Карл Фукс и его место в социокультурном пространстве Казанской губернии

ИСТОРИЯ МЕДИЦИНЫ

УДК 61

КАРЛ ФУКС И ЕГО МЕСТО В СОЦИОКУЛЬТУРНОМ ПРОСТРАНСТВЕ КАЗАНСКОЙ ГУБЕРНИИ

Г.Г. Хафизов

Кафедра археологии и этнографии (зав. - чл. -корр. АН РТ, проф. А.Г. Мухамадиев) Казанского

государственного университета

дел английским, французским и итальянским языками, а впоследствии, по приезде в Казань, усвоил русский и татарский языки [5], чтобы языковое различие не мешало общению с местным населением.

В 1793 г. К.Фукс был зачислен студентом в Гер-борнскую академию и в течение двух лет слушал сначала общеобразовательные предметы, а затем общие курсы по разным отраслям естествознания и медицины. В 1795 г., окончив курс академии, он поступил в Геттингенский университет, славившийся в то время профессорами по разным отраслям знаний, в особенности по филологии и естествознанию. Окончив курс в Геттингене в 1797 г., юноша защитил уже в следующем году в Марбургском университете диссертацию на степень доктора медицины "Andreus Caesalpinus, de cugus viri ingenio, doctrina et virtute ets", посвященную изложению ученых трудов и заслуг Андрея Це-зальпинского, одного из замечательнейших натурфилософов эпохи Возрождения. В первом из пяти тезисов к диссертации утверждается необходимость изучения медиками литературы древних греков и римлян ввиду невозможности быть хорошим врачом без основательного и широкого общего образования. К.Фукс доказал потом на деле, что идеал, внушенный ему "изучением древних", действительно способен вести врача к совершенству и славе.

После защиты диссертации в течение двух лет К.Фукс занимался медицинской практикой на родине, а в 1800 г. отправился в Петербург и некоторое время был там полковым врачом. В 1805 г. он путешествовал по России с естественно-историческими, в частности ботаническими, целями и в том же году был определен врачом при китайском посольстве графа Головкина. 4 сентября 1805 г. его назначают в Казанский университет ординарным профессором естественной истории и ботаники, где он уже с самого начала своей деятельности обращает внимание на постановку здесь естествоведения и устройство соответствующих учебно-вспомогательных учреждений университета.

В 1807 г. Московское общество натуралистов избрало его своим членом и прислало ему диплом на это звание. Как только Фукс приехал в Казань, он отметил невозможное ее санитарное положение и первым приступил к изучению Поволжья в медико-топографическом отношении. С 1812 г. он начал публиковать в "Казанских Известиях" краткие заметки о показаниях барометра и термометра, направлении и свойствах ветров, господствовавших в Казани болезнях, а также свои наблюдения о прилете птиц, появлении бабочек, растительности и т.д. Не менее важны в научном отношении исследования Фукса в области этнографии, археологии и истории Поволжья. Он изучает религиозные обряды, праздники, обычаи, семейную жизнь татар и поволжских инородцев финского

17 ноября 2004 г. научная общественность г. Казани праздновала 200-летие Казанского государственного университета. В связи с этой знаменательной датой следует вспомнить тех выдающихся ученых-профессоров, которые заложили фундамент научному потенциалу будущего Казанского императорского университета и внесли весомый вклад в его становление. Среди них особое место занимает Карл Федорович (Фридрихович) Фукс.

О Карле Фуксе - чрезвычайно разностороннем человеке, весьма талантливом ученом в сферах как естественных, так и гуманитарных наук, наконец, гуманисте, подвижнике культуры в подлинном смысле слова написано немало книг и множество статей. Казалось бы, о нем мы уже знаем почти все. Однако в действительности насыщенная богатыми событиями яркая жизнь Карла Фукса имеет еще ряд аспектов, не получивших до сих пор должного освещения. К их числу относится, например, вопрос о его врачебной деятельности и вкладе в сближение культур русского и татарского народов, которые раскрыты в неполном объеме.

Профессор терапии, патологии и клиники, а также естественной истории и ботаники К. Ф. Фукс родился 6 (18) сентября 1776 г. в г. Герборне (княжество нассауское). С юных лет он пристрастился к естествознанию, иностранным языкам и литературе; особенно были свойственны его натуре поэзия и музыка. По словам профессора Казанского университета Н.Н. Булича, знавшего его лично, Фукс, кроме своего родного немецкого языка, в совершенстве вла-

племени, причем пользуется иногда своим влиянием в качестве врача в татарских домах, чтобы присутствовать при таких обрядах, зрелище которых оставалось недоступным для посторонних. Результаты своих исследований Фукс изложил главным образом в двух монографиях: "Краткая история г. Казани", напечатанная в "Казанских Известиях" в 1817 г. (№№ 67, 68 и последующие; есть и отдельные оттиски), и "Казанские татары в статистическом и этнографическом отношениях" (Казань, 1844). Его книга "Казанские татары в статистическом и этнографическом отношении" до сих пор не потеряла познавательной и научной ценности. Справедливы образные слова Н.И. Воробьева о том, что "Фукса можно считать одним из первых камней" нерукотворного моста через канал Булак, разделявший когда-то Казань на татарскую и русскую части [3].

11 января 1818 г. К.Фукса перевели на кафедру терапии, патологии и клиники, освободившуюся после увольнения проф. Эрдмана. В 1819 г. после смерти профессора по разным медицинским наукам и первого ректора Казанского университета Брауна ему была впервые передана кафедра патологии, терапии и клиники, а в следующем году на него же возложено чтение анатомии, физиологии и судебной медицины. В том же году на общем собрании "фармацевтического общества в Петербурге" Фукса избрали почетным членом.

Как медик он относился к той школе, которая требовала от врача всестороннего изучения природы человека, и узнавал состояние больного по одному внешнему виду - его проницательность была изумительной. Прирожденный диагност и терапевт, он не имел себе равных во всем Поволжье.

Проф. Фукс считал "все болезни в обширном смысле нервными болезнями", придавая большое значение душевному состоянию больного, его влиянию на течение болезни. Фундаментальная ученая подготовка, систематическая работа по расширению своих познаний, врачебное дарование создали ему славу чуть ли не чудодейственного исцелителя. Даже далекие от медицины люди, отдавали должное его всесторонним дарованиям и познаниям. Так, М.М. Сперанский, видный государственный деятель того времени, познакомившись с Фуксом, сказал о нем: "Чудо-профессор", -так его поразила энциклопедичность познаний казанского медика. Об этом свидетельствует запись в дневнике бывшего государственного секретаря: "Ввечеру визит профессору Фуксу». Многообразность его познаний. Страсть и знание татарских медалей. Знания его в татарском и арабском языке. Благочестивый и нравственный человек. Весьма деятелен. Большое его влияние на татар по медицине" [10].

Участие Фукса в делах ученой администрации начинается лишь с 1820 г., после суровой ревизии Казанского университета М.Л. Магницким, который вслед за тем был назначен попечителем Казанского учебного округа. С 1820 по 1824 г. Карл Федорович был избран деканом врачебного отделения медицинского факультета, а затем ректором университета и на этой должности оставался до 1827 г. Нельзя забывать о его заслугах по подготовке национальных научных кадров: непосредственными учениками были первые отечественные терапевты в Казани Н.А. Скандовский и И.С. Дмитриевский, фармаколог И.В. Протопопов,

а также К.В. Пупырев, автор первого русского описания холеры [1].

Широкообразованная и любознательная натура Фукса не могла удовлетвориться только университетской деятельностью. Дом, в котором он жил, был центром умственной жизни Казани. К нему и его супруге -писательнице Александре Андреевне Фукс-Апехти-ной как авторитетам по истории края, лингвистам, востоковедам и нумизматам приезжали многие выдающиеся деятели XIX века - А.С. Пушкин, А. Гумбольдт и др. [9]. В течение многих лет, до самой смерти Фукса, его дом заменял лечебницу для приходящих с той лишь разницей, что каждый шел к нему охотнее, наперед зная по опыту или понаслышке, что добрый немец каждого встречает ласково и приветливо. С раннего утра приемная заполнялась толпами бедных больных, иногда приезжавших издалека. Татары и даже татарки обращались к Фуксу со своими болезнями. Изо дня в день и из года в год первым его делом, как только он просыпался, был прием больных, продолжавшийся иногда по несколько часов. Весьма деликатный человек, он каждого мужика встречал, как барина: приглашал в зал, просил садиться и не только сам обращался к каждому на "вы", но и своих домашних убеждал, что говорить "ты" - невежливо. Его искреннее участие, доброта, открытый и веселый взгляд вызывали чувство ответной симпатии. Карла Фукса приглашали к больным в татарские слободы, и он был, пожалуй, единственным из медиков, кого допускали там к заболевшим женщинам, что свидетельствует о его большом авторитете среди татарского населения города. Конечно, этому немало способствовали знания им татарского и арабского языков [6].

Зная предубеждение простого народа к аптечным лекарствам, он старался лечить людей по возможности домашними средствами. Для этого в домашней аптеке у него всегда был большой запас разных лекарственных трав, которые произрастали в аптечном саду при Казанском университете. Этот сад, которым руководили проф. Ф.Х. Эрдман и проф. К.Фукс, был оригинален тем, что там выращивались очень редкие лекарственные растения, всегда востребованные больными. Когда кто-нибудь из крестьян предлагал ему "благодарность" за лечение, Фукс умел отказываться, не обижая бедного человека: "Если хотите меня отблагодарить, - говорил он деревенскому жителю, -наберите мне вот такой-то травы". При этом он давал образец того лекарственного растения, в котором нуждался, и таким образом запас его домашней аптеки возобновлялся приношениями его же пациентов. Вероятно, таким путем в народе разошлось немало полезных сведений о лекарственной силе трав нашей флоры.

К.Ф. Фукс - один из зачинателей отечественной бальнеологии: в 1811 г. он дал первое подробное описание физических свойств Сергиевских минеральных вод [7]. В 1832 г. около Сергиевских серных источников были построены казенные дома для приезжающих больных. Сохранился его рапорт медицинскому факультету, в котором он просит направить для пользования Сергиевскими водами больных студентов [11].

1 июля 1833 г. Фукс вышел в отставку, но продолжал сотрудничество с университетом до самой кончины. В 1837 г. университетом была приобретена за 1500 рублей его коллекция птиц и млекопитающих. Еще раньше, в 1825 г. им было продано также

университету за 12 тысяч рублей богатое собрание восточных монет. Умер Карл Фукс 24 апреля 1846 г. в г. Казани. До самой своей смерти он не оставлял научных занятий и своей обширной, в высшей степени популярной в г. Казани и во всем крае медицинской практики.

ЛИТЕРАТУРА

1. Амиров Н.Х., Альбицкий В.Ю. Карл Фукс -выдающийся деятель отечественной медицины первой половины XIX века. - Казанский мед. ж. - 1997. -№ 1. - С. 73.

2. Булич Н.Н. Из первых лет Казанского университета. - СПб, 1907, часть 1. -С.104-105.

.3. Воробьев Н.И. Фукс - первый исследователь быта Казанских татар // Вестник татароведения. -1927. - № 6.

-¿Восстание декабристов. Материалы. -М.-Л., 1927. - Т.Ш.- С.331.

5. Гарзавина A.B. Казань профессору К.Ф. Фуксу. - Казань., 1987.

6. Гарзавина А.В. Указанный труд. - С. 65.

7. Казанские известия. - 1811. - № 9.

8.Кафедра госпитальной терапии. - Казань, 1976. - С. 4.

9. Кафедра госпитальной терапии. - Казань, 1976. - С. 5.

10. Лажечников И.И. Сочинения. - СПб-М^Т^П, 1884.- С. 378.

11. ЦГА ИПД РТ. Ф.977, м.ф., Д.168, л. 59.

Поступила 25.02.05.

УДК 61

ЖИЗНЬ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ К.М. ЛЕОНТЬЕВА - ПРОФЕССОРА КАФЕДРЫ СУДЕБНОЙ МЕДИЦИНЫ ИМПЕРАТОРСКОГО КАЗАНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

В.А. Спиридонов

Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы (нач. - Н.Ш. Нигматуллин) МЗ РТ, кафедра судебной медицины (зав. - проф. Г. М. Харин) Казанского государственного

медицинского университета

Кафедра судебной медицины Императорского Казанского университета имеет славную историю. В XIX веке она являлась одной из ведущих в России, и ее видным представителем был проф. К.М. Леонтьев.

Заведующий кафедрой судебной медицины проф. И.М. Гвоздев, увольняясь в мае 1895 г. из университета перед отъездом в г. Санкт-Петербург, рекомендовал назначить на это место своего ученика, приват-доцента, прозектора, доктора медицины Константина Михайловича Леонтьева. Он просил сделать это не дожидаясь осеннего семестра, обосновывая тем, что доставка трупов в судебно-медицинский кабинет для исследования продолжается и летом и требует в некоторых наиболее сложных случаях участия профессора судебной медицины [8]. 1 июня 1895 г. К.М. Леонтьев в соответствии с волей И.М. Гвоздева был избран экстраординарным профессором судебной медицины, причем и на медицинском факультете, и на совете университета решение было единогласным. В 1899 г. он получил звание ординарного профессора.

К.М. Леонтьев родился 29 апреля 1849 г. в городе Тотьма Вологодской губернии, по паспорту был обер-офицерским сыном. Это означало, что его отец не был дворянином, но выслужил офицерский чин и привилегии "благородных" сословий. Закончив в 1870 г. Уфимскую гимназию, он сразу же поступил в Казанский университет, который закончил в 1875 г. Годы его учебы пришлись на сложное время. В 1872-1873 гг. большое число студентов было захвачено новой революционной идеологией - народничеством, а летом 1874 г. более 4 тысяч человек приняли участие в "хождении в народ". К.М. Леонтьев не остался в стороне, участвовал в деятельности народнического кружка, но "в народ" не пошел. Полиция и губернское жандарм-

ское управление долгое время держали его под наблюдением [1], но мер не принимали. Скорее всего, как и множество других российских студентов, он разочаровался в революционных идеях. Участие в кружке не помешало хорошей учебе, и студент Леонтьев успешно закончил в 1875 г. университет, сдав одновременно экзамен на звание уездного врача. Во время учебы он особенно интересовался судебной медициной, и по ходатайству И.М. Гвоздева был оставлен на кафедре судебной медицины ординатором, через два года стал ассистентом. В апреле 1878 г., во время Русско-турецкой войны он был призван в армию и до ноября работал в госпитале в Боржоми, вернувшись после демобилизации на кафедру.

В 1885 г. он защитил докторскую диссертацию: "Влияние алкоголя и морфия на продолжительность асфиктического процесса" и в 1886 г. был назначен прозектором, активно участвовал в проведении судебно-медицинских экспертиз трупов и вещественных доказательств, стал хорошим практиком. Так, в архиве сохранился "протокол микроскопического изсле-дования волос и химического изследования жидкости", проведенный приват-доцентом К.М. Леонтьевым 14 мая 1888 г. на основании отношения судебного следователя Ядринского уезда и поручения Врачебного отделения [6]. Перед экспертом была поставлена задача: "... содержащиеся в воде волоса и снятые с раны Макаровой сравнить с обращиками волосъ, снятых съ ея головы при вскрытии, определить ихъ сходство и принадлежность Макаровой". Подробно изучив макро- и микроскопически представленные волосы и описав их, К.М. Леонтьев приходит к выводу, что волосы, взятые из кадки и с области раны, принадлежат убитой Макаровой. Необходимо отметить при этом