Молодежный фактор в миграционных конфликтах

Н.А. Шибанова

МОЛОДЕЖНЫЙ ФАКТОР В МИГРАЦИОННЫХ КОНФЛИКТАХ

Аннотация

В статье рассматриваются особенности взаимодействия молодежи мигрантов с принимающим сообществом на территории одного из регионов России Республики Татарстан. Проанализированы конфликтогенные факторы в системе отношений мигранты-резиденты. Выявляются общие закономерости этого явления. Анализируются возможности для снижения конфликтной состав-ляюшей в молодежной среде. Признается, что появилась необходимость целенаправленной молодежной политики государством в сфере национальных отношений и контроля миграционных потоков в условиях глобализирующихся рынков. Отмечается, что в условиях региональной специфики в России следует учитывать местную со-ставляющуюю этнополитических и конфессиональных процессов, а также вести мониторинг конфликтного потенциала сообществ.

N. Shibanova

YOUTH FACTOR IN THE MIGRATORY CONFLICTS

Abstract

The paper analyzes the features of the interaction of youth migrants with the host community in the territory of one of the regions of the Russian Republic of Tatarstan. Analyzed factors in the conflict-migrants resident. Identify common regularities of this phenomenon. The possibilities for reducing conflict sostav-lyayushey among youth. It is recognized that there is a need targeted state youth policy in the sphere of national relations and the control of migratory flows in a globalized market. It is noted that in the context of regional specificity in Russia should take into account the local component of the ethno-political and religious processes and to monitor the potential for conflict communities.

Ключевые слова:

миграция, молодежь, принимающее сообщество, конфликтогенный фактор, Россия.

Key words:

migration, youth, accepting community, conflict, migrants, Russia.

Миграция неотъемлемая часть современной жизни. Совокупность различных экономических, политических, экологических и демографических факторов продолжает усиливать мобильность населения мира. Активно вовлечена в миграционные процессы и молодежь. Так, по данным ООН на 2013 год в мире насчитывается 75 миллионов мигрантов в возрасте до 29 лет, что составляет около 30% всех мигрантов [1]. В России число молодых мигрантов значительно выше. Согласно данным ФМС РФ, ВШЭ, фонда «Миграция XXI века» и ряда других источников, 74% мигрантов в России составляют люди в возрасте 18-29 лет [2], в основном занятые низкоквалифицированным трудом (средний возраст

высококвалифицированных иностранных специалистов мужчин составляет 40-49 лет, женщин - 30-39 лет) [3].

Как отмечают авторы доклада ООН «О положении молодежи в 2013 году», последствия миграции молодежи неоднозначны. С одной стороны, молодежь трудом и стремлением к экономическому благополучию стимулирует экономическое развитие в государствах пребывания, содействует межкультурному диалогу, помогает странам своего происхождения, материально поддерживая близких. С другой стороны, происходит «утечка мозгов» из стран происхождения, молодые мигранты часто сталкиваются с психологическими проблемами, проблемами адаптации, испытывают культурный шок, многие из них становятся жертвами эксплуатации и насилия, сталкиваются со стереотипными представлениями о мигрантах и дискриминацией [4].

Процессы глобализации, в которые вовлечена и Россия, ставят перед нами необходимость не только изучать особенности миграционных движений, причин и последствий конфликтов, возникающих на этом поле, но и разрабатывать на основе полученных данных, конкретные меры и рекомендации по гармонизации отношений между принимающим сообществом и мигрантами (большую часть которых составляет молодежь) с целью достижения благополучия и прогрессивного развития обоими сторонами. В своем послании по случаю Международного дня молодежи Генеральный директор ЮНЕСКО г-жа Ирина Бокова верно отмечает двойственную роль молодежной миграции и важность ее научного изучения «...миграция (молодежи) меняет карту мира и накладывает отпечаток на общество. Она представляет собой невероятный потенциал сближения народов, межкультурного диалога и развития. Она также вызывает значительные проблемы в области исключения из общества, бедности, эксплуатации и дискриминации.. Исследования в области социальных наук имеют в этом отношении жизненно важное значение» [5].

В миграционных конфликтах, как правило, выделяют две стороны: принимающее сообщество и мигранты. Каждая из этих сторон негомогенна и включает в себя ряд акторов, оказывающих существенное влияние на динамику конфликта. К их числу можно отнести СМИ, молодежь и различные объединения каждой из сторон, органы власти принимающих сообществ. Очевидно, наличие молодежного фактора с обеих сторон, но

в данной статье внимание уделено молодежи мигрантов и ее роли в миграционных конфликтах.

В один из регионов России Республику Татарстан основные миграционные потоки направлены из Узбекистана, Таджикистана, Азербайджана. За 2013 год в республику прибыло на 10% мигрантов больше, чем в прошлом, что составило свыше 170 тысяч мигрантов по данным УФМС Татарстана [6]. Большая часть мигрантов, как и в целом по России, - это молодежь (люди в возрасте от 18 до 29 лет). Согласно социологическим исследованиям, межэтнический климат в Татарстане оценивается мигрантами как комфортный [7]. «В Татарстане нам хорошо. Если честно, даже в родном Самарканде я не чувствую себя так спокойно как в Казани» [8]. Однако, присутствует ряд «точек напряжения» между молодыми мигрантами и принимающим сообществом.

Одна из таких точек заключается - недоброжелательное отношение со стороны местного населения к мигрантам с высоким уровнем образования, приехавшим учиться или занимающим определенную профессиональную нишу (не смотря на лучшее знание языка, по сравнению с соотечественниками, занимающимися низоквалифицированным трудом). С одной стороны, данная тенденция объясняется более частыми и обширными контактами данной группы мигрантов с резидентами, лучшим пониманием смысла говоримого о них представителями принимающего сообщества. Но с другой стороны, обозначенная тенденция - свидетельство интолерантности местного населения к группе мигрантов, в которой заинтересована Российская Федерация, что отражено в целях и задачах миграционной концепции в целом и отдельных программах. Так, к числу стратегических задач государственной миграционной политики РФ относятся «создание условий и механизмов для привлечения востребованных экономикой высококвалифицированных и квалифицированных специалистов разного профиля, предпринимателей и инвесторов, прежде всего на долгосрочной основе», «содействие образовательной миграции и поддержка академической мобильности», «содействие адаптации и интеграции мигрантов, формирование конструктивного взаимодействия между мигрантами и принимающим сообществом» [9].

Напряжению способствует ощущение конкуренции по отношению к высококвалифицированным мигрантам. Красноречивая иллюстрация подобной реакции - оценка Mail.ru Group решения Минкомсвязи выделить

места для 200 тыс. мигрантов в 1Т-сектора Москвы как нецелесообразного... «необходимо создавать отечественную систему профильного образования. в противном случае, ситуация в 1Т-сфере может только ухудшиться» - заявляет компания [10].

Следующая точка напряжения между мигрантами и принимающим сообществом - предпочтение общения с представителями своей национальности, в том числе ориентированность молодых иностранных работников на брак с представителями своей страны. Стоит отметить, что молодые мигранты в Татарстане, в отличие от старшего поколения, допускают возможность брака с Чужими, при условии принятия будущей супругой ислама (возможность брака девушек-мигранток с местными молодыми людьми полностью отрицается). Установка на мононациональные браки -потенциально конфликтогенный фактор как проявление тенденции к сегрегации. Определенная «лояльность» молодежи мигрантов в вопросах брака говорит о готовности к контактам с принимающим сообществом, а, следовательно, о лучшей их интеграции. Существенным фактором при этом выступает широкое распространение ислама в Татарстане. Однако здесь вновь присутствует конфликтогенное ощущение конкуренции по отношению к мигрантам, которые «забирают наших девушек».

Свой вклад в конфликтогенный потенциал брачных взаимоотношений вносит одобрение молодыми мигрантами в рамках традиции ислама института многоженства. При применение норм многоженства по отношению к гражданкам России, большинство из которых ориентированы на моногамный брак, возрастает вероятность семейных, бытовых конфликтов и конфликтов с законом.

Многие молодые мигранты отмечают, что у них есть друзья среди местного населения [7, с. 197], что можно было бы интерпретировать как интегрированность в принимающее сообщество. Но несколько важных аспектов существенно усложняют данный вопрос. Во-первых, молодые мигранты предпочитают дружить с татарами, объясняя это единством религии. Во-вторых, близкими друзьями мигранты считают только представителей своего народа. Таким образом, нежелание общаться с немусульманской половиной местного населения и недопущение близких контактов с другой половиной - свидетельство добровольного дистанцирования мигрантов от резидентов. В немалой степени этому способствует установ-

ка представителей принимающего сообщества на поверхностный характер или сведению к минимуму контактов с мигрантами [11].

Ислам выступает мощным фактором конструктивного взаимодействия мигрантов с местным населением Татарстана, при чем не только с местными мусульманами, но и с представителями иных религий, которые в силу повседневного опыта межрелигиозного общения в республике имеют высокий уровень религиозной толерантности.

Свой вклад в процессы интеграции мигрантов в принимающее сообщество вносит и муфтият Татарстана. Так в марте 2014 г. Духовное управление мусульман РТ и республиканское Управление ФМС России подписали соглашение о сотрудничестве, предполагающее оказание консультационной, методической и практической помощи мигрантам-мусульманам, реализацию программ по адаптации мигрантов и их интеграции в российское общество [12].

Молодые мигранты отмечают важность соблюдения религиозных предписаний, посещение мечетей [7, с. 184, 195]. Доступность посещения мечетей в республике - важный фактор стабильности. Только в Казани насчитывается 26 мечетей, тогда как в Москве на несколько миллионов мусульман 7 мечетей (точных данных о количестве мигрантов нет: о 570 тыс. легальных мигрантов говорит статистика УФМС по Москве [13], о 3,5 млн. человек сообщает глава ФМС [14]), а в Санкт-Петербурге всего - 2 мечети. Во многих регионах России вопрос строительства мечетей - сложный и конфликтогенный. С одной стороны, местные жители и представители органов власти, как правило, против строительства мечетей. Известно, что в сети Интернет существует множество групп, в которых активно задействована молодежь, выступающих против строительства мечетей в различных регионах РФ [15; 16; 17], противником строительства новых мечетей выступает мэр Москвы [18]. С другой стороны, очевидно, что невозможность удовлетворить свои духовные потребности может вызывать дополнительное напряжение. Более того, неофициальные, а, следовательно, и неконтролируемые сборы верующих - дополнительная возможность для распространения деятельности фундаменталистов и экстремистов, которые могут выступить угрозой национальной безопасности. Таким образом, важно зафиксировать наличие определенных духовных потребностей мигрантов и определиться с наиболее конструктивными способами их удовлетворения.

Опыт Татарстана в религиозной интеграции мигрантов, безусловно, во многом уникален и интересен. Мигранты-мусульмане стремятся в Татарстан, считая его одним из центров российского ислама. Но даже здесь молодежь испытывает ряд трудностей в процессе духовного потребления. В основном проблема кроется в незнании языка, особенно если служба в мечети ведется на татарском языке. Незнание или недостаточное знание татарского языка, во-первых, усложняет процесс интеграции в принимающее сообщество, во-вторых, создает возможности для деятельности радикальных хазратов, которые с готовностью принимают «страждущих» единоверце, в-третьих, становится потенциальной основой для конфликтов с резидентами-мусульманами. Как отмечает проректор казанского высшего мусульманского медресе «Мухаммадия» Зульфат хазрат Габдуллин: «в некоторых мечетях сталкиваемся с очень неприятной ситуацией, когда на пятничном намазе проповедь читается по-татарски, а прихожане, не понимающие язык, начинают громко разговаривать - это же такое неуважение!» [19]. Кроме того, у определённой части иностранных рабочих «мягкий» поволжский ислам, отличающийся от ортодоксального центрально-азиатского прочтения, вызывает неприятие [20]. Согласно современным исследователям, духовные поиски мусульманской молодежи в современном мире приводят к искажению смысла традиционного для региона ислама и конфликтам на религиозной почве [21].

Следующая точка напряжения уходит корнями в психологические особенности молодежи. Молодежи в целом, в том числе и молодежи мигрантов, свойственны определенные социально-психологические качества: неустойчивость психики, внутренняя противоречивость, низкий уровень толерантности, стремление выделиться, существование специфической молодежной субкультуры. Отчасти именно этими качествами можно объяснить декларирование молодежью стремление более строго соблюдать религиозные нормы и предписания, усиление религиозного регулирования общественной жизни, введение шариата [7, с. 208-209]. Подобные стремления носят очевидный конфликтогенный характер. Конечно, декларирование намерений отличается от их реализации. Многие молодые люди осознают невозможность контролирование исламом общественной жизни в современной России. Но уже одни заявления могут спровоцировать напряженность и конфликт с принимающим сообщест-

вом. Вопрос еще белее усложняется, если подобные идеи получают поддержку среди внутренних мигрантов, т.е. когда происходит доминирование религиозной идентичности в веере идентичностей, что говорит о трудности и порой невозможности формирования гражданской идентичности. Формирование гражданской идентичности, которая по своей природе носит инклюзивный характер и предполагает равенство всех видов идентичностей - необходимое условие гармоничного развития общества, следовательно, проблема доминирование религиозной идентичности в самосознании как внешних, так и внутренних мигрантов сложный и актуальный вопрос, требующий пристального внимания.

Как уже отмечалось выше, незнание языка - потенциальный кон-фликтогенный фактор. Среди молодежи мигрантов распространены высокая оценка своего знания языка принимающего сообщества и заявления о желании повысить уровень знания языка, но оба эти пункта вызывают сомнения. Во-первых, молодежь получала образования в постсоветское время, когда возможность и качество обучения русскому языку в бывших союзных республиках неуклонно падали. Во-вторых, ни главы диаспор, ни представители органов власти не фиксирую наплыва желающих повысить знания русского языка. Ситуация с татарским языком представляется еще более сложной. Не смотря на то, что татарский язык относится к группе тюркских языков и, следовательно, родственен языкам многих мигрантов (туркменскому, азербайджанскому, киргизскому и т.д.) желания его изучать мигранты не демонстрируют. Так, председатель республиканской национально-культурной автономии таджиков Хикматулла Гадоев отмечает: «было бы здорово, если были открыты некие курсы татарского. Но не было такого, чтобы кто-то из таджиков подошел ко мне и сказал, что желает выучить татарский». Бывший начальник отдела по развитию языков народов республики Татарстан при Кабинете Министров РТ Ф. Шайхиева также сообщает, что до сих пор ни один мигрант не обратился к ним с просьбой открыть курсы татарского языка [22]. Таким образом, высокое знание языков резидентов и стремление повысить уровень этого знания, во многом, носит декларативный характер. Этот вопрос имеет и гендерное измерение -мужчины более ориентированы на знание и повышение знаний языка, нежели женщины, что имеет вполне простое объяснение: мужчинам

язык более необходим, чем женщинам, последние меньше ориентированы на интеграцию, и, как правило, предпочитают стратегию сегрегации.

Свободное время молодежь мигрантского сообщества во многом проводит также как и местная молодежь. К наиболее популярным «развлечениям» можно отнести визиты к родным и друзьям (из числа соотечественников), посещение кинотеатров и театров, много времени молодежь уделяет Интернету [7, с. 190]. Первый пункт свидетельствует о недостаточной интеграции мигрантов и соответственно может провоцировать конфликты. Второй говорит о некоторых шагах в направлении интеграции. А третий - противоречивый момент, который может способствовать как интеграции с принимающим сообществом (через виртуальное общение, приобщение к местным СМИ и т.д.), так и сегрегации (через предпочтение общения только со своими).

Известно, что отношение между мигрантами и принимающим сообществом характеризуются как напряженные. Уровень напряженности в регионах различаются. В Татарстане межэтнический климат достаточно комфортный. Традиционно, основное недовольство местного населения вызывают незнание мигрантами языка, культуры, норм, их нежелание интегрироваться в принимающее сообщество и их психологические особенности. Именно эти аспекты, наряду с криминальными и бытовыми носят наиболее конфликтогенный характер. Однако провоцировать конфликты могут не только «непонимание» принимающими сообществом мигрантов, но и «непонимание» принимающего сообщества мигрантами. Наибольшее раздражение у самих мигрантов вызывает индивидуализм резидентов, их неуважение к старшим, к родителям, вредные привычки местных (особенно девушек) [7, с. 177-178].

Россия в целом и Татарстан в частности стоят перед решением задачи гармонизации межэтнических отношений, отношений между мигрантами и принимающим сообществом. С этой проблемой столкнулся весь современный мир, который, находясь в процессе глобализации немыслим и невозможен без миграционных процессов. Татарстан имеет уникальный опыт по гармонизации межнациональных отношений, а учет молодежного фактора позволит продолжать эту работу более эффективно.

Литература

1. В Москве насчитали 3,5 миллиона мигрантов // Электронная газета Утро.ру 2013. 23 окт. URL: http://www.utro.ru/articles/2013/10/23/ 1152019.shtml (дата обращения: 11.04.2014).

2. В ООН считают, что последствия молодежной миграции неоднозначны // Центр новостей ООН 2014. 14 фев. URL: http://www.unic.ru/event/2014-02-14/v-oon/v-oon-schitayut-neodnoznachnymi-posledstviya-molodezhnoi-migratsii (дата обращения: 11.04.2014).

3. Временные трудовые мигранты в России // Демоскоп Weekly № 579-580, 2013. URL: http://demoscope.ru/weekly/2013/ 0579/tema02.php (дата обращения: 11.04.2014).

4. Галихузина Р.Г. Современное положение ислама в Татарстане: конфликтный потенциал и меры профилактики // Вестник национального антитеррористического комитета. 2013. №2(9).

5. Группа «Мы против строительства мечети в Орле!» // ВКонтакте -URL: http://vk.com/netmechet (дата обращения: 11.04.2014).

6. Группа «Мы против строительства Мечети на Родниках-Снег» // ВКонтакте. URL: http://vk.com/no_mosques (дата обращения: 11.04.2014).

7. Группа «Против строительства мечети в Челябинске» // ВКонтакте. URL: http://vk.com/club52650048 (дата обращения: 11.04.2014).

8. Диаспоры и сообщества мигрантов в республике Татарстан: этно-социологические очерки / Т.А.Титова, В.Е.Козлов, Е.В.Фролова. Казань: ЗАО «Мир без границ», ООО Глаголь, 2013.

9. За 2013 год число мигрантов в Татарстане увеличилось на 10% // Информационное агентство Regnum. 2013. 25 дек. URL: http://www.regnum.ru/news/1749661.html#ixzz33VLBdqRx (дата обращения: 11.04.2014).

10. Знают ли мигранты, проживающие в Татарстане, татарский язык? // Татарская деловая газета «еТатар». 2011. 24 окт. URL: http://etatar.ru/top/41392 (дата обращения: 11.04.2014).

11. Концепция государственной миграционной политики Российской Федерации на период до 2025 года // Официальный интернет-сайт Пре-

зидента России. URL: http://kremlin.ru/acts/15635 (дата обращения: 11.04.2014).

12. Мечети в Москве строить не будут, говорит Собянин // Интефакс 2013. 01 марта. URL: http://www.interfax-religion.ru/?act=news&div=50195 (дата обращения: 11.04.2014).

13. Мигранты отмечают слабость исламских традиций в Татарстане // Ислам News. 2011. 27 апр. URL: http://www.islamnews.ru/news-51581.html (дата обращения: 11.04.2014).

14. Муфтият Татарстана поможет мигрантам, исповедующим ислам // Новостное агентство NEWSru. 2014. URL: http://www.newsru.com/religy/ 21mar2014/migrants.html (дата обращения: 11.04.2014).

15. «Мы почти изжили незаконное нахождение в Москве» // Газе-та.Ру 2013. URL: http://www.gazeta.ru/social/2013/09/13/5651629.shtml (дата обращения: 11.04.2014).

16. Mail.ru Group выступила против мигрантов в IT-отрасли // Сайт «Лента.Ру» 2013. 28 октября. URL: http:// lenta.ru/news/2013/10/28/mailmigrants/ (дата обращения: 11.04.2014).

17. Послание Генерального директора ЮНЕСКО г-жи Ирины Боковой по случаю Международного дня молодежи // Сайт Бюро ЮНЕСКО в Москве 2013. 12 августа. URL: http://www.unesco.org/new/ru/moscow/about-this-office/single-

view/news/message_from_ms_irina_bokova_director_general_of_unesco_on _the_occasion_of_international_youth_day_12_august_2013/#.U3JtXKwWdp 0 (дата обращения: 11.04.2014).

18. Социологи ВШЭ составили портрет гастарбайтера // Ми-грант.Фергана.Ру 20 сентября 2013 г. URL: http://migrant.ferghana.ru/ newslaw/chronicle/социологи-вшэ-составили-портрет-гаст.html (дата обращения: 11.04.2014).

19. Титова Т.А., Козлов В.Е., Кушаев Р.Р. «Свои-чужие»: этнические мигранты в восприятии представителей принимающего населения республики Татарстан. URL: http://kpfu.ru/docs/F1088012713/ Svoi_chuzhie.Titova_.Kozlov_.Kushaev.pdf (дата обращения: 11.04.2014).

References

1. V Moskve naschitali 3,5 milliona migrantov. Elektronnaya gazeta Utro.ru 2013. 23 okt. URL: http://www.utro.ru/articles/2013/10/23/ 1152019.shtml (data obrashcheniya: 11.04.2014).

2. V OON schitayut, chto posledstviya molodezhnoi migratsii neod-noznachny. Tsentr novostei OON 2014. 14 fev. URL: http://www.unic.ru/event/2014-02-14/v-oon/v-oon-schitayut-neodnoznachnymi-posledstviya-molodezhnoi-migratsii (data obrashcheniya: 11.04.2014).

3. Vremennye trudovye migranty v Rossii. Demoskop Weekly № 579580, 2013. URL: http://demoscope.ru/weekly/2013/ 0579/tema02.php (data obrashcheniya: 11.04.2014).

4. Galikhuzina R.G. Sovremennoe polozhenie islama v Tatarstane: konfliktnyi potentsial i mery profilaktiki. Vestnik natsional'nogo antiterroris-ticheskogo komiteta. 2013. №2(9).

5. Gruppa «My protiv stroitel'stva mecheti v Orle!». VKontakte - URL: http://vk.com/netmechet (data obrashcheniya: 11.04.2014).

6. Gruppa «My protiv stroitel'stva Mecheti na Rodnikakh-Sneg». VKontakte. URL: http://vk.com/no_mosques (data obrashcheniya: 11.04.2014).

7. Gruppa «Protiv stroitel'stva mecheti v Chelyabinske». VKontakte. URL: http://vk.com/club52650048 (data obrashcheniya: 11.04.2014).

8. Diaspory i soobshchestva migrantov v respublike Tatarstan: etno-sotsiologicheskie ocherki. T.A.Titova, V.E.Kozlov, E.V.Frolova. Kazan': ZAO «Mir bez granits», OOO Glagol', 2013.

9. Za 2013 god chislo migrantov v Tatarstane uvelichilos' na 10%. In-formatsionnoe agentstvo Regnum. 2013. 25 dek. URL: http://www.regnum.ru/news/1749661.html#ixzz33VLBdqRx (data obrashcheniya: 11.04.2014).

10. Znayut li migranty, prozhivayushchie v Tatarstane, tatarskii yazyk? Tatarskaya delovaya gazeta «eTatar». 2011. 24 okt. URL: http://etatar.ru/top/41392 (data obrashcheniya: 11.04.2014).

11. Kontseptsiya gosudarstvennoi migratsionnoi politiki Rossiiskoi Federatsii na period do 2025 goda. Ofitsial'nyi internet-sait Prezidenta Rossii. URL: http://kremlin.ru/acts/15635 (data obrashcheniya: 11.04.2014).

12. Mecheti v Moskve stroit' ne budut, govorit Sobyanin. Intefaks 2013. 01 marta. URL: http://www.interfax-religion.ru/ ?act=news&div=50195 (data obrashcheniya: 11.04.2014).

13. Migranty otmechayut slabost' islamskikh traditsii v Tatarstane. Islam News. 2011. 27 apr. URL: http://www.islamnews.ru/news-51581.html (data obrashcheniya: 11.04.2014).

14. Muftiyat Tatarstana pomozhet migrantam, ispoveduyushchim islam. Novostnoe agentstvo NEWSru. 2014. URL: http://www.newsru.com/religy/ 21mar2014/migrants.html (data obrashcheniya: 11.04.2014).

15. «My pochti izzhili nezakonnoe nakhozhdenie v Moskve». Ga-zeta.Ru 2013. URL: http://www.gazeta.ru/social/2013/09/ 13/5651629.shtml (data obrashcheniya: 11.04.2014).

16. Mail.ru Group vystupila protiv migrantov v IT-otrasli. Sait «Lenta.Ru» 2013. 28 oktyabrya. URL: http://lenta.ru/news/ 2013/10/28/mailmigrants/ (data obrashcheniya: 11.04.2014).

17. Poslanie General'nogo direktora YuNESKO g-zhi Iriny Bokovoi po sluchayu Mezhdunarodnogo dnya molodezhi. Sait Byuro YuNESKO v Moskve 2013. 12 avgusta. URL: http://www.unesco.org/new/ru/moscow/about-this-office/single-

view/news/message_from_ms_irina_bokova_director_general_of_unesco_o n_the_occasion_of_international_youth_day_12_august_2013/#.U3JtXKwW dp0 (data obrashcheniya: 11.04.2014).

18. Sotsiologi VShE sostavili portret gastarbaitera. Migrant. Ferga-na.Ru. 20 sentyabrya 2013 g. URL: http://migrant.ferghana.ru/ news-law/chronicle/sotsiologi-vshe-sostavili-portret-gast.html (data obrashche-niya: 11.04.2014).

19. Titova T.A., Kozlov V.E., Kushaev R.R. «Svoi-chuzhie»: etni-cheskie migranty v vospriyatii predstavitelei prinimayushchego naseleniya respubliki Tatarstan. URL: http://kpfu.ru/docs/F1088012713/ Svoi_chuzhie.Titova_.Kozlov_.Kushaev.pdf (data obrashcheniya: 11.04.2014).