Композиты в микросфере описания героев - донских казаков в Тихом Доне М. А. Шолохова

ВОПРОСЫ ЯЗЫКОЗНАНИЯ И ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЯ

УДК 808.2

КОМПОЗИТЫ

В МИКРОСФЕРЕ ОПИСАНИЯ ГЕРОЕВ - ДОНСКИХ КАЗАКОВ В "ТИХОМ ДОНЕ" М.А. ШОЛОХОВА

Е.С. Ольховская

Имеющиеся публикации о языке и стиле Михаила Шолохова исследуют разные аспекты его текстов, в частности и романа "Тихий Дон".

Анализу языка Михаила Шолохова посвящена часть сборника "Шолоховские чтения" [1], сборник "Проблемы изучения языка и стиля М.А. Шолохова" [2]. Опубликованные в них статьи рассматривают в основном синтаксис "Тихого Дона" (таковы работы С.Г. Бу-каренко, Г.Ф. Гавриловой, С.В. Коростовой, Н.В. Малычевой и др.). Фольклорные основы текста романа "Тихий Дон" прекрасно раскрыты в статье Е.И. Дибровой [3].

Однако наблюдения над особенностями сложных слов, столь регулярно употребляемых в романе, в работах почти не представлены, т.е., специальные исследования, посвященные им, отсутствуют.

Следует отметить, что структурно-семантическое и стилистическое описание композитов в "Тихом Доне" в какой-то мере исследовалось в кандидатской диссертации Л.В. Измайловой [4], однако основное внимание автор обращает на окказионализмы в тексте Михаила Шолохова и лишь в связи с этим уделяет место анализу композитов. В какой-то мере касается сложных слов, как средства передачи оттенков цвета в романе Шолохова, Е.А. Рыбальченко [5].

Какими композитами представлена в романе "Тихий Дон" микросфера "Человек", включающая в себя описание особенностей лица, внешности, фигуры, одежды, манеры

Ольховская Елена Сергеевна - ассистент кафедры профессиональной педагогики и психологии Азово-Черноморской агроинженерной академии, соискатель кафедры русского языка и культуры речи Педагогического института Южного федерального университета, 344082, г. Ростов-на-Дону, ул. Б. Садовая, 33, e-mail: rus_cult.flis @pi.sfedu.ru, т. 8(863)2404538.

поведения героев произведения - казаков, до сих пор по существу не рассмотрено учеными.

В толковых словарях дается широкое представление об индивидуальной личности человека, которое сводится к описанию личности как "совокупности свойств, присущих данному человеку" [6]. Используя композиты, Михаил Шолохов большое внимание обращает на лицо, мимику персонажа: "...Поднялся на ноги? Оч-чень хорошо! Анну мы забираем. - И догадливо-намекающе сощурился..." [7, кн. 1, ч. 5, с. 433]. Так Бунчук выражает свое отношение к Абрамову, работавшему с Анной.

Цвет лица может характеризоваться автором как переменный признак. При характеристике цвета лица персонажа, который пребывает в состоянии волнения, Михаил Шолохов широко использует композиты, обозначающие интенсивность цвета путем сравнения с цветом какого-либо предмета, например, цветка - "маково-красная": " Григорий, улыбаясь, снимал с себя шинель и шашку, а сзади ловила и целовала его руку плачущая Наталья и радостно шлепала в ладони маково-красная Дуняшка" [7, кн. 2, ч. 6, с. 73].

Или вариант данного композита - "крас-номаковая Ильинична" (во время сватовства сына): "За ним (Пантелеем Прокофьевичем) в шелесте юбок поплыли красномаковая Ильинична и Василиса, неумолимо твердо спаявшая губы" [7, кн. 1, ч. 1, с. 45]. Видимо, автор считает, что определение "маково-крас-

Elena Olkhovskaya - assistant of Professional Pedagogy and Psychology Department at the Azov-Black Sea Agroengineering Academy, post-graduate student of the Russian Language and Culture of Speech Department at the Pedagogical Institute of Southern Federal University, 33, B. Sadovaya Street, Rostov-on-Don, 344082, e-mail: rus_cult.flis@pi.sfedu.ru, ph. +7(863)2404538.

ная" более подходит к описанию портрета молодой, цветущей девушки; "красномако-вая" - цвет, реально отражающий переживания пожилой матери, временный признак.

Чувство страха автор увидел на лице человека, схваченного казаками: "Пойманный поднял голову, на мутно-белом лице, покри-вясь, плотно сомкнулись безмолвные губы" [7, кн. 1, ч. 4, с. 323]. Прилагательное "мутно-белое" без первой части имело бы другое значение - "белое, выхоленное", но не лицо мертвенно-бледного человека (с оттенком серого налета), ожидающего смерти.

При характеристике взгляда персонажа, выражения его глаз сложное слово отражает динамичность самого содержания понятия "взгляд", которое может постоянно меняться ("мимолетность взгляда"), выражая настроение персонажа, его внутреннее состояние. Взгляд персонажа может быть "странно-чужим", "любопытствующе-благоговейным", иметь "смертельно-ожесточенное выражение" и т.п.: "Но он сейчас же рывком вскинул на Петра глаза, глядя ему прямо в зрачки, вонзаясь в них странно-чужим взглядом, скороговоркой бормотнул: - Раздевайся!" [7, кн. 2, ч. 6, с. 134]; "На станциях - любопыт-ствующе-благоговейные взгляды, щупающие казачий лампас на шароварах; лица, еще не смывшие рабочего густого загара" [7, кн. 1, ч. 3, с. 163].

Таким образом, композиты, характеризующие взгляд, глаза персонажей, являются средством яркого выражения внутреннего мира героя, его физического состояния.

Тембр, интенсивность звучания, стиль речи - все это находит выражение в шолоховских характеристиках речевого поведения героев, чему служат сложные слова-эпитеты, прилагательные или наречия ("крикнул притворно-строго", "сдержанно-злобно посоветовал", "осенне-тусклый тембр", "воюще-звери-ное рыдание"): "Сбесилась, кобыла! - крикнул притворно-строго на нее (Дуняшку) отец". [7, кн. 1, ч. 3, с. 147]; "Иди-ка ты, милый человек, своим путем, - сжимая запухшие пальцы в кулак, сдержанно-злобно посоветовал Алексей-безрукий и заморгал чаще" [7, кн. 1, ч. 2, с. 91].

"Кривошлыков встал. Девичье-тонкий и в то же время неяркий голос его поплыл..." [7, кн. 1, ч. 5, с. 399]. Так характеризует автор чистый, молодой, похожий на голос девушки, тембр голоса своего персонажа.

Такая синтагматическая экономия речи приводит вместе с тем к особой информативной избыточности композитов, связанной с их экспрессивностью и краткостью, придающей особую изобразительную емкость тексту. Будучи изосемичным, распространенным синтаксическим оборотом, сложные слова отличаются своими субъективно-эмоциональными, экспрессивными коннотациями и строятся по особым моделям, близким к фразеологи-зированным: в основном за счет сравнения основной цветовой характеристики с цветом какого-либо предмета, вещества, растения, птицы и т.п.: "Редкая волокнистая бороденка его тряслась, седые с красной подпалиной волосы растрепались. Он сел, задыхаясь, кирпично-бурый, мокрогубый" [7, кн. 1, ч. 5, с. 482]. Бурый цвет лица взволнованного старика сравнивается с цветом кирпича.

Украшением лица мужчины, внешним показателем его мужественности являются для казака усы. У Григория "воронено-черные" усы, т.е. сравниваются они с цветом птицы-ворона.

Как видно из примеров, известное место в романе занимают ассоциации с явлениями природы, миром животных, а "осенне-ту-склый" тембр атаманского голоса - это контаминация звукового и зрительно-светового восприятия. В то же время буквально все представленные выше композиты-эпитеты передают настроение, отношение к адресату, ситуации.

Большое место сложные слова занимают в общем описании внешности персонажа. Особое внимание автор обращает на рост персонажа (высокий он или низкий), сложение его тела (широкие плечи у него или узкие), т.е. на признаки, свидетельствующие и о степени физической силы героя.

"Сам губернатор ему (Лиховидову) ласково, как родному, улыбается, широкоспин-ный кучер в вытянутых руках еле удерживает вожжи, лошади вот-вот готовы рвануть и нести, закусив удила" [7, кн. 1, ч. 5, с. 465]; "Пьяненький дед Гришака обнимал ширококостную спину соседа по лавке, брунжал по-комариному ему в ухо..." [7, кн. 1, ч. 1, с. 69]. Как видим, первый компонент "широкий" повторяется при характеристике персонажей. При этом персонаж, как правило, не играет ведущей роли в романе. Присутствие его как

бы случайно ("широкоспинный кучер" и т.п.). Повторяющееся уже целиком прилагательное "мелкорослый - "мелкорослая" свидетельствует, наоборот, о физической слабости персонажа: "Старенький мелкорослый паровозишко, напрягаясь из последних сил, тянул многовагонный состав" [7, кн. 1, ч. 3, с. 237]; "Жена его, мелкорослая, хворая бабенка, правила" [7, кн. 2, ч. 8, с. 98].

Многие сложные слова связаны в тексте с описанием фигуры, стана казака или казачки. Такой мы видим Лукерью: "Рыхлая, рябая, толстозадая Лукерья, похожая на желтый ком невсхожего теста, с первого же дня отшила Аксинью от печи" [7, кн. 1, ч. 2, с. 115], причем это просторечное прилагательное употреблено в тексте три раза, и композит этот содержит отрицательную характеристику внешности Лукерьи.

А вот описание Дарьи: "Дарья - в малиновой шерстяной юбке, гибкая и тонкая, как красноталовая хворостинка, - поводя подкрашенными дугами бровей, толкала Петра" [7, кн. 1, ч. 1, с. 63]. Прилагательное "красноталовая" само образовано от сложного существительного "краснотал". Образ создается за счет сочетания "красноталовая хворостинка", сравнение подчеркивает стройность фигуры Дарьи.

При помощи сложных слов Шолохов характеризует обычно такие части тела персонажа, как руки и ноги, с точки зрения их цвета. Часто первый компонент выражает сравнение с каким-либо предметом, растением (береза, шафран). У Аксиньи "березово-белые" ноги: "В поредевшей темноте Григорий видит взбитую выше колен Аксиньину рубаху, бере-зово-белые, бесстыдно раскинутые ноги" [7, кн. 1, ч. 1, с. 15]; "красноикрые" ноги у некой девушки: "Девка нагнулась над срубом, выставив туго обтянутый раздвоенный зад, раскорячив красноикрые полые ноги" [7, кн. 1, ч. 3, с. 182]; "шафранно-желтые" ноги у Петра: "...выпрямившись, ступил с полушубка на снег босыми, на снегу шафранно-желты-ми ногами" [7, кн. 2, ч. 6, с. 134].

Также широко представлено описание рук персонажей: "пухло-суставчатый" палец у Ивана Алексеевича: "...сдернул с плеча винтовку; твердо уложив пухло-суставчатый палец на спуске..." [7, кн. 1, ч. 4, с. 342]. "В смуглый кулачок, покрытый редким, глянцеви-

то-черным волосом, крепко зажал он хутор Татарский и окрестные хутора" [7, кн. 1, ч. 2, с. 72]. Так, характеризуя руки торговца Сергея Платоновича, Шолохов одной деталью образно представил его хищническое нутро.

Индивидуальность походки героя автор тоже выражает с помощью сложных слов ("тяжеловесный на шаг" (Бунчук): "Лагутин семенил рядом с тяжеловесным на шаг Бунчуком" [7, кн. 1, ч. 5, с. 489]; "путано-тяжек шаг" был у Григория, тяжело переживающего поражение войска: "Путано-тяжек был шаг его, будто нес за плечами непосильную кладь; гнусь и недоумение комкали душу" [7, кн. 1, ч. 3, с. 171].

Известное место в языке романа занимает описание посредством сложных слов одежды казаков и казачек. В основном подчеркивается цвет костюмов, и очень редко их фасон.

Наряды женщины в какой-то мере противопоставлены военным и гражданским костюмам казаков. Григорий называет казачек "длиннохвостыми" на основании их длинных, почти до земли, юбок: "Гони всех длиннохвостых, как только смеркнется!" [7, кн. 2, ч. 6, с. 249].

Изображая работу казаков в поле, автор употребляет оборот "белорубашные шеренги", подчеркивая цвет их рабочей одежды: "- Иди с нами косить, пан!...Бери косу, а то паралик захлестнет!... - кричали из бело-рубашных шеренг казаков" [7, кн. 1, ч. 3, с. 177].

Описывая различия во внешнем виде казаков и немецких уланов, с которыми им пришлось сражаться, Шолохов подчеркивает яркий цвет фуражек дончаков: "Один -рослый, в казачьей краснооколой фуражке...." [7, кн. 1, ч. 2, с. 127]; "Приближается белеющая платками в красно-синем разливе фуражек толпа" [7, кн. 1, ч. 5, с. 489]. Мундиры же немцев "зеленовато-серые": " Когда немецкие уланы поскакали на нас (как сейчас перед глазами встают их зеленовато-серые мундиры, окраски ящерецы-медянки...)..." [7, кн. 1, ч. 3, с. 202].

Внутреннее состояние героев романа, эмоции, ментальные процессы, которые наблюдаются автором как выраженные внешне, соматически, встречались при анализе сложных слов крайне редко. Это "встрево-

женно-счастливая" Наталья: "Два дня молча поглядывал на встревоженно-счастливую Наталью..." [7, кн. 1, ч. 1, с. 60]; мечтающий Кошевой: ".улыбаясь, волнующе-нежно ласкал руками нахолодавшую, неприступно-равнодушную землю..." [7, кн. 1, ч. 4, с. 364]; неприступный Бунчук: "И весь он был скуп на краски, холодно-сдержан..." [7, кн. 1, ч. 3, с. 220]; привлекательная внешне Наталья: "Григорий сбоку оглядел ее (Натальи) полные, как выточенные, ноги, волнующе-тугой обтянутый живот..." [7, кн. 1, ч. 5, с. 419].

Интересным представляется то, что при описании внешности героя автор передает его внутреннее состояние, раскрывает основную черту характера. Например, при описании Кошевого: "Был он коренаст, одинаково широк и в плечах и в бедрах, оттого казался квадратным; на чугунно-крепком устое сидела плотная, в кирпичном румянце, шея..." [7, кн. 1, ч. 2, с. 101]. Эпитет "чугунно-крепкий" характеризует Кошевого как человека прямолинейного и жестокого - сравнение крепости, устойчивости шеи Кошевого с чугуном.

Как часть композита, образованного путем сравнения, Шолохов использует слово "желтый", реализуя его традиционное символическое значение - цвет, подчеркивающий тягостное настроение, безрадостное состояние или болезненность человека. У автора это прилагательное обозначает цвет лица больного или болезненного человека, и семантика его усиливается за счет сравнения "песочно-желт" (как песок), "болезненно-желтый" (как больной): "Подошел высокий атаманец-казак. Его, как видно, трепала лихорадка: был он песочно-желт - как в желтухе валялся..." [7, кн. 1, ч. 5, с. 448], т.е. "желт, как песок"; "Владимир Мохов, гимназист пятого класса, узкий, болезненно-желтый паренек, шел по мельничному двору" [7, кн. 1, ч. 2, с. 72].

Описывая портрет персонажа с помощью композитов (чаще всего эпитетов), автор позволяет читателю без особого труда представить себе образ персонажа. Все это -результат мастерства портретной живописи писателя, творческой манеры автора, проявляющейся в характеристике внешности героя, его физического состояния: "Вместе с сыном ехал зяблоносый Матвей Кашулин..." [7, кн. 1, ч. 5, с. 467].

Особенно много композитов в описании Григория и Аксиньи, образы которых предпо-

лагают характеристики их лица, глаз, фигуры, т.е. композиты выполняют и текстообразу-ющую художественную функцию, отражая в какой-то мере и черты характера персонажа.

Так, Петр с его ровным, нетребовательным характером заурядности представлен с помощью однообразных композитов: "пше-нично-желтые усы" (в отличие от "воронено-черных усов" Григория), "шафранно-желтые ноги" и др. Все эти эпитеты соответствуют и характеру Петра, его нетребовательности, заурядности, некоторой ограниченности.

Композиты у Шолохова чаще всего представляют собой максимально образное выражение деталей характеристики персонажа, как сильное изобразительно-выразительное средство его художественного повествования. Органически связаны с ними поясняющие их сравнительные конструкции, некоторые из них индивидуально-авторские.

Таким образом, при вербализации микросферы "Человек" композиты могут быть автосемантичными и синсемантичны-ми. Они активно взаимодействуют с другими языковыми единицами, органически связаны в "Тихом Доне" с характеристикой концептов исследуемой микросферы, уточняя их семантику, создавая наглядно-образное представление о персонажах романа - донских казаках.

ЛИТЕРАТУРА

1. Шолоховские чтения: Сб. науч. трудов. Вып. 2 / Под общ. ред. Ю.Г. Круглова. М.: Альфа, 2002. 96 с.

2. Проблемы изучения языка и стиля М.А. Шолохова: Сб. ст.: Посвящ. 95-летию М.А. Шолохова / Редкол.: Г.Ф. Гаврилова (отв. ред.) и др. Ростов н/Д: Изд-во РГПУ, 2000. 88 с.

3. Диброва Е.И. Фольклорная идиосфера в романе М.А. Шолохова "Тихий Дон" // Доклады VIII Международной конференции: В 2 т. Т. 1. Текст. Структура и семантика. М.: Моск. гос. открытый пед. университет им. М.А. Шолохова, 2001. С. 21-47.

4. Измайлова Л.В. Индивидуально-авторские образования (окказионализмы) в романе М. Шолохова "Тихий Дон": Дис. ... канд. филол. наук. Ростов н/Д, 1990. 195 с.

5. Рыбальченко Е.А. Поэтика цвета в романе М.А. Шолохова "Тихий Дон" // Известия ЮФУ. Филологические науки. 2010. № 4. С. 126.

6. Словарь русского языка: В 4 т. Т. 2 / Под ред. А.П. Евгеньевой. М.: Русский язык, 1982. 736 с. С. 192.

7. Шолохов М.А. Тихий Дон. Роман: В 2 кн. М.: Амальтея, 1993. Кн. 1. 496 с.; Кн. 2. 560 с.

28 марта 2011 г.