«Даже если "Фарма-2030" будет выполнена на 80% — это будет большим успехом»

2020 год стал переломным для российской фармацевтической отрасли. В нынешнем году завершилась масштабная правительственная программа «Фарма-2020», и началась реализация новой стратегии «Фарма-2030». Об итогах минувшего десятилетия и перспективах следующего, о том, какое влияние пандемия оказала на развитие фармацевтической отрасли России, и какое будущее у отечественного фармрынка, рассказал генеральный директор фармацевтической компании «ФК Гранд Капитал» Денис Ременяко.

Гендиректор «ФК Гранд Капитал» Денис Ременяко

Фото: Эмин Джафаров, Коммерсантъ

— Как вы оцениваете новую стратегию правительства «Фарма-2030»?

— Стратегия «Фарма-2030» существенно более зрелый документ, чем в свое время была стратегия «Фарма-2020». У этих двух программ совершенно разные посылы. Если в первой акцент делали на увеличение доли отечественных препаратов на российском рынке, то главная цель новой стратегии — лекарственная безопасность страны. В правительстве увидели проблемы, возникшие при реализации первой программы, и прописали пути их решения во второй.

Все направления, которые прописаны в программе «Фарма-2030», очень важны. Так, государство осознало всю глубину проблем, связанных с быстрой реализацией производства фармацевтических субстанций в стране. В «Фарме-2030» прописано, что необходимо обратить внимание не только на локализацию производства лекарственных средств и фармацевтических субстанций, но и на производство на территории России химических, биологических ингредиентов, катализаторов и прочих веществ, которые используются в производстве фармацевтических субстанций. Стало понятно, что без этого полноценное производство фармацевтических субстанций невозможно.

Также новая программа предполагает выход российского инспектората на качественно новый уровень. Очень надеюсь, что скоро он будет признаваться за рубежом. Это сильно бы облегчило жизнь экспортерам и ускорило будущие экспортные поставки производителей.

В процессе реализации программы «Фарма-2020» в этом направлении уже многое было сделано: появилась система оценки производителя согласно требованиям Правил надлежащей производственной практики. Однако заключение о соответствии этим стандартам признается в основном на постсоветском пространстве, а хотелось бы получить признание не только у ближайших соседей, но и во всем мире.

Это касается и клинических исследований, которые проводятся разработчиками. Сегодня производитель, зарегистрировавший препарат в России, при попытке его зарегистрировать за рубежом зачастую должен заново проводить его клинические исследования за границей, потому что российские результаты там могут не признаваться (например, в Европе или США). Министерство промышленности и торговли РФ выделяет средства нашим разработчикам на проведение клинических исследований за границей. Но, конечно, было бы лучше, если бы исследования, проведенные в России, признавались во всем мире. Такая универсальность позволит отечественным разработчикам лекарственных препаратов существенно сократить сроки выхода на зарубежные рынки.

В программе «Фарма-2030» речь идет и о развитии компетенций фармацевтической промышленности — подготовке кадров, создании и внедрении новых технологий и т. д. Я очень надеюсь, что амбициозные задачи, изложенные в стратегии, будут подкреплены достаточным финансированием.

— На ваш взгляд, насколько реально все это реализовать к 2030 году?

— Дорогу осилит идущий. Но это не только от правительства зависит, но и от участников рынка. Если производители будут знать, в каких направлениях деятельности их могут поддержать, обращаться за помощью, которая обозначена государством и развиваться в соответствии с госпрограммой, то это приведет к успеху как отдельно взятые фармкомпании, так и отрасль в целом. Даже если «Фарма-2030» будет выполнена на 80% — это будет большим успехом.

— Как участники рынка реагируют на происходящие изменения? Они соглашаются развивать направления, которые обозначает государство?

— Когда стартовала программа «Фарма-2020», рынок относился к ней с недоверием. Тогда и наши производители слабо верили, что в России в этой отрасли что-то можно изменить в лучшую сторону, и крупные международные компании скептически смотрели на амбициозные цели развивающегося государства. Но шаги, которые были сделаны в последние десять лет, заставили абсолютно всех пересмотреть свои позиции.

В частности, произошли серьезные изменения в требованиях к локализации производства. Мы перестали признавать локализованным производством процесс, когда лекарство, привезенное в Россию из-за границы, укладывали в коробочку, созданную на территории нашей страны. Отечественным стал признаваться только тот продукт, который реально сделан на территории РФ. И это был важный шаг.

Также было введено правило «третий лишний», которое фактически заставило иностранных производителей принять решение: либо ты локализуешь производство своего продукта на территории РФ, либо ты уходишь с российского рынка. Эти и многие другие меры стали достаточно сильным толчком в развитии нашей фарминдустрии. Рынок это увидел и поверил государству. Сегодня все очень внимательно следят за программами, которые принимает правительство РФ и идут в новое десятилетие с другим настроением. Пока еще не все пришли к тому, что можно и нужно развивать на территории страны производство собственных форм и субстанций, но думаю, скоро и в это поверят, и мы увидим бизнес, заинтересованный в развитии полного цикла производства лекарственных препаратов.

— Нужно ли вкладываться в развитие науки в области фармацевтики?

— В стратегии «Фарма-2030» на это обратили внимание, ведь развитие науки является важным элементом успеха развития всей отрасли. Создавать новые препараты, молекулы и компоненты для лекарств крайне тяжело, а объем инвестиций в эту сферу в России крайне низкий, если сравнивать со странами Запада. Но я очень надеюсь, что развитие науки будет одним из приоритетных направлений, которое будет отдельно профинансировано, и мы сможем разрабатывать и создавать собственные новые перспективные препараты.

— Что, на ваш взгляд, не было учтено при разработке стратегии «Фарма-2030»? На какие еще проблемы отрасли стоит обратить внимание?

— Есть хорошие и нужные инициативы, которые были прописаны в стратегии «Фарма-2020», они не были исполнены в полной мере, но потерялись и не вошли в «Фарму-2030». Например, предполагалось введение специальной ускоренной процедуры регистрации лекарственных средств для российских производителей. Это реализовано не было. К сожалению, сегодня российский производитель живет в нашей стране по тем же правилам, что и иностранный: если положено ждать регистрации препарата год, значит, он должен сидеть и ждать год. Никаких преференций для российского производителя со стороны Минздрава не существует. Но они, безусловно, должны быть.

— На ваш взгляд, как пандемия повлияла на развитие фармацевтической отрасли России?

— Пандемия показала, как важно было в последнее десятилетие развивать фармацевтическое производство на территории России. Если бы в свое время не была принята программа «Фарма-2020», и в рамках этой программы не были приняты меры по развитию производства лекарственных средств в стране, ситуация, связанная с пандемией, была бы сегодня гораздо хуже и смертей было бы больше. Почти все препараты, которые сейчас используются для лечения последствий воздействия вируса COVID-19, производятся на территории Российской Федерации. Из 16 утвержденных Минздравом РФ, только 2 производятся не у нас. Наши производители сейчас работают в усиленном режиме, чтобы обеспечить страну лекарствами в достаточном количестве. Они в короткие сроки смогли переориентировать свои производственные мощности на выпуск этих востребованных препаратов. Для иностранного же производителя в подобных ситуациях важнее его собственная страна, и Россия не являлась бы приоритетным рынком сбыта.

Также в период пандемии в России была разработана собственная вакцина от коронавируса. Это говорит о том, что в отрасли уже начались интеграционные процессы, когда наука начинает взаимодействовать с производством. Только появившиеся новейшие технологии уже лоцируются на отечественных предприятиях. До конца этого года мы ждем появление вакцины сразу от нескольких производителей.

— Существует ли в отрасли проблема нехватки высококвалифицированных специалистов?

— Это давняя проблема отрасли. Она до сих пор не решена по той причине, что нельзя ее устранить за год-два. Хороших, грамотных специалистов нужно планомерно готовить в течение долгого времени. На сегодняшний день на абсолютно всех фармацевтических производствах существует дефицит кадров, а уровень образования, которое дает большинство российских вузов, не позволяет их выпускникам сразу стать специалистами на предприятиях и эффективно работать с новыми препаратами. Поэтому в этой области предстоит сделать еще очень многое. Заниматься подготовкой специалистов для фармотрасли нужно уже сейчас и делать это постоянно.

— Каким вы видите будущее российской фармацевтической отрасли?

— Я, будучи оптимистом, абсолютно убежден, что российская фармотрасль в будущем станет мировым флагманом. Мы точно будем на первом месте, вопрос только в том, за какой период времени к этому придем. Сегодня в стране есть большой интеллектуальный потенциал, наши люди не боятся начинать реализовывать даже самые сложные проекты. Я уверен, что симбиоз государственной помощи, которая сегодня оказывается отрасли, и активного участия бизнеса совершенно точно выведет Россию в лидеры мировой фармацевтической отрасли.