Нравственное право: традиции и современность

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

УДК 340.1

А.В. Петров

канд. юрид. наук, доцент, заведующий кафедрой конституционного и муниципального права, ФГАОУ ВО «Нижегородский государственный университет имени Н.И. Лобачевского»

А.М. Баскакова

ассистент кафедры конституционного и муниципального права, ФГАОУ ВО «Нижегородский государственный университет имени Н.И. Лобачевского»

НРАВСТВЕННОЕ ПРАВО: ТРАДИЦИИ И СОВРЕМЕННОСТЬ

Аннотация. В статье рассматривается современное значение проблемы соотношения права и морали на основе идей выдающихся представителей русской философии права.

Ключевые слова: право, мораль, нравственные основания права, русская философия права о соотношении морали и права.

A.V. Petrov, Lobachevsky State University of Nizhni Novgorod

A.M. Baskakova, Lobachevsky State University of Nizhni Novgorod

MORAL LAW: TRADITION AND MODERNITY

Abstract. The article discusses modern value of the problem of correlation of law and morality based on the ideas of outstanding representatives of the Russian philosophy of law.

Keywords: law, morality, moral grounds of law, russian philosophy of law on the correlation of morality and

Проблема соотношения права и морали или проблема нравственных оснований права на протяжении всей истории развития социального знания оставалась одной из центральных для философии и для правоведения. Дело здесь, видимо, в том, что каждый этап в развитии человеческой цивилизации по-новому ставил вопрос о моральных основаниях человеческой деятельности, о степени и формах влияния морали на правовую систему общества. Каждое такое соотношение по-особенному проявлялось в условиях конкретной страны, конкретного народа, преломляясь через его исторически сформированную духовную и материальную культуру, требуя научного осмысления и практической реализации.

Не исключение составляет нынешний период развития российской нации и российской государственности, где в едином потоке смешались отказ от идеологических ценностей прошлого и стремление обрести их вновь, подражание западной цивилизации и отстаивание национальной самобытности, ослабление державной мощи и стремление по-прежнему играть ведущую роль на мировой арене. Все эти процессы идут на фоне постепенной трансформации современного мира, называемого цивилизованным, к обществу, основанному на рациональном знании и практицизме, на массовом стремлении к выгоде и удовольствиям; обществу, в котором не предполагается особых размышлений над высокими духовными принципами, моральным смыслом наших действий и нравственной основой взаимоотношений людей и их общностей.

Дух рациональности и практицизма неизбежно проникает в правовую сферу, и здесь в области правотворчества, реализации и обеспечения права люди все менее полагаются на духовные ценности и нравственные основания, и все более ориентируются на результаты, приносящие непосредственную осязаемую пользу. Может быть, действительно, следует отказаться от придания

law.

особого смысла нравственным ценностям, отправить нравственность «на свое место» в сферу сугубо личностных взаимоотношений, а во всем другом руководствоваться исключительно практической целесообразностью, продуктивностью, полезностью и эффективностью?

В противовес такому подходу, на который ориентируются многие западные идеологи и их российские подражатели, отметим, что одной из приоритетных традиций российской философской и правовой мысли всегда было утверждение в теории и на практике атрибутивной взаимозависимости права и морали. Назовем здесь имена таких российских ученых философов и правоведов, как В.С. Соловьев, П.И. Новгородцев, Б.Н. Чичерин, Л.И. Петражицкий, Е.А. Лукашева, Г.В. Мальцев, в работах которых всесторонне разрабатывалась теория взаимосвязи права и морали [1-6]. Эта тематика присутствует и во многих современных исследованиях [7-12].

Не затрагивая интереснейшую тему об эволюции взглядов на соотношение права и морали в российской правовой науке, попытаемся в настоящей статье показать значение проблематики взаимосвязи права и морали на примерах позиций российских ученых конца XIX - начала XX веков. Выбор здесь не случаен, поскольку в этот период, имеющий несомненное сходство с современным, остро стоял вопрос о выборе пути дальнейшего развития России, и именно в связи с этим исторически фундаментальным для страны вопросом проблема нравственных оснований права приобрела общемировоззренческий характер.

Нравственность, которую в рамках данной статьи мы не разделяем с моралью, традиционно полагалась в философском и правовом научном мышлении как фундаментальная основа права. Так один из величайших российских философов В.С. Соловьев отмечал: «Взаимное отношение между нравственной областью и правовою есть один из коренных вопросов практической философии. Это есть в сущности вопрос о связи между идеальным нравственным сознанием и действительною жизнью, от положительного понимания этой связи зависит жизненность и плодотворность самого нравственного сознания. Между идеальным добром и злой действительностью есть промежуточная область права и закона, служащая воплощению добра, ограничению и исправлению зла» [1, с. 446].

Право выступает в этом понимании как одна из ступеней нравственного сознания, непосредственной задачей которого является воплощение добра, ограничение и исправление зла. Не ограничение произвола отдельных индивидов, не регулирование сталкивающихся интересов частных лиц, а воплощение высших общечеловеческих ценностей определяют смысл существования права и соответственно его природу.

Известный российский ученый правовед П.И. Новгородцев, характеризуя идеи, лежащие в основании российского правопонимания, считает, что «это - вечные основы морального сознания, и, прежде всего, принцип личности и ее безусловного значения, принцип равенства и свободы, справедливости и любви», которыми «всегда питалось прогрессирующее правосознание и которыми оно будет всегда питаться впредь» [2, с. 306]. Отметим, что здесь к довольно традиционному для западной правовой доктрины принципам личности, равенства и свободы, вдруг совершенно неожиданно добавляются принципы справедливости и любви!

Отсюда, продолжает П.И. Новгородцев, главная задача нового времени «состоит в том, чтобы снова пересмотреть и переработать эти принципы, свести их в цельную систему, освободить от сомнений, предохранить от искажений. Оберегать нравственную основу права от воздействий мелкой практики и односторонней теории, утверждать его чистое, идеальное значение, его моральную основу - вот цель, которой должна служить современная философия права» [2, с. 306].

Даже чистые западники в российской юридической науке и проводники естественно-правовых идей, к которым не без основания относят, например, Б.Н. Чичерина, очень своеобразно и отличительно от западноевропейских ученых трактовали содержание идей, лежащих в основе права. Как писал Б.Н. Чичерин, для тех, кто «в праве видит не только продукт практиче-

ской пользы, а условие истинно человеческого существования ... начало есть правда или справедливость. Само это слово показывает, что оба эти понятия, право и правда, проистекают из одного корня» [3, с. 70].

Как у В.С. Соловьева, так и у Б.Н. Чичерина в понимании природы права возникает совершенно новая по сравнению с западной доктриной грань - право рассматривается как необходимое условие истинно человеческого существования. Право, права и свободы человека для российского правосознания не существуют в сугубо прагматическом смысле, в качестве средства обеспечения свободы и безопасности отдельного индивида. Их понимание и воплощение связывается с реализацией глубинных целей человеческой природы, самого смысла его существования. Вне этого идеального смысла права и свободы теряют для российского правосознания какое бы то ни было значение, превращаются в фикцию, в пустой звук.

Посмотрим более подробно на развитие этой проблематики в работе Б.Н. Чичерина «Философия права», где российским ученым представлена логически последовательная теория соотношения права и морали. Ее исходным посылом является свободная человеческая личность, принадлежность которой к единому целому, к человеческому роду, а через него - к абсолютному, определяет изначальную нравственность свободной деятельности человека. «Свобода, - как пишет Б.Н. Чичерин, - стремящаяся к осуществлению абсолютного закона в человеческой деятельности, есть свобода нравственная» [3, с. 45]. Подчеркнем эту ключевую мысль Б.Н. Чичерина - истинно свободная деятельность всегда имеет своим основанием не только разум, но и нравственность.

Вся последующая конструкция Б.Н. Чичерина, обозначенная в «Философии права», есть демонстрация того, как имманентная сущность человека - разумная и нравственная, и потому -свободная воля проявляется в различных формах человеческого духа и бытия. Заметим, что в понимании Б.Н. Чичерина, равно как и в концепции Г.В.Ф. Гегеля, «философия права» это отнюдь не философия законодательства, основанная на чисто юридических конструкциях. Это философия социальной системы, логика развертывания человеческого духа в систему человеческого бытия.

Рассматривая реализацию идеи свободы в человеческом общежитии, Б.Н. Чичерин приходит к выводу о наличии двух различающихся форм существования свободы. «Первое касается внешних действий, составляющих область внешней свободы, которая одна подлежит принуждению; второе обращается к внутренним побуждениям, истекающим из свободы внутренней. Из первого рождается право; второе составляет источник нравственности» [3, с. 63]. Проблема личности и свободы ее воли перетекает, таким образом, в проблему соотношения и взаимосвязи права и нравственности.

Рассматривая формы существования права и нравственности, Б.Н. Чичерин критически выступает против их произвольного смешения или признания за правом статуса низшей ступени нравственности, как это делают, по выражению Б.Н. Чичерина, «морализирующие юристы и философы». Для Б.Н. Чичерина ясно, что «право и нравственность определяют две разные стороны человеческой свободы: первое касается исключительно внешних действий, вторая дает закон внутренним побуждениям» [3, с. 67].

Право - самостоятельное начало, имеющее свои собственные корни в духовной природе человека. Эти корни, по утверждению Б.Н. Чичерина, берут начало в потребностях человеческого общежития. Общение людей может осуществляться для чисто практических целей помимо всяких нравственных требований; но так как это общение свободных лиц, то свобода одних людей приходит в столкновение со свободой других. Отсюда в обществе появляется необходимость норм, устанавливающих, что принадлежит одному, а что - другому; что каждый может делать, не посягая на чужую свободу. Требование ограничения или лучше сказать - упорядочения свободы вытекает из природы человека как разумно-свободного существа, находяще-

гося в отношениях с другими себе подобными.

В этой сфере действует принцип взаимоотношения свободных индивидов, который был сформулирован в качестве всеобщего правового требования еще И. Кантом: «поступай внешне так, чтобы свободное проявление твоего произволения было совместимо со свободой каждого, сообразной с всеобщим законом» [13, с. 286]. Право, как особая форма проявления свободы человека, имеет собственную природу, но, внешне различаясь, внутренне по существу напрямую связано с нравственностью.

Человеческую духовность, как уже говорилось, составляет свободная, разумная и, еще раз подчеркнем, нравственная воля человека. Нравственность выступает в этом аспекте не просто как одно из начал наравне с правом, что наглядно проявляется в сфере социального бытия, отношений отдельных индивидов и их корпораций, но также как внутренне первичное и определяющее для права начало. Право по природе должно быть нравственно, поскольку является одним из проявлений свободной, т.е. нравственной воли человека.

Здесь обнаруживается интересный логический момент, когда нравственность выступает у Б.Н. Чичерина на эмпирическом уровне как система установок, внутренних побуждений личности, но при этом выступает ещё во всеобщем значении в качестве основания истинно свободной человеческой деятельности. В первом качестве нравственность составляет противоположность праву, во втором - его основание, необходимый фундамент. Качественной особенностью российского правового мышления - научного и массового - и его принципиальное отличие от мышления западного типа состоит в том, что оно понимает, признает и стремится к реализации этого основания. Все истинно правовое для российского человека должно иметь еще и нравственный смысл, внутреннюю нравственную основу.

Интересно в этом плане посмотреть на определение права Б.Н. Чичериным. Он пишет: «Что такое право? Это слово, как известно, принимается в двояком значении: субъективном и объективном. Субъективное право определяется как нравственная (выделено нами) возможность, или иначе, как законная свобода что-либо делать или требовать. Объективное право есть самый закон, определяющий свободу. Соединение обоих смыслов дает нам общее определение права: право есть свобода, определяемая законом. И в том, и в другом смысле речь идет только о внешней свободе воли; поэтому полнее и точнее можно сказать, что право есть внешняя свобода человека, определяемая общим законом» [3, с. 64].

Говоря о нравственной основе свободы человека, проявляющейся в том числе в праве, Б.Н. Чичерин специально подчеркивает ее всеобщий характер, не сводимый к частным опытным данным, к представлениям отдельных людей или групп людей о добре и зле или других моральных категориях. Он пишет: «Как разумное существо человек должен действовать не на основании тех или иных частных побуждений, а на основании закона, общего для всех», приводя далее как полностью разделяемое им требование категорического императива И. Канта «действуй так, чтобы правило твоих действий могло быть законом для всякого разумного существа» [3, с. 114].

Б.Н. Чичерин далек от идиллического восприятия действительности, понимает и подчеркивает, что в столкновении с реалиями жизни нравственный закон далеко не всегда реализуется, в том числе и в правовой сфере; человек и человечество преследуют и иные цели, конкретные и изменчивые, но практически приносящие в данный момент блага и пользу. Но одно дело, когда человек сознает свое высшее предназначение и работает над претворением нравственности в жизнь; другое дело, когда эти преходящие практические цели полностью захватывают и подчиняют человека.

Такое существо перестает быть человеком, личностью, поскольку теряет необходимую сторону своего свободного духа. Нравственное сообщество нравственных людей - таков идеал человеческих союзов. К нему человечество должно стремиться, над достижением его

постоянно и целенаправленно работать, поскольку он и есть проявление истинной природы человека и человечества. Нравственное право, с этих позиций, - это цель развития правовой системы общества, которую нужно понимать и видеть в теории и последовательно воплощать в практике правотворчества, осуществления и обеспечения права.

Русская философская и правоведческая традиция понимания соотношения права и нравственности отчетливо демонстрирует недопустимость упрощенного подхода к этой проблематике. Нравственность - это не отдельные требования к поведению человека и не просто свод этических норм. Нравственность - это отношение к другому человеку как равному тебе свободному существу, это признание его такой же, как ты сам частью человеческого рода и построение на этой основе своего поведения по отношению к другим людям.

Требования нравственности абсолютны и пронизывают все человеческие отношения; они должны составлять незыблемую основу правовой системы цивилизованного общества. Это означает, что ее формирование и функционирование во всех без исключения элементах должно опираться на признание человека и человеческого высшей ценностью и недопустимость использования человека как орудия для достижения каких-либо, хотя и кажущимися важными, результатов. Эту всеобщую нравственную основу четко определил Иммануил Кант: «Поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и в лице всякого другого так же, как к цели, и никогда не относился бы к нему только как к средству» [14, с. 270].

Список литературы:

1. Соловьев В.С. Оправдание добра. Нравственная философия // Соловьев В.С. Сочинения: в 2 т. М.: Мысль, 1988. Т. 1. 892 с.

2. Новгородцев П.И. О задачах современной философии права // Новгородцев П.И. Сочинения. М.: Раритет, 1995. 446 с.

3. Чичерин Б.Н. Философия права // Чичерин Б.Н. Избранные труды. СПб.: Изд-во СПбГУ, 1998. 560 с.

4. Петражицкий Л.И. Теория права и государства в связи с теорией нравственности. СПб.: Лань, 2000. 608 с.

5. Лукашева Е.А. Право, мораль, личность. М.: Наука, 1986. 263 с.

6. Мальцев Г.В. Нравственные основания права. М.: Изд-во СГУ, 2008. 552 с.

7. Вопленко Н.Н. Право в системе социальных норм. Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2003. 86 с.

8. Лукьянова Н.Г. Право и мораль как нормативно-ценностные регуляторы поведения человека: монография. Пятигорск: РИА-КМВ, 2006. 180 с.

9. Мухортов А.А. Соотношение права и морали в правоприменительной деятельности: монография. Уфа: УЮИ МВД России, 2013. 127 с.

10. Романец Ю.В. Этические основы права и правоприменения. М.: ИКД «Зерцало-М», 2012. 400 с.

11. Цыбулевская О.И. Нравственные основания современного российского права / под ред. Н.И. Матузова. Саратов: Саратов. гос. акад. права, 2004. 220 с.

12. Шавеко Н.А. Право и мораль. Соотношение в общетеоретическом аспекте. Ижевск: Удмурт. гос. ун-т, 2014. 92 с.

13. Кант И. Основы метафизики нравственности. Критика практического разума. Метафизика нравов. СПб.: Наука, 1995. 528 с.

14. Кант И. Сочинения: в 6 т. М.: Мысль, 1965. Т. IV, ч. 1. 544 с.