Власти просят убежище

Власти просят убежище

Укрытие на территории бывшей фабрики «Филип Моррис Кубань» делят в суде

Департамент имущественных отношений Краснодарского края инициировал судебный процесс по истребованию «из чужого незаконного владения» защитного сооружения гражданской обороны. Убежище площадью 322 кв. м расположено на территории бывшей табачной фабрики «Филип Моррис Кубань» в Краснодаре. Ответчиком по делу выступает МТУ Росимущества по Краснодарскому краю и Республике Адыгея. По мнению истца, укрытие является собственностью Краснодарского края. В марте департамент проиграл дело в суде первой инстанции. По мнению юристов, шансы обжаловать решение в апелляции ничтожно малы.

Фото: Евгений Курсков, Коммерсантъ

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в Ростове-на-Дону принял к производству жалобу депимущества Краснодарского края на решение кубанского арбитража, которым департаменту отказано в удовлетворении иска об истребовании из собственности Российской Федерации объекта гражданской обороны — убежища, а также признании права собственности на него. Информация об этом содержится в картотеке арбитражных дел.

Согласно материалам дела, речь идет об убежище площадью 322 кв. м на территории бывшей табачной фабрики «Филип Моррис Кубань» в Краснодаре (ул. Ипподромная, 10). В настоящий момент земельный участок, на котором расположен спорный объект, является собственностью АО «Филип Моррис Ижора» (питерское подразделение международной табачной компании Philip Morris International, выступает в деле третьим лицом).

Фабрика «Филип Моррис Кубань» прекратила свою деятельность в феврале 2022 года.

ОАО «Филип Моррис Кубань» было создано на базе Краснодарской табачной фабрики, которая изначально, в 1992 году, на основании распоряжения руководства страны, была передана в собственность Краснодарского края. По данным истца, спорное убежище учтено в казне министерства гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций Краснодарского края. Кроме того, в декабре 2020 года сведения об убежище внесены в ЕГРН как о ранее учтенном объекте с присвоением кадастрового номера. Таким образом, по мнению истца, убежище является собственностью региона. Вместе с тем из выписки ЕГРН об объекте от 19 апреля 2023 года департаменту стало известно, что годом ранее право собственности на убежища зарегистрировано за Российской Федерацией, чем, по мнению заявителя, нарушены имущественные интересы Краснодарского края. Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд.

В департаменте имущественных отношений Краснодарского края сообщили, что на данное убежище зарегистрировано право собственности Российской Федерации, «в связи с чем предоставить информацию о его состоянии не представляется возможным». В МТУ Росимущества и компании Philip Morris International на запросы оперативно не ответили.

По мнению члена Краснодарского регионального отделения Ассоциации юристов России Евгении Фандеевой, возможно, инициирование данного судебного спора связано с ранее данным поручением властям южных регионов обеспечить стабильную работу системы экстренного оповещения жителей при угрозе чрезвычайных ситуаций, а также проверить готовность укрытий и убежищ.

Оценивая судебный процесс, госпожа Фандеева отметила, что при рассмотрении заявленных требований департамента арбитражный суд исходил из того, что в соответствии с приложением №1 к постановлению Верховного совета РФ от 27 декабря 1991 года №3020-1 «О разграничении государственной собственности …» защитные сооружения гражданской обороны относятся к федеральной собственности и подлежат внесению в реестр. В силу указа президента России от 24 декабря 1993 г. №2284 «О государственной программе приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации» к объектам, находящимся в федеральной собственности, относятся защитные сооружения гражданской обороны, приватизация которых запрещена.

«С учетом вышеизложенного суд пришел к выводу, что спорное убежище является федеральной собственностью в силу прямого указания закона и не выбывало из владения и состава Российской Федерации в установленном законом порядке. Вероятность того, что суд апелляционной инстанции придет к иным выводам, ничтожна мала, поскольку аналогичная правовая позиция ранее высказывалась в определении Верховного суда России от 1 июня 2020 года»,— резюмирует юрист.