Скульптура в современных архитектурных проектах (по следам биеналле «Архитектура Петербурга 2013»)

УДК 72.03 ББК 85.113

A.A. Васильева

скульптура в современных архитектурных проектах

На основании архитектурных проектов, представленных на биеннале «Архитектура Петербурга 2013», сделаны наблюдения о путях сотрудничества скульптуры и архитектуры. Обращения архитекторов к искусству скульптуры разделены на два направления: функ-ционалистические проекты, ориентированные на современные образные тенденции и инженерно-строительные технологии; проекты в исторической стилистике, включающей цитирование декоративных деталей. Высказано предположение, что зодчие перестают воспринимать архитектуру как органичную среду для синтеза пластических искусств.

Ключевые слова:

архитектурный проект, городская среда, скульптура, скульптура в городской среде, современная архитектура.

В истории искусства и градостроительства бывали эпохи, когда архитектура и скульптура стремились к объединению. Будучи включенными в пластически-пространственный синтез, скульптурные произведения выполняли не только декоративные функции, «украшая» отдельные архитектурные сооружения и городские ансамбли, но истолковывали архитектурный образ, обогащая и развивая его, формируя облик городского пространства.

Выставка лучших архитектурных проектов «Архитектура Петербурга 2013», проводящаяся в Северной столице в четвертый раз (с 2007 г.) и ставшая традиционной, позволяет рассмотреть панораму творчества современных архитекторов и сделать некоторые наблюдения о нынешнем этапе взаимодействия скульптуры и архитектуры.

Разнообразна тематика проектов, представленных двадцатью маститыми архитектурными мастерскими и молодыми авторами: многоэтажные жилые дома и частные загородные коттеджи, общественные здания и бизнес-центры, спортивные и оздоровительные сооружения, учебные учреждения, вокзалы и музейно-выставочные комплексы, храмы и часовни, объекты реставрации и реконструкции, интерьеры и городской дизайн.

Здесь можно было увидеть чертежи и визуализацию масштабных для Петербурга концепций: проекты реконструкции двух петербургских вокзалов — Московского с сооружением второго уровня платформ для приема высокоскоростных поездов, перекрытым протяженным стеклянным сводом (арх. маст. «Студия 44», арх. Н. Явейн, Н. Гончарова, В. Романцев и др.) и Финляндского с возведением над перронами многоуровневого паркинга и общественно-делового центра под остек-

ленным куполом («INTERCOLUMNIUM», арх. Е. Подгорнов, И. Филимонов). Представлены проекты уже функционирующих специализированного детско-юношеского центра олимпийского резерва по художественной гимнастике «Жемчужина» (СПб., В.О., Петровская наб., 16 — мастерская «Ар-хиком») и Академии танца Бориса Эйфма-на (СПб., ул. Лизы Чайкиной, 2 — арх. маст. «Студия 44», арх. Н. Явейн, В. Кулачен-ков, Т. Снежин) с реконструкцией целого квартала и сохранением фасада с входной нишей-экседрой кинотеатра «Ассамблея», возведенного в 1913 г. по проекту Ф. Кор-зухина. Ретроспективный пласт выставки представлен введенной в эксплуатацию в декабре 2012 г. второй очередью Реставра-ционно-хранительского центра Государственного Эрмитажа (СПб., Старая деревня, ул. Заусадебная, 37 — «Архитектурная мастерская Трофимовых», арх. Н. и С. Трофимовы).

Экспонировались работы для других городов и государств: Российский центр науки и культуры в Кабуле (Афганистан, Кабул, р-н Нахр-Дарсан, шоссе Дар-Ул-Аман — проектно-производств. фирма «А. Лен», арх. С. Орешкин, Р. Андреева, О. Сафроно-ва и др.); Международный детский санатор-но-оздоровительный комплекс «Камчия» (Болгария, Варна — арх. бюро И. Малькова /ЛЕНЗНИИЭП/, арх. И. Мальков, М. Федоров), Музейно-выставочный комплекс (Республика КОМИ, Ухта — арх. маст. Романова «АМР», арх. О. Романов, З. Фролова, Д. По-торалов), дворец единоборств (Казахстан, Астана — арх. маст. «Студия 44», арх. Н. Явейн, Н. Смолин, Я. Смолина), стадион на 42 000 мест для матчей чемпионата мира по футболу-2018 (Нижний Новгород — арх. маст. «Студия 44», арх. Н. Явейн, Ю. Ашметьев, М. Виноградова), гостиница «Park Inn» (республика Карелия, Петроза-

водск, — арх.-проектное бюро «Ловкачев и партнеры», арх. В. Ловкачев, С. Лебедева, А. Холод).

Были и совместные разработки российских и иностранных зодчих: разработанный А. Мельниченко и китайским архитектором Ань Дун проект Международного выставочного конгресс-центра в Петербурге (Шушары, Пулково — «Архитектурная мастерская А. Мельниченко») и их же концкепция застройки набережной Шанхая вдоль реки Пудон.

В представленных на выставке проектах, отражающих и разные течения в современной архитектуре, и предпочтения архитекторов, инвесторов, заказчиков, можно видеть два магистральных направления. Первое — развитие функционализма и поиски индивидуализации и выразительности проекта в использовании достижений современных строительных технологий: конструктивных систем из каркасов и ограждающих конструкций, позволяющих возводить здания любой высотности и силуэта, и навесных фасадных оболочек («вентилируемых фасадов») из современных материалов, открывающих широкие возможности конфигурации и максимального остекления фасадных поверхностей. Активное варьирование приемов структурного остекления фасадов в сочетании с атриумами, световым фонарями и свето-прозрачными кровлями представляется архитекторам эталоном современного стиля и приводит к полному отказу от декоративного убранства фасадов — рельефов, фризов, скульптур и прочих атрибутов исторической архитектуры. Новая тенденция, представленная на выставке — нанесение на стеклянный фасад с помощью шелкографии различных изображений. Так, экстравагантная концепция «Фасад как бренд» демонстрирует ансамбль из трех зданий «Времена года» для офисного центра УК «Теорема» (Свердловская наб., 44. — мастерская «SPEECH Чобан & Кузнецов» арх. С. Чобан), все фасадные поверхности которых покрыты сплошными узорами из белоснежных снежинок, желто-оранжевых или зеленых листьев, размыкающихся лишь вокруг окон. В 2006 г. по проекту этой мастерской возведен бизнес-центр «Лангензипен» (СПб., Каменноостровский пр., 56), на стеклянные фасады которого нанесены фотоизображения атлантов, рельефов и гирлянд — современный вариант гризайля-обманки, изображающего на плоскости объемный рельеф.

Второе направление — обращение архитекторов к наследию зодчества прошлых эпох в различных вариантах — от

цитирования и использования отдельных элементов исторических стилей, до их художественного переосмысления в сочетании с современными технологическими возможностями. Свойственное этому направлению стремление к эстетическому обогащению пластики фасадов побуждает зодчих к использованию арсенала декоративной скульптуры — рельефов, маскаро-нов, пристенных и кровельных изваяний.

Наиболее широкий простор для вариаций на тему архитектурных стилей прошлого дает строительство частных загородных домов, где архитекторы щедро предлагают разнообразие заказчику: «элегантный особняк в стиле модерн», «бюргерский дом с зимним садом», «каркасные дома в канадском или финском стиле», «великолепный особняк в лучших традициях двор-цово-парковых построек», «дом в лучших традициях эклектики с элементами барокко», «миниатюрный коттедж в английском стиле», «дом-терем в русском стиле», «альпийское шале», «коттедж в стиле хай-тек», «роскошный дом в романтическом стиле» (проектно-производственная фирма «А. Лен»). Такое цитирование исторических стилей почти «без купюр» или вольное использование узнаваемых элементов в различных комбинациях можно счесть за постмодернистический архитектурный прием, но некоторые, используя определение Ю.И. Курбатова, следует отнести к «спекулятивному эклектизму» [6, с. 209].

Интерпретации стилей содержат не только разработки частных загородных резиденций, но и проекты многоэтажных жилых домов со встроено-пристроенны-ми помещениями. Любимыми объектами интерпретаций архитекторов остаются петербургский классицизм, эклектика, северный модерн, сталинский неоклассицизм, скандинавский неомодерн.

Так, скандинавский краснокирпичный стиль узнается в жилом комплексе (СПб., ул. Барочная, 4А — проектно-производств. фирма «А. Лен», арх. С. Орешкин, Р. Андреева, О. Сафронова и др.) и в жилой доме (СПб., Пискаревский пр., 3 - «ИГЛ ГРУП Санкт-Петербург: Григорьев и партнеры», арх. В. Григорьев, А. Дорофеев, М. Воробьева, П. Гефнер и др.). Охристые, кофейные и кремовые фасады с шпицеобраз-ными завершениями жилых зданий на набережной Северной Двины напоминают голландские дома на каналах (Архангельск, наб. Северной Двины, 69, 71 — «Архитектурная мастерская Мамошина», арх. М. Мамошин, А. Богатырева, П. Кралин и др.). Жилой дом «Таврический» (СПб., пр. Чернышевского, 4, лит. А — «Архитектур-

3 ю О

ная мастерская Мамошина», арх. М. Ма-мошин, А. Богатырева, П. Веряскин и др.) своими эркерами, трапецивидной формой окон, различной фактурой облицовочного камня в сочетании с мозаикой отсылает к модерну, «дополненному» венчающим здание высоким остекленным атриумом.

Есть и неожиданные по форме обращения к готике. Глубокорустованный цоколь с вознесенными на него мощными стенами из грубоотесаного темно-коричневого камня, акцентированные светлым пилястрами углы здания, прямоугольные окна с мелкой расстекловкой, венчающие это сооружение башни придают конкурсному проекту дома (СПб., пр. Динамо, 2 лит. А — арх. маст. «Рей-нберг и Шаров», арх. А. Шаров, Е. Парыше-ва) облик английского замка, увеличенного до семи этажей. В проекте другого жилого дома центр девятиэтажного фасада прорезан застекленной световой нишей, декорированной на высоте 30 м над землей на уровне 8 и 9 этажей «парящим» в воздухе ажурным рельефом в форме переплета готического окна-розы (СПб., Петровский пр. 22, лит М. — «Творческая мастерская Реппо», арх. В. Реппо, В. Петров). Сочетание с современной сплошной стеклянной облицовкой и отсутствие иных стилистических соотнесений с готикой, кроме вертикальных членений фасадов, превращают окно-розу в рекламный элемент декора, призванный отличить данное здание от иных. Переосмысление исторических стилей запечатлено в зигзагообразном остеклении вертикально вытянутого фасада жилого дома с (СПб., ул. Резная, 18/10, лит. А — арх. маст. «Лявданский и Герасимов»), который, по словам проектировщиков, разработан по мотивам «готических венецианских палаццо» и по ассоциации с названием ул. Резная, на которой дом возведен.

При обилии на выставке масштабных градостроительных концепций крайне мало проектов, рассматривающих скульптуру в качестве значимого пространственно-организующего компонента городской среды. Среди проектов, решенных в современной стилистике, лишь четыре включают произведения скульптуры как элемент градостроительных композиций — мемориала, набережной, промышленного комплекса, жилого квартала.

В единственном на экспозиции мемориальном архитектурно-скульптурного комплексе — проекте «Мемориал Красной армии» для израильского города Неталия («Архитектурная мастерская О.Романова», арх. О. Романов, Д. Потапов, О. Федорова, М. Любовиков) стены из красного кирпича образуют в плане пятиконечную звезду, центральный сег-

мент которой увенчан перекрещенными золотистыми дугами. Автор скульптурного объекта не указан.

Проект реконструкции городского района с включением скульптуры разработан для Великого Новгорода (Великий Новгород, набережная Александра Невского от Никольской улицы до лодочной станции — арх. маст. «ТРИ», арх. В. Спиридонов, М.Васильева, Е. Деларов, И. Ка-зарновская). По этому проекту в 2009 г. к 1150-летию Великого Новгорода на территории Ярославова дворища был установлен памятный знак в честь Ганзейского союза. Новый проект предполагает дальнейшую реконструкцию набережной — возведение на месте гостиницы 1960-х годов многофункционального общественного центра. Перед его центральным атриумом авторы планируют установить многофигурную скульптуру петербургского мастера Е. Ротанова — ладью со стоящими фигурами Рюрика и дружинников, символизирующую единение и связь времен (высота скульптуры 3,6 м., материал — декоративный бетон). Изваяние пластически лаконично и вызывает ассоциации с древнерусской деревянной скульптурой, символически соотносится с историей места и водами текущего перед нею Волхова, гармонично вписывается в природную и архитектурную среду, становясь смысловым и визуальным акцентом проекта.

Идею включения скульптуры в комплекс промышленных зданий содержит концепция реконструкции Белоярской АЭС (Свердловская обл., г. Заречный — арх. бюро «СП-проект», арх. А. Станчинс-кий). Как указано в стендовой экспозиции, авторы стремились учесть в этом проекте географическое положение станции «Россия—Сибирь—Урал» и особенности технологических процессов выработки атомной энергии. Совместив эти идеи в едином концептуальном решении — используя семантику узоров народного уральского ткачества и схемы расщепления ядра — авторы разработали три варианта орнаментально-коврового декора зданий электростанции крупноформатными белыми, голубыми, синими, кремовыми панелями, слагающимися в солярные знаки или ступенчатые пискельные композиции. На въезде в комплекс авторы планируют установить символический монументальный скульптурный объект. В двух вариантах — это «Дольмены» — аутентичные каменные глыбы-дольмены, поддерживающие глянцевый металлический шар, в третьем — «Атом в круге» — геометрический каркас из листов стали с подвешенным в центре ша-

ром-атомом. Автор скульптурного объекта не указан. Расположение скульптурного объекта и его высота (11,3 м) декоративно и пространственно организуют ландшафт промышленного комплекса, общее визуальное решение которого, однако, представляется спорным.

Редкий пример включения отдельно стоящей круглой скульптуры в разработку жилой застройки в качестве декоративного элемента — изваяние дамы в длинном платье в стилистике XIX века в курдонере жилого дома (СПб., Энгельса пр., 2 — арх. бюро «Студия-17», арх. С. Гайкович, М. Ольдерог-ге, М. Окунева). Скульптор не указан.

В ретроспективных проектах архитекторы видят в фасадной скульптуре одно из средств обеспечения «аутентичности» стиля. При этом изваяния выступают лишь в качестве декора зданий, а из обильного арсенала фронтонной, пристенной, кровельной круглой скульптуры, атлантов и кариатид, маскаронов, рельефов и фризов зодчие выбирают в основном замковые камни, рельефы, декоративные вазоны и стелы.

В проекте гостиницы (СПб., 9-я Советская ул. — «Студия-44», арх. Н. Явейн) темы северного модерна интерпретированы в использовании камня, в конфигурации и расположении окон, и в скульптурном рельефе. Облицовка здания варьируется от рваного камня «скала» в цоколе до лощеного и полированного в верхних этажах. Центральный элемент гостиницы, формирующий ее «фирменный стиль» — огромное круглое окно над входом, увенчанное замковым камнем с рельефным изображением совы. Этот элемент обыгрывает стилистику декора находящегося неподалеку жилого дома Бассейного товарищества, построенного арх. Э. Виррих и А. Заозерс-ким в 1912-1914 гг.

Четырнадцатиэтажный жилой дом «Победа» (СПб., ул. Победы, 5 - «Евгений Герасимов и партнеры», арх. Е. Герасимов, Т. Яро-щук, Т. Осколкова и др.) ассоциируется со сталинским неоклассицизмом благодаря

Список литературы:

[1] Аалто А. Архитектура и гуманизм / Пер. под ред А. Гозана. - М. Прогресс, 1978. - 228 с.

[2] Архитектурный ежегодник. Санкт-Петербург. 2011-2012. Выпуск 11. - СПб., 2013.

[3] Бембель И. Среда обитания или Что может архитектура? // Капитель: архитектура, строительство, дизайн. Петербургский журнал для профессионалов. - 2012, № 2 (22). - С. 19-23.

[4] Вержбицкий Ж. М. Архитектурная культура. Искусство архитектуры как средство «гуманизации второй природы». - СПб.: Изд. дом. «АРДИС», 2010. - 136 с.

[5] Гейл Я. Жизнь среди зданий: использование общественных пространств. Пер. с англ. - М.: Концерн «КРОСТ», 2012. - 199 с.

[6] Курбатов Ю. И. Петроград - Ленинград - Санкт-Петербург: архитектурно-градостроительные уроки. - СПб.: Искусство-СПБ, 2008. - 278 с.

[7] Лисовский В.Г. Санкт-Петербург. Очерки архитектурной истории города. Т. 2. от классики к современности. - СПб: Коло, 2009. - 492 с.

[8] Уралов И. Немое противостояние: об антиподах в петербургской архитектуре // Капитель: архитектура, строительство, дизайн. Петербургский журнал для профессионалов. - 2012, № 2 (22). - С. 16- 19.

разбивке здания на яруса, отделке нижнего яруса рустованным камнем и декорированию его рельефами: над центральным арочным входом размещен замковый камень с маской льва, над двумя симметричными боковыми входами в нишах помещены скульптурные рельефы, изображающие римские доспехи. Декор дополняют пирамидальные стелы на углах кровельной балюстрады.

Можно видеть, что практически исключив изваяния из пространственных градост-рообразующих композиций, и подчеркивая исчерпанность возможностей декора скульптурными рельефами поверхностей стеклянных фасадов в стиле функционализма и нового рационализма, архитекторы отводят скульптуре скромную роль декора фасадов в проектах, интерпретирующих исторические стили. Отказ архитекторов от возможности установки скульптур как художественно-пластического знака, а порой и центра городской среды симптоматичен. Благодаря пластичному силуэту и большому объему зачастую многоэтажные архитектурные сооружения становятся своего рода монументами, доминирующими в окружающей застройке. Между тем, специалисты утверждают, что городской среде нужны не только высотные архитектурные доминанты, но и доминантны «человеческого» уровня. Остроощущае-мую сегодня задачу придания архитектурным объектам соразмерности человеку [5; 6; 8] может решить установка в городской среде произведений скульптуры. Актуальна мысль архитектора «отца северного модернизма» А. Аалто: «рука, которая лепит человеческие общежития, города, здания и даже мелкие вещи, должна быть мягкой, гуманной, чтобы сделать их приятными для человека» [1].

Анализируя представленные проекты, остается констатировать, что современные зодчие перестали воспринимать архитектуру как органичную среду для синтеза искусств - лидируют «польза и прочность», «красота» же трактуется чаще всего средствами инженерии, технологии и дизайна.

3 ю О