Морфометрические характеристики секреторных нейронов крупноклеточных ядер гипоталамуса при пролонгированной алкогольной интоксикации и введении а-токоферола у крыс с различной толерантностью к алкоголю

приема биологически активной добавки моллюскам в дорсолатеральной простате преобладают конгестивные явления в виде венозного полнокровия, расширения концевых отделов и выводных протоков железы, развивается гипертрофия и очаговая гиперплазия эпителия , диффузный фиброз стромы.

3. При адаптации к низким температурам у части крыс из обеих экспериментальных групп развиваются воспалительные изменения простаты в виде лимфоцитарной инфильтрация стромы и появления клеток воспалительного экссудата в просветах ацинусов и выводных протоков.

Литература

1. Анацкая, О.В. Особенности метаболизма полиплоидных клеток млекопитающих по данным биоинформатического анализа / А.Е. Анацкая, А.Е. Виноградов // Цитология.- 2010.- Т. 52.— № 1.— С. 52—62.

2. Беседнова, Н.Н. Биологически активная добавка к пище моллюскам (в помощь практическому врачу): пособие для врачей / Н.Н. Беседнова, Т.Н. Пивненко, Т.С. Запорожец.— Владивосток: ТИНРО-Центр, 2007.— 40 с.

3. Дорофеев, С.Д. Современные взгляды на проблему хронического простатита / С.Д. Дорофеев, А.А. Камалов // Российский Медицинский Журнал.— 2003.— Т. 11.— № 4.— С. 229—234.

4. Казанин, В.И. Систематика клеточных реакций в патологии / В.И. Казанин.— М.: Медицина, 2004.— 104 с.

5. Саяпина, И.Ю. Окислительный стресс в предстательной железе на этапах адаптации организма к низким сезонным температурам / И.Ю. Саяпина, С. С. Целуйко // Сибирский медицинский журнал.— 2011.— Том 106.— № 7.— С. 31—34.

6. Троценко, Б.В. Морфофункциональное состояние стромы и паренхимы простаты молодых крыс при гипокинетическом стрессе и воздействии КВЧ-сигналов / И.А. Троценко, И.А. Лугин // Карповские чтения: материалы II Всеукраинской научной конференции.— Днепропетровск, 2005.— С. 93.

7. Хотимченко, Ю.С. Биологически активные добавки к пище: законодательная база и применение в медицине / Ю.С. Хотимченко // Тихоокеанский медицинский журнал.— 2006.— № 3.— С. 19—22.

8. Bethel, C.R. Gene expression changes are age—dependent and lobe specific in the Brown Norway rat model of prostatic hyperplasia / Bethel C.R., Chaudhary J., Anway M.D., Brown T.R. // Prostate.— 2009.— Vol. 69.— № 8.— P. 838—850.

9. Morfological changes and oxidative stress in rat prostate exposed to a non-carcinogenic dose of cadmium / N.N. Gomes [et al.]// Toxicol. Lett.— 2004.— Vol. 153.— №3.— P. 365—376.

10. Adenomatous Hyperplasia (Adenosis) of the Prostate: DNA Ploidy and Immunophenotype / A. Lopez-Beltran [et al.] // Int. J. of Surgical Pathology.— 2005.— Vol. 13.— №2.— P. 167—173.

11. Mukerjee B, Morphometric study of rat prostate in normal and under stressed condition / Mukerjee B, Rajan T. // J.Anat. Soc. India.— 2004. Vol. 53.— №2.— P. 29—34.

12. Omwancha, J. Differential age—associated regulation of clusterin expression in prostate lobes of Brown Norway Rats / Omwancha J., Anway M.D., Brown T.R. // Prostate.— 2009.— Vol. 69.— №2.— P. 115—125.

13. Pechenino, A.S. Superoxide dismutase in the prostate lobes of aging Brown Norway rats / Pechenino A.S., Brown T.R. // Prostate.— 2006.— Vol. 66.— № 5.— P. 522—535.

14. Sluczanowska-Glabowska S. Morphology of the epithelial cells and expression of androgen receptor in rat prostate dorsal lobe in experimental hyperprolactinemia / Sluczanowska-Glabowska S., Laszczynska M., Glabowski W. // Folia Histochemica et cytobiolo-gia.— 2006.— Vol. 44, № 1.— P. 25—30.

15. Androgenic Regulation of Oxidative Stress in the Rat Prostate / N.C. Tam [et al.] // Am. J. of Pathol.— 2003.— Vol.163.— № 6.— P. 2513—2522.

MORPHOLOGICAL FEATURES OF THE PROSTATE IN ADAPTATING TO LOW TEMPERATURES AND APPLICATION OF BIOLOGICALLY ACTIVE FOOD SUPPLEMENT MOLLUSKAM

I.Y. SAYAPINA The Amur state medical academy, Blagoveshchensk

The morphological features ofthe rat prostate in adapting tolow-seasonaltemperatures, as well as in adapting and treatment of biologi-callyactive food supplementmolluskam has been studied.It was estab-

lishedthatduring adaptation tolowseasonaltemperaturesin the prostate of the experimental animalsthestructural and functionalreorganization of the epithelial and stromal compartments are developed, which are morepronouncedin thedorsolateralprostate. The secretory and proliferative activity of the glandular epithelium is increased; in the prostate stroma the interstitial edema is developed.In adaptingto the lowseaso-naltemperatures and treatment ofmolluskamin the rat prostate the congestivephenomena inthe form ofvenous plethora, extension of terminalunits andducts, are dominated, thediffusefibrosis of thestro-ma,hypertrophy and focal hyperplasia ofthe epithelium are devel-oped.In adaptatingto low seasonal temperaturesin someratsfrom bo-thexperimental groups the inflammatory changes inthe prostate are developed.

Key words: prostate, low temperatures, adaptation, molluskam, glandular epithelium, inflammation, hyperplasia, proliferation.

УДК 613.2-099:616.831.001.6

МОРФОМЕТРИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ СЕКРЕТОРНЫХ НЕЙРОНОВ КРУПНОКЛЕТОЧНЫХ ЯДЕР ГИПОТАЛАМУСА ПРИ ПРОЛОНГИРОВАННОЙ АЛКОГОЛЬНОЙ ИНТОКСИКАЦИИ И ВВЕДЕНИИ а-ТОКОФЕРОЛА У КРЫС С РАЗЛИЧНОЙ ТОЛЕРАНТНОСТЬЮ К АЛКОГОЛЮ

С.Н. СЕМЕНОВ*, Н.Д. ПОЛЯКОВА-СЕМЕНОВА**, С.И. ГУЛЯЕВА**, Т.В. ДОЛГОПОЛОВА*

В статье представлены результаты исследования объемов ядер, ядрышек и количества полиядрышковых клеток в супраоптическом и паравентрикулярном ядрах гипоталамуса при алкогольной интоксикации и введении а-токоферола у крыс с различной толерантностью к алкоголю.

Ключевые слова: алкогольная интоксикация, а-токоферол, гипоталамус

В ряду многочисленных исследований по изучению влияния алкоголя на структуры мозга значительное число публикаций посвящено влиянию острой алкогольной интоксикации на гипо-таламические структуры, преимущественно, на гипоталамо-гипофизарно-адренокортикальную ось [2,12,14]. Исследования изменений гипоталамо-постгипофизарной нонапептидэргической системы при хронической алкогольной интоксикации [9,10,11] не дают детальных представлений об изменениях нейросекреторной активности крупноклеточных ядер гипоталамуса, в том числе — в связи с различной толерантностью к алкоголю. В то же время было установлено, что среди многих известных нейропептидов особое значение имеет вазопрессин, который участвует в развитии и поддержании толерантности к этанолу [13].

Изучение механизмов повреждающего действия этанола показало, что продукты его метаболизма активируют цепь свободнорадикальных процессов с развитием так называемого окси-дативного стресса, приводящего к повреждениям клеточных структур [5]. Этот факт определил целесообразность использования естественных и синтетических антиоксидантов в лечении алкогольных поражений [1,15]. Однако в ряду достаточно многочисленных исследований, выполненных в данном направлении, отсутствуют работы, касающиеся органов нейроэндокринной системы, в то время как было показано [4], что а-токоферол (аТФ) и его синтетический аналог ионол в экспериментальных условиях изменяют функциональное состояние крупноклеточных ядер гипоталамуса.

В работах, опубликованных ранее [3,7,8], нами были показаны изменения количества различных типов нейросекреторных клеток (НСК), отражающих нейросекреторную активность крупноклеточных секреторных нейронов супраоптического (СОЯ) и паравентрикулярного (ПВЯ) ядер гипоталамуса при алкогольной интоксикации крыс с различной толерантностью к алкоголю и при действии а-токоферола.

В оценке морфофункциональных характеристик НСК важная роль отводится их морфометрическим показателям, в первую очередь, объемам ядер и ядрышек [6].

Цель исследования — изучение морфометрических показателей НСК СОЯ и ПВЯ гипоталамуса при алкогольной интоксикации крыс с различной толерантностью к алкоголю, а также

* ГБОУ ВПО «Воронежская государственная медицинская академия им. Н.Н.

Бурденко», 394036, Воронежская обл., г. Воронеж, ул. Студенческая, д. 10 Воронежский государственный университет, Воронеж, ул. Хользунова, 40

возможной коррекции развивающихся изменений с использованием а-токоферола как естественного антиоксиданта.

Материалы и методы исследования. Проведению экспериментальных исследований предшествовал отбор животных с различной толерантностью к алкоголю. На первоначальном этапе 510 самцам беспородных белых крыс массой 200-250 г в течение 3-х недель предоставляли свободный доступ к корму, воде и 15% раствору этанола. Проводились ежедневные измерения объема потребления каждым животным воды и спиртового раствора.

По окончании периода наблюдений в соответствии с количеством потребления раствора этанола и воды сформировалось 3 основных группы животных: 1 группа - 72 крысы, употреблявшие только воду или не более 10% спирта в общем объеме жидкости, выпиваемой за сутки, 2 группа - 76 крыс, предпочитавших исключительно раствор алкоголя с долей его потребления 90-97% от общего объема выпиваемых жидкостей, 3 группа - 362 крысы, употреблявшие в течение суток обе жидкости (от 10% до 85% раствора этанола и, соответственно, от 90 до 15% воды). Таким образом, в изученной популяции самцов беспородных белых крыс доля животных, не потреблявших алкоголь, составила 14,1±1,5%, а животных, перешедших на постоянное потребление алкоголя, -14,9±1,6%. Для последующих экспериментальных исследований были взяты животные 1 и 2 групп. После недели «восстановительного» периода с содержанием на обычном рационе с водой и без алкоголя, все крысы были переведены при прежнем пищевом содержании на потребление 15% раствора этанола с полным исключением воды в течение 30 суток. Следовательно, одна часть крыс подвергалась принудительной алкоголизации, а другая часть (животные, толерантные к алкоголю) - алкогольной интоксикации, которую условно можно определить как «добровольную». Половине животных обеих групп в течение последних 10-ти дней алкоголизации вводили внутрибрюшинно аТФ в количестве 0,1 мг на 100 г массы тела (в 20% масляном растворе).

Таким образом, в соответствии со схемой основного эксперимента был исследован материал от 188 животных, из которых было сформировано в общей сложности 6 групп: 1 группу (ви-варный контроль) составили 20 интактных крыс, содержавшихся на общем рационе, 20 крысам 2 группы (контроль с аТФ) в течение 10 суток перед окончанием эксперимента вводили раствор аТФ, 3 группа - 36 животных после принудительной алкоголизации, 4 группа - 36 крыс после принудительной алкоголизации и введения аТФ, 5 группа - 38 крыс после «добровольной» алкоголизации, 6 группа - 38 крыс после «добровольной» алкоголизации и введения а-ТФ.

Для морфологических исследований СОЯ и ПВЯ животных по окончании периода алкоголизации под эфирным наркозом подвергали декапитации, вскрывали череп в области свода, извлекали мозг и со стороны основания мозга выделяли область переднего гипоталамуса. Иссеченные тканевые блоки переднего гипоталамуса и гипофиз фиксировали в течение 24 часов в жидкости Буэна, затем после обезвоживания в спиртах восходящей концентрации и проводки по I-II диоксанам заливали в заливочную смесь «Гистомикс». Морфологические исследования СОЯ и ПВЯ проводили на серийных парафиновых срезах переднего гипоталамуса толщиной 6 мкм, приготовленных из материала, фиксированного в жидкости Буэна, окрашенных паральдегид-фуксином по Гомори - Габу и по Гейденгайну с докрашиванием гематоксилином Караци. Границы исследуемой области и топографию СОЯ и крупноклеточных частей ПВЯ проводили в соответствии с топографическими ориентирами, представленными в атласе мозга крысы.

С использованием компьютерного анализатора изображения на базе цифрового оптического микроскопа Leica определяли объемы ядер и ядрышек НСК с помощью программы ImageJ, а также рассчитывали долю полиядрышковых НСК. Калибровку измерений проводили с использованием объект-микрометра ОМП-1 с ценой деления 10 мкм.

Объем ядра рассчитывали по формуле Vя =nlb2/6, где l -больший диаметр, b - меньший диаметр ядра в мкм.

Объем ядрышка определяли как Vя-Ш =nd3/6, где d - диаметр ядрышка.

В серийных срезах каждого ядра от одного животного проводили по 100 измерений ядер и ядрышек.

Статистическая обработка данных, полученных в процессе исследования, проводилась с использованием пакета статистиче-

ских программ Statistica 6.0 (StatSoft). Полученные результаты приведены в виде M±m (средняя арифметическая ± стандартная ошибка средней арифметической) и P±p (%) (показатель частоты и его ошибка в %). Сравнение средних величин и показателей частоты проводили путем расчета t-критерия Стьюдента; для оценки различий распределения объемов ядер в группах использовали критерии хи-квадрат (Пирсона), Колмогорова-Смирнова и Вальда-Вольфовица; критический уровень значимости нулевых гипотез принимали <0,05.

Результаты и их исследования. Средние величины результатов кариометрии, измерений объемов ядрышек и доли полиядрышковых клеток обобщены в табл. 1. Показатели 1 и 2 контрольных групп соответствовали умеренно выраженным процессам синтеза секрета в пептидэргических центрах гипоталамуса, при этом величины объемов ядер и ядрышек НСК СОЯ достоверно превышали аналогичные показатели ПВЯ, в то время как доля полияд-рышковых клеток в ПВЯ была существенно большей (табл.1). Введение аТФ несколько увеличивало объемы ядрышек НСК и одновременно снижало среднюю величину объема ядер ПВЯ.

Алкогольная интоксикация приводила к достоверному уменьшению средних объемов ядер и ядрышек, одинаково выраженному в НСК СОЯ животных 3 и 5 групп. При этом изменения параметров НСК ПВЯ были различны: у крыс после принудительной алкоголизации отмечалось более значительное уменьшение объемов ядрышек и доли полиядрышковых клеток, а животные толерантные к алкоголю отличались большим снижением объемов ядер и увеличением числа полиядрышковых клеток.

Введение аТФ обеспечивало относительную нормализацию морфометрических показателей при одновременном увеличении доли полиядрышковых клеток. Более существенное приближение изученных показателей к величинам контрольных групп было характерно для животных после принудительной алкоголизации.

Таблица 1

Средние величины объемов ядер и ядрышек (М±т) и относительное количество (P±p в %) полиядрышковых НСК СОЯ и ПВЯ гипоталамуса животных контрольных групп и алкоголизированных крыс

Группы Объемы ядер)

Супраоптические ядра

1 группа - интактный контроль 826,6±7,3 17,7±0,1 4,2±0,6%

2 группа - контроль с аТФ 836,8±8,4 18,9±0,2 4,5±0,6%

3 группа - алкоголь принудительно 603,7±7,9 12,0±0,3 6,4±0,8*

4 группа - алкоголь принудительно+аТФ 790,0±6,9 *#л 16,3±0,4 *#л 9,0±1,0%*#

5 группа - алкоголь «добровольно» 612,7±6,3 12,8±0,3 7,7±1,0*

6 группа - алкоголь «добровольно» +аТФ 714,0±6,5 *#л 15,6±0,3 #л 8,2±1,0#

Паравентрикулярные ядра

1 группа - интактный контроль 770,4±7,2 15,1±0,1 12,0±1,0%

2 группа - контроль с аТФ 730,2±7,4 16,7±0,2 12,3±1,1%

3 группа - алкоголь принудительно 590,1±8,5 9,0±0,3 6,3±1,1%*

4 группа - алкоголь принудительно+аТФ 669,9±6,8 *#л 14,9±0,4 *#л 7,1±1,3%*#

5 группа - алкоголь «добровольно» 524,8±5,5 *& 10,8±0,2 *& 15,8±1,2%*&

6 группа - алкоголь «добровольно» +аТФ 632,9±6,5 *#л 12,6±0,3 *#л 17,0±1,3%

Примечание: * - достоверные отличия от аналогичного показателя интакт-ных животных

При анализе результатов кариометрии особый интерес представляют материалы, характеризующие особенности распределения объемов ядер в виде их гистограмм или кривых.

Анализ распределения объемов ядер животных контрольной группы показывает, что НСК СОЯ характеризовались бимодальным распределением с модами, соответствующими 800899 мкм3 и 1000-1099 мкм3 (рис.1а), в то время как распределение ядер НСК ПВЯ являлось одномодальным и асимметричным с максимумом в диапазоне 400-499 мкм3 (рис. 1б). После принудительной алкогольной интоксикации распределение объемов СОЯ стало асимметричным одномодальным с максимумом в диапазоне 400-499 мкм3 (рис.1а), а в ПВЯ произошло смещение макси-

мума кривой распределения объемов ядер НСК в диапазон 500599 мкм3 (в группе виварного контроля - 700-799 мкм3) (рис.1б). Описанные различия характера распределений было статистически достоверным: для СОЯ величина критерия Хи-квадрат = 72,58, р<0,001, для ПВЯ - Хи-квадрат = 58,70, р<0,001.

Анализ распределения объемов ядер НСК крыс V группы показал их достоверные отличия как от показателей групп виварного контроля, так и от параметров III группы (рис.1). По результатам расчета критериев Колмогорова-Смирнова и Вальда-Вольфовица различия распределений частот объемов ядер V группы и группы виварного контроля достоверны при Р<0,0001, различия показателей V и III групп - достоверны при Р<0,05. Распределение объемов ядер СОЯ крыс с повышенной толерантностью к алкоголю (V группа) было бимодальным, как и в контрольной группе, однако диапазон доминантного максимума соответствовал интервалу 500-599 мкм3, тогда как у крыс контрольной группы - 800-899 мкм3, а у крыс III группы - 400-499 мкм3; меньшая мода распределения объемов ядер НСК СОЯ в V и III группах располагалась в диапазоне 1100-1199 мкм (рис 1а). Наряду с этим, в отличие от СОЯ, распределение ядер НСК ПВЯ крыс IV группы имело максимум, смещенный в сторону меньших значения относительно показателей контрольной и III групп (рис. 1б).

куб.ПК II

— о— ВК - -д- - ||| группа —— Vгруппа

а

куб.м км

| — о— ВК - -а- - ні группа и — V группа |

б

Рис. 1. Распределение объемов ядер НСК СОЯ (а) и ПВЯ (б) крыс после принудительной (III группа) и «добровольной» алкоголизации (IV группа) в сравнении с виварным контролем (ВК - I группа).

По оси абсцисс - величины средин интервальных рядов (в мкм3), по оси ординат - частота.

Особенности распределения объемов ядер НСК у крыс IV

экспериментальной группы свидетельствовал о существенном влиянии а-ТФ на данный показатель (рис.2). В отличие от одновершинного асимметричного распределения объемов НСК СОЯ, полученного у крыс после принудительной алкоголизации, у животных IV группы характер распределения приближался к таковому у крыс контрольной группы после введения а-ТФ с максимумами, соответствующими диапазонам 800-899 мкм3 и 1100-1199 мкм3 (рис. 2а). В ПВЯ животных IV группы основной максимум распределения занимал диапазон 600-699 мкм3, что соответствовало промежуточному положению между максимумами распределений в группе контроля с а-ТФ и у крыс III группы, при этом отмечено формирование второй моды кривой распределения, соответствующей 1000-1099 мкм3 (рис.2б). Статистический анализ различий распределений объемов ядер, выполненный с использованием критериев Колмогорова-Смирнова и Вальда-Вольфовица показал отличия показателей IV группы с II группой (контроль с а-ТФ) при уровне значимости Р<0,001, а различия показателей IV и III групп - при уровне значимости Р<0,05.

куб .мкм

| -И- Апио6р»ТФ —О—В Г - й -Апиобр —* - АПІщщцЛФ |

а

___________________и б. и И!_____________

| -м-Акд0бр*'ГС' —В> ~ & 'Ягедобр —* • АШтшц+ТЕ |

Б

Рис. 2. Распределение объемов ядер НСК СОЯ (а) и ПВЯ (б) крыс после «добровольной» алкоголизации и введения аТФ (VI группа) в сравнении с виварным контролем (I группа), «добровольной» алкогольной интоксикацией (V группа) и группой принудительной алкоголизации с аТФ (IV группа).

По оси абсцисс - средины интервальных рядов (в мкм3), по оси ординат -частота; Алк добр+ТФ - крысы после «добровольной» алкоголизации и введения аТФ (VI группа); ВК - виварный контроль (I группа), Алк добр -крысы после «добровольной» алкоголизации (IV группа), АЛК принуд+ТФ -крысы после принудительной алкоголизации и введения аТФ (V группа).

Анализ распределения объемов ядер НСК у крыс VI экспериментальной группы показал особенности данного показателя. Распределение ядер НСК СОЯ (рис. 2а) имело моды, соответствовавшие диапазонам объемов II группы (контроль с а-ТФ) и V группы, однако по уровню частот по данным расчета критериев Колмогорова-Смирнова и Вальда-Вольфовица имело достоверные (Р<0,05) отличия. Еще более выраженные различия частот обнаруживались при сравнении VI и IV групп.

Ядра НСК ПВЯ животных VI группы имели одновершинный характер с максимумом распределения в диапазоне 500599 мкм3, что соответствовало промежуточному положению между максимумами распределений в группе контроля с а-ТФ и у крыс IV группы (рис. 2б). По результатам расчета критериев Колмогорова-Смирнова и Вальда-Вольфовица распределение частот объемов ядер НСК ПВЯ у животных VI группы достовер-

но (Р<0,05) отличалось от такового у крыс контрольных и всех других экспериментальных групп.

Результаты, полученные при морфометрии, согласуются с полученными и опубликованными ранее данными об угнетении синтеза и транспорта нейросекрета при алкогольной интоксикации и относительной нормализации нейросекреторной активности после введения аТФ [3,7,8]. Наряду с этим, данные карио-метрии отражают существенные различия реакций СОЯ и ПВЯ на алкогольную интоксикацию и их зависимость от степени толерантности животных к алкоголю.

Литература

1. Альтшулер, В.Б. Фармакотерапия в клинике алкоголизма / В.Б. Альтшулер // Руководство по наркологии: в 2 т. - М.: Медпрактика, 2002. - Т.2.— С. 25—38.

2. Барабанчик, В.Г. Структурные изменения

гипоталамической области при хронической алкогольной интоксикации / В.Г. Барабанчик // Врачебное дело.— 1988.— №6.— С.102—104.

3. Долгополова, Т.В. Особенности структурно-

функциональных изменений крупноклеточных ядер гипоталамуса при пролонгированной алкогольной интоксикации и введении а-токоферола у крыс с различной толерантностью к алкоголю // Т.В. Долгополова, Н.Д.Полякова-Семенова, С.Н.Семенов // Вестник новых медицинских технологий.— 2011.— Т.18.— №2.— С.141—142.

4. Калмыков, А.П. Влияние антиоксидантов на морфо— функциональное состояние нейроэндокринных центров гипоталамуса белых крыс : автореф. дис. ... канд. биол. наук / А.П.Калмыков ; Астраханский гос. Ун-т.— Астрахань, 2003.— 26 с.

5. Нужный, В.П. Механизмы и клинические проявления токсического действия алкоголя /В.П. Нужный //Руководство по наркологии./ Под ред. чл.—корр. РАМН проф. Н.Н. Иванца.— М., 2002— Т.1.- 443 с.

6. Поленов, Л.Л. Гипоталамо—гипофизарный

нейроэндокринный комплекс / A^. Поленов,

М.С. Константинова, П.Е. Гарлов // Нейроэндокринология: Руководство / Под ред. A^. Поленова.— СПб., 1993.— 4.1, кн. 1.— С. 139—175.

7. Полякова-Семенова, Н.Д. Реакция гипоталамо—

гипофизарной нейросекреторной системы крыс на пролонгированную алкогольную интоксикацию / Н.Д. Полякова— Семенова, Е.Н.Лычагина, О.С. Семенова // Физиология и психофизиология мотиваций: межрегиональный сб. науч.работ.— Вып.9.—Воронеж : Воронежский гос. университет, 2008.— С.64—66.

8. Модифицирующее действие а—токоферола на изменения гипоталамо-гипофизарной нейросекреторной системы крыс при пролонгированной алкогольной интоксикации / С.Н.Семенов [и др.] // Морфология.— 2009.— Т. 136, №4.— С. 125.

9. Сивухина, Е.Н. Крупноклеточные ядра гипоталамуса гипоталамуса при хронической алкогольной интоксикации (экспериментальное и клинико—морфолгическое исследование): Автореф. дисс. на соискание уч. ст. канд. мед. наук 03.00.25// Е.Н. Сивухина.— Курск, 2003.

10. Ethanol-sensitive brain regions in rat and mouse: a cartographic review, using immediate early gene expression / C. Vilpoux [et al.] // Alcohol Clin Exp Res, 2009.— Vol. 33.— №6.— Р. 945—969.

11. Koehler-Stec E.M. Effects of chronic central infusion of oxytocin on the responce of the magnocellular neuroendocrine system to osmotic stimulation / E.M. Koehler-Stec, A. Bvers, J.Y. Summy-Long // Pharmacology.— 1998.— V. 2.— P. 101—110.

12. Prolonged exposure to intermittent alcohol vapors blunts hypothalamic responsiveness to immune and non—immune signals /

S. Lee [et al.] // Alcohol Clin. Exp. Res.— 2000.— V. 24.— P. 110—122.

13. Alcohol intake leads to irreversible loss of vasopressin and oxytocin neurons in the paraventricular nucleus of the hypothalamus / P.Navarra [et al.] // Endocrinology.—1991.— Vol. 128 (1).— P. 37—44.

14. Rivier C. Acute alcohol administration stimulates the activity of hypothalamic neurons that express corticotrophin—releasing factor and vasopressin / C. Rivier, S. Lee // Brain Res.— 1996.— V.726.— P. 1—10.

15. Tiwari, V. Suppression of neuro—inflammatory signaling cascade by tocotrienol can prevent chronic alcohol—induced cognitive dysfunction in rats / V. Tiwari, A. Kuhad, K. Chopra // Behavioural Brain Research. - 2009. - V.203.— № 2. - P. 296—303.

MORPHOMETRIC CHARACTERISTICS OF SECRETORY NEURONS IN THE MAGNOCELLULAR NUCLEI OF THE HYPOTHALAMUS DURING PROLONGED ALCOHOL INTOXICATION AND THE INTRODUCTION OF a-TOCOPHEROL IN RATS WITH DIFFERENT TOLERANCE TO ALCOHOL

S.N. SEMENOV, N.D. POLJAKOVA-SEMENOVA, S.I.GULJAEVA,

T.V. DOLGOPOLOVA

Voronezh State Medical Academy after NN Burdenko Voronezh State University

The paper covers the results of the investigation of nuclei, nucleoli volume and the quantity of polynucleolar cells in supraoptic and paraventricular hypothalamic nuclei at alcohol intoxication and introduction of a-tocopherol in rats with different alcohol tolerance.

Key words: alcohol intoxication, a-tocopherol, hypothalamus.

УДК 616.441+616.12-008.331.1-079.4

ОСОБЕННОСТИ ЛАБОРАТОРНЫХ И ИНСТРУМЕНТАЛЬНЫХ ПОКАЗАТЕЛЕЙ У БОЛЬНЫХ ПРИ СОЧЕТАНИИ АРТЕРИАЛЬНОЙ ГИПЕРТЕНЗИИ И АУТОИММУННОГО ПОРАЖЕНИЯ ЩИТОВИДНОЙ ЖЕЛЕЗЫ

О.С. СЕМЕНОВА, В.И. ЗОЛОЕДОВ, Н.П. СЕРЕЖЕНКО*

В статье рассмотрены особенности изменений состояния липидного профиля сыворотки крови, данных дуплексного сканирования сонных артерий и ЭХОКГ у больных при сочетании артериальной гипертензии и хронического аутоиммунного поражения щитовидной железы. В результате проведенного исследования выявлены характерные клинико-инструментальные паттерны в зависимости от вида нарушения функции щитовидной железы, расширяющие представления о системном поражении при коморбидном течении кардиологической и эндокринной патологии, которые необходимо учитывать при назначении комплексного медикаментозного лечения и спектра обследования у данной категории больных.

Ключевые слова: артериальная гипертензия, аутоиммунный тирео-идит, липидный профиль, сканирование сонных артерий, эхокар-диография.

Несмотря на достигнутые успехи в борьбе с артериальной гипертензией (АГ) с середины 90 годов XX века отмечается четко выраженная отрицательная тенденция эпидемиологической обстановки по данному заболеванию. Более того, в некоторых странах фиксируется даже рост заболеваемости гипертонической болезнью, увеличивается частота ее осложнений, что стало поводом для ожидания «второй волны» эпидемии сердечнососудистых заболеваний (ССЗ). Одной из вероятных причин такой ситуации является зачастую используемый «универсальный», шаблонный подход к артериальной гипертензии как единому заболеванию. При этом нередко не учитываются возрастные, половые особенности формирования АГ, а значит, отсутствует индивидуальный подход к гипотензивный терапии. Одновременно помимо существенного роста влияния традиционных факторов риска в развитии ССЗ: курение, гиподинамия, ожирение и др., в последние годы активно обсуждается вопрос о роли в этом процессе эндотелиальной дисфункции, воспалительного фактора, вопросов генетического полиморфизма. Тем не менее, до настоящего времени подобных данных либо явно недостаточно, либо они крайне противоречивы для формирования окончательных выводов.

Постулат о том, что АГ не является единым состоянием, а имеет свои особенности у лиц различного пола и возраста убедительно демонстрируют результаты эпидемиологических исследований. Так, по данным С.А. Шальновой [1], в России АГ регистрируется у 36,9% мужчин и 42% женщин, причем, если до 50 лет распространенность этого заболевания преобладает в мужской популяции, то после 50-летнего рубежа у женщин АГ регистрируется значительно чаще, чем у мужчин. Для возрастного диапазона 50-60 лет описана еще одна эпидемиологическая особенность АГ - изменение ее характера [2]. При том, что систолическое артериальное давление (САД) продолжает прогрессивно увеличиваться, диастолическое артериальное давление (ДАД), наоборот - начинает уменьшаться.

Однако при таких высоких значениях распространенности АГ среди населения в России информированность о заболевании чрезвычайно низка. Результаты эпидемиологических опросов

* ГБОУ ВПО «Воронежская государственная медицинская академия им. Н.Н. Бурденко», 394036, Воронежская обл., г. Воронеж, ул. Студенческая, д. 10