О задачах структурной политики в условиях глобальных технологических сдвигов. Часть 1

О ЗАДАЧАХ

СТРУКТУРНОЙ ПОЛИТИКИ В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛЬНЫХ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ СДВИГОВ. ЧАСТЬ 1

С.Ю. Глазьев

Структурная политика в постсоветской России фактически отсутствовала. Вследствие этого нарастала деградация технологической структуры экономики, что в конце концов привело к структурному кризису. Преодолеть его можно, осуществив модернизацию экономики на передовой научно-технической основе. В статье дается краткое обобщение закономерностей долгосрочного технико-экономического развития, анализируется нынешнее состояние технологической структуры российской экономики, а также обосновываются задачи структурной политики по выводу России из структурного кризиса на траекторию быстрого и устойчивого экономического роста.

ОСОБЕННОСТИ СОВРЕМЕННОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО РОСТА

Современный экономический рост характеризуется ведущим значением научно-технического прогресса и интеллектуализацией основных факторов производства. На долю новых знаний, воплощаемых в технологиях, оборудовании, образовании кадров, организации производства, в развитых странах приходится от 70 до 85% прироста ВВП (Де-нисон, 1971; Глазьев, 1990). Быстро растет вклад инновационной составляющей в прирост ВВП развитых стран, который в США, например, увеличился с 31,0% в 1980-е гг. до 34,6% в начале нового столетия, в Японии -

соответственно с 30,6 до 42,3%, в Европе - с 45,5 до 50,0% (Клавдиенко, 2006). Внедрение нововведений стало ключевым фактором рыночной конкуренции, позволяя передовым фирмам добиваться сверхприбылей за счет присвоения интеллектуальной ренты, образующейся при монопольном использовании более эффективных продуктов и технологий.

В результате происходит повышение эффективности производства и удешевление единицы потребительских свойств продукции, что способствует росту общественного благосостояния и улучшению качества жизни населения. Благодаря высокой инновационной активности в развитых странах обеспечивается постоянное расширение возможностей хозяйственной деятельности, что позволяет им последовательно наращивать денежное предложение в целях кредитования роста производственного и человеческого потенциала без ощутимых инфляционных последствий.

Особенностью современного этапа социально-экономического развития стало широкое применение информационных технологий, многократно увеличивших возможности генерирования и передачи знаний и соответственно НИОКР. Следствием информационной революции стало превращение науки в ведущую производительную силу, которая непрерывно генерирует новые технологические возможности. Переход к экономике знаний вызвал серьезный сдвиг в структуре общественного производства, резко увеличив потребности в образовании и творческой деятельности.

Характерной чертой современного экономического роста стал переход к непрерывному инновационному процессу в практике управления. Проведение НИОКР занимает все больший вес в инвестициях, превышая в наукоемких отраслях расходы на приобретение оборудования и строительство. Одновременно повышается значение государственной научно-технической, инновационной и образовательной политики, определяющей общие условия научно-технического прогресса. Постоянно растет доля расходов на науку и социаль-

но-экономическое развитие в ВВП, достигшая в передовых странах 3% ВВП, свыше трети из которых финансирует государство (Наука России..., 2005). Интенсивность НИОКР и качество человеческого потенциала определяют сегодня возможности и уровень экономического развития - в глобальной экономической конкуренции выигрывают те страны, которые обеспечивают благоприятные условия для на-учно-технического прогресса.

Однако современный экономический рост порождает известные сложности в управлении процессами технологического развития экономики, обусловленные его неопределенностью, нелинейностью и неравномерностью. Многие технологические сдвиги, характерные для постиндустриальной экономики, не улавливаются традиционными способами измерения процессов технико-экономического развития (ТЭР). Привычные показатели физического объема производства продукции перестают адекватно отражать процессы развития экономики, характеризующиеся ведущим значением НТП и новых знаний.

Значительная часть экономики знаний не охвачена официальной статистикой, во многих быстрорастущих отраслях производства интеллектуального и человеческого капитала (например, в сферах здравоохранения, государственного управления, науки и образования) невозможно измерить производительность, вследствие чего объемы выпуска продукции искусственно приравниваются к затратам (Вальяно, 2006). Быстрое повышение эффективности производства в наиболее динамично развивающихся отраслях влечет резкое снижение цен, следствием чего становится недооценка их вклада в экономическое развитие. В условиях снижения цены единицы потребительского свойства продукции (к примеру, в микроэлектронике - на порядок в течение нескольких лет) использование привычных индексов динамики производства становится весьма затруднительным.

Сами технологические изменения приобретают все более размытый характер, не вписываясь в привычные ритмы научно-про-

изводственных и технологических циклов. Если раньше обновление основных фондов занимало десятилетия, то сегодня на передовых рубежах НТП оборудование меняется в течение нескольких лет. Многие виды интеллектуальной деятельности, вносящие весомый вклад в прирост ВВП, вообще не требуют оборудования. По свидетельству экспертов, сегодня в США примерно 45 млн человек используют в качестве средства производства только свой интеллект, подкрепленный персональным компьютером (Мясникова, 2006).

Происходит резкое сокращение срока реализации научных открытий: средний период освоения нововведений с 1885 по 1919 г. составил 37 лет, с 1920 по 1944 г. - 24 года, с 1945 по 1964 г. - 14 лет, а в 90-е гг. XX в. для наиболее перспективных открытий (электроника, атомная энергетика, лазеры) - 3-4 года (Информационная экономика..., 2006). При сетевой организации современного бизнеса, использующего САЬБ-технологии (непрерывное совершенствование и поддержка жизненного цикла продукции) в глобальных масштабах, размывается физическая основа привычных ритмов экономического роста, затухает его цикличность. Вместо последовательного прохождения научно-производственного цикла по фазам НИР, ОКР, проектирования и освоения массового производства, происходит совмещение этих стадий. Производство становится сферой реализации научных достижений (Стратегия научно-технологического прорыва, 2001). В экономике знаний непрерывный поток нововведений резко ускоряет процесс обновления материально-технологической основы производственной деятельности, которая становится все более разнообразной и все менее уловимой в традиционных агрегатных показателях экономической деятельности.

Все это не означает, разумеется, невозможности проведения корректных измерений процессов технико-экономического развития. Такие измерения было предложено вести на основе представления современного экономического роста как неравномерного процесса периодического последовательного замеще-

ния целостных комплексов технологически сопряженных производств - технологических укладов (Львов, Глазьев, 1986). Результативность такого структурирования процесса глобального технико-экономического развития подтвердилась в ряде последующих работ по измерению технологических изменений современной экономики (Глазьев, 1993; Румянцева, 2003; Кузык, Яковец, 2006).

Жизненный цикл технологического уклада (ТУ) охватывает период около столетия и включает две фазы роста. В первой, эмбриональной фазе технологический уклад зарождается, в экономической структуре еще доминирует предшествующий. В этой фазе его развитие сдерживается неблагоприятной технологической и социально-экономической средой. Лишь с достижением доминирующим технологическим укладом пределов роста и падением прибыльности составляющих его производств начинается массовое перераспределение ресурсов в технологические цепи нового ТУ, который вступает в фазу зрелости. Эта фаза характеризуется экспоненциальным расширением составляющих его технологических совокупностей, которое обеспечивает общий рост экономической активности и проявляется в очередной длинной волне конъюнктуры (Кондратьев, 1993). Фаза зрелости длится около половины столетия - до достижения технологическим укладом пределов своего расширения, сопровождающегося погружением экономики в структурный кризис, выход из которого обеспечивается расширением нового ТУ.

Процесс замещения доминирующих технологических укладов может быть назван технологической революцией, в которой выделяются пять признаков: рост инновационной активности, быстрое повышение эффективности производства, социальное и политическое признание новых технологических возможностей, изменение ценовых пропорций в соответствии со свойствами новой технологической системы. Технологическая революция сопровождается массовым обесценением капитала, задействованного в производствах ус-

таревшего ТУ, их сокращением, ухудшением экономической конъюнктуры, углублением внешнеторговых противоречий, обострением социальной и политической напряженности.

Замещение технологических укладов требует, как правило, соответствующих изменений в социальных и институциональных системах, которые не только снимают социальную напряженность, но и способствуют массовому внедрению технологий нового уклада, соответствующих его типу потребления и образа жизни. После этого начинается фаза быстрого расширения нового ТУ, который становится основой экономического роста и занимает доминирующее положение в структуре экономики. В фазе роста нового уклада большинство технологических цепей предшествующего перестраиваются в соответствии с его потребностями. В это же время зарождается следующий, новейший технологический уклад, который пребывает в эмбриональной фазе до достижения доминирующим ТУ пределов роста, после чего начинается очередная технологическая революция.

Каждый новый технологический уклад в своем развитии поначалу использует сложившуюся транспортную инфраструктуру и энергоносители, чем стимулирует их дальнейшее расширение; при этом фаза его быстрого роста сопровождается резким увеличением потребления энергии по сравнению с долгосрочным трендом. По мере развития очередного технологического уклада создается новый вид инфраструктуры, преодолевающий ограничения предыдущего, а также осуществляется переход на новые виды энергоносителей, которые закладывают основу для становления следующего ТУ. Его предпосылки создаются в ходе предыдущего этапа в виде соответствующих заделов в НИОКР, опытных производствах, базисных технологиях. Ко времени, когда традиционные технологические возможности расширения капитала вследствие насыщения соответствующих потребностей и достижения пределов в повышении эффективности производства исчерпываются, указанные предпосылки реализуются, превра-

щаясь из потенциальных способов вложения капитала в реальные.

В связи с переходом к экономике знаний и размыванием ритмов научно-производственных циклов на микроуровне возникло сомнение в сохранении длинных волн в постиндустриальную эпоху. Современные исследования подтверждают, что длинные волны были порождены в индустриальную эпоху инновационно-технологическими толчками, значение которых в качестве порождающей движение силы к концу XX в. ослабевает (Румянцева, 2003). Но в этих же исследованиях доказывается сохранение длинноволновых колебаний экономической активности, генерируемых сочетанием технологических, институциональных и социально-экономических факторов.

Производственно-технологическая основа длинных волн, которая используется в измерениях современных технологических сдвигов, раскрыта в теории долгосрочного технико-экономического развития (Глазьев, 1993).

ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЕ СДВИГИ В СОВРЕМЕННОЙ ЭКОНОМИКЕ

Результаты конкретно-исторических эмпирических исследований выявили становление и смену пяти технологических укладов (см. таблицу, рис. 1), включая вступивший в настоящее время в фазу роста информационный технологический уклад. Его ключевым фактором является микроэлектроника и программное обеспечение. В число производств, формирующих ядро этого ТУ, входят электронные компоненты и устройства, электронно-вычислительная техника, радио-, телекоммуникационное и лазерное оборудование, услуги по обслуживанию вычислительной техники. Генерирование технологических нововведений, определяющих развитие этого ТУ, происходит внутри названного комплекса отраслей и опосредовано сильными нелинейными обратными связями между ними.

Большинство нововведений, связанных с новым технологическим укладом, внедряется, как правило, еще в фазе доминирования предшествующего. Около 80% основных нововведений пятого ТУ были внедрены еще до середины 80-х гг. XX в. В качестве начальной точки жизненного цикла информационного технологического уклада можно назвать 1947 г. - год освоения производства первого транзистора. С появлением первой ЭВМ (1949), операционной системы (1954), кремниевого транзистора (1954) сформировалось ядро нового технологического уклада и началось его становление. Одновременно с развитием полупроводниковой промышленности происходил быстрый прогресс в области программного обеспечения. К концу 50-х гг.в появилось семейство первых программных языков высокого уровня, которые открыли новые возможности обработки данных.

Эмбриональная фаза роста информационного технологического уклада связана с появлением коммерчески эффективных ЭВМ (в частности, серии 1ВМ-360 в 1965 г.), которые использовались для автоматизации рутинных процедур обработки данных в информационно интенсивных секторах (госуправление, банковское дело, наука, армия). В этой фазе ключевые технологии пятого ТУ имели весьма ограниченный масштаб распространения, занимая информационно-интенсивные ниши в ранее сложившихся структурах предшествующего уклада.

Прорыв был осуществлен с внедрением микропроцессора (1971), которое открыло новые возможности для всех направлений развития нового технологического уклада. Совершенствование его базисных технологий приняло форму устойчивого, кумулятивного технического прогресса - траектория эволюции нового ТУ установилась, и его диффузия в мировой экономике вошла в фазу роста. С середины 80-х гг. XX в. началось массовое распространение производств нового технологического уклада и замещение ими традиционных технологий во многих отраслях экономики.

В исследовании С.Ю. Румянцевой констатируется наличие циклического максимума

Таблица 1

Хронология и характеристики технологических укладов

Характеристики уклада Номер технологического уклада

1 2 3 4 5 6

Период доминирования 1770-1830 гг. 1830-1880 гг. 1880-1930 гг. 1930-1980 гг. от 1980-1990 гг. дс 2030-2040 (?) гг. 2020-... гг.

Ключевой фактор Текстильные машины Паровой двигатель. станки Электродвигатель Двигатель внутреннего сгорания Микроэлектроника Нанонехнологии, молекулярная биология

Ядро и несущие отрасли технологического уклада Текстильная промышленность, текстильное машиностроение, выплавка чугуна, строительство каналов, водяной двигатель Паровой двигатель, железнодорожный транспорт, машино-, пароходостроение, угольная, станко- инструменталь-ная промышленность. черная металлургия Электротехническое и тяжелое машиностроение, производство и прокат стали, неорганическая химия, электроэнергетика Автомобиле-, тракторостроение. цветная металлургия, производство товаров длительного пользования, органическая химия, производство и переработка нефти, прикладная наука Электронная промышленность, вычислительная техника и программное обеспечение, телекоммуникации. роботостроение. производство и переработка газа, авиакосмическая промы шленность, наука и образование 11анотехнологии, генная инженерия. информатика, телекоммуникации, атомная промышленность, наука, образование. здравоохранение

Страны-лидеры Великобритания, Франция, Бельгия Великобритания. Франция. Бельгия, Германия. США Западная Европа. США, Россия США, СССР, Западная Европа, Япония США. Япония, ЕС ?

Режимы экономического регулирования в странах-лидерах Разрушение феодальных монополий. свобода торговли Свобода торговли. ограничение государственного вмешательства, появление отраслевых профессиональных союзов. Формирование социального зако нодательства Расширение институтов государственного регулирования. Государственная собственность на естественные монополии, основные виды инфраструктуры, в том числе социальной Социальное государство. Военно-промышленный комплекс. Институты развития. Кейнсианское государственное регулирование экономики Государство развития. Либерализация финансовых рынков, глобализация. Упадок профсоюзного движения Становление институтов глобального регулирования экономической деятельности

Основные экономические институты Конкуренция отдельных предпринимателей и мелких фирм, их объединение в партнерства, обеспечивающие кооперацию индивидуального капитала Концентрация производства в крупных организациях. Развитие акционерных обществ, обеспечивающих концентрацию капитала на принципах ограниченной ответственности Слияние фирм, концентрация производства в картелях и трестах. Господство монополий и олигополии. Концентрация финансового капитала в банковской системе. Отделение управления от собственности Транснациональные корпорации, олигополии на мировом рынке. Вертикальная интеграция и концентрация производства. Дивизиональный иерархический контроль и доминирование техно-структуры в организациях Международная интеграция на основе информационных технологий, интеграция производства и сбыта. Поставки «как раз вовремя», сетевые структуры организации экономической деятельности Формирование глобальных ин-формаиионно-технологических сетей производства и сбыта продукции. предоставления образовательных, медицинских и информационных услуг

Окончание таблицы Хронология и характеристики технологических укладов

Характеристики уклада Номер технологического уклада

1 2 3 4 5 6

Период доминирования 1770-1830 гг. 1830-1880 гг. 1880-1930 гг. 1930-1980 гг. от 1980-1990 гг. до 2030-2040 (?) гг. 2020-... гг.

Организация инновационной активности в странах-лидерах Национальные академии и научные общества. Индивидуальное инженерное и изобретательское предпринимательство и партнерство. Профессиональное обучение кадров Формирование научно-исследователь-ских институтов. Профессиональное образование. Формирование национальных и международных систем охраны интеллектуальной собственности Внутрифирменная наука. Национальные институты и лаборатории. Всеобщее начальное образование Государственное субсидирование НИОКР. Развитие среднего, высшего и профессионального образования. Глобальные механизмы защиты интеллектуальной собственности и передачи технологий Интеграция НИОКР. проектирования производства и обучения. Вычислительные сети и совместные исследования. Государственная поддержка новых технологий и университетско-промышленное сотрудничество Интеграция науки, образования, производства. Непрерывный инновационный процесс и непрерывное образование

Рис. I. Динамика замещения технологических укладов в структуре экономической деятельности

четвертой длинной волны в окрестности конца 70-х - начала 80-х гг. XX в. и циклического минимума в начале 90-х гг. XX в. В этот период происходила структурная перестройка экономики, обусловленная замещением четвертого ТУ пятым и сопровождающаяся резким ин-

новационным скачком (Румянцева, 2003). С конца 80-х гг. пятый ТУ становится доминирующим и берет на себя функцию локомотива экономического развития.

Ключевую роль здесь сыграли гибкие автоматизированные производства, которые позволили резко расширить ассортимент выпускаемой продукции. Вместе с информатизацией сферы обращения это создало условия для индивидуализации потребления. Качественно расширились потребительские свойства традиционных товаров. К примеру, в стоимости современного автомобиля около 70% составляют информационные компоненты (Проблемы информационной экономики, 2006). Замещение культуры массового потребления индивидуализацией потребительских предпочтений населения позволило существенно расширить платежеспособный спрос и стимулировать рост производства товаров и услуг, что обеспечило благоприятную экономическую конъюнктуру в течение последующих двух десятилетий.

Резкое снижение стоимости информационных услуг повлекло многократное расширение возможностей телекоммуникаций,

образования, здравоохранения, культуры и науки, которые стали базовыми несущими отраслями современного технологического уклада. Его расширение сопровождалось соответствующими сдвигами в энергопотреблении (рост доли природного газа), в транспортных системах (рост доли авиаперевозок), в конструкционных материалах (рост производства комбинированных материалов с заранее заданными свойствами). Произошел переход к новым принципам организации производства: непрерывному инновационному процессу, САЬБ-технологиям управления научно-производственными циклами, гибкой автоматизации производства, организации материально-технического снабжения по принципу «точно вовремя». Изменились потребительские предпочтения в пользу образования, информационных услуг, качественного питания, здоровой окружающей среды. Стереотипы «общества потребления» стали замещаться ориентирами качества жизни.

Особенностью распространения пятого технологического уклада является исключительно высокий темп повышения эффективности его ключевого фактора. Быстрое снижение стоимости единицы вычислительной мощности (каждые 2-3 года сменяются поколения вычислительной техники, а мощность компьютеров удваивается каждые 18 месяцев (Стратегия научно-технологического прорыва, 2001)) затрудняет измерение роста этого технологического уклада посредством показателей производства товаров - представителей его ядра (интегральных схем, вычислительной техники и информационно-коммуникационного оборудования). Более адекватное представление о расширении пятого ТУ дают измерения применения информационных технологий. К примеру, в США занятость в сфере обслуживания информационной техники увеличилась в 1992-2002 гг. на четверть - при неизменной численности занятых в сфере ее производства (Василевский, 2006). При сокращающемся стоимостном объеме производства ЭВМ и коммуникационного оборудования в 1998-2003 гг. более чем на 15% физический

объем производства информационных услуг за это же время вырос вдвое, а основной капитал отрасли - в 1,7 раза.

Из этого следует, что стоимостные оценки роста производства средств вычислительной техники и информатизации не в полной мере отражают увеличение масштаба и веса современного технологического уклада в экономике. Более точное представление об этом дает вес инвестиций в информационно-коммуникационные технологии (ИКТ) в совокупных инвестициях в производство (которые выросли с 15% в начале 80-х гг. до 35% к началу 2000 г.). Согласно имеющимся оценкам вклад информационных технологий в ежегодный прирост ВВП в последнее десятилетие составил в развитых странах около 30%.

Темпы роста отраслей пятого ТУ начиная с 80-х гг. прошлого века в развитых и новых индустриальных странах достигали 25-30% в год, в 3-4 раза превосходя темпы роста промышленного производства (Стратегия научно-технологического прорыва, 2001), а их вклад в прирост ВВП достигал в 80-90-е гг. 50% (Проблемы информационной экономики, 2006, с. 10). Это свидетельствует о вступлении в тот период пятого технологического уклада в фазу быстрого роста, сопровождавшуюся быстрым повышением эффективности экономики. К примеру, темпы роста производительности труда в частном секторе американской экономики увеличились соответственно с 0,80% в 1990-1995 гг. до 3,05% в 1995-2000 гг. (Василевский, 2006).

Дальнейший рост пятого ТУ продолжится еще около десятилетия, в течение которого он будет определять развитие мировой экономики. Для измерения соответствующих технологических сдвигов наряду с показателями производства товаров - представителей ядра пятого технологического уклада по указанным выше причинам использовались показатели их потребления, а также признаки развития несущих отраслей этого ТУ. Динамические ряды соответствующих показателей по России и развитым странам обрабатывались методом главных компонент, первая из кото-

рых интерпретируется как обобщенная характеристика роста пятого ТУ1.

С учетом объективно разных условий развития ТУ в эмбриональной фазе и фазе зрелости для измерения соответствующих технологических сдвигов использовались разные наборы признаков. Для измерения развития пятого ТУ в эмбриональной фазе роста (до 1985 г.) использовались следующие признаки: количество телевизоров, установленных телефонов и число студентов на 1000 человек населения, а также показатели энерго- и газоемкости национального дохода, электровооруженности занятых в промышленности, доли стали, выплавленной в электропечах, непрерывного литья заготовок, электроэнергии, потребляемой на освещение и бытовые нужды. Путем их обработки методом главных компонент была получена обобщенная характеристика роста пятого ТУ в технологической структуре экономики (рис. 2). Для измерения

1 Подробное обоснование использования метода главных компонент для построения обобщенных показателей взаимосвязанных технологических изменений см.: (Глазьев, 1993).

роста пятого ТУ в фазе зрелости (после 1995 г.) были использованы признаки количества персональных компьютеров, мобильных телефонов, пользователей сети Интернет на 1000 человек населения (рис. 3), обработанные тем же методом. Аналогичным образом на основе обработки признаков нефте-, алюминие-, автомобиле- и энергоемкости национального дохода, протяженности автодорог на душу населения, доли стали, выплавляемой кислородно-конверторным способом, количества минеральных удобрений на 1000 га пашни, удельного потребления топлива на ТЭС была построена обобщенная характеристика роста четвертого ТУ (рис. 4).

Межстрановый количественный анализ траекторий ТЭР показал, что техническое развитие нашей экономики проходило по той же траектории, что и развитие экономик других стран (Глазьев, 1993). При этом оно было существенно более медленным. Относительно более низкие темпы технического развития советской экономики объяснялись ее воспроизводящейся технологической многоуклад-ностью, затруднявшей своевременное перераспределение ресурсов в освоение новых технологий. К началу 90-х гг. XX в. воспроиз-

Рис. 2. Обобщенный показатель роста пятого технологического уклада в эмбриональной фазе

-ф-Россия -Ц—— Великобритания

-Германия )( Франция

. - - США -ф-Япония

Рис. 3. Обобщенный показатель роста пятого технологического уклада в фазе зрелости

водство третьего, четвертого и пятого технологических укладов, одновременно существовавших в советской экономической структуре, стабилизировалось.

В отличие от развитых капиталистических стран, где с середины 80-х гг. быстро расширялся пятый ТУ, темпы его роста в экономике СССР в это время резко упали. Произошел качественный скачок в накоплении диспропорций, обусловленных воспроизводящейся технологической многоукладностью советской экономики. Одновременное расширенное воспроизводство трех технологических укладов вследствие общих ресурсных ограничений привело в середине 70-х гг. к снижению темпов роста каждого из них, включая новый (пятый), а также общих темпов экономического роста и резкому замедлению прогрессивных структурных сдвигов.

Развитие производств четвертого технологического уклада происходило в СССР с запаздыванием, по сравнению с глобальной траекторией ТЭР, на три десятилетия (Глазьев, 1993). Результаты измерений показывают серьезное отставание нашей экономики по освоению производств пятого технологического уклада еще в эмбриональной фазе его разви-

тые. 4. Обобщенный показатель относительного роста четвертого технологического уклада

тия. И сейчас, когда он перешел в фазу быстрого роста, величина его ядра в российской экономике в десятки раз ниже, чем в развитых странах. Об этом свидетельствует почти 100-кратное отставание по производству электронной техники на душу населения по сравнению с США и более чем 30-кратное по сравнению с Евросоюзом. Доля России на мировом рынке электронной техники и компонентов составляет не более 0,1-0,3%. Такую же долю (0,2%) имеет Россия и на рынке информационных услуг, что в 25 раз меньше, чем в Китае, и в 15 раз меньше, чем в Индии (Сухарев, 2006). Не удивительно, что вклад ИКТ в экономический рост в России втрое ниже развитых стран и уступает даже Таиланду (Ва-льяно, 2006).

Вместе с тем по уровню развития одного из несущих направлений пятого ТУ - аэрокосмических технологий - Россия занимает одно из ведущих мест в мире. В частности, доля российских фирм на рынке космических запусков достигает трети (Стратегия научно-технологического прорыва, 2001), передовые позиции сохраняются на рынке военной авиатехники. Правда, доля доходов российских компаний на мировом рынке космических технологий составляет всего около 2% (Сорокин, 2003).

Хотя информационный сектор в российской экономике развивается весьма динамично и число новых информационных технологий увеличилось по сравнению с началом 90-х гг. на порядок (Иовчук, 2004), доля ИКТ в отечественном ВНП в 2-3 раза ниже, чем в передовых странах. Имеет место отставание от мирового уровня в секторе ИКТ и в производительности труда, которая составляет 40% от уровня США (Лейрих, 2006). Это отставание объясняется недостатком инвестиций в развитие информационных технологий, уровень которых в России в результате многолетнего недоинвестирования составлял не более 2,5% ВВП по сравнению 6,6% в США, 5% в Японии и 3,8% в ЕС в течение трех последних десятилетий.

Как следует из результатов измерений и имеющихся оценок, на сегодняшнем этапе

роста пятого технологического уклада, достигшего фазы зрелости, его распространение в России происходит в несущих отраслях, в то время как ядро остается недоразвитым. В отраслях ядра пятого ТУ, таких как производство изделий микроэлектроники и электронной техники, радиотехники, оптоэлектроники, гражданского авиастроения, высокосортной стали, композитных и новых материалов, промышленного оборудования для наукоемких отраслей, точного и электронного приборостроения, приборов и устройств для систем связи и современных систем коммуникаций, компьютеров и других компонентов вычислительной техники, по сравнению с уровнем 1990-1991 гг. произошел значительный спад, констатирует академик Федосов. Отставание от мирового уровня в этих технологиях преодолеть очень трудно, даже при условии внушительных инвестиций (Федосов, 2006).

В фазе зрелости доминирующего ТУ преодоление технологического отставания в области его ключевых технологий требует колоссальных инвестиций, в то время как приобретение импортной техники позволяет быстро удовлетворять имеющиеся потребности. Соответственно, это и происходит в нашей стране, о чем свидетельствуют показатели роста парка персональных компьютеров, числа пользователей Интернета, объема экспорта программных услуг и другие показатели расширения использования технологий пятого ТУ в его несущих отраслях с темпом около 20-50% в год (Голиченко, 2006).

Из этого следует, что расширение пятого технологического уклада в России носит догоняющий имитационный характер. Об этом свидетельствует относительная динамика распространения его разных составляющих - чем ближе технология к сфере конечного потребления, тем выше темпы ее распространения. Быстрое расширение несущих отраслей пятого технологического уклада происходит на импортной технологической базе, что означает втягивание российской экономики в ловушку неэквивалентного обмена с зарубежным ядром этого технологического уклада, в

котором генерируется основная часть интеллектуальной ренты.

Во втором десятилетии XXI в., когда устойчивый рост доминирующего сейчас пятого технологического уклада достигнет предела, сформируется воспроизводственная система нового, шестого, технологического уклада, становление которой происходит в настоящее время.

Уже видны ключевые направления его развития: биотехнологии, основанные на достижениях молекулярной биологии и генной инженерии, нанотехнологии, системы искусственного интеллекта, глобальные информационные сети и интегрированные высокоскоростные транспортные системы. Дальнейшее развитие получат гибкая автоматизация производства, космические технологии, производство конструкционных материалов с заранее заданными свойствами, атомная промышленность, авиаперевозки. Рост атомной энергетики и потребления природного газа будет дополнен расширением сферы использования водорода в качестве экологически чистого энергоносителя, существенно расширится применение возобновляемых источников энергии.

Произойдет еще большая интеллектуализация производства, переход к непрерывному инновационному процессу в большинстве отраслей и непрерывному образованию в большинстве профессий. Завершится переход от «общества потребления» к «интеллектуальному обществу», в котором важнейшее значение приобретут требования к качеству жизни и комфортности среды обитания. Производственная сфера перейдет к экологически чистым и безотходным технологиям. В структуре потребления доминирующее значение получат информационные, образовательные, медицинские услуги. Прогресс в технологиях переработки информации, системах телекоммуникаций, финансовых технологиях повлечет за собой дальнейшую глобализацию экономики, формирование единого мирового рынка товаров, капитала, труда.

Между пятым и шестым технологическими укладами существует преемственность. Их ключевым фактором являются информаци-

онные технологии, основанные на использовании знаний об элементарных структурах материи, а также алгоритмах обработки и передачи информации, полученных фундаментальной наукой. Граница между ними лежит в глубине проникновения технологии в структуры материи и в масштабах обработки информации. Пятый технологический уклад основывается на применении достижений микроэлектроники в управлении физическими процессами на микронном уровне. Шестой технологический уклад основывается на применении нанотехнологий, оперирующих на уровне одной миллиардной метра и способных менять молекулярную структуру вещества, придавая ему принципиально новые свойства, а также проникать в клеточную структуру живых организмов, видоизменяя их. Наряду с качественно более высокой мощностью вычислительной техники нанотехнологии позволяют создавать новые структуры живой и неживой материи, выращивая их на основе алгоритмов самовоспроизводства.

Переход к шестому ТУ совершается через очередную технологическую революцию, кардинально повышающую эффективность основных направлений развития экономики. Стоимость производства и эксплуатации средств вычислительной техники на нанотех-нологической основе снизится еще на порядок, многократно возрастут объемы ее применения в связи с миниатюризацией и приспособлением к конкретным потребительским нуждам. Медицина получит в свое распоряжение технологии борьбы с болезнями на клеточном уровне, предполагающие точную доставку лекарственных средств в минимальных объемах и с максимальным использованием способностей организма к регенерации. Нано-материалы обладают уникальными потребительскими свойствами, создаваемыми целевым образом. Трансгенные культуры многократно снижают издержки фармацевтического и сельскохозяйственного производства. Генетически модифицированные микроорганизмы многократно ускоряют процессы извлечения металлов и чистых материалов из горно-руд-

ного сырья, революционизируя химико-металлургическую промышленность.

Не менее впечатляющие изменения прогнозируются в машиностроении. На основе системы «нанокомпьютер - наноманипуля-тор» можно будет организовать сборочные автоматизированные комплексы, способные собирать любые микроскопические объекты по заранее снятой либо разработанной трехмерной сетке расположения атомов. С развитием наномедицинских роботов станет возможным продление человеческой жизни. Также будут решены задачи перестройки человеческого организма для качественного увеличения естественных способностей (Информационная экономика..., 2006).

В настоящее время шестой технологический уклад находится в эмбриональной фазе развития, при которой его расширение сдерживается как незначительным масштабом и неотработанностью соответствующих технологий, так и неготовностью социально-экономической среды к их широкому применению. Хотя расходы на освоение нанотехнологий и масштаб их применения растут по экспоненте, общий вес шестого технологического уклада в структуре современной экономики остается незначительным, но с тенденцией к быстрому росту.

По прогнозам Научного фонда США, к 2015 г. годовой оборот рынка нанотехнологий достигнет 1 трлн долл. (Флерова, 2006). С 20-х гг. нынешнего столетия этот ТУ вступит в фазу быстрого роста. Вместе с тем расширение шестого технологического уклада во многом опосредовано теми же несущими отраслями, что и пятого: образованием, культурой, связью, деловыми услугами, расширение которых является их общим признаком. Наряду с ними информационная революция охватывает здравоохранение и сельское хозяйство (благодаря применению достижений молекулярной биологии и генной инженерии), а также создание новых материалов с заранее заданными свойствами. САЬБ-технологии становятся доминирующей культурой управления развитием производства.

Хотя имеющаяся статистика не позволяет дать комплексную оценку развития шестого технологического уклада, не возникает сомнения, что его развитие в России также идет с отставанием. Но это отставание происходит в фазе эмбрионального развития и может быть преодолено в фазе роста. Для этого нужно освоить (до крупномасштабной структурной перестройки мировой экономики) ключевые производства ядра нового ТУ, дальнейшее расширение которого позволит получать интеллектуальную ренту в глобальном масштабе. Российская наука имеет достаточный потенциал уже полученных знаний и весьма перспективные достижения, своевременное практическое освоение которых может обеспечить лидирующее положение отечественных предприятий на гребне очередной длинной волны экономического роста. Российским ученым принадлежит приоритет в открытии технологий клонирования организмов, стволовых клеток, оптикоэлектронных измерений. Обзор имеющихся результатов позволяет сделать вывод о том, что наука и промышленность России располагают необходимым инновационным потенциалом в сфере нанотехнологий и наноматериалов (Раткин, 2006).

Проблемой остается своевременное практическое освоение имеющихся научно-технических заделов в ключевых направлениях становления нового технологического уклада. Хотя российская наука и образование имеют достаточный для этого кадровый потенциал, недостаток финансирования приводит к утечке умов и технологических знаний за рубеж. За время реформ уехало около 5 млн специалистов - это больше, чем во время и после Гражданской войны (Мясникова, 2006). По имеющимся данным, до половины выпускников российских вузов, специализирующихся в области молекулярной биологии и генетики, уезжают за рубеж. Приходится констатировать, что за исключением атомной и авиакосмической промышленности, обладающих накопленными конкурентными преимуществами, российская промышленность не располагает механизмами освоения ключевых про-

изводств нового технологического уклада. Их скорейшее создание является решающим фактором будущего развития страны.

Литература

Белоусов А.Р. Долгосрочные тренды российской экономики. Сценарии экономического развития России до 2020 г. М.: Центр макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования, 2005.

Борисов В Н. Машиностроительный комплекс в воспроизводственном процессе: методология и инструментарий анализа и прогнозирования: Автореферат дис. ... д-ра экон. наук. М., 2001.

ВальяноД. Информационные технологии: расходная статья или фактор роста? // Межрегиональная группа ученых - Институт проблем новой экономики. 2006. № 2—3.

Василевский Э. Информационные технологии: масштабы и эффективность использования // Мировая экономика и международные отношения. 2006. № 5.

Глазьев С.Ю. Экономическая теория технического развития. М.: Наука, 1990.

Глазьев С.Ю. Теория долгосрочного технико-экономического развития. М.: ВлаДар, 1993.

Голиченко О.Г. Национальная инновационная система России: состояние и пути развития. М.: Наука, 2006.

Денисом Э. Исследование различий в темпах экономического роста. М.: Прогресс, 1971.

Инновационный путь развития для новой России / Отв. ред. В.П. Горегляд; Центр социально-экономических проблем федерализма Института экономики РАН. М.: Наука, 2005.

Информационная экономика и концепции современного менеджмента: Материалы Первых Дру-керовских чтений / Под ред. P.M. Нижегород-цева. М.: Доброе слово, 2006.

Иовчук С.М. Инновационные факторы повышения международной конкурентоспособности рос-

сийской промышленной продукции // Сборник ИМЭПИ РАН. М„ 2004.

Клавдиенко В. Стимулирование инновационной активности // Общество и экономика. 2006. № 7-8.

Комков Н. И. Организация и перспективы разработки технологического прогноза развития экономики России. Вклад общественных наук в развитие народного хозяйства: Материалы научной сессии ООН РАН, 17 декабря 2002. М., 2003.

Кондратьев Н.Д. Избранные сочинения. М.: Экономика, 1993.

Кузык Б.Н., Яковец Ю.В. Интегральный макропрогноз инновационно-технологической и структурной динамики экономики России на период до 2030 года / Б.Н. Кузык, Ю.В. Яковец. М.: Институт экономических стратегий, 2006.

Лейрих A.A. Масштабы и динамика показателей формирования сектора «новой» экономики // Межрегиональная группа ученых - Институт проблем новой экономики. 2006. № 2-3.

Львов Д.С., Глазьев С.Ю. Теоретические и прикладные аспекты управления НТП // Экономика и математические методы. 1986. № 5.

Макаров В. Контуры экономики знаний // Экономист. 2003. № 3.

Материалы к заседанию Совета по конкурентоспособности / МЭРТ. М., 2006.

Мясникова Л. Смена парадигмы. Новый глобальный проект // Мировая экономика и международные отношения. 2006. № 6.

Наука России в цифрах. 2005: Стат. сб. М., 2005.

О государственной промышленной политике России. М.: Торгово-промышленная палата Российской Федерации, 2003.

Проблемы информационной экономики. Вып. 5 // Национальная инновационная система России: проблемы становления и развития: Сб. науч. трудов / Под ред. P.M. Нижегородцева. М.: ЛЕНАНД, 2006.

Раткин Л. Нанотехнологический потенциал Российской экономики // Инвестиции в России. 2006. № 11.

Румянцева С.Ю. Длинные волны в экономике: многофакторный анализ. СПб.: Изд-во С-Пб. унта, 2003.

Сальников В.А., Галимов Д.И. Конкурентоспособность отраслей Российской промышленности - текущее состояние и перспективы // Проблемы прогнозирования. 2006. № 2.

Сорокин Д.Е. Россия перед вызовом: Политическая экономия ответа. М.: Наука, 2003.

Стратегия научно-технологического прорыва: Сб. науч. трудов / Под ред. Ю.В. Яковца, О.М. Юня. М.: МФК, 2001.

Сухарев О. Информационный сектор экономики: проблемы развития // Инвестиции в России. 2006. № 8.

Третьяков Ю.Д. Проблема развития нанотехнологий в России и за рубежом // Вестник Российской академии наук. 2007. № 1.

Федосов Е.А. Инновационный путь развития как магистральная мировая тенденция // Вестник Российской академии наук. 2006. № 9.

Флерова А. О государственном регулировании инновационного развития в области наноматериа-лов и нанотехнологий в России // Инвестиции в России. 2006. № 8.

Шумпетер Й. Теория экономического развития. М.: Прогресс, 1982.

Экспертный институт. Инвестиционный климат в России // Вопросы экономики. 2006. № 5.

Kleinknekht А. Long Waves, Depression and Innovation // De Economist. 1986. № 1.

Рукопись поступила в редакцию 09.04.2007 г.