2003. 01. 051. Портяков В. Я. Экономическая реформа в Китае (19791999) / РАН. Ин-т дал. Востока. М. , 2002. 177 с

2003.01.051. ПОРТЯКОВ В .Я. ЭКОНОМИЧЕСКАЯ РЕФОРМА В КИТАЕ (1979-1999) / РАН. Ин-т Дал. Востока. - М., 2002. - 177 с.

Сотрудник Института Дальнего Востока РАН В.Я.Портяков анализирует теоретические и практические проблемы преобразова-ния хозяйственной системы КНР. В 90-е годы, пишет автор, заметно возрос интерес международного сообщества к китайской экономической реформе. Исследователи называли различные факторы, обеспечившие ее успех. В целом преобладает точка зрения, что главным фактором явился градуализм, т.е. постепенное проведение реформы, в отличие от метода «шоковой терапии», применявшегося в Восточной Европе и в странах бывшего СССР. Хотя многие западные экономисты считают, что градуализм носил вынужденный характер и отражал отсутствие единства взглядов среди китайских лидеров, автор утверждает, что он явился результатом сознательного выбора руководства КНР, учитывающего объективную ситуацию.

Концепция экономических преобразований в КНР прошла с 1979 по 1995 г. путь от классической «рационализаторской» реформы, аналогичной реформе, которая предпринималась в СССР и ряде стран Восточной Европы с середины 60-х годов, до ориентации на создание рыночной социалистической экономики. Хотя процесс создания рыночной социалистической экономики далек от завершения, можно уже говорить о создании в стране полноценной рыночной экономики. Особенностью экономической реформы в Китае является сильная роль государства, что вызвано необходимостью централизации ресурсов и контроля за социальной и демографической ситуацией. Хотя КНР не может претендовать на статус «социально ориентированной рыночной экономики», учитывая низкий уровень экономического благосостояния и социального обеспечения, социальный аспект экономической реформы делает ее более «социализированной» по сравнению с первым десятилетием реформ.

Составной частью общего процесса рыночной трансформации в КНР стала реформа отношений собственности, которая, не будучи в целом особенно радикальной, привела за последние два десятилетия к формированию многоукладной экономики. Произошло постепен-ное, но весьма существенное ослабление доминирующего положения госсектора в городской промышленности и коллективного сектора - в сельском хозяйстве. Одновременно развивалась (как в городе, так и в деревне) индивидуальная и частная экономика, появилось 300 тыс. предприятий с

участием иностранных инвестиций; были акциониро-ваны некоторые государственные и коллективные предприятия (с.55). За 1992-1996 гг. доля государственного сектора в валовой промышленной продукции страны снизилась с 51 до 28,8%, доля предприятий коллективной собственности выросла с 35,1 до 40,4%, а доля экономики необобществленных укладов - с13,4 до 30,8% (с.55).

Важным моментом считается отсутствие резких скачков в разгосударствлении промышленности. Рост негосударственного сектора происходил постепенно, за счет его более интенсивного развития, а не путем форсированного перевода государственных предприятий в негосударственные. В результате реформы отношений собственности в конце 90-х годов ведущие позиции в экономике страны сохранил за собой общественный сектор: суммарно за пять лет (1993-1997) его доля в ВВП КНР составила 65%, из них на долю государственного сектора пришелся 31, а коллективного сектора - 34% (с.57).

Центральное место в экономике Китая государственного сектора определяется его более высокой (чем в ВВП) долей в общественных инвестициях в основные фонды (59% в первой половине 90-х годов и 5253% в 1996-1997 гг.), сосредоточением в нем преобладающей части рабочих и служащих страны (73,4% в 1997 г.) и доминирующими позициями государственных предприятий в промышленности, на транспорте, городской и социальной инфраструктурах, в финансовой сфере (с.57). В 1997 г. был взят курс на радикализацию реформ в государственном секторе, так как темпы прироста промышленности в нем были ниже, чем в коллективном секторе и на предприятиях других укладов (с.59).

Коллективный сектор представлен сельским хозяйством, а также частью городской сельскохозяйственной промышленности, торговли, сферы услуг. Этот сектор испытывает большие трудности, выход из которых видится в продолжении преобразования большинства предприятий из коллективных в частные, что происходит довольно высокими темпами. В коллективной собственности остаются лишь наиболее мощные предприятия.

Заметную роль в экономике Китая играют индивидуальный и частный уклады, на долю которых в 1997 г. приходилось 10% всех занятых в стране (с.61). Основные сферы деятельности этого сектора -торговля и общественное питание, переработка, транспорт, а в деревне -строительство. Главным фактором развития этого сектора явилась

необходимость трудоустройства миллионов людей, вступающих в трудоспособный возраст и вытесняемых из государственного и коллективного секторов. В ближайшие годы роль этого сектора усилится.

Смешанный сектор (паевая и акционерная экономика) представлен в Китае 36 тыс. предприятий с совокупным объемом капитала в 590 млрд. юаней (в государственном секторе около 5 трлн. юаней). Позиции государства здесь весьма сильны: располагая 43% собственного капитала, оно контролирует 57% совокупного капитала сектора (с.62).

Предприятия с иностранными инвестициями выделены в КНР в два самостоятельных экономических уклада: предприятия с инвестициями из Гонконга, Макао и Тайваня и предприятия с собственно иностранными инвестициями. Этот сектор экономики интенсивно развивался в 90-е годы и играет ведущую роль в формировании китайского импорта и экспорта, а также в обеспечении инвестиционного процесса в стране. Предприятия с участием иностранного капитала особенно распространены в пищевой, текстильной и химической промышленности, в производстве готовой одежды, в производстве пластмассовых изделий, а также оборудования для электроники и связи, электроэнергии и транспортных средств.

Анализируя сравнительную эффективность отдельных укладов китайской экономики, автор отмечает, что все уклады имеют серьезные проблемы с эффективностью и нельзя говорить об особой эффективности какого-либо сектора. Убыточность предприятий не является прерогативой одного лишь госсектора, она в значительной степени связана с причинами, лежащими вне сферы собственности: с плохим менеджментом, неблагоприятной рыночной конъюнктурой и т.д.

Хотя задачей реформы было создание целостной рыночной системы, практически до конца 90-х годов в центре внимания руководства находились проблемы макроэкономического регули-рования (борьба с инфляцией, преобразования в налоговой, бюджетной, банковской сферах) и реформирование государственного сектора экономики. И только на рубеже 1997-1998 гг. руководство КНР признало, что емкость рынка впервые стала ключевой проблемой развития промышленности страны.

В целом в Китае к середине 90-х годов целостная система рынка в первичном виде уже сформировалась. Объем общественной розничной торговли потребительскими товарами в 1997 г. был в два раза выше, чем в 1990 г. (в сопоставимых ценах). Активно шел поиск новых форм торговли

материальными ресурсами (фьючерсная торговля продукцией сельского хозяйства, металлами и стройматериалами на товарных биржах, развитие системы оптовых рынков средств производства). Развивался рынок технических достижений. Развивается рынок ценных бумаг, активно идет торговля облигациями госзайма на вторичном рынке ценных бумаг, в 1996 г. был официально учрежден единый рынок краткосрочных кредитов (от 1 до 120 дней). В первой половине 90-х годов бурное развитие получил рынок недвижимости; однако под воздействием ограничений спроса в 1997 г. произошло абсолютное сокращение объема инвестиций в недвижимость (с.80).

Дальнейшее развитие и совершенствование системы рынка в Китае находится под воздействием ряда обстоятельств.

Во-первых, в стране произошло изменение макроэкономичес-кой ситуации. В 1993-1995 гг. в Китае имело место превышение совокупного общественного спроса над предложением, стимули-ровавшее инфляционные тенденции. Жесткая денежно-кредитная политика, комплекс противоинфляционных мер позволили КНР совершить так называемую "мягкую посадку", сопровождавшуюся некоторым снижением темпов экономического роста, быстрым падением уровня инфляции и сокращением разрыва между совокупным общественным спросом и предложением (с 7,3% в 1993 г. до 4,1% в 1996 г. (с.82). Однако, освободившись от инфляции и перегрева экономики, КНР оказалась перед угрозой дефляции и рецессии.

Во-вторых, произошло изменение потребительской модели населения Китая: в семейных бюджетах сокращается доля затрат на питание, товары длительного пользования, на одежду и заметно возрастает доля затрат на образование, жилье, транспорт, связь, медицину.

В-третьих, успехи в деле создания единого рынка привели к устранению бывшей изолированности локальных рынков и быстрому росту внутренней конкуренции. Конкурентная борьба между провинциями за внутренний рынок имеет наряду с положительными сторонами и отрицательные последствия: хаотичное создание дублирующих производств всех основных товаров длительного пользования; сбыт изделий по демпинговым ценам, деформация отраслевой структуры экономики страны в целом, углубление диспропорций между спросом и предложением.

Кроме того, на развитие внутреннего рынка Китая заметное влияние оказывает внешний фактор. Усиливается прямая конкуренция иностранных экономических агентов с отечествен-ными. Крупномасштабное привлечение иностранных инвестиций привело к уступке части внутреннего рынка не только совместным предприятиям, но и часто стоящими за ними ТНК. Стремление вступить во Всемирную торговую организацию (ВТО) способствовало довольно заметному снижению импортных тарифных и нетарифных ограничений, открытию для иностранного капитала ряда сегментов рынка, ранее закрытых: розничной торговли и денежно-кредитной сферы.

В основу экономической политики Китая в 1998 г. было положено стимулирование общественного спроса по всем направлениям (потребительского, инвестиционного, экспортного). Заметно мягче стала проводиться денежно-кредитная политика. Ставка обязательного резервного депонирования в ЦБ была снижена с 13 до 8%; в 1998 г. неоднократно снижались процентные ставки по кредитам и депозитам (с.86).

Система планирования в КНР за годы реформ претерпела кардинальное изменение. В середине 80-х годов резко снизилась доля директивного плана в валовой промышленной продукции, она составляла менее 16,2%, доля направляющего плана - 42,8, а рыночного регулирования - около 40% (с.91). В результате государство оказалось неспособным мобилизовать достаточно материальных ресурсов и осуществлять макроэкономический контроль в целом. На период оздоровления экономики была принята задача повысить долю директивного плана до 20%, принимались меры по приоритетному снабжению крупных предприятий ресурсами, были введены жесткие санкции за невыполнение директивных заданий.

Совершенствовалось направляющее планирование по таким важнейшие направлениям производства, как текстиль, потребительские товары длительного пользования, машины и электротехника. Несмотря на принятые меры, «плановый ареал» в экономике КНР в начале 90-х годов сократился.

В 1992 г. была поставлена задача приведения функций планирования в соответствие с требованиями «социалистической рыночной экономики». Плановые органы должны были отказаться от задач прямого управления хозяйственной деятельностью на микроуровне и заняться выработкой стратегии развития экономической политики,

регулированием макроэкономической ситуации и созданием условий для нормального функционирования рынка.

Основным рычагом макроэкономического управления являются финансы. Для эффективного их использования потребовалось совершенствование государственного бюджета и налоговой системы. Постоянный бюджетный дефицит заставил руководство КНР ввести систему «двойного бюджета» - балансируемого «постоянного» и небалансируемого «строительного». Особенностью бюджета КНР является тот факт, что постоянный бюджет сводится с положительным сальдо, остаток которого является одним из основных источников формирования строительного бюджета, т.е. государственное финансирование производственной сферы осуществляется во вторую очередь. Озабоченность руководства страны вызывает неуклонное падение реализуемой через госбюджет доли ВВП. Без учета внутренних и внешних займов доля доходов бюджета в ВВП составила 11,2% в 1994 г. и 10,7% в 1995 г., а доля расходов бюджета - соответственно 12,4 и 11,8% ВВП (с.97).

Налоговая система прошла за годы реформ в КНР два этапа. В 1985 г. было осуществлено разделение важнейшего единого торгово-промышленного налога на три самостоятельных налога: на продукцию, на добавленную стоимость и на хозяйственную деятельность; было увеличено общее количество взимаемых налогов, а изъятие части прибыли государством было заменено подоходным налогом.

В структуре внутренних доходов госбюджета (без внешних займов) доля налогов в конце 80-х - начале 90-х годов составляла более 90%, в том числе налоги по типу налога с оборота составляли 54,6%, подоходные налоги - 20, налоги на недвижимое имущество и операции с ним - около 2, таможенные сборы - 4,8 и сельскохозяйственные налоги -2,7% (с.100).

С 1994 г. налоговая реформа стала предусматривать упрощенную схему налогообложения для китайских предприятий. Налоги, за исключением сельскохозяйственного и таможенных пошлин, насчитывают 18 видов, сведенных в 6 крупных групп: налог на хозяйственную деятельность, на добавленную стоимость, на добычу полезных ископаемых, потребительский (по 11 товарным позициям) и налог на добавленную стоимость на землю (имеется в виду налогообложение операций по купле-продаже права пользования землей). Центр тяжести налоговых сборов перенесен с подоходного налога с

предприятий на другие виды налогов, что должно облегчить налоговое бремя предприятий (по оценке, совокупная доля налогов в прибыли предприятий составит 46% по сравнению с прежним показателем в 75%) (с.101).

Налоговая реформа, начавшаяся в 1994 г., имеет целью изменить существующее соотношение бюджетных доходов центральных и местных органов власти (40:60) на противоположное, обеспечить местным властям устойчивые доходы. В целом, пишет автор, первые итоги налоговой реформы можно оценить как положительные. Однако наряду с традиционной проблемой уклонения от уплаты налогов, возникла новая: массовая подделка квитанций об уплате налога на добавленную стоимость.

Стремление КНР вступить в члены ВТО привело к снижению импортных таможенных пошлин. В 1994 г. КНР объявила о снижении импортных таможенных пошлин по 2896 позициям (в среднем с 39,9 до 36,4%) (с.102). Политика снижения импортных таможенных пошлин была продолжена и в последующие годы: с 1 апреля 1996 г. их средняя величина снизилась с 35,9 до 23%. Одновременно были понижены ставки возврата уплаченных налогов в случае экспорта товаров (в среднем на 8,3%) (с.102).

В начале 1994 г. была проведена также реформа валютного курса: был введен единый курс юаня, ежедневно объявляемый Центральным банком (ЦБ) в соответствии с курсом сделок на межбанковском валютном рынке в предыдущий день. Одновременно было объявлено о прекращении эмиссии валютных сертификатов и постепенном изъятии их из обращения, о запрете на обращение в Китае иностранной валюты, об отмене системы валютных отчислений для экспортеров. Реформа валютного курса явилась новым шагом к достижению полной конвертируемости юаня. В 1996 г. было принято официальное Положение КНР об управлении валютными средствами, что способствовало совершенствованию макроконтроля за международным платежным балансом КНР, сокращению утечки валюты из страны.

Что касается реформирования денежно-кредитной системы, то, несмотря на крайнюю осторожность, правительством в этой области был предпринят ряд существенных шагов: в 1995 г. был закреплен и упрочен статус ЦБ как руководящего института денежно-кредитной сферы; в 1994 г. были учреждены так называемые «политические» банки - Банк развития, Банк развития сельского хозяйства, Экспортно-импортный

банк; ускорен переход крупнейших специализированных банков Китая (Банка Китая, Стройбанка, Торгово-промышленного банка и Сельхозбанка) на коммерческие принципы деятельности; расширен допуск на китайский рынок иностранных финансовых институтов и т.д.

В обобщенном виде сформировавшаяся в КНР в 80-90-х годы модель экономического развития, по мнению автора, имеет следующие особенности: быстрый экономический рост в результате модернизации страны и преодоления исторического отставания от развитых государств мира по уровню развития производительных сил, социальным и научно-техническим показателям; преимуще-ственно экстенсивный (капитало-емкий) тип экономического роста; аномальная цикличность развития с чередованием фаз быстрого роста и последующего «урегулирования»; целостный структурный набор отраслей народного хозяйства с высокой долей трудоемких и инфраструктурных отраслей; ярко выраженный несбалансированный характер развития в отраслевом и территориальном разрезе; растущее взаимодействие национальной экономики с мировым хозяйством, носящее в то же время ограниченный и регулируемый характер; выраженная необходимость перехода к интенсивному типу экономического роста, вызванная ресурсными, экологическими и спросовыми ограничениями экономического развития; постепенный переход к главенству рыночных принципов хозяйствования, соотнесение темпов рыночных преобразо-ваний с общей социалистической ориентацией общественного развития страны; формирование многоукладной структуры экономики; поддер-жание сильной макрорегулирующей роли государства при переходе от прямых административных к косвенным экономическим методам регулирования народного хозяйства, трансформация его экономических функций, снижение его роли в перераспределитель-ных процессах; противоречивый характер социальной политики, вызванный желанием совместить социалистические принципы социальной справедливости с рыночными принципами функционирования экономики.

Модель социально-экономического развития Китая в 80-90-х годах во многом напоминает модель развития восточноазиатских стран (особенно Тайваня и Южной Кореи) в 70-80-х годы, хотя и имеет определенные отличия, вызванные огромной численностью населения и масштабами экономики, большой ролью внутреннего рынка и внутренних источников развития и другими обстоятельствами.

«Китайская модель» является моделью «догоняющего развития», поскольку страна вынуждена решать задачи, уже решенные другими

странами. В то же время сохранение Китаем собственной системы ценностей, и прежде всего дополнение задачи модернизации производительных сил задачей строительства высокоразвитой духовной культуры, выгодно отличает «китайскую модель» от моделей других стран, также осуществляющих рыночную перестройку.

Н.Н.Иванова