Архитектоника свободы

УДК 008 КАРИМОВ В.А.

АРХИТЕКТОНИКА СВОБОДЫ.

Каримов Александр Владиславович - канд. филос.н., доц. Тамбовский государственный университет им. Г.Р. Державина

Аннотация. Проблема свободы в истории философской культуры почти всегда ставилась как вопрос о принципиальной возможности самой свободы, о тех границах, которые создают пределы свободе. Как правило, реалистический характер мышления философов способствовал этико-практическому пониманию свободы в совокупности с рассмотрением свободы социальной. Отвлеченное понимание реальной абсолютной свободы в онтологическом плане, как правило, уводило ее в область надэмпирическую. Одним из аспектов абсолютной свободы является свобода от смерти или возможность вечной жизни. Большинство мыслителей, которые утверждали реальность такой свободы, будучи религиозными, отводили ей место в ином, «горнем» мире. Русский мыслитель Николай Федорович Федоров (1829-1903) был одним из немногих философов, которые осмелились провозгласить возможность свободы от смерти в земных, материальных условиях.

Ключевые слова: свобода, культура, культурфилософские воззрения свободы.

Все многообразие культурфилософских воззрений на свободу и представлений о сущности ее идеи, можно разделить на три основные формы, характеристики которых нами были также уже указаны. Однако идею свободы можно рассмотреть и в другом ракурсе, выделив ее своеобразную «смысловую архитектонику».

Проблема свободы в истории философской культуры почти всегда ставилась как вопрос о принципиальной возможности самой свободы, о тех границах, которые создают пределы свободе. Как правило, реалистический характер мышления философов способствовал этико-практическому пониманию свободы в совокупности с рассмотрением свободы социальной. Отвлеченное понимание реальной абсолютной свободы в онтологическом плане, как правило, уводило ее в область надэмпирическую. Одним из аспектов абсолютной свободы является свобода от смерти или возможность вечной жизни. Большинство мыслителей, которые утверждали реальность такой свободы, будучи религиозными, отводили ей место в ином, «горнем» мире. Русский мыслитель Николай Федорович Федоров (1829-1903) был одним из немногих философов, которые осмелились провозгласить возможность свободы от смерти в земных, материальных условиях. Именно на примере его концепции мы проиллюстрируем проблему свободы от законов природы и смерти.

Несмотря на посмертную публикацию главных творений Федорова его идеи были хорошо известны ведущим русским мыслителям второй половины XIX века Достоевскому, Толстому, В. Соловьеву. С двумя последними Федорова связывали и дружеские отношения. После публикации его главного труда Федоров начинает рассматриваться как один из наиболее оригинальных русских мыслителей. Его называли русским искателем всеобщего спасения.

Федоров не был профессиональным философом, однако был хорошо знаком с достижениями всей истории философской мысли. Собственные взгляды Федорова строятся на фундаменте как русской, так и западной философской традиции. Интересна критика Федоровым Канта, Шопенгауэра, Ницше, позитивистской теории прогресса. Говоря об отношении Федорова к другим учениям, Н.А. Бердяев отмечал: «Он очень не любил философского идеализма, не любил гностических тенденций, которые были у Вл. Соловьева. Он был моноидеистом, он целиком захвачен одной идеей - идеей победы над смертью, возвращения жизни умершим» [4, с.229].

Одним из недостатков философии Федоров считал ее примирение с действительностью, в первую очередь со смертью. «Все философии, разноглася во всем, сходятся в одном - все они признают действительность смерти, несомненность ее, даже не признавая, как некоторые из них, ничего действительного в мире» [5].

Другим недостатком современной ему философии Николай Федорович считал отрыв знаний от практики. Философия представляет собой мысль без дела, чистое мышление. Превращение же мысли в дело не может быть уделом одних лишь философов, ученого сословия. Необходимо объединение всех людей в познавательной деятельности, которая совпадает с нравственным и религиозным творчеством.

По Федорову, в человеческой истории никакого реального прогресса нравственности нет. Начиная с эпохи Возрождения, на Западе возродилось язычество, культ молодости. Пропало уважение к старшим и к умершим. Современная цивилизация, особенно западная, способствует разобщению людей. Даже в Россию проникло негативное влияние Запада. Отношения в современной цивилизации можно охарактеризовать как неродственные. На Западе основными отношениями между людьми стали экономические и юридические, которые являются проявлениями неродственности.

Человека же характеризуют родственные отношения, они выделяют его изо всех других существ. Характерной чертой человека является особое отношение к умершим, их погребение. Современная цивилизация основана на промышленности, но промышленность производит орудия для войны или украшения. Ученые также нацелены на применение своих результатов в целях войны и промышленного производства, но не на благо человека. Промышленность изготовляет обилие искусственных мертвых вещей. Эти вещи удовлетворяют преимущественно искусственные потребности человека.

Демократия западных государств считалась Федоровым несовершенной формой правления. По его мнению, «высшая современная форма правления вручает власть государственную выборным лицам; но выборные - это те же опекуны народа, предполагаемого неспособным обходиться без них, то есть народа несовершеннолетнего» [6]. Реальная свобода человека в западном демократическом государстве подлинной свободой не является. Критика Федоровым Запада была настолько острой, что даже превосходила критику капитализма социалистами. Исследователями отмечалась даже близость учения Федорова и коммунизма, несмотря на враждебное отношение Федорова к марксизму.

Отсутствие родственных отношений связано с отсутствием братства. Марксистское учение делает акцент на экономику и игнорирует, по Федорову, необходимость достижения братства, всеобщей любви. «Если бы даже экономическим устройством и было достигнуто невозможное, невозможное не потому, что люди дурны, а потому, что человек не может не иметь общего и притом великого всеобщего дела, не может удовлетворяться пустяками, если бы и было достигнуто невозможное, т.е. отсутствие всяких преступлений, то и в таком случае это не было бы еще братством, потому что, если люди не дерутся, это еще не значит, что они любят друг друга» [5, с.282]. Если же законы природы будут продолжать действовать, то тот тип равенства, который проповедует социализм, не принесет людям блага.

наличие смерти на даст развиться духу братства.

Небратское состояние проявляется в присвоении чужого, в уничтожении слабейших сильнейшими, в вытеснении и забвении отцов сынами, забывшими сыновний долг. Причина неродственности в том, что под давлением сил природы, несознательных и разрушительных, люди думают лишь о собственном выживании. Совершенно очевидным для Федорова является наличие сыновнего долга, долга детей перед родителями. Даже само название «человек» кажется Федорову не совсем правильным, более точным он считал наименование «сын человеческий», потому что человеком стал впервые именно тот, кто первым стал заботиться о родителях.

Человек является существом родовым. Именно человек, в отличие от животных, чувствует свою связь с предками. Поэтому люди издавна пытались закрепить, сохранить в памяти все связанное с умершими. Из этого стремления и возникли искусство и религия, были созданы музеи и храмы.

В соответствии с христианскими представлениями человек является особым, уникальным существом во вселенной. Человек сам отказался от вечной жизни и от власти над природой. Кроме того, человек смирился со смертью. Люди не восприняли призыв Иисуса Христа к воскрешению. Люди не осознали своего долга перед предками, стали «блудными сынами». Федоров называл «сынов блудными сынами, потому что они забыли могилы отцов, увлеклись женами, капитализмом и цивилизацией. Цивилизация строилась на костях отцов» [4, с.229]. Любовь к вещам и женщинам стала отвлекать сынов от сознательного принятия своего долга перед отцами. «Притча о блудном сыне стала символом европейской цивилизации, в которой высшей ценностью стало не отцелюбие, а веще- и женолюбие» [7].

Человек отличается от животных тем, что он чувствует свою смертность и испытывает стыд, узнав о характере своего рождения. «И стыд рождения, и страх смерти сливаются в одно чувство преступности, откуда и возникает долг воскрешения, который требует, прежде всего, прогресса в целомудрии. В нынешнем же обществе, следующем природе, т.е. избравшем себе за образец животное, все направлено к развитию половых инстинктов. Вся промышленность, прямо или косвенно, возникает из полового подбора» [5, с.399]. Наука, литература и искусство также служат полу. Необходимо осознать ущербность представлений о человеке преимущественно как о представителе того или иного пола. Мужчина и женщина, прежде всего, дети, которые имеют долг по отношению к родителям.

Осознание того, что рождение есть умерщвление родителей, должно побудить человека к активным действиям для спасения предков, к практической реализации требований долга. Однако один человек ничего не добьется в деле исполнения долга пред предками. В одиночку может быть и можно спасти самого себя, но такой подход не является в полной мере нравственным. Спасение должно быть делом общим и, кроме того, спасти надо всех. Люди должны думать все и обо всех. «Знать только себя есть зло, знать только других (альтруизм, жертвовать собой для других) есть добродетель, которая указывает на существование зла в обществе, но не устраняет его. Нужно жить не для себя и не для других, а со всеми и для всех» [5, с.400]. Человечество, по Федорову, объединяет и живущих, и умерших. Дело исполнения долга должно быть общим делом. Общее дело означает победу над смертью, регуляцию природы.

Целью объединения является установление родственных отношений между всеми людьми, которые необходимы для борьбы со смертью. Аргументы для утверждения самой возможности бессмертия и воскрешения Федоров черпает в христианской религии. Однако он говорит об условности пророчеств Апокалипсиса. Человечество должно сплотиться и сделать то, к чему оно призвано. Иначе действительно наступит конец света. Конца света и Страшного суда не будет, если человечество объединится в «общем деле».

Пророчества Апокалипсиса ставят перед человеком задачу активных действий. Перед лицом этой угрозы человек не должен пассивно ждать. Согласно Н.А. Бердяеву, проект Федорова в главной своей идее есть проект избежания Страшного суда. Победа над смертью, всеобщее воскрешение есть не только дело Бога при пассивности человека, это дело богочеловеческое, это дело коллективной человеческой ответственности [4, с.231].

Делу братского объединения и воскрешения должна служить вся человеческая культура, храмы, школы и музеи собирают и предают всю информацию об ушедших поколениях. Люди должны приучаться уважать предков, «отцов» и сохранять память о них до той поры, пока не будет возможно реальное их воскрешение.

Люди до сих пор не объединились только потому, что не осознали в полной мере долга перед предками, необходимости их воскрешения. Федоров пишет: «Препятствия к построению нравственного общества заключаются в том, что нет дела настолько обширного, чтобы поглотить все силы людей, которые в настоящее время расходуются на вражду; во всей всемирной истории мы не знаем такого события, которое, грозя гибелью обществу, соединило бы все силы и прекратило бы все раздоры, всякую враждебность в нем» [5, с.361]. Когда же цель объединения указана, необходимо все силы направить на ликвидацию противоречий между отдельными группами людей. Особую роль в этом процессе должна сыграть Россия, которая имеет богатый исторический опыт объединения народов.

Люди должны все время проводить в добровольном труде, который имеет великую цель - воскрешение. Работать надо даже в праздники. Самоотверженный труд на благо общества ведет, в конечном счете, к благу отдельной личности, так как «человек, устраняя из своих действий личные побуждения, стремление к личному счастью, необходимо, однако, достигает его, потому что общая добродетель, т.е. дело всех, есть причина и воскрешения всех, следовательно, и личного бессмертия» [5, с.166]. Участие в общем труде должны принимать не только мужчины, но и женщины. Процессы эмансипации, происходившие в те времена, оценивались Федоровым как свидетельство упадка нравов. Отношение Федорова к женщине двойственно. С одной стороны, он отмечает, что именно женщина отвлекает мужчину от «общего дела», с другой - подчеркивает благоприятные для этого дела душевные качества женщин. В браке Федоров ценил, прежде всего, стремление к духовному единению, которое должно перерасти в стремление к созданию огромной семьи, состоящей из всех представителей человечества. При этом объединение людей в будущем обществе Федоров трактовал как приобретение человечеством богоподобных черт.

Идеальное общественное устройства Федоров назвал «психократией». Психократия - это наилучшее общество, в котором на деле доказывается власть духа над материей. При психократии все люди осуществляют все свои дела вместе, вместе думают, всё при этом подчиняется их сознанию, как их тела, так и внешняя природа. Психократия не допускает возможности конфликтов внутри общества, так как люди становятся едиными друг с другом духовно и разумными. Никакие иррациональные импульсы не угрожают, по Федорову, такой общественной организации. В конечном счете, психократия не есть только организация общества, а есть способ устроения новой вселенной, которая будет живой и разумной. Г.В. Флоровский создание человеческого общества по образу и подобию Троицы считал фантастикой, по его мнению, осуществление федоровских идеалов на деле должно было привести к подавлению отдельной личности. «Учение о человеческой личности у Федорова совсем не развито. Индивид остается и должен быть только органом рода», [11]. Однако и сам Федоров понимал, что «никакими общественными перестройками судьбу человека улучшить нельзя: зло лежит гораздо глубже, зло в самой природе, в ее бессознательности, зло в самом рождении и связанной с ним неразрывно смерти» [5, с.407].

Борьба со злом необходимо должна включать в себя регуляцию природы. Регуляция природы означает «обращение рождающей и умерщвляющей силы в воссозидающую и оживляющую. Регуляция природы не барство (т.е. не подчинение природы капризу, произволу) и не своеволие (эксплуатация), а внесение в природу воли и разума. Человек и будет управлять природою, когда между людьми не будет розни, когда не своеволие, а доброволие они будут вносить в мир и когда, следовательно, станут орудием Божественной воли» [9, с.393].

Природа - враг человека, именно ее законы вызывают старение и смерть. Она неразумна и хаотична. «В природе Федоров не видит и не признает никакого смысла, ни целей, ни красоты. Мир есть хаос и стихия, потому в нем и нет мира» [11, с.371]. Подобное отношение к природе приводило некоторых исследователей творчества

Федорова к отрицанию религиозного характера его учения. Например, В. Е. Львов писал: «Природа в его, Федорова, представлении полностью лишена той изначальной целесообразности, которая является необходимым звеном всякой теологии. Теология, как любил говорить Энгельс, неотделима от телеологии» [12]. Но Федоров считал, что целесообразность в природу вносит человек и делает он это по божественной воле.

Природа сильна и враждебна, пока бессилен человек, пока воля человека не стала волей природы. Федоров писал: «Природа нам враг временный, а друг вечный потому, что нет вражды вечной, а устранение временной есть наша задача, задача существ, наделенных чувством и разумом» [5, с.521]. Природа будет другом вечным тогда, когда люди смогут ее трансформировать, преобразовать. Всю природу надо переделать в соответствии с требованиями разума и нравственности.

Большую роль в деле регуляции природы призвана сыграть наука. Все науки должны объединиться в деле воскрешения, главную же роль Федоров отводил астрономии, которой должны были заниматься все люди. Наука должна заимствовать у религии главную цель - воскрешение. По мнению Бердяева, «совершенно оригинально... это соединение христианской веры с верой в могущество науки и техники» [4, с.229].

Первой задачей науки является метеорическая регуляция, изменение климата, устранение засухи, орошение полей, борьба с землетрясениями, голодом. Необходимо внести изменения в характер использования полезных ископаемых. Каменный уголь надо заменить солнечной энергией. Федоров отмечал еще в то время наличие серьезных экологических проблем. Сам характер современной цивилизации, согласно мыслителю, ведет мир к гибели. «Итак, мир идет к концу, - пишет Федоров, - а человек своей деятельностью даже способствует приближению конца, ибо цивилизация,

эксплуатирующая, но не восстанавливающая, не может иметь иного результата, кроме

ускорения конца» [5, с.301]. Основную вину за это мыслитель возлагает на развитые

страны Запада, в первую очередь, Англию.

Даже при условии прекращения вредного влияния людей на природу жизнь на нашей планете не вечна. Одной из причин этого является постепенное угасание Солнца. Мысль о земле как частице космоса, о связи человека и вселенной приводит Федорова к признанию необходимости осуществлять регуляцию не только на уровне Земли, но в масштабе планет и звездных систем.

Русский мыслитель призывает к овладению космосом, внесению в природу воли и разума. Землю надо превратить в своеобразный космический корабль. «Земля станет первою звездою на небе, движимою не слепою силою падения, а разумом,

восстановляющим и предупреждающим падение и смерть» [5, с.529]. Люди не должны оставаться безучастными к естественным процессам. «Человечество должно быть не праздным пассажиром, а прислугою, экипажем нашего земного, неизвестно еще, какою силою приводимого в движение, корабля - есть ли он фото-, термо- или электроход. Да мы и знать не будем достоверно, какою силою движется наша земля, пока не будем управлять ее ходом» [5, с.360-361]. Начав с управления движением земли, человек перейдет к управлению движением планет и звезд, даже заселит всю вселенную. Таким образом будет решен вопрос об истощении земных ресурсов и перенаселении.

Помимо внешней регуляции, регуляции природы, Федоров говорит и о внутренней регуляции, регуляции человеческого организма. Ведущий специалист по творчеству Федорова С.Г. Семенова отмечает: «Глубина Федоровского подхода в том, что он не мыслит себе задач метеорической, космической регуляции без одновременной регуляции внутренней, психофизиологической» [13]. Человек существо незавершенное. В настоящее время ему почти нечем гордиться. Он только проект, который может стать человеком в подлинном смысле этого слова, хозяином земли и неба.

Одним из проявлений несовершенства человека является его подчиненность половому инстинкту и стремление к продолжению рода. Грехом является любое стремление к противоположному полу. Федоров, правда, признает, что в самом начале

осуществления общего дела рождение необходимо сохранить. Человек должен быть целомудренным, причем целомудренным не в смысле простого отказа от физического полового влечения, а целомудренным активно. Согласно Федорову, половой инстинкт в современном обществе возбуждается во многом искусственным путем, вся промышленность, все украшения, ею произведенные, служат этой цели.

Большое значение в творчестве Федорова имеет процесс земледелия. Земледелие собирает частицы для воссоздания как тел ныне живущих, так и тел отцов и предков. Именно земледелие является одной из сторон процесса выработки нового человеческого организма, который должен полностью подчиняться сознательной регуляции. «Этот организм есть единство знания и действия; питание этого организма есть сознательнотворческий процесс обращения человеком элементарных, космических веществ в минеральные, потом растительные и, наконец, живые ткани» [5, с.405]. Сами орудия труда сделаются органами этого организма, само земледелие сделается органом организма. Человек победит пространство и будет находиться повсюду в зависимости от своей воли.

Посредством психофизиологической регуляции человек должен постепенно подчинить своей воле все процессы своего организма, перенастроить их в соответствии с нуждами разума. Неясно, сохранится ли питание у человека в дальнейшем, но на первых этапах развития Федоров предлагал перейти на питание по способу растений, то есть человек должен из неорганического вырабатывать органическое, должен сознательно создавать свои ткани. Тело человека изменится и станет приспособленным для каждой космической среды, в которой он будет жить. Несмотря на такие изменения в строении тела, сущность человека при этом не изменится.

Первой целью внутренней регуляции является достижение человеком бессмертия. Бессмертие достигается, однако, не одной только внутренней, но и внешней регуляцией. Человек ныне смертен только потому, что он невежествен. Наказанием за неведение и служит «смертная казнь». Орудием борьбы со смертью могут служить лишь знание и высшая нравственность.

Достижение бессмертия представителями исключительно только будущих поколений рассматривается Федоровым как безнравственное по отношению к умершим предкам. Кроме того, «бессмертие без воскрешения невозможно физически, если бы оно и было возможно нравственно; оно невозможно без воскрешения так же, как невозможно быть микрокосмом, не умея управлять и воссоздать мегакосм или макрокосм» [5, с.431].

Идея воскрешения, причем воскрешения всеобщего, - центральная идея федоровских философских построений. Сама мысль о возможности воскрешения заимствуется Федоровым в христианской религии. Однако он дает свое истолкование роли человека в этом процессе. Именно человек является главным деятелем-воскресителем. При этом мыслитель не отрицает необходимости божественной помощи в этом процессе. Бог воскресит умерших через человека, но только в том случае, если люди объединятся в общем деле.

Вместе с тем, Федоров подчеркивал естественный характер воскрешения силами людей, отсутствие в этом процессе всякой мистики, хотя избежать полностью момента магичности в таком процессе, как воскрешение мертвых, по-видимому, мыслитель не смог.

Весьма сложен вопрос о том, каким же образом люди будут воскрешать умерших, какую роль сыграет наука в этом процессе. Федоров попытался наметить общие контуры данной проблемы исходя из имевшихся в его время научных представлений. По мнению мыслителя, частицы тел умерших имеют определенные вибрации, которые сходны с вибрациями частиц тел ныне живущих родственников этих умерших. Данные родственники смогут проникать в земные недра и с помощью особых «химических лучей» собирать вместе родственные частицы.

Управляя деятельностью частиц, мы сможем вновь сложить тела отцов. Важную роль в этом процессе должно сыграть направление родотворной энергии, связанной с

полом, на дело воскрешения. Как конкретно энергия пола будет превращена в энергию бессмертия и воскрешения, Федоров, правда, не поясняет. Большое значение мыслитель придает осознанию живущими своей родственной связи с умершими. Он говорит о том, что воскрешенные будут воссоздаваться в первую очередь их ближайшими родственниками, воссоздаваться как бы из самих себя.

Одного научного изучения деятельности частиц и их свойств не хватает для воскрешения, требуется осуществить процесс собирания всех частиц, рассеянных в космосе; поэтому вопрос о воскрешении Федоров называет «теллуросолярным» или даже «теллурокосмическим». Освобождение человечества от смерти и власти природы будет означать, тем самым, обретение власти над пространством и временем.

Воскрешение умерших будет происходить не одномоментно, а последовательно. «Хотя первый воскрешенный будет, по всей вероятности, воскрешен почти тотчас же после смерти, едва успев умереть, а за ним последуют те, которые менее отдались тлению, но каждый новый опыт в этом деле будет облегчать дальнейшие шаги. С каждым новым воскрешенным знание будет расти; будет оно на высоте задачи и тогда, когда род человеческий дойдет и до первого умершего» [5, с.421].

Говоря о способах воскрешения мертвых, предложенных Федоровым, Н.А. Бердяев писал: «Есть две стороны в учении Н. Федорова - его истолкование Апокалипсиса, гениальное и единственное в истории христианства, и его «проект» воскрешения мертвых, в котором есть, конечно, элемент фантастический. Но самое нравственное сознание его есть самое высокое сознание в истории христианства» [4, с.229].

При рассмотрении воскрешения весьма важно выяснить, как воскреснут мертвые: в преображенном или же в прежнем, непреображенном теле. Критики учения Федорова часто указывали на то, что мыслитель представлял себе воскрешение как процесс простого восстановления прежде бывших тел, без всякого их преображения. Например, Г.В. Флоровский отмечал: «В его «проектах нет вовсе потусторонности, есть прямое нечувствие преображения.» [11, с.369]. Н.О. Лосский замечает: «Федоров по-видимому, имеет в виду воскрешение человека в непреображенном теле, которое еще нуждалось бы в пище. Отсюда возникает вопрос о заселении других планет. Все это достигается благодаря высокоразвитой науке и технике» [2, с.109]. Однако, федоровское учение постоянно говорит о коренном изменении физической природы человека, о его способности господствовать над пространством и временем, о безусловной нравственности всех будущих бессмертных личностей. Поэтому более обоснованной точкой зрения является признание необходимой связи воскрешения с преображением тела. Вначале воскрешение отцов, их воскресение и преображение. «Сыны, совершающие акт воскрешения, по завершении этого акта также получают «воскресение», т.е. преображение и бессмертие» [14]. Воскрешение, бессмертие и преображение неразрывно связаны друг с другом. По завершении этих процессов «люди приобретают природу, присущую Адаму до грехопадения, и выполняют ту функцию, для которой были созданы богом, т.е. для общения с богом как верховным благом, для управления вселенной» [14, с.54].

Более того, по Федорову, преображен и одухотворен должен быть весь мир. «Но это «одухотворение» вселенной (через подчинение ее разуму человека) касается внешней стороны в жизни природы; но как остановить «смертоносную силу» в природе? Федоров постоянно обращается к этой теме - но все его построения в этой области расплывчаты, фантастичны» [15], - отмечал В.В. Зеньковский. Если последовательно провести федоровскую идею о преобразовании мира, то можно придти к утверждению о том, что именно человек должен стать главным инструментом Бога в деле уничтожения старого мира и творения нового. Этот новый мир имеет весьма неопределенные очертания, например, неясно, будет ли этот мир существовать в пространстве и во времени, будет ли в этом мире вообще что-либо кроме объединенного человечества? Или же объединенное человечество фактически станет божеством и преобразование мира означает просто его уничтожение, растворение в человеке?

Практически все исследователи творчества Федорова отмечают утопизм его концепции, противоречивость его основных положений. Подвергался Федоров критике и за отход от догм православия и даже от религии вообще. Действительно, Федоров весьма вольно обращается с догматами, его понимание религии своеобразно. Религия, по Федорову, не столько в вере и молитве, сколько в деле, коллективной деятельности человечества. Православие Федоров интерпретирует далеко не ортодоксально.

Таким образом, несмотря на то, что отдельные положения федоровской концепции противоречат как данным современной науки, так и догмам православной церкви, зачастую являются наивными и утопичными, в целом учение гениального русского мыслителя остается ценным завоеванием философской мысли, поскольку проникнуто оптимизмом, нацелено на совершенствование человека и человечества на основе развития науки и техники, на регуляцию стихийных сил природы совокупными усилиями людей, объединенных целями «общего дела».

1. Семенова С.Г. Николай Федоров: Творчество жизни. - М.,1990. - С.63.

2. Лосский Н.О. История русской философии. - М.,1991. - С.105.

3. Георгиевский Г.П. Из воспоминаний о Николае Федоровиче (К 40 дню кончины)// Федоров Н.Ф. Собрание сочинений: В 4-х тт. - Дополнения. Комментарии к Т.1У. - М.,2000. - С.29.

4. Бердяев Н.А. Русская идея. Основные проблемы русской мысли XIX века и начала XX века // О России и русской философской культуре. - М.,1990. - С.228.

5. Федоров Н.Ф. Сочинения. - М.,1982. - С.364.

6. Федоров Н.Ф. Собрание сочинений: В 4-х тт. - Т. II. - М.,1995. - С.101.

7. Матяш Д.В., Матяш Т.П. Великий мечтатель о бессмертии человека. Н.Ф. Федоров // Русские мыслители. Ростов н/Д,2003. - С.218.

8. Федоров Н.Ф. Собрание сочинений: В 4-х тт. - Т. III. - М.,1997. - С.301.

9. Федоров Н.Ф. Собрание сочинений: В 4-х тт. - Т.! - М.,1995. - С.352.

10. Гулыга А.В. Русская идея и ее творцы. - М.,2003. С.176.

11. Флоровский Г.В. Пути русского богословия // О России и русской философской культуре. - М.,1990. - С.371.

12. Львов В.Е. Загадочный старик. - Л., 1977. - С.178.

13. Семенова С.Г. Философия воскрешения Н.Ф. Федорова //Федоров Н.Ф. Собрание сочинений: В 4-х тт. - Т.! - М.,1995. - С.19.

14. Пазилова В.П. Критический анализ религиозно-философского учения Н.Ф. Федорова. - М.,1985. - С.54.

15. Зеньковский В.В. История русской философии. - Т.2. Ч.1. - Л.,1991. - С.147.

16. Федоров Н.Ф. Собрание сочинений: В 4-х тт. - Т.ГУ. - М.,1999. - С.522.