Личностные особенности детей от 5 до 7 лет, потерявших близнеца в первом триместре беременности

2. Зачесова, И.А. Интенциональные особенности речи в непринужденном общении / И.А. Зачесова // Психологические исследования дискурса / под ред. Н.Д. Павловой. -М., 2002.

3. Курбак, Т.А. Интенция самопрезентации субъекта в различных видах дискурса / Т.А. Курбак // Ситуативная и личностная детерминация дискурса / под ред. Н.Д. Павловой, И.А. Зачесовой. - М., 2007. - С. 185 - 204.

4. Павлова, Н.Д. Интент-анализ телеинтервью / Н.Д. Павлова // Языковое сознание: формирование и функционирование. - М., 1998.

5. Павлова, Н.Д. Предвыборные интенции в речи политиков / Н.Д. Павлова // Психологические исследования дискурса. - М., 2002.

6. Пескова, Е.А. Интенции политиков в предвыборном дискурсе и их понимание «наивной» аудиторией и специалистами / Е.А. Пескова // Ситуативная и личностная детерминация дискурса / под ред. Н.Д. Павловой, И.А. Зачесовой. - М., 2007. - С. 225 - 243.

7. Ушакова, Т.Н. Слово в действии. Интент-анализ политического дискурса / Т.Н. Ушакова, Н.Д. Павлова, В.В. Латынов, К.И. Алексеев. - СПб., 2000.

8. Atkinson, J.M. Structures of Social Action: Studies in conversation analysis / J.M. Atkinson, J.C. Heritage. - Cam-briage, 1984.

УДК 159.9.072

С.С. Дмитриева

Научный руководитель: кандидат биологических наук, доцент Л.Л. Панченко

ЛИЧНОСТНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ДЕТЕЙ ОТ 5 ДО 7 ЛЕТ, ПОТЕРЯВШИХ БЛИЗНЕЦА В ПЕРВОМ ТРИМЕСТРЕ БЕРЕМЕННОСТИ

В данной статье рассматривается проблема «феномена исчезнувшего близнеца» и психологических последствий внутриутробной потери близнеца. Актуальность статьи связана с медицинскими данными о значительной распространенности данного феномена. В работе представлены результаты исследования личностных особенностей детей старшего дошкольного возраста, потерявших близнеца в первом триместре беременности.

«Феномен исчезнувшего близнеца», «синдром исчезнувшего близнеца», близнецы, аборты, пренатальная травма, личностные особенности.

The article considers the problem of «the disappeared twin phenomenon» and the psychological consequences of intrauterine loss of a twin. The topicality of the article is related to the medical data concerning the prevalence of this phenomenon. The results of the research of personal features of senior preschool children that lost their twin in the first trimester of pregnancy are presented in the paper.

«Phenomenon of a disappeared twin», syndrome of a disappeared twin, twins, abortions, prenatal trauma, personal features.

Последнее столетие интерес исследователей сосредоточен на проблемах все более раннего развития человека. В результате этого появилась новая сфера психологической науки - перинатальная психология, являющаяся новой областью знаний, которая изучает обстоятельства и закономерности развития на самых ранних этапах, начиная от момента зачатия.

С появлением ультразвуковой диагностики появились дополнительные подтверждения того, что уже в утробе матери ребенок имеет сложную психофизическую систему переживаний и реакций на психическую жизнь матери и на свое пренатальное окружение [1], [4], [5], [11]. Авторы говорят о том, что внутриутробные и родовые травмы способствуют формированию жизненного сценария, определяющего характер и образ жизни человека [7], [8].

В 1970 г. доктор Грехем Фаррант, австралийский врач, начал исследовать опыт пренатальных событий и пришел к выводам, что большая часть внутриутробных воспоминаний запечатлевается скорее не на тканевом или скелетно-мышечном уровне, а на клеточном уровне [6]. Его точке зрения также придерживаются другие авторы [5], [11].

Одним из значительных травматических переживаний в утробе является «синдром, или феномен, исчезнувшего близнеца». Впервые об этом феномене упомянули в 1945 г. Свое название феномен получил в 1980 г. на «Третьем Международном Конгрессе по Исследованиям Близнецов», который проходил в Иерусалиме. Широкое обсуждение данного феномена стало возможным с развитием ультразвуковой диагностики, когда стали накапливаться медицинские данные о непроизвольной смерти одного из близнецов в первом, реже - втором и третьем триместрах беременности. Погибший плод абсорбируется телом близнеца, матери либо спонтанно резорбиру-ется.

В связи с проблемами ранней диагностики мно-гоплодности, своевременной постановки беременных на медицинский учет, выделения диагностических критериев при ультразвуковом обследовании разброс описываемых в литературе данных по частоте встречаемости данного феномена достаточно велик. Он составляет от 3,7 до 80 % беременностей, в зависимости от обследуемой группы, критериев и методов исследования [3], [7], [8]. Достаточно часто

бывает сложно найти доказательства гибели близнеца, так как на ранних сроках беременности его останки могут полностью резорбироваться, не оставив следов. При этом большинство современных исследователей склоняются к мнению, что распространенность феномена включает не менее 8 - 15 % до всех беременностей [3], [7] и др.

С развитием вспомогательных репродуктивных технологий (ЭКО, ИКСИ и др.) в медицине появилась проблема редукции плода, применяемого при экстракорпоральном оплодотворении в ситуациях, когда приживается сразу несколько эмбрионов. Редукция проводится на 7 - 13 неделе беременности. Отметим, что в некоторых случаях естественного наступления многоплодной беременности данная процедура может осуществляться по медицинским показаниям либо по желанию женщины. При этом встает вопрос не только о медицинской, этической, но и о психологической стороне применения редукции эмбриона, особенно, когда решение о проведении операции принимает сама мать.

Европейские исследования беременностей, связанных с вспомогательными репродуктивными технологиями, показывают, что 10 - 15 % одиночно рожденных детей первоначально были близнецами [9]. В России эти показатели значительно выше.

Перинатальные психологические исследования показывают, что связь и привязанность начинается в утробе матери и что характер этих отношений может повлиять на дальнейшие отношения в жизни [1], [4], [5], [7], [12]. Отметим, что базовым методологическим основанием перинатальной психологии является диадический подход, с позиций которого мать и ребенок рассматриваются как члены единой психобиологической системы. Рассматривая явление близ-нецовости, можно говорить не о диаде, а о триаде (в случае двойни), складывающиеся отношения в которой имеют свои особенности. С точки зрения теории привязанности Боулби, первичные связи близнецов образуются друг с другом, вторичные - с матерью. При этом нарушение или угроза нарушения привязанности - причины наших глубоких страхов, тревоги и гнева.

Исследования показывают, что потеря близнеца по степени и интенсивности переживания может превышать горе от потери родителей, родственников, супруги, брата или сестры и даже ребенка. Так, Н. Сигал отмечает, что потеря близнеца, действительно, связана с большим горем, чем потеря любого другого родственника, за исключением супругов [10]. Однако похоже, что глубина переживаемого после потери любимого человека горя находится в прямой зависимости от степени близости с ним. Поскольку взаимоотношения близнецов многогранны и включают самые различные уровни связи и близости, то они, по мнению В. Эмерсона, наиболее интимные из всех человеческих отношений [5].

На основании анализа более чем тридцатилетнего клинического опыта работы со многими тысячами клиентов по всему миру и данных научных исследований можно выделить специфические повторяющиеся проблемы и особенности у взрослых и детей,

переживших феномен «исчезнувшего близнеца». К возможным психоэмоциональным последствиям потери близнеца в утробе матери относят:

- на эмоциональном уровне: страх потери, страх смерти, переживание и страх одиночества, чувство беспомощности, триада чувств «стах-гнев-вина», горе, тревога, депрессия, плаксивость, агрессия по отношению к окружающим и др.;

- на личностном уровне: проблемы идентификации, неосознанное стремление к смерти, восприятие мира как небезопасного, низкая самооценка, тревожность, дезориентация, диссоциация, тяга к тактильным контактам, склонность к повторяющемуся переживанию неудач в жизни и бизнесе, панические атаки, пограничные расстройства личности, шизофрения и др.;

- на уровне межличностных отношений: проблемы выстраивания близких отношений, стремление к их «разрыву», ревность, склонность к симбиотическим, зависимым отношениям, а также к отношениям с двумя партнерами, выбрать одного из которых очень сложно для человека и др.;

- на психосоматическом уровне: головные боли, головокружение, боли за грудиной, проблемы с дыханием, бесплодие и др. [3], [4], [5], [7], [10].

На основании анализа литературных источников нами была выдвинута гипотеза о том, что дети, потерявшие близнеца до рождения, имеют специфические личностные особенности.

В организованном нами исследовании приняло участие 100 детей старшего дошкольного возраста и 36 воспитателей, оценивавших личностные особенности воспитанников. Дети были организованы в 4 равных по количеству группы численностью 25 человек. Естественный эксперимент определяется фактором воздействия - гибелью близнеца в утробе, поэтому первая группа включала детей, потерявших близнеца до рождения, вторая - пары близнецов, третья - детей, перед рождением которых мать делала аборт (внутриутробная смерть до зачатия ребенка), и четвертая - единично рожденных детей, не имевших близнеца, без предшествующих рождению абортов.

В исследовании приняли участие дети 5 - 6 лет различных дошкольных образовательных учреждений. Группы комплектовались на основании опроса родителей при помощи разработанной нами анкеты. Выбор возраста от 5 до 7 лет обусловлен следующими причинами: ограниченностью возможностей психологической диагностики детей до 5 лет, возрастными особенностями психологического развития детей, «стиранием» последствий факторов биологического риска в психологическом развитии близнецов к 5 годам, а также максимальной приближенностью к травматической ситуации.

Выбор времени внутриутробной потери близнеца (в первом триместре беременности) обусловлен более высокой частотой данного феномена по сравнению со вторым и третьим триместрами беременности, а также необходимостью выровнять исследуемую группу по данному критерию.

Группы были рандомизированы по возрасту, по половому признаку, по составу семьи, уровню доходов, желанности беременности, ее запланированно-сти, сроку постановки на медицинский учет и др.

Для выявления личностных особенностей детей с ними были проведены следующие основные тесты: проективные методики «Кинетический рисунок семьи» Р. Бернса и С. Кауфмана, «Дом. Дерево. Человек» Дж. Бука, «Несуществующее животное» М.3. Друкаревич, «Кактус» М. А. Панфиловой, полупро-ективные тесты «Домики» О.А. Ореховой, «Тест тревожности» Р. Тэммла, М. Дорки, В. Амена, «День рождения» М. А. Панфиловой, а также личностный дифференциал (вариант, адаптированный в НИИ им. В. М. Бехтерева). Для математической статистической обработки полученных результатов использовался критерий угловое преобразование Фишера ф.

Согласно используемому математическому критерию, существуют статистически значимые различия по частоте встречаемости определенных личностных особенностей у детей. Для тех, кто потерял близнеца в утробе матери, характерно:

- незрелость эмоциональной сферы: инвертиро-ванность (р > 0,01, р > 0,05, тест «Домики» О.А. Ореховой), амбивалентность (р > 0,05, тест «Домики» О. А. Ореховой);

- эгоцентризм (р > 0,01, р > 0,05, тест «Несуществующее животное» М.3. Друкаревич);

- тенденция к замедленному формированию полоролевой идентичности (р > 0,01, тест «День рождения» М.А. Панфиловой);

- патологические личностные особенности (р > 0,01, тесты «Дом. Дерево. Человек» Дж. Бука, «Кинетический рисунок семьи» Р. Бернса и С. Кауфмана, «Несуществующее животное» М.3. Друкаре-вич);

- чувство неполноценности в семейной ситуации, не воспринимают себя членом семьи (р > 0,01 (в 2 группах), в группе близнецов - на уровне явной тенденции, тест «Кинетический рисунок семьи» Р. Бернса и С. Кауфмана).

Помимо явных различий проявились и некоторые сходства в группах. Так, у близнецов и у детей, переживших внутриутробную потерю, выявлена склонность к симбиотическим отношениям (рисуночные тесты). В свою очередь, у детей, потерявших близнеца до рождения, и у детей, перед рождением которых мать сделала аборт, наблюдаются повышенный уровень тревожности (тест тревожности Р. Тэммла, М. Дорки, В. Амена, личностный диффе-

ренциал) и нарушения коммуникативной сферы («День рождения» М.А. Панфиловой, личностный дифференциал). Это позволяют нам говорить о взаимосвязи этих личностных свойств с явлением близ-нецовости и фактом потери. Объяснение полученным данным дает системная семейная психология, в рамках которой все изменения в семейной системе оказывают воздействие на всех ее членов [2].

Таким образом, выдвинутое предположение о наличии специфических личностных особенностей у детей старшего дошкольного возраста, потерявших близнеца до рождения, нашло подтверждение. Однако отметим необходимость дальнейшего исследования данной проблемы.

Литература

1. Чемберлен, Д. Разум Вашего новорожденного младенца / Д. Чемберлен. - СПб., 2011.

2. Черников, А.С. Системная семейная терапия: интегративная модель диагностики / А.С. Черников - М., 2001.

3. Babcock, B.H. My twin vanished: did yours? The vanishing twin crisis. Tate Publishing&Enterprises, LLC / B.H. Babcock. - 2009.

4. Castellino, R. The stress matrix: Implications for prenatal and birth therapy / R. Castellino // Journal of Prenatal & Perinatal Psychology & Health. - 2000. - № 15 (1). - P. 31 -62.

5. Emerson, W. The vulnerable prenate / W. Emerson // Pre- and Perinatal Psychology Journal. - 1996. - № 10 (3). -P. 125 - 142.

6. Farrant, G. Cellular consciousness: Keynote address: 14th IPA convention, August 30, 1986. Retrieved November 5, 2006 / G. Farrant. - URL: http://www.primals.org/articles/ farrant3.html.

7. Hayton, A. Womb twin survivors. The lost twin in the Dreem of the Womb. Wren Publications / A. Hayton. - 2011.

8. Noble, E. Primal connections: How our experiences from conception to birth influence our emotions, behavior, and health / E. Noble. - Simon & Schuster, 1993.

9. Pinborg, A. Consequences of vanishing twins in IVF/ICSI pregnancies / A. Pinborg, O. Lidequaard, N. La Cour Freiesleben, A.N. Andersen. - Hum Reprod. - 2005. - № 20 (10). - P. 2821 - 2829.

10. Segal, N. Psychobiological and evolutionary perspective on coping and health characteristics following loss: A twin study / N. Segal, S. Blozis // Twin Research. - 2002. - № 5

- P. 175 - 187.

11. Verny, T. The Secret Life of the Unborn Child / T. Verny. - Simon & Schuster, 1981.

12. Woodward, J. The lone twin. Understanding twin bereavement and loss. Free assotiation books limited / J. Woodward. - 2010.

УДК 159.95

С.В. Забегалина

ИЗМЕНЕНИЕ ПРОГНОСТИЧЕСКОГО МЫШЛЕНИЯ В ХОДЕ ОБУЧЕНИЯ В ВУЗЕ

В статье рассматриваются некоторые особенности прогностического мышления: его основные качества, показатели, используемые операции обработки информации и т.д. А также анализируется роль волевых усилий и эмоций при прогнозировании, определяются методы исследования и факторы прогностического мышления.