СИНТЕЗ МЕТОДОЛОГИИ ДЛЯ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ СОВРЕМЕННОГО ПРАВОСЛАВНОГО ПЕРЕВОДА КНИГ СВЯЩЕННОГО ПИСАНИЯ НОВОГО ЗАВЕТА (НА ПРИМЕРЕ УЖЕ ОСУЩЕСТВЛЁННЫХ НАМИ ПЕРЕВОДОВ)

ТРУДЫ И ПЕРЕВОДЫ

Научный журнал Санкт-Петербургской Духовной Академии Русской Православной Церкви

№ 1 (5) 2022

Протоиерей Аркадий Петровцев

Синтез методологии для осуществления современного православного перевода книг Священного Писания Нового Завета

УДК 271.2-246-234:811.161.1'25 DOI 10.47132/2587-7607_2022_1_43 EDN VDFKYO

Аннотация: Данная статья посвящена проблематике создания нового общецерковного православного перевода Священного Писания. Отправной точкой для создания ожидаемого всеми перевода будет являться синтез переводческой методологии, включающей в себя не только современные научные принципы и методы перевода, но и коррелирующей со Священным Преданием Церкви, чего, к сожалению, лишены многочисленные современные переводы Священного Писания, осуществлённые инославными переводчиками. Данная статья касается создания методологии перевода только новозаветных книг, т.к. осуществление перевода книг Ветхого Завета сопряжено с дополнительными текстологическими проблемами, выходящими за пределы данного исследования. Приведённый синтез методологии осуществляется не умозрительно, но на основании уже осуществлённых автором переводов книг Нового Завета.

Ключевые слова: общецерковный перевод, методология перевода Священного Писания, динамический эквивалент, функциональный эквивалент, типы адекватности перевода, первичная коммуникативная установка, герменевтика многозначности.

Об авторе: Протоиерей Аркадий Михайлович Петровцев

Настоятель храма первоверховных апостолов Петра и Павла пос. Ропша Ломоносовского района Ленинградской области. E-mail: a.petrovtsev@gmail.com

Для цитирования: Петровцев А., прот. «Синтез методологии для осуществления современного православного перевода книг Священного Писания Нового Завета (на примере уже осуществлённых нами переводов) // Труды и переводы. 2022. № 1 (5). С. 43-63.

PROCEEDINGS AND TRANSLATIONS

Scientific Journal Saint Petersburg Theological Academy Russian Orthodox Church

No. 1 (5) 2022

Archpriest Arkady Petrovtsev

Synthesis of methodology for implementation of modern Russian translation of books of the Holy Scripture of the New Testament

UDK 271.2-246-234:811.161.1'25 DOI 10.47132/2587-7607_2022_1_43 EDN VDFKYO

Abstract: This article is devoted to the problems of creating a new Church-wide Orthodox translation of the Holy Scriptures. The starting point for creating of the translation expected by everyone will be a synthesis of translation methodology, which not only includes modern scientific principles and methods of translation, but also correlates with the Sacred Tradition of the Church. Unfortunately, numerous modern translations made by non-Orthodox translators are deprived of this. This article is about creating a methodology of translation of New Testament books only, since the translation of the books of the Old Testament is fraught with additional textual problems beyond the scope of this study. Our proposed synthesis of methodology is carried out not only theoretically, but also on the basis of the translations of books of the New Testament already carried out by the author.

Keywords: Church-wide translation, methodology of Holy Scripture translation, dynamic equivalent, functional equivalent, types of translations adequacy, primary communicative attitude, the hermeneutics of ambiguity.

About the author Archpriest Arkady Mikhailovich Petrovtsev

Rector of the Church of the First Apostles Peter and Paul (the settlement Ropsha in Lomonosovky district of the Leningrad region). E-mail: a.petrovtsev@gmail.com

For citation: Petrovtsev A., archpriest. Synthesis of methodology for implementation of modern Russian translation of books of the Holy Scripture of the New Testament (on the example of already realized by us translations). Proceedings and Translations, 2022, no. 1 (5), pp. 43-63.

Введение

В наше время очевидна потребность в создании нового православного общецерковного перевода Библии на русский язык, способного заменить устаревший и неточный Синодальный перевод 1876 года. Обсуждение этого вопроса актуально и происходит на самом высоком уровне. При этом, методологии ожидаемого перевода отводится решающая роль. Вот что об этом пишет кандидат богословия Михаил Всеволодович Ковшов: «Важнейшая проблема церковной жизни Русской Православной Церкви — крайне слабое знание верующими Священного Писания, одной из причин которого является отсутствие адекватного современного перевода Библии на русский язык. В этой связи «на заседаниях Библейской группы Библейско-богословской комиссии, а также на семинаре, который был инициирован президиумом Межсоборного присутствия и организован Московской духовной академией, по итогам дискуссии было признано своевременным начать работу над созданием нового общецерковного перевода Библии на русский язык»1. Для успешной реализации столь важной цели общецерковный перевод, помимо учета данных современной библейской науки, должен базироваться на четких богословских критериях и принципах, которые гарантировали бы его догматическую адекватность»2.

Действительно, в России уже осуществлены десятки переводов Нового Завета на русский язык. Однако, ни один из этих переводов не может быть принят как общецерковный. Современные переводчики неограниченно3 используют любые инструменты (литературные, стилевые, этнокультурные) и методы перевода, что делает эти переводы субъективными, а научную ценность этих переводов невысокой. Другими словами, в методологиях, выбранных различными современными переводчиками, присутствуют (наряду с правильными методами перевода) методы и принципы ошибочные, которые не дают максимально реализоваться огромному интеллекту переводчика, заводят его в тупик собственного субъективного восприятия.

Хорошим примером такого тупика является методология переводов Андрея Сергеевича Десницкого (обзор этой методологии будет детально произведён во II главе нашей работы) — автора перевода большей части Заокской Библии. Мы ни в коем случае не пытаемся осудить уважаемого профессора. Он прямо и искренне высказывает свои убеждения. Однако, в этих убеждениях нам и видится причина неуспеха его переводов4. В интервью он говорит следующее:

— В области библеистики есть разные подходы, я не буду перечислять их всех, да и невозможно перечислить всё. Есть подход узко конфессиональный, но тогда не очень много в этом подходе библеистики. Это, допустим, апологетика. Нужно доказать, что наша церковь, я сейчас намеренно не говорю, какая, потому что этот подход абсолютно межконфессиональный, такие есть баптисты, католики... Просто мы используем приёмы, похожие внешне на научные, для того чтобы показать, что Церковь наша всегда так учила, что это правильно, что это полностью соответствует Писанию, вот и современная наука это доказывает. Большого смысла в этом подходе я не вижу. Т. е. это всё здорово, но науку тогда приплетать не надо. Это просто тогда — такая апологетическая проповедь, мы во всём правы, всё будет хорошо. А есть другой подход. Естественно, их не два, как я сказал, а больше — когда берётся текст, как некоторый памятник истории и культуры. И тогда к этому тексту нет вообще никакого пиетета, как к некоему священному тексту. И, соответственно,

1 Проект документа «Отношение Церкви к существующим разнообразным переводам библейских книг» // Патриархия. Ру: официальный сайт Русской Православной Церкви / URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/1406492.html (дата обращения: 14.10.2019).

2 Ковшов М. В. Принципы перевода Священного Писания на русский язык: святитель Филарет и современная библеистика // Научный богословский портал БогословЖТ / URL: https://bogoslov.ru/ article/5997444?ysclid=l96jctzn291 (дата обращения: 13.10.2022).

3 Неограниченно — т. е. так, как будто никогда не было никакой экзегетической традиции.

4 Мы имеем ввиду незначительный тираж Заокской Библии (10.000 экземпляров).

этот текст может быть анализирован теми же способами, которыми анализируется любой другой... Довольно часто на практике люди совмещают одно с другим, или, точнее, занимают позицию где-то посередине. Вот тут возникает много разных раскладов. Допустим, человек принадлежит к Католической Церкви. При этом он работает как профессиональный библеист, он исследует какие-то материалы, но он старается обходить темы, из которых будет явствовать, что всё не так, как учит Церковь. может получить такой результат, и исследует всё достаточно вторично. Дальше начинается довольно сложный разговор человека со своими убеждениями, со своей совестью, со своим церковным начальством — я неслучайно говорю про католиков. С одной стороны, это начальство есть, с другой стороны оно — несколько иное, чем на пространствах бывшего Советского Союза. Кто-то может уйти из Церкви, или занять в ней достаточно диссидентскую позицию. Кто-то может уйти из научных исследований, или занять в них ту самую апологетическую позицию... Не знаю, насколько я ответил?..

— Вы — конфессиональный профессионал? Вообще, я не говорю оксюморон сейчас — «конфессиональный профессионал»?

— Говорите немножко, да!

— А, всё-таки для вас быть настоящим профессионалом, каким вы собственно и являетесь, означает сделать шаг чуть-чуть в сторону от конфессиональности, где-то одной ногой.

— Конечно! Я об этом сказал с самого начала, очень подробно, как мне кажется.5

Из приведённого интервью (как, впрочем, и из других многочисленных книг

и публикаций) мы видим, что Андрей Сергеевич считает несовместимым прямое следование Преданию Церкви и научную работу в области современной библеистики. Какова же его методология создания современного перевода Священного Писания?

В своём предисловии к первому изданию Библии Кулакова-Десницкого в 2015 году профессор Десницкий сообщает принципы создания данного перевода довольно-таки размыто: «Предисловие Заокской Библии с самого начала вписывает этот проект в истории русских переводов Библии и подробно рассказывает о замыслах и стратегиях его создателей. «Буквально, насколько возможно, и свободно, насколько необходимо» — так определил основатель [М. П. Кулаков6 — адвентист седьмого дня] свой основной принцип, так приняла его вся команда. Впрочем, я бы сказал, что главная идея этого перевода вовсе не в степени буквальности. Она скорее относится к области стилистики: перевод уходит от канцелярских или тяжеловесных оборотов речи

5 Рубский В. Беседа с Андреем Десницким 20.11.21 / URL: https://youtu.be/ Je3FUxs9p1s (дата обращения: 31.12.21).

6 Десницкий так описывает биографию М. П. Кулакова: «Его прекрасная биография уже написана (Ольга Суворова, «Мы только стоим на берегу») и можно не пересказывать событий из его жизни, но важно понять, почему и как возникла сама эта идея. Михаил Петрович был из того поколения советских верующих, которые пережили очень серьезные гонения, вплоть до настоящего заключения. В стране, где не было никакой возможности жить полноценной христианской жизнью за пределами наглухо запертой комнаты с задернутыми занавесками, библейский текст становился своего рода новым домом, в котором только и можно было вздохнуть свободно. Это был во всех случаях, конечно, Синодальный перевод, других просто не было и неоткуда было им взяться. Но именно пристальное внимание к тексту перевода показывало, сколько в нем неясностей, стилистически неуклюжих мест и архаизмов. И главное, чем занялся Михаил Петрович, когда настало время религиозной свободы — создание нового перевода, который был бы по возможности лишен этих недостатков. Это дело он продолжал до самого конца. После смерти Михаила Петровича главное дело его жизни (даже неловко называть его современным словом «проект») продолжил его сын, Михаил Михайлович, и в этой преемственности видишь сходство со строительством средневековых соборов, когда поколение за поколением возводило стены, и каждый знал, что только его внуки или правнуки увидят собор достроенным». (Ест^ато^. Библия Заокская — Кулакова-Десницкого // Электронная библиотека Эсхатос / URL: http://esxatos.com/bibliya-zaokskiy-bbi-sovremennyy-perevod (дата обращения: 03.04.2020).

Синодальной традиции, но при этом старательно избегает просторечия и вульгарности и сохраняет из традиционной терминологии и фразеологии всё, что только можно сохранить без ущерба для понимания... Но на практике мы знаем, что действительно хорошие переводы всегда авторские. Когда читаешь Шекспира или Гёте в переводах Пастернака, голос самого Бориса Леонидовича слышен не в меньшей мере, чем авторский голос. Конечно, когда переводчик стоит в том же ряду гениев, что и автор, мы готовы с этим согласиться, но даже когда это не так, от индивидуальности стиля и экзегетических решений нам никуда не деться»7.

Внеконфессиональная и размытая методология принесла качественные плоды в переводах Андрея Сергеевича. Оторванные от святоотеческой экзегетики и герменевтики8, они стали вольными интерпретациями Священных текстов. Наше мнение совпадает с отзывом преподавателей кафедры библеистики ПСТГУ о переводе Кулакова-Десницкого: «Предвосхищая рассмотрение конкретных мест перевода, считаем нужным сказать, что на наш взгляд, в предложенном переводе чаша весов в очень многих местах все же склоняется в пользу свободно-перифрастической передачи оригинала в ущерб фактической точности, и желаемое равновесие не достигается»9.

Задавая себе вопрос — откуда современные российские библеисты заимствуют принципы и методы создания современных переводов Священного Писания? — обратим своё внимание на полки православных книжных магазинов, предлагающим литературу по библеистике. На 70-80% книжные полки предлагают литературу издательства ББИ (Библейско-богословского института св. Апостола Андрея) — более семидесяти книг по библеистике, многочисленные издания переводов и различных литературных трудов профессора А. С. Десницкого — более сто двадцати книг и публикаций10, а также различные издания РБО — около двухсот изданных книг (изданий Священного Писания, словарей, учебной и детской литературы и др.)11.

Обратим внимание на биографию основателя и ректора ББИ — Алексея Эдуардовича Бодрова. Она знакомит нас с различными сторонами его образования и деятельности. Среди приведённого длинного списка мы не увидим свидетельств изучения им православной библеистики и древних языков12. Напротив, в его деятельности

7 Там же.

8 Об этой оторванности он пишет сам: «.это скорее декларация: православное богословие и духовную жизнь можно сочетать с научным прочтением библейских текстов. Как именно это следует делать, видимо, останется задачей для православных библеистов на будущее. Порой в России звучат заявления о своеобразии и ценности православной библеистики, но, к сожалению, практически ничего не говорится о том, в чём именно они состоят, — в лучшем случае приводятся примеры дореволюционных русских библеистов. Однако, для начала XXI в. достижения конца века XIX не выглядят убедительными.» Десницкий А.С., проф. Современный библейский перевод: теория и методология. М.: Издательство ПСТГУ, 2015. С. 158.

9 Воробьев В., прот. Отзыв от лица преподавателей кафедры библеистики ПСТГУ // Сайт Института перевода Библии им. М.П. Кулакова / URL: https://bible.zau.ru/translation/review (дата обращения: 06.04.2020).

10 См. Библиография // Сайт Андрея Десницкого / URL: https://desmtskynet/about_me/#bibliography (дата обращения: 29.10.2022).

11 См. Каталог // Сайт РБО / URL: https://biblia.ru/catalog/ (дата обращения: 29.10.2022).

12 «Родился в Москве 5 ноября 1960 года. В 1983 году с отличием закончил МФТИ по кафедре проблем физики и астрофизики (зав. кафедрой академик В. Л. Гинзбург). Кандидат физико-математических наук (1989 год, теоретическая физика). Изучал богословие на теологическом факультете Российского открытого университета, в Центре религиозных исследований (Москва) и в Оксфордском университете (Balliol College). В 1991-1995 годах — директор и секретарь попечительского совета Общедоступного православного университета, основанного прот. Александром Менем. Основатель и ректор Библейско-богословского института св. апостола Андрея (ББИ), главный редактор Издательства ББИ и журнала «Страницы: богословие, культура, образование». Член консультативного совета академического программного комитета проекта «Наука, богословие и онтологический поиск» (Рим) и Института академического исследования Восточного христианства (VU University, Амстердам), был председателем на церемонии вручения Темплтоновской премии 1999 года в Московском кремле (проф. Иен Барбур). Член

мы увидим множество разносторонних научных и экуменических контактов с западными учёными. Видимо не случайно в издательстве ББИ преимущественно издаются католические и протестантские авторы. На настоящее время в серии «Современная библеистика» издательством ББИ было издано 72 книги. Из них — две православных авторов (архим. Ианнуария (Ивлиева) и А. С. Десницкого). Очевидно, что воспитание русских переводчиков формируется на основе западной экзегетической и герменевтической традиции.

Оценивая методологию переводов РБО, в первую очередь мы обратим внимание на конфессиональный состав Российского Библейского общества13. В основном правление РБО состоит из людей, принадлежащим к различным протестантским деноминациям. Для авторов перевода РБО главной целью является появление литературного, современного текста, избавленного от «неуклюжих и неудобовразумительных выражений», в категорию которых попадают устойчивые православные идиомы и богословские термины. Своё отношение к данной проблеме проф. А. С. Десниц-кий высказал в докладе «Библейский перевод как литературный перевод»: «Если при дословном переводе слишком много внимания обращается на форму текста, так сказать, на его историческую плоть, то при переводе смысловом этой плотью слишком легко пренебрегают ради извлечения из текста его духа. Переводчик ... готов отказаться и от культурных реалий, и от особенностей поэтики оригинала и, что, как кажется, печальнее всего — от многозначности текста. Из множества возможных толкований он выбирает одно и навязывает его читателю на правах специ-алиста...»14 К более резким выводам при анализе перевода РБО (а именно посланий апостола Павла) пришёл митрополит Иларион (Алфеев): «Как я написал в рецензии, опубликованный в «Журнале Московской Патриархии» вскоре после выхода в свет этой кощунственной подделки (другими словами мне трудно назвать этот «перевод»), когда знакомишься с подобными текстами, возникает ощущение, будто ты не Священное Писание читаешь, а присутствуешь при перебранке на кухне коммунальной квартиры»15.

Итак, мы видим, что главным условием создания общецерковного православного перевода Священного Писания является использование правильной методологии. Синтез такой методологии и является задачей данной работы.

консультативного совета Фонда Джона Темплтона (США) (2005-2011), правления Международной ассоциации по развитию высшего христианского образования (IAPCHE, 2001-2007), исполнительного комитета Экуменической ассоциации академий и мирянских центров в Европе (Oikosnet-Europe, 2004-2007), рабочего комитета проекта «Истоки — православно-католическое сотрудничество в образовании и культуре» (Италия) и консультативного совета Русско-Американского университета (Москва). Соредактор русского издания пятитомной «Истории II Ватиканского собора», редактор и составитель нескольких сборников по межконфессиональному и межрелигиозному диалогу, современному богословию, диалогу науки и богословия, член редакционного совета научной серии Bibliotheca Biblica, серии Doxa & Praxis: Exploring Orthodox Theology (WCC/Volos), Общества библейской литературы (SBL), журналов Religionen unterwegs Contagion» (Сайт ББИ / URL: https://standrews.ru/rus/ob-institute/rektor.html (дата обращения: 15.10.2022)).

13 Состав правления РБО, опубликованный на официальном сайте РБО: президент РБО — Чу-барова В. В., руководитель книжного служения «Слово» Евангелическо-Лютеранской церкви России; вице-президент — Лапшин В. Н., священник РПЦ; исполнительный директор — Ру-денко А. А., церковь ЕХБ; Ряховский В. В., церковь ЕХБ; Баранюк А. В., управляющий делами церкви ЕХБ; Кузнецова В. Н., православная (?); Мурга В. В., пастор церкви ХАСД (адвентист седьмого дня); Савельева М. Н., помощник пастора харизматической церкви «Роса»; Салон-ников Г. П., баптист; Савин Г. А., преподаватель семинарии ЕХБ (См. РБО: Правление / URL: https://www.biblia.ru/about/direction/ (дата обращения: 24.04.2019)).

14 Десницкий А. С., проф. Библейский перевод как литературный перевод. Перевод Библии в литературах народов России, стран СНГ и Балтии. Материалы к конференции, Москва, 2-3 декабря 1999 г. М.: Институт перевода Библии, 2003. С. 342-343.

15 Иларион (Алфеев), митр. История и значение Синодального перевода Библии / URL: https://www2.pravoslavie.ru/97562.html (дата обращения: 13.11.2020).

I. Классификация современных методов перевода Священного Писания Нового Завета16

В данной части мы попытаемся рассмотреть не только привычную нам церковную классификацию переводов. Мы начнём с более широкой лингвистической классификации, а потом сузим наш предмет исследования до необходимых для нас практических рамок.

В учебном пособии А. Паршина для студентов лингвистических факультетов ВУЗов предлагается стандартная типологизация переводов по следующим параметрам:

«1. по соотношению типов языка перевода и языка оригинала;

2. по характеру субъекта переводческой деятельности и его отношению к автору переводимого текста;

3. по типу переводческой сегментации и способу переработки переводимого материала;

4. по форме презентации текста перевода и текста оригинала;

5. по характеру соответствия текста перевода тексту оригинала;

6. по жанрово-стилистическим особенностям и жанровой принадлежности переводимого материала;

7. по полноте и типу передачи смыслового содержания оригинала;

8. по основным функциям;

9. по первичности текста оригинала;

10. по типу адекватности»17.

После того, как мы разложим известные нам методологии перевода Священного Писания в парадигме «стандартной типологизации», нам будет легче использовать важный метод исследования — «сопоставительный анализ перевода»18. Итак, начнём с десяти параметров перевода19.

1. Перевод Новозаветных книг является диахроническим (историческим) бинарным переводом (т.е. переводом на современный язык исторического текста, написанного на языке предшествующей эпохи).

2. По общей характеристике субъекта переводческой деятельности и по его отношению к автору переводимого текста перевод Новозаветных книг на русский язык является переводом, выполненным переводчиком, не являющимся одновременно автором переводимого текста.

16 Методы перевода Ветхого Завета более сложны, т. к. при переводе используется как древнееврейский текст, так и текст Септуагинты — древнегреческого перевода.

17 Паршин А. Теория и практика перевода. Учебное пособие для студентов лингвистических факультетов ВУЗов. Издательство СГУ, «Русский язык», 2000 / URL: https://cdnpdf.com/ pdf-6831-teorija-i-praktika-perevoda-aparshin (дата обращения: 17.10.2022).

18 «Важным методом исследования в лингвистике перевода служит сопоставительный анализ перевода, т. е. анализ формы и содержания текста перевода в сопоставлении с формой и содержанием оригинала. Эти тексты представляют собой объективные факты, доступные наблюдению и анализу. В процессе перевода устанавливаются определенные отношения между двумя текстами на разных языках (текстом оригинала и текстом перевода). Сопоставляя такие тексты, можно раскрыть внутренний механизм перевода, выявить эквивалентные единицы, а также обнаружить изменения формы и содержания, происходящие при замене единицы оригинала эквивалентной ей единицей текста перевода. При этом возможно и сравнение двух или нескольких переводов одного и того же оригинала. Сопоставительный анализ переводов дает возможность выяснить, как преодолеваются типовые трудности перевода, связанные со спецификой каждого из языков, а также какие элементы оригинала остаются непереданными в переводе. В результате получается описание «переводческих фактов», дающее картину реального процесса» (Паршин А. Теория и практика перевода. Учебное пособие для студентов лингвистических факультетов ВУЗов. Издательство СГУ, «Русский язык», 2000 / URL: https://cdnpdf.com/ pdf-6831-teorija-i-praktika-perevoda-aparshin (дата обращения: 17.10.2022)).

19 10 параметров перевода излагаются по учебному пособию Паршина, исключая пункты, которые не могут относиться к переводу Священного Писания.

3. 20 По типу переводческой сегментации текста и по используемым единицам перевода современные переводчики Священного Писания осуществляют пословный перевод (так называемый «подстрочник»), поморфемный, пофразо-вый, абзацно-фразовый переводы, а также цельнотекстный перевод.

4. По признаку формы презентации текста перевода и текста оригинала мы рассматриваем исключительно письменные переводы письменного текста.

5. По признаку характера и качества соответствия текста перевода тексту оригинала переводы делятся на:

— вольные (или интерпретации21) — переводы, воспроизводящие основную информацию оригинала с возможными отклонениями — добавлениями, пропусками и т.п.). К этому типу перевода мы можем отнести некоторую часть современных переводов Нового Завета (например, Еврейский Новый Завет в переводе Давида Стерна, включающий множество поясняющих добавлений и интерпретаций);

— адекватные переводы — переводы, соответствующие оригиналу и выражающие те же коммуникативные установки, что и оригинал. О трудности сохранения коммуникативных установок первичного текста пишет в своей «Теории перевода» А. Д. Швейцер22. Серьёзную попытку сохранить литературные элементы первоначальной коммуникативной установки предпринимает в своём переводе епископ Кассиан (Безобразов)23;

20 3-й, 5-й и 10-й параметры перевода будут рассматриваться нами для осуществления цели работы. Остальные параметры лишь помогут нам сформировать системное отношение к различным переводам Священного Писания.

21 «Интерпретация — вид перевода, основанный на обращении к внеязыковой деятельности, в отличие от собственно перевода, осуществляемого по заданным правилам перехода от средств выражения, принадлежащих одной языковой системе, к средствам выражения, принадлежащим другой языковой системе (Паршин А. Теория и практика перевода. Учебное пособие для студентов лингвистических факультетов ВУЗов. Издательство СГУ, «Русский язык», 2000 / URL: https://cdnpdf.com/pdf-6831-teorija-i-praktika-perevoda-aparshin (дата обращения: 17.10.2022)).

22 «Личность переводчика находит своё проявление в его коммуникативных установках. Столкновение этих установок с установками автора представляет собой один из парадоксов перевода, одну из его сложнейших проблем, решение которой не всегда под силу даже величайшим мастерам. Так, И. А. Кашкин приводит поучительный пример — попытку Лермонтова перевести на русский язык байроновское стихотворение "Farewell": These lips are mute, these eyes are dry, But in my breast and in my brain Awake the pangs that pass not by, The thought that ne'er shall sleep again... В первоначальном варианте лермонтовского перевода выраженные «простыми словами простые мысли» Байрона заслонила бурно прорвавшаяся сквозь байро-новский текст личность переводчика-поэта: Уста молчат, засох мой взор, Но подавили грудь и ум Непроходимых мук собор С толпой неусыпимых дум. Видимо, почувствовав, что мощная выразительная сила этой строфы чрезмерно выделяет её, Лермонтов отверг этот вариант и заменил его другим, более простым и приближенным к подлиннику: Нет слез в очах, уста молчат, От тайных дум томится грудь, И эти думы — вечный яд, — Им не пройти, им не уснуть. Но и этот вариант не отвечал тем высоким требованиям, которые предъявлял к себе Лермонтов. Оценивая решение поэта не включать это стихотворение в отобранные им для печати как проявление «высокого сознания ответственности перед автором и читателями», И. А. Кашкин пишет: «Сначала он утверждал свою волю — не получилось как перевод, потом подчинил себя автору — не прозвучало для него как поэзия»» (Швейцер А.Д. Теория перевода. Статус, проблемы, аспекты. М: «Наука», 1988. С. 172-173).

23 К особенности методологии перевода епископа Кассиана необходимо отнести его заботу о сохранении при переводе форм греческого текста. Он пишет: «Сюда я отнес бы, во-первых, то, что я называю «Иоанновской цепью», во-вторых, фигуру хиазма и, наконец, поэтический параллелизм» (Кассиан (Безобразов), еп. Водою и кровию и Духом. Толкование на Евангелие от Иоанна. Париж, 2001. С. 20). Под «Иоанновской цепью» владыка Кассиан понимает особый способ изложения Евангелиста Иоанна, в котором дополнительная мысль одного предложения становится главной мыслью второго, и так далее. При этом епископ Кассиан видит полноту евангельского повествования как «одну развертывающуюся цепь». Пожелание о сохранении

— точные (правильные) переводы, характеризующиеся свойством семантической точности, т.е. семантически полно и правильно передающие план содержания оригинала. Проблематику семантических аспектов доступно поясняет упомянутый труд А. Д. Швейцера24. Наименьшие усилия для выражения семантической точности проявляют авторы подстрочных переводов;

6. По признаку жанрово-стилистической характеристики переводимого материала и жанровой принадлежности переводы делятся на:

— научно-технические;

— юридические;

— художественные (по-видимому, большинство современных переводов Нового Завета);

— бытовые.

7. По признакам полноты передачи информации переводы могут быть полными (или сплошными), а также неполными (сокращёнными или фрагментарными).

8. По признаку основной прагматической функции переводы делятся на:

— рабочие;

— издательские (печатные) — тиражированные для широкого распространения;

ритма евангельского текста Владыка Кассиан считает вполне выполнимой при переводе: «Но ритм библейской поэзии — не звуковой, а смысловой. Поэтому он и поддается так легко переводу на другие языки» (Там же).

24 «Для иллюстрации соотношения понятий «смысл», «значение» и «обозначение» Э. Ко-сериу приводит известные строки из «Фауста» Гёте. Grau, teurer Freund, ist alle Theone, Doch grün des Lebens goldner Baum. Иногда утверждают, что, строго говоря, это высказывание нелогично, противоречиво и даже абсурдно, потому что теория не может быть серой и потому что нет никакого дерева жизни, и тем более такого, которое одновременно было бы зелёным и золотым. И все же каждому известно, что, лишь «нестрого говоря», эти строки можно считать противоречивыми. Ведь Гёте утверждает не то, что во внеязыковой действительности существует определенное дерево зелёного и в то же время золотого цвета, а то, что нечто, символизируемое зеленым цветом, и нечто, символизируемое золотым, равноценны. Именно это, а не буквальный смысл высказывания составляет «текстовое содержание») этих строк. Хотя известное противоречие здесь действительно возникает, но возникает оно между значениями на уровне обозначения (ведь grün и golden не означают одного и того же в немецком языке, они не являются синонимами), а разрешается на уровне смысла. Более того, смысл этих строк реализуется благодаря наличию противоречия на уровне отдельного языка и благодаря его одновременному преодолению. Ср. приведённые Косериу строки с их тремя переводами на русский язык: Теория, мой друг, сера везде, А древо жизни ярко зеленеет (А. Фет). Суха, мой друг, теория везде, А древо жизни пышно зеленеет (H. Холодковский). Теория, мой друг, суха, Но зеленеет жизни древо (Б. Пастернак). Из трех переводчиков лишь А. Фет попытался раскрыть цветовую символику Гёте путём дословного перевода («теория, мой друг, сера.») Однако это решение представляется не вполне удачным. Ведь символические ассоциации серого цвета в русском языке и русской культуре совсем иные — нечто бесцветное, заурядное, неинтересное. Противопоставление серого цвета зеленому не воссоздаёт подразумеваемого в оригинале противопоставления нежизнеспособности расцвету, энергии. Показательно и то, что ни в одном из переводов нет присущего оригиналу сочетания зелёного и золотого. При этом А. Фет и Н. Холодковский компенсируют потерю одного из этих «контекстуальных синонимов», усиливая глагол зеленеть (ярко зеленеет, пышно зеленеет). Как же соотносится перевод с этими тремя различными видами содержания — значением, обозначением и смыслом? Перевод имеет дело исключительно с «текстовым содержанием», поскольку переводятся и могут быть переведенными только тексты. Отсюда следует, что значения в принципе непереводимы, за исключением тех особых случаев, когда речь идет именно о значениях и когда они являются частью содержания текста. Значения как таковые относятся к структуре данного конкретного языка (Einzelsprache) и в тексте являются лишь инструментами соответствующих обозначений. С этой точки зрения интерпретировать текст — значит идентифицировать обозначения с помощью данных в соответствующем языке значений, а переводить — значит находить для уже идентифицированных обозначений исходного текста такие значения в языке перевода, которые могут выражать именно эти значения» (Швейцер А.Д. Теория перевода. Статус, проблемы, аспекты. М: «Наука», 1988. С. 112-113).

— учебные — используемые в учебном процессе для подготовки переводчиков или как один из приемов обучения иностранному языку (подстрочники, а также переводы с комментариями; сюда же относится и совершаемый нами перевод);

— экспериментальные — выполненные с исследовательской целью;

— эталонные — используемые для сравнения с квалифицируемым переводом (для нас в первую очередь это — церковнославянский и Синодальный переводы).

9. По признаку первичности/непервичности текста оригинала переводы делятся на:

— прямые (первичные, непосредственные, выполненные непосредственно с оригинала (большинство рассматриваемых нами переводов);

— косвенные (вторичные, непрямые), осуществленные не непосредственно с текста оригинала, а с его перевода на какой-либо другой язык (например, переводы Нового мира, русский перевод Нового Завета по изданию Короля Иакова и др.;

— обратные (экспериментальные или учебные) — переводы уже переведенного текста на исходный язык.

10. По типу адекватности25 переводы делятся на:

— семантико-стилистически адекватные (семантически полные и точные и стилистически эквивалентные переводы, соответствующие функционально-стилистическим нормам языка перевода). К синтезу методологии такого перевода и обращены наши усилия;

— прагматически (функционально) адекватные, правильно передающие основную (доминирующую) коммуникативную функцию оригинала26 Большое

25 «Термины «эквивалентность» и «адекватность» издавна используются в переводоведческой литературе. Порой в них вкладывается разное содержание, а иногда они рассматриваются как синонимы. Так, в информативной статье Р. Левицкого «О принципе функциональной адекватности перевода» термин «адекватность» в ряде случаев оказывается взаимозаменяемым с термином «эквивалентность» (так, например, выдвигаемое Дж. Кэтфордом понятие переводческой эквивалентности — translation equivalence — трактуется в этой статье как «адекватность перевода». В то же время у других авторов понятия «эквивалентность» и «адекватность» противопоставляются друг другу, но при этом на различной основе. Так, В. Н. Комиссаров рассматривает «эквивалентный перевод» и «адекватный перевод» как понятия неидентичные, хотя и тесно соприкасающиеся друг с другом. Термин «адекватный перевод», по его мнению, имеет более широкий смысл и используется как синоним «хорошего» перевода, т.е. перевода, который обеспечивает необходимую полноту межъязыковой коммуникации в конкретных условиях. Термин «эквивалентность», как уже отмечалось выше, понимается В. Н. Комиссаровым как смысловая общность приравниваемых друг к другу единиц языка и речи. В ином ключе решают проблему соотношения эквивалентности и адекватности К. Раис и Г. Вермеер. Термин «эквивалентность», в их понимании, охватывает отношения как между отдельными знаками, так и между целыми текстами. Эквивалентность знаков еще не означает эквивалентности текстов, и, наоборот, эквивалентность текстов вовсе не подразумевает эквивалентности всех их сегментов. При этом эквивалентность текстов выходит за пределы их языковых манифестаций и включает также культурную эквивалентность. С другой стороны, адекватностью называется соответствие выбора языковых знаков на языке перевода тому измерению исходного текста, которое избирается в качестве основного ориентира процесса перевода. Адекватность — это такое соотношение исходного и конечного текстов, при котором последовательно учитывается цель перевода (ср. «лингвистический перевод», «учебный перевод» и др.)» (Швейцер А. Д. Теория перевода. Статус, проблемы, аспекты. М: «Наука», 1988. С. 92).

26 «Такой тип перевода обычно называют функциональным или же смысловым. Он предполагает, прежде всего, не пословное переложение оригинала., но творческую передачу различными литературными средствами точного смысла священного текста при сохранении его выразительного многообразия, необходимого для естественного восприятия Слова Божьего. Поскольку это перевод смыслового типа, к нему неприменимы критерии, выдвигаемые в отношении перевода церковного типа, каковым является Синодальный перевод» (Иннокентий (Павлов), иг. Современный Русский Перевод Библии. Газета Мирт № 3 (91) — 2015 / URL: https://gazeta.mirt.ru/ stat-i/pisaniya/post-1821/ (дата обращения: 23.04.2019)).

значение для развития теории функционального перевода имела концепция переводческой эквивалентности, изложенная Юджином Альбертом Найдой в 8-й главе своей книги «К науке переводить»27. Дальнейшее развитие теории функционального перевода мы рассмотрим в следующей главе на конкретных примерах;

— дезиративно адекватные, полно и правильно отвечающие на информационный запрос потребителя и не обязательно передающие полное смысловое содержание и ведущую коммуникативную функцию оригинала.

II. Рассмотрение недостатков существующих методов и синтез наилучшей методологии

Критическое рассмотрение методологий и синтез лучшей методологии мы начнём с основного из вышеприведённых пунктов (десятого), классифицирующего переводы по типу адекватности.

1. Методология осуществления переводов с различными типами адекватности.

Заметим, что основное направление деятельности современных библеистов — создание функционально адекватных переводов. Базовым для создания таких переводов стала теория динамической эквивалентности, затем развившаяся во времени. Так появились теории функциональной эквивалентности, релевантности, скопоса и др.

Рассмотрим проблематику создания функционально адекватных переводов. «Понятие динамической эквивалентности в определении Ю. Найды учитывает ... один существенный компонент перевода — коммуникативную ситуацию. Если для Дж. Кэт-форда решающим (и, пожалуй, единственным) критерием эквивалентности является семантический критерий соотнесенности с предметной ситуацией, то у Ю. Найды на первый план выдвигается наличие в процессе перевода двух коммуникативных ситуаций и необходимость согласованности вторичной коммуникативной ситуации с первичной»28. Главным недостатком такого подхода, на наш взгляд, является избрание неверного критерия для выражения коммуникативной функции оригинального текста. Нам понятна мысль Найды, что «формально-эквивалентный перевод не может быть естественным», и надо понимать коммуникативную ситуацию; как это сделать — по-разному

27 «Предлагается различать два вида эквивалентности: формальную и динамическую. Формальная эквивалентность, как ее определяет Ю. Найда, «ориентирована на оригинал» и имеет целью обеспечить возможность непосредственного сопоставления разноязычных текстов. Подобная эквивалентность достигается обязательным сохранением части речи при переводе, отсутствием членения или перестановки членов предложения оригинала, сохранением пунктуации, разбивки на абзацы, а также применением принципа конкорданса (т.е. перевод определенного слова всегда одним и тем же соответствием). Кроме того, все идиомы калькируются, любые отклонения от буквы оригинала объясняются в сносках и т.п. Динамическая эквивалентность «ориентирована на реакцию Рецептора» и стремится обеспечить равенство воздействия на читателя перевода. Это предполагает адаптацию лексики и грамматики, чтобы перевод звучал так, «как автор написал бы на ином языке». Симпатии автора этой концепции явно на стороне динамической эквивалентности. Задачей перевода Ю. Найда считает создание на языке перевода «наиболее близкого естественного эквивалента» («the closest natural equivalent») тексту оригинала. Очевидно, что формально-эквивалентный перевод не может быть естественным, а наибольшая близость определяется прежде всего равенством реакции рецепторов, что предусматривается лишь при динамической эквивалентности. По-видимому, уже сам термин «формальная» подразумевает ущербность и сомнительность подобной эквивалентности» (Краева Е.В. Теория перевода в трудах Ю. Найды / URL: https://studopedya.ru/2-16542. html (дата обращения: 18.10.2022)).

28 Швейцер А.Д. Теория перевода. Статус, проблемы, аспекты. М: «Наука», 1988. С. 79.

объясняют теории динамического и функционального29 эквивалента. Вторичная коммуникативная ситуация (т. е. выражение смысла перевода на современный язык) в любом случае целиком контролируется переводчиком. Наибольшую проблему мы видим в роли декодировщика первичной ситуации (т. е. смысла оригинального текста). Присваивание себе роли декодировщика приводит переводчика к печальному результату. О таких недостатках воплощения в практику теории динамического эквивалента (а именно о переводе Good News Bible (GN)) указывает Прикетт: «Современные переводчики и Библейское общество, будучи уверены в правильном понимании значения оригинала, показали на деле крайне малую заинтересованность в буквальном значении Библии с присущими ей сложностью и многоплановостью и предпочли ей откровенно толковательные пересказы, которые, как оказывается, они считают более приемлемыми для современного разума»30. Приведём примеры такого неудачного перевода из Заокской Библии (так называемой Библии Кулакова-Десницкого): Ин 1:29 — «Вот Агнец Божий! Греху мира сего кладет Он конец (?)»; Ин 2:17 — «Преданность (?) Дому Твоему уничтожит (?) Меня»; Ин 6:63 — «Дух животворит, плоть тут не при чём (?)»; Ин 18:37 — «Всякий, кто не глух (?) к истине, слушает Меня»31.

Для того, чтобы решить проблему декодирования первичной ситуации мы предлагаем ввести патристический метод. Святые раннехристианские экзегеты — лучшие декодировщики по определению. Они максимально близки по времени к эпохе написания Новозаветных книг, лингвистически наиболее близки к языку оригинального текста, и самое главное — обладают духовными дарованиями (ср. 1 Кор 14:13).

О трудностях «декодирования», стоящих перед современным переводчиком (однако, не использующим как инструмент декодирования святоотеческую экзе-гезу)32, упоминает автор теории релевантности Эрнст-Август Гутт. Гутт указывает на то, что в каждом языке есть такой способ выражения мысли, при котором автор текста в конкретной фразе не проговаривает весь смысл, но его подразумевает33. Например, в Откр 19:1034, где рассказывается о попытке Иоанна Богослова поклониться ангелу, в греческом тексте мы читаем ответ ангела: opa — т. е. буквально — «Смотри, не. Я сослуживец твой.». То, что не проговорено, но подразумевается, можно определить, используя патристический принцип: святитель Андрей Кесарийский поясняет: «Не кланяйся, говорит Божественный Ангел, мне как предсказателю будущего, ибо исповедание и свидетельство о Христе внушается пророческим духом»35.

Для того, чтобы показать проблематику точности перевода, и негативное влияние точности на восприятие (художественное и эмоциональное), Гутт вводит понятия

29 О разнице между теориями динамического и функционального эквивалента А. С. Десниц-кий пишет следующее: «Как утверждают авторы [этих теорий], это практически одно и то же, но с этой их оценкой согласны далеко не все. Во многом, конечно, это вопрос о том, называть ли стакан наполовину пустым или наполовину полным... Если динамический эквивалент подразумевает «отклик на весть», то функциональный сосредотачивается на передаче текста в его коммуникативной ситуации» (Десницкий А. С., проф. Современный библейский перевод: теория и методология. М.: Издательство ПСТГУ, 2015. С. 65).

30 Prickett S. (1986). Words and the Word: Language, Poetics and Biblical Interpretation. Cambridge: Cambridge University Press. P.12-13 / Цит. по Десницкий А.С., проф. Современный библейский перевод: теория и методология. М.: Издательство ПСТГУ, 2015. С. 62.

31 Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета в современном русском переводе. Под редакцией М. П. Кулакова, М. М. Кулакова. Институт перевода Библии при Заокской духовной академии. Минск: Типография ИП «Принткорп», 2015. С. 1555, 1557, 1565, 1586.

32 «При этом теория релевантности разделяет оптимистический взгляд Найды на то, изначальное значение может быть целиком и полностью нами определено, и остаётся только задуматься, как лучше изложить его читателю» (Десницкий А.С., проф. Современный библейский перевод: теория и методология. М.: Издательство ПСТГУ, 2015. С. 81).

33 «Например, спрашивая в вагоне метро другого пассажира: «Выходите?» — мы подразумеваем: из этого вагона на следующей остановке» (Там же. С. 78).

34 Такую же ситуацию мы видим в Откр 22:9.

35 Андрей Кесарийский, свт. Апокалипсис. Толкование. К.: Киево-Печерская Лавра, 2009. С. 150.

«прямого» и «непрямого» переводов. «Прямым Гутт называет такой перевод, который «стремится интерпретативно воспроизвести оригинал полностью в том контексте, который предусматривался для оригинала...» Иными словами, переводчик не собирается ничего читателю объяснять, не хочет снабжать его дополнительной информацией, как это делаю сейчас я, истолковывая слова Гутта. При прямом переводе достаточно будет точно передать, что именно он сказал, как всегда делается при прямом цитировании, и оставить читателя наедине с текстом. При непрямом, наоборот, переводчик, как посредник, берёт на себя ответственность за успех коммуникации и правильное понимание. Оба подхода принципиально возможны, выбор между ними зависит от конкретной коммуникативной ситуации»36.

Размышления Гутта вполне понятны. Однако, осуществляя синтез лучшей на наш взгляд методологии перевода, мы заметим следующее: возможно совместить оба гут-товских принципа перевода воедино (что мы и осуществляем в публикациях наших переводов Священного Писания). Это можно назвать методом совмещения прямого и непрямого переводов. Осуществляется это следующим образом. Текст прямого перевода публикуется основным шрифтом, и читатель может остаться по словам Гутта «наедине с текстом». Непрямой перевод накладывается на основной текст в виде литературных и информационных дополнений, находящихся в квадратных скобках, а также многочисленных текстовых сносок внизу каждой страницы (как в этой работе). Таким образом, читателю предоставляется возможность ознакомиться как с прямым, так и с непрямым переводом. Приведём пример такого перевода (отрывок Ин 11:39-45):

«39 Говорит Иисус: «Уберите камень». Говорит Ему сестра умершего — Марфа: «Господи! Уже издаёт [трупный] запах, четвёртый ведь уже [день]! 40 Говорит ей Иисус: «Не сказал ли тебе, что если сможешь веровать, увидишь славу Божию»? 41 Тогда убрали камень оттуда, где лежит умерший. Иисус же поднял глаза вверх и сказал: «Отец! Благодарю Тебя, что услышал Меня. 42 Я же и прежде этого знал, что Ты всегда Меня слышишь, но из-за толпы, окружившей [Меня, Я] сказал, чтобы смогли поверить, что Ты Меня послал». 43 И сказавший это, громким голосом воскликнул: «Лазарь! [Ступай] сюда, наружу»! 44 И вышел умерший, связанный37 по ногам и рукам погребальными пеленами; и лицо его прежде обвязали платком38. Говорит им Иисус: «Развяжите его и отпустите уйти [отсюда]». 45 Тогда многие из иудеев, пришедшие к Марии и увидевшие, что сотворил Иисус, поверили в Него».

Особенно интересно рассмотреть метод совмещения прямого и непрямого переводов в контексте идеи литературного эквивалента Эрнста Вэндленда. «Наиболее полно идеи литературного эквивалента представлены в отдельной книге Эрнста Вэндленда «Литературный перевод Библии». Книга предлагает в качестве основной модели литературно-функциональный эквивалент. Как и любой литературный текст, Библия содержит многозначные слова и выражения — а говоря с точки зрения прагматики, многозначность можно определить как многофункциональность. Она обыгрывает хорошо известные значения, обманывает ожидания читателя, стремится к сложности и многоплановости, исполнена намёками и двусмысленностями, метафорами и символами. Задача добросовестного переводчика — сохранить как можно больше подобных черт в своём тексте»39.

36 Десницкий А.С., проф. Современный библейский перевод: теория и методология. М.: Издательство ПСТГУ, 2015. С. 82.

37 «Вероятно, что Лазарь был обвязан по обычаю, вынесенному из Египта, а по этому обычаю члены умершаго не забинтовывались вместе, а обвязывались каждый член порознь, и только потом умерший закутывался в общую пелену. Посему то Лазарь, хотя забинтованный, но мог идти; пелена же вероятно спала» (Властов Г. К., Опыт изучения Евангелия св. ап. Иоанна Богослова. Том 1. СПб: Издание книгопродавца И. Л. Тузова, 1887. С. 416).

38 Головной погребальный плат, по-еврейски патхил. Функционально был нужен для того, чтобы привязать челюсть умершего.

39 Десницкий А.С., проф. Современный библейский перевод: теория и методология. М.: Издательство ПСТГУ, 2015. С. 111.

Мы вполне согласны с идеей литературного эквивалента Эрнста Вэндленда. Однако, для читателя Священного Писания, незнакомого с историческим контекстом Нового Завета, многие текстовые намёки и многоплановость текста не будут замечены и поняты. По-видимому, единственной возможностью «оживить» текст Священного Писания многоплановостью и намёками и является используемый нами метод совмещения прямого и непрямого переводов. Приведём несколько примеров. «49 Говорит к Нему царский [придворный]: «Господи, снизойди, прежде чем умрёт дитя моё». 50 Говорит ему Иисус: «Иди, сын твой живой». И поверил человек тот слову, которое сказал ему Иисус, и пошёл. 51 И встретили рабы его, уже спускающегося40 к дому, и возвестили ему, говоря: «Сын твой живой». 52 Тогда расспросил [придворный] у них время, в которое ему стало лучше. И сказали ему, что вчера в седьмом часу оставила его лихорадка» (Ин 4:49-52). С помощью текстовых сносок мы пытаемся акцентировать внимание читателя на многозначность текста Евангелия.

Другой пример — 1 Пет 5:13: «Приветствует вас та [, что] в Вавилоне — соизбранная [церковь]41, и Марк, сын мой42». Без текстовых сносок читатель не поймёт текстовых намёков апостола Петра.

Подобный пример различных намёков мы видим в Откр 17:5-6: «5 И на лбу её написано имя43: «Мистерия44. Вавилон45 великий46. Мать блудниц и мерзостей

40 Опять же, как географически, так и духовно спускается от общения с Богочеловеком.

41 «Вавилоном называет Рим по причине его знатности, которой и Вавилон пользовался долгое время. Избранною называет Церковь Божию, составившуюся в Риме» (Феофилакт Болгарский, блаж. Толкование на Апостол. М.: Издательство «Летопись», 2016. С. 201).

42 «Марком Пётр называет евангелиста, именуя его сыном по Духу, а не по плоти. Ему-то он и повелел написать Евангелие. Некоторые из бывших прежде нас думали, что сей Марк был сыном Петра по плоти. Догадку эту они основывали на том, что в Деяниях апостольских Лука говорит, что после того, как ангел Божий чудесно освободил Петра из темницы, в которую он посажен был Иродом, и перестал руководить его, апостол Пётр пришёл к дому матери Иоанна, называемого Марком (см. Деян 12:12). Они полагали, что он пришёл к собственному дому и к законной своей супруге» (Там же. С. 201-202).

43 «Намёк на обычай римских проституток писать на головных повязках свои имена» (Мень А., прот. Читая Апокалипсис. Беседы об Откровении святого Иоанна Богослова. М., Издательский дом «Жизнь с Богом», 2011. С. 168).

44 «MuGT^piov то преимущ. pl. 1) тайное священнодействие, таинство, мистерии та цеуа^а цгат^рю Eur., Arph. — великие мистерии (в честь Деметры, в Элевсине, в месяце боэдромионе); та ац1кра цгат^рю Plat. — малые мистерии (там же, в честь Персефоны, в месяце антестерионе); та цгат^рю noieiaöai Thuc. — справлять мистерии 2) тайна, секрет (цеХХм aoi та цгат^рю Xeyeiv Plat.)» (Дворецкий И.Х. Древнегреческо-русский словарь. Т. 2. М.: Государственное издательство иностранных и национальных словарей, 1958. С. 1117). «Отчего тайна! Не от того ли, что эта любодейца участвует в тайне беззакония падшего херувима, поднявшего мятеж на Создателя своего» (Иоанн Кронштадтский, прав. Начало и конец нашего земного мира. Опыт раскрытия пророчеств Апокалипсиса. М.: Издательство «Локид-Пресс», 2004. С. 271).

45 «Из-за рассеяния народов эта жена в Апокалипсисе и Исаии называется Вавилоном (см. Откр 17:5 и Ис 21:9), а Иезекииль называет ее Сор (см. Иез 26-28. «Сор» — еврейское название Тира)» (Викторин Петавийский, сщмч. Толкование на Апокалипсис (полный перевод всех глав). Дипломная работа по предмету «Латинский язык». Перевод чтеца Илии Силантьева. Научный руководитель иеромонах Таврион (Смыков) // Сайт «Азбука веры» / URL: https://azbyka. m/otechmk/Viktorm_Petavijskij/perevod-tolkovamja-na-apokaHpsis-viktorma-episkopa-petavskogo/ (дата обращения: 07.10.2021)). «Рим нигде в Апокалипсисе прямо не упоминается, но не надо забывать, что эта книга переписывалась и распространялась в разгар преследований при жестоком и подозрительном императоре, и, конечно, она содержала иносказание, которое о. Сергий Булгаков называет тайным политическим шифром» (Мень А., прот. Читая Апокалипсис. Беседы об Откровении святого Иоанна Богослова. М., Издательский дом «Жизнь с Богом», 2011. С. 173).

46 «В новейшие времена эта роль приписывается великому и всемирному торговому центру. Ни один из нынешних центров не достиг ещё господства над всей землёй. В будущем, по всей вероятности, это господство будет обеспечено новому городу в стране Сеннаар (Быт 11:2) у Персидского залива» (Иоанн Кронштадтский, прав. Начало и конец нашего земного мира. Опыт раскрытия пророчеств Апокалипсиса. М.: Издательство «Локид-Пресс», 2004. С. 266-267).

земли». 6 И [я] увидел эту женщину, пьяную от крови святых47 и от крови свидетелей Иисуса.»

2. Методология осуществления перевода, включающего как основу разные единицы перевода.

По вышеприведённой классификации переводов А. Паршина по типу переводческой сегментации текста и по используемым единицам перевода (пункт третий), мы рассматривали различные типы переводов. Творцы различных теорий эквивалента берут за основу разные единицы перевода — отдельные фразы (предложения), отдельные притчи (метафоры) или полный текст переводимой книги. Буквальный (или пословный) перевод не рассматривается ими как адекватный, т.к. он не может передавать ни динамический, ни функциональный, ни литературный эквивалент. О возможности придать функциональную адекватность переводу с помощью литературных вставок в тексте перевода [в квадратных скобках] мы уже говорили выше, так же, как и о возможности делать текстовые сноски. Благодаря указанному выше методу совмещения прямого и непрямого переводов мы можем ответить на критику «сознательно дословных» переводов, в которых в качестве основной единицы перевода сознательно избираются отдельные слова.

А. С. Десницкий, критикуя такие переводы, пишет: «В Лк 13:19 Царство Небесное уподоблено горчичному зерну. Все жители нашего региона прекрасно знакомы с горчицей как с приправой, и, казалось бы, нет никакой трудности, чтобы перевести это выражение дословно. Но что, если они ничего не знают о выращивании горчицы и никогда не видели её семян? Не получится ли, что тогда Царство уподобляется цветку папоротника — чему-то такому, что, по некоторым сведениям, существует, но чего никто никогда не видел? Именно по этой причине, к примеру, бежтинский перевод говорит о грушевой косточке — в отличие от горчичного семени, бежтинцы прекрасно знают, как из крохотной косточки вырастает большое плодовое дерево. Это спорное решение, но оно прекрасно иллюстрирует и проблематичность дословного перевода»48.

Отвечая на вопрос А. С. Десницкого о цветке папоротника (которого никогда не существовало в природе, т.к. отдел папоротниковых составляют споровые растения, находящиеся на более низком уровне, чем отдел цветковых растений)49 и проблематичности дословного перевода мы предложим следующий вариант: снабдить дословно переведённое значение горчичного семени (которое не видел народ, на язык которого переводится Евангелие от Луки) текстовой сноской с информацией о том, что из семени горчицы вырастает высокое растение — так же, как из грушевой косточки.

3. Методология осуществления адекватного перевода, соответствующего оригиналу и выражающего те же коммуникативные установки,

что и оригинал, и при этом характеризующегося свойством семантической точности

По признаку характера и качества соответствия текста перевода оригиналу

47 «Спрашивается, есть ли другой какой-нибудь народ, кроме еврейского, к которому могла быть применима такая кровавая характеристика? Конечно, нет. Вот слова Самого Спасителя, об-ращённые к неверующим иудеям: «Да приидет на вас вся кровь праведная, пролитая на земле» (Мф 23:35)» (Иоанн Кронштадтский, прав. Начало и конец нашего земного мира. Опыт раскрытия пророчеств Апокалипсиса. М.: Издательство «Локид-Пресс», 2004. С. 272).

48 Десницкий А.С., проф. Современный библейский перевод: теория и методология. М.: Издательство ПСТГУ, 2015. С. 135-136.

49 См. Папоротниковидные. Большая российская энциклопедия / URL: https://bigenc.ru/biology/ text/2705781 (дата обращения: 23.10.2022).

мы рассматривали три типа переводов: 1) вольные (или интерпретации, имеющие переводческие добавления и пропуски), 2) адекватные (соответствующие оригиналу и выражающие те же коммуникативные установки, что и оригинал, т. е. наименее изменённые автором перевода) и 3) семантически точные (т. е. использующие для уже идентифицированных обозначений слов исходного текста такие значения в языке перевода, которые могут выражать именно эти значения).

Три указанных типа перевода по существу классификации противопоставляются друг другу. Используя наш метод совмещения прямого и непрямого переводов мы попытаемся синтезировать новый тип перевода, сочетающий преимущества всех трёх типов переводов.

1) Так же, как в текстах переводов, созданных с использованием принципов динамического, функционального или литературного эквивалента, слова-пояснения и литературные слова-связки мы помещаем в квадратные скобки, переводческие добавления и интерпретации мы помещаем в текстовых сносках или тех же квадратных сносках (а не в тексте, как Давид Стерн в своём переводе Нового Завета).

2) В прямом переводе (т.е. основном тексте перевода — без скобок и сносок) мы пытаемся не вносить своих коммуникативных установок. В предисловиях к нашим переводам данная мысль указана как одна из целей осуществления этих переводов.

3) Для идентификации значений слов оригинального текста мы используем патристический метод декодирования. Семантической точности текста мы добиваемся двумя вариантами: а) в тексте перевода изменяем слово на декодированное, а в сноске поясняем основное словарное значение; б) оставляем декодированное слово в своём основном значении, а семантически-точное помещаем в сноске.

Приведём примеры из текста наших переводов.

а) вариант: «37 В последний же день великого праздника стоял Иисус, и возгласил, говоря: «Если кто жаждет, приходи ко Мне и пей, 38 верующий в Меня, как говорит50 Писание. Реки из сердца51 его потекут воды живой» (Ин 7:37-38).

б) вариант: «9 Я написал [церковной] общине, но любящий первенствовать у них Диотреф52, не принимает нас» (3 Ин 1:9).

50 Е1пеу — буквально: «сказало» (форма аориста).

51 Греческое слово коШа имеет значения: «желудок, живот, брюхо, чрево» (Вейс-ман А.Д., проф. Греческо-русский словарь. М.: Издательство ГЛК, 2011. С. 650). Однако, в библейских текстах это слово может иметь иной — духовный смысл (например, Лк 1:42 — «благословен плод чрева [ко1Ма<д] Твоего»). Так и в Ин 7:38 Иоанн Богослов «чревом называет здесь сердце, подобно тому, как и в другом месте говорится: и закон Твой посреде чрева моего (Пс 39:9). Но где сказано в Писании: реки от чрева его истекут воды живы? Нигде. Что же значат слова: веруяй в Мя, якоже рече Писание? Здесь надобно поставить точку, так, чтобы слова — реки от чрева его истекут — были изречением Самого Христа» (Иоанн Златоуст, свт. Беседы на Евангелие от Иоанна Богослова. Том I. М: Издательство «Посад», 1993. С. 335). Подобным Златоусту образом понимает значение слова «чрево» в 38 стихе святитель Игнатий Брянчанинов: «Есть книга, отверзающаяся для человека в его сердце, там, там суждено ему Богом слышать высочайшее учение, как и Господь сказал во Евангелии: веруяй в Мя от чрева его (т. е. чрева души-сердца) истекут источники воды живыя; сие же глаголаше, объясняется святым Иоанном Богословом, глаголаше о Духе, Егоже хотяху прии-мати верующие в Него. Итак, Дух есть книга того сердца, в которое Он вселится» (Игнатий (Брянчанинов), свт. Добавление к этюду «Сад во время зимы». Полное собрание творений. Т. IV. М.: Паломник, 2002. С. 480).

52 В этом имени можно увидеть иносказание. Дютреф^ — «эпитет царей и старейшин народа ... (собственно, питающийся воздухом)» (Греческо-русский словарь, изданный Киевским Отделением Общества классической филологии и педагогики. Изд. 3. Киев: Лито-типография Товарищества И. Н. Кушнерев и К0, 1901. С. 243).

4. Метод суммирования святоотеческой экзегезы, коррелирующий с принципом «иконичности» С. Криспа

Как уже было сказано выше, проблему декодирования первичной коммуникативной ситуации мы условились решать с помощью патристического метода. Однако, святоотеческие толкования на один и тот же стих Нового Завета бывают различными. Во-первых, отцы прибегают к различным способам толкования — буквальному, аллегорическому, тропологическому и т.д. В таком случае, толкования не противоречат, а дополняют друг друга. Во-вторых, отцы нередко усматривают в одних и тех же стихах Писания различные образы. Пример тому — Откр 11:34, где говорится о двух свидетелях Божиих: «3 И дам двум свидетелям Моим, и будут пророчествовать тысячу двести шестьдесят дней, облечённые во вретище. 4 Эти [свидетели — и] есть два оливковых дерева, и два светильника, стоящие перед Господином земли»53. Видно, что разные отцы по-разному понимают, кто такие «два свидетеля». В данном случае, мы ведём речь о разных экзегетических традициях, и стараемся в текстовых сносках отобразить важнейшие из них. В этом и заключается наш метод суммирования святоотеческой экзегезы. В некоторой степени он коррелирует с принципом иконичности С. Криспа. А. С. Десницкий пишет по этому поводу следующее: «Крисп (англичанин, долго работавший в России и принявший православие), настаивает на том, что для православного подхода характерно именно иконическое восприятие библейского текста, при котором проникновение в изначальный замысел автора вовсе не гарантируется — напротив, сам текст становится источником разнообразных ре-интерпретаций, порождённых традицией его истолкования»54.

53 «Многие из учителей думали, что эти два свидетеля, Енох и Илия, при кончине получат от Бога время пророчествования в продолжение трёх с половиной лет, означенных тысяча двумястами шестьюдесятью днями. — Облечением во вретище они показывают, что сетования и плача достойны будут все тогда существующие и отвлекаемые от обольщения антихристова. Пророк Захария указал на них под видом двух маслин с двух сторон светильника (Зах. 4 гл.)» (Андрей Кесарийский, свт. Апокалипсис. Толкование. К.: Киево-Печерская Лавра, 2009. С. 84). Священномученик Викторин Петавийский предлагает нам другую версию о двух свидетелях: «Многие думают, что с Ильёй будут Елисей или Моисей, но они оба умерли, а вот смерть Иеремии не упоминается, поэтому все наши древние [писатели] передают, что [второй свидетель] — это Иеремия. Об этом свидетельствует и сказанные ему слова: прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и пророком для народов поставил тебя. Однако он не был пророком у народов, а поскольку оба [пророчества] божественны, то необходимо, чтобы обещанное исполнилось, [то есть чтобы Иеремия] стал пророком для народов. Он называет их двумя светильниками и двумя маслинами, — этим Он побуждает тебя к пониманию того, что ты, читая в другом месте, мог не понять. Ибо это написано у Захарии, одного из двенадцати пророков» (Викторин Петавийский, сщмч. Толкование на Апокалипсис (полный перевод всех глав). Дипломная работа по предмету «Латинский язык». Перевод чтеца Илии Силантьева. Научный руководитель иеромонах Таврион (Смыков) // «Сайт Азбука веры» / URL: https://azbyka.ru/otechmk/Viktorm_Petavijskij/perevod-tolkovarnja-na-apokalipsis-viktorina-episkopa-petavskogo/ (дата обращения: 07.10.2021)). Святой праведный Иоанн Кронштадтский пишет, что Иоанн Богослов по своему обыкновению скрыл своё грядущее присутствие и совместную проповедь с двумя свидетелями Бога: «Неведаю-щие Бога Небесного и неверящие Св. Писанию Его узнают, поймут и услышат о Небесном Боге всё через устную проповедь великих светильников Слова: Еноха, Илии Фесвитянина и Иоанна Богослова» (Иоанн Кронштадтский, прав. Начало и конец нашего земного мира. Опыт раскрытия пророчеств Апокалипсиса. М.: Издательство «Локид-Пресс», 2004. С. 234). Об этом же свидетельствует священномученик Ипполит Римский: «Первое Его пришествие имело предтечею Иоанна Крестителя; второе, когда Он придёт во славе, покажет Еноха, Илию и Иоанна Богослова» (Ипполит Римский, сщмч. О кончине мира. Цит. по Библейские комментарии отцов Церкви и других авторов I-VIII веков. Новый Завет. Том XII. Книга Откровения Иоанна Богослова. Тверь: «Герменевтика», 2009. С. 171).

54 Десницкий А.С., проф. Современный библейский перевод: теория и методология. М.: Издательство ПСТГУ, 2015. С. 146.

Однако, сказать о том, что наш метод декодирования первичного смысла с помощью святоотеческой экзегезы полностью тождественен иконическому принципу Криспа мы не можем. В ряде случаев мы наблюдаем согласие отцов — consensus patrum; иногда мы не имеем ни одного известного нам толкования на какой-либо новозаветный стих (особенно сильно это касается экзегетики книги Откровения). Не вполне мы можем согласиться с другими идеями Криспа: «.отношение между языком и реальностью понимается по аналогии с иконой, это, например, ведёт к герменевтике тайны и многозначности, герменевтике, которая придаёт больше значения автономной жизни текста, нежели авторскому замыслу.»55 Вероятно, теория иконичности создавалась Криспом под влиянием апофатического богословия (об этом свидетельствует термин «герменевтика тайны»), которое для переводчика Священного Писания не играет никакой роли (пожалуй, только вызывает трепетное отношение к тексту). С термином «герменевтика многозначности» мы вполне можем согласиться. Выражение Криспа «автономная жизнь текста» весьма сомнительно, т.к. Священное Писание было написано с единственной целью — сообщить Авторский замысел Бога читателю.

Заключение

В своём учебнике «Теория и практика перевода» А. Паршин для достижения наилучшего перевода призывает использовать все переводческие ресурсы: «Объективно-субъективный характер имеет вся деятельность переводчика, и его действия никогда не сводятся к механической подстановке единиц ПЯ [переводящего языка] вместо единиц ИЯ [исходного языка]. Существующее мнение о том, что „перевод начинается там, где кончается словарь", что ошибочно предполагает, что при наличии словарного соответствия задача переводчика сводится к механическому переносу такого соответствия в текст перевода. При таком подходе переводческое творчество сводится лишь к нетривиальным уникальным решениям, необходимым в таких „экзотических" случаях, как перевод образов, каламбуров, жаргонизмов и т.п. В действительности, основные теоретические и практические проблемы перевода связаны не с периферийными явлениями, а с использованием всех ресурсов языка для достижения задач межъязыковой коммуникации»56.

Руководствуясь теми же мыслями, мы попытались осуществить синтез методологии для осуществления современного православного перевода книг Священного Писания Нового Завета с помощью объединения всех положительных достижений уже существующих теорий и методов перевода. Мы вполне понимаем, что «перевод неизбежно что-то теряет по сравнению с оригиналом, поэтому переводческая работа связана с ситуацией постоянного выбора: что потерять, а что сохранить. Эти выборы делаются с помощью иерархически выстроенной системы приоритетов, которую переводчик определяет в начале своей работы при участии заказчика перевода и с учётом мнений и представлений целевой аудитории. Даже в тех случаях, когда эти приоритеты не проговариваются, они всё равно имплицитно присутствуют и определяют работу переводчика»57.

По этой причине в начале своей работы мы выстроили систему приоритетов, которую и развивали в течение всей работы. Мы сразу оговорили, что наша методология

55 Crisp S. (2002). Icon of the Ineffable? An Orthodox View of Language and its Implications for Bible Translation // A. Brenner, J. W. Van Henten (eds.), Bible Translation on the Threshold of the Twenty-First Century: Authority, Reception, Culture and Religion, P. 41. Sheffield: Sheffield Academic Press / Цит. по Десницкий А. С., проф. Современный библейский перевод: теория и методология. М.: Издательство ПСТГУ, 2015. С. 146.

56 Паршин А. Теория и практика перевода. Учебное пособие для студентов лингвистических факультетов ВУЗов. Издательство СГУ, «Русский язык», 2000 / URL: https://cdnpdf.com/ pdf-6831-teorija-i-praktika-perevoda-aparshin (дата обращения: 17.10.2022).

57 Десницкий А.С., проф. Современный библейский перевод: теория и методология. М.: Издательство ПСТГУ, 2015. С. 187.

синтезируется для осуществления именно православного перевода Нового Завета и обращена в первую очередь к православной аудитории. Первым и основополагающим методом для осуществления такого перевода мы выбрали патристический метод. С помощью этого метода мы решаем проблему декодирования первичной коммуникативной ситуации — то есть правильного понимания смысла оригинального текста для дальнейшего перевода на современный русский язык.

Понимая важность заповеди «исследовать Писание» (Ин 5:39), мы осознаём, что выполнить эту заповедь возможно только работая с многозначным, максимально приближенным к греческому оригиналу текстом. Поэтому, основой для нашего перевода является «прямой», т.е. буквальный перевод. Максимальная многозначность нашего перевода достигается как значительным количеством лингвистических текстовых сносок, помогающих читателю ощутить спектр значения переводимого слова (при этом автору перевода удаётся минимизировать свой переводческий субъективизм), так и большим количеством экзегетических сносок, знакомящих читателя с различными экзегетическими традициями. В этом и состоит второй используемый нами метод — метод суммирования святоотеческой экзегезы.

Третьим используемым нами методом осуществления перевода стал метод совмещения прямого и непрямого переводов. С помощью этого метода мы избавляемся от бесконечного противопоставления современных принципов динамического, функционального и литературного эквивалента (т.е. «непрямых переводов») и «консервативного» дословного или буквального (т.е. «прямого») перевода. О степени этого противопоставления А. С. Десницкий в своей книге пишет следующее: «Динамический, функциональный и литературный эквивалент представляют как раз образцы таких частных теорий, глубоко проработанных, предлагающих своим последователям развёрнутые методики для практического применения. Только сторонники осознанной дословности свидетельствуют: эти частные теории подходят не всем, есть потребность и в иных построениях, учитывающих консервативное отношение к библейскому тексту. К сожалению, сами они не предлагают сколь-нибудь развёрнутого описания, и можно даже сказать, что 9/10 этой самой осознанной дословности сводятся к прямому отрицанию теории динамического эквивалента, и только»58.

Представленный нами синтез методологии состоит в одновременном использовании трёх указанных нами методов. Полагая за основу буквальный перевод, в тексте такого перевода мы располагаем многочисленные текстовые пояснения [в квадратных скобках], которые наряду с экзегетическими сносками и создают эффект динамического, функционального и литературного эквивалента, а также указывают на имплицитную (подразумеваемую, скрытую, находящуюся в тексте) информацию, оставляя её имплицитной, и одновременно делая её эксплицитной (т.е. открытой), т. е. решая проблему, поставленную основателями теории релевантности.

Данную методологическую работу мы смогли осуществить на основе уже осуществлённых нами переводов книг Нового Завета, а именно: Евангелия от Иоанна, Откровения Иоанна Богослова и семи Соборных посланий.

Источники и литература

1. Андрей Кесарийский, свт. Апокалипсис. Толкование. К.: Киево-Печерская Лавра, 2009. 192 с.

2. Библейские комментарии отцов Церкви и других авторов 1-УШ веков. Новый Завет. Том XII. Книга Откровения Иоанна Богослова. Тверь: «Герменевтика», 2009. xxxvi + 512 с.

58 Десницкий А.С., проф. Современный библейский перевод: теория и методология. М.: Издательство ПСТГУ, 2015. С. 187.

3. Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета в современном русском переводе. Под редакцией М. П. Кулакова, М. М. Кулакова. Институт перевода Библии при Заокской духовной академии. Минск: Типография ИП «Принткорп», 2015. 1856 с.

4. Вейсман А.Д., проф. Греческо-русский словарь. М.: Издательство ГЛК, 2011. 1370 с.

5. Властов Г.К. Опыт изучения Евангелия св. ап. Иоанна Богослова. В 2 т. Том I. СПб: Издание книгопродавца И. Л. Тузова, 1887. 460 с.

6. Греческо-русский словарь, изданный Киевским Отделением Общества классической филологии и педагогики. Изд. 3. Киев: Лито-типография Товарищества И. Н. Кушнерев и К, 1901. 1083 с.

7. Дворецкий И.Х. Древнегреческо-русский словарь. Т.2. М.: Государственное издательство иностранных и национальных словарей, 1958. 1905 с.

8. Десницкий А. С., проф. Библейский перевод как литературный перевод. Перевод Библии в литературах народов России, стран СНГ и Балтии. Материалы к конференции, Москва, 2-3 декабря 1999 г. М.: Институт перевода Библии, 2003. 426 с.

9. Десницкий А. С., проф. Современный библейский перевод: теория и методология. М.: Издательство ПСТГУ, 2015. 432 с.

10. Игнатий (Брянчанинов), свт. Добавление к этюду «Сад во время зимы». Полное собрание творений. Т. IV. М.: Паломник, 2002. 783 с.

11. Иоанн Златоуст, свт. Беседы на Евангелие от Иоанна Богослова. Том I. М: Издательство «Посад», 1993. 463 с.

12. Иоанн Кронштадтский, прав. Начало и конец нашего земного мира. Опыт раскрытия пророчеств Апокалипсиса. М.: Издательство «Локид-Пресс», 2004. 415 с.

13. Кассиан (Безобразов), еп. Водою и кровию и Духом. Толкование на Евангелие от Иоанна. Париж, 2001. 251 с.

14. Мень А, прот. Читая Апокалипсис. Беседы об Откровении святого Иоанна Богослова. М., Издательский дом «Жизнь с Богом», 2011. 255 с.

15. Феофилакт Болгарский, блаж. Толкование на Апостол. М.: Издательство «Летопись», 2016. 920 с.

16. Швейцер А.Д. Теория перевода. Статус, проблемы, аспекты. М: «Наука», 1988. 215 с.

Электронные источники

17. Еохатод. Библия Заокская — Кулакова-Десницкого // Электронная библиотека Эс-хатос / URL: http://esxatos.com/bibliya-zaokskiy-bbi-sovremennyy-perevod (дата обращения: 03.04.2020).

18. Библиография // Сайт Андрея Десницкого / URL: https://desnitsky.net/about_me/ #bibliography (дата обращения: 29.10.2022).

19. Викторин Петавийский, сщмч. Толкование на Апокалипсис (полный перевод всех глав). Дипломная работа по предмету «Латинский язык». Перевод чтеца Илии Силантьева. Научный руководитель иеромонах Таврион (Смыков) // «Сайт Азбука веры» / URL: https:// azbyka.ru/otechnik/Viktorin_Petavijskij/perevod-tolkovanija-na-apokalipsis-viktorina-episkopa-petavskogo/ (дата обращения: 07.10.2021).

20. Воробьев В., прот. Отзыв от лица преподавателей кафедры библеистики ПСТГУ // Сайт Института перевода Библии им. М. П. Кулакова / URL: https://bible.zau.ru/translation/review (дата обращения: 06.04.2020).

21. Иларион (Алфеев), митр. История и значение Синодального перевода Библии / URL: https://www2.pravoslavie.ru/97562.html (дата обращения: 13.11.2020).

22. Иннокентий (Павлов), иг. Современный Русский Перевод Библии. Газета Мирт № 3 (91) — 2015 / URL: https://gazeta.mirt.ru/stat-i/pisaniya/post-1821/ (дата обращения: 23.04.2019).

23. Каталог // Сайт РБО / URL: https://biblia.ru/catalog/ (дата обращения: 29.10.2022).

24. Ковшов М. В. Принципы перевода Священного Писания на русский язык: святитель Филарет и современная библеистика // Научный богословский портал Богослов^О / URL: https://bogoslov.ru/article/5997444?ysclid=l96jctzn291 (дата обращения: 13.10.2022).

25. Краева Е.В. Теория перевода в трудах Ю. Найды / URL: https://studopedya.ru/2-16542. html (дата обращения: 18.10.2022).

26. Папоротниковидные. Большая российская энциклопедия / URL: https://bigenc.ru/ biology/text/2705781 (дата обращения: 23.10.2022).

27. Паршин А. Теория и практика перевода. Учебное пособие для студентов лингвистических факультетов ВУЗов. Издательство СГУ, «Русский язык», 2000 / URL: https://cdnpdf. com/pdf-6831-teorija-i-praktika-perevoda-aparshin (дата обращения: 17.10.2022).

28. РБО: Правление / URL: https://www.biblia.ru/about/direction/ (дата обращения: 24.04.2019).

29. Рубский В. Беседа с Андреем Десницким 20.11.21 / URL: https://youtu.be/Je3FUxs9p1s (дата обращения: 31.12.21).

30. Учредитель ББИ // Сайт ББИ / URL: https://standrews.ru/rus/ob-institute/rektor.html (дата обращения: 15.10.2022).