Обычай гостеприимства и куначества в урахинском сельском обществе xix - начала XX вв. 

УДК 392.71/72

ОБЫЧАЙ ГОСТЕПРИИМСТВА И КУНАЧЕСТВА В УРАХИНСКОМ СЕЛЬСКОМ ОБЩЕСТВЕ XIX - НАЧАЛА XX ВВ.

© 2012 Ахмедова К. К.

Дагестанский государственный университет

Освещены обычаев гостеприимства и куначества у населения Урахинского сельского общества в XIX - начале XX в. На базе широкого круга источников и фактического материала рассмотрены обычаи и традиции горцев по приему гостя и оказанию ему внимания. В статье освещены определенные правила поведения и нормы этикета, которых должен был соблюдать гость.

The article deals with the hospitality and friendship customs of Urakhi rural society population during the period of the 19th century till the beginning of the 20th one. On the basis of a wide range of sources and evidences the author consider the mountaineers ’ customs and traditions of receiving the guest and showing the hospitability. The article deals with certain behaviour rules and etiquette norms, which should be respected by the guest.

Ключевые слова: урахинское сельское общество, обычай, население, гость, гостеприимство, куначество.

Keywords: Urakhi rural society, custom, population, guest, hospitability, friendship.

Об обычаях и традициях гостеприимства народов Дагестана и Кавказа писали многие исследователи и этнографы, побывавшие здесь. «Гостеприимство - одна из отличительных черт населения Кавказа, -писал Н. И. Кузнецов, - и это похвальное свойство кавказских жителей присуще здесь и богатым, и бедным. Кавказец рад гостю, готов все для него сделать и ни копейки не возьмет за гостеприимство. Можно одарить за гостеприимство подарками, но предложить деньги за это нельзя. Это означает обидеть хозяина. Это кавказское радушие и гостеприимство наблюдается во всех слоях общества» [11. С. 80].

В общественном быту урахинского общества, как и у всех народов Дагестана и Кавказа, обычай гостеприимства и куначества занимал особое место. Гостеприимство распространялось не только на знакомых и друзей, жителей своего общества, но и на всякого путника,

нуждавшегося в ночлеге, приюте и отдыхе. Любой гость «ух1ял» в урахинском обществе пользовался особым уважением и вниманием и считался гостем не только отдельно взятого хозяина, но и всей его семьи. Гостеприимство и куначество являлось одной из важнейших форм общения с представителями других народов, обществ и сел. Социально-экономические условия, общественный быт,

межобщинные и межэтнические торговоэкономические связи способствовали возникновению и развитию дружеских отношений горцев на личностном уровне, на уровне семьи и тухума.

Гостя принимали в любое время суток и оказывали ему всяческое внимание и проявляли заботу о нем. Одним из самых строгих правил гостеприимства считалось радушие и внимание хозяина дома и членов его семьи к гостю. Ночной путник, попавший под дождь, снег, пургу, мог

постучаться в любой первый попавшийся дом, попросить укрытия и ночлега и получал такую поддержку в любом доме.

Если же путник приезжал в село в первый раз, то он мог прийти на годекан («гумай») и после непродолжительной беседы кто-нибудь из присутствующих местных мужчин вежливо, ненавязчиво приглашал путника к себе домой, прося стать его гостем (кунаком). По морально-этическим нормам горцев за гостем оставалось право никому и ничего не сообщать о цели своего приезда в село и данные о своей персоне. Как правило, человек, прибывший в чужое село, должен был останавливаться у своего бывшего гостя. Если же у него было в селении несколько кунаков, то обычай урахинского общества требовал, чтобы он первым зашел к тому, который считался как бы основным или главным, оставил у него своего коня и вещи, и только потом можно было нанести визиты или перейти к другим кунакам. Этот обычай соблюдался и после смерти главного или основного гостя - главы семьи, так как дети кунаков становились кунаками по отношению друг к другу, куначество как бы передавалось по наследству.

Особый почет оказывался гостям, приехавшим издалека и в первый раз. «Едва успел я приехать в Ая-Махи, -писал путешественник Владимир Вилльер де Лиль-Адам, член Императорского русского

географического общества, побывавший в 70-х гг. XIX в. в селении Ая-Махи Урахинского общества, - как толпа народа окружила меня и с любопытством глядела на редкого гостя. Я прожил в этом ауле 6 дней. Я жил у зажиточного, но не богатого хозяина: сакля его не выходила из общего уровня лезгинских саклей... Хозяева мои старались угостить меня как можно лучше и, кроме того, более достаточные лица часто звали меня в гости, причем подавали самые затейливые блюда лезгинской кухни: галушки из теста с уксусом домашнего приготовления из бараньей сыворотки и с бараньим салом;

пельмени или лепешки, то с творогом, то с начинкой козлиной, бараньей, тыквенной или яичной; разного рода мясо: козлятину и баранину; яйца;

совершенно пресный хлеб; наконец мед, а иногда ежевику, которая во множестве растет в лесах...» [4. С. 3-4].

По обычаям гостеприимства хозяин дома обязан был пришлого гостя обеспечить кровом, пищей и ночлегом с максимальными удобствами. Об обычаях гостеприимства горцев Дагестана писали многие

путешественники, побывавшие в горах. «Обычай предписывал горцу, - писали они, - принять, оказать внимание и почести даже кровному врагу, переступившему порог дома» [8. С. 173; 14. С. 11, 44].

Как только гость спешивался, забота о нем и о его коне переходила в руки хозяина дома и его близких родственников. Хозяин дома вежливо снимал с гостя ружье и вел его в комнату. Это означало, что он гарантирует безопасность его жизни и имущества, пока гость находится в его доме. За безопасность гостя были ответственны не только хозяин дома, но и весь его тухум. В тех случаях, если гостя не могли оставить в доме на ночь или не было условий, или из-за другой причины, то после угощения гостя отводили в дом близкого родственника на ночлег.

Обычно после нескольких визитов гость переходил в как бы другое, в более высокое качество, в категорию гостя -кунака [7. С. 308; 9. С. 188]. Куначество, отмечают исследователи, по сравнению с гостеприимством представляло собой следующий этап в развитии межсемейных отношений [6. С. 46; 12. С. 26].

Отказ принять кунака без всякой на то причины рассматривался как позор для всей семьи и тухума. Хозяин и гость часто обменивались дорогими подарками, оружием, конем, папахой и т.д. Дружеские отношения между кунаками чаще всего переходили из поколения в поколение и соблюдались неукоснительно как святой долг. Кунаки,

писал Р. М. Магомедов, «готовы были жертвовать всем своим имуществом и жизнью ради укрепления своих связей» [12. С. 18]. Кунаки считали своим долгом принять участие во всех мероприятиях, проводимых в семье своего кунака, будь то свадьба, похороны и т.д.

Кунаку или гостю отводилось самое почетное место в доме. Для этой цели многие более или менее состоятельные уздени урахинского общества имели специальные гостевые комнаты, которые назывались «тавхана», или «баршивил хъали», с наилучшим убранством, где хранился неприкосновенный запас чистых постельных принадлежностей, необходимых для принятия

неожиданного гостя. Отмечая наличие «тавхана» у даргинцев, М. О. Османов писал, что парадная комната стала и кунацкой, так как в силу законов традиционного гостеприимства гостя нужно было принимать в лучшей комнате [5. С. 124, 134-135]. О наличии у

урахинцев кунацких комнат для приема гостей писал М.-Г. Амиров в 70-х гг. XIX в. [2. С. 78-79; 1. С. 26-27].

Путешественник В. Вилльер де Лиль-Адам, побывавший в 1875 г. в урахинском сельском обществе, писал, что «Урахи - это богатое селение, состоящее приблизительно из 600 домов, из которых много двухэтажных...» [4. С. 9]. Следовательно, можно предполагать, что многие урахинцы могли себе позволить отдельную комнату «тавхану» для приема гостей.

Во время пребывания гостя в доме глава семьи оказывал ему подчеркнутое внимание. За стол с гостем садился только глава семьи, а члены семьи обслуживали их. Для угощения гостя обязательно готовили хинкал с мясом и что-нибудь еще: чуду или курзе. Побывав в гостях у старосты села Девгаши, Вилльер де Лиль-Адам писал: «. в чисто убранной комнате стол, уставленный самыми лакомыми, по понятию лезгин, кушаньями: тут были галушки с

чесноком, крутые яйца, яичница, соления, баранина, курдючное сало, молоко,

сметана, сыр, два сорта хлеба, знак цивилизации - чай» [4. С. 10-11].

Одной из наиболее почитаемых форм проявления уважение к гостю было посещение дома хозяина его родственниками и соседями, а также приглашения гостя в свой дом. Хозяин дома должен был заботиться о

развлечении гостя. По свидетельству Г.-

М. Амирова, встрече гостей в

урахинском обществе уделяли особое внимание: «Я вошел в комнату

пригласившего меня и застал там несколько гостей, тоже приглашенных; в числе их находился известный в ауле чугурчи, т.е. играющий хорошо на инструменте чугур; там же были и танцоры. Комната была убрана., маленьких детей увели к соседу, а старший сын хозяина был ташкана, т.е. прислуживал гостям.

... Чугурчи заиграл веселую арию, и танцы начались. По окончании танцев, чугурчи заиграл другую арию и запел.. Окончились песни - возобновились танцы; затем опять песни и танцы и т.д.» [2. С. 78-79].

Пока гость находился в доме, хозяин не должен был оставлять его одного и без внимания, какие бы неотложные дела у него не были. Поздно ночью гостя укладывали спать. Хозяин дома помогал гостю сделать свои дела в данном селении: продать что-либо или купить и т.д.

Гость, со своей стороны, также должен был соблюдать определенные правила поведения, выражающие уважение к местным жителям и их обычаям. Подъехав к селу, он должен был спешиться и идти пешком, не привлекая к себе внимания окружающих. Гость должен был не скрывать цели своего визита и должен был удовлетворить любопытство хозяина дома, как бы опередив его возможные вопросы. Соблюдая горский этикет, должен был вести себя скромно, стараться не обременять хозяина дома лишними хлопотами и не мешать ему и его семье в повседневных делах.

При отъезде гостя снабжали всем необходимым на дорогу, одаривали

каким-нибудь ценным подарком, провожали на значительное расстояние за селом.

Благодаря обычаям и традициям гостеприимства люди имели

возможность межнационального

общения, обмена информацией, товарами и т.д. Благодаря традициям гостеприимства, свято соблюдаемым горцами, было возможно передвижение путников из села в село. О гостеприимстве горцев С. Анисимов писал: «По существу - это закон

международного общения, благодаря которому только и возможны сношения кавказских народов друг с другом и путешествие в его замкнутых горных долинах и котлованах» [3. С. 11].

Об обычаях гостеприимства, свято чтимых горцами, с восхищением писали почти все путешественники,

побывавшие в разное время в горных аулах Дагестана. Так, А. К. Сержпутовский писал, что «только священный обычай гостеприимства дает возможность проникнуть в эту почти недоступную страну» [13. С. 6].

Таким образом, обычай

гостеприимства в урахинском обществе

был широко распространенным институтом, игравшим важную роль в общественной жизни горцев.

Взаимоотношения хозяина и гостя строились на морально-нравственных и этических нормах, обычаях и обрядах горских народов, по которым каждый член джамаата обязан был оказать радушие и внимание прибывшему гостю на высоком уровне.

Принять, обеспечить всем

необходимым и оказать внимание гостю, кунаку было делом чести каждого урахинца, как и всякого горца Дагестана. Общественное мнение, пожалуй, самый мощный арбитр или судья того времени, играло большую роль в поддержании в урахинском обществе выработанных веками нравственных устоев и принципов горского гостеприимства, чем урахинцы очень дорожили.

Обычаи гостеприимства и куначества способствовали развитию многогранных взаимоотношений между народами Кавказа и другими народами и сыграли важную роль во взаимовлияниях и взаимообогащениях.

Примечания

1. Алиев Б. Г., Улакаев И. М. Урахи и урахинцы. Махачкала : Юпитер, 2004. 2. Амиров Г.-М. Среди горцев Северного Дагестана (Из дневника гимназиста) // Сборник Сведений о кавказских горцах. Тифлис, 1873. Вып. VII. Отд. III. 3. Анисимов С. Кавказский край: Путеводитель. М.-Л. : Госиздат, 1928. 4. Вилльер де Лиль-Адам В. Две недели в даргинском округе. Путевые заметки // ССКГ. Тифлис, 1875. Вып. VIII. Отд. II. 5. Гаджиева С. Ш., Османов М. О., Пашаева А. Г. Материальная культура даргинцев. Махачкала : Изд-во Института истории, языка и литературы Дагестанского филиала АН СССР, 1967. 6. Гарданов В. К. Гостеприимство, куначество и патронат у адыгов // СЭ. 1964. № 1. 7. Гарданов В. К. Общественный строй адыгейских народов (XVIII -первая половина XIX в). М. : Наука, 1967. 8. Данилевский Н. Кавказ и его горские жители. М. : Университетская типография, 1864. 9. Калоев Б. О. Осетины. Историко-этнографическое исследование. М. : Наука, 1971. 10. Косвен М. О. Аталычество // СЭ. 1935. № 2. 11. Кузнецов Н. И. В дебрях Дагестана // Известия императорского русского географического общества. СПб., 1913.

Т. 49. Вып. 1. 12. Магомедов Р. М. Обычаи и традиции народов Дагестана. Махачкала : Дагкнигоиздат, 1992. Вып. 2. 13. Сержпутовский А. К. Поездка в нагорный Дагестан // Живая старина. Петроград, 1917. Вып. 16. 14. Шевцова В. Очерк о кавказских горских племенах, с их обрядами, обычаями в гражданском, воинском и домашнем духе. М., 1886.

Статья поступила в редакцию 20.03.2012 г.

Общественные и гуманитарные науки ••• 5