Проблема слова и его разновидностей

Итак, полученные результаты свидетельствуют о том, что у детей в период младшего школьного возраста уже сформировалось представление об особенностях функционирования тех или иных единиц в процессе общения, в частности этикетных коммуникем, способствующих успешной организации процесса коммуникации, его развития и завершения. При этом многие этикетные коммуникемы, используемые в речи детей младшего школьного возраста, способны указывать на степень знакомства собеседников, характер взаимоотношений между говорящими, их возраст и т.д. Этикетные коммуникемы в речи детей рассматриваемой возрастной группы могут приобретать определенный уровень эмоционально-экспрессивных наслоений. Наблюдение показало, что по мере взросления младшего школьника увеличивается и число используемых этикетных коммуникем, что непосредственно связано с развитием его речи, а также его общей культуры.

К тому же проведенное наблюдение в очередной раз подтверждает процесс постоянного, непрерывного развития языка. Так, в речи младших школьников отмечены случаи появления новых этикетных коммуникем, ранее не зафиксированных, но образованных по аналогии с уже существующими этикетными коммуникемами: До нового дня! (Ср.: До завтра!), Спокойного дня! (Ср.: Спокойной ночи!), Удачного (хорошего) пути! (Ср.: Доброго (счастливого) пути!), Удачной (хорошей) дороги! (Ср.: Доброй дороги!). Подобные процессы, вслед за С. В. Андреевой, «так и хочется обозначить емкой формулой В. Г. Костомарова - "Наш язык в действии"» [Андреева, 173].

Выявив специфику функционирования рассматриваемых синтаксических конструкций в речи младших школьников, следует отметить, что работу, проводимую по развитию их речи, необходимо направить на расширение количества используемых этикетных коммуникем на разных этапах речевого акта, а также на пополнение этих единиц в середине процесса коммуникации. Ведь использование этикетных коммуникем в речи является своеобразным показателем воспитанности человека, в частности младшего школьника.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Андреева С.В. Конструктивно-синтаксические единицы устной русской. Саратов, 2005.

2. Викторова Е.Ю. Коммуникативы в разговорной речи (на материале русского и английского языков): Дис. ... канд. филол. наук. Саратов, 1999.

3. Дагуров Г.В. Некодифицированные высказывания в современном русском языке / Проблемы лексикологии и семасиологии русского языка: Лингвистический сб. М., 1977. Вып. 9.

4. Колокольцева Т.Н. Специфические коммуникативные единицы диалогической речи. Волгоград, 2001.

5. Меликян В.Ю. Проблема статуса и функционирования коммуникем: язык и речь. Ростов н/Д., 1999.

6. Меликян В.Ю. Очерки по синтаксису нечленимого предложения. Ростов н/Д., 2001.

7. Меликян В.Ю. Современный русский язык. Синтаксис нечленимого предложения. Ростов н/Д., 2004.

8. Прибыток И.И. Английские сентенсоиды. Структура. Семантика. Прагматика. Сферы функционирования. Саратов, 1992.

9. Русская разговорная речь. Фонетика. Морфология. Лексика. Жест / отв. ред. Е. А. Земская. М., 1983.

П.В. Чесноков ПРОБЛЕМА СЛОВА И ЕГО РАЗНОВИДНОСТЕЙ

Многие лингвисты сомневаются в возможности дать удовлетворительное определение слову [2, 315-317; 4, 90; 9, 26; 11, 9]. Это в значительной мере обусловлено тем, что реально невозможно охватить единым определением многочисленные языковые единицы (как одного языка, так и разных языков), признаваемые при практическом анализе словом. Но в такой же степени безнадежны любые попытки подвести под одно определение все построения, практически рассматриваемые как словосочетания. Не поддаются объединению одной дефиницией все случаи односо-ставности или двусоставности предложений.

Это объясняется отсутствием четких, строгих граней между словом и морфемой, с одной стороны, словом и словосочетанием, с другой [6, 105-111; 5, 47; 3, 152], наличием взаимоперехо-

дов между односоставными и двусоставными предложениями [1, 2000] вообще говоря, подвижностью границ между различными классами языковых фактов. Вот почему П.С. Попов справедливо говорит о способности единиц языка быть в разной степени словами [7, 1954].

Отсутствие непроходимых границ между предметами и явлениями, наличие промежуточных, переходных образований есть важнейшее свойство природы, проявление диалектики движения. «Hard and fast lines (абсолютно резкие разграничительные линии) несовместимы с теорией развития» [12, 527].

Точное определение возможно только для типичных явлений какого-либо класса. Все, что стоит на границе данного класса и какого-либо другого, под общее определение данного класса подходит лишь частично и одновременно подпадает под иное определение, иногда противоположное.

Для установления типичных словесных единиц и отграничения от них фактов переходности, занимающих промежуточное положение между типичными словами и единицами ближайших уровней (вышестоящего и нижестоящего), т.е. словосочетаниями и морфемами, целесообразно сформулировать общее определение слова, учитывающее как собственно языковые признаки слова, так и признаки той логической единицы, которая им выражается и без обращения к которой сущность слова, его роль в коммуникативном и познавательном процессах не могут быть раскрыты. Эта единица характеризуется только ее элементарностью, т.е. тем, что она не делится на более мелкие единицы мыслительного процесса. Назовем ее сегментом.

Слово - это единица языка, обладающая свойствами семантической выделимости и цельно-оформленности и воспроизводящая благодаря этому нерасчлененную (минимальную) единицу мышления - сегмент.

Отмеченные выше собственно языковые признаки слова были четко выделены А.И. Сми-рицким [8, 184-188], который под выделимостью имеет в виду, в сущности, именно семантическую выделимость, а не чисто структурную, свойственную и единицам более низких уровней (морфемам и фонемам).

Признак семантической выделимости отграничивает слово от единиц, входящих в его состав в качестве частей, в первую очередь от морфемы. Последняя, как было выяснено выше, семантической выделимостью не обладает, так как лишь в составе слова (словоформы) соотносится с определенной частью его содержания. Теряя вне структуры слова способность воспроизводить какое-либо идеальное содержание (например, окончания -а, -ы множественного числа существительных дома, сады или уменьшительно-ласкательный суффикс ик в словоформе садик). Сказанное позволяет определить морфему следующим образом:

Морфема - наименьшая значимая единица языка, не обладающая признаком семантической выделимости, т.е. не выражающая отдельной единицы мышления, а лишь соответствующая в составе словоформы одной из сторон ее содержания.

Признак цельнооформленности отличает слово от словосочетания и от любого другого сочетания слов. «Цельнооформленность слова, - пишет А.И. Смирницкий, - естественно, сама по себе выражает известную смысловую цельность: она подчеркивает, что данный предмет или явление мыслится прежде всего как нечто одно, особое целое, даже если при этом и отмечается сложность его строения или выделяются отдельные его признаки» [8, 197]. Цельнооформленность слова состоит в его нечленимости на части, обладающие семантической выделимостью, в такой организации его частей, при которой лишь их совокупность способна самостоятельно воспроизводить определенное идеальное содержание, и это справедливо и по отношению к тем случаям, когда части слова материально разобщены, когда между ними в речевом потоке вставляются другие слова (русское кое с кем; немецкое Er machte die Tür zu - «Он закрыл дверь»). Русское кое... кем выражает единую идею неопределенного лица, несмотря на то, что между частями этой единицы стоит служебное слово к, а немецкое machte... zu - целостную идею открывания, хотя между основой слова и отделяемой приставкой вставлено существительное с артиклем.

Благодаря цельнооформленности слово воплощает в себе нерасчлененную единицу мышления, выступающую в конкретном мыслительном процессе в качестве его наименьшего отрезка, т.е. сегмента.

Словосочетанию (свободному) цельнооформленность в рассмотренном смысле не свойственна. При семантической выделимости оно характеризуется раздельнооформленностью, при которой каждый компонент языковой единицы сам по себе обладает особым идеальным содержанием, противопоставленным содержанию других компонентов и не сливающимся с ним, и поэтому воспроизводит особую единицу мышления (сегмент). Словосочетание же в целом выражает расчлененное, хотя и целостное понятие; его целостность возникает как результат связи ряда сегментов, которая обеспечивается взаимосвязью слов в пределах словосочетания, существующей наряду с раздельнооформленностью всей конструкции.

С учетом всего сказанного о словосочетании его определение приобретает следующий вид.

Словосочетание - единица языка и речи, обладающая признаками семантической выдели-мости и раздельнооформленности и выражающая в связи с этим целостное, но расчлененное понятие, а значит, выступающая в качестве сложной номинативной единицы.

Как общий формальный тип единиц (общая модель) словосочетание принадлежит системе языка. Каждое же конкретное сочетание знаменательных слов - порождение конкретного речевого процесса.

Различия между основными видами слов состоят в различии отношений между ними в речевом потоке. Между знаменательными словами возникают определенные линейные отношения, выявляемые с помощью вопросов. Выражаются эти отношения либо служебными словами, либо морфологическими формами знаменательных слов, либо взаимодействием содержаний соотнесенных словоформ. Так, в предложении Отец решил купить для сына подарок отношение между словами отец и решил (отец что сделал?) выражается с помощью морфологической формы глагола решил, отношение между словами решил и купить (решил что сделать?) - взаимодействием содержаний словоформ решил и купить, отношение между единицами купить и для сына (купить для кого?) - служебным словом для, отношение между глаголом купить и существительным подарок (купить что?) - морфологической формой словоформы подарок.

А какое отношение существует между служебным словом и знаменательным? Всякий ответит, что между служебным словом и знаменательным (например, между предлогом для и существительным сына) нет линейного отношения, хотя нелинейные отношения могут и быть - например, зависимость значения предлога от значения существительного (вышел из леса, костюм из бархата).

Однако определенное взаимодействие значения служебного и значения связанного с ним знаменательного слова, безусловно, имеется. Значения служебного и знаменательного слова как бы сливаются друг с другом, соприкасаются непосредственно, образуя одну синтаксическую и семантическую единицу, поэтому их соотношение можно назвать слипанием. При подчинении отношение, выражаемое предлогом или союзом, направлено в сторону той единицы, к которой подсоединяется предлог (в простом предложении) или союз (в сложном предложении): Купил подарок для сына, После того как взошло солнце, наш отряд выступил из города. При сочинении отношение, передаваемое союзом, направлено от той единицы, к которой подсоединяется союз. (Он споткнулся, и упал, Он смел, но неосторожен) [10, 10]. Служебное слово может быть и не связано ни с сочинением, ни с подчинением, например, при отрицании (не работает, не отец). Однако взаимодействие его содержания с содержанием знаменательного слова и в этом случае является слипанием.

Слипание наблюдается и пи взаимодействии частей сложного слова: (домостроительство, спецкурс, сберкнижка, мультпарад в отличие от словосочетаний строительство домов, специальный курс, сберегательная книжка, мультипликационный парад). Для первых частей сложных слов М.В. Панов создал специальный термин аналит-прилагательные, рассматривая их как проявление новой части речи, особенностью которой является отсутствие специального отношения к основному слову и непосредственное смыкание содержания аналит-прилагательного с содержанием основного слова.

Третий вид слова характеризуется отсутствием какого-либо взаимодействия с содержанием других слов, поскольку эти слова всегда выступают изолированно, образуя нечленимые предложения. Это междометия и звукоподражания (ах, увы, бабах, трах и т.д.), которые зачастую суб-

стантивируются или вербализуются и тогда ведут себя как существительные или глаголы (Татьяна - ах! Взрыватель в этот момент - бабах).

Что касается модальных слов, то они, раскрывая отношения между компонентами актуального членения, ведут себя так же, как служебные слова, слипаясь с ремой (Отец приедет, вероятно, поздно, Провожать тебя будет, конечно, Федор).

Таким образом, разные виды слов связаны с наличием или отсутствием отношений между словами в речевом потоке. Но типичное слово в любом случае воспроизводит наименьшую единицу мыслительного процесса. Сложное слово, содержащее в своем составе аналит-прилага-тельное, - больше чем слово. Оно занимает промежуточное положение между словом и словосочетанием, выступая как яркий случай переходности в грамматике.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Бабайцева В.В. Переходность в грамматике русского языка. М., 2000.

2. Балли Ш. Общая лингвистика и вопросы французского языка. М., 1955.

3. Бубрих Д.В. Историческая морфология финского языка. М.-Л., 1955.

4. Вандриес Ж. Язык. М., 1937.

5. Дмитриев Н.К. Грамматика башкирского языка. М.-Л., 1948.

6. Панфилов В.З. Сложные существительные в нивхском языке и их отличие от словосочетаний (к проблеме слова) // Вопросы языкознания. 1958. № 1.

7. Попов П.С. Понятие слова в свете марксистского учения о непосредственной связи языка и мышления // Вестник МГУ. 1954. № 4.

8. Смирницкий А.И. К вопросу о слове // Труды Института языкознания АН СССР. М., 1954.

9. Сепир Э. Язык. М., 1934.

10. Чесноков П.В. Семантическая структура предложения // Семантическая структура предложения. Ростов н/Д., 1978.

11. Щерба Л.В. Очередные проблемы языкознания // Избранные работы по языкознанию и фонетике. Л., 1958.

12. Энгельс Ф. Диалектика природы // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 20.

А.Н. Чинталова

ОБ АНАЛИТИЧЕСКИХ КОНСТРУКЦИЯХ С ГЛАГОЛАМИ 'БЫТЬ', 'ИМЕТЬ', 'ДЕЛАТЬ'

С ростом глагольности в языке и превращением предикативности в доминанту грамматических значений «выделяется особый класс служебных глаголов, которые используются для образования аналитических форм, передающих разнообразные оттенки субъективных и объективных модальностей». Происходит спецификация глаголов: одни специализируются для передачи лексических значений, вторые - грамматических [Поленова, 2002: 66].

Термин «аналитические конструкции» и понятие «аналитического строя языка» были выдвинуты в лингвистике по отношению к новым индоевропейским языкам такого типа, как английский, датский, французский и др.

Аналитическими конструкциями принято называть сочетания слов служебного и знаменательного, в которых служебное слово, самостоятельно или вместе с аффиксом знаменательного, выражает грамматическое значение знаменательного слова и тем самым всей конструкции в целом.

К случаям несомненным, по В.М. Жирмунскому, относятся видовременные сложные глагольные формы, образованные с помощью вспомогательных глаголов, ср.: прошедшее время нем. ich habe geschrieben «я написал», англ. I have written, франц. j'ai écrit; будущее время нем. ich werde schreiben, несоверш. русск. буду писать.

Несмотря на теснейшую грамматическую и смысловую связь между элементами сложной аналитической формы, контактное положение, неразрывность (морфологическая неделимость) вовсе для этих элементов не обязательны. Так, для немецкого языка в аналитических глагольных формах обязательно дистантное расположение («рамочная конструкция»), например: ich habe erst