Нужно понять, как сейчас будет развиваться Российский рынок

Микола Пархоменко (Qimonda): «Нужно понять, как сейчас будет развиваться российский рынок»

Микола Пархоменко (Mykola Parkhomenko), директор по продажам EEMEА (Восточная Европа, Ближний Восток и Африка) компании Qimonda, ответил на вопросы главного редактора журнала «Компоненты и технологии» Павла Правосудова.

— Расскажите, пожалуйста, об истории компании Qimonda.

— Qimonda была выделена из компании Infineon в апреле 2006 года. В свою очередь компания Infineon 10 лет назад вышла из состава компании Siemens, забрав весь полупроводниковый бизнес. В составе Infineon мы существовали 8 лет, но в результате было решено, что производство микроконтроллеров и логических схем необходимо отделить от производства памяти. Для DRAM главное — себестоимость производства кристаллов, а это определяется переходом на новые технологии. В то время как для микроконтроллеров и логики жизненный цикл одной микросхемы может составлять 5-10 лет. Таким образом, произошел конфликт интересов между этими двумя направлениями, и было принято решение, я считаю правильное, разделить эти бизнесы.

Поэтому 12 тыс. человек, а также заводы и лаборатории были отделены от Infineon, и на этой основе создана Qimonda. Это не новая компания, многие люди имеют за своими плечами двадцатилетний опыт работы в полупроводниковой индустрии — еще со времен компании Siemens, которая была одним из пионеров этого бизнеса. В свое время Infineon занималась поставками, но недостаточно активно, на мой взгляд. Qimonda, имея только DRAM, более активно пошла в дистрибьюторский канал, на локальные рынки и не только, поставляет товар крупным производителям, как, например, Hewlett Packard, Dell и IBM, а также обратила внимание с самого начала своего образования на конкретные страны, конкретные рынки, работая с региональными дистрибьюторами, сборщиками и т. д.

— Что в данный момент производит компания Qimonda?

— Это только DRAM. В свое время Infineon занималась и флэш-чипами, но еще до отделения компании Qimonda было принято решение остановить их производство.

— Основной рынок микросхем памяти — это компьютеры.

— Да, но также серверные, инфраструктурные и графические приложения.

—Поэтому видеть вас на выставке « Чип-Экспо» компонентной направленности необычно. Каких заказчиков вы ищете?

— Qimonda планирует сосредоточиться на графических и инфраструктурных продуктах с использованием своей новой технологии Buried Word Line.

—На рынке памяти высока конкуренция. За последние 5-10 лет стоимость 1 Гбайта снизилась в десятки раз. Все компании, которые занимаются производством памяти, как я понимаю, сейчас находятся в достаточно тяжелом положении с финансовой точки зрения. Как вы можете это прокомментировать?

— Вы абсолютно правы. Если говорить об индустрии DRAM, то 10 лет назад производились чипы 128 или 64 Мбит. А два года назад наша компания поставляла чип 512 Мбайт. Раз в полтора года мы сжимаем кристалл в два раза, удваиваем количество транзисторов на площади, и в этом году производим чипы 1 Гбит, но стоимость 512-Мбайт чипа два года назад и 1-Гбайт чипа сейчас одинакова. Если мы посмотрим на кривую цен, то 512-Мбайт чип немножко дешевеет, но 1-Гбайт чип занимает его место и продается по той же цене. Продукт меняется, но в принципе средняя цена продажи за чип остается постоянной. Это более четко отслеживается в процессорах, там, где средняя цена продажи за 1 штуку всегда одинакова, но меняются частоты, уходят старые, представляются новые.

— Но себестоимость чипа при этом растет? Чем больше плотность, тем меньше выход годных.

— Если мы посмотрим на скорость сжатия самого кристалла, то последний переход с 512 Мбайт на 1 Гбайт в индустрии, и с 1 Гбита на 2 Гбита сейчас уже несколько растянул-

ся, больше чем 18 месяцев, как должно быть по закону Мура. Индустрия сталкивается с проблемами: новые технологии становится все сложнее «обкатывать», на них нужно времени больше. Что еще требуется, так это большие капитальные вложения. Сейчас тенденции таковы: производители БИЛМ объединяются, а их количество уменьшается. Лет 10 назад мы могли видеть 20 компаний, сейчас 10.

—В настоящее время реально в вашем сегменте работают три компании, остальные начинают сдавать свои позиции...

— Точнее сказать, существует восемь производителей БИЛМ с долей рынка более 5% в битовом выражении. Есть еще производители, у которых менее 5% доли рынка. Кстати, интересно, что в БИЛМ-индустрии долю рынка обычно измеряют в битах или в гигабайтах. Одна из причин этого — существенные колебания цены и, соответственно, оборота в денежном выражении.

— Рынок памяти получается значительно более конкурентный, чем другие полупроводниковые рынки.

— Да, вы правы. Рынок очень конкурентный. При таком количестве игроков цена определяется зачастую только соотношением спроса и предложения на рынке. В конечном счете формируется некая рыночная цена на БИЛМ-продукцию.

— Год назад у меня было интервью с представителем компании Эратюп. И он высказал надежду, что падение цен все-таки удастся остановить, после того как на рынке останется небольшое количество компаний — три-четыре.

— Сегодня у нас достаточно много игроков, но если учесть технологическую сложность производства и необходимость огром-

КОМПОНЕНТЫ И ТЕХНОЛОГИИ • № 1 '2009

ных инвестиций для его развития (чтобы построить один завод, нужно $1-2 млрд), безусловно, понятно, что эти инвестиции могут себе позволить далеко не все компании, поэтому образуются альянсы, всевозможные варианты финансирования таких проектов. Что касается цен: тем не менее цены на продукты определяет исключительно рынок, мы имеем производство, имеем потребность рынка, если угадали с капитальными инвестициями и нашли согласование, то тогда цена стабильна. Если производство хотя бы на какую-то долю процента или на 1% больше, чем потребность рынка, конечно, в этом случае цена падает. Таким образом, за 2007 год цена за один чип 512 Мбит упала на 85%. Это было очень драматичное падение, но и сегодня цена в принципе держится по-прежнему на низком уровне. Мы можем много рассуждать, но все просто: производится пока еще немного больше, чем необходимо рынку.

— Возвращаясь к России, кого вы видите здесь своими основными потребителями? На российском рынке очень немного массового производства, мало даже среднесерийного. В основном у нас мелкая серия, средняя серия и даже опытные отдельные приборы, очень высокодисперсный рынок. Работать на нем можно, только имея достаточно большое количество представителей.

— Многолетний опыт работы как с российским рынком, так и с восточноевропейским позволяет мне утверждать, что для успеха на локальном рынке необходимы локальные дистрибьюторы. На данный момент у нас на российском рынке пять дистрибьюторов, по бренду Qimonda — три. Продажей компонентов для промышленного производства занимаются наши глобальные дистрибьюторы с офисами в России. И одна из задач этой выставки — поиск новых дистрибьюторов. Как вы правильно сказали, рынок сильно сегменти-

рован, очень много мелкосерийного производства, но объемного массового я пока не знаю. Нужно понять, как этот рынок сейчас развивается. По моему мнению, Россия имеет огромные перспективы в плане массового производства электронных изделий.

У нас имеется хорошее продвижение в компьютерном направлении. Сейчас мы работаем с крупнейшими российскими сборщиками: КгаЙжау, БЕРО, Я^ук и так далее. Это наши партнеры, с которыми мы успешно сотрудничаем. Есть доверие к продукту, есть бренд. Следующий шаг — развитие промышленного производства. Здесь я вижу большой потенциал сотрудничества как с существующими, так и с новыми партнерами.

Мы не отказываемся и от поиска новых локальных дистрибьюторов. Усиление дистрибьюторской базы позволит нам достичь большего количества мелких производителей оборудования, потому что опять же, в отличие от компьютерного рынка, где уже есть достаточно большая консолидация, в производственном сегменте это еще очень разрозненные компании, и включить их всех в сферу своего внимания сложно, если дистрибьюторов немного. Поэтому мы будем проводить анализ и оценку: кто действительно сильный дистрибьютор, кто работает с тем сегментом клиентов, который нам нужен. Безусловно, мы идем именно в те сегменты, где сильны: это телекоммуникационное, сетевое оборудование, может быть, что-то в потребительской электронике, системы безопасности, те же киоски самообслуживания. Хотя, насколько я знаю, они работают на обычных продуктах ПК, но, тем не менее, для них необходимы промышленные платы, модули, способные переносить большие перепады температур, вибрации, снег, дождь и удары. В этих направлениях мы сейчас будем двигаться, искать.

—В вашей линейке есть микросхемы с расширенным температурным диапазоном для промышленного применения. А каковы они по емкости? Очень часто для промышленности не нужны такие большие объемы, там нередко требуется всего 64 Мбайта.

— Да, наша компания способна поставлять такие устройства, и микросхемы для промышленных приложений имеют удлиненный жизненный цикл. Мы поддерживаем и «старые» модели, потому что дизайн электронного оборудования может существовать и 3, и 5 лет. В случае, когда продукты снимаются с производства, можно сделать последнюю закупку. Обычно это практикуется, чтобы дистрибьюторы могли заполнить свой сток до того, как продукт будет полностью снят с производства, тем самым обеспечив запас на какой-то период — полгода, а то и год, потому что в этом случае маржа на продукты уже повышается или, по крайней мере, не снижается.

— А кстати, склад у вас — в Европе?

— У нас склады по всему миру, есть и в Европе. Россию в основном обслуживает европейский склад.

— Ане планируется какой-то буфер делать в России?

— Пока что мы рассчитываем на поддерж-

ку дистрибьюторов в обеспечении нашей продукцией локальных потребителей. Наша задача выработать концепт сотрудничества с дистрибьюторами, когда им будет выгодно держать локальный склад и обеспечивать покупателей как своевременными поставками товара, так и необходимой технической поддержкой. Возможно, мы решим открыть свой локальный склад, если это будет необходимо в будущем.

Интервью провел Павел ПРАВОСУДОВ

КОМПОНЕНТЫ И ТЕХНОЛОГИИ • № 1 '2009

www.kit-e.ru