Колхозное пчеловодство Можгинского района Удмуртии в 1930-е годы

краткие сообщения

DOI 10.24411/2076-8176-2021-11005

Колхозное пчеловодство Можгинского района Удмуртии

в 1930-е годы

Л.М. Колбина, A.C. Осокина

Удмуртский федеральный исследовательский центр УрО РАН, Ижевск, Россия;

lidakolbina@yandex.ru

Статья посвящена проблеме изучения колхозного пчеловодства Удмуртии в 1930-е гг. на примере Можгинского района. Исследования данной тематики проведены по архивным документам Центрального Государственного архива Удмуртской Республики (ЦГА УР) и ежегодным отчётам Можгинского района 1935—1938 гг. Колхозное движение сыграло большую роль в становлении многих отраслей сельского хозяйства, не исключением явилось и пчеловодство. Для Удмуртии с исторически сложившимся пчеловодством, имеющим этническую окраску с многовековыми корнями, это время стало переломным. На примере Можгинского района мы видим, что ускоренные темпы образования колхозов отразились на качестве и количестве производимой продукции — не хватало квалифицированных кадров, стратегия развития отрасли не всегда давала свои «плоды». По данным архивных документов в 1935 г. в Можгинском районе насчитывалась 491 пчелиная семья, но уже в 1936 г. их количество сократилось на 73 пчелиные семьи, а в 1937 г. уменьшилось ещё на 119 семей. Прирост числа пчелиных семей отмечается в 1938 г. в среднем на 54 семьи. Большинство колхозов содержали от 1—10 пчелиных семей, хотя были и крупные колхозы, содержащие до 150 пчелиных семей. от количества пчелиных семей и полученного мёда зависел показатель — трудодень. Выявлено, что чем больше пасека, тем больше давали мёда за трудодень. Мёд, полученный на колхозных пасеках, выделялся в фонд помощи инвалидам, на содержание детских садов и для сирот. Кроме того, часть мёда оставляли на производственные нужды — в среднем от 15 до 33 кг на пчелиную семью. Каждый колхоз самостоятельно определял количество оставляемого мёда пчёлам. Основными медоносными сельскохозяйственными культурами в Можгинском районе являлись конопля, лён, гречиха, вика, чечевица и другие бобовые культуры. Отмечена положительная тенденция посева данных культур и освоения новых земель. Анализ архивных документов (годовых отчётов) Можгинского района за 1930-е гг. показал, что процесс коллективизации хозяйств неоднозначно отразился на отрасли пчеловодства. Несмотря на всю противоречивость того времени, колхозы выстроили организованную и © Колбина Л.М., Осокина А.С., 2021

структурированную работу колхозно-товарных пасек, что отразилось в дальнейшем на всей отрасли пчеловодства.

Ключевые слова: Центральный Государственный архив Удмуртской Республики, отчёт, колхоз, пчеловодство, пчелиные семьи.

Введение

В наши дни не утихает дискуссия в исторических научных кругах по поводу внутренней политики нашей страны в 30-е гг. XX в. Эта полемика затрагивает все её компоненты, но одним из важнейших вопросов социалистических преобразований является аграрная политика, в частности вопросы коллективизации, которые, естественно, отразились и на общественных настроениях в период неурожая 30-х гг. XX в. Если в советский период господствовали восторженно-описательские работы на сей счёт, то сегодня преобладают в целом негативные оценки, а некоторые даже упрекают советское правительство в бездействии, а то и провоцировании связанного с неурожаем голода (Бондарь, Дарендорф, 2019, с. 31). В настоящее время прослеживается три основных подхода в историографии по теме коллективизации:

1) «наивно-апологетический» — прослеживающийся в публицистических работах. Самый яркий пример — книга С.Г. Кара-Мурзы «Советская цивилизация» (2001). В такой трактовке колхозы — закономерное продолжение общинных традиций;

2) «антисталинская», «демократическая» трактовка этого процесса как трагедии, апофеоза государственного террора. В 1990-е гг. это была доминирующая концепция, сейчас же ситуация несколько меняется (Трагедия советской деревни..., 2004). Последними заметными публикациями в рамках данного подхода стали книга С.А. Красильникова «Серп и молох» (2003) и монография двух американских авторов: Дэвис Р., Уиткрофт С. (2011). Также можно отметить труды В.В. Кондрашина, работы которого посвящены голоду 1932-1933 гг. (2013, 2014, 2018);

3) ряд авторов, признавая все ужасы коллективизации, в том числе «голодо-мор», считают эту политику единственно возможной в тех условиях. Деревня была единственным источником финансирования индустриализации, а без этого — полный тупик и угроза иностранного порабощения. Наиболее последовательно эта концепция проводится в трудах С.А. Нефёдова (2017). Его взгляды поддерживает экономист Г.И. Ханин (2015). Из числа других трудов следует назвать работы В.Н. Земскова (2005, 2014) — наиболее серьёзного исследователя «сталинских репрессий».

В начале 30-х гг. пчеловодство находилось на подъёме. По данным В. Волкова (1935, с. 5) в Удмуртии в 1932 г. насчитывалось 33 080 пчелиных семей, а к 1934 г. — 59 539 пчелиных семей, в том числе в можгинском районе — 2 420 семей пчел на 62 колхозных товарных пасеках.

В настоящее время Можгинский район является одним из лучших районов Удмуртской Республики по количеству пчелиных семей и по производству товарного мёда. На территории района в ООО «Россия» располагается единственный племенной репродуктор по разведению пчёл среднерусской породы. В связи

с этим появился интерес провести анализ основных показателей колхозных пасек Можгинского района по архивным материалам для определения основных тенденций работы отрасли пчеловодства в 1930-е гг.

Можгинский район расположен на юго-западе Удмуртской Республики. Граничит с Вавожским, Увинским, Малопургинским, Алнашским, Граховским и Кизнерским районами Удмуртии и Республикой Татарстан.

Район образован 15 июля 1929 г., из Можгинского уезда образован ряд районов, куда вошли бывшие Большепудгинская, Александровская, Поршурская, Большекибьинская и Можгинская волости. В итоге в состав Можгинского района вошло 24 сельских совета. В уезде насчитывалось 66 274 десятины пашни. Население к моменту создания района составляло 46 126 человек; 42% населения — удмурты. В 1937 г. из состава Можгинского района выделились два новых: Пычасский и Большеучинский1.

В сельской местности была активизирована работа по ликвидации неграмотности. Только в 1929-1930-х гг. обучением охвачены около 4 тысяч неграмотных. В деревнях были созданы пункты ликвидации безграмотности. Открылось 50 красных уголков, работало 7 изб-читален2. Подготовка кадров для отрасли пчеловодства в целом по России постоянно расширялась. Например, в 1932 г. было подготовлено 10 208 человек для работы в пчеловодстве, то в 1936 г. — 28 198 человек. В Удмуртии в 1935 г. на учебно-показательной пасеке в г. Можге проводились одно-, трёх- и шестимесячные курсы по пчеловодству, в течение года планировалось обучить 120130 человек3.

Завершающий этап коллективизации прошёл в 1933 г. в годы второй пятилетки (1933-1937 гг.), когда коллективизация сельского хозяйства была полностью завершена. К 1937 г. уровень коллективизации достиг 93%. Касательно пчеловодства известно, что в 1934 г. правительство отменило обязательные поставки мёда. В Советском Союзе каждый колхоз имел право завести общественную пасеку и увеличивать её до любых размеров. Обложению налогом доходы от общественного пчеловодства или натуральными поставками мёда, воска и роев не подлежали4.

В 1935 г. по постановлению VII съезда Советов СССР разработали систему мероприятий по развитию отрасли пчеловодства (подготовка кадров, обеспечение инвентарём), отмечая, что «пчеловодство играет огромную роль не только как высокодоходная отрасль сельского хозяйства, а одновременно с этим является важнейшим средством повышения урожайности семян кормовых культур, в частности клевера»5.

Несмотря на быстрый темп и рост количества колхозных пасек, общее состояние и развитие пчеловодства оставалось всё ещё неудовлетворительным.

В архивных документах отмечается, что Народные комиссариаты земледелия союзных и автономных республик, край(обл)ЗО мало уделяли внимания пчеловод-

1 Муниципальное образование «Можгинский район» официальный сайт [Электронный ресурс]. URL: http://www.mozhga-rayon.ru/city/history.php (дата обращения 17.03.2020).

2 Там же.

3 Центральный государственный архив Удмуртской Республики (далее — ЦГА УР). Ф. Р-1263. Оп. 1. Д. 3. Л. 21.

4 История пчеловождения в России в документах [Электронный ресурс]. URL: http:// www.letokshop.ru/Dokumenty-72

5 URL: http://www.letokshop.ru/Dokumenty-72.

ству и не организуют массово-разъяснительную работу о значении пчеловодства, как высокодоходной отрасли сельского хозяйства. В связи с этим 8 января 1939 г. по Народному комиссариату земледелия СССР издаётся приказ № 10 «О мероприятиях по развитию пчеловодства».

Массовое колхозное движение в начале 1930-х гг. являлось логическим завершением реализации ленинского кооперативного плана. В перспективе по разработанному В.И. Лениным кооперативному плану предполагалось создать крупное социалистическое сельскохозяйственное производство, которое надёжно обеспечило бы государство хлебом, мясом и сырьём. Способом перехода к социализму в деревне считалась кооперация (Ермолаев, 2017, с. 172). К 1937 г. 93% крестьянских хозяйств были объединены в колхозы и совхозы (Ермолаев, 2017, с. 184).

К сожалению, в пчеловодстве массовое колхозное движение привело на первых порах к значительному сокращению числа пчелиных семей как в стране в целом, так и в нашей республике, в том числе в Можгинском районе.

В Центральном государственном архиве Удмуртской Республики (ЦГА УР) частично сохранились годовые отчёты Можгинского района за 1935-1938 гг. с указанием количества пчелиных семей (рис. 1).

Рис. 1. Динамика количества пчелиных семей по годам Fig. 1. Dynamics of the number of bee colonies by year

На рисунке 1 отражена динамика количества пчелиных семей по тем архивным документам, которые сохранились6. Так как в связи с многочисленными преобразованиями колхозов, объединений некоторые хозяйства отчёты не сдавали или они были утеряны, что в свою очередь отразилось на статистике представленного материала. Тем не менее при этом видна общая тенденция снижения количества пчелиных семей с 1935 по 1937 г. Возможно, одной из причин резкого спада количества пчелиных семей стало постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 31 марта 1936 г. об организации новых колхозных пасек для опыления клеверов. Также известно, что резкий переход к коллективизации проходил без подготовки кадров, что отразилось на неграмотном ведении пчеловодных хозяйств. Известно, что неблагоприятные погодные условия 1931—1933, 1936, 1939 гг. отрицательно сказывались на урожайности посевных, что в свою очередь сказалось и на пчеловодстве (Филатов, 2018a, с. 262).

Анализ архивных документов показал, что в Можгинском районе в 24 сельских советах имелись как крупные пасеки, которые стабильно развивались на протяжении многих лет, так и мелкие пасеки (1—10 пчелиных семей). Так, например,

6 ЦГА УР. Ф. Р-567. Оп. 1. Д. 285-294, 506-510, 702-704, 935-937.

в Александровском сельском совете в 1935 г. имелось 589 пчелиных семей, в Лузди-Шудзинском сельсовете — 439 пчелиных семей. Большинство колхозов, входящих в состав района с 1935—1939 гг., содержали 1—10 пчелиных семей (рис. 2).

Рис. 2. Количество колхозов и величина пасеки

за 1935-1938 гг.

Fig. 2. The number of collective farms and the size of the apiary

for 1935-1938

Из рисунка 2 видно, что большинство пасек в колхозах были мелкими, от 1 до 10 семей пчёл, меньше всего колхозы содержали от 26 до 75 семей. В этно-краеведче-ской литературе указывается, что отдельные пасеки, например, коммуны «Трактор» и «10-летие УАО» Можгинского района из года в год сохраняют свои пасеки на 100% (Волков, 1935, с. 5). В книге учёта колхозно-товарных пасек УАО за 1933-1934 гг. написано: «в Можгинском районе в колхозах зарегистрировано 3 368 пчелиных семей в рамочных ульях, в колодах пчел не содержались»7. В дореволюционный период большинство пчелиных семей содержалось в колодах. В 1814 г. П. Прокопович изобрёл первый рамочный улей, что привело к изменениям технологий содержания и разведения пчелиных семей и вытеснению колод.

Общее количество полученного валового мёда представлено на рисунке 3.

Рис. 3. Полученного валового мёда, по годам Fig. 3. Received gross honey, by year

В 1936 г. зарегистрированы неблагополучные погодные условия, выпало мало осадков, стояла очень высокая температура и была засуха — всё это отразилось на

7 ЦГА ур. Ф. Р-1263. Оп. 1. д. 2. л. 19.

медосборе8. В 1937 г. медосбор был плохим из-за больших осадков и холодов во время цветения главных медоносов (малины, клевера, гречихи и липы и др.), поэтому медосбор по району составил на одну пчелиную семью от 6 до 15 кг товарного мёда. В 1938 г. отрицательное влияние на выделение нектара оказала сухая, с высокой температурой погода в июле (в период главного медосбора). Также на медосбор и состояние пчелиных семей оказала влияние холодная весна, что способствовало задержанию роста и силы пчелиных семей к главному медосбору (Потоцкий, 1938, с. 39).

На протяжении долгого времени существовала практика: часть полученного мёда с колхозной пасеки с учётом количества пчелиных семей расходовалась на общественное питание колхозникам. Каждый колхоз сам определял, какое количество мёда выделить на питание. Так, например, в 1935 г. колхозные пасеки Почешурского сельсовета от 14 пчелиных семей выделили 120 кг мёда, в то время как пасеки Большесюгинского сельсовета от 18 пчелиных семей выделили всего 7 кг мёда на питание своим работникам.

Наблюдается тенденция снижения выделяемого мёда на общественное питание с 1935 по 1938 г. В среднем в перерасчёте на 1 пчелиную семью по району на эти нужды в 1935-1936 гг. выделялось 0,76-2,57 кг с одной пчелиной семьи, в 1938 г. цифра составила 0,89-0,11 кг.

Мёд, полученный на колхозных пасеках, также выделялся в фонд помощи инвалидам и на содержание детских садов и для сирот. Активно выдавался мёд в фонд помощи нуждающимся в 1936 г. — 0,245-1,090 кг с пчелиной семьи. Далеко не каждое хозяйство могло позволить выделить часть полученного мёда с пасеки в фонд помощи инвалидам и на содержание детских садов и для сирот. Наибольший объём мёда выделила сельскохозяйственная артель «Путь ленина» Александровского сельсовета — 1 ц, в Нижекватчинском колхозе «Виль Сюрес» — 0,2 ц, а в сельскохозяйственной артели «Колос» Поршурского сельсовета — только 0,11 ц мёда.

В 1938 г. колхозы Маловаложикьинского сельсовета выделили в этот фонд 5 кг от 16 пчелиных семей, Поршурский сельсовет — 11 кг мёда от 12 пчелиных семей.

Решением VI съезда Советов СССР от 17 марта 1931 г. был утверждён общий принцип учёта труда и распределения доходов во всех колхозах по трудодням. Оплата за трудодни была столь мала, что колхозники выживали лишь за счёт «подсобного хозяйства»: огорода, мелкого скота и птицы, коровы (Ермолаев, 2017, с. 185).

Трудодень — это мера оценки и форма учёта количества и качества труда в колхозах в 1930—1950-е гг. Целью внедрения трудодня было устранение уравниловки в распределении колхозных доходов. Но трудодень не учитывал конечные результаты труда в сельскохозяйственном производстве. Количество начисленных колхозникам трудодней не зависело от полученного урожая или доходности животноводства. Недостаток трудодня именно в том и заключался, что оплата труда по нему не была связана с фактическими трудовыми затратами, выплачивалась полученными продуктами (Мотревич, 2013, с. 39). На примере колхозов Можгинского района мы видим, что трудодни распределялись по-разному. исходя, из количества пчелиных семей в хозяйстве, начислялось пропорциональное количество трудодней. Анализ среднего количества трудодней в зависимости от количества пчелиных семей в колхозах представлен в таблице 1.

8 ЦГА УР. Ф. Р-711. Оп. 2. Д. 60. Л. 44.

Таблица 1. Количество выданного мёда за трудодни и на производственные

нужды, кг

Количество выданного мёда, кг Группы пчелиных семей

От 1 до 10 От 11 до 25 От 26 до 50 От 51 до 75 От 76 и более

за трудодни 24,00 26,99 53,68 146,03 252,66

на производственные нужды 33,44 32,78 15,00 29,21 25,69

При этом не всегда распределение по трудодням было равномерным. В хозяйствах Комякского сельсовета от 130 пчелиных семей было выделено за трудодни — 976 кг, в Нижневишурском — при количестве 66 пчелиных семей 554 кг, в Александровском сельсовете — при том же количестве семей — 3,91 кг, в Нижекватчинском сельсовете от 62 семей — 8,64 кг. В Почешурском — от 14 пчелиных семей распределили 520 кг, в Можгинском — 17,25 кг, в Паршурском — от 16 пчелиных семей — 2,08 кг.

В каждом колхозе определённое количество мёда оставляли на производственные нужды (технологический процесс). Оставленный мёд на производственные нужды использовали на подкормку пчелиных семей в зимне-весеннее время (табл. 1).

В колхозах Нижеключевского сельского совета от 9 пчелиных семей оставляли 100% мёда на производственные нужды. В Поршурском — от 22 пчелиных семей получили 181 кг мёда, из них всего 6 кг оставили на производственные нужды. В хозяйствах Большесюгинского сельсовета от 52 пчелиных семей, получили 731 кг мёда, а оставили — 344,9 кг мёда. В условиях Удмуртии рекомендуется «обеспечить пчелиные семьи достаточными зимне-весенними кормовыми запасами в размере 22 кг» (Козлов, Марьина, 1943, с. 4).

Часть собранного мёда колхозы продавали на колхозном рынке. В разные годы в среднем продавалось 22,9% от полученного объёма мёда. По архивным материалам в колхозах Поршурского сельсовета продавалось всего 1,3% от собранного мёда, в то время как в колхозах Пазял-Жикьинского сельсовета продавали весь мёд. К сожалению, с чем это связано, нам узнать не удалось.

Стоимость по госзаготовительным ценам мёда, полученного за год в хозяйствах района, колебалась от 2,00 рубля до 5,00 рубля за 1 кг мёда. Это связано с условиями для получения мёда, даже в одном и том же районе в различные годы стоимость неодинаковая, что, безусловно, отражается на себестоимости мёда. Для того чтобы определить экономическую составляющую в организации пчелиной пасеки, нужно знать все затраты на её оборудование и эксплуатацию. В районе было много пасек вновь организованных, в связи с этим себестоимость мёда у них выше, чем в колхозах, где пасеки давно организованы. Например, средняя стоимость мёда по Можгинскому району составляла 3,43 рубля, при этом внутри одного сельского совета цены в хозяйствах разнились. Так, колхоз «Красное знамя труда» Большесюгинского сельсовета продавал по 2,50 рубля, колхоз «Пример» этого же района по 5,00 рубля, колхоз «Труженик» по 3,00 рубля.

Для стабильного развития отрасли пчеловодства необходима постоянная кормовая база. Известно, что 1935 г. знаменовал собой крупнейший шаг вперед по пути осуществления лозунга сталина «колхозы сделать большевистскими, а колхозников зажиточными». По решению VII съезда Советов, в постановлении СНК СССР и

ЦК ВКП(б) от 31 марта 1936 г. предпринимаются меры дальнейшего развитии пчеловодства с применением клеверосеяния с целью повышения урожая опыляемых насекомыми сельскохозяйственных растений (Чмелевский, 1936, с. 29).

В Можгинском районе кроме злаковых культур в эти годы высевались медоносные сельскохозяйственные культуры: конопля, лён, гречиха, вика и чечевица с другими бобовыми. Посевы медоносных сельскохозяйственных культур по колхозам Можгинского района в период 1935-1938 гг. представлены в таблице 2.

Таблица 2. Посевы медоносных сельскохозяйственных культур по колхозам Можгинского района в период 1935-1938 гг.

Посевы Годы

1935 1936 1937 1938

Конопля 98,29 122,36 70,40 6,39

Лён 236,00 450,83 418,91 127,00

Гречиха 109,99 59,92 110,02 16,50

Вика 157,72 88,46 109,04 49,56

Чечевица и другие бобовые 95,29 217,06 381,91 77,20

В таблице 2 видно, что тенденция посевов таких культур, как конопля, лён, чечевица, с другими бобовыми положительная. По данным архивных документов рост посевных площадей зернобобовых культур в период с 1934 по 1938 г. в уральских колхозах обеспечивался за счёт индивидуальных хозяйств и освоения новых земель. В удмуртских колхозах перевыполняли показатели 1934 г. лишь в 1935, 1937 гг. (Филатов, 2018а, с. 264). Так, например, посевы конопли в 1936 г. выросли на 34,07 га, посевы льна выросли в 1,9 раза, чечевицы — в 2,2 раза по сравнению с 1935 г. При этом посевы гречихи и вики сократились на 54,4 и 56,0% соответственно. В колхозе К. Маркса Старокаксинского района кроме вышеназванных культур высевали люпин (2 га), а в колхозе «Первый шаг к социализму» Комяковского сельского совета — горчицу (1 га) и фацелию (0,5 га)9.

В 1935 г. максимум льна посеяли в колхозах: в Пазял-Жикьинском сельском совете — 40,03 га, в Старокаксинском — 26,33 га, Большесюгинском — 17,18 га, Лудзи-Шудзинском — 17,02 га. В 1936 г. под посевные площади льна колхозы выделили в среднем в 1,5-2,0 раза больше площадей. В 1935 г. рекордсменом по посевам конопли стали колхозы Можгинского сельсовета — 11,28 га, но в 1936 г. посевы по всему району сократились практически в 3 раза. Следует отметить, что, несмотря на то что отчёты о видовой и биологической урожайности приукрашивали реальное состояние дел в колхозах, в целом отражали общую тенденцию освоения земель (Филатов, 2018а, с. 264).

Итак, анализ архивных документов (годовых отчётов) за 1930-е гг. Можгинского района показал, что процесс коллективизации хозяйств неоднозначно отразился на отрасли пчеловодства. Не хватало квалифицированных работников, стратегия развития отрасли не всегда была правильной. При этом на постоянной основе часть коллективного мёда выдавали нуждающимся, на нужды общественного питания, часть продавалась на рынке. Во многом процветание и успех отрасли зависел от заинтересованности и работы административного ресурса хозяйства. Несмотря на

9 ЦГА УР. Ф. Р-567. Оп. 1. Д. 286. Л. 23.

всю противоречивость того времени, колхозы выстроили организованную и структурированную работу колхозно-товарных пасек, что отразилось в дальнейшем на всей отрасли пчеловодства.

Литература

Бондарь И.А., Дарендорф М.В. Общественные настроения крестьянства на юге России в период неурожая 30-х годов XX века // Вестник Северо-Осетинского государственного университета имени К.Л. Хетагурова. 2019. № 3. С. 31—39.

ВолковА.В. В помощь колхозному пчеловоду. Ижевск: УдГИЗ, 1935. 71 с.

Голод в СССР. 1929-1934: В 3 т. (Документы) / Под ред. В.В. Кондрашина. М., 2011— 2013.

Дэвис Р., Уиткрофт С. Годы голода. Советское хозяйство СССР, 1931—1933. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2011. 539 с.

Ермолаев И.П. Полный университетский курс лекций по истории России: в 4 томах. Т. 4. История советской и постсоветской России (1917—2000 гг.). СПб.: Изд-во Олега Абышко, 2017. 667 с.

Земсков В.Н. Спецпоселенцы в СССР, 1930—1960. М.: 2005. 306 с.

Земское В.Н. Сталин и народ. Почему не было восстания. М., 2014. 239 с.

История пчеловождения в России в документах [Электронный ресурс]. URL: http://www. letokshop.ru/Dokumenty-72 (дата обращения 19.03.2020).

Кара-Мурза С.Г. Советская цивилизация. В 2-х т. Т. 2. М.: Алгоритм, 2001. 688 с.

Козлов Г., Марьина В. Обязательные правила по разведению и содержанию пчёл в колхозах удмуртского АССР. Ижевск: удмуртгосиздат, 1943. 15 с.

Кондрашин В.В. Голод в СССР. 1929—1934: В 3 т. Т. 3: Лето 1933—1934 / Отв. сост. В.В. Кондрашин. М.: МФД, 2013. 960 с.

Кондрашин В.В. Хлебозаготовительная политика в годы первой пятилетки и ее результаты (1929—1934). М., 2014. 375 с.

Кондрашин В.В. Голод 1932—1933 годов: трагедия российской деревни. 2-е изд., доп. и перераб. М., 2018. 566 с.

Красильников С.А. Серп и Молох. Крестьянская ссылка в Западной Сибири в 1930-е годы. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭн), 2003. 288 с.

Мотревич В.П. Советский трудодень — зарплата «крепостных» колхозников в условиях тоталитарного государства // Аграрный вестник Урала. 2013. № 3 (109). С. 38—43.

Муниципальное образование «Можгинский район», официальный сайт [Электронный ресурс]. URL: http://www.mozhga-rayon.ru/city/history.php (дата обращения 17.03.2020).

Нефедов С.А. Аграрные и демографические итоги сталинской коллективизации. Тамбов: ИД ТГУ, 2013. 12 с.

Нефёдов С.А. Уровень жизни населения и аграрное развитие России в 1900—1940 годах. М., 2017. 432 с.

Потоцкий В. На пасеке колхоза им. Кирова // Пчеловодство. 1938. № 10. С. 39.

Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. 1927—1939. Документы и материалы. / Под ред. В. Данилова, Р. Маннинг, Л. Виолы. Т. 5. М., 2004. 647 с.

Филатов В.В. Колхозное производство в Уральском регионе в 1924—1940 гг. // Сборник конференций «Пять столетий Югры: проблемы, решения, итоги и перспективы». 2018a. Вып. 1. Нижневартовск: НВГУ. С. 248—268.

Филатов В.В. Формирование системы обучения руководящих колхозных кадров в Уральском регионе в конце 1920-х — 1930-х годах // Вестник Оренбургского государственного педагогического университета. Электронный научный журнал. 2018b. № 3 (27). С. 187—203.

Ханин Г.И., Фомин Д.А. Сталинская коллективизация и советская модернизация // Свободная мысль. № 6 (1654). 2015. С. 67-92.

Чмелевский Н. Журнал Госплана и ЦУНХУ СССР «План». 1936. № 21. С. 28-31.

Collective-farm beekeeping in the Mozhga Raion of Udmurtia

in the 1930s

Lidia M. Kolbina, Anastasia S. Osokina

Institution of Science, Udmurt Federal Research Center of the Ural Branch of the Russian Academy of Sciences, Izhevsk, Russia; lidakolbina@yandex.ru

This article is devoted to the study of collective farm beekeeping in Udmurtia in the 1930s, as exemplified by the Mozhga Raion. The study is based on the archival documents from the Central State Archive of the Udmurt Republic and on the Mozhga Raion's annual reports from 1935-1938. The collective-farm movement has played an important role in the development of many sectors of agriculture, including beekeeping. For Udmurtia where beekeeping was historically and ethnically traditional, it was a crucial period. In the Mozhga Raion, the accelerated organisation of collective farms had affected the quality and quantity of their products, with a lack of skilled labour and not always effective sector-development strategy. According to the archival documents, there had been 491 bee colonies in the Mozhga Raion in 1935. In 1936, this number decreased by 73 and, in 1937, it was further reduced by 119 bee colonies. In 1938, the number of bee colonies increased by an average of 54. Most collective farms kept 1 to 10 bee colonies although large collective farms kept up to 150 bee colonies. The main performance indicator of the time — "trudoden" (workday) — depended on the number of bee colonies and the yield of honey. It was found that the larger the apiary, the more honey was given as in-kind payment per trudoden. Some of the honey harvested from the collective farm apiaries was allocated to Disability Assistance Fund, for the maintenance of kindergartens, and to the orphans. In addition, some honey was left to the bees for production purposes: 15 to 33 kg per bee colony. Each collective farm determined the amount of honey left to the bees. Main melliferous crops in the Mozhga Raion were hemp, flax, buckwheat, vetch, lentil, and other legumes. There was a positive trend in the sowing of these crops and in agricultural development of the lands. The analysis of archival documents (annual reports) of the Mozhga Raion for the 1930s showed that farm collectivisation process had an ambiguous impact on the beekeeping industry. Despite all the controversies of the time, the collective farms succeeded in organising a well-managed and structured work of the collective-farm apiaries, which had a positive impact on future development of the entire beekeeping industry.

Keywords: Central State Archive of the Udmurt Republic, report, kolkhoz, beekeeping, bee colonies.

References

Bondar I.A., Darendorf, Marianne V. (2019). Obshchestvennye nastroeniia krest'ianstva na iuge Rossii v period neurozhaia 30-h godov XX veka [Public sentiment of the peasantry in the south of Russia during the period of crop failure in the 1930s], Severo-Osetinskii gosudarstvennyl universitet imeniK.L. Khetagurova [Herald of the K.L. Khetagurov North Ossetian State University], 3. 31-39.

Chemelevsky N. (1936). ZhurnalGosplana ICUNHUSSSR "Plan" [Journal of the State Planning Commission and the Central Department of National Economic Accounting of the USSR "Plan"], 21, 28-31.

Devis R., Uitkroft S. (2011). Gody goloda. Sel'skoe hoziaistvo SSSR, 1931-1933 [The years of hunger: Soviet agriculture, 1931-1933], Moscow.

Ermolaev I.P. (2017). Polnyl universitetskil kurs lektcilpo istoriiRossii: v 4-h tomakh. T. 4. Istoriia sovetskol i postsovetskol Rossii (1917-2000 gg.) [Complete University course of lectures on the history of Russia: in 4 volumes. Vol. 4. History of Soviet and post-Soviet Russia. (1917-2000 gg.)], St. Petersburg: izdatel'stvo Olega Abyshko.

Filatov V.V. (2018a). Kolkhoznoe proizvodstvo v Ural'skom regione v 1924-1940 gg. [Collective-farm production in the Ural region in 1924-1940], Sbornik konferentcii «Piat'stoletilIugry: Problemy, resheniia, itogi iperspektivy» [Collection of conferences""Five centuries of Ugra: problems, solutions, results and prospect""], 248-268.

Filatov V.V. (2018b). Formirovanie sistemy obucheniia rukovodiashchikh kolkhoznykh kadrov v Ural'skom regione v konce 1920-kh — 1930-kh godakh [Formation of training system for collective-farm managers in the Ural region in the late 1920s and 1930s], Vestnik Orenburgskogogosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta. Elektronnylnauchnylzhurnal [Herald of the Orenburg State Pedagogical University. Electronic scientific journal], 3 (27), 187-203.

Hanin G.I., Fomin D.A. (2015). Stalinskaia kollektivizatciia i sovetskaia modernizatciia [The Stalinist collectivisation and Soviet modernisation], Svobodnaia mysl' [Free thought], 6 (1654), 6792.

Istoriiapchelovozhdeniia v Rossii v dokumentakh (2020). [History of beekeeping in Russia in the documents]. Retrieved from http://www.letokshop.ru/Dokumenty-72 (last accessed March 19, 2020).

Kara-Murza S.G. (2001). Sovetskaia civilizatciia. V2-kh t. T. 2 [Soviet civilization. In 2 volumes. Vol. 2], Moscow: Algoritm.

Kondrashin V.V. (2013). Golod v SSSR. 1929-1934: V31. T. 3: Leto 1933-1934 [Famine in the USSR. 1929-1934: In 3 vols. Vol. 3: Summer 1933-1934], Moscow: MFD.

Kondrashin V.V. (ed.) (2011-2013). Golod v SSSR. 1929-1934: V31. (Dokumenty) [Famine in the USSR. 1929-1934: In 3 vols. (Documents)], Moscow.

Kondrashin V.V. (2014). Khlebozagotovitel'naia politika v gody pervol piatiletki i ee rezul'taty (1929-1934) [Grain procurement policy during the first five-year plan and its results (1929-1934)], Moscow.

Kondrashin V.V. (2018). Golod 1932-1933godov: tragediia rossilskolderevni [The famine of the 1932-1933: the tragedy of Russian village], Moscow.

Kozlov G., Mar'ina V. (1943). Obiazatel'nyepravilapo razvedeniiu isoderzhaniiupchelvkolhozakh Udmurtskogo ASSR [Mandatory rules for breeding and keeping bees at the collective farms], Izhevsk: Udmurtgosizdat.

Krasil'nikov S.A. Serp iMolokh. Krest'ianskaia ssylka v ZapadnolSibiri v 1930-egody [The Sickle and Moloch. Peasant exile in Western Siberia in the 1930s], Moscow: Rossiiskaia politicheskaia entciklopediia (ROSSPEN), 2003.

Motrevich V.P. (2013). Sovetskii trudoden' — zarplata "krepostnykh" kolkhoznikov v usloviiakh totalitarnogo gosudarstva [Soviet workday, the salary of "serf" kolkhozniks in a totalitarian state], Agrarnylvestnik Urala [Agrarian herald of Urals], 3 (109), 38-43.

Munitcipal'noe obrazovanie "Mozhginskil rajon" ofitcial'nyl salt (2020). [Moghga Raion Municipality: official website]. Retrieved from http://www.mozhga-rayon.ru/city/history.php_ (last acessed March 17, 2020).

Nefedov S.A. (2013). Agrarnye i demograficheskie itogi stalinskol kollektivizatcii [Agrarian and demographic outcomes of the Stalinist collectivisation], Tambov: ID TGU.

Nefyodov S.A. (2017). Uroven' zhizni naseleniia i agrarnoe razvitie Rossii v 1900-1940godakh [The population's living standards and agrarian development of Russia in 1900-1940], Moscow.

Pototsky V. (1938). Napaseke kolkhoza im. Kirova [At the apiary of the Kirov Collective Farm], Pchelovodstvo [Beekeeping], 10, 39.

Volkov A.V. (1935). Vpomoshch'kolkhoznomupchelovodu [Help for collective-farm beekeeper], (pp. 5-6), Izhevsk: UdGIZpubl, 5-6.

Zemskov V.N. (2005). Specposelentcy v SSSR, 1930-1960 [Special Settlers in the USSR, 19301960], Moscow.

Zemskov V.N. (2014). Stalin i narod. Pochemu ne bylo vosstaniia [Stalin and the people. Why there was no uprising], Moscow.