Международная научная конференция «Русское литературоведение ХХ века: имена, школы, концепции»

Доктор филологических наук Анна А. Зализняк (соавтор И. Микаэлян) в докладе «Употребление простого имперфектива вместо вторичного: границы нормы» рассмотрела бесприставочные имперфективы — члены видовой тройки, которые появляются на месте ожидаемых производных префиксальных (рвать зубы вм. вырывать, варить трубы вм. сваривать, грузить программу вм. загружать), носят разговорный или профессионально-жаргонный характер и придают речи небрежный, фамильярный оттенок. Отсутствие префиксов, не являющихся чисто видовыми, приводит к опущению некоторого компонента значения, выражение которого берет на себя глагольный корень или глагольное словосочетание с объектом в целом (не случайно ограничение на тип объекта, ср.: рвать мосты, но: *рвать дома), что позволило назвать данные глаголы «квазибесприставочными», «морфологически простой, но семантически сложной формой», а их значение — «герметичным». Докладчица указала на системный характер явления и перспективность его исследования: предстоит охарактеризовать условия его возникновения и параметры варьирования.

В докладе «Нормы речевого поведения в конфессиональных культурах» докт. филол. наук С.Е. Никитина остановилась на типах текстов, бытующих у старообрядцев, молокан, духоборцев, привлекла внимание слушателей к фактам особого употребления грамматики и лексики, обусловленным религиозным сознанием (например, синонимия упование — вера; запрет на слово спасибо, обусловленный интерпретацией заударного -ба как связанного с «будда», «бай»; запрет на местоимение 1-го лица им. п. в речи пророков, объясняемый их посреднической, а тем самым неаген-тивной ролью). Лингвистическое освещение получил тип соотношения сакрального/профанного слова в разных конфессиях: классическая диглоссия у старообрядцев, которые под понятием «русского языка» объединяют церковнославянский и разговорный; у молокан церковнославянский сохраняется только в псалмах, исполнение которых к тому же отмечено яканьем, приобретающим характер сакрального маркера, т.е. речь может идти о «певческой диглоссии» — разных формулах фольклорного и религиозного пения; двуязычие поддерживается у мордовских молокан и в американских религиозных общинах.

В заключение директор ИРЯ им. В.В. Виноградова РАН А.М. Молдован поблагодарил участников и слушателей Чтений, сказав, что прочитанные доклады обогатили наши представления о норме.

Подводя итоги Чтений, можно сказать, что при решении проблем нормы в фокусе лингвистического внимания оказались явления вариативности, вопросы формулирования границы нормативного/ненормативного в условиях современного языка и общества, факты языковой рефлексии и речевые тактики носителей языка — неспециалистов, что свидетельствует о толерантности современной нормы к человеку.

Е.Н. Никитина

Сведения об авторе: Елена Николаевна Никитина, канд. филол. наук, докторант ИРЯ РАН. E-mail: yelenon@mail.ru

ВЕСТНИК МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. СЕР. 9. ФИЛОЛОГИЯ. 2011. № 3

МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ «РУССКОЕ ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ ХХ ВЕКА: ИМЕНА, ШКОЛЫ, КОНЦЕПЦИИ»

Кафедра теории литературы филологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова организовала и провела 26—27 ноября 2010 г. международную научную конференцию «Русское литературоведение XX века: имена, школы, концепции», которая собрала около 100 участников из 5 стран мира и 22 российских городов. Открыл конференцию зам. декана по научной работе профессор О.А. Клинг. Целью конференции стало осмысление и систематизация наследия русской науки о литературе ушедшего столетия.

Большой интерес вызвало пленарное заседание, на котором встретились представители самых разных литературоведческих школ Москвы (МГУ, ИМЛИ РАН, РГГУ), Санкт-Петербурга, Казани, Саранска. О.А. Клинг в докладе «Литературоведение ХХ века как социокультурное явление» подчеркнул, что «совершенно неправомерно, говоря о советском периоде литературоведения, всех мазать одной краской», и предположил, что беспрецедентную ситуацию в науке о литературе конца ХХ — начала XXI в. в будущем назовут платиновым веком: «Это время особое: литературоведческая мысль уже пережила существенное обновление, наступила пора спокойного ее течения. Мы на пороге нового статуса науки о слове (и самой литературы) в условиях, когда сосуществуют, и довольно мирно, самые разные школы. При этом у каждой из них свой круг авторов и свой круг читателей. Может быть, мы возвращаемся, но на новом витке, к синтетическому литературоведению, когда в диалоге разных школ и направлений произойдет познание неисчерпаемой сущности текста». Л.Я. Воронова рассказала о литературоведении первой половины ХХ в. в Казанском университете. О.Е. Осовский на примере жизнеописаний М.М. Бахтина обратился к жанру биографии литературоведа как объекту литературоведческого исследования. Анализу художественного текста в отечественном литературоведении ХХ в. посвятил свое выступление В.И. Тюпа. О русском литературоведении в эпоху господства марксизма-ленинизма говорилось в докладе В.Е. Хализева. На пленарном заседании состоялись выступления о таких разных исследователях литературы, как Б.М. Эйхенбаум (доклад Е.И. Орловой «Б.М. Эйхенбаум как литературный критик»), А.М. Ев-лахов (доклад Е.А. Тахо-Годи «Забытый предтеча русского формализма»), Е.А. Соловьев-Андреевич (доклад М.В. Михайловой «Как начиналось марксистское литературоведение: венок на могилу Е.А. Соловьева-Андреевича»). Украшением программы стали выступления Б.Ф. Егорова, прокомментировавшего новые материалы о жизни и творчестве Ю.М. Лотмана, Н.В. Корниенко, обратившейся к литературоведению в контексте литературной борьбы эпохи нэпа, а также — Ю.В. Манна, поделившегося своими филологическими воспоминаниями о студенческих годах в МГУ.

На конференции активно обсуждались вопросы, связанные с наследием прошлого в русском литературоведении ХХ в. Особе внимание было

уделено своеобразию отечественного литературоведения, его месту в мировой науке о литературе. Участники посвятили свои выступления не только академическим школам и их признанным лидерам, но и вненаправ-ленческим концепциям, а также несправедливо забытым исследователям.

Работа первой секции была сосредоточена вокруг конкретных имен. Докладчики обратились к литературоведческому наследию С.Д. Кржижановского (Л.В.Чернец), В.Л. Комаровича (О.А. Богданова), Ф.П. Шиллера (А.А. Смирнов), Г.Д. Гачева (А.Г. Гачева), У.Р. Фохта (Л.А. Ходанен), К.И. Чуковского (Ф.А. Ермошин), М.М. Дунаева (Е.Р. Варакина), И.Ф. Анненского (А.В. Домащенко), Л.Д. Громовой-Опульской (Н.И. Бурнашева), А.В. Белин-кова (В.Г. Моисеева), И.Ю. Подгаецкой (Е.М. Луценко), А.В. Михайлова (О.В. Никандрова), А.А. Сабурова (Е.Е. Лебедева), Д.С. Лихачева (Е.В. Суровцева), И.А. Ильина (Е.Г. Руднева).

Во второй секции можно было выделить три аспекта: саморефлексия литературоведения, новые научные направления, наследие русской литературы в оценке тех или иных литературоведов. В.В. Курилов дал определение «литературоведческой школы», «направления», «течения» и ввел понятие индивидуальной методологической стратегии анализа и интерпретации словесно-художественного произведения. В этом же ключе, но более конкретно, были ориентированы доклады Н.Г. Владимировой («Автор как проблема английской художественной прозы в контексте ее восприятия отечественным литературоведением») и С.Г. Исаева («Понятие выразительности в теоретических исканиях начала ХХ столетия: мистическая и позитивистская проекции») о смене методологических приоритетов в литературоведении ХХ столетия: отказ от гносеологии в пользу онтологии, феноменологии и функциональности. Л.А. Трахтенберг обратился к истории изучения русской смеховой литературы на материале работ И.Е. Забелина, В.П. Адриановой-Перетц, М.М. Бахтина, Д.С. Лихачева, Ю.М. Лотмана, Б.А. Успенского. Дискуссия в советском литературоведении об отношениях между литературной критикой, литературоведением и литературой, а также позднейшие тезисы А.В. Михайлова и С.Г. Бочарова о «литературности» литературоведения сопоставлялись в докладе В.А. Третьякова с развитием соответствующих идей в западной литературной теории второй половины ХХ в. С.М. Телегин представил собственную концепцию мифореставрации, обосновал ее теоретическую базу и указал на отличие от предшествующих теорий. Идеи С.М. Телегина были развиты в докладах Т.А. Алпатовой («Методология русской мифологической школы сегодня: возможности мифореставрации поэтического образа»), Л.М. Ельницкой («Об одном направлении современных мифологических исследований в литературоведении: метод мифореставрации»), Е.Ю. Полтавец («Система терминов в методе мифореставрации»). Д.В. Кобленкова в свою очередь охарактеризовала отечественную скандинавистику второй половины ХХ в.

Доклады третьей секции были связаны с функционированием самых разных концепций в отечественном литературоведении ушедшего столетия. А.Я. Эсалнек размышляла о полифункциональности диалогизма в науке о литературе. А.В. Жданова обратилась к проблеме генезиса терминов «гротескный стиль», «игровой стиль», «нетрадиционный нарратив». В докладе П.П. Ткачевой рассматривалась концепция системы литературных родов И.В. Гуторова (труды которого сегодня представляют библиографи-

ческую редкость) с точки зрения процессов самоорганизации в литературе. Л.Н. Рягузова исследовала понятие «второе Средневековье» как культурологический и семиотический концепт в теоретической рефлексии П.М. Бицилли. В выступлении О.И. Плешковой отмечалась связь исторической прозы Ю.Н. Тынянова и теории литературной эволюции ученого, кроме того, утверждалось влияние научных концепций и художественных опытов Ю.Н. Тынянова на развитие современной исторической прозы русского постмодернизма. М.Б. Лоскутникова также обратилась к фигуре Ю.Н. Тынянова в свете работы литературоведа над проблемами поэтики. К забытым трудам В.В. Гиппиуса о творчестве М.Е. Салтыкова-Щедрина обратилась Е.Ю. Садовская. Работы уфимского литературоведа Р.Г. Назиро-ва, связанные с изучением творчества А. Пушкина, Н. Гоголя, Ф. Достоевского, А. Чехова, проанализировала Ю.В. Шевчук. Выступление Э.И. Гут-киной было связано с характеристикой разработанной Э.К. Розеновым в связи с концепцией «золотого сечения» в поэзии и определением значения исследований ученого для теории лирического творчества. В заключение Э.В. Пугачева проследила трансформацию «вечного образа» красоты в стихотворениях А. Ахматовой.

Центральным событием конференции стал круглый стол, посвященный обсуждению проекта словаря «Русские литературоведы ХХ века». Сформулированные А.А. Холиковым основные проблемные узлы и теоретико-методологические принципы будущего издания инициировали выступления экспертов: Б.Ф. Егорова, И.Б. Роднянской, В.Е. Хализева, М.Ю. Эдельштейна, М.В. Михайловой, Е.А. Тахо-Годи, В.И. Масловского, А.А. Смирнова, Л.Я. Вороновой и других участников конференции. Напомним, что в августе 2010 г. кафедра теории литературы филологического факультета выпустила проспект словаря, который содержит редакторскую статью, обоснование актуальности и основных теоретико-методологических принципов издания, словник, примеры словарных статей, а также памятку авторам. Уже в сентябре начал работу веб-портал, созданный в рамках Международной научно-практической интернет-конференции для публичного обсуждения данного проекта. Готовящийся словарь станет первым академическим изданием в своем роде. В него войдет свыше 1000 статей о литературоведах, а также писателях и критиках (в том числе эмигрантах), занимавшихся литературоведением. В результате плодотворного обсуждения проект получил всеобщее одобрение. Была отмечена детальная проработка материала, прозвучали ценные замечания и выражена готовность российских ученых к сотрудничеству. По мнению В.С. Баев-ского, приславшего письменный отзыв, проспект словаря вызвал немалый интерес филологического сообщества.

В целом прошедшая конференция показала, что филологический факультет, следуя лучшим традициям Московского университета, объединил литературоведов страны в большой научной работе.

А.А. Холиков

Сведения об авторе: Холиков Алексей Александрович, канд. филол. наук, преподаватель кафедры теории литературы филол. ф-та МГУ имени М.В. Ломоносова. E-mail: alexey_kholikov@mail.ru