Концепция защиты неимущественных прав потерпевших в уголовном процессе

ББК Х629.3

КОНЦЕПЦИЯ ЗАЩИТЫ НЕИМУЩЕСТВЕННЫХ ПРАВ ПОТЕРПЕВШИХ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

С.П. Олефиренко, соискатель кафедры уголовного процесса и криминалистики

ЮУрГУ

Автором предпринята попытка создания концепции защиты неимущественных прав потерпевших в уголовном процессе, сформулированы понятия чести, достоинства и морального вреда в уголовном судопроизводстве, а также конкретные предложения по совершенствованию уголовно-процессуального законодательства РФ.

Ключевые слова: концепция защиты неимущественных прав потерпевших

Статья 6 УПК РФ определила назначением уголовного судопроизводства защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступления.

Наряду с имущественными правами защите и охране подлежат также неимущественные права (право на имя, право на неприкосновенность личности, право на неприкосновенность жилища, право на тайну личной жизни и др.), нематериальные блага потерпевших (жизнь, здоровье, честь, достоинство деловая репутация).

Одним из способов охраны и защиты этих благ служит институт гражданского иска в уголовном процессе.

В литературе уже в течение длительного времени обсуждается вопрос о природе гражданского иска в уголовном процессе и о принадлежности этого института к определенной отрасли права. Гражданский иск в уголовном процессе является одном из самых спорных и неурегулированных институтов1.

Гражданский иск в уголовном процессе рассматривают как комплексный межотраслевой институт, который регулируется и уголовно-процессуальным и гражданско-процессуальным правом2.

В.М. Бозров отрицает необходимость рассмотрения гражданского иска вместе с уголовным делом, считая, что это отвлекает судью от главного - решения вопроса о виновности или невиновности лица. Дополнительным аргументом чужеродности гражданского иска в уголовном судопроизводстве, по мнению ученых, является отсутствие норм, регулирующих его рассмотрение в уголовном процессе3. Р.Д. Рахунов рассматривал гражданский иск как институт уголовно-процес-

суального права, который должен быть урегулирован только нормами УПК РФ4.

Большинство авторов считает, что рассмотрение гражданского иска необходимо совместно с уголовным делом, так как это в большей степени способствует восстановлению прав потерпевшего, при этом основные вопросы должны быть урегулированы нормами уголовно-процессуального права, что не исключает возможность применения норм гражданского и гражданско-процессуального права по аналогии, если они не противоречат основным принципам и нормам уголовного процесса5.

В.Г. Даев определяет гражданский иск в уголовном процессе как комплексный институт, который представляет собой совокупность норм, регулирующих общественные отношения (уголовно-процессуальные) по поводу имущественных последствий преступления в сфере уголовного судопроизводства и включает в себя в силу единства материальных гражданско-правовых отношений в уголовном и гражданском процессах элементы

гражданско-правового метода регулирова-

6

ния .

И.Л. Петрухин справедливо указывает, что механический перенос норм гражданского процесса в уголовный процесс может вступить в противоречие с такими принципами, как право обвиняемого на защиту, свобода обжалования приговора и недопустимость поворота к худшему для обвиняемого, обжаловавшего приговор7.

Ф.М. Кудин справедливо пишет: «Общественные отношения нарушаются преступлением. Состав противоправных действий одного из субъектов общественных отношений

закреплен в нормах Уголовного кодекса РФ. Процессуальная форма правоприменения этих норм закреплена в Уголовно-процессуальном кодексе РФ. Таким образом, гражданский иск представляет собой процессуальные отношения по восстановлению нарушенных прав потерпевшего, является уголовно-процессуальным институтом»8.

В.В. Владимирова считает, что «природа гражданского иска как реабилитационного института вытекает из вреда, причиненного преступлением, а потому гражданский иск является институтом уголовного процесса и разрешать его необходимо в комплексе с другими уголовно-процессуальными вопросами»9. Ю.Д. Лившиц и А.В. Тимошенко обоснованно полагают, что гражданский иск — это самостоятельный уголовно-процессуальный институт10.

Следует отметить, что согласно п. 1 ст. 1 УПК РФ порядок уголовного судопроизводства на территории Российской Федерации устанавливается Кодексом, основанным на Конституции РФ. Кроме того, в нормах УПК РФ нет положений, которые бы отсылали к нормам Гражданско-процессуального кодекса РФ.

А.Г. Дык справедливо полагает, что гражданский иск в уголовном процессе имеет материально-правовую природу, с точки зрения процессуального права он является уголовно-процессуальным и как составляющая часть института иска в целом включает в себя его элементы с учетом требований сущности уголовного процесса. С точки зрения материального права гражданский иск может основываться на нормах гражданского, бюджетного, трудового и иных отраслей права11.

Возмещение неимущественного вреда, причиненного преступлением потерпевшему, является частью института гражданского иска в уголовном судопроизводстве. Гражданский иск в уголовном судопроизводстве, безусловно, имеет уголовно-процессуальную природу, которая вытекает из ст. 6, 42 УПК РФ. Правила рассмотрения гражданского иска совместно с уголовным делом должны быть предусмотрены УПК РФ, а нормы ГК РФ и ГПК РФ должны применяться в тех ситуациях, когда статьи уголовно-процессуального права содержат бланкетные диспозиции.

При возмещении вреда, причиненного неимущественным правам и нематериальным благам преступлением, в первую очередь в науке уголовно-процессуального права долж-

на быть определена сущность и природа этих неимущественных прав и нематериальных благ, которым потенциально преступлением может быть причинен вред.

Заслуживающими внимания являются предложения М.Л. Нохриной, которая считает, что личные неимущественные права физического лица можно объединить в «праве личной свободы». Она предлагает закрепить это право в законе следующим образом: «Физические лица вправе за изъятиями, установленными законом, по своему усмотрению совершать любые действия в неимущественной сфере, не направленные на материальны или нематериальные блага, а также устранять любые препятствия в осуществлении этих действий со стороны всех третьих лиц.

В частности, физические лица обладают свободой слова, свободой определения содержания средств личного общения и личной документации, свободой определения своего голоса и внешнего облика, свободой совершения различных телодвижений, свободой передвижения, выбора места пребывания и жительства на территории РФ. К юридическим лицам этот пункт относится в той мере, в которой это вытекает из их природы»12. Нематериальные блага она предлагает именовать интересами: интерес по защите чести, достоинства, деловой репутации, жизни, здоровья, интерес в неприкосновенности жилища, интерес в неприкосновенности частной жизни, интерес в неприкосновенности средств личного общения и т.д.13 Эта точка зрения находит свои основания в дореволюционной литературе. Так, А. Квачевский определял интерес как блага, необходимые для жизни и ее нужд14. Интересами именует права, закрепленные в Конституции РФ. И.Г. Смирнова, в частности, указывает: «В настоящее время в сфере уголовно-процессуальных отношений государство защищает не все частные интересы, нуждающиеся в такой охране. Так, нашли законодательное закрепление гарантии обеспечения неприкосновенности частной жизни (ч. 1 ст. 23 Конституции РФ), неприкосновенности личности (ст. 22 Конституции РФ), неприкосновенности жилища (ст. 25 Конституции РФ), тайны переписки, почтовых, телеграфных и иных отправлений и сообщений (ч. 2 ст. 23 Конституции РФ). Не получили четкого закрепления гарантии банковской, коммерческой тайны, поэтому не все интересы охраняются законом...»15. Понятие интерес используется многими науками: психоло-

гией, философией, экономикой, социологией и юриспруденцией.

Отправным для всех остальных определений является философское (гносеологическое) понятие интереса. Интерес - это реальная причина социальных действий, событий, свершений, стоящая за непосредственными побуждениями участвующих в этих действиях индивидов и социальных групп16. Интерес в психологии рассматривается как субъективная категория, отражающая явления человеческого сознания17. Следует согласиться с теми авторами, которые считают, что интерес -это категория субъективно-объективная, тесно связанная с потребностями человека. Интересы и потребности отдельного индивида предопределяются внешними условиями его жизни, и в этом смысле они объективны. Но носителем интереса является сознание человека, поэтому интерес субъективен. Представляется, что интерес является естественным продолжением потребностей человека. Но потребностей только социальных, которые обусловлены социальными отношениями, в которые индивид вступает или в которых находится.

Значение интереса в праве было показано немецким ученым Р. Иерингом. Русский ученый - теоретик Н.М. Коркунов - удачно развил его учение, показав, что содержанием юридической нормы является ни что иное, как разграничение интересов. В частности он указывал, что «каждая юридическая норма содержит определение порядка пользования силами для осуществления разнообразных человеческих интересов с целью устранить их столкновение»18. Все разнообразные случаи столкновения интересов и, следовательно, необходимость их регулирования он сводил к следующим: 1) столкновение совершенно

одинаковых интересов; 2) столкновение неодинаковых, но равноценных интересов;

3) столкновение неравноценных интересов. Для нас очень важно замечание Н.М. Корку-нова при разграничении различных по иерархии интересов, которое касается учета общих интересов при разграничении частных. Наиболее общие из них он называет «интересами

19

мира» .

Сложность изучения категории «законный интерес» заключается в том, что нормы права не содержат его определения. В теоретической литературе содержатся различные определения законного интереса. В первую очередь необходимо обратить внимание на не

всегда однозначное понятие «законный интерес». Иногда законный интерес понимается как правовые интересы или как охраняемые законом интересы. В частности Р.Е. Гукасян по этому поводу указывает, что правовые и охраняемые законом интересы - не тождественные социальные явления. Их различие, по его мнению, заключается в том, что правовые интересы формируются условиями общественной жизни и имеют свои специфические средства удовлетворения. Охраняемые законом интересы - это те, которые государство гарантирует с помощью правовых средств20. Н.А. Шайкенов различает понятия «законный интерес» и «охраняемый законом интерес». Различие он видит в обеспеченности интересов субъективными правами. Охраняемые законом интересы он называет законными, если они не обеспечены субъективным правом, и юридическими интересами, если они обеспечены таковыми21. Представляется, что такое деление не вполне корректно, так как отличие законного интереса от субъективного права заключается в том, что законные интересы напрямую нормами права не предусмотрены, а вытекают из принципов и общих положений права: «Законный интерес - всего лишь простая правовая дозволенность, вытекающая из общего смысла законодательства и реализуемая только в том случае, если фактически имеются все условия для этого»22.

Другим отличием законного интереса от субъективного права является наличие по отношению к субъективному праву соответствующей корреспондирующей обязанности, по отношению же к законному интересу этой обязанности нет.

А.В. Малько дает следующее определение законного интереса: «Законный интерес -это отраженное в объективном праве либо вытекающее из его общего смысла и в определенной степени гарантированное государством простое юридическое дозволение, выражающееся в стремлениях субъекта пользоваться конкретным социальным благом, а также в некоторых случаях обращаться за защитой к компетентным органам в целях удовлетворения своих потребностей, не противоречащих общественным»23. Аналогичное по содержанию определение законного интереса дано А.А. Ерошенко: «Охраняемый законом интерес - это юридически предусматриваемое стремление субъекта в достижении тех благ, обладание которыми дозволено государством и обеспечено путем предоставления лицу

правовых возможностей определенного вида»24. Критикуя определение законного интереса через категорию стремления, И.Е. Сенников дает еще одно определение законного интереса: «Законный интерес - это признанная за субъектами нормами позитивного права необходимость пользования определенным социальным благом, выражающаяся в юридически закрепленной дозволенности субъекта совершать действия, направленные на пользование указанным благом, а также в необходимых случаях обращаться за защитой к компетентным государственным органам и органам местного самоуправления в целях обеспечения такой возможности»25. В этом определении стирается одно из различий субъективного права и законного интереса, в частности, речь идет о закрепленности законного интереса в норме права. Законный интерес должен обеспечиваться, гарантироваться нормами права, но этим он и отличается от субъективного права, что напрямую своего закрепления в виде такового он не получает. Если рассматривать соотношение законного интереса и субъективного права, то оба представляют собой определенное дозволение или возможность. Субъективное право является высшим проявлением законного интереса, который напрямую предусмотрен законодательством. Другими словами, законный интерес иногда получает свое выражение в виде закрепленного нормами права субъективного права, а в некоторых случаях существует вне субъективного права и вытекает из общих положений и принципов права. Но существует и иная точка зрения, в соответствии с которой «законный интерес возникает и существует не сам по себе, но в форме субъективного права, полностью заполняя его собой. Субъективное право бессмысленно без интереса, а интерес бессилен без права. Уберите из содержания права интерес, и вы получите пустой сосуд возможности, голую форму, внутри которой ничего нет. Лишите законный интерес формы субъективного права, и вы превратите его в смутную надежду, а заинтересованного субъекта - в абстрактного мечтателя»26.

Эта точка зрения имеет свое рациональное зерно, потому что если законодатель предусмотрел субъективное право, то его необходимым элементом и составляющей частью является законный интерес, и в этом случае он реализуется одновременно с реализацией субъективного права. Но, к сожалению, не все законные интересы возможно закрепить в за-

коне в виде субъективных прав. Причинами, по которым нельзя урегулировать нормами права все законные интересы является их многообразие, а также невозможность обеспечения интересов материально. В субъективных правах отражаются более глубинные, более важные потребности, чем в законных интересах. Следует согласиться с Н.В. Витру-ком, который считает, что пределы правомочий законного интереса четко не сформулированы в конкретных правовых нормах, а вытекают из совокупности правовых норм, действующих правовых принципов, правовых дефиниций27.

Таким образом, теория права указывает на следующие признаки законного интереса28: 1) он предоставляет возможность пользоваться определенным социальным благом; 2) он обусловлен материальными и духовными условиями жизни общества; 3) он несет определенную регулятивную нагрузку; 4) является одновременно юридическим средством удовлетворения социальных потребностей индивида; 5) выступает как объект правовой охраны и защиты; 6) он представляет собой социальную возможность; 7) состоит из двух элементов (возможность совершения определенных действий и возможность обращения за защитой); 8) не обладает четкими границами дозволенного поведения; 9) является определенным «страхователем» права от отставания в развитии и соответствия правоотношениям; 10) законный интерес по сравнению с субъективным правом обладает свойством «углубляться»29 в сферу, где регулирование с помощью субъективного права невозможно.

Вопрос законного интереса рассматривался специалистами в области уголовного процесса (М.С. Строгович, В.И. Каминская, Я.О. Мотовиловкер, А.Л. Цыпкин, Э.Ф. Куцо-ва, И.А. Либус, З.В. Макарова, Н.С. Алексеев, В.Г. Даев, 3.3. Зинатуллин) и гражданского процесса (М.А. Гурвич, К.С. Юдельсон, Д.М. Чечот, А.А. Мельников, Р.Е. Гукасян и ДР-)-

Причем в уголовном процессе категория законного интереса разрабатывается как в отношении обвиняемого, подозреваемого, так и в отношении потерпевшего. Безусловно, нас интересуют только законные интересы потерпевшего, которые носят нематериальный и неимущественный характер, нарушены преступлением и нуждаются в восстановлении. Законный интерес в уголовном процессе определяется как любые стремления, направ-

ленные на защиту от возникшего подозрения или сформулированного обвинения, которые могут быть защищены установленными законом средствами и способами30.

В.М. Корнуков под законными интересами личности понимает стремления и желания участников уголовного судопроизводства достичь социально значимых и полезных результатов, дозволенные в иной правовой форме либо вовсе не нашедшие отражения в законе, но не противоречащие общим принципам и положениям уголовно-процессуального права31. Автор стремится соотнести интересы отдельного участника уголовного судопроизводства с интересами общества (социально полезными). В сфере уголовного производства этот подход представляется единственно верным. При этом следует отметить необходимость достижения в уголовном судопроизводстве не только социально значимых, но и юридически значимых результатов, так как в уголовном судопроизводстве достижение социально значимых целей должно опираться на процессуальную, юридическую форму. Та же мысль о единстве законных интересов личности и общества в уголовном судопроизводстве звучит у Н.Н. Полянского32. Несколько иной позиции придерживается З.В. Макарова, которая считает, что «законными интересами участников уголовного процесса являются жизненно важные интересы, такие потребности личности, которые носят характер правовой возможности, не противоречат закону, вытекают из его требований, а также не нарушают права и свободы и законные интересы граждан и охраняемые законом интересы общества и государства». И далее, затрагивая тему соотношения публичных и частных интересов, она указывает на приоритет личных, законных интересов над интересами общественными, констатирует: «Законные интересы отдельного человека и есть публичный интерес»33. Столь категоричное заявление требует некоторого обоснования, так как в целом соглашаясь с этой мыслью, хотелось бы указать на некоторые нюансы соотношения публичного и частного интереса в уголовнопроцессуальном праве.

В.А. Азаров пишет, что «законные интересы личности, наряду с правами, составляют самостоятельный структурный элемент правового статуса личности в уголовном судопроизводстве, не исчерпывая однако полностью его содержание. Отдельным звеном этого элемента и являются законные имущест-

венные интересы субъектов уголовнопроцессуальной деятельности»34.

Основной методологической посылкой в определении соотношения публичного и частного интереса в области уголовно-процес-суального права является то, что в публичных отраслях права (к которым мы относим уго-ловно-процессуальное право) субъекты права должны действовать не в личном, а в общественном интересе. Конфликт публичных и частных интересов в публичных отраслях права проявляется прежде всего в правоприменительной деятельности, так как сами нормы публичного права (уголовно-процессуального права) направлены на согласование этих интересов. В уголовном процессе частные интересы потерпевшего становятся публичными, юридическими значимыми уже потому, что ст. 6 УПК РФ назначением уголовного судопроизводства провозгласила защиту частных интересов (законных) потерпевших.

В этом смысле можно говорить об универсальности интереса в уголовном судопроизводстве, так как частный интерес в уголов-но-процессуальном праве признается публично. В этом случае публичный интерес реализуется путем его осознания и реализации субъектами уголовного судопроизводства, в том числе и при восстановлении прав потерпевшего. Такой универсальный интерес носит название «общее благо». Общее благо предполагает, что путем ограничений в отношении определенного лица (подозреваемого и обвиняемого) достигается благо для неограниченного количества лиц.

Характеризуя соотношение интересов государства и имущественных интересов личности в области уголовного судопроизводства, В.А. Азаров справедливо указывает на то, что в современных условиях в силу кардинального изменения шкалы социальных ценностей интересы отдельного гражданина, а, значит, и законные имущественные интересы личности в уголовном судопроизводстве выдвигаются в ряд приоритетных объектов охраны со стороны компетентных органов35. Все сказанное в равной степени можно отнести и к неимущественным интересам личности, в круг которых включаются как личные неимущественные права, так и нематериальные блага физических и юридических лиц - потерпевших в уголовном процессе.

По нашему мнению, интерес в защите нематериальных благ и неимущественных субъективных прав потерпевшего в уголов-

ном процессе носит публично-частный характер. Это вытекает из ст. 6 УПК РФ. Потерпевший своими собственными действиями может реализовать этот публичный интерес по защите нематериальных благ и неимущественных прав потерпевшего в уголовном судопроизводстве. В качестве законных интересов потерпевшего можно назвать следующие присущие ему потребности: 1) потерпевшие хотят получить уверенность, что преступление против них не повторится; 2) им будет возмещен вред, в том числе и моральный;

3) потерпевшие хотят знать, что же произошло на самом деле, почему именно они, их имущество стали объектом преступных посягательств. Эти потребности проявляются в эмоциональных переживаниях потерпевшего, в том числе приводящих к переоценке собственной ценности, ценности собственных личностных и имущественных качеств. Им кажется, что и окружающие стали к ним относиться иначе. Поэтому при совершении против личности любого преступления нарушается еще такой нематериальный объект, присущий каждой личности, как честь и достоинство.

Дискуссионным является также вопрос: эти неимущественные интересы и нематериальные блага подлежат «защите» или «охране» в уголовном судопроизводстве? И как назвать те переживания, которые человек испытывает при нарушении его имущественных прав и прав на жизнь и здоровье?

В литературе нет единства точек зрения на соотношение понятий «защита» и «охрана».

О.А. Пешкова указывает на то, что понятием «охрана прав» охватывается вся совокупность мер, обеспечивающих нормальный ход реализации прав. К таким мерам могут относиться меры не только правового, но и экономического, политического, организационного характера, направленные на создание необходимых условий. Охрана гражданских прав предполагает принятие мер, обеспечивающих развитие гражданских правоотношений в их нормальном состоянии» 6. Она справедливо указывает на то, что термин «защита» применяется в тех ситуациях, когда субъект реализует свои возможности, предоставляемые ему нормами различных отраслей права в случае нарушения его прав. Категория «защита» включает в себя материальный и процессуальный аспекты. Применительно к предмету нашего исследования материальный аспект

защиты нематериальных благ и неимущественных прав заключается в определении объектов защиты уголовно-правовыми нормами, а способы защиты устанавливаются уголовнопроцессуальным законодательством. Важным является также вопрос о соотношении ответственности виновного и мерах защиты нематериальных благ и неимущественных прав потерпевшего. С.Н. Братусь по этому поводу указывал: «То, что для потерпевшего, осуществляющего свое право при помощи государственного принуждения, является мерой его защиты, то для обязанного лица, нарушившего чужое право и принуждаемого к его восстановлению, - юридической ответственностью»37.

По мнению З.В. Макаровой, понятие защиты является более широким, чем охрана. Защита прав предполагает недопущение и предупреждение их нарушения, в случае нарушения прав - их восстановление и возме-

38

щение причиненного вреда .

С.С. Алексеев считает, что защита направлена на осуществление «восстановительных» задач - восстановление нарушенного права, обеспеченного юридической обязанностью. Охранительные правоотношения, по его мнению, начинают складываться с момента правонарушения и при их помощи осуществляются меры юридической ответственности и защиты субъективных прав39.

Иного мнения придерживаются В.А. Тар-хов, Б.Ю. Тихонова, С.А. Сабикенов. Так, В.А. Тархов пишет, что охрана каждого права существует постоянно, имеет цель - обеспечить его осуществление, не допустить нарушения, а к защите прав необходимо прибегать лишь при их нарушении или угрозе их нарушения40.

Б.Ю. Тихонова отмечает, что охрана - это совокупность предупредительных мер, принимаемых государственными органами. Под защитой же необходимо понимать принудительный способ осуществления нарушенного права в целях его восстановления (средства, которые применяются после нарушения права)41.

С.А. Сабикенов проводит следующее разграничение защиты и охраны:

1) охрана - это позитивное статическое состояние норм права, направленное на ограждение субъективных прав и законных интересов от возможных нарушений; защита происходит только при нарушении субъективных прав и законных интересов;

2) охрана осуществляется посредством правовых и неправовых форм деятельности, защита - только через правовые формы деятельности;

3) средства охраны могут быть рассредоточены в правовых и социальных нормах, защита же и ее способы всегда предусмотрены в нормативно-правовых актах;

4) цель охраны - предупреждение и профилактика правонарушений, цель защиты -восстановление нарушенных субъективных прав и интересов.

По этим же признакам разграничивает охрану и защиту Н.С. Малеин. По его мнению, охрана прав - более широкое понятие, включающее все юридические правила по поводу определенного блага, а под защитой права он понимает меры, предусмотренные в законе, те случаи, когда право уже нарушено42.

В.Д. Ардашкин считает, что правовая охрана заключается в государственном принуждении, включающем в себя «несущие конструкции»: 1) институт ответственности; 2) институт защиты; 3) институт предупреждения;

4) институт процессуального обеспечения43. Таким образом, он сводит институт охраны только к принудительным действиям государственных органов по восстановлению нарушенного права.

Полагаем, что в основе нашей концепции защиты неимущественных прав и нематериальных благ потерпевшего в области уголовного судопроизводства находится следующее понимание соотношения охраны и защиты субъективных прав и законных интересов граждан. Уголовное право, установив определенные объекты, которые не могут быть нарушены противоправными действиями, тем самым определило объекты охраны, в том числе и неимущественных прав и нематериальных благ. В число таких прав и благ входят жизнь, здоровье, честь, достоинство, конституционные личные неимущественные субъективные права гражданина, нарушение которых влечет за собой уголовную ответственность. Уголовный процесс предоставил определенные способы защиты этих прав при нарушении - не только возможностью привлечения виновного лица к уголовной ответственности, а что, на наш взгляд, наиболее важно, возможностью заявления иска потерпевшим о необходимости восстановления или компенсации нарушенного права. Таким образом, УК РФ осуществляет охрану, а уголов-

но-процессуальное право защиту субъективных прав и нематериальных благ личности.

Уголовно-процессуальное право предусматривает способы защиты субъективных прав и законных прав потерпевшего, нарушенных преступлением: меры стимулирующего (положительного) характера и меры принудительного характера. В качестве меры стимулирующего характера выступают нормы УК РФ, предусматривающего в качестве смягчающего обстоятельства заглаживание причиненного вреда. Одним из признаков деятельного раскаяния также является заглаживание причиненного вреда потерпевшему, в том числе и вреда морального. Меры стимулирующего характера перерастают в меры принудительного характера в тех ситуациях, когда в действиях виновного отсутствует добровольность.

Но при этом складывается парадоксальная ситуация: выбор способа и корректной меры защиты принадлежит не столько потерпевшему, сколько обвиняемому. Практика свидетельствует о том, что иск о возмещении морального вреда заявляется далеко не во всех случаях причинения такого вреда. Так, по данным С.В. Кравцовой, полученных при опросе следователей, гражданско-правовые требовании при причинении вреда преступлением подаются только в 11,7 % случаев. А по данным А.Г. Дыка, в г. Смоленске и Смоленской области - по 6 % уголовных дел заявлялись требования о компенсации морального вреда44. Одной из причин этого являются не только невнимание и отказ в рассмотрении гражданского иска совместно с уголовным делом, но и неисполнимость судебных решений, что порождает у потерпевших мысли о безнадежности удовлетворения заявленных требований45. При этом 49,9 % следователей высказались за то, чтобы следователи имели возможность еще на стадии предварительного расследования по собственной инициативе признавать потерпевшего гражданским истцом46. Это вполне соответствует совпадению частных интересов и потребностей потерпевшего с публичным (общественным) интересом. Практика, к сожалению, очень далека от осознания единства интересов потерпевшего, получения компенсации морального вреда и вреда деловой репутации и государственного публичного интереса. Так, по данным

В.В. Владимировой, только в 88 % случаев потерпевшие признавались гражданскими

истцами при наличии в материалах уголовного дела исковых требований гражданско-искового характера47.

Такое положение недопустимо. Поэтому для преодоления сложившейся ситуации необходимо более тщательно и подробно урегулировать вопросы о рассмотрении гражданского иска совместно с уголовным делом, отдельные нормы посвятив возмещению вреда, причиненного неимущественным правам и нематериальным благам физического и юридического лица. В частности необходимо закрепить понятие морального вреда в уголовном процессе как вреда, причиненного неимущественным личным правам и нематериальным благам. При таком понимании морального вреда из сферы восстановления уходят те психологические переживания, которые испытывает лицо при причинении ему имущественного вреда.

Полагаем, что для восстановления этого пробела необходимо ввести в понятийный аппарат УПК РФ понятие чести и достоинства как более широкое понятие, чем это принято в гражданском и конституционном праве, тем более что честь и достоинство как понятия законодателем не определены. Честь и достоинство - это близкие по значению и в то же время различающиеся между собой понятия, правовые категории с нравственным психологическим содержанием, которые выражают психологические представления человека о своих собственных качествах и о том, как эти качества определяются другими людьми.

В литературе принято определять честь и достоинство только как оценку моральных качеств личности48. Полагаем, что это не совсем верно. Советская доктрина придерживалась этого понятия на протяжении всего времени существования советской власти и негативного отношения к собственности и богатству. Если исходить из того, что состоятельный человек - это гражданин, который талантлив в предпринимательском деле, много работает, приумножает свою собственность, занимается благотворительностью, решает социальные проблемы своих сотрудников, или это профессионал высокого уровня, который своими знаниями и умениями способствует развитию общества, то в этом случае честь и достоинство могут включать внутреннюю и внешнюю оценку имущественной состоятельности человека как проявления его способностей и талантов. В таком случае достоинство необходимо определять как право-

вую категорию, отражающую психологические представления человека о своих моральных, физических и имущественных качествах. Честь - это правовая категория, выражающая психологические представления человека о том, как оценивают его моральные, физические и имущественные качества общество в целом и отдельные его представители.

На основе вышесказанного можно сделать вывод о том, что в уголовном судопроизводстве защита неимущественных интересов и нематериальных благ потерпевших - это публичный интерес, а, значит, меры по обеспечению такой защиты лежат на государственных органах и должностных лицах.

Таким образом, моральный вред в уголовном процессе - это умаление неимущественных прав личности или нематериальных благ, повлекшее за собой психологические переживания (страдания) личности, которые по своей интенсивности (силе) вызвали или могли вызвать нарушения физиологических функций тканей или органов.

При этом следует отметить, что моральный вред может быть самостоятельным последствием совершения преступления, а может сопровождать причинения имущественного и физического вреда.

Так, А.Г. Дык, разрешая вопрос о самостоятельности или дополнительности компенсации морального вреда по отношению к вреду материальному, указывает на то, что формулировка ч. 1 ст. 44 УПК РФ свидетельствует, что заявление требования о компенсации морального вреда следует расценивать как заявление дополнительного требования лицами, которым причинен имущественный вред49. Это не вполне соответствует ч. 1 ст. 42 УПК РФ, где о моральном вреде говорится как о самостоятельном виде вреда.

В качестве нематериальных благ и неимущественных прав, принадлежащих юридическому лицу (потерпевшему в уголовном процессе) выступают деловая репутация, фирменное наименование, право на товарный знак, право на использование ноу-хау и иные смежные права, право на коммерческую, служебную, банковскую тайну. Как показывает изучение практики, иск о возмещении вреда деловой репутации заявляется чаще всего при совершении следующих преступлений: воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности (ст. 169 УК РФ); незаконное предпринимательство (ст. 171 УК РФ); лжепредпринимательство (ст. 173 УК

РФ); незаконное использование товарного знака (ст. 180); незаконное получение, разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну. При совершении этих преступлений непосредственным объектом является не деловая репутация юридического лица, а право на товарный знак, право на коммерческую или иную служебную, охраняемую законом тайну. Страдает ли при этом также деловая репутация юридического лица? Н.Ю. Никуличева указывает: «Нарушение права юридического лица на фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, коммерческое обозначение влечет за собой и умаление деловой репутации юридического лица»50.

С этим трудно не согласиться, но в виду самостоятельности этих субъективных неимущественных прав юридического лица и такого нематериального блага, как деловая репутация, вред деловой репутации, как и умаление права юридического лица на товарный знак, должен доказываться отдельно своими средствами доказывания. Поэтому предлагаем изменить ч. 1 ст. 42 УПК РФ: после слов «его имуществу» слова «и деловой репутации» заменить на слова «неимущественным правам и нематериальным благам».

1 См.: Полянский Н.Н. Очерк развития советской науки уголовного процесса. - М., 1960.

2 См.: Советский гражданский процесс / под ред.

А. А. Добровольского и А.Ф. Клеймана. - М., 1970.

3 См.: Бозров В. Гражданский иск в уголовном процессе неуместен // Российская юстиция. - 2001. - № 5.

4 Рахунов Р.Д. Участники уголовно-процессуальной деятельности по советскому праву. - М., 1961. - С. 254.

5 См.: Божьев В.П. Применение норм ГПК при рассмотрении гражданского иска // Советская юстиция. - 1971. - № 15. - С. 18-19; Кудин Ф.М. Производство по гражданскому иску в новом УПК РФ: концептуальные основы реформы уголовного судопроизводства в России // Материалы научной конференции. - М., 2002. Кудин Ф.М. Гражданский иск в уголовном процессе как институт частного права // Публичное и частное право: проблемы развития и взаимодействия, законодательного выражения и юридической практики: материалы Всероссийской научно-практической конференции. - Екатеринбург, 1998; Мазалов А.Г. Гражданский иск в уголовном процессе. - М., 1977. - С. 14-15; Горобец В. Особенности рассмотрения гражданского иска в уголовном процессе // Российская юстиция. - 2001. - № 1. -С. 47-50.

6 Даев В.Г. Современные проблемы гражданского иска в уголовном процессе. - Л., 1972. - С. 13-14.

7 Петрухин И.Л. Вправе ли кассационная инстанция изменить сумму гражданского иска по уголовному делу? // Советское государство и право. - 1966. - № 10.

8 Кудин Ф.М. Сущность и структура предмета уголовнопроцессуального регулирования // Материалы юбилейной Всероссийской научно-практической конференции «Два века юридической науки и образования в Казанском университете». - Казань, 2004. - С. 380-385.

9 Владимирова В.В. Компенсация морального вреда -мера реабилитации потерпевшего в российском уголовном процессе. - М., 2007. - С. 100.

10 Лившиц Ю.Д., Тимошенко А.В. Назначение института гражданского иска в уголовном процессе // Российская юстиция. - 2002. - № 6.

11 Дык А.Г. Актуальные вопросы гражданского иска в уголовном процессе: дис. ... канд. юрид. наук. - Смоленск, 2007. - С. 42.

12 Нохрина М.Л. Гражданско-правовое регулирование личных неимущественных отношений, не связанных с имущественными. - СПб., 2004. - С. 138.

13 Там же. - С. 190-194.

14 Квачевский А. Об уголовном преследовании, дозна-нии и предварительном исследовании преступлений. -СПб., 1867.-Ч. 2.-С.З.

15 Смирнова И.Г. Интерес - понятие уголовнопроцессуальное // Государство и право. - 2008. - № 8. -С.14-18.

16 Философский энциклопедический словарь / под ред. Л.Ф. Ильичева, П.Н. Федосеева, С.М. Ковалева,

B.Г. Панова. - М., 1983. - С. 86.

17 См.: Бейсенов Б.С., Сабикенов С.Н. Категория интереса в праве // Советское государство и право. - 1971. -№ 12. - С. 110; Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. - М., 2000. - С. 236; Мальцев Г.В. Соотношение субъективных прав, обязанностей и интересов советских граждан // Советское государство и право. - 1965. - № 10. - С. 20.

18 Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. -СПб., 2003.-С. 168.

19 Там же.-С. 170.

20 Гукасян Р.Е. Правовые и охраняемые законом интересы // Советское государство и право. - 1973. - № 7. -

C. 115-116.

21 Шайкенов Н.А. Правовой статус личности и ее интересы // 26 съезд КПСС и развитие теории права. -Свердловск, 1982.—С. 105.

22 См.: Малько А.В. Субъективное право и законный интерес // Правоведение. - 1998. - № 4. - С. 57.

23 Там же. - С. 56.

24 Ерошенко А.Н. Судебная защита охраняемых законом интересов // Советская юстиция. - 1977. - № 13. - С. 19.

25 Сенников И.Е. Законный интерес как форма выражения правовых возможностей дозволений и объект су-дебно-правовой защиты // Право: теория и практика. -2002.-№3.-С. 14.

26 Мотовиловкер Е.Я. Интерес как сущностный момент субъективного права (цивилистический аспект) // Правоведение. - 2003. - № 1. - С. 35.

27 Витрук Н.В. Система прав личности // Права личности в социалистическом обществе. - М., 1981. - С. 109.

28 Наиболее ярко они проявляются в сравнении с субъективным правом и поэтому во многом носят сравни-тельно-производный, а не самостоятельный характер. Это оправданно тем, что и в литературе, и в законодательстве категория «законный интерес» упоминается рядом с субъективным правом.

29 Термин А.В. Субъективное право и законный интерес // Правоведение. - 1998. - № 4. - С. 59.

30 Зинатуллин 3.3., Кузуб И.Р. Охрана прав и законных интересов обвиняемого - функция российского уголовного процесса: монография. - Ижевск, 2000. - С. 25.

31 Корнуков В.М. Конституционные основы положения личности в уголовном судопроизводстве. - Саратов, 1987.-С. 85.

32 Полянский Н.Н. Вопросы теории советского уголовного процесса. - М., 1956. - С. 178.

33 Макарова З.В. Защита в российском уголовном процессе: понятие, виды, предмет и пределы // Правоведение. -2000.-№4.-С. 34.

34 Азаров В.А. Проблемы теории и практики охраны имущественных интересов личности в уголовном судопроизводстве. - Омск, 1995. - С. 29

35 Там же. - С. 36.

36 Пешкова О.А. Компенсация морального вреда. Защита и ответственность при причинении вреда нематериальным благам и неимущественным правам. - М., 2006. -С. 25.

37 Братусь С.Н. Юридическая ответственность. - М., 1976.-С. 127.

38 Макарова З.В. Указ. соч. - С. 219.

39 См: Алексеев С.С. Общая теория права. - М., 1982. -Т. 1. - С. 280.

40 Тархов В.А. Охрана имущественных прав трудящихся по советскому гражданскому законодательству: автореферат дис.... канд. юрид. наук. - М., 1966. - С. 8.

41 Тихонова Б.Ю. Субъективные права советских граждан их охрана и защита: автореферат дис. ... канд. юрид. наук.-М., 1972.-С. 11-13.

42 Малеин Н.С. Охрана прав личности советским законодательством. - М., 1985. - С. 18-19. Аналогичной

точки зрения придерживается С.Н Кожевников. См.: Меры защиты в советском праве: автореферат дис. ... канд. юрид. наук. - Свердловск, 1968. - С. 4-5.

43 Ардашкин В.Д. Правоохранительный механизм: понятие, научный инструментарий // Охранительный механизм в правовой системе: сборник / под ред. Н.В. Вит-рука. - Красноярск, 1989. - С. 9.

44 См: Дык А.Г. Актуальные вопросы гражданского иска в уголовном процессе: дис. ... канд. юрид. наук. - Смоленск, 2007. - С. 50.

45 Понарин В .Я. Защита неимущественных прав личности в уголовном процессе РФ: автореферат дис. ... д-ра юрид. наук. - Воронеж, 1994. - С. 16; Кузнецова Н.В. Проблемы компенсации морального вреда в уголовном процессе. - Ижевск, 1999. - С. 11; Владимирова В.В. Указ. соч. - М., 2007. - С. 96.

46 Кравцова С.В. Уголовно-процессуальный статус гражданского истца и гражданского ответчика на стадии предварительного расследования (понятие, сущность и основания возникновения): дис. ... канд. юрид. наук. -СПб., 2003.-С. 174-175.

47 Владимирова В.В. Указ. соч. - С. 78.

48 См., например: Дворянкина Т.С. Уважение чести и достоинства личности как нравственная основа судебного разбирательства: монография. - М., 2007. - С. 30-35.

49 См.: Дык А.Г. Указ. соч. - С. 50; Семин А.В. Исполнение приговора в части гражданского иска: дис. ... канд. юрид. наук. - Ижевск, 2002. - С. 200.

50 Никуличева Н.Ю. Право юридических лиц на деловую репутацию и его гражданско-правовая защита: автореферат дис. ... канд. юрид. наук. - Новосибирск, 2004. -

С. 20.

Статья поступила в редакцию 15 января 2009 г.