Отзыв официального оппонента о диссертации А. Р. Лонщаковой «Тактика допроса обвиняемого по делам о насильственных преступлениях»

Отзывы

ОТЗЫВ ОФИЦИАЛЬНОГО ОППОНЕНТА О ДИССЕРТАЦИИ А. Р. ЛОНЩАКОВОЙ «ТАКТИКА ДОПРОСА ОБВИНЯЕМОГО ПО ДЕЛАМ О НАСИЛЬСТВЕННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЯХ»*

С. В. Тетюев, кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного процесса

и криминалистики ЮУрГУ

Диссертация «Тактика допроса обвиняемого по делам о насильственных преступлениях» , выполненная А. Р. Лонщаковой на кафедре криминалистики Уфимского юридического института МВД России под руководством кандидата юридических наук, доцента Ф. Г. Аминева, представлена на соискание ученой степени кандидата юридических наук по специальности 12.00.09 - уголовный процесс, криминалистика и судебная экспертиза; оперативно-розыскная деятельность.

Актуальность диссертационного исследования А. Р. Лонщаковой обусловлена как минимум двумя обстоятельствами. С одной стороны, допрос обвиняемого - это ключевое следственное действие, которое является не только способом собирания доказательств и средством защиты от предъявленного обвинения. Это важное средство проверки законности и обоснованности привлечения лица к уголовной ответственности. С другой стороны, насильственная преступность занимает устойчивое место в структуре современной преступности, эффективность борьбы с которой во многом зависит в том числе и от качества уголовного и уголовно-процессуального законодательства, и от степени разработанности в науке основных положений тактики расследования преступлений того или иного вида, и от грамотного использования соответствующих тактических приемов и рекомендаций в уголовно-процессуальной деятельности.

Хотя процессуальные и тактические особенности допроса обвиняемого неоднократно

* Лонщакова А. Р. Тактика допроса обвиняемого по делам о насильственных преступлениях: дис. ... канд. юрид. наук. Челябинск, 2009. 242 с. Электронная версия автореферата диссертации размещена на официальном сайте Южно-Уральского государственного университета. Ш1_: www.susu. ac.ru.

становились предметом научных изысканий, комплексные исследования проблем допроса обвиняемого применительно к делам о насильственных преступлениях в юридической науке не проводились. Поэтому следует признать, что диссертация А. Р. Лонщаковой подтверждает справедливое мнение криминалистов (А. Н. Васильева, А. Б. Соловьева) о том, что в силу своей многогранности допрос обвиняемого практически не имеет пределов исследования в обозримом будущем. Особенности детерминации и причинности насильственной преступности и особенности борьбы с нею, отличные от других видов преступности (корыстной, экономической, коррупционной и т.д.), оказывают безусловное влияние на процесс расследования насильственных преступлений и не могут не обусловливать специфику тактики следственных действий (в том числе допроса обвиняемого), проводимых по таким уголовным делам. Значит, есть все основания говорить, что тактика допроса обвиняемого по делам о насильственных преступлениях имеет определенные отличия от тактики этого следственного действия по делам о преступлениях других видов и что исследования этих особенностей (отличий) являются обоснованными и необходимыми как для науки, так и для практики. Как правильно отметил соискатель, разработки по тактике допроса в зависимости от видов преступлений необходимы, поскольку это будет способствовать четкому выделению факторов, определяющих особенности тактики допроса, более глубокому изучению личности допрашиваемого, позволит прогнозировать степень и формы возможного оказываемого противодействия со стороны допрашиваемого лица (с. 14 диссертации).

Диссертация А. Р. Лонщаковой представляет собой комплексное исследование осо-

бенностей тактики допроса обвиняемого по делам о насильственных преступлениях с опорой на научные достижения в области философии, логики, общей и юридической психологии, уголовного процесса, криминалистики, судебной экспертизы и с использованием обширного эмпирического материала. Автором было проанализировано 216 научных источников, изучено 250 дел о насильственных преступлениях, которые рассматривались судами Республики Башкортостан и Челябинской области, проведено анкетирование и интервьюирование 200 следователей органов внутренних дел и Следственного комитета при прокуратуре РФ, опрошено 23 адвоката и 42 осужденных за насильственные преступления, отбывавших на момент опроса наказание в исправительном учреждении. Кроме того, А. Р. Лонщаковой было проанализировано 49 заключений эксперта по психофизиологическим экспертизам. В ходе исследования автор использовал и собственный опыт работы следователем.

Применение современных методов научного исследования в совокупности с достаточно репрезентативной эмпирической базой не позволяет сомневаться в достоверности выводов и рекомендаций, сделанных А. Р. Лонщаковой. Поэтому положения, выносимые соискателем на защиту (с. 8-10 диссертации, с. 9-10 автореферата), в целом выглядят обоснованными и заслуживают поддержки.

Научная новизна диссертации А. Р. Лон-щаковой обусловлена прежде всего тем, что ранее тактика допроса обвиняемого по делам о насильственных преступлениях не становилась предметом самостоятельных научных исследований. Диссертантом предложены авторские определения понятий «противодействие расследованию преступлений» и «тактический прием», расширен перечень методов преодоления противодействия обвиняемого по делам о насильственных преступлениях при его допросе, сформулирован типовой портрет личности обвиняемого по указанной категории дел, определены закономерности противодействия обвиняемых по делам о насильственных преступлениях, разработаны рекомендации по использованию тактических приемов при производстве допроса лиц, совершивших насильственные преступления, в качестве обвиняемых в зависимости от акцентуаций их характера и т.д.

Цель диссертационного исследования (подробный анализ подготовки и проведения допроса обвиняемого по делам о насильственных преступлениях, научная разработка рекомендаций по подготовке и проведению данного следственного действия и определение его наиболее эффективных тактических приемов) была успешно достигнута соискателем посредством решения сформулированных им задач (с. 5-6 диссертации, с. 5-6 автореферата).

Безусловным достоинством диссертационного исследования является то, что оно изобилует результатами проведенных автором обобщения следственно-судебной практики и анкетирования практических работников, примерами из конкретных уголовных дел, их анализом.

Структура работы логически последовательна и способствует решению задач, поставленных диссертантом. Работа состоит из введения, двух глав (шести параграфов), заключения, списка использованной литературы и приложений.

Первая глава диссертации «Общие положения тактики допроса обвиняемых по делам о насильственных преступлениях» логично начинается с анализа существующих подходов к определению понятия «допрос», предмета, целей и задач допроса обвиняемого. Рассматривая проблемы нормативного регулирования этого следственного действия в УПК РФ, А. Р. Лонщакова приходит к справедливому выводу о том, что вопрос, признает ли обвиняемый себя виновным, с позиции принципа презумпции невиновности следует задавать не в начале допроса, как сейчас это предусматривает ч. 2 ст. 173 УПК РФ, а после дачи обвиняемым показаний (с. 17-18 диссертации, с. 13 автореферата). Поддерживаем мы и предложение соискателя о возвращении «свободному рассказу» статуса обязательной стадии допроса (с. 9, 18 диссертации, с. 10, 13 автореферата). Следователь должен помнить о том, что при свободном рассказе обычно труднее солгать, чем при ответах на вопросы. К тому же обвиняемый знает гораздо больше того, что может спросить у него следователь.

Исследуя вопрос достоверности показаний обвиняемого, диссертант формулирует определение достоверности как одного из свойств доказательств (с. 24 диссертации), с которым в целом можно согласиться. Однако автор не обосновал, для чего это определение

необходимо закрепить в ст. 88 УПК РФ, и не указал, что изменит (улучшит) в правоприменительной деятельности реализация его предложения. Также непонятно, почему недостоверные показания обвиняемого необходимо исключать из материалов дела как недопустимые (с. 27 диссертации)? Зачем вообще их исключать, если следователь в обвинительном заключении вправе и обязан обосновать принятое решение собранными по делу доказательствами (ч. 4 ст. 7 УПК РФ), указав, какие доказательства и почему им были отвергнуты как не обладающие свойством относимости или достоверности?

Проанализировав высказанные в науке точки зрения по вопросу о понятии «противодействие расследованию», А. Р. Лонщакова излагает собственное понимание данной категории, формулируя авторское определение (с. 9, 31-32 диссертации, с. 9-10, 13-14 автореферата). Обобщение следственной практики и опрос следователей позволили соискателю заключить, что трудности, испытываемые следователями в преодолении противодействия со стороны обвиняемых, в значительной степени обусловлены тем, что следователи не обладают достаточными знаниями о формах проявления и криминалистических методах преодоления противодействия при производстве допроса обвиняемого (с. 32 диссертации), а также сделать вывод о том, что наиболее распространенными способами противодействия расследованию со стороны обвиняемых по делам о насильственных преступлениях являются дача ложных показаний, отказ от дачи показаний, создание инсценировок и ложного алиби, сокрытие следов преступления (с. 33, 35 диссертации). Далее автором дается характеристика каждого способа и обосновываются наиболее эффективные методы преодоления противодействия. Например, в случае отказа обвиняемого от дачи показаний предлагается использовать методы активизации психической деятельности (с. 45 диссертации).

Рассмотрев такой способ противодействия расследованию, как дача ложных показаний, А. Р. Лонщакова предложила установить уголовную ответственность за дачу обвиняемым заведомо ложных показаний (с. 41 диссертации, с. 13, 15 автореферата), что поставит обвиняемого в равные условия с потерпевшим, который по закону несет уголовную ответственность в этом случае. Данное пред-

ложение соискателя не лишено рационального зерна и требует дальнейшего обсуждения, тем более что в науке отсутствует однозначное мнение по вопросу о том, является ли так называемое право на ложь неотъемлемым элементом права на защиту. К тому же в силу ч. 1 ст. 19 Конституции РФ все должны быть равны перед законом и судом, в том числе и в уголовном судопроизводстве.

Исследуя психологию поведения допрашиваемого обвиняемого по делам о насильственных преступлениях, А. Р. Лонщакова с учетом анализа лично полученного эмпирического материала дает характеристику личности обвиняемого по следующим элементам: биографические данные, социальный статус личности, состояние здоровья, условия жизни и профессиональная деятельность, психологические особенности личности (с. 56-58 диссертации).

Соискатель приходит к бесспорному выводу о необходимости выяснения мотивов совершения преступления в рамках изучения личности обвиняемого, в частности по делам о насильственных преступлениях (с. 63, 108110 диссертации). Классификацию мотивов преступлений, которую предложили Ю. М. Антонян и В. В. Гульдан, автор применяет к насильственным преступлениям (с. 6667 диссертации). Опираясь на разработанную в науке типологию осужденных за насильственные преступления, А. Р. Лонщакова делает вывод о преобладании среди лиц, совершивших насильственные преступления, лиц возбудимого и неуправляемого типов (с. 71 диссертации).

Следует согласиться с диссертантом в том, что для понимания психологии поведения и определения тактики допроса обвиняемого по делам о насильственных преступлениях немаловажным является знание следователем акцентуаций характера (пограничных состояний между аномалией и нормой) обвиняемых (с. 74 диссертации).

В заключение первой главы соискатель формулирует не только типовой портрет личности обвиняемого, но и типовой портрет потерпевшего по делам о насильственных преступлениях (с. 8-9, 77, 79 диссертации, с. 9, 17 автореферата).

Вторая глава диссертации «Особенности подготовки и проведения допроса обвиняемого по делам о насильственных преступлениях» начинается параграфом «Принятие следо-

вателем решения о подготовке и проведении допроса обвиняемого», в котором А. Р. Лон-щакова анализирует тактические ошибки, допускаемые следователями при принятии указанных решений, в частности: недооценку возможного противодействия со стороны обвиняемого и его защитника, недостаточное изучение личности допрашиваемого обвиняемого, неполноту и односторонность исследования обстоятельств дела и др. (с. 89-90 диссертации). В качестве замечания мы хотели бы обратить внимание на слабую связь § 1 главы второй диссертации непосредственно с темой исследования. Вопросы, которые соискатель рассматривает в этом параграфе, носят общий характер и имеют отношение к допросам обвиняемым по любым уголовным делам. Поскольку автором были затронуты вопросы допустимости доказательств, на наш взгляд, данный параграф безусловно украсил бы анализ выявленных А. Р. Лонщаковой в ходе обобщения следственно-судебной практики процессуальных нарушений, допускаемых следователями при производстве допросов обвиняемых по делам о насильственных преступлениях.

В § 2 главы второй диссертации автор поднимает проблему использования полиграфа в ходе расследования дел о насильственных преступлениях и приходит к выводу о том, что использование полиграфа является эффективным способом получения и проверки доказательственной информации, одним из методов диагностики лжи и преодоления противодействия обвиняемого по делам о насильственных преступлениях (с. 10, 25, 28, 53 диссертации, с. 10, 22-23 автореферата).

А. Р. Лонщакова приводит статистические данные об успешном использовании полиграфа в правоохранительных органах различных субъектов РФ, анализирует нормативный опыт зарубежных стран. И хотя доводы автора о более широком использовании полиграфа при раскрытии и расследовании насильственных преступлений являются весьма убедительными, достаточно смелым следует признать вывод о доказательственном значении результатов психофизиологических экспертиз, в рамках которых применяется полиграф. Во-первых, Инструкция о порядке применения полиграфа при опросе граждан, утвержденная приказом МВД РФ от 28 декабря 1994 г. № 437, не предусматривает возможность его применения при производстве экс-

пертиз. Более того, в ней четко сказано, что использование полиграфа при опросе граждан является разновидностью оперативно-

розыскного мероприятия - опроса граждан с использованием технических средств (п. 1.1) (т.е. в рамках процессуальных (в том числе следственных) действий его применение не допускается), а полученная информация не может применяться в качестве доказательств, имеет вероятностный характер и только ориентирующее значение (п. 1.2). Во-вторых, ознакомление с некоторыми заключениями эксперта (экспертов) по итогам психофизиологических экспертиз показало, что чаще всего делаются следующие выводы: в ходе проведенного исследования были выявлены психофизиологические реакции, свидетельствующие о том, что такое-то лицо располагает или не располагает определенной информацией. Например, в одном из заключений был сделан вывод: лично лицо удары топором потерпевшему не наносило, достоверно мотив убийства лицу неизвестен, лицу известно, куда преступник выбросил топор, и т. д. Представляется, что эксперты, проводящие психофизиологические экспертизы, зачастую выходят за пределы своей компетенции. Нужен ли тогда следователь, если эксперт-полиграфолог делает подобного рода выводы? Вместе с тем вызывает удивление тот факт, что такие заключения нередко в суде расцениваются как допустимые доказательства в отсутствие на то каких-либо нормативных оснований.

Но несмотря на это, полагаем, что заключения экспертов по итогам психофизиологических экспертиз являются лишь ориентирующей информацией, которая не может быть положена в основу процессуальных решений, но может повлиять на выбор следственных действий, определение тактики допроса обвиняемого и т.д.

После рассмотрения вопросов использования научно-технических средств в расследовании насильственных преступлений А. Р. Лонщакова переходит к исследованию тактических приемов получения полных и объективных показаний обвиняемого по указанной категории дел.

Проанализировав и критически осмыслив различные подходы к определению понятия «тактический прием», автор формулирует собственное определение (с. 143-144 диссертации, с. 23 автореферата). Следует отметить удачную структуру § 3 главы второй диссер-

тации: после анализа категории «тактический прием» соискатель рассматривает предложенные в науке классификации тактических приемов, в том числе тактических приемов допроса, и затем обосновывает, использование каких выделяемых в науке тактических приемов допроса обвиняемого является наиболее эффективным для достижения цели допроса обвиняемого по делам о насильственных преступлениях. Так, опираясь на результаты обобщения следственно-судебной практики и научные достижения в области психологии, А. Р. Лонщакова с учетом выявленных закономерностей поведения лиц, совершивших насильственные преступления, и психологических особенностей их личности рекомендует чаще использовать такой тактический прием, как «снятие напряжения» (с. 158 диссертации), и по возможности воздерживаться от использования такого, как «побуждение допрашиваемого к раскаянию» (с. 161 диссертации). Обоснование эффективности использования тех или иных тактических приемов в ходе допроса обвиняемого по делам о насильственных преступлениях иллюстрируется удачно подобранными примерами из следственно-судебной практики.

В завершение второй главы диссертации автор формулирует рекомендации по применению тактических приемов допроса обвиняемого по делам о насильственных преступлениях в зависимости от следственной ситуации, что имеет немаловажное практическое значение.

Несмотря на обозначенные достижения А. Р. Лонщаковой, несомненно, свидетельствующие об определенном личном вкладе в разработку научной проблемы, некоторые положения в диссертационном исследовании вызывают неоднозначную оценку либо нуждаются в дополнительной аргументации, поэтому они не могут быть причислены к категории бесспорных.

1. Анализируя тактические ошибки, допускаемые следователями при принятии решения о подготовке и проведении допроса обвиняемого, соискатель отмечает, что причиной неполноты и односторонности исследования обстоятельств дела является отсутствие в УПК РФ нормы о необходимости тщательного, всестороннего и объективного исследования доказательств. Поэтому автор предлагает включить норму, схожую с той, которая содержась в ст. 20 УПК РСФСР

1960 года (с. 23, 90 диссертации, с. 21-22 автореферата). Однако, на наш взгляд, это едва ли действительно изменит ситуацию в лучшую сторону и поспособствует более полному и объективному исследованию обстоятельств дела при принятии следователями процессуальных и тактических решений, поскольку и в настоящее время ст. 73 УПК РФ, которая определяет обстоятельства, подлежащие доказыванию, и делает это, к слову сказать, более подробно, чем ст. 68 УПК РСФСР 1960 года, обязывает следователей объективно и всесторонне исследовать обстоятельства дела.

2. При рассмотрении проблем нормативной регламентации допроса обвиняемого А. Р. Лонщакова критически оценила норму, содержащуюся в п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, в том числе указав, что на практике данная норма способствовала появлению нового термина «коридорный защитник», под которым понимается лицо (защитник), лишь присутствующее при допросах обвиняемых (подозреваемых), а затем своей подписью удостоверяющее, что к ним не применялись недозволенные методы и приемы; функцию защиты это лицо не выполняет, поскольку оно не заинтересовано в исходе дела (с. 19, 21 диссертации). Но в дальнейшем автор отмечает, что с учетом п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ важно обеспечить участие защитника в допросе обвиняемого и более того - изучить личность защитника, установить с ним психологический контакт (с. 99, 129 диссертации). Вместе с тем представляется, что изучение личности «коридорного защитника» и установление с ним психологического контакта в свете его характеристики, данной диссертантом, вряд ли целесообразно и необходимо.

3. В структуре подготовительного этапа допроса обвиняемого соискатель выделяет «изучение личности обвиняемого» (с. 99 диссертации). При этом, думается, автор не учитывает, что подготовку к первому допросу обвиняемого необходимо рассматривать в узком и широком смыслах. В широком смысле подготовка к допросу - это вся процессуальная деятельность, предшествующая предъявлению обвинения и первому допросу в качестве обвиняемого. Подготовка в допросу обвиняемого в узком смысле длится с момента вынесения постановления о привлечении в качестве обвиняемого до начала следственного действия (по сути, не более трех суток,

предусмотренных ч. 1 ст. 172 УПК РФ). Полагаем, что А. Р. Лонщакова, говоря о подготовительном этапе допроса, подразумевает подготовку к допросу в узком смысле. Однако деятельность по изучению личности обвиняемого должна начинаться задолго до предъявления обвинения. Изучить ее за два-три дня невозможно. Поэтому, на наш взгляд, говорить об изучении личности обвиняемого в рамках подготовки к его допросу в узком смысле не совсем корректно. Готовясь к допросу, следователь уже должен располагать данными о личности обвиняемого. Задачей же его на этом этапе должно быть обобщение информации об особенностях личности обвиняемого, как процессуальной, так и непроцессуальной, но в любом случае уже полученной (собранной) следователем ранее.

4. Исследуя в первой главе диссертации вопрос о целях и задачах допроса, А. Р. Лон-щакова пришла к выводу о том, что целью допроса является получение полных и достоверных показаний (с. 15 диссертации), а задачей - организация подготовки допроса и определение тактики его проведения (с. 16 диссертации). Однако на с. 141 диссертации, предваряя рассмотрение тактических приемов допроса обвиняемого, соискатель отметил, что получение правдивых, полных и объективных показаний - одна из основных задач допроса, для благополучного решения которой следователь использует тактические приемы. Установленный факт смешения понятий требует дополнительной аргументации позиции соискателя относительно разграничения целей и задач допроса.

Высказанные замечания не влияют на общую положительную оценку диссертационного исследования, не умаляют его достоинств и не ставят под сомнение его теорети-

ческую и практическую значимость. Диссертация А. Р. Лонщаковой отвечает требованиям Положения о порядке присуждения ученых степеней, является оригинальным и завершенным исследованием. Это научноквалификационная работа, в которой содержится решение задач, имеющих существенное значение для развития теории и практики расследования насильственных преступлений. Автору удалось достаточно глубоко раскрыть сформулированную проблему и обосновать научные положения, содержащиеся в работе. А. Р. Лонщакова проявила себя как исследователь с развитыми аналитическими способностями, умеющий выявлять актуальные проблемы криминалистической тактики и предлагать адекватные варианты их решения.

Результаты диссертационного исследования А. Р. Лонщаковой прошли апробацию в нескольких направлениях: они используются в учебном процессе Уфимского юридического института МВД России, в практической деятельности МВД Республики Башкортостан (о чем имеются акты внедрения), обсуждались на научно-практических конференциях различного уровня. Основные положения диссертации отражены в шести научных статьях, две из них - в ведущем рецензируемом издании, рекомендованном ВАК Минобрнауки РФ, - в федеральном журнале «Черные дыры» в российском законодательстве». Содержание автореферата соответствует основному содержанию диссертации.

Изложенное позволяет заключить, что Лонщакова Анжелла Рашитовна заслуживает присуждения ученой степени кандидата юридических наук по специальности 12.00.09 -уголовный процесс, криминалистика и судебная экспертиза; оперативно-розыскная деятельность.

Отзыв поступил в редакцию 2 сентября 2009 г.