Социально-культурная сущность государственных праздников

социально-культурная сущность

государственных праздников

Г. В. Новиков

Московский государственный университет культуры и искусств

В статье рассматривается феномен государственного праздника. В последние десятилетия ХХ века отмечается резкое повышение социологического интереса к празднику. Социально-культурная сущность государственных праздников является сегодня одной из наименее изученных областей философии, культурологии, социологии, педагогики. При этом междисциплинарный подход к феномену государственного праздника является, на наш взгляд, наиболее перспективным исследовательским направлением.

Ключевые слова: социально-культурная сущность, государственный праздник.

In article the phenomenon of the state holiday is considered. The last decades sharp increase of

sociological interest to a holiday XX century is noted.

The welfare essence of the state holidays is today one of the least studied areas of philosophy, cultural science, sociology, pedagogics. Thus the interdisciplinary approach to a phenomenon of the state holiday is, in our opinion, the most perspective research direction. Key words: welfare essence, state holiday.

Социально-культурная сущность государственных праздников является сегодня одной из наименее изученных областей философии, культурологии, социологии, педагогики. При этом междисциплинарный подход к феномену государственного праздника является, на наш взгляд, наиболее перспективным исследовательским направлением. Для определения понятия «государственный праздник» обратимся к истории исследования государственных и других видов праздников в российской научной традиции.

В XIX веке исследование праздников как культурных и социально-педагогических феноменов было направлено, прежде всего, на исследование календарных праздничных обрядов крестьян, полно и подробно описываемых этнографами и фольклористами. В многочисленных этнографических описаниях, а также в программах-опросниках по традиционной культуре, составлен-

ных Русским географическим обществом и Тенишевским бюро, им уделялось большое внимание. Богатство и полнота материалов по календарным обрядам, которые были собраны в XIX веке, позволяет достаточно четко представлять себе основные черты восточнославянского праздника. Однако в то время собранные материалы практически не изучались, этнографы лишь фиксировали народные и государственные праздничные обряды.

В ряде работ, посвященных различным видам праздников, подробно анализируется связь календарных обрядов с аграрным циклом. Это, прежде всего, труды В.Я. Проппа, В.К. Соколовой, В.И. Чичерова. Целый ряд исследований посвящен традиционным трапезам, в том числе праздничным, застольному этикету.

По многим темам, касающимся праздника вообще и государственного в частности, появились обстоятельные работы, однако

1997-0803 ВЕСТНИК МГУКИ 3 (47) май-июнь 2012 123-128 123

и

г

многие аспекты праздничной культуры еще остаются сравнительно малоизученными.

Как отмечает Т.А. Бернштам, «под словом «праздник» обычно описывают все сколько-нибудь значительные обряды календарно-хозяйственного и жизненного циклов, в том числе и те, что происходят в будни» (2, с. 136). Многие исследователи просто не считают необходимым давать хоть какие-то определения, полагая, что каждому интуитивно понятно, что такое праздник. Иначе подходит к проблеме А.И. Мазаев, который в монографии «Праздник как социально-художественное явление» ставит перед собой цель дать научное определение понятия «праздник». Однако эту попытку нельзя назвать успешной. Можно предположить, что причина этой неудачи в том, что исследователь стремится дать очень широкое определение понятия «праздник», согласующееся с собственной философской концепцией, слишком мало внимания уделяя конкретным проявлениям праздника.

Нам представляется, что наиболее логичным способом дать определение праздника будет через ограничение областью народной культуры (не включая в рассмотрение, например, государственные праздники). С этих позиций следует попытаться понять, что называют праздником сами носители традиции. Только разобравшись в этом, мы сможем двигаться дальше, уже четко осознавая, что сама традиция считает праздником, а что — нет.

Анализ этого феномена в таких изданиях, как «Словарь русских народных говоров» и «Толковый словарь живого великорусского языка» В.И. Даля, показывает, что слово «праздник» и производные от него имеют очень много значений, однако их можно попробовать разделить на несколько групп, в каждой из которых прослеживается единая доминанта.

Например, можно выделить определения праздника как времени, когда не работают. Это вполне ясно уже из самой этимологии слова «праздник» (от слова праздный, то есть «незанятый»).

Феномен государственного праздни-

ка изучается преимущественно описательными науками — такими, как этнография, культурология, история. В последние десятилетия ХХ века отмечалось резкое повышение социологического интереса к празднику, предпринимались попытки комплексного анализа праздника как социального явления. Однако все еще ощущается нехватка социологической и педагогической литературы, посвященной исследованию института праздника вообще и государственного в частности.

Поскольку в основе любого праздника заложен социально-культурный код — мифологический текст, содержащий те ценностные аспекты культуры, на сохранение которых ориентирован данный праздник, то именно эти ценностные аспекты являются стержнями, вокруг которых происходит духовное развитие общества. Традиции и обычаи несут в себе эти ценности, передавая их из поколения в поколение, и могут веками существовать в неизменном виде. Время от времени в культуре происходят ценностные изменения, сопровождающие социальные кризисы — переломные моменты в жизни общества. В такие периоды системы традиций и обычаев разрушаются, разрушаются мифы, лежащие в их основе, разрушается и переорганизовывается и социальная структура, видоизменяется мировоззренческая база всего общества и отдельных его членов, переорганизовываются коллективные и личностные идентификации (3, с. 73). Все это можно проследить, наблюдая динамику системы праздников, динамику взаимосвязей между ее элементами, уменьшение или увеличение значимости тех или иных черт этой системы.

На макроуровне государственный праздник можно рассматривать как средство и следствие саморефлексии социума: его ощущение себя относительно места и времени, в котором он находится, соотнесение себя с обществами, расположенными в других временных и пространственных точках, представление о своей истории и о своей грядущей миссии, ее соотнесение с историческим развитием других социальных систем. Санкционированная государ-

ством система праздников иллюстрирует идеологическую и религиозную направленность, интерпретацию исторических событий, участником которых являлся народ, событий, за которые в данный момент положено испытывать гордость или стыд. Кроме того, в системе праздников, рассматриваемой даже на макроуровне, можно уловить нюансы личностного характера: ценность отдельной личности для государства (личность может нивелироваться и рассматриваться как средство для достижения общественных целей, либо интерпретироваться как высшая ценность, на достижение блага которой ориентировано все общество); отражение правового статуса отдельных граждан, отображение гуманистических целей и т.п.

Являясь частью исторического наследия и повторяясь регулярно из года в год, праздники все время напоминают нам о наших корнях, без осознания которых невозможно самосознание нации — будь она основана по этническому или гражданскому принципу. Обращение к прошлому, его переосмысление, взгляд на исторические события с позиции современности заставляет народ (макросоциальное тело) периодически переосмысливать свой исторический опыт, цели, направленность своего развития.

Праздничные системы различных социальных общностей, объединенных по религиозным, этнокультурным, политическим (имеется в виду партийная принадлежность), территориальным признакам, будут нести в себе свои социальные мифоси-стемы, подкрепляющие соответствующие базовые и инструментальные ценности. В свою очередь эти группы распадаются на микрогруппы — на семьи, на экономические организации (корпорации, производственные коллективы и т.п.), группы по интересам (клубы и кружки), где поддерживаются свои ценностные системы. В процессе чествования своего праздника происходит укрепление эмоциональных (а следовательно, и социальных) связей. Это в свою очередь способствует повышению внутригрупповой сплоченности и более эф-

фективному функционированию группы. В празднике происходит и передача группой своего культурного наследия, моральных и нравственных норм, типов поведения, актуализируются механизмы социализации и инкультурации. Праздничное поведение — ярко, экспрессивно, эмоционально и, следовательно, эффективнее влияет на формирование подрастающего поколения, нежели обыденные формы.

Праздничная система отдельно взятого индивида носит сложный характер, так как этот индивид одновременно является членом многих социальных групп, носителем множества социальных ролей. Праздничная система индивида тем сложнее, чем выше его социальная активность, его включенность в те или иные социальные группы, его самоидентификация с ними. Как личность, он обладает системой взглядов и убеждений, вписывающихся в мировоззренческие системы одних социальных групп и противопоставляющихся другим. Это может найти выражение в мятежном, бунтарском типе праздничного поведения, либо в традиционном соблюдении ритуалов, либо в проявлении творческой активности, введении новаторства в праздничную игру. Таким образом, государственный праздник (особенно связанный с историческими событиями, получающими различную оценку и имеющими различную интерпретацию у различных групп) может наглядно проиллюстрировать имеющиеся в обществе ценностные дифференциации, конкуренцию традиционных и альтернативных систем ценностей, обуславливающую динамику традиций.

На личностном уровне государственный праздник всегда предполагает наличие Другого. Государственный праздник для личности всегда основан на ее принадлежности к определенной социальной группе, между участниками которой установлена определенная духовная связь и которые должны быть объединены общими переживаниями в празднике.

В идеале государственный праздник является воплощением свободы — в праздничные дни личность может высвобождать

все сдерживавшиеся повседневностью импульсы и изливать все свои чувства, проявляющиеся в празднике и по поводу праздника (5, с. 110). В реальности государственный праздник может принимать искаженные формы. Государственный праздник может довлеть над личностью, превращаться для нее в форму долга — несвободы. Личность вынуждена участвовать в празднике вопреки своей собственной воле, с целью поддержания групповых связей и из боязни навлечь на себя осуждение со стороны членов группы, обрасти статус аутсайдера (4, с. 67).

Среди примеров современных обрядов перехода могут быть упомянуты свадьбы, конфирмации, посвящение в студенты и т.п. Эти обряды оформляют переломные моменты в существовании личностной идентификации, и участие в них, как правило, запоминается личностью на всю жизнь. Это моменты, начиная с которых человек адаптируется и социализируется в новой среде, вбирая в себя ее ценности, цели, идеалы, социальные мифы, системы праздников, традиций и обычаев. С этого момента в жизнь личности могут вводиться празднования годовщин подобных трансформационных обрядов, что также иллюстрирует, насколько значимо для личности ее отождествление себя с группой, обособление себя как личности в этой группе.

Изменение самоидентификации может происходить также на мезо- и макроуровне. Это связано с кризисными этапами в жизни общества, когда происходят изменения его ориентиров, целей, переосмысление внешней политики, правовой направленности, пересмотр своего места в глобальном пространстве, принятие и отторжение соответствующих ценностных систем, когда формируется новый взгляд на трактовку собственной истории в контексте мирового сообщества.

Внутриструктурные изменения, вызванные распадом отжившей культуры, влекут, в свою очередь, временное разрушение структуры социальных идентификаций внутри общества. Происходят перестановки в иерархии социальных статусов,

усложняется социальная дифференциация, даются новые оценки различным видам социальной деятельности. Новая система гражданских праздничных традиций проходит сложный период становления, происходит отбор старых традиций и приживание новых — и это при том, что достаточно трудно определить, сколько лет должно пройти, прежде чем инновация станет традицией (1, с. 70).

Реструктуризации происходят во всех социальных сферах. Это сопровождается временной социальной дезориентацией отдельных личностей и целых слоев общества. Утрачивается понятие «нормы» поведения, поскольку норма также претерпевает процесс трансформации. Появляется разнообразие в системе празднований, возникают новые сферы праздников. При этом поиск форм празднования и ритуального оформления продолжается. Образующиеся социальные группы пытаются определить и занять свое место в обществе.

Среди государственных праздников, проводящихся на макроуровне, можно выделить строгие официальные торжества и веселые праздники, произошедшие от праздников оргиастического характера и уходящие своими корнями в смеховую народную культуру. Социальная структура во время праздников выявляется тем четче, чем более официальный и строгий характер носит праздник, чем больше табу и ограничений существует в его внутреннем пространстве, чем жестче ритуальное торжественное оформление праздника: это и парад, направленный на демонстрацию военной мощи государства, это пребывание на трибунах высших по рангу чинов и демонстрация ими своего статуса — эти празднующие группы внутри празднующего общества находятся при всех регалиях и знаках отличия. В процессе таких празднований активно используется вся символика государства, демонстрируются награды и заслуги отдельных членов общества, знаки отличий отдельных социальных групп (4, с. 40).

Всенародный праздник, к сожалению, утратил свой былой накал, свой взрывной

характер. Наблюдается тенденция огосударствления праздников — государство берет масштабные празднования под свой контроль, делает их официальными, в то время как неофициальный массовый государственный праздник переживает свой упадок. Отмирание всенародных карнавальных праздников, возможно, обусловлено тем, что подобные праздники, сглаживающие социальную иерархию, перестают быть востребованными. Как атавистические остатки карнавала продолжают существовать такие локальные праздники, как Масленица. Во время этих праздников проводятся костюмированные шествия; социальная структура смягчается, идентификации слегка притупляются. Обе крайние формы проявления массового праздника перестают встречаться в нашем обществе. Однако массовый государственный праздник по-прежнему является эффективным инструментом стабилизации государства, средством поиска оптимального соотношения между традициями и инновациями в культуре.

В последнее время в обществе наблюдается тенденция интимизации праздников. Наибольшее значение приобретают праздники, проводящиеся в узком семейном кругу, в кругу друзей. Эти праздники чаще сводятся к совместной трапезе, к неформальному праздничному общению за празднично оформленным столом, могут включать в себя игровое творчество участников, а также обмен праздничными подарками, демонстрирующими ценность внутригрупповых отношений в среде празднующих, их проявление внимания и заботы друг о друге. Эта тенденция также отражает трансформационные процессы, происходящие в обществе, актуализацию такой ценности, как свобода. Это та свобода, которую призван выплескивать праздник, которая должна быть предоставлена социумом индивиду и которую индивид должен быть готовым внутренне принять и способным использовать.

В условиях нарастающих кризисных явлений в духовной жизни всего общества особую социально-педагогическую значи-

мость приобретают образовательные системы начала XXI века, основанные на представлении о необходимости обеспечения творческого развития личности, создания условий для проявления ее разнообразных способностей в продуктивной социально-культурной деятельности в границах государственного праздника.

Социально-культурное пространство-время оказывает огромное влияние на деятельность учреждений образования и культуры по формированию самосознания молодежи, дает возможность добиться успеха в любой сфере жизнедеятельности, помочь реализовать свои возможности. Социально-культурное пространство-время является одним из важнейших показателей цивилизации общества, развития рефлексивного сознания молодежи, способности к саморазвитию, самопознанию, самореализации в избранной профессиональной деятельности.

Однако педагогические исследования показывают, что специалисты учреждений культуры недостаточно подготовлены к решению нестандартных жизненных ситуаций, у них отсутствует готовность к самосовершенствованию, к отказу от привычных схем и стереотипов поведения, восприятия и мышления.

Следует учитывать и интеграционные процессы в педагогических науках. Современная система образования предполагает интеграцию гуманитарной и естественнонаучной знаниевых парадигм. Идеи пространственно-временного континуума, разработанные в физике, становятся основанием для философских, культурологических и педагогических концепций. С позиций педагогики, категория «социально-культурное пространство-время» государственного праздника понимается как основа организации целостного педагогического процесса, содействующего стимулированию рефлексивного развития молодежи в целом и становлению их самосознания в частности. Именно социально-культурное пространство-время может оказывать огромное влияние на деятельность учреждений культуры в формиро-

вании самосознания молодежи. Именно под влиянием социально-культурного пространства-времени создаются условия в учреждениях образования и культуры для эффективной творческой самореализации и самоактуализации личности молодого человека.

Одним из базовых факторов организации государственного праздника в социально-культурном пространстве-времени является общение, познание, воздействие, способное научить молодого человека жить в потоке информации, создать предпосылки и условия для его непрерывного саморазвития, актуализации потребности, необходимости, интереса, обострения восприятия, внимания, которые творчески и личностно могут реализоваться в профессиональной деятельности.

Исследователями установлено, что

жизненный успех и продуктивная самореализация молодежи достигается за счет высокого уровня и долговременного проявления творческой и социальной активности, мобильности и гибкости, развитой способности выходить из кризисных ситуаций.

Следовательно, для достижения этих целей во взаимодействии средств массовой информации и учреждений культуры на основе социально-культурного пространства-времени происходят изменения содержания их деятельности с молодежью, мотивируя их значимыми смыслами, проблемными ситуациями, ориентируя на творческий подход к деятельности, на осмысленные нравственные выборы, моделирующие возможные ситуации и переживания в период подготовки и проведения государственного праздника.

Примечания

1. Баллер, А. Преемственность в развитии культуры / А. Баллер. — М.: Наука, 1969.

2. Бернштам, Т. А. Будни и праздники: поведение взрослых в русской крестьянской среде (XIX — начало XX века) / Т.А. Бернштам // Этнические стереотипы поведения. — М., 1985.

3. Гуревич, П. С. Социальная мифология / П.С. Гуревич. — М.: Мысль, 1983.

4. Жигульский, К. Государственный праздник и культура / К. Жигульский. — М.: Мысль, 1995.

5. Мазаев, А. И. Государственный праздник как социально-художественное явление / А.И. Мазаев. — М.: Искусство, 1978.