О некоторых особенностях изучения современной социальной структуры России

СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ И ЭКОНОМИЧЕСКИЕ НАУКИ

уДк 3163 Е. В. БУТОРИНА

Омский государственный технический университет

О НЕКОТОРЫХ ОСОБЕННОСТЯХ ИЗУЧЕНИЯ СОВРЕМЕННОЙ СОЦИАЛЬНОЙ СТРУКТУРЫ РОССИИ

В статье анализируется малоразработанный вопрос о специфике современной методологии изучения социальной структуры. Главное внимание уделено дискуссионным проблемам. Статья рассчитана на преподавателей социологии и студентов ОмГТУ, изучающих спецкурс «Социальная структура современной России».

Ключевые слова: группа, слой, класс, социальная структура, социальная стратификация.

В 90-е годы в России осуществился переход к новой общественной системе, радикально преобразовалась социальная структура страны. Под влиянием изменившейся социальной реальности изменилось содержание отраслевой социологии социальной структуры, а её проблематика стала приоритетной в исследованиях отечественных социологов. За последние два десятилетия только в журнале «Социологические исследования» было опубликовано около ста работ, посвященных проблемам развития отечественной социальной структуры. В этом направлении трудятся крупнейшие социологи страны — Ю. Арутю-нян, Л. Беляева, З. Голенкова, Т. Заславская, В. Радаев, М. Руткевич, О. Шкаратан и многие другие, опубликовавшие работы как теоретико-методологического, так и эмпирического характера.

Исследование постсоветской социальной структуры России началось сравнительно недавно, однако, несмотря на это обстоятельство, уже сегодня можно подвести некоторые предварительные итоги о его своеобразии.

В конце двадцатого столетия в социологии осуществился поворот от методологического монизма советского периода к методологическому плюрализму периода рыночных преобразований. В настоящее время не подлежит сомнению, что «современная социологическая наука представлена несколькими парадигмами, которые олицетворяют ту или иную методологическую стратегию» [1]. Все парадигмы макросоциологии признаны равноправными. Сложнее обстоит дело в отраслевой социологии социальной структуры.

ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК № 2 (76) 2009 СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ И ЭКОНОМИЧЕСКИЕ НАУКИ

СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ И ЭКОНОМИЧЕСКИЕ НАУКИ ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК № 2 (76) 2009

В советский период социальная структура анализировалась только с позиции социально-классовой теории К. Маркса, теория социальной стратификации М. Вебера отвергалась. В период рыночных преобразований среди ученых развернулась дискуссия о статусе марксистской и немарксистской теорий социальной структуры.

Значительная часть социологов рассматривает вышеназванные концепции как альтернативные. Упрекая марксистов в одномерном подходе к изучению социальной структуры, они предлагают использовать только веберовскую парадигму.

Другие ученые отказываются от противопоставлений этих теорий, считают, что это дополняющие друг друга методы оценки социальных неравенств. Например, В. Староверов, отмечая надуманность противопоставления классовой концепции строения общества стратификационной концепции, утверждает, что «западные социологи-классики такого противопоставления отнюдь не делали, по справедливости рассматривая Маркса как одного из первых страти-фикационников. Так было в трудах М. Вебера, Г. Зим-меля, П. Сорокина и т.д., обвинявших Маркса лишь в чрезмерном крене в экономическую детерминацию общественных процессов» [2].

Строго говоря, существуют марксистская и немарксистская теории социальной стратификации, которые дополняют друг друга. Ни одна из них не может претендовать на статус универсальной. Чем сложнее объект исследования, тем труднее сформулировать единственную, универсальную парадигму, и тем целесообразнее использование разных подходов. Использование корпускулярной и волновой теорий описания природы света в физике подтверждают справедливость последней позиции.

Под влиянием изменившейся социальной реальности, а также модификации самой науки, отражающей эту реальность, возникла потребность в уточнении содержания ряда категорий. Предметом обсуждения стали такие фундаментальные понятия, как «слой», «класс», «социальная интеграция», «социальная дезинтеграция» и другие. Ведущей категорией в системе категорий социальной структуры стала категория «социальная стратификация».

Под социально-стратификационной структурой общества стало пониматься «многомерное, иерархически организованное социальное пространство, в котором группы и слои различаются между собой степенью обладания собственностью, властью и статусом» [3]. Ряд категорий еще уточняются, в них вкладывается разное содержание (маргиналы, средний класс и др.).

Особенностью отечественных исследований социальной структуры явилось не слепое копирование западных разработок, а творческое использование теории применительно к специфической ситуации в стране. Строение общества стало анализироваться как по традиционным критериям дифференциации (собственность, власть, престиж, доход), так и по новым критериям, характеризующим переходный период развития России.

Изменение состава структурообразующих факторов отчетливо проявилось в стратификационной модели Н. Тихоновой, которая дифференцировала население страны на группы в зависимости от типа ментальности. Автор подчеркивает, что «решающими в социально-экономической стратификации являются социально-психологические факторы» [4]. Т. Заславская ранжирует общественные группы в зависимости от роли в реформировании общества, а также

способа адаптации их членов к меняющимся условиям бытия» [5].

Таким образом, в научной литературе был сформулирован важнейший методологический принцип: критерии социальной стратификации исторически подвижны, изменчивы. В переходный период критерии социального деления носят переходный характер.

Социальная структура изучается с объективистской и субъективистской позиций. В рамках объективистского подхода элементы социальной структуры рассматриваются как объективно данные. При субъективистском подходе социальное пространство структурируется социологами произвольно, а изучаемые группы скорее представляют собой идеальные типы, а не реальность. Специалисты с тревогой отмечают эскалацию субъективистских воззрений на социальную структуру общества в России [6].

Ещё в 90-е годы ХХ столетия в научной литературе обсуждался вопрос об искусственно созданных социальных группах (подкулачниках, жертвах политических репрессий), о сознательной, целенаправленной стратификации со стороны советской властной администрации. Действительно, посредством политических, экономических и правовых реформ (а сегодня и через целевые социальные программы) государство конструирует социальное пространство, формирует социальные группы. В современных условиях субъектом реальной социальной стратификации выступает не только государство, но и ученые. Так, в России создание класса капиталистов произошло в результате сознательно подготовленного проекта. В. Беленький отметил по этому поводу, что «соответствующую программу разработала российская бюрократия, привлекшая к данной работе часть научной и гуманитарной интеллигенции» [7].

Исследования динамики социальной структуры сводятся главным образом к анализу следующих процессов:

— модификация, обновление ряда элементов, ранее функционирующих в СССР;

— появление новых элементов;

— характер социальной мобильности в переходный период.

Большая часть научных публикаций посвящена среднему классу. В 90-е годы прошлого столетия на страницах журналов «Общественные науки и современность», «Свободная мысль», «Вестник МГУ» и в других изданиях развернулась дискуссия о том, существовал ли средний класс в СССР, существует ли он в постсоветской России или это всего лишь идеологическая мифологема, описывающая, к чему должно стремиться общество, чтобы минимизировать масштабы бедности, сохранить стабильность и порядок.

Исследователи единодушно признали существование среднего класса в постсоветской России, но по вопросу критериев его выделения, социального состава и численности мнения ученых разошлись. Было установлено, что средний класс неправомерно выделять только по медианному значению доходов, необходимо использовать комплекс показателей. В научной среде утвердился принцип многокритериального выделения среднего класса как элемента социальной структуры.

Отечественные социологи используют субъективный (социальная самоидентификация) и объективные критерии принадлежности к среднему классу. Именно последние продолжают оставаться предметом спора.

М. Горшков, используя субъективный показатель, ограничивается двумя объективными критери-

ями: характер труда и величина дохода [8]. Л. Беляева использует такие объективные индикаторы, как материальная обеспеченность и уровень образования [9]. Многие обществоведы предлагают более широкий спектр критериев, что приводит к расширительной трактовке среднего класса. В его состав включаются средние и мелкие частные собственники, массовые отряды интеллигенции, служащие, лица свободных профессий, менеджеры, высококвалифицированные рабочие.

Как видим, в трудах социологов средний класс превращен в метаобщность, состоящую из нескольких социальных групп, что диктует необходимость совершенствования методологии его исследования.

Особенностью исследований современной социальной структуры является слабая изученность высшего и низшего классов. В советский период исследование «верхов» не проводилось, в постсоветский период высший класс фактически остается достаточно непрозрачным для его изучения. Статусные характеристики высшего класса, его состав и границы четко не определены в социологической литературе.

В. Беленький описывает высший класс как гетерогенное образование. По его мнению, основными элементами высшего класса являются крупная буржуазия, крупная бюрократия, наиболее влиятельная часть менеджмента, знаменитости из мира культуры, искусства, спорта, высшее духовенство [10]. Все составные части высшего класса имеют специфические функции, которые дополняют друг друга, образуя определенное единство. Структурно-функциональное многообразие высшего класса, по мнению В. Беленького, отражает специфику перехода от социализма к капитализму в России.

Иную характеристику высшего класса дал М. Рут-кевич. Он не использует термин «высший класс», а употребляет близкое к нему по смыслу понятие «правящий класс». Составными частями правящего класса социолог объявляет крупную и менее крупную буржуазию, а также высшую бюрократию. Однако после тщательного анализа М. Руткевич заключает, что «это все же два разных класса современного российского общества» [11]. Используя марксистскую методологию, М. Руткевич различает эти классы по основным классовым признакам.

На другом полюсе социальной структуры находятся наемные работники, составляющие основную часть занятого населения. По мнению М. Руткевича, его состав гетерогенен, в него входят как лица физического, так и умственного труда: рабочие, служащие, члены распавшихся кооперативов, временно безработные, ожидающие возможность получить работу и пенсионеры [12].

Изучение класса наемных работников началось недавно, причем объектом социологического анализа стали только рабочие, остальные составляющие этого класса пока находятся вне поля зрения социологов. Исследователи отмечают рост численности этого класса, его профессионально-квалификационную деградацию, углубление социальных различий между отрядами рабочего класса (отраслевыми, региональными), усиление его эксплуатации.

В рамках одной статьи невозможно проанализировать всю проблематику исследований современной

социальной структуры России, но можно сделать некоторые выводы об их характере.

Во-первых, большинство социологов изучают социальную структуру в социально-слоевой парадигме.

Во-вторых, трансформация социальной структуры опережает общественную мысль, теоретические обобщения идут вслед за реально происходящими событиями. В поле зрения ученых пока не попали крестьяне, безработные, гастарбайтеры, свободные профессионалы и другие группы населения.

В-третьих, трактовка социального состава изучаемых групп неоднозначна, что диктует необходимость совершенствования методологии исследования.

Сделанные выводы, возможно, помогут преподавателям социологии и спецкурса «Социальная структура современной России» определить тематику семинаров и рефератов, раскрывающих вопросы теории социальной структуры.

Библиографический список

1. Тощенко Ж.Т, О понятийном аппарате социологии / Ж.Т, То-щенко // Социологические исследования. — 2002. — № 9. — С. 11.

2. Староверов В.И. Трансформация социальной структуры и стратификация российского общества / В.И. Староверов // Социологические исследования. — 1998. — № 4. — С. 141.

3. Голенкова З.Т., Игитханян Е.Д. Социальная структура общества : в поиске адекватных ответов / З.Т, Голенкова. Е.Д. Игитханян // Социологические исследования. — 2008. — № 7. — С. 83.

4. Тихонова Н.Е. Динамика социальной стратификации в постсоветском обществе / Н.Е. Тихонова // Общественные науки и современность. — 1997. — № 5. — С. 7.

5. Заславская Т.И. Социальная структура современного российского общества / Т.И. Заславская // Общественные науки и современность. — 1997. — № 2. — С. 9— 10.

6. Беленький В.Х. Социальная структура российского общества: состояние и проблемы теоретической разработки / В.Х. Беленький // Социологические исследования. — 2006. — № 11. — С. 55.

7. Беленький В.Х. Российский высший класс : проблема идентификации / В.Х. Беленький // Социологические исследования. — 2007. - № 5. - С. 15.

8. Горшков М.К. Некоторые методологические аспекты анализа среднего класса в России / М.К. Горшков // Социологические исследования. — 2000. — № 3. — С. 5.

9. Беляева Л.А. И вновь о среднем классе России / Л.А. Беляева // Социологические исследования. — 2007. — № 5. — С. 5.

10. Беленький В.Х. Российский высший класс : проблема идентификации / В.Х. Беленький // Социологические исследования. — 2007. — № 5. — С. 17.

11. Руткевич М.Н. Социальная структура : монография. — М.: Альфа — М, 2004. — С. 198.

12. Руткевич М.Н. Указ. соч. — С. 201- 205.

13. Трушков В.В. Социальная структура: рабочий класс в постсоветской России. Современное состояние и некоторые тенденции изменения / В.В. Трушков // Социологические исследования. — 2008. —№ 3. — С. 23 — 29.

БУТОРИНА Екатерина Владимировна, доцент кафедры социологии, социальной работы и политологии.

Статья поступила в редакцию 19.01.2009 г.

© Е. В. Буторина

ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК № 2 (76) 2009 СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ И ЭКОНОМИЧЕСКИЕ НАУКИ