Развитие мелкого кредита в Орловской губернии на рубеже XIX-XX вв

Страницы истории

Удк 336.773

развитие мелкого кредита в орловской губернии на рубеже XIX-XX вв.*

А. А. РОМАНОВА, кандидат экономических наук, доцент кафедры прикладных экономических дисциплин E-mail: aar@valley.ru Орловский государственный университет

Статья посвящена исследованию опыта взаимодействия органов местного самоуправления и учреждений мелкого кредита в конце XIX начале XXв. На основе архивных документов анализируется влияние развития системы мелкого кредита на качество жизни населения, модернизацию производства и социальной инфраструктуры территории.

Ключевые слова: Общество взаимного кредита, коммерческий (торговый) вексель,учреждение мелкого кредита, местное самоуправление, Государственный банк.

Социальные последствия мирового экономического кризиса, затронувшего и Российскую Федерацию, в частности, проблема безработицы, заставляют вновь и вновь обращаться к имеющемуся опыту государственной поддержки предпринимательской инициативы населения, обеспечения финансовыми ресурсами развития мелкого и среднего производства и повышения его эффективности. Именно поэтому исследование факторов, обусловивших формирование в начале ХХ в. устойчивой системы учреждений мелкого кредита, а также факторов, оказывающих влияние деятельности этих организаций на уровень и качество жизни не только их участников, но и жителей территорий, на которых они функционировали, несомненно, может оказаться полезным при разработке программ регионального развития в настоящее время.

* Статья предоставлена Информационным центром Издательского дома «Финансы и кредит» при Орловском государственном техническом университете

История учреждений мелкого кредита в Орловской губернии начиналась в конце 1860-х гг. (03.06.1869 был утвержден устав Орловского общества взаимного кредита (далее — Общество). В соответствии с ним Обществу позволялись следующие операции: прием вкладов, выдача ссуд под залог процентных бумаг и товаров, а также учет шестимесячных векселей и их переучет в других банках.

Операции с векселями были наиболее частыми и в то же время наиболее рискованными в деятельности Общества. Впоследствии выяснилось, что собственный капитал учреждения был утрачен в убытках уже к 1876 г., но, как указывалось в докладе ликвидационной комиссии, «неправильные отчеты» искажали действительное положение дел, и Общество было объявлено несостоятельным лишь 08.01.1885 на сумму до 1 650 000 руб. [2]. За это время многие состоятельные члены Общества, зная реальное финансовое состояние и пользуясь пробелами, содержащимися в уставе Общества, успели, подав заявление о выходе из Общества, получить свои членские взносы, не уплатив причитающихся на их долю убытков.

Несмотря на то, что первый опыт организации мелкого кредита в Орловской губернии трудно признать удачным, допущенные ошибки впоследствии были учтены при разработке законодательства, регламентирующего деятельность подобных учреждений. Как отмечается в «Очерке развития кредитных учреждений в России», число обществ взаимного кредита в период с 1881 по 1895 г. в целом по России сократилось, уменьшились и их активы,

но «качественная сторона активных операций улучшилась, и балансы очистились от сомнительных статей и убытков» [1]. Таким образом, создавалась «устойчивая почва для успешного в будущем развития деятельности обществ взаимного кредита, имеющих особо важное значение для городского населения вообще и, в частности, для мелкого и среднего торгово-промышленного класса».

Интенсивное развитие мелкого кредита в России в конце девяностых годов XIX — начале ХХ в. во многом определяется государственной политикой в данной сфере. Закон об учреждениях мелкого кредита от 01.01.1895 регулировал деятельность кредитных товариществ, ссудосберегательных товариществ, сельских, волостных и станичных банков и касс, создаваемых в целях «доставления... возможности получать на необременительных условиях ссуды для удовлетворения хозяйственных потребностей и помещать сбережения для приращения процентов...малодостаточным лицам, сельским или станичным обществам, а также товарищам, артелям и другим подобным союзам» [1].

Общее руководство учреждениями мелкого кредита сосредоточивалось в министерстве финансов, но «содействие мелкому кредиту» являлось, по сути, одной из основных задач Государственного банка согласно его уставу от 06.06.1894. На практике это означало предоставление Государственным банком ссуд на образование основных капиталов, осуществление контроля за эффективностью использования («производительностью») и соблюдением целевого назначения предоставляемых средств, а также за соответствием запрашиваемых ресурсов «действительной потребности в оборотном капитале».

Закон об учреждениях мелкого кредита разрешал им проведение следующих операций: прием денежных вкладов, выдачу краткосрочных ссуд на срок не свыше 12 мес. В соответствии с уставом учреждения допускалась выдача долгосрочных ссуд на срок не свыше 5 лет за счет собственных капиталов и привлеченных долгосрочных вкладов, займов; а также посредничество по покупке предметов, необходимых для хозяйственной деятельности заемщиков, и продаже их продукции. Кредит в товарищеском банке предоставлялся трех видов: личный, за поручительством и по залогу.

Видный деятель кооперативного движения Николай Строков точно сформулировал задачи учреждений мелкого кредита — помощь «для улучшения хозяйства, на упрочнение его, с тем чтобы эти средства помощи — деньги — были возвращаемы опять назад, т. е. оборачивались». Немаловажной

особенностью было то, что здесь «нуждающееся население может получать денежные средства для улучшения хозяйственных оборотов, минуя ростовщиков» [6].

Система учреждений мелкого кредита формировалась на началах взаимности (товарищества), главной целью этой системы являлась самопомощь их участников, а отнюдь не благотворительность. Требования к личным качествам потенциальных членов были достаточно строгими: трудоспособность, бережливость, трезвость, честность, «умение прилагать денежные средства к делу», а также заинтересованность в «общем товарищеском деле».

Последнее было особенно важным, поскольку «каждая копейка, принесенная членом в товарищеское предприятие, какое бы оно ни было: мельница ли, лесной ли склад, завод ли, потребительская лавка ли, — пойдет на него же самого и на облегчение жизни целого округа» [6]. Самостоятельная деятельность местного населения поощрялась земствами. Так, в 1915 г. доля расходов «по содействию экономическому благосостоянию» в расходах Орловской губернской управы составляла 32,3 %. Помощь местных властей была разнообразной: от безвозмездной передачи имущества и софи-нансирования расходов на общественно-полезные цели до выделения средств для стимулирования приобретения современного оборудования. Например, собственный основной капитал Орловского кредитного товарищества появился тогда, когда в 1908 г. Орловская городская управа передала ему процентные бумаги.

С поддержкой местных властей учреждения мелкого кредита стали важнейшим инструментом модернизации сельскохозяйственного производства. Так, на состоявшемся в 1908 г. Съезде представителей учреждений мелкого кредита Орловской губернии был заключен договор с губернским земством о комиссионной продаже улучшенного сельскохозяйственного инвентаря через товарищества. Земство поощряло и внедрение передовых технологий растениеводства. Так, за его счет через сельские кредитные товарищества выдавались ссуды на развитие травосеяния.

В результате взаимодействия с Орловским губернским земством уже в 1909 г. через кредитные товарищества было реализовано всевозможного инвентаря и товара на 45 600 руб., что в 1,5 раза больше, чем в 1905—1908 гг. В 1910 г. объем посреднических операций превысил 100 000 руб., в 1911 г. — вырос до 145 000 руб., а в 1912 г. - до 198 000 руб. Как отмечал инспектор мелкого кредита Орловского

отделения Государственного банка В. Ф. Воронков, в 1905—1908 гг. таким образом продавался в основном мелкий инвентарь: молотки, косы и серпы, а с 1909 г., благодаря соглашению с земством, «проходило много инвентаря крупного: жаток, косилок, сеялок, молотильных машин, культиваторов и т. д.», что позволило существенно улучшить орудия труда в сельском хозяйстве губернии [7].

Несмотря на то, что в 1913 г. из 192 действовавших в районе Орловского отделения Государственного банка учреждений мелкого кредита более половины вели посреднические операции на сумму от 300 до 30 000 руб., потребность горожан в подобных услугах возросла в военное время. Так, Орловское кредитное товарищество в 1915—1917 гг. активно закупало для нужд участников дрова, ржаную и пшеничную муку, крупы, чай, «мыло желтое и белое» и «гарное масло», пытаясь минимизировать для своих членов последствия инфляции и дороговизны.

В мирное же время большинство операций Орловского кредитного товарищества составляли займы, выдаваемые «на покупку материалов ремесленного, кустарного и других промыслов». В частности, в январе 1906 г. средства предоставлялись для приобретения дерева, кожи, кирпича, муки и жемчуга, в феврале — на закупку краски, сукна и железа, а в мае — на оплату каучука. Кроме того, кредитовались наем рабочей силы и «покупка разного рода товаров для перепродажи». На заемные средства члены товарищества приобретали золото, стекло, швейные машины, зонты, часы и даже рояли.

Деятельность Орловского кредитного товарищества за период с 01.01.1905 по 01.01.1915 существенно расширилась: количество участников возросло почти в 4,5 раза (со 182 до 813 членов), объем кредита, открытого им, увеличился более чем в 5 раз и достиг 72 700 руб. Прибыль товарищества в 1914 г. превышала аналогичный показатель 1905 г. в 5,3 раза.

Столь быстрый рост во многом был обусловлен использованием средств Государственного банка. Так, заемный основной капитал был предоставлен Государственным банком в размере 2 000 руб. под 6 % годовых, ставка была плавающей (в 1906 г. она возросла до 6,5 %). Постепенно заемный основной капитал погашался, и к концу 1915 г. этот долг перед Государственным банком сократился до 841 руб.

Предоставление основного капитала было не единственным займом, полученным от Государственного банка. Орловскому кредитному товариществу был открыт кредит на сумму 8 000 руб., которым оно в начале своей деятельности

регулярно пользовалось, выдавая ссуды участникам под 12 % годовых.

Впоследствии важнейшим источником ресурсов товарищества стали вклады частных лиц и разных учреждений. Так, на 01.01.1915 товарищество приняло 209 вкладов на 61 230 руб. 79 коп., в том числе 196 бессрочных вкладов на сумму 54 868 руб. 08 коп. и срочных, до 12 мес. включительно, 13 вкладов на сумму 6 362 руб. 71 коп. Доходы от оборота такого значительного капитала позволили выделить специальный фонд, предназначенный в том числе «для выдачи пособий членам и их семействам» и выплат в пользу бедных.

Тенденция к координации своей деятельности и взаимодействию учреждений мелкого кредита в Орловской губернии проявилась уже к началу десятых годов ХХ в. Размещение свободных ресурсов на счетах других учреждений мелкого кредита практиковалось и ранее, но в мае 1913 г. в Орле, на съезде, где собрались 300 представителей от кредитных и ссудосберегательных товариществ Орловской губернии и Новосильского уезда Тульской губернии, представителем Государственного банка было предложено объединяться в мелкие районные союзы «с целью совместной закупки машин и орудий, лесных материалов, семян... по устройству некоторых технических предприятий, как-то: кирпичных заводов, мастерских по обработке пеньки, выделке колес, телег и т. п.» [7].

Объединение ресурсов отдельных учреждений мелкого кредита в рамках районного союза позволяло решать задачи, затрагивающие интересы населения целых уездов. Так, с помощью Ливен-ского союза кредитных и ссудосберегательных товариществ удалось организовать сеть кооперативных пунктов для ссыпки хлеба, под «идейным руководством» союза удалось оптимизировать посреднические операции, в частности, для удовлетворения «громадного спроса» были выписаны жатвенные машины «в большом количестве». Важность посреднической деятельности союзов учреждений мелкого кредита существенно возросла во время Первой мировой войны: «Жизнь показала, что торговля в руках купцов превращается в хищничество.. Сделал союз и массовую закупку продуктов первой необходимости: сахара, соли, конно-подковных гвоздей.. Стоило появиться на рынке продукции, выписанной союзом, как цена на них падала наполовину» [3].

Возможность аккумулировать значительные ресурсы позволяла поднимать вопросы формирования социальной инфраструктуры. Например, на собра-

нии уполномоченных Ливенского союза кредитных и ссудосберегательных товариществ рассматривалось предложение об устройстве в уезде телефона, обсуждался доклад «О культурно-просветительской деятельности кооперативов». В частности, создание сети Народных домов - «центров общественной жизни и развития культурной самодеятельности местного населения» - предполагалось за счет со-финансирования: 2/3 расходов — средства казны или земства, 1/3 - средства союза.

При Народных домах могли «помещаться. для удовлетворения культурных и экономических нужд населения. сельскохозяйственный склад, потребительская лавка, бюро кооперативных и просветительских организаций» [3]. Подобные инвестиции обеспечивали создание «детских клубов, садов и яслей», библиотек и читален, воскресных и вечерних школ и курсов. Более того, решением того же собрания уполномоченных Ливенского союза кредитных и ссудосберегательных товариществ была «признана желательной в целях доставления народу разумных развлечений» закупка десяти передвижных кинематографических аппаратов для Народных домов.

Очевидно, что реализация подобных инициатив позволила бы существенно улучшить качество жизни целых районов, но, к сожалению, многое из запланированного так и не стало реальностью. Многие учреждения мелкого кредита формально продолжали деятельность и сразу после революции 1917 г., но декрет Совнаркома об обязательном товарообмене в сельской местности, политика 1918—1920 гг., направленная на объединение всех видов кооперативных организаций и ликвидацию обществ взаимного кредита, — все это означало окончание существования дореволюционных учреждений мелкого кредита.

Попытки возобновить деятельность подобных организаций в Орловской губернии, как и других регионах Советского Союза, предпринимались уже в середине 1920-х гг. Так, в январе 1926 г. в Бюро обществ взаимного кредита, объединявшее участников со всей страны, было зарегистрировано примерно 200 обществ.

Во времена НЭПа орловские предприниматели к созданию Общества взаимного кредита (ОВК), просуществовавшего с ноября 1925 и по июль 1929 г., подошли со всей ответственностью. Дореволюционный опыт, несомненно, существенно повлиял на кредитную политику организуемого учреждения, более того, в руководство им были выбраны профессионалы — банковские специалисты.

Отбор участников общества был также строг: в течение первого года деятельности из 211 заявлений о вступлении было отклонено более 1/4 заявок. За этот же период 24 участника были исключены из членов общества «вследствие неисправности в платежах». В течение второго, 1926/27 финансового года по этой причине «вышли 5 участников» и т. д.

Предоставление ресурсов происходило главным образом путем учета векселей членов общества. Так, к началу второго финансового года деятельности Орловского ОВК, по состоянию на 01.10.1926, 86,6 % задолженности клиентуры приходилось на вексельные операции, 13,35 % — на товаро-ссудные и оставшаяся часть — на ссуды под ценности.

Таким образом, требования к учитываемым векселям являлись важнейшей частью кредитной политики ОВК. Еще до открытия операций советом общества было решено: «Предложить Учетному комитету принимать векселя к учету исключительно кредитоспособных фирм, избегать принятия дружеских векселей и на первое время избегать принятия векселей свыше двух месяцев» [5]. Впоследствии «забота о проведении в жизнь здоровых начал вексельной дисциплины» выражалась в «критическом отношении к выбору представленного для учета вексельного материала со стороны торгового и действительно кредитного происхождения его».

Необходимо отметить, что столь жесткие требования способствовали повышению качества кредитного портфеля, доля статьи «Протестован-ные учтенные векселя» не превышала 2,4 % валюты баланса.

В то же время деятельность Орловского ОВК была прибыльной лишь в 1926/27 финансовом году. Одним из факторов, определяющих отрицательный финансовый результат Общества, оставалась недостаточность капитала (в начале его деятельности паевые взносы участников составляли 13 400 руб., и, несмотря на то, что в декабре 1925 г. в отделении Госбанка был открыт кредит в сумме 12 000 руб., к октябрю 1926 г. расширенный до 30 000 руб., ресурсов для развития кредитования было недостаточно.

Так, несмотря на формальное решение «оказать помощь домовладельцам г. Орла для поддержки разрушающихся строений», выдавая ссуды на ремонт домов в сумме до 200 руб. на срок от 3 до 9 мес., изыскать ресурсы для этого так и не получилось. Попытки заручиться поддержкой Госбанка не удались, и планы по внедрению потенциально выгодного, не имеющего конкуренции в Орле

направления кредитования не были реализованы на практике.

Уже первый финансовый год деятельности Орловского ОВК был назван в отчетах «исключительным и тяжелым для работы» [4]. В этот период были приняты «правительственные мероприятия. по урегулированию торговли, каковые выражались в запрещениях производства тех или иных операций в разных отраслях торговли». В марте 1926 г. в связи с «проводимыми в губернии кредитными мерами» учетно-ссудные операции были и вовсе прекращены, и Общество бездействовало целый месяц. Объем товаро-ссудных сделок был незначительным ввиду «ограниченных возможностей выдачи ссуд под разного рода недостаточные товары, производство операций с которыми имело запрещения правительственными распоряжениями» [4].

Борьба с убытками, ввиду отсутствия возможностей увеличить доходы, была направлена на сокращение расходов. В протоколе собраний совета общества от 06.09.1927 встречается следующая фраза: «. считаясь с конъюнктурой частного торгового рынка, не предвещающей в будущем улучшения,. необходимо поставить вопрос о сокращении расходов». Необходимо отметить, что незадолго до этого общество сократило ставку счетовода, вывело за штат юрисконсульта, арендовало менее дорогое помещение и уменьшило денежное содержание членов совета.

Судьба Орловского ОВК была предрешена, когда в сентябре 1927 г. Госбанк вышел из состава членов Общества. Лишившись открытого кредита и сталкиваясь со все новыми ограничениями в размещении имеющихся ресурсов, Орловское ОВК так и не смогло увеличить объем операций, чтобы обеспечить покрытие своих расходов. В июле 1929 г. Орловское ОВК прекратило свою деятельность.

Сравнивая развитие институтов мелкого кредита в различных исторических реалиях, необходимо отметить следующее. Дореволюционные учреждения мелкого кредита, по сути, были естественной формой самореализации инициативы населения, государственное воздействие выражалось в определении приоритетных направлений их деятельности, стимулировании эффективного использования ресурсов, аккумулируемых ими. Регулирующие органы обеспечивали благоприятные условия для сферы мелкого кредита, в то же время поощряя саморегулирование.

Цели объединений самостоятельных экономических субъектов, заинтересованных в успехе общего товарищеского дела, и земств, органов местного

самоуправления, зачастую совпадали. Рост доходов участников кредитных товариществ заставлял задумываться об улучшении социальной инфраструктуры и повышении качества жизни. Развитие системы кредитной кооперации давало возможность удовлетворять не только экономические потребности отдельных участников, но и осуществлять расходы на общественные нужды. Совместное финансирование земствами и учреждениями мелкого кредита общественных потребностей позволяло постепенно модернизировать производство и социальную инфраструктуру целых уездов.

Попытки воссоздать систему подобных учреждений приходятся на время новой экономической политики, когда советское государство вынужденно поощряло частную предпринимательскую инициативу. Как только был выбран иной вектор развития, направленный на огосударствление экономики, потребность в системе, стимулирующей предпринимательскую деятельность населения, отпала. Очевидно, что со свертыванием НЭП кредитные общества были обречены.

Неудивительно, что новая волна интереса к учреждениям мелкого кредита возникла в конце ХХ в., с переходом к рыночным отношениям. С доступностью банковского кредита современные кредитные кооперативы нашли свою нишу на рынке мелких займов, и так же, как их дореволюционные предшественники, при поддержке региональных и местных властей стали эффективной формой реализации предпринимательской инициативы населения.

Список литературы

1. Гурьев А. Н. Очерк развития кредитных учреждений в России. СПб.: Тип. Якорь. 1904. 216 с.

2. Докладная записка Ликвидационной комиссии, учрежденной от Правительства, по делам несостоятельного Орловского Общества взаимного кредита. М.:Тип. Придворного Поставщика И. Г. Чуксина. 1888. 36 с.

3. Журнал экстренного собрания уполномоченных Ли-венского Союза Кредитных и Ссудо-сберегательных товариществ 05.07.1916 // ООБ. К 336-1. Ж-92. 138 с.

4. Отчет Орловского Общества взаимного кредита. Первый операционный год с 19 ноября 1925 г. по 30 сентября 1926 г. // ГАОО. Ф. Р-8. Оп. 1. Ед. хр. 134. 66 л.

5. Протокол № 3 заседания Совета Орловского Общества взаимного кредита от 18.11.1925 г. // ГАОО. Ф. Р-8. Оп. 1. Ед. хр. 91. 122 л.

6. Строков Н. Один в поле не воин. В единении сила. Елец: Тип. В. И. Кочергина. 1914. 16 с.

7. Труды съезда представителей учреждений мелкого кредита в г. Орле 15—17 мая 1913 г. Орел: Тип. С. А. Зайцевой. 1913. 149 с.