Украинская монументальная живопись. Становление школы М. Л. Бойчука

Секция инженерной графики и компьютерного дизайна

ББК 85.143

Т.Н. Земляная

УКРАИНСКАЯ МОНУМЕНТАЛЬНАЯ ЖИВОПИСЬ. СТАНОВЛЕНИЕ ШКОЛЫ М.Л. БОЙЧУКА

В мае 1910 года на выставке в Салоне Независимых в Париже, представлявшей произведения двух тысяч живописцев, 18 коллективных небольших работ «школы Бойчука» под общим названием «Возрождение византийского искусства» привлекли внимание посетителей выставки и вызвали восторженный отклик европейской прессы.

С тех пор всюду, где жил и работал Михаил Львович Бойчук (1882-1937) - в Париже, Львове, Киеве, Одессе, Ленинграде, Харькове - «школа Бойчука» означала не только группу учеников и солидарных с ним художников, но и широкую систему взглядов, идейных принципов и методики непрерывного самосовершенствования. С горячей верой в национальную художественную преемственность в школе обучались учащиеся различных национальностей - украинцы, русские, поляки, французы, немцы, евреи и т.д.

На протяжении почти 30-летней педагогической деятельности учениками Бойчука можно назвать и художников из парижской школы «Свитлына» (19081910) и тех, кто учился реставрации и участвовал вместе с Бойчуком в росписи храмов в 1910-1914 годах на Львовщине, Черниговщине, в Ярославе (современная Восточная Польша), в Киеве, и студентов Академии пластических искусств (19171922), (с 1922 институт пластических искусств, с 1924 - Киевский художественный институт), Киевского художественного техникума. Учениками Бойчука с полной уверенностью можно назвать студентов 2 и 3 курсов ИНПИИ (Институт Пролетарского изобразительного искусства, сейчас Академического института им. И.Е. Репина в г. Санкт-Петербург (г. Ленинград, 1931), когда художник занимал должность профессора на живописном факультете монументально-строительного отделения этого учебного заведения.

Такие имена, как Брозголь Зелик Рахмилович, Владимиров Иван Васильевич, Бродский Всеволод Ильич, Бронштейн Шая Иосифович, позже войдут вместе с именем учителя в Библиографический словарь «Художники народов СССР» [1], А.А. Деблер будет долго занимать должность декана живописного факультета Академического института им. И.Е. Репина, А.И.Таран с 1938 года возглавлял мастерскую мозаики в Киевском художественном институте, С. Томах с 1930 по 1934 год руководил Киевским Институтом Пролетарской Творческой культуры.

Начиная с 1917 года вплоть до середины тридцатых годов, с Бойчуком постоянно работали Т. Бойчук, О. Павленко, И. Падалка, В. Седляр, С. Налепинская-Бойчук, М. Бородина, Е.Трубецкая.

Бойчук, пожалуй, был единственным мастером, знающим и владеющим старинными приёмами монументальной живописи и реставрации не только на территории Украины, но и всего образованного в 1922 году Советского Союза.

Известный искусствовед, первый директор Таганрогской картинной галереи (1968-1977), Вера Александровна Лебедева сообщает [2], что за десять с небольшим лет своего существования группа Бойчука создала около двадцати крупных монументальных работ в архитектуре. Эта цифра, сама по себе достаточно внушительная, покажется ошеломляющей, если вспомнить голод и разруху, постоянные сражения и бои, оружейную и артиллерийскую канонаду на улицах Киева, а затем трудные годы первого послереволюционного десятилетия. Монументальные работы Бойчук и его ученики совмещали с активной агитационной пропагандой.

Популярность школы «украинского монументализма» возрастала и в 1923 году «бойчукисты» были приглашены в Москву для росписей украинского павильона на Всероссийской сельскохозяйственной кустарно-промышленной выставке [3]. К большому сожалению, не сохранилось даже репродукций, лишь известно, что живописью украшались фронтоны фасада.

Немного больше повезло фрескам, выполненными «бойчукистами» в 1924 году в Киевском художественном институте. До нашего времени дошли репродукции работ Э. Шехтмана, Е. Холостенко, В. Седляра, К. Гвоздика, О. Бизюкова [4]. Если для Шехтмана, Холостенко, Бизюкова это первые шаги в овладении законов монументализма, то В. Седляр уже решал более сложные задачи. В его работах «Работник» и «Читает газету» читаются черты художественно-эстетических принципов «школы Бойчука»: выразительные монументальные образы, которые отличаются внутренней целостностью и согласованностью основных масс и ритмов композиции, сохраняя при этом специфику образно-пластического языка «бойчу-кистов» [5].

Общность творческих методов украинских и мексиканских художников ещё в конце 1920 - в начале 1930-х годов отмечали известный украинский критик И. Врона [6], нарком образования Украины М. Скрипник [7], в 1960-1980-е годы -украинский историк Сергей Белоконь [8], известный специалист в области монументальной живописи - В.П. Толстой [9] и многие другие искусствоведы.

В документах специальной экспертной комиссии читаем заключение об успехах украинских монументалистов и о том, что школа М. Бойчука при всей сложности и нестабильности своего положения после комплексного оформления крестьянского санатория на Хаджибеевском лимане (1927-1929) стала заметным и значимым явлением [10].

Работы учеников Бойчука при разнообразии творческих индивидуальностей объединяет ясно ощутимое влияние учителя.

Яркой иллюстрацией сказанного можно привести мнение Л.С. Зингера [11. С.48, 50, 51, 146, 151], который отмечает, что весьма плодотворной была работа в области монументального портрета-типа талантливых украинских живописцев Н. Рокицкого, В. Седляра, О. Павленко - все ученики Бойчука Михаила Львовича.

О Василии Седляре, Оксане Павленко, Николае Рокицком, Марии Юнак, Эммануиле Шехтмане и других художниках, принадлежащих к школе Бойчука, Л.С. Зингер говорит как «об украинских мастерах, успешно преодолевавших консервативно-националистические концепции “бойчукизма” [11. С.250].

К числу несомненных удач, в частности, он относит исполненный темперой портрет художницы О.Т. Павленко (1927) В.Ф. Седляра: «Крепко скомпонованная фигура портретируемой, целиком заполнившая живописное поле холста, являет образ человека сильного, собранного, целеустремленного. (Именно такой и была Оксана Павленко в своей творческой деятельности.) Фресковая манера письма, прочем, как и весь образный строй портрета, отчасти восходящий к падуанским

росписям Джотто, вполне созвучна значительности состояния героини, сосредоточенности её напряжённой мысли. Придирчивый критик мог бы, пожалуй, упрекнуть художника в некоторой доле эклектизма, не позволяющего отнести упомянутый портрет к наиболее высоким достижениям советской живописи 1920-х годов. И всё же то был очень интересный по заложенным в нём плодотворным тенденциям портрет» [11. С.151].

Второй его ученик, из младшего поколения, Николай Рокицкий, также принимал участие в создании ряда монументальных портретов, и как отмечает тот же автор, надо учесть, что в этот период “бойчукизм” подвергался всяческой критике, вплоть до конца 1980-х годов, Л.С. Зингер отмечает достоинства портретов, выполненных как монументальный портрет-тип: он выделяет несколько вариантов портрета «Доменщик», образы рабочих, «Крестьянка с книгой», «Женщина в косынке» и другие), составлявших часть фресковых росписей крестьянского санатория в Одессе. Типические черты нового человека художник стремился передать и в «Автопортрете», исполненном в технике фрески [11. С.50]. В 1926 году Н. Рокиц-кий принимал участие в создании ряда монументальных исторических портретов, исполненных темперой, в киевском оперном театре.

По свидетельству очевидцев, эти портреты производили сильное впечатление чёткостью форм, богатством колорита, достигнутого необычайно простыми средствами [11. С.50].

Уроки школы «украинского монументализма» читаются и в портрете Ивана Падалки (1919), выполненном карандашом, одним из его учеников - Сергеем Колосом [12]. Большая фигура молодого художника, который, задумавшись и съёжившись от холода, сидит на табурете в длинном пальто и сапогах, очень хорошо передаёт дух того времени.

Черты монументализма присутствуют и в другой его работе - ковре «Птица и собака», 1923 год [13]. Исполненные автором образы животных в центре образуют круговое движение, которое уравновешивается не совсем симметричными растительными мотивами по бокам. Вокруг изображения размещается геометрический орнамент. Композиционное мастерство, показывает одну из самых сильных сторон школы «украинского монументализма» [5].

Ещё один представитель школы М. Бойчука - Николай Касперович, с образованием европейского уровня, как и Сергей Колос, занимался монументальной, станковой живописью, реставрацией. На исполненном им портрете жены (1920), который дошёл к нам лишь в фоторепродукции, возможно, это была фреска [14], изображена очаровательная молодая женщина с большими глазами, что притягивает зрителя сосредоточенностью внутреннего состояния, напоминая византийские образы, идеал женской красоты, воплощённый самим М. Бойчуком в его «Женщине с цветком». Известно, что Касперович был и очень хорошим реставратором: по свидетельству Ф. Эрнста - в Черниговском музее им «промыто и реставрировано около сотни старых икон, портретов и картин» [15].

Важно, что основные принципы школы передавались и сохранялись в творчестве учеников Бойчука, а истоки всех сюжетов и творческих проблем, которые будут волновать бойчукистов последующих поколений, в их станковом и монументальном творчестве они черпали из работ самого учителя. Так, например, в творчестве польского живописца и графика, немца по происхождению, Кароля Хиллера до конца его дней сквозь разнообразные поиски абстрактных решений проступает неизгладимая печать фресковых структур учителя, когда он учился в 1919-1921гг. в Киеве у М.Бойчука. Видимо не случайно только его Хиллер называл своим учителем [16].

Ученики Бойчука - эмигранты из Киева Екатерина Антонович, создала художественную школу в Виннипеге (Канада), Роберт Лисовский преподавал в Праге, Николай Азовский, работал театральным художником в городах Европы и Америки, львовяне Святослав Гордынский и Михаил Осинчук продолжили труд живо-писцев-монументалистов в Соединённых Штатах Америки и тем самым создали необходимые условия для творческих поисков художников второго и третьего поколения за рубежом [16].

Принципы школы Бойчука нашли свое логическое продолжение и в творчестве четвертого поколения художников-монументалистов Украины. Это талантливые мастера, члены братства прп. Алипия: Петр Гончар, Нина Денисова, Николай и Петр Малышки, Александр Мельник, Владимир Федько.

Сейчас уже немало сделано на Украине, чтобы вернуть из небытия, утраченные исторические и культурные ценности, сделать их всеобщим достоянием. Большая заслуга в популяризации творчества бойчукистов принадлежит Киевскому центру: Национальному художественному музею Украины и его сотрудникам, институту искусствознания, фольклористики и этнологии, Союзу художников Украины, Государственному архиву-музею литературы и искусства, Государственному музею истории книги; Львовскому национальному музею, Харьковскому и Черкасскому центрам.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Художники народов СССР. - М.: Искусство. 1972. Т.2.

2. Лебедева В.А. Школа фресковой живописи на Украине в первое десятилетие советской власти // Вопросы советского изобразительного искусства и архитектуры. - М., 1973. - 359 с.

3. Толстой В.П. У истоков советского монументального искусства: 1917-1923. - М.: Изобразительное искусство, 1983. - С. 191.

4. Холостенко Є. Монументальне малярство Радянської України. - Харків: Мистецтво, 1932. - 22 с.

5. Соколюк Л.Д. Михайло Бойчук та його концепція розвитку українського мистецтва. (Перша третина XX ст.): Дисертація на здобуття доктора мистецтвознавства. - Харків, 2004. - 459 с.

6. Врона І. Сучасні течії в укр. малярстві // Критика (Київ). 928. № 1. - С. 116-123; 1928. №2. - С.88-99.

7. Скрипник М.О. За самоусвідомлення та пролетарське настановлення в образотворчому мистецтві: Промова на другому поширеному Пленумі асоціації художників Червоної України - АХЧУ. - Харків: Вид-во АХЧУ, 1930. - С.19.

8. Білокінь С. Голодомор і становлення “соціалістичного реалізму” в мистецтві // Образотворче мистецтво. 2003. - С. 23.

9. Толстой В.П. Вступление к статье О.Морданя “О ранних советских фресках на Украине // Художник и город. - М.: Сов. художник, 1988. - С.272.

10. Афанасьєв В. Комплексне художнє оформлення Селянського санаторію на Хаджибеївському лимані біля Одеси, 1928 // Наукова збірка «Міст». - Киев: ВХ (Студіо), 2003. - С. 17-34.

11. Зингер Л. С. Советская портретная живопись (1917 - начала 1930-х годов). - М., 1978. С.48, 50, 51, 146, 151, с.250.

12. Колос Г. Це було їхнє життя // Наука і культура: Україна. - Киев, 1988. Вип. 22. - С. 454-456.

13. Колос С. Не імітація, а творчість // Наука і культура: Україна. - Киев, 1988. Вип. 22. - С. 456-463.

14. Рипко О. Бойчук і бойчукісти, бойчукізм: Монументальне мистецтво. Живопис. Графіка. Книга. Декоративно-ужиткове мистецтво. Фотографія. Документи: Каталог виставки. -Львів: Ред.-вид. відділ обл. упр. по пресі, 1991. - 88 с.

15. Колос С. Українська тканина // Червоний шлях. 1928. № 5-6. - С. 222-230.

16. Репко Е. «Сад» Михайла Бойчука // Творчество. 1990. № 10. - С. 27-31.