Пробил час пенальти

Во вторник должен быть оглашен приговор тренеру сборной России по футболу Гусу Хиддинку. Его обвиняют в неуплате налогов на сумму u1,4 млн. Хиддинк уже признал себя виновным, но лишь частично, заявив, что во всем виноваты его финансовый советник и подруга.

"Хиддинк, Хиддинк... У нас человек с такой фамилией не работает. Вы ошиблись",— сказала сотрудница приемной министерства юстиции Нидерландов, когда корреспондент "Власти" попросил ее помочь найти людей, знакомых с делом Хиддинка. Впрочем, когда Хиддинк был назван по имени и с указанием его профессии, женщина обрадовалась: "Да, да, этого у нас все знают". Естественно, ведь к завершению близится один из самых грандиозных судебных процессов в истории современных Нидерландов — суд над футбольным тренером, утаившим от голландских налоговых органов почти u1,5 млн.

Жертва педофила

Гус Хиддинк привлек внимание налоговых органов по чистой случайности. Не то чтобы голландские налоговики были такими уж доверчивыми, просто на первый взгляд все, что он делал, выглядело совершенно нормально.

Вскоре после того, как Хиддинк перестал тренировать сборную Южной Кореи по футболу, он принял предложение голландского футбольного клуба PSV Eindhoven и стал его главным тренером. Он вернулся в Европу, хотя жить должен был не в Эйндховене, а в небольшой деревушке Ахель, расположенной всего в 25 км от города. Разумеется, тренер мог жить и в самом Эйндховене, но у Ахеля было одно преимущество: деревушка была бельгийской, а это означало, что и подоходный налог он должен был платить бельгийский. В Голландии человек с доходами более u52 228 (Хиддинк, понятное дело, принадлежит именно к этой категории граждан) в казну уплачивает 52%, в Бельгии — 33%.

У голландских налоговиков это решение могло вызвать разочарование, но сомневаться в том, что Хиддинк и вправду будет жить там, где сказал, у них не было оснований. "Эта система хорошо известна в стране,— говорит сотрудник голландского налогового ведомства, отказавшийся назвать свое имя из-за того, что не уполномочен разговаривать с прессой.— Мы не можем проверять каждого. Поэтому в наше поле зрения попадают чаще всего случайно".

Такая случайность произошла и с Гусом Хиддинком. Его подвел бывший управляющий директор футбольного клуба Фонс Споорен. В телефонных беседах, которые он вел с коллегами по клубу, Споорен неоднократно говорил, что Хиддинк большую часть времени живет в Эйндховене. Вместе с собеседниками Споорена это слышали и полицейские: незадолго до этого полиция начала прослушивать телефонные переговоры менеджера, которого подозревали в растлении несовершеннолетних. Полицейским эта информация показалась интересной, и они передали ее налоговикам.

Жертва бессонницы

Следствие в отношении Гуса Хиддинка и его финансового советника Симона ван ден Боомена вызвало огромный интерес у прессы. Но до самого последнего момента мало кто верил в то, что им будет предъявлено официальное обвинение. Во-первых, Хиддинк не самый последний человек в Голландии, во-вторых, обычно подобные дела в стране стараются до суда не доводить. По мнению сторонников Хиддинка, необычайное рвение прокуратуры было вызвано исключительно желанием покрасоваться на первых полосах газет.

Летом прошлого года прокуратура официально объявила о том, что Хиддинка и его советника Симона ван ден Боомена будут судить. Именно тогда и стало известно, что нынешний тренер сборной России, по версии следствия, утаил от голландской казны u1 462 000, заплатив вместо этого всего u219 тыс. в казну Бельгии. При этом он использовал не только более низкую шкалу налогообложения, действующую в Бельгии, но и различия в договорах Нидерландов и Бельгии с Южной Кореей об устранении двойного налогообложения.

Как именно прокуратура высчитала эту сумму, пока остается судебной тайной. "Процесс над господином Хиддинком — открытый. То есть все, что сказано в зале суда, могут слушать и цитировать все,— говорит Ильзе Вестеренк, пресс-секретарь окружного суда в городе Босх, где проходит процесс по делу Гуса Хиддинка и Симона ван ден Боомена.— Но материалы, которые не были озвучены во время заседаний, будут открыты лишь после оглашения вердикта".

Тем не менее известно, что претензии к Хиддинку основываются в основном на тех доходах, которые он получил, будучи тренером сборной Южной Кореи. Его доход составил примерно u3,5 млн. В Южной Корее он заплатил налог в u600 тыс., еще u219 тыс.— в Бельгии, официальной стране проживания.

По словам пресс-секретаря голландской прокуратуры Валентине Хун, преступление Хиддинка заключалось в том, что, объявив деревушку Ахель местом своего жительства, он продолжал жить в Голландии. Дело не в том, что его видели там постоянно. В конце концов, он тренировал тамошнюю футбольную команду. "Важно не то, где и как он проводит свое рабочее время. Важно, где он спит,— заявил представитель прокуратуры Босха.— А в Ахеле он не спал и одной ночи".

Это позже признал и сам Хиддинк: "Мне никогда не было там комфортно, я не хотел просто лежать и смотреть в потолок".

Жертва подруги и бухгалтера

Поначалу Гус Хиддинк отрицал обвинения и утверждал, что уплатил все налоги. Но, по словам одного из экспертов, с самого начала было ясно, что дело его пропащее. "Хиддинк не просто человек, обвиненный в неуплате налогов. Он звезда. Причем звезда международного масштаба,— говорит гаагский юрист Ян Лоос.— Когда речь заходит о таких людях, прокуратура много раз все оценит, прежде чем предъявлять обвинение в уголовном преступлении".

"Дело совершенно очевидное,— говорит прокурор.— Хиддинк не жил в Ахеле, а его коллеги по футбольному клубу сделали так, чтобы дом, в котором он на самом деле жил, был оформлен на другого человека". Налицо, по мнению прокуратуры, тщательно спланированная акция по уходу от налогов.

Нидерландское правосудие сурово карает неплательщиков. Максимальное наказание — шесть лет тюрьмы, штраф в u45 тыс. и, разумеется, возврат неуплаченного подоходного налога. Адвокаты Хиддинка, конечно, боролись отчаянно. Они сделали сразу несколько представлений о прекращении процесса. Причины предлагались самые разные. Например, полиция, начав расследование в 2003 году, не соблюла некоторые формальности, а потому ничто, добытое в ходе такого расследования, не может быть представлено в суде. Или: Хиддинк сам ни в чем не виноват, он лишь следовал советам своего финансового консультанта.

Впрочем, в конце концов даже сам тренер счел, что дальше бороться нет смысла. Свои действия теперь он, согласно публикациям голландских газет, объясняет тем, что не хотел огорчать подругу Элизабет Пинас, наотрез отказавшуюся переезжать из Амстердама в Ахель. Кстати, фраза, сказанная в телефонном разговоре: "Я тут, дома, с Элизабет", стала для обвинения одной из важнейших улик, ведь, по мнению прокуратуры, в ней сам Хиддинк признавал, что именно он считает домом.

Завтра в суде Босха должен быть вынесен приговор. Никто не сомневается, что Хиддинка и ван ден Боомена признают виновными. Интрига лишь в том, как их накажут. Прокурор потребовал для Хиддинка 10 месяцев тюрьмы, для ван ден Боомена — 14 месяцев. "Никаких комментариев по поводу приговора, смягчающих или отягчающих факторов я давать не могу,— говорит пресс-секретарь суда Ильзе Вестеренк.— Пока считайте, что я здесь для того, чтобы назвать вам дату вынесения приговора".

Как в Голландии платят налоги

Ежегодный доход до 17046 евро включительно облагается налогом в 2,45%.

Часть дохода от 17046 евро до 30631 евро включительно облагается налогом в 9,75%.

Часть дохода от 30631 евро до 52528 евро включительно облагается налогом в 42%, а часть, превышающая 52528 евро - налогом в 52%.

Источник: Belastingdienst Nederland.