Дидактические жанры в лирике М. Ю. Лермонтова (к постановке проблемы)

Филология

Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского, 2017, № 4, с. 180-182

УДК 82-15

ДИДАКТИЧЕСКИЕ ЖАНРЫ В ЛИРИКЕ М.Ю. ЛЕРМОНТОВА

© 2017 г. А.Ю. Нилова

Петрозаводский государственный университет, Петрозаводск

annnilova@yandex.ru

Поступила в редакцию 19.02.2017

При помощи сравнительно-исторического и сравнительно-типологического методов исследования делается попытка описать некоторые аспекты развития жанров дидактического послания и видения в произведениях Лермонтова. Объектом исследования являются стихи «Ребёнка милого рожденье...», «Ночь I», «Ночь II» и «Сон». Доказывается наличие в этих стихах жанровых признаков дидактического послания (назидательное пожелание) и видения (образ визионера, ситуация видения, духовное откровение). Особым образом жанровые каноны реализуются в стихотворении «Сон», сочетаясь с любовной тематикой. Подобное объединение характерной для видения формы с несвойственной жанру тематикой является отражением присущего Лермонтову стремления наполнять традиционные жанровые формы новым содержанием в поисках перспектив для их дальнейшего развития.

Ключевые слова: Лермонтов, лирика, дидактические жанры, дидактическое послание, видение, жанровые традиции.

Жанровая природа лермонтовской лирики неоднократно становилась предметом исследовательского интереса. Описаны такие жанры, как послание, элегия, сатира, поэма, баллада [14]. В работах С. Ермоленко подробно охарактеризована эволюция жанров М.Ю. Лермонтова и доказано, что вопреки распространенному мнению о редукции жанров романтической, и в частности лермонтовской, поэзии, в произведениях поэта очень хорошо ощутимо жанровое ядро [5]. Традиции же дидактических жанров в творчестве Лермонтова еще не становились предметом специального исследования, и здесь можно отметить наличие двух противоположных тенденций. С одной стороны, сторонники концепции разрушения жанрового мышления говорят об отсутствии у Лермонтова интереса к дидактической поэзии [6, с. 160] как яркому наследию литературы XVIII века. С другой - в лермонтовской лирике выделяется такой синтетический жанр, как «дидактическая новелла» -«Бородино» [7, с. 392].

Стихотворение «Ребёнка милого рожденье...», написанное в 1839 году по случаю рождения у А.А. Лопухина сына, сам поэт называет нравоучительным: Кстати о стихах: я исполнил обещание и написал их твоему наследнику, они самые нравоучительные [8, с. 400].

Здесь мы видим сочетание элегической формы (чередование четырех- и пятистопного ямба), мадригала и дидактического послания. Мадригальное вступление обосновывается функциями стихотворения - поздравление по поводу рождения ребёнка, далее следует поже-

лание новорожденному, формирующее образ идеального, гармоничного человека, контрастного раздираемому страстями герою лермонтовской лирики. Подобные же пожелания, но в максимально лапидарной форме мы встречаем в стихотворении 1829 г. «В день рождения N. К.». Схожий комплекс наставлений присутствует в самых ранних образцах дидактических посланий как поэтических, так и прозаических. О спокойствии, умеренности, опасности чрезмерных устремлений и славолюбия писал в своих посланиях Гораций, пожелания спокойствия духа и невозмутимости перед мирским шумом и блеском перекликаются с «Нравственными письмами к Луцилию» Сенеки, мысли о твердости в правде звучат в посланиях апостолов.

В русской литературе XVIII века дидактическое послание откликалось на темы общественно значимые и преследовало просветительские цели («Письмо о пользе стекла» М.В. Ломоносова или «Эпистола о стихотворстве» А.П. Сумарокова) или воспитания идеального гражданина и исправления пороков общества (Письма А.Д. Кантемира). Стихи на рождение или годовщину со дня рождения оформлялись в жанре оды или эпистолы. Особо следует остановиться на стихах Г.Р. Державина «На рождение на севере порфирородного отрока» и А.П. Сумарокова «Эпистола его императорскому высочеству государю великому князю Павлу Петровичу в день рождения его 1761 года сентября 20 числа», оказавших значительное влияние на дальнейшее развитие этих жанров и темы в литературе. Ода Державина посвящена рождению

Дидактические жанры в лирике М.Ю. Лермонтова

181

наследника, а эпистола Сумарокова адресована семилетнему цесаревичу Павлу, т. е. тоже ребёнку, но тем не менее будущему правителю, поэтому их объединяет между собой и отделяет от лермонтовского стихотворения стиль, отнесение жанра произведения к числу высоких жанров - ода у Державина и эпистола у Сумарокова*, а также восприятие адресата исключительно сквозь призму его будущей функции. И Павел для Сумарокова, и Александр для Державина в первую очередь будущие самодержцы, этому должна быть подчинена вся их жизнь, и поэты, обращаясь к юным адресатам, говорят о благе государства и создают образ идеального правителя. Лермонтов же создает гармоничный образ частного человека. Более того, он помещает свое стихотворение в перекликающееся с ним по содержанию письмо, в котором сравнивает свою жизнь и жизнь А. Лопухина. По мысли поэта, его друг смог найти единственно верный путь, сделавший его счастливым человеком, сам же поэт, соблазнившись многим, не смог обрести необходимого: Ты нашел, кажется, именно ту узкую дорожку, через которую я перепрыгнул и отправился целиком. Ты дошел до цели, а я никогда не дойду: засяду где-нибудь в яме, и поминай как звали, да еще будут ли поминать? Я похож на человека, который хотел отведать от всех блюд разом, сытым не наелся, а получил индижестию, которая, вдобавок, к несчастию, разрешается стихами [8, с. 400].

Изображение личной жизни частного человека в новой литературе являлось предметом не назидательного, а дружеского послания. Анализируя поэтику этой разновидности жанра в первой четверти XIX века, В.А. Грехнёв отмечает стремление авторов дружеского послания создать образ уютного и приятного «малого» мира, в который не проникали бы бури и волнения большого «внешнего» мира [10, с. 42-58]. Лермонтов создает такой спокойный и безмятежный мир в душе своего юного адресата, видя залог счастья именно во внутренней бестревожности и кротости.

Этот же интерес к внутреннему миру и изображению жизни души, возможно, был причиной появления в лермонтовской лирике еще одного дидактического жанра - видения, признаки которого присутствуют в стихах «Ночь I» и «Ночь II». Б.И. Ярхо в качестве основного формального признака жанра выделял образ ясновидца, «т. е. лица, при посредстве коего содержание видения становится известным читателю» [11, с. 21]. Ясновидец «должен воспринимать содержание видения чисто духовно», а «содержание видения непременно должно за-

ключать в себе чувственные образы» [11, с. 21]. В двух рассматриваемых нами стихотворениях присутствует видение, которое является герою либо во сне, либо в полусне-полубодрствовании и представляет собой или предельно натуралистичное изображение умирания и посмертного тления, или аллегорическую картину пустоты и ничтожности человеческой жизни, воплощением которой становится образ неверной возлюбленной в вихре пошлых и грубых светских развлечений.

А.Б. Соболева указывает на такой факультативный атрибут видения, как наличие некоего спутника, «сопровождающего его (визионера. -А.Н.) в загробных странствиях» [12, с. 10]. В «Ночи I» герой во время скитания встречает лучезарного ангела, который прерывает его полет без желаний и цели и произносит страшный приговор, а в «Ночи II» герою является огромный скелет, персонифицирующий смерть. Подобный образ страшного великана, за которым скрывается дьявол, испытующий святого, присутствует в видениях Антония Великого в житии святого, составленном Афанасием Великим. Заканчиваются оба стихотворения пробуждением и исчезновением образа смерти, т. е. прекращением видения. Стихотворение «Ночь III», схожее названием с рассмотренными произведениями, не может быть отнесено к жанру видения, поскольку там нет ни ситуации видения, ни соответственно визионера.

Несколько сложнее обстоит дело со стихотворением «Сон» («В полдневный жар в долине Дагестана...»). С формальной точки зрения стихотворение можно рассматривать как реализацию ситуации видения: смертельно раненный герой в полусне-полубреду видит свою возлюбленную, которая, в свою очередь, сквозь сон наяву видит то, о чем никак не может знать, -умирающего героя, и здесь можно говорить даже о пересечении двух видений. В то же время любовная тематика этого стихотворения, на первый взгляд, не соответствует необходимому каноническому видению духовному прозрению. Однако в контексте лермонтовской лирики любовь - высочайшая душевная и духовная ценность, и именно изображение высокой искренней любви в лермонтовских стихах перекликается с искренним религиозным чувством («Молитва» («Я, матерь Божия, ныне с молитвою...»), «Ребенку» и т. п.), именно любовь открывает душу героя для Бога. Возможно, сочетание характерной для видения формы с несвойственной жанру любовной тематикой является отражением присущего Лермонтову стремления наполнять традиционные жанровые формы новым содержанием в поисках перспектив для их дальнейшего развития.

182

А.Ю. Нилова

Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта РГНФ («Античные жанры в развитии русской литературы ХУШ-Х1Х вв.»), проект № 13-04-00250а.

Примечание

*. О стилистических различиях послания и эпистолы писал, в частности, М.Ю. Люстров [9, с. 35-36].

Список литературы

1. Ходанен Л.А. Поэмы М.Ю. Лермонтова. Поэтика и фольклорно-мифологические традиции. Кемерово, 1990. 91 с.

2. Ермоленко С.И. Границы жанра и жанровый синтез в лирике // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. 2013. № 4 (2). С. 49-53.

3. Анненкова Н.А. Место сатиры и инвективы в системе лирических жанров М.Ю. Лермонтова // Вестник ОГУ. 2009. №11 (105). С. 17-19.

4. Нилова А.Ю. Жанрово-стилистические традиции в лирике М.Ю. Лермонтова. Петрозаводск: Изд-во ПетрГУ, 2009. 170 с.

5. Ермоленко С.И. Лирика Лермонтова: жанровые процессы. Екатеринбург: Изд-во Уральского гос. пед. ин-та, 1996. 420 с.

6. Вацуро В.Э. Жанры поэзии Лермонтова // Лермонтовская энциклопедия. М., 1981. С. 160-162.

7. Турбин В.Н. О литературно-полемическом аспекте стихотворения Лермонтова «Бородино» // М.Ю. Лермонтов: Исследования и материалы. Л., 1979. С. 392-403.

8. Лермонтов М.Ю. Письмо к А.А. Лопухину [С.Петербург, февраль или март 1839 г.] // Лермонтов М.Ю. Полное собрание сочинений. В 5 т. Т. 5. М.; Л., 1937. С. 400-401.

9. Люстров М.Ю. Эпистолы и стихотворные письма А.П. Сумарокова 40-70-х гг. XVIII века. // Филологические науки. 1997. № 3. С. 35-40.

10. Грехнёв В.А. Лирика Пушкина. О поэтике жанров. Горький: Волго-Вятское книж. изд-во, 1985. 239 с.

11. Ярхо Б.И. Из книги «Средневековые латинские видения» // Восток-Запад: Исследования, переводы, публикации. Вып. 4. М., 1989. С. 18-55.

12. Соболева А.Б. Жанр видений в древнерусской литературе (на материале Азбучного патерика) // Проблемы исторической поэтики. Вып. 4: Поэтика фантастического. Петрозаводск, 2013. С. 1-17.

DIDACTIC GENRES IN LERMONTOV'S LYRIC POETRY

A. Yu. Nilova

In recent years, the genre originality of Lermontov's poetry has been a permanent research interest. However, so far there have been no specific studies focusing on the reflection of didactic poetry tradition in his poems. The article by means of comparative-historical and comparative-typological research methods attempts to describe some aspects of the development of the didactic message and vision genres in Lermontov's works. The object of the study are the verses «Cute Child's Birthday...», «Night I», «Night II», «The Dream». We prove the presence of some features of the didactic message genre (edifying wish) and the vision genre (the image of the visionary, the situation of vision, spiritual revelation) in these verses. In the poem «The Dream», genre canons are implemented in a special way as they are combined with the love theme. Such combination of the forms that are illustrative of the vision with a theme unusual for this genre reflects Lermontov's desire to fill the traditional genre forms with new content in search of prospects for their further development.

Keywords: Lermontov, lyric poetry, didactic genres, didactic message, vision, tradition of genre.

References

1. Hodanen L.A. Poehmy M.Yu. Lermontova. Po-ehtika i fol'klorno-mifologicheskie tradicii. Kemerovo, 1990. 91 s.

2. Ermolenko S.I. Granicy zhanra i zhanrovyj sintez v lirike // Vestnik Nizhegorodskogo universiteta im. N.I. Lobachevskogo. 2013. № 4 (2). S. 49-53.

3. Annenkova N.A. Mesto satiry i invektivy v sisteme liricheskih zhanrov M.Yu. Lermontova // Vestnik OGU. 2009. №11 (105). S. 17-19.

4. Nilova A.Yu. Zhanrovo-stilisticheskie tradicii v lirike M.Yu. Lermontova. Petrozavodsk: Izd-vo PetrGU, 2009. 170 s.

5. Ermolenko S.I. Lirika Lermontova: zhanrovye processy. Ekaterinburg: Izd-vo Ural'skogo gos. ped. in-ta, 1996. 420 s.

6. Vacuro V.Eh. Zhanry poehzii Lermontova // Ler-montovskaya ehnciklopediya. M., 1981. S. 160-162.

7. Turbin V.N. O literaturno-polemicheskom aspekte stihotvoreniya Lermontova «Borodino» // M.Yu. Lermontov: Issledovaniya i materialy. L., 1979. S. 392-403.

8. Lermontov M.Yu. Pis'mo k A.A. Lopuhinu [S.-Peterburg, fevral' ili mart 1839 g.] // Lermontov M.Yu. Polnoe sobranie sochinenij. V 5 t. T. 5. M; L., 1937. S. 400-401.

9. Lyustrov M.Yu. Ehpistoly i stihotvornye pis'ma A.P. Sumarokova 40-70-h gg. XVIII veka // Filologi-cheskie nauki. 1997. № 3. S. 35-40.

10. Grekhnyov V.A. Lirika Pushkina. O poehtike zhanrov. Gor'kij: Volgo-Vyatskoe knizh. izd-vo, 1985. 239 s.

11. Yarho B.I. Iz knigi «Srednevekovye latinskie vi-deniya» // Vostok-Zapad: Issledovaniya, perevody, pub-likacii. Vyp. 4. M., 1989. S. 18-55.

12. Soboleva A.B. Zhanr videnij v drevnerusskoj literature (na materiale Azbuchnogo paterika) // Problemy istoricheskoj poehtiki. Vyp. 4: Poehtika fantastichesko-go. Petrozavodsk, 2013. S. 1-17.