Общие вопросы токсического действия фтора

НАУЧНЫЕ ОБЗОРЫ

© ШАЛИНА Т.И., ВАСИЛЬЕВА Л.С. — 2009

ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ТОКСИЧЕСКОГО ДЕЙСТВИЯ ФТОРА

Т.И. Шалина, Л.С. Васильева

Резюме. В обзоре представлены данные о соединениях фтора и их токсическом влиянии на организм человека. Ключевые слова: фториды, токсическое влияние, организм человека.

GENERAL PROBLEMS OF TOXIC EFFECT OF FLUORINE

T.I. Shalina, L.S. Vasilyeva

Summary: Data about fluorine compounds and their toxic effect on the human organism is presented in the review. Key words: fluorides, toxic effect, human organism.

Фтор (Б) — это важнейший микроэлемент, способный накапливаться в минерализующихся тканях, костях и зубах. Фтор относится к группе галогенов, представляет собой слабо окрашенный газ желто-зеленого цвета с атомной массой 19, является наиболее реактивным из всех химических элементов, редко встречается в естественных условиях в свободном состоянии, так как даже при комнатной температуре образует соединения с другими элементами, кроме кислорода и азота [24]. Фтор в природе встречается в основном в виде неорганических и органических соединений, с металлами образует как растворимые, так и нерастворимые соединения. Соединения фтора со щелочными металлами являются типичными солями, хорошо растворимыми в воде.

Суточная потребность во фторе составляет 1,5-4 мг. Транспортной средой фторидов в организме является кровь. Концентрация фторидов в плазме составляет

0,5-10,5 мкмоль/л, около 72% ионизированных фторидов содержится в плазме крови. Уровень фтора в плазме крови регулируют в основном две системы — мочевыделительная и костная. Реабсорбция фтора в почечных канальцах ограничена, и он быстро выделяется с мочой, однако, основным механизмом удаления фтора из кровотока является фиксация скелетом. Фтор активно участвует в фосфорно-кальциевом обмене. При умеренном поступлении фтора в костях взрослых содержится 1-5 г/кг, причем губчатые кости богаче им, чем трубчатые [11,38,44].

Кость играет важную роль в регуляции концентрации фтора во внеклеточной жидкости благодаря способности быстро связывать его избыток и мобилизовать во внеклеточную жидкость при дефиците. При уменьшении pH концентрация фтора снижается. Фтор, соединяясь с гидроксиапатитом, образует фторапатит, хотя на его долю приходится лишь 1/40 часть апатита, тем не менее, именно его присутствие придает кисло-тоустойчивость и прочность зубам и костям. Фториды способствуют фиксации кальция в твердых тканях и их минерализации, ингибируют липазы, эстеразу, ЛДГ, активируют аденилилциклазы, стимулируют кроветворение, нарушают брожение углеводов в полости рта и уничтожают кариогенные бактерии [7,9].

Наиболее широко используется фторид натрия (№Б). Его применение связано с фторированием питьевой воды, в быту для уничтожения насекомых, грибков, грызунов, в промышленности для удаления фтористого водорода из отработанных газов, в экспериментальных исследованиях на животных.

Фтористый водород, плавиковая кислота (НБ) — газ с едким запахом, обладает большой реактивной способ-

ностью и в атмосфере быстро соединяется с другими химическими элементами. Фтористый водород, является основным сырьем для получения неорганических фторидов и фтороуглеводородов, реагентов для травления металлов и стекла, катализаторов для ряда органических реакций, в производстве алюминия.

Криолит (3№Р-ЛШ3) — редкий минерал, природные запасы которого практически исчерпаны, является необходимым сырьем алюминиевой промышленности, производится синтетическим путем. Заводы, выпускающие криолит, ежесуточно выбрасывают в атмосферу

1,5-3 тонны соединений фтора.

С промышленной точки зрения основным фторсодержащим материалом является флюорит или плавиковый шпат (СаБ2), который широко применяется в производстве фтор2истого водорода, фтористоводородной кислоты и ее солей. Плавиковый шпат также применяют в стекольной, кожевенной, электротехнической промышленности.

Фторапатит [СаБ2-3Са3(Р04)3], напротив, не является источником фторидов в промышленном отношении, используется при производстве элементарного фосфора, фосфорной кислоты и фосфатных удобрений.

Четырехфтористый кремний представляет собой бесцветный, токсичный газ с едким запахом, образуется в больших количествах при сжигании угля, в производстве суперфосфатных удобрений, элементарного фосфора, фосфорной кислоты влажным способом, в производстве алюминия, черепицы, кирпича и др. Кремнефтористоводородная кислота Н281Б6 и ее соли используются для пропитки древесины, получения фторсиликатов и фторидов металлов. Фторсодержащие препараты успешно применяют в медицине для лечения гипофтороза, используют как средства для нарко-

за, кровезаменители, радиоактивные изотопы фтора применяют в медико-биологических исследованиях. Фториды поступают в организм с водой, пищей, атмосферным воздухом.

Фтор и его соединения способны накапливаться в различных объектах окружающей среды и присутствуют в них в разных количествах [8]. В поверхностных и подземных источниках питьевой воды естественная концентрация фтора колеблется в пределах от 0,05 мг/л до 15 мг/л, что обусловлено климатогеографическими, гидрогеологическими и другими условиями [16]. Норма потребления фтора, рекомендованная ВОЗ, для взрослого населения составляет 1,0-1,5 мг/л и 0,6-0,8 мг/л — для детского. Так, например население Монголии (89,3%) живет в условиях дефицита фтора, потому что в поверхностных водоемах отмечается низкое содержание фтора, в питьевой воде его содержится 0,2 мг/л [18].

Территории Иркутской области, Бурятии, Забайкалья относятся к биогеохимическим провинциям, где в поверхностных водоисточниках также отмечается низкий уровень содержания фтора — 0,2-0,3 мг/л [19]. В некоторых странах Азии: во Вьетнаме, в Китае (в отдельных районах и провинциях), в Азербайджане, наоборот, содержание фтора в питьевой воде достаточно высокое и составляет более 1,5-2 мг/л.

На уровень поступления фтора в организм жителей Китая существенно влияет употребление низких сортов чая, в чайных листьях которого содержание фтора достигает 1000-1800 мг/кг [56]. У жителей Гавайских островов, Новой Гвинеи, островов Тристанда-Кунья и других прибрежных стран, употреблявших питьевую воду с низким содержанием фтора (0,02 мг/л — 0,2 мг/л) встречаются очаги эндемического флюороза, потому что население употребляет в пищу — морепродукты, содержание фтора в которых составляет от 0,15 до 2,5 мг/ кг. В странах Балтии рыба, выловленная в Балтийском море, является основным источником поступления фтористых соединений в организм прибрежного населения. В большинстве продуктов фтор содержится в десятых долях миллиграмма на 1 кг веса. Содержание фтора в муке и крупах колеблется от 0,2 до 1 мг/кг. В мясе разных животных — в среднем от 0,15 до 0,6 мг/ кг, в твороге — от 0,3 до 1,6 мг/кг. Фрукты и ягоды содержат большей частью от 0,05 до 0,2 мг/кг фтора. В мышечной ткани речных рыб — от 0,09 до 0,4 мг/кг, в морской рыбе — от 0,15 до 2,5 мг/кг и т.д. Поступление фтора в организм связано в основном с употреблением питьевой воды.

Суточное поступление фторидов с пищей составляет в среднем до 2-3 мг, 90-97% которого всасывается в желудочно-кишечном тракте. Выведение фтора из организма происходит через кожные покровы, пищеварительный тракт и мочевыделительную систему. Период полувыведения фтора из организма составляет от 2 до

9 часов [9].

В настоящее время в Российской Федерации разработано более 656 предельно-допустимых концентраций (ПДК) атмосферных загрязнений химических и биологических веществ, которые являются критериями безопасности и безвредности факторов среды обитания для здоровья человека. В 2005-2006 гг. утверждены дополнения к гигиеническому нормативу «Предельнодопустимые концентрации загрязняющих веществ в атмосферном воздухе населенных мест», предусматривающие снижение показателей ПДК. Выброс 45 веществ в атмосферный воздух запрещен. Несмотря на целевые программы по улучшению экологической обстановки в стране, по-прежнему, выбросы фтористых соединений в окружающую среду остаются высокими. Алюминиевая промышленность является основным загрязнителем атмосферы фтором, от 7,4 до 292 кг/т алюминия поступает в воздушную среду из электролизных корпусов системами газоотсоса от электролизеров и через фонари. В пыли, осевшей из воздуха в электролизном цехе, содержится от 13,5 до 16,6% фтора, а в пыли, осевшей на различных участках подземных каналов газоотсоса и электролизеров, до 29,0%, около 50% фтористых соединений уходит в атмосферу без очистки через аэрацион-ные фонари на алюминиевых заводах, оборудованных электролизерами открытого типа [16]. В сточных водах алюминиевых заводов содержание фтора колеблется от

10 до 190 мг/л.

Фтористые соединения в количестве 0,36-1,08 т/ сутки поступают в атмосферу от суперфосфатных заводов. Количество фторидов в атмосфере увеличивается вследствие сжигания фторсодержащего топлива — угля, дерева, нефти, торфа. Отдельные виды угля содержат от 4 до 30 г/кг фторидов, содержание которых возрастает в зимнее время, в связи с увеличением сжигаемого топлива. Содержание фторидов в атмосфере вблизи предприятий алюминиевой промышленности, предприятий производящих фториды или их сырье может значитель-

но меняться [24]. Исследования фторидов в атмосфере населенных пунктов США показали уровень их концентрации от 0,02 до 2,0 мкг/м3. Допустимые концентрации для производственных условий в США составляют для фтористого водорода 2,5 мг/м3 и для фтора 2,0 мг/м3 соответственно.

Соединения фтора в атмосферный воздух поступают в основном в газообразном состоянии и в виде пылевых частиц. В воздух вокруг заводов по выплавке алюминия частицы поступают в размерах от 0,1 мкм до приблизительно 10 мкм.

Газообразный фтор (Б2) и фтористый водород (НБ) — это сильные раздражающие яды. При вдыхании эти соединения вызывают ожог слизистых оболочек рта, гортани, бронхов, легких. Возможны приступы удушья, лихорадка, одышка, цианоз и отек легких. Во времена второй мировой войны были синтезированы боевые отравляющие фторсодержащие вещества зарин и зоман, оказывающие нервнопаралитическое действие. При вдыхании воздуха с концентрацией зарина 7 мкг/л в течение 10 минут наступает смерть. При попадании зарина на кожу смертельная доза составляет 0,12 мг/л [12,13,14].

Токсикологическое значение имеют, главным образом, натриевая соль фтористоводородной кислоты (№Б) и натриевая соль кремнефтористоводородной кислоты (№281Б6). [9]. Отравления производными фто-ристоводоро2дно6й кислоты в большинстве случаев связаны с ошибочным применением их в быту вместо других солей [13,14,27]. Описано 2 наблюдения случайного производственного отравления порошком фтористого натрия на фабрике зубной пасты в США. У мужчин 26 и 37 лет наблюдались головные боли, диспепсия, респираторная и костно-мышечная симптоматика, сыпь [48]. Токсическая доза фторидов для человека весом 70 кг составляет 20 мг, летальная доза 5-10 г фторида натрия, для детей 1-3 лет токсической дозой может быть 5 мг/кг. При летальном исходе концентрация фторидов в крови 15 мг/л, в моче — 211 мг/л. Токсичность соединений фтора зависит от способа поступления в организм и физико-химических свойств соединений. Особое значение имеет растворимость. Высокорастворимые соединения токсичнее после перорального поступления, чем малорастворимые или нерастворимые. Индикатором содержания фторидов в организме является содержание их в моче, костях, зубах, волосах.

В организме человека массой тела 70 кг содержание фторидов в среднем составляет 2-3 грамма. Фториды распределяются в организме следующим образом: в костях в количестве 112-310 мг/кг, в эмали зубов — 140157 мг/кг, в дентине — 293-340 мг/кг, волосах — 53-72 мг/кг, в моче — 0,5 мг/кг, в паренхиматозных органах (0,2-0,8 мг/кг), крови — 0,01-0,03 мг/кг [9].

В организме человека фториды находятся как в связанном состоянии, обычно в виде труднорастворимых солей кальция, магния, железа, так и в свободном (Б). При пероральном поступлении хорошо растворимые соединения фтора всасываются из ЖКТ в кровь на 9397% в результате пассивной диффузии, усваивается организмом около 80% фторидов. Всасываемость фторидов зависит не только от растворимости их солей, но и от содержания кальция и магния в организме. Магний тормозит усвоение фторидов. В крови фториды связываются в незначительной степени с альбуминами [17].

Токсическое воздействие фторидов гораздо чаще наблюдается при длительном хроническом воздействии на организм человека. При избыточном содержании фторидов развивается хроническая фтористая интоксикация — флюороз. У лиц, проживающих около завода более 5 лет, но никогда не работающих на нем, отмечается высокий уровень содержания фтора в волосах и ногтях, высокий уровень флюороза [45].

Флюороз относится к полисистемным заболеваниям, при котором наблюдаются патологические изменения во многих органах и системах. При флюорозе по-

ражаются печень, почки, зубы, нейроэндокринная, сердечнососудистая, костная системы.

Пищеварительная система. При пероральном поступления фторидов отмечаются функциональные изменения со стороны органов пищеварительного тракта. Зубной флюороз встречается у детского и взрослого населения при длительном употреблении воды, чая, молока, содержащих фториды от 1,5 мг/л и выше [32,39,41,46,47]. Так, например, у детей в возрасте 3-6 лет, употреблявших ежедневно фторированное молоко в количестве 180-200 мл, содержащего 2,5 мг/л фторида, с целью профилактики кариеса, развивались функциональные изменения со стороны желудка, толстого кишечника, билиарного тракта [23]. Фторид натрия оказывает цитотоксическое действие на клетки слизистой оболочки ротовой полости, вызывая гингивиты, пародонтоз, крайне редко язвенно-некротические гингивиты. Экспериментально доказано, что стареющие клетки слизистой ротовой полости, по сравнению с молодыми клетками, in vitro становятся резистентными к цитоток-сическому действию фторида натрия [35]. У ряда больных наблюдалось усиление секреторной деятельности слизистой оболочки желудка, что проявлялось повышением слизеобразования и увеличением кислотности [10,15]. Избыточное поступление фторидов нарушает белковообразующие функции печени [5]. В сыворотке крови повышается содержание В-глобулинов и альбуминов, гаптоглобина [37,43,53]. Так, при контакте на производстве с плавиковой кислотой и ее солями самым распространенным видом висцеральной патологии является поражение билиарной и гастродуоденальной систем. Фторид натрия в дозе 5 и 25 мг/л в зависимости от длительности воздействия снижает уровень Г-SH и активность глутатионпероксидазы в крови, печени, головном мозге и семенниках крыс. Значительно повышает уровень малонового альдегида в печени с 684,4 до 1083,41 нмоля/г белка и карбонильных групп во всех изученных тканях. Приводит к снижению активности глутатион^-пероксидазы с 6,72 до 3,91 ед./мг белка, к увеличению свободных радикалов в печени [42,57]. При концентрации фторидов в питьевой воде более 2,0 мг/л происходит повреждение печени у детей при четкой зависимости «доза-эффект» [37].

Дыхательная система. У рабочих алюминиевого производства со стажем более 6-10 лет со стороны слизистой оболочки дыхательного тракта наблюдаются катаральные изменения атрофического характера. Одними из самых распространенных профессиональных заболеваний являются болезни органов дыхательной системы — хронический бронхит, хроническая обструктивная болезнь легких, хронический бронхит с астматическим компонентом, бронхиальная астма. Риск развития астмы у электролизников повышается в зависимости от интенсивности воздействия соединений фтора, содержащегося в воздухе рабочей зоны [25,30]. Рабочие алюминиевого производства, страдающие какими-либо соматическими заболеваниями, чаще реагируют на воздействие токсических веществ. В Австралии при обследовании 545 работников алюминиевого производства было обнаружено, что лица с сенной лихорадкой более восприимчивы к бронхиальной астме при контакте с загрязняющими веществами в воздухе алюминиевого производства [31].

Эндокринная система. При хроническом поступлении повышенного количества фторидов нарушается биосинтез и обмен андрогенов и эстрогенов, выражающийся в снижении продукции тестостерона на фоне повышенного образования эстрогенов, нарушение эндокринной функции гонад [33,36]. Снижается тирео-тропная функция гипофиза: в крови уменьшается концентрация ТТГ, повышается концентрация соматотропного гормона. Сначала снижается концентрация Т3, а концентрация Т4 остается без изменений, достоверно повышается концентрация кальцитонина. Однако, в работах [22,23] установлено, что клинических признаков

нарушения функционального состояния щитовидной железы у лиц с профессиональной фтористой интоксикацией не обнаружено, речь идет об эутиреоидном состоянии. Фториды угнетают метаболизм йода в организме. При избытке фторидов существенно снижается содержание инсулина в сыворотке крови [4,6].

В настоящее время, по-прежнему, продолжают изучать влияние тиреоидных гормонов на костную ткань [2]. Т3 способен влиять на функцию остеобластов как прямым воздействием через TRa — рецепторы, так и опосредованно. Т3 стимулирует синтез остеокальцина, коллагена 1-го типа и щелочной фосфатазы, а также индуцирует проангиогенный фактор коллагеназу-3/ма-трикс металлопротеиназы 13 (ММР13), желатиназу-В (ММР9) и тканевой ингибитор матрикс металлопротеи-назы. Т3 опосредованно регулирует ответ остеобластов на паратиреоидный гормон через изменение синтеза рецепторов к паратгормону, увеличение скорости диф-ференцировки остеобластов и апоптоза [50]. Т3 также влияет на экспрессию гена рецептора фактора роста фибробластов 1 (БGБR1), что может иметь значение в пропролиферативном и проапоптотическом действии Т3. Наиболее вероятно, что Т3 влияет на резорбцию костной ткани остеокластами опосредованно, через стимулирование интерлейкина-6, интерлейкина-8, простагландина Е2 и других цитокинов, вовлеченных в остеокластогенез. Т3 стимулирует синтез инсулиноподобного фактора роста 1 (ЮБ-1) и его регуляторных связывающих протеинов (ЮБ-1, ВР-2 и ВР-4). Эти наблюдения показывают, что Т3 прямо и косвенно способствует пролиферации остеобластов, их диффе-ренцировке и апоптозу. В то же время стимуляция Т3 остеокластов приводит только к резорбции костной ткани, и действие Т3 на остеокласты происходит через стимуляцию ЮБ-1, а также воздействие на фактор роста фибробластов(БGБ), интерлейкинов, простогланди-нов [34].

Необходимо отметить протективный эффект эстрогенов на кость, отсутствие которого усугубляет потерю костной ткани у пациентов с избыточным количеством тиреоидных гормонов. Эстрогены уменьшают остео-кластогенез [34]. Таким образом, при увеличении концентрации тиреоидных гормонов сверх физиологической нормы время всех фаз костного ремоделирования уменьшается, а частота появления участков ремоделирования увеличивается, т.е. активность остеобластов и остеокластов увеличивается, а цикл ремоделирования уменьшается на 50%. Эти изменения непропорциональны (активность остеокластов и остеобластов увеличивается неодинаково), что приводит к потере 10% массы кости за один цикл ремоделирования и увеличению риска развития переломов [2,34]. Препараты, содержащие фтор, успешно применяются для лечения остеопороза у женщин в постменструальный период [40,49,51].

Иммунная система. Низкий уровень Т3 является ранним диагностическим признаком хронической фтористой интоксикации, а также причиной функциональной неполноценности Т-клеточного звена иммунитета, что проявляется снижением реакции бласттрансфор-мации лимфоцитов. На ранней стадии флюороза происходит увеличение количества В-лимфоцитов, что расценивается как защитно-компенсаторная реакция. При продолжительной интоксикации отмечаются дисфункция антител, снижение содержания IgG, ^М и ^А. Угнетающее действие фторидов на активность ряда ферментов сопровождается нарушением межуточного обмена в тканях [9,29].

При поступлении в организм повышенного количества фторидов отмечаются активация ресинтеза АТФ, угнетение гликолиза, синтеза ядерных РНК и белков. Полагают, что в основе фтористой интоксикации лежит гипоксия. Фториды обладают повышенной онкопатогенностью вследствие экспрессии супрессорного звена иммунной системы.

Репродуктивная система. Фторид натрия, вводи-

мый крысам внутрибрюшинно в дозах 10 и 20 мг/кг в течение 28 и 38 дней, существенно снижает в сыворотке крови содержание тестостерона и эстрадиола [55,58]. Выявлена отрицательная корреляция между уровнем апоптоза сперматогенных клеток и уровнем тестостерона и эстрадиола. Высокие концентрации фторидов, поступающие в организм белых крыс с водой, приводят к снижению относительной массы семенников, уменьшению количества сперматозоидов, их подвижности и выживаемости, увеличению количества аномальных сперматозоидов [52].

Репродуктивная система женщин и мужчин высоко и особенно чувствительна к воздействию неблагоприятных факторов внешней среды. Изменения показателей репродуктивного здоровья в достаточной мере могут отражать состояние среды обитания, характеризуя мутагенность и эмбриотоксичность факторов и их способность подавлять адаптацию. У женщин, закончивших беременность родами и проживающих до 3 км от алюминиевого завода и никогда не работавших на нем, было ретроспективно установлено распространение различных осложнений беременности и родов. Достоверно у женщин отмечались гестоз и анемия беременных, Фетоплацентарная недостаточность, угроза прерывания беременности, преждевременное излитие околоплодных вод, заболеваемость новорожденных [1,3,20,21,26,28]. У мужчин в условиях фтористой интоксикации в зависимости от возраста и от продолжи-

ЛИТЕРАТУРА

1. Баряева О.Е., Игнатьева Л.П., Флоренсов В.В. Медико-экологические проблемы профилактики плацентарной недостаточности // Бюллетень ВСНЦ СО РАМН. — 2004. — Т. 1. № 2. — С.30-34.

2. Белая Ж.Е., Рожинская Л.Я., Мельниченко ГА. Современные представления о действии тиреоидных гормонов и тиреотропного гормона на костную ткань // Проблемы эндокринологии. — 2006. — Т. 52. № 2. — С.48-54.

3. Веккер И.Р., Сетко Н.П., Антоненко Б.Н. Роль факторов окружающей среды в перинатальной патологии // Гигиена и санитария. — 2001. — № 3. — С.29-32.

4. Взаимосвязь экологических факторов и йоддефи-цита у детей промышленных центров Байкальского региона / А.Н. Карчевский, Н.И. Маторова, А.В. Прусакова и др. // Бюллетень ВСНЦ СО РАМН. — 2004. — Т. 1. № 2. — С.148-152.

5. Гайдаш А.А., Цуканов В.В. Влияние терапевтических доз фтора и цеолитового энтеросорбента на ультраструктуру печени // Гепатология. — 2005. — № 5. — С.24-28.

6. Гаськов А.Ю., Савченков М.Ф., Юшков Н.Н. Особенности развития йоддефицитных состояний у детей, проживающих в условиях загрязнения окружающей среды фтористыми соединениями // Гигиена и санитария. — 2005. — № 6. — С.53-55.

7. Зайчик А.Ш., Чурилов Л.П. Основы патохимии. — СПб.: ЭЛБИ-СПб, 2001. — 687 с.

8. К вопросу унификации методов определения фтора в объектах окружающей среды / Л.А. Хаземова, Т.Л. Радовская, Н.В. Круглова, Т.К. Качалкова // Актуальные проблемы гигиены в металлургической и горнодобывающей промышленности: сб науч. тр. — М., 1985. — С.59-67.

9. Калетина Н.И. Токсикологическая химия. Метаболизм и анализ токсикантов. — М.: ГЭОТАР-Медиа, 2009. — С.907-911.

10. Калинина О.Л. Заболевания гастродуоденальной зоны у работающих в контакте с фтором в алюминиевой промышленности // Материалы Всероссийского конгресса «Человек и здоровье» / Под. ред. В.И. Стародубова. — Иркутск, 2004. — С.17.

11. Кольман Я., Рем К.Г. Наглядная биохимия. — М.: Мир, 2000. — 470 с.

12. Лошадкин Н.А., Курляндский Б.А. Военная токсикология. — М.: Медицина, 2006. — 291 с.

тельности контакта с соединениями фтора нарушения половой и репродуктивной функций встречаются в несколько раз чаще, что проявляется гормональными и клиническими признаками [22].

Сердечно-сосудистая система. Длительное воздействие соединений фтора является одним из факторов риска развития артериальной гипертонии, нарушений липидного обмена, при этом повышается содержание холестерина и липопротеидов высокой плотности (ЛПВП) в сыворотке крови. Наблюдается у больных флюорозом урежение частоты сердечных сокращений, приглушенность сердечных тонов [6,54].

Нервная система. У лиц, контактирующих с соединениями фтора, отмечаются вегетососудистые проявления: гипергидроз, повышенная утомляемость, раздражительность, головокружения. Установлено, что употребление воды с повышенным содержанием фтора на протяжении всей беременности негативно влияет на нейроповеденческое развитие детей. В литературе обсуждаются данные о связи флюороза с болезнью Альцгеймера и высоком содержании AL и Б в плиточном чае, который в Китае готовят из чая низкого качества, преимущественно из старого чайного листа. Алюминий и фтор попадают в чайный лист из кислых почв [56].

Таким образом, фтор и его соединения, проникая в организм человека, способствуют развитию многообразных нарушений, касающихся всех систем жизнеобеспечения.

13. Лужников Е.А. Клиническая токсикология. — М.: Медицина, 1999. — 416 с.

14. Лужников Е.А., Костомарова Л.Г. Острые отравления — М.: Медицина, 2000. — 434 с.

15. Некоторые особенности патологии желудка при профессиональных заболеваниях / Е.А. Лобанова, Ю.А. Лощилов, Л.А. Тарасова и др. // Медицина труда и промышленная экология. — 2002. — № 11. — С.10-13.

16. Особенности репарации костной ткани при переломах и дистракции в условиях хронической интоксикации фтором / В.В. Бенеманский, А.П. Барабаш, Ю.А. Барабаш и др. // Бюллетень ВСНЦ СО РаМн. — 2001. — Т. 16. № 2. — С.18-21.

17. Панченко Л. Ф., Маев И.В., Гуревич К.Г. Клиническая биохимия микроэлементов. — М.: ГОУ ВУНЦ МЗ РФ. 2004. — 363 с.

18. Сайжаа Н. и др. К вопросу фторирования расфасованной питьевой воды // Бюллетень ВСНЦ СО РАМН. — 2006. — № 8. — С.68-70.

19. Скальный А.В. Химические элементы в физиологии и экологии человека. — М.: ОНИКС 21 век: Мир,

2004. — 216 с.

20. Содержание некоторых химических элементов в организме беременных женщин / Я.А. Лещенко, И.В. Мыльникова, Л.Г. Лисецкая, Н.С. Бельская // Бюллетень ВСНЦ СО РАМН. — 2004. — Т.1. № 2. — С.194-198.

21. Состояние репродуктивного здоровья, процессов перекисного окисления липидов и антиоксидантной системы у подростков, проживающих в крупном промышленном центре Ангарск / Л.И. Колесникова, Л.В. Сутурина, А.В. Лабыгина и др. // Бюллетень ВСНЦ СО РАМН. — 2005. — № 5. — С.43-47.

22. Токарь В.И., Жаворонков А.А., Щербаков С.В. Фтор и эндокринная система. — Новосибирск: Наука, 1991. — 200 с.

23. Токарь В.И., Ворошнин В.В., Щербаков С.В. Хроническое влияние фторидов на систему гипофиз — щитовидная железа у промышленных рабочих // Гигиена труда и профессиональные заболевания. — 1989. — №

9. — С.19-21.

24. Фтор и фториды. Гигиенические критерии состояния окружающей среды 36. — Женева: ВОЗ, 1989. — 114 с.

25. Чащин М.В., Кузьмин А.В. Эпидемиология бронхиальной астмы у рабочих алюминиевого производства // Медицина труда и промышленная экология. —

2001. — № 11. — С.10-11.

26. Экологические и социальные проблемы репродуктивного здоровья населения Иркутской области / В.С. Рукавишников, И.В. Колычева, Н.И. Маторова, Я.А. Лещенко // Медицина труда и промышленная экология. — 2002. — № 4. — С.14-18.

27. Элленхорн М.Дж. Медицинская токсикология. Диагностика и лечение отравлений у человека. — М.: Медицина, 2003. — Т. 1. — 1048 с.; Т. 2. — 1044 с.

28. Эпидемиологический анализ врожденных пороков развития у новорожденных в г. Шелехове / Я.А. Лещенко, Н.И. Маторова, А.В. Боева и др. // Бюллетень ВСНЦ СО РАМН. — 2003. — № 2. — С.49-54.

29. A Textbook of modern Toxicology / Edited by Ernest Hodgson; John WileySSons, Inc. Hoboken. — New Jersey, USA, 2004. — 612 p.

30. Airway inflammation in aluminium potroom asthma / T. Sjaheim, et al. // Occup. And Environ. Med. — 2004. — Vol. 61. № 9. — P.779.

31. Assessing individual employee risk factors for occupational asthma in primary aluminium smelting / C.G. Barnard, D.I. McBride., H.M. Firth., G.P. Herbison // Occup. And Environ. Med. — 2004. — Vol. 61. № 7. — P.604-608.

32. Ayo-Yusuf O.A., Kroon J., Ayo-Yusuf I.J. Fluoride concentration off bottled drinking waters // SADJ: S. Afr. Dent. J. — 2001. — Vol. 56. № 6. — P.273-276.

33. Baselt R.C. The Disposition of Toxic Drugs and Chemicals in man. — California, USA: Biomedical publication Foster City. — 2004. — 1254 p.

34. Bassett J.H.D., Williams G.R. // Trends Endocrinol. Metab. — 2003. — Vol. 14. — P.356-364.

35. Changes in fluoride sensitivity during in vitro senescence of normal human oral cells / Satoh Rie, et al. // Anticancer Res. — 2005. — Vol. 25. № 3. — P.2085-2090.

36. Compensatory hyperparathyroidism following high fluoride ingestion — a clinico-biochemical correlation / Gupta S.K., et al. // Indian Pediatr. — 2001. — Vol. 38. — P.139-146.

37. Ding Hao-min, Liu Jun-ling, Xia Tao. Huanjing yu jiankang zazhi // J. Environ. and Health — 2005. — Vol. 22. № 4. — P.243-245.

38. Farley J.R., Wergedal J.E., Di Baylink. Fluoride directly stimulates proliferation and alkaline phosphatase activity of bone-foming cells // Science. — 1983. — Vol. 222. — P.330-332.

39. Fluoride estimation in drinking water of rural areas of Salem district / T. Venkatachalam, et al. // J. Ecotoxicol. And Environ. Monit. — 2004. — Vol. 14. № 3. — P.227-230.

40. Fluoride for the treatment of postmenopausal osteoporotic fractures; A meta-analysis / D. Haguenauer, et al. //Osteoporos Int. — 2000. — Vol. 11. — P.727-738.

41. Fluorosis dental en adolescentes de tres comunidades del estado de Queretaro / S. Sachez-Garcia, A.P. Pontigo-Loyola, E. Heredia-Ponce, J.A. Ugalde-Arellano // Rev. mex. Pediat. — 2004. — Vol. 71. № 1. — P.5-9.

42. Guo Xiao-ying, Chen Ai-li, Sun Gui-fan. Zhongguo yike daxue xuebao // J. China. Med. Univ. — 2005. Vol. 34. № 4. — P.321-322.

43. Han Feng, Wang Yun-cun, Li Zheng-guan. Zhongguo difangbingxue zazhi // Chin. J. Endemiology. — 2006. — Vol. 25. № 2. — P.201-203.

44. Harper’s Illustrated Biochemistry, 26th ed. / R.K. Murray, D.K. Granner, P.A. Mayes, V.W. Rodwell. — Boston, N.Y. et al., USA: McGraw Hill, 2003. — 693 p.

45. Ji Hai-lian, Xiang Zhen. Huanjing yu jiankang. Zazhi // J. Environ. and Health. — 2002. — Vol. 19. № 3. — C.216-217.

46. Lu Xuan-ting, Zhang Suo-cheng, Zhang Jun-Iong. Zhongguo difangbingxue zazhi // Chin. J. Endemiology. —

2004. — Vol. 23. № 1. — P.53-54.

47. Machoy-Mokrzynska A., Borowiak K.S. Fluoride and zinc distribution in selected rats tissues after supplementation of feed milk proteins and inhalation exposure to ammonium fluoride // Acta toxicol. — 2003. — Vol. 11. № 2. — P.119-124.

48. Meggs W.J. Fluoride poisoning at a toothpaste factory // J. Toxicol. Clin. Toxicol. — 2004. — Vol. 42. № 3-4. — P.482.

49. Meta-analyses of therapies for postmenopausal osteoporosis / A. Cranney, et al. // Endocr Rev. — 2002. — Vol. 23. — P.570-578.

50. Miura M., Tanaka K., Komatsu Y., et al. // Biochem. Biophys. Res. Commun. — 2002. — Vol. 291. — P.987-994.

51. Potts J.T. Parathyroid hormone: Past and present // J. Ehdocrinol. — 2005. — Vol. 187. — P.311-325.

52. Pushpalatha T., Srinivas M., Sreenivasula P. Reddy Exposure to high fluoride concentration in drinking water will affect spermatogenesis and steroidogenesis in male albino rats // Biometals. — 2005. — Vol. 18. № 3. — P.207-212.

53. Stezenie magnezu, wapnia i fosforu w surowicy krwi szczurow po zatruciu ostrym i przewlekly, fluorkiem sodu / Grucka-Mamozar Ewa, et al. // Bromatol. i chem. toksykol. — 2004. — Vol. 37. № 1. — P.53-57.

54. Wang Shou-ying, Xi Jing-zhuan, Li Fu-cheng. Xinxiaqng yixueyuan xuebao // J. Xinxiang Med. Coll. —

2005. — Vol. 22. № 3. — P.198-199.

55. Weisheng yanjiu / Jiang Chun-xia, Fan Qing-tang, Cheng Xue-min, Cui Liu-xin // J. Hyg. Res. — 2005. Vol. 34. № 1. — P.32-34.

56. Wong M.H., Fung K.F., Carr H.P. Aluminium and fluoride contents of tea, with emphasis on brick tea and their health implications // Toxicol. Lett. — 2003. — Vol. 137. № 1-2. — P.111-120.

57. Wang Shou-li, et al. Zhongguo difangbingxue zazhi // Chin. J. Endemiology. — 2004. — Vol. 23. № 6. — P.546-548.

58. Zhongguo difangbingxue zazhi / Cheng Xue-min, et al. // Chin. J. Endemiology. — 2005. — Vol. 24. № 2. — P.149-151.

Адрес для переписки: 664003, Иркутск, ул. Красного восстания, 1, ИГМУ, Шалина Тамара Исаильевна — к.м.н., доц., зав. кафедрой, Васильева Людмила Сергеевна — д.б.н., профессор, зав. кафедрой.

© ДАВЫДОВА А.В. - 2009

ЛИЗОСОМНЫЕ БОЛЕЗНИ НАКОПЛЕНИЯ: БОЛЕЗНЬ ГОШЕ

А.В. Давыдова

Резюме. Болезнь Гоше представляет собой болезнь накопления липидов, характеризующуюся отложением глю-коцереброзида в клетках моноцитарно-макрофагальной системы. Развивается в результате генетического дефекта специфической лизосомальной гидролазы (глюкоцереброзидазы). Для болезни Гоше характерна фенотипическая гетерогенность, тяжесть заболевания крайне варьирует. Традиционно выделяют три клинических типа болезни Гоше, все они наследуются по аутосомно-рецессивному типу. В обзоре литературы представлены современные данные по этиопатогенезу, клиническим особенностям, принципам диагностики и лечения болезни Гоше.

Ключевые слова: лизосомные болезни накопления, болезнь Гоше, дефицит глюкоцереброзидазы, гепатосплено-мегалия, гиперспленизм.