Социальная политика и специфика решения проблем активизации пожилых людей в современном российском обществе

СОЦИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА И СПЕЦИФИКА РЕШЕНИЯ ПРОБЛЕМ АКТИВИЗАЦИИ ПОЖИЛЫХ ЛЮДЕЙ В СОВРЕМЕННОМ РОССИЙСКОМ ОБЩЕСТВЕ

Е. С. РУМЯНЦЕВА

На примере отношения общества к людям старшего возраста рассматриваются проблемы социального неравенства и возможности его преодоления. Показана необходимость соотношения равенства и неравенства, преодоления избыточного неравенства с целью устойчивого динамизма и стабилизации развития общества. Предлагаются меры по преодолению избыточного неравенства в современном российском обществе.

Ключевые слова проблемы социального неравенства, преодоление избыточного неравенства, стабилизация развития общества.

Когда говорят о социальном государстве, подразумевают такое общественное устройство, которое, используя различные механизмы, перераспределяет общественное богатство, чтобы обеспечить всем гражданам страны достойное существование. Уровень такого обеспечения может быть разным, но, очевидно, что в любом случае социальная политика ведет к снижению разности между доходами самой богатой и самой бедной частей населения. Из приведенного определения следует, что Советский Союз был социальным государством, но, поскольку социалистическая идея ныне не популярна, обратимся к опыту так называемых развитых социальных государств. В первую очередь, это скандинавские страны и ФРГ.

Перераспределение денег в пользу незащищенных слоев населения там начинается на стадии сбора налогов в бюджет. Во всех социальных государствах существует прогрессивная шкала подоходного налога, то есть богатые вносят в бюджет большую часть своих доходов. В Швеции еще недавно максимальная планка налога составляла 95 %. И это позволяло обеспечивать всех неимущих бесплатными квартирами, продуктами, бытовой техникой, а также иметь отличную армию, полицию и тюрьмы. Даже в США, которые вовсе не позиционируют себя как социальное государство, максимальный подоходный налог составляет сейчас 35 %, а в 70-е гг. его уровень доходил до 75 %.

В России, как известно, существует плоская шкала подоходного налога. В этом причина того, что бюджет, формируемый главным образом за

счет малооплачиваемых категорий граждан, не может стать «высокодоходным».

До недавних пор острота социальных противоречий сглаживалась в России за счет различных льгот и компенсаций. Но с их отменой ситуация резко изменилась, о чем свидетельствовали массовые акции протеста пожилых людей в большинстве российских регионов. Интересен в этом плане опыт изменений пенсионного законодательства в Чили. Там в течение года ежедневно высшие государственные чиновники объясняли народу, что они, собственно, собираются сделать и каких целей достичь. В результате 75 % чилийцев перешли на новую систему, а оставшимся сохранили старую, с возможностью в любой момент передумать. Такова была внутренняя государственная политика этого латиноамериканского государства.

На сегодняшний день представители старшего поколения уже осознали суть происходящих изменений. Монетизация льгот продолжается, на очереди - услуги ЖКХ, по которым льготы предоставлялись только до декабря 2009 г. Между тем принятый Государственной Думой РФ новый закон вносит изменения чуть ли не в пару сотен других законов: жилищный кодекс, об образовании, о здравоохранении, о культуре и т. д. Суть же этих изменений одна - уничтожение всякой поддержки государством социальной сферы и перекладывание этой заботы на плечи граждан через различного рода фонды. Однако недолгая история страховой медицины в России уже показала, что большая часть страховых денег идет не на здравоохранение, а на поддержание функционирования самих страховых фондов.

Однако, если прочие изменения довольно инерционны, и последствия их мы почувствуем лишь через некоторое время, то на «монетизацию льгот» страна отреагировала мгновенно еще в начале 2005 г. Отреагировали и государственные деятели. Но вопрос о том, можно ли строить «социальное государство» какими-нибудь более гуманными средствами, еще долго будет стоять перед нами. Как и вопрос о разумном расходовании дополнительных средств. Не так давно наш стабилизационный фонд значительно превышал запланированную величину. Однако тратить эти деньги у нас считали неразумным. Хотя в мире есть примеры, когда представители власти иначе распоряжаются незапланированными дополнительными средствами. В США их помещают в американские ценные бумаги под полтора процента годовых (при «падающем» долларе и внутренней инфляции более 11 %). В Норвегии, например, незапланированные деньги немедленно помещаются на личные счета всех жителей страны от младенцев до патриархов в расчете на то, что каждый конкретный гражданин сумеет распорядиться деньгами разумнее, чем это делает за него правительство.

В Катаре, Кувейте, ОАЭ за счет дополнительных средств граждане имеют бесплатные жилье, транспорт, коммунальные услуги, здравоохранение (операции любой сложности в любом медицинском учреждении земли), образование (в любой стране мира) и т. д. Это и есть, по сути, инвестиции в социальную сферу.

Социальное равенство - идеал, на протяжении веков отражавший извечную тягу людей к справедливости и вдохновлявший массовые общественные движения и гуманистические течения общественной мысли. Историческая практика подтверждает, что полное равенство недостижимо. И не только из-за различий способностей и задатков, заложенных в людях самой природой, но и вследствие неодинаковости социального статуса, качества и продуктивности их труда. В этом смысле неравенство между людьми неустранимо и лишь меняет свои формы и размеры.

Неоднозначно и влияние неравенства на общество. Стремление занять более высокое положение на лестнице имущественной иерархии побуждает людей к повышению эффективности их деятельности и социального статуса. Попытки ввести уравнительное распределение собственности и доходов лишь подрывают экономическое развитие. Но, превысив определенный уровень, имущественное неравенство утрачивает свою стимулирующую роль, превращается в негатив-

ный фактор общественной жизни. Чрезмерное богатство, особенно легко доставшееся, как и маргинальная бедность, гасят импульсы экономического развития, порождают социальную напряженность, подрывают политическую стабильность общества. В каждых конкретных условиях важно найти такое сочетание равенства-неравенства, которое обеспечивает оптимальную меру динамизма и стабильности общества. В той мере, в какой социальное неравенство благоприятствует экономическому и социокультурному развитию и стабильности общества, его можно считать нормальным [2, с. 23]. Оно становится избыточным, когда ослабляет стимулы экономической деятельности, создает очаги напряжения, чреватые социальными потрясениями.

Наибольшую остроту проблема избыточного социального неравенства приобретает в периоды общественных трансформаций, когда устоявшиеся структуры равенства-неравенства демонтируются, а новые механизмы распределения материальных благ, социальных услуг, ценностей жизни и культуры еще только формируются. Именно такая ситуация возникла в России в 90-е гг. истекшего столетия.

Однако способ «прорыва», избранный в 90-е гг. прошлого века - радикально-либеральная ломка социально-экономических институтов, хищническая приватизация государственной собственности, стихийное становление рыночных отношений, насаждение нравов «дикого капитализма» -ввергнул страну в беспрецедентный по тяжести экономический кризис, вызвал стремительный рост неравенства в собственности, доходах, в уровне жизни граждан.

Плоды деятельности поколений советских людей, равно как и природные богатства страны, оказались в руках «назначенных» властью олигархов. Ваучерная приватизация обернулась еще большим отчуждением населения от собственности, утратой шанса на демократизацию капитала. Не оправдались надежды и на развитие малого и среднего бизнеса, оказавшегося под гнетом криминала и коррумпированных бюрократических структур.

Освобожденные от какого-либо общественного контроля различия в доходах в одночасье стремительно возросли. Децильный коэффициент (отношение доходов верхней и нижней 10-процентных групп населения) в России вырос с 4,5 в 1991 г. до 13,5 в 1995 г. Для сравнения в странах Западной Европы он находится в пределах от 4 до 10. Коэффициент Джинни, показывающий неравномерность распределения доходов в интервале

от 0 до 1, вырос с 0,26 до 0,39 (в странах Западной Европы он составляет 0,25-0,35). За чертой бедности даже по заниженным официальным данным оказалось более трети населения [2, с. 28].

Под пресс радикально-реформаторского стремления попала, прежде всего, социальная сфера. Государственные расходы на социальнокультурные нужды упали в реальном выражении вдвое. И это притом, что в кризисной ситуации социальные потребности людей (пенсии, социальные пособия, медицинская помощь) стали более острыми. Социальная сфера - здравоохранение, образование, культура - превратилась в зону бедствия. По контрасту, как на дрожжах, поднялся эксклюзивно-элитарный сегмент обслуживания для узкой прослойки богатых и привилегированных семей.

С тех пор социально-экономическая политика не претерпела коренных перемен. Она не стала более цельной и последовательной. В заявлениях и решениях президента подчеркивается приоритет социальных целей государства, акцентируется первоочередное внимание к насущным нуждам людей. А в практической деятельности правительства, в первую очередь его социального и финансово-экономического блоков, по-прежнему превалирует либерально-монетаристская направленность. Подтверждением этому может служить неудачная кампания по монетизации социальных льгот. Об этом же свидетельствуют попытки форсированно коммерциализировать образование, науку, здравоохранение, жилищно-коммунальное хозяйство, сбросить львиную долю социальных расходов на само население, не считаясь с уровнем его материальной обеспеченности. В силу этих причин даже в условиях оживления экономики и роста доходов граждан сохраняется, а нередко и обостряется крайне неблагоприятная ситуация с социально-экономическим неравенством.

Большинство населения фактически лишено доступа к собственности. Робкие попытки продажи акций гражданам пока не дают сколько-нибудь заметных результатов. Малый и средний бизнес продолжает стагнировать под тяжестью олигархического капитала, государственно-бюрократических структур. Все это контрастирует с тенденцией социализации капитала в странах, вступающих в полосу постиндустриального развития: диверсификацией собственности, расширением доступа к ней, демократизацией управления, с развитием малого и среднего бизнеса, во многом основанного на применении человеческого капитала.

Тревожные тенденции прослеживаются в динамике доходов различных групп населения.

Плоды оживления экономики и начавшегося экономического роста опять-таки распределяются в пользу богатых. Почти половина общего прироста доходов идет верхней десятой части населения, а наиболее бедному децилю достается лишь три процента. Неудивительно, что дециль-ный коэффициент в 1998-2004 гг. продолжал расти, и лишь в 2005-2006 гг. этот рост приостановился на уровне 14,5-15. Примерно такая же динамика наблюдается и по коэффициенту Джинни, превысившему 0,4.

Статистика и бюджетные обследования подтверждают, что при сохранении сложившегося неравенства в доходах происходит относительное, а нередко и абсолютное снижение уровня и качества жизни большинства населения.

Избыточное неравенство россиян по доходам обусловлено не только статусными различиями (собственник, предприниматель, рабочий, служащий, пенсионер, учащийся и т. д.), но также отраслевыми, территориальными, демографическими, миграционными, тендерными и другими факторами. Недопустимо низка оплата труда в сельском хозяйстве, социальной сфере, депрессивных отраслях промышленности (в том числе машиностроения). На этом фоне непропорционально высокие доходы сложились в отраслях производства, ориентированных на экспорт, а особенно в финансово-банковской сфере. Бросаются в глаза резкие региональные различия в доходах, которые во многих случаях детерминированы отраслевой структурой экономики.

Несмотря на некоторые положительные подвижки, сохраняется кризисная ситуация в социальной сфере. Доля ВВП, затрачиваемая на здравоохранение, образование, науку и культуру, социальное обеспечение, иными словами, на воспроизводство человеческого капитала меньше, чем в советское время. В 2005 г. заработная плата у 40 % работников здравоохранения и образования была ниже прожиточного минимума, а размер пенсий составлял лишь 35-37 % его величины.

Избыточное неравенство продолжает оставаться источником острых экономических, социальных и политических проблем и противоречий. Всеми правдами и неправдами быстро сколоченные крупные состояния в значительной мере приобрели паразитический характер, идут на: поддержание роскошной жизни, приобретение престижной недвижимости, финансовые махинации, прямой и косвенный подкуп чиновников и получение доступа к политической власти.

Избыточное социальное неравенство разъедает социальный капитал общества - ресурс общест-

венной солидарности, взаимопонимания и доверия. Сегодня в России все более рельефно проступают контуры двух полюсов. На одном - «новые русские» и правящая элита, живущие в собственной реальности, на другом - массовые слои населения, несущие на своих плечах всю тяжесть социально-экономической и политической бедности.

Необходимость преодоления избыточного неравенства диктуется не только злобой дня, но и особенностями переживаемого страной периода. Выходя из затяжного кризиса, она должна определиться со стратегическими ориентирами и приоритетами дальнейшего развития. Мировой опыт говорит о том, что в основу стратегии страны должен быть положен переход к обществу нового, инновационного постиндустриального типа, в котором высшей ценностью и главным фактором выступает человек, его интеллектуальный и социальный капитал.

Одними только монетаристскими методами, посредством рыночного саморегулирования, встающие перед страной экономические и тем более социокультурные задачи не решить. Нужны тщательно разработанная стратегия развития и активная политика государства как в структурно-технологических, институциональных преобразованиях, так и в социальных отношениях и процессах.

Сегодня требуется принятие комплекса специальных мер, целенаправленных на преодоление избыточного неравенства. Среди этих мер можно было бы отметить следующие.

В области отношений собственности требуется создание систематизированной законодательной базы социальной активности бизнеса в партнерстве с государственными органами и институтами гражданского общества, предусматривающей, с одной стороны, запрещение принудительных мер, а с другой - поощрение социальной активности бизнеса, прежде всего через налоговую политику.

В политике доходов необходимо изменение системы установления прожиточного минимума, обозначающего границу бедности; он должен определяться не субъективными расчетами потребительской корзины, а, как делается в западных странах, - в процентах к средним доходам (40 или 50 %) - именно с такой величиной должно сопрягаться установление минимальной оплаты труда, пенсий и пособий. Кроме того, необходимо внесение существенных корректив в систему налогообложения физических лиц, замена «плоской шкалы» подоходного налога (надо признать, что она так и не вывела из тени скрытые доходы,

только усилив избыточное неравенство) на принятую в большинстве стран мира прогрессивную шкалу - от 0 до 40-50 %; введение налога на покупку драгоценностей, дорогих автомобилей, яхт, престижной недвижимости непроизводственного назначения.

В социальной сфере:

- увеличение в течение трех-четырех лет как минимум вдвое государственных расходов на социальные цели при повышении их удельного веса в ВВП с целью создания эффективной системы равного и бесплатного доступа всех граждан к базовому кругу качественных услуг здравоохранения и образования, расширения возможностей их приобщения к культурным ценностям и физической культуре;

- повышение в те же сроки примерно вдвое социальных трансфертов, размеров пенсий и пособий с учетом прожиточного минимума; разработка мер, способствующих выходу получателей пособий по бедности из «иждивенческого» состояния;

- изменение и расширение финансовой базы социальных расходов; базой социального налога должна быть не заработная плата, что неизбежно провоцирует увод зарплаты в тень и подрывает тем самым главный источник социальных расходов, а валовой или чистый доход, полностью проходящий через бухгалтерский учет.

Нынешней России нужна социальная политика, увязывающая индивидуальные и групповые ценности и цели с коллективными, с общим благом народа. Именно такая политика обеспечит сочетание либерального принципа частной инициативы и предприимчивости с ценностями общественной солидарности, взаимной социальной ответственности граждан, бизнеса, общественных институтов и государства.

Только такая политика может быть действительно публичной [4, с. 88], выражать общенациональные интересы, аккумулируемые властью в обстановке максимальной гласности с широкой опорой на гражданское общество. Демократизации социальной политики способствовало бы образование сети общественно-государственных комиссий, советов, комитетов при органах власти всех уровней для привлечения гражданской общественности и независимых специалистов-экспертов к разработке конкретных проблем социальной политики и осуществлению контроля за выполнением принятых решений.

Немалую пользу могло бы принести создание в СМИ, в интернете авторитетных общенациональных площадок (плацдармов) обсуждения во-

просов публичной политики. Представляется, что все эти вопросы должны найти свое решение в рамках новой социальной политики, рассчитанной на успешный выход из затянувшегося системного кризиса, ликвидацию избыточного неравенства, возрождение российского общества и его трансформацию в современное общество инновационного типа.

По данным социологических исследований [5, с. 18], основные проблемы, с которыми сталкиваются пенсионеры, имеют материальный характер. Это и потребность в трудоустройстве и потребность в медицинской помощи, потребность в достойном размере пенсии. Если в России коэффициент замещения пенсией зарплаты в 2006 г. составил только 24 %, то в большинстве восточноевропейских стран он был в 2-3 раза выше, а в Венгрии достиг 102 %.

При выборе направления формирования пенсионного обеспечения пожилых граждан нельзя оценивать их положение в обществе только в системе «производство-потребление», так как, прекратив активную экономическую деятельность в хозяйстве страны, они продолжают выполнять многие важные функции в сфере семейно-бытовых, общественных, социально-культурных и иных отношений. При этом около трети пенсионеров по возрасту продолжают работать [3]. Их число растет, что вызвано, согласно результатам эмпирических исследований, низким уровнем пенсионного обеспечения (87,4 %), желанием не менять резко привычный образ жизни (49,7 %), стремлением оказывать посильную помощь детям (38 %). Большая часть пенсионеров занята в нерыночном секторе экономики.

Большинство пенсионеров в результате реализации реформы пенсионного обеспечения в России не почувствовали ее влияние на свое материальное положение (82 %), при этом лишь на 6 % она повлияла положительно, и на 2 % - отрицательно; 10 % не смогли определить ее влияние вообще. К тому же коэффициент замещения, отражающий в процентах соотношение средней пенсии к средней зарплате в стране, постоянно

понижался - от 38 % в 2000 г. до 25 % в 2007 г. [1, с. 135].

Исходя из целого ряда факторов, по экспертным оценкам, к 2020 г. соотношение работников -пенсионеров будет 1:1, что приведет к росту нагрузки на экономику на 1 % каждый год, а также к еще более резкой поляризации доходов населения и региональных, социокультурных особенностей.

Литература

1. Козлова Т. З. О социальном положении пенсионеров // Социологические исследования. 2008. № 5. С. 135-137.

2. Медведев В. А., Красин Ю. А. Гордиев узел социальной политики // Социологические исследования. 2007. № 11. С. 23-29.

3. Обследование населения по проблемам занятости. Август 2005 года. М., 2005.

4. Римский В. Л. Средства массовой информации в российский публичной политике. Нормативная модель функционирования демократических институтов // СМИ в информационном взаимодействии власти и общества: мат-лы Всерос. конф. М., 2005. С. 88-91.

5. Состариться в России, труднее, чем умереть // Новая газета. 2009.27 мая. С. 18.

* * *

SOCIAL POLITICS AND SPECIFICITY OF DECISION OF PROBLEMS OF REVITALIZATION OF ELDERLY

GENERATION IN MODERN RUSSIAN SOCIETY

E. S. Rumyantseva

The problems of social inequality and possibilities to overcome it are examined by the instance of society treatment of people of middle age. The necessity of correlation of the equality and the inequality, the overcoming of redundant inequality for the purpose of stable dynamism and stabilization of society development is indicated. The arrangements of the overcoming of redundant inequality in the present-day Russian society are proposed.

Key words: problems of social inequality, overcoming of redundant inequality, stabilization of society development.