Уголовное наказание, уголовная ответственность, меры уголовно-правового характера

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ УГОЛОВНОГО ПРАВА

А.Л. Иванов*

Уголовное наказание, уголовная ответственность, меры уголовно-правового характера

Аннотация. Статья посвящена вопросам соотношения понятий наказания, ответственности и мер уголовно-правового характера, с помощью которых с принятием УК РФ 1996 г. российский законодатель обозначает правовые последствия преступления, а также меры, применяемые в связи с его совершением. В названном перечне понятий в качестве ключевого предлагается рассматривать понятие уголовной ответственности, в связи с чем наказание расценивается лишь как одна из форм реализации уголовной ответственности, а оба этих понятия охватываются содержанием мер уголовно-правового характера. Ключевые слова: уголовное законодательство, преступление, ответственность, наказание, меры уголовно-правового характера.

История формирования отечественного уголовного законодательства свидетельствует о том, что по мере его развития постоянно расширялся круг мер, применяемых к лицам, совершившим преступление. Несмотря на то, что уголовное наказание как правовое последствие преступления всегда оставалось незыблемым, между ним и преступлением в уголовном законе постепенно появлялись меры, применение которых либо вообще исключало возможность применения наказания, либо влекло освобождение от наказания, либо изменение режима его исполнения. Можно предположить, что на определенном этапе развития уголовного законодательства количество таких мер стало столь велико, а их качественное своеобразие столь заметно, что законодатель решился обозначить их самостоятельным понятием, в связи с чем между понятиями преступления и наказания ввел понятие уголовной ответственности как более широкое по содержанию, чем наказание (ст. 3 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г.). Скорее всего, подобное объяснение может лежать и в основе легализации понятия иных мер уголовно-правового характера, состоявшейся в УК РФ 1996 г. (ч. 2 ст. 2, ч. 1 ст. 3, ч. 1 ст. 6, ч. 2 ст. 7, разд. VI), в связи с чем в уголовном законе установлены три понятия, обозначающие меры в нем предусмотренные: наказание, уголовная ответственность, меры уголовно-правового характера.

Легализовав понятие мер уголовно-правового характера, законодатель формально определил и место таких мер, причем не на уровне уголовной ответственности, а на уровне уголовного наказания, которое по-прежнему является основной мерой реагирования на совершенное преступление. Об этом свидетельствуют законодательные определения, во-первых, понятия преступления, в котором указание на уголовную наказуемость деяния входит в число его обязательных признаков (ч. 1 ст. 14 УК РФ), во-вторых, самого понятия наказания (ч. 1 ст. 43 УК РФ). Последним подчеркивается особый статус уголовного наказания среди иных мер уголовно-правового характера. Принципиально и то, что именно уголовное наказание определенного вида и размера предусмотрено за конкретное преступление в статьях Особенной части УК РФ.

Несмотря на постоянное стремление законодателя к гуманизации уголовного закона, проявляющееся в последние годы, например, в отмене нижних пределов санкций, в возможности изменения категории совершенного преступления на более мягкую, в расширении круга поощрительных норм, именно уголовное наказание, в сравнении с другими мерами, предусмотренными в уголовном законе, по-прежнему, в безусловной или условной форме, доминирует в судебной практике. В структуре мер, применяемых судами

© Иванов А.Л., 2015

* Иванов Айдар Лазаревич — кандидат юридических наук, первый заместитель прокурора Республики Саха (Якутия).

[aidar-ivanov@yandex.ru]

677891, Россия, г. Якутск, ул. Ленина, д. 48.

к лицам, совершившим преступления, по данным на 2013 г., примерно треть приходится на наказание в виде лишения свободы — 28,5 %, примерно столько же на условное осуждение — 30,34 %, на наказание в виде штрафа (как основного наказания) — 15,8 %, исправительных работ — 10,3 %, обязательных работ — 9,96 %'.

Вместе с тем особенно в рамках действующего уголовного законодательства, очевидно, что уголовное наказание не является единственной мерой реагирования на совершенное преступление. В обоснование этого тезиса отметим, что уже на досудебных стадиях лицо, совершившее преступление, может быть освобождено от уголовной ответственности, например в связи с деятельным раскаянием, а количество преступлений, при совершении которых подобное может иметь место, согласно ч. 1 ст. 75 УК РФ, составляет около 3/4 от общего числа ежегодно регистрируемых в стране. Процесс назначения наказания лицу, признанному виновным в совершении преступления, может завершиться просто освобождением от наказания (например, ст. 80.1, 83 УК РФ), а может сопровождаться применением мер, предусмотренных в ст. 81—82.1 УК РФ. В процессе исполнения наказания лицо, его отбывающее, может быть условно-досрочно освобождено от дальнейшего отбывания (ст. 79 УК РФ). Наконец, то, что уголовное наказание не является единственной мерой реагирования на преступление (а также — формально уголовно-противоправное деяние) Федеральным законом от 27.07.2006 № 153, подчеркнул и сам законодатель в разд. VI УК РФ. Таким образом, именно такое многообразие уголовно-правовых последствий совершенного преступления, мер, применяемых в рамках отношений, им порождаемых, всегда в той или иной степени характерное для отечественного уголовного законодательства, может служить основанием для обозначения этих последствий более общими понятиями, чем уголовное наказание, — понятиями уголовной ответственности и иных мер уголовно-правового характера.

Несмотря на имеющиеся в литературе призывы отказаться от понятия уголовной ответствен-ности2, как раз этим понятием начиная с 1958 г. оперирует отечественный законодатель при определении правовых последствий преступления на

1 Данные Судебного департамента при Верховном Суде РФ за 2013 г. Ф № 10.1. Показатель по лишению свободы включает в себя лишение свободы на определенный срок и пожизненное лишение свободы, по условному осуждению — лишение свободы и иные меры.

2 См., напр.: Пимонов В.А. Проблема систематизации

мер принуждения в уголовном праве России // Системность в уголовном праве: материалы II российского кон-

гресса уголовного права. М.: Проспект, 2007. С. 231; Щедрин Н.В., Кылина О.М. Российское уголовное право в контексте доктринальных моделей построения уголовно-правовых санкций // Криминологический журнал. 2008. № 3 (5). С. 46.

самом общем уровне. О законах, предусматривающих уголовную ответственность, а не наказание идет речь при определении содержания уголовного законодательства РФ в ч. 1 ст. 1 УК РФ. Понятие уголовной ответственности употребляется при определении средств решения задач, стоящих перед УК РФ (ч. 2 ст. 2 УК РФ), принципов равенства (ст. 4 УК РФ), вины (ст. 5 УК РФ) и справедливости (ч. 2 ст. 6 УК РФ). В качестве основания именно уголовной ответственности, а не каких-либо иных уголовно-правовых последствий, говорится о деянии, содержащем все признаки состава преступления в ст. 8 УК РФ. С понятием уголовной ответственности законодатель связывает действие уголовного закона во времени и в пространстве (ст. 11-13 УК РФ). Это понятие содержательно и функционально пронизывает нормы гл. 4, 11, 14 УК РФ. Используется оно в Общей части УК РФ и в целом ряде других случаев (например, в ст. 27, 29, 30, 31, 34, 36). Для российского уголовного законодательства уже стало нормой употребление понятия уголовной ответственности в контексте освобождения от нее в многочисленных поощрительных примечаниях к статьям Особенной части УК РФ.

Таким образом, даже при отсутствии легального определения понятия уголовной ответственности, оно органически входит в понятийный аппарат уголовного права и законодательства и, как известно, широко применяется не только в обиходе в правоприменительной практике, но и в таких ее официальных документах, как Постановления Пленума Верховного Суда РФ. Оперирует этим понятием законодатель и в других отраслях законодательства (например, п. 61 ст. 5, ч. 3 ст. 27, п. 2 ч. 1 ст. 154, ч. 3 ст. 214 УПК РФ), причем не только в смежных с уголовным (например, ст. 32, 101, 108 НК РФ).

В рамках действующего УК уголовная ответственность за преступление может выражаться в следующих формах: 1) в назначении уголовного наказания и его реальном исполнении; 2) в назначении уголовного наказания, но его реальном неисполнении под соответствующие условия (ст. 73, 82 УК РФ); 3) в освобождении от наказания или от его отбывания (ст. 80.1, 81, 83 УК РФ); 4) в осуждении без назначения наказания (в постановлении обвинительного приговора без назначения наказания (п. 3 ч. 5 ст. 302 УПК РФ))3. Однако, на наш взгляд, нетрудно назвать целый комплекс мер, хотя и предусмотренных

3 В УПК РФ отсутствуют указания на конкретные случаи такого осуждения. При всей дискуссионности этого вопроса в литературе один такой случай называет Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 01.02.2011 № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних», в п. 35 которого содержится ссылка на ч. 1 ст. 92 УК РФ (См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 2011. № 4 (в ред. от 09.02.2012; 02.04.2013)).

в уголовном законе, но не вписывающихся ни в одну из названных форм реализации уголовной ответственности. К их числу, прежде всего, следует отнести те, которые самим своим названием, на первый взгляд, исключают себя из уголовной ответственности, а соответственно, и наказания: освобождение от уголовной ответственности по самым различным основаниям (ст. 75, 76, 76.1, 78, ч. 2 ст. 84, ч. 1 ст. 90 УК РФ). Совершенно очевидно, и это подтверждает сам законодатель, что принудительные меры медицинского характера также не вписываются ни в одну из форм реализации уголовной ответственности. До настоящего времени остается открытым вопрос и о юридической природе принудительных мер воспитательного воздействия. Наконец, в числе мер, реализуемых вроде бы в рамках уголовной ответственности, есть такие, которые если и имеют к ней отношение, то весьма отдаленное, например, освобождение от наказания или от его отбывания в связи с болезнью (ст. 81 УК РФ).

В связи с отмеченным обстоятельством возникает потребность внести ясность в вопрос о том, что же представляет собой уголовная ответственность, и как названные в последнем случае меры с ней соотносятся?

Анализ современной литературы, в которой затрагивается проблема определения понятия уголовной ответственности, позволяет назвать два основных подхода к ее решению. В одном из последних учебников по уголовному праву под редакцией А.И. Чучаева уголовная ответственность определяется как «предусмотренная уголовным законом обязанность лица, совершившего преступление, подвергнуться наказанию. Она является ретроспективной (за прошлое поведение) ответственностью»4. Однако заметим, что при таком понимании уголовной ответственности остается неясно, почему названная обязанность имеет ретроспективный характер, когда все обязанности в праве устремлены в будущее, и каким понятием тогда следует обозначать правовые последствия, ставшие результатом реализации этой ответственности-обязанности? Понятием уголовного наказания нельзя, поскольку, как уже было отмечено выше, оно не исчерпывает всех возможных вариантов реализации уголовной ответственности, в том числе и в предложенном варианте ее понимания. Рассматриваемая точка зрения в понимании уголовной ответственности критиковалась в литературе и по другим основаниям.

Наиболее же убедительно продемонстрировали соотношение понятий ответственности и обязанности В.С. Прохоров, Н.М. Кропачев, А.Н. Тарбагаев, которые отмечали, что в момент совершения преступления возникает лишь обязанность отвечать за содеянное. Эта обязанность создает возможность действительной уголовной ответственности, но не саму ответственность за преступление. Для того чтобы обязанность претерпеть меры государственного принуждения превратилась в ответственность, в правовое последствие совершенного преступления необходима воплощенная в процессуальную форму деятельность государственных органов, уполномоченных устанавливать факт совершения преступления, его квалифицировать и применять санкцию нарушенной нормы уголовного права. В конечном счете только обвинительный приговор суда превращает обязанность отвечать за содеянное в действительную уголовную ответственность за преступление5.

Наряду с пониманием уголовной ответственности как обязанности, в науке уголовного права сформировался и иной подход к ее трактовке6. В рамках этого подхода уголовная ответственность за преступление определяется как акт официального осуждения (порицания) от имени государства совершенного преступления и лица, его совершившего, в форме обвинительного приговора суда7. Такой акт может сопровождаться назначением наказания, его исполнением и судимостью, а может быть и не связан с ними, в связи с чем говорят об уголовной ответственности «в чистом виде».

Несмотря на различия в приведенных позициях, их объединяет то, что понятие уголовной ответственности трактуется в них исключительно как неблагоприятное правовое последствие и последствие только преступного акта поведения. Если остаться в этих рамках, будет вполне логичным исключить из числа мер уголовной ответ-

4 Уголовное право РФ. Общая и Особенная части / под ред. А.И. Чучаева. М.: Контракт: Инфра-М, 2013. С. 47. См. также: Игнатов А.Н., Красиков Ю.А. Курс российского уголовного права. Т. 1: Общая часть. М.: Норма: Инфра-М,

2001. С. 93; Чистяков А.А. Уголовная ответственность и механизм формирования ее основания. М.: Юнити-Дана,

2002. С. 52; Павлухин А.Н., Чистяков А.А. Уголовная ответственность как научная категория российской правовой доктрины: генезис, состояние, перспективы. М.: Юни-ти-Дана, 2003. С. 43.

5 См.: Прохоров В.С., Кропачев Н.М., Тарбагаев А.Н. Механизм уголовно-правового регулирования Красноярск: Изд-во Краснояр. ун-та, 1989. С. 176-177.

6 В настоящей работе мы оставляем без внимания различные точки зрения на понимание уголовной ответственности, которые так или иначе вписываются в рассматриваемые нами подходы (ответственность — правоотношение, ответственность — реализованная обязанность, ответственность — наказание, ответственность — санкция и т.д.).

7 См., напр.: Осипов П.П. Теоретические основы построения уголовно-правовых санкций. Л.: Изд-во ЛГУ, 1976. С. 51; Прохоров В.С. Преступление и ответственность. Л.: Изд-во ЛГУ 1984. С. 127; Сабанин С.Н., Тупица А.Я. Понятие и виды освобождения от уголовной ответственности или наказания. Свердловск: СЮИ, 1987. С. 7; Кропачев Н.М. Механизм уголовно-правового регулирования: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. С. 46; Звечаровский И.Э. Ответственность в уголовном праве. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2009. С. 38; Уголовное право РФ: в 2 т. Т. 1: Общая часть: учебник / под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай. М.: Инфра-М, 2002. С. 66-67; Уголовное право России. Общая часть: учебник / под ред. В.Н. Кудрявцева, В.В. Лунеева, А.В. Наумова. М.: Юрист, 2003. С. 351; Уголовное право РФ. Общая часть: учебник / под ред. О.Н. Ведерниковой, С.И. Никулина. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2005. С. 75-76.

ственности все виды освобождения от уголовной ответственности, принудительные меры воспитательного воздействия и медицинского характера. Другими словами можно сказать так: все меры, применению которых не предшествует осуждение в форме обвинительного приговора суда, не являются мерами уголовной ответственности. Поскольку же названные меры применяются все-таки к лицу, совершившему преступление или формально уголовно-противоправное деяние, и применяются в связи с такими юридическими фактами, их можно назвать мерами уголовно-правового характера, если, конечно, они им обладают. Что же касается мер, применяемых к лицу, совершившему преступление, выражающихся в «условном осуждении» (ст. 73 УК РФ), в отсрочке отбывания наказания (ст. 82, 82.1 УК РФ), мер, применяемых уже в процессе исполнения назначенного наказания (ст. 79, 80 УК РФ), то они вполне вписываются в трактовку ответственности-обязанности и особенно ответственности-осуждения, поскольку последнее предшествует их применению, а сами эти меры лишь корректируют характер и объем реализуемой во времени уголовной ответственности.

На сегодняшний день вряд ли кто-то возьмет на себя смелость поставить под сомнение обоснованность тезиса о том, что уголовная ответственность, как и любая другая отраслевая ответственность, выступает разновидностью юридической ответственности. По крайней мере, мы не нашли таких примеров в специальной литературе. Напротив, в целом ряде комментариев к УК, в учебной литературе освещение вопросов, связанных с уголовной ответственностью, начинается с констатации того, что она является видом, разновидностью юридической ответственности (наряду с гражданско-правовой, административной, дисциплинарной и т.д.)8, представляет наиболее строгий вид юридической ответ-ственности9. В свою очередь, в работах по общей теории права при характеристике юридической ответственности практически всегда говорят о произ-водности таковой от ответственности социальной. Однако, к сожалению, и в том, и в другом случаях вслед за указанием «на родословную» ответственности дальше этого, как правило, дело не идет. В тех редких случаях, когда в уголовно-правовых исследованиях указывают не только на юридическую, но и социальную природу уголовной ответственности, степень социальности такой ответственности усматривается самая различная вплоть до ее полного игнорирования. Тем не менее на сегодняшний день стремление рассматривать уголовную ответствен-

8 См., напр.: Комментарий к Уголовному кодексу РФ: научно-практический (постатейный) / под ред. С.В. Дьякова, Н.Г. Кадникова. 2-е изд. М.: Юриспруденция, 2013.

9 См., напр.: Комментарий к Уголовному кодексу РФ (поста-

тейный) / под ред. А.А.Чекалина, В.Т. Томина, В.В. Сверчкова.

4-е изд. М.: Юрайт, 2007.

ность с «широких социальных позиций» все более отчетливо проявляется в науке уголовного права. Работы, в которых предприняты такие попытки, можно условно разделить на две группы.

В работах первой группы характеристика уголовной ответственности предваряется суждениями о производности уголовной ответственности не только от юридической, но и от социальной ответственности. При этом называются общие признаки последней, которые, однако, в признаках уголовной ответственности без каких-либо пояснений находят усеченное отражение: сущность уголовной ответственности усматривается в государственном принуждении, она всегда связана с лишениями и применяется такая ответственность только за совершенное преступление. Наглядным примером такого подхода к характеристике уголовной ответственности может служить позиция авторов учебника по уголовному праву под редакцией профессора Н.Г. Кадникова, авторы которого пишут: «В широком (философском) значении понятие ответственности трактуется как отношение человека к обществу, государству, к другим лицам с точки зрения выполнения определенных обязанностей (долга). В узком, или специально-юридическом значении, юридическая ответственность рассматривается как реакция государства на совершение правонарушения. В этом смысле, во-первых, уголовная ответственность всегда связана с государственным принуждением, которое является ее содержанием... Во-вторых, уголовная ответственность характеризуется определенными лишениями, которые виновный обязан претерпеть. Лишение виновного определенных благ является объективным свойством ответственности. Эти лишения наступают в качестве реакции государства на вред, причиненный преступником обществу, государству или отдельной личности»10. О широком (философском) понимании ответственности авторы данного издания говорят еще раз — при определении основания уголовной ответственности: «Философский аспект заключается в том, что ответственность возможна лишь при условии, когда у субъекта была свобода выбора поведения, то есть он имел возможность поступить в соответствии с требованиями закона, но игнорировал его и нарушил правовой запрет. Уголовно-правовое понимание свободы выбора поведения (свободы воли) основано на детерминистической концепции преступного поведения. В соответствии с ней, с одной стороны, человек не может быть независимым от окружающих его обстоятельств, то есть от явлений природы и общества, а с другой — последнее не исключает его возможности избирать тот или иной вариант поведения в конкретной жизненной ситуации и, следовательно, не исключает ответствен-

10 Уголовное право. Общая и Особенная части: учебник для вузов / под ред. Н.Г. Кадникова. М.: Городец, 2006.

ности человека за свои поступки»11. Разделяем в целом позицию авторов, но остается неясным, почему свобода в выборе варианта поведения должна завершиться избранием обязательно преступного, «интересуют» ли уголовное право непреступные варианты поведения и реагирует ли оно на них в виде уголовно-правовых последствий?

Аналогичную по сути позицию мы встречаем в другом издании, авторы которого, выделяя специальный параграф под названием «Соотношение социальной и уголовно-правовой ответственности», начинают его с констатации того, что «сущность и содержание уголовной ответственности базируются на положениях философии, социологии и общей теории права»12. Однако и в этом случае вслед за рассуждениями о разнообразии социальных норм, о свободе выбора у субъекта, которому они адресованы, все сводится к тому, что уголовное право интересует только та свобода, которая выражается в преступном варианте поведения, и только на этот случай и устанавливается уголовная ответственность13.

В связи с изложенным необходимо обратить внимание на два обстоятельства. Во-первых, содержание уголовного законодательства не исчерпывается только уголовно-правовыми запретами. Поэтому нельзя, по нашему мнению, сводить роль уголовного права только к реакции, к уголовной ответственности на их нарушение, усматривая такую ответственность в виде лишений, ограничений для субъекта нарушения (субъекта преступления). В противном случае необходимо признать, что соблюдение уголовного закона безразлично для уголовного права, а, например, комплекс уголовно-правовых норм о деятельном раскаянии реализуется и за рамками уголовно-правовых отношений, и вне механизма уголовно-правового регулирования. Нельзя также забывать о том, что о соблюдении уголовного закона можно говорить не только по отношению к уголовно-правовым запретам, но и к другим нормам, из содержания которых вытекают требования, например, о неуклонении от отбывания наказания (ч. 5 ст. 46, ч. 3 ст. 49 УК РФ), о выполнении обязанностей, возлагаемых на условно осужденного (ч. 5 ст. 73 УК РФ). Во-вторых, вряд ли правильно в обоснование уголовной ответственности за преступление видеть и в социальной ответственности только подобный инструмент обеспечения реализации социальных норм. Такая постановка проблемы, наверное, «работает» на уголовную ответственность за преступление, но она, как представляется, не лишена искусственного характера, искажает реальный механизм обеспечения реализации социальных норм,

разновидностью которых выступают нормы права, и уголовного в том числе.

В работах второй группы, связанных с рассмотрением уголовной ответственности «с широких социальных позиций», предпринимаются попытки внести социальное в характеристику уголовной ответственности более предметно, конкретно и последовательно. Наибольший интерес здесь представляет позиция И.Э. Звечаровского, предложившего свое видение тезиса о производности юридической (в том числе — уголовной) ответственности от ответственности социальной. Прежде всего, автор, на наш взгляд, достаточно четко определил: «Юридическая ответственность отличается от иных форм социальной ответственности тем, что она, имея в своей основе нормы права, опирается на государственно-властный механизм реализации и обеспечения»14. Исходя из положений о том, что реально об ответственности или безответственности социального субъекта можно судить по его поведению и деятельности, то есть по заключительной стадии формирования субъекта ответственных действий — по «практической ответственности», и только с учетом этого элемента возможно выяснение того, как формировалась ответственность «познавательная» и «волевая»15, что ответственность такова, каковы поведение и деятельность субъекта права16, автор называет следующие положения, раскрывающие «реальную схему отношений ответственной зависимости в уголовном праве»: 1) поскольку правовое поведение имеет две противоположности — правомерное и неправомерное поведение, — постольку и правовые последствия правового поведения, то есть «ответственность в общепринятом понимании» складывается из двух противоположных видов — позитивной и негативной; 2) на уровне одной стороны правовых отношений ответственной зависимости (личности) позитивная ответственность выражается в правомерном поведении, в том числе в выполнении должного, негативная — в неправомерном поведении, в правонарушении, в том числе в преступлении; 3) на уровне другой стороны отношений ответственной зависимости (в уголовном праве — государства) позитивная уголовная ответственность — это одобрение, влекущее за собой положительные уголовно-правовые последствия (в том числе факультативно и поощрение), негативная — это осуждение, влекущее отрицательные уголовно-правовые последствия (в том числе факультативно и наказание)17. В результате такого подхода автор назвал следующие формы позитивной уголовной ответственности: исключение негативной уголовной ответственности,

11 Уголовное право. 2006.

12 См.: Уголовное право России. Общая часть: учебник / под ред. В.П. Ревина. М.: Юстицинформ, 2009.

13 См.: Там же.

14 Звечаровский И.Э. Указ соч. С. 25.

15 См.: Минкина Н.А. Воспитание ответственностью. М.: Высш. шк., 1990. С. 43-46.

16 См.: Прохоров В.С. Указ. соч. С. 106.

17 См.: Звечаровский И.Э. Указ. соч. С. 31-32.

освобождение от нее, смягчение уголовного наказания, назначение более мягкого наказания, условно-досрочное освобождение от отбывания наказания, замена неотбытой части наказания более мягким, досрочное снятие судимости18. Исходя из положения о том, что неправомерное поведение в уголовном праве включает в себя не только преступное, но и непреступное поведение, И.Э. Звечаровский дополнил обычно выделяемые формы реализации негативной уголовной ответственности случаями замены назначенного судом наказания более строгим (ч. 5 ст. 46, ч. 3 ст. 49, ч. 4 ст. 50, ч. 4 ст. 53 УК РФ), отмены условного осуждения (ч. 2, 3 ст. 74 УК РФ) и условно-досрочного освобождения (ч. 7 ст. 79 УК РФ)19.

Приведенная позиция выглядит логически последовательной и содержательно обоснованной. На основе уголовного закона в ней продемонстрирована практическая значимость позитивной уголовной ответственности, чего обычно недостает работам сторонников этой концепции. Если же говорить о недостатках, то, на наш взгляд, один из основных может заключаться в том, что уголовный закон не знает такого понятия. В тех многочисленных статьях УК РФ, в которых упоминается понятие уголовной ответственности, оно так или иначе связано с преступлением. Но другого, как представляется, и не должно быть, поскольку уголовный закон только в связи с этим и существует. В свою очередь, преступление выступает тем юридическим фактом, который порождает охранительное уголовное правоотношение. В процессе реализации этого отношения могут иметь место и правомерные, с точки зрения уголовного закона, поступки, в совершении которых государство и общество, судя по всему, заинтересованы не меньше, чем в должной реакции на совершенное преступление. Действительно, уголовный закон не знает понятия позитивной уголовной ответственности. Однако и ответственность за преступление не называется в законе негативной уголовной ответственностью. Речь идет об одном понятии уголовной ответственности, содержание которого вместе с тем объективно может быть различным. Так почему бы негативные (отрицательные) уголовно-правовые последствия противоправного поведения в уголовном праве не называть негативной уголовной ответственностью, а позитивные (положительные) уголовно-правовые последствия правомерного поведения — позитивной уголовной ответственностью? В конечном счете важно, на наш взгляд, не то, как обозначаются последствия различных вариантов поведения в уголовном праве, а то, что они существуют и вне механизма уголовно-правового регулирования, вне уголовно-

18 См.: Звечаровский И.Э. Указ. соч. С. 37-38.

19 См.: Там же. С. 40.

правовых отношений ответственной зависимости реализованы быть не могут.

Трактовка уголовной ответственности как ответа на поведение субъекта в сфере уголовного права в качестве правовых последствий такого поведения с неизбежностью заставляет признать, что все меры, предусмотренные в уголовном законе, применяемые в связи с ответственным или безответственным поведением, относятся к мерам уголовной ответственности. Вместе с тем необходимо помнить о том, что социальная ответственность, юридическая, и уголовная в том числе, могут иметь место там и тогда, где и когда присутствуют сознание и воля субъекта поведения. Следовательно, только наличие в уголовном законе мер, применение которых происходит при отсутствии указанных элементов ответственности, может объяснить существование понятий более широких по содержанию, чем понятие уголовной ответственности. Пожалуй, наиболее ярким примером такой меры выступает ранее упомянутое освобождение от наказания или от его дальнейшего отбывания в связи с болезнью (ст. 81 УК РФ). Подобная мера, на наш взгляд, предусмотрена и в ст. 80.1 УК РФ, когда речь идет об освобождении от наказания в связи с изменением обстановки, повлекшем утрату общественной опасности совершенного преступления. Эти меры единичны, как и весьма редка практика их применения. Но они есть в уголовном законе и не охватываются даже самым широким понятием уголовной ответственности. Здесь же можно назвать и меры, правовая природа которых, а соответственно, и отнесение их к мерам уголовной ответственности, весьма сомнительны — принудительные меры воспитательного воздействия и медицинского характера.

Таким образом, как бы мы не трактовали понятие уголовной ответственности — как ответственности за преступление или с «широких социальных позиций», — в российском уголовном законодательстве есть ряд мер, которые не укладываются в содержание этого понятия. Принятие той или иной позиции влияет лишь на круг мер, не охватываемых понятием уголовной ответственности. Поэтому, на наш взгляд, есть объективная необходимость, продиктованная фактическим содержанием уголовного законодательства, в наличии более широкого по объему содержания понятия, чем понятие уголовной ответственности. С «легкой руки» российского законодателя таким понятием стало понятие мер уголовно-правового характера.

В свете изложенного выше, по нашему мнению, есть все основания пересмотреть законодательное словосочетание «наказание и иные меры уголовно-правового характера». При определении средств решения задач, стоящих перед УК РФ, в ч. 2 ст. 2 правильнее говорить о них в другом контексте: «и устанавливает меры уголовной ответственности, включая наказание, и другие

меры уголовно-правового характера за совершение преступлений». На наш взгляд, принимая во внимание тот факт, что меры уголовно-правового характера применяются не только «за совершение

Библиография:

преступлений», что прямо вытекает из содержания п. «а» ч. 1 ст. 97 УК РФ, эту оговорку, учитывая содержание нормы в целом, закрепленной в ч. 2 ст. 2 УК РФ, можно было бы и исключить.

1. Звечаровский И.Э. Ответственность в уголовном праве. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2009. 100 с.

2. Игнатов А.Н., Красиков Ю.А. Курс российского уголовного права. Т. 1: Общая часть. M.: Норма: Инфра-M, 2001. 639 с.

3. Комментарий к Уголовному кодексу РФ: научно-практический (постатейный) I под ред. С.В. Дьякова, Н.Г. Кад-никова. 2-е изд. M.: Юриспруденция, 2013. 912 с.

4. Комментарий к Уголовному кодексу РФ (постатейный) I под ред. A.A. Чекалина, В.Т Томина, В.В. Сверчкова. 4-е изд. M.: Юрайт, 2007. 792 с.

5. Кропачев НЖ. Mеханизм уголовно-правового регулирования: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. СПб., 2000. 40 с.

6. Mинкина НА. Воспитание ответственностью. M.: Высш. шк., 1990. 216 с.

7. Осипов П.П. Теоретические основы построения уголовно-правовых санкций. Л.: Изд-во ЛГУ, 1976. 135 с.

8. Пимонов ВА. Проблема систематизации мер принуждения в уголовном праве России II Системность в уголовном праве: материалы II российского конгресса уголовного права. M.: Проспект, 2007. С. 231—233.

9. Прохоров В.С. Преступление и ответственность. Л.: Изд-во ЛГУ, 1984. 136 с.

10. Прохоров В.С., Кропачев НЖ., Тарбагаев A.^ Mеханизм уголовно-правового регулирования. Красноярск: Изд-во Краснояр. ун-та, 1989. 205 с.

11. Сабанин С.Н., Тупица АЯ. Понятие и виды освобождения от уголовной ответственности или наказания. Свердловск: СЮИ, 1987. 55 с.

12. Уголовное право. Общая и Особенная части: учебник для вузов I под ред. Н.Г. Кадникова. M.: Городец, 2006. 912 с.

13. Уголовное право России. Общая часть: учебник I под ред. В.Н. Кудрявцева, В.В. Лунеева, A^. Наумова. M.: Юрист, 2003. 569 с.

14. Уголовное право России. Общая часть: учебник I под ред. В.П. Ревина. M.: Юстицинформ, 2009. 390 с.

15. Уголовное право РФ: в 2 т. Т 1: Общая часть: учебник I под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай. M.: Инфра-M, 2002. 384 с.

16. Уголовное право РФ. Общая и Особенная части I под ред. АИ. Чучаева. M.: Контракт: Инфра-M, 2013. 742 с.

17. Уголовное право РФ. Общая часть: учебник I под ред. О.Н. Ведерниковой, С.И. Никулина. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2005. 465 с.

18. Чистяков A.A. Уголовная ответственность и механизм формирования ее основания. M.: Юнити-Дана, 2002. 275 с.

19. Щедрин Н.В., Кылина ОЖ. Российское уголовное право в контексте доктринальных моделей построения уголовно-правовых санкций II Криминологический журнал. 2008. № 3 (5). С. 45—48.

References (transliteration):

1. Zvecharovskij I.Je. Otvetstvennost' v ugolovnom prave. SPb.: Jurid. centr Press, 2009. 100 s.

2. Ignatov A.N., Krasikov Ju.A. Kurs rossijskogo ugolovnogo prava. T 1: Obshhaja chast'. M.: Norma: Infra-M, 2001. 639 s.

3. Kommentarij k Ugolovnomu kodeksu Rossijskoj Federacii: nauchno-prakticheskij (postatejnyj) I pod red. S.V. D'jakova, N.G. Kadnikova. 2-e izd. M.: Jurisprudencija, 2013. 912 s.

4. Kommentarij k Ugolovnomu kodeksu Rossijskoj Federacii (postatejnyj) I pod red. A.A.Chekalina, V.T Tomina, V.V. Sverchkova. 4-e izd. M.: Jurajt, 2007. 792 s.

5. N.M. Mehanizm ugolovno-pravovogo regulirovanija: avtoref. dis. ... d-ra jurid. nauk. SPb., 2000. 40 s.

6. Minkina N.A. Vospitanie otvetstvennost'ju. M.: Vyssh. shk., 1990. 216 s.

7. Osipov P.P. Teoreticheskie osnovy postroenija ugolovno-pravovyh sankcij. L.: Izd-vo LGU, 1976. 135 s.

8. Pimonov V.A. Problema sistematizacii mer prinuzhdenija v ugolovnom prave Rossii II Sistemnost' v ugolovnom prave: materialy II rossijskogo kongressa ugolovnogo prava. M.: Prospekt, 2007. S. 231—233.

9. Prohorov V.S. Prestuplenie i otvetstvennost'. L.: Izd-vo LGU, 1984. 136 s.

10. Prohorov V.S., Kropachev N.M., Tarbagaev A.N. Mehanizm ugolovno-pravovogo regulirovanija. Krasnojarsk: Izd-vo Krasnojar. un-ta, 1989. 205 s.

11. Sabanin S.N., Tupica AJa. Ponjatie i vidy osvobozhdenija ot ugolovnoj otvetstvennosti ili nakazanija. Sverdlovsk: SJuI, 1987. 55 s.

12. Ugolovnoe pravo. Obshhaja i Osobennaja chasti: uchebnik dlja vuzov I pod red. N.G. Kadnikova. M.: Gorodec, 2006. 912 s.

13. Ugolovnoe pravo Rossii. Obshhaja chast': uchebnik I pod red. V.N. Kudrjavceva, V.V. Luneeva, A.V. Naumova. M.: Jurist, 2003. 569 s.

14. Ugolovnoe pravo Rossii. Obshhaja chast': uchebnik I pod red. V.P. Revina. M.: Justicinform, 2009. 390 s.

15. Ugolovnoe pravo Rossijskoj Federacii: v 2 t. T. 1: Obshhaja chast': uchebnik I pod red. L.V. Inogamovoj-Hegaj. M.: Infra-M, 2002. 384 s.

16. Ugolovnoe pravo Rossijskoj Federacii. Obshhaja i Osobennaja chasti I pod red. A.I. Chuchaeva. M.: Kontrakt: Infra-M, 2013. 742 s.

17. Ugolovnoe pravo Rossijskoj Federacii. Obshhaja chast': uchebnik I pod red. O.N. Vedernikovoj, S.I. Nikulina. SPb.: Jurid. centr Press, 2005. 465 s.

18. Chistjakov A.A. Ugolovnaja otvetstvennost' i mehanizm formirovanija ee osnovanija. M.: Juniti-Dana, 2002. 275 s.

19. Shhedrin N.V., Kylina O.M. Rossijskoe ugolovnoe pravo v kontekste doktrinal'nyh modelej postroenija ugolovno-pra-vovyh sankcij II Kriminologicheskij zhurnal. 2008. № 3(5). S. 45—48.

Материал поступил в редакцию 2 июня 2014 г.

Criminal punishment, criminal responsibility, measures of criminal legal character

IVANOV, Aidar Lazarevich — PhD in Law, First Deputy-Prosecutor of the Republic of Sakha (Yakutia).

[aidar-ivanov@yandex.ru]

677891, Russia, Yakutsk, ul. Lenina, 48.

Review. The article is devoted to the issues of correlation between the definitions of punishment, responsibility and measures of criminal legal character, which are used by the legislator in the Criminal Code of the Russian Federation of 1996 in order to establish the legal consequences of a crime, as well as the measures applied when a crime is committed. The author offers to see the criminal responsibility as being key in this list of terms, since punishment is regarded is one of the types of implementation of criminal responsibility, and both of these terms all within the scope of criminal legal measures.

Key words: criminal law, crime, responsibility, punishment, criminal legal measures.