Структурно-стилистические характеристики детектива Ж. Сименона

УДК 81

Н. Н. Дюмон

СТРУКТУРНО-СТИЛИСТИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ДЕТЕКТИВА Ж.СИМЕНОНА

Определяющим фактором включения художественного текста в детективный дискурс выступает детективный фрейм. Одним из важнейших элементов языка Ж. Сименона является стилистические фигуры, созданные на

основе детективной лексики, которые довольно широко представлены в прозе писателя.

Ключевые слова: фрейм, диалог, необычный эпитет, оксюморон, метафора, метонимия.

N. N. Djumon

STRUCTURAL AND STYLISTIC CHARACTERISTICS OF DETECTIVE STORIES BY G. SIMENON

Key factor to include a text into detective discourse is detective frame. The most important characteristics of G. Simenon's language are stylistic figures that are based on detective vocabulary and are frequent in writer's prose.

В 1960-1970-е годы во Франции складывается новый тип детективного романа, в котором находят отражения многие направления современной французской прозы.

Появляется непривычный для жанра психологический анализ. Детектив как бы смыкается с современным психологическим романом, заимствует его стиль, структуру, важное место начинает занимать внутренний монолог героя, сокращаются диалоги, появляется разорванность композиции, чередование формы повествования - то от первого, то от третьего лица, некоторая недосказанность и т. п.

Всякое коммуникативное действие в рамках спонтанного или организованного дискурса представляет собой реализацию тех или иных коммуникативно-когнитивных структур. Такими когнитивными структурами являются фреймовые модели, содержащие информацию социокультурного характера, или знания о том, что Витгенштейн называл «языковыми играми» [3, с. 63].

Обратим внимание на то, что лексический фонд языка рассматривается авторами «фреймовой гипотезы» как результат членения знаний на структуры. В понятие фрейма вкладывается обычно две основные идеи: во-первых, идея организующего начала и связанная с ней идея иерархии, а во-вторых, идея стереотипа. Первая идея представляет фрейм как структуру, а не множество

Key words: frame, dialogue, unusual epithet, oxymoron, metaphor, metonymy.

каких-то элементов. Эта структура состоит из «узлов» и отношений между ними. Надо заметить, что в структуре фрейма обычно указаны участники ситуации, их типичные действия, называются также предметы, участвующие в ситуации [4, с. 214]. При описании единичного речевого действия участника ситуации во внимание принимаются не только типичные схемы практической и коммуникативной деятельности, но и типичные схемы организации внутреннего мира говорящего, иначе говоря, представленный в его картине мира набор познавательных структур. Коммуникативный подход предполагает переплетение с подходом когнитивным.

Общение оказывается возможным не только при наличии в сознании каждого говорящего, в его картине мира неких смысловых, информационных «сгущений» (которые часто именуются фреймами, т. е. определенным образом организованных, структурированных, упорядоченных «порций» знания), но и в переработке этих фреймов в языковые путем придания им свойства коммун и цируемости. Совокупность языковых, коммуницируемых фреймов образует языковую картину мира.

В произведениях Ж. Сименона можно выделить следующие фреймы: дознание, опознание убитого на месте совершенного преступления, отдых, которые отражают взаимодействие участников коммуникации,

обусловленное социальными отношениями, ролями общающихся, уровнем формальности, степенью знакомства и типом дискурса. Надо отметить, что диалоги в произведениях Ж. Сименона отличаются обыденным типом дискурса, который включает в себя две социальные сферы общения: профессиональную сферу и сферу досуга.

В профессиональной сфере общения смена коммуникативных ролей совершается по типу вопрос - ответ, а в сфере досуга, в основном преобладает нулевая смена коммуникативных ролей: один собеседник как бы подхватывает речь другого, что обусловлено высокой степенью знакомства коммуникантов.

Характеристика диалогической речи была дана еще Л. Шпицером. [5, с. 39]. Немецкий лингвист указывает на следующие характерные особенности диалогической речи.

1. Обусловленность ситуаций.

В зависимости от эпохи и социальной принадлежности действующего лица автор использует тот или иной язык или стилистические черты диалога в речи своих персонажей.

Так, герои Ж. Сименона - это в основном или представители криминального мира (убийцы, мошенники, воры) или представители правосудия(комиссар, полицейский,судьи) или обычные люди, подвергшиеся нападению (жертвы), люди, ставшие свидетелями какого-либо преступления. И писатель согласно ситуации, в которую попадает герой, наделяет его речь фамильярной лексикой или профессиональным арго, просторечными оборотами.

Согласно концепции Э. Руле, наиболее значимыми единицами диалога являются:

- «обмен» (l'échange) - наименьшая единица диалога;

- «реплика» (l'intervention) - наибольшая единица монолога;

- «акт речи» (l'acte de langage) - наименьшая единица монолога.

Между этими единицами существуют определенные иерархические отношения: «обмен» состоит из «реплик», а «реплика» -из «актов речи». Эти же единицы диалога вступают между собой в функциональные отношения и тем самым осуществляется процесс речевого взаимодействия. Самой характерной структурой диалога является трехчастная композиция: инициация - ответ - обратная связь. Есть диалоги, которые сохраняют такую структуру.

Трудно сказать, что произведения Сименона подчиняются какой-либо строгой формуле диалога с ее началом и концом высказывания. Практически невозможно проследить начало и особенно конец диалога, потому что романы этого автора диалогизи-рованны, в них идет постоянный обмен информацией.

Проанализировав диалоги профессиональной сферы общения с фреймом «дознание», мы сделали следующие выводы: вопросы, которые задает комиссар Мэгре в ходе следствия, можно структурировать следующим образом.

1. Вопросы места (où? d'où): - D'où venait-il? - Il travail а Paris? - Où l'avez-vous laissé? - Откуда он идет? - Где вы его оставили?

2. Вопросы времени: - Il у a longtemps?

- A quelle heure a-t-il l'habitude de rentrer de son travail?- Elle attend depuis longtemps? -Souvent? - Quand avez-vous déjeuné ensemble pour la dernière fois? - Давно? - В котором часу он имел обыкновение возвращается со своей работы, - Она долго ждет? -Часто? - Когда вы в последний раз вместе обедали?

3. Вопросы, касающиеся работы:

- Vous savez ce qu'il a fait ensuite? - Vous savez ce qu'il faisait, les derniers temps. - Вы знаете чем он занимался потом? - Вы знаете чем он занимался последнее время.

4. Вопросы о близких, друзьях и отношениях с людьми: - Savez-vous si votre mari a des ennemis? - Vous connaissiez bien votre père?- Il était heureux? - Votre mére le savait? -Des amis? - Vous en avez beaucoup (les tantes, les oncles - У вашего мужа были враги? - Вы хорошо знали вашего отца? - Он был счастлив? - Ваша мама была в курсе? - Друзья? -У вас их много (тетей, дядей).

5. Уточняющие и общие вопросы:

- Votre mari s'apelle bien Louis Thouret? - C'est son pardessus?- Son costume? - Vous en êtes sûre? - Вашего мужа звали Луи Type? - Это его плащ? - Это его костюм? - Вы в этом уверены.

Для привлечения к своей речи внимания персонажи Ж. Сименона не раз прибегают к вопросам с конструкцией n'est-ce pas (не так ли)?

Elle parlait des Malik, d'Ernest et de Charles. - Vous n'avez pas encore vu Charles? Vous le verrez... Et sa femme, la plus jeune des demoiselles Amorelle, qui était M-elle Aimée. Vous les verrez. Nous sommes un tout petit pays,

n'est-ce pas? - Она говорила о семье Малика, Эрнесте и Шарле.- Вы еще не видели Шарля? Вы его увидите... Его жена, самая молодая из барышень Аморель, бывшая мадемуазель Эмме. Вы их увидите. Мы все как одна маленькая страна, не так ли?

Наряду с вопросительными предложениями автор часто использует и восклицательные формы высказывания.

1) Qu'est-ce que cela veut dire? 2) C'est inoui!... - Что вы хотите сказать? Невероятно! В данном примере вопросительные и восклицательные предложения несут эмоциональную нагрузку. Первое предложение по своей сути не является вопросительным. Скорее всего, автор с помощью вопроса такой структуры выразил недоумение героини. Стилистические особенности диалогической речи в произведениях Жоржа Сименона имеют место, когда используются интонационно-синтаксические средства выделения слов (членов предложения).

Чаще всего используются выделительные конструкции c'est... que (qui) (это..., что (который) - Vous croyez, Leroy, que c'est le docteur qui a fait ce repas de cochon? - Вы думаете, Лерой, это доктор был таким неаккуратным за столом?

В данной реплике оборот c'est... qui выделяет подлежащее, главный член предложения, выраженное существительным le docteur, потому что автор хотел сделать акцент именно на этом слове и таким образом показал насмешливо - ироническое отношение одного героя к другому.

В разговоре Мэгре, жертва, подозреваемый или свидетель настаивают на чем-то, хотят привлечь внимание к тому, что говорят, хотят выразить одобрение или неодобрение. Очень часто они используют формы повелительного наклонения глаголов voir (видеть), tenir (смотреть), aller (идти). Эти формы глагола лишены своего прямого лексического значения.

Часто в диалогах встречаются грамматические явления, отклоняющиеся от норм классического синтаксиса. Так в отрицательной форме возможно опущение частицы ne или pas. - Justement! Nous ne l'avons retrouvй! -Точно! Мы его не нашли. 2) - Depuis plusieurs mois... - Pas un mot? - Pas un mot... -Несколько месяцев... - Ни слова? Ни слова...

В этих примерах в силу того, что у персонажей речь беглая, разговорная, происходит выпадение частиц ne или pas.

Часто встречается презентатив: voila (вон, там) , voici (вот, здесь), c'est que, ce que (это который, то, что): - Voila! Pendant près de quinze ans un homme a vécu ici tout seul... C'était le poste de veille...- Вот! В течение 15 лет какой-то мужчина жил здесь совсем один... Это была дежурная почта...

Подобные презентативы помогают автору сделать речь героев понятной для читателя, в том смысле, что автор точнее передает, в общем, незначительные нюансы в поведении персонажей и тем самым дает полное представление о происходящих событиях.

В стилистике, помимо косвенных выразительных средств, имеют место прямые. А именно: 1) выразительные слова; 2) словосочетания; 3) образные обороты.

Известно, что существует разница между лексическим и стилистическим значением слова, которая состоит в том, что лексика несет информацию о референте, а стилистическая сторона слова несет информацию о субъекте речи и вообще о пространстве коммуникации.

Так, в произведениях Ж. Сименона к просторечной лексике относятся слова с фамильярным оттенком, сохраняющимся и вне контекста, слова, находящиеся под запретом (т. е. те слова, которые не полагается называть прямым словом). Например, серия ругательств со словом Dieu (бог): Nom de Dieu! Bon Dieu! Mon Dieu! или parbleu! являются очень экспрессивными, но употребление которых возможно только в фамильярной речи. - Joseph occupait la chamber de gauche... Mon Dieu! - Жозеф занимал комнату налево... Боже мой!

Следует особо отметить и арго, слова, словосочетания, которые определяют принадлежность того или иного героя к определенной социальной или профессиональной группе. Например, в серии рассказов о Мегрэ в лексике преобладает терминология, свойственная полицейским.

- Il aurait pu me tuer tout comme. Son poing est un marteau...- Qui est-ce ? questionna Maigret. (Le chien jaune). - Он бы мог, шутя убить меня. Его кулак все равно, что молоток... - Кто это? - спросил Мэгре.

В данном примере слово tuer (убить) свойственно терминологии полицейских.

Проанализируем некоторые случаи стилистического использования детективной лексики в произведениях Ж. Сименона.

1. Фигуры, основанные на звучании.

Так, в романе «Время Анаис» («Le

temps d'AnaHs») в следующем диалоге между следователем и преступником существительное «confrontation» употреблено в значении «очная ставка» и в нетерминологическом «противостояние»: - Vous serez confronté avec elle en temps voulu (Вы будете сталкиваться с ней в установленном порядке). - Pardon? (Извините).

Антанакласис используется для того, чтобы показать, что герой не понимает, что происходит вокруг него. Он не может представить противостояние с женой.

2. Фигуры, созданные на основе синтаксических конструкций. Обратим внимание на две фигуры: необычный эпитет («caractorisation non pertinente») и оксюморон.

Под необычным эпитетом будем понимать использование определения, которое обычно не сочетается с характеризуемым словом или выражением («l'incongruité du rapport d'une notation qualifiante а l'égard de l'expression qu'elle caractérise. В романах Ж. Сименона часто встречается сочетание прилагательного «moral» (моральный) с различными юридическими терминами, например, «crime» (преступление), «preuves» (доказательства), «rapport» (взыскание) («crime moral» - моральное преступление, «preuves morales - моральные доказательства», «rapport moral - моральное взыскание»). Эти выражения противопоставлены преступлению в юридическом смысле, вещественным доказательствам и официальному отчету соответственно. Посредством использования подобных словосочетаний Ж. Сименон подчеркивает, что его герой не использует каких-либо особых методов для раскрытия преступлений, а старается «понять» как жертву, так и преступника.

Второй из рассматриваемых фигур, созданных на основе синтаксических конструкций, является оксюморон. В прозе Ж. Сименона можно найти один пример употребления данной фигуры в романе «Помолвка мсье Гира» («Les fiançailles de monsieur Hire»):

«Une sale petite escroquerie légale. Le coup des cent francs par jour sans quitter son

travail et de la boоte de couleurs. Vous tentez les petites gens par des annonces et, comme vous leur envoyez quand même quelque chose pour leur argent, on ne peut pas vous poursuivre...?». В данном случае речь идет о господине Гире, который посылал людям по почте коробку красок по цене сто франков, в то время как в действительности она стоила намного дешевле. Это не является мошенничеством, т. к. он не обманывал людей. Однако посредством использования оксюморона «escroquerie légale» (правовая афера) полицейский выражает свое отрицательное отношение к этой затее.

3. Тропы: метафора и метонимия.

Метафора и сравнение очень часто используются Ж. Сименоном для создания одних и тех же образов, и различие между ними в основном оказывается формальным и зачастую заключается лишь в наличии или отсутствии союза «comme» (как, как будто).

В романах Ж. Сименона встречаются сравнения внешнего вида персонажа с адвокатом, например, в «Ранчо Кобыла потерялась» («La Jument-Perdue»): Andy Spencer arrive en auto quelques heures après que le journal a paru, portant, comme un avocat, une grosse serviette sous le bras. Il n'a déjа plus rien d'un propriétaire de ranch (Энди Спенсер приезжает на машине несколько часов после того, как газета исчезла, однако, как юрист, с большим опытом. Он уже не владелец ранчо). В данном случае речь идет о чисто внешнем сходстве героя с адвокатом, однако последняя фраза сообщает и о неких внутренних, психологических изменениях. Сравнение, в частности, указывает на то, что Энди Спенсер намерен бороться за ранчо до последнего, подобно тому, как адвокат защищает интересы своего клиента в суде.

В романе «Рука» («La main») существительное «avocat» (адвокат) употреблено как прилагательное в функции именной части составного сказуемого: J'étais moi-même, très avocat, parlant avec précision (Я сам был очень хорошим адвокатом, говоря с точностью). Выражение «très avocat» указывает на его желание оправдаться с моральной точки зрения, т. к. фактически он не виновен в смерти своего друга.

Ж. Сименон часто использует такую выразительную метонимию, созданную по принципу «действие результат», как «des effets de manches» (части тела или одежды), в частности, в романах «В случае несчастья» («En

cas de malheur») и «Письмо следователю» («Lettre а mon juge»). В последнем романе адвокат подсудимого также характеризуется как «la plus fameuse «gueule» du Palais» (самая знаменитая морда суда). Данные метонимии, обозначающие деятельность адвокатов суще-

ствительными со значением «часть тела или одежды», используются для указания на ее показной характер, на стремление воздействовать не столько на разум или совесть присяжных, сколько на их взгляд и слух.

Литература

1. Афинская З. Н. Диалог: лингвистические и методические аспекты. М.: Изд-во МГУ, 1992. 80 с.

2. Банникова И. А. О стилистическом контексте детектива и методах его исследования и приложения. М.: Флинта, 2002. 172 с.

3. Витгенштейн Л. Логико-философский трактат / пер. с нем. И. Добронравова и Д. Лахути; под общ. ред. и предисл. В. Ф. Асмуса. М.: Наука, 1958 (2009). 133 с.

4. Макаров М. Л. Интерпретативный анализ дискурса в малой группе. Тверь: Тверской гос. ун-т, 1998. 200 с.

5. Степанов Ю.С. Доказательство и аксиоматичность в стилистике: Метод Л. Шпицера // Вестник МГУ. Сер. 7. 1962. № 5. С. 43-50.

6. Сухих С. А., Зеленская В. В. Прагмалингвистическое моделирование коммуникативного процесса. Краснодар: Изд-во КубГУ, 1998. 160 с.

7. Molinié G. Éléments de stylistique française. Paris: PUF, 2005. 330 с.

8. Tout Simenon T 3. Paris: Editions Omnibus, 2002. 896 с.

9. Tout Simenon T 5. Paris: Editions Omnibus, 2002. 864 с.

10. Tout Simenon T 8. Paris: Editions Omnibus, 2002. 832 с.

11. Tout Simenon T 14. Paris: Editions Omnibus, 2003. 896 с.