О диалогичности современного литургического репертуара в католических приходах азиатской части России

УДК 783.2

Ю. Л. Фиденко

О ДИАЛОГИЧНОСТИ СОВРЕМЕННОГО ЛИТУРГИЧЕСКОГО РЕПЕРТУАРА В КАТОЛИЧЕСКИХ ПРИХОДАХ АЗИАТСКОЙ ЧАСТИ РОССИИ

торой Ватиканский Собор (1962— 1965) стал поворотным моментом в новейшей истории Католической Церкви, наметив основные направления и пути формирования католической жизни в XXI веке. Соборная конституция «Sacrosanctum concilium» («О Богослужении») положила начало обновлению церковного культа. В документе обозначены общие принципы реформы — полное, сознательное и активное участие верующих в богослужении [3, с. 95]. Основным требованием конституции стало упрощение обряда, а одной из ключевых идей — разрешение служить Мессу и на национальных языках (см.:[2]).

Ватиканские реформы установили новое измерение Слова и музыки в рамках западнохристианского культа. Отныне понятными и доступными для христиан должны быть и сам божественный акт, и наполняющие его церковные знаки и символы. Принципиальная установка на деятельность всей общины не только инициировала перевод литургических текстов на национальные языки, но и способствовала изменению их музыкальной «среды обитания».

Период после Собора стал временем переосмысления Мессы и утверждения новой певческой практики. Относительная свобода выбора культового репертуара в разных странах привела к возникновению эффекта множественности территориальных версий католической музыкальной системы. Поэтому для изучения особенностей традиционного западнохристианского богослужения и его современного музыкального оформления значительный интерес представляют местные общины.

© Ю. Л. Фиденко, 2014

В поле нашего внимания находится музыкально-литургическая культура католических приходов, расположенных в азиатской части России. Современная культовая практика католических приходов Сибири и Дальнего Востока обнаруживает свою самобытность, вызванную не только репертуарной вариативностью, но и запаздывающим характером проявления послесоборных изменении. В результате в культовой практике складывается ситуация многоуровневого диалога. Осмыслению обозначенных процессов и посвящена данная статья.

Решение Второго Ватиканского Собора об использовании местных языков в службе способствовало активизации перевода богослужебных и гимнографичес-ких текстов. Выработка единого русскоязычного литургического комплекса потребовала продолжительного времени, поэтому в процессе адаптации латинского оригинала на местах стали возникать неофициальные версии чинопоследова-ния (см. об этом: [6]). В условиях отсутствия канонически закрепленной цер-ковно-песенной культуры и русскоязычных богослужебных книг оживилось переводное и поэтическое творчество прихожан.

Особенно динамично процесс перевода на русский язык затронул тексты гимнов. Показательными в этом плане являются многочисленные самиздатовские приходские сборники 1990-х годов (Иркутск, Владивосток, Южно-Сахалинск, Красноярск, Новосибирск, Омск и др.), в которые были включены положенные на музыку подтекстовки известных песнопений и парафразы гимнов, выполненные самодеятельными поэтами -прихожанами. Они не всегда соответствовали богослужебным нормативам, поэтическим

В

и грамматическим правилам русского языка, но активно использовались в литургической практике. Отличительной особенностью приходских сборников стало транскрибирование латинских текстов русскими буквами (например: «Аг-нюс Дэн, кви толис пеката мунди, мизерере нобис»), Важнейшим этапом музыкально-литургической жизни российских католических приходов стал выпуск в 2005 г. первого официального сборника богослужебных песнопений «Воспойте Господу» [1]. В унифицированное издание, утвержденное Конференцией Епископов, помимо русскоязычных разделов Литургии были включены также образцы с латинским текстом.

В основе лингвистической системы современной российской Мессы лежит русский язык. Он занимает доминирующее положение, что определено постановлениями Второго Ватиканского Собора об использовании местных языков. В реальной практике католических общин азиатской части России можно отметить факультативное звучание латинского языка. Например, во владивостокском приходе Пресвятой Богородицы установилась интересней! традиция открывать каждую службу песнопением в честь Девы Марии. Первую Литургию у стен еще не возвращенного Храма в 1992 году начали ритуалом чествования статуи Богородицы песнопением Salve Regina. Эта практика закрепилась, и теперь перед началом Мессы исполняется на латинском языке хвалебная иеснь Марии, которая меняется в зависимости от литургического периода («Salve Regina»; «Alma Redemptoris Mater»; «Ave Regina Caelorum»; «Regina Caeli»). В совместном использовании латыни и русского языка проявляется межязы-ковой диалог, рождающий новую акустическую атмосферу российской Мессы.

Интересно, что в период восстановления церковных структур в восточных приходах России богослужение проводилось на разных языках с синхронным переводом на русский. В зависимости от этнического состава прихожан и национальности священника первоначально

проходили также польские (Новосибирск, Иркутск, Красноярск), немецкие (Барнаул, Омск, Челябинск), корейские (Уссурийск, Южно-Сахалинск), английские (Владивосток, Магадан) Мессы. Совмещение в богослужении нескольких языковых образований приводит к поли-язычию — своеобразному явлению российской католической литургической культуры, имеющему специфические черты и требующему тщательного, всестороннего изучения.

Перевод чинопоследования на национальные языки затронул также музыкальную сторону Литургии. Петер Риом пишет, что «нет необходимости указывать на то, сколь велики были последствия Второго Ватиканского Собора в области литургики. Использование местных языков вместо латыни вызвало общее обновление духовной музыки. За тридцать лет церковные приходы огласились песнопениями и звучаниями, доселе или неизвестными, или предназначенными для других целей» [5, с. 214]. Возвращение к общинному типу Литургии привело к диверсификации1 музыкального репертуара.

Причудливое сочетание разнообразного интонационного материала наблюдается и в богослужении католических приходов восточных регионов России. В интеграции песнопений различных музыкальных координат обнаруживается многоуровневый акустический диалог. В первую очередь речь идет о взаимодействии традиционного григорианского пения, богатейшего музыкального репертуара Вселенской Церкви, рассчитанного на уровень профессионального хора, и песнопений иных средств и форм выражения, доступных для исполнения прихожанами.

Собор подчеркнул важность и значимость григорианского хорала для литургической традиции. Отметим, однако, что в реальной приходской практике григорианские образцы используются окказионально. Во многом это связано с тем, что при переводе латинских текстов на русский язык хорал приобретает несвойственные ему приметы. Наруше-

ние типологических качеств григорианского наследия проявляется в первую очередь в новом ритмическом оформлении2. Вместе с тем, во многих приходах поддерживается традиция исполнения сакральных григорианских песнопении, преимущественно в адаптированных к современной лексике вариантах.

Процесс обновления песенного репертуара после Второго Ватиканского Собора привел к включению в клиросный обиход религиозного материала нецерковного происхождения. В сибирских и дальневосточных приходах во время воскресной Мессы звучат мелодии И. С. Баха и Р. Воан Уильямса, Ф. Мендельсона и Г. Генделя. В некоторых случаях выбор материала зависит от популярности музыки. Так случилось со знаменитой темой радости из Девятой Симфонии Л. Бетховена, на которую поется текст У. Айронса «Пусть поет труба ликуя». В этом проявляется феномен ин-культурации — обогащения христианского наследия средствами иных культур. Импульсом своеобразного «диалога традиций* стало то, что в ватиканских документах приветствуется деятельное участие общины в церковной жизни. Поэтому священнослужители отдают предпочтение простым, понятным и доступным образцам, которые не требуют от прихожан вокального мастерства.

В российских католических приходах можно выделить несколько источников пополнения современной музыкальной богослужебной коллекции. Один из них обусловлен отсутствием русских кадров священнослужителей в период восстановления церковных структур в России. Иностранные священники привезли с собой не только наднациональную католическую веру, но и «инонациональный акцент», который прижился на российской почве. Литургический репертуар пополнился польскими и немецкими, английскими и французскими песнопениями. Такой межнациональный диалог обнаруживает открытость современного богослужения, впитывающего в себя все лучшее, что возникает в культуре разных народов при сохранении канонической формы Литургии.

Кроме того, можно отметить феномен интерполяции3 гимнов других христианских деноминаций. Какие-то были переведены раньше и потому могли быть использованы в обновленной русскоязычной Мессе, как случилось, например, с гимнами из сборника «Псалмы Сиона», изданного в 1927 году и оказавшегося источником духовных текстов на русском языке. Другие оказались созвучны современным ватиканским установкам. Заимствования из иных христианских культур свидетельствует об экуменической открытости постсоборного богослужения. Католическая Церковь в меж-конфессиоиалъном диалоге отдает дань уважения почитанию единого Бога и евангельской вере, заложенной в привнесенных песнопениях.

Органичный межвременной диалог песнопений «золотого фонда» Католической Церкви и современных композиций стал отличительной приметой постреформенного богослужения. Со времени опубликования конституции о Литургии стало уделяться большое внимание местным музыкальным произведениям. Первым импульсом к собственному творчеству у приходских музыкантов стали репертуарные проблемы. Реформа коснулась не только трактовки роли священной музыки в богослужении, но и количества поющихся разделов — музыкально-литургические инструкции рекомендуют наполнять совместным пением значительную часть Мессы. В условиях отсутствия национальных песнопений стали писать музыку к отдельным культовым текстам А. Гафурова (Владивосток) — «Слава в вышних Богу», «Литания всем Святым»; В. Семенчук (Томск), Е. Израно-ва (Новосибирск), Д. Григоруцэ (Иркутск) — части Ординария.

Исследование музыкально-культовой практики приходов Сибири и Дальнего Востока свидетельствует о неоднородной и пестрой звуковой среде. Наряду с проверенными и утвержденными временем музыкальными текстами в литургической палитре причудливым образом сочетаются западнохристианские песенные

традиции разных народов, а также собственно российские музыкальные новообразования. Музыкальный язык современного богослужения в приходах Сибири и Дальнего Востока отражает общую эволюцию католической музыки, которая «пытается сохранять традиции григорианского хорала и создавать новые композиции в современных идиомах» [10, с. 426].

В официальных документах Католической Церкви сакральное искусство, в частности, музыка, интерпретируется как феномен диалога. В обновленном богослужении каждое литургическое действие, особенно празднование Евхаристии, «является связью между Христом и Церковью» [9, с. 2]. По словам Папы Иоанна Павла II, «Литургия объединяет два sanctuaries, земной Храм и бесконеч-

ные Небеса, Бога и Человека, Время и Вечность» [7].

А. Ефименко подчеркивает, что «сущность мессы как "диалогического события" трактуется в двух направлениях: с одной стороны, как диалог человеческого и божественного, с другой, — как общение между верующими в общем деле церковного собрания, то есть, в ходе мессы-ритуала» [8, с. 24]. Понимание Литургии как коммуникативного акта свидетельствует о том, что музыка в богослужении является одним из средств соборного единства паствы. Включенность каждого прихожанина в континуум ритуальных событий посредством коллективного пения является воплощением ключевой идеи Второго Ватиканского Собора о действенном участии верующих в богослужении.

Примечания

1. Диверсификация (нем. Diversifikation, лат, diversus разный + facere делать] — разностороннее развитие производства, направленное на расширение ассортимента выпускаемой продукции [4, с. 228].

2. Строение григорианского хорала отличается ритмической ровностью и строгостью в связи

с фонической особенностью латинского языка — «сглаженностью» ударений в словах.

3. Интерполяция (фр. interpolation, лат. interpolatio изменение; переделка, искажение) — произвольное включение в текст при переписке его или редактуре каких-нибудь слов или фраз [Там же, с. 280].

Литература

1. Воспойте Господу. Литургические песнопения Католической Церкви в России. - М.: Издательский центр «Искусство добра», 2005. — 704 с.

2. История II Ватиканского Собора. - М.: Библ-богословский институт св. ап, Андрея, 2005. — Т. 3. - 682 с.

3. Конституция «О Богослужении» // Второй Ватиканский Собор: Конституции, Декреты, Декларации. — Брюссель: Жизнь с Богом, 1992. - С. 79-117.

4. Крысин Л. Толковый словарь иноязычных слов. — М.: Русский язык, 1998. - 848 с.

5. Риом П. Возрождение красоты в музыке: Вызов духовной музыки XXI веку // Христос — источник новой культуры для Европы на заре нового тысячелетия: Пред-синодальный Симпозиум в Ватикане, 11—14 янв, 1999 г. -Тверь: Созвездие, 2000. - С. 207-219.

в. Сахаров П. Перевод литургических текстов на русский язык в Католической Церкви латинского обряда // Материалы конференции «Современная православная гимнография» 9—

10 февраля 2011 г. [Электронный ресурс]. URL: http: //www.ruslang.ru/doc/church-slav/ 06_saharov.pdf (дата обращения: 23.04.2014).

7. Ecclesia de Eucharistia. Encyclica Ioannes Paul us PP. II 17.04.2003. [Электронный ресурс]. URL: http://www.fjp2.com/us/john-paul-ii/online-library/encyclicals (дата обращения: 17.04.2014).

8. Cfimenko А. Католицька меса першоТ поло вини — середини XX столггтя: художньо-есте-тичю та лиурийт аспекти: автореф. дис. ... доктора мистецтвознавства. — КиКв, 2011. -32 с.

9.Ratzinger J. «In the Presence of the Angels I Will Sing Your Praise»: The Regensburg Tradition and the Reform of the Liturgy (Translated by Father Robert A. Skeris). -Adoremus Bulletin. - 1996. - Vol. 2. - N. 6-8. -15 p.

10. Weakland R. Mass, roman, music of // New Catholic Encyclopedia. V. IX. - Washington: The Catholic University of America, 1967. -P. 426-428.

References

1.Vospoite Gospodu. Liturgicheskie pesnopeniia Katolicheskoi Tserkvi v Rossii [Sing To The Lord. The liturgical hymns of the Catholic Church in Russia], M.: Izdatel'skii tsentr «Iskusstvo dobra» [M: Publishing center «The Art of goodness»], 2005, 704 p.

2. Istoriia II Vatikanskogo sobora [The history of the second Vatican Council]. M.: Bibl-bogoslovskii institut sv. ap. Andreia [M. : Bible-theological Institute of St. AP. Andrei], 2005, vol. 3, 682 p.

3. Konstitutsiia «O Bogosluzhenii» [Constitution «About Divine service»]. Vtoroi Vatikanskii Sobor: Konstitutsii, Dekrety, Deklaratsii [The Second Vatican Council's Constitution, Decrees, Declarations], BriusseF: Zhizn' s Bogom [Brussels: Life with God], 1992, pp. 79-117.

4.Krysin L. Tolkovyi slovar' inoiazychnykh slov [Explanatory dictionary of foreign words]. M.: Russkii iazyk [M.: Russian language], 1998, 848 p.

5. Riom P. VDzrDzhdenie krasoty v muzyke: Vyzov dukhovnoi muzyki XXI veku [Revival of beauty in music: Call to sacred music of the XXI century]. Khristos — istochnik novoi kul'tury dlia Evropy na zare novogo tysiacheletiia: Pred-sinodal'nyi Simpozium v Vatikane, 11-14 ianv. 1999 g. [Christ is the source of a new culture for Europe at the dawn of the new Millennium: the Pre-Synodal Symposium at the Vatican, 11— 14 Jun. 1999]. Tver': Sozvezdie [Tver: Constellation], 2000, pp. 207-219.

О диалогичности современного литургического репертуара в католических приходах азиатской части России В статье рассматривается современная культовая практика католических приходов азиатской части России — Сибири и Дальнего Востока. Особый интерес к музыкально-литургической культуре отдельных регионов обусловлен реформами Второго Ватиканского собора (1962—1965), позволившим использование в службе национального языка и разнообразного музыкального материала. Актуальность статьи обусловлена отсутствием исследований о современной музыкальной жизни российских католических приходов, отсчет которых ведется с начала 1990-х годов.

Автор отмечает, что в постсоборной культовой практике складывается ситуация многоуровневого диалога. В богослужении католических общин азиатской части России наряду

6.Sakharov P. Perevod liturgicheskikh tekstov na russkii iazyk v Katolicheskoi Tserkvi latinskogo obriada [Translation of liturgical texts in Russian language in the Catholic Church of the Latin rite]. Materialy konferentsii «Sovremennaia pravoslavnaia gimnografiia» 9—10 fevralia 2011 g. [Materials of the conference «Modern Orthodox hymnology» on 9-10 February 2011]. URL: http://www.ruslang.ru/doc/church-slav/ 06_saharov. pdf.

7. Ecclesia de Eucharistia. Encyclica Ioannes Paul us PP. II 17.04.2003. URL: http:// www. f jp2. com/us/john-paul-ii/online-library/ encyclicals.

8.6fimenko А. Католицька меса першо! половики — середини XX столитя: художньо-ес-тетичш та .niTyprizni аспекта [Catholic mass of the first half — middle of XX century: artistic-aesthetic and liturgical aspects]: avtoref. dis. ... doktora мистецтвознавства [abst. dis. of doctor of Art Studies]. Khlb [Kiev], 2011, 32 p.

9. Ratzinger J. «In the Presence of the Angels I Will Sing Your Praise»: The Regensburg Tradition and the Reform of the Liturgy (Translated by Father Robert A. Skeris). Adoremus Bulletin, 1996, vol. 2, no 6-8, 15 p.

10. Weak land R. Mass, roman, music of // New Catholic Encyclopedia. Washington: The Catholic University of America, 1967, vol. IX, pp. 426-428.

About dialogicality of the modern liturgical repertoire in Catholic parishes of the Asian part of Russia

This article describes the creative process of foundation of theatre culture and musical education in national republics of the Soviet Union during 1930s, e.g. the Republic of Buryatia. The process is characterized with contrary tendencies. The composers from Leningrad and Moscow came to the field to pick folklore pieces for writing the first musical and theater works while the teachers opened educational institutions. Gifted young people from the outlying districts, who were discovered in amateur arts festivals, after studying in studios, went to study at metropolitan institutes of higher education. As a result of such collaboration the actors' troupes were created. They provided for further development of both opera and ballet art in

с русским языком факультативно используется латынь. В полиязычии раскрывается ме-жязыковой диалог, рождающий новую акустическую атмосферу российской Мессы.

Музыкальная практика восточных приходов России демонстрирует локальное проявление общекатолической традиции, в которой сочетается разнообразный песенный материал. Б музыкальном оформлении Мессы проявляется инонациональное и межконфессиональное влияние. Кроме того, процесс обновления песенного репертуара после Второго Ватиканского собора привел к включению в клиросный обиход религиозного материала нецерковного происхождения. Отличительной приметой постреформенного богослужения стал органичный диалог песнопений «золотого фонда» Католической Церкви и современных композиций, в том числе сочинений местных приходских музыкантов. Интеграция песнопений различных музыкальных координат свидетельствует о многоуровневом акустическом диалоге.

Автор делает вывод, что понимание Литургии как феномена диалога свидетельствует о том, что музыка в богослужении является одним из средств соборного единства церковного собрания. Включенность каждого прихожанина в континуум ритуальных событий посредством коллективного пения становится воплощением ключевой идеи Второго Ватиканского собора о действенном участии верующих в богослужении.

Ключевые слова: Месса, Второй Ватиканский Собор, католичество, литургическая музыка, церковное песнопение

Buryat State Academic Opera and Ballet Theatre named after G. Tsydynzhapov and drama art in Buryat State Academic Drama Theatre named after Kh. Namsaraev. The first generation Df their leading actors after getting qualification at Leningrad (St.-Petersburg) creative institutes Df higher education was at the beginning of Buryat theatre and musical art; the further generations successfully promote it nowadays.

Keywords: social context, nomadic culture, ethnos, people-natural singing, national studio, buryat vocal school, beautiful singing, European opera and concert standard.

Фиденко Юлия Леон и донна — музыковед, кандидат искусствоведения, доцент кафедры истории музыки Дальневосточной государственной академии искусств (г. Владивосток); докторант кафедры истории музыки Новосибирской государственной консерватории (академии) им. М. И. Глинки.

E-mail: jufid@mail.ru

Fidenko Julia — musicologist, PhD (Candidate of Art Criticism), Docent of the Music History Department, Far East State Academy of Arts, Vladivostok; Doctoral of the Music History Department Novosibirsk State Conservatory (Academy) Glinka. E-mail: jufid@mail.ru