«У меня сложный политический танец»

Депутатам Пермской городской думы в ближайшее время предстоит разрешить главную политическую интригу на муниципальном уровне: состоится ли референдум по вопросу возвращения прямых выборов мэра? Один из инициаторов этой идеи — председатель движения «Выбор» КОНСТАНТИН ОКУНЕВ рассказал о причинах проведения референдума, последствиях этого решения для пермяков, а также слабых звеньях в сложившейся управленческой структуре на региональном уровне.

— Вы стали одним из инициаторов проведения референдума с целью возвращения прямых выборов мэра Перми. Глава города Игорь Сапко также поддерживает всеобщее избрание градоначальника, но предлагает внести изменения в рамках принятия нового устава. Происходящая между вами борьба за получение первенства в возвращении выборов выглядит очередным поводом для пиара.

— В отличие от тех, кто хочет попиариться, наша идея провести референдум имеет содержательное зерно. С помощью успешного проведения такого голосования мы получим гарантии сохранения прямых выборов вне зависимости от конъюнктуры, настроения людей, которые стоят во главе города. Впоследствии изменить норму о прямых выборах градоначальника удастся только через проведение повторного референдума по этому вопросу. Вы считаете, что это возможно? Я в этом сомневаюсь. Помните, как депутаты прошлого созыва Пермской гордумы вопреки мнению большинства участников публичных слушаний отменили прямые выборы. После референдума депутаты потеряют возможность вновь закатать демократию под асфальт.

Наша идея преследует еще одну цель. Мы хотим доказать, что граждане могут влиять на власть, на изменение ситуации в городе. Поэтому наша инициатива вроде лакмусовой бумажки на зрелость групп влияния и всего общества. Мы готовы постоять за свои права, разделить ответственность за избранного мэра?

— У населения была возможность защитить выборы мэра, но воспользовались ею только правозащитники во главе с Игорем Аверкиевым, Светланой Маковецкой, Виталием Ковиным, Константином Сулимовым. Они в том числе в суде пытались доказать неконституционность отмены прямых выборов. Вы считаете, с тех пор ситуация изменилась?

— За последние годы уровень политической активности, особенно в Перми, значительно вырос. Хочу привести пример: раньше средняя явка в небольших муниципалитетах региона всегда была существенно выше, чем в краевой столице. Но последние выборы декабря 2011 года доказали, что ситуация существенно изменилась: в крае голосуют порядка 50% избирателей, в городе — 48%. Это говорит о том, что в Перми сосредотачивается активное население, которое хочет участвовать в политических процессах, не доверяет избрание депутатов заксобрания края, Госдумы РФ жителю деревни. Аналогичная ситуация, например, наблюдается и в Ленинском районе Перми, избиратели которого выделяются своей образованностью, начитанностью, интеллигентностью и политической грамотностью. На выборах в декабре 2011 года на избирательные участки здесь пришли более половины жителей, хотя еще семь лет назад довыборы депутатов по этой территории срывались из-за того, что явка не дотягивала до 25%. Многое еще зависит и от того, кто и как организует процесс. Сложно что-то донести до глухонемого с расстояния 10 км.

— Получается, что Аверкиев тогда не справился с задачей?

— Тогда это было невозможно. Помните, как писал Владимир Ленин: «верхи не могут, а низы не хотят». Сейчас в отличие от ситуации 2010 года сложилась революционная ситуация.

— Надеетесь на то, что депутаты думы поддержат вас в инициативе проведения референдума?

— Депутаты обличены властью, они обладают реальной возможностью вернуть выборы, исправить сделанную предшествующим созывом думы ошибку. Многие, в числе которых и, например, Владимир Плотников, выступали за возвращение прямых выборов мэра, но до сих пор не предприняли конкретных мер. Мы приглашаем присоединиться к нашей инициативе, чтобы следующие законодатели не отняли у Владимира Плотникова как жителя Перми право самому выбирать мэра. Или он собирается быть вечным депутатом?

— Вы консультировались с губернатором Виктором Басаргиным относительно проведения референдума. Он поддержал эту идею?

— Кто общается с Виктором Федоровичем, знает, какими категориями мыслит этот человек, и прекрасно понимает, что окончательного решения у губернатора на этот счет просто нет. Он, еще будучи министром, неоднократно заявлял, что система с сити-менеджером не зарекомендовала себя. Приехав в Пермский край, он увидел это воочию. Но одно дело, когда ты министр и делаешь заявление на всю страну, и совсем другое дело, когда возглавляешь один из субъектов федерации. Тебе самому в ручном режиме приходится копаться в ситуации, строить новую систему. Мы неоднократно обсуждали работу инициативной группы, он знает, что мы делаем, в курсе всех подводных камней.

— Почему Виктор Басаргин до сих пор не выступил с публичной оценкой идеи проведения референдума?

— Он даст свою оценку, когда будет уверен, что референдум состоится, на 200%. Пока, мне кажется, у губернатора нет четкого понимания, что мы сможем провести голосование на высоком уровне, обеспечить требуемую явку более 50% избирателей. Я говорил ему, что на этот счет не стоит беспокоиться: мы сделаем все, как нужно. Но, видимо, все остальные в окружении губернатора живут по принципу сказки А.С. Пушкина «Золотой петушок»: «Ку-ка-ре-ку. Царствуй лежа на боку».

— Каковы, на ваш взгляд, причины затянувшегося противостояния между губернатором, его командой и депутатами заксобрания края?

— Думаю, проблемы сегодняшней политической ситуации лежат внутри правительства края. В первую очередь, неправильными оказались кадровые решения, принятые в конце прошлого года. Я уже неоднократно говорил, что, назначая Геннадия Тушнолобова главой правительства, необходимо дать ему возможность самостоятельно формировать управленческую команду. В результате получилось, что работа правительства представляет собой нечто вроде танца с саблями. Сегодня в минфине говорят об одной бюджетной ситуации, Олег Демченко (зампредседателя правительства. — „Ъ“) на вопросы УФАС отвечает: «А кто такой Тушнолобов?». В это время Геннадий Петрович пытается тушить пожар в ведомствах, которые ему еще более или менее подконтрольны. В результате, как в басне «Лебедь, рак и щука», которая заканчивается словами «а воз и ныне там». Правительство Олега Чиркунова хоть и ошибалось, но всегда выступало монолитно. Нынешний состав кабинета министров таковым не является, что активно используется отдельными депутатами. В прошлом году я рекомендовал Виктору Федоровичу попытаться переизбрать главой заксобрания края Геннадия Тушнолобова. Это в том числе позволило бы избежать той ситуации, которая сложилась сегодня в заксобрании.

У губернатора в арсенале есть еще одна институция — администрация. Конфликты, шероховатости между пришельцами и местными, местными и местными, пришельцами и пришельцами, у которых тоже не все монолитно, могла бы нивелировать грамотная работа этого политического ведомства. Но и здесь серьезные проблемы. Я никогда не скрывал своей симпатии к Дмитрию Самойлову (глава администрации. — „Ъ“) и вижу его в должности премьера. Он компромиссный человек и смог бы найти общий язык с господином Демченко, выстроить нити взаимоотношений между пришельцами и местными в правительстве. В результате такого, как сейчас, раздрая можно было бы избежать, не выставлять грязное белье на всеобщее обозрение.

— И какой выход из этой ситуации вы видите?

— Пока губернатор использует собственные ресурсы: накануне последнего пленарного заседания заксобрания края он встретился с 50 депутатами. Его уговоры вроде «так надо», «так правильно» или «поверьте мне» перестают действовать на второй-третий раз. Этот ресурс для губернатора ограничен и его тяжело восполнить. Вместо него должна работать команда. Считаю, что нужны эффектные и эффективные, резкие движения, чтобы обозначить новый курс в правительстве. В стране наблюдается политическая оттепель, и на словах и уже на деле, чего не может заметить только непрозорливый руководитель. Господину Басаргину надо руководствоваться новыми принципами в своей кадровой политике, вовлекать большее количество самостоятельных людей в муниципальное и государственное управление, сделать ставку на пассионарных личностей. На эти изменения и есть определенная надежда.

— На ваш взгляд, Виктор Басаргин может уйти в отставку, как, например, это сделал московский мэр Сергей Собянин, чтобы, как когда-то было обещано, «край испил чашу демократии до дна»?

— Мы об этом не разговаривали. Для его избрания год назад было значительно больше шансов. Сейчас их меньше из-за неэффективного управления и невыстроенного позиционирования. Если ты, как говоришь, «крепкий хозяйственник», то докажи хозяйством.

В результате мы до сих пор спорим, где будем строить мост через Каму. Видимо, нигде, обойдемся старым коммунальным. Надо быть не пермяком, чтобы предложить перенести зоопарк в Черняевский лесопарк, «легкие» города. Спорная идея массового строительства жилья на Бахаревке, в прямой доступности от Осенцовского промышленного узла (роза ветров в 70%, согласно статистике, расположена от Осенцов в сторону города). В Перми нет других белых пятен для реализации проекта строительства дешевого жилья? Запланирована реконструкция шоссе Космонавтов на участке до аэропорта, хотя серьезных логистических проблем на этом участке не наблюдается. Может быть, вы сначала закончите строительство улицы Героев Хасана с ее «бутылочным горлышком» на въезде в город?

— Все-таки определитесь: вы поддерживаете Виктора Басаргина или против него?

— У меня сложный политический танец. Кстати, и у Олега Чиркунова было время, чтобы заслужить мое доверие, но он, как бы громко это ни звучало, его израсходовал за год. Пока Виктор Федорович в силу своего характера не наломал столько дров, как когда-то Олег Чиркунов.

— Вам предлагали трудоустроиться в администрации губернатора?

— В момент появления Виктора Басаргина в Пермском крае я был ярым оппозиционером по отношению к Олегу Чиркунову. Исходя из этого, вряд ли губернатор мог даже подумать, чтобы предложить в Кремле мою фамилию для согласования на какой-то значимый пост. А незначимый пост мне просто неинтересен.

— Какие ваши дальнейшие политические планы? Хотите вернуться на депутатскую стезю?

— Такой возможности я для себя не рассматриваю. Недавно старое уголовное дело нашло своего адресата в лице Павла Макарова (депутат заксобрания края от КПРФ. — „Ъ“), в результате у многих возник вопрос: не стоит ли за этим Окунев? Я следующий в партийном списке по Мотовилихинскому району и гипотетически могу получить мандат депутата, если Макаров будет осужден. Во-первых, я в это не верю, состав преступления в его деле отсутствует. Что касается моего устойчивого желания быть депутатом заксобрания, расскажу историю: на следующий день после выборов 5 декабря 2011 года, в день своего рождения, я во всеуслышание заявил, что, если коммунисты мне предложат плавающий мандат, я откажусь. Не смогу быть в одной фракции вместе с Владимиром Корсуном (депутат заксобрания края, секретарь крайкома КПРФ. — „Ъ“) и в одной команде с депутатом Госдумы РФ Олегом Куликовым. Кроме того, если бы я хотел стать депутатом, то мог согласиться на предложение избраться по округу Геннадия Тушнолобова.

— Вы активно работаете на муниципальном уровне, как в Перми, так и территориях, создаете отделения «Выбора». Готовите задел для будущих избирательных кампаний мэра, губернатора?

— Главное — не стать, главное — состояться. Заявление о том, в качестве кого готов служить родине, сделаю, когда буду уверен, что пригожусь ей, если пойму, что сегодняшняя политическая оттепель примет необратимый процесс.

Кроме того, не факт, что я останусь во главе «Выбора». У движения много лидеров — Андрей Агишев, Владимир Мальцев. Если увижу, что у кого-то больше энергии, то готов уступить место. Для меня важно быть первым среди равных. Если для кого-то мэрство — это щеконадувание, то для меня — ответственность, крест.

— Поэтому вас часто обвиняют в популизме, неготовности реально управлять. В качестве примера — и ситуация в ГК «Добрыня», которая переживает не самые легкие времена. Вы все больше отстраняетесь от ее развития.

— Я занимаюсь бизнесом уже 20 лет, и на сегодня мне стало просто неинтересно им заниматься, я вообще хочу отказаться от участия в операционном управлении. Развитие бизнеса предполагает, что надо жить по правилам и принципам, созданным коррупционной системой, которые мне ранее удавалось избегать. Пример — строительство ТРЦ в Разгуляе, когда разрешение на постройку объекта я получил через суды. Я готов быть рабом общества, но не этой коррупционной системы. И своих детей хочу воспитать по своему образу и подобию, они сами должны избрать свой путь, сами научиться зарабатывать деньги, стать независимыми, свободными, патриотичными гражданами страны.

— Тогда почему не продать свою долю в бизнесе?

— Доля моего бизнеса в ГК «Добрыня» значительно менее 50%. В Перми купцов не наблюдается, а «федералы» пока не созрели.

— В 2011 году у «Добрыни» возникли проблемы с кредиторами. Прежде всего со Сбербанком, задолженность перед которым составляла около 800 млн руб. Компанией было подписано мировое соглашение, оно выполняется?

— Исполняется тяжело, проценты по кредитам своевременно гасятся. Нам удалось добиться значительного уменьшения займов, которые превышали 1 млрд руб. Это стало возможно за счет продажи небольших объектов недвижимости, расположенной в крае, части базы на ул. Васильева в Перми, ТЦ в Лысьве. Мы не ищем легких путей, не собираемся закрываться, идти по пути банкротства, а с 2008 года несем бремя высоких процентов, пытаемся сохранить бизнес, рабочие места, чтобы выйти из этой ситуации с высоко поднятой головой.

— Вы по-прежнему намерены продать продуктовую сеть «Добрыня»? Потенциальных инвесторов не отпугивает высокая цена на сеть?

— Мы по-прежнему не прочь продать сеть или привлечь соинвесторов для развития. Покупатели появляются с постоянной периодичностью. Цена для кого-то, может быть, высокая, но иначе и быть не может. Никто, в том числе наши конкуренты, не будет продавать по невыгодной стоимости. Те, кто считает предложение несправедливым, пусть предложат нам свои активы по «справедливой» цене. Может быть, это нас заинтересует.