Роль В. Ф. Миллера в развитии российского академического кавказоведения на рубеже XIX–XX веков

СОИГСИ

Роль в.Ф. миллера в развитии российского академического кавказоведения

на РУБЕЖЕ Х1Х-ХХ веков

А. И. АЛИЕвА,

доктор филологических наук, ученый секретарь ИМЛИ,

г. Москва

Академик В.Ф. Миллер (7 апреля 1848 — 5 ноября 1913) — автор ряда капитальных исследований в области славистики, востоковедения, кавказоведения. Ученый внес неоценимый вклад в исследование истории, археологии, языков, этнографии, эпиграфики, фольклора народов Северного Кавказа, во многом определивший развитие академического кавказоведения в XX столетии не только в России, но и в Европе. Но, наряду с оценкой научного наследия В.Ф. Миллера для определения его вклада в развитие российского академического кавказоведения на рубеже Х1Х-ХХ столетий, не менее

важна характеристика его как одного из важнейших руководителей исследований не только русского былевого эпоса, но и традиционной культуры разных народов России, прежде всего — Кавказа. А именно такую роль В.Ф. Миллер играл во всех учреждениях, где ему довелось служить — в Московском университете, в Лазаревском институте восточных языков, в Дашковс-ком этнографическом музее. Особенно результативной в этом плане была его работа в «ученых обществах» — в Императорском Обществе любителей естествознания, антропологии и этнографии (ИОЛЕАиЭ) (этнографический

ИЗВЕСТИЯ

отдел которого В.Ф. Миллер возглавлял более тридцати лет), в Императорском Московском археологическом обществе и в его Восточной комиссии.

До сих пор была подробно охарактеризована преимущественно работа ученого в ИОЛЕАиЭ по консолидации сил исследователей русской этнографии и фольклора — как столичных, так и региональных [1]. Пришло время также подробно рассказать о его деятельности для объединения собирателей традиционной культуры многих других народов полиэтнической страны, в данном случае — народов Кавказа.

Этот пробел необходимо восполнить не только для исчерпывающей характеристики, как бы сказали теперь, «научно-организационной» и «координационной», работы В.Ф. Миллера, но и для воссоздания истории становления многонациональной российской этнографии и российского академического кавказоведения на рубеже Х1Х-ХХ вв.

Нельзя не учитывать и того, что работа в ученых обществах стала одним из стимулов обращения В.Ф. Миллера к многостороннему исследованию Кавказа.

Уже с 1872 г., т.е. вскоре после окончания Московского университета, В.Ф.Миллер — член Общества любителей российской словесности, с января 1875 г. — действительный член Императорского Московского археологического общества, с 1897 по 1911 г.

— один из «отцов-основателей» и бессменный председатель его Восточной комиссии. С марта 1876 г. В.Ф. Миллер

— действительный член Императорского Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии (ИОЛЕАиЭ) при Московском университете, с 15 декабря 1881 г. и до самой

кончины — бессменный председатель его Этнографического отдела.

Работа в этих обществах соответствовала основным «специальностям» В.Ф. Миллера: в Московском Археологическом обществе он занимался преимущественно востоковедческими (точнее — кавказоведческими) исследованиями, в Этнографическом отделе ИОЛЕАиЭ — изучением русской народной словесности и Кавказа. Но, подчеркну еще раз, в обоих обществах именно В.Ф. Миллер во многом определял направление исследований, объединял для их реализации российских ученых — не только московских, но и региональных и — что особенно важно — ученых разной национальности.

Именно в ученых обществах В.Ф. Миллер выступал организатором и координатором работы исследователей истории, археологии, языков, народных верований, традиционной культуры, фольклора разных народов нашей полиэтнической страны. В конечном результате это привело к достижению российскими учеными замечательных результатов в этих областях знания.

Особая роль принадлежит В.Ф. Миллеру и в пробуждении интереса к изучению народов Северного Кавказа и Закавказья, прежде всего у первых представителей национальной интеллигенции, что могло случиться значительно позже, не будь этих «ученых обществ».

С одной стороны, активная работа В.Ф. Миллера в них была обусловлена его личными качествами — такими, как разносторонность научных интересов, необыкновенная эрудиция, удивительное умение организовать и собственные занятия и — одновременно

6 ИЗВЕСТИЯ СОИГСИ 2 (41) 2008

— объединить для решения актуальных научных проблем своих многочисленных сотрудников, как правило, без какого-либо вознаграждения. Как подчёркивал позже В.Ф.Миллер, «едва ли в какой-либо другой культурной стране мы найдём такие кадры тружеников, работающих безвозмездно, ради идеи, и поставленных притом в тяжелые материальные, иногда нравственные условия. Едва ли в другой европейской стране этнография так мало обременяет государственный бюджет, как в нашем отечестве» [2].

С другой стороны, это было время необыкновенного интереса к народной культуре, выдвинувшее целый ряд выдающихся ученых, — Ф. Буслаева, Н.Тихонравова, С.Соловьева, В. Ключевского, Ф. Фортунатова, В. Миллера, Ф. Корша, Алексея Веселовского, И. Цветаева и многих других.

Блестящие исследователи и педагоги, все они активно работали и в ученых обществах, вдохновляя своих учеников следовать собственному примеру и поддерживая не только публикацией их первых ученых опытов, но нередко и материально.

Рубеж Х1Х-ХХ вв. был временем вдохновенного и бескорыстного служения науке: молодые ученые, как правило, отправлялись в этнографические экспедиции на свои собственные, иногда более чем скромные средства, нередко с риском для здоровья. Такие примеры многочисленны и хорошо известны. Это не мешало молодым (и не очень молодым) энтузиастам собирать материалы по традиционной культуре многочисленных народов России и направлять их и написанные на их основе научные сочинения, прежде всего, в ИОЛЕАиЭ. Здесь на протяжении бо-

лее трех десятилетий организатором и координатором этнографических исследований в России был В.Ф. Миллер, который выполнял «централизующую для многих культурных сил Москвы и, наконец, России» работу [3].

Выше сказано, что В.Ф.Миллер был избран в действительные члены Императорского Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии в марте 1867 г. — в пору его поистине стремительного развития, когда в нем постоянно создавались специальные отделы, отделения и комиссии. Так, 15 марта 1867 г. в его составе был учрежден Этнографический отдел, инициатором создания и первым председателем которого (в 18671881 гг.) был заслуженный профессор Московского университета, известный историк-славист Н.А. Попов [4].

В 1881 г. Н.А. Попов сложил полномочия председателя Этнографического отдела. На этот пост единогласно был избран В.Ф. Миллер, фактически взявший на себя ответственность за развитие в России этнографии, которая «понимаема была ... в самом широком смысле, — подчеркивал позже М.М. Ковалевский. — Члены Общества в равной степени интересовались и материальной культурой различных народностей, входящих в состав России, и их языком, литературным и музыкальным творчеством, обычаями, обрядами и поверьями» [5] .

На этом этапе Этнографическому отделу предстояло, прежде всего, решить задачу подготовки кадров этнографов, что было совсем непросто в условиях отсутствия специальных кафедр в высших учебных заведениях России. Подготовкой нового поколения исследователей традиционной

народной культуры весьма успешно занимались В.Ф. Миллер и его коллеги по Этнографическому отделу. Их имена навсегда вошли в историю российской академической науки: исследователи и собиратели русской народной поэзии А.А. Шахматов, П.В. Шейн, А.Д. Григорьев, В.Н. Добровольский, А.Д. Солодовников, А.В. Марков, В.В. Каллаш, Е.Н. Елеонская; в начале XX в. к ним присоединились П.Г. Богатырев, Р.О. Якобсон, Б.М. и Ю.М. Соколовы и др.; исследователи украинской народной культуры Н.А. Янчук, А.И. Яцимирский; белорусской — Е.А. Ляцкий; марийской (до 1917 г. марийцев называли черемисами) — С.К. Кузнецов; удмуртов (вотяков) — П.М. Богаевский; гагаузов — З.А. Мошков. Активное участие в работе Этнографического отдела принимали знаменитые востоковеды Ф.Е. Корш, М.В. Никольский, В.Ф. Минорс-кий, В.М. Михайловский, В.М. Ядрин-цев, Д.И. Иловайский, А.Е. Крымский. Из кавказоведов должны быть названы исследователи армянской культуры Г.А. Халатьянц, Л.З. Мсерианц, Л.И. Назарьян, В.М. Папазьян; грузинской — А.С.Хаханов (Хаханашвили) и Н.Л.Абазадзе, тюрок Азербайджана (в тогдашнем написании — Адербейджа-на) — М.И. Ткешелов, осетин — И.Т. Со-биев, чеченцев и ингушей — Н.Н. Хару-зин, карачаевцев — сын Вс.Ф. Миллера Борис Всеволодович.

В Этнографическом отделе наряду с филологами активно трудились и исследователи народного права: московские юристы А.П. Чупров, С.А. Муромец, Н.О. Нерсесов, М.Н. Харузин и др.

Среди них следует выделить блестящего юриста, социолога, известного общественного деятеля М.М. Ковалевского (1851-1916), впоследствии

посвятившего ряд капитальных трудов обычному праву народов Кавказа.

В.Ф. Миллер привлек к работе в Этнографическом отделе ведущих московских исследователей разных специальностей.

Ученый возбудил интерес к этнографии во всей России, в самых отдаленных ее уголках, и сделал это так, что «... под флагом этнографии объединилась русская, точнее, российская (А.А.), провинция и принесла свою обильную дань науке» [6].

Доклады, представлявшиеся в Этнографический отдел, как правило, основывались на материале традиционной культуры разных народов, входивших в Российскую империю. Значительное место занимали кавказоведческие исследования.

Для успешной организации этнографических исследований на всей территории России В.Ф. Миллеру важно было обеспечить реализацию двух важнейших задач: подготовки и распространения программ для собирателей этнографических материалов и издания научных сочинений исследователей по этнографии разных народов России.

Потребность в издании программ назрела давно; их подготовка стала вестись сначала «на местах» — прежде всего на Кавказе [7]. В 1887 г. Этнографический отдел разослал «...бесплатно обращающимся в Отдел этнографии... "Программу для собирания этнографических сведений", составленную при Этнографическом отделе ИОЛЕАиЭ Н.А. Янчуком» [8] и «Программу для собирания сведений об юридических обычаях», составленную М.Н. Харузи-ным [9], обобщавшие опыт и поиски большого числа российских и зарубежных этнографов.

8 ИЗВЕСТИЯ СОИГСИ 2 (41) 2008

Во «Введении» к первой «Программе» подчеркивалось: «При составлении программы имелись в виду все народности, населяющие Россию (курсив мой. — А.А.), и потому пользующийся этой программой... может ограничиться теми сторонами народного быта, которые ему ближе знакомы или более доступны, и представить их в подробном, точном, бесхитростном описании, сопровождая его необходимыми пояснениями и не стесняясь литературной формой изложения» [10].

В этой «Программе» для нас особый интерес представляет раздел «Народная словесность», в котором предлагается фиксировать произведения всех традиционных жанров устной народной поэзии.

Специально следует выделить вопрос об исполнителях произведений фольклора, просьбу сообщить биографии «более замечательных» из них с указанием их репертуара и с обозначением, откуда заимствованы ими те или другие песни, сказки и т.п. Интерес вызывает предложение «указать, насколько возможно, историю распространения того или другого произведения: давно ли оно стало известно в данной местности, кем занесено и откуда, каким изменениям оно подверглось с течением времени? Как видим, более ста лет назад впервые были сформулированы актуальные и сегодня проблемы изменяемости фольклорных произведений в процессе их бытования и передачи от исполнителя к исполнителю, как и необходимость фиксации обрядов в совокупности их этнографических, фольклорных и музыкальных составляющих.

Итак, еще до создания Музыкально-этнографической комиссии в Эт-

нографическом отделе осознавалась необходимость фиксации песенных текстов в единстве слова и музыки, и это не случайно. С самого начала существования Отдела народной музыке уделялось значительное внимание: была собрана коллекция музыкальных инструментов разных народов страны, на его заседаниях выступали русские сказители И.Т. Рябинин, И.А. Федосова и др., читались доклады, посвященные русской народной музыке и музыке народов Кавказа. Члены Этнографического отдела Е.Э. Линева, А.В. Марков, музыкант А.Л. Маслов во время экспедиций записывали на фонограф русские народные песни, былины, духовные стихи, причитания и обрядовые песни.

В 1901-м же году член Этнографического отдела И.С. Тезавровский записал на фонограф песни коми-пермяков, в 1904 г. Е.Э. Линева — украинские песни. Природный кавказец и музыкант-теоретик Д.И. Аракчиев трижды побывал на Северном Кавказе и в Грузии, и на основании собранных с помощью фонографа нескольких сот песен подготовил основательное исследование грузинской народной музыки, за которое был удостоен серебряной медали [11].

С целью популяризации народной музыки Этнографический отдел, начиная с 1893 г., регулярно проводил этнографические концерты.

На концертах мелодии разных народов Кавказа (грузин, армян, лезгин, кумыков, черкесов, осетин, сванов, мингрел, гурийцев) «...исполнялись большею частью в неприкосновенном виде, без всякого сопровождения, с подлинным текстом, иногда даже на подлинных народных инструментах...» [12].

В 1901 г. была создана Музыкально-этнографическая комиссия для сбора музыкального фольклора разных народов страны «с их крайне интересным, разнообразным и трудным для изучения музыкальным творчеством»

[13]. В том же году комиссия подготовила и опубликовала в «Этнографическом обозрении» «Программу для собирания народных песен и других музыкально-этнографических материалов»

[14].

Бесспорное ее достоинство — подробная характеристика всех этапов записи произведений устного народного творчества, начиная с выбора исполнителя. Также чрезвычайно важны предписываемые «Программой» правила, согласно которым должно фиксировать фольклорный текст в полном соответствии с исполнением и учитывать все особенности местного говора и обстоятельства исполнения произведений фольклора. Особо подчеркивалась необходимость фиксировать обряды или игры в совокупности вербальных, музыкальных и этнографических составляющих. Наконец, существенное внимание уделялось выяснению и описанию выдающихся («особых») народных музыкантов, их общественного положения, их учителей и народных инструментов, на которых они играют.

Сегодняшнему фольклористу все эти правила представляются не только общепринятыми, но и само собой разумеющимися. Опубликованные более 100 лет назад, они, несомненно, были в значительной степени новаторскими для своего времени и способствовали фиксации фольклорных материалов на новом уровне.

В 1911 г. — в последний год пребывания В.Ф. Миллера в Москве — при

Этнографическом отделе была создана еще одна Комиссия — по народной словесности, которую он возглавил.

В нее вошли Вл.А. Гордлевский (товарищ председателя, а после смерти Миллера — председатель), Е.Н. Еле-онская (секретарь Комиссии), а также В.В. Богданов, П.Г. Позднеев, Б.М. и Ю.М. Соколовы, Н.С. Трубецкой, Д.Н. Ушаков, В.Н. Харузина, С.К. Шамбинаго, Н.Ф. Яковлев, Р.О. Якобсон, А.С. Якуб, Н.А. Янчук, Б.И. Ярхо — его многолетние сотрудники и ученики. Комиссия работала с 1911 по 1926 г. (с перерывом на 1917-1921 гг.), когда ее сменила фольклорная комиссия Государственной академии художественных наук. В 1912 г. была подготовлена и опубликована «Программа для собирания произведений народной словесности», ставшая образцом для многих последующих программ такого рода.

Невозможно переоценить значение «Программ», подготовленных Этнографическим отделом ИОЛЕАиЭ как серьезного руководства для собирателей материалов по этнографии и фольклору разных народов на рубеже XIX-XX вв. И совершенно закономерно, публикации фольклора разных народов России, увидевшие свет в эти годы, и сегодня являются репрезентативным источником для современных и будущих фольклористов.

В.Ф. Миллер как председатель Этнографического отдела ИОЛЕАиЭ не только привлекал к собиранию этнографических материалов и их исследованию широкий круг энтузиастов, но и взял на себя ответственность за публикацию их работ.

Единственное издание, в котором печатались этнографические материалы и исследования, поступавшие со всех концов страны — «Труды Этно-

10 ИЗВЕСТИЯ СОИГСИ 2 (41) 2008

графического отдела» — могло вместить лишь незначительную их часть, а также протоколы отдела, что было явно недостаточно. Возможность увеличить число публикаций появилась в 1885 г., когда В.Ф.Миллер принял на себя — в дополнение к обязанностям профессора Московского университета и Председателя Этнографического отдела новые — Хранителя Дашков-ского этнографического музея, который он надеялся приспособить «... к целям... систематического изучения этнографии» [15].

В годы работы в Дашковском музее В.Ф.Миллер впервые разобрал, исследовал и систематизировал его коллекции, подготовил их новую экспозицию и новый краткий «Путеводитель» по музею и приступил к изданию двух серий трудов — «Систематического описания коллекций Дашковского этнографического музея» [16] и «Сборника материалов по этнографии, издаваемого при Дашковском этнографическом музее» [17].

Ученый принялся за работу в Дашковском этнографическом музее с целью привлечь к занятиям этнографией новых энтузиастов, «...дать лицам, интересующимся этнографией, пособие к изучению внешнего быта народностей, населяющих Россию», [18] и — добавлю — самое современное пособие. Описанию каждой коллекции предпослана первая максимально полная библиография книг и статей, посвященных данному народу. Именно «Библиография» придавала традиционному, на первый взгляд, описанию музейных экспонатов высокий научный смысл. Это особо подчеркнул Н.Н. Харузин, высоко оценивший третий выпуск «Систематического описания коллекций Дашковского этнографического музея» [19].

Будет справедливо особо выделить воссозданную В.Ф.Миллером в первом выпуске этого труда историю создания Дашковского музея, а, значит, и сплочения научных сил в России для изучения культуры населяющих ее народов.

Ученый с благодарностью говорит здесь об одном из первых собирателей материалов по этнографии России В.А. Дашкове, при щедрой финансовой поддержке которого была проведена в 1867 г. Русская этнографическая выставка (ее экспонаты и составили основу музея); изданы первые тома «Трудов» Этнографического отдела; четыре выпуска «Систематического описания коллекций Дашковского этнографического музея»; три выпуска «Сборника материалов по этнографии... » и некоторые тома «Этнографического обозрения».

Но вернемся к содержанию «Систематического описания коллекций Дашковского этнографического музея». Первый его выпуск посвящен двадцати пяти народам «арктическим, урало-алтайским и семитским»; второй — «индоевропейским инородцам России» (цыганам, молдаванам, немцам-колонистам, литовцам и латышам), народам Кавказа, а также жителям Аляски, алеутам и колошам, которые прежде входили в состав населения России.

В третьем выпуске представлено славянское население страны, в четвертом — славянские народы, проживающие в Австрии и на Балканском полуострове. Этот труд В.Ф. Миллера был высоко оценен рецензентами [20].

Описание «Кавказского отделения» музея составило основную часть второго выпуска.

Его предваряет «Краткий обзор кавказских племен с указанием этни-

ческих групп, на которые они распадаются» (мингрельцев, гурийцев, грузин, хевсур, сванов, тушин, курдов, осетин, аварцев, армян, чеченцев).

Как видим, здесь представлена часть народов Северного Кавказа и Закавказья, причем незначительная, что отражает реальный состав музейных материалов по Кавказу.

Одновременно с «Систематическим описанием коллекций Дашковского музея... » В.Ф. Миллер готовил и другое издание — «Сборник материалов по этнографии, издаваемый при Дашков-ском этнографическом музее». В 18851888 гг. увидели свет три его выпуска [21].

Обратимся к их содержанию. Первый выпуск составили статьи: болгарского этнографа Б.Н. Боева «К брачному праву болгар», осетина С.В. Кокиева «Записки о быте осетин», армянина Г.А. Халатьянца «Общий очерк армянских сказок», латыша Ф.Я. Трейланда «Крестинные обряды латышей». В.Ф. Миллер напечатал три осетинских сказки и одно нартское сказание, записанное им самим и одним из его верных помощников в занятиях осетинским языком и фольклором С.А. Туккаевым.

Второй выпуск «Сборника.» содержит публикацию «Латышских народных сказок», собранных и переведенных на русский язык Ф.Я. Трейландом.

Третий выпуск интересен тем, что работы «московских студентов из инородцев» (горского еврея И.Ш. Аниси-мова, грузин А.С. Хаханова и М.И. Тке-шелова; русских ученых, собиравших материалы во время этнографических экспедиций: к лопарям, чеченцам и ингушам — Н.Н. Харузина, к удмуртам — П.М. Богаевского, к манси —

К. Носилова) — составили его значительную часть. В.И. Сизов представил для этого выпуска имеретинские сказки и поверья, записанные учениками Кутаисской гимназии.

Как видим, в процессе работы над выпусками «Сборника материалов по этнографии... » В.Ф. Миллером был накоплен серьезный опыт и привлечения к исследованию традиционной культуры разных народов России русских студентов, и подготовки целого поколения этнографов из «инородцев». Как справедливо заметил позже А. Максимов, из «Сборника материалов по этнографии... » «... впоследствии развился первый в России специальный этнографический журнал "Этнографическое обозрение"» [22].

Итак, и в «Трудах Этнографического отдела», и в выпусках «Сборника материалов по этнографии...» был опубликован значительный — и по содержанию, и по представлению разноэтни-ческих традиций и их исследователей, и по объему — материал. Но и эти издания не включали и малой части того, что было собрано в разных концах России многочисленными энтузиастами этнографических исследований и представлено в Этнографический отдел. Все более очевидной становилась потребность в периодическом издании, в котором со всей полнотой отражалось бы развитие этнографической науки в России.

Таким и стал журнал «Этнографическое обозрение», созданный В.Ф. Миллером и его сотрудниками, первая книжка которого увидела свет в Москве в 1889 г.

В заметке «От редакции» были четко сформулированы его главные задачи («Популяризация научных выводов

12 ИЗВЕСТИЯ СОИГСИ 2 (41) 2008

и разработка вопросов малоисследованных или вовсе не затронутых наукою» [23]). Был сделан также специальный акцент на стремлении редакции максимально полно представить в журнале народы, населяющие Россию, «... не устраняя ни одной живущей или жившей в ней народности» [24] (курсив мой. — А.А.).

Проблематика и размеры статьи позволяют кратко охарактеризовать здесь только публикации этнографических материалов и исследований, посвященных народам Кавказа. На страницах «Этнографического обозрения» увидели свет историко-этно-графические очерки, посвященные армянам, армянским цыганам, грузинам, осетинам и ингушам, разным народам Дагестана. Обычаи и обряды народов Северного Кавказа охарактеризованы на армянском, грузинском, материале горцев Северного Кавказа, народов Дагестана. Значительное число работ посвящено фольклору народов Кавказа — героическому эпосу, несказочной прозе аварцев, кумыков, грузин, народной музыке горцев Северного Кавказа. Но особо внимательно в журнале рецензировались труды, посвященные Кавказу, и систематически печаталась библиография кавказоведческих работ.

Сам В.Ф. Миллер оперативно откликался на труды исследователей этнографии даже самых отдаленных регионов России [25]. Естественно, что особенно внимательно В.Ф. Миллер следил за кавказоведческими исследованиями. Он публиковал в «Этнографическом обозрении» рецензии на труды крупнейших кавказоведов-лингвистов П.К. Услара и А.М. Дирра [26], археолога П.С. Уваровой [27], автора капитальных

трудов по древней истории Причерноморья В.В. Латышева [28].

В «Этнографическом обозрении» внимательно рецензировались работы, посвященные разным этапам истории Кавказа с древнейших времен до вхождения его в Россию, истории отдельных народов, проблемам археологии Кавказа, антропологии кавказских горцев.

В журнале поощрялись истори-ко-этнографические очерки о тюрках «Азербайджана», хевсурах, народах Дагестана, осетинах, ингушах, кабардинцах, караногайцах, айсорах; издания произведений фольклора грузин, армян, горцев Северного Кавказа, народов Дагестана; исследования языков малочисленных кавказских народов

— горских евреев, лаков, кюринцев.

В центре внимания рецензентов журнала постоянно были кавказские периодические издания «Сборник для описания местностей и племен Кавказа», «Терский сборник», «Записки Кавказского отдела Императорского русского географического общества» и кавказоведческие исследования зарубежных коллег. Существенно дополняли библиографический раздел «Указатели этнографических статей и заметок», посвященные разным народам России. Подробный перечень материалов по этнографии народов Кавказа, опубликованных в знаменитых тифлисских периодических изданиях — газете «Кавказ», «Закавказском вестнике», «Кавказской старине» и др.

— содержит «Указатель этнографических заметок в кавказских изданиях от начала их существования», подготовленный А.С. Хахановым [29].

В «Этнографическом обозрении» систематически публиковались отчеты об «ученых экскурсиях» членов

Этнографического отдела — А.С. Хаха-нова, Б.В. Миллера, Г.Ф. Жорданиа, А.М. Джавахова и др. — для изучения археологии, истории, религии, юридических обычаев, устной народной поэзии в среде непосредственного бытования их носителей.

Как видим, основная масса материалов по этнографии народов Кавказа, опубликованных в «Этнографическом обозрении», была собрана первыми представителями местной кавказской интеллигенции. Большинство сотрудников отдела, занимавшихся исследованием Кавказа, также были «природными кавказцами» и приезжали на свою родину с точно сформулированными научными целями. Они фиксировали огромный по объему этнографический материал и собственным примером убеждали местных кавказоведов в необходимости и в значимости их труда.

И самым вдохновляющим для кавказоведов (и столичных, и кавказских) был пример председателя Этнографического отдела В.Ф. Миллера, который во время своих кавказских экспедиций собрал бесценный материал, составивший основу его выдающихся кавказоведческих трудов.

Как и в «Трудах Этнографического отдела», в «Этнографическом обозрении» систематически печатались статьи, посвященные ушедшим из жизни ученым. Назову здесь только некрологи о кавказоведах Г.А. Джаншиева и И.Л. Бахтадзе, Г.А. Халатьянца, ираниста — исследователя языка и религии осетин Р.Р. Штакельберга, великого грузинского писателя И.Г. Чавчавадзе и знаменитого осетинского поэта К.Л. Хе-тагурова [30], беззаветного труженика кавказоведения А.С. Хаханова [31].

Статьи об активных исследователях этнографии разных народов России, в том числе Кавказа, были не только данью памяти людям, вместе с которыми Миллер и его коллеги беззаветно трудились на ниве этнографии. Они складываются в «историю российской этнографии в лицах», которой свидетельства современников придают особую достоверность.

В.Ф. Миллер возглавлял Этнографический отдел ИОЛЕАиЭ более тридцати лет. За эти годы он сумел не только возбудить интерес к изучению этнографии многочисленных народов Российской империи, но и организовать это изучение и даже придать ему, говоря современным языком, плановый характер.

Систематические занятия В.Ф. Миллера исследованием Кавказа связаны с Московским археологическим обществом, заседания которого он стал посещать почти одновременно с заседаниями Этнографического отдела ИОЛЕАиЭ. С 30 января 1875 г. Миллер — действительный член этого общества. Как его неутомимый сотрудник, а затем и председатель его Восточной комиссии В.Ф.Миллер провел все свои фольклорные и археологические экспедиции, создал собственные кавказоведческие труды, готовил будущих кавказоведов, объединял и столичных, и кавказских энтузиастов для изучения истории, археологии, этнографии, языков, фольклора народов Кавказа.

Если в Этнографическом отделе В.Ф. Миллер был (не по должности, а по сути) организатором и координатором просвещенных сил России для изучения традиционной культуры разных народов многонациональной страны,

14 ИЗВЕСТИЯ СОИГСИ 2 (41) 2008

в том числе и Кавказа, то в Московском археологическом обществе он сосредоточил внимание на организации востоковедческих исследований, во главу которых поставил изучение Кавказа.

Обращение В.Ф. Миллера к кавказоведению не было случайным.

В 80-е гг. XIX в. в ученых кругах Москвы заметно оживился интерес к Востоку (в том числе и Кавказу), чему немало способствовали работавшие в эти годы в Московском университете такие блестящие востоковеды, как Ф.Е. Корш, Ф.Ф. Фортунатов, да и сам Миллер, читавший здесь курс по истории Древнего Востока. Знаток санскрита, древне- и новоперсидского языков, он задался целью отыскать на Кавказе следы народов, участвовавших в создании и развитии его истории и культуры. Одним из таких народов оказались ираноязычные осетины, представлявшие собою «...остатки иранского племени, когда-то игравшего первенствующую роль во всемирной истории». Ученый обратился сначала к изучению их языка, а затем — истории, религиозных верований, этнографии, фольклора.

Закономерно, что В.Ф. Миллер вел кавказоведческие исследования именно в Московском археологическом обществе: здесь, как увидим дальше, исследованию Кавказа уделялось не просто особое — исключительное внимание, прежде всего его председателем графом А.С.Уваровым [32].

Самое убедительное тому свидетельство — история подготовки и проведения V археологического съезда, состоявшегося в сентябре 1881 г. в Тифлисе [33]. В период подготовки к нему начинается изучение В.Ф.Миллером Кавказа, прежде всего его ираноязыч-

ных народов — осетин и горских евре-ев-татов.

Возможно, такое внимание председателя Московского археологического общества к исследованию Осетии еще раз утвердило В.Ф. Миллера во мнении о справедливости его выбора для всесторонних исследований именно этого края, и уже в 1879 г. он отправился в свою первую поездку на Кавказ для изучения осетинского языка.

В 1879-1880 гг. В.Ф. Миллер успешно сочетал собирание, публикацию и изучение материалов по языку, истории, религии, фольклору осетин с работой в «Предварительных комитетах» по подготовке Тифлисского съезда в Москве и в Тифлисе. Он принимал активное участие в работе всех заседаний этих комитетов, предложил включить в Программу съезда ряд вопросов, связанных с изучением религиозных обрядов и языка осетин и горских евреев, ряда кавказских эпических сказаний народов Кавказа.

С 8 по 21 сентября 1881 г. в Тифлисе во дворце Наместника Кавказа работал V Археологический съезд.

В его подготовке и проведении приняли участие ведущие исследователи русской истории, этнографии, фольклора. Это граф А.С. Уваров, Д.Н. Анучин, В.Б. Антонович, Л.К. Ивановский, Д.И. Иловайский, Л.Н. Майков, Я.Я. Самоквасов, В.В. Стасов, Н.С. Трубецкой, И.В. Цветаев, а также московские и кавказские ученые, уже заявившие о себе основательными кавказоведческими трудами. Это Д.З. Бакрадзе, А.П. Берже, Е.Г. Вейденбаум, В.Н. Вырубов, А.Д. Ерицов, Л.П.Загурский, Н.К. Зейд-лиц, А.В. Комаров, Г.И. Радде, А.И. Стоянов, М.Н. Смирнов, В.Г. Тизенгаузен, Н.О. Эмин и, конечно же, В.Ф. Миллер.

На съезде обсуждались доклады, посвященные проблемам истории, археологии, языков и фольклора народов Кавказа.

Значение Тифлисского археологического съезда для развития кавказоведения на рубеже Х1Х-ХХ столетий невозможно переоценить. Подготовка к нему привлекла внимание к изучению Кавказа не только специалистов-кавказоведов; она побудила заняться фиксацией этнографических и археологических сведений тогда еще немногочисленных представителей кавказской интеллигенции, прежде всего учителей (и даже учеников) кавказских школ. Материалы по языкам, фольклору, этнографии народов Кавказа, собранные ими в самых недоступных его уголках, стали публиковаться в «Сборнике материалов для описания местностей и племен Кавказа», первый выпуск которого увидел свет в 1881 г. — в год открытия Тифлисского археологического съезда.

Активизации кавказоведческих исследований и на Северном Кавказе, и в Закавказье в значительной степени способствовали и подготовленные участниками съезда и опубликованные в его «Трудах» программы исследования археологии, языков, нумизматики, антропологии кавказских горцев [34]. Специальное внимание было отведено «Программе для собирания материала по осетинскому языку», составленной В.Ф. Миллером, который принял большое участие в издании «Трудов» съезда и опубликовал о нем подробный отчет [35].

Первое десятилетие, прошедшее после Тифлисского съезда, было особенно результативным для В.Ф. Миллера в исследовании Кавказа. Преде-

лы доклада не позволяют подробно охарактеризовать кавказоведческие труды ученого, посвященные языку, истории, религии, этнографии, фольклору народов Кавказа, прежде всего — осетин и горских евреев.

Продолжим разговор о работе ученого в Московском археологическом обществе, сотрудники которого на рубеже Х1Х-ХХ вв. занимались собиранием «вещественных» памятников на Кавказе, исследование которых в первую очередь было подчинено изучению истории, религии, древнейшей культуры, этнографии и фольклора народов Кавказа. Все ощутимее в Московском археологическом обществе становилась потребность в консолидации усилий археологов, лингвистов, этнографов, фольклористов в создании специальной Восточной комиссии, которая, в отличие от Восточного отделения Императорского общества в Петербурге, занималась бы исследованием не «зарубежного», а «российского» Востока, прежде всего — Кавказа.

24 апреля 1887 г. на заседании Археологического общества была учреждена Постоянная комиссия для исследования восточных древностей [36]. Ее председателем был выбран Ф.Е. Корш, товарищем председателя — В.Ф. Миллер, секретарем — М.В. Никольский. В Комиссию вошли ведущие российские востоковеды — профессора Московского университета и Лазаревского института восточных языков. Состав Комиссии постоянно расширялся, ее членами стали многие сотрудники Этнографического отдела.

«.Восточная комиссия, воодушевляемая в этом отношении личным примером В.Ф. Миллера, начала усердно заниматься древними языками и

16 ИЗВЕСТИЯ СОИГСИ 2 (41) 2008

литературами народностей Кавказа и привлекать к своему составу немало основательных знатоков по этой части... это была дружина, для которой В.Ф.Миллер, универсальный знаток Кавказа, был душою и образцом» [37] .

Исследования членов Восточной комиссии публиковались в специальной серии трудов Московского археологического общества «Древности восточные.», первый том которой вышел в свет в 1889 г. В 1889-1915 гг. было издано пять томов (I и II в трех выпусках, III — в двух, IV и V — в одном).

Основное место в «Древностях восточных.» заняли кавказоведческие исследования, посвященные истории, языку, фольклору, литературе, эпиграфике Армении, истории Грузии, по христианской и классической литературе Востока в грузинских переводах, эпиграфике Грузии.

Как в Этнографическом отделе ИОЛЕАиЭ и в Московском археологическом обществе, так и в Восточной комиссии В.Ф. Миллер был собирателем исследований традиционной культуры разных народов страны. Он широко привлекал к ее работе профессоров и преподавателей языков. Взаимодействие Комиссии с Лазаревским институтом стало еще более активным после того, как в 1897 г. В.Ф. Миллер одновременно принял на себя обязанности и ее председателя, и директора Лазаревского института восточных языков.

В.Ф. Миллер привлекал к работе Восточной комиссии не только преподавателей, но и студентов Лазаревского института, что было особо отмечено в его речи, произнесенной на торжественном заседании, посвященном 30-летию специальных классов, представ-

лявших собой «университетскую половину института» [38].

В.Ф. Миллер не только координировал работу московских кавказоведов, входивших в Восточную комиссию, не только заботливо готовил новое поколение кавказоведов; по его инициативе начала выходить в свет авторитетная серия «Труды по востоковедению, издаваемые Лазаревским институтом восточных языков». В ней печатались и учебные пособия для студентов Института, и научные исследования, посвященные духовной культуре народов Кавказа. Именно в этой серии увидел свет цикл работ В.Ф.Миллера, посвященных языку горских евреев — татов и татов-мусульман.

В годы работы в Лазаревском институте восточных языков В.Ф. Миллер проявил себя талантливым объединителем, в общем-то, немногочисленных в Москве кадров востоковедов (известно, что центром российского востоковедения на рубеже Х1Х-ХХ вв. был Петербург) и умелым воспитателем нового поколения исследователей Востока и Кавказа в частности. Это получило убедительное выражение в том, что в «Трудах по востоковедению...» стали публиковаться работы студентов и выпускников Специальных классов, тщательно подготовленные к изданию их наставниками [39].

Итак, В.Ф. Миллер выступал руководителем и координатором кавказоведческих исследований во всех организациях, в которых ему довелось работать: в Этнографическом отделе ИОЛЕАиЭ, в Московском археологическом обществе и его Восточной комиссии, в Дашковском этнографическом музее, в Московском университете и в Лазаревском институте восточных языков.

Этой же задаче — объединению усилий кавказоведов, работавших как в Москве, так и на Кавказе, — служили и отзывы В.Ф. Миллера на работы его коллег, посвященные истории, археологии, языкам, фольклору народов Кавказа, регулярно публиковавшиеся в разных изданиях. Но пример самого последовательного внимания этого ученого к новым исследованиям Кавказа — его систематический на протяжении 15 лет анализ выпусков знаменитого «Сборника материалов для описания местностей и племен Кавказа» — издания, которое он ценил особенно высоко.

В «Журнале Министерства народного просвещения» с 1883 по 1897 гг. были напечатаны рецензии В.Ф. Миллера на 20 выпусков этого издания [40], 21-я увидела свет на страницах журнала «Русская мысль» в год кончины ученого [41]. Все они, как правило, не только содержат аналитическую оценку археологических, исторических, этнографических, лингвистических работ, публикаций фольклорных текстов; они полны интересных замечаний, ценных сопоставлений и предложений путей дальнейшего развития кавказоведческих исследований.

Управление Кавказского учебного округа, в свою очередь, настолько высоко оценило многолетний конструктивный анализ его издания, что перепечатало рецензии В.Ф.Миллера на первые 14 выпусков «Сборника.» в своем «Циркуляре № 7 за 1893 год», а затем дважды издало их отдельной книгой [42].

Эта публикация еще больше стимулировала работу по собиранию разнообразных материалов по традиционной культуре Кавказа в самых отдаленных его уголках.

В.Ф. Миллер начал изучение Кавказа с ираноязычного народа — осетин, имея четкую программу. «Мы предполагаем издать, — писал он в предисловии к первой части "Осетинских этюдов", — ряд материалов и исследований, имеющих целью изучение языка осетин, их эпических сказаний, религиозных воззрений и их прошлого...

Осетины представляют значительный интерес для лингвиста и этнографа: первый найдет в их языке несомненные черты иранской группы индоевропейской семьи языков; второй заинтересуется ими как народом нашего, индоевропейского, рода-племени, сохранившим до наших дней свою особость и древний склад жизни среди горных трущоб Кавказа и среди других народов, чуждых ему по языку и происхождению.

Какая судьба загнала осетин в нынешние места их поселения, какое воспоминание сохранили они о своем прошлом, какие сведения сохранились о них в исторических документах, каков склад их жизни, каковы их религиозные воззрения, какое место занимает их язык в группе иранских языков, каков современный его строй, на какие наречия он распадается, каковы произведения осетинской поэзии. — вот вопросы, ... на которые мы по возможности старались дать ответ» [43].

Программа оказалась полностью выполненной на самом высоком научном уровне. В процессе изучения осетин она была значительно расширена и охватила многие стороны жизни и их ближайших соседей. В.Ф. Миллер оставил фундаментальные исследования языков, истории, этнографии, религии, фольклора не только

18 ИЗВЕСТИЯ СОИГСИ 2 (41) 2008

* * *

ираноязычных народов Северного Кавказа — осетин, горских евреев-та-тов, татов-мусульман, но и кабардинцев, балкарцев, чеченцев и ингушей и других народов Северного Кавказа и Закавказья.

Трудно переоценить значение трудов В.Ф. Миллера для последующего развития российского кавказоведения. Но не менее значительна его деятельность как «организатора и координатора» этнографических исследований на всем пространстве России, прежде всего — на Кавказе. Это наглядно подтверждает анализ деятельности В.Ф. Миллера в Императорском обществе любителей естествознания, антропологии и этнографии и в его Этнографическом отделе, в Императорском Московском археологическом обществе и его Восточной комиссии, в Дашковском этнографическом музее, в Лазаревском институте восточных языков.

Ученый много сделал для приобщения к изучению собственного народа представителей кавказских горцев. Кавказоведам хорошо известны имена помощников В.Ф. Миллера в изучении Осетии— А.Г. Гатуева, С.В. Кокиева, К.С. Гарданова, С.А. Туккаева, И.Т. Собиева, Ц. Амбалова, А.А. Кануко-ва, А. Кайтмазова, М. Гарданова — авторов ряда публикаций фольклорных текстов и исследований языка, истории, этнографии, фольклора осетин, горского еврея И.Ш. Анисимова— автора одного из первых основательных монографических описаний этого народа. В.Ф. Миллер поддерживал своими советами и помощью молодых дагестанских (даргинца Б.К. Далгата и лакца Д.Б. Бутаева), кабардинских (Т. Кашежева), балкарских (С.-А. Урус-биева) и многих других первых образованных горцев.

С другой стороны, он постоянно привлекал русских ученых к исследованию Кавказа. Здесь надо назвать в первую очередь бессменного многолетнего редактора «Сборника материалов для описания местностей и племен Кавказа» проф. Л.Г.Лопатинского, а также А.А.Грена, которого позже Миллер пригласил для чтения лекций в Лазаревском институте восточных языков, и др.

Ученый привлекал к исследованию Кавказа своих молодых коллег — он включил в свою экспедицию по Терской области в 1886 г. студента Н.Н. Харузина — автора добротных работ о чеченцах и ингушах.

В 1911 г. увлек изучением языка и фольклора адыгов своего студента Н.С. Трубецкого, собравшего значительный материал по языку и фольклору этих народов. При этом В.Ф. Миллер всегда был готов прийти на помощь своим коллегам и ученикам — не только деньгами (как мы узнаем, например, из писем к нему И.Ш. Анисимова) — но и научными материалами и даже собственными разработками: «В Миллере не я один, — вспоминал М.М. Ковалевский, — но каждый, кто обращался к нему за указаниями, мог всегда найти необыкновенно доступного руководителя в занятиях, готового поставить в его распоряжение массу фактов, кропотливо собираемых им во время долгих вечерних часов, проводимых за письменным столом» [44].

Но, пожалуй, самое главное, что В.Ф. Миллер не только привлек к изучению Кавказа конкретных людей, что само по себе очень важно, он пробудил интерес к изучению собственной истории, этнографии, фольклора, традиционной культуры, религиозных верований у представителей самых раз-

~ных народов огромной страны.

1. Липец Р.С., Макашина Т.С. Роль Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии в организации русской этнографической науки // Очерки истории русской этнографии, фольклористики и антропологии. Вып. III. М.,1965. С. 29-60. (Труды Института этнографии им. Н.Н. Миклухо-Маклая. Новая серия. Т. 91).

2. Миллер В.Ф. Вступительное слово при открытии подсекции этнографии на XII съезде естествоиспытателей и врачей // ЭО. 1913. Кн. 83. № 4. С. 5.

3. Богданов Вл. Из воспоминаний о В.Ф.Миллере // ЭО. 1913. Кн. 98-99. № 3-4. С. 156.

4. Миллер В.Ф. Памяти Нила Александровича Попова // ЭО. 1892. Кн. 12. № 1. С. 1-9.

5. КовалевскийМ.М. Московский университет в конце 70-х и начале 80-х годов прошлого века (Личные воспоминания) // ВЕ. 1910. № 5. С. 198.

6. Богданов В. В.Ф.Миллер как председатель Этнографического отдела // ЭО. 1913. Кн. 98-99. № 3-4. С. 27.

7. Программа для собирания сведений о разных местностях Кавказа и племен, населяющих оные // СМОМПК. Тифлис, 1881. Вып. 1. С. 1-16.

8. Программа для собирания этнографических сведений, составленная при Этнографическом отделе ИОЛЕАиЭ. М., 1887.

9. Программа для собирания сведений об юридических обычаях, составленная секретарем Отдела этнографии при ИОЛЕАиЭ д.ч. Н.Н.Харузиным на основании доставленного в Отдел этнографии материала гг. Е.Н.Якушкиным, проф. М.М.Ковалевским, К.А.Шапошниковым.

10. Там же.

11. Отчет секретаря Этнографического отдела за 1892-93 годы // ЭО. 1893. Кн. 18. № 3. С. 202-205.

12. Труды Музыкально-этнографической комиссии // Изв. ИОЛЕАиЭ. Т. 113; Труды Этногр. отдела. Т. 15; Труды Музыкально-этнографической комиссии. М., 1906. Т. 1. Отд. 3. Протоколы заседаний. С. 71-77.

13. Янчук Н.А. Вступительная записка об изучении народной песни и музыки и о деятельности Московской Музыкально-этнографической комиссии // Там же. М., 1906. Т. 1. С. 7.

14. Программа для собирания народных песен и других музыкально-этнографических материалов / Под ред. Л.А.Маслова // ЭО. 1902.

15. Миллер В.Ф. Предисловие // Систематическое описание коллекций Дашковского этнографического музея. В 4 вып. М., 1887. Вып. 1. С. XIII.

16. Систематическое описание коллекций Дашковского этнографического музея. В 4 вып. М., 1887-1895.

17. Сборник материалов по этнографии: В 3 вып. / Под ред. В.Ф.Миллера. М., 1885-1888.

18. Сборник материалов по этнографии. М., 1885. Вып. 1. С. V.

19. Н.Х. [Рец. на: Миллер В.Ф. Систематическое описание коллекций Дашковского этнографического музея. Вып. 3. М., 1893] // ЭО. 1894. Кн. 20.

20 ИЗВЕСТИЯ СОИГСИ 2 (41) 2008

№ 1. С. 140-142.

20. Н.Х. [Рец. на: Миллер В.Ф. Систематическое описание коллекций Дашковского этнографического музея. Вып. 3. М., 1893] // ЭО. 1894. Кн. 20. № 1. С. 140-142; Сперанский М. [Рец. на: Миллер В.Ф. Систематическое описание коллекций Дашковского этнографического музея. Вып. 4. М., 1895].

21. Сборник материалов по этнографии: В 3 вып. / Под ред. В.Ф.Миллера. М., 1885-1888. Первый выпуск «Сборника» получил высокую оценку академика К.Г.Залемана: К.З. [Рец. на: Сборник материалов по этнографии, изд. при Дашковском этнографическом музее] // Записки Восточного отделения Императорского русского археологического общества. 1886. Т. 1. СПб., 1887. С. 35-37.

22. Максимов А.Н. В.Ф.Миллер // ЭО. 1913. Кн. 98-99. № 3-4. С. 151.

23. От редакции // ЭО. 1889. Кн. 1. С. 1.

24. Там же.

25. Миллер В.Ф. [Рец. на: Труды Якутской экспедиции, снаряженной на средства И.М. Сибирякова. Отд. 2. Т. 3. Ч. 2. Вып. 2. Грамматика якутского языка / С.В. Ястремский. Иркутск, 1900] // ЭО. 1901. Кн. 49. № 2. С. 168-169; Он же. [Рец. на: Хангалов М.Н. Балаганский сборник. Томск, 1903] // ЭО. 1904. Кн. 62. № 3. С. 94-97.

26. Миллер В.Ф. [Рец. на: Этнография Кавказа. Языкознание. Ч. 4: Лакский язык / П.К.Услар. Тифлис, 1890] // ЭО. 1890. Кн. 7. № 4. С. 216-217; Он же. [Рец. на: Этнография Кавказа. Языкознание. Ч. 6: Кюринский язык / П.К.Услар. Тифлис, 1896] // ЭО. 1896. Кн. 29-30, № 2-3. С. 278-279; Он же. [Рец. на: Дирр A.M. Грамматика удинского языка. Тифлис, 1903] // ЭО. 1904. Кн. 62. № 3. С. 82-84.

27. Миллер В.Ф. [Рец. на: Уварова П.С. Кавказ: путевые заметки. Ч. 3. М., 1904] // ЭО. 1904. Кн. 62. № 3. С. 89-93; Он же. [Рец. на: Материалы по археологии Кавказа. Вып. 8: Уварова П.С. Могильники Северного Кавказа. М., 1900] // ЭО. 1901. Кн. 48. № 1. С. 169-171.

28. Миллер В.Ф. [Рец. на: Latyschev В. Inscriptiones antique orae septentrionalis Ponti Euxini graecae et latinae. Vol. 2. СПб., 1890] // ЭО. 1891. Кн. 8. № 1. С. 188193.

29. Указатель этнографических статей и заметок в кавказских изданиях от начала их существования / Сост. А.С.Хаханов // ЭО. 1892. Кн. 13-14. № 2-3. Отд. 2. С. 84-95; 1893. Кн. 16. № 1. С. 210-215; Кн. 19. С. 240244; 1894. Кн. 20. № 1. Приложение. С. 21-26; Кн. 21. № 2. Приложение. С. 27-28; 1895. Кн. 24. № 1. С. 167-168; Кн. 27. № 4. С. 193-194; 1896. Кн. 31. № 4. С. 197-198; 1899. Кн. 40-41. № 1-2. С. 375-379; 1900. Кн. 45. № 2. С. 184-185.

30. Хаханов А.С. Памяти Григория Аветовича Джаншиева и Ильи Лукича Бахтадзе // ЭО. 1900. Кн. 46. № 3. С. 115-117; Миллер В.Ф. Памяти бытописателя Грузии кн. И.Г.Чавчавадзе // ЭО. 1908. Кн. 76-77. № 1-2. С. 119-121; Он же. Барон Р.Р.Штакельберг: (некролог) // ЭО. 1907. Кн. 74. № 3. С. 150-151; Он же. К.Хетагуров: (некролог) // ЭО. 1906. Кн. 68-69. № 1-2. С. 287-288.

31. Богданов В.В. А.С.Хаханов // ЭО. 1912. Кн. 92-93. № 1-2. Джавахов А.Л.

A.С.Хаханов и его деятельность в области кавказоведения // ЭО. 1912. Кн. 94-95. № 3-4. С. 18-48.

32. Анучин Д.Н. Граф Алексей Сергеевич Уваров: биогр. очерк // Труды VI Археологического съезда в Одессе, 1884. Одесса, 1886. Т. 1. С. III —ХХ; Миллер

B.Ф. Граф Алексей Сергеевич Уваров // Изв. ИОЛЕАиЭ. Т. 48. Вып. 2. Труды Этногр. отдела. М., 1888. Кн. 8. С. 2-5; Корсаков Д.А. [А.С.Уваров] // Труды VII Археологического съезда в Ярославле, 1887. М., 1892. Т. 3. С. 30-35 и др.

33. Уварова П.С. Предисловие // Труды V Археологического съезда в Тифлисе, 1881. М., 1887. С. I.

34. Труды V Археологического съезда в Тифлисе. 1881 / Под ред. П.С.Уваровой. М., 1887. С. ХХ!Х, Х1_, Х1УШ.

35. Миллер В. Ф. Пятый Археологический съезд в Тифлисе // Рус. мысль. 1882. № 1. С. 1-20.

36. Отчет о состоянии и деятельности Имп. Моск. археол. о-ва с 14 марта 1886 г. по 27 марта 1887 г. // Древности. М., 1888. Т. 12. Вып. 2. С. 131.

37. Древности восточные. М., 1889. Т. 1. Вып. 1.

38. [Миллер В.Ф.] Речь, произнесенная директором института в торжественном собрании 24 октября 1902 г. // Тридцатилетие Специальных классов Лазаревского института восточных языков. М., 1903. С. XVI.

39. Материалы по казак-киргизскому языку / Собр. И.Лаптевым. М., 1900. С. I. (Труды по востоковедению; Вып. 2). Ашмарин Н. Очерк литературной деятельности казанских татар-мохаммедан за 1880-1895 гг. / Под ред. А.Е.Крымского. М., 1901. (Труды по востоковедению. Вып. 4).

40. Миллер В.Ф. [Рец. на] Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. Вып. 1-2. Тифлис, 1881-1882 // ЖМНП. 1883. Февраль. С. 384391; Вып. 3. Тифлис, 1883 // Там же. 1884. Октябрь. С. 340-349; Вып. 4. Тифлис, 1884 // Там же. 1885. Май. С. 83-96; Вып. 5. Тифлис, 1886 // Там же. 1886. Ноябрь.

C. 354-367; Вып. 6. Тифлис, 1888 // Там же. 1888. Октябрь. С. 332-343; Вып. 7. Тифлис, 1889 // Там же. 1889. Июнь. С. 122-132; Вып. 9. Тифлис, 1890 // Там же. 1890. Июнь. С. 363-376; Вып. 10. Тифлис, 1890 // Там же. 1890. Ноябрь. Отд. 2. С. 202-217; Вып. 12. Тифлис, 1891 // Там же. 1891. Сентябрь. С. 204-215; Вып. 13, 14. Тифлис, 1892 // Там же. 1893. Январь. С. 224-238; Вып. 15-17. Тифлис, 1893 // Там же. 1894. Январь. С. 185-207; Вып. 18-20. Тифлис, 1894 // Там же. 1895. Июль. С. 193-217; Вып. 21-22. Тифлис, 1896-1897 // Там же. 1897. Октябрь. С. 325-348.

41. Миллер В.Ф. [Рец. на: «Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа». Вып. 42. Тифлис, 1912] // Рус. мысль. 1913. № 6. С. 20-24.

42. О «Сборнике материалов для описания местностей и племен Кавказа», изд. Управлением Кавказ.учеб. округа: Отзывы проф. Всев. Миллера, напечат. в «Журнале Министерства народного просвещения». Тифлис, 1893; 2-е изд. — 1894.

43. Миллер В.Ф. Осетинские этюды. Ч. 1. М., 1881. С. 3.

44. Ковалевский М.М. Памяти Всеволода Федоровича Миллера // Там же. С. 13.

22 ИЗВЕСТИЯ СОИГСИ 2 (41) 2008