Модное импортозамещение. Русские дизайнеры

Модное импортозамещение. Русские дизайнеры

Ганеша Торпович

Дизайнер русской марки GIIN, участник проекта Русские сезоны - ярмарки русских дизайнеров выходного дня в павильонах торговых центров

Алина Копылова

Организатор шоу-рума российских дизайнеров Alova и дизайнер марки Практика Стиля

Анастасия Макаркина

- Добрый вечер! В эфире второй выпуск программы «Модная правда» - программа о моде, стиле, обо всём самом современном, что окружает нас вокруг. И я, её ведущая – Анастасия Макаркина. Готовясь к этому выпуску, я просмотрела множество сайтов, которые рассказывают об истории русского дизайна, русских дизайнерах и их обитании в России, и наткнулась вот на какую статистику: представьте себе, что согласно последним исследованиям, около 60% опрошенных россиян готовы покупать продукцию, сделанную в России. Интересно, вы входите в это число? Сегодня в рамках текущей ситуации в стране (кризиса, нестабильно растущего курса евро и активной пропаганды импортозамещения), я решила поговорить о русских дизайнерах, и это станет темой нашей сегодняшней программы: есть ли рынок русских брендов, сколько готов платить за это потребитель и как работает индустрия, вообще? Чтобы обсудить эту тему более предметно, я пригласила двух гостей. Первая – это моя старая студенческая подруга Ганеша Торопович - русский дизайнер, основатель марки одежды «GIIN», а также участник и организатор множественных маркетов по Москве для русских дизайнеров. Привет, Свет.

Ганеша Торопович

- Приветствую.

Анастасия Макаркина

- Света, вопрос сразу: почему Ганеша Торопович? Я помню Свету много лет назад, в студенчестве она была прекрасным художником, мы познакомились и сдружились на одной из её выставок картин. Скажи, пожалуйста, как ты из картин пришла в моду?

Ганеша Торопович

- Чудесный вопрос. Писала-писала картины… Ганеша Торопович – это мой творческий псевдоним, который со мной уже на протяжении многих лет. Как-то случилось само собой, что у меня появилось швейное производство. Конечно, звучит как-то странно, но…

Анастасия Макаркина

- Сколько лет ты занималась швейным производством?

Ганеша Торопович

- Порядка пятнадцати лет.

Анастасия Макаркина

- Это приносило деньги? В России это возможно?

Ганеша Торопович

- Дело в том, что мы работали под заказчика: к нам приходили какие-то заказы, например, промоформа, какая-то спецодежда, и вот порядка пятнадцати лет мы всё это производили. Сейчас я перешла на производство собственного бренда, собственной одежды, и каждый день я изучаю данный рынок, участвую в маркетах российских дизайнеров, смотрю современные тенденции, «как», «что», «куда» движется.

Анастасия Макаркина

- Отлично, и расскажешь скоро. У нас есть второй гость. Я представляю Алину Копылову - это основатель бренда «Практика стиля» и организатор шоу-рума русских дизайнеров «ALOVA». Привет, Алин.

Алина Копылова

- Привет.

- Расскажи, пожалуйста, как пришла тебе идея создать… понятно, что ты начала с дизайнерских вещей, но почему шоу-рум? И, собственно говоря, расскажи немножко об этом?

Алина Копылова

- Всё началось с создания марки «Практика стиля». Мы пришли к этому через ателье. Мы поняли, что есть такая потребность и нужда у женщин - одеваться, одеваться красиво, эксклюзивно, подбирать одежду по своим меркам. Действительно, все искали что-то особенное. На фоне этого мы долго искали, где выставляться, перепробовали много разных шоу-рум проектов и, в итоге, так сложились обстоятельства, что мы решили организовать шоу-рум, и привлекли для этого ещё порядка пятнадцати дизайнеров российских одежд и аксессуаров. Все изделия очень интересные. Со всем этим можно познакомиться в шоу-руме. В принципе, тенденция тоже - эксклюзивные вещи, практически…

Анастасия Макаркина

- Где находится?

Алина Копылова

- На Подсосенском переулке - это коротко, для тех, кто не в курсе.

Анастасия Макаркина

- Спасибо большое, Алин. Я бы хотела начать нашу программу с небольшого экскурса вообще в русскую моду и рассказать, например, что история российских дизайнеров началась, конечно же, с небезызвестного всем Вячеслава Зайцева и Валентина Юдашкина, пожалуй. Мы вряд ли можем назвать это искусством моды, как таковой, в том понимании, в котором мы привыкли это делать, но, тем не менее, например, Валентин Юдашкин, в 1991 году впервые представил свою коллекцию моды в Париже, поэтому об этом имеет смысл тоже упомянуть. А Вячеслав Зайцев, например, в своё время рассказал всему миру историю павлопосадского платка, и долгое время использовал его мотивы в своих коллекциях. И, собственно, я, как основатель бренда русской одежды и аксессуаров «Варвара», тоже начала свою деятельность с павлопосадского платка, который, как ни крути, является и неким постсоветским символом, и ассоциирует русский колорит, и всячески тиражируется русскими дизайнерами, такими как Слава Зайцев и, например, Симачёв, который использовал хохлому и также мотивы павлопосадских платков, и является некой визитной карточкой многих дизайнеров, которые на этом спекулируют. Потом на смену мэтрам пришли Чапурин, как мы знаем, также употребляемый мной коммерческий дизайнер Симачёв, культивирующий хохлому, который, кстати, насколько мне известно, перестал выпускать коллекции и сосредоточился на своём баре, небезызвестном баре «Simachev» в связи с тем, что это более выгодный бизнес (кстати, мы обсудим это), чем выпуск одежды. Далее – Чапурин, Ахмадулина, Терехов, Сергеенко, которая, кстати, тоже недавно выступила в Париже с показом своей одежды, и Парфёнова, которую я очень люблю. Есть, однако, и обратная история - проникновение русского колорита в коллекции иностранных брендов. Как мы знаем, «Chanel» очень часто использует мотивы русских дизайнеров, а на последних показах в Париже, например, «Louis Vuitton» представил коллекцию весна–лето, как мы знаем, с темой Георгиевской ленточки. И у нас был также немецкий дизайнер Talbot Runhof, который решил поспекулировать на образе российского Президента, и женские майки и кофточки с его изображением стали, пожалуй, большой неожиданностью показа. Что я предлагаю в этой связи обсудить? Да, есть у нас западные бренды и, конечно, есть русские, которые по своим оборотам и деньгам ни в коем случае не сравнятся с мировыми марками. Например, оборот «Prada» превышает три миллиарда евро. Собственно, какой-нибудь российский премиальный бренд в лучшем случае составит сто миллионов рублей. Как вы понимаете, это, конечно, топовые бренды. Если мы говорим о среднестатистическом дизайнере, который довольно успешен на российском рынке, то это 20 - 30 миллионов рублей, а большинство вообще не выходит за промежуток 10 - 15 миллионов в год - по меркам индустрии это не просто немного, а это какие-то крохи. В связи с этим, предлагаю поговорить, девушки, и обсудить два вопроса: что такое в вашем понимании русские дизайнеры, и чем они отличаются от западных? Влияют ли мировые тенденции на то, что отражается в их коллекциях? Свет, вот ты что думаешь?

Ганеша Торопович

- Для начала я хотела бы поправить, что не «русские», а «российские», так как в наших рядах есть люди с разными национальностями, это разношерстная публика - как выходцы из тематических институтов, так и самоучки, кто пришёл в дизайн одежды из других профессий. Я бы разделила российских дизайнеров на две категории: на дизайнеров-творцов и на дизайнеров-бизнесменов. Первые творят одежду ради того, чтобы творить, особо не задумываясь о целевой аудитории, о её потребностях, как настоящие художники. Вторые творят ради того, чтобы продать и получить от этого выгоду. Помимо удовлетворения своего собственно творца, они за счёт этого живут и развиваются.

Анастасия Макаркина

- Можно вообще жить за счёт… Ты, как основатель бренда, можно жить за счёт одежды своей?

Ганеша Торопович

- В целом, можно при одном условии – продукция должна быть в рыночных потребностях.

Анастасия Макаркина

- Про цены мы попозже…

Ганеша Торопович

- В рыночных потребностях - имеется в виду не только вопрос цены, но в первую очередь внешнего вида. Очень сложные изделия сейчас, на мой взгляд, наша аудитория не готова воспринимать. В основном это, как я называю «bubble style», который сейчас на пике уже второй или третий год.

Анастасия Макаркина

- Скажи, пожалуйста, а почему не готова воспринимать аудитория наша более сложные?

Ганеша Торопович

- Возможно, не готовы мы, то есть…

Анастасия Макаркина

- Ты имеешь в виду в массовом сегменте?

Ганеша Торопович

- В массовом сегменте именно, конечно.

Анастасия Макаркина

- «Bubble style» - это что? Расскажи для тех, кто…

Ганеша Торопович

- «Bubble style» - это чудесные, замечательные платья, приталенные и далее вниз с юбочками пышными. Данный стиль очень…

Анастасия Макаркина

- «Barbie doll».

Ганеша Торопович

- Да, «barbie doll» (я его называю «bubble style»), он пользуется успехом уже не первый год и, к счастью, он уже подходит к концу. Но не один дизайнер данной историей пользуется…

Анастасия Макаркина

- Алин, есть ли в шоу-руме «ALOVA» платья «bubble style» и как они продаются?

Алина Копылова

- Вы знаете, продаются они очень хорошо. Конечно же, они есть, они представлены в небольшом процентном соотношении, но они есть, продаются они неплохо. И, что самое интересное, реагируют на эти модели не только девочки, но и, в принципе, все возрастные категории, то есть от восемнадцати до пятидесяти.

Ганеша Торопович

- Сейчас, я даже видела недавно в метро рекламу «Барышня-крестьянка» - новый бренд, кто-то вкладывается в него, распространяет рекламу - одежда для православных девушек, скромная, в стиле «bubble style», минимум каких-то украшений.

Анастасия Макаркина

- Но симпатично выглядит, Свет? То есть это какой-то «перевариваемый» продукт?

Ганеша Торопович

- С точки зрения скромности православной девушки, наверно, это безупречно. С точки зрения девушки, которая хочет подчеркнуть свою индивидуальность – это, наверное, выглядит убого. Сожалею за термин, но так оно и есть.

Анастасия Макаркина

- Так, рассказывай дальше. Какие ещё есть отличия? Чем отличается русский дизайнер от западных?

Ганеша Торопович

- От западных… Скажем, российский дизайнер – это такой же дизайнер, как и все остальные в мире за исключением того, что у нас чаще ограничены возможности, как с точки зрения обучения, так и по реализации.

Анастасия Макаркина

- Алин, скажи, пожалуйста, ты, формируя свои коллекции, как-то ориентируешься на мировые тренды? И, вообще, что из себя представляет, на твой взгляд, коллекция или набор вещей русского дизайнера?

Алина Копылова

- Мировые тренды меняются, в принципе. Мы ориентируемся в чём-то, конечно же, на классику, но стараемся придумать что-то интересное. Конечно, от классики, мне кажется, мало, кто уходит вправо или влево (мы не говорим же о высокой моде, мы говорим о носибельных вещах), и силуэты уже все очень многие созданы. Как сказала Елена, люди плохо реагируют на какие-то интересные новые модели, это действительно так. Но, слава Богу, в последнее время тенденция улучшается, то есть люди стали искать что-то креативное и интересное. Мы, конечно, да, ориентируемся.

Анастасия Макаркина

- А скажи, пожалуйста, в шоу-руме представлены коллекции дизайнеров, которые вы продаете, они так же ориентированы на мировые бренды или они больше в «bubble style» или каком-то…

Алина Копылова

- Нет, вы знаете, на самом деле стилистика у всех дизайнеров разная, мы стараемся искать что-то интересное. Это могут быть, действительно, какие-то классические силуэты, но интересное их исполнение, ткани, обработка и так далее. Также в нашем шоу-руме представлен ваш замечательный бренд «Varvara», который замечательно продаётся, кстати.

Анастасия Макаркина

- Спасибо. Спасибо шоу-руму за продажи. Я, со своей точки зрения, хочу сказать, что у нас, опять же, бренд довольно специфический - мы не разрабатываем коллекции в силу ограниченных инвестиций, потому что я считаю, что разработать коллекцию может позволить себе не самый бедный дизайнер. То есть это, как минимум, большие инвестиции на то, чтобы разработать несколько вещей. Более того, когда ты ограничен в деньгах и не знаешь, продастся ли твоя вещь и, наверняка, не понимаешь, каков будет на неё спрос, то есть у тебя есть приблизительно сформированная целевая аудитория, но если ты делал коллекцию на зиму и ещё не делал коллекцию на лето, у тебя нет понимания, что потребляет человек, на которого ты ориентировался прошлый сезон, то конечно, в этом смысле очень сложно следовать мировым тенденциям, особенно, если это весьма специфические силуэты или какие-то формы. Более того, из-за того, что мы продаемся по большей части в шоу-руме и в интернете (об этом поговорим в следующем блоке), мы ориентируем свои коллекции на универсальные вещи, которые минимально можно мерить, потому что, естественно, специфика заказа в интернете (об этом тоже поговорим), также, как и на ярмарке, ограничивает человека в принятии решения в связи с особенностями фигуры. Я предлагаю прерваться на небольшую паузу. Я ввожу, начиная с этой передачи, небольшую рубрику. Мы будем ставить мелодии с различных показов и коллекций, и первая мелодия, которую я бы хотела поставить – это саундтрек Nicolas Jaar «With just one glance you» с показа BCBG MAXAZRIA.

(Музыкальная пауза)

Анастасия Макаркина

- Для тех, кто только что подключился, добрый вечер. В эфире программа «Модная правда». Я, её ведущая, Анастасия Макаркина. Сегодня мы обсуждаем тему российских дизайнеров. И у меня в гостях два очаровательных дизайнера: Ганеша Торопович - организатор русского бренда «GIIN», а также участник многих маркетов русских… российских дизайнеров. Света, ты будешь меня всё время поправлять, но я, кстати, произнося слова «русские», в смысле «российские» подразумеваю. Ещё я очень люблю грузинских дизайнеров, я тут недавно узнала прекрасных латышей, которые также очень активно продаются в Москве, поэтому я ни в коем случае не ущемляю достоинства. И Алина Копылова - организатор и основатель бренда «Практика стиля» и шоу-рума российских дизайнеров «ALOVA». Мы тут за эфиром с девочками заспорили по поводу того, может ли себе позволить русский дизайнер без особых инвестиций создание коллекции. Мы с Алиной выступили единым фронтом против Светы, которая нам сказала, что это возможно. Свет, поделись секретом, потому что, конечно, все мы мечтаем, как воплотить такую мечту в реальность. Мы считаем, что это невозможно. Ты лукавишь.

Ганеша Торопович

- Вообще-то, возможно. Дело в том, что я знаю не одного российского дизайнера, который без особых инвестиций занимается своим брендом по ночам.

Алина Копылова

- Сам?

Ганеша Торопович

- Сам моделирует, конструирует, шьёт.

Анастасия Макаркина

- И ткань тоже производит?

Ганеша Торопович

- Нет, ткань не производит, но сам продаёт на ярмарках российских дизайнеров. И делает он всё это сам, опять же, не вливая не миллионов, потихонечку, шаг за шагом. Возьмём, к примеру, меня. У меня есть небольшая сейчас мастерская, ателье, я шью на заказ, за счёт чего существую. Тоже принимаю какие-то корпоративные заказы и в свободное время я разрабатываю модельки, внедряю их на ярмарках, смотрю, как идёт. Если идёт хорошо, то я продолжаю производить…

Анастасия Макаркина

- Свет, я с тобой поспорю. Вернее, я, конечно, не поспорю, но я, как человек, параллельно работающий в корпорации, понимаю сейчас, что есть люди, которые творчески креативят, а есть люди, которые занимаются бизнесом. И вот, когда ты сам всё создаешь, то, собственно, времени на то, чтобы ночью что-то разрабатывать, времени на то, чтобы ещё это пиарить или где-то продавать, искать какие-то каналы сбыта, его просто не остаётся. Это раз. А во-вторых, если ты говоришь о ярмарках, что я тоже предлагаю обсудить, я, как хозяин бренда русской одежды и аксессуаров, понимаю, что ярмарка ограничивает меня в продаже одежды или аксессуаров в определённой стоимости. Приведу пример: я прошлой зимой участвовала в ярмарке в Эрмитаже, которая шла сразу же за «Seasons, и параллельно там были ребята, которые участвовали в этой ярмарке и в ярмарке Seasons. Продажи были ужасные, вернее, скажу больше: я стороннему человеку при стоимости моей вещи в розницу от 4 000 рублей до 10 000, не продала ни одной. Благодаря моим друзьям прекрасным, которые пришли меня поддержать и раскупили весь мой лоток, я более-менее окупила аренду палатки, в которой мы расположились. И, возвращаясь к ярмаркам и к маркетам, здесь есть ограничения по стоимости. Я могу тебе сказать, что я не хожу и принципиально не участвую в маркетах по причине того, что я понимаю, что там нет моего потребителя.

Алина Копылова

- Мы тоже уже где-то больше года не участвуем в ярмарках именно в силу того, что у нас ценовая выше чем то, что там продаётся. Может быть, конечно, мы участвовали не в тех ярмарках, но…

Ганеша Торопович

- Во-первых, ярмарка, маркет – они бывают разные. Бывают разные места, разные организаторы: бывают организаторы, которые вкладывают в рекламу, тем самым привлекая посетителей, бывают те, которые не вкладывают. Например, я знаю такой бренд «Dashina», у нее чудесные вязаные платья, которые она продает от 20 до 30 тысяч рублей, и продает не одно платье на ярмарках, где у многих продажи нулевые. Это не только зависит от…

Анастасия Макаркина

- Она вкладывается в рекламу? У неё есть инвестиции?

Алина Копылова

- Она очень сильно вкладывается в рекламу, у неё достаточно серьёзные инвестиции. Более того, конечно же, она не вяжет сама, у неё прекрасные ручницы. Изделия, действительно, очень хорошего качества, но она серьёзно вкладывается в свой пиар и за счёт чего, я думаю, она привлекает именно своих клиентов на эту ярмарку, которые придут и купят эту вещь немного дешевле.

Ганеша Торопович

- Не могу сказать. Раз на раз, я думаю, не приходится, но то, что на той площадке, где мы с ней вместе работали, у неё были неплохие продажи – это факт. Бывает много дизайнеров, которые делают одинаковые вещи и начинают…

Анастасия Макаркина

- Одинаковые вещи - что ты имеешь в виду?

Ганеша Торопович

- Но тот же самый, мной любимый «bubble style» в кавычках. Просто у меня был инцидент, на одной из моих площадок, где один дизайнер попросил убрать второго дизайнера с похожими платьями, причём на соседнем рейле присутствовали платья практически из такой же ткани.

Анастасия Макаркина

- Мы понимаем просто, что такое засилье дизайнеров, и у нас есть потребитель, который любит такие платья. Я тоже знаю такого дизайнера - Настя Чанос (есть прекрасная знакомая), которая продает прекрасно свои платья, они роскошно, хорошо садятся на женщинах, женщины их любят. И, я могу сказать, что благодаря ей, большое ей спасибо, она нас привела в «Lotte», где есть на третьем этаже магазин русских дизайнеров «Pure Аrt» - она продаётся там лучше всех со своими прекрасными, тематическими, типологическими платьями. Причём, мы все понимаем, из чего эти платья сделаны, какова их себестоимость. Зато, с другой стороны, мы возвращаемся к тому, что всё-таки все наши прекрасные красоты, связанные с коллекциями и показами, они ничего и не имеют. Имеют, конечно, общее в перспективе, то есть они влияют концептуально на развитие, освещение в масс-медиа, развитие рынка русских дизайнеров, но как такового к реальным продажам дизайнеров, которые трудятся в сегменте, скажем так, среднего, чуть, может быть, выше среднего уровня потребителя, не имеет ничего общего.

Ганеша Торопович

- Кстати, хотелось бы остановиться немножечко на замечательном магазине российских дизайнеров «Pure Аrt». Я прекрасно знакома со всеми дизайнерами, которые там представлены, в том числе с хозяйкой, замечательной Ириной, у которой бренд «Kosa». На мой взгляд, её коллекция чудесным образом всегда соответствует потребностям российского рынка, российского потребителя.

Анастасия Макаркина

- Это какие? Расскажи, Свет.

Ганеша Торопович

- Бренд «Kosa».

Анастасия Макаркина

- Что представлено в её коллекциях? Это что?

Ганеша Торопович

- Платья, пальто для женщин разных фигур. Ей удалось найти ту самую линейку одежды, которая подходит практически всем.

Анастасия Макаркина

- Я тебе скажу, что при особенности моего бренда «Varvara», мы используем принты, художник нам разрабатывает, мы рисуем, делаем коллекции прекрасные. И Алина не даст соврать, как шоу-рум, который продает мои платья… у нас есть роскошнейшее платье.

Алина Копылова

- Роскошное платье.

Анастасия Макаркина

- Нам казалось, это будет хит, хит продаж стопроцентный, но, тем не менее, реакция на него практически нулевая.

Ганеша Торопович

- Могу объяснить. На мой взгляд, российский потребитель несколько стесняется ярких принтов, сильно прямо крупные цветы...

Анастасия Макаркина

- Я бы не сказала. Потому что у девочек есть альтернатива этому, на мой взгляд, шикарному сарафану, там совершенно не менее скромные принты, но люди, скажем так, их раскупили, а вот это платье, на наш взгляд, которое должно было прямо пойти, оно, действительно, более универсальное, оно с надстройкой, комбинируемое…

Ганеша Торопович

- Насть, я тебе обещаю, я выйду с эфира, я посмотрю, что это за платье, я найду в нём ошибку точно. Но сегодняшнее лето, которое закончилось, - в тренде был горох, однотон и мелкие цветочки.

Анастасия Макаркина

- Кстати, горох, не купили у нас ни одного платья, ни одного. Все говорили: «Этот горох уже вот тут, сколько можно пускать его в тренд?»

Ганеша Торопович

- И полоска. Полоска вообще безупречно этим летом на моих глазах расходилась, как пирожки.

Анастасия Макаркина

- Свет, а я тоже с тобой поспорю по поводу того, что российский человек не очень любит принты. У нас прекрасные…

Ганеша Торопович

- Крупные.

Анастасия Макаркина

- Крупные. У нас есть прекрасный пример павлопосадских платков, которые мы опять же, не будь дураками, коммерчески тиражируем и пользуемся для того, чтобы всё-таки зарабатывать, а не только творить красиво. У нас есть роскошные свитшоты (толстовки, будем так называть их русским языком) из павлопосадского платка.

Ганеша Торопович

- Толстовки – это другое. Толстовки будут идти.

Анастасия Макаркина

- Почему?

Ганеша Торопович

- Потому что это несколько другая аудитория. Толстовку не одевают женщины 45-50 лет.

Алина Копылова

- Одевают.

Ганеша Торопович

- Единицы.

Алина Копылова

- Одевают. Когда девочки только пришли к нам в шоу-рум, я тоже думала, что у нас всё-таки целевая аудитория чуть-чуть постарше. Но у нас первые продажи и все последующие, не совершила ни одна женщина младше 35 лет.

Анастасия Макаркина

- А я скажу тебе, что аудитория моего бренда – 30+. И, более того, девушки, женщины (все мы девушки) заказывают к ним ещё, говорят: «А можно мне сшить к ним ещё и штанишки?»

Ганеша Торопович

- Такие же в цветах?

Анастасия Макаркина

- Такие же цветные или давай там с лампасами в цвет какого-нибудь цветочка.

Ганеша Торопович

- Ты в следующий раз предложи, мы можем из павлопосадского платка сшить ещё и жилеточку, толстовочку. Обращайтесь, я оставлю свои контакты.

Анастасия Макаркина

- А давайте остановимся на одном моменте. Мы его, мне кажется, всё-таки не проговорили. Вдруг нас слушают дизайнеры одежды, которые только начинают, выходят. Так всё-таки, коллекция при самых минимальных затратах, хотя единицы дизайнеров, кто вообще умеют шить сами - это действительно редкость?

Анастасия Макаркина

- Алина, расскажи, почему ты считаешь, что невозможно отшить коллекцию?

Алина Копылова

- Я считаю, что невозможно отшить коллекцию дёшево, с минимальными вложениями, потому что у нас текстильная промышленность практически не развита. Мы выбираем итальянские ткани, мы же хотим сделать хорошее качество, работа тоже в России оплачивается соответствующе. Действительно, рабочая сила стоит недёшево. Более того, ткани дорогие. Конечно, были бы мы в Италии, покупали бы метр за восемь евро, что сейчас уже тоже не копейки, но тем не менее.

Ганеша Торопович

- Я дам тебе контакт, где можно в Москве купить итальянские ткани за восемь евро, за десять, за пятнадцать. Просто не нужно покупать в центральных магазинах.

Анастасия Макаркина

- А в декабре курс евро будет 150 рублей.

Ганеша Торопович

- Это ужасно. Я не знаю, что будет с рынком российских дизайнеров. То есть, нет, я догадываюсь, конечно - мы перейдем все на китайско-корейско-индускую историю.

Алина Копылова

- Но тоже не все знают, как на неё выйти, понимаете?

Анастасия Макаркина

- Расскажите, кто знает? Я не знаю.

Ганеша Торопович

- У меня есть база поставщиков по Москве. Обращайтесь.

Анастасия Макаркина

- Свет, мы сейчас не о базе подрядчиков. Может быть, ты тогда остановишься поподробнее, как удешевить себестоимость производства, если мы не берём итальянские ткани?

Алина Копылова

- И работа, качество. Мы же не пускаем под оверлок, мы там окантовку и так далее. Это же тоже стоит определённых денег и это недёшево. То есть когда клиент к нам приходит, в принципе, наш клиент не удивляется цене.

Ганеша Торопович

- А какой у вас чек средний?

Алина Копылова

- Очень по-разному.

Ганеша Торопович

- Средний?

Алина Копылова

- Если брать по шоу-руму, то примерно платье минимум от 8 000, это минимум.

Ганеша Торопович

- Это дорого. Вот смотри…

Анастасия Макаркина

- Прости, пожалуйста, Свет, у меня себестоимость платья, на секундочку, 7 500 рублей.

Алина Копылова

- 500 рублей на платье заработаете и достаточно.

Ганеша Торопович

- Давайте я буду отвечать за то, что я знаю. Я смотрю, что происходит на рынке не то что прямо всех российских дизайнеров, а именно того сегмента, с которым я знакома, а именно, участников маркетов российских дизайнеров.

Анастасия Макаркина

- Они используют дешёвые ткани?

Ганеша Торопович

- Чаще – да.

Анастасия Макаркина

- И обработка тоже оверлок?

Ганеша Торопович

- И обработка.

Анастасия Макаркина

- Ужасная обработка. Выворачиваешь – хочется плакать.

Ганеша Торопович

- К сожалению, да. Плюс, многие из девчонок, к сожалению, не обладают никакими конструкторскими способностями, знаниями. Есть огромное желание производить, двигаться дальше. Большинство, например, работать начинает с той же самой «Burda», непосредственно.

Анастасия Макаркина

- Неужели?

Ганеша Торопович

- Да.

Анастасия Макаркина

- А ты что меня оглядываешь? Я пришла сегодня в жёлтом пальтишке, надо просто сказать…

Ганеша Торопович

- Чудесное пальто, прекрасно сидит, безупречное качество, браво.

Анастасия Макаркина

- Думаю, в следующий раз на одном из маркетов Светы…

Ганеша Торопович

- Вообще абсолютно не составляет никакой сложности скопировать, у меня фотографическая память модели.

Анастасия Макаркина

- Прости, я тебя перебила, продолжай.

Ганеша Торопович

- Действительно, на нашем рынке много некачественных изделий и, к сожалению, наш российский потребитель это берёт - никто не смотрит, не заглядывает вовнутрь.

Анастасия Макаркина

- Это не правда.

Алина Копылова

- Я тоже могу поспорить. Наш клиент, я не могу говорить о всех конкретно, я считаю, что, действительно…

Ганеша Торопович

- Действительно, сегмент сегменту рознь. Целевая аудитория бывает разная. Например, рассказываю: этим летом на моих глазах происходила замечательная, чудесная ярмарка «Fashion Bazaar» на Цветном бульваре, нет, не на Цветном, - Кузнецкий мост, на улице шатры. Мне было страшно там стоять со своими платьями, у которых себестоимость 5 000 рублей с безупречным качеством, смотреть на тот ужас, который происходил. Там хватали вещи по 2-3 тысячи, в которые заглядываешь вовнутрь, а там не то, чтобы обтачки нет, вот нет обтачки. Понимаете, пройма обрабатывается обтачкой. Я, например, использую не то, чтобы обтачку, я делаю косую такую обтачку.

Анастасия Макаркина

- Света, расскажи, пожалуйста, для людей, которые не понимают.

Ганеша Торопович

- Например, у платья есть открытая пройма. Для того чтобы её красиво заработать придумали…

Анастасия Макаркина

- Открытая пройма – мы имеем в виду отсутствие рукава.

Ганеша Торопович

- Отсутствие рукава, да, спасибо большое. Я – швейник, общаюсь только швейным языком. Обтачка – это некая деталь, которой можно обработать изнутри красиво вот эту пройму.

Анастасия Макаркина

- Чтобы не было видно швов.

Ганеша Торопович

- Чтобы не было видно швов, чтобы было эстетично, аккуратненько. У многих я этой штуки не заметила. Там был просто оверлок, подгибка и всё это было…

Алина Копылова

- То есть, опять же, если ты хочешь хорошо и качественно, то в любом случае это будет недёшево.

Анастасия Макаркина

- Либо ты должен быть изначально конструктором или обладать образованием.

Алина Копылова

- И сам шить.

Ганеша Торопович

- Как минимум, нужно обладать хоть какими-то знаниями в области швейного производства, технологией (как, что делается) и, конечно же, иметь совесть. Например, стоит один, стоит второй, примерно одинаковые платья. Один вылизывает, даёт платью отвисеться, например. Перед тем, как пустить платье в продажу, платью дают отвисеться, если юбка длинная.

Алина Копылова

- Или отпарить.

Ганеша Торопович

- Когда юбка длинная, бывают волокна - долевая, поперечная - это очень сложно, они вытягиваются и перед тем, как его сделать уже готовым, ему дают отвисеться какое-то количество, день, и потом уже осноравливают низ, чтобы низ был ровным.

Алина Копылова

- Но не все об этом знают, вот в чём дело.

Ганеша Торопович

- Не все об этом знают. И заходишь на нашу замечательную ярмарку, а там висит платье, у которого правый бок короче левого.

Алина Копылова

- Вот мы об этом и говорим.

Анастасия Макаркина

- Света, ты просто судишь, как профессионал, который это делает. А человек, который является потребителем, он приходит и просто его покупает.

Ганеша Торопович

- В том то и дело. Любой потребитель, зашедший в магазин, он приходит на праздник - порадовать себя, порадовать свою душеньку, потешить новым платьишком. Конечно, он не будет залезать вовнутрь.

Алина Копылова

- Конечно, будет!

Анастасия Макаркина

- Конечно, будет!

Ганеша Торопович

- Вовнутрь залезет только швейник. Вовнутрь залезут только такие, как я.

Алина Копылова

- Я могу поспорить. Все клиенты, которые приходят к нам, они все…

Ганеша Торопович

- У вас другой сегмент.

Алина Копылова

- Дело в том, что их становится все больше и больше. Тенденция, всё-таки на качество, она идёт.

Анастасия Макаркина

- И ничего не продаётся!

Ганеша Торопови

- Я, как организатор, гарантирую…

Анастасия Макаркина

- Продажи.

Ганеша Торопович

- Не то, чтобы продажи, а поток посетителей. А уже работа с посетителями - на вас.

Анастасия Макаркина

- Я предлагаю прерваться на этой прекрасной ноте и послушать следующую тему с показа Thom Browne. Наша прекрасная Bjork исполнила песню «It's oh so quiet».

Ганеша Торопович

- Спасибо, Настя.

(Музыкальная пауза)

Анастасия Макаркина

- Дискуссия, пока вы слушали музыку, не умолкала в нашей студии ни на секунду. Напомню для тех, кто подключился и, к сожалению, прослушал всю нашу прекрасную полемику, в эфире программа «Модная правда». Я, её ведущая, Анастасия Макаркина. У меня в гостях сегодня два прекрасных русских дизайнера: Ганеша Торопович (хотела назвать её Светочка), участник-организатор маркетов, и Алина Копылова – организатор и основатель марки «Практика стиля» и, собственно говоря, шоу-рума «ALOVA». Мы долго обсуждали, о чём же всё-таки поговорить в завершающей стадии нашей программы - обсудить сложности, трудности русских дизайнеров и что необходимо; дизайнеры мне хотели дать практические советы и поговорить про мужчин, которых мы совсем не обсудили. Решили начать с советов и с трудностей, с чем сталкиваются, столкнутся русские дизайнеры и что нас ждёт в текущей ситуации. О мужчинах наших мы сделаем отдельную программу и снова соберёмся и поговорим. Света, расскажи, пожалуйста, есть ли какие-то трудности? Что делать начинающему дизайнеру или девушке прекрасной, которая открыла для себя удивительный мир fashion и вдруг сказала: «Я буду дизайнером, я хочу очень делать прекрасные…»

Ганеша Торопович

- Во-первых, нашему современному дизайнеру нужно понимать главное: помимо дизайнера ему ещё надо стать бизнесменом. Соответственно, перед тем, как выпускаться на наш современный рынок, нужно ещё получить дополнительное образование в этой отрасли. Потому что просто быть дизайнером - это как дома сидеть и вышивать крестиком. И, конечно же, по возможности искать дополнительное финансирование.

Анастасия Макаркина

- Контакты знать, да?

Ганеша Торопович

- Контакты знать либо, как в моём случае, обладать каким-то дополнительным бизнесом, который содержал бы ту же самую мастерскую, мог позволить тебе содержать чудесного мастера, который мог бы работать и с лекалами, и с образцами, плюс ещё швея.

Анастасия Макаркина

- Алин, скажи, что тебе помогает - шоу-рум помогает бренду, или бренд помогает шоу-руму? Какие трудности?

Алина Копылова

- На данном этапе?

Анастасия Макаркина

- Да. И какие трудности? Что покрывает и как вообще? Финансовая модель, могу ли я спрашивать такой вопрос?

Алина Копылова

- В общем и целом, скорее всего, на данном этапе бренд помогает шоу-руму.

Ганеша Торопович

- Чудесно.

Алина Копылова

- Но при этом, могу сказать, что примерно за июль (а шоу-рум у нас работает с мая), то есть за три месяца уже наравне. И, я думаю, что к концу сентября уже непонятно, как будет. Я прямо делаю ставку больше на шоу-рум.

Анастасия Макаркина

- Какие трудности испытывают дизайнеры, которых ты видишь, они приходят к тебе в шоу-рум?

Алина Копылова

- Трудности? Во-первых, дизайнеру сложно определиться с ценовой категорией. В принципе, я присоединяюсь ко всему, что сказала Светлана, всё действительно так и есть, всё актуально. Но нашему дизайнеру очень сложно понять, сколько стоит его вещь, потому что есть себестоимость, есть ещё какие-то факторы и плюс человек, пришедший только на рынок, адекватно не может оценить, сколько он на этом рынке стоит, и есть, действительно, проблемы.

Анастасия Макаркина

- А я тебе отвечу. Мы, когда тоже занимались ценообразованием, особенно когда ты создал какие-то вещи, и ты понимаешь, что тебе их нужно продавать, всегда стоит вопрос: куда ты пойдешь? Мы тоже до эфира с подружками обсуждали попытки продажи в известных торговых центрах - «ЦУМ» или «Цветной», которые хотят, чтобы твои вещи стоили столько же в «ЦУМе», как и на сайте, например, на котором ты продаешь их с минимальной маржой для потребителя и с выгодной ценой. В случае, если ты приходишь куда-то в магазин и какой-либо другой шоу-рум, который работает, например, на не очень приятных условиях, где маржа составляет от 10 до 30%, и это должно, опять же, быть такой же стоимостью, как и у тебя на сайте, то по факту ты либо вообще ничего не зарабатываешь, либо идёшь в минус. Ты понимаешь, что это большой магазин, и это сейчас влияет на имидж, узнаваемость, марке, и ты готов на эти жертвы, пока тиражи не превратятся в миллионные, и ты будешь снижать себестоимость продукта, либо ты просто туда не идёшь.

Алина Копылова

- С другой стороны, в принципе, я бы не стала на месте российских дизайнеров бояться ставить адекватную нормальную цену, потому что все мы ищем своих клиентов, у всех клиенты разные. Надо просто чётко понимать в какую целевую аудиторию ты метишь и если это сделать на начальном этапе, то, в принципе, тут можно перебороть себя с ценой. Потому что по тенденции дизайнеры склонны скорее занижать стоимость своих изделий, при этом я не могу сказать, что это сказывается хоть как-то на продажах. Это не отражается на продажах практически никак.

Анастасия Макаркина

- То есть ты хочешь сказать, если я своё платье выставлю за 20 000 рублей, его непременно купят?

Алина Копылова

- Теоретически, я хочу сказать, что разница между 15 000 и 20 000 рублей – она не такая большая. И если человек готов купить платье за 15 000, то, скорее всего, это его не последние деньги и если ему понравилась вещь, она действительно в хорошем качестве, выполнена из хороших тканей, плюс оригинальный принт и так далее, он заплатит за неё и 20 000. Тут вопрос себестоимости и вопрос только личной вашей ценовой политики.

Ганеша Торопович

- Хотелось бы к этому разговору вернуться где-нибудь в районе Нового года, особенно, в условиях нашего чудесного кризиса и услышать твоё мнение.

Анастасия Макаркина

- Она что-то знает. А что будет под Новый год?

Ганеша Торопович

- Рост курса рубля. Что у нас? Сложная экономическая ситуация.

Анастасия Макаркина

- Но это ты, опять же, про итальянские ткани? Я правильно понимаю?

Ганеша Торопович

- Я обо всём: об уровне жизни, о том, что грядёт немножечко сложное время, даже уже сейчас. Уровень жизни у нас будет по цене повышаться.

Анастасия Макаркина

- Поэтому нужно ориентироваться, желательно сейчас начать всё-таки…

Ганеша Торопович

- Сейчас начинать поздно, извините.

Алина Копылова

- Если кто-то выстреливает прямо сегодня.

Ганеша Торопович

- Сейчас нужно хвататься за поручни.

Алина Копылова

- Но импортозамещение же работает?

Ганеша Торопович

- Импортозамещение? Не уверенна.

Алина Копылова

- Но если ты привыкла выглядеть хорошо, дорого, в хорошем качестве, хорошая обработка изделий, ты привыкла к определённому уровню одежды, то вряд ли, как любая женщина, ты захочешь одеваться хуже. Всё равно захочется выглядеть хорошо, но бренды будут стоить, скорее всего, сейчас неподъёмных денег, а российские дизайнеры, в принципе, будут ещё держаться на плаву.

Анастасия Макаркина

- Российские или те же грузинские.

Алина Копылова

- Или грузинские. Не важно. Что-то то, что рядом.

Ганеша Торопович

- Я могу сказать только одно, что нужно готовиться к тому, что, возможно, в скором времени у нас станет очень мало ткани на рынке как раз достойного качества, из разряда…

Анастасия Макаркина

- Ты имеешь в виду санкции на ввоз тканей?

Ганеша Торопович

- Я очень надеюсь, что наше замечательное Правительство не сделает подобного шага, потому что это будет…

Анастасия Макаркина

- Иначе мы все умрём.

Ганеша Торопович

- Нет, мы не умрём, отнюдь. Есть китайские ткани.

Алина Копылова

- Корея.

Ганеша Торопович

- Корея. Есть, конечно, определённые минусы в этих тканях. Есть турецкие ткани с нарушением нити основы, но в целом качество изделий будет от этого, конечно же, страдать.

Анастасия Макаркина

- Сильно падать. С другой стороны, конкуренции станет меньше?

Ганеша Торопович

- Конкуренции? Что ты имеешь в виду?

Анастасия Макаркина

- Я имею в виду, западные бренды какие-то уйдут, не смогут выдержать, им всё равно придётся…

Ганеша Торопович

- Однозначно, они уйдут, но мы же рассматриваем сейчас…

Алина Копылова

- Но всегда проще выживать крупным компаниям.

Ганеша Торопович

- У нас же сейчас разговор касается непосредственно маленьких российских дизайнеров, как мы будем жить в это время. Нам будет сложно без итальянских тканей, потому что у итальянской ткани (не только итальянской, у французской) необыкновенно чудесное качество, износостойкость, разнообразие. Всё-таки все остальные страны больше… они завозят огромными сюда партиями.

Анастасия Макаркина

- Света, а ты пробовала какие-то российские ткани? Они существуют, вообще, в понимании таком?

Ганеша Торопович

- Да, российские ткани существуют. Есть замечательная компания, называется «Чайковский текстиль». Они производят, правда, ткань для технических потребностей, для спецодежды, со всякими разными пропитками.

Анастасия Макаркина

- Я могу сказать, что мы задумали в новой зимней коллекции сделать гобеленовые юбки, и мы приехали на гобеленовый завод, который существует в Москве. Честно говоря, там весьма специфические узоры, как ты понимаешь. Как ты правильно сказала, российский потребитель не очень любит яркие, интересные, красивые принты.

Ганеша Торопович

- Здесь, скорее всего, фантазия непосредственно хозяина данной фабрики, что не дал тебе достойного выбора.

Анастасия Макаркина

- Но мы, видимо, скованны в таких решениях. Девушки, к сожалению, мы должны подвести итог нашей программе и, чтобы расставание не было таким грустным, я предлагаю окунуться в атмосферу коллекции маэстро Oscar de la Renta и послушать саундтрек с его показа «The Beatles» - «Here Comes the Sun».