Соотношение традиций и новаторства в деятельности педагога-музыканта-хормейстера (на примере А. В. Свешникова и Б. Г. Тевлина)

СООТНОШЕНИЕ ТРАДИЦИЙ И НОВАТОРСТВА В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПЕДАГОГА-МУЗЫКАНТА-ХОРМЕЙСТЕРА

Б. Д. Критский,

Московский педагогический государственный университет

124

Аннотация. В статье исследуется художественно-исполнительская, организационно-творческая деятельность отечественных хоровых дирижёров, музыкантов-педагогов, общественных деятелей - Александра Васильевича Свешникова и Бориса Григорьевича Тевлина. Автор рассматривает творческий портрет каждого из них и подчёркивает значимость преемственности в вокально-хоровом исполнительстве; раскрывает проблемы формирования эстетики хорового звучания как отличительной черты традиций отечественной школы хорового пения, их развития на принципах светского исполнительства. Особое внимание уделяется раскрытию творческой индивидуальности каждого музыканта-педагога. Осмысление опыта прошлого в соотношении традиций и новаторства в деятельности хормейстера предъявляет новые требования к музыкально-образовательной подготовке молодых специалистов, к становлению их профессиональной компетентности.

Ключевые слова: традиции и новаторство, педагог-музыкант, хормейстер, вокально-хоровое исполнительство, культура и эстетика хорового звучания, творческая индивидуальность, художественно-творческое, музыкально-образовательное пространство, профессиональная компетентность.

Summary. In the article you can find the research of the artistic-performing, organizational-creative work of native choral conductors, musician-teachers, public figures - A. V. Svesh-nikov and B. G. Tevlin. The author examines the creative portrait of each of them and emphasizes the significance of succession in vocal-choral performance; it reveals the problems of aesthetics forming of choral sounding as distinguishing features of the native school traditions of choral singing, their development on the principles of secular execution. The conception of past experience in the ratio of traditions and innovation in the activity of the choirmaster produces new requirements to the musical- educational training for young specialists, on the formation of their professional competence.

Keywords: traditions and innovation, teacher-musician, choirmaster, vocal-choral performance (execution), culture and aesthetics of choral sounding, creative individuality, creative-artistic, musical-educational space, professional competence.

Развитие музыкального образования трудно себе представить вне изучения деятельности отечественных хоровых дирижёров. Эта профессия требует педагогического таланта, особых знаний, помноженных на музыкально-творческую активность. В данной статье хотелось бы остановиться на педагогической составляющей художественно-исполнительской, организационно-творческой деятельности двух отечественных хоровых дирижёров, музыкально-общественных деятелей - Александра Васильевича Свешникова и Бориса Григорьевича Тевлина. Её анализ позволяет глубже взглянуть на столь популярную сегодня проблему соотношения традиций и новаторства, рассмотреть, как в музыкально-педагогической практике этих выдающихся личностей переплетается прошлое и настоящее. Осмысление и преломление опыта старшего поколения предъявляет новые требования к музыкально-образовательным процессам.

Музыкант-педагог должен быть специалистом по созданию особой художественно-творческой, музыкально-образовательной среды не только непосредственно на музыкальных занятиях (это само собой разумеющееся явление), но и вне их - в образовательном учреждении, в районе, регионе и пр. Овладение профессиональной компетентностью в организации условий, необходимых для успешного функционирования, осуществления вокально-хоровой деятельности, -одна из важнейших музыкально-педагогических задач, к решению которой должен быть готов хоровой дирижёр, будущий учитель музыки.

Рискнём высказать предположение, что именно в этой области про-

фессиональной деятельности сегодня часто не хватает компетентности молодым специалистам, ведущим уроки музыки в общеобразовательной школе. Потому столь актуальным является ответ на вопрос, как его решали в своей музыкально-педагогической деятельности А. В. Свешников и Б. Г. Тевлин.

Для нескольких поколений отечественных хормейстеров-педагогов Свешников явился музыкантом, служившим образцом профессионализма. Борис Григорьевич Тевлин, как мне представляется, сознательно стремился выстраивать свою деятельность по мерке Свешникова и стал страстным пропагандистом хорового искусства, являя в своём лице эталон бесконечной преданности раз и навсегда выбранному жизненному пути хорового дирижёра, исполнителя, педагога, организатора и просветителя.

Процесс формирования этих двух музыкантов был различным. На профессиональное становление А. В. Свешникова оказало огромное влияние отечественное церковно-певческое искусство. Как хоровой дирижёр, педагог, исполнитель он сформировался под непосредственным воздействием этого искусства, идеалы которого пронёс через всю свою жизнь. Не надо забывать, что исполнительское и связанное с ним педагогическое творчество Свешникова разворачивалось в эпоху обновления «интонационного словаря» и вызванного ею «интонационного кризиса». Уходили в прошлое целые пласты музыкальной культуры, рождались новые течения в искусстве. Соответственно, трансформировалась и система художественных ценностей, менялись представления о том, какую роль хоровое искусство должно играть в общественной жиз-

125

126

ни, каким должно стать музыкальное образование и т. д.

Александр Васильевич своей исполнительской, организаторской, музыкально-педагогической деятельностью стремился дать ответ на поставленные временем проблемы. Принимая и утверждая официальную идеологическую доктрину, он одновременно сумел художественно противостоять ей. Мастер фактически одним из первых возобновил исполнение православной музыки, которая в его время могла петься только на «чужие» слова. Так, Хор мальчиков совместно с Госхором задолго до начала горбачёвской оттепели начал знакомить публику с исконно отечественной хоровой классикой, которая пелась на специально созданные слова. Таким образом, был разучен и впоследствии многократно исполнен шедевр русской хоровой музыки XVIII века - концерт М. Березовского «Не отверзи мене во время старости» на слова А. Машистова.

Секрет исполнительского мастерства Свешникова следует искать в той высочайшей культуре хорового пения, которой был верен мастер. Он исходил из тезиса, что хоровой дирижёр, прежде всего, «должен быть вокальным педагогом», и своей деятельностью доказывал непреложную истинность этого положения. Чтобы произведение было воспринято, прочувствовано, осмыслено слушателем, оно должно быть спето красивым, вокально-выразительным звуком. Выстраивание вокальной составляющей хорового звучания (звукового пространства) требовало значительного количества репетиционного времени. Александр Васильевич изыскивал его, отрабатывая со всей тщательностью и

скрупулёзностью качество звучания руководимого им коллектива.

«Вокальность» у Свешникова становилась важным структурным компонентом формы, выражением интонационно-образного содержания музыки. Культура звука мыслилась мастером как обусловленное интонационной природой музыки особое качество хоровой звучности, создаваемой «под внушением человеческого голоса» и управляемой дыханием. Воспитать, сформировать культуру звука -значит установить интонационные связи между исполняемыми произведениями и способами их освоения, ибо «без интонирования и вне интонирования музыки нет», - писал Б. В. Асафьев [1, с. 198].

Для Свешникова хоровой вокал -неотъемлемая часть так называемой исполнительской интонации. «Музыкальная интонация как частица мелодии подлежит в реальном исполнении музыки тому или иному "произнесению", то есть интонированию, отсюда понятие исполнительской интонации» [2, с. 24]. Исполнительская интонация Свешникова, выполняя коммуникативную функцию, оставалась на долгие годы непревзойдённым образцом. Произведение ещё только начинает развёртываться, а слушатель уже погружён в стихию музыки, покорённый интонационной выразительностью хорового звучания, захваченный его красотой.

Характеризуя эту особенность хоровой звучности, хочется вспомнить слова П. Г. Чеснокова: «Тихие, но широкие и полнозвучные аккорды, как волны, плавно катятся на нас; нас чарует ровная, полноценная звучность и удивительное слияние всех голосов... мы не слышим в этой объеди-

неннои звучности не только отдельных певцов, но и отдельных партий хора, все слилось и уравновесилось, чтобы образовать прекрасную звучность...» [3, с. 21].

Чесноков, собственно, говорит о коммуникативной стороне хоровой звучности, которая определяет и налаживает общение слушателя с музыкальным произведением и его исполнителями. У Свешникова эта музыкально-коммуникативная функция объединялась с художественно-экспрессивной, которая раскрывает положенные в основу выработки вокально-хоровой звучности ценностные установки и ориентиры дирижера. Этот процесс осуществляется путем использования специально разработанных мастером способов вокально-хоровой деятельности, которые в своем единстве образуют характерный (вокально-хоровой) код.

Добиваясь выразительности звучания хора, Свешников постоянно экспериментировал, отыскивая все новые и более совершенные способы вокально-хоровой деятельности. Экспрессия свешниковского вокала - результат переплавки множества существовавших и продолжающих существовать в культурной памяти образцов певческого звучания. Это, в сущности, широкий культурно-исторический контекст, непрекращающийся диалог с народным, церковно-певче-ским искусством, с классической и современной хоровой музыкой. Все эти течения были мудро отфильтрованы Мастером с учетом художественно-музыкальных ценностей, которыми он руководствовался.

Таким образом, у Свешникова само качество вокального звучания (вокальный код) несет слушателю зна-

чимую для него образно-интонационную информацию. Свешниковский вокал создает особое художественное пространство, в котором разворачивается исполняемое произведение. Это пространство многослойно, каждый его слой задает свой колорит, формирующийся согласно своим правилам. Свешников стремился каждое произведение петь своим звуком, то есть постоянно менял в соответствии с содержанием произведения общий колорит звучания. Достигая исключительно тонкой дифференциации вокально-хорового звучания, Мастер создавал специфическую, свойственную именно ему художественно-музыкальную исполнительскую среду с ярко выраженным отношением исполнителей к новой художественной реальности.

Тем самым Свешников фактически обогащал, а в отдельных случаях и заново создавал образно-смысловое пространство вокально-хорового исполнительского жанра в целом. Эта линия была продолжена Б. Г. Тевлиным.

Борис Григорьевич Тевлин, получив классическое музыкальное образование, явился представителем советской школы хоровых дирижеров. Она была сформирована совместными усилиями выдающихся педагогов-хорови-ков XX века, работавших в Московской консерватории: Н. Данилина, П. Чеснокова, А. Никольского и продолживших их дело Г. Дмитревского, В. Мухина, А. Свешникова, К. Птицы, В. Соколова, К. Лебедева и др.

Б. Г. Тевлин, пройдя полный курс «хоровых университетов», венцом которых была аспирантура у Свешникова, своей кипучей деятельностью быстро завоевывает признание хоровой общественности и вскоре, после ухо-

127

128

да из жизни плеяды блестящих хоровых дирижёров (А. В. Свешникова, В. Г. Соколова, К. Б. Птицы, К. М. Лебедева, В. Ф. Балашова, А. Б. Хазанова и др.), возглавляет хоровое движение, фактически становится одним из его лидеров.

Оставаясь на этом негласно занимаемом посту до конца своей жизни, Борис Григорьевич много сделал как для развития музыкального образования будущих хоровых дирижёров, так и для популяризации хорового исполнительского творчества, смело апробируя и внедряя в образовательную практику новые формы вокально-хоровой деятельности.

Вводимые Б. Г. Тевлиным инновации преследовали цель не только повышения профессионального уровня специалистов, но и активной пропаганды хорового искусства, создания особого культурно-социального контекста, в частности развития хорового движения среди учащейся молодёжи. Продолжая просветительские традиции Московской консерватории, Тевлин совместно с Кожевниковым становится во главе молодёжного любительского хора, организованного по инициативе профессора Василия Петровича Мухина. Этот коллектив, осуществляя музыкально-просветительскую, художественную функцию, развернул широкую музыкально-исполнительскую деятельность, не раз представляя отечественное хоровое искусство за рубежом. Помимо этого, молодёжный хор стал базой хормейстерской практики для многих студентов.

Для Тевлина (как и для Свешникова) хоровой класс традиционно являлся стержневой учебной дисциплиной профессиональной подготовки студен-

тов. Борис Григорьевич не только строго придерживался этого принципа, но и стремился всячески усилить роль хорового класса в системе высшего дирижёрско-хорового образования.

Будучи руководителем кафедры хорового дирижирования (1993-2007), а затем кафедры современного хорового исполнительства Московской консерватории, он внёс ряд важных изменений в содержание дирижёрско-хоро-вой подготовки студентов. Среди них -создание курсовых хоров, организация факультативных занятий по опер-но-симфоническому дирижированию, композиции, чтению симфонических партитур и др., приглашение на кафедру ведущих мастеров хорового дела -И. Г. Агафонникова, В. А. Калинина, Л. З. Конторовича, С. М. Лыкова и др.

Музыкально-организационные усилия Бориса Григорьевича постоянно были нацелены на обновление существовавшей в его время художественно-музыкальной среды путём расширения концертно-образователь-ной практики студентов. Организация Камерного хора Московской консерватории стала заметным шагом на пути совершенствования профессиональной подготовки будущих специалистов и популяризации хорового искусства. На фестивалях «Московская осень» впервые были исполнены многие сочинения современных композиторов: «Серенада» Р. Щедрина, «Покаяние», концерт-действо для хора В. Калистратова и др. Событием стала премьера хоровой оперы «Боярыня Морозова», специально написанной Р. Щедриным для Камерного хора Московской консерватории.

Большой общественный резонанс получили «Хоровые вечера Бориса Тевлина», проходившие в 2000-е годы

на сцене Большого зала консерватории, где были исполнены произведения С. Рахманинова, С. Танеева, В. Шебалина, С. Губайдуллиной, В. Кикты, Р. Щедрина, Р. Леденева и др. Среди исполненных произведений: «Клюевский триптих» А. Ледене-ва, Двенадцать хоров С. Танеева на стихи Я. Полонского, цикл «Шедевры зарубежной хоровой музыки», песни Великой Отечественной войны, обработки народных песен.

Борис Григорьевич Тевлин постоянно расширял границы воздействия хорового искусства. Он автор и организатор уникального проекта - мастер-класса «Национальный молодежный хор российских консерваторий». Его главной задачей стало изучение современного хорового репертуара, поиск адекватных ему приемов и способов работы с коллективом, что, в свою очередь, поставило в повестку дня злободневные вопросы, связанные с дальнейшим развитием теории и практики вузовского музыкального образования, педагогики вокально-хорового исполнительства.

Зенитом творческой биографии Б. Г. Тевлина явилось его назначение главным дирижером и художественным руководителем Госхора имени А. В. Свешникова. Став во главе этого коллектива, Борис Григорьевич стремился возродить его славу, искал и утверждал новые подходы в работе с первым хором России.

Раскованный, дружелюбный и одновременно непреклонный в выполнении поставленных задач и целей, взыскательный в общении с коллективом, он снискал заслуженное уважение публики и певцов. Тевлин своей требовательностью и педагогической корректностью умел мгновенно при-

вести в чувство чересчур активных в выражении своих мыслей и эмоциональных состояний участников хора. В общении с хором Борис Григорьевич стремился опираться на опыт Свешникова, которого ценил исключительно высоко, нередко цитировал его высказывания, широко использовал его методику вокально-хоровой работы.

Вместе с тем изменившаяся в стране социокультурная ситуация требовала иных подходов, привлечения на хоровые концерты новой волны заинтересованной публики. Необходимы были активные действия, направленные на развитие художественных вкусов, запросов, потребностей, эстетических ценностей слушательской аудитории. Борис Григорьевич вел целенаправленную работу по формированию такой аудитории, по расширению базы хорового искусства и, как представляется, вполне преуспел в этом.

Подвижнический труд Б. Г. Тевли-на был направлен не только на сохранение традиций, заложенных Свешниковым, но и на их развитие, что отвечало запросам слушательской аудитории. В основании этих запросов лежали интерес к хоровой музыке различного жанрово-стилевого направления, желание публики познакомиться с современным музыкальным искусством. Борису Григорьевичу необходимо было не только коренным образом перестроить репертуарную стратегию хора, но и пересмотреть саму педагогическую стилистику работы с коллективом.

Поэтому того образца вокально-хоровой звучности, к которому стремился и которого добивался Свешников, мы не найдем у Тевлина. Бориса Григорьевича можно причислить

129

130

к тем дирижёрам, для которых вокальное мастерство проявлялось, прежде всего, в стремлении к репертуарному универсализму в исполнительской деятельности.

В художественной стратегии Тев-лина значительное место отводится музыкально-познавательному началу -знакомству с созданными в новейшее время хоровыми сочинениями. Возникающая на этой основе общность интересов, эстетических пристрастий исполнителей и слушателей создаёт условия для установления тесного контакта между ними, способствует созданию соответствующей культурно-музыкальной атмосферы, формированию особой художественной среды на концертах.

Борис Григорьевич, добиваясь исполнительской мобильности хора, основной упор делал на быстрое и качественное освоение музыкального языка современных композиторов. К тому же новейшая музыка, к которой он тяготел, нередко требовала крупных исполнительских мазков, порой оказываясь не столь чувствительной к деталям вокально-хоровой звучности.

Б. Г. Тевлин с успехом перенёс на профессиональную почву опыт проработки концертных программ, который сложился в консерваторском камерном хоре. Руководимый им Госхор русской песни за короткий срок представил на суд публики обширные и интересные концертные программы. И это достижение Бориса Григорьевича - яркая страница исполнительской деятельности хора.

Как в своё время Свешников, Тев-лин активно формировал свою аудиторию, привлекая на хоровых концертах к реалиям современного искусства лю-

бителей музыки разных возрастов и социальных групп. Тевлинский слушатель - культурно просвещённый человек, нередко в той или иной форме связанный с творческой деятельностью, обладающий развитым художественно-музыкальным вкусом, готовый принять и оценить предложенную ему музыкально-исполнительскую интенцию.

Безусловно, особую роль в этом процессе сыграл изменившийся социальный климат в стране, возможность без ограничений исполнять музыку любых стилистических направлений. В итоге интересующая нас культура хорового звучания предстаёт в новом свете, обусловливаясь единством возникших в обществе социальных условий и общей направленностью художественно-исполнительского сознания дирижёра и руководимого им коллектива. Собственно, это обстоятельство многое объясняет в характере и особенностях исполнительского творчества Свешникова и Тевлина.

Эстетические установки, оставаясь принципиально общими для обоих мастеров, различались своей направленностью. А. В. Свешников, в сущности, до конца своей жизни оставался регентом, развивая традиции, свойственные русской школе хорового пения. Их отличительной чертой было повышенное внимание к качеству вокала. В традициях отечественного искусства красота хорового звучания всегда оставалась важным критерием эстетической оценки кли-росного пения. В нашей художественной литературе есть немало примеров, описывающих эффект фонического воздействия церковных певчих на прихожан, чему в немалой степени способствовала акустика православных храмов.

Б. Г. Тевлин взял наработанное Александром Васильевичем и попытался преломить все это в новых социокультурных условиях. Эстетику хорового звучания Борис Григорьевич выстраивал, основываясь на принципах светского исполнительства. Само качество хорового звучания, его фонические краски, при всех прочих равных условиях, оставались средствами художественной выразительности. Подчеркнем, что для Свешникова звуковая ткань, качество хорового звучания - одновременно и средство художественной выразительности, и цель исполнительского творчества.

А. В. Свешников и Б. Г. Тевлин, каждый по-своему, раскрывали многоплановость вокально-хорового пространства, акцентируя те или иные его свойства и особенности. В том, как они это делали, проявлялась стилистика музыкально-педагогического поведения, творческая индивидуальность каждого из них. Однако не может вызывать сомнений, что сама тенденция рассматривать вокально-хоро-

вое звучание в единстве его формообразующей и формосодержательной функций есть преломление принципа преемственности. Его успешная реализация в творчестве Свешникова и Тевлина лишний раз говорит о высоком уровне их педагогического мастерства как неотъемлемой составляющей исполнительского таланта этих музыкантов.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Асафьев, Б. В. Музыкальная форма как процесс [Текст] : кн. первая и вторая / Б. В. Асафьев ; ред. и вступ. ст. Е. М. Орловой. - Л. : Музыка [Ленинградское отделение], 1971. - 376 с.

2. Мазель, Л. А. Строение музыкальных произведений [Текст] : учеб. пособие для муз. вузов / Л. А. Мазель. - 3-е изд. - М. : Музыка, 1986. - 527 с.

3. Чесноков, П. Г. Хор и управление им [Текст] : пособие для хоровых дирижёров / П. Г. Чесноков. - Изд. 3-е. - М. : Государственное музыкальное издательство, 1961. - 240 с.

131