Закон о персональных данных

Закон о персональных данных

Если есть персональные данные, то где-то есть и досье

       В четверг в Парламентском центре прошли общественные слушания по проекту закона "О персональных данных", подготовленного Межведомственной комиссией Совета безопасности по информационной безопасности (Ъ рассказывал о законе в апреле). Как ни странно, законопроект, предусматривающий, в частности, право граждан знакомиться с своим досье в ФСБ или МВД, не вызвал резких возражений со стороны спецслужб. Впрочем, разработчики законопроекта не питают иллюзий относительно быстроты его принятия Думой, полагая, что до выборов у депутатов вряд ли дойдут до него руки.
       
       Впрочем, с вступлением в силу закона, который с полным основанием можно считать революционным в плане взаимоотношений граждан и спецслужб, можно и потерпеть. Напомним, что, по проекту закона, вся информация, позволяющая идентифицировать личность гражданина, объявляется, с одной стороны, конфиденциальной, то есть недоступной для непользователей (за разглашение предусматривается ответственность), а с другой — доступной для субъектов персональных данных; любой гражданин вправе ознакомиться с накопленной о нем информацией. Для разрешения конфликтных ситуаций предполагается ввести институт утверждаемого Думой уполномоченного по защите прав субъектов персональных данных, который получит право беспрепятственного посещения любого держателя и пользователя данными, получения от них любых сведений. Уполномоченный также будет проверять деятельность держателей и пользователей. Структуры, имеющие или создающие свои базы персональных данных, должны будут получить гослицензию и продекларировать цели своей деятельности в этой сфере.
       Насущность появления подобного закона один из его разработчиков, завсектором аппарата Совета безопасности Андрей Курило, объяснил в первую очередь тем, что в России соответствующие службы (ФАПСИ, ФСБ) до сих пор занимались лишь "оболочкой" — кодированием, шифровкой, но процесс распространения информации практически не регулировался. Один из последних примеров, предоставляющий широкое поле деятельности криминальным структурам, — постановление столичного правительства, позволяющее владельцам квартир не платить за коммунальные услуги во время своего отсутствия (отпусков, командировок). Сообщая в бухгалтерию ЖСК или РЭУ о своем отъезде, люди могут способствовать "наводке", ибо ничто не запрещает бухгалтеру передавать полученные данные "заинтересованным лицам". Корреспонденту Ъ г-н Курило привел и более деликатный пример. Как выяснилось, базы данных Москомимущества сейчас копируются и тиражируются практически бесконтрольно. Это уже обеспокоило ФСБ, ибо получивший доступ к такой базе может беспрепятственно узнать адреса конспиративных квартир службы безопасности и использовать это в своих интересах.
       Очевидно, что спецслужбы не в восторге от перспективы раскрывать свои досье на подопечных. Поэтому на слушаниях представители ФАПСИ и ФСБ отмалчивались. Активность проявили лишь представители МВД (Андрей Курило объяснил это тем, что "они понимают, на кого придется основной удар"). Причем выступивший начальник Главного информцентра МВД генерал-майор Геннадий Лежиков возражений по сути законопроекта не имел. Он критиковал лишь введение института уполномоченного, ибо передаваемые ему полномочия, по мнению генерала, противоречат Конституции. Кроме того, Лежиков откровенно признался, что у него не хватит людей, чтобы дать ответы, когда "валом повалят все". Но, по мнению Андрея Курило, принятие закона не инициирует вспышку массового интереса: в Англии, например, на возможность заглянуть в свое досье мало кто отреагировал.
       Сомнительно, что россияне последуют примеру британцев. Однако даже принятие закона "О персональных данных" не даст гарантии, что спецслужбы выложат любому всю его подноготную. Во-первых, проект содержит и ограничения: информация, выдаваемая гражданами, не должна подпадать под действие законов "О гостайне" и "Об оперативно-розыскной деятельности". Во-вторых, в правительстве (где, кстати, нет структуры, занимающейся проблемой использования информации) перечень такой информации будут разрабатывать и утверждать держатели информации, то есть те же МВД, ФСБ и ФАПСИ. Ясно, что упрекать их в чрезмерном стремлении выдать интересующимся побольше информации вряд ли придется. А обвинять держателей в "недодаче" будет бессмысленно. Комментируя отношение спецслужб к проекту, Андрей Курило заметил корреспонденту Ъ, что "психологию сотрудников органов изменить сложно, но в глубине души они и сами понимают, что работать при наличии правовых норм лучше".
       Отвечая на вопрос о возможной волне судебных исков к mass media, активно использующих полученные ими данные об объектах публикаций, куратор закона в Думе, член комитета по информполитике Юлий Нисневич пояснил, что редакциям для получения законных оснований для обнародования персональных данных довольно будет при получении лицензии на создание базы данных указать, что их целью является публикация в печати. В наличии же специального закона о privacy депутат необходимости не видит. Что же касается перспектив вступления закона в силу, то надеяться на рассмотрение проекта в Думе до новых выборов не приходится — депутатам сейчас не до этого. Впрочем, причины затяжек с рассмотрением закона могут быть не только предвыборные. Молчание спецслужб далеко не всегда означает их согласие.
       
       ИЛЬЯ Ъ-БУЛАВИНОВ