Тюркологические (чувашские) исследования венгерских финно-угроведов

ВЕСТНИК ЮГОРСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА

2006 г. Выпуск 2. С. 61- 63

УДК 39

ТЮРКОЛОГИЧЕСКИЕ (ЧУВАШСКИЕ) ИССЛЕДОВАНИЯ ВЕНГЕРСКИХ ФИННО-УГРОВЕДОВ

Ю. Дмитриева

Общеизвестны роль и значение сбора полевых материалов венгерского этнографа, путешественника и языковеда Антала Регули среди финно-угорских народов для сравнительноисторического языкознания. Они позволили прийти к выводу, что к венгерскому языку ближе всего - обско-угорские языки. Наряду с финно-угорскими материалами (манс., хант., мари., морд.) А. Регули представил научной общественности и материалы, собранные среди чувашей-тюрков. Его интерес к чувашам объясняется тем, что в 40-е годы XIX в. чувашский язык считался еще финно-угорским.

Далее первые публикации и исследования чувашского языкознания, автором которых являлся Йожеф Буденц, основывались, главным образом, на материалах А. Регули. «Очерки исследований по чувашскому языку» Й. Буденца - это первая научная грамматика чувашского языка на венгерском [1]. Из рукописного фонда А. Регули Буденц опубликовал и обработал две чувашские сказки [2], а также 1550 чувашских предложений [3] с переводом на венгерский язык и в латинской транскрипции. Его же перу принадлежит и обработка марийских и мордовских полевых материалов А. Регули.

Другой венгерский финно-угровед, расшифровавший записанные А. Регули мансийские тексты, Бернат Мункачи в 1885 году во время своей удмуртской экспедиции в Симбирске знакомился с чувашском языком. В результате этого увидели свет его «Заметки, касающиеся изучения чувашского языка» на венгерском языке [4]. В них дается полное описание фонетической системы и фонетических диалектизмов чувашского языка. С именем Б. Мункачи связано выявление ряда критериев языков чувашского типа, отличающих чувашские заимствования венгерского языка от заимствований общетюркского происхождения. Эти критерии до сегодняшнего дня применяются венгерскими тюркологами-чувашеведами. Очень ценны этимологические разыскания Б. Мункачи и в области тюркологии. Они, главным образом, посвящены выявлению древнебулгарских или старочувашских заимствований венгерского языка. В чувашских исследованиях Б. Мункачи центральное место занимает связь венгров и булгар, время и место их контактов. Специальные работы не посвящены этому вопросу, но, касаясь отдельных слов, он неоднократно высказывается об этих контактах. Мункачи, учитывая языковые факты, уверен, что существовала доисторическая связь между венграми и древними булгарами или булгаро-тюрками, и считает неслучайным совпадением, что в языке венгров, названных этнонимом un-ugur, встречаются элементы, присущие только языку древних булгар. Мункачи, будучи этнографом и языковедом, рассматривал и ряд ключевых этнонимов в истории тюркских и финно-угорских народов. В большой статье, посвященной происхождению этнонима «ugor» [5], помимо расшифровки его в качестве этнонима венгров, он указывает и на то, что этно- и топонимы jugor - Jugra, относившиеся к обско-угорским народам, манси и ханты, это преобразование второго компонента ш-щог - ugor с помощью ]-протезы, что является характерной фонетической особенностью древнебулгарского языка. По его представлениям, этноним jugor был дан народам ханты и манси древними булгарами. Данный факт он обосновывает тем, что булгары - предки чувашей - имели ранние связи с народами северного Урала, а на юге Пермской губернии были даже булгарские колонии. По его мнению, об этом свидетельствуют встречающиеся там топонимы «Булгары», а также и то, что в удмуртском и коми языках имеется значительное количество булгаро-чувашских элементов. Попадание в эти языки чувашских слов по нынешнему расселению этих народов иначе не объясняется.

Относительно этнонима ugor, ogur Мункачи приходит к выводу, что это западнотюркский вариант этнонима oguz «Шгк» («тюрк»-ский), с известным в тюркологии звукоизменением зетацизма: 2 ~ г. Название венгров Предкавказья в византийских источниках IX века -ШгЬ. Этому наименованию (Шг£) противостоит более точное название, данное венграм славянами - ongru I). То есть венгры на раннем этапе своей истории с одной стороны были

отождествлены с Шгк-ами (с восточными тюрками), с другой стороны с ои-и§ог-ами, с западными тюрками, то есть по-другому, с предками чувашей, древними булгарами. Мункачи в своих работах касается происхождения и таких этнонимов, как булгар, башкир, чуваш.

Видный венгерский исследователь марийского языка Эдмунд Беке в своих исследованиях касался чувашских заимствований марийского языка. В своей одноименной статье [6] он дает этимологию 43 марийских слов, имеющих чувашское происхождение. Выявленные им марийские диалектизмы не были учтены даже в монографии М. Рясянена о чувашских заимствованиях марийского языка.

В другой своей работе [7] Э. Беке, сравнивая концовки марийских и чувашских сказок, подчеркивает большое влияние чувашского языка на марийский. Концовки типа «Сказка туда, а я сюда. Конец» он считает результатом влияния чувашского языка. «Роль источника чувашского языка в данном процессе, по его мнению, подтверждают и концовки сказок других тюркских народов» [8: 56].

Небольшую заметку [9] Беке посвящает этимологии редко встречающегося марийского слова карман\кармак - «крепость». Это же слово обнаруживает и сарапульский диалект удмуртского языка [10]. Беке считает, что и марийское, и удмуртское слово являются заимствованиями архаичного чувашского слова карман со значением «крепость». Оно, в свою очередь, восходит к глаголу кар-, соответствия которого, по мнению М. Рясянена, имеются и в других тюркских языках.

Выдающийся исследователь марийского языка нашей современности Габор Берецки финно-угорско-тюркские связи рассматривает по-новому, посвятив ряд работ данной проблематике. В исследовании «Ареальные связи Волго-Камского региона» [11] он выделяет Волго-Камский ареал или языковой союз с семью входящими в него языками: с четырьмя финно-угорскими (морд., мари, уди., коми) и тремя тюркскими (чув., тат., башк.). По его мнению, данный ареал возник в северо-восточной Европе в результате длительного и сложного взаимодействия этих языков. Внутри ареала автор просматривает контакты отдельных языков. Анализируя влияние булгаро-тюрков на языки данного ареала, он считает, что влияние булгаро-тюрков, появившихся в середине VIII века в Волго-Камье, на финно-угорское население было во много раз больше, чем наоборот. Это объясняется более высоким уровнем их культуры. «Автор, проанализировав особенности заимствований, устанавливает, что бул-гаро-тюрки в хронологической последовательности, в первую очередь, контактировали с пермскими, затем с мордовским, потом с марийским народами. Сильному татарскому воздействию подверглись удмуртский, марийский, мордовский и башкирский языки. Татарский язык образовался на булгаро-тюркском субстрате. В первое время сильнее оказалось булга-ро-тюркское влияние на татарский язык, позже татарское влияние на чувашский. Автор касается и воздействия русского языка на упомянутые языки и приходит к выводу, что русизмы в них не составляют особую систему» [8:101].

У Г. Берецки имеются статьи, рассматривающие частные случаи заимствований марийским языком чувашских слов и морфологических элементов [12:13]. В статье «Чувашские падежные окончания в марийском языке», написанной на немецком, Берецки относит марийский язык к тем редким языкам, которые в ходе длительного и интенсивного общения с соседним чувашским языком заимствовали в области морфологии не только формообразующие, но и словообразующие суффиксы или окончания некоторых падежей. Таким образом, он высказывается в пользу чувашского происхождения мар. аффикса -1а, -1а, -§ёп, -§ап и -1еп [13].

Г. Берецки в своей последней монографии «Историческая морфология марийского языка», вышедшей на венгерском языке [14], в большей степени, чем до того, учитывает ареальные связи морфологии марийского языка. Как он сам отмечает в предисловии к монографии, ареальное воздействие чаще всего проявляется вследствие чужого влияния в изменении или в расширении функций отдельных морфологических элементов, а также в появлении новых грамматических категорий. В своей монографии Г. Берецки самой характерной чертой Вол-го-Камского ареала считает ту особенность, что за исключением русского языка его составляющими являются типологически очень близкие агглютинативные языки. В данной работе «максимально учитывается влияние соседних языков на морфологию марийского языка, причем не только собственно заимствования, но и кальки» [14:229]. В связи с этим он считает, что исследование данного языкового ареала может дать новые результаты и для общего языкознания.

В заключение можно сказать, что исходной точкой венгерской тюркологии, а в частности чувашеведения явилось первое посещение чувашской земли и сделанные там полевые записи Анталом Регули. Он, Й. Буденц и Б. Мункачи в свое время исследовали чувашский язык в основном с целью доказать или наоборот отвергать его принадлежность к финно-угорским языкам. «В ходе изучения чувашской грамматики и лексики Й. Буденц убедился в том, что тюркские или названные им же древнечувашские элементы венгерского словарного состава -это всего лишь свидетельства древних контактов двух народов, а не доказательства их генетического родства» [8:5]. Б. Мункачи выявил специфические чувашские критерии тюркских заимствований венгерского языка и пополнял список этих слов.

Э. Беке и Г. Берецки занимались финно-угорско-тюркскими, в т.ч. марийско-чувашскими контактами совсем по другой причине, нежели их выше упомянутые предшественники. Причиной их исследований послужило длительное и интенсивное контактирование финноугорских и тюркских языков Волго-Камского языкового ареала.

ЛИТЕРАТУРА

1. Budenz Jozsef. Csuvas kozlesek es tanulmanyok // NyK 1

2. Budenz Jozsef. Ket csuvas mese // NyK 16 (1881), 157-164

3. Budenz Jozsef. Reguly csuvas peldamondatai // NyK 2 (1864), 189-280

4. Munkacsi Bernat. Csuvas nyelveszeti jegyzetek // NyK 21 (1887-1890), 1-44

5. Munkacsi Bernat. Az „ugor” nepnevezet eredete // Ethnographia 6 (1895), 349-387

6. Beke Odon. Zu den tschuwaschischen Lehnwortern der tscheremissischen Sprache // MSFOu 67, 1933. 42-50

7. Beke Odon. Cseremisz es csuvas mesevegek // Ethnographia 44

8. Дмитриева Ю., Адягаши К., HUNGARO-TSCHUWASCHICA. Аннотированный библиографический указатель исследований венгерских ученых XIX-XX вв. -Чебоксары, 2001.

9. Beke Odon. Egy regi csuvas jovevenyszo a cseremiszben // NyK 53

10. Beke Odon. Egy regi csuvas jovevenyszo az udmurtban // NyK 56

11. Bereczki Gabor. A Volga-Kama videk arealis kapcsolatai // Arealis nyelveszeti tanulmanyok. Szerk. Balazs Janos. Budapest, 1983. 207-236

12. Bereczki Gabor. Etimologiai megjegyzesek // NyK 66 (1964), 117-121

13. Bereczki Gabor. Tschuwaschische Kasussuffixe im Tscheremissischen // Veroffentlich der Societas Uralo-Altaica 12, 1979. 69-79

14. Bereczki Gabor. A cseremisz nyelv torteneti alaktana // Studies in Linguistics of the Volga-Region. Supplementum I., Ed. Klara Agyagasi, Debrecen, 2002.