Воспитание девочек (от рождения до 10-12 лет) в адыгской этнопедагогике

ный нами опыт теперь поможет каждому из нас в других делах...). Важно, чтобы субъект прожил состояние удовлетворенности от результатов выполненной работы.

Именно на пятом этапе предполагаются переход внешнего объекта в агента состояния, начало формирования ценностных ориентаций.

Таким образом, педагог, организуя совместную деятельность и видя палитру ценностного содержания в одном конкретном объекте, предъявляет детям именно тот образ объекта, который может стать агентом проживаемого ребенком состояния, непосредственно соответствует контексту ситуации и способствует включению в продуктивную деятельность. Педагог, обучая видеть ценностное содержание в объекте деятельности, тем самым способствует выходу и на ценностный результат деятельности, целенаправленному формированию саморегуляции субъекта. Именно идеальные образы, вмещая в себя ценностную сторону, задают общие нормы, в пределах которых групповые взаимоотношения регулируются.

Благодаря профессиональному регулированию педагог помогает ребенку расширить поле ценностного восприятия, представляя различные образы одного и того же объекта, которые могут стать и становятся агентами проживаемого субъектом состояния. Развертывая перед субъектом целую палитру образов объекта, мы помогаем ему адекватно ориентироваться, осознанно регулировать свое актуальное состояние в многообразии современной жизни, постепенно осваивая элементы ценностного механизма саморегуляции. Ребенок целенаправленно приучается быть субъектом собственного состояния, а значит, и жизнедеятельности, осознанно делать выбор и не поддаваться на манипуляции извне.

Именно педагогическая регуляция состояния субъекта и составляет базу для изменения климата в группе. Если не обращать внимания на проживаемое отдельным субъектом актуальное состояние, попытка улучшить социально-психологическую атмосферу в группе будет бесперспективной.

Литература

Абульханова-Славская, К.А. Проблема определения субъекта в психологии / К.А. Абульханова-Славская // Субъект дей-

ствия, взаимодействия, познания (Психологические, философские, социокультурные аспекты) / под ред. Э.В. Сайко. М.: Моск. пси-хол.-соц. ин-т; Воронеж: Изд-во НПО «МО-ДЭК», 2001. С. 36 - 53.

Вичев, В. Аз. Поведение и ценностна ориентация на личностна / В.Аз. Вичев [и др.]. София, 1972.

Гостев, А.А. Образная сфера человека / А.А. Гостев. М.: ИП РАН, 1992.

Завалова, Н.Д. Образ в системе психической регуляции деятельности / Н.Д. Завалова, Б.Ф. Ломов, В.А. Пономаренко. М.: Наука, 1986.

Моросанова, В.И. Индивидуальный стиль саморегуляции / В.И. Моросанова. М.: Наука, 2001.

Сушков, И.Р. Психология взаимоотношений / И.Р. Сушков. М.: Акад. проект: ИП РАН; Екатеринбург: Деловая книга, 1999.

Л.Х. УРУСОВА

ВОСПИТАНИЕ ДЕВОЧЕК (ОТ РОЖДЕНИЯ ДО 10 - 12 ЛЕТ) В АДЫГСКОЙ ЭТНОПЕДАГОГИКЕ

Рассматриваются особенности воспитания девочек до 10- 12 лет у адыгов. Специфика гендерного женского воспитания, имеющая гуманистическую направленность, проявляется в применяемых: методах.

Адыгская народная педагогика в воспитании детей основывается на идеях дифференциации и сегрегации полов, учитываются также возраст индивида, психологические особенности различных возрастных категорий. В этом отношении интересной представляется система воспитания девочек от рождения до 10 - 12 лет.

Начальный период жизни девочки от рождения до 10 - 12 лет по-особому важен и ответствен, поскольку основополагающей его целью является концептуализация процесса воспитания, включающего осознание девочкой ее предназначения в жизни, принадлежности к «слабому полу», женского начала, понимание ее образа жизни, поведения, манер и т.д.

Строгая половозрастная градация детей начинается с 5 - 6 лет. А до этого вре-

© Урусова Л.Х., 2008

мени дети пользуются всеобщим вниманием, им предоставляется полная свобода, они играют вместе, с ними обращаются осторожно, предупредительно, чего нельзя сказать о 6 - 8-летних, которых уже держат в строгости, приобщая к труду, в доступной форме объясняя и прививая общепринятые нормы поведения. При этом требования к девочкам более строгие, чем к мальчикам.

Сегрегация полов выражается, в первую очередь в том, что к указанному возрасту девочек переводят спать в «пщащэ унэ» (девичьи комнаты), а мальчиков - в кунацкую. И им уже не разрешается играть вместе.

Дифференциация полов проявляется в нравственном воспитании детей. Например, если мальчики и в 5, и в 6 лет ходят голышом, то девочкам уже в 2 - 3 года надевают штанишки, платьице (Коджесау 1968). Подобным образом последним начинали прививать стыдливость, аккуратность и женственность. С ранних лет в девочках воспитывают чуткость, заботливость, терпение, мягкость, умение вести себя и держаться достойно при всех обстоятельствах. Не меньшее внимание уделяется внешнему виду девочки, её осанке, красивой манере стоять, сидеть, ходить и т.д.

Ранняя половая сегрегация детей у адыгов связана с принципом дифференцированного воспитания подрастающего поколения. Это, по мнению адыгов, отражается на воспитанности, скромности, деликатности, хороших манерах и в этом качестве постоянно фигурирует в оценках и определениях адыгства.

Воспитание девочек было бы не полным без главного качества - трудолюбия, к которому старались приучить как можно с более раннего возраста. С 5 - 7 лет девочки самостоятельно умели шить, выполнять работу по дому, сами одевались, раздевались, мыли посуду, носили воду, подметали пол, двор и т.д. Таким образом, к основному источнику жизни - труду - девочек приучали с самого раннего возраста.

Ведущей деятельностью девочки в раннем детстве, как и в младенчестве, выступает непосредственно-эмоциональное общение. Причем это общение происходит в основном с матерью или близким человеком, выполняющим материнские функции. Характер общения с ребенком непосредственно сказывается на формировании у

него тех или иных личностных качеств и видов поведения. Стремление к одобрению со стороны матери становится для ребенка дошкольного возраста одним из стимулов поведения. Существенное значение для развития ребенка приобретают оценки, которые ей и ее поведению дают близкие взрослые люди. К тому же деятельностью, определяющей основное направление развития в раннем детстве, являются предмет-но-манипулятивные действия, изучение и освоение окружающей среды. Специфика воспитания девочек состоит в том, что воспитанием последних занимались исключительно женщины и главное внимание уделяется развитию умений вести домашнее хозяйство и всему, что «необходимо для будущей... жизни в супружестве» (Семенова 2002).

На начальном этапе эффективным методом воспитания адыги считали пример. Первоначальной основой развития девочки являются нравы того круга людей, в котором она живет. Поэтому пример (щапхъэ) родителей, воспитателей и других людей, окружающих адыгу, считают одним из основных методов воспитания девочки, применяемых с первых дней ее жизни. Мысль о влиянии окружающих, в частности родителей, на формирование личности содержится в пословице: «Янэ еплъи ыпхъу къашэ» (Сначала посмотри на мать, а потом женись на ее дочери). Адыги употребляют ее не только тогда, когда хотят подчеркнуть внешнее сходство матери и дочери и представить, насколько свои внешние качества сохранит дочь в будущем, но и тогда, когда хотят узнать о воспитанности девушки, т.к., по их мнению, воспитанность девушки напрямую зависит от нравственных качеств матери. Влияние окружающих на формирование черт ребенка более отчетливо проступает в пословицах: «Щ1алэм ебгъэлъ-агъур и гъуэгущ» (Что покажешь ребенку, таков и его путь), «Янэ ихабзэ ыпхъу иб-зыпхъ» (Привычки матери - выкройка для дочери). В этих пословицах отразились результаты наблюдения народа над тем, что дети, не имея жизненного опыта, присматриваются к поступкам взрослых и копируют их, стараются вести себя так же, как взрослые. В связи с этим народ отразил в этих пословицах свое требование: раз дети обладают склонностью к подражанию, необходимо создать вокруг них здоровую

обстановку. Народ считает, что везде дети должны видеть положительные образцы поведения. Раз «привычки матери - выкройка для дочери», т.е. мать - образец для дочери, матери, отцу и всем старшим в семье самим надо всегда следить за собой и быть хорошими во всем. «Уи анэ-адэм яхуэпш1 нэмысыр уи быными къыпху-ащ1ыжьынщ» (Как ты уважаешь своих отца-мать, так будут уважать тебя твои дети), - гласит пословица (Кабардинские пословицы 1994).

Другим распространенным методом нравственного воспитания девочек до 10 -12 лет в адыгской народной педагогике являются поощрение и наказание. По большому счету, поведение человека определяется требованиями и воздействием общества, которое оценивает, насколько положительны или отрицательны те или иные поступки, заслуживают ли они поощрения или осуждения. Это имеет в виду пословица «Уф1мэ, ц1ыхум укъащ1энщ» (Если ты хорош, люди узнают). Поощрение ценно тем, что оно помогает закрепить хорошие формы поведения у человека, совершившего хороший поступок, а также тем, что поощряемые поступки служат образцами поведения для других. Недаром в произведениях устного народного творчества часто поощрения обращены не прямо к тому, кто совершил правильный поступок, а к третьему лицу. Народ считал, что поощрение вызывает у девочек чувство радости, удовлетворения, уверенности в своих силах и желание поступать еще лучше. Об этом говорится в пословице «И ц1э ип1омэ псы ешъожьырэп» (Если ее отметить чем-нибудь, она перестанет и воду пить). Так говорят адыги о девочках, которые, не жалея сил, добросовестно относятся к делу. Поощрения для девочек бывают в виде одобрения, похвалы и награды (преподнесение подарка). Одобрительные замечания старших по поводу поступков девочек: «Тэрэз» (Правильно), «Уи гъащ1э к1ахьы охъу» (Пусть будет долгой твоя жизнь), «Укъэхъу» (Чтобы ты выросла), «Янэм хъыджэбз къыплъфыгъ ар» (Мать родила ее женщиной) и др. - имели большое воспитательное значение.

Между тем адыги считали, что неумелое использование поощрения, например излишняя и частая похвала, может оказать отрицательное влияние на формирование личности девочки. Эта идея четко видна во многих пословицах и поговорках:

«Ущымытхъущэ - пфэубыжьынэп» (Не очень хвали - потом трудно будет осуждать), т.е. нужно соблюдать меру, применяя похвалу, иначе человек может зазнаться, возомнить себя непогрешимым; «К1элэ ц1ык1ум удэхьащхымэ, пцэлы къуае къы-дэщэу елъэгъу» (Если будешь смеяться вместе с ребенком, то ему покажется, что у тебя в деснах находится сыр); «Ным «Спхъу закъо ыпсэ» зе1ом, пхъуми «сып-сэ» ы1оу фежьагъ» (Когда мать стала говорить: «Душа моей единственной дочери», то и дочь стала говорить: «Моя душа»), т.е. излишняя похвала и чрезмерные заботы матери сделали дочь такой эгоисткой, что она забыла о своих родителях.

При особо гуманном отношении к девочкам в адыгской этнопедагогике наказание как метод воспитания применяется в различных видах (осуждение, ограничение, упражнение). Данный метод нацелен на то, чтобы вызвать у ребенка сожаление, стыд за неправильный поступок и желание не повторять подобного в будущем; наказание способствует воспитанию у детей сдержанности и преодолению плохих форм поведения. Осуждение в адыгской народной педагогике очень часто содержит в себе элементы иронии. Этим народ стремится через чувство стыда вызвать у девочки желание исправиться. Об этом приеме осуждения свидетельствует пословица «Ук1ытэр щагуэшым дурэшым дэсащ» (Когда раздавали стыд, она сидела в ущелье), т.е. ей не досталось стыда и поэтому ее трудно исправить. Иначе говоря, стыдливость - опора в исправлении человека. То же самое мы видим в высказываниях: «И нэгу лы илъэп» (У нее на лице нет мяса), т.е. на лице не видно следов внутренних переживаний; «И напэм къэнжал тебзащ» (У нее лицо покрыто железом) и др. Тунеядок и лентяек осуждали иронически: «Щхэгъуэм дыгъужьщ, лэжьэгъу-эм жьындущ» (Когда нужно есть, она -волчица, а когда нужно работать, она - сова); «Гъэм бзэрабзэу къек1ухь, щ1ым хьэдагъ-эр егъэш» (Летом льет красивые речи, а зимой - слезы), т.е. летом ведет праздную жизнь вместо того, чтобы работать, а зимой сидит голодная; «Гуэдзыр лэныстэ-к1э къех» (Пшеницу убирает ножницами), т.е. не умеет работать; «Уэрам гъэбжьыф-1эщ» (Украшение улицы) и т.д. Непослушание осуждали так: «Зы тхьэк1умэмк1э ехьэшъ, адрэмк1э ек1ыжьы» (В одно ухо

заходит, а из другого выходит) (Кабардинские пословицы 1994).

Необходимо отметить, что в ряду воспитательных средств особое место отводят словесным приемам - беседе, рассказу, музыке, песне, пословицам и поговоркам. Причем употребляются они не только на начальном этапе жизни девочки, но и всю жизнь.

Анализ имеющегося фактического материала, посвященного пословицам и поговоркам, связанным с воспитанием девочек, показывает детальное описание того женского идеала, к которому должны были стремиться девочки. Естественно, что те или иные высказывания были ориентированы на определенные возрастные рубежи. На данном этапе в девочках воспитывали, в первую очередь, послушание, почитание, уважение и глубокую любовь к родителям: «Уи адэ и щ1ап1э гъэдахэ, уи анэ дахэу епсалъэ» (Береги усадьбу отца и с матерью будь ласкова), «Уи анэ къыбжи1э еда1уи, уи адэ къыбжи1э гъэзащ1э» (Чти слово матери, выполняй поручение отца), «Анэр зыщытхъур и бынщи, быныр зыгъ-эдахэр къабзагъэщ» (Мать хвалит детей, а похвала детей - чистота) и т. д.

Значительная часть пословиц и поговорок (мудрых слов) освещает тему культа матери: «Уи анэр 1ейми, нэхъыф1 бгъуэ-тынкъым» (Лучше своей матери не найдешь), «Уи анэрэ уи нит1рэ» (Что мать -что глаза), «Анэм быныр и зэхуэдэщ» (Для матери все дети одинаковы), «Анэм къыу-итыр 1эф1щ» (Сладко то, что дала мать), «Анэм сыт щыгъуи быныр сабий къыщохъу» (Для матери дети всегда маленькие), «Анэм и быным хуищ1эр ф1эмащ1эщ» (Матери всегда мало то, что она делает детям) и др.

Даже в столь юном возрасте (до 10 -12 лет) девочек учили скромности, сдержанности: «Ук1ытэ зи1эм насып и1эщ» (У кого есть стыдливость, тот счастлив), «Уи щхьэ ущымытхъуж, уф1мэ, укъалъагъунщ» (Не хвали сам себя, если ты хороший, увидят); добропорядочности: «Сделаешь добро - добром вернется»; бережливости: «Не положишь, не возьмешь»; трудолюбию и ответственности: «Узэгугъур къогугъуж»;

сплоченности: «Зэхьэзэхуэр мэунэри,

заижит1ыр мэунэхъу»; осмотрительности: «Чэнджащэ щыуэркъым» (Кто советуется, тот не ошибается) (Кабардинские пословицы 1994).

Все воспитательные средства адыгской народной педагогики находятся в нераз-

рывной связи. И если в пословицах, поговорках и других фольклорных жанрах отражалась народная педагогическая мудрость, то в играх заключены те непосредственные практические средства, при помощи которых осуществляется ее трансмиссия в процессе воспитания.

Огромная роль в воспитании девочек на данном этапе принадлежала играм. Соответственно именно ролевая игра является ведущей деятельностью. Игра способствует выработке таких качеств человека, как трудолюбие, интеллект, нравственное достоинство. Воспроизводя доступными средствами жизненные ситуации, адыгские детские игры, помимо физического развития, прививают детям знания об окружающей действительности и формируют нравственные качества, без которых нельзя было обойтись в обществе.

Несмотря на юный возраст, у адыгских девочек было очень мало игр, в то время как у мальчиков насчитывалось больше ста. В последнем факте также прослеживается явная сегрегация полов в адыгской системе воспитания. Специальными играми для девочек были игры-импровизации, являвшиеся как бы введением в труд, предисловием к труду. В них девочки тоже в игровой форме занимаются, подражая взрослым, всем тем, чем занимались их старшие братья и сестры, родители, соседи. Девочки изготовляют из глины домашнюю утварь, нанося на них рисунки и магические линии, плетут дэлъэч, строят заборы, дома. И всем этим девочки занимаются со свойственной им активностью и живейшим отношением к окружающему миру, преломляя увиденное и услышанное через игры. Композиция игр-подражаний воспроизводит композицию «взрослых» дел. К таким играм относятся «гуащэ унэ» (куклин дом), «хьэщ1э-хьэщ1э» (гость-гость), «унэ-унэ» (дом-дом) и т.д. В играх-импровизациях девочки 6 - 7 лет занимались «вышиванием» и «ковроткачеством», используя для этого большие листья лопуха и разноцветные колючки. Девочки находили широкие листья лопуха (их обычно не срывали, пока не «вышьют»), собирали множество колючек разной величины и цвета и, прокалывая лист лопуха, создавали пестрые орнаменты, геометрические фигуры, куклы и пр. Само собой, что занятия такого рода способствовали выработке навыков рукоделия, благотворно влияли на детскую фан-

тазию, развивали в девочках изобретательность, наблюдательность, чувства меры, симметрии и красоты. Изготовление таких игрушек, вышивание, ткачество способствовали тому, что девочки еще в раннем детстве осваивали рукоделие, чтобы потом «вышивать золотом и шелками», делать замысловатые тесьму, галуны, различные швы-плетения. И все это имеет практическое значение, потому что «здесь нет ни портных, ни сапожников, ни шапочников и все, что необходимо для одежды мужчины, изготовляют ему женщины - его родственницы или знакомые» (Мафедзев 1991). Таким образом, игры-импровизации воспитывают у девочек трудолюбие, аккуратность, терпение, ловкость, умение вести себя в дет-ском коллективе, развивают восприятие, эстетические чувства и т.д. Выработанные в этих играх качества очень рано становятся необходимыми в быту, особенно для девочек.

Анализ вышеописанных игр приводит к выводу о том, что народная педагогика адыгов уделяет большое внимание нравственному, физическому и трудовому воспитанию девочек ещё с раннего детства. Обладая значительной эмоциональной силой воздействия на девочек, они оказывают определенное влияние на формирование их характера, закаливание их воли. В то же время эти игры имеют познавательное значение. Они знакомят малышей с окружающей средой, бытом, жизнью, обычаями и нравами общества.

Таким образом, женская воспитательная система адыгской этнопедагогики строится с учетом физиологических, возрастных, психических особенностей девочек. Содержание поэтапного воспитательного процесса строится на ценностных ориентирах, которые определяют качества личности девочки, заложенные в идеальной модели женского образа, основанной на особенностях гендерной культуры адыгской этнопедагогики.

Литература

Кабардинские пословицы. Нальчик: Эльбрус, 1994. 328 с.

Коджесау, Э.Л. Об обычаях и традициях адыгейского народа / Э.Л. Коджесау // Учен. зап. АНИИ. Майкоп, 1968. №7. 185 с.

Мафедзев, С.Х. Межпоколенная трансмиссия традиционной культуры адыгов / С.Х. Ма-федзев. Нальчик: Эльбрус, 1991. 258 с.__

Семенова, А.С. Проблемы воспитания женщин в народной педагогике Карачая: ав-тореф. дис. ... канд. пед. наук / А.С. Семенова. Карачаевск, 2002. 184 с.

Ж.Р. СТЕПАНЯН

ИНТЕГРАЦИЯ ОСНОВНОГО И ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ В ПРОГРАММЕ ФОРМИРОВАНИЯ «ЖИЗНЕННОГО СЦЕНАРИЯ» ПОДРОСТКОВ

Рассматривается теоретический конструкт «цель жизни» - реализация «жизненного сценария», редко встречающийся в психологопедагогической литературе из-за недостаточной изученности, однако играющий важную роль в оказании помощи осознанного самоопределения учащихся в период предпрофильной и профильной подготовки на основе интеграции основного и дополнительного экологического образования посредством предложенного автором программы формирования «жизненного сценария» подростков.

Центральным (ключевым) теоретическим конструктом в подростковом возрасте является «цель жизни» - реализация своего «жизненного сценария». Эти словосочетания относительно редко встречаются в психологопедагогической литературе. Пока еще мало изучено, как и когда этот конструкт сознания возникает во внутреннем мире подростка, какую роль выполняет.

Б.Ф. Ломов подчеркивает, что жизненную цель личности следует отличать от конкретных целей. Цель любой отдельной деятельности раскрывает лишь какую-то одну сторону направленности личности, проявляющуюся в данной деятельности. Жизненная цель выступает в роли интегратора всех частных целей.

Очевидно, что процессы жизненного целеполагания (конструирования или нахождения своей цели жизни) у подростков очень тесно связаны с процессами его жизненного самоопределения, реализации своего «жизненного сценария» (а по сути -включены в них). При этом форма и содержание цели жизни служат индикатором различных компонентов «жизненного сценария».

© Степанян Ж.Р., 2008