь, как стремление создать образ такого персонажа, как мистер Коллинз на основе самораскрытия его характера, т.к. во всех случаях собственные высказывания и поступки Коллинза становятся главным средством характеристики разнообразных свойств его натуры: ханжества, лакейской приниженности и ограниченности.

Прекрасно дополняет и оттеняет Коллинза леди Кэтрин де Бур, которая появляется на страницах романа дважды. Элизабет встречается с ней, когда приезжает в гости к Коллинзам. Ее поражает бесцеремонность хозяйки поместья: она считает себя вправе расспрашивать Коллинзов и Элизабет о любых подробностях их частной жизни, вме-

w n w

шиваться и давать советы о том, как вести хозяйство и т. п. В другой раз леди де Бур сама приезжает в дом Беннетов. Теперь она изливает на Элизабет настоящие потоки брани. Она назвала слух о возможной помолвке ее племянника, мистера Дарси, и Элизабет гнусной выдумкой, затем пустила в ход угрозы и оскорбления в адрес Элизабет и её родственников. Властный и безапелляционный тон ее речи, сам выбор слов типа the upstart, retentions of a young woman without family, connections, or fortune свидетельствует не только о неприязни к Элизабет, но и о грубости и бесцеремонности этой высокородной дамы. Однако по иронии судьбы именно она стала невольной пособницей брака ее племянника и Элизабет. Узнав о ее разговоре с Элизабет, Дарси понял, что Элизабет любит его и примет его предложение. Так зло покарало себя само, и если можно говорить о влиянии идей Бена Джонсона на Д. Остин, то сказалось оно именно в этом: зло в ее романе терпит поражение в силу внутренних причин и противоречий.

Кроме лирико-драматической линии сюжета, представленной образами главных героев, кроме его комедийно-сатирического начала, носителями которого выступают миссис Беннет, преподобный Коллинз и леди де Бур, в романе присутствует и авантюрно-плутовской компонент, представленный такими героями, как Уикхем и Лидия Беннет. Сами по себе как личности они вполне заурядны и ничего из себя не представляют. Лидия думает только о поклонниках и о скорейшем замужестве, а бегство с Уикхемом - результат ее очередного увлечения. Уикхем по сравнению с ней кажется человеком более значительным, он

- привлекательный молодой человек, интересный собеседник. Но разница между тем, что он говорит о себе, и тем, кем является на самом деле, весьма разительна. В том, что, убегая из полка, он увлекает за собой и Лидию, проявляется не столько порочность его натуры, сколько его неумение предвидеть последствия своих поступков. Сам же аван-

тюрно-плутовской эпизод, связанный с этими двумя персонажами, придает значительное напряжение сюжету. На карту оказывается поставленной не только честь Лидии, но и всей семьи Беннетов, отношения Элизабет и Дарси. Благодаря Дарси эпизод получает благополучную развязку, ведь в прекрасном мире героев Джейн Остин нет места злу и непорядочности.

К числу важнейших стилистических приемов Джейн Остин относится, прежде всего, ирония, упоминавшаяся уже в связи с характеристиками персонажей. Иронический эффект создается как с помощью грамматических средств (например, использование сослагательного наклонения), так и средствами лексики, когда произносимые слова прямо противоположны по смыслу тому, что подразумевается. Так, ироничен мистер Беннет, когда говорит, что, восхищаясь тремя своими зятьями, выделяет Уикхема как своего любимчика («Wickham, perhaps, is my favourite» [3: 370]), в то время как ничего, кроме антипатии он к Уикхему не питает.

Ироничен и авторский комментарий в начале 61-й главы: «Happy for all her maternal feelings was the day on which Mrs. Bennet got rid of her two most deserving daughters» [3: 374]. Счастливейшим днем в жизни матери, миссис Беннет, назван день, когда она «избавилась» от двух своих самых достойных дочерей. Словарная дефиниция фразового сказуемого get rid (to make a person free from - избавиться) в какой-то мере контрастирует по значению со словами happy day (a day of pleasure - счастливый день), так автор выражает свое ироничное отношение к материнским устремлениям миссис Беннет.

Широко использует Джейн Остин и несобственно-прямую речь, которая позволяет увидеть внутренний мир героини в минуты ее самых сильных душевных переживаний и эмоций. Так, ряд кратких вопросительных и восклицательных предложений, произносимых героиней

«про себя» после неожиданной встречи с Дарси в Пемберли, прекрасно передает ее взволнованность в эту минуту: «Her coming there was the most unfortunate, the most ill-judged thing in the world! How strange must it appear to him! In what a disgraceful light might it not strike so vain a man! It might seem as if she had purposely thrown herself in his way again! Oh! Why did she come? Or, why did he thus come a day before he was expected?» [3: 250-51].

Лексический состав авторской речи определяет общеупотребительная или нейтральная лексика. Даже для передачи сильного эмоционального напряжения писательница не прибегает к каким-то изощренным приемам, но очень умело использует превосходную степень сравнения прилагательных. Так, изменившееся мнение об Уикхе-ме выражено простой фразой: «Everybody declared that he was the wickedest young man in the world» [3: 290].

Нервное состояние, в котором пребывали Элизабет и Джейн в ожидании известий о Лидии, передается с помощью метафорического эпитета: «Every day at Longbourn was now a day of anxiety; but the most anxious part of each was when the post was expected» [3: 291].

Прилагательные в превосходной степени характеризуют состояние героев в счастливейшие минуты их жизни: «...the liveliest emotion; ...the happiest creature in the world; ...the happiest, wisest, and most reasonable end!» [3: 338] - все это о Джейн Беннет после того, как мистер Бингли сделал ей предложение. Если Бингли был всеобщим любимцем, то отношение окружающих к Дарси было сложнее, понять все его оттенки и перемены также помогают эпитеты. Сначала Остин описывает всеобщий восторг от него: «А fine figure of a man... much handsomer than Mr. Bingley, and he was looked at with great admiration...» [3: 30]. Но сдержанное поведение Дарси, которое все принимают за высокомерие, очень скоро вызывает к нему неприязнь. Теперь отношение к нему вы-

ражается в постепенно нарастающем потоке перечислений всевозможных отрицательных качеств:

«...He was looked at with great admiration for about half the evening, till his manners gave a disgust which turned the tide of his popularity; for he was discovered to be proud, to be above his company, and above being pleased; and not all his large estate in Derbyshire could then save him from having a most forbidding, disagreeable countenance, and being unworthy to be compared with his friend» [3: 30].

В этом перечне используются конструкции с инфинитивом (to be proud, to be above his company) и герундием (above being pleased, from having a ... countenance, being unworthy), а также эпитеты с отрицательной коннотацией (forbidding, disagreeable, unworthy). Это первое впечатление о Дарси очень скоро перешло в стойкое негативное к нему отношение как со стороны всего провинциального общества, так и Элизабет и ее семьи в особенности. Понадобилось множество событий, встреч, объяснений, прежде чем Элизабет увидела и узнала истинную суть его натуры.

Немаловажную стилистическую роль играют в романе размеры предложений: от кратких реплик в диалогах и предложений средней длины, которыми оформляется авторский комментарий до очень больших предложений, занимающих иногда целый абзац. Один из таких примеров - отрывок из письма Джейн к Элизабет о безуспешных поисках Лидии и Уикхема: «By this time, my dearest sister, you have received my hurried letter; I wish this may be more intelligible, but though not confined for time, my head is so bewildered that I cannot answer for being coherent... Imprudent as a marriage between Mr. Wickham and our poor Lydia would be, we are now anxious to be assured it has taken place, for there is but too much reason to fear they are not gone to Scotland» [3: 271]. В этом фрагменте автор нанизывает ряд сложноподчиненных (that I cannot answer

for being coherent, imprudent as a marriage ... would be; for there is but too much reason to fear they are not gone to Scotland) и сложносочиненных предложений (By this time, my dearest sister, you have received my hurried letter; I wish this may be more intelligible...) для создания то ретроспективного, то предположительного (a marriage between Mr. W and Lydia would be), то синхронного изображения событий и чувств (my head is so bewildered, there is too much reason to fear they are not gone to Scotland), а также для передачи лихорадочных состояний мыслей и действий (my head is so bewildered; I cannot answer for being coherent). Сложные конструкции оказываются необходимыми и адекватными всей сложной гамме чувств, испытываемых Джейн.

Один из кульминационных моментов романа - вечер в доме Беннетов, когда мистер Дарси просит руки Элизабет у ее отца. Кажется, все разнообразие стилистических приемов Дж. Остин сосредоточилось на этих страницах [3: 366, 367]. Здесь и драматизация повествования: произнесенные Дарси шепотом слова «Go to your father; he wants you in the library» [3: 366], диалог Элизабет с отцом, в котором используется эффект нарастания: «Lizzy», said he, «what are you doing? Are you out of your senses, to be accepting this man? Have not you always hated him?» [6: 366]. Здесь и параллельные конструкции, стилистически окрашенное употребление сослагательного наклонения и курсива в несобственнопрямой речи Элизабет: «...But he was going to be made unhappy, and that it should be through her means; that she, his favourite child, should be distressing him by her choice, should be filling him with fears and regrets in disposing of her, was a wretched reflection» [6: 366]. Эта конвергенция стилистических приемов создает эффект огромного эмоционального напряжения и полной достоверности происходящего.

Искусное стилистическое мастерство Джейн Остин создает очень живую, очень достоверную картину нравов, быта, жизни маленького

провинциального общества. Его населяли вполне ординарные люди. Лишь немногие из них обладали развитым умом, независимостью суждений и благородством. Но именно они наполнили этот роман таким радостным приятием жизни, таким оптимизмом, которые ни в одном последующем произведении Дж. Остин уже не звучали с такой силой.

В этом романе окончательно формируется та система этических ценностей (искренность, доброжелательность, неприятие сословного чванства, чувство собственного достоинства), которую воплощают герои Джейн Остин. Ее этический идеал находит и равноценное художественное выражение: безупречное стилистическое мастерство сочетается с умелым использованием жанровых возможностей романа.

В «Гордости и предубеждении» применены такие композиционные принципы реалистического романа, как сложная система характеров, значительная роль хронотопа в развитии сюжета, а также портретных и пейзажных зарисовок в их характерологической и эстетической функциях, наконец, сложная субъектная организация текста, в которой доминирующая роль принадлежит безличному повествованию, но где каждый герой, не только главный, но и второстепенный, благодаря драматизации, включению несобственно-прямой речи и интекстов, получает возможность выразить себя как бы самостоятельно.

Таким образом, в романе «Гордость и предубеждение», за 25-30 лет до выхода первых романов Диккенса, признанного основоположника и классика английского критического реализма, уже проступали характерные черты этого художественного метода.

Список литературы

1. Амелина Т.А. Проблемы реализма в творчестве Джейн Остин (метод и стиль): автореф. дис. ... канд. филол. наук. - М., 1973.

2. Демурова Н.М. Роман Джейн Остин «Гордость и предрассудки» // Austen J. Pride and Prejudice. - М.: Прогресс, 1961.

3. Austen J. Pride and Prejudice. - М., 1961.

4. Cecil D. A Portrait of Jane Austen. - London, Constable, 1979.

5. Kestner J. Jane Austen. Spatial Structure of Thematic Variations. -Salzburg, IESL, 1974.

6. Masefield M. Women Novelists from Fanny Burney to George Eliot.

- London, Y.N. & Watson, 1967.

7. Poovey M. The Proper Lady and the Woman Writer. Ideology as Style in the Works of Mary Wollstonecraft, Mary Shelley and Jane Austen. -Chicago and L. - UCP, 1985. - Pp. xxii+288.