Наркотизация как социальная и психологическая проблема

8. Корниенко А.Ф. Функция сознания в психике человека //Ежегодник Российского психологического общества: Материалы 4-го Всероссийского съезда психологов. 17-22 сентября 2007 года. - Ростов-на-Дону, 2007. - С. 124-125.

9. Корниенко А.Ф. Проблемы сознания, осознания и самосознания //Психология сознания: современное состояние и перспективы. Материалы I Всероссийской конференции, Самара, 29 июня - 1 июля 2007 г. - Самара: Изд-во «Научно-технический центр», 2007. - С. 61-63.

10. Корниенко А.Ф. Психологические механизмы социальной детерминации сознания и самооценки человека //Вестник университета (Государственный университет управления). № 2 (50). - М.: ГУУ, 2008. -С. 85-88.

11. Корниенко А.Ф. Понимание базовых понятий общей психологии как основа профессиональной компетентности психолога //Казанский педагогический журнал. -2009. - № 9-10. - С. 81-88.

12. Кузьмина Н.В. Профессионализм личности преподавателя и мастера производственного обучения. - М.: Высшая школа, 1990.

13. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность //Избранные психологические произведения: В 2-х т. Т. II. - М.: Педагогика, 1983. - С. 94-231.

14. Ломов Б.Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии. - М.: Наука, 1984.

15. Петровская Л.А. Компетентность в общении. - М.: Изд-во МГУ, 1989.

16. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. - СПб.: Питер, 2001.

17. Хуторской А. Ключевые компетенции как компонент личностно-ориентированного образования //Народное образование. - 2003. - №2. - С. 58-64.

18. Hutmacher Walo. Key competencies for Europe //Report of the Symposium Berne, Switzerland 27-30 March, 1996. Council for Cultural Co-operation (CDCC) //Secondary Education for Europe. - Strasburg, 1997.

НАРКОТИЗАЦИЯ КАК СОЦИАЛЬНАЯ И ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ

ПРОБЛЕМА

Жиляев А.Г., Палачева Т.И.

Рассматриваются социальные и психологические проблемы злоупотребления психоактивными веществами несовершеннолетними, освещаются имеющиеся в отечественной литературе подходы к выявлению причин формирования наркотической зависимости. Представлен подход к оценке психологического риска наркотизации в различных возрастных группах детей в условиях школьного образования. Приведены возрастные психологические факторы риска наркотизации детей, подростков и юношества, являющиеся индикатором неспособности личности гармонично функционировать в социальном окружении и могущих стать причиной приобщения к психоактивным веществам.

Ключевые слова: психологические факторы риска наркотизации, интрап-сихические и психологических критерии риска наркотизации, адаптивная и неадаптивная социальная среда, референтная группа.

Drug Addiction as a Social and Psychological Problem. The article considers the social and psychological problems of psychoactive substances abuse by underage men. It highlights some popular approaches in Russian literature of Soviet Times that help to determine the reasons of drug abuse. The article represents the approach to the assessment ofpsychological risk of drug addiction in different age groups among children in school. It states age-psychological risk factors for drug addiction of children, adolescents and youth that serve as an indicator of the individual’s inability to function in social environment harmoniously and that may cause the motivation for using psychoactive substances.

Key words: psychological risk factors of drug addiction, intrapsychic and psychological criteria for the risk of drug addiction, adaptive and nonadaptive social

environment, the reference group.

Потребление психоактивных веществ (ПАВ) несовершеннолетними продолжает оставаться одно из самых сложных и негативных проблем современного российского общества и является серьезной угрозой здоровью населения, экономике, социальной сфере, правопорядку в стране, а в целом - общественному благосостоянию и национальной безопасности.

В отечественной и зарубежной литературе внимание специалистов сосредоточено на исследовании механизмов приобщения к психоактивным веществам. Существуют различные подходы к выявлению факторов риска наркотизации. Результаты исследований показывают, что причины наркомании можно отнести к четырем уровням. Одни исследования [1, 12, 15] акцентируют внимание на биологических факторах риска наркотизации, связанных с особенностями психофизического развития человека до момента вовлечения в наркотизацию, к которым относят генетическую предрасположенность к употреблению психоактивных веществ [16] отягощенную наследственность, органические поражения мозга, хронические соматические заболевания, интеллектуальную недостаточность [21] и др.

Однако среди основных причин, предрасполагающих к употреблению психоактивных веществ и формированию наркомании, главным образом называют социальные и психологические факторы.

К социальным и социокультурным условиям наркозависимости относят ухудшение социально-экономической ситуации в стране, ценностный плюрализм, рост объемов наркотических веществ на рынке и их доступность, лояльность закона по отношению к злоупотреблению ПАВ, мода на употребление психоактивных веществ, традиции общества, связанные с употреблением ПАВ [6, 7, 13, 14, 19].

Современная ситуация характеризуется нарушением существовавшей системы ценностей и культурных норм. Государственные институты не предоставляют человеку модели формирования витальных ценностей, способствующей формированию осознанных систем целей жизни. В этой ситуации употребление наркотиков рассматривается как стремление ухода от групповых ценностей, снятие ответственности с государственных институтов, наблюдается смещение понятий «целей жизни» человека и система их достижений.

Современные масштабы незаконного потребления наркотических средств, психотропных и сильнодействующих веществ указывают на сохраняющиеся негативные тенденции развития наркоситуации в детско-подростковой среде.

По данным Министерства образования и науки Российской Федерации, в России в настоящее время число лиц, регулярно употребляющих наркотики, составляет почти 6 миллионов человек, из которых 2 миллиона - подростки и молодежь в возрасте от 17 до 24 лет. Распространение наркомании в значительной мере способствует вовлечению детей в противоправную деятельность, и, в том числе, торговлю наркотиками, бродяжничество, иные формы девиантного поведения. Негативное воздействие на подростков и молодежь оказывают средства массовой информации, используются новые технологии коммуникации и связи, прежде всего Интернет, для распространения информационных материалов, побуждающих к употреблению наркотиков, а также рекомендаций по незаконному использованию и изготовлению наркотиков.

В подростковой среде использование ПАВ с целью одурманивания занимает существенное место в досуге, групповом общении. Широкая доступность так называемых «вовлекающих» наркотиков и включение их в молодежную субкультуру способствует снижению «порога страха» перед их применением, существование налаженной системы вовлечения в употребление наркотиков детей и подростков.

Ситуация усугубляется тем, что если в недалеком прошлом ранняя алкоголизация и токсикомания поража-

ла детей из неблагополучных семей, где родители вели асоциальный образ жизни, то современные медикосоциальные данные говорят о новом аспекте этой проблемы. В последние годы зараженность наркотиками среди учащихся элитных образовательных учреждений в 1,5-2 раза выше, чем в общеобразовательных школах, а в старших классах достигает 27 процентов [4].

Немалый «вклад» в ухудшение здоровья детей и подростков и создания благоприятной почвы для распространения наркомании вносит современная система воспитания и порой недостаточно обоснованные чрезмерные психофизиологические нагрузки, обусловленные существующей системой образования. Распространенность психических заболеваний среди детей и подростков возрастает каждые 10 лет на 10-15 процентов, частота психических заболеваний достигает у детей 15 процентов, у подростков - 20-25 процентов, психические заболевания являются причиной инвалидности с детства в 70 процентов случаев.

Таким образом, несовершеннолетний находится в своеобразной социально-психологической ситуации, когда, с одной стороны, у большинства детей и подростков отсутствует превентивная психологическая защита, ценностный барьер от вовлечения в прием наркотических средств, с другой стороны, существует прессинг рекламных предложений стиля жизни и ощущений, связанных с наркотизацией. Поэтому зачастую у подростков в ситуации выбора ведущими оказываются мотивы любопытства и подражания.

Наряду с социальными, биологическими и другими причинами су-

ществуют психологические факторы, которые рассматриваются как совокупность мотивов, побуждающих к употреблению алкоголя и наркотиков и определяют индивидуальный процесс приобщения к ПАВ.

Так, ряд авторов, занимающихся проблемой профилактики наркотизации, делают акцент на взаимосвязи риска наркотизации с особенностями развития личности [8, 9, 10, 11, 20], ее направленностью [5], со свойственными человеку стратегиями поведения [17,18] и другими психологическими особенностями человека.

На основе проведенного анализа в отношении индивидуально-психологических факторов риска исследователи выявили несколько причин, обуславливающих повышенный риск приобщения к ПАВ и формирования наркозависимости. Специалисты чаще всего отмечают связь склонности к употреблению психоактивных веществ с психопатиями и акцентуациями характера. Наиболее уязвимыми к вовлечению в наркотизацию специалисты считают подростков неустойчивого, эпилептоидно-неустойчивого и истероидно-неустойчивым типа [8, 10].

Однако в последнее время в зарубежной и отечественной превентивной наркологии получает распространение точка зрения, что предрасположение к зависимости кроется в «отдельных «слабых звеньях» личностной структуры» [16].

Патологическое влечение к психоактивному веществу выступает компенсаторным механизмом личностных аномалий, тем самым, восполняя уязвимые места личности суррогатным способом. К «слабым звеньям» личности относят следующие нарушения:

стойкие нарушения в аффективной сфере, высокий уровень эмоциональной лабильности, низкий уровень развития способности к сопереживанию; стойкие нарушения саморегуляции и самоконтроля; низкую способность к саморефлексии и заботе о себе; проблемы самооценки и недостаток самоуважения; стойкие нарушения саморегуляции и самоконтроля.

В поведенческом плане «уязвимость личности», по мнению специалистов, может проявляться в неадекватном восприятии социальной поддержки, подчиненности среде, не-сформированности копинг-стратегий

[17, 18].

Согласно экспериментальным данным, для дисфункциональных копинг-стратегий, способствующих формированию зависимости, характерна замена стратегии разрешения проблем стратегией избегания; преимущественная ориентация копинг-поведения не на изменение внешних условий, а на уменьшение психоэмоционального напряжения, связанного со стрессором; слабосформированная «Я-концепция» [17, 18].

Ряд отечественных исследователей считают, что во многих случаях отклоняющееся поведение подростков, приводящее к злоупотреблению ПАВ, обусловлено действием механизма поиска впечатлений на фоне неразвитости у них сферы потребностей, искажением процесса социализации, а также особенностями эмоциональной сферы: низкой стрессоустойчивостью, повышенной тревожностью, импульсивностью [16].

Перечисленные концептуальные модели злоупотребления ПАВ отражают сложность и многообразие рассматриваемого феномена. Важно

отметить, что на современном этапе развития науки отдается приоритет биопсихосоциальной модели, рассматривающей злоупотребление ПАВ как следствие нарушения в функционировании сложной многоуровневой системы «социум-личность-организм».

При исследовании психологических факторов риска формирования зависимости в настоящей работе был сделан акцент на выделении преобладающих возрастных групповых интересов и мотиваций, определяющих отношение к проблеме наркотизации. Впервые был разработан алгоритм оценки психологического риска наркотизации, включающий в себя понятие среды, референтной группы, интрапсихических и социально-психологических критериев риска наркотизации.

Среда как динамическая форма, не имеющая ярлыков, может выступать по отношению к личности в двух формах - адаптивной (позитивной) и неадаптивной (агрессивной). Варианты среды обуславливаются мотивами поведения самой личности. Так, позитивная мотивация личности формирует адаптивную среду, которая по отношению к ней является оптимальной, неагрессивной. Иная мотивация личности (негативная или сверхпо-зитивная) формирует неадаптивную (агрессивную) среду. В связи с этим впервые было введено понятие «искажение социальной среды». Искажение социальной среды происходит вследствие влияния на нее негативной мотивации личности, в силу этого среда становится агрессивной по отношению к личности. В ней возникают негативные тенденции (наркомания, алкоголизация и т.д.), вызывающие ее отторжение.

Рассмотрим более детально различные варианты среды. Вариантом адаптивной среды является спортивная секция. Спортивная среда неагрессивна, развивается удовлетворительно, если она носит массовый характер и позволяет выделиться лучшим из ее рядов.

Как известно, реакции группирования свойственны подростковому возрасту. Эта особенность подросткового возраста используют в своих целях криминальные авторитеты при организации группировок, хорошо известен «казанский феномен», екатеринбургские и московские группировки.

Помимо понятия среды для определения психологического риска наркотизации в возрастных группах детей стало выделение на основе проведенных исследований трех базовых составляющих - референтной группы, интрапсихических и социально-психологических критериев риска наркотизации.

Определение референтной группы позволяет установить значимых «других» в каждом возрасте, чье бессознательное принятие взглядов, поведения и установок осуществляет ребенок на основе эмоциональной привязанности к нему.

Интрапсихические критерии риска развития наркотизации ребенка отражают внутренние потребности мотивации личности в зависимости от возраста, удовлетворение которых способствуют формированию соответствующих базовых эмоций, черт характера и развитию позитивной Я-концепции.

Психологические критерии отражают наличие негативных внешних

условий (социальной среды), оказывающих давление на личность и препятствующих реализации ее внутренних потребностей. Давление среды на личность, согласно табл. 1, в каждом

возрасте происходит в случае развития неблагоприятных социальнопсихологических условий, препятствующих удовлетворению базовых потребностей личности.

Таблица № 1

Показатели риска развития наркотизации в возрастных группах детей

Возрастной период Хроно- логические рамки Референтная группа Возрастные показатели риска наркотизации

Интрапси- хические критерии Психологические критерии

Младший школьный возраст 7-10 лет Семья Стремление соответствовать ожиданиям референтной группы, подражать значимым взрослым Неадекватное поведение членов референтной группы

Подростковый возраст 11-13 лет Сверстники Потребность в социализации и расширении коммуникативных связей, стремление соответствовать стандартам взрослости Психологическая агрессия среды: давление алкогольных традиций, давление неоптимальной среды

Юношеский возраст 14-17 лет Люди, достигшие успеха Трудности в определении жизненного маршрута, стремление уйти от проблем Стремление занять более высокую социальную нишу, лучше адаптироваться, соответствовать ожиданиям

В психологии известно [2], что «Я-концепция» (или «Я-образ») является основой целостности, гармоничности и устойчивости личности, обеспечивающей точку равновесия внутреннего мира.

Становление «Я-концепции» как центра внутреннего мира личности происходит в детском и подростковом возрасте. Известно, что развитие «Я» происходит в ходе идентификации, в принятии ребенком социальной роли

значимого лица на основе установившейся с ним эмоциональной связи, а также включения в свой внутренний мир и принятие как собственных норм, ценностей и образцов. Это -отождествление себя с референтной группой, принятие взглядов, установок и поведения этой группы. Процесс идентификации имеет свою последовательность и этапность, на каждом из возрастных этапов имеется своя референтная группа, свои значимые «другие».

В имеющейся литературе психологи обозначают как значимых «других» для ребенка младшего школьного возраста - учителя как носителя социальных образцов, для подростка -сверстников, для юношей характерна позиция «Я сам» [2].

По нашим исследованиям, референтная группа в возрастных группах детей представлена следующим образом:

• 7- 10 лет: Я ^ другой

• 11-13 лет: Я ^ другой

• 14-17 лет: Я ^ другой

Более социально-приемлемой позицией в отношении значимых других для ребенка детского возраста является вариант «Я-другой» (семья), которая является источником норм поведения, социальных установок и ценностных ориентаций, с помощью их ребенок может оценить себя и других. Все это позволяет создать адаптивную социальную среду для дальнейшего становления личности в этот возрастной период.

В случае неадекватного поведения ближайшего к ребенку социального окружения, в первую очередь се-

мьи, происходит давление социальной среды на личность, что ведет к нарушению «Я-концепции». Значимыми условиями, способными спровоцировать в дальнейшем приобщение ребенка к ПАВ у детей 7-10 лет является: злоупотребление алкоголем, наркотиками кем-то из членов семьи; эмоциональная депривация, неустойчивый тип воспитания, снижение толерантности к стрессам, потребность родителей установить жесткий контроль над ребенком и т.д.

Базовая потребность подросткового периода развития - потребность в коммуникации, стремление соответствовать стандартам «взрослости» -реализуется в сообществе сверстников.

Собственно подростковые психологические реакции возникают при взаимодействии с социальной средой и формируют характерное поведение в этот период. Интрапсихическими критериями риска наркотизации для подросткового возраста является потребность в социализации, расширении коммуникативных связей, стремление соответствовать стандартам «взрослости». Социально-психологическим показателем риска детей в этот возрастной период является наличие психологической агрессии среды для подростка: кризис базовой системы ценностей и культурных норм, давление алкогольных традиций, доступность психоактивных веществ, формирование устойчивой наркотической субкультуры с закреплением установок на употребление ПАВ как «престижное» поведение вызывают у подростков и молодежи развитие суррогатных систем достижения жизненных ценностей - это употребление

наркотиков, алкоголя, табака. Таким образом, в подростковом возрасте в период формирования чувства взрослости наблюдается давление неоптимальной среды.

Социальная ситуация развития в ранней юности - это «порог» самостоятельной жизни. Базовая потребность в юности - выбор жизненного маршрута как заранее намеченного или установленного пути следования с определением целей и задач на каждом из возрастных этапов развития личности., позволит ей спланировать личностную программу будущего, в основу которой должен быть положен принцип своевременности: в какое время субъект должен уложиться, чтобы социально «успеть» в нужное время сделать следующий шаг. Данные ориентиры не всегда известны современным старшеклассникам.

Определение жизненного маршрута сопряжено с известными психологическими трудностями. Так, обостренное чувство необратимости времени нередко соседствует в юношеском сознании со стремлением уйти от проблем по его определению. Поэтому в этот период возникает потребность в опыте и знании людей, достигших успеха. Их жизненный опыт поможет молодому человеку сформировать внутреннюю позицию по отношению к себе («Кто Я?», «Какой Я?», «Отчего я такой?», «Почему я такой?»), по отношению к другим людям, а также к жизненным ценностям.

Самопознание в юности связано с открытием себя как неповторимо индивидуальной личности, которая открывает при этом социальный мир, в которой ей предстоит жить. По нашему мнению, развитие самосознания при оценке извне способствует пози-

тивному развитию личности старшеклассника.

Таким образом, приведенные выше возрастные психологические факторы риска наркотизации детей, подростков и юношества являются индикатором неспособности личности гармонично функционировать в социальном окружении.

Материалы и методы исследования

Противоречия в Я-концепции личности, фрустрация экзистенциально значимых потребностей, отсутствие смысла жизни является причиной дезадаптации личности.

Нами проведен анализ «Я-концеп-ции» у 87 детей и подростков из неполных и малообеспеченных семьей, находящихся в условиях летнего оздоровительного лагеря. Группу сравнения составило 32 случая, причем дети и подростки были сопоставимы по гендерным факторам, но отсутствовал факт социального риска.

Исследование «образа Я» детей и подростков из семей социального риска проводилось посредством применения психологического рисуночного теста «Несуществующее животное» (автор А.Л. Венгер), позволяющего изучить следующие особенности личности [3]: страхи, депрессивные тенденции, особенности реакции на стресс, агрессивность, экстраверт-ность или, напротив, интравертность, демонстративность, неудовлетворенность потребности в общении, степень социализированности и конформности, антисоциальные тенденции и др.

Обследуемым предлагалось придумать и нарисовать животное, которого на самом деле нет ни в сказках, ни в компьютерных играх, ни в мультфильмах.

Результаты исследования

Проведенное исследование выявило следующие особенности самосознания исследуемой группы [3].

В детском возрасте (7-10 лет) у исследуемой группы была отмечены проблемы в сфере общения, которые проявились в повышенной потребности обследуемых во внимании к себе, стремлении находиться в центре внимания, данная особенность встречалась в 77% случаев. В группе сравнения этот показатель составил 42,6%. Имели место тенденции, свидетельствующие о неудовлетворенности потребности в общении у детей, наблюдалась направленность на контакты с другими людьми в исследуемой группе у 60% респондентов, в группе сравнения эти тенденции отмечались в 57% случаев.

Кроме того, прослеживалась сниженная конформность у 39% тестируемых, недостаточная социали-зированность детей данной возрастной группы, выражающаяся в низкой бытовой ориентации, неумелости. В контрольной группе эти показатели оказались ниже и составили 28%. Защитная агрессия в социальных отношениях была представлена у одной трети обследуемых, данная особенность в контрольной группе составила 17%. В то же время в рисунках детей группы риска были выявлены страхи в 40% случаев, связанные с трудностями в общении, в группе сравнения этот показатель составил 22%.

Эмоциональные особенности отразились в повышенном уровне тревоги, которая была выявлена в 92% случаев, в группе сравнения повышенная тревожность наблюдалась у 32% тестируемых. Высокая значимость сексуальной сферы отмечалась у 1\3 респон-

дентов целевой группы, в контрольной группе она составила 22%.

В подростковом возрасте (11-13 лет) отмечались следующие возрастные проявления, связанные с не-сформированностью «Образа Я» на эмоциональном, когнитивном и поведенческом уровнях. В большей степени имели место проблемы, представленные в сфере общения. Так, потребность обследуемых во внимании к себе, стремление находиться в центре всеобщего внимания встречалась в 58% случаев, в группе сравнения этот показатель составил 51%. Чувство одиночества отмечалось у половины опрошенных в исследуемой группе, в группе сравнения этот показатель наблюдался у 21% тестируемых.

Потребность в опоре, ощущение своей недостаточной умелости в социальных отношениях имели место в 30%, в группе сравнения эта особенность проявилась в 20% случаев. Имели место проявление различных видов агрессии: боязнь агрессии со стороны окружающих, ощущение малой значимости, потребность в защите проявились в 40% случаев, в контрольной группе данная тенденция встречалась в 14% случаев.

Защитная агрессия имела место у 1/3 респондентов исследуемой группы и у 32% в группе сравнения.

Кроме того, в рисунках данных детей встречались страхи, связанные с трудностями в общении в 10% случаев, в контрольной группе этот показатель оказался несколько выше и составил 12%. Наблюдались повышение психомоторного тонуса, эмоциональной напряженности у 22% обследованных, в 19% случаев данная особенность была отмечена в контрольной группе. Кроме того, в рисунках детей этого возраста

в 23% случаев проявились мечтательность, романтичность, склонность к компенсаторному фантазированию, несколько ниже этот показатель оказался в группе сравнения - 20%.

Таким образом, приведенные выше возрастные проявления детей и подростков группы социального риска связаны с несформированностью «образа Я» на эмоциональном, когнитивном и поведенческом уровнях и могут стать причиной приобщения к психоактивным веществам.

Литература:

1. Арзуманов Ю.Л., Дудко Т.Н. и другие. Изменение межполушарной ассимет-рии мозга как маркер предрасположенности к формированию зависимости от ПАВ. // Современные проблемы наркологии: Материалы научно-практической конференции (в Москве 21-22 октября 1999). -М., 1999. - С. 11-15

2. Блинова Л.Ф. Зависимость как иллюзия независимости или причины обращения ребенка к наркотикам. Пособие для практического психолога. - Казань, 2002.

3. Венгер А.Л. Психологические

рисуночные тесты: иллюстрированное

руководство/А.Л. Венгер. - М.: Изд-во ВЛАДОС_ПРЕСС, 2006. - 159 с.: ил. - (Психология для всех).

4. Вострокнутов Н.В., Харитонова Н.К., Пережогин Л.О., Худяков А.С., Колосов В.П., Лесогорова А.Ю. Семья и дети в антинаркотических программах профилактики, коррекции, реабилитации. - М., 2003.

5. Исаев Д.Д., Журавлев И.И., Дементьев В.В., Озерецкий С.Д. Типологические модели поведения подростков с различными формами аддиктивного поведения. СПб, 1997.

6. Кулаков С.А. Психопрофилактика и психотерапия в средней школе. - СПб, 1996.

132

7. Лисовский В.Д., Колесников Э.А. Наркотизм как социальная проблема. -СПб., 2001.

8. Личко А.Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков. - Л., 1983.

9. Личко А.Е. Подростковая психиатрия. - М.,1995.

10. Личко А.Е., Битенский B.C. Подростковая наркология. - М., 1991.

11. Личко А.Е. Типы акцентуации характера и психопатий у подростков. М., 1999.

12. Москаленко В.Д., Ванюков М.М. Алкоголизм и генетика. Обз. Инф. ВНИИ-МИ. Медицина и здравооохр. Серия: Мед. генетика и иммунология. М., 1988.

13. Предупреждение подростковой и юношеской наркомании/ под ред. С.В. Березина, К.С. Лисецкого. - М.: Изд-во Института психотерапии, 2003.

14. Профилактика зависимостей в образовательной среде: материалы Всероссийской научно-практической конференции. 25-26 сентября 2008 г., г. Казань. -Казань: РИЦ «Школа», 2008.

15. Романова О.Л., Туревская Р.А. Факторы эффективности внедрения современных программ профилактики наркозависимости у детей. // Школа здоровья. - 1996. № 4.

16. Руководство по наркологии / Под ред. Н.Н. Иванца. - 2-е изд., испр., доп. рассм. - М.: ООО «Медицинская информация», 2008. - 944

17. Сирота Н.А., Ялтонский В.М. Эффективные программы профилактики зависимости от наркотиков и других форм зависимого поведения. - Казань: Центр инновационных технологий, 2005. - 192 с.

18. Сирота Н.А., Ялтонский В.М., Хажи-лина И. И. Основы копинг-профилактики зависимости от психоактивных веществ // Наркоугроза. М., 2002.

19. Соловов А.В. Наркомании: причины, виды, последствия, профилактика. -Казань: Изд-во «Хатер», 1999.

20. Шеин С.А., Чугунов Т.Л. Возможности педагогической диагностики и коррекции подростковой наркомании. // Предупреждение наркоманий, токсикоманий у несовершеннолетних. - Минск., 1987, -С. 24-31.

21. Шипицына Л.М. Руководство по профилактике злоупотребления психоактивными веществами несовершеннолетними и молодежью / под научн. ред. Л.М. Шпилени и Л.С. Шпилени. - СПб., 2003. С.464.