Вербализация концепта "Home/ House" в романе "Гордость и предубеждение" Джейн остин

5. Макаров М.Л. Основы теории дискурса. Москва: Гнозис, 2003.

6. Шмелева Т.В. Модель речевого жанра. Жанры речи. Саратов: Издательство ГосУНЦ «Колледж», 1997. Выпуск 1: 88 - 99.

7. Шейгал Е.И. Семиотика политического дискурса: монография. Москва-Волгоград: Перемена, 2000.

8. Палашевская И.В. Жанры юридического дискурса: форматы, сценарии, тексты. Известия Волгоградского государственного университета. 2010. № 6 (50): 28 - 32.

9. Филатова Н.В. Жанровое пространство туристического дискурса. Вестник Московского государственного гуманитарного университета им. М.А. Шолохова. Филологические науки. 2012; 2: 76 - 82.

10. Косицкая Ф.Л., Зайцева И.Е. Французский гастрономический дискурс и его жанровая палитра. Вестник Томского государственного педагогического университета. 2016; 2: 25 - 30.

11. Козько Н.А., Пожидаева Е.В. Современный британский ресторанный дискурс: лингвокультура питания и пития. Вестник Ленинградского государственного университета им. А.С. Пушкина. 2012. Том 1; № 4: 166 - 175.

12. Shamne N.L., Pavlova E.B. Institutional, genre and discursive characteristics of British restaurant online discours. Advances in Social Science, Education and Humanities Research (ASSEHR), volume 97. 2017: 214 - 220.

13. Горошко Е.И. Теоретический анализ интернет-жанров: к описанию проблемной области. Жанры речи. Выпуск 4. Саратов: Издательство ГосУНЦ «Колледж», 2007: 111 - 127.

14. Горошко Е.И., Жигалина Е.А. Виртуальное жанроведение: устоявшееся и спорное. Учёные записки Таврического национального университета им. В.И. Вернадского. Серия «Филология. Социальные коммуникации». 2011; Том 24 (63); № 1; Ч. 1: 105 - 124.

15. Дементьев В.В., Седов К.Ф. Социопрагматический аспект теории речевых жанров. Саратов: Издательство Сарат. пед. ин-та, 1998.

References

1. Bahtin M.M. 'Estetika slovesnogo tvorchestva. Moskva: Direkt-Media, 2007.

2. Arutyunova N.D. Diskurs. Bol'shoj 'enciklopedicheskijslovar'. Yazykoznanie. Moskva: 1998: 136 - 137.

3. Dement'ev V.V. Nepryamaya kommunikaciya i ee zhanry. Saratov: Izdatel'stvo Sarat. un-ta, 2000.

4. Karasik V.I. Yazykovojkrug: lichnost', koncepty, diskurs. Moskva: Gnozis, 2004.

5. Makarov M.L. Osnovy teorii diskursa. Moskva: Gnozis, 2003.

6. Shmeleva T.V. Model' rechevogo zhanra. Zhanry rechi. Saratov: Izdatel'stvo GosUNC «Kolledzh», 1997. Vypusk 1: 88 - 99.

7. Shejgal E.I. Semiotika politicheskogo diskursa: monografiya. Moskva-Volgograd: Peremena, 2000.

8. Palashevskaya I.V. Zhanry yuridicheskogo diskursa: formaty, scenarii, teksty. Izvestiya Volgogradskogo gosudarstvennogo universiteta. 2010. № 6 (50): 28 - 32.

9. Filatova N.V. Zhanrovoe prostranstvo turisticheskogo diskursa. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo gumanitarnogo universiteta im. M.A. Sholohova. Filologicheskie nauki. 2012; 2: 76 - 82.

10. Kosickaya F.L., Zajceva I.E. Francuzskij gastronomicheskij diskurs i ego zhanrovaya palitra. Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta. 2016; 2: 25 - 30.

11. Koz'ko N.A., Pozhidaeva E.V. Sovremennyj britanskij restorannyj diskurs: lingvokul'tura pitaniya i pitiya. Vestnik Leningradskogo gosudarstvennogo universiteta im. A.S. Pushkina. 2012. Tom 1; № 4: 166 - 175.

12. Shamne N.L., Pavlova E.B. Institutional, genre and discursive characteristics of British restaurant online discours. Advances in Social Science, Education and Humanities Research (ASSEHR), volume 97. 2017: 214 - 220.

13. Goroshko E.I. Teoreticheskij analiz internet-zhanrov: k opisaniyu problemnoj oblasti. Zhanry rechi. Vypusk 4. Saratov: Izdatel'stvo GosUNC «Kolledzh», 2007: 111 - 127.

14. Goroshko E.I., Zhigalina E.A. Virtual'noe zhanrovedenie: ustoyavsheesya i spornoe. Uchenye zapiski Tavricheskogo nacional'nogo universiteta im. V.I. Vernadskogo. Seriya «Filologiya. Social'nye kommunikacii». 2011; Tom 24 (63); № 1; Ch. 1: 105 - 124.

15. Dement'ev V.V., Sedov K.F. Sociopragmaticheskij aspekt teorii rechevyh zhanrov. Saratov: Izdatel'stvo Sarat. ped. in-ta, 1998.

Статья поступила в редакцию 05.05.18

УДК 812

Podkopaeva A.A., Cand. of Sciences (Philology), senior lecturer, Department of English in the Professional Field, Kuban State

University (Krasnodar, Russia), E-mail: anna.podkopaeva@gmail.com

Karabulatova I.S., Doctor of Sciences (Philology), Professor, Academician RAEN, Russian University of Friendship of Peoples

(Moscow, Russia), E-mail: radogost2000@mail.ru

VERBALIZATION OF THE CONCEPT "HOME/HOUSE" IN THE NOVEL "PRIDE AND PREJUDICE" BY JANE AUSTEN. The

article is dedicated to a study of an artistic concept "HOME / HOUSE" on the material of Jane Austen's novel "Pride and Prejudice". In the process of the analysis contextual and lexical-semantic methods are used. The features of verbalization of key meanings of the author's individual picture of the writer's world are described. The authors conclude that this work is of particular value, since on the one hand, it gives an exceptional example of an ideal English estate, confirming the first value of the base layer of the lexeme "House" - conl. "a house is a detached building occupied by one family". On the other hand, the researcher becomes clear that none of the houses presented in the book has the so-called "positive emotional component" inherent in the first meaning of the base layer "Home" - conl. "home is love, care, family".

Key words: artistic concept, concept "HOME / HOUSE", individual author's picture of the world, home, humility, boredom, hopelessness.

А.А. Подкопаева, канд. филол. наук, доц. каф. английского языка в профессиональной сфере,

Кубанский государственный университет, г. Краснодар, E-mail: anna.podkopaeva@gmail.com

И.С. Карабулатова, д-р филол. наук, проф. каф. иностранных языков филологического факультета,

Российский университет дружбы народов, г. Москва, E-mail: radogost2000@mail.ru

ВЕРБАЛИЗАЦИЯ КОНЦЕПТА «HOME/HOUSE» В РОМАНЕ «ГОРДОСТЬ И ПРЕДУБЕЖДЕНИЕ» ДЖЕЙН ОСТИН

Статья посвящена исследованию художественного концепта «HOME/HOUSE» на материале романа Джейн Остин «Гордость и предубеждение». В процессе анализа использованы контекстуальный и лексико-семантический методы. Описаны особенности вербализации ключевых смыслов индивидуально-авторской картины мира писателя. Авторы делают вывод о том, что данное произведение представляет особую ценность, так как с одной стороны, в нем дается исключительный пример идеального английского поместья, подтверждающий первое значение базового слоя лексемы «House» - усл. «дом -отдельно стоящее здание, занимаемое одной семьей». С другой стороны, исследователю становится понятным, что ни один из представленных в книге домов не обладает так называемой «положительной эмоциональной составляющей», присущей первому значению базового слоя «Home» - усл. «дом - любовь, семья».

Ключевые слова: художественный концепт, концепт «HOME/HOUSE», индивидуально-авторская картина мира, дом, смирение, скука, безнадёжность.

Джейн Остин (1775 - 1817) завоевала всемирную известность как первая выдающаяся английская женщина-писательница. Сексизм и пренебрежительное отношение к женщинам в обществе заставили ее печатать свои произведения анонимно. Ее работы изображали жизнь мелкопоместного дворянства и аристократию, т. е. то общество, в котором жила сама писательница. Роман «Гордость и предубеждение», впервые напечатанный 28 января 1813 года, стал наиболее известным произведением Джейн Остин (Adams, 1982). Повествование идет от третьего лица, т. е. видение пространства осуществляется глазами рассказчика. На наш взгляд, основной пространственной оппозицией, представленной с позиции гендера, является пространство родного дома и пространство дома будущего мужа [1].

Жизнь женщины традиционно ограничена социальными законами общества: невозможно получить достойное образование, так как применить полученные знания на практике было негде, потому что женщины не работали; закон передачи имущества был по мужской линии. Женщины полностью зависели от отцов, братьев, мужей. Единственной приемлемой возможностью покинуть отцовский дом - удачно выйти замуж. Это было заветной мечтой большинства молодых девушек (Khachmafova et al, 2017), [2] но также можно было уйти в монастырь или устроиться гувернанткой в богатую семью. Первый вариант считался наиболее предпочтительным. Неоднократно в романах Дж. Остин подчеркивается смертельная скука, бесцельность, монотонность будней девушек. Все разговоры сводились лишь к бытовым формальностям, доходящим до абсурда (Извекова, 2006) [3].

На первый взгляд, ассоциации с родным домом должны быть как минимум положительными. На это указывают базовые лексические значения «Home/House» в ядре концепта, определяющие исключительно позитивные характеристики: родной дом представляет собой тихий уголок, убежище, уют, тепло очага, постоянство, семью, любовь близких (Извекова, 2006а). В данном случае, в отличие от просто постройки в первом концептуальном слое лексемы «House» здесь речь идет об эмоциональной привязанности к месту проживания, характерной значению в первом концептуальном слое лексемы «Home» (Аскольдов, 1997). Но во всей этой идиллии девушки буквально томились в ожидании перемен. Пространство родного дома - это закрытое и статичное пространство. Сменив социальный статус, девушка переходила из одного пространства полного подчинения и зависимости отцу, в другое - мужу, а о чувстве любви не было и речи. Неоднократно читатели являются свидетелями разыгрывающихся битв на «рынке женихов» [4].

Лонгбурн, дом главной героини Элизабет Беннет, расположенный в графстве Хартфордширд, принадлежал семье среднего класса небольшого достатка. Дом, пространство которого заполняли чета Беннет и пять дочерей на выданье, описан довольно скромно с небольшим садом вокруг, видимо, похвастать там было нечем. Но, как становится понятно из следующего примера, даже хозяину этого дома мистеру Беннету в нем жилось не совсем уютно. Его единственным укромным местом была библиотека, куда редко заходили остальные члены семьи:

«In his library he had been always sure of leisure and tranquillity; and though prepared, as he told Elizabeth, to meet with folly and conceit in every other room of the house, he was used to be free from them there» (J. Austen)./ Пер.: «<В библиотеке он всегда мог найти покой и тишину. И хотя, как мистер Беннет признавался Элизабет, он постоянно был готов столкнуться с проявлениями глупости и самодовольства в любой другой части дома, здесь он привык от них отдыхать» (Дж. Остин).

Коммент.: в данном примере использовано следующее выражение, описывающее атмосферу кабинета мистера Беннета: «leisure and tranquility» (покой и тишина).

Единственное, что волновало большинство членов семьи, потенциальные женихи, ради которых устраивались званые ужины, и при безрезультатном исходе страшно расстраивали Миссис Беннет, потому что вводили итак небогатую семью в лишние расходы. Вот как описан герой на одном из ужинов в доме мистера Бингли Незерфильде: «...the report which was in general circulation within five minutes after his entrance, of his having ten thousand a year. The gentlemen pronounced him to be a fine figure of a man, the ladies declared he was much handsomer than Mr. Bingley, and he was looked at with great admiration for about half the evening, till his manners gave a disgust which turned the tide of his popularity; for he was discovered to be proud; to be above his company, and above being pleased; and not all his large estate

in Derbyshire could then save him from having a most forbidding, disagreeable countenance, and being unworthy to be compared with his friend». (J.Austen)./ Пер.: «Через пять минут после их прихода всем стало известно, что он владелец имения, приносящего десять тысяч фунтов годового дохода. Джентльмены нашли его достойным представителем мужского пола, дамы объявили, что он гораздо привлекательнее мистера Бингли, и в течение первой половины вечера он вызывал всеобщее восхищение. Однако позднее, из-за его поведения, популярность мистера Дарси быстро пошла на убыль. Стали поговаривать, что он слишком горд, что он перед всеми задирает нос и что ему трудно угодить. И уже все его огромное поместье в Дербишире не могло искупить его неприятной и даже отталкивающей наружности. Разумеется, он не выдерживал никакого сравнения со своим другом» (Дж. Остин).

Коммент.: так, в данном примере дается следующая оценочная характеристика хозяина богатого имения «ten thousand a year» (приносящего десять тысяч фунтов в год). Мы видим, как строилось мнение о человеке до его непосредственного знакомства с обществом, насколько высокое материальное положение и владение богатым именьем, землями вызывало всеобщий трепе. Но как только Дарси провел какое-то время в обществе, успев показать свой характер, люди сочли его высокомерным, поэтому в начале романа героиня относилась к нему с предубеждением.

Во всех произведениях Джейн Остин присутствует описание великолепного дома, классического английского поместья с ухоженными землями вокруг, прудом, собственным хозяйством - это дом-мечта. Увидев впервые Пемберли, главная героиня меняет свое отрицательное отношение к Дарси и уже теперь по-другому смотрит на его характер и на возможное развитие совместных взаимоотношений. В следующих примерах мы видим описание дома снаружи и внутри, восхищение гостей идеальным пропорциями здания и пейзажем вокруг.

1. «They gradually ascended for half a mile, and then found themselves at the top of a considerable eminence, where the wood ceased, and the eye was instantly caught by Pemberley House, situated on the opposite side of a valley, into which the road, with some abruptness, wound. It was a large, handsome, stone building, standing well on rising ground, and backed by a ridge of high woody hills; -- and in front, a stream of some natural importance was swelled into greater, but without any artificial appearance. Its banks were neither formal, nor falsely adorned. Elizabeth was delighted. She had never seen a place for which nature had done more, or where natural beauty had been so little counteracted by an awkward taste. They were all of them warm in their admiration; and at that moment she felt that to be mistress of Pemberley might be something!» (J.Austen)./Пер.: «На протяжении полумили они медленно поднимались и в конце концов внезапно выехали на свободную от леса возвышенность, с которой широко открывался вид на долину с господским домом, стоявшим на ее противоположном краю. Это было величественное каменное здание, удачно расположенное на склоне гряды лесистых холмов. Протекавший в долине полноводный ручей без заметных искусственных сооружений превращался перед домом в более широкий поток, берега которого не казались излишне строгими или чрезмерно ухоженными. Элизабет была в восторге. Никогда еще она не видела места, которое было бы более щедро одарено природой и в котором естественная красота была так мало испорчена недостаточным человеческим вкусом. Все были единодушны в своем восхищении. В этот момент она вполне оценила, что значило бы стать владелицей Пемберли!» (Дж. Остин).

2. «Every disposition of the ground was good; and she looked on the whole scene -- the river, the trees scattered on its banks, and the winding of the valley, as far as she could trace it - with delight. As they passed into other rooms, these objects were taking different positions; but from every window there were beauties to be seen. The rooms were lofty and handsome, and their furniture suitable to the fortune of their proprietor...» (J. Austen)./Пер.: «Все вокруг радовало глаз, и Элизабет с наслаждением рассматривала пейзаж: реку, разбросанные по берегам деревья и изгибы терявшейся у горизонта долины. Пока они проходили по другим комнатам, ландшафт менялся, но из каждого окна было чем полюбоваться. В комнатах были высокие потолки и богатая обстановка, достойная владельца такого поместья» (Дж. Остин).

3. «There was certainly at this moment, in Elizabeth's mind, a more gentle sensation towards the original (Darcy) than she had ever

felt at the height of their acquaintance» (J.Austen)./ «В эту минуту Элизабет явно испытывала к оригиналу портрета (Дарси) более теплое чувство, чем когда-либо на протяжении их знакомства» (Дж. Остин).

Коммент.: в приведенных примерах используются следующие фразы, описывающие дом-мечту Пемберли: «large, handsome, stone building, standing well» (величественное каменное здание, удачно расположенное), «natural beauty» щедро одарено природой, «lofty and handsome... furniture suitable to the fortune of their proprietor» (высокие потолки и богатая обстановка, достойная владельца поместья).

Пространство Пемберли также является закрытым и статичным пространством, наполненным различными предметами роскоши. Кажется, что дом утопает в своем превосходстве и великолепии, так как внешне он никого не может оставить равнодушным. Традиции и расположение вещей не меняются поколениями, лишь только в качестве исключения ремонтируется одна из комнат для сестры владельца. Во всем читается распорядок, покой и стабильность. Вот только, несмотря на все, атмосфера в нем кажется пустой и безрадостной. Прежние хозяева умерли, нынешний владелец приезжает лишь изредка, в основном для решения хозяйственных вопросов. Дому нужна семья, чтобы вдохнуть в него жизнь, чего с нетерпением ждут слуги, все ждут хозяйку, которой в конце романа становится Элизабет.

Пространственное перемещение, которое происходит с главной героиней, воспринимается как наивысшее счастье, которое только и могло с ней произойти. На первый взгляд, два

Библиографический список

пространства - пространство отеческого дома и дома мужа противопоставляются. Но, проанализировав объективные характеристики данных пространств, мы приходим к выводу, что они идентичны и обладают схожим набором свойств: статичность, замкнутость, подчинение, однообразие, скука. Главная героиня переходит от одного «хозяина» - отца, к другому - мужу (Karabulatova et al, 2015) [4].

Данное произведение представляет особую ценность, так как с одной стороны, в нем дается исключительный пример идеального английского поместья, подтверждающий первое значение базового слоя лексемы «House» - усл. «дом - отдельно стоящее здание, занимаемое одной семьей». С другой стороны, исследователю становится понятным, что ни один из представленных в книге домов не обладает так называемой «положительной эмоциональной составляющей», присущей первому значению базового слоя «Home» - усл. «дом - любовь, забота, семья». Дом здесь - это скука, быт, суета, заботы, безнадежность, смирение и т.д. Таким образом, появляется новая характеристика, присущая именно художественному концепту «Home/House», не отраженная в словарных толкованиях исследуемых лексем. Заметим, что признак эмоциональной привязанности к месту проживания прежде всего отличает лексему «Home» от «House». Из вышесказанного следует, что в общественных кругах того времени для англичан наибольшее значение имели внешние признаки дома, а внутренний уют, спокойствие, тепло и любовь близких отодвигались на второй план (Bodenheimer,1983). Анализ практического материала показал, что лексема «Home» употреблялась в тексте романа 66 раз, «House» - 137 раз.

1. Джейн Остин. Собрание сочинений: в трех томах. Москва, 1988.

2. Khachmafova Z.R., Karabulatova I.S., Serebryakova S.V., Zinkovskaya A.V., Ermakova E.N. The Specifics of an Estimate discourse of gender stereotypes in small forms of Folklore in a Network Discourse of Electronic and Information society at the Beginning of 21ct Century // Pertanika Journal of Social Science & Humanities, 2017; № 25: 137-150.

3. Извекова А.А. Лексико-тематические характеристики работ г. Остина. Современная лингвистика: Теория и практика. Материалы VI межвузовской научно-методической конференции. Часть I. Краснодар, 2006: 85 - 89.

4. Извекова А.А. Лингвокультурный аспект изучения языка произведений Дж. Остина. Современные тенденции преподавания иностранных языков в неязыковом университете: материалы региональной научно-практической конференции. Краснодар, 2006: 68 - 69.

5. Karabulatova I.S., Khachmafova Z.R., Bricheva M.M., Nescheretova M.T. & Bersirova A.K. Linguopragmatic Aspect of "Search for the Ideal" in the Discourse of Female Fiction as a Reflection of Matrimonial-Demographic and Sexual Behavior in Contemporary Russian Society. Review of European Studies. 2015; Tom. 7; No 6: 35-45.

References

1. Dzhejn Ostin. Sobranie sochinenij: v treh tomah. Moskva, 1988.

2. Khachmafova Z.R., Karabulatova I.S., Serebryakova S.V., Zinkovskaya A.V., Ermakova E.N. The Specifics of an Estimate discourse of gender stereotypes in small forms of Folklore in a Network Discourse of Electronic and Information society at the Beginning of 21ct Century // Pertanika Journal of Social Science & Humanities, 2017, № 25; 137-150..

3. Izvekova A.A. Leksiko-tematicheskie harakteristiki rabot g. Ostina. Covremennaya lingvistika: Teoriya ipraktika. Materialy VI mezhvuzovskoj nauchno-metodicheskoj konferencii. Chast' I. Krasnodar, 2006: 85 - 89.

4. Izvekova A.A. Lingvokul'turnyj aspekt izucheniya yazyka proizvedenij Dzh. Ostina. Covremennye tendencii prepodavaniya inostrannyh yazykov vneyazykovom universitete: materialy regional'noj nauchno-prakticheskoj konferencii. Krasnodar, 2006: 68 - 69.

5. Karabulatova I.S., Khachmafova Z.R., Bricheva M.M., Nescheretova M.T. & Bersirova A.K. Linguopragmatic Aspect of "Search for the Ideal" in the Discourse of Female Fiction as a Reflection of Matrimonial-Demographic and Sexual Behavior in Contemporary Russian Society. Review of European Studies. 2015; Tom. 7; No 6: 35-45.

Статья поступила в редакцию 07.06.18

УДК 811.112.2.

Rebrina L.N., Doctor of Sciences (Philology), Professor, Volgograd State University (Volgograd, Russia),

E-mail: Reblora@mail.ru

ONLINE-PETITIONS AS A FORM OF PROTEST COMMUNICATION IN THE CONTEXT OF ELECTRONIC DEMOCRACY. The

results of the linguistic research of online petitions as a relevant form of political online participation of citizens, the analysis of the characteristics of this new genre of protest communication constituting its complex, hybrid character are presented in the article. The author describes positive and negative factors of electronic democracy demonstrating the importance of influence of a new format of interaction of the power and citizens on the modern communicative practices of a protest determined by tendencies of medialization and technological determinism. The phenomenon of political participation from the point of view of its forms, levels of interaction of the parties, types of reaction, conventionality, groups of online participating, motives and features of Internet platforms users behavior is characterized in detail. By results of the analysis the author concludes that the media potential realized within petitions of the personalisation of socially important subjects is rather high; the investigated discursive practices has complex nature (hybridism of discursive characteristics, polyfunctionality, polyintentionality, stylistic syncretism, special dialogism, complex addressant and addressee, a transposition of mass addressee and sender).

Key words: e-democracy, protest communication, political participation, online petition, petition platform, characteristics of a genre.

Л.Н. Ребрина, д-р филол. наук, доц., Волгоградский государственный университет, г. Волгоград,

E-mail: Reblora@mail.ru