Синтаксические особенности обращения в дружеском письме (на материале писем творческой интеллигенции конца XIX - первой четверти XX века)

А. Б. Черняева

[культура речи]

СИНТАКСИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ОБРАЩЕНИЯ

В ДРУЖЕСКОМ ПИСЬМЕ

Алла Борисовна Черняева

Заведующая кафедрой русского языка Военно-космической академии им. А. Ф. Можайского

В статье рассматривается синтаксическая структура обращения в дружеском письме, выделяются наиболее типичные синтаксические конструкции обращения. Выявляются также и рассматриваются обращения, представленные экспрессивными средствами синтаксиса.

The article considers the syntactic structure of greeting in friendly-oriented letters and marks the most typical greeting syntactic construction of greetings. This article also reveals and considers greetings presented by expressive means of syntax.

Синтаксические особенности обращения, их функции, с нашей точки зрения, во многом определяются типом текста и жанром. При этом в дружеском письме социально-культурный статус адресанта и адресата, важность которого подчёркивал Ш. Балли1, рассматривается нами в качестве одного из ведущих факторов, определяющих как собственно языковые и экстралингвистические особенности текста дружеского письма в целом, так и лексико-синтаксические особенности обращений, их функционирование в названном типе текста.

Так, Ш. Балли отмечал, что «... письмо к другу может быть написано в совершенно разных тонах. в распоряжении говорящего всегда имеется несколько форм речи, число и употребление которых зависит от его культурного уровня и способности к приспособлению»2.

Дружеские письма творческой интеллигенции конца XIX — первой четверти XX века (А. А. Блока, А. Н. Белого, В. Я. Брюсова, К. Д. Бальмонта А. П. Чехова, А. Н. Толстого, К. С. Станиславского, Ф. И. Шаляпина и др.), несомненно, представляют собой уникальный и недостаточно изученный материал, отражают состояние языка эпохи «серебряного века», особенности его функционирования, являются образцами высокой речевой культуры.

Как известно, вопрос о лингвистическом статусе обращения в науке о языке является достаточно дискуссионным и не имеет однозначного решения.3

Мы разделяем точку зрения Н. И. Формановской,4 В. П. Прониче-ва5 и других исследователей, которые рассматривают обращение в качестве коммуникативной синтаксической единицы.

[культура речи]

Для текста дружеского письма творческой интеллигенции конца ХК — первой четверти ХХ в. характерны не обращения-номинации, указывающие на социальный статус адресата, профессию и т. п., а адресатные обращения, которые не только называют адресата (что реализуется обычно именем собственным), но и выражают личное отношение, чувства автора к адресату. Например: «Дорогая, милая и искренне любимая Любовь Яковлевна! Спасибо Вам за Ваше чудесное письмо» [К. С. Станиславский — Л. Я. Гуревич, 26.11.1923].

При этом для дружеских писем творческой интеллигенции характерны оригинальные, нестандартные, «дезавтоматизированные» обращения в отличие от «автоматизированных», когда пишущий использует, как правило, «готовые формулы» для обозначения адресата.

Наиболее типичны для текста дружеского письма творческой интеллигенции распространённые обращения, которые являются весьма «протяжёнными» по объёму и демонстрируют творческий подход адресантов к выбору языковых средств.

Проанализированный материал показывает, что распространённые обращения главным образом представлены:

1) однородными согласованными определениями в сочетании с именами собственными. Например: «Дорогая, любимая, прекрасная Мария Николаевна!» [К. С. Станиславский — М. Н. Ермоловой, 10.10.1907];

2) именами собственными, распространёнными обособленными определениями. Например: «Антончик, дорогой мой, не брани меня, что мало пишу, умоляю» [О. Л. Книппер — А. П. Чехову, 22.02.1903];

3) именами собственными, распространёнными обособленными приложениями, выраженными существительными в сочетании с притяжательным местоимением «мой» Например: «Саша, брат мой перед лицом Вечности [А. Н. Белый — А. А. Блоку, 15.12.1905]; «Наташа, душа моя, возлюбленная моя, сердце моё, люблю тебя навек» [А. Н. Толстой — Н. В. Крандиевской, 7.12.1914];

4) однородными именами существительными, как правило, в сочетании с притяжательным

местоимением «мой» Например: «Здравствуй, моя душка, моя голубка, подстреленная птичка!» [К. С. Станиславский — М. П. Лилиной];

5) однородными субстантивированными прилагательными. Например: «Милый, дорогой, бесконечно близкий! Только сейчас после возвращения из Петербурга пришёл в себя» [А. Н. Белый — А. А. Блоку, 9.03.1912]; «Милая, бесценная! Очень жду Вас и начинаю скучать» [К. С. Станиславский — М. П. Лилиной,

16.08.1905];

6) именами собственными в сочетании с однородными согласованными определениями и обстоятельствами меры и степени. Например: 1) «Дорогой мой и горячо любимый Владимир Васильевич! [Ф. И. Шаляпин — К. С. Стасову,

23.09.1906]; «Неизречимо дорогой и бесконечно обожаемый Фёдор Иванович! Спасибо, спасибо, спасибо!!!» [И. Е. Репин — Ф. И. Шаляпину, 23.12.1912];

7) именами собственными, а также нарицательными, распространёнными необособленными и обособленными определениями. Например: «Милая Книппуша, драгоценная моя, не сердись, что пишу тебе не каждый день» [А. П. Чехов — О. Л. Книппер, 21.11.1901]; «Дорогой друг, близкий, искренний!» [В. Я. Брюсов —М. С. Самыгину, 3.05.1910];

8) комбинированными обращениями. Например: «Моя любовь, моё далёкое и вечно близкое счастье, моя Катя Андреева, заря, озарившая меня на всю жизнь, моя Катя любимая,

это последняя моя ночь в Москве перед неожиданно осуществившейся поездкой за границу» [В. К. Бальмонт — Е. А. Андреевой, 8.07.1920].

9) фразовыми обращениями. Например: «Ну, денёк сегодня был, драгоценный ты мой!» [О. Л. Книппер — А. П. Чехову, 22.02.1904]; «Милый друг ты мой Федор Иванович, посылаю тебе твой портрет и прошу приложить к нему руку, а мы засмолим его в рамку и пригвоздим к стене» [И. М. Москвин — Ф. И. Шаляпину, 26.11.1905].

В дружеском письме обращения, как правило, являются стилистически окрашенными: оценочными, эмоционально-оценочными. При этом данные типы коннотаций могут быть заключе-

76

[мир русского слова № 4 / 2008]

[А. Б. Черняева]

ны в самом слове (1) или оценочность возникает в контексте в результате употребления обращения в метафорическом, переносном значении (2).

Например: 1) «Золотой Серёжа, письмо Ваше от 1-го октября получил вчера, т. е. 11-го» [Н. Я. Мясковский — С. С. Прокофьеву, 12.11.1914]; 2) «Лошадка моя, не пиши мне сердито-унылых писем, не запрещай мне приезжать в Москву» [А. П. Чехов — О. Л. Книппер].

Интересно отметить, что в дружеском письме творческой интеллигенции обнаруживаются обращения, которые представляют собой экспрессивные синтаксические конструкции. Экспрессивные средства синтаксиса вслед за Г. Н. Акимовой мы понимаем как «средства воздействия, когда говорящий (пишущий) осознаёт преднамеренность использования определённых языковых средств»6.

Данные обращения в основном представлены: 1) парцеллированными обращениями. Например: «Мой светлый друг! мой близкий!» [В. Я. Брюсов — М. В. Самыгину, 11.03.1900]; «Нина! радость моя! счастье моё! мой свет!» [В. Я. Брюсов — Н. И. Петровской, 12.08.1905];

2) лексическим и лексико-синтаксическим повторами. Например: «Милая, милая, милая, милая Маргарита Кирилловна, вчера видел Вас во сне: так хорошо мне было Вас видеть: Вы были голубая, ясная» [А. Н. Белый — М. К. Морозовой, 15.12.1908); «Друг мой! Друг мой!» [В. Я. Брюсов — В. К. Станюковичу, 10.04.1895];

3) градацией. Например: «Милый, дорогой, любимый Евгений Багратионович!» (К. С. Станиславский — Е. Б. Вахтангову, 12.09. 1920); «Милая, славная, бесподобная моя жена, вчера получил от тебя унылое письмо, а сегодня — ничего!» [А. П. Чехов — О. Л. Книппер, 2.01.1902];

4) инверсией. Например: «Боря милый. Сегодня пришла твоя телеграмма» [А. А. Блок — А. Н. Белому, 4.04.1906]; «Дорогой мой, нежный мой, сижу в монастырской гостинице, сплю, гуляю и много думаю о тебе» [О. Л. Книппер — А. П. Чехову, 14.03.1903].

Обращения, представленные экспрессивными синтаксическими конструкциями, являются весьма выразительными, усиливают экспрес-

сивно-прагматическое воздействие на адресата. Не случайно различные виды повторов, парцелляция, инверсия используются как стилистические приёмы в художественных произведениях.

Представляется, что использование экспрессивных синтаксических конструкций отражает индивидуальную творческую манеру авторов. Так, например, для Белого характерно употребление повторов, Брюсов часто использовал парцелляцию, Блок — градацию. Обращения в тексте дружеского письма, представленные экспрессивными синтаксическими средствами, «сближаются» по своим синтаксическим особенностям с обращениями в художественных текстах. Однако между данными обращениями существует глубинное различие, что обусловлено особенностями текста и жанра. Основная функция обращения в художественных текстах — эстетическая; основная же функция обращения в дружеском письме — коммуникативно-прагматическая, поскольку дружеское письмо является личностно ориентированным средством общения7.

Таким образом, в синтаксическом отношении обращения в тексте дружеского письма являются достаточно разнообразными, демонстрируют творческий подход адресантов к выбору языковых средств, свидетельствуют о высокой речевой культуре творческой интеллигенции, которая представляла собой элитарную микросреду, уникальную по своей духовности, энциклопедичнос-ти знаний, широте и многогранности интересов.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Балли Ш. Французская стилистика. М., 1961.

2 Там же. С. 394.

3 См., напр.: Пешковский А. М. Русский синтаксис в научном освещении. М., 1956.; Гольдин В. Е. Обращение: теоретические проблемы. Саратов, 1987: Проничев В. П. Синтаксис обращения. Л., 1971; Русская грамматика: В 2 т. / Отв. ред. Н. Ю. Шведова. М., 1980.

4 Формановская Н. И. Обращение // Русский язык в школе. 1994. № 3. С. 84-88.

5 Проничев В. П. Синтаксис обращения. Л., 1971.

6 Акимова Г. Н. Новое в синтаксисе современного русского языка. М., 1990. С. 82-83.

7 См. об этом: Черняева А. Б. Специфика функционирования обращения в дружеском письме в сравнении с художественным текстом // Вестн. СПбГУ Сер. 9. 2008. Вып. 1. Ч. 2. С. 248-252.