Проблемы расширения зоны евро на Восток (на примере Польши)

ФИНАНСОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ

Д. И. Кондратов

ПРОБЛЕМЫ РАСШИРЕНИЯ ЗОНЫ ЕВРО НА ВОСТОК

В статье рассматривается реальная и номинальная конвергенция, определяющая условия расширения европейского Экономического и валютного союза; исходя из анализа финансовоэкономических проблем Польши оцениваются перспективы ее присоединения к зоне евро.

Состоявшееся в 2004 и 2007 гг. расширение Европейского союза преимущественно за счет стран Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ/ актуализировало проблемы устойчивого функционирования европейского Экономического и валютного союза (ЭВС). С точки зрения перспектив ЭВС руководство Евросоюза по-разному строит политику в отношении двух групп стран, являющихся его членами, но не входящих в зону евро, а именно новых государств-членов, представляющих категорию стран с развивающимися рынками, с одной стороны, и высокоразвитых - Великобритании, Дании и Швеции с другой.

В отношении стран ЦВЕ главное опасение руководства Евросоюза связано с тем, что сохраняющиеся структурно-экономические диспропорции в этой далеко не однородной группе стран способны усилить риск нарушения макроэкономического равновесия в самом ЕС. Предоставление в этих условиях, считают в Евросоюзе, странам ЦВЕ полной свободы в проведении денежно-кредитной и валютной политики, в том числе для сглаживания шоковых воздействий на национальную экономику, могло бы дестабилизировать ситуацию в европейском ЭВС в целом. Поэтому в отношении этой группы государств изначально был выработан курс на их обязательное постепенное инкорпорирование в зону евро.

Предпосылкой вхождения государств ЦВЕ в Евросоюз является соответствие критериям, установленным для стран-кандидатов Европейским советом в Копенгагене в 1993 г.2 Согласно требованиям Копенгагенских критериев, вновь вступившие в ЕС государства принимают на себя обязательство членства в ЭВС. Формально это означает, что, например, Польша, вступив в Евросоюз, автоматически присоединяется к ЭВС и к Европейской системе центральных банков (ЕСЦБ). Однако принятие такого обязательства не означает ее реального членства в зоне евро, поскольку для этого страна должна, по меньшей мере, в течение двух лет продемонстрировать соответствие критериям принятого в феврале 1992 г. Маастрихтского договора, а также выполнить некоторые другие требования, подтвердив тем самым устойчивость своего развития. По истечении двух-трех лет после вступления стран ЦВЕ в Евросоюз центральные банки этих государств смогут стать участниками Евросистемы.

1 Венгрия, Латвия, Литва, Польша, Словакия, Словения, Чехия, Эстония, Мальта и Кипр.

2 «Копенгагенские критерии» включают политическую, экономическую, а также юридическую составляющие. В политическом плане предусматривается соответствие требованию институциональной стабильности в качестве гарантии демократического и правового государственного устройства, соблюдения прав человека и отдельных меньшинств. В экономическом отношении необходима эффективная рыночная экономика, а также ее способность выдерживать конкуренцию на рынках Евросоюза. В правовом аспекте предполагается, что вновь принимаемые в Евросоюз государства будут в состоянии взять на себя обязательства, вытекающие из членства в группировке, а также окажутся способными следовать политическим целям Евросоюза и задачам, стоящим перед ЭВС.

Для Польши, чья денежная единица десятилетиями не была конвертируемой, а потом пережила периоды сильнейшей инфляции, переход на евро позволил бы иметь устойчивую, надежную и признанную в мире национальную валюту, что облегчило бы доступ к инвестиционным ресурсам, повысило ликвидность финансовых рынков, улучшило общий инвестиционный климат. Эксперты ожидают, что введение евро понизит ставки процента по внешним заимствованиям (так как иностранные кредиторы не будут требовать компенсации за курсовой риск) и ускорит процесс интеграции финансовых рынков стран ЦВЕ в международные. В дальнейшем номинированные в евро государственные и корпоративные ценные бумаги Польши смогут регулярно продаваться на ведущих фондовых биржах мира.

Условия вступления в зону евро. Согласно решению сессии Европейского совета в Ницце (декабрь 2000 г.), переход на единую валюту осуществляется в три этапа [1].

На первом (реальное сближение) каждая страна-кандидат полностью самостоятельна в определении денежно-кредитной политики и в выборе режима валютного курса. В это время главное для страны - проведение структурных реформ и реформ на макроуровне.

На втором страна обязана подчиняться принципам общей экономической политики Сообщества и постепенно готовить свою денежно-кредитную сферу к переходу на единую европейскую валюту. Денежно-кредитная политика становится предметом общего интереса Европейского центрального банка (ЕЦБ), но свобода в выборе режима валютного курса сохраняется.

Отметим, что на данном этапе новые члены, согласно букве документов Евросоюза, должны быть «привержены целям ЭВС», рассматривать свою политику обменного курса как предмет общего интереса Союза и, возможно, участвовать в поддержании Механизма обменных курсов (МВК-2 или МОК-2); согласовывать макроэкономическую политику с общей экономической политикой Евросоюза; избегать сверхнормативного дефицита государственного бюджета; привести статус центрального банка в соответствие с Уставом ЕСЦБ; а также «продвигаться в сторону выполнения Маастрихтских критериев». Вопрос о вступлении сегодня страны в зону евро, как это было и ранее, будет решаться Советом ЕС. Он должен не только оценить выполнение Маастрихтских критериев, но главное, определить, насколько страны добились реальной экономической конвергенции с основным составом ЭВС и способны ли они поддерживать достигнутые показатели в долговременной перспективе.

На третьем этапе (номинальное сближение) страна подключается к МВК-2 и через какое-то время приступает к выполнению Маастрихтского договора 1992 г. Из пяти основных критериев конвергенции три относятся к денежно-кредитной сфере, два других показателя определяют параметры фискальной системы стран-участниц. К экономической политике предъявляются следующие требования:

- темпы инфляции не должны превышать более чем на 1,5% средний аналогичный показатель в трех странах с наименьшим ростом цен;

- дефицит государственного бюджета не должен превышать 3% ВВП;

- государственный долг не должен быть выше 60% ВВП;

- долгосрочные процентные ставки не должны превышать более чем на 2% соответствующий средний показатель для трех стран с наименьшим ростом цен;

- в течение двух лет национальная валюта не должна резко девальвироваться, и ее обменный курс не может выходить за пределы колебаний, установленных МВК-2. По действующим нормам, Польша должна не менее двух лет участвовать в валютном совете, что подразумевает отклонение польского злотого не более чем на +15% от центрального паритета.

Выполнив Маастрихтские критерии, Польша сможет ввести единую европейскую валюту вместо прежней национальной. С этого момента монетарный регулятор откажется от права самостоятельно проводить денежно-кредитную политику и передаст все полномочия в данной области ЕЦБ. Национальные власти больше не смогут прибегать к де- или ревальвациям и должны будут подчиняться Пакту стабильности и роста, в частности его положениям о бюджетной дисциплине.

Реальная экономическая конвергенция. Следует признать, что за годы трансформационных реформ Польша прошла большой путь, адекватно оценить который, опираясь исключительно на макроэкономические показатели ее развития, не всегда возможно. Произошла глубокая структурная перестройка экономики, либерализованы финансовые рынки, проведена широкомасштабная приватизация. Претворив в жизнь менее чем за полтора десятилетия невиданные по масштабам и темпам общественно-экономические реформы, Польша осуществила переход от административно-плановой экономики к рыночной.

Вместе с тем никогда еще между странами Евросоюза не было столь большого разрыва в уровнях экономического развития, как в настоящее время. Средний показатель ВВП на душу населения (рассчитанный по паритету покупательной способности) составляет в Польше около 80% среднего уровня ЕС и 47% - США (рис. 1) [2]. Это произошло исключительно за счет увеличения производительности труда и ускорения деловой активности; в 2000-2010 гг. Польша стала опережать страны зоны евро по темпам экономического роста практически вдвое (рис. 2) [3].

%

30

20

10

0

-10

-20

-30

-40

-50

-60

-70

-80

і?!

Рис. 1. Отклонение уровня ВВП на душу населения по ППС от уровня США

При этом в настоящее время Польша вступает в качественно новый этап развития. Он характеризуется наивысшими темпами экономического роста среди стран - членов ЕС. Если в целом в зоне евро темпы экономического роста в 2007 г. едва достигли 2,7%, то в Польше они составили 6,8%, а в 2008 г. - 0,5 и 5,1% соответственно. В 2009 г. темпы экономического роста в зоне евро составили (-4,1%), а в Польше реальный ВВП возрос на 1,8%. При этом прогнозы Международного валютного фонда и Организации экономического сотрудничества и развития на 2011 г. для Польши в отличие от зоны евро благоприятны.

Период

Рис. 2. Темпы роста реального ВВП в Польше (---) и в зоне евро (-), 1996-2010 гг.

По оценкам польских экспертов, основным фактором более высоких темпов экономического роста в Польше, чем в зоне евро, в 2003-2009 гг. стала высокая эластичность потребительского спроса (относительно ВВП) в стране и поддержание оживленной конъюнктуры на рынке жилья. Несмотря на общее падение с 2008 г. стоимости активов на мировых фондовых рынках, отрицательно повлиявшее на финансовое положение домашних хозяйств, цены на жилье в Польше продолжали расти. В результате инвесторы в поисках более высокой доходности стали переводить свои вложения с рынка акций в ценные бумаги, обращающиеся на рынке жилья. Кроме того, высокие цены на жилье поддерживались такими фундаментальными факторами, как снижение уровня основных процентных ставок в стране и рост промышленного производства.

Существенный рост цен на недвижимость приводил к увеличению инфляции по двум каналам. Во-первых, цены на недвижимость в Польше входят в состав полного индекса потребительских цен, который подлежит регулированию в рамках инфляционного таргетирования. Во-вторых, рост цен на недвижимость расширяет возможности домовладельцев привлекать потребительские кредиты, что увеличивает совокупный спрос, который в свою очередь создает инфляционное давление.

Аналогичная проблема существовала и в других европейских странах. Изменения в глобальной финансовой системе оказали влияние на распространение «финансового пузыря» цен на недвижимость и увеличение задолженности домашних хозяйств. Либерализация торговли во многих странах Европы значительно улучшила доступ к кредитам, в то время как снижение номинальных процентных ставок и усиление контроля над глобальной инфляцией повысили способность домашних хозяйств погашать ипотечные и потребительские кредиты. В Польше рассматриваемая проблема имела свои особенности - конъюнктура рынка недвижимости в большей степени влияла на финансовое положение домашних хозяйств по сравнению с другими странами. Другой особенностью Польши является более сильная зависимость деловых циклов на рынке недвижимости от миграционных процессов.

При этом учитывая важную роль рынка недвижимости для поддержания устойчивости польской экономики и создания условий для ее конвергенции с зоной евро, предполагается усилить влияние государства на рыночный спрос и предложение на рынке недвижимости с целью снижения волатильности цен на национальном и региональном уровне.

Для снижения инфляционного давления Национальный банк Польши (Банк Польши) на протяжении нескольких лет (с 2004 до середины 2008 г.) повышал ставку рефинансирования, в то время как в экономически развитых странах с тар-

гетированием инфляции процентные ставки сохранялись на сравнительно более низком уровне (рис. 3) [3].

Рис. 3. Ставки рефинансирования в Польше (---), зоне евро (—) и США (-), 1999-2010 гг.

В целом большинство экспертов полагает, что новые экономические вызовы, включая непредсказуемые изменения цен на активы, в конечном счете выявляют больше недостатков, чем преимуществ используемой большинством центральных банков стратегии таргетирования инфляции. В частности, С. Кинг [4] считает, что наиболее распространенный двухлетний ориентир на инфляцию может подорвать способность центральных банков сдерживать инфляцию в среднесрочной перспективе. Более того, установление низкого ориентира на инфляцию может само по себе таить чрезмерный риск, способствующий в свою очередь возникновению финансовых пузырей.

Индикаторы условий на рынке труда рассматриваются как весьма полезные вспомогательные агрегированные показатели, оценивающие давление на экономику со стороны спроса и характеризующие ее циклическое состояние. По оценкам экспертов, на рынках труда Польши и государств - членов зоны евро сложились примерно сходные условия, поэтому спрос на рабочую силу, по всей вероятности, будет оказывать примерно одинаковое давление на уровень заработной платы в обеих экономических зонах.

Влияние инфляции на макроэкономическую конвергенцию проявляется в той степени, в какой темпы роста цен отклоняются от установленного центральным банком ориентира на инфляцию, оказывая в свою очередь воздействие на принятие решений в сфере денежно-кредитной политики. Соответственно инфляционные ожидания и уровень долгосрочных процентных ставок являются в обобщенном виде индикаторами эффективности денежно-кредитной и макроэкономической политики.

С момента функционирования зоны евро в 1999 г. темпы инфляции в Польше, выраженные индексом потребительских цен, были в среднем на 0,75% выше, чем в зоне евро, соответственно выше и процентные ставки. Показательно, что внутри зоны евро, несмотря на единую денежно-кредитную политику, в 2010 г. наблюдались существенные различия в темпах инфляции - от 4,7% в Греции до 1,9% в Германии. Расхождения в темпах инфляции неизбежны вследствие сохраняющихся структурных диспропорций и представляют собой один из ключевых механизмов адаптации национальных экономик к различного рода шоковым воздействиям.

Решения Банка Польши реализуются с использованием комплекса инструментов денежно-кредитной политики, позволяющих корректировать объем денежных средств в банковской системе и эффективно управлять краткосрочными процентными ставками. Оптимальные условия для воздействия Банка Польши на денежный рынок и на

уровень краткосрочных процентных ставок обеспечиваются посредством трансмиссионного механизма денежно-кредитной политики, благодаря которому изменение процентной ставки и другие рычаги влияния на объемы денежной массы в обращении воздействуют на реальный сектор экономики и инфляцию, вызывая адекватные ответные реакции субъектов реального сектора экономики.

Руководство Банка Польши изначально придавало исключительно важное значение эффективному функционированию трансмиссионного механизма для поддержания ценовой стабильности в стране в среднесрочной перспективе. Чтобы в режиме «пожарной команды» не реагировать на возникающие специфические ситуации, угрожающие ценовой стабильности, центральный банк разработал долговременную стратегию, основанную на системном подходе к принятию решений в области денежно-кредитной политики. Такой подход способствует нейтрализации инфляционных ожиданий, повышает доверие к политике Банка Польши и во многом объясняет, почему монетарный регулятор отказался от использования таргетирования денежной массы в обращении и валютного курса.

Стратегия денежно-кредитной политики Банка Польши предусматривает использование для оценки уровня инфляции индекса потребительских цен за исключением цен на энергоносители (базовая инфляция), который превышает индекс потребительских цен в среднем на 0,5%. Это обусловлено различиями в методологии составления двух индексов по набору и способам взвешивания цен на включенные в индексы товары и услуги. С целью сближения инструментария денежно-кредитной политики с применяемым в ЕС и повышения эффективности макроэкономической политики в целом польское правительство рекомендовало Банку Польши оценивать инфляцию на основе используемого ЕЦБ гармонизированного индекса потребительских цен. Предполагается, что эта мера позволит повысить качество ориентира Банка Польши на инфляцию и сблизить инфляционные ожидания в Польше и в зоне евро.

Таким образом, залогом успеха в поддержании ценовой стабильности в Польше стали прозрачность и предсказуемость денежно-кредитной политики центрального банка, базирующейся на использовании четко выраженного ориентира на инфляцию, что обеспечивает ей высокую степень доверия. Такая политика содействовала углублению интеграционных процессов и равномерному распределению рисков. Достижение ценовой стабильности в Польше способствовало сохранению макроэкономического равновесия в стране и экономическому росту.

Однако если предположить, что темпы прироста ВВП в ЕС-16 будут такими же, как в 2000-2009 гг. (около 2-3% в год), то Польше понадобится почти 20 лет, чтобы достичь среднего по ЕС уровня экономического развития. Обеспечение такого динамизма проблематично ввиду несопоставимо более высокой степени зависимости Польши от европейского рынка по сравнению с государствами, вступавшими в зону евро в 1999 г. И если в 2006-2009 гг. на рынке стран ЕС-16 наблюдались стагнация и рецессия, то в результате присоединения Польши к ЭВС он может испытать серьезный шок. При увеличении численности населения на 37,9 млн. чел. еврозона получит дополнительно менее 8% ВВП и станет, в результате, беднее. При этом сократится доля Сообщества во внешней торговле, в мировых инвестициях и по ряду других важных показателей.

В целом в течение рассматриваемого периода средние темпы экономического роста в Польше были примерно на 2-4% выше соответствующего агрегированного показателя стран зоны евро. Сложившийся уровень корреляции экономических циклов Польши и зоны евро несколько ниже, чем Германии, Франции и Италии, но существенно выше, чем таких государств - членов ЭВС, как Словакия. Тем не менее, считают эксперты польского министерства финансов, тест на историческую

конвергенцию показывает, что сохраняющаяся относительно высокая степень расхождения в уровне циклической корреляции между Польшей и зоной евро по-прежнему остается для польской экономики серьезным фактором риска негативных последствий преждевременного вступления страны в ЭВС.

В 2008 г. коэффициент корреляции экономических циклов Польши и государств ЭВС составил 0,79 (рис. 4) [5, р. 67]. Однако коэффициент корреляции экономического цикла Германии, другого крупнейшего государства - члена Евросоюза, и стран ЭВС составил в течение этого периода 0,93. Если такое положение сохранится, то, вступив в ЭВС, Польша окажется под воздействием процентной политики ЕЦБ, которая совершенно не будет соответствовать потребностям ее национального хозяйства.

0.9

0.7

0.5

0.4

0.3

0.2

0.1

0.0

и < в

£ &

1.0

0.8

0.6

Рис. 4. Коэффициент корреляции экономических циклов стран и зоны евро

Есть основание предполагать, что присоединение Польши к единому внутреннему рынку ЕС и к механизмам общей экономической политики повысит в дальнейшем степень синхронизации ее экономического цикла с зоной евро. В этом же направлении будет действовать участие страны в механизме коллективного регулирования обменных курсов.

Однако смысл реальной конвергенции состоит в том, чтобы приближаясь к странам ЕС-16 по уровню экономического развития, привести структуру польской экономики в соответствие со структурой экономики современного Евросоюза.

Структура народного хозяйства Польши претерпела существенные изменения и стала в целом более адекватной рыночным условиям: возросли доли сферы услуг и финансового сектора, снизились доли сельского хозяйства и промышленности. Но при этом сохраняются значительные различия в структуре экономики Польши и стран зоны евро. Для Польши характерна более высокая доля промышленности в создании валовой добавленной стоимости (32,6 по сравнению с 20,1% в ЕС-16), которая в последние годы даже несколько увеличилась, и более низкая доля финансового сектора (17,3 по сравнению с 26,8% в ЕС-16).

Более заметно Польша отстает от стран ЕС-16 по производительности труда. По оценкам специалистов ОЭСР, ВВП в расчете на одного занятого составляет 67% среднего уровня стран зоны евро и 54% - уровня США. Такой разрыв крайне неблагоприятен с точки зрения конкурентоспособности польской продукции на западноевропейских рынках даже с учетом разницы в уровнях заработной платы.

Также острейшей проблемой является безработица, которая достигла невиданных масштабов. В 2009 г. ее уровень составил 11% экономически активного населения. Только за счет Польши безработица в зоне евро увеличится на 1,725 млн. граждан. При этом существенного ее снижения в обозримой перспективе не предвидится, поскольку темпы экономического роста в начале 2010 г. были невысокими, а институциональные реформы, проводившиеся в период финансового кризиса, продолжают высвобождать рабочую силу. Кроме того, не исчерпан традиционный источник роста числа безработных - миграция населения из села в город.

Однако несмотря на существенные различия в макроэкономическом развитии с современной зоной евро, Польша достигла очевидных успехов в финансовой стабилизации.

Номинальная конвергенция. Инфляция и валютный курс. В конце 1980-х годов в Польше наблюдались гиперинфляционные процессы, поэтому большая часть расчетов осуществлялась не в национальной валюте, а в долларах США и в немецких марках. Резкое повышение уровня цен в 1989-1990 гг. привело к обесценению оборотных средств, от которого пострадали все предприятия. Их реакция на этот шок выявила различия в поведении, компетентности и стимулах менеджмента. Следствием либерализации цен для многих предприятий стало увеличение бартерных сделок и взаимных неплатежей.

Чтобы восстановить макроэкономическую стабильность, власти прибегли к режиму фиксированного валютного курса. При этом Национальному банку Польши уже не требовалось осуществлять значительные интервенции на валютном рынке, так как вследствие обязательства защищать границы коридора полностью пропал спекулятивный интерес к игре на повышение или понижение курса доллара или немецкой марки.

Основными инструментами Национального банка Польши, с помощью которых он осуществлял таргетирование валютного курса, являлись: положительные процентные ставки по кредитам рефинансирования банков и покупка государственных ценных бумаг на открытом рынке, а также валютные интервенции, при которых не допускалось административного вмешательства в действие рыночных механизмов. В результате Национальный банк Польши добился стабильности валютного курса, снизил инфляционные ожидания и уровень инфляции. Так, уже к 1996 г. уровень инфляции составил 19,8%.

Тем не менее режим фиксированного валютного курса стал сильнейшим внутренним ограничителем. Ужесточение монетарной сферы, начатое в 1991 г. для ослабления инфляционного давления, быстро привело к ухудшению кредитного рейтинга. Если в условиях экономического подъема и притока капитала монетарная система была экспансионистской, то в условиях кризиса - рестриктивной. Центральный банк не мог в достаточной мере смягчить регулирование для поддержания национальной экономики без девальвации валюты. Таким образом, политика поддержания фиксированных валютных курсов становилась все более неэффективной, поэтому в 1997 г. пришлось от нее отказаться. Относительная стабилизация народного хозяйства, наблюдавшаяся в 1991-1997 гг., оказалась неустойчивой, а конкурентоспособность польской экономики стала снижаться, так как темпы роста внутренней инфляции по товарным ценам были выше темпов девальвации национальной валюты. Расхождение между инфляцией и девальвацией привело к постепенному удорожанию национальной валюты и вызвало снижение экспортных возможностей Польши. При этом нарушение внешнеэкономического баланса потоков товаров и услуг постепенно привело к риску спекулятивной атаки на национальную валюту.

Кроме того, усилился приток капитала из-за рубежа, что также оказало влияние на динамику ВВП. Приток капитала был вызван либерализацией операций по капитальному счету платежного баланса и ростом внутренних процентных ставок в условиях фик-

сированного курса злотого. Польская экономика не имела возможности абсорбировать дополнительные ресурсы в таком объеме, а Национальный банк Польши не мог изъять избыточную денежную массу по той причине, что существовали обязательства по обеспечению стабильности валютного курса. В результате денежная масса стала расти быстрее, чем совокупный спрос, что создавало предпосылки для ускорения инфляции.

В этой ситуации вновь встал вопрос о выборе денежного ограничителя. Были возможны следующие варианты монетарного регулирования:

- таргетирование денежной массы при плавающем обменном курсе;

- поддержание национальной денежной единицы в пределах заданного диапазона по отношению к валюте - номинальной переменной (валютное таргетирование);

- денежно-кредитная политика без явного ограничителя (таргетирование номинального ВВП);

- введение инфляционного таргетирования.

В основе рассматривалось монетарное таргетирование до тех пор, пока не будет восстановлена макроэкономическая стабильность. Но было очевидно, что опыт Германии неприменим для переходной экономики, поскольку спрос на деньги в условиях догоняющего развития нестабилен, нет устойчивой связи между увеличением денежного предложения и ростом цен [6]. Более того, данный вариант мог бы стать источником нарастания дополнительных дисбалансов в условиях оасши-рения тесных связей с внешним миром. Также предлагался вариант монетарной политики на основе скрытой номинальной переменной. Однако серьезные недостатки этого варианта, присущие переходному периоду, практически исключали его принятие. Среди изъянов стоит выделить, во-первых, отсутствие прозрачности в действиях денежных властей: неразглашение всех статистических данных приводило к догадкам о том, что Национальный банк Польши в действительности собирается предпринять. Во-вторых, денежно-кредитная сфера находилась бы в сильной зависимости от экономической ориентации лиц, возглавляющих денежный орган в Польше.

В этой связи в сентябре 1998 г. Советом по денежно-кредитной политике Национального банка Польши была утверждена среднесрочная программа, предусматривающая переход страны с 1999 г. к режиму инфляционного таргетирования. Но переход к новой опоре не изменил ключевой цели монетарного ведомства - устойчивости польского злотого. Переменились лишь способы достижения макроэкономической стабильности. Важность поддержания курса национальной валюты в Польше связана не только с влиянием данного показателя на все ключевые макроэкономические параметры, но и с тем, что для вступления в зону евро стране необходимо в течение двух лет удерживать курс в рамках валютного коридора.

Таргетирование инфляции особенно важно при проведении жесткой антиинфляционной политики, поскольку закрепляет инфляционные ожидания и создает симметричную информацию в экономике [7]. Определение параметров инфляции, совпадающее с установленным в зоне евро, открывает возможность начать подготовку к принятию денежно-кредитной политики ЕЦБ. Если этот процесс заканчивается установлением ценовой стабильности и фиксированного валютного курса по отношению к евро, это будет автоматически означать фактическое принятие Польшей стратегии европейского монетарного органа.

Трудность заключается в том, что невозможно применять таргетирование инфляции для стабилизации народного хозяйства и в то же время посредством валютной политики решать другие задачи. В этом и состоит весь смысл присоединения к ЭВС. Прежде чем отказаться от независимости в монетарной сфере в результате введения евро, Польша должна показать, что другие элементы макроэкономической политики могут оставаться эффективными.

Инфляцию в Польше с точки зрения выполнения поставленной перед денежными органами задачи характеризует следующая таблица.

Таблица

Инфляционные ориентиры и их достижение в Польше в 1999-2009 гг., % к предшествующему году

Показатель 1999 г. 2000 г. 2001 г. 2002 г. 2003 г. 2004 г. 2005 г. 2006 г. 2007 г. 2008 г. 2009 г.

Базовая инфляция 10,3 9,3 5,7 2,8 0,9 1,6 1,3 0,6 1,1 2,1 3,0

Индекс потребительских цен

на продукты питания 1,7 9,7 4,6 -0,6 -1,2 5,9 2,1 0,6 4,5 5,6 4,6

Индекс потребительских цен

на энергетические товары 8,5 13,3 6,9 4,1 4,3 5,1 5,7 5,0 3,6 8,7 5,9

Индекс потребительских цен 7,1 9,9 5,4 1,9 0,6 3,3 2,1 1,3 2,4 4,1 3,7

Индекс цен производителей

промышленных товаров 5,0 7,8 -0,3 0,0 2,4 6,6 -0,3 0,2 1,6 0,6 0,7

Целевой ориентир по индексу

потребительских цен 6,6-7,8 5,4-6,8 6-8 4-6 2-4 2,5

Источник: Международный валютный фонд, Национальный банк Польши, Организация экономического сотрудничества и развития.

С 1999 г. инфляция устойчиво снижалась с 11,6 до 0,3% (апрель 2003 г.). Однако положительная тенденция сменилась на противоположную, и в январе 2005 г. инфляция составила уже 4% (рис. 5) [3].

Рис. 5. Инфляция в Польше (—) и зоне евро (-), 1999-2010 гг.

При этом попадание в заданные границы коридора произошло всего лишь трижды и продолжалось не более шести месяцев (август 1999 г., январь - июнь 2001 г. и январь - май 2004 г.), что выглядит парадоксально, так как основная цель режима инфляционного таргетирования - достижение именно количественно определенных показателей инфляции.

Следует отметить, что в Польше на протяжении достаточно длительного времени (с июля 2001 по декабрь 2003 г.) инфляция преодолела нижнюю границу намеченного коридора, что, возможно, детерминировало негативные изменения макроэкономических показателей. Так, по результатам 2001 и 2002 гг. были отмечены существенное снижение темпов экономического роста (с 4% в 2000 г. до 1% в 2001 г. и 1,4% в 2002 г.), спад инвестиций и рост бюджетного дефицита.

В 2005-2007 гг. рост цен находился в допустимых границах. При этом низкий уровень инфляции во многом был обусловлен уменьшением закупочных цен на

продукцию сельского хозяйства и жесткой конкуренцией между торговыми организациями, а не применением режима инфляционного таргетирования. Однако в 2008 г. инфляция вновь стала расти (4,3%).

Всплеск инфляции в Польше был вызван сочетанием целого ряда факторов, например дерегулированием широкого круга цен, а также повышением косвенных налогов и акцизных пошлин. Внешнее давление на цены было частично нейтрализовано укреплением польского злотого по отношению к евро. Но основным фактором инфляции в Польше, как и в большинстве других стран Евросоюза, выступали цены на энергоносители. В результате повысилась оплата жилья и коммунальных услуг (в среднем на 20,2%). Фактором, оказавшим заметное влияние на инфляцию, стал также рост цен на медикаменты. Особенно подорожали лекарства (в среднем на 42,8%) и услуги врачей (на 60%), что объяснялось недостаточной государственной компенсацией стоимости медицинских услуг.

Развитие кризиса в 2009 г. изменило ситуацию кардинальным образом. Падение экспортных цен, ограничивая приток иностранных инвестиций, вызывал резкую девальвацию злотого. Вместе с тем в 2009 г. инфляция снизилась до исторического минимума, главным образом, за счет внешних факторов - снижения мировых цен на нефть и продовольствие.

Кризис 2009 г. оказал на инфляционные процессы в Польше двоякое воздействие. С одной стороны, снижение темпов роста денежного предложения привело к уменьшению базовой инфляции (рис. 6)3. С другой - девальвация польского злотого к евро повлекла ускоренный рост цен на импортные товары и повысила инфляционные ожидания. Кроме того, замедление деловой активности уменьшило спрос на деньги и повысило массовый перевод средств экономических агентов в иностранную валюту (в основном в евро).

'X '%

35

30

25

20

Период

Рис. 6. Темпы роста денежной массы (—) (правая шкала) и динамика курса евро по отношению к злотому (----------------), 1999-2009 гг.

Если евро станет обслуживать внутренний оборот Польши параллельно с национальной валютой, то Национальному банку Польши будет гораздо сложнее регулировать объем денежной массы в обращении (ведь часть ее составит иностранная валюта, объем которой может произвольно меняться). Снизится эффективность процентной политики, потому что часть денежной массы, выраженная в евро, окажет-

3 Рис. 6 построен по данным Международного валютного фонда, Организации экономического сотрудничества и развития и Национального банка Польши.

ся вне досягаемости денежных властей: процентные ставки по евро устанавливает ЕЦБ. Все эти процессы могут привести к нарастанию инфляционных ожиданий и инфляции, и тогда монетарные регуляторы будут вынуждены перейти к жесткой денежно-кредитной политике, которая в свою очередь негативно скажется на инвестиционной активности и темпах экономического роста.

На фоне значительной «евроизации» также возможны проблемы с обменным курсом. Когда злотый конкурирует на внутреннем рынке с гораздо более сильной и распространенной в мире денежной единицей, то спонтанное обесценение национальной валюты может принять необратимый характер. Удорожание евро делает вложения в него очень выгодными, что в свою очередь повышает спрос на евро, а в отсутствие достаточного предложения снова «толкает» курс вверх.

Подводя краткий итог, следует отметить, что инфляцию в Польше в последние годы можно охарактеризовать как стабильную относительно стран с переходной экономикой, но умеренную относительно зоны евро. Если в зоне евро инфляция, рассчитанная по гармонизированному индексу потребительских цен, в 2009 г. составила всего 0,28%, то в Польше цены возросли на 3,9%. Таким образом, Польша принадлежит к числу немногих стран из числа новых членов Евросоюза, уровень инфляции в которых в 2009 г. не соответствовал Маастрихтским критериям.

Однако таргетирование инфляции практически несовместимо с механизмом фиксированных курсов в рамках Евросоюза. В этом случае может возникнуть противоречие между выполнением ограничений по стоимости национальной денежной единицы и по росту потребительских цен, что приведет к расширению инфляционного коридора и в конечном счете к отказу от него.

Следовательно, валютное таргетирование является неизбежным решением для Польши в долгосрочной перспективе. Суть его заключается в том, что национальная денежная единица жестко привязывается к выбранной резервной валюте (в данном случае евро). Кроме того, система фиксированных валютных курсов является необходимой для присоединения к ЭВС и для введения у себя единой европейской валюты (евро). При этом Национальный банк и правительство Польши придерживаются единого мнения, что стране целесообразно присоединиться к МВК-2 на минимальный срок (необходимый для выполнения Маастрихтского критерия конвергенции). Курсовой механизм, основанный на жесткой привязке к евро, должен быть прозрачным и не требовать дополнительной информации, а использование валютного курса в качестве главной составляющей регулирования денежно-кредитной сферы будет означать, что для принятия решений экономическим агентам достаточно знать номинальный курс польского злотого по отношению к евро. Один из доводов «противников» такого курса -экономическая ситуация в Польше в 1997 г., когда в период действия режима фиксированного валютного курса в страну высокими темпами начал поступать краткосрочный спекулятивный капитал, что привело к кризису.

Однако в октябре 2008 г. правительством Польши одобрена стратегия Национального банка по вступлению страны в зону евро, которая содержит жесткие сроки введения на территории Польши единой европейской валюты (2012-2015 гг.) [8]. При этом выбран сценарий «большого взрыва»: вступление в зону евро с одновременным введением европейской денежной единицы в наличных и безналичных расчетах без переходного периода [9].

Тем временем рыночная стоимость польского злотого относительно евро в 2008-2009 гг. уменьшилась на 41,8%. Но уже в начале 2010 г. Национальному банку Польши удалось так стабилизировать валютный рынок, что амплитуда колебаний котировок не превышала установленного ЕВС диапазона +15%. Однако гово-

рить о выполнении соответствующего Маастрихтского критерия преждевременно. Для начала стране необходимо присоединиться к МВК-2.

В 1990-е годы в Польше были сняты ограничения на движение капиталов, что способствовало притоку инвестиций из Европы. При всех положительных сторонах этого процесса он небезопасен для обменного курса. Движение больших масс краткосрочного капитала значительно повышает риск внезапной дестабилизации курса. При оттоке средств возникает опасность девальвации валюты, а при наплыве - вероятность необоснованного завышения ее курса. Центральным банкам некоторых вновь вступивших стран уже пришлось отбивать спекулятивные атаки на повышение.

Важнейшая методологическая проблема денежных властей - достижение двух основных целей: поддержание низких темпов инфляции и долгосрочная стабилизация курса национальных валют относительно евро. Напомним, что ЕЦБ имеет только одну главную цель - поддержание ценовой стабильности. Руководители ЕЦБ даже в период значительного обесценения евро неоднократно подчеркивали, что они не намерены исправлять курсовую динамику, поскольку это может навредить выполнению главной миссии банка. Однако Польше поневоле предстоит гнаться за двумя зайцами.

Поэтому, хотя Польша и заявила о своем намерении присоединиться к коллективному механизму регулирования обменных курсов, западная сторона смотрит на это с некоторой осторожностью. Так, аналитики Бундесбанка пишут, что достаточная свобода в определении обменных курсов (т.е. неучастие в МОК-2) может заметно облегчить приспособление Польши к условиям ЕС. По их мнению, «выбор времени вступления в МОК-2 должен быть предметом внимательного рассмотрения. Вначале следует добиться дальнейшего прогресса в деле экономической конвергенции и стабилизации обменных курсов» [10]. В том же духе высказываются и специалисты ЕЦБ: «По вступлении в ЕС нужно будет сделать важный политический выбор относительно времени и степени необходимости присоединения к МОК-2» [10].

При этом подключение к коллективному механизму обменных курсов пройдет легче для тех стран, которые сейчас практикуют режим валютного управления или фиксированного курса к евро. Те государства, чьи валюты сейчас находятся в свободном плавании, должны будут поместить их в коридор, т.е. официально объявить допустимые пределы колебаний, что невольно создаст ориентиры для валютных спекулянтов. В докладе Национального банка Польши отмечается, что поскольку режимы квазификсированных курсов повышают риск спекулятивных атак, «Польша должна участвовать в МОК-2 как можно меньше времени и иметь широкую амплитуду курсовых колебаний» [11]. Заместитель Председателя Банка Польши П. Виесиолек считает, что практикуемое страной управляемое плавание в сочетании с таргетированием инфляции позволяет сокращать волатильность обменного курса «при этом избегая опасности самопроизвольных атак на курс в крайних точках установленного диапазона» [12].

Но так как двухлетнее участие в МОК-2 является обязательным условием присоединения к валютному союзу, ни одна из вступивших сейчас в Евросоюз стран не может перейти на евро раньше, чем с 2013 г. На практике этот срок отодвинется еще на один-три года, а возможно, и больше. По мнению участников ЭВС, МОК-2 должен стать для новых членов «не залом ожидания», а своего рода тренировочной базой для приобретения нужной формы посредством экономических и институциональных реформ.

Бюджетная сфера. Грамотная финансовая политика является ключевым звеном в поддержании стабильности польского злотого, и с 2006-2008 гг. страна имела незначительный бюджетный дефицит. Однако данный показатель превышал закрепленный Маастрихтским договором 3-процентный лимит. Только в 2007 г. министерство финансов добилось положительного результата. Это позволило финан-

совому органу уменьшить государственный долг с 45,1% ВВП в 2006 г. до 44,8% в 2008 г. Заметим, что данный параметр не выходит за границы Маастрихтского критерия (рис. 7) [12]. Причем задолженность была меньше, чем у современного состава зоны евро. Такая жесткая бюджетная дисциплина в Польше давала возможность правительству направлять средства, освободившиеся от обслуживания государственного долга, в капитальные вложения. В 2009 г. ситуация изменилась. При ухудшении экономической конъюнктуры сальдо государственного бюджета резко возросло, поскольку экономика Польши, и особенно ее финансовый рынок, не обладали таким запасом прочности, как Г ермания или Франция.

%

т

Рис. 7. Государственный долг в государствах Евросоюза, 2009 г.:

Ш государственный долг; —♦— Маастрихтский критерий

Отметим, что за 2009 г. большинство стран зоны евро не выполнили требования Пакта стабильности и роста (по снижению государственного долга и дефицита) и даже ухудшили свое положение. Особенно ситуация усугубилась в Ирландии, Испании, Франции и Греции (рис. 8) [12]. Высокий дефицит государственного бюджета может породить среди экономических агентов опасения, что со временем над значительной частью государств зоны евро может нависнуть угроза снижения кредитного рейтинга.

%

Рис. 8. Бюджетный дефицит в государствах Евросоюза, 2009 г.: ЕЗ государственный долг; —♦— Маастрихтский критерий

В правительственном докладе отмечается несколько причин, по которым возник сверхнормативный бюджетный дефицит и государственный долг Польши:

- необходимость антикризисных мер, в том числе огромных денежных вливаний в финансовый рынок;

- поддержка пенсионной реформы;

- рост медицинских расходов;

- увеличение расходов на национальную экономику, социальную политику и межбюджетные трансферты;

- сокращение трудовых ресурсов и старение населения;

- расходы на пособия по безработице и финансирование мероприятий, содействующих росту занятости.

В целом, подводя итог, следует отметить, что Польша заметно улучшила свое финансовое положение по сравнению с другими странами с переходной экономикой, но при этом за 2010-2012 гг. она, скорее всего, не сможет выполнить ни одного Маастрихтского критерия конвергенции. Кроме того, просроченные долги по-прежнему не прописаны в главном финансовом документе страны. Если их списать на убытки, то дефицит государственного бюджета возрастет на порядок.

Сразу после вступления в зону евро Польша должна будет подчиниться бюджетной дисциплине ЕС, т.е. сводить государственный бюджет с нулевым или положительным сальдо или в крайнем случае иметь дефицит, не превышающий 3% ВВП. Для этого придется ограничивать государственные расходы, что очень трудно увязать с общенациональными стратегическими задачами, такими как проведение структурной перестройки хозяйства и повышение уровня жизни (в том числе, чтобы уменьшить отставание от остальных участников Союза). Увеличить поступления бюджета за счет повышения налогов также едва ли удастся, поскольку, во-первых, снизится инвестиционная активность, во-вторых, при невысоком среднедушевом доходе эта мера не даст предполагаемой отдачи.

Польше будет совсем не просто приспособиться к общей экономической политике зоны евро. Мировой финансовый кризис 2008-2009 гг., свидетельствует о том, что страны с переходной экономикой иначе реагируют на внешние катаклизмы, чем западноевропейские государства. Другими словами, вероятность «асимметричного шока» в Польше выше по сравнению со странами еврозоны. Поэтому общая экономическая политика зоны евро, а в перспективе и единая денежно-кредитная политика, могут иметь неблагоприятные последствия для Польши. На ее экономической динамике также может отрицательно сказаться замедление темпов роста или спад в Западной Европе, поскольку именно оттуда она получает основную часть зарубежных инвестиций и кредитов и туда направляет значительную часть своего экспорта [14].

Так, по мнению венгерского ученого Т. Паланкаи, страны ЦВЕ ввиду своих небольших размеров и весьма открытой экономики будут хуже переносить неблагоприятные изменения внешней экономической конъюнктуры, чем большинство остальных государств ЕС. Кроме того, страны-кандидаты сильно зависят от импорта энергоносителей и(или) от экспорта аграрной продукции. При резком росте мировых цен на нефть или падении цен на сельскохозяйственные товары вероятность «асимметричного шока» в Польше будет значительно выше, чем в Евросоюзе в целом. Хотя сейчас у Польши нет серьезных проблем в области государственных финансов, текущие экономические процессы не дают оснований для однозначно оптимистических прогнозов. Так, в последние годы польское правительство проводило массированную кампанию по национализации государственной собственности (кстати, как и в ряде западноевропейских стран), что приносило крупные доходы государственному бюджету. Однако этот источник не бесконечен [15].

Процентные ставки. По оценкам Национального банка Польши, по последнему номинальному критерию конвергенции финансовое положение страны находится даже в более благоприятном состоянии, чем позиции ряда нынешних государств - членов ЭВС. Об этом свидетельствуют произошедшие за несколько лет изменения ряда показателей, характеризующих состояние экономики Польши и зоны евро: во-первых, разрыв в уровне краткосрочных процентных ставок с 1999 до 2009 г. снизился с 8 до 4% (рис. 9), и во-вторых, долгосрочные процентные ставки за 2001-2009 гг. уменьшились с 10 до 6% (рис. 10).

Период

Рис. 9. Краткосрочные процентные ставки в Польше (---) и зоне евро (---------), 1999-2011 гг.

В 2000-2010 гг. ставка по депозитам в Польше в среднем составляла 6,4% (2,6% в странах зоны евро), что являлось следствием повышенной инфляции и недофинансирования экономики страны. Как и в случае с описанной выше динамикой экономических циклов, ставки по депозитам колебались в Польше вдвое сильнее, чем в Западной Европе (коэффициент вариации составил соответственно 0,83 и 0,44). Кроме того, корреляция процентных ставок между «новой» и «старой» территориями Союза также была сравнительно небольшой. Для Великобритании коэффициент корреляции с Польшей равнялся в 1999-2011 гг. всего 0,06; для Австрии, Испании, Ирландии, Италии, Нидерландов, Швеции он был ниже 0,3; для остальных стран ЕС составлял около 0,4. Это свидетельствует о существовании заметных структурных различий в денежно-кредитных системах Польши и зоны евро.

!4

12 - -* %

10-'“ \

*

8 - " ♦

\

6^ ^

4

2

0

Период

% % % %

% % % %

% %

%

Рис. 10. Долгосрочные процентные ставки в Польше (---) и зоне евро (-), 2001-2011 гг.

Польша не справилась с данным условием конвергенции относительно процентных ставок. При этом можно ожидать, что краткосрочные и долгосрочные

процентные ставки в 2010-2012 гг. будут на 3-5% выше, чем в зоне евро. По прогнозу Национального банка Польши и Организации экономического сотрудничества и развития, ставки будут повышаться, и можно предположить, что дальнейшее их увеличение окажет неблагоприятное воздействие на экономику и социальную сферу, в частности, произойдет рост издержек производства и, следовательно, снизится конкурентоспособность экспортных товаров [4]. Наряду с сокращением притока прямых иностранных инвестиций это замедлит процесс интеграции польской экономики в единый европейский рынок. В этой связи в правительственных кругах высказывается мнение, что для Польши, с высокой зависимостью ее экономики от внешней торговли, вхождение в зону евро целесообразно осуществить не ранее 2015 г. [5, 16].

* * *

В заключение отметим, что преждевременное вступление Польши в зону евро было бы в высшей степени контрпродуктивно для ее национальной экономики и, вероятно, имело бы отрицательные последствия для остальных участников ЭВС. Если страна не в состоянии на долгосрочной основе поддерживать низкие темпы инфляции и соблюдать жесткие бюджетные ограничения, ей лучше оставаться вне реального членства в зоне евро. Иначе, нарушив условия Пакта стабильности и роста, она окажется жертвой финансовых санкций, и что значительно хуже, станет мишенью для безжалостной критики со стороны своих европейских партнеров. При этом следует иметь в виду, что чрезвычайные меры по борьбе с бюджетным дефицитом и государственным долгом лишь ненадолго улучшают номинальные показатели, тогда как фундаментальные макроэкономические параметры остаются без изменений, и диспропорции усугубляются, о чем свидетельствует состояние Италии, Португалии, Испании и Греции.

Как бы то ни было, присоединение Польши к зоне евро является заключительной фазой процесса валютной интеграции, успех которого зависит от более широкого процесса экономической консолидации, которая будет продолжаться и после принятия единой европейской валюты. Достижение Маастрихтских критериев служит знаком успешной и устойчивой конвергенции. При этом решающая роль принадлежит руководящим финансовым органам, которые должны направлять этот процесс, проводя надежную и пользующуюся доверием политику с целью достижения макроэкономической стабильности.

Литература

1. Расширение Европейского союза и Россия / Под ред. О.В. Буториной, Ю. А. Борко. М.: Издательский Дом «Деловая литература», 2006.

2. OECD Factbook 2009: Economic, Environmental and Social Statistics. 2009.

3. International Financial Statistics. 2010.

4. OECD Economic Outlook, 2010 // OECD Policy Brief. Vol. 2010/2. No 88.

5. Poland // OECD Economic Surveys. 2010.

6. Кондратов Д. Евросоюз: борьба с инфляцией и результативность // Современная Европа. 2010. № 3.

7. Кондратов Д. Валютная политика в Еврозоне и ее влияние на динамику промышленного производства // Проблемы прогнозирования. 2010. №3.

8. The Roadmap for Poland's Euro Adoption // Ministry of Finance, October 2008.

9. Monitor konwergencji nominalnej //Ministry of Finance. 2009. No. 1, August.

10. Deutsche Bundesbank Monthly Report. July. 2003.

11. Report on Full Membership of the Republic of Poland in the Third Stage of the Economic and Monetary Union. Warsaw. 2009.

12. Wiesiolek P., Kosior A. To What Extent Can We Trust Core Inflation Measures? The Experience of CEE Countries / Monetary Policy and the Measurement of Inflation: Prices, Wages and Expectations //BIS Papers No 49, 2010.

13. Данные Евростата (http://epp. eurostat. ec. europa. eu/portal/page/portal/government_finance_statistics/data/main_tables).

14. Butorina O. The Euro in Central and Eastern Europe // Current Politics and Economics of Europe - N.Y., 2000 - No 3.

15. Palankai T. EMU and Enlargement // Fourth ECSA-World Conference «The European Union and the Euro». Brussels, 17-18 September, 1998. European Commission, DGX.

16. Polish PM says 2015 realistic date for euro entry // ForexYard. Retrieved 2009-12-22.