Юридическая техника построения уголовно-правовых норм в законодательстве зарубежных стран

4.5. ЮРИДИЧЕСКАЯ ТЕХНИКА ПОСТРОЕНИЯ УГОЛОВНО-ПРАВОВЫХ НОРМ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН

Пронина Мария Петровна, канд. юрид. наук, докторант. Место учебы: Нижегородская академия МВД России. Email: mpronina2010@mail.ru

Аннотация: Статья посвящена изучению юридико-технических закономерностей, которые возникают при структурировании уголовно-правовых норм зарубежного законодательства, рассматриваются источники уголовного права зарубежных стан, их структурные элементы, определяются способы структурного изложения правового материала, особенности отдельных элементов структуры нормы.

Ключевые слова: юридическая техника, структурирование, уголовно-правовая норма, зарубежное законодательство.

THE LEGAL TECHNIQUE FOR CONSTRUCTING THE CRIMINAL LAW PROVISIONS IN THE LEGISLATION OF FOREIGN COUNTRIES

Pronina Maria Petrovna, PhD at law, doctoral candidate. Place of study: Nizhny Novgorod Academy of MIA Russia. Email: mpronina2010@mail.ru

Annotation: The article is devoted to the study of legal and technical patterns that arise in the structuring of criminal law of the foreign legislation, it consideres sources of criminal law of foreign countires, their structural elements, it determines the means of structural presentation of the legal material and especially the individual elements of the rule structure.

Keywords: legal technique, structuring, criminal law, foreign law.

Необходимость в исследовании применения юридической техники построения зарубежного уголовного законодательства определяется позитивными моментами структурирования отдельных предписаний, с целью использования положительного опыта зарубежных правотворческих органов в отечественном законодательстве. Такой подход позволит значительно улучшить национальное кодифицированное законодательство в области противодействия различным общественно опасными посягательствами, будет способствовать совершенствованию всей уголовно-правовой системы[6, С.29-42;7, С. 358-389].

Известно, что современные национальные уголовно-правовые системы различны, но несмотря на это, все системы объединены одним существенным сходством, а именно - обязательным выделением в уголовном законодательстве Общей и Особенной частей - от вариантов очень схожих между собой [12,С.7;13,С7;14,С.4;15,С.2;16,С.12;17,С.14;18,С.5], до довольно специфических, свойственных, в основном, законодательству стран, отнесенных к англосаксонской системе права[2, С.148-149].

Если рассматривать ситуацию непосредственно с точки зрения законодателя, то данное структурирование уголовно-правовых норм, в случае их закрепления в уголовном законе, вполне удобно для правоприменителя, так как не только теряется необходимость в проведении исследования лишней информации, но и

происходит быстрое восстановление полного объема уголовно-правовой нормы[2, С.149].

Используя законодательный материал, содержащий положения, регулирующие уголовно-правовые отношения в зарубежных государствах, можно сделать вывод, что структура системы уголовного права, ее деление на Общую и Особенную части - это характерные черты большинства законодательных актов

1

представленной отрасли права .

А вот нормы уголовного права, в большинстве зарубежных государств, специфичны, и отличаются по своей структуре. Бывают случаи, когда их конструирование значительно отличается от юридической техники, применяемой со стороны российских правотворческих органов. Это объясняется несколькими причинами.

Во-первых, проблема состоит в форме уголовного права, то есть в источниках, где уголовно-правовые нормы формально отражены.

Источник уголовного права Российской Федерации, основной носитель уголовно-правовых норм на основании закона - Уголовный кодекс РФ. Данное положение, на сегодняшний день, не аксиоматично, анализируется необходимостью в самостоятельном и дифференцированном изучении других источников уголовного права, что образует стройную систему нормативных актов, включающую Конституцию России, международные договора Российской Федерации, Уголовный кодекс и иные правовые акты[4, С.41 ;5,С.41-54;2,С.76;8,С.39-40;21,С.15]. Данная система основывается на иерархических началах.

Что касается уголовного права зарубежных государств, то там источник представлен в более широком смысле. В общем праве, где наблюдается слабое развитие кодифицированного законодательства, уголовное право регулируется посредствам системы судебных прецедентов и статутного права. В континентальном (ФРГ, Франция, Швеция, Польша, Дания, Болгария и др.) и смешанном праве (Япония), источник уголовного права - это не только кодифицированные акты, но и другие некодифицированные уголовно-правовые нормы, содержащиеся в разных законах, являющиеся дополнительным правом.

Количество подобных законов, содержащих уголовно-правовые нормы, назвать сложно, с ответом затрудняются и зарубежные правоведы, однако, в случае с каждой страной отдельно, их количество может меняться в зависимости от значимости кодифицированного акта, на уровне национального законодательства.

Эти акты условно подразделяются на законы уголовно-правового характера и законы, содержащие уголовно-правовые нормы. Первые включают специальные акты, в которых предмет регулирования - та часть сферы уголовных общественных отношений, не попадающая под действие УК. Вторые, не смотря на то, что направлены на регламентацию других сфер общественных отношений, включают уголовные санкции за преступления, совершенные в сфере регулирования данного закона[9, С.422].

Обращая внимание на это обстоятельство, можно сделать предположение, что уголовно-правовым

1 Исключение составляют в основном англо-саксонские национальные правовые семьи, где кодификация практически не имеет место в системе права. Однако современные тенденции сближения правовых систем с неизбежностью приводят к тому, что существующие различия стираются или становятся менее контрастными.

предписаниям свойственна собственная, специфическая структура, обусловленная, в первую очередь, наличием в нормативных правовых, уголовно-правовых, уголовно-процессуальных, уголовно-исполнительных актах норм, регулирующих не только уголовно-правовые, но и другие, например, гражданско-правовые отношения.

Во-вторых, во многих странах основные особенности отраслевого нормативно-правового регулирования общественных отношений заключаются в том, что закон рассматривается в качестве одной большой правовой нормы, содержащей условия применения этого закона (гипотезу), права и обязанности субъектов (диспозицию) и ответственность за нарушение правовых предписаний (санкцию).

По этой причине, нет ничего удивительного в том, что многие законы «неуголовного» характера содержат уголовно-правовые нормы, поскольку законодатель, в ходе правотворчества, руководствуется правилом - нормы всех отраслей права должны быть собраны в одном акте[9, С.423].

Такие особенности часто негативно сказываются при выявлении пробелов в уголовном законодательстве, а также способствуют появлению большого количества противоречий внутри норм уголовного права и проблем, связанных с их реализацией.

Например, что касается уголовных кодексов штатов США, многие из которых основываются на Модельном УК США,то они включают в себя лишь общие положения о привлечении к уголовной ответственности. Впоследствии, их могут уточнять или дополнять посредством создания подзаконных актов или актов судебных инстанций[11, С.116], что затрудняет процесс восстановления полного объема норм, требуемых для привлечения к уголовной ответственности.

В Своде законов США, где 18 раздел «Преступления и уголовный процесс» отведен уголовному праву и процессу, уголовно-правовые нормы общего характера разбросаны по остальным 49 разделам. Как результат - порядка 130 статей относились к совершению краж и мошенничеству, 90 - к подделке и подло-гу[10, С.18].То, что присутствуют значительные недостатки, противоречия между уголовно-правовыми нормами в законодательстве штатов, неоднократно констатировали исследователи американского уголовного права. Таким образом, в 1967 году была создана комиссия, изучавшая состояние преступности, методы борьбы с ней. Опубликованные данные превзошли все ожидания. В УК штата Орегон содержалось 1413 составов и 466 разновидностей уголовно-правовых санкций. Во многих случаях, санкции устанавливались без учета степени общественной опасности деяния. Рассматривая законы штата Колорадо, стало известно, что лицо, осужденное за тяжкое убийство первой степени, отбывает наказание в виде 10 лет лишения свободы, и только потом разрешалось ставить вопрос об условно-досрочном освобождении, а лицо, осужденное за тяжкое убийство второй степени, то есть, менее тяжкое преступление, отбывает наказание в виде 15 лет лишения свободы. Исходя из тех же законов, за кражу собаки, лицо наказывали десятью годами тюремного заключения, а за ее убийство - только шестью месяцами[3, С.45].

В том случае, если законодатель не уделяет должного внимания уголовно-правовым санкциям, тем самым, необоснованно расширяет судейское усмотрение, возникают значительные проблемы с применением уголовного закона. В большинстве случаев, законы шта-

тов дают судье право выбрать только одну из двух санкций, несоизмеримых в своем значении, например, это может быть условное осуждение с передачей под надзор, или же 20 лет тюремного заключения[3, С.45].

Такой объем противоречий между уголовно-правовыми предписаниями связан, по всей видимости, с большим количеством описательных норм, присутствием устаревших положений, а также отсутствием упорядоченности в законодательной базе.

Обращая внимание на данные обстоятельства, после изучения опыта законодательного структурирования уголовно -правовых предписаний зарубежных стран, можно конкретно выделить особенности правовых норм.

Определенный подход законодателя к построению уголовно-правовых норм в целом, и в частности, в отдельно взятых странах, зависит от многих факторов, которые обладают и объективной, и субъективной основой. В первую очередь, это место, а также роль Общей части в структуре всей отрасли законодательства, наличие в государстве иных источников уголовного права, кроме кодекса, уровень развития общей системы правотворчества. Эти причины не рассматривают отдельно, они взаимосвязаны, и в их совокупности определяется индивидуальность отдельно взятой системы права.

Но необходимо отметить, что из-за различных обстоятельств, роль и значение Общей части в качестве структурообразующего элемента системы Уголовного кодекса различны. Именно поэтому, системные связи между различными элементами структуры правовой нормы приобретают своеобразный характер, что и выступает в качестве одной из причин при выборе подхода законодателя, в процессе определения конструкции нормы.

В качестве подтверждения служит тот факт, что Особенная часть уголовного закона включает положения Общей части, которые имеются в структуре правового предписания. Здесь возникает вопрос, - по какой причине это происходит. Возможно, это результат определения ответственности за деяния к определенным составам. Подобная оговорка может служить еще одной спецификой в структуре уголовно-правовой нормы. Рассмотрим примеры.

Все моменты, касающиеся правового регулирования института соучастия, детально разработаны в Общей части УК ФРГ (§25-31), однако, его закрепление можно встретить и в Особенной части. В том случае, когда исполнитель занимается выполнением организаторских функций, или подталкивает на совершение преступления, или же имеет место особо тяжкий случай, то наказанием будет лишение свободы на срок от 6 месяцев до 5 лет[16, С.125].Обязательный элемент структуры многих норм состоит в указании на возможность привлечения к уголовной ответственности за не оконченное преступление, и содержащееся в гипотезе.

В процессе определения общих начал назначения наказаний в Общей части, некоторые из предписаний содержатся в Особенной части положения, в частности - наказания за конкретные составы.

На основании § 129 УК ФРГ, суд может смягчить наказание по своему усмотрению, или же вовсе отказаться от наказания по данной норме, в том случае, когда лицо добровольно или настойчиво прилагает все усилия, чтобы предотвратить дальнейшее существование сообществ или совершение соответствующее его целям преступления, или же на добровольных на-

чалах сообщает в соответствующие органы известную информацию своевременно, для предотвращения преступления.

Известен ряд случаев, когда в статье, завершающей раздел Особенной части, закреплены положения, в каких случаях покушение на преступление, предусмотренное конкретной статьей раздела, наказуемо[1, С.404] .

Анализируя источники зарубежного уголовного права, можно сделать вывод, что позиция правотворческих органов иностранных государств, по вопросам отражения при помощи законодательных приемов адресатов уголовно-правовой нормы, структурируя определенным образом ее элементы, значительно отличается от конструирования предписаний в уголовном праве России.

Во многих уголовных кодексах зарубежных государств, в определенной мере, выражен охранительный характер уголовно-правовых норм, посредством специфики компоновки гипотезы, диспозиции и санкции. Для УК РФ, а также других стран бывшего СНГ характерно построение уголовно-правовых запретов в Особенной части, по принципу за определенное деяние грозит наступление конкретной ответственности, однако, зарубежные законодатели не всегда применяют такой принцип.

Варианты по сочетанию элементов нормы представлены в качестве многообразных форм. Зачастую, специфическая компоновка отражена и во внутреннем содержании документа. Например, если добавить гипотезе новые характерные черты, в ней появятся определенные условия, при наличии или отсутствии которых применяется не диспозиция, а санкция.

Правовой материал, способы его изложения как, в общем, так и в целом, представлены такими сочетаниями элементов:

- диспозиция-санкция. Такая структура относится ко многим предписаниям Особенной части УК зарубежных стран, различны лишь методы изложения диспозиции. В этом случае, отдельного внимания заслуживает «персонофицированность» правовых предписаний. Что касается уголовных кодексов таких стран, как Польша, ФРГ, Швейцария, США, большинство диспозиций описываются через указание на «лицо», то есть, лицо, совершившее кражу, или же через формулировку «тот, кто», например, тот, кто с целью побега ..., наказывается^, С.191].

А в некоторых государствах формулируют диспозицию предписаний Особенной части через определенное деяние[14, С.227].

гипотеза-диспозиция. Этот способ распространен в ходе структурирования предписаний Общей части, однако, порой, его можно встретить и в Особенной части, например, если подстрекаемое лицо было младшего возраста либо проявляло неспособность к осознанию значения деяния и волеизъявлению (гипотеза), то применяются положения об ответственности за убийство (диспозиция)[19, С.79];

диспозиция-гипотеза. На основании части 2 статьи 164 УК Болгарии, судебное разбирательство осуществляется, если есть жалоба от пострадавшего, и если повреждения лечатся на протяжении тридцати дней[14, С.80];

санкция-гипотеза. В качестве примера можно привести случаи, когда законодателем в правовом предписании сначала описывается санкция, а далее описывают условия ее применения. Наказание - лишение свободы от трех до десяти лет:

Если пожар - опасность для чьей-либо жизни;

Если имелась опасность распространения пожара на другое имущество, указанное выше и т. д. (ч. 2 ст. 330 УК Болгарии);

диспозиция-санкция-диспозиция. Этот специфический способ структурирования характеризуется тем, что сразу идет описание общественно опасного деяния, далее устанавливают наказание, и следует продолжение диспозиции. Рассмотрим пример - лица, специально участвующие в нападениях, драках, должны нести индивидуальную ответственность за свои деяния, им грозит наказание в виде лишения свободы на определенный срок за тяжкие последствия, и лишение свободы на срок ... - если их действия повлекли за собой смерть[20, С.188].

В случае с отдельными предписаниями, характерно наличие сразу всех трех элементов, однако, их сочетание может разниться - санкция-гипотеза-диспозиция, диспозиция-санкция-гипотеза, санкция-диспозиция-гипотеза.

Рассмотрим пример. Наказанию в виде поденного штрафа или ареста, или же запрета на торговлю второй степени (санкция) подвергается лицо, занимающееся торговлей (гипотеза), снабжающее, заставляющее снабжать, предоставляющее в распоряжение несовершеннолетних лекарственные средства, наркотики, крепкие алкогольные напитки или другие вещества, которые, в соответствии со своими качествами, принимаются не по назначению, наносят вред здоровью либо являются опасными для здоровья (диспозиция)(ст. 165 УК Республики Сан-Марино).

На основании статьи 226-1 УК Франции, тюремное заключение и штраф в размере 300 тысяч франков (санкция) грозит лицу, совершающему любым способом действия, направленные на умышленное посягательство на интимность частной жизни другого лица -записывание слов без согласия автора, произнесенных в частном порядке, фиксирование изображений какого-либо лица, находящегося в частном месте, без его согласия (диспозиция). Если действия, указанные ранее, совершались в присутствии заинтересованных лиц, они не возражали этому, то предполагается их согласие (гипотеза).

В ходе конструирования правовых предписаний, довольно часто законодатель применяет особенности отдельных элементов нормы - отрицательные гипотезы, возникающие, когда диспозиция вводится в действие при отсутствии указанных в гипотезе условий. Такой случай не характерен для нашей национальной уголовно-правовой доктрины, однако, представлен он довольно широко.

Например, лицо, организовывающее сообщество, цели, и деятельность которого напрямую направлены на совершение преступных деяний, или является членом такого сообщества, вербует в это объединение или поддерживает его деятельность (диспозиция), наказывается лишением свободы на срок до 5 лет или штрафом (санкция). Абзац 1 не применяют в тех случаях, когда сообщество является политической партией, которая Федеральным Конституционным судом не была объявлена антиконституционной, если совершение преступных деяний является целью и деятельностью, имеющей подчиненное значение; или если цели или деятельность сообщества относятся к преступлениям, предусмотренным § 84-87 (отрицательная гипотеза) (абз. 1 § 129 УК ФРГ).

Гипотезы такого рода обладают рядом преимуществ, в частности, исключается возможность расширитель-

ного толкования нормы, разграничиваются смежные составы.

Определенными особенностями обладают и санкции правовых предписаний. Таким образом, во многих уголовных кодексах, санкции включают лишь вид наказания, но не его размер. Это относится к уголовному законодательству Швейцарии.

Например, на основании статьи 287 УК Швейцарии, за присвоение власти должностного лица грозит тюремное заключение или штраф. Конечно, минимальная и максимальная продолжительность тюремного заключения уточняется в нормах Общей части кодекса, так же указывают и максимальный размер штрафа. Но на основании статьи 48 УК Швейцарии, в том случае, когда лицо действует, основываясь на корыстные побуждения, то судья не связан максимальным размером штрафа. В этом случае, в отношении штрафа, мы имеем дело с абсолютно неопределенной санкцией, поскольку ее верхний и нижний пределы законодательно не установлены. Мы считаем, что такой подход швейцарского законодателя к содержанию данной санкции противоречив в отношении фундаментального принципа - не может быть наказания без указания его в законе, так как должен быть установлен и вид, и размер наказания.

В статье 276 УК Швейцарии содержится не менее парадоксальная санкция, предписывающая, что призыв военнослужащих к мятежу наказывается каторжной тюрьмой или тюремным заключением. После уточнения этой санкции при помощи норм Общей части, установлено, что содержащееся в ней наказание составляет от 3 дней тюремного заключения до 20 лет каторжной тюрьмы.

Посредством структурирования санкций по принципу - такое же наказание за определенное деяние, то есть, не указывая конкретную санкцию в статье, она относится к большинству уголовных законов (ст. 151, ч. 2 ст. 153 УК Дании, ч. 2 ст. 96 УК Голландии, ч. 2 ст. 132 УК Болгарии).

По нашему мнению, такой способ описания санкций не оправдывается такими требованиями юридической техники, как экономия законодательного материала, а приводит к определенной путанице в правоприменительной деятельности.

Изучая зарубежное законодательство, удалось выделить ряд закономерностей, возникающих при структурировании уголовно-правовых норм:

- число источников, производящих регулирование отношений в области уголовного права, серьезно влияет на правовые нормы и их построение. При большом количестве источников, затруднен анализ уголовно-правовых норм, результатом чего являются противоречия, усложняющие достижение целей уголовно-правового регулирования.

- можно утверждать, что уголовная политика зарубежных законодателей, цели и задачи, осуществляемые государством при планомерной реализации на конкретном этапе своего развития, влияют на содержание структурных элементов.

- различные подходы, направленные на решение вопросов о построении уголовно-правовых норм, как в целом, так и отдельными предписаниями, обусловлены национальным опытом правотворчества и правовой доктрины, правовыми традициями, особенностями возникновения и развития уголовного законодательства. Это относится и к многообразным источникам уголовно-правовых норм, и к системе дробления уголовного законодательства, и к специфическим чертам, ко-

торые придают Общая и Особенная части уголовного права, что оказывает влияние на модели законодательных конструкций, способы структурного изложения правового материала, особенности отдельных элементов структуры нормы.

Список литературы:

1. Брынза С. М. Проблемы юридической техники разработки норм о преступлениях против имущества в проекте нового Уголовного кодекса Румынии // Международное и национальное уголовное законодательство: проблемы юридической техники.- М., 2004.

2. Коняхин В. П. Теоретические основы построения общей части российского уголовного законодательства. - СПб., 2002.

3. Крылова Н. Е., Серебренникова А. В. Уголовное право зарубежных стран (Англии, США, Франции, Германии). - М, 1998.

4. Кузнецова Н. Ф. Конституция Российской Федерации и уголовное законодательство // Вестник МГУ, Сер. 11. Право. - 1994. - № 5.

5. Кузнецова Н. Ф. О законодательной технике в уголовном праве // Вестник МГУ, Сер. 11. Право. - 2004. -№ 4.

6. Кузнецов А.П. Проблемы юридической техники в международном уголовном праве: теоретическое исследование // Международное уголовное право: актуальные вопросы и современные проблемы: сборник научных статей и сообщений.- М.: Юрлитинформ, 2014.

7. Кузнецов А.П. Принципы уголовного права: сравнительно-правовой анализ// Уголовное право. Общая часть. Преступления. Академический курс. В 10т. Т.2. Система, источники и структура уголовного права. Принципы уголовного права/ под ред. д.ю.н., проф. Н.А. Лопашенко.- М.: Юрлитинформ, 2016.

8. Кругликов Л. Л. Источники и составные части уголовного законодательства Российской Федерации // Проблемы теории уголовного права. - Ярославль, 1999.

9. Малиновский А. А. Особенности юридической техники в зарубежном уголовном законодательстве // Международное и национальное уголовное законодательство: проблемы юридической техники.- М., 2004.

10. Никифоров Б. С., Решетников Ф. М. Современное американское уголовное право. -М., 1990.

11. Уголовное право зарубежных государств: (Особенная часть) / Под ред. И. Д. Козочкина. - М., 2004.

12. Уголовный кодекс Республики Беларусь. - СПб., 2001.

13. Уголовный кодекс Украины. - СПб., 2001.

14. Уголовный кодекс Болгарии. - СПб., 2001.

15. Уголовный кодекс Дании. - СПб., 2001.

16. Уголовный кодекс ФРГ. - СПб., 2001.

17. Уголовный кодекс Латвийской Республики. -СПб., 2002.

18. Уголовный закон Республики Польша.-СПб., 2001.

19. Уголовный кодекс Республики Сан-Марино. -СПб., 2002.

20. Уголовный кодекс Голландии. - СПб., 2001.

21. Яцеленко Б. В. Уголовный закон // Уголовное право России: (Общая часть): Учебник / Под ред. А. И. Рарога. - 2-е изд. - М., 1998.

Рецензия

на статью докторанта адъюнктуры (докторантуры) Нижегородской академии МВД России Прониной Ма-

рии Петровны «Юридическая техника построения уго- служенный деятель науки РФ, заслуженный юрист РФ

ловно-правовых норм в законодательстве зарубежных А.П. Кузнецов

стран»

Представленная статья М.П. Прониной, позволяет сделать вывод о том, что автором изучена важная для юридической науки уголовного права тема, поскольку актуальность в исследовании юридической техники построения зарубежного уголовного законодательства связана с тем, что следует выявить позитивные моменты структурирования отдельных предписаний, с целью использования положительного опыта зарубежных правотворческих органов в отечественном законодательстве. Это значительно улучшит национальное кодифицированное законодательство в противодействии различным общественно опасным посягательствам, а также будет усовершенствована вся уголовно-правовая система.

М.П. Прониной проведено исследование юридико-технических закономерностей, которые возникают при структурировании уголовно-правовых норм зарубежного законодательства, рассмотрены источники уголовного права зарубежных стан, их структурные элементы, определены способы структурного изложения правового материала, особенности отдельных элементов структуры нормы.

Автор в процессе проведения исследования правильно выделяет ряд закономерностей, возникающих при структурировании уголовно-правовых норм. По его мнению, число источников, обеспечивающих регулирование отношений в области уголовного права, серьезно влияет на правовые нормы и их построение. При большом количестве источников, затруднен анализ уголовно-правовых норм, результатом чего являются противоречия, которые, порой, усложняют достижение целей уголовно-правового регулирования. Так же положительной оценки заслуживает суждение Прониной М.П. о том, что уголовная политика зарубежных законодателей, цели и задачи, которые государство осуществляет при планомерной реализации на конкретном этапе своего развития, влияют на содержание структурных элементов.

В статье четко и последовательно реализованы поставленные перед исследовательницей цель и задачи, проведено глубокое исследование нормативных правовых актов, а также большое количество отечественных дореволюционных, советских и современных источников, зарубежной научной литературы по избранной тематике. Статью отличает оригинальность подхода автора к решению поставленных перед ней задач. Представленная работа бесспорно представляет высокую научную и практическую значимость, имеющую важное теоретическое и прикладное значение.

Статья М.П. Прониной «Юридическая техника построения уголовно-правовых норм в законодательстве зарубежных стран» представляет собой интересное в научном и практическом отношении исследование, демонстрирует собственную позицию автора и привлекает внимание к такой проблеме, её изучение является необходимым и важным в современных условиях России, по своему содержанию отвечает требованиям, предъявляемым к работам подобного рода и в этой связи может быть рекомендована к опубликованию в открытой печати.

Профессор кафедры социально-правовых дисциплин Приволжского института повышения квалификации ФНС России (г. Н. Новгород), д.ю.н., профессор, за-