Европейские Конвенции по вопросам семейного права: взгляд из Казахстана

Сарсембаев Марат Алдангорович,

главный научный сотрудник отдела международного законодательства и сравнительного правововедения Института законодательства РК, доктор юридических наук, профессор

ЕВРОПЕЙСКИЕ КОНВЕНЦИИ ПО ВОПРОСАМ СЕМЕЙНОГО ПРАВА: ВЗГЛЯД ИЗ КАЗАХСТАНА

По линии Совета Европы принят ряд конвенций, которые регулируют вопросы семейных правоотношений в рамках преимущественно европейского континента, к которым можно отнести Европейскую конвенцию об усыновлении детей от 24 апреля 1967 года, Конвенцию о международном порядке взыскания алиментов на детей и других форм содержания семьи от 23 ноября 2007 года, Протокол о праве, применимом к алиментным обязательствам, от 23 ноября 2007 года. Мы бы хотели дать правовую характеристику этим региональным европейским международно-правовым документам и представить свои предложения по улучшению их содержания. Кроме того, нам бы хотелось увидеть, как смотрятся нормы казахстанского семейного права на фоне норм европейского семейного права, а также, насколько можно усовершенствовать некоторые нормы казахстанского семейного права в этой связи.

Европейская конвенция об усыновлении детей от 24 апреля 1967 года состоит из 28-ми статей. Автор данной статьи полагает, что замеченные им недостатки Конвенции позволили бы Республике Казахстан поставить вопрос об усовершенствовании текста данной Конвенции после произведенной Казахстаном ратификации.

В преамбуле данной Конвенции записано: «Подписавшие настоящую Конвенцию Государства - члены Совета Европы,... считая, что хотя институт усыновления детей и существует во всех государствах - членах Совета Европы, однако в них имеются различные взгляды на принципы, процедуру и правовые последствия усыновления, и .договорились о следующем:». По мнению автора этих строк, необходимо грамматически и юридически отредактировать текст преамбулы данной Конвенции, поскольку

текст положения с точки зрения построения предложений в русском языке достаточно громоздкий. Более упрощенный и понятный текст преамбулы Конвенции мог бы выглядеть так: «Подписавшие настоящую Конвенцию Государства - члены Совета Европы,... исходя из наличия различных принципов, процедур и правовых последствий усыновления в институте усыновления (удочерения ) детей во всех государствах-членах Совета Европы, . договорились о следующем:».

В анализируемой Конвенции нет специальной статьи, в которой можно было бы сконцентрировать встречающиеся в тексте самой Конвенции термины, дать им определения с тем, чтобы у всех исполнителей данного международно-правового документа было примерно одинаковое понимание терминов и через них единообразное понимание всего текста данной Конвенции. В такой статье целесообразно было бы собрать следующие термины: «усыновление», «акцептование согласия матери на усыновление ее ребенка», «компетентное учреждение», «l'obligation d'entretenir», «l'obligation alimentaire», «легитимный ребенок», «идентичность усыновляющего лица», «записи регистра актов гражданского состояния» с приведением определения по каждому приведенному термину.

В пункте 1 статьи 7 анализируемой Конвенции сказано, что «ребенка разрешается усыновлять лишь в том случае, если усыновляющее лицо достигло минимального возраста, установленного для этой цели, этот возраст не может быть менее 21 года и более 35 лет». В данной статье нет положения о том, какая должна быть разница в возрасте усыновителя и возрасте усыновляемого ребенка. Усыновитель не может быть ровесником усыновляемого. Разница в возрасте должна быть, по мнению автора этих

строк, не менее 20 лет и не более 35 лет. Эти строки должны быть зафиксированы в статьи 7 Конвенции.

Статья 12 в пункте 1 устанавливает, что «законом не должно ограничиваться число детей, которых усыновляющее лицо может усыновить». Содержание данной статьи не совсем логично, поскольку если потенциальный усыновитель может захотеть усыновить 50, 100, 1000 и более детей, вряд ли он сможет обеспечить каждому ребенку нормальные условия жизни. В этой ситуации даже материальные условия менее важны: для усыновляемого ребенка важно всегда ощущать человеческую близость пусть и приемных мамы и папы. Допустим, миллиардеры и миллионеры могут позволить себе усыновить большое количество детей, но даже у них есть свой предел. А эта статья рассчитана практически на всех граждан. В этой связи, по мнению автора данной научной статьи, целесообразно редактировать данную статью в следующем ключе: «1. Усыновляющее лицо может усыновить то число детей, которое находится в рамках его возможностей по обеспечению для каждого ребенка материально-стабильной и духовно-гармоничной жизненной среды».

Статья 18 этой Конвенции гласит о том, что «государственные учреждения и органы местного самоуправления гарантируют надлежащую деятельность тех публичных или частных организаций, в которые лица, желающие усыновить ребенка или содействовать в усыновлении ребенка, могли бы обратиться за помощью и советом». Приведенные положения данной статьи таковы, что не могут четко раскрыть ее содержание. Мы полагаем, что слова «гарантируют», «содействовать в усыновлении ребенка» несколько искажают смысл. Поэтому мы предлагаем свое прочтение данной статьи: «Государственные учреждения и органы местного самоуправления обеспечивают надлежащую деятельность тех публичных или частных организаций, в которые лица, желающие усыновить ребенка или получить содействие в усыновлении ребенка, могли бы обратиться за помощью и советом».

Для усыновления по общему правилу необходимо согласие законных представителей. В общем виде это можно отразить в тексте рассматриваемой Конвенции. В отдельной статье или пункте статьи можно записать следующее: «Усыновление ребенка возможно только с согласия его родителей, если они не

лишены родительских прав. Если нет законных представителей у несовершеннолетних родителей или если ребенок оставлен несовершеннолетними родителями в медицинском учреждении при рождении и его судьбой никто не интересуется в течение установленного законом срока, должно быть дано согласие органа опеки или попечительства».

В тексте Конвенции надо бы урегулировать или урегулировать более подробно вопросы фамилии, имени, отчества усыновляемого, не только тайного, но и открытого усыновления, сохранения права усыновленного ребенка на получение пособия, последствия отмены усыновления ребенка. В виде отдельных пунктов или статей желательно сформулировать вопросы фамилии, имени, отчества усыновляемого, не только тайного, но и открытого усыновления, сохранения права усыновленного ребенка на получение пособия, последствия отмены усыновления ребенка.

В пункте 4 статьи 5 анализируемой Европейской конвенции сказано: «Согласие матери на усыновление ее ребенка запрещается акцептовать, если оно не дано в установленный законом срок после рождения ребенка, который составляет не менее шести недель, или, если такой срок не установлен, в такой период, во время которого, по заключению компетентного учреждения, она смогла достаточно прийти в себя от последствий рождения ребенка». В Кодексе Республики Казахстан о браке (супружестве) и семье от 26 декабря 2011 года вообще отсутствует запрет такого акцепта. По нашему мнению, положение (норма) «согласие матери на усыновление ее ребенка не должно быть принято во внимание, если оно не дано в установленный законом срок после рождения ребенка, который составляет не менее шести недель, или, если такой срок не установлен, в такой период, во время которого, по заключению компетентного учреждения, она смогла достаточно прийти в себя от последствий рождения ребенка» может быть включено в пункт 1 статьи 93 Кодекса Республики Казахстан о браке (супружестве) и семье.

Пункт 2 статьи 6 Конвенции гласит: «Закон не должен разрешать повторное усыновление ребенка, за исключением одного или нескольких из следующих случаев: a) если ребенка усыновляет супруг усыновляющего лица; Ь) если усыновившее ранее лицо умерло; ^ если предыдущее усыновление признано недействительным; d) если предыдущее

усыновление прекратилось». Понятие повторного усыновления в Кодексе Республики Казахстан о браке (супружестве) и семье отсутствует. В статье 85 Кодекса Республики Казахстан о браке (супружестве) и семье это положение могло бы найти свое место в следующей формулировке: «Закон может разрешать в порядке исключения повторное усыновление в следующих случаях: а) если усыновившее ранее лицо умерло; б) если предыдущее усыновление признано недействительным; в) если предыдущее усыновление прекратилось».

В статье 7 Конвенции говорится, что «ребенка разрешается усыновлять лишь в том случае, если усыновляющее лицо достигло минимального возраста, установленного для этой цели, этот возраст не может быть менее 21 года и более 35 лет». В семейном законодательстве Республики Казахстан не указаны рамки возраста, в пределах которого лицо может усыновлять ребенка. В статью 92 Кодекса о браке (супружестве) и семье желательно внести уточнение о том, что возраст для усыновителя устанавливается от 21 года до 45 лет.

Изучая преамбулу Конвенции о международном порядке взыскания алиментов на детей и других форм содержания семьи от 23 ноября 2007 года, в частности, к 9-й абзац, хотелось бы обратить внимание на следующие строки: «государства-участники принимают все необходимые меры, включая заключение международных договоров, для обеспечения взыскания содержания на ребенка родителем (-лями) или другими ответственными лицами, в частности, когда такие лица проживают в государстве отличном от государства проживания ребенка,». В тексте абзаца 9 Преамбулы Конвенции нет уточнения понятия «другими ответственными лицами». Здесь необходимо руководствоваться статьей 3 Конвенции ООН о правах ребенка, которая уточняет это понятие: «родители, опекуны или другие лица, несущие за него ответственность по закону». Автор считает, что в текст преамбулы (абзац 9) необходимо ввести дополнительную, уточняющую фразу (она показана курсивом): «...для обеспечения взыскания содержания на ребенка родителем (-лями) или другими ответственными лицами по внутреннему закону государства, в частности, когда такие лица проживают в государстве отличном от государства проживания ребенка,».

Статья 2 Конвенции утверждает: «Настоящая Конвенция применяется: а) к алиментным обязательствам, возникающим из отношений

по линии родитель - ребенок в возрасте до 21 года;». В данном случае надо учитывать то, что алименты взыскиваются на содержание несовершеннолетних детей и нетрудоспособных и недееспособных детей (уязвимых лиц): в последнем случае алименты взыскиваются пожизненно, поэтому устанавливать возраст не целесообразно. Нежелательно возраст ребенка указывать еще и потому, что возраст совершеннолетия в разных странах указывается разный. Мы считаем, что пункт «а» статьи 2 мог бы выглядеть так: «Настоящая Конвенция применяется: а) к алиментным обязательствам, возникающим из отношений по линии родитель - несовершеннолетний ребенок, нетрудоспособный и недееспособный ребенок».

В пункте 2 статьи 2 Конвенции говорится: «2. Любое Договаривающееся государство может, в соответствии со статьей 62, оставить за собой право ограничить сферу применения Конвенции в соответствии с подпунктом «а» к лицам, не достигшим возраста 18 лет. Договаривающееся государство, сделавшее такую оговорку, не имеет право требовать применение Конвенции к лицам, возраст которых исключен указанной оговоркой». Данная норма конвенции лишает детей получать содержание нетрудоспособным детям в период учебы в высшем учебном заведения или инвалидам с детства или получившие инвалидность по состоянию здоровья. Предлагаем пункт 2 статьи 2 Конвенции исключить полностью.

Статья 3 Конвенции, посвященная «Основным понятиям», состоит из определений 8-ми терминов. В данной статье очень мало терминов и, соответственно, мало их определений. Даны определения всего восьми терминам, хотя сама Конвенция состоит из 65 статей, в которых достаточно много терминов, нуждающихся в определениях. В разных государствах, которые являются участниками данной Конвенции, могут быть свои представления об основных понятиях, связанных с алиментными обязательствами. Автор предлагает привести по возможности побольше терминов с определениями с тем, чтобы государства-участники единообразно понимали приводимые термины с определениями, а через них всю Конвенцию в целом. Поэтому автор предлагает дополнить данную статью определениями следующих терминов, которые встречаются в тексте данной Конвенции: алименты; содержание семьи; центральный орган; предварительные обеспечительные меры территориального характера; специальные

меры; основания, на которых базируются заявления; декларация; административные органы; альтернативная процедура подачи заявления; mutatis mutandis; предварительный и подтверждающий приказ; неунифицированные правовые системы; региональная организация экономической интеграции.

Пункт 7 статьи 24 посвящен статусу «компетентного органа»: «Компетентный орган своевременно принимает решения в отношении признания и исполнения, включая любые апелляции». Необходимо установить конкретные сроки принятия решения в отношении признания и исполнения, включая любые апелляции. Мы считаем, что пункт 7 статьи 24 надо бы написать в следующей редакции: «Компетентный орган с момента регистрации документов в течение двухмесячного срока принимает решения в отношении признания и исполнения, включая любые апелляции».

Статья 32 Конвенции своим пунктом 2 указывает, что «исполнение должно быть своевременным». Сроки исполнения решений о взыскании алиментов необходимо брать в определенные временные рамки. Автор предлагает пункт 2 статьи 32 написать в следующей редакции: «Исполнение должно быть обеспечено в течение 2-х месяцев», например.

Статья 34 Конвенции раскрывают меры по исполнению решений, которые могут в себя включать: «а) удержание заработной платы; b) наложение ареста на банковские счета и прочие источники доходов; с) вычеты из выплат социального страхования; d) залог или принудительная продажа имущества; e) удержание возмещаемых налогов; f) удержание или наложение ареста на пенсионные выплаты;

g) передача информации в службу по кредитам;

h) отказ в выдаче, приостановка действия или лишение разных лицензий (например, водительских прав); применение медиации, примирительной процедуры или подобных процессов с целью достижения добровольного исполнения». Исполнение решений о взыскании алиментов производится на все доходы ответчика, за исключением тех доходов, которые обозначены национальным законодательством государства. Когда ответчик уклоняется от уплаты алиментов на содержание ребенка, образовывается задолженность по ним. В этом случае применяются специальные меры в целях исполнения решения: к примеру, производится арест на доходы ответчика. Есть также меры, которые предлагает Конвенция в подпунктах «g»,

<Л» пункта 2 статьи 34: они носят специальный характер, не связанный с финансами. Автор предлагает пункт 2 статьи 34 разделить на 2 подпункта: в 1- м подпункте установить удержание алиментов из всех источников доходов ответчика; в подпункте 2 указать принудительные меры по удержанию алиментов с применением санкций, в том числе ареста на имущество и расчетные счета должника. Желательно подпункты <^», <Л» пункта 2 статьи 34 вывести из пункта 2 и образовать из них пункт 3 с подпунктами «а» и «Ь»: «а) передача информации в службу по кредитам; Ь) отказ в выдаче, приостановка действия или лишение разных лицензий (например, водительских прав)».

В рассматриваемой Конвенции отсутствуют пункты 2,3,4 статьи 20 и тексты статьей 21,22,23. Нам непонятно, почему в тексте Конвенции отсутствуют ряд пунктов и ряд статей. Необходимо отсутствующие пункты и статьи привести в тексте данной Конвенции, либо номера пунктов и статей исправить в порядковой последовательности.

Статья 3 Конвенции о международном порядке взыскания алиментов на детей и других форм содержания семьи от 23 ноября 2007 года раскрывает «основные понятия» терминов. Кодекс Республики Казахстан о браке (супружестве) и семье от 26 декабря 2011 года в статье 1 содержит свои термины под таким названием «Основные понятия, используемые в настоящем Кодексе». В данной статье приведены 36 терминов с определениями, но среди них отсутствуют термины: «кредитор», «должник», «уязвимое лицо» с соответствующими определениями. Автор предлагает статью 1 Кодекса Республики Казахстан о браке (супружестве) и семье дополнить терминами с соответствующими определениями: «кредитор» - означает физическое лицо, которому выплачивается содержание или предполагается, что содержание должно выплачиваться; «должник» означает физическое лицо, которое должно выплачивать или предполагается, что должно выплачивать содержание; «уязвимое лицо» означает лицо, которое по причине инвалидности или состояния здоровья не может самостоятельно себя обеспечивать».

Статья 34 Конвенции содержит в себе меры по исполнению решений: «1. Договаривающиеся государства предусматривают во внутреннем праве эффективные меры по исполнению решений, предусмотренных данной Конвенцией.

2. Эти меры могут включать: а) удержание заработной платы; Ь) наложение ареста на банковские счета и прочие источники доходов; с) вычеты из выплат социального страхования; d) залог или принудительная продажа имущества; е) удержание возмещаемых налогов; £) удержание или наложение ареста на пенсионные выплаты;». Правительство Республики Казахстан своим Постановлением от 15 июля 2002 года № 776 установило практически исчерпывающий перечень видов заработка и (или) иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей (с изменениями и дополнениями по состоянию на 1 сентября 2010 года). Данный перечень должен быть закреплен законом (кодексом), а не подзаконным актом. В данный перечень могли бы войти пункты об источниках доходов как из статьи 34 Конвенции, так и из правительственного постановления № 776. В Кодекс Республики Казахстан о браке (супружестве) и семье можно ввести отдельную, дополнительную статью под условным номером 175-а, которую можно назвать: «Меры по исполнению решений об алиментах». В ней можно записать, что удержание алиментов на содержание несовершеннолетних, нетрудоспособных детей производится со всех видов заработной платы и доходов: с заработной платы; со всех видов доплат и надбавок; с премий; с заработной платы, сохраняемой за время отпуска, а также с денежной компенсации за неиспользованный отпуск, в случае соединения отпусков за несколько лет; с комиссионного вознаграждения и всех других источников доходов, указанных в 6-ти пунктах статьи 34 Конвенции и в правительственном постановлении № 776.

Протокол о праве, применимом к алиментным обязательствам, заключенный 23 ноября 2007 года, является международно-правовым документом, оказывающим содействие Конвенции о международном порядке взыскания алиментов на детей и других форм содержания семьи от 23 ноября 2007 года в ее реализации. Изученный нами Протокол о праве, применимом к алиментным обязательствам, состоит из 30 статей. Мы считаем, что данный Протокол может быть усовершенствованным по инициативе Казахстана при рассмотрении всеми государствами-участниками вопросов улучшения текста данного Протокола.

Преамбула Протокола 3-м абзацем вводит следующее вводное начало: «Государства, подписавшие настоящий Протокол, желая

установить общие условия в отношении права, применимого к алиментным обязательствам, желая усовершенствовать Гаагскую конвенцию от 24 октября 1956 года о праве применимом к алиментным обязательствам в отношении детей и Гаагскую конвенцию от 2 октября 1973 года о праве применимом к алиментным обязательствам,..решили заключить с этой целью Протокол и договорились о следующих положениях - ». В тексте абзаца 3 преамбулы Протокола говорится о необходимости совершенствования «Гаагской конвенции от 24 октября 1956 года о праве применимом к алиментным обязательствам в отношении детей и Гаагской конвенции от 2 октября 1973 года о праве, применимом к алиментным обязательствам». Вместе с тем, в статье 18 этого же Протокола говорится, что «настоящий Протокол заменяет между Договаривающимися государствами Гаагскую конвенцию от 24 октября 1956 года о праве, применимом к алиментным обязательствам в отношении детей». Налицо, по мнению автора, противоречие. В этой связи надо определиться: есть ли стремление с помощью Протокола усовершенствовать Гаагскую конвенцию от 24 октября 1956 года о праве, применимом к алиментным обязательствам в отношении детей или данным Протоколом надо заменить эту Гаагскую конвенцию. Мы считаем, что государства-участники данного Протокола в процессе улучшения текста Протокола могли бы устранить противоречие между абзацем 3 преамбулы и статьей 18 Протокола.

Статья 4 Протокола раскрывает случаи применения алиментных обязательств: «Следующие положения применяются в случае алиментных обязательств - а)родителей в отношении их детей; лиц, кроме родителей, Ь)в отношении лиц, которые не достигли возраста 21 года,». В данном случае надо иметь в виду право, применимое к алиментам, которые взыскиваются на содержание несовершеннолетних детей и нетрудоспособных и недееспособных детей (уязвимых лиц): в последнем случае алименты взыскиваются пожизненно, поэтому устанавливать возраст не целесообразно. Нежелательно возраст ребенка указывать еще и потому, что возраст совершеннолетия в разных странах указывается разный. Мы полагаем, что статья 4 Конвенции могла бы выглядеть так: «Следующие положения применяются в случае алиментных обязательств - а) возникающим из отношений по линии родитель - несовершеннолетний ребенок,

нетрудоспособный и недееспособный ребенок».

В данном Протоколе нет нормы и статьи, которая говорила бы о применимом праве в отношении содержания нетрудоспособных детей в период учебы в высшем учебном заведении или инвалидов с детства, или получивших инвалидность по состоянию здоровья. Предлагаем эту норму в порядке дополнения включить в статью 8 Протокола и в свете данного предложения конкретизировать пункт 3 статьи 8 Протокола.

Отсутствует отдельная статья в Протоколе, которая была бы посвящена малоупотребительным, понимаемым сторонами не одинаково терминам и их определениям. Протокол состоит из трех десятков статей, в которых немало терминов, нуждающихся в определениях. В разных государствах, которые являются участниками данной Конвенции, могут быть свои представления об основных понятиях, связанных с алиментными обязательствами. Поэтому мы предлагаем привести по возможности побольше терминов с определениями с тем, чтобы государства-участники единообразно понимали приводимые термины с определениями, а через них весь Протокол в целом. В этой связи мы предлагаем разработать отдельную статью с терминами, с определениями нижеследующих терминов, которые встречаются в тексте данного Протокола: алименты; алиментные обязательства; применимое право; содержание семьи; семейные отношения; inter alia; закон суда, отношения родитель-ребенок; гражданство стороны; особое производство; индексация; коллизионные нормы; публичный порядок суда; территориальная единица; декларация; неунифицированные правовые системы; региональная организация экономической интеграции; собрания правовых норм.

В тексте Протокола нет ни одной статьи, которая говорила бы о компетентных органах договаривающихся сторон, об организационно-правовом механизме реализации данного Протокола и соответствующих конвенций. Мы считаем, что нужна отдельная статья в Протоколе, которая содержала в себе наименования компетентных органов сторон Протокола, а также организационно-правовой механизм осуществления анализируемого нами Протокола.

Статья 9 Протокола заменяет одно понятие другим и это видно в самом заглавии этой статьи: «Постоянное место жительства» вместо «гражданства». Государство, которое

имеет понятие «постоянное место жительства» как соединяющий фактор в семейных делах, может сообщить Постоянному бюро Гаагской конференции по международному частному праву, что для дел, которые возникают перед их органами, слово «гражданство» в статьях 4 и 6 заменено «постоянным местом жительства», как определено в том государстве». Текст статьи 9 Протокола получился несколько сложным. Мы полагаем, что название данной статьи должно быть сформулировано несколько иначе: «Постоянное место жительства» приравнивается к «гражданству». В этой связи мы считаем целесообразным статью 9 Протокола сформулировать в следующем виде: «Государства-участники Протокола признают, что понятия «постоянное место жительства» и «гражданство» применительно к статьям данного Протокола приравниваются друг к другу».

В статье 18 Протокола заложены следующие положения: «Настоящий Протокол заменяет между Договаривающимися государствами Гаагскую конвенцию о праве, применимом к алиментным обязательствам, от 2 октября 1973 года и Гаагскую конвенцию о праве, применимом к алиментным обязательствам в отношении детей, от 24 октября 1956 года». Нам понятно, почему в статье 18 записано, что анализируемый Протокол заменяет Гаагскую конвенцию о праве, применимом к алиментным обязательствам от 2 октября 1973 года, поскольку название данного Протокола и приведенной Гаагской конвенции абсолютно идентичны. Но тогда нам непонятно, почему в преамбуле Протокола говорится о желании государств-подписантов Протокола «усовершенствовать Гаагскую конвенцию от 2 октября 1973 года о праве, применимом к алиментным обязательствам». Как нам кажется, статья 18 более адекватно формулирует ситуацию по отношению к Гаагской конвенции от 2 октября 1973 года о праве, применимом к алиментным обязательствам - о необходимости замены его настоящим Протоколом. При таком подходе абзац 3 преамбулы Протокола можно исключить.

Европейское семейное право содержательно и интересно. Думается, есть смысл изучить более основательно не только проанализированные выше положения, но и те положения данного права, которые регулируют семейные отношения, связанные с движимым и недвижимым имуществом, с банковскими счетами, солидными сбережениями и накоплениями.

Список литературы

1. The Values of the European Union Legal Order. - In: European Journal of Law Reform. - Basel University. - 2014. - Issue 1.

2. Соглашение нового поколения (о переговорах по новому Соглашению о расширенном партнерстве и сотрудниче стве между Казахстаном и Европейским союзом). - В газете: Казахстанская правда. - Астана (Казахстан). - 2014. - 16 сентября.

3. Кодекс Республики Казахстан о браке (супружестве) и семье от 26 декабря 2011 года. - http:// adilet.zan.kz/rus/search/docs/fulltext.

4. D. Martiny. Aspects de droit international privé du régime matrimonial optionnel franco-allemand (1). - In: Revue critique de droit international privé. - 2013-4. - Pp. 843-859.

5. V. Lipp. Grundlagen des nachehelichen Unterhalts in europäischer Perspektive. - In: Familie-RechtEthik: Festschrift für Gerd Brudermüller zum 65. - München. - 2014. - Pp. 441 - 450.

6. Шимырбаева Г.Семейная сага в национальном интерьере. - В газете: Казахстанская правда. -Астана (Казахстан). - 2015. - 6 февраля. - Стр.31.

Бул мащалада автор отбасы щущыщтарыныц кейбгр мэселелерт еуропалъщ конвенциялар арщылы талдай отырып, осы конвенциялардагы нормалар мазмунын жетыд1ру мащсатында вз усыныстарын тужырымдайды, еуропалыщ отбасы щущыгы мен щазащстандыщ отбасы щущыгыныц ущсас нормаларына салыстырмалы талдау ЖYргiзедi.

Ty^h свздер: отбасы, асырап алу, алименттж мтдеттемелер, сот зацы, бала, конвенция, кодекс, зац.

В этой статье автор анализирует тексты ряда европейских конвенций по некоторым вопросам семейного права, формулирует свои предложения по усовершенствованию содержания норм этих конвенций, проводит сравнительный анализ норм европейского семейного права и аналогичных норм казахстанского семейного права.

Ключевые слова: семья, усыновление, алиментные обязательства, закон суда, ребенок, конвенция, кодекс, закон.

In this article the author analyzes the texts of a number of European conventions on certain matters offamily law, formulates his proposals to improve the content of the rules of the conventions, conducts a comparative analysis of the norms of the European family law and related standards of the Kazakh family law.

Keywords: family, adoption, alimony obligations, the law of the court, the child, convention, code, law.

Марат Алдо^ар^лы Сэрсембаев,

КР Зацнама институты хальщаральщ зацнама жэне салыстырмалы ^¥^ыщтану бeлiмшщ бас гылыми ^ызметкер^ з.г.д., профессор

Отбасылык к^кык свдактары бойынша Еуропалык конвенциялар: ^азакстаннан кезкарас

Сарсембаев Марат Алдангорович,

главный научный сотрудник отдела международного законодательства и сравнительного правоведения Института законодательства РК, д.ю.н., профессор

Европейские конвенции по вопросам семейного права: взгляд из Казахстана

Sarsembayev Marat Aldangorovich,

^ief research fellow of Department of the international legislation and comparative law of the Institute of legislation of the Republic of Kazakhstan, d.j.s., professor

European Conventions on family law issues: a view from Kazakhstan