Кувейтский кризис в ближневосточной политике стран-членов ЕЭС начала 90-х гг. Хх в

УДК 94(5)„19"

А. К. Дудайти

КУВЕЙТСКИЙ КРИЗИС В БЛИЖНЕВОСТОЧНОЙ ПОЛИТИКЕ СТРАН-ЧЛЕНОВ ЕЭС НАЧАЛА 90-х гг. ХХ в.

В статье анализируется сложная обстановка в зоне Персидского залива из-за агрессии Ирака против Кувейта летом 1990 г. Выявлена противоречивая позиция стран-членов ЕЭС в кувейтском вопросе, приведшая к их участию в совместной с США военной кампании против Ирака. Доказано, что эта акция способствовала

усилению американского присутствия на Ближнем Востоке и одновременно ослаблению западноевропейских позиций в этом регионе.

Ключевые слова: иракская агрессия, кувейтский кризис, страны-члены ЕЭС, непоследовательность, многонациональные силы,военная кампания.

A. K. Dudayti

THE KUWAIT CRISIS IN THE MIDDLE EAST POLICY OF THE EEC MEMBER STATES IN THE EARLY 1990-s

The deals with the complex situation in the Persian Gulf caused by Iraq's aggression against Kuwait in the summer of 1990. The author has revealed the contradictory position of the EEC member states in the Kuwait question, which led to their participation in the joint U.S. military campaign against Iraq. It has

been proved that this action contributed to the strengthening of the American presence in the Middle East and, at the same time, the weakening of Western Europe's position.

Key words: Iraqi aggression, the Kuwait crisis, the EEC member states, inconsistency, multinational forces, the military campaign.

Изменения, произошедшие в конце 80-х гг. ХХ столетия в мировой политике и международных отношениях, характеризуемые формированием так называемого нового миропорядка, не обошли стороной и регион Ближнего Востока. В это время значительно активизировались усилия мирового сообщества по ближневосточному урегулированию. Новая политическая линия, озвученная руководством ООП на XIX сессии Национального совета Палестины в Алжире и подтвержденная затем на сессии Генеральной Ассамблеи ООН в Женеве, сделали возможным начало диалога между США и Исполкомом ООП. Но этот процесс был приостановлен по ряду причин. Среди них важное место заняла иракская агрессия против Кувейта, которая была предпринята в начале августа 1990 г. Формальным поводом для ее начала послужило обвинение кувейтских нефтяников в «воровстве» нефти

из приграничных месторождений Ирака и участие в «международном антииракском заговоре». В результате быстро проведенной военной операции кувейтская армия была разгромлена, а территория страны взята под контроль Ирака. Такой итог вел к созданию напряженной ситуации на Ближнем Востоке.

Исходя из этого, Совет Безопасности ООН в срочном порядке принял резолюцию № 660, резко осуждающую агрессию Ирака против Кувейта и требующую немедленного вывода иракских войск с кувейтской территории. Но Багдад и не собирался выполнять данное требование: напротив, он вел себя откровенно вызывающе. Так, после оккупации Кувейта было объявлено о создании «Свободного временного правительства», которое обратилось к Саддаму Хусейну с «просьбой» вернуть Кувейт «в лоно своей исторической родины - ве-

ликий Ирак». Она была удовлетворена, и Кувейт на правах 19-ой провинции вошел в состав Ирака. В этих условиях Совет Безопасности ООН принял новую резолюцию -№ 661, в соответствии с которой в отношении Ирака вводились международные санкции.

В дни иракской агрессии заметно активизировалась ближневосточная политика США: в частности, администрация Дж. Буша выступила с резким осуждением режима С. Хусейна и начала принимать меры, направленные против Ирака. Прежде всего были заморожены его финансовые активы в американских банках; одновременно начались военные приготовления. При этом было объявлено, что США готовы применить военную силу, чтобы не допустить ущемления своих интересов на Ближнем Востоке. Вскоре войска США стали прибывать в Саудовскую Аравию. Власти Египта разрешили американским ВВС пролет через свою территорию, а авианосной ударной группе из 6 военных кораблей во главе с атомным авианосцем «Эйзенхауэр» - пройти через Суэцкий канал. В свою очередь, правительства Испании и Италии согласились предоставить свои базы американскими военными.

В этих условиях руководство СССР внесло предложение провести под эгидой ООН международную конференции по мирному разрешению конфликтов на Ближнем Востоке, но оно было проигнорировано администрацией Белого дома. Тогда советский представитель в ООН, следуя явно необдуманным и поспешным указаниям из Москвы, проголосовал за резолюцию № 678 (хотя потом уточнил, что СССР не примет участие в войне против Ирака). Такое решение свидетельствовало об осторожном подходе советского руководства к урегулированию конфликта между этими двумя арабскими государствами, с которыми СССР сложилась своя система отношений. В конечном счете, поддаваясь нажиму Вашингтона, оно занялось уговорами С. Хусейна сдаться и разрешить кризис мирным путем, а главное - были подвергнуты пересмотру все договорные обязательства по военным поставкам в Ирак [4]. В своем

выступлении на сессии Генеральной Ассамблеи ООН 25 сентября 1990 г., глава МИД СССР Э. А. Шеварднадзе посчитал нужным напомнить, что Устав ООН предусматривает в случае необходимости «применение силы для отпора агрессии». Эти слова получили гораздо больше аплодисментов, чем выступление президента Франции Ф. Миттерана, в котором предлагался мирный выход из кризиса.

Между тем, военные приготовления США в зоне Персидского залива с одобрением были встречены руководством Израиля, потребовавшего вывода иракских войск из Кувейта. В ответ на это требование С. Хусейн пригрозил нанесением ракетного удара по израильской территории Израиля. Он заявил, что иракские войска уйдут из Кувейта при условии если сирийский военный контингент оставит территорию Ливана, а Израиль выведет свои войска со всех оккупированных арабских земель [8, с. 504]. В поддержку иракского диктатора выступил король Иордании Хусейн. По его мнению, иракским войскам необходимо был покинуть территорию Кувейта, но при этом там надо было сохранить власть «временного правительства». Аналогичной позиции придерживалось руководство ООП. Я. Арафат, ошибочно полагая, что США не вмешаются в кувейтский кризис, сразу после иракского вторжения направил С. Хусейну поздравительную телеграмму по поводу его успехов в Кувейте. Он надеялся, что сильный в военном отношении Ирак поможет в будущем вернуть земли, отторгнутые Израилем. Но палестинский лидер допустил крупную ошибку: он не учитывал, что политическая погода в арабском мире в значительной степени определялась не в Багдаде и Аммане, а в Каире, Дамаске, Эр-Рияде. В результате, от руководства ООП отвернулись руководители большинства арабских стран; палестинская община в Кувейте осталась без работы из-за экономического паралича, наступившего вследствие агрессии Ирака против этой страны. Палестинцы лишились финансовой помощи со стороны богатых нефтяных монархий. Выступление пале-

стинского руководства на стороне режима С. Хусейна нанесло ущерб планам проведения мирных переговоров по ближневосточному урегулированию. Ставка на военную силу Ирака могла только обострить арабо-израильский конфликт, что было чревато тяжелыми последствиями не только для палестинцев, но и всего мирного процесса на Ближнем Востоке.

Обстановка в зоне Персидского залива накалялась с каждым днем. Сознавая, что оккупация Кувейта не закончится добром, С. Хусейн вынужден был маневрировать, стремясь добиться выгодного для себя решения вопроса с Кувейтом. Так, он увязал проблему вывода иракских войск из территории Кувейта со следующими требованиями: Израиль должен немедленно вывести войска с оккупированных земель в Ливане, Сирии и Палестине; войска США в Саудовской Аравии следует заменить военным контингентом стран-членов ЛАГ (за исключением Египта); необходимо снять экономические санкции в отношении Ирака. Но администрация США отвергла эти предложения. Тогда в ответ на ужесточение санкций власти Ирака объявили, что работающие в стране иностранные граждане в количестве 13 тыс. человек (в основном из стран Западной Европы) являются заложниками. Акция была проведена с целью политического манипулирования этими людьми и использования их в качестве «гуманитарного щита».

29 ноября 1990 г., после провала многочисленных попыток склонить Ирак к мирному урегулированию кризиса, Совет Безопасности ООН принял резолюцию № 678, предусматривающую применение военной силы в случае отказа вывести иракские войска из Кувейта. Был определен конечный срок вывода войск - 15 января 1991 г. Фактически, это был ультиматум Ираку: в случае неисполнения своего требования ООН предоставляла Соединенным Штатам во главе многонациональных сил право начать операцию по освобождению Кувейта. Это решение было поддержано правительством Великобритании во главе

с М. Тэтчер - «железной леди», жестким и решительным политиком, с самого начала кризиса выразившим готовность прибегнуть к решительным мерам ради защиты интересов Великобритании в зоне Персидского залива. Вторжение иракских войск в Кувейт создало угрозу подрыва британских позиций в зоне Персидского Залива (тем более что они и так были ослаблены здесь после Второй мировой войны). Поэтому правительство М. Тэтчер было сторонником применения силы против Ирака. В Лондоне без колебаний дали согласие выделить военный контингент для участия в антииракской коалиции. В заявлении британского премьера подчеркивалось, что иракское вторжение в Кувейт «бросает вызов каждому принципу ООН, и ... ни одна маленькая страна не будет более чувствовать себя в безопасности, поскольку воцарится закон джунглей» [4]. Следует отметить, что население Великобритании в целом положительно отнеслась к решению направить в Персидский залив британских военных, о чем свидетельствовали исследования общественного мнения, проведенные в стране [3, с. 260-276].

В этих условиях, не отрицая в целом возможности применения военной силы против Ирака, партнеры Великобритании по Европейскому Сообществу старались найти мирный выход из кувейтского кризиса. Особую активность проявляла в этом направлении Франция, выдвинувшая дипломатию в качестве альтернативы назревающей войне. В Париже были убеждены, что натовскому альянсу следует проявлять сдержанность в вопросе силового решения кризиса в Персидском заливе. Взаимоотношения Франции с НАТО в то время не были свободны от некоторых спорных моментов, касающихся деятельности военного альянса в разных регионах мира (в том числе, на Ближнем Востоке). Это вызывало нескрываемое раздражение Вашингтона, порождало сомнения относительно того, что французы лояльно относятся к НАТО. Тем не менее, президент страны Ф. Миттеран прилагал усилия, чтобы направить внешнепо-

литическую деятельность Франции в русло политики держав с мировой ответственностью. В этом смысле иракское вторжение в Кувейт стало первым серьезным испытанием французских амбиций после окончания «холодной войны». Действия режима С. Хусейна поставили дипломатию Франции в весьма сложное положение. Постоянное членство в Совете Безопасности ООН, а также атлантическая солидарность диктовали ей необходимость поддержать США в намерении применить военную силу против Ирака. Но присоединение к антииракской коалиции во главе с Соединенными Штатами было чревато подчинением ближневосточной политики Франции интересам заокеанского союзника, чего опасались в Париже. В сложившейся ситуации власти Ирака не теряли надежду, что французы не пойдут на поводу у США и предпочтут занять самостоятельную позицию в вопросе урегулирования кувейтского кризиса. Основанием для этого служило то, что связи между Францией и Ираком поддерживались на высоком уровне. Две страны весьма плодотворно сотрудничали в торгово-экономической, финансовой, военно-технической области (постепенно их связи стали распространяться и на ядерную сферу). В отдельные периоды показатели экспорта французского оружия и военной техники в Ирак даже превосходили военные поставки в эту страну из СССР. В своей арабской политике правительство Ф. Миттерана основывалась на традициях франко-арабской дружбы, что с удовлетворением отмечали в Багдаде. Стремясь стимулировать самостоятельное поведение Франции в кувейтском кризисе, они освободили всех французских граждан, находящихся в заложниках (300 человек). В этих условиях Ф. Миттеран прилагал усилия, чтобы не допустить войны с Ираком. В своем выступлении на 45 сессии Генеральной Ассамблеи ООН (25 сентября 1990 г.), он убеждал С. Хусейна вывести свои войска из Кувейта, чтобы избежать войны. Французский руководитель предложил план мирного разрешения конфликта, суть которого сводилась к следующему:

• иракские войска должны быть выведены из Кувейта, всех заложников в Ираке следует освободить;

• из зоны Персидского залива необходимо вывести все иностранные войска;

• должна быть восстановлена в полном объеме независимость, суверенитет и территориальная целостность Кувейта;

• необходимо созвать международную конференцию, чтобы разрешить все сложные проблемы Ближнего и Среднего Востока, в их числе арабо-израильский конфликт.

Этот план был поддержан СССР, однако США и Великобритания отвергли его. Тем не менее, продолжая выступать против военной операции против Ирака, Ф. Миттеран отправил своих эмиссаров в ряд арабских стран с предложением объединить усилия, направленные на созыв международной конференции по мирному урегулированию арабо-израильского конфликта. Однако старания французов только раздражали администрацию Белого дома. Стремясь к единоличному лидерству на Ближнем Востоке, США расценила эту инициативу как попытку отвлечь внимание мирового сообщества от агрессивных действий Ирака, объединив арабо-израильский и иракский вопросы. Таким образом, «право силы», которым обладали США, перечеркнуло все усилия Ф. Миттерана по мирному разрешению кувейтского кризиса. Французы были «отодвинуты», им не дали возможности использовать свой миротворческий потенциал на Ближнем Востоке. В результате стали наблюдаться изменения в подходе Франции к разрешению кувейтского кризиса. В частности, стали звучать заявления Ф. Миттерана о том, что Франция не может поступиться принципами международного права и может пойти на применение военной силы против Ирака. Однако не все члены французского правительства были согласны с такой постановкой вопроса. Противником присоединения страны к формируемой США антииракской коалиции выступил глава министерства обороны Ж.-П.

Шевенман. Он был основателем Общества франко-арабской дружбы и являлся сторонником поддержания на высоком уровне отношений Франции со всеми странами арабского мира. После начала военных действий в Персидском заливе этот политический деятель в знак протеста участия в антииракской коалиции французского контингента войск подал в отставку. Между тем Ф. Миттеран свое решение об участии французских военных в операции объяснял тем, что в противном случае Франция в будущем могла остаться в стороне от разрешения кризисных ситуаций на Ближнем Востоке. Однако участие в войне не принесло Франции дивидендов - наоборот, ее возможности в регионе сузились еще больше. Франция не сумела обеспечить себе достойной роли в урегулировании арабо-израильского конфликта.

Эту участь разделила также Италия, чья позиция в кувейтском кризисе формировалась под влиянием требований США и учитывала их интересы. Итальянское правительство осудило агрессию Ирака и потребовало, чтобы он вывел свои войска из Кувейта. В Риме поддержали резолюцию Совета Безопасности ООН в отношении мандата, предоставленного воздушным и морским силам, направляемым в Персидский залив для наложения на Ирак эмбарго. Одновременно была признана роль США как лидера в составе коалиции многонациональных сил, призванного силой заставить иракцев оставить захваченную территорию Кувейта. Практически все политические силы Италии были едины во мнении, что отпор иракской агрессии нужен для утверждения принципа законности в международных отношениях» и что «необходимо принять все меры для того, чтобы заставить уважать решения Совета Безопасности ООН» [7, с. 264].

Тревожные события в зоне Персидского залива, совпавшие по времени с важным моментом в германской истории - периодом объединения страны, поставили в весьма сложное положение правительство Г. Коля. Более того, оно пребы-

вало в замешательстве, ожидая, что США потребуют направить немецкий воинский контингент для участия в операции против Ирака. В сложившихся для ФРГ новых политических условиях решиться на такое было невозможно, поэтому федеральное правительство всячески стремилось дистанцироваться от участия в военных приготовлениях союзников. В то же время оно осудило режим С. Хусейна за ракетные обстрелы территории Израиля, а затем прибывший в Тель-Авив глава МИД Г.-Д. Геншер сообщил, что правительство ФРГ решило оказать Израилю гуманитарную помощь. Она включала средства защиты от химического оружия, медицинские препараты и др. на сумму 250 млн. марок [1, с. 268]. После начала военной операции по освобождению Кувейта газеты опубликовали заявление канцлера Г. Коля, в котором выражалась поддержка странам-членам антииракской коалиции [5, с.162]. В это же время в район Восточного средиземноморья было направлено подразделение минных тральщиков, которое затем участвовало в операциях по разминированию в Персидском заливе. Во время военных действий ВВС США использовали базы на территории ФРГ, одновременно бундесвером были переданы «государствам фронта» - Турции, Иордании и Египту, некоторые виды вооружений. Общественность ФРГ была недовольна этим, равно как отправкой немецких военных кораблей в Персидский Залив. В то же время, она в целом положительно отнеслась к финансовой поддержке антииракской коалиции со стороны ФРГ, считая, что это позволит укрепить позиции германского государства на международной арене [2, с. 30].

В целом, ведущие страны Западной Европы внесли существенный вклад в создание антииракской коалиции. Важным этапом на этом пути стала чрезвычайная сессия Западноевропейского союза (ЗЕС) на уровне министров иностранных дел и министров обороны (Париж, 21 августа 1990 г.). На ней страны, входящие в эту военно-политическую структуру, хотя и выступили за мирное урегулирование Кувейт-

ского кризиса, однако поддержали санкции международного сообщества против Ирака, а в район Персидского залива отправили свои ВМС. С другой стороны, страны-члены ЕЭС не выдвинули мирной инициативы, способной наложить хоть какой-нибудь отпечаток на западноевропейскую позицию в иракском вопросе; не поступило также с их стороны заявлений, способствующих политическому решению кризиса в зоне Персидского залива и предотвращению здесь военных действий.

16 января 1991 г. США и их союзники по НАТО начали военную операцию против Ирака (операция «Буря в пустыне»). На следующий день Израиль подвергся ракетной атаке со стороны Ирака. Были выпущены первые 8 ракет «Аль-Хусейн» (модификация советского «Скада» иракского производства) по Тель-Авиву и Хайфе. К счастью, ракеты не были снабжены химическими боеголовками и не причинили особого ущерба Израилю. Тем не менее, дело стало приобретать опасный оборот: военное командование Израиля привело в состояние повышенной боевой готовности армию, включая ядерные силы. Был получен приказ подготовиться к началу операции возмездия по заранее разработанному плану. Это обстоятельство отрезвляюще подействовало на иракский режим, и ракетные обстрелы были прекращены. В свою очередь, администрация США с большим трудом уговорила израильтян воздержаться от начала военной операции. Дело дошло до того, что президент Буш лично позвонил премьеру Шамиру и объяснил ему, что израильские действия могут привести к развалу антииракской коалиции, в которой участвовали в том числе и арабские страны. В конечном счете, «секретное оружие» Ирака стало пустой угрозой, хотя, с политической и психологической точки зрения, Израиль получил ощутимую травму. В то же время режим С. Хусейна стал больше подвергаться критике со стороны стран мира, а Израиль благодаря своей сдержанности обрел симпатии и солидарность.

К концу февраля 1991 г. территория Кувейта была освобождена, армия Ирака разбита. Тем не менее, в Израиле войну не считали завершенной, ибо враждебный ему режим С. Хусейна продолжал исправно функционировать. Кроме того, это война обнаружила реально существующую опасность для Израиля, его уязвимость, неэффективность территориальных «буферов», как средства обеспечения безопасности. И это в условиях, когда напряженность сохранялась, а Кувейт, поддерживаемый Саудовской Аравией, а также некоторыми другими членами Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), не считал возможным развивать отношения с режимом С. Хусейна, ответственного за совершение агрессии.

Опыт неучастия в войне и невозможность нанесения ответного удара по Ираку оказались весьма болезненными для Израиля. В результате успеха многонациональной коалиции возросло давление США на израильтян, чтобы склонить их к участию в международной мирной конференции по Ближнему Востоку. При этом администрация Белого дома настаивала на палестинском представительстве в ее работе (в составе иорданской делегации) наряду со всеми делегатами от оккупированных арабских земель. Руководство СССР высказало намерение поддержать США в их усилиях, направленных на политическое решение проблем Персидского залива и Ближнего Востока и на созыв международной конференции. Между тем ее подготовка оказалось сложным делом: правительство Шамира противилось этому, создавались всяческие преграды, чтобы отдалить созыв конференции. Оно не только не желало видеть в делегациию представителей Палестины, связанной с ООП, но и было против участия в ней представителей Восточного Иерусалима. Что касается строительства поселений, то оно, по замыслу израильских лидеров, должно было быть продолжено. Но от Израиля уже не зависела возросшая решимость США, опиравшихся на укрепление своего авторитета после победы в войне

в Персидском заливе и намеревавшихся на этот раз придержать кредиты, в которых нуждался Израиль в связи с абсорбцией сотен тысяч иммигрантов, прибывающих из Советского Союза, где в перестроечный период произошла существенная либерализация эмиграционного законодательства.

На этом фоне страны-члены ЕЭС продолжали проявлять инертность в подходе к решению проблемы ближневосточного урегулирования. На своем заседании в Люксембурге 28-29 июня 1991г., Европейский совет выступил с заявлением, где содер-

жался призыв к конфликтующим сторонам «преодолеть последние трудности на пути к достижению мира», напоминалось о праве палестинцев на самоопределение, и называлась незаконной израильская практика строительства поселений, «несовместимая с волей к достижению мира» [7, с. 290]. Понятно, что такими «дежурными» заявлениями страны-члены ЕЭС не могли рассчитывать на внесение реального вклада в мирное урегулирование конфликта на Ближнем Востоке, и дальнейший ход развития событий в регионе наглядно это показал.

Литература

1. Colschen L.C. Deutsche Aussenpolitik. Köln: Böhlau Verlag, 2010.

2. Storz S. Schöner neuer Krieg// Der Spiegel. 1990. № 38.

3. Wybrow R. J. The Gulf Crisis: A British Perspective // International Journal of Public Opinion Research. 1991. № 3.

4. Белоногов А. МИД, Кремль, Кувейтский кризис. М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2001.

5. Павлов Н. В. Внешняя политика ФРГ в постбиполярном мире: монография. М.: Наука, 2005.

6. Правда. 1990. 3 августа.

7. Рубби А. Палестинский марафон. 30 лет борьбы за мир на Ближнем Востоке: монография/ пер. с итал. М.: Международные отношения, 2001.

8. Штереншис М. Израиль. История государства. Герцлия: ISRADON, 2009.

УДК 94

Л. А. Зверева

РАЙОНИРОВАНИЕ СТАВРОПОЛЬСКОЙ ГУБЕРНИИ 1924 ГОДА: НЕОБХОДИМОСТЬ ПРОВЕДЕНИЯ И ПОСЛЕДСТВИЯ

Автором сделан анализ работы совет- Ключевые слова: советские служащие,

ских органов власти на Ставрополье до и советские органы власти, районирование, после проведения районирования Ставро- окружной съезд, районный съезд. польской губернии 1924 года.

L. Л. Zvereva

DIVISION OF STAVROPOL PROVINCE INTO DISTRICTS IN 1924: REASONS AND CONSEQUENCES

The author made analysis of work of the Soviet authorities in Stavropol Territory before and after division of Stavropol province into districts in 1924.

Как известно, до 1914 года Ставропольская губерния являлась одним из богатейших районов страны. В результате гражданской войны и первых лет функционирования

Key words: Soviet employees, Soviet authorities, division into districts, district congress, regional congress.

советских органов экономическое положение губернии стало плачевным, Ставрополье стало нищим и разоренным. Необходимость восстановления хозяйственной мощи губер-