Фонетические исследования языка

ФОНЕТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ЯЗЫКА

Ключевые слова: звуковой строй языка, артикуляционная база, методы описания артикуляции звуков, орфофонические нормы, акцент, сингармоническая модель структуры слова.

Согласно мнениям учёных и фонетистов, которые внесли большой вклад в изучение фонетического строя татарского языка (В. А. Богородицкий, Г. Шараф, У.Ш. Байчура, Х.Х. Салимов и др.), только звуковая сторона языка делает возможным его развитие. Широкий спектр подходов при изучении звуковых систем языков может быть обусловлен развёрнутым пониманием стратегий речевой коммуникации, восприятием и пониманием речи, психологией речи и т.д. Несмотря на то, что органы речи имеют одинаковое строение и одинаковые артикуляционные возможности у носителей разных языков, не все артикуляцион-нье движения и точки используются носителями одинаково, т.е. основные точки локализации звуков разные в разных языках. Артикуляционная база - это совокупность привычных для данного языка движений и положений произносительных органов. Применение разных методик описания артикуляции звуков обогащает представления фонетистов о механизмах речи (ренгено-, лабио-, палато-, лингво-, спектрография и др.). Независимо от того, какая бы из методик не использовалась при описании артикуляции звуков, озвучивая татарские слова, коммуникант должен осуществлять программу симметрии гласных, начиная с первичных основ, согласно закону сингармонизма.

PHONETIC RESEARCHES OF THE LANGUAGE

Key words: sound building of language, articulation base, methods of the description of an articulation of sounds, orphophonetical norms (rates), accent (stress), the singarmonistic model of a word's structure.

According to opinions of scientists and phoneticians, which have brought the big contribution to studying phonetic building of the Tatar language (V.A. Bogoroditsky, G. Sharaf U.S. Bajchura, H.H. Salimov etc.) only the sound side of language makes possible its development. The wide spectrum of approaches at studying sound systems of languages can be caused by the developed understanding of strategy of the speech communications, perception and understanding of speech, psychology of speech, etc. Despite the fact that organs of speech have an identical structure and the same articulation opportunities at carriers of different languages, yet not all articulation movements and points are used by carriers equally, that is the basic points of localization of sounds are different in different languages. The articulation base is a set habitual for the given language of movements and positions of pronunciation organs. Applications of different techniques of the description of an articulation of sounds enriches representations of phoneticians about mechanisms of speech. Irrespective of the fact which from techniques would not be used at the description of an articulation of sounds, sounding the Tatar words, a communicator should carry out the program of symmetry of vowels, since primary bases, according to the law of singarmonism.

Всестороннее изучение звукового строя языка имеет огромное значение. Это «определяется прежде всего тем, какое значение имеет в языке его звуковая сторона. Первостепенная роль её обуславливается тем, что общение между людьми, средством которого является язык, осуществляется именно через его звуковую сторону и благодаря ей. Звуковая сторона составляет реальность, только она и делает возможным развитие языка, передачу его от поколения к поколению» [5, с. 5].

В настоящее время интерес к исследованиям языков не иссекает; появляются новые ракурсы изучения, природа языка тому прекрасное подспорье, перспектива. Вполне можно согласится с мнением Б.А. Плотникова, что «язык - сугубо человеческая сущность, генетически и онтологически связанная с мышлением, духовным миром, психикой как отдельного человека, так и всего народа» [7, с. 176]. Бесспорной можно считать идею В.А. Богородицкого о том, что «речь - сложный ассоциативный агрегат» [2, с. 239]. В целом типологический подход в исследовании языков не может не включать историографию работ Казанской лингвистической школы, в частности, И.А. Бодуэна де Куртенэ, В.А. Богородицкого. Широкий спектр подходов при изучении звуковых систем языков может быть обусловлен развернутым пониманием стратегии речевой коммуникации; механизмами оппозиции адресанта и адресата; восприятием и пониманием речи, смысла; формализацией содержания речи; психологией речи и т.д. Если обобщить имеющиеся в литературе вопросы, мнения, точки зрения, то наиболее полным системным можно считать схему, рас-

крывающую динамику действия слога в акте речевой коммуникации (как это представлено в работе Р.Э. Кульшариповой) [6, с. 13] (рис. 1).

Говорение

і

Слушание

Сообщение в лингвистических единицах

Сообщение в лингвистических единицах

Речепроизводство

Восприятие речевого сообщения

Речь, представленная акустическими сигналами (здесь слог -последовательность акустических коррелятов артикуляторных или фонационных жестов

Слуховой анализ речевой волны

і

Рис. 1. Динамика действия слога в речевом акте

Продукция, производимая в процессе речевой коммуникации, невозможна без наличия речевого аппарата. Органы речи человека физиологически приспособлены для осуществления всех артикуляционных движений. Анатомофизиологическое строение речевого аппарата говорит об универсальности этого органа, о чем свидетельствуют наименования частей органа речи в русском и татарском языках. Анализ речевого аппарата в плане звукопорождения позволяет фонетистам выделить три зоны локации в артикуляционой базе языков. На схеме сагиттального разреза органов речи они показаны как передняя крайняя, центральная и задняя крайняя (рис. 2).

Рис. 2. Произносительный аппарат

Общая схема речевого аппарата: А - полость рта

Хотя органы речи, будучи частью человеческого организма, имеют, согласно вышеуказанной схеме, одинаковое строение и одинаковые артикуляционные возможности у носителей разных языков, не все артикуляционные движения и точки используются носителями одинаково. Поэтому вводится понятие артикуляционной базы. Артикуляционная база, по мнению Л.Р. Зиндера, есть «совокупность привычных для данного языка движений и положений произносительных органов» [5, с. 80]. А также необходимо учитывать природу артикуляционной базы, так как неус-воение механизмов может привести к серьезным отклонениям, нарушениям в речи.

Артикуляционная база языка говорит о том, что в центре внимания должна быть фонетика говорящего. Следовательно осязательно, зрительно говорящий должен для себя уметь представить набор артикуляционных жестов, необходимых для порождения речи. В.А. Богородицкий акцентировал важность двух основных точек зрения на звуках речи с точки зрения произношения и слышания, но смешивать их нельзя. «Наиболее подходящими терминами в этой связи представляются звукоартикуляция (комплекс работ, требующихся для произнесения того или иного звука) и звукоощущения (слуховые ощущения от произносимых звуков)» [2, с. 62]. В обеих сторонах звукового феномена он также предлагал видеть два момента - субъективный и объективный. Первый - это «импульсы, идущие из головного мозга к работающим при произношении мышцам аппарата речи...»; второй - это движение и работа органов как совершающиеся в пространстве. Следовательно, В.А. Богородицкий отмечал, что процесс фонации представляет собой сложный нейролингвистический механизм; при звукообразовании необходим и целесобразен учет факторов эстетико-эмоционального, когнитивного и воздействующего планов; «мы должны развивать мышечное чувство и чувство осязания в органах речи, чтобы посредством него как можно точнее узнавать о месте, способе и степени действия органов речи; мы должны изощрять глаз и слух для наблюдения над своим произношением и над произношением других» [2, с. 32].

Исследования последних лет свидетельствуют о разнообразии выбранных методик (рентгенографии, лабиографии, палатографии, лингвографии, осциллографии и спектрографии). Описательно-теоретеческий подход в выработке артикуляционных навыков говорения заставляет при сопоставлении методик обратить внимание на результаты соматической техники анализа, в частости, методики палатографии.

Методика палатографии была введена в практику изучения В.А. Богородицким, позднее на материале татарского языка Г. Шарафом, У.Ш. Байчурой. В истории вопроса следует отметить работы В.А. Богородицкого «Фонетика русского языка - в свете экспериментальных данных», С.И. Ершова «Экспериментальная фонетика», У.Ш. Байчуры «Звуковой строй татарского языка». Метод палатографии помогает установить зоны на нёбе относительно движения языка. Таким образом, экспериментальные изыскания в области фоненики В.А. Богородицким, С.И. Ершовым могут служить прообразами атласов палатографии гласных и согласных, которые позволяют проследить за динамикой звукообразования графически. Наложение палатограмм одних и тех же звуков или тождественных в разных языках целесообразно при изучении диапазона вариации языка в переднем резонаторе. Конечно, данные палатографии не могут оптимально полно обрисовать картину фонации, но для описания механизмов звукоартикуляции это важно.

Применение разных методик описания артикуляции звуков обогащает представления фонетистов о механизмах речи. Изучая звукообразование в татарском языке, У.Ш. Байчура использовал результаты рентгенологических и палатографических схем. Палатографические схемы, по мнению Р.Э. Кульша-риповой, «стоит использовать при выполнении тренировочных заданий начального характера, т.е. при знакомстве с основами абсолютного и относи-

тельного индифферентных укладов органов речи, что небезынтересно, когда речь идет о закономерностях фонации» (так считал и В.А. Богородицкий).

Почти во всех практикумах или вводных, или теоретических курсах фонетик применяются графические представления звуков типа сагиттальных разрезов. Эти схемы более говорят о положении языка в ротовой полости, они как бы фиксируют основные точки локализации и динамики звуков по их стационарной части; наложение на одной схеме нескольких артикуляционных укладов позволит визуально выработать у говорящего навыки контроля, хотя это варианты изолированно произнесенных звуковых типов. Сочетание картинных схем и определенных фонационных упражнений может благотворно влиять на совершенствование фонетической модели в процессе говорения. Результаты лабиографии (определение звуков при помощи схематических рисунков губ в профильном и прямом планах) также важны, тем более что все эти моменты работают на динамику произносительной энергетики языка [4, с. 215, 216, 327]. Столь необходимый прием в изучении звукообразования в татарской практической фонетике не получил должного развития; в «Татарской грамматике» при хорошей представленности профилей гласных и согласных даже не упомянуты эти моменты. Состояние практической татарской фонетики требует настоятельного использования всех методик для постановки орфофонических норм.

Остановимся на некоторых вопросах, касающихся системы звуков татарского языка. Система гласных татарского языка оказывается функционально полной за счет расширения в своем составе лабиализации передних гласных, наличие в системе гласных типа (е-ы) в татарском языке может служить своего рода показателем «национального типа» в артикуляции. Фонетические пространства гласных ы, е, о, а говорят о возможностях иной функциональной нагрузки в синтагматической цепи с согласными, разных орфофонических стандартах, вариациях в речевой моторике произнесения, если сравнить с русскими гласными. Действительно, в татарской речи русских отклонения наблюдаются на месте гласных э, о, е, ы, а в русской речи татар - на месте а, о, е, ы. Причем, русские носители стараются произнести гласные эталоны как звуки более широкие, а татары как более узкие.

В русской речи татар вполне допустима недифференциация (о,е); в татарской речи русских еще может наблюдаться и сверхдифференциация, в конечном плане нарушения фонетической структуры слова. Отсюда вытекает вопрос акцента в речи говорящего, а значит, основные точки локализации звуков разные в разных языках.

Следует отметить, что репрезентация в вокалической структуре слова в татарском языке регламентируется действием закона сингармонизма. Феномен сингармонизма был предметом интересов И.А. Бодуэна де Куртенэ, В.А. Богородицкого, многих тюркологов. Озвучивая татарские слова, коммуникант должен осуществлять программу симметрии гласных, начиная с первичных основ (корней). Русскоязычные, говоря по-татарски, начинают нарушать гармонию гласных и редуцировать (бълчиклану; бъдр'ил'эн'у; м'имкин); татароязычные, напротив, не редуцируют в соответствии с правилами русской орофоэпии (галус'исты ] е; водавус; в'ет'ерок).

Согласные были предметом исследования В.А. Богородицкого и Г. Шара-фа; развивались их подходы и в работе У.Ш. Байчуры [1, с. 138].

В татарском языке существует 5 зон артикуляции: лабиальная, дентальная, среднеязычная, заднеязычная, гортанная. Для инвентаря согласных фонем это означает, что носители должны научится различать такой ряд фонем, как: к - к; г - г; х - *; х - ^ например, китап - кыш; гембэ - гаилэ; хезмэт -хэреф; хикмэт - hичкая; халык - hаман; т.е. не просто заднеязычную зону, но и гортанную. Дифференциация заднеязычных увулярных и гортанных, ларин-

гальных согласных фонем определенным образом корректируется тенденциями коммуникативной выгоды или неудобства. Фонологически эти оппозиции должны быть последовательно и четко развернуты с тем, чтобы носитель или изучающий татарский язык мог во всей полноте в этом убедиться и почувствовать, поэтому при постановки этих вариантов необходимо привлечь весь комплекс фонологической и фонетической обусловленности.

В «Татарской грамматике» Х.Х. Салимовым дана характеристика согласных фонем и их аллофонов с точки зрения локального фактора, т.е. их употребление перед гласными переднего или заднего рядов [8, с. 94, 95]. Действительно, почти все согласные фонемы репрезентируются в палатализованных и непалатализованных вариантах в силу закона сингармонизма. Твердость-мягкость в татарском языке не может быть отнесена к числу признаков фонологической маркированности.

Сингармоническая модель структуры слова является как бы многомерной, включающей в себя и механизм восполнения «пробела» твердости-мягкости. В соответствии с этим начинает более актуализироваться фонетика слога. Этот вопрос уже требует несколько иных мотиваций.

Литература

1. Байчура У.Ш. Звуковой строй татарского языка. Ч.1. Экспериментально-фонетический очерк / У.Ш. Байчура. Казань: Изд-во Казан. ун-та, 1959. 185 с.

2. Богородицкий В.А. Очерки по языковедению и русскому языку / В.А. Богородицкий. Казань, 1910. 456 с.

3. Богородицкий В.А. Очерки по языковедению и русскому языку / В.А. Богородицкий. Казань, 1939. 224 с.

4. Бодуэн де Куртенэ И.А. Фонетические законы; Разница между фонетикой и психофонетикой; Введение в языковедение; Проблемы языкового родства / И.А. Бодуэн де Куртенэ // Избранные труды по общему языкознанию. М.: АН СССР, 1963. Т. II. С. 189-208; 325-330; 246-293; 342-352.

5. Зиндер Л.Р. Общая фонетика / Л.Р. Зиндер. М.: Высшая школа, 1979. 312 с.

6. Кульшарипова Р.Э. Сопоставительная фонетика русского и татарского языков: учеб.-метод. пособие для сту-дентов-филологов / Р.Э. Кульшарипова. Казань: УНИПРЕСС, 1998. 61 с.

7. Плотников Б.А. Основы семасиологии / Б.А. Плотников. Минск: Вышэйшая школа, 1984. 221 с.

8. Татарская грамматика: в 3 т. Казань: Тат. кн. изд-во, 1993. Т. I. 583 с.

ГУБАЙДУЛЛИНА ГУЛНИСА ТАХИРОВНА - преподаватель английского языка, Альметьевский торговоэкономический техникум, Россия, Альметьевск (gerry r@mail.ru).

GUBAYDULLINA GULNISA TAHIROVNA - teacher, Almetyevsk Trading and Economic Technical School, Russia, Almetyevsk.