Тенденции развития идеи К. Д. Ушинского о народности воспитания в отечественном образовании на рубеже XX-XXI вв

ОБЩАЯ ПЕДАГОГИКА. ИСТОРИЯ ПЕДАГОГИКИ И ОБРАЗОВАНИЯ

УДК 373;091

М. Ю. Гвоздецкий

Тенденции развития идеи К. Д. Ушинского о народности воспитания в отечественном образовании на рубеже XX-XXI вв.

Анализируются тенденции развития идеи К. Д. Ушинского о народности воспитания в российском образовании конца XX-начала XXI вв. Обсуждаются взгляды современных ученых, трактующих идею народности воспитания как средство: 1) обеспечить социальную и национальную интеграцию России; 2) сохранить традиционный российский идеал воспитания; 3) возродить духовно-нравственные ценности российского самосознания.

Ключевые слова: народность, педагогическая теория К. Д. Ушинского, социальная и национальная нтеграция, духовно-нравственное воспитание, история российской педагогики.

М. Ju. Gvozdetsky

Tendencies of Development of K. D. Ushinsky's Idea about the National Character of Education in Russian Pedagogics of the late XX-early XXI c.

The paper analyzes some tendencies of development of K. D. Ushinsky's idea about the national character of education in Russian Pedagogics of the late XX-early XXI c. Opinions of modern scholars are discussed treating the idea of the national character of education as a means: 1) to keep up the social and national integration of Russia; 2) to preserve a traditional Russian educational ideal; 3) to revive spiritual and ethical values of Russian mentality.

Key words: nationality, pedagogical theory of K. D. Ushinsky, social and national integration, spiritual and ethical education, history of Russian Pedagogics.

На рубеже ХХ-ХХ1 вв. возрос интерес к идее народности в отечественном воспитании, связанный со стремлением заново осознать перспективы воссоздания национальных традиций в условиях реформы российского образования. Основоположником идеи народности воспитания в отечественной педагогической науке по праву считается К. Д. Ушинский. Уже современники великого русского педагога отмечали важное место этой идеи в его концепции воспитания; ей отводили ведущую роль многие его ученики, последователи и аналитики [7, 11].

Идея К. Д. Ушинского о народности воспитания вобрала в себя весь опыт зарубежной и отечественной педагогики, накопленный в России к середине XIX в., что обусловило ее преемственность по отношению к разным направлениям философии образования: к немецкой педагогике, укорененной в общественно-демократических настроениях буржуазной Реформации и в теории культуросообразности воспитания, вытекающей из философии романтизма; к теориям россий-

© Гвоздецкий М. Ю., 2011

ских просветителей, либералов, славянофилов, демократов, отстаивавших народно-самобытные традиции воспитания; к взглядам консервативно-государственного крыла российского общества, в том числе к теории официальной народности С. С. Уварова. Однако взгляды К. Д. Ушинского на народность воспитания нельзя отождествлять ни с одним из указанных направлений.

Идея народности воспитания рождается в творчестве К. Д. Ушинского из 2-х начал - христиански интерпретируемой идеи общего блага и антропологически трактуемой идеи народного характера, который сообщает воспитанию жизненную силу. Наш анализ взглядов ученого на народность воспитания позволяет придти к выводу, что идея народности тесно связана с 2-мя другими составляющими его педагогической теории (наукой и религией) и формирует 3 стороны воспитания:

Общественно-демократическая сторона имеет целью удовлетворение запросов общества вне связи с политическими интересами, обеспечива-

ет приобщение учащихся к достижениям научно-технического прогресса;

Национально-самобытная сторона направлена на целостное развитие личности посредством освоения народных идеалов и традиций через родной язык, словесность, культуру, творческий труд;

Религиозно-нравственная сторона служит духовному возвышению человека через приобщение к заветам и традициям христианства.

История осмысления и развития идеи К. Д. Ушинского о народности воспитания отображает изменения общественно-политической обстановки в нашей стране. До революции сложились 2 ее трактовки, отражавшие позиции интеллигенции и крестьянства: 1) приобщение трудящихся масс к научному прогрессу (при сохранении национальных приоритетов - родного языка, патриотизма) [14]; 2) консервация традиционного образа жизни православной сельской общины (при освоении некоторых элементов европейской науки и культуры) [12]. В советское время возобладала общественно-

демократическая трактовка, но под давлением тоталитарного государства [8]. Национальная самобытность осваивалась с целью патриотического воспитания в годы и после Великой Отечественной войны, приспосабливаясь к коммунистической или общегуманистической идеологии [9, 10]. Акцент ставился на изменчивость национального идеала. Невостребованной оставалась в то время религиозно-нравственная сторона народности воспитания.

Наш анализ научной литературы показал, что в постсоветскую эпоху творческое осмысление и развитие получили все 3 стороны народности воспитания по К. Д. Ушинскому. Ее общественно-демократический потенциал оценивается как продуктивное средство разграничения сфер влияния общества и государства в школьном воспитании, а также как путь преодоления социальной и этнической дезинтеграции российского общества. Национально-самобытное начало -как способ формирования национальной идеологии, сохранения национальной идентичности, открытой для диалога с другими культурами. Христиански-религиозная сторона идеи народности воспитания служит приобщению к духовно-нравственным ценностям народа.

Отметим важнейшие тенденции осмысления идеи К. Д. Ушинского о народности воспитания в отечественном образовании на рубеже XX-XXI вв.

Во-первых, это акцент на общественном характере воспитания в противовес государственному заказу: не только демократизация образования, но и выстраивание его в соответствии с особенностями и потребностями развития народа. Народность воспитания предстает здесь как интегрирующая национальная идея, формирующаяся посредством общественного мнения [6].

Во-вторых, это развитие национальной самобытности воспитания, ставшее актуальным как для школ автономных республик РФ [13], так и, прежде всего, для русской школы [1, 3, 5]. Характерно также внимание к региональному компоненту воспитания, особенно в сельской местности [2].

В-третьих, это осмысление и развитие опыта религиозного воспитания в рамках семьи и школы как важного компонента российского самосознания, обретающего новый смысл благодаря сотрудничеству церкви и государства в области социальных проблем [4].

Попытаемся дать этим тенденциям более детальную характеристику.

Первая тенденция - это заострение общественно-демократического смысла народности воспитания применительно к нынешнему российскому социуму. В постсоветскую эпоху заметно стремление интерпретировать народность воспитания по К. Д. Ушинскому в духе осуществления общественных инициатив в противовес государственным. Подчеркивая, в первую очередь, общественный пафос идеи народности воспитания, Э. Д. Днепров противопоставляет общество государству: «Ушинский был свободен от государственнических иллюзий. Не государство, а общество, во всех его слоях и классах, было для него демиургом ... развития образования» [6, с. 50].

По нашему мнению, столь жесткого противопоставления общества и государства как субъектов воспитания в трудах К. Д. Ушинского нет. Ученый выступал против официального давления правительства на образование и против придания ему политической окраски, но признавал важную роль государства в общественном воспитании. Вместе с тем, приветствовал всякую общественную инициативу снизу, частично разграничивая сферы влияния государства и общества [15, с. 84-87]. Заостряя указанное противопоставление, Э. Д. Днепров, по-видимому, стремится развенчать прежний, жестко идеологический подход в педагогике, обусловленный дав-

лением тоталитарного государства. И это было актуально для эпохи перестройки.

В настоящее время идея К. Д. Ушинского о народности воспитания рассматривается также как девиз интеграции разных слоев общества вопреки дифференциации доходов. Как показывает В. Ю. Бельский, К. Д. Ушинский, признавая различия в воспитании простого народа и высших кругов, акцентирует те черты народного характера, которые могли объединить сословия в их стремлении к общему благу. Фактически, заключает В. Ю. Бельский, великий педагог пришел к необходимости создания «целостной системы воспитания, которая бы опиралась на историю, традиции русского народа и соответствовала бы степени его развития, его характеру и его религии» [3, с. 224-225].

Неприятие К. Д. Ушинским социальной дезинтеграции в деле народного воспитания, отмечает также Э. Д. Днепров, когда явно одобрительно пишет о том, что великий педагог не попал под «обаяние народнических идей революционной демократии, противопоставлявшей. «простой народ» испорченному «обществу» [6, с. 50]. Согласно Э. Д. Днепрову, идея народности воспитания выступает в трудах К. Д. Ушинского как «интегрирующая идея» [6, с. 49]. Мысль эта актуальна в нашей стране сейчас вследствие социального расслоения общества.

Вторая тенденция - стремление осмыслить национальную самобытность воспитания по К. Д. Ушинскому в плане отношения российского менталитета к западным ценностям. Так, Э. Д. Днепров настаивает на «открытом» понимании народности воспитания К. Д. Ушинским, выдвигая на 1-й план смысловые акценты, вызванные потребностями образования в эпоху перестройки - «поднять железный занавес» [6, с. 47-48, 51-52]. Напротив, для В. Ю. Бельского осознание К. Д. Ушинским духовного своеобразия русского воспитательного идеала, отвечающего нуждам новой российской государственности, важнее [3, с. 162-164]. На наш взгляд, идее К. Д. Ушинского о народности воспитания равно чужды как «прозападная» позиция, так и позиция изоляционизма, имевшие приверженцев среди его современников. Однако попытка расслышать разные обертоны во взглядах великого педагога помогает понять глубокую диалектику его воззрений на народность воспитания.

Третья тенденция - это осознание теснейшей взаимосвязи общественного и национально-самобытного аспектов народности воспитания с

аспектом религиозно-нравственным (духовными традициями народа).

В концепции русской школы И. Ф. Гончарова понимание отечественной культуры как первичной для освоения культуры общечеловеческой сочетается с приоритетом духовности, синтезом религиозных и светских традиций народа в воспитании и ключевой ролью семьи в приобщении к национальному образу жизни [5, с. 61-64].

Е. П. Белозерцев принимает дополнительную ось измерения идеи народности воспитания: наряду с вектором «Запад - Восток» вводит вектор «Север - Юг», где Север - народные, древнерусские традиции воспитания, а Юг - пришедшие из Византии традиции религиозные, православные [1, с. 202]. Особое смысловое наполнение получает осевая линия «Запад - Восток»: Запад -принцип научности, секулярный, рациональный характер педагогической культуры; Восток -«самодержавие» как принцип защиты государством национального своеобразия воспитания [1, с. 204]. Разумеется, самодержавие в этой формулировке - метафора, позволяющая четче обозначить роль государства как гаранта сохранения национальных традиций. Четырехгранная схема Е. П. Белозерцева может рассматриваться как расширение триады К. Д. Ушинского (наука -народность - христианство) применительно к современным условиям. Причем «государствен-нический» подход справедливо трактуется Е. П. Белозерцевым не как «иллюзия», а как необходимая защита общества от потери национальной самобытности. Думается, благодаря введению 4-х координат в осмысление народности воспитания Е. П. Белозерцеву удалось поднять проблему на новый уровень, отвечающий самосознанию российского педагогического сообщества XXI в.

Народность воспитания рассматривается ученым двояко: как общественная идея и как принцип образования. В первом качестве она связывается с потребностью воссоздания национальной идеологии и выступает как основа российской государственности; во втором качестве определяет требования к самой системе образования.

Утверждая значимость народности воспитания в нынешней России, Е. П. Белозерцев отмечает: для развития народности как идеи нельзя обойтись без внимательного изучения наследия К. Д. Ушинского; для развития ее как принципа образования нужно исследовать образовательную среду в отдельных регионах России, то есть

учитывать педагогический контекст ее реализации [1, с. 196, 198].

Разграничение Е. П. Белозерцевым идеи и принципа в народности воспитания может быть интерпретировано как дальнейшее развитие важной дихотомии, выявленной им в ходе анализа концепции К. Д. Ушинского: народность есть одновременно цель и средство воспитания [1, с. 223]. «Принцип», по Белозерцеву, «как бы культивирует идею, укрепляет ее, создает условия для материальной и духовной реализации» [1, с. 196].

Развивая взгляды К. Д. Ушинского на народность воспитания как культивирование народного характера, Е. П. Белозерцев обращается также к высказыванию К. Н. Леонтьева о том, что «начиная образование, нельзя уничтожать в воспитаннике силы народного характера, приводя его к некоему общему знаменателю усредненного грамотного человека» [1, с. 206]. Ход мысли Е. П. Белозерцева согласуется с взглядом К. Д. Ушинского на среднее (общее) образование как путь цельного развития личности на почве национальных традиций. В настоящее время этот взгляд служит предостережением против засилья в школе не только какой-либо односторонней западной культурной модели (классицизм, прагматизм, и т. п.), но и так называемой «массовой культуры» [1, с. 207].

Признавая разумным мнение В. С. Соловьева о 2-х воспитателях каждого человека - отечестве и человечестве [1, с. 205], в своих дальнейших рассуждениях Е. П. Белозерцев, вслед за К. Д. Ушинским, ставит акцент на первом. Национальная культура для него, как и для Ушинского - это не только форма (средство) приобщения к общечеловеческому, но единственная и естественная среда, в которой таковое возможно.

Понятие «культурно-образовательной среды» является ключевым в педагогической концепции Е. П. Белозерцева, признается «методологически неизбежным», базируется на историософских основаниях как «форма актуализации прошлого и укоренения настоящего». Ученый образно обосновывает значение «педагогики среды»: «наша родина так богата и многолика, что в ней легко заблудиться» [1, с. 52-54]. Трактуется понятие культурно-образовательной среды двояко. С одной стороны, это духовная среда, созданная светочами российской культуры и воплощенная в слове. С другой стороны, культурно-образовательная среда - это и вполне кон-

кретная территория, окружающая школу (родной край, малая родина, с которой начинается детство каждого человека).

Е. П. Белозерцев, отстаивая идею русской школы, по-новому трактует мысли К. Д. Ушин-ского о воспитательной роли окружающей среды в осуществлении народности воспитания в отдельном регионе и местности, в том числе - на селе. По его мнению, использование идеи народности воспитания не может ограничиваться уровнем содержания учебно-воспитательной работы (приобщение к духовно-нравственным ценностям народа, его истории, святыням и т. п.). Школа должна стать центром просветительной работы, объединяя вокруг себя социально-культурные учреждения и трудовые коллективы в целях формирования единой базы воспитания детей, проживающих на данной территории [1, с. 231-247]. Установка на педагогизацию окружающей среды и социализацию школы необычайно важна для укрепления гражданского и национального самосознания нынешнего российского общества.

Для Е. П. Белозерцева, как и для К. Д. Ушин-ского, народность воспитания видится центральной составляющей образования как социально-педагогической системы. Цель воспитания - духовно-нравственное становление человека, рассматривается в тесной связи с глобальным смыслом образования - поддержанием, пестованием национального самосознания [1, с. 474-475]. Служа полному развитию природы человека и формированию его личности, образование предназначено в идеале для того, чтобы человек мог чувствовать себя счастливым: «миссия образования - счастливый человек» [15, с. 475, 504]. Образование - это не столько овладение каким-либо знанием, сколько осознание человеком своей сущности. А сущность отдельного человека не абстрактна, но укоренена в жизни его народа. Поэтому высший идеал образованности видится ученому в таком «духовном состоянии нации, росте национального самосознания, когда в обществе сформировалась совокупность идей, отражающая общие интересы и могущая быть доступной каждому гражданину» [1, с. 502-503]. Подобно К. Д. Ушинскому, Е. П. Белозерцев дает антропологическое обоснование народности воспитания, в основе которого лежит представление об общем благе, но развивает его в направлении личностного самоощущения и самосовершенствования [1, с. 34-35].

Осмысление и развитие идеи К. Д. Ушинского в отечественном образовании на рубеже XX-XXI вв. позволяет сделать вывод, что эта идея, сформировавшаяся в ответ на вызовы своего времени, сохраняет воспитательные потенции и в наше время.

Библиографический список:

1. Белозерцев, Е. П. Образование: историко-культурный феномен [Текст] / Е. П. Белозер-цев. - СПб. : Юридический центр Пресс, 2004. -704 с.

2. Белозерцев, Е. П. , Черных Л. А. Идея и принцип народности в образовании: современная сельская школа [Текст] / Е. П. Белозерцев, Л. А. Черных. - Елец, 2003. - 307 с.

3. Бельский, В. Ю. Принцип народности в системе социально-философских воззрений К. Д. Ушинского [Текст] : монография / В. Ю. Бельский. - М. : Московский университет МВД России, 2002. - 161 с.

4. Галицына, Л. В. Православный взгляд на педагогическое наследие К. Д. Ушинского [Текст] / Л. В. Галицына // Образование. - 2004. -№ 5. - С. 2-56.

5. Гончаров, И. Ф. К. Д. Ушинский и русская национальная школа [Текст] / И. Ф. Гончаров // Вестник Герценовского университета. - 2009. -№ 3(65). - С. 69-77.

6. Днепров, Э. Д. Ушинский и современность [Текст] / Э. Д. Днепров. - Гос. ун-т ; Высшая школа экономики. - М. : Изд. дом ГУ ВШЭ, 2007. - 232 с.

7. Люстрицкий, В. Ф. Очерк деятельности К. Д. Ушинского и его взгляд на общественное воспитание [Текст] / В. Ф. Люстрицкий. - Казань, 1882. - 43 с.

8. Медынский, Е. Н. Великий русский педагог К. Д. Ушинский [Текст] / Е. Н. Медынский // Ученые записки Московского гос. пед. ин-та им. В. И. Ленина. 1946. Том 33. Памяти К. Д. Ушинского. - С. 5-27.

9. Михайлов, И. М. Педагогические идеи К. Д. Ушинского в теории и практике В. А. Су-хомлинского [Текст] / И. М. Михайлов // К. Д. Ушинский и современные проблемы просвещения. - Чебоксары, 1974. - С. 78-81.

10. Михайлов, С. В. Идея народности в педагогической системе К. Д. Ушинского [Текст] / С. В. Михайлов // Ученые записки Ярославского Пединститута. - Ярославль. - 1948. - Вып. 13 (23). - С. 29-52.

11. Модзалевский, Л. Н. О народности в воспитании по Ушинскому [Текст] / Л. Н. Модза-левский // Памяти К. Д. Ушинского. -СПб., 1896. - С. 151-162.

12. Рачинский, С. А. Сельская школа [Текст] / С. А. Рачинский. - М., 1991. - 240 с.

13. Сковородкина, И. З. Этнопедагогический подход к образованию народов России: история, теория, практика [Текст] : монография / И. З. Сковородкина. - М. : ИТИП РАО, 2008. -163 с.

14. Стоюнин, В. Я. К. Д. Ушинский [Текст] / В. Я. Стоюнин // Избранные педагогические сочинения. - М. : Педагогика, 1991. - 368 с.

15. Ушинский, К. Д. Избранные труды [Текст] / К. Д. Ушинский. - В 4 кн. Книга 1. Проблемы педагогики. - М. : Дрофа, 2005. -638 с.