Парадипломатия как категория политической науки: теоретико-методологические подходы и научные школы

Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2018. № 1 (17). С. 158-166. УДК 323.174

DOI 10.25513/2312-1300.2018.1.158-166

В. Г. Благодатских, А. А. Керимов

ПАРАДИПЛОМАТИЯ КАК КАТЕГОРИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКИ: ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ И НАУЧНЫЕ ШКОЛЫ

Посвящено изучению различных подходов к трактовке понятия «парадипломатия», определению его универсальных характеристик, анализу научных концепций по исследованию проблем участия регионов в международных отношениях. Необходимо отметить, что данная проблематика всегда была актуальной среди исследователей. Существенный вклад в изучение феномена парадипло-матии внесли И. Аггира, Ф. Альдекоа, И. Духачек, Н. Карнаго, Д. Кинкейд, М. Китинг, Г. Кравен, А. Лекур, П. Солдатос, Б. Хокинг. Среди российских исследователей необходимо выделить труды И. Бусыгиной, В. Валуева, М. Глигич-Золотарёвой, Т. Зоновой, И. Насырова, М. Фарукшина, В. Шило. Для достижения поставленных целей в статье использовались как общенаучные, так и социогума-нитарные методы научного познания. Результаты исследования могут быть востребованы как представителями экспертного сообщества, так и преподавателями, аспирантами, студентами при изучении проблем политической регионалистики. Дальнейшие перспективы изучения данной тематики будут связаны с исследованием внешних и внутренних факторов возникновения международной деятельности регионов, определением направлений международной активности регионов и выявлением её последствий.

Ключевые слова: парадипломатия; регион; субнациональный регион; субфедеральная единица; субфедеральный актор; нецентральное правительство.

V. G. Blagodatskih, A. A. Kerimov

PARADIPLOMACY AS A CATEGORY OF POLITICAL SCIENCE: THEORETICAL-METHODOLOGICAL APPROACHES AND SCIENTIFIC SCHOOLS

The article is devoted to studying of different approaches in the interpretation of the concept of "paradiplomacy", in defining its universal characteristics, the analysis of scientific concepts in the study of problems of participation of regions in international relations. It should be noted that this issue has always been topical among researchers. A significant contribution to the study of the phenomenon of paradiplomacy made Agger I., F. Aldecoa, I. Duchacek, N. Carnago, D. Kincaid, M. Keating, G. Craven, A. Lecour, P. Soldatos, B. Hocking. Among Russian researchers it is necessary to allocate the works I. Busygina, V. Valuev, M. Gligich-Zolotareva, T. Zonova, I. Nasyrov, M. Farukshin, V. Shilo. In this article to achieve the set goals was used as a General scientific and socio-humanitarian methods of scientific knowledge. The results of the study can be claimed, as the representatives of expert community, faculty members, graduate students, students in the study of problems of political regionalistics. Future prospects of study of this subject will involve study of external and internal factors of the international activities of the regions, determination of directions of international activity of regions and the identification of its effects.

Keywords: paradiplomacy; region; sub-region; sub-Federal unit; regional actor; non-Central government.

В современном мире в условиях интенсификации международных отношений отчётливо прослеживается две тенденции. С одной стороны, это процессы глобализации, стрем-

© Благодатских В. Г., Керимов А. А., 2018

ление политических акторов к взаимопроникновению и открытости, с другой - процессы регионализации, стремление отдельных территорий и народов к сохранению

национально-культурного своеобразия, исторического наследия, этнической значимости, достижению политической автономии. Оба этих процесса, будучи взаимосвязанными и взаимообусловленными, в значительной степени оказывают влияние на политические процессы и институты любого государства. В условиях размывания границ между «внутренними» и «внешними» измерениями политики глобализация через акторов международной политики, таких как наднациональные политические организации, транснациональные корпорации, начинает оказывать активное воздействие и на внутриполитические процессы в государстве, тем самым вовлекая в международные отношения и региональных акторов, международная деятельность которых в научной литературе получила название парадипломатии.

Поскольку категории «парадипломатия» и «регион» тесно взаимосвязаны и обусловливают друг друга, то, безусловно, необходимо остановиться на интерпретации дефиниции «регион» в современной научной литературе. Понятие «регион» на сегодняшний день имеет широкое употребление как в различных общественных науках, так и на повседневном уровне, и в определении его сущностного начала среди исследователей нет единого мнения.

В политической науке при определении «региона» обычно исходят из понимания его как внутригосударственной политической единицы. Во внутриполитических отношениях в государствах, построенных на основе федерализма или регионализма, выделяется три уровня управления: национальный, региональный и местный. С этой точки зрения «регион» определяется конкретной территорией, институциональной структурой, т. е. наличием собственных органов политической власти, нормативно-правовым урегулированием взаимоотношений с другими уровнями политической власти [1, с. 8]. Другими словами, политологический подход данную категорию интерпретирует как отдельный актор, обладающий важнейшими характеристиками.

В теории международных отношений «регион» также интерпретируется через категорию актора международной деятельности. Стоит отметить, что среди специалистов

по вопросам геополитики и международных отношений регион понимается прежде всего как группа стран, которые между собой связаны больше, чем с другими странами [2, с. 24]. Государства, объединённые в такой регион, имеют интегрирующие факторы в виде близости расположения, схожих методов экономической деятельности и т. д. Для устранения коллизий в трактовке «региона» как структурной части государства и как актора международных отношений некоторые исследователи вводят уточняющие дефиниции, такие как «субнациональный актор» (subnational actor) [3, p. 73], «внутригосударственные регионы» [4, с. 283]. В данном случае «регион» понимается точно так же, как и в политологическом подходе, т. е. как институционализированное сообщество внутри другого институционализированного общества (государства).

В работах исследователей региональных процессов, в том числе парадипломатии, предпринимаются попытки конкретизировать понятие «регион». Так, А. С. Кузнецов выделяет две основных стратегии конкретизации [5, с. 14], где первая стратегия, по его мнению, сводится к попытке создать синтетическое определение.

Другая стратегия заключается в более узкой трактовке понятия «регион» с введением дополнительных дефиниций, подробно раскрывающих его содержание. В качестве примеров исследователь заимствует понятия из арсенала западной и российской политической мысли и приводит такие понятия, как «пространство» (area), обозначающее неин-ституционализированные регионы, «субфедеральная единица» (federated constituent) и «нецентральное правительство» (non-central government).

Термин «субфедеральная единица» был предложен американцем Дж. Кинкайдом [6, p. 10]. В русскоязычной литературе аналогичным понятием является понятие «субфедеральная единица», введённое в оборот Б. Штульбегом и В. Введенским [7, с. 134]. С нашей точки зрения, данное понятие является излишне узким, сводя политологическое понимание региона до термина «субъект федерации». Куда более удачным, как представляется, является понятие «нецентральное правительство» (non-central government),

предложенное М. Китингом [8]. Данный термин, во-первых, указывает на институциональную характеристику региона, а во-вторых, позволяет применить понятие к территориальным единицам как федерации, так и унитарного государства. Но если главным недостатком понятия «субфедеральная единица» является его узость, то термин «нецентральное правительство», с нашей точки зрения, представляется недостаточно конкретным. Под нецентральной властью можно понимать как власть собственно регионального уровня, так и уровня местного самоуправления. Это касается и понятия «локальное правительство» (local government), предложенного М. Гудерьяном. Он употребляет данное понятие как по отношению к уровню региона, так и по отношению к уровню муниципалитетов. Впрочем, само по себе прилагательное local, переводимое как «местный», имеет близость именно к уровню местного самоуправления.

Наиболее успешным примером конкретизации понятия «регион», на наш взгляд, является понятие «субнациональный актор» (subnational actor) или «субнациональная единица» (subnational unit), предлагаемое, в частности, А. Лекуром в качестве синонима «региона» [9]. Такое определение «региона» указывает именно на то, что он занимает уровень политических отношений, непосредственно следующий за уровнем государства. Подобное определение приводится и в Декларации по регионализму в Европе, где «регион» определяется как «территориальное образование государственного законодательства, обладающее уровнем, следующим за уровнем государства, и имеющее политическое самоуправление» [10]. В этом же документе указываются существенные признаки региона. В частности, в документе подчёркивается, что регион должен быть признан конституцией или другими законами; ему должны быть гарантированы автономия, идентичность, полномочия и форма устройства; регион должен иметь собственную конституцию, устав автономии или закон, которые являются частью правовой структуры государств; регион должен выражать собственную политическую идентичность, которая может быть облечена в весьма различные политические формы [Там же].

Таким образом, проанализировав различные подходы в определении сущности понятия «регион», можно его рассматривать в качестве непосредственного субнационального актора и определять как территориально-политическое образование, функционирующее на субнациональном уровне. При этом необходимо отметить, что признание региона как субнационального актора внутриполитических и внешнеполитических отношений не означает отрицания его культурно-исторической самобытности и экономической самостоятельности.

Участие субнациональных акторов во внешнеполитических отношениях в научной литературе получило название парадиплома-тии. Впервые данное понятие появляется в работах североамериканского исследователя федерализма 80-х гг. прошлого столетия И. Духачека и британского исследователя Д. Дериана.

И. Духачек, исследуя изменения, происходящие в федеративных отношениях, при которых регионы начинают вести активную международную деятельность, предложил обозначить данную деятельность регионов термином «парадипломатия». По его мнению, парадипломатия состоит «из политических контактов различных государств, которые складываются через контакты субнациональных властей не только с торговыми, промышленными или культурными акторами зарубежных стран, но также и с всевозможными агентами внешних связей национальных правительств» [11, p. 15]. Далее он отмечает, что «парадипломатия - это термин, который может быть использован для описания тех инициатив и действий субнациональных единиц, совершающихся вне границ их национального государства и несущих некий в той или иной мере сепаратистский message в рамках экономических, социальных и культурных контактов с иностранными государствами [Ibid.].

Д. Дериан использовал понятие «пара-дипломатия» при исследовании процесса трансформации классической дипломатии. В отличие от И. Духачека отправной точкой для Д. Дериана является не регион как актор, а сама деятельность на международной арене. Поэтому под парадипломатией им понимается международная деятельность любого

актора, кроме государства: региона, транснациональной корпорации, массмедиа, некоммерческих организаций и т. д. [12, p. 56]. Данный подход, впрочем, не нашёл значительной поддержки среди других исследователей, поскольку он делает понятие «парадипломатия» неопределённым.

С нашей точки зрения, наиболее удачным выглядит именно концепция И. Духаче-ка. То, что Д. Дериан называет международной деятельностью, можно без потери смысла назвать мировой политикой, которая и отличается от понятия «международные отношения» тем, что включает в себя коммуникацию не только между государствами, но и между другими акторами (регионами, ТНК, политическими лидерами, преступными формированиями и т. д.) [4, с. 23]. В то же время термин «парадипломатия» наиболее успешно применим именно к внешнеполитической деятельности региона в силу того, что приставка «пара-» указывает на параллельность или дополнительность. Дополнительной к дипломатии государств является именно дипломатия регионов как политических образований, занимающих уровень, следующий сразу за уровнем государства.

Довольно удачное определение понятию «парадипломатия» даётся Дж. МакНивеном. «Парадипломатия, - отмечают исследователи, - это термин, относящийся к международной деятельности, которая имеет место наряду (отсюда использование греческой приставки «пара-») с традиционной дипломатической деятельностью. Традиционная дипломатия опирается на межгосударственные отношения. Парадипломатия осуществляется субнациональными единицами, такими как провинции и города» [13, p. 178]. При этом именно использование приставки «пара-» и прилагательного «параллельный» вызывает недовольство ряда исследователей. Так, например, М. Кейтинг отмечает, что назвать явление параллельным означает признание того, что оно не имеет соприкосновения с другими процессами и явлениями [8]. При этом М. Кейтингом рассматриваются ещё два термина, которыми обозначают международную деятельность региона и которые также, по его мнению, не лишены недостатков.

Первым термином является «протодип-ломатия». Его М. Кейтинг считает неудач-

ным, поскольку приставка «прото-» обозначает «первичный», «исходный», «примитивный». По его мнению, данный термин можно использовать по отношению к деятельности субнациональных правительств, направленной на осуществление первого этапа перехода к независимости посредством подготовки международного мнения и поиска союзников, которые будут готовы признать их на ранней стадии независимости [8].

Другой неудачный, с точки зрения М. Кейтинга, термин - «субнациональная дипломатия». По мнению исследователя, данный термин предполагает непременное подчинение внешних связей штатов внешней политике государства, в то время как это не всегда так. Пример: Бельгия, регионы и сообщества которой по некоторым международным вопросам не подчинены федеральному правительству [Ibid.]. При этом, отмечая недостатки понятий «парадипломатия», «протоди-пломатия» и «субнациональная дипломатия», М. Кейтинг говорит о преимуществе использования самой основы «дипломатия», ибо она подчёркивает ненасильственный характер деятельности регионов, а во-вторых, указывает на комплексность данной деятельности.

Уже упоминавшийся при исследовании понятия «регион» Дж. Кинкейд предлагает использовать понятие «дипломатия субъектов» (constituent diplomacy), акцентирующее внимание на то, что её участники являются составной частью государств [6, p. 4-5]. Однако, с нашей точки зрения, данный термин представляется ещё более неудачным по той же причине, поскольку он неудачно сводит понятие «регион» к понятию «субфедеральная единица», исключающему участие в международной деятельности регионов унитарных государств.

В российской политической науке и нормативно-правовых документах наиболее часто используется просто словосочетание «международная деятельность регионов» без специального термина [14, с. 109]. Однако такому понятию также не хватает точности, а именно указания на ту или иную степень самостоятельности регионов в данном вопросе.

Таким образом, понятия «регион» и «па-радипломатия» являются сложными и неоднозначными. Существует несколько вариан-

тов трактовок данных понятий. Так, «регион» может, в зависимости от контекста, определяться по-разному: как категория экономической, исторической, культурологической и политической сфер, а также международных отношений. Термин «парадиплома-тия» также может определяться по-разному в зависимости от того, кого считать её субъектом. Помимо этого, существует также достаточно большое количество терминов, которые претендуют на то, чтобы более полно описать явления и процессы, обозначаемые словами «регион» и «парадипломатия». В случае с «регионом» это «пространство», «субфедеральная единица» и «нецентральное правительство». Близкими к «парадиплома-тии» же являются понятия «протодиплома-тия», «субнациональная дипломатия», «дипломатия субъектов» и просто «международная деятельность регионов».

Внимание представителей политической науки к международной деятельности регионов стало результатом возросшего интереса к исследованию политических процессов, происходящих на региональном (субнациональном) уровне. Прежде всего это касается североамериканских исследователей. Начиная с 50-х гг. ХХ в. в США и Канаде создаются различные сообщества, ставящие целью исследования политических процессов на уровне штатов и провинций.

Основными направлениями этих исследований в тот период стало изучение отношений между центром и регионами, региональных политических институтов, а также электоральных процессов и феномена региональных элит. Имели место и исследования активности штатов и провинций в международной политике, но все эти работы, так или иначе связанные с данной проблематикой, находились в русле вышеназванных направлений, а сама тема участия регионов в международных отношениях имела характер некоего «побочного продукта» при анализе таких явлений, как сепаратизм, федерализм, дипломатия, транснационализм и политэкономия [5, с. 20]. Так, представители гарвардской школы международных отношений Р. Кеохайн и Дж. Най, занимавшиеся исследованием транснациональной проблематики, в одной из работ начала 1970-х гг. отмечали, что для системы международных отношений характерно по-

вышение тенденции к взаимозависимости, при которой происходит плюрализация международного поля, появление новых инструментов влияния и новых автономных акторов [15, p. 19]. Этот тезис о появлении новых участников мирового политического процесса был поддержан и развит Дж. Розенау. Занимаясь, так же как и Р. Кеохайн и Дж. Най, исследованием транснациональных отношений, он отмечал, что «современная система международных отношений отныне не может быть исключительной прерогативой национального государства, поэтому полномочия по широкому кругу вопросов переходят к участникам наднационального и субнационального уровня» [16, p. 2].

Кардинально меняться ситуация в пара-дипломатических исследованиях начинает с 80-х гг. прошлого столетия. В политической регионалистике происходит серьёзный прорыв в изучении парадипломатии, который был связан с появлением институционально сплочённых групп учёных, изучающих феномен участия регионов в международных отношениях. Так, в 1984 г. вышел специальный номер американского политологического журнала "PUBLIUS: The Journal of Federalism", полностью посвящённый проблеме участия субнациональных единиц в международных отношениях. Именно с выходом данного номера журнала принято считать, что происходит формирование одного из двух основных направлений парадиплома-тических исследований - компаративистской школы парадипломатии (comporativists) [9], представителями которой являются И. Духа-чек, Г. Мичелман, П. Солдатос, Дж. Кинкейд, И. Фрай, разработавшие новый категориальный аппарат, используемый для описания данного феномена, и указавшие перспективные ориентиры для научных поисков.

Как уже отмечалось выше, заслуживает внимания концепция И. Духачека, который предложил использовать термин «паради-пломатия» для обозначения международной деятельности регионов. В работе «Нарушенный суверенитет: на пути к типологизации новых акторов в международных отношениях» он первым выделяет различные категории парадипломатии. В зависимости от географических масштабов исследователь выделяет три категории парадипломатии [11,

p. 15]. К первой категории он относит трансграничную региональную парадипломатию (cross-border regional paradiplomacy), которая характеризует сотрудничество приграничных регионов, объединяемых географической близостью и, как следствие, общностью проблем и подходов к их решению.

В качестве второй категории паради-пломатии И. Духачек выделяет трансрегиональную (макрорегиональную) парадиплома-тию, которую определяет как сотрудничество регионов, не имеющих общих границ, но входящих в состав государств, которые имеют такую общую границу. Эта категория сотрудничества более формализована и должна не противоречить требованиям дипломатического межгосударственного протокола.

Наконец, третью категорию парадипло-матии И. Духачек обозначает как глобальную парадипломатию - международное сотрудничество регионов географически удалённых государств.

В Европе институционализация паради-пломатических исследований как самостоятельной отрасли политической науки произошла чуть позже, в середине 1990-х гг., и проходила несколько в другом русле. В отличие от США парадипломатические исследования европейской политической школы берут корни, как правило, не из изучения федерализма и демократизации внутренней политики, а из анализа процессов развития национализма в европейских государствах и проблем сепаратизма. Особое внимание в данной школе уделялось мотивам международной деятельности регионов, а также влиянию внешних факторов, в частности глобализации. Поэтому североамериканский исследователь А. Лекур, отнёсший большинство североамериканских исследователей к компаративистской школе, европейских исследователей (М. Кейтинг, Б. Хо-кинг, Ф. Альдекоа) относит к представителям школы исследования международных отношений (international relatios scholars) [9, p. 3].

Важной вехой в развитии парадиплома-тических исследований в Европе стал состоявшийся исследовательский проект-семинар (1997 г.) в г. Бильбао (Испания), который собрал значительное количество известных политологов, занимающихся проблемой изучения участия субнациональных акторов

в международных отношениях. Результатом этого научного мероприятия стало появление сборника научных трудов «Парадипломатия в действии», который впоследствии переиздавался неоднократно. В него вошли статьи политологов, которые анализировали проблему участия регионов в международных отношениях через призму национализма и теории международных отношений.

Отдельного внимания среди европейских исследователей парадипломатии заслуживает точка зрения М. Кейтинга. Если И. Духачека можно назвать основателем школы «компаративистов», то М. Кейтинга -основоположником концепции «международников».

При исследовании природы парадипло-матии М. Кейтинг уделяет внимание влиянию на международную деятельность региона двух факторов: национализма и регионализма, - отмечая при этом, что данные явления под воздействием процессов глобализации обрели новые формы. С его точки зрения, зависимость национальных экономик от мировой экономики и кризис национальных ценностей приводят к тому, что жители регионов, особенно тех, которые выделены по этническому признаку, пытаются найти альтернативу глобальной культуре и экономике на региональном уровне. Власти регионов, получая поддержку со стороны населения, пытаются отстоять собственные интересы на международной арене [8]. Отмечая особенность нового национализма, М. Кейтинг пишет, что «этнические меньшинства стремятся не к сепаратизму, а к привлечению внимания со стороны международного сообщества. В таких условиях парадипломатия становится важным инструментом этнорегиональных элит, которые, активизируя свою международную деятельность, добиваются определённой компенсации и возможности повысить статус региона не юридически, через признание суверенитета, а фактически, становясь полноценным участником международных отношений» [Ibid.]. Таким образом, если ранее регионы стремились к протекционизму, то новый регионализм предполагает стремление к свободной торговле. Это вызвано стремлением регионов привлечь капитал, создать новые рабочие места, а также встроить в глобальную экономику малый

и средний бизнес. Главным инструментом достижения этих целей также становится па-радипломатия.

Определённым итогом развития паради-пломатических исследований можно назвать формирование комплексного подхода, т. е. создания определённой интегративной теоретической модели парадипломатии, с помощью которой можно было бы рассмотреть парадипломатию как через призму внутренних структурных изменений государства, так и через призму развития национализма и воздействия глобализации. Примером подобной теоретической модели является концепция канадского исследователя А. Лекура.

В работе «Политические исследования парадипломатии: опыт развитого мира» А. Лекур предлагает исследовать парадипло-матию при помощи ряда ключевых вопросов, среди которых следующие: какие факторы оказывают влияние на активность регионов (субнациональных правительств); как осуществляется международная деятельность регионов; какие последствия для государства имеет международная активность регионов [9, p. 8]. При анализе поставленных вопросов исследователь выделяет как внутренние (децентрализация государств) так и внешние (глобализация) факторы, активизирующие международную деятельность регионов. Во втором вопросе А. Лекур исследует уровни парадипломатической деятельности, стратегию регионов, в частности, в выборе партнёров по сотрудничеству и методы осуществления этого сотрудничества, а под последствиями А. Лекур подразумевает реакцию государства, а также анализирует структурные изменения во взаимоотношениях центра с регионами.

По подобному вектору продолжает происходить развитие исследований парадипло-матии и в российской политической науке. Интерес к данному вопросу возник одновременно с научным интересом к проблемам федерализма, и в этом плане российские исследователи более близки к североамериканским. При этом научный интерес к паради-пломатии, равно как и к проблемам федерализма, в российской политической науке возникал волнообразно и, как правило, был связан с изменениями в федеративном устройстве государства, а большинство иссле-

дований сводилось к анализу опыта участия регионов других стран, преимущественно западных федераций. Так, в частности, данной проблематике посвящена работа М. Х. Фарушкина, в которой автором исследованы факторы, способствующие активизации участия регионов в международных отношениях, а также проведён сравнительный анализ опыта международного участия субъектов западных федераций, таких как США, Канада, Швейцария, ФРГ. При этом исследовано также влияние парадипломатических отношений на функционирование государства. По оценке исследователя, «парадиплома-тия субъектов федераций будет постепенно совершенствоваться, меньше вызывая конфликтов и больше акцентируя сотрудничество и совместные действия этих субъектов с федеральным центром. В век всеобщей взаимозависимости некогда безраздельная монополия наций-государств на внешнюю политику окажется в конечном счёте несостоятельной. Международная же практика, несомненно, обогатится за счёт появления новых субъектов, областей и форм сотрудничества» [14, с. 109].

Особое внимание в российских исследованиях парадипломатии уделяется вопросам суверенитета. Так, процессы регионализации и парадипломатии Т. В. Зоновой исследуются как производные от глобализации. Как известно, глобализация несёт угрозу национальному суверенитету, в то же время пара-дипломатия, предоставляющая регионам полномочия, ранее отнесённые к исключительной компетенции национальных правительств, а именно международные связи, в действительности позволяет выстроить структуру, в которой в качестве акторов мировой политики присутствуют и регионы, и государства. Автор, исследуя опыт государств - членов Европейского союза приходит к выводу, что «дипломатические отношения между регионами являются не только закономерным итогом эволюции мировой политики, но также отражают и интересы самих государств, выступая дополнительным каналом влияния» [17].

Другой исследователь, И. Р. Насыров, в монографии «Международное сотрудничество регионов. Мировая практика и опыт Татарстана» постарался комплексно подойти

к исследованию парадипломатии. Им определяются и подробно рассматриваются такие факторы роста международной активности региона, как глобализация, демократизация, невоенные угрозы безопасности, а также особое внимание уделяется этнокультурному фактору. Автор также отдельно изучает направления и формы международной деятельности регионов, а также последствия такой деятельности для государства, отмечая, что «они могут как привести к росту сепаратизма, так и, наоборот, ослабить его» [1, с. 203].

Вопросы влияния этнической составляющей на международную деятельность региона занимают центральное место в работах В. Н. Валуева. При этом этничность он считает не просто фактором, а ресурсом. Исследователь замечает, что не только международная деятельность может способствовать отстаиванию интересов региона, образованного по национальному признаку, но и сама «национальная идентичность региона может способствовать зарождению и активизации международной деятельности данного региона» [8].

Резюмируя всё сказанное, отметим, что парадипломатические исследования на Западе развивались в основном в двух направлениях. Исторически первым было направление, представители которого пришли к изучению вопросов международного участия регионов через исследование проблем федерализма. Основной акцент в данных исследованиях сделан на изучении структурных изменений внутри государств. Представители второго направления, возникшего значительно позже, приняли категориальную базу, разработанную представителями первого (сам термин «парадипломатия» и понимание «региона» как «субнационального актора»), однако акцент в их исследованиях был смещён на взаимодействие парадипломатии с такими явлениями, как национализм, регионализм и глобализация. В российской политической науке также наблюдается выделение различных направлений парадиплома-тических исследований. Присутствуют как компаративистские исследования (М. Х. Фа-рукшин), интегративная концепция паради-пломатии (И. Р. Насыров), так и исследования в логике теории международных отношений (В. Н. Валуев). Нам же более продук-

тивным представляется исследование пара-дипломатии в парадигме интегративной теоретической модели, которая позволяет проанализировать внутренние и внешние факторы возникновения парадипломатии, формы модели участия регионов в международных отношениях, а также реакцию государства и последствия развития дипломатии как для государства, так и для регионов.

ЛИТЕРАТУРА

1. Насыров И. Р. Международное сотрудничество регионов: мировая практика и опыт Татарстана. - Казань : Изд-во Казан. гос. ун-та, 2007. -329 с.

2. Ватыль В. Н. Регионализация: общетеоретические и геополитические аспекты // Регио-налистика : сб. науч. тр. / под ред. д-ра полит. наук, проф. В. Н. Ватыля. - Гродно : ГрГУ, 2009. - 212 с.

3. Cohn Т., Merrill D. eld., Smith P. North American Cities in an Interdependent World: Vancouver and Seattle as International Cities // The New International Cities Era. - Provo, 1989. - P. 73118.

4. Цыганков П. А. Международные отношения: теории, конфликты, организации : учебное пособие / под ред. проф. П. А. Цыганкова. -М. : Альфа-М, 2004. - 288 с.

5. Кузнецов А. С. Политическая регионалистика: теоретико-методологический анализ современных концепций : автореф. дис. ... канд. полит. наук. - Екатеринбург, 2008. - 20 с.

6. Kincaid J. Foreign Relations of Constituent Units : Working Paper // Forum of Federations (Winnipeg, May 11-12, 2001). - Winnipeg, 2001.

7. Штульберг Б. М., Введенский В. Г. Региональная политика России: теоретические основы, задачи и методы реализации. - М. : Гелиос АРВ, 2000. - 208 с.

8. Keating M. Paradiplomacy and Regional Networking // Forum of Federations. - URL: http://www.forumfed.org/libdocs/ForRelCU01 /924-FRCU0105-eu-keating.pdf (дата обращения: 22.11.2017).

9. Lecours A. Political Issues of Paradiplomacy: Lessons from the Developed World. - URL: https://www.clingendael.org/sites/default/files /pdfs/20081217_cdsp_diplomacy_paper_para-diplomacy.pdf (дата обращения: 22.11.2017).

10. Декларация по регионализму в Европе. - URL: http://aer-www.ameos.net/fileadmin/user_upload /PressComm/Publications/DeclarationRegionalism /.dam/l10n/ru/DR_RUSSE.pdf (дата обращения: 22.11.2017).

11. Duchacek I. Perforated Sovereignties: Towards a Typology of New Actors in International Relations // Federalism and International Relations. The Role of Subnational Units. - Oxford, 1990. -P. 1-33.

12. Der Derian J. On Diplomacy: A Genealogy of Western Estrangement. - Oxford, 1987. - 258 p.

13. McNiven J. Canadian Provincial Trade Offices in the United States // States and Provinces in International Economy. - Berkley, 1993. - P. 167183.

14. Фарукшин М. Х. Субъекты федераций в международных отношениях // Полис. - 1995. -№ 6. - С. 109-118.

15. Keohane R., Nye J. Transnational Relations and World Politics. - Cambridge : Harvard University Press, 1972. - 460 p.

16. Rosenau J. The Study of Global Interdependence: Essays on the Transnationalization of

Информация о статье

Дата поступления 24 ноября 2017 г.

Дата принятия в печать 1 февраля 2018 г.

Сведения об авторах

Благодатских Владимир Гурьянович - д-р

ист. наук, доцент, заведующий кафедрой истории и философии Уральского государственного экономического университета

Адрес для корреспонденции: 620144, Россия, Екатеринбург, ул. 8 Марта, 62 E-mail: profkom@usue.ru

Керимов Александр Алиевич - канд. полит. наук, доцент, доцент кафедры политических наук Уральского федерального университета имени первого Президента России Б. Н. Ельцина

Адрес для корреспонденции: 620000, Россия, Екатеринбург, пр. Ленина, 51

E-mail: kerimov68@mail.ru

World Affairs. - [S. l.] : Frances Pinter, 1980. -334 p. - URL: http://www.kazanfed.rU/papers/1/ (дата обращения: 22.11.2017).

17. Зонова Т. В. Парадипломатия европейских регионов // Вся Европа. - 2011. - № 4 (43). -URL: http://www.amberbridge.org/article?id = 106 (дата обращения: 10.11.2017).

18. Валуев В. Н. Ресурс этничности в позиционировании региона в мире: Республика Татарстан // Казанский центр федерализма и публичной политики. - URL: http://www.kazanfed.ru /papers/1/ (дата обращения: 22.11.2017).

Article info

Received

November 24, 2017

Accepted February 1, 2018

About the authors

Blagodatskih Vladimir Guryanovich - Doctor of Historical sciences, Associate Professor, Head of the Department of History and Philosophy of the Ural State University of Economics

Postal address: 62, 8 Marta ul., Ekaterinburg,

620144, Russia

E-mail: profkom@usue.ru

Kerimov Alexandr Aliyevich - Candidate of Political sciences, Associate Professor, Associate Professor of the Department of Political Science of the Ural Federal University named after the fist President of Russia B. N/ Yeltsin

Postal address: 51, Lenina pr., Ekaterinburg, 620000, Russia

E-mail: kerimov68@mail.ru

Для цитирования

Благодатских В. Г., Керимов А. А. Парадипломатия как категория политической науки: теоретико-методологические подходы и научные школы // Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2018. № 1 (17). С. 158166. DOI: 10.25513/2312-1300.2018.1.158-166.

For citations

Blagodatskih V. G., Kerimov A. A. Paradiplomacy as a Category of Political Science: Theoretical-Methodological Approaches and Scientific Schools. Herald of Omsk University. Series "Historical Studies", 2018, no. 1 (17), pp. 158-166. DOI: 10.25513/2312-1300.2018.1.158-166 (in Russian).