Ю. Лужков и Е. Примаков: союзники или соперники

тический характер, и большинство респондентов не удовлетворены ни происходящими преобразованиями, ни направлением, в котором движется Россия). Наиболее важной (хотя и нечасто встречающейся) чертой людей, находящихся у власти, им видится профессионализм.

Для носителей аполитичного сознания ситуация выглядит наиболее неопределенной, и доля респондентов, уходящих от ответа о политических предпочтениях, об оценке экономического и политического положения России, здесь в 3—4 раза превышает среднюю. Политическая активность этой группы чаще всего ограничивается чтением газет и разговорами со знакомыми, а уровень социальной реальности, по отношению к которому формируется деятельность представителей этого типа, как правило, ограничивается коллегами по работе или родственниками.

Предложенная классификация может рассматриваться только как первое приближение к решению проблемы эмпирической идентификации различных типов политического сознания. Очевидно, что используя методы вторичного анализа данных едва ли можно надеяться решить эту проблему более аккуратно. Пока же правомерно полагать, что аналитически построенные типы политического сознания имеют эмпирические аналоги в российском обществе (как, вероятно, и в любом другом).

Социальное пространство для представителей различных типов политического сознания имеет различную "контрастность": наиболее ровно оно окрашено для аполитичного сознания и наиболее контрастно — для мифологического. Причем эта контрастность всеми воспринимается как зло, которое необходимо преодолеть. В такой ситуации, несмотря на то что большинство российского населения не имеет определенных политических предпочтений, большие шансы могут получить партии и движения, относящиеся к "левому" крылу и подчеркивающие как глубину социальных различий, так и необходимость их сглаживания.

Для эффективного воздействия на представителей различных типов политического сознания необходимо использовать специфические методы, учитывающие не только "содержание", но и "способ" воздействия. Так, представители различных типов политического сознания по-разному представляют себе эффективные и социально одобряемые способы политической деятельности, и при выработке стратегии воздействия необходимо учитывать эти различия как фактор, способный мобилизовать нужную группу населения.

Леонид СЕДОВ

Ю. .Лужков и Е.Примаков: союзники или соперники?

Экономический кризис, начавшийся в августе 1998 г., повлек за собой серьезные перемены в расстановке сил на властных вершинах. Политическая ситуация отмечена окончательным падением, почти до нулевой отметки, авторитета Б.Ельцина и выходом на передний план политиков, до этого пребывавших во втором эшелоне (Ю.Луж-ков) или вовсе вне поля зрения широкой общественности (Е.Примаков). Об этом красноречиво свидетельствуют данные табл. 1, в которой сведены рейтинги доверия ведущих политических деятелей за 1998 г. и начало 1999 г.

Следует заметить, что доверие, оказываемое обществом Е.Примакову, если и не беспрецедентно по своей величине, то, во всяком случае, достаточно значительно, чтобы обратить на себя внимание и потребовать тщательного анализа. До сего времени подобный взлет доверия отмечался лишь в отношении А.Лебедя в сентябре 1996 г., когда он достиг рекордных (если не считать Б.Ельцина в начале его президентской карьеры) 40%, и Б.Немцова, по-

лучившего в мае 1997 г., после назначения его первым вицепремьером, 25% упоминаний. Заметим, что рейтинг остальных политиков, в те или иные времена возглавлявших рейтинговый список, никогда не поднимался выше 20%. Так, в сентябре 1993 г. таким политиком был А. Руцкой, получивший 19% и на 6 пунктов опередивший Б.Ельцина. (В июне того же года у А. Руцкого было 22%, однако тогда Б.Ельцин еще был впереди, имея 26%.) В феврале 1994 г. и январе 1996 г. лидировал Г.Явлинский, имевший 18%. "Звездный час" Г.Зюганова пришелся на предвыборный март 1996 г., когда он, имея 20%, на 3 пункта обошел А.Ле-бедя и Г.Явлинского (20% достиг он и в ноябре 1998 г., но на этот раз уступив 4 пункта Е.Примакову).

О чем свидетельствует эта краткая история рейтингов? Ну, прежде всего о том, что самые высокие показатели доверия выпадают (если не считать Г.Зюганова) на долю тех политиков, которые как бы внезапно оказываются близ вершины исполнительной власти, всякий раз порождая в обществе надежды на обновление курса (причем направление изменений может быть прямо противоположным, как в случае Б.Немцова и Е.Примакова). Тут, пожалуй, находит подтверждение аксиома, сформулированная В.Третьяковым: "В настоящее время президентом России может быть избран только тот политик, который какой-то значимый период своей карьеры работал в системе исполнительной власти"*. Содержится здесь и предупреждение Е.Примакову. Уверенно набирая доверие после своего назначения и вплоть до января 1999 г., он рискует потерять его не только в случае смещения с поста премьера, но и, как это случилось с Б.Немцовым, в случае каких-то затрагивающих его разборок и разоблачений в верхних эшелонах власти или, что весьма вероятно, резкого ухудшения экономических условий.

В немалой степени судьба будущего президентства и самих главных сегодняшних претендентов на этот пост (условно мы относим к ним и Е.Примакова, ибо таковым он является в глазах значимых сегментов общественного мнения) зависит от характера взаимоотношений между ними, и в первую очередь между Е.Примаковым и Ю.Лужковым, которые вместе с Г.Зюгановым на сегодняшний день сосредоточивают вокруг себя 1/2 активных избирателей (это 35% всего взрослого населения) и имеют при этом электораты, во многом очень близкие между собой. Строго говоря, между Ю.Лужковым и Е.Примако-вым возможны три типа взаимодействия — соперничество, лояльное сотрудничество и объединение. Какой из них будет избран, зависит от множества факторов, вплоть до личностных. Только одним из этих факторов является фактор общественной поддержки, но он единственный, о котором мы располагаем объективными данными и можем высказать обоснованные суждения.

Анализ результатов опросов указывает на значительную общность базы поддержки Е.Примакова и Ю.Лужко-ва. Большое число людей, около 12% населения, доверяют одновременно и тому, и другому, и такого обширного общего контингента сторонников нет ни у какой другой пары политиков. Помимо этого, у Ю.Лужкова имеется еще 9% (от численности взрослого населения) доверяющих ему одному или в сочетании с другими политиками, но не с Е.Примаковым. У Е.Примакова таких сторонников, отдельных от ЮЛужкова, 17%. Суммарный объем доверия, которым располагают Е. Примаков и ЮЛужков, составляет, таким образом, 38% взрослого населения.

Рассматривая приведенные цифры, необходимо вместе с тем четко представлять себе, что объем доверия не есть нечто тождественное объему электоральной поддержки. На сегодняшний день число голосов, получаемое

*Независимая газета. 1999. 13 февр.

Рейтинг доверия политическим деятелям

Политический 1998 г. 1999 г.

деятель Январь Март Май Июль Сентябрь Ноябрь Январь

Е.Примаков 1 1 1 1 11 24 29

Ю. Лужков 13 9 9 11 14 16 21

Г.Зюганов 13 15 15 14 17 20 18

Г.Явлинский 11 14 14 12 17 17 17

А. .Лебедь 11 9 15 17 16 17 15

С.Кириенко 10 4 3 5

Б.Немцов 14 13 10 8 4 4 5

Б.Ельцин 6 6 6 4 2 1 1

Никто 38 37 36 31 33 32 25

на гипотетических выборах Ю.Лужковым, составляет 10,5%, Е.Примаковым — 9,5%, т.е. чуть больше 1/2 объема доверия воплощается в голоса, и притом делятся они в иной пропорции, чем этого можно было бы ожидать, основываясь на данных о доверии. Получается, что каждый второй отмечающий Е. Примакова или Ю.Лужкова (или их обоих) в качестве пользующихся доверием политиков либо не голосует вовсе, либо собирается голосовать за кого-то третьего. В частности, за Г.Зюганова готовы проголосовать 5% населения, доверяющих так же и Е.Примакову, и 2,5% одновременно доверяющих Ю.Лужкову. Среди таких "одновременников" есть и такие, кто, доверяя Г.Зюганову, проголосует за Е.Примакова (1,5%) и Ю.Луж-кова (1%), но, как мы видим, преимущество здесь на стороне Е.Зюганова, объем поддержки которому (17%) поэтому ближе к числу собираемых им голосов (15%).

Не менее примечательно также и то, что голосование за того или иного кандидата в президенты отнюдь не всегда сопровождается доверием. Так, в числе голосующих за Г.Зюганова о своем доверии ему сообщают 10% (доля голосующих здесь и далее — от взрослого населения), что составляет 2/з его электората, 4% же не верят никому из политиков. Структура электората Г.Зюганова выглядит, следовательно, таким образом (в % к населению):

Кому высказывают доверие Доля

Только Г.Зюганову или ему

в сочетании с кем-то 5

Г.Зюганову и Е.Примакову 5

Никому 4

Другому политику 1

Итого 15

Аналогично выглядят и электораты Ю.Лужкова и Е.Примакова. Так, электорат Ю.Лужкова имеет следующую структуру (в % к населению):

Кому высказывают доверие Доля

Никому 4

Ю.Лужкову и Е.Примакову 3

Только Ю.Лужкову или ему и еще кому-то, кроме Е.Примакова и Г.Зюганова 2,5

Ю.Лужкову и Г.Зюганову 1

Итого 10,5

Электорат Е.Примакова выглядит так (в % к населению): Кому высказывают доверие Доля

Только Е.Примакову (или ему и еще кому-то, кроме Ю.Лужкова и Г.Зюганова) 4

Е.Примакову и Ю.Лужкову 2

Никому 2

Е.Примакову и Г.Зюганову 1,5

Итого 9,5

Как видим, по крохам собираемые электораты выглядят достаточно пестро и неоднородно, и любые дуновения

политических ветров могут резко поменять соотношение сил в этой тройке лидеров.

Анализ данных о доверии позволяет составить представление о том, в связке с какими политиками чаще упоминаются основные претенденты, и на этом основании

Любопытным моментом является присутствие в "свите" Г.Зюганова, В.Лукина и А.Солженицына, которое можно было бы считать курьезным артефактом, если бы в нем не просматривался симптом сближения (в глазах избирателей) этих деятелей на почве державнических и антизападных пристрастий. Интересно также, что симпа-тизанты В.Жириновского почти поровну делят свои симпатии между Г.Зюгановым, Е.Примаковым и Ю.Лужковым, а доверяющие А.Чубайсу — между Г.Явлинским и С.Кириенко. Выясняется также, что симпатизанты Э.Рос-селя обнаруживают склонность голосовать за А.Лукашен-ко. Наконец, нельзя не отметить признаки разброда и смятения в лагере "младореформаторов", лидеров которых их сторонники распределили между "свитами" Е.Примакова, Ю.Лужкова и Г.Явлинского.

Персональный состав "свит" Е.Примакова и Ю.Луж-кова свидетельствует о том, что роль новой "партии власти", на которую еще недавно могло претендовать движение Ю.Лужкова "Отечество", постепенно переходит к Е.Примакову, его правительству и поддерживающим его кругам. При этом "левый уклон" этой партии в сочетании с лояльностью президенту (это подтверждается, в частности, тем, что наилучшее отношение к правительству фиксируется в электоратах Б. Ельцина, Г.Зюганова и Г. Селезнева) предопределяет сдвиг базы поддержки Ю.Лужкова в противоположную сторону, как в смысле оппозиции президенту, так и в плане размежевания с непримиримой левой оппозицией (электорат Ю.Лужкова существенно хуже относится к Думе, чем электорат Е.Примакова). Именно поэтому среди тех, кто симпатизирует Ю.Лужкову, отмечается большое число людей, одновременно симпатизирующих Г.Явлинскому и А.Лебедю.

Состав "свит" главных фигурантов

Ю.Лужков Е.Примаков Г.Зюганов Г.Явлинский А.Лебедь

Г.Явлинский С.Кириенко 6.Анпилов Б.Березовский И.Рыбкин

А..Лебедь А. Вольский С.Бабурин М.Горбачев А.Руцкой

Е.Гайдар Б.Громов А.Баркашов Э.Памфилова Р.Абдулатипов

С.Говорухин Б.Ельцин В.Илюхин Б.Федоров

А.Куликов О.Сысуев М.Лапшин Б.Немцов

А.Масхадов В.Черномырдин А.Лукьянов А.Чубайс

А.Николаев Н.Травкин А.Макашов Д.Аяцков

Св.Федоров Н.Рыжков Е. .Лахова

И.Хакамада Г.Селезнев

А.Шохин Е.Строев

М.Шаймиев А.Тулеев А.Солженицын Ю.Маслюков В.Лукин

Эти соображения подкрепляются сравнительным анализом социально-демографических характеристик электорате Е.Примакова и Ю. Лужкова. Вряд ли следует удивляться тому, что число сторонников ЮЛужкова в обеих столицах существенно выше числа приверженцев ЕЛримакова (32 против 7%; столичные жители составляют 1/4 электората Ю.Лужкова). Слегка опережает он Е.Примакова и на европейском юге России, где явное преимущество имеет Г.Зю-ганов и к нему стекаются голоса даже тех, кто симпатизирует Е.Примакову. Вся остальная провинция (и особенно сельское ее население) предпочитает Ю.Лужкову Е.Примакова (естественно, еще больше Г.Зюганова, а в Сибири и на Дальнем Востоке еще и А.Лебедя). Примечателен при этом контраст, обнаруживающийся в предпочтениях работников органов управления: служащие федеральных органов власти больше склонны голосовать за Е.Примакова, местных органов — за Ю.Лужкова; в целом же среди управленцев, а также среди работников силовых ведомств и структур преимущество на стороне последнего.

Электорат Ю.Лужкова существенно моложе и образованнее электората Е.Примакова. Среди лиц моложе 40 лет с высшим образованием за него голосуют 20%, за Е.При-макова — только 7% (хотя в слое образованных старше 40% лет картина меняется — здесь Е.Примаков получает 16% голосов, а Ю.Лужков — 11%).

По данным опроса можно составить представление о том, какими корнями связаны два претендента с советским прошлым. Среди избирателей ЕЛримакова более высока доля бывших партийных начальников (в массе своей, разумеется, голосующих за Г.Зюганова), у Ю.Лужкова же значительно больше тех, кто пассивно отбывал свое членство в КПСС. Любопытным контрастом в связи с этим выглядит распределение между электоратами нынешних церковно вовлеченных людей. Здесь, как раз наоборот, активисты религиозных общин чаще встречаются среди избирателей Е.Примакова и Г.Зюганова, рядовые же члены общин предпочитают Е.Примакову Ю.Лужкова (но также и Г.Зюганова, который при всей странности этого обстоятельства пока выигрывает в борьбе за православный электорат).

Соответственно своему более низкому образовательному цензу и возрастному составу электорат Е.Примакова содержит явно больше представителей низкодоходных категорий населения: за премьера собираются проголосовать 14% этого слоя, за Ю.Лужкова — 7%. Это отражается и на настроениях, и на взглядах их избирателей, хотя в массе своей они сходны. Так, скажем, ни избиратели Е.Примакова, ни избиратели Ю.Лужкова нисколько не обольщаются относительно благоприятности перемен, произошедших в стране в последние месяцы, — в обоих электоратах группа негативно оценивающих перемены, а

таких большинство, представлена почти поровну. Различия начинаются там, где речь идет о малых, "маргинальных" группах. Так, людей, ожидающих резкого улучшения в экономике и политике в ближайшие месяцы в стране, насчитывается не более 1%, и чаще всего их можно встретить в числе почитателей Е.Примакова. Улучшения собственного материального положения в ближайшем году ожидают 5% опрошенных, и они также выступают на стороне Е.Примакова. В этом смысле его электорат в какой-то своей части можно назвать "электоратом надежды". В электорате Ю.Лужкова, напротив, больше тех, для кого приемлемо нынешнее положение дел, кто расценивает нынешнюю политическую обстановку в стране как спокойную, а экономическое положение в стране и в своем регионе как вполне благополучное, людей, удовлетворенных своей зарплатой, в частности сумевших добиться ее повышения, поменяв место работы, т.е. более активных и мобильных. Это — "электорат адаптированных".

Итак, еще раз повторим, что при всех отмеченных различиях, а их можно и умножить за счет других маргинальных групп и объяснить с учетом возрастных и образовательных особенностей электоратов, а равно и столич-ности электората Ю.Лужкова, электораты Ю.Лужкова и Е.Примакова обнаруживают большую близость и по составу, и по настроениям. Поэтому в случае острого соперничества этих лидеров может получиться "перетягивание каната", пагубное для них обоих. Напротив, объединение усилий сделало бы их блок практически непобедимым, во всяком случае, в ближайшей перспективе. Наверное, условием такого объединения могло бы стать со стороны Ю. Лужкова отдаление ЕЛримакова от прокоммунистической Думы (заметим, что оценка деятельности Думы избирателями Ю. Лужкова значительно ниже, чем оценка ее электоратом Е.При-макова) и очищение кабинета от представителей левой оппозиции; со стороны же Е.Примакова — приглашение Ю.Лужкова первым вице-премьером в свое правительство (отказ означал бы в глазах публики нежелание Ю.Лужкова взвалить на себя бремя общероссийской ответственности и в результате этого падение и без того недостаточно высокой поддержки в российской глубинке).

В последнее время идея формирования политической коалиции между руководством правительства и мэром Москвы получила широкое хождение в кругах политической и политологической элиты, о чем, в частности, свидетельствует документ "Совета по внешней и оборонной политике"*. ЕГриводимые здесь данные могут служить подспорьем при выработке позиции в пользу или против такого союза.

Независимая газета. 1999. 16 февр.