О ВОЗМОЖНОСТИ РЕАЛИЗАЦИИ БИОЭТИКИ ПРИ ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТАХ

DOI: 10.24412/2181-1385-2022-9-12

quq

О ВОЗМОЖНОСТИ РЕАЛИЗАЦИИ БИОЭТИКИ ПРИ ВООРУЖЕННЫХ

КОНФЛИКТАХ

Сложилось два подхода к решению вопроса о возможности реализации биоэтики при вооруженных конфликтах. Первый опирается на идеи милитаризма, политического реализма и концепцию справедливой войны и полагает, что действие принципов биоэтики во время войны должно быть ограничено. Второй исходит из идей пацифизма и настаивает на недопустимости размывания базовых принципов и ценностей биоэтики под давлением каких бы то ни было внешних обстоятельств. В области биоэтики инструментальные правила, касающиеся способов применения фундаментальных принципов, могут быть скорректированы, но сами принципы - нет.

Ключевые слова: биоэтика; концепция справедливой войны; пацифизм; этика вооруженных конфликтов.

Среди чрезвычайных ситуаций вооруженные конфликты занимают особое место, рассмотрение связанных с ними нравственных дилемм лежит на пересечении воинского этоса, этики ненасилия, биоэтики и этики прав человека. В результате сложилось два подхода к постановке и решению этих проблем. Один исходит из утверждения, что война имеет свои законы, влияние которых приостанавливает действие нравственных правил, принятых в мирное время. Другой считает, что достоинство и права человека как фундаментальные нравственные ценности должны уважаться при любых социальных обстоятельствах. Эта полемика восходит к фундаментальной этической проблеме нравственного оправдания насилия. Если одни авторы (как русский философ И.А. Ильин [4]) убеждены, что существуют государственные, национальные, общественные интересы, для защиты которых не только можно, но и должно пресекать зло силою, то множество других мыслителей (как российский академик А.А. Гусейнов [3]) полагают ненасилие критерием нравственности и утверждают, что насилием

Елена Валериевна Беляева

Белорусский государственный университет

АННОТАЦИЯ

невозможно достичь никакой этической цели.

May 12, 2022

TSDI & TMA | International Conference | 2022 Tashkent State Dental Institute

Google Scholar indexed Tashkent Medical Academy

Целью данного текста является сопоставление этих двух позиций применительно к биоэтике. Наиболее значительным исследованием по теме является книга М. Гросса «Биоэтика и вооруженный конфликт: моральные дилеммы медицины и войны» [7]. В ней автор рассматривает ситуации, при которых биоэтические принципы вступают в противоречие с военной необходимостью, которая объективно разрушает фундаментальное право на жизнь, право на медицинскую помощь, изменяет подходы к автономии пациента, информированному согласию, конфиденциальности и реализации принципа справедливости. Распределение ресурсов в условиях их нехватки и принципы сортировки раненых также отличают биоэтику военного времени от принятых международных стандартов биоэтики. В целом коллективные интересы полагаются приоритетными по сравнению с личным благополучием, и это считается неизбежным в реалиях вооружённого конфликта.

Со своей стороны Международный комитет Красного Креста, Всемирная медицинская ассоциация, Международный комитет военной медицины и другие авторитетные организации настаивают на том, что война не обладает столь высокой значимостью, чтобы этика была обязана с ней считаться. Напротив, «этические принципы оказания медицинской помощи не меняются во время вооруженных конфликтов и других чрезвычайных ситуаций и являются теми же этическими принципами оказания медицинской помощи, которые действуют в мирное время» [6]. Необходимо следовать принципу гуманности, при котором страдания людей следует предотвращать и облегчать где бы то ни было, и принципу беспристрастности, согласно которому медицинская помощь должна предоставляться без дискриминации.

Требование полного соблюдения биоэтики в условиях вооруженного конфликта осуществляется с пацифистской позиции, выражает этическое осуждение войны, рассматривает ее как феномен, неприемлемый с нравственной точки зрения.

Позиция же, согласно которой военная необходимость считается оправданной причиной для несоблюдения принципов биоэтики, опирается на идеи милитаризма, политического реализма и концепцию «справедливой войны»: если вооруженный конфликт имеет моральную цель, добрые намерения, осуществляется легальной властью и его выгоды превышают тяготы, то такая война является нравственно оправданной. Однако в конкретных дилеммах ситуация оборачивается: война не ищет морального одобрения, а сама становится

10

DOI: 10.24412/2181-1385-2022-9-12

quq

критерием морального выбора в тех или иных биоэтических ситуациях. Создается впечатление о выборе между мирными нравственными принципами и военными, но тоже нравственными, принципами.

Между тем такой подход может завести очень далеко. Некоторые аргументы М. Гросса вызывают настороженность, особенно те, которые допускают участие врачей в пытках на допросах. Пытки запрещены, как Всеобщей декларацией прав человека [2], так и международным гуманитарным правом [5], регулирующим права человека во время войны, являются предательством клятвы врача [8], не говоря уже о биоэтике, для которой благо живого существа является абсолютной ценностью [1]. Как общая формулировка прав человека, так и принципы биоэтики во многом сложились под впечатлением от Нюрнбергского процесса, на котором вскрылись чудовищные преступления нацистских врачей. Поэтому любые послабления в этой области, допущение отступления от нравственности в условиях военной необходимости ставят под вопрос права человека как достижение цивилизации и ценность жизни как принцип биоэтики. «Какие бы аргументы ни приводились, медицинские работники никогда не приемлют пытки или другие формы жестокого, бесчеловечного или унизительного обращения ни при каких обстоятельствах, в том числе во время вооруженного конфликта или иной чрезвычайной ситуации» [6].

Результатом сравнения двух подходов к возможности реализации принципов биоэтики в условиях вооружённых конфликтов становится вывод о недопустимости размывания базовых принципов и ценностей биоэтики под давлением каких бы то ни было внешних аргументов. Инструментальные правила в области биомедицины, касающиеся способов применения фундаментальных принципов, могут быть скорректированы, но сами принципы - нет.

REFERENCES

1. Всеобщая декларация о биоэтике и правах человека [Электронный ресурс]. -Режим доступа: https://www.un.org/ru/documents/decl conv/declarations/bioethics and hr.shtml. - Дата доступа: 06.04.2022.

2. Всеобщая декларация прав человека [Электронный ресурс]. - Режим доступа: https://www.un.org/ru/documents/decl conv/declarations/declhr.s

html. - Дата доступа: 06.04.2022.

May 12, 2022

DOI: 10.24412/2181-1385-2022-9-12

quq

3. Гусейнов, А. А. Насилие во благо? // Этика. - М.: Гардарики, 1997. - С. 443-

4. Ильин, А. А. О сопротивлении злу силою // Ильин И.А. Путь к очевидности. Москва, Республика, 1993. - С. 5 - 132.

5. Международно-правовая защита прав человека в вооруженных конфликтах / Организация объединенных наций. - Нью-Йорк, Женева, 2011. - 146 с.

6. Этические принципы оказания медицинской помощи во время вооруженных конфликтов и других чрезвычайных ситуаций [Электронный ресурс]. - Режим доступа: https://www.icrc.org/ru/document/obshchie-eticheskie-principy-okazaniya-medicinskoy-pomoshchi-vo-vremya-konfliktov-i-drugih. - Дата доступа: 31.03.2022.

7. Gross, M. L. Military Medical Ethics for the 21st Century. - N. Y.: Routledge, 2013. - 320 p.

8. Miles, S. H. Oath Betrayed: Torture, Medical Complicity, and the War on Terror. -N.Y., Random House, 2006. - 240 р.

460.

May 12, 2022