Начальное образование в казачьей среде дореволюционного периода на Кубани

УДК 37

DOI: 10.17748/2075-9908-2017-9-1/1-130-134

ГОРБУНОВА Юлия Михайловна Кубанский государственный университет г. Краснодар, Россия

popova_ulka@mail.ru

НАЧАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ В КАЗАЧЬЕЙ СРЕДЕ ДОРЕВОЛЮЦИОННОГО ПЕРИОДА НА КУБАНИ

Статья посвящена вопросам начального образования в Кубанском казачьем войске и их современному звучанию. Какие проблемы сопровождали учащихся и учителей? Кому было доступно образование? Какие сословия обучались? Какие требования предъявляли молодым казакам для выхода на военную службу? Каковы условия, в которых проходило обучение, и как сегодня обстоят эти вопросы? Как обстояло дело с программным обеспечением? Какие предметы изучались и освещались учителями того времени? Какова продолжительность учебного года и появление дополнительных платных услуг в школе? Перекликаются ли проблемы прошлого и настоящего? С какими вопросами не сталкивается сегодняшнее начальное образование, а какие - актуальны и по сей день? В статье приводятся примеры из журналов того времени. Автор, опираясь на историческую литературу по проблематике исследования, показывает неизменность некоторых проблем в городской и сельской начальной школе. Озвучивается проблема работы с родителями, появление родительской общественности. Фиксируется труд учителя начальной школы: как часто приходилось пробивать стену безграмотности, доносить до общественности, в чем состоит необходимость обучения. В статье актуализируется труд учителя, который исторически всегда вызывал уважение как у простых людей, так и у высшего общества.

Ключевые слова: начальное образование, школа, казачье войско, родители, учащиеся, церковь, жалованье, Кубань, сельская школа, циркуляр, обучение.

Yuliya M. GORBUNOVA Kuban State University Krasnodar, Russia

po pova_u lka@mail.ru

PRIMARY EDUCATION IN COSSACK ENVIRONMENT OF PRE-REVOLUTIONARY

PERIOD ON KUBAN

Article is devoted to the appearance of primary education and the development of schools. What problems were accompanied by students and teachers? To whom education was accessible? What social groups were trained? What are the requirements for young Cossacks to enter the military service? What are the conditions in which the training took place, and how these issues are things today? How are you doing with the software? Which subjects were studied and covered by teachers of that time? What are the duration of the school year and the emergence of additional paid services in the schools? Echoes whether problems of the past and present? What matters today is not facing primary education, and what are relevant to the present day? The article gives examples of the magazines of the times. The author, based on the historical literature on the problems of research, shows the immutability of some of the problems in urban and rural primary schools. Announces the issue of working with parents and the emergence of the parent community. It fixes the work of primary school teachers: how often had to break through the wall of ignorance, to inform the public, what the need for training is. Article updated teacher's work, which historically has always respected of ordinary people and in high society.

Keywords: primary education, school, Cossack troops, parents, students, churches, salaries, Kuban, rural school, circular, training.

Анализируя научную литературу и изучая различные источники об истории Кубани, жизни и образовании Кубанского казачьего войска, автор обнаружил высказывание академика Д.С Лихачёва: «О каждом народе следует судить по тем нравственным вершинам и по тем идеалам, которыми он живет». Поэтому укрепить нравственное здоровье общества помогают различные общественные институты, в первую очередь, учреждения социальной сферы.

В России исторически сложилось 11 казачьих войск, которые размещались преимущественно в аграрных областях империи [1]. Все казачьи войска служили стратегическим целям и задачам во имя сохранения и развития российской государственности. Однако особое положение в этом деле занимало Кубанское казачье войско. Наиболее важную роль казачество играло ранее и продолжает играть сегодня в вопросах стабилизации регионального миграционного процесса.

Крайне актуален анализ социокультурных особенностей кубанских казаков. Так, при основании станицы или куреня кубанские казаки заботились о строительстве православного храма, который становился одновременно и религиозно-духовным, и общественно-культурным центром казачьей жизни. При храмах открывались и начальные школы - церковно-приходские училища [2]. Во многих станицах, селах, аулах они являлись единственными очагами культуры. У казаков особое внимание уделялось образованию. Школа представляла историческую традицию, «органическую потребность казачьей среды». Делами школы занималась войсковая администрация. Атаманы Ф.Я. Бурсак (в начале XIX в.), Ф.Н. Сумароков-Эльстон (в 60-х годах XIX в.), Н.Н. Кармалин (1873-1883 гг.) приложили немало сил к созданию и развитию сети учебных заведений [3].

Первое официальное учебное заведение в Екатеринодаре - городская школа - было открыто 1 августа 1803 г. хлопотами войскового атамана Ф.Я. Бурсака. Прототипом ее были ста-

рые запорожские куренные школы. Для обучения детей вместо духовных лиц были вызваны из Московского университета студент Иванченко и гимназист Поляков [4; 5; 6; 7; 8].

Образовательное строительство активно продолжалось на Кубани после 1806 г. Уже в 1810 г. на Кубани официально действовали 10 приходских школ и приходское училище, что превышало количество учебных заведений этого периода в большинстве центральных областей России.

Отмена крепостного права и развитие капитализма требовали увеличения количества грамотных людей в стране. Из-за нехватки школ почти три четверти детей школьного возраста были лишены возможности получить самое элементарное образование. Вне школы оставалась подавляющая часть иногороднего крестьянского населения. Образование было доступно для детей привилегированных сословий: дворян, священников, купцов, городской знати и казаков, в чьих семьях молодые казаки должны были, согласно существовавшим правилам, выходить на военную службу элементарно грамотными, то есть могли бы уметь читать и писать. В первую очередь новые школы открывались в крупных богатых казачьих станицах на средства войсковой казны и станичных обществ. И сами казаки твердо придерживались позиции: «Казачья школа - для казаков» [9].

Можно сделать вывод, что казачье сословие было уже тогда заинтересовано в грамотном подрастающем поколении, несмотря на то, что жизнь казаков проходила в основном на военном положении и в очень суровых условиях.

Анализ состояния станичных школ Кубанской области (1871-1873) представляется нам очень важным. Школы не были обеспечены постоянными и прочными средствами существования. Немногие школы получали содержание всецело из общественных средств. В большинстве случаев общества доставляли школам только помещение, прислугу и отопление. Жалованье учителю в большинстве станиц выплачивали родители детей, учившихся в школе, или в некоторых станицах родители, имеющие детей школьного возраста (8-13 лет).

Большая часть станичных школ помещалась в неудовлетворительных зданиях. Школьные дома по внешнему виду и внутреннему расположению ничем не отличались от обыкновенных обывательских хат: они были тесны, низки, темны. В большей части школ полы были земляные. Школьная мебель состояла из простых длинных кухонных столов, с приставными скамейками или из длинных неуклюжих парт. Во многих училищах не было классных досок, шкафов, стола и стула для учителя. Учебными пособиями и письменными принадлежностями школы снабжены были до крайности скудно. Почти у каждого ученика была особая книга для чтения; одинаковые книги встречались у немногих учеников [10].

Педагогическая активность в сельской школе сталкивается с проблемой материально-технического обеспечения и сегодня. Во многих сельских школах деревянные полы, школьная мебель, которая давно нуждается в замене. Увеличение количества учащихся в начальной школе выявляет нехватку кабинетов, электронные доски, которые в городских школах являются нормой, работают только в некоторых кабинетах. Разные программы в каждой школе, а иногда и параллели заставляют перестраиваться вновь прибывшего ученика. В каждом УМК есть печатные тетради, которыми школа не может обеспечить всех учащихся, и т.д.

В дореволюционный период школьные занятия не удовлетворяли самым скромным педагогическим требованиям. Ученики являлись в школу разновременно: один раньше, другие позже. Определенного порядка в преподавании тех или иных предметов не было установлено, предметы занятий определялись в зависимости от настроений учителя. В иных училищах почти все время проводили за чтением, в других - за письмом. Занятий общих почти не было - каждый читал или писал свое. Учитель же переходил от одного ученика к другому и показывал каждому уроки. Мерами к ускорению процесса восприятия сведений служили телесные наказания: оставление без обеда, стояние на коленях, вытягивание волос и ушей. К чести станичных обществ, наказание розгами не прививалось в кубанской школе. Остальные же виды телесных наказаний протеста в обществе не вызывали.

Учебный год в станичных школах продолжался не более шести месяцев - с ноября по апрель. Помимо незначительной продолжительности учебного года, большим тормозом успешности в школах служило неаккуратное посещение училища учениками. Причинами этой неаккуратности служили: во-первых, то обстоятельство, что родители, недостаточно сознавая пользу школы, часто оставляли детей дома для выполнения хозяйственных работ; во-вторых, альтер-

нативный взгляд родителей на обязательность посещения школы. Привыкнув к тому, что учитель занимается с каждым учеником отдельно, родители не могли понять, что, пропуская уроки, ученик вредит успехам и всего класса [10].

Сегодня проблема посещения детей не является массовой, однако отдельные учащиеся не присутствуют в классах, хотя необходимость контроля родителями за посещением и успеваемостью детей озвучивается на каждом родительском собрании.

В 1874 г. был издан циркуляр, который устанавливал своеобразный способ организации занятий грамотой с молодыми казаками. Учителям станичных школ было предложено следующее:

1. Обучение молодых казаков грамоте, то есть чтению, письму и, если возможно, счету, должно быть возложено на станичных учителей и учительниц, знакомых с делом начального обучения и способных поэтому в краткий срок, на какой можно рассчитывать при обучении казаков, с 1 ноября по 1 марта, при упрощенных способах обучения, достигнуть успеха.

2. Принимая во внимание, что станичные учителя и учительницы заняты своей обязанностью - обучением детей, на что они посвящают ежедневно по шесть часов, и что одновременное обучение взрослых с детьми по тесноте помещения, многолюдству учащихся и несоответствию возрастов не может быть допущено без существенного вреда для школьных занятий, необходимо устроить для молодых казаков в школьном здании особые вечерние классы, которые должны ежедневно продолжаться по два часа.

3. Так как учителя и учительницы, при устройстве вечерних классов, сверх своих прямых обязанностей, ежедневно довольно значительное время будут посвящать труду для них необязательному, то необходимо положить им за обучение молодых казаков особое вознаграждение от станичных обществ, в количестве 15 рублей за каждый месяц, всего 4 месяца 60 рублей или же по 2-3 рубля за каждого казака.

4. Для освещения вечерних классов необходимо выдавать в потребном количестве свечи и лампы, а также приобретать нужные книги и письменные принадлежности, как это сделали многие станицы [11].

Очень четко в данном циркуляре просматривается информация о платных образовательных услугах, так популярных сегодня в российских школах.

В 1905 г. при появлении родительских организаций их широко приветствовала прогрессивная общая и педагогическая пресса, видя в них осуществление участия общества в делах школы. Но в то же время пресса никогда не забывала, что родители в школе - это только часть общества, и очень скоро в печати стали освещаться и теневые стороны участия в жизни школы родителей, а не всего общества. Несомненно, участие родителей в жизни школы, где учатся их дети, и желательно, и необходимо: «Двери школы должны быть всегда широко открыты для родителей» [12].

Родители в школе - это вопрос, который постоянно волнует общественность; во многих школах родитель может встретиться с учителем либо по предварительной договоренности, либо у дверей школы или охраны.

На страницах общественно-педагогического журнала «Кубанская школа» (№ 9, 1916 г.) точны и справедливы вопросы и ответы на них В. Гальченко: «Кто первый своим медленным, трудным, иногда даже чересчур трудным путем вселил в среду казачества мысль о необходимости дальнейшего образования? Кто неустанным поощрением, неустанным примером и вразумлением заставил поверить в полезность образования и для жизни сельского хозяина, каковым является в большинстве все казачество на Кубани?» [13]. На эти вопросы, по нашему мнению, не может быть иного ответа: народный учитель начальной школы. Он работал не покладая рук, он преодолевал препятствиями, о которых новые учителя средних учебных заведений не имеют понятия. Эти препятствия заключались в самой природе той неграмотной среды, где народному учителю приходилось прокладывать путь мысли. Ведь учитель начальной школы каждый день несет свои знания детям и их родителям, помогает разрешать некоторые каждодневные проблемы между родителем и ребенком. И это было и будет всегда, в этом не отличается временное пространство прошлого и настоящего. Так, не может не радовать позитивный настрой сегодняшнего министра образования и науки РФ Ольги Васильевой: «Я поддерживала

и буду поддерживать новаторов-педагогов, но это не исключает обязанности преподавания базовых знаний. Часто родители рассказывают: переехали в другой город, и вдруг оказалось, что в новой школе ребенок отстал почти на четверть по какому-то предмету. Нужна единая программа. Необходимо, опираясь на традиции, с инновациями двигаться вперед» [14]. Болевые точки российского образования, по утверждению многих экспертов, напрямую соотносятся с проблемами гражданской идентичности [15; 16]. Соответственно, крайне важно в сегодняшней педагогической деятельности использовать лучшие образовательные практики, с которыми можно познакомиться, внимательно изучая историю образования и педагогической мысли.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Сидоров С.В. Основные этапы развития отечественных сельских школ [Электронный ресурс] // Сидоров С.В. Сайт педагога-исследователя. URL: http://si-sv.com/publ/16-1-0-33

2. История Кубани / Под ред. Касьянова В.В. - Краснодар, 2009. - С. 120-125.

3. Прошлое и настоящее Кубани в курсе Отечественной истории / Под ред. В.Н. Ратушняка. - Краснодар, 1994. - С. 220-227.

4. Штурба В.А., Штурба Е.В. Образовательное пространство Кубани: XIX-XX века. - Краснодар, 2008. - С. 34-60.

5. Штурба В.А. Образовательное пространство Кубани в конце ХХ века // Историческая и социально-образовательная мысль. - 2009. - № 1. - С. 19-25.

6. Штурба В.А. Образование как элемент окультуривания горских народов Кавказа на завершающем этапе Кавказской войны // Историческая и социально-образовательная мысль. - 2010. - № 3. - С. 5-10.

7. Штурба В.А., Васильев С.С. Развитие образования на Кубани в 1793-1863 гг. и влияние на него культурных традиций Запорожской Сечи // Историческая и социально-образовательная мысль. - 2011. - № 1-2. - С. 92-102.

8. Штурба В.А., Штурба Е.В. Развитие казачьего народного образования в Кубанской области во второй половине XIX в. // Историческая и социально-образовательная мысль. - 2011. - № 5. - С. 59-64.

9. Очерки истории Кубани с древнейших времен по 1920 г. / Под ред. В.Н. Ратушняка. - Краснодар, 1996. - С. 556567.

10. Хрестоматия по истории Кубани / Под ред. В.П. Малышева. - Краснодар. 1975. - С. 194-199.

11. Сборник основных итогов Всесоюзной переписи населения на 15 января 1959 года по Краснодарскому краю. - Краснодар, 1962.

12. Общественно-педагогический и профессиональный журнал. Кубанская школа. - 1917. - № 6-7-8.

13. Общественно-педагогический и профессиональный журнал. Кубанская школа. - 1916. - № 9.

14. Аргументы и факты. Кубань. - 2016. - № 46.

15. Халилов Т.А. Гражданство как социально-политическая практика: актуальные модели // Теория и практика общественного развития. - 2012. - № 12. - С. 398-401.

16. Халилов Т.А. Рецензия на книгу известного историка Н.Ф. Бугая о казаках юга России // Историческая и социально-образовательная мысль. - 2015. - Т. 7.- № 6-2. - С. 355.

REFERENCES

1. Sidorov S.V., Osnovnye jetapy razvitija otechestvennyh sel'skih shkol.Sidorov S.V. Sajt pedagoga-issledovatelja. [The main stages of development of domestic rural schools. Sidorov SV Site-researcher teacher]. Available at: http://si-sv.com/publ/16-1-0-33

2. History Kuban. Edit. by Kasyanov V.V., Krasnodar. 2009. pp. 120-125.

3. Past and the present course of Kuban in World History. Ed. V.N. Ratushnyak. Krasnodar, 1994, pp 220-227.

4. Shturba V.A., Shturba E.V., Obrazovatel'noe prostranstvo Kubani: XIX-XX veka. [Educational space Kuban: XIX-XX centuries]. Krasnodar. 2008, pp 34-60.

5. Shturba V.A. Educational space of Kuban at the end of XX century. Historical and social-educational ideas. 2009; (1):19-25. (In Russ.).

6. Shturba V.A. Education as a cultural element for mountain peoples of the Caucasus at the closing stage of the Caucasian War. Historical and Social-Educational Ideas. 2010; (3):5-10. (In Russ.).

7. Shturba V.A., Vasiliev S.S. Development of education on Kuban territory during the period of 1793 - 1863 and influence of cultural traditions of Zaporozhskaya Sech on it. Historical and social-educational ideas. 2011; (1-2): 92-102. (In Russ.).

8. Shturba V.A., Shturba E.V. Development of Cossack popular education in Kuban Region in the second half of the 19th century. Historical and social-educational ideas. 2011; (5): 59-64. (In Russ.).

9. Ocherki istorii Kubani s drevnejshih vremjon po 1920 g. [Essays Kuban history from ancient times to 1920]. ed. VN Ratushnyak. Krasnodar, 1996, pp 556-567

10. Hrestomatija po istorii Kubani. [Reader on the history of Kuban]. ed. Malyshev VP. Krasnodar, 1975 pp.194-199

11. Sbornik osnovnyh itogov Vsesojuznoj perepisi naselenija na 15 janvarja 1959 goda po Krasnodarskomu kraju. [Collection of the main results of the All-Union census of January 15, 1959 to the Krasnodar Territory]. Krasnodar 1962.

12. Socio-pedagogical and professional journal. Kuban School. 1917 number 6-7-8.

13. Socio-pedagogical and professional journal. Kuban School. 1916 number 9.

14. Arguments and Facts. Kuban. 2016. №46.

15. Khalilov T.A. Grazhdanstvo kak social'no-politicheskaja praktika: aktual'nye modeli. [Civism as social and political practice: current models]. Theory and practice of social development. 2012. № 12. Pp. 398-401. (In Russ).

16. Khalilov T.A. Recenzija na knigu izvestnogo istorika N.F. Bugaj o kazakah juga Rossii. [Review of the book of the famous historian N.F. Bugay about the Cossacks of South Russia]. Historical and social-educational ideas. 2015. Vol. 7. № 6-2. Pp. 355.

Информация об авторе

Горбунова Юлия Михайловна, аспирант, кафедра педагогики и психологии, Кубанский государственный университет, учитель начальных классов, МОАУ СОШ №6 (ст. Саратовская), методист, Центр развития образования (г. Горячий Ключ), г. Краснодар, Россия

Получена: 08.12.2016

Для цитирования статьи: Горбунова Ю.М., Начальное образование в казачьей среде дореволюционного периода на Кубани. Историческая и социально-образовательная мысль. 2017. Том. 9. № 1. Часть 1. с. 130-134. doi: 10.17748/2075-9908-2017-9-1/1-130-134.

Information about the author

Julia M. Gorbunova, Postgraduate Student, Department of Pedagogy and Psychology, Kuban State University, Primary School Teacher, School №6 (Saratovskaya Village), Methodologist, Center for Educational Development (Goryachiy Klyuch), Krasnodar, Russia

Received: 08.12.2016

For article citation: Gorbunova J. M., Primary education in cossack environment of pre-revolutionary period on Kuban. Istoricheskaya i sotsial'no-obrazovatelnaya mys'l = Historical and Social Educational Idea. 2017. Vol . 9. no. 1. Part. 1. Pp. 130-134.

doi: 10.17748/2075-9908-2017-9-1/1-130-134.