Кластеризация российской экономики в условиях инновационного развития

Финансовый мониторинг

основы управления риском вовлечения банка в процессы легализации

преступных доходов

А. Б. БАСС, кандидат экономических наук, доцент кафедры денег, кредита и ценных бумаг Е-mail: abass47@rambler.ru

М. В. КАРАТАЕВ, аспирант кафедры денег, кредита и ценных бумаг

Е-mail: karataev@vtb.ru Всероссийский заочный финансово-экономический институт

В статье рассматриваются вопросы управления риском вовлечения российских банков в процессы легализации доходов, полученных преступным путем. Дана оценка роли данного риска в общей структуре банковских рисков, раскрыты особенности проявления его последствий. Разработаны предложения по формированию в российских банках эффективного механизма управления риском вовлечения в процессы легализации преступных доходов.

Ключевые слова: банк, риск, классификация, отмывание, доходы, преступный путь, модель, управление.

В отличие от большинства современных систем управления рисками, эволюционно и относительно независимо в течение длительного времени развивавшихся в банковских системах отдельных стран, необходимость управления риском вовлечения банков в процессы легализации доходов, полученных преступным путем, возникла относительно недавно как ответ на осознанные банковским сообществом новые угрозы. В настоящее время отечественные банки, участвующие в международном сотрудничестве, становятся объектами пристального контроля не только со стороны российских финансовых властей, но и иностранных банков-корреспондентов, зарубежных финансовых разведок, наднациональных организаций и объединений. Таким образом, они уже

не могут игнорировать современные требования, которые иностранные контрагенты предъявляют к репутации своих деловых партнеров.

Риск вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов является новой категорией для отечественной банковской системы, у которой отсутствует опыт регулирования и управления подобными процессами, что порождает множество проблем. В настоящей статье будет дана оценка места риска вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов в общей структуре банковских рисков, раскрыты особенности проявления последствий данного риска и рассмотрены основные элементы процесса управления риском вовлечения российского коммерческого банка в процессы отмывания денег.

Осознавая угрозу национальным интересам и сложность выявления отмытых через международную финансовую систему денег, развитые государства в конце XX в. пришли к выводу о необходимости выработки коллективных мер борьбы с данным явлением. Следствием стали не только создание в каждой стране национальных органов финансовой разведки и криминализация процесса отмывания денег, но и разработка механизмов наднационального регулирования предотвращения использования финансовой сферы в целях лега-

Рис. 1. Классификация финансовых последствий риска вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов

лизации преступных доходов. Большинство стран признало преступлением сам процесс отмывания денег и законодательно закрепило ответственность экономических субъектов за участие в операциях по легализации преступных доходов.

Итак, риск вовлечения банка в процессы легализации доходов, полученных преступным путем, представляет собой риск возникновения у кредитной организации убытков в результате вовлечения в процессы придания правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами, полученными в результате совершения преступления, через оказание услуг клиентам с непрозрачной структурой собственности и/или неясными источниками происхождения капитала. Последствия возникающих рисков для банка могут быть различными: от ущерба деловой репутации и уплаты штрафов государству до отзыва лицензии на осуществление банковских операций. Общая классификация последствий риска вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов представлена на рис. 1.

Структурной особенностью проявления риска вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов является реализация его последствий через другие банковские риски. Являясь по сути своей отдельным риском банковской деятельности, возникающим при оказании услуг клиентам с неп-

розрачной структурой собственности и/или неясными источниками происхождения капитала, риск вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов проявляется через возникновение и реализацию других видов банковских рисков. В связи с этим риск вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов можно условно назвать риском второго порядка или сложным риском, который проявляется через реализацию рисков первого порядка или простых рисков.

Эффективность организации управления рисками во многом определяется их классификацией. Научно обоснованная классификация банковских рисков позволяет четко определить место конкретного риска в их общей системе, что дает возможность эффективно применять соответствующие методы и приемы управления данным риском. В целях разработки эффективных механизмов управления риском вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов рассмотрим место данного риска в общей структуре банковских рисков.

В современной экономической литературе встречается большое количество различных подходов к классификации банковских рисков. Отечественными и зарубежными исследователями предлагаются различные признаки, которые могут быть положены в основу классификации банковских рисков. К таким признакам относятся:

— сфера влияния и факторы возникновения банковского риска;

— вид отношения к внутренней и внешней среде и источники возникновения;

— характер рискового объекта (вид деятельности, отдельная операция или банковская деятельность в целом);

— специфика клиентской базы банка;

— особенности учета риска;

— характер распределения риска по времени;

— метод расчета риска;

— степень (объем) банковского риска;

— возможность управления банковским риском.

Возьмем за основу классификацию банковских рисков, предложенную в письме Банка России от 23.06.2004 № 70-Т «О типичных банковских рисках». В соответствии с данной классификацией к типичным банковскими рисками относятся:

1) кредитный риск — риск возникновения у кредитной организации убытков вследствие неисполнения, несвоевременного либо неполного исполнения должником финансовых обязательств перед кредитной организацией в соответствии с условиями договора;

2) страновой риск (включая риск неперевода средств) — риск возникновения убытков в результате неисполнения иностранными контрагентами обязательств из-за экономических, политических, социальных изменений, а также вследствие того, что валюта денежного обязательства может быть недоступна контрагенту из-за особенностей национального законодательства;

3) рыночный риск — риск возникновения убытков вследствие неблагоприятного изменения рыночной стоимости финансовых инструментов торгового портфеля и производных финансовых инструментов кредитной организации, а также курсов иностранных валют и/или драгоценных металлов. Рыночный риск включает:

а) фондовый риск — риск убытков вследствие неблагоприятного изменения рыночных цен на фондовые ценности торгового портфеля и производные финансовые инструменты под влиянием факторов, связанных как с эмитентом фондовых ценностей и производных финансовых инструментов, так и общими колебаниями рыночных цен на финансовые инструменты;

б) валютный риск — риск убытков вследствие неблагоприятного изменения курсов иностранных валют и/или драгоценных металлов по открытым кредитной организацией позициям в иностранных валютах и/или драгоценных металлах;

в) процентный риск — риск возникновения финансовых потерь (убытков) вследствие неблагоприятного изменения процентных ставок по активам, пассивам и внебалансовым инструментам кредитной организации;

4) риск ликвидности — риск убытков вследствие неспособности кредитной организации своевременно обеспечить исполнение своих обязательств в полном объеме;

5) операционный риск — риск возникновения убытков в результате несоответствия характеру и масштабам деятельности кредитной организации и/или требованиям действующего законодательства внутренних порядков и процедур проведения банковских операций и других сделок, их нарушения служащими кредитной организации и/или иными лицами, несоразмерности (недостаточности) функциональных возможностей (характеристик) применяемых кредитной организацией информационных, технологических и других систем и/или их отказов (нарушений функционирования), а также в результате воздействия внешних событий;

6) правовой риск — риск возникновения убытков вследствие несоблюдения кредитной организацией требований нормативных правовых актов и заключенных договоров, допускаемых правовых ошибок при осуществлении деятельности, несовершенства правовой системы страны, нарушения контрагентами нормативных правовых актов, а также условий заключенных договоров;

7) риск потери деловой репутации кредитной организации (репутационный риск) — риск возникновения у кредитной организации убытков в результате уменьшения числа клиентов (контрагентов) вследствие формирования в обществе негативного представления о финансовой устойчивости кредитной организации, качестве оказываемых ею услуг или характере деятельности в целом;

8) стратегический риск — риск возникновения у кредитной организации убытков в результате ошибок (недостатков), допущенных при принятии решений, определяющих стратегию деятельности и развития кредитной организации (стратегическое управление), и выражающихся в неучете или недостаточном учете возможных опасностей, которые могут угрожать деятельности кредитной организации, неправильном или недостаточно обоснованном определении перспективных направлений деятельности, в которых кредитная организация может достичь преимущества перед конкурентами, отсутствии или обеспечении в неполном объеме необходимых ресурсов (финансовых, материально-технических, людских) и организационных мер (управленческих решений), которые должны обеспечить достижение стратегических целей деятельности кредитной организации [2].

Использование данной классификации имеет целью не столько перечисление всех видов существующих банковских рисков, сколько создание определенной системы, позволяющей банкам при определении совокупного размера рисков своей

деятельности не упустить отдельные компоненты проявления риска вовлечения в процессы легализации преступных доходов. Для характеристики места риска вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов в общей структуре банковских рисков предлагается следующая графическая интерпретация классификации банковских рисков (рис. 2).

По степени возможного ущерба риск вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов можно определить как полный или максимальный. Так как в случае его реализации существует не только риск, влекущий упущенные возможности, но и угроза потери части прибыли, убытков, а также угроза дальнейшему существованию банка в связи с отзывом лицензии на осуществление банковских операций. По характеру отношения к внутренней и внешней среде банка риск вовлечения в процессы легализации преступных доходов является смешанным. Он зависит от внешних условий функционирования банка (структуры клиентской базы, географии деятельности, экономической конъюнктуры и законодательных особенностей) и от внутренних факторов (деловая активность руководства банка, выбор правильной стратегии и тактики банка, система организации внутреннего контроля, качество подготовки персонала и т. д.). Источником возникновения риска является банковская деятельность в целом. Однако уровень риска варьируется в зависимости от видов деятельности и отдельных операций клиентов. Характеризуя специфику клиентской базы, риск меняется по отраслям экономики, а также в зависимости от размеров и структуры собственности клиентов банка. По характеру распределения риска во времени рассматриваемый риск можно оценить

Рис. 2. Классификация банковских рисков

как постоянный, по вероятности наступления — как умеренный. По методу расчета данный риск относится к частным, так как рассчитывается на основании создания шкалы коэффициентов риска и взвешивании риска по определенным банковским операциям, клиентам и направлениям деятельности. В силу специфики источника возникновения по возможности управления риск вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов является частично регулируемым. Перечисленные характеристики риска вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов не являются исчерпывающимися и будут дополнены.

Проблема повышения эффективности управления риском вовлечения банков в процессы легализации преступных доходов является в настоящее время крайне актуальной еще и потому, что острота проблемы отмывания денег в условиях кризиса многократно возрастает. В условиях острой нехватки средств в банковском секторе это предъявляет новые критерии к функционированию системы внутреннего контроля в целях противодействия легализации преступных доходов коммерческого банка.

Банковская практика выработала относительно эффективные механизмы управления риском ликвидности, кредитным и рыночным риском. Но риск вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов продолжает либо недооцениваться, либо управляться традиционными методами. Хотя он представляет значительный источник потенциальных потерь для банка, а его природа уникальна. Анализ современных систем внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем (далее — ПОД), существующих в российских банках, показывает, что банковским сообществом еще не выработаны единая общепризнанная концепция и стратегия управления риском вовлечения в процессы легализации преступных доходов. Отдельные элементы этой стратегии реализуются крупнейшими отечественными банками, но пока нельзя сказать, что в какой-либо из российских кредитных организаций создана надежная комплексная современная система управления данным риском.

К особенностям формирования системы управления риском вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов относится то,

что данная система должна учитывать не только узкоспециализированную информацию рассматриваемого направления, но и содержать оценку всех процессов (в том числе бизнес-процессов, вопросов обеспечения информационной безопасности и т. д.), происходящих в банке. Современная система управления риском вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов должна

строиться на основе международных стандартов и требований российского законодательства с учетом существующих особенностей функционирования мировой экономики и внутренней специализации банка. Ей необходимо не только основываться на понимании самого процесса использования клиентами банка в целях отмывания незаконно полученных доходов, но и отражать современные особенности и объективные изменения внешней среды функционирования банка.

Таким образом, система управления риском вовлечения в процессы легализации преступных доходов в коммерческом банке включает следующий набор элементов:

— создание специализированной организационной структуры по управлению рисками и выработка стратегии управления рисками;

— выявление видов риска, которым подвергается банк, ранжирование их по размеру потенциального негативного воздействия — идентификация;

— разработка методов оценки риска (выбор системы статистических и аналитических показателей, характеризующих различные виды риска) — анализ;

— расчет вероятностных значений по каждому виду риска и совокупного риска — теоретическая оценка;

— вычисление размера потенциального негативного влияния каждого отдельного вида риска на деятельность банка и возможных совокупных потерь, определение индикаторов приемлемого уровня риска — оценка результатов;

— разработка методов управления риском;

— принятие деловых решений с учетом результата анализа рисков;

— информационное обеспечение процесса управления рисками;

рис. 3. Система управления риском вовлечения банка в процессы легализации

преступных доходов

— оценка и контроль результатов [1].

Графически система управления риском вовлечения коммерческого банка в процессы легализации преступных доходов представлена на рис. 3.

Рассмотрим элементы данной системы более подробно.

I. Вопросы создания универсальной организационной структуры по управлению рисками достаточно подробно рассмотрены в международных документах (в частности, в документах Базельского комитета по банковскому надзору от 13.04.2005 (Compliance and the compliance function in banks), а также письмах Банка России (например, письма Банка России от 24.05.2005 № 76-Т, от 23.06.2004 № 70-Т и т. д.). Ответственность за организацию системы внутреннего контроля в целях ПОД и системы управления риском вовлечения банка в указанные процессы лежит на руководителе/совете директоров кредитной организации. При этом залогом эффективности функционирования такой системы является независимость данного направления от других направлений деятельности банка и обеспеченность необходимыми средствами.

II. Подразделением внутреннего контроля в целях ПОД разрабатывается стратегия управления риском вовлечения банка в процессы легализации доходов, полученных преступным путем. В общем виде эта стратегия включает набор правил, на основе которых принимаются решения и способы выбора варианта этих решений. На основе данного подхода можно выделить три условных вида рисковых стратегий российских банков.

1. Стратегия, толерантная к риску, предполагает предрасположенность банковского менеджмента к выбору в соотношении конкурирующих характеристик — риска и доходности, операций с высокой нормой прибыли и, соответственно,

высокой степенью риска. О реализации данной стратегии можно говорить в случае, когда банк в целях улучшения собственных показателей сознательно принимает решение о проведении операций клиента, имея при этом достаточно оснований полагать, что реальной целью их проведения может быть легализация доходов, полученных преступным путем.

2. Стратегия умеренного принятия риска проявляется в ситуации, когда высший менеджмент использует принцип «оптимального» соотношения между риском и доходностью операций. В данном случае банк предпочитает отказывать клиентам в проведении высокорискованных операций в особо крупных размерах, что позволяет ему контролировать риск вовлечения в наиболее типичные схемы отмывания преступных капиталов. Но, одновременно, банк в полной мере реализует на практике принцип презумпции невиновности, трактуя все спорные ситуации в пользу клиента. Это часто позволяет получать дополнительный доход от проведения не до конца «прозрачных» операций, которые, тем не менее, осуществляются в рамках действующего российского законодательства.

3. Стратегия локализации риска отражает стремление банка к ограничению количества и объемов операций клиентов, которые относятся к повышенному уровню риска и могут быть использованы в целях легализации преступных доходов. В случае необходимости проведения подобных операций банк предпринимает все доступные меры по минимизации возможных негативных последствий реализации риска вовлечения в процессы отмывания денег.

Высшее руководство банка несет ответственность за утверждение и периодический пересмотр стратегии управления риском вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов, политики банка в данной области, а также правил внутреннего контроля в целях ПОД. Данные документы должны быть доведены до сведения уполномоченных лиц, а сотрудники обязаны понимать и четко реализовывать на практике их положения.

Каждый банк самостоятельно разрабатывает собственную стратегию, политику и правила внутреннего контроля в целях ПОД. В них, наряду с нормативными документами международных и национальных регуляторов, должны учитываться экономические, политические, географические, организационно-правовые и другие факторы, оказывающие влияние на его деятельность.

III. Политика банка по управлению риском

вовлечения в процессы легализации доходов, полученных преступным путем, должна предусматривать разработку механизмов реализации рисковых стратегий путем мониторинга открытых рисковых позиций и управления негативными отклонениями в траектории их прохождения. К таким механизмам относятся методики оценки риска вовлечения банка в процессы отмывания доходов и методики оценки заинтересованности банка в отношениях с клиентом с учетом риска вовлечения в процессы легализации, а также политика банка по работе с клиентами, отнесенными к группе высокого риска вовлечения в процессы отмывания денег.

Для предотвращения вовлечения банка в процессы легализации доходов, полученных преступным путем, и недопущения установления искусственных ограничений получения банком дохода от обслуживания клиента подход, основанный на оценке риска, должен учитывать, что угроза отмывания доходов различна в зависимости от категории клиента, используемых им банковских продуктов/ услуг и способов их предоставления. Например, риск банка быть вовлеченным в процессы отмывания денег при проведении операций клиента по переводу денежных средств в форме авансовых платежей в пользу нерезидентов, зарегистрированных на Кипре, по договорам об импорте товаров на условиях коммерческого кредитования (операции по формальному признаку относятся к разряду сомнительных в соответствии с письмом Банка России от 13.03.2008 № 24-Т «О повышении эффективности работы по предотвращению сомнительных операций») минимален, в случае если они проводятся клиентом банка — госкорпорацией, операции которой санкционируются и контролируются Правительством РФ. В то же время при проведении аналогичных операций клиентом банка, имеющим признаки фирмы-однодневки, риск достигает критических величин. В связи с этим руководству банка необходимо определить максимальный уровень риска, который банк может взять на себя, обслуживая клиента (границу терпимости к риску или индекс допускаемого/принимаемого риска), и зафиксировать его в стратегии банка по управлению рисками, соответствующей политике и правилам внутреннего контроля.

Разработанный банком подход должен давать руководству банка возможность проводить дифференцированную политику в отношении клиентов таким образом, чтобы принимаемые банком от обслуживания клиентов риски соответствовали реальным рискам от их деятельности и соотноси-

лись с доходами от оказания последним банковских услуг. Использование основанной на риске методики оценки клиентов должно способствовать построению менее затратной системы внутреннего контроля в целях ПОД.

IV. После завершения процедуры оценки риска вовлечения банка в процессы легализации доходов, полученных преступным путем, перед руководством банка ставится вопрос об избрании эффективных методов управления принимаемым риском. Всю совокупность методов управления риском вовлечения банка в процессы отмывания преступных доходов можно разделить на две группы: административные и экономические.

В российской практике следует выделить три основные модели использования банками административных методов управления рассматриваемым риском.

1. Внутренними нормативными документами банка предусматривается обязательное сообщение в Федеральную службу по финансовому мониторингу (Росфинмониторинг) обо всех операциях, превышающих определенную сумму. Для каждого вида банковских операций внутренними документами устанавливается «пороговая сумма». По операциям, сумма которых превышает данный порог, автоматически направляется информация в уполномоченный орган. Система идеальна для автоматизированной обработки данных и позволяет минимизировать затраты на содержание данного направления. В настоящее время такой подход на практике характерен для многих мелких банков.

2. Система контроля, предусматривающая запрет на проведение операций, имеющих признаки подозрительных, минуя согласование с подразделением внутреннего контроля в целях ПОД. Внутренними документами банка запрещается проведение операций, имеющих признаки подозрительных, без получения разрешительной резолюции подразделения внутреннего контроля в целях ПОД.

3. Система внутреннего контроля в целях ПОД, сочетающая в определенной пропорции элементы, характерные для систем первого и второго вида.

К числу административных методов управления риском вовлечения банка в процессы отмывания денег можно отнести метод трансферта (передачи) рисков и метод избежания риска.

Избежание риска. Метод основан на отказе банка от установления договорных отношений и оказания услуг лицам, в отношении которых банк располагает информацией об их связях с представителями теневой экономики, а также имеет

достаточно оснований полагать, что целью проведения их операций является легализация доходов, полученных преступным путем.

Решение об отказе в принятии риска может быть принято как на стадии рассмотрения заявки клиента о приеме на обслуживание, так и на стадии, когда клиент уже обслуживается в банке. При этом необходимо учитывать, что в соответствии с законодательством РФ банки лишены права отказать клиенту в открытии счета или расторгнуть в одностороннем порядке действующий договор банковского счета/ вклада даже в тех случаях, когда у них есть вполне обоснованные подозрения, что целью клиента при проведении банковских операций является отмывание денег. Таким образом, в современных условиях управлять риском вовлечения в процессы легализации преступных доходов путем отказа клиентам в проведении операций/заключении договорных отношений банки могут исключительно за счет возникающего правового риска.

Данный способ воздействия на риск наиболее прост с организационной точки зрения. В общем виде он предполагает снижение потенциальных потерь путем отказа от рисковых вариантов. Но в то же время не позволяет банку получить прибыль от обслуживания клиентов, которые по формальным признакам могут быть отнесены к категории высокого риска, хотя на практике являются законопослушными участниками рынка. Таким образом, метод применим только по отношению к крупным и явным рискам и используется в большей степени руководителям консервативного типа, которые не склонны к инновациям или не уверены в квалификации своих работников.

Метод трансферта (передачи) риска. Действующее законодательство обязывает банки выявлять в деятельности клиентов операции определенного вида и направлять информацию о таких операциях в Росфинмониторинг. Банки не обладают правом отказать клиенту в проведении операции. Поэтому в целях минимизации риска может быть использован метод трансферта (передачи) риска, основу которого составляет принцип информирования уполномоченного органа обо всех операциях, формально содержащих критерии подозрительности. В ситуации отсутствия юридического права отказать клиенту в проведении подозрительной операции банк сообщает в уполномоченный орган обо всех подобных операциях, снимая с себя ответственность за действия своих клиентов.

Банк не является органом государственной власти и не имеет правовых механизмов воздейс-

твия на клиентов. Поэтому он максимально полно и своевременно информирует соответствующие структуры о подозрительных операциях клиента и просит оказать содействие в прекращении проведения клиентом подобных операций. В целях частичной передачи риска банком также могут быть направлены уточняющие запросы в банки контрагентов (плательщиков) с информацией о том, что операции их клиентов признаются подозрительными и просьбой принять соответствующие меры. Однако в данном случае банк обязан учитывать необходимость соблюдения банковской тайны.

В отличие от административных экономические методы управления рисками предусматривают разработку и реализацию политики банка, основу которой составляют механизмы экономического воздействия на уровень принимаемых рисков и нейтрализация последствий рисков путем создания резервов. Система экономических методов управления риском в банке должна включать в себя как минимум два аспекта: бюджетирование мероприятий по управлению рисками банка (содержание системы внутреннего контроля в целях ПОД) и бюджетирование самих рисковых событий (лимитирование риска и страхование).

Страхование. Сущность страхования сводится к предварительному резервированию ресурсов, которые предназначены для компенсации возможного ущерба. Цель страхования не в уменьшении вероятности возникновения рискового события, а в возмещении материального ущерба от проявления рисков. Однако страхование предполагает проведение мероприятий по снижению вероятности наступления неблагоприятных событий, т. е. совершенствование системы внутреннего контроля в целях ПОД и политики управления рисками.

В зависимости от системы страховых отношений выделяют сострахование, двойное страхование, перестрахование и самострахование. Первые три вида относятся к условной категории «внешнее страхование», так как подразумевают участие в сделке страховщика и страхователя. Использование форм внешнего страхования при управлении риском вовлечения банка в процессы легализации доходов, полученных преступным путем, представляется неприемлемым: законодательство большинства стран, в том числе и РФ, запрещает банкам раскрывать третьим лицам информацию об операциях клиентов, составляющую банковскую тайну. Самострахование — это создание страхового фонда непосредственно самим хозяйствующим субъектом. Как показывает практика, к самостра-

хованию обычно прибегают крупные банки путем создания резервных фондов, в которые с установленной периодичностью происходит отчисление средств, в зависимости от характера проведенных банком операций и их рисковой составляющей.

Лимитирование риска. Лимитирование предполагает установление лимитов на параметры проводимых операций или объемы принимаемых рисков. В настоящее время такой метод активно применяется российскими банками в целях борьбы с обналичиванием клиентами денежных средств. Например, если клиент совершает подозрительные операции по снятию крупных сумм наличных денежных средств с пластиковой карты, то банк вправе, предварительно уведомив клиента, установить лимит снятия наличных денежных средств. Также может лимитироваться риск подразделения банка (филиала, представительства), когда подразделению разрешается проводить такие операции клиентов, суммарный риск по которым не превышает порогового значения индекса допустимого риска для данного подразделения. В общем виде можно выделить следующие виды лимитов:

— структурные лимиты. Призваны поддерживать соотношение между объемами принятия риска по различным видам операций клиентов подразделения банка. Они могут устанавливаться в процентном соотношении к совокупным активам или объемам проводимых операций;

— лимиты по клиенту. Являются отражением позиции банка по вопросу о приемлемости рисков обслуживания клиента с учетом экономической целесообразности такого обслуживания. Лимиты риска по стратегическим клиентам могут быть выше, чем по клиентам, которые не приносят банку дохода или такой доход минимален. Основной целью установления подобных лимитов является ограничение проведения объема высокорисковых операций отдельными клиентами. Возможны следующие стратегии реализации политики лимитирования:

а) установление лимита предельного риска на одного клиента (или группу взаимосвязанных клиентов);

б) установление лимита предельного риска по конкретным видам операций клиента (снятие наличных, валютные переводы и пр.);

в) установление лимита предельного риска на посредника (лимит риска на банк-корреспондент).

В целях управления риском вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов также

могут быть использованы методы лимитирования средств клиента. Например, включив соответствующее условие в договор банковского счета, банк получает право в случае проведения клиентом сомнительных операций и нежелания клиента отказаться от их проведения установить норматив неснижаемого остатка по счету клиента в пропорции от объема проводимых клиентом операций, которые банк относит к категории сомнительных. Тем самым клиенту искусственно создаются экономически невыгодные условия проведения операций, что вынуждает его отказаться от их осуществления через банк;

— лимиты на исполнителя и контролера. Данный вид лимитов относится в большей степени к административным методам управления рисками и предусматривает четкую регламентацию полномочий лиц, способных принимать решение о проведении конкретного вида операций.

Также можно выделить отдельную группу методов воздействия на риск банка, которые не могут быть отнесены напрямую к категории административных или экономических. Такими методами являются обучение и подготовка персонала банка и получение государственных гарантий. Если первый метод может применяться любым банком, независимо от его размеров, то второй метод воздействия на риск доступен только ограниченному кругу банков.

Выбор конкретных методов управления рисками зависит от опыта руководителя и возможностей банка. Как показывает практика, для достижения наибольшего эффекта должен использоваться

не один, а совокупность методов, позволяющих наиболее полно воздействовать как на источник риска (обслуживание банком сомнительных клиентов), так и на управление последствиями его реализации.

V. Результаты, полученные в ходе расчетов параметров риска, в обязательном порядке должны найти отражение в конкретных действиях подразделений по работе с клиентами. Риск проведения клиентом подозрительных операций, целью которых может являться отмывание доходов, полученных преступным путем, должен оказывать непосредственное влияние на принятие управленческих решений при разработке стратегии дальнейшего сотрудничества с клиентом и определение параметров такого сотрудничества. В зависимости от принадлежности клиента к той или иной группе риска возможны разные варианты рекомендаций подразделениям банка в отношении параметров дальнейшего развития отношений с клиентом (см. таблицу).

VI. Система внутреннего контроля в целях ПОД в банке должна базироваться на соответствующей информационной политике, которая предполагает не только своевременность, надежность и доступность информации по интересующим направлениям деятельности клиентов и банка, но и строгое разграничение прав доступа к ней. Все данные, полученные в ходе идентификации и изучения клиента, должны быть занесены в электронную анкету, к которой сотрудники будут иметь постоянный доступ в оперативном режиме, что говорит о необходимости информационного обеспечения

рекомендации подразделениям банка в отношении параметров развития отношений с клиентами с учетом риска вовлечения в процессы легализации преступных доходов

Уровень риска Подход к взаимодействию с клиентом с учетом риска вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов

Очень высокий риск Строгое документационное обеспечение всех операций клиента (необходимость получения дополнительной информации в виде договоров, разъяснений, подтверждающих документов по всем операциям клиента). Отказ в проведении операций клиента без представления в банк соответствующих документов, подтверждающих правомерность операции, источников средств и т. д. Осуществление операций на условиях 100 % предоплаты, введение экономически дискриминационных тарифов (повышенный тариф за проведение операций, норматив неснижаемого остатка по счету и т. д.). Сокращение (вплоть до закрытия) лимитов на данного клиента. Тенденция к минимизации (вплоть до прекращения) бизнес-отношений с клиентом

Высокий риск Осуществление работы с клиентом на условиях, предусматривающих необходимость получения дополнительной информации

Средний риск Осуществление работы с клиентом на стандартных условиях

Низкий риск Осуществление работы с клиентом на стандартных условиях, с учетом изыскания возможностей развития дальнейших, более глубоких, отношений и представления тарифных преференций

процесса управления риском вовлечения банка в процессы отмывания денег.

VII. На последнем этапе процесса управления рассматриваемым риском банку следует определить набор параметров, которые могли бы объективно отразить фактическую реализацию подразделениями стратегии управления риском и правил внутреннего контроля в целях ПОД. Такие данные могут быть получены на основе анализа деятельности банка путем осуществления процедур внутреннего контроля и проведения независимого аудита.

В целом процесс управления риском является динамичным и непрерывным. В связи с этим банку следует обеспечить периодический пересмотр самих процедур управления рисками, возникающими в связи с использованием клиентами его счетов в целях отмывания доходов, полученных преступным путем, на предмет эффективности управления риском в соответствии с конкретной ситуацией.

Следовательно, процесс управления риском вовлечения банка в схемы легализации доходов, полученных преступным путем, может быть определен как совокупность аналитических, организационно-экономических и финансовых мероприятий, направленных на своевременное выявление, оценку, предупреждение и контроль рисковых событий, возникающих вследствие оказания услуг клиентам с непрозрачной структурой собственности и/или неясными источниками происхождения капитала, а также минимизацию возможных негативных последствий для банка.

В рамках конкретного подразделения банка управление рассматриваемым риском представляет собой совокупность системно организованных процедур по удержанию величины структурного риска подразделения в определенных границах в соответствии с общей банковской стратегией. При этом стратегия управления риском вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов основывается на научно обоснованных методах и

принципах, учтенных в нормативных документах банка, и органично вписывается в общую стратегию банка по управлению активами и пассивами. Данная стратегия должна быть тесно взаимосвязана с другими стратегиями банка в соответствии с критериями системности и комплексности.

Вопросы управления риском вовлечения банка в процессы легализации доходов, полученных преступным путем, в настоящее время вызывают повышенное внимание менеджеров кредитных организаций как неотъемлемая часть бизнес-процессов. А сам контроль становится рискориенти-рованным, встраиваясь в эти процессы. Система управления риском вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов является одной из важнейших составляющих организационного процесса функционирования современного коммерческого банка. Поэтому она должна быть интегрирована в данный процесс, иметь в своей основе научно обоснованную стратегию и тактику, нормативную базу и оперативную реализацию. При этом конечной целью управления риском является сокращение финансовых потерь банка, повышение его эффективности и обеспечение надлежащего уровня надежности. Очевидно, что в ходе дальнейшей интеграции российских банков в мировую финансовую систему значение комплексной и адекватной системы управления риском вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов будет только возрастать.

Список литературы

1. Каратаев М. В. Риск вовлечения банка в процессы легализации преступных доходов: сущность, классификация и оценка последствий // Финансы и кредит. 2009. № 31.

2. О типичных банковских рисках: письмо Банка России от 23.06.2004 № 70-Т.

ВНИМАНИЮ КРЕДИТНЫХ И СТРАХОВЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ !

Предлагаем публикацию годовой и квартальной отчетности.

Стоимость одной публикации — 6 000 рублей (НДС не облагается) за две журнальные страницы формата А4.

Тел./факс: (495) 721-85-75 www.fin-izdat.rupost@fin-izdat.ru _у

Инновационное развитие

кластеризация российской экономики в условиях инновационного развития

О. В. НИКУЛИНА, кандидат экономических наук, доцент кафедры мировой экономики Е-mail: olgafinans@mail. т

А. Ю. ТАССО, младший научный сотрудник кафедры мировой экономики Е-mail: strangani@yandex.ru Кубанский государственный университет

В статье рассматриваются особенности применения кластерного подхода при формировании национальной и региональных инновационных систем. На основе анализа исторического развития проведена аналогия между территориально-производственными комплексами и современными кластерами и представлена их сравнительная характеристика. Выявленные преимущества и недостатки процесса кластеризации позволили определить тенденции развития кластеров в национальной экономике.

Ключевые слова: кластеры, территориально-производственные комплексы, инновационное развитие.

В настоящее время в условиях глобализации экономики и ужесточения конкуренции происходят значительные изменения в развитии методов и средств повышения конкурентоспособности предприятий, отраслей, регионов и экономик отдельных стран. Сейчас очевиден технологический разрыв между Россией и развитыми странами, для преодоления которого важна ускоренная масштабная модернизация российских предприятий. В связи с этим особую актуальность для российской экономики приобретает разработка и реализация программ и проектов, направленных на повышение эффективности взаимодействия государственных органов, бизнеса и научно-исследовательских учреждений. Это в свою очередь должно привести к комплексному развитию российских регионов. Наиболее

оптимальной основой повышения эффективности инновационного развития национальной экономики является реализация кластерных стратегий.

Кластеризация рассматривается как рыночный механизм качественного преобразования региональных экономических систем. Стратегия территориального инновационного развития базируется на формировании инновационных кластеров как наиболее эффективных форм достижения высокого уровня конкурентоспособности российских регионов на основе интеграции науки, образования и производства. Несмотря на большой научный интерес к данной проблеме, в экономической литературе не сформировалось единой методологии создания инновационных кластеров как основы развития региональных инновационных систем.

Авторы задались целью обосновать возможности создания инновационного кластера в Краснодарском крае на основе реализации инновационного проекта «Формирование научно-методического обеспечения университетского бизнес-инкубатора для реализации инновационных программ Юга России», финансируемого Российским фондом фундаментальных исследований (РФФИ).

Для достижения поставленной цели необходимо:

- раскрыть особенности кластеров как экономической категории с учетом исторического развития национальной экономики;

- выявить отличительные характеристики кластеров от территориально-производственных комплексов (ТПК) для обоснования их сущностных характеристик, а также преимуществ и недостатков;

- на основе российского и зарубежного опыта обозначить основные тенденции развития кластеров в современных экономических системах;

- обосновать необходимость применения кластеризации для развития экономики региона на примере Краснодарского края с учетом использования зарубежного опыта построения кластеров;

- рассмотреть возможность применения кластеризации для реализации инновационного проекта «Формирование научно-методического обеспечения университетского бизнес-инкубатора для реализации инновационных программ Юга России»;

- разработать алгоритм создания и развития бизнес-инкубатора на базе Кубанского государственного университета (КубГУ) как необходимого элемента инновационного кластера в Краснодарском крае с учетом сформированных и потенциально возможных кластеров.

Кластеризация экономики как процесс формирования кластеров с целью повышения конкурентоспособности регионов рассматривается в экономической литературе с точки зрения концентрации деятельности экономических субъектов в географических границах территории, где созданы наиболее благоприятные условия [2]. Однако в настоящее время благодаря развитию информационных технологий и новых способов взаимодействия экономических субъектов географическая близость друг к другу поставщиков, потребителей и партнеров по исследованиям не имеет определяющего значения. Широкое распространение получили «виртуальные» кластеры, созданные на основе формирования инновационных сетей и не привязанные географически к отдельному региону. Целесообразно определить сущностные характеристики кластеризации экономики с учетом накопленного теоретического опыта и особенностей реализации кластерного подхода на практике. В экономической науке основоположником теории кластеризации считается М. Портер, который рассматривал кластер как сконцентрированные по географическому признаку группы взаимосвязанных компаний, специализированных поставщиков, поставщиков услуг, фирм в соответствующих отраслях, а также связанных с их деятельностью организаций (например, университетов, агентств

по стандартизации, торговых объединений) в определенных областях, конкурирующих, но, вместе с тем, ведущих совместную работу [4]. Как систему взаимодополняющих фирм, связанных рынком труда и совокупностью затрат в производственном или обслуживающем секторах рассматривают кластер авторы других работы [10]. Наиболее полно современной ситуации в экономике соответствует определение Ван ден Берга, который рассматривает кластер как локализованную сеть специализированных организаций, чьи процессы производства тесно связаны через обмен товарами, услугами и знаниями [11].

Аналогичной точки зрения в отношении узкой трактовки понятия «кластер» придерживаются отечественные ученые [1]. В их трудах кластер рассматривается как сеть взаимосвязанных и взаимодействующих друг с другом производственных предприятий, инфраструктурных компаний, научно-исследовательских учреждений, формирующих новые технологии и ноу-хау, рыночных институтов и потребителей. Локализация промышленного процесса позволяет авторам конкретизировать понятие регионального промышленного кластера.

Таким образом, на основе представленных основных сущностных характеристик кластера можно дать следующее определение: кластер представляет собой концентрацию предприятий на основе сетевой формы организации бизнеса с соблюдением правил сотрудничества и взаимодействия в условиях конкуренции, что способствует эффективному обмену ресурсами, технологиями, знаниями и обеспечивает высокий уровень конкурентоспособности.

Практика показывает, что наиболее высокий уровень конкурентоспособности региона достигается за счет формирования инновационных кластеров. Основным моментом в определении инновационного кластера является наличие инновационной синергии всех участников, благодаря которой обеспечивается создание, капитализация и распространение инноваций. Ключевую роль в процессе формирования инновационного кластера играет интеграционное взаимодействие предприятий науки и образования с производственными предприятиями при поддержке государственных структур. Наиболее эффективно процесс кластеризации осуществляется в регионах, которые активно создают инновационную инфраструктуру для подкрепления промышленного потенциала научно-инновационным и образовательным потенциалом. Для обоснования возможности создания

инновационного кластера на Юге России на основе создания бизнес-инкубатора КубГУ определим отличительные особенности кластеров от других форм организации экономической деятельности хозяйствующих субъектов. Кластеры обладают рядом черт, выделяющих их среди других форм совместной деятельности предприятий.

Во-первых, особенностью кластеров является уникальное сочетание кооперации, следования участников кластера одной общей стратегии с одновременной конкурентной борьбой между ними.

Во-вторых, в отличие от стратегических планов развития отдельных отраслей либо секторов экономики, которые являются достаточно разрозненными и зачастую противоречащими друг другу, стратегии кластерного развития обеспечивают сбалансированное развитие всех сфер экономики страны и ее регионов.

В-третьих, в рамках функционирующего кластера все его участники получают возможность реализовать свои инновационные цели и задачи и получить определенные выгоды от сотрудничества, то есть реализуется стратегия «win-win».

В-четвертых, кластеры в большей степени соотносятся с понятием «открытые инновации», чем другие формы производственного объединения, так как именно в кластерах инновационные процессы не изолированы в одном или нескольких предприятиях, а динамично развиваются в условиях взаимодействия между участниками кластера. Если сравнить количественные показатели инновационной активности предприятий, входящих в кластер, и «изолированных» инновационных

предприятий (рис. 1), становится очевидным превышение рассматриваемых индикаторов инновационной деятельности участников кластера над аналогичными показателями предприятий, работающих изолированно.

В-пятых, предприятия внутри кластера связаны между собой какой-либо объединяющей их деятельностью, являющейся областью их специализации, но сами кластеры могут выходить за пределы связей внутри отдельного сектора, охватывая различные отрасли.

Внимание ученых и специалистов к кластеризации экономики как инструменту повышения ее конкурентоспособности объясняется эффективностью и гибкостью кластеров, что определяется следующими их преимуществами по сравнению с другими формами организации экономической деятельности:

- значительное упрощение доступа предприятий к различным видам ресурсов;

- снижение финансовых и кредитных рисков, с одной стороны, и повышение стабильности и прогнозируемости денежных потоков — с другой;

- повышение эффективности сбыта за счет устойчивости логистических потоков между предприятиями кластера;

- снижение трансакционных издержек, которые рассматриваются как расходы на организацию бизнеса, получение информации, ведение переговоров, поиск поставщиков, заключение и оформление контрактов, обеспечение юридической защиты, выстраивание взаимоотношений как с внешними контрагентами предприятия, так и с внутренними участниками;

90 80 70 60 50 40 30 20 10 0

78

74

63

56

53

53

33

44

41

Инновационные предприятия, входящие в кластер

Изолированные инновационные предприятия

20

29

14

29

12

Создание нового Создание новой Маркетинговое Проведение Проведение

продукта или услуги технологии исследование внутренних исследований на

разработанного исследований заказ продукта

Регистрация торговых марок

Подача заявки на патенты

Рис. 1. Сравнительный анализ количественных показателей инновационной активности кластеризованных

и изолированных предприятий, % [7]

- осуществление качественного скачка в инновационном развитии предприятий, входящих в кластер. Увеличение инновационной активности участников кластера связано с тем, что кластер выступает в роли своеобразного «хранилища» знаний, навыков и опыта талантливых людей, являющихся специалистами в сфере основной деятельности кластера. Накапливаясь и концентрируясь, новые знания становятся общепринятыми и подталкивают участников к генерации новых идей и созданию новых разработок, что значительно ускоряет осуществляемые в кластере инновационные процессы;

- формирование внутри кластеров не только формальных, но и неформальных, личных взаимосвязей между его участниками, облегчающее ведение бизнеса и помогающее более эффективно координировать усилия для приспособления к постоянно меняющимся условиям внешней среды [11];

- осуществление прогнозирования и планирования инноваций на основе своевременного определения технологических тенденций;

- развитие информационных и маркетинговых связей между предприятиями кластера на основе современных технологий, формирование в рамках межрегиональной экономической интеграции не-

достающих звеньев цепочки создания стоимости, общих стандартов производства, поставок и управления, активное развитие кластерных брендов.

Важными для эффективного применения кластерных стратегий являются различные цели создания кластеров государствами, находящимися на разных этапах экономического развития. Анализ представленных на рис. 2 данных свидетельствует о том, что если для развитых и развивающихся стран основными целями кластеризации является увеличение добавленной стоимости готового продукта и объема экспорта, то для стран с переходной экономикой (к которым по международным классификациям относится Россия) приоритетами становятся поддержка инноваций и улучшение деловой среды.

Однако кластеры не являются панацеей для экономики, так как помимо преимуществ имеют ряд недостатков:

- излишняя концентрация предприятий на внутренних связях и игнорирование среды за пределами кластера могут привести к устареванию технологий и снижению их конкурентоспособности;

- замкнутость кластера может стать причиной снижения гибкости предприятий-участников;

- отсутствие конкурентов в рамках отдельного кластера «уничтожает» необходимость постоянного

Коммерциализация научных разработок Поиск источников финансирования Снижение издержек Привлечение инвестиций Улучшение деловой среды Увеличение занятости Увеличение эффективности сбыта Поддержка инноваций Увеличение экспорта Увеличение добавленной стоимости

0

10

20

30

40

50

60

70

Развитые страны;  Развивающиеся страны;  Страны с переходной экономикой

рис. 2. Основные цели кластеризации развитых, развивающихся стран и стран с переходной экономикой, % [6]

совершенствования производственного и сбытового процесса;

- уникальность каждого кластера приводит к значительному усложнению оценки эффективности его функционирования, так как отсутствует возможность для сравнения с другими кластерами;

- зависимость результатов работы всего кластера от эффективности деятельности каждого из его участников (например, если в обувном кластере предприятия, занимающиеся выделкой кожи, делают ее качественно, а швейный цех использует устаревшую технологию пошива либо не имеет квалифицированных специалистов, то готовый продукт получится некачественным независимо от эффективности работы остальных участников).

Кластеризация российской экономики не является абсолютно новым механизмом регионального развития. Его можно назвать «наследником» созданных в условиях административно-командной экономики территориально-производственных комплексов (ТПК). Формирование кластеров в национальной экономике, по сути, является «клоном» территориально-производственного подхода к размещению производительных сил в регионе. В исследованиях, посвященных ТПК как прообразу современных кластеров, в качестве основного отличия между ними называют особенности в инициативах, целях и способах их формирования в условиях плановой и рыночной экономики. В таблице представлена сравнительная характеристика кластеров и ТПК с точки зрения основ их формирования.

Одним из фундаментальных отличий между кластерами и ТПК является также образующая их система процессов. ТПК были основаны на цепочках энергопроизводственных циклов (ЭПЦ), теория которых была разработана Н. Колосовским. Под энергопроизводственным циклом понималась «совокупность производственных процессов, последовательно развертывающихся в экономическом районе СССР на основе сочетания данного вида энергии и сырья, от первичных форм добычи и облагораживания сырья и энергии и рационального использования всех компонентов сырьевых и энергетических ресурсов» [3]. Энергопроизводственные циклы классифицировались в зависимости от отрасли, в которой функционировал ТПК. Основой для выделения ЭПЦ являлось сочетание необходимых для производства природных ресурсов и энергии.

Цепочка добавленной стоимости, положенная в основу формирования кластеров, представляет собой последовательность отдельных бизнес-про-

цессов, в каждом из которых происходит приращение стоимости к незавершенному продукту. С точки зрения кластера каждое звено в ценовой цепочке представлено участником кластерного объединения, который добавляет стоимость к конечному продукту. Продукт можно считать готовым в случае, если он прошел всю систему бизнес-процессов. Модель цепочки добавленной стоимости опирается не только и не столько на наличие природных, сколько трудовых, интеллектуальных ресурсов, инновационный потенциал. Еще одним отличием ЭПЦ от цепочки добавленной стоимости является то, что в ЭПЦ критерием эффективности функционирования ТПК является минимизация производственных издержек, а в модели цепочки добавленной стоимости в качестве базы для оценки эффективности выступает несколько групп критериев, среди которых выделяют производственную, социальную, инновационную группы.

С учетом накопленного опыта формирования кластеров в отечественной и зарубежной практике можно выделить следующие тенденции их развития:

1) компании концентрируют свою деятельность на главных направлениях и делегируют полномочия по производству промежуточных продуктов и оказанию сервисных услуг другим малым и средним предприятиям [5];

2) в условиях инновационного развития экономики формируется механизм, обеспечивающий сбалансированность вклада в создаваемые кластеры со стороны государства и промышленных предприятий;

3) увеличивается количество кластеров одинаковой специализации в рамках одного региона, что усиливает конкуренцию между ними и приводит к «естественному отбору». Помимо универсальных преимуществ усиленной конкуренции для самих предприятий, данная тенденция имеет положительную сторону для государства, которое освобождается от необходимости постоянно субсидировать 1—2 неконкурентоспособных, но отраслеобразую-щих кластера;

4) наблюдается уменьшение привязанности возникающих кластеров к источникам природных ресурсов при одновременном приоритете кадрового потенциала;

5) прослеживается уникальность и «эксклюзивность» каждого кластера в различных регионах, обладающих одинаковым инновационным потенциалом, что объясняется различиями в стратегическом управлении [8, 9].

Отличия кластеров от ТПК с точки зрения основ их формирования

Параметр сравнения региональный/локальный кластер Территориально-производственный комплекс

Образующая система процессов Основан на цепочке добавленной стоимости Основан на цепочке энергопроизводственных циклов

Условия и цели создания форм организации производства Рыночная экономика (капиталистическая система) — максимизация прибыли Плановое хозяйство (социалистическая система) — минимизация издержек

Генезис Пространственное проявление рыночных сил — агломерационный эффект, использование компаниями внешних экономий на масштабах производства для повышения производительности труда Реализация на практике теоретических разработок ученых на базе технико-экономических моделей, пригодных для параметризации

Инициатива создания Формирование кластера осуществляется вокруг ядра, в качестве которого могут выступать предприятия-лидеры или объекты инновационной инфраструктуры в регионе В условиях плановой экономики инициатива принадлежала государственным органам власти, формирующим госзаказ

Формирование Рыночное, обусловленное инновационным развитием экономики Плановое, связанное с реализацией целей и задач региона

Цель формирования Рост благосостояния и конкурентоспособности региона Получение регионального эффекта от концентрации и специализации предприятий

Способ формирования Эволюционный Программный

Применение теории кластеризации к развитию региональной экономики Краснодарского края позволит обеспечить экономический рост и создать условия для формирования региональной инновационной системы. Краснодарский край является наиболее активным участником инновационной деятельности в Южном федеральном округе и обладает значительным научно-инновационным потенциалом, сосредоточенным в вузах и НИИ. Основными отраслями, формирующими валовой региональный продукт (ВРП) Краснодарского края, являются сельское хозяйство (20 % ВРП), транспортные услуги (15 %), туризм (12 %), что позволяет говорить о трех развивающихся кластерах соответствующих отраслей, а именно — агропромышленном, транспортном и санаторно-курортном.

Агропромышленный кластер Краснодарского края является одним из самых развитых в России, чему способствовали такие факторы, как благоприятное географическое положение, уникальные климатические условия, концентрация квалифицированной и одновременно относительно недорогой рабочей силы в регионе, а также наличие большого числа малых предприятий.

Географическое положение и климатические условия Краснодарского края способствовали также развитию отрасли туризма, предприятия которой в перспективе будут составлять единый санаторно-курортный кластер. Туризм выгоден не только непосредственно туристическим фирмам, но и предприятиям других отраслей, связанных с туризмом. В настоящее время в связи с предстоящей Олимпиадой-2014 в Сочи, а также с тем, что туризм

является одной из бюджетообразующих отраслей, государство начало его активную поддержку, ориентированную, прежде всего, на реализацию кластерной политики. В 2007 г. Правительством РФ принято решение о создании особой экономической зоны туристско-рекреационного типа в Краснодарском крае. В 2009 г. в Сочи была образована олимпийская транспортная дирекция, основными целями которой являются: моделирование транспортных потоков; проектирование грузопотоков и распределение нагрузки по основным маршрутам во время проведения Олимпиады. Дирекция и входящий в нее штаб дорожного движения Сочи будут оснащены системой спутниковой навигации ГЛО-НАСС, а также современными 1Т-технологиями и средствами ситуационного изображения.

Несмотря на успешное формирование и развитие перечисленных кластеров, статистические данные инновационной активности предприятий Краснодарского края отражают наличие определенных проблем, связанных с инновационной деятельностью. Анализ данных рис. 3, 4 показывает, что в 2007—2008 гг. произошло замедление роста, а затем и снижение таких показателей, как динамика затрат на технологические инновации и динамика удельного веса организаций, осуществляющих инновационную деятельность, в общей численности хозяйствующих субъектов.

Мировой опыт развития кластеризации свидетельствует о необходимости создания инновационной инфраструктуры, основными элементами которой являются технопарки, бизнес-инкубаторы, центры трансферта технологий и т. п. Одним из

1 600 000

1 400 000

1 200 000

1 000 000

800 000

600 000

400 000

200 000

0

2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008

Рис. 3. Динамика затрат на технологические инновации в 2000—2008 гг., тыс. руб. [12]

Удельный вес организаций, осуществлявших инновационную деятельность, в общем числе организаций

2000

2002

2003

2004

2005

2006

Рис. 4. Динамика удельного веса организаций, осуществляющих инновационную деятельность в 2000-2008 гг., % [12]

приоритетных направлений развития экономики Краснодарского края в настоящее время является создание бизнес-инкубатора. Для решения поставленной задачи учеными КубГУ был разработан бизнес-план, а также стратегия бизнес-инкубатора, создание которого финансируется за счет средств, предоставленных в рамках грантовых программ РФФИ. В настоящее время уже проведен конкурсный отбор инновационных проектов для размещения в бизнес-инкубаторе КубГУ.

По мнению авторов, помимо перечисленных кластеров, реализация отобранных инновационных проектов на базе бизнес-инкубатора КубГУ позволит сформировать следующие кластеры:

— биотехнологический (учеными биологического факультета КубГУ разработан проект нефте-деструктора, обладающего уникальными свойствами по сравнению с зарубежными и отечественными аналогами. Ввиду больших объемов заказов от крупных российских предприятий в перспективе в сотрудничестве с исследовательскими институтами и образовательными учреждениями предполагается

организация промышленного комплекса по производству указанного продукта);

— телекоммуникационный (учеными физико-технического факультета КуБГУ разработаны два инновационных проекта в телекоммуникационной отрасли, связанные с системами скоростной передачи данных, а также с технологиями шифрования баз данных);

— кинематографи-чески-мультипликаци-онный (профессорским составом, аспирантами и студентами художественно-графического, физико-технического и экономического факультетов предполагается создание школы-студии анимации, для чего были разработаны уникальная технология обучения и техника создания мультипликационных фильмов).

Основными функциями бизнес-инкубатора являются:

— осуществление конкурсного отбора проектов для реализации их в бизнес-инкубаторе на основе таких критериев, как новизна, актуальность, наличие сформированной команды исполнителей, окупаемость;

— регистрация предприятий;

— бесплатное предоставление в пользование отобранным предприятиям помещения, оргтехники, компьютерного оборудования;

— помощь в получении патентов, регистрации торговых марок и товарных знаков;

— проведение бесплатных финансовых, юридических и иных консультаций и тренингов для начинающих предпринимателей;

— создание и постоянное обновление заказов крупных предприятий, а также своевременное уведомление предприятий инкубатора о них;

— обеспечение старт-апов необходимой информацией о проводимых конкурсах и грантов по тематике основной деятельности создаваемых предприятий;

2007

2008

— регулярное проведение презентаций и выставок реализованных проектов, а также проектов, находящихся в стадии разработки;

— внедрение передовых разработок студентов, аспирантов и научных сотрудников Кубанского государственного университета;

— обеспечение для наиболее активных студентов Краснодарского края (в частности, КубГУ) возможности прохождения практики на предприятиях инкубатора с перспективой дальнейшего трудоустройства;

— организация и проведение конференций, «круглых столов», посвященных проблемам развития инновационного предпринимательства с последующим внедрением наиболее перспективных мер и решений, предложенных в рамках данных мероприятий.

На основе опыта создания бизнес-инубатора КубГУ нормативно-методическое обеспечение коммерциализации инновационных проектов будет развиваться и совершенствоваться с точки зрения стимулирования университетов Юга России для осуществления занятости активных студентов и аспирантов в малых инновационных предприятиях университетских инкубаторов бизнеса, развития прикладной вузовской науки и создания реального

Транспортно-логистический кластер

Агропромышленный кластер

Развивающиеся кластеры

КубГУ

Бизнес-инкубатор

Образовательные учреждения

КубГАУ

КГУКИ

ССУЗы

Техникумы

рис. 5. Инновационный кластер как надсистема: КубГАУ — Кубанский государственный аграрный университет; КГУКИ — Краснодарский государственный университет культуры и искусств; КубГТУ — Кубанский государственный технологический университет; ССУЗы — средние специальные учебные заведения

взаимодействия университетских бизнес-инкубаторов с сообществом предпринимателей, департаментами государственной власти, организация в будущем ассоциации университетских бизнес-инкубаторов. Результаты инновационных проектов станут основой для создания на базе университетов центров инновационного превосходства для развития инновационной экономики регионов Юга России. Это позволит обосновать реальные подходы к формированию инновационных региональных кластеров.

Таким образом, на основе рассмотренных существующих и потенциальных кластеров, а также четко выполняющего свои функции бизнес-инкубатора предполагается формирование инновационного кластера в Краснодарском крае, который будет являться, по сути, надсистемой комплекса кластеров в регионе, обеспечивающей сбалансированное инновационное развитие входящих кластеров и соответствующих им отраслей. Графическая иллюстрация данной надсистемы представлена на рис. 5.

Согласно представленной концепции предполагается, что ядром инновационного кластера, обеспечивающим взаимодействие всех участников инновационного процесса, в перспективе может стать бизнес-инкубатор КубГУ. Учитывая, что в

Краснодарском крае сосредоточен значительный научно-инновационный потенциал, показательными с точки зрения его экономической эффективности являются следующие факты:

— по состоянию на начало 2009 г. в Краснодарском крае насчитывалось 520 научных организаций различных организационно-правовых форм с общим числом занятых свыше 15 000 чел.;

— государственный реестр научных организаций РФ включает 135 организаций различных организационно-правовых форм, расположенных на территории края. Кроме того, научную деятельность осуществляют

Санаторно-курортный кластер

Телекоммуникационный кластер

Биотехнологический кластер

Кинематографически-мультипликационный кластер

Потенциальные кластеры

КубГТУ

Прочие учреждения

285 обществ с ограниченной ответственностью и 40 малых и прочих негосударственные научных организаций;

— анализ деятельности основных вузов края по выполнению НИОКР, в том числе в рамках хоздоговоров, показывает, что благодаря поддержке научных исследований из средств краевого бюджета

Этап 1. Обоснование необходимости создания бизнес-инкубатора

Анализ состояния экономики края, выделение приоритетных отраслей

Определение ключевых проблем обозначенных отраслей

Выбор кластерной политики в качестве инструмента решения выделенных проблем

Выделение бизнес-инкубатора в качестве основного элемента кластеризации экономики края

Этап 2. Подготовка к созданию бизнес-инкубатора

Организация группы исполнителей

Разработка бизнес-плана инкубатора, стратегии его развития, поиск помещения

Подача заявки на грант

Этап 3. Создание бизнес-инкубатора

Получение гранта как первоначального источника финансирования

Получение помещения, закупка мебели, оборудования

Оформление бизнес-инкубатора как структурного подразделения университета

Извещение заинтересованных лиц об открытии инкубатора

Этап 4. Отбор проектов для размещения, открытие предприятий

Подготовка положения о конкурсе проектов для размещения в бизнес-инкубаторе

Проведение бесплатных консультаций проектным командам

Проведение регионального конкурса инновационных проектов - «ярмарка идей»

Отбор наиболее перспективных проектов, подписание договоров на размещение в инкубаторе

Назначение кураторов проектов из числа группы бизнес-инкубатора

Этап 5. Функционирование и развитие инкубатора

Поддержка малых предприятий, проведение консультаций, учебных курсов, тренингов

Выход предприятий на рынок

Получение прибыли предприятиями, стабилизация финансовых потоков

Выход предприятий из инкубатора, участие в реализации новых проектов

Рис. 6. Методика создания и функционирования бизнес-инкубатора

на сумму 11,5 млн руб. стало возможным привлечь более 220 млн руб. из средств федерального бюджета и внебюджетных источников.

Учитывая, что коммерциализация инновационных проектов в значительной степени связана с их нормативно-методическим обеспечением и отражением их результатов в системе управления университетскими научно-инновационными бизнес-инкубаторами, авторы предложили методику создания и развития университетского бизнес-инкубатора, графически представленную на рис. 6.

Таким образом, проведенное исследование возможности формирования инновационного кластера в регионе на основе создания университетского бизнес-инкубатора позволило сформулировать следующие выводы.

1. Кластеры обладают рядом особенностей, отличающих их от простой кооперации и других форм взаимодействия предприятий, что обусловлено возможностью получения инновационной синергии, благодаря которой обеспечивается капитализация продуцируемых знаний и технологий.

2. Мировой опыт развития теории кластеризации показывает, что кластеры являются наиболее гибкими и эффективными структурами, формирующими эффективный механизм регионального развития на осно-

ве конструктивного диалога между представителями бизнеса, науки и органов государственной власти.

3. Историческое развитие национальной экономики позволяет провести аналогию между ТПК и кластерами, что свидетельствует о том, что ТПК являются прообразами современных кластеров, однако существенно отличаются от них по ряду критериев сравнения, среди которых необходимо выделить «образующую систему процессов» и «цель формирования».

4. Наиболее эффективной формой развития региональной экономической интеграции, обеспечивающей повышение конкурентоспособности экономики региона, является инновационный кластер, формирующий условия для быстрого распространения новых знаний, научных открытий и изобретений и позволяющий их преобразовать в инновации.

5. Экономика Краснодарского края обладает значительным потенциалом для создания новых и развития существующих кластерных образований. Реализация инновационного проекта «Формирование научно-методического обеспечения университетского бизнес-инкубатора для реализации инновационных проектов Юга России» в рамках аналитической ведомственной целевой программы «Развитие научного потенциала высшей школы (2009—2010 гг.)» позволит создать в Краснодарском крае университетский бизнес-инкубатор, на базе которого будет сформирован инновационный кластер.

6. Бизнес-инкубатор КубГУ является необходимым элементом создания и функционирования инновационного кластера региона как надсистемы существующих и потенциальных кластеров, формирующих региональную инновационную систему и обеспечивающих разработку и внедрение инноваций на предприятиях Краснодарского края.

7. Для эффективного функционирования бизнес-инкубатора важным является разработка

методики его развития, положенная в основу формирования инновационного кластера в регионе и используемая для тиражирования опыта КубГУ при создании ассоциации бизнес-инкубаторов Юга России.

Список литературы

1. Алексеева М. Б., Богачев В. Ф, Бойко И. В. Методология реализации кластерного подхода при формировании инновационной экономики России // Инновации. 2007. № 11. С. 84-87.

2. Бреслав Е, Голуба И. 7 нот бизнеса. М.: Эксмо. 2008.

3. Колосовский Н. Н. Теория экономического районирования. М. 1969.

4. Портер М. Конкуренция. СПб., М., К. 2003.

5. Цихан Т. В. Кластерная теория экономического развития // Теория и практика управления. 2003. № 5.

6. Innobarometer 2009: Analytical report. URL: http://www.ec.europa.eu/

7. Innobarometer on clusters role 2007. URL: http:// www.proinno-europe.eu.

8. Local partnership, clusters and sme globalization. Materials for conference for Ministers responsible for SMEs and Industry Ministers Bologna. 2000. URL: http://www. nfgm. gov. hu.

9. Making Sense ofClusters: Regional Competitiveness and Economic Development. URL: http://www. brookings.edu.

10. M. Steiner, C. Hartmann. Learning with Clusters: A case study from Upper Styria. In: Steiner M.(ed): Clusters and regional specialization — On geographi, Technology and networks, European research in regional science. 1998.

11. L. Van den Berg, E. Braun, W. van Winden. Growth Clusters in European Cities: An Integral Approach, Urban Studies. 2001.

12. URL: http://www.gks.ru.

издательским дом

ФИНАНСЫ

EКРЕДИТ

УВАЖАЕМЫЕ ЧИТАТЕЛИ !

Журналы Издательского дома «ФИНАНСЫ и КРЕДИТ» стали доступны в электронном виде в Научной Электронной Библиотеке (eLIBRARY.RU).

На сайте eLIBRARY.RU можно оформить годовую подписку на текущие и архивные выпуски журналов, приобрести отдельные номера изданий или статьи.