Эпические и песенно-повествовательные жанры верхнеокской этномузыкальной традиции: особенности музыкального стиля

Чернобаева Оксана Вячеславовна, кандидат искусствоведения, доцент кафедры народного пения Орловского государственного института культуры

Chernobaeva Oksana Viacheslavovna, PhD (Arts), Associate Professor at the Folk Singing Department of the Orel State Institute of Culture

E-mail: oksana_jv@mail.ru

ЭПИЧЕСКИЕ И ПЕСЕННО-ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ ЖАНРЫ ВЕРХНЕОКСКОЙ ЭТНОМУЗЫКАЛЬНОЙ ТРАДИЦИИ: ОСОБЕННОСТИ МУЗЫКАЛЬНОГО СТИЛЯ

Статья посвящена проблеме изучения музыкально-этнографической традиции Верхнего Поочья. Верхнеокская этному-зыкальная традиция аккумулирует в себе региональные песенные стили Орловской, Тульской, Калужской областей, а также части северо-восточных районов Брянской (Карачевский район) и восточных районов Смоленской (Угранский, Темкинский районы) областей. Данная территория представляет собой единый историко-культурный континуум, который сформировался в глубокой древности в период расселения в этих местностях в V-VIII веках нашей эры славянского племени вятичей. В орбиту исследования вовлечены эпические и песенно-повествовательные жанры верхнеокского фольклора, к которым относятся причитания, былины, скоморошины, исторические песни, духовные стихи, баллады. Выявляются историко-гео-графические предпосылки возникновения рассматриваемой эпической традиции, анализируется роль первых этнографических записей поэтического фольклора из собрания П. В. Киреевского и их значение в установлении фактов бытования былинного эпоса в современности. Особое внимание уделяется раскрытию музыкально-стилистических характеристик изучаемого фольклорного пласта с позиции ладовых форм, мелодико-интонационного строения и типа многоголосной фактуры.

Ключевые слова: верхнеокская этномузыкальная традиция, эпические жанры, собрание П. В. Киреевского, музыкальный стиль.

EPIC AND SONG-NARRATIVE GENRES IN VERKHNEOK ETHNOMUSICOLOGICAL TRADITION: FEATURES OF MUSICAL STYLE

The article is devoted to the problem of studying the musical and ethnographic tradition of the Verkhneok (the Upper Oka) region. The Verkhneok ethno-musical tradition accumulates regional song styles of Orel, Tula, Kaluga regions, as well as the northeast of Bryansk region (Karachevsky district) and east of Smolensk region (Ugransky, Temkinsky districts). This territory presents a single historical and cultural continuum, formed in V-VIII centuries AD when the Slavic tribe Vyatichi settled on this territory. Epic and song-narrative genres of Verkhneok folklore considered in the research include lamentations, epics, buffoons, historical songs, spiritual poems, ballads. The article reveals historical and geographical prerequisites for the emergence of the epic tradition under consideration and analyses the role of the first ethnographic records of poetic folklore from the collection of P. V. Kireevsky and their significance in establishing the existence of the epic in modern time. Special attention is paid to the musical and stylistic characteristics of the studied folklore layer from the position of modal forms, melodic-intonation structure and the type of polyphonic texture.

Key words: Verkhneok ethnomusicological tradition, epic genres, P. V. Kireevsky's collection, musical style.

Глобальной проблемой современного этномузы-кознания выступает накопление как можно большего количества фактов о различных этномузыкальных традициях России (региональных, локальных) во всем многообразии этнических, этнографических, этнолингвистических, этномузыковедческих материалов и составление на этой основе «Фольклорно-этнографи-ческого атласа России» (научная идея А. М. Мехнецова). В этой связи включение в комплекс научных знаний сведений об этнической музыкальной традиции восточнославянского племени вятичей представляется актуальным и своевременным. Важнейшей задачей выступает обоснование ведущей роли историко-гео-графических и хозяйственных факторов в формировании уникального пласта народно-песенной традиции Верхнего Поочья, определение жанровой структуры этномузыкальной традиции территории Верхнеокского бассейна.

Географическое пространство Верхнего Поочья включает в себя современные территории Орловской, Тульской, Калужской и части граничащих с ними рай-

онов Смоленской и Брянской областей. Исторически данные территории представляют собой зону расселения в У-УШ веках нашей эры славянского племени вятичей и объединены общим хозяйственно-бытовым укладом и духовно-нравственными ценностями проживающих там людей. Все эти факторы явились определяющими в формировании календарной и семейной обрядовости и дальнейшем развитии верхнеокской этномузыкальной традиции.

Цель статьи — создание целостной картины музыкально-этнографической традиции Верхнего Поочья под углом этнической специфики, где в фокус исследования вовлечены эпические и песенно-повествователь-ные жанры верхнеокского традиционного песенного фольклора. Данный пласт составляют причитания, былины, скоморошины, исторические песни, духовные стихи, баллады. Стоит отметить, что автором уже предприняты усилия в установлении специфики верхнеокской песенной традиции на материале календарного и свадебного обрядового фольклора, песенно-хореографических жанров рассматриваемой

традиции. Все это нашло отражение в публикациях научных статей в журналах из Перечня ВАК РФ [4-6].

По мнению В. А. Лапина, «музыкально-песенный ландшафт» [2, с. 180] той или иной региональной певческой традиции проявляется в ее развертывании в пространстве и совокупности фольклорно-этно-графических комплексов, где особое значение приобретают понятия «жанрово-стилевой доминанты» и «периферийных» фольклорных жанров, которые количественно, а самое главное, качественно отличаются друг от друга. Так, как уже было установлено ранее, к централизующим компонентам жанровой системы рассматриваемой традиции относятся календарный и свадебный обрядовый песенный фольклор. На следующей ступени иерархии находятся сезонно приуроченные лирические песни и внеобрядовая лирика семейно-бытовой, любовной и военно-бытовой тематики; вокально-хореографические жанры, такие как таночные, карагодные, игровые и плясовые песни. Замыкают этот условный принцип иерархической структуры верхнеокской песенной традиции эпические жанры, которые представлены незначительным количеством образцов, но без установления роли и музыкальной специфики которых общая картина музыкально-этнографической традиции Верхнего Поочья была бы неполной.

Первые записи поэтических текстов жанров эпического фольклора мы можем обнаружить в известном собрании П. В. Шейна «Великорусс в своих песнях, обрядах, обычаях, верованиях, сказках, легендах». В издании опубликованы тексты двух погребальных причитаний дочери по матери с зачинами «Родимая матушка» Та-русского уезда Калужской губернии и «Родимая ты, моя матушка» Епифанского уезда Тульской губернии.

Наиболее полноценные данные о бытовании эпического фольклора на территории Верхнего Поочья мы можем получить из «Собрания народных песен П. В. Киреевского», которое является уникальным сводом полнотекстовых публикаций песенного фольклора того времени [3]. У истоков Собрания стояли известные просвещенные деятели той эпохи — братья Языковы, Н. В. Гоголь, С. А. Соболевский, В. И. Даль, А. Н. Кольцов, П. И. Якушкин, М. П. Погодин, К. Д. Кавелин, С. П. Ше-вырев, М. А. Стахович, Н. А. Костров, А. Ф. Писемский, А. В. Маркович. Уникальные по жанровому и тематическому разнообразию памятники «своенародной словесности» Центральной России записывались собирателями в Орловской, Тульской, Калужской, Рязанской губерниях и впервые были оснащены подробными комментариями о месте записи песен и их жанровой принадлежности. Собирателям удалось записать все формы и жанры народного поэтического творчества, такие как былины, духовные стихи, исторические, обрядовые, календарные песни, шуточные, бурлацкие, ямщицкие, разбойничьи, солдатские.

Былинный эпос верхнеокской традиции представляют записи П. И. Якушкина в Орловской губернии «Федор Тырянин» (№ 312), «Алеша Попович и сестра

Петровичей» (№ 447). В Алексинском уезде Тульской губернии К. Д. Кавелиным зафиксирован редкий вариант былины «Добрыня Никитич и Алеша Попович» (№ 415), а в Боровском уезде Калужской губернии — былина «Илья Муромец» (№ 231), получившая широкое распространение среди казачества.

К эпическим духовным стихам рассматриваемой традиции относятся тексты «Егорий храбрый» (№ 220), «Два Лазаря» (№ 313), «Алексей — божий человек» (№ 314), «Борис и Глеб» (№ 315) Орловской губернии; «Лазарь убогий» (№ 416), «Голубиная книга» (№ 417) Тульской губернии.

В Собрании присутствуют несколько поэтических текстов народных шуточных песен-скоморо-шин, записанных П. В. Киреевским и П. И. Якушкиным в Орловской губернии с зачинами «Ерема из Белева, Хома — из Болхова» (№ 229), «Как Фома-то, да Ерема» (№ 389), небылица «Свет, мои ластушки» (№ 392), рифмованная сказка «Рожок, ты мой рожок, миленький дружок» (№ 391).

Особое место в своде поэтических текстов эпического фольклора верхнеокской традиции занимают исторические песни, в которых представлены основные вехи русской истории — песни о тяготах монголо-татарского ига, об Иване Грозном и Петре I; о периоде «смутного времени», запечатлевшем образы Бориса Годунова, царевича Дмитрия, народных героев Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского; о событиях русско-шведской и русско-турецких войн; песни времен Отечественной войны 1812 года и атамане Донского казачьего войска М. И. Платове. Всего в Собрании помещено более 120 исторических текстов песен Орловской, Тульской и Калужской губерний.

Необходимо отметить, что на всех интересующих нас территориях Верхнего Поочья зафиксирован сюжет наиболее древней исторической песни о татарском полоне с вариантами зачина — «У колодиза у холодного, как у ключика у гремучего красна девушка воду черпала» (№ 240), «Как за той, за Дарьей-рекой» (№ 418) Тульской губернии; «Не шум шумит, не гром гремит» Орловской губернии (№ 449). Также в Орловской губернии обнаружен редкий вариант народного стиха об Александре Невском «Уж давно-то христианская вера во Россиюшку взошла» (№ 448).

В Собрание вошли также тексты народных баллад семейного и любовного содержания «Девица отравила молодца» (№ 246, 247), «Братья-разбойники и сестра» (№ 247, 285, 466), «Жена мужа зарезала» (№ 286), «Молодец жену губил» (№ 287, 343, 427, 468), «Князь Волконский и Ванька-ключник» (№ 339, 426, 473), «Молодец и королевна» (№ 344, 470, 472); популярная разбойничья песня «Ты взойди, солнце красное» (№ 278), старинная ямщицкая песня «Степь Моздокская» (№ 397), солдатские и рекрутские песни «Уж, вы горы Воробьевские» (№ 513) и «Не кукушка, братцы, во сыром бору куковала» (№ 521).

К сожалению, музыкальную сторону всех рассматриваемых эпических жанров верхнеокского фоль-

клора из Собрания П. В. Киреевского оценить не представляется возможным в связи с отсутствием нотаций этих песен.

Однако широко известная песня про татарский полон «Как за речкою, да за Дарьею», встречающаяся ранее в Собрании П. В. Киреевского, опубликована Н. А. Римским-Корсаковым в сборнике «Сто русских народных песен» под номером 8. В комментариях к песне композитор указывает, что записана она М. А. Балакиревым с голоса П. И. Якушкина, который слышал ее в Орловской губернии. Также нотации ряда протяжных исторических и солдатских песен Орловской и Тульской губерний из поэтического свода П. В. Киреевского мы можем встретить в исследовании вариантности лирических протяжных песен Н. М. Лопатина и В. П. Прокунина «Русские народные лирические песни» [1] — военно-бытовая песня «Уж вы, горы мои» в вариантах напева с. Федоровка Бого-родицкого уезда Тульской губернии и с. Петровское Елецкого уезда Орловской губернии; ямщицкая песня «Степь Моздокская» в вариантах Елецкого уезда Орловской губернии и Крапивенского, Богородицкого и Ефремовского уездов Тульской губернии. В работе рассматриваются варианты разбойничьей песни «Ты взойди, солнце красное» и рекрутской песни «Не куку-шечка во сыром бору куковала», которые были записаны П. И. Якушкиным в Орловской губернии. Стоит отметить, что все нотные варианты интересующих нас песен в публикации Н. М. Лопатина и В. П. Прокунина представлены в одноголосном изложении, зачастую под аккомпанемент фортепиано, что заставляет нас усомниться в подлинной аутентичной записи песен. Несмотря на данный факт, ученые этномузыкологи могут составить общее представление о мелодико-ин-тонационном контуре исследуемых напевов и в дальнейшем провести сравнительный анализ с образцами, записанными фольклористами на данных территориях в современности.

Приходится констатировать тот факт, что эпические и песенно-повествовательные жанры музыкально-этнографической традиции Верхнего Поочья представляют собой ушедший в забвение песенный пласт фольклора в связи с утратой их прикладного назначения в современности. Отдельные единичные экспедиционные записи песенно-повествовательного фольклора относятся к 1960-2000 годам и сделаны собирателями Н. В. Владыкиной-Бачинской, Н. Н. Гиля-ровой, В. М. Григоренко, Л. Л. Куприяновой, М. В. Медведевой, С. И. Пушкиной, Б. Ф. Смирновым, Т. А. Ситько, В. О. Харьковым, В. М. Щуровым, а также студентами и преподавателями кафедр народно-певческого искусства Орловского государственного института культуры, РАМ им. Гнесиных, Московской и Саратовской государственных консерваторий. Всего по крупицам из разных репертуарных изданий и сборников народных песен Орловской, Тульской и Калужской областей для музыкально-стилевого анализа собрано около 30 нотных песенных образцов эпического фольклора,

большую часть которых составляют народные духовные стихи и баллады.

Рассмотрение звуковысотной стороны напевов пе-сенно-повествовательных жанров необходимо начать с песен с историческими и балладными сюжетами. По комплексу музыкально-стилевых признаков исторические песни, баллады семейного и любовного содержания относятся к позднему историко-стадиальному пласту. На это указывает наличие широкообъемных ладов, развернутость мелодических линий, подголо-сочно-полифонический тип фактуры.

Ладовые формы представлены полными семиступенными диатоническими ладами мажорного или минорного наклонения. В свою очередь диатонические лады рассматриваемых песен можно дифференцировать на: центрированные ладовые системы с одной главной ладовой опорой, которой завершается все построение напева (является финалисом), и нецентри-рованные ладовые системы с несколькими опорными тонами, которые взаимодействуют между собой на протяжении всей песенной строфы, и, как правило, напев завершается на любой другой ступени лада, кроме I. Примечательна в этом отношении историческая песня д. Горбуновка Дмитровского района Орловской области «Да, орел ты мой, орел сизокрылый» со сменой трех ладовых устоев (¡-УЬУ ступени) и финалисом на У ступени лада. Каждый из трёх звуков, формирующих мелодию, обладает большой весомостью и поочерёдно выполняет роль промежуточного или завершающего опорного тона в напеве в зависимости от метроритмических факторов (прим. 1).

Пример 1. «Да, орел ты мой, орел сизокрылый». Историческая песня д. Горбуновка Дмитровского района Орловской области

-ч- ^ ёш Да а - рё ~ ? ^ и Г^Р - л/ы/ ты м р р р р ^ Й, а - рёл си - за кры - - лай, 1—1 ^ #

" 1 Г^1 Р |5 г р р *

Логика интонационного развития мелодии данного примера показывает, что лад, лежащий в основе напева, имеет два основных устоя D и Ь. Это параллельно-переменный лад, организованный по принципу мажор-минор-мажор. Основной тон — D, второстепенный — Ь. В первом предложении мажорный колорит попевок сустоем Э меняется, и происходит отклонение в минорный устой Ь. Во втором предложении мелодия возвращается к исходному устою Э (квинта Э-А в 6 и 7 тактах), но завершается напев не на устое, а на квинтовом тоне Э^иг (звук А). Финалис на квинтовом тоне создаёт ощущение вопроса, неопределённости, неизвестности.

Характерной чертой мелодико-интонационного

строения ряда рассматриваемых напевов выступает комбинация различных мелодических звеньев, которые охватывают ритмический период целиком и отличаются законченностью мелодического развития. В таких напевах мелодическое движение опирается на универсальную для традиционного мелодического мышления модель восходящей или нисходящей «волны». В основе мелодического строения многих песен лежит принцип вопросно-ответного соотношения музыкальных фраз, где «вопросительная» интонация коррелируется с первой музыкально-поэтической строкой и завершается на любой ступени лада, кроме I. Во второй «ответной» части напева мелодическое движение всегда осуществляется к главной ладовой опоре, которой и завершается все построение (прим. 2).

Пример 2. «Ехали казаки со службы домой». Баллада с. Локно Хотынецкого района Орловской области

г—РРГрит "г г ;

е - ха - ли ло-ро - гои.

ро - ди - тель сто - ит.

В основе многоголосного строения песенно-пове-ствовательных жанров верхнеокской этномузыкальной традиции лежит подголосочно-полифонический тип фактуры, где наряду с контрастным двух или трехго-лосием присутствуют участки унисонного голосоведения или голосоведения со второй. Немногочисленная часть образцов принадлежит к гетерофонному складу с частичным расщеплением голосов на интервалы секунды, терции, кварты (прим. 3).

Пример 3. «Задумала красная девка за барина замуж». Баллада Калужской области

палитра напева складывается из комбинации двух народных ладов (с устоем до-диез) — фригийского лада со II низкой ступенью и дорийского лада с VI высокой ступенью, где VI ступень напева можно охарактеризовать как «переливчатую».

Отдельного внимания с позиции музыкально-стилистических характеристик заслуживает корпус музыкально-поэтических текстов народных духовных стихов. Их ладовая основа и композиционные закономерности идентичны для подавляющего количества напевов. В основе звукоряда лежат трихорды (реже тетрахорды, пентахорды) мажорного или минорного наклонения с захватом зоны субтонов (субкварты и/ или субсекунды). Мелодический контур формирует попевочный тип мелодики с разнообразным соотношением трех ступеней лада (прим. 4).

Пример 4. «Ой, вы голуби». Духовный стих с. Косма-чево Людиновского района Калужской области

-Мы не го - лу - би, мы ни бе - лы - и.

Данный пример примечателен и тем, что ладовая

Мы а - пос - ты - лы, с не - ба пос - лы - ны.

Л -Г'- .14 I Л Л А Л Л

мы ви - де - ли, што мы слы - ши - ли.

Узкообъемные терцово-квартовые лады, попевочный тип мелодики позволяют сделать утверждение об архаических корнях данного песенного жанра.

В заключение стоит отметить, что эпические песенные жанры музыкально-этнографической традиции Верхнего Поочья составляют немногочисленный корпус верхнеокского фольклора, который представлен в большей степени поэтическими текстами. Тематика, сюжеты, композиционная структура, наряду с общностью звуковысотного строения рассматриваемых напевов (ладовые формы, мелодико-интонационный тип, многоголосная фактура), — все эти факторы позволяют сделать вывод о единстве музыкальной стилистики эпических жанров на всей рассматриваемой территории и подтверждают тезис автора о том, что этническая основа населения территории Верхнеокского бассейна выступает в качестве доминантного фактора в определении музыкально-этнографической самобытности рассматриваемой песенной традиции.

Литература

1. Лопатин М. Н., Прокунин В. П. Русские народные лирические песни. М., 1956. 458 с.

2. Русский музыкальный фольклор и история (к феноменологии локальных традиций). Очерки и этюды. М.: Мо-

сковский государственный фольклорный центр «Русская песня»; Российский институт истории искусств, 1995. 200 с.

3. Собрание народных песен П. В. Киреевского / Предисл., послесл., состав. В. И. Калугина. Тула: Приокское книжное из-

76

дательство, 1986. 462 с.

4. Чернобаева О. В. Верхнеокская песенно-хореографиче-ская традиция: жанрово-стилевые черты // Музыка и время. 2018. № 12. С. 18-23.

5. Чернобаева О. В. Верхнеокский свадебный ритуал:

структура, музыкальное наполнение, локальные особенности // Музыковедение. 2022. № 10. С. 27-38.

6. Чернобаева О. В. Календарно-обрядовый песенный цикл Верхнеокской традиции: этнографический контекст, семантика, функции // Музыковедение. 2021. № 2. С. 15-20.

References

1. Lopatin M. N., Prokunin V. P. Russkie narodnye liricheskie pesni [Russian lyrical folk songs]. M., 1956. 458 p.

2. Russkij muzykal'nyj fol'klor i istoriya (k fenomenologii lokal'nyh traditsij). Ocherki i etyudy [Russian musical folklore and history (on the phenomenology of local traditions). Essays and sketches]. M.: Moskovskij gosudarstvennyj fol'klornyj tsentr «Russkaya pesnya»; Rossijskij institut istorii iskusstv, 1995. 200 p.

3. Sobranie narodnyh pesen P. V. Kireevskogo [Collection of folk songs by P. V. Kireevsky] / Predisl., poslesl., sostav. V. I. Kalugina. Tula: Priokskoe knizhnoe izdatel'stvo, 1986. 462 p.

4. Chernobaeva O. V. Verhneokskaya pesenno-horeogra-

ficheskaya traditsiya: zhanrovo-stilevye cherty [Verkhneok song and choreographic tradition: genre and style features] // Muzyka i vremya [Music and Time]. 2018. № 12. P. 18-23.

5. Chernobaeva O. V. Verhneokskij svadebnyj ritual: struktu-ra, muzykal'noe napolnenie, lokal'nye osobennosti [Verkhneok wedding ritual: structure, musical content, local features] // Muzykovedenie [Musicology]. 2022. № 10. P. 27-38.

6. Chernobaeva O. V. Kalendarno-obryadovyj pesennyj tsikl Verhneokskoj traditsii: etnograficheskij kontekst, semantika, funktsii [Calendar-ritual song cycle of the Verkhneok tradition: ethnographic context, semantics, functions] // Muzykovedenie [Musicology]. 2021. № 2. P 15-20.

Информация об авторе

Оксана Вячеславовна Чернобаева E-mail: oksana_jv@mail.ru

Федеральное государственное бюджетное учреждение высшего образования «Орловский государственный институт культуры»

302020, г. Орел, ул. Лескова, д. 15

Information about the author

Oksana Vyacheslavovna Chernobaeva E-mail: oksana_jv@mail.ru

Federal State Budgetary Institution of Higher Education «Oryol State Institute of Culture» 302020, Orel, 15 Leskova Str.