Электронное правительство как новая форма публичной коммуникации

Одна из основных угроз, по мнению опрошенных, в том, что новые технологии снижают общий профессиональный уровень журналистов, так как для поиска информации в мультимедийной среде журналист прилагает минимум усилий. При этом журналисты не всегда проверяют полученную легким путем информацию. В результате вместо комплексного интеллектуального блюда читатель рискует получить информационный фаст-фуд. В то же время контент, поставляемый пользователями, открывает для журналистов набор новых возможностей. Среди прочих преимуществ отметим, что эти технологии, несущие с собой новые комплексные способы получения, структурирования, хранения, передачи и обработки информации, позволяют перейти к более эффективным фор-

мам организации работы СМИ и могут сыграть большую роль в изменении господствующих сегодня технологий в профессии.

Однако без участия СМИ пользовательский контент не может стать самостоятельным информационным продуктом. «Любое СМИ в силу своего статуса, репутации, профессиональной ответственности и поэтому, все еще верится, легитимного доверия — добавляет единичному факту объем, наращивает авторитетность источника, обобщает, ставит проблему, наконец, способствует ее решению. Наша новая задача не только собрать, получить и изложить информацию с помощью разных возможностей мультимедиа, а предложить контекст и объяснить людям новости», — резюмирует А. Качка-ева [8, с. 8].

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Спирс, Э. Собственное мнение [Текст] / Э. Спирс // Forbes. - 2010. - № 12.

2. Коломеец, К. Практикум: создание своего СМИ в Интернете [Текст] / К. Коломеец // Журналистика и конвергенция: почему и как традиционные СМИ превращаются в мультимедийные / под ред. А. Качкаевой. — М.: Фокус-медиа, 2010.

3. Сайт Livejournal.com [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://navalnylivejournal.com/5453 52.html.

4. Сайт ya.ru [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://samarskii.ya.ru/replies.xml?item_no=3717.

5. Шаляпин, А. Социальные сети [Текст] / А. Шаляпин // Материалы Междунар. молодежно-

го науч. форума «ЛОМОНОСОВ-2010» / отв. ред. И.А. Алешковский и др. — М.: МАКС Пресс, 2010.

6. Рейтинг Mail.ru — «Газеты» [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://top.mail.ru/Rating/ MassMedia-Newspapers/Today/Visitors/.

7. Рейтинг Mail.ru — «Информационные агентства» [Электронный ресурс]. — Режим доступа: ЫХр:// top.mail.ru/Rating/MassMedia-News/Today/Visitors/.

8. Качкаева, А. От редактора. Заметки на полях [Текст] / А. Качкаева // Журналистика и конвергенция: почему и как традиционные СМИ превращаются в мультимедийные / под ред. А. Качкаевой. — М.: Фокус-медиа, 2010.

УДК 316.773.2

К.Э. Лявданский

ЭЛЕКТРОННОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО КАК НОВАЯ ФОРМА ПУБЛИЧНОЙ КОММУНИКАЦИИ

Вследствие процессов глобализации и информатизации современная публичная коммуникация в начале XXI века претерпела серьезную структурно-функциональную трансформацию: возросло значение сетевого взаимодействия государства, бизнеса и гражданского общества. Последняя информационная революция существенно преобразует современное общество. Термин «информа-

ционное общество» или «общество знания» становится не только концептуальной разработкой ученых-теоретиков, но постепенно находит свое практическое воплощение в различного рода проектах. Например, в создании электронного правительства, «которое выступает не только технологическим инструментом решения ряда задач управления, но и формирует виртуальное пространство, обес-

печивающее решение задач, поставленных современными вызовами» [1].

Электронное правительство — выражение, популярное не только в международных научно-исследовательских кругах, но и среди политических деятелей начала XXI века. Более того, данный концепт рассматривается как «ключевое средство модернизации правительства в XXI веке» [2]. Основная идея создания электронного правительства сводится к «повышению результативности и эффективности исполнительных функций государства (особенно в том, что касается предоставления государственных услуг), что сделает правительство более прозрачным и подотчетным гражданам и бизнесу; изменит отношения между государством и гражданами за счет существенных изменений в уровне демократии» [Там же]. Другими словами, будет способствовать «публичности» работы современных чиновников и обеспечит прямое взаимодействие государства и общества в XXI веке.

В современной трактовке электронное правительство является «концепцией осуществления управления государством и элементом масштабного информационного преобразования общества» [3]. Концептуально электронное правительство подразумевает деятельность в трех направлениях:

1) от правительства к правительству ^о-vernment-to-Government: G2G). Это следующие проекты: создание межведомственных сетей, корпоративных и государственных баз данных, реестров введения электронного документооборота и т. п.;

2) от правительства к населению (Govern-тепМо-Сш1: G2C). Проекты: предоставление сведений о свободных рабочих местах, выдача свидетельств о рождении, регистрация и голосование избирателей, медицинская информация и т. п.;

3) от правительства к бизнесу (Government-to-Business: G2В). Проекты: проведение государственных закупок, выдача лицензий и разрешений и т. п.

Концептуальное развитие данная схема получила в работах Д. Сандора, который дополнил три указанные классические формы взаимодействия (G2G, G2C и G2B) новыми, включив в число участников электронных коммуникаций некоммерческие организации (^ и научно-исследовательские центры [4]. Дан-

ный подход расширил не только число элементов системы электронного правительства, но и увеличил количество каналов связи между государством и обществом.

Основная цель проекта электронного правительства — установление прямой коммуникации между властью и гражданином. Так, в «классической» схеме потребитель государственных услуг (гражданин) сам обращается во все необходимые инстанции, тогда как в результате «электронизации» государственных услуг достигается прямой контакт гражданина с правительством.

С методологической точки зрения развитие системы электронного правительства можно проанализировать с помощью структурно-функционального подхода, выделив четыре структурных компонента системы электронного правления:

• электронные услуги (e-services), которые подразумевают предоставление в электронной форме правительственной информации, программ, стратегий и услуг, доступных ежедневно и круглосуточно в режиме онлайн;

• электронное управление (e-management), реализуемое через создание единой базы данных внутри правительства, что дает возможность управлять данными и информацией, вести электронные записи и направлять потоки информации между департаментами;

• электронная демократия (e-democracy), представляющая собой систему информационно-коммуникационных технологий, рассматриваемую в качестве инструмента в развитии прямой демократии, т. е. предполагает расширение непосредственного участия граждан в государственном управлении (виртуальные городские собрания, публичные совещания, телевизионные дебаты, опросы общественного мнения и гражданские форумы в Интернете и т. д.);

• электронная коммерция (e-commerce), создающая условия для мобильного и эффективного осуществления гражданами своих экономических взаимодействий с государством (оплата налогов, счетов за жилищно-коммунальные услуги, регистрация транспортных средств и т. д.) [2].

Однако введение системы электронного правительства не может ограничиваться лишь информационно-технологической стороной

вопроса. С точки зрения политической теории в основе концепта электронного правительства должна лежать качественная трансформация принципов взаимодействия власти и общества. Это предполагает изменение объектно-субъектного статуса гражданина в системе электронного правительства, т. е. гражданин из объекта властно-управленческого воздействия превращается в полноправного участника — субъекта процесса принятия политических решений. Данную ролевую трансформацию гражданина как потребителя правительственных услуг можно теоретически обосновать, используя схему Дж. Демпси, который выделил три стадии в процессе становления системы электронного правительства [5, с. 24].

1. Стадия «публичности» предполагает использование новейших коммуникационных технологий для расширения доступа граждан и институтов гражданского общества к интересующей их информации органов государственной власти и местного самоуправления (например, размещение на соответствующих сайтах текстов законов и других нормативно-правовых актов, статистических данных, а также форм документов, необходимых для обращения в органы власти: заявлений, деклараций, квитанций и т. п.).

Крайне важно в современных условиях российского общества стратегически целенаправленно осуществлять развитие сферы публичного в электронном формате. Так, например, многие эксперты считают необходимым создание на базе существующего интернет-портала «Официальная Россия» [6] универсальной справочной системы, предоставляющей возможность доступа к информационным ресурсам федеральных органов государственной власти и органов власти субъектов федерации «через одно окно» путем использования развернутой и рубрициро-ванной системы гиперссылок [7].

2. Стадия «участия» подразумевает активное участие граждан в обсуждении и публичной оценке законодательных и иных государственных проектов, касающихся текущей и будущей политики. Это достигается путем публикации дискуссионных позиций гражданского общества на официальных сайтах, представляющих проекты законодательных актов и других правительственных предложений и инициатив, в результате чего между государством и обще-

ством устанавливается обратная интерактивная коммуникация. Иными словами, в обществе формируется новая полилоговая культура коммуникации.

3. Стадия «онлайн-транзакций» предполагает предоставление услуг государственных учреждений через Интернет, что упрощает бюрократические процедуры и снижает риск коррупционности.

В последнее время в российских общественно-политических и научных кругах постоянно обсуждается проблема концептуальной «неразработанности» модели «электронизации» российского правительства. Как отмечает российский исследователь Д.Л. Сивоволов, проблемы российской политической науки в сфере информатизации общества связаны с отсутствием «систематизированной теории информационного общества, которая раскрывала бы сущностные характеристики информационного общества и объясняла параметры социальных перемен и характер государственного управления при переходе к новому типу общества» [8]. Отмечается, что, с одной стороны, понятны объективные требования современности к модернизации государственной власти в России в условиях информационного общества, а с другой стороны, нет соответствующих субъективных предпосылок к переходу к электронному правительству: отсутствие квалифицированных специалистов, а также наличие устаревших ментальных стандартов, которые мешают российским чиновникам и гражданам по-новому взглянуть на свои коммуникационные взаимосвязи и возможности соуправления государством.

Концепт электронного правительства часто рассматривается российскими чиновниками лишь как способ электронного общения власти и общества, тогда как среди граждан, приверженных традициям православной культуры, распространены алармистские настроения, связанные с боязнью излишней публичности частной жизни посредством использования новых информационных технологий (ИНН, чипирование и т. д.). Информационно-коммуникационная открытость органов власти создает предпосылки для социального контроля за деятельностью граждан, а Интернет — для преодоления монологовой культуры управления, традиционной для России. В подтверж-

дение этому можно привести точку зрения российского исследователя А.В. Юрасова, который отмечает, что «автоматизация работы государства (в форме создания электронного правительства) находится на начальном этапе теоретического осмысления, развития технологий, инструментальных средств и менталитета власти и общества. При этом в существующих научных разработках, а также в анонсируемых в статьях и докладах на конференциях изысканиях существенное внимание уделяется частным вопросам: сетевому доступу к документам; различным средствам сбора и передачи информации о государственных услугах (например, сайтам и электронным киоскам); геоинформационным системам (ГИС) и т. п.» [9].

Возвращаясь к тезису об отсутствии ментальных предпосылок к адаптации государственных служащих и граждан РФ к новым реалиям информационного века, важно упомянуть позицию российского теоретика-политолога Л.В. Сморгунова, который, в свою очередь, достаточно оптимистично оценивает перспективы реализации идеи электронного правительства в сфере публичного управления в условиях формирующегося общества знания. Так, по его мнению, технологии менеджмента знания начинают использоваться в публичном секторе довольно активно, а электронное правительство служит удобным средством их реализации [1].

В то же время по результатам социологических исследований, которые периодически проводятся в регионах России, можно судить о том, что далеко не все россияне готовы к активному вхождению в экономку знания, о чем свидетельствует отсутствие соответствующих навыков («осваивать опыт других структур», «работать в команде» и «анализировать информацию» и т. д.). В российских обществоведческих кругах широко распространено мнение о том, что для преодоления указанного недостатка разработчикам российской модели электронного управления следует обратиться к зарубежному опыту, где успешно сочетаются теоретические концепты и реальная практика: «Западный опыт свидетельствует о значительной роли электронного правительства в развитии доверия к электронному предоставлению услуг вообще; электронное правительство стимулирует лидерство в использовании новых технологий для честной и свободной конкуренции в сфере

услуг. Электронное правительство расширяет пространство коммуникации, что способствует развитию знания и его совместного использования» [Там же]. В этом контексте положительным фактором может служить один из первых российских опытов практической реализации концепта электронного правительства — федеральная целевая программа «Электронная Россия» на 2002—2010 годы [10], результаты которой, однако, получили неоднозначные оценки. В числе основных препятствий для ее эффективной реализации стали выше перечисленные проблемы человеческого фактора.

Несмотря на низкую эффективность первого проекта, в 2010 году был одобрен проект новой государственной программы «Информационное общество на 2011—2020 гг.», что свидетельствует о стратегическом выборе направления развития российской системы управления государством и связей с общественностью. По нашему мнению, в последние годы в России произошли важные социальные сдвиги: формирование и укрепление позиций среднего класса, который в наибольшей степени заинтересован в становлении электронной России. Это, с одной стороны, связано с более высоким уровнем образования и социальной мобильностью, а с другой — с повышением его демократической культуры, что определяет потребность этого класса в открытости и доступности государственной власти, не обремененной коррупционными дефектами. Именно поэтому мы позитивно оцениваем инициативы российского руководства по интенсификации программ электронного правительства в России. Так, например, уже с 1 июля 2012 года «на электронное межведомственное взаимодействие должны перейти все регионы и многие муниципалитеты. Расширяются возможности граждан получать многие государственные и муниципальные услуги дистанционно, в том числе через использование соответствующего интернет-портала и с помощью универсальных электронных карт. Гражданам будет проще общаться с государством в режиме реального времени, экономить соответственно и время, и деньги, не говоря уже о том, что электронные технологии обеспечивают лучшую прозрачность, крайне необходимую для противодействия коррупции» [11]. В этой связи может быть решена одна из главных задач политики модернизации России в сфере рас-

ширения и укрепления демократических норм управления и доступности власти населению. Именно поэтому особого внимания заслуживает инициатива экс-президента Д.А. Медведева о тотальной компьютеризации государственного аппарата на всех уровнях и информатизации российского общества в целом, что является непременным условием для реализации идеи «Большого» или «Расширенного правительства». Данная идея как раз и направлена на реализацию публичной коммуникации российской власти с обществом как одного из главных инструментов будущего правительства в форме «некой управленческой среды, действующей совместно с основной партией, экспертами, региональной и муниципальной властью, непосредственно избирателями и активистами гражданского общества» [12].

Подводя итог, необходимо отметить следующее. Во-первых, непременным условием

успешной и эффективной модернизации современной России является реализация концепта электронного правительства, что должно стать информационно-технологическим базисом для демократизации политической системы и повышения самосознания граждан как активных участников полилоговых публичных коммуникаций с государством. Во-вторых, на данном этапе существует ряд серьезных препятствий на пути успешной реализации государственных программ электронизации управления в России. Это связано с профессиональной низкой квалификацией госслужащих и ментальным консерватизмом части граждан. В-третьих, существенным тормозом на пути внедрения государственных программ по информатизации России является отсутствие сугубо российских (учитывающих российскую специфику) теоретических разработок концепции электронного правительства.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Сморгунов, Л.В. Электронное правительство, менеджмент знания и административные реформы [Электронный ресурс] / Л.В. Сморгунов. — Режим доступа: http://www.politex.info/content/view/140/30/.

2. Целищева, Е.Ф. От электронного правительства к электронному государству [Электронный ресурс] / Е.Ф. Целищева // ЭГО: Экономика. Государство. Общество. — 2011. — Вып. № 2 (6): Новое гос. управление: реформы в условиях модернизации. — Режим доступа: http://ego.uapa.ru/issue/2011/02/01/.

3. Голобуцкий, А. Электронное правительство как концепция государственного управления в информационном обществе [Электронный ресурс] / А. Голобуцкий, О. Шевчук. — Режим доступа: http:// capri.ustu.ru/e-government/e-government_1.htm.

4. Сандор, Д. Проблемы развития информационного общества в Румынии [Текст] / Д. Сандор // Гос. управление в переходных экономиках. — 2003. - № 1.

5. Демпси, Дж. Электронное правительство и его выгоды для широких масс [Текст] / Дж. Демпси // Там же.

6. Интернет-портал «Официальная Россия»: http://www.gov.ru.

7. Павлютенкова, М. Для чего формируется и что дает электронное правительство: Электронное правительство — это технология государственного управления информационного общества [Электронный ресурс] / М. Павлютенкова. — Режим доступа: http://www.mdi.ru/news.php?NewsID=1291.

8. Сивоволов, Д.Л. Интернет-сайты органов власти: от монолога к диалогу [Электронный ресурс] / Д.Л. Сивоволов. — Режим доступа: http:// chinovnik.uapa.ru/modern/article.php?id=787.

9. Юрасов, А.В. Постановка проблемы разработки научно обоснованной концепции, алгоритмов работы и архитектуры инструментальных средств электронного правительства [Электронный ресурс] / А.В. Юрасов. — Режим доступа: http://e-commerce. psati.ru/content/other/?ID=834.

10. Официальный сайт программы «Электронная Россия»: www.e-rus.ru.

11. Послание Президента РФ Федеральному собранию 22 декабря 2011 г. [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://kremlin.ru/news/14088.

12. Активная и публичная коммуникация как инструмент власти 16.10.2011. [Электронный ресурс]. — Режим доступа: www.politonline.ru/politika/9475.html.