Названия василька в удмуртских диалектах и их происхождение

УДК 81'282(=511.131) в. г. Семёнов

названия василька в удмуртских диалектах и их происхождение*

В статье рассматриваются вопросы распространения и происхождения в диалектах удмуртского языка наименований василька синего, который в Удмуртии произрастает повсеместно, и для его обозначения используется множество лексем.

Ключевые слова: удмуртские диалекты, названия цветка, распространение фитонима, принципы номинации, этимология слов.

Василёк синий (Centaurea cyanus) - травянистое растение семейства сложноцветных. Однолетник зимующий, факультативный двулетник. Размножается семенами. Соцветия - корзинки 2-3 см в диаметре, собраны в метельчатое или щитковидное соцветие. Краевые цветки синие, голубые, редко встречаются альбиносы (белые), серединные фиолетово-розовые. Встречается во всех районах Удмуртии, предпочитает посевы озимой ржи, где нередко является одним из главных засорителей. Василек можно найти и в посевах яровых культур, а также на сорных местах, заброшенных пашнях, паровых полях, свалках, у дорог. Хороший медонос [15. С. 63-64].

В диалектах удмуртского языка встречается большое количество названий василька, многие из них являются двухкомпонентными структурами, образованными на собственно удмуртской почве и прозрачными с точки зрения удмуртского языка.

Лексема вас'ил'ок употребляется в большинстве северных говоров, встречается в копкинском говоре средне-западного диалекта (66, 67), шарканском -средне-восточного диалекта (77, 99), граховском - собственно южного диалекта (131-133), а также в некоторых населенных пунктах буйско-таныпского говора периферийно-южного диалекта (166, 170, 171). Во многих из них функционирует параллельно с названием лысс'ас'ка.

* Публикация подготовлена при финансовой поддержке РФФИ. Проект № 09-06-00-304а.

Слово вас'ил'ок заимствовано из русского языка: рус. василёк, укр. василь0к соответствуют греческому слову fíanúiKÓv (jpvrov), подобно тому как сербохорв. б0сильак - ср.-лат. basilicum. Родство с «Василий», «василиск», «базилик», «базилика» и т. п. с точностью не установлено [19. С. 277].

Название пожарс'ас'ка зафиксировано лишь в оп. Гожан (153), относящемся к шагиртско-гондырскому говору периферийно-южного диалекта. Мотивацию названия можно вывести из синего цвета пламени при пожаре. Состоит из русского компонента пожар и удмуртского с'ас'ка 'цветок'. Пожар - слово славянского происхождения: укр., болг. пожйр, чеш. pozár, н.-луж. pózar. От общеслав. индоевроп. характера по, первоначальное значение которого «за», «после» и общеслав. жар того же корня, что гореть, др.-инд. háras «жар», греч. termos «теплый» и т. д. Исходное *gerb > 2ёгъ после смягчения g в ж перед гласным переднего ряда ё < ё и изменения «ять» в а после шипящего ж [20. С. 302]. Слово с'ас'ка большинство исследователей относят к булгарским заимствованиям, ср. чув. дедке 'цветок' [23. С. 230; 22. С. 446; 21. С. 104; 10. С. 850]. Соответствия имеются в других тюркских, а также монгольских и тунгусо-маньчжурских языках [10. С. 850].

Наименования лыскут'ук и лыскут'уш зафиксированы в слободском говоре северного наречия. Состоят из компонентов лыс ~лыз 'синий' и кут'ук, кут'уш. Первый компонент - слово собственного происхождения, второй - заимствован из русского языка и скорее всего имеет отношение к словам кутька, кутя, кутёнок 'собачка, щенок'. Между тем, слово встречается и в других ф.-у. языках: венг. kutya 'собака', манс. kütjuw 'тж', так что, возможно, оно финно-угорского происхождения. Впрочем, это ономатопоэтическое слово могло возникнуть самостоятельно в каждом языке [9. С. 147]. Не исключена связь со словами кутюшка и кутюшка ласк. 1. Курица; цыпленок 2. Пташка, птичка Арх., Волог. [11. С. 179].

Фитоним лысс'ас'ка и его варианты в качестве названия василька употребляются повсеместно и соответственно - самые распространенные. Для диалектов с открытыми и отодвинутыми назад вариантами ы характерны следующие фонетические формы: лысс'ас'ка (25 (1), 31 (2.2), 35 (2.2), 50, 119) и лъсс'ас'ка (25 (1), 26, 28-31 (2.1), 35 (2.1), 46-50, 130, 132, 137, 143-145, 149). Вариант лысс'ас'ка с неогублённым гласным переднего ряда нижнего подъема во втором слоге встречается в некоторых населенных пунктах буйско-таныпского говора (162-164), а форма лъсс'ас'ка - в кукморском говоре (142, 146) периферийно-южного диалекта. Лексема лысс"ас"ка с палатализованным вариантом фонемы с' употребляется в средне-западном диалекте (12-14). Растение названо так по своему цветообозначению и означает 'синий цветок'. По тому же принципу образованы названия этого цветка и во многих других языках, например в башкирском, татарском, чувашском.

Наименование лызйыр встречается в зятцинском (53, 56, 57) и увинском говорах (86, 88) средне-западного диалекта. Состоит из компонентов лыз 'синий' и йыр 'голова'. Лексема лыз - слово финно-пермского происхождения: удм. лыз, коми лоз, мар. lostas. Доперм. *los3 [9. С. 162]. Второй компонент йыр 'голова; начальник', коми юр 'голова; главный, старший'. Общеп. *jur. В «Кратком

этимологическом словаре коми языка» приведены примеры из хант. jor 'князь, герой', ф. juuri 'корень; основание; подножие', мокш. юр 'корень; основа; очаг' под вопросом, так как семантика слов не совсем близка. Доперм. * jure 'основа; корень; голова' [9. С. 335; 12. С. 78].

Лексема лъзчача зафиксирована в д. Варзи-Пельга Агрызского района РТ (150), относящегося к алнашскому говору, вариант лъзчача - в д. Лельвиж 142 (1) кукморского говора, является двухкомпонентным словом. Второй компонент чача (< чача) в кукморском диалекте удмуртского языка означает 'цветок' и заимствован из татарского языка, ср. тат. чэчэк 'цвет, цветок' [14. С. 141].

Формы, в которых одним из компонентов является лыз 'синий', фиксируются с XIX в.: liz-s'as'ka, liz-jir 'василёк' 1896 [22. С. 740]; I, II лыз сяська 'василек-лоскутница' (1892, 1920-е гг.) [4. С. 153]; лыз йыр сяська 'василек' 1919 [5. С. 22]; лызйыр, лызйырсяська 'тж' 1932 [3. С. 172]; лыз сяська, лызйыр 'тж' 1948 [16. С. 180]; лыз сяська 'тж' 1970 [6. С. 20]; лызсяська, лызйыр, лызйырсяська 'тж' 1983 [17. С. 265]; лызйыр, лызсяська, лызйырсяська 'тж' 1994 [12. С. 67]; лызйыр, лызйырсяська, лызсяська 'тж' 2008 [18. С. 408].

Название чагырс'ас'ка встречается островками в ярском (21, 22) и глазов-ском (24) говорах среднечепецкого диалекта, в лозинском (55г) говоре верх-нечепецкого диалекта северного наречия, а также в срединном сюмсинском говоре (84). Первый компонент чагыр несет значение 'голубой' и соответственно чагырс'ас'ка означает 'голубой цветок'. Лексема чагыр заимствована из чувашского языка: чув. чакар 'голубой, светло-голубой; серый', тат. чагыр: чагыр кузле 'пестроглазый'; * cagir 'пепельно-серый (о глазах)' [7. С. 140; 13. С. 78; 14. С. 139], хотя Б. Мункачи относит чагыр к русским заимствованиям [22. С. 306].

Следующую группу наименований василька составляют названия, одним из компонентов которых является слово кина (кин'а, кинай). Вариант кинайс'ас'ка (кинас'ас'ка) употребляется в кырыкмасском говоре (128, 129, 148) собственно-южного диалекта, а также в с. Юськи (97) срединного верх-неижского говора. Форма кинайс'эс'ка встречается в некоторых населенных пунктах татышлинского говора (160, 161). Кинайчача зафиксировано в д. Бол. Жужгес (90) нылгинского говора, в с. Постол (93) верхнеижского говора, а также в д. Стар. Монья (126) среднеюжного говора южного наречия. Вариант киначача характерен для ижского диалекта. Форма кин'ачача отмечена лишь в д. Гожан (153) Пермского края. Вторые компоненты данных наименований с'ас'ка и чача означают 'цветок'. Интерес представляет первый компонент кина (кинай). В современном удмуртском языке нет однокоренных с ним слов, оно сохранилось лишь в названии василька. По-видимому, эта лексема когда-то была образована от топонима или антропонима, поскольку такой принцип номинации характерен для растений, в частности для василька (см. ниже). В пользу этого предположения говорит и такой факт, что в Татарстане есть населенный пункт Ст. Кня-Юмья (местное название - Киня) (кукморский говор периферийно-южного наречия).

В письменных источниках с XIX в. зафиксировано: kinaj-caca (Sar.), kina-caca Jel 'голубой цветок' 1896 [22. С. 307]; ктай чача I, кинай чача II 'василек-

лоскутница' (1892, 1920-е гг.) [4. С. 117]; кинай чача ср. 'василек' 1932 [3. С. 133]; кинаньчача 'тж' 1948 [16. С. 134]; киначача 'тж' 1970 [6. С. 20]; кинайчача, киначача 'василёк // васильковый' 1983 [17. С. 199]; киначача, кинайчача 'василек' 1994 [12. С. 67]; кинайчача, киначача 'василёк // васильковый' 2008 [18. С. 302].

Слово карагуртс'ас'ка записано в д. Андрейшур (37) балезинского говора северного наречия. Происходит, скорее всего, от названия населенного пункта, и, несмотря на то, что встречается лишь в одном опорном пункте, в письменных источниках оно отмечено: карагуртсяська 'василек' 1932 [3. С. 172]; карагурт сяська 'тж' 1970 [6. С. 20]; карагурт, карагуртсяська 'тж' 1994 [12. С. 67].

Название зэкс'ас'ка функционирует в лозинском говоре (55) северного наречия, в омгинском говоре валинского диалекта (107), в отдельных населенных пунктах кизнерско-можгинского говора собственно южного диалекта (110, 111) и в с. Бол. Гондырь (155) шагиртско-гондырского говора периферийно-южного диалекта. Вариант этого слова з"экс"ас"ка отмечен в д. Салья (13) средне-западного диалекта, а з'экс'ас'ка - в д. Гожан (153), представляющей шагиртско-гондырский говор Закамья. Наименование зэкс'ас'ка состоит из компонентов зэк ~ зэг 'рожь' и с'ас'ка 'цветок'. Удм. зэг, комирудзог, мариружа, морд. розь 'рожь'. Сходные слова имеются также в германских, балтийских и славянских языках. Фасмер считает коми, удмуртское и мордовские слова заимствованиями из восточных индо-европейских языков, но не уточняет, из каких именно, марийское слово - из русского [9. С. 245; 13. С. 83].

С пометой диал. лексема зэкс'ас'ка отмечена лишь в биологическом словаре (1994) и удмуртско-русских словарях (1983 и 2008): зэг сяська диал. 'василёк' [17. С. 159]; зэгсяська 'тж' 1994 [12. С. 67]; зэг сяська диал. 'тж' [18. С. 238].

Название зэкс'ас'ка мотивировано тем, что василёк обычно растёт в посевах яровых и озимых культур, в частности озимой ржи.

Наименование зангари характерно для некоторых говоров периферийно-южного диалекта, островками встречается и на территории Удмуртии, но, скорее всего, под влиянием литературного языка. В частности, зангари отмечено в некоторых населенных пунктах средне-восточного диалекта (73(2), 77), вариант за\гари - в д. Кузюмово (135) алнашского говора южного наречия. Форма зйугйрс'йс'кй с неогублённым гласным переднего ряда нижнего подъёма встречается в ташкичинском и отчасти буйско-таныпском говорах, зэугэрс'эс'кэ -в канлинском говоре Закамья. Зй\гйрчйчй употребляется в красноуфимском говоре. Зй\гйрчйчй и зйугйрс'йс'кй являются сложными словами, в которых первое слово зй\гйр (< зангари) означает 'голубой', а второе - чйчй (< чача) и с'йс'кй (< с'ас'ка) - 'цветок'. Слово зангари заимствовано из татарского языка: тат., баш. зжгэр 'синий, голубой', чув. сенкер 'тж'; является словом арабского происхождения [13. С. 81; 14. С. 57].

В письменных источниках фиксируется начиная с XIX в.: хапаг1, Ка/. 'голубой' 1896 [22. С. 438]; зангари тат. кр. юж. 'голубой' 1932 [3. С. 105]; зангари южн. 'синий', зангари сяська 'василёк' 1948 [16. С. 97]; зангари сяська 'тж' 1970 [6. С. 20]; зангари '1. голубой; синий 2. василёк' 1983 [17. С. 151];

ВАСИЛЁК ПОЛЕВОЙ

М 1:2 000 000

зангари 'василек' 1994 [12. С. 67]; зангар диал. 'сиреневый', зангари I 'голубой; синий; сиреневый', зангари II 'василек', зангарисяська 'тж' 2008 [18. С. 225].

В кратком русско-удмуртском биологическом словаре (1970) [6. С. 20] и в удмуртско-русском словаре (2008) [18. С. 277] с пометой диал. в значении 'василёк' отмечено слово камайчача. В ходе сбора полевых материалов сотрудниками лаборатории не обнаружено, но нужно отметить, пока не все опорные пункты были изучены. Слово состоит из двух компонентов: камай -удмуртское личное мужское имя + чача диал. 'цветок', то есть 'цветок Камая'. Заимствованный из тюркского антропоним: 1) тат. Камай < араб. Камалутдин 'совершенство веры'; 2) кам 'шаман, исцелитель, заклинатель, чародей, волшебник' + -ай - аффикс [2. С. 227]. Судя по второму компоненту, слово должно употребляться в южном наречии удмуртского языка.

В опорных пунктах также пока не обнаружено слово бусойыр, отмеченное в последних изданных удмуртско-русских словарях в значении 'василёк': бусойыр 'василёк' 1948 [16. С. 33]; бусойыр диал. 'василёк // васильковый' 1983 [17. С. 59]; бусойыр диал. 'тж' 2008 [18. С. 86]. Композитум, состоящий из бусо 'туманный (пыльный)' и йыр 'голова'. Очевидно, полукалька с тат., ср. чукмар-баш 'василёк', букв. 'кистень (булава) + голова' [1. С. 215].

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

баш. - башкирский язык, болг. - болгарский язык, венг. - венгерский язык, греч. -греческий язык, доперм. - допермский язык, др.-инд. - древнеиндийский язык, индоев-роп. - индо-европейский праязык, манс. - мансийский язык, мар. - марийский язык, мокш. - мокша-мордовский язык, морд. - мордовский язык, н.-луж. - нижнелужицкий язык, общеп. - общепермский праязык, общеслав. - общеславянский язык, сербохорв. -сербохорватский язык, тат. - татарский язык, укр. - украинский язык, ф. - финский язык, ф.-у. - финно-угорский праязык, хант. - хантыйский язык, чеш. - чешский язык, чув. - чувашский язык.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Алатырев В. И. Этимологический словарь удмуртского языка: Буквы А, Б / В. И. Алатырев / НИИ при Сов. Мин. УАССР. Ижевск, 1988. 240 с.

2. АтамановМ. Г. Удмурт нимбугор = Словарь личных имен удмуртов: Около 6800 имен / УИИЯЛ УрО АН СССР. Ижевск, 1990. 396 с.

3. Борисов Т. К. Удмурт кыллюкам. Толковый удмуртско-русский словарь: Ок. 15000 слов / АН СССР. УрО. Удм. ИИЯЛ; Удм. отд. Всесоюзного фонда культуры. Ижевск, 1991. 384 с.

4. Верещагин Г. Е. Собрание сочинений: В 6 т. / Г. Е. Верещагин; Под ред. В. М. Ва-нюшева. Т. 6. Кн. 2: Вотско-русский словарь [= Удмуртско-русский словарь] / Отв за выпуск и авт. предисл., комментариев Л. М. Ившин; РАН. УрО. УИИЯЛ. Ижевск, 2006. 288 с. (Памятники культуры).

5. Вотско-русский словарь глазовского наречия вотяков, составленный преподавателем вотского языка при Глазовской учительской семинарии В. Д. Крыловым. Вятка, 1919. 47 с.

6. Главатских Ф. С., ПрокопьевМ. П. Краткий русско-удмуртский биологический словарь. Ижевск: Удмуртия, 1970. 180 с.

7. Диалектологический словарь татарского языка / АН СССР, Ин-т языка, лит-ры и истории им. Г. Ибрагимова. Казань: Тат. кн. изд-во, 1969. 644 с.

8. Кротов З. Краткой Вотской словарь съ россшскимъ переводомъ собранный и по Алфавиту расположенный села Еловскаго Троицкой церкви священникомъ Захар!ею Кротовымъ. 1785 года. 285 с. [В кн.: Кротов З. Удмуртско-русский словарь / РАН. УрО. УИИЯЛ. Ижевск, 1995. XX + 285 с.

9. Лыткин В. И., Гуляев Е. С. Краткий этимологический словарь коми языка / В. И. Лыткин, Е. С. Гуляев. М.: Наука, 1970. 386 с.; переизд. с доп.: Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1999. 431 с.

10. Русско-чувашский словарь: Ок. 40000 слов / Под ред. Н. А. Андреева и Н. П. Петрова; НИИ при Сов. Мин. Чув. АССР. М.: Сов. энциклопедия, 1971. 893 с.

11. Словарь русских народных говоров / Гл. ред. Ф. П. Филин; Ред. Ф. П. Со-роколетов; АН СССР. Ин-т русского языка. Словарный сектор; Л.: Наука. Вып. 17: Леснокаменный-Масленичать. 1981. 384 с.

12. Соколов С. В. Биологической нимкылъёсын кылбугор = Словарь биологических терминов / С. В. Соколов, В. В. Туганаев; Под общ. ред. С. В. Соколова. Ижевск: Удмуртия, 1994. 144 с.; вкл.

13. Соколов С. В. Этимологической пичи кылбугор / С. В. Соколов // Вордскем кыл. 1998. № 3. 79-84 б.; № 5. 74-79 б.; 1999. № 9. 73-89 б.

14. Тараканов И. В. Удмуртско-тюркские языковые взаимосвязи. Ижевск: Изд-во Удм. ун-та, 1993. 170 с.

15. Туганаев В. В., Баранова О. Г. Зеленые спутники человека. Ижевск: Изд-во Удм. ун-та, 1992. 192 с.

16. Удмуртско-русский словарь: Ок. 15 000 слов / В. М. Вахрушев, К. А. Корепа-нова, Е. Н. Ложкина и др.; НИИ ист., языка, лит. и фольклора при Сов. Мин. УАССР. М.: ГИС, 1948. 447 с.

17. Удмуртско-русский словарь: Ок. 35 000 слов / А. С. Белов, В. М. Вахрушев, Н. А. Скобелев, Т. И. Тепляшина; Под ред. В. М. Вахрушева; НИИ при Сов. Мин. УАССР. М.: Рус. яз., 1983. 592 с.

18. Удмуртско-русский словарь: Ок. 50 000 слов / Сост. Т. Р. Душенкова, А. В. Егоров, Л. М. Ившин и др.; Отв. ред. Л. Е. Кириллова; РАН. УрО. Удм. ин-т ИЯЛ. Ижевск, 2008. 925 с.

19. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. T. 1. (А-Д) / М. Фасмер; Перевод с немецк. и доп. О. Н. Трубачева; Под ред. Б. А. Ларина. М.: Прогресс, 1964. 562 с.

20. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: В 4 т. / М. Фасмер; Перевод с немецк. и доп. О. Н. Трубачева; Под ред. Б. А. Ларина. М.: Прогресс. T. 3: Муза-Сят. 1971. 827 с.

21. Федотов М. Р. Этимологический словарь чувашского языка. Т. 2 / М. Р. Федотов. Чебоксары, 1996. 509 с.

22. Munkacsi B. A votjak nyelv szotara / B. Munkacsi. Budapest, 1896. XVI + 836 l. 2-е изд.: Pees, 1990.

23. Wotjakischer Wortschatz. Aufgezeichnet von Yrjö Wichmann. Bearbeitet von T. E. Uotila und Mikko Korhonen. Herausgegeben von Mikko Korhonen. LSFU XXI. Helsinki, 1987. XXIII + 422 S.

Поступила в редакцию 2.08.2011

V. G. Semenov

Names of corn-flower in udmurt dialects and their origin

In the article are examined the questions of distribution and origin in the dialects of udmurt language of the names of corn-flower are examined dark blue, which in Udmurtii sprouts everywhere, and for his denotation the great number of lexemes is used.

Keywords: udmurt dialects, names of flower, distribution of fitonim, principles of nomination, etymology of words.

Семёнов Василий Германович,

научный сотрудник, ФГБОУ ВПО «Удмуртский государственный университет»

г. Ижевск E-mail: svgerm@mail.ru

Semenov Vasilij Germanovich,

Research Associate, Udmurt State University Izhevsk

E-mail: svgerm@mail.ru