Я делаю то, что мне нравится

Ювелирно-часовая марка Jacob & Co начала работать с часами на рубеже веков, когда модели с пятью часовыми поясами стали пользоваться огромной популярностью сначала у хип-хоп-музыкантов, а потом и у всех остальных. За первым успехом 2000-х последовала сложная механика: Quenttin в 2010-м и Astronomia Sky в 2017-м. Это заслуга основателя Jacob & Co Джейкоба Арабо.

— Как появилась идея часов Astronomia Sky?

— Идея? Посмотрите на небо.

— По-вашему, человеку важно иметь небо на запястье?

— Не только небо, но и сложнейшие функции. Мы даже не знали, будут ли эти часы работать. В этом риск часового бизнеса. Но у нас все получилось. Я очень хотел сделать модель, в которой все было бы, как в воздухе. Так и вышло: сапфировое стекло здесь абсолютно не бликует, его будто бы нет.

— Как вы пришли в мир сложных механизмов?

— В ювелирном бизнесе я 35 лет, а в часовом — 17. Швейцарские часовщики люди непростые, с ними нелегко иметь дело. Но если они вас уважают, то выполняют свою работу добросовестно. У меня давно была мечта сделать сложные часы. Начинал я с часов Five Timezone, они были очень знаменитыми. Иногда я заходил в Москве в ресторан, и человек десять в зале были в моих часах. Тот успех дал мне вдохновение. И я сделал часы Quenttin с вертикальным турбийоном. Люблю делать вещи, которые никто не делал до меня. В Quenttin впервые появился 31-дневный запаса хода. Это был рекорд. У IWC запас хода был 11 дней, у Patek Philippe — 10. Тогда я понял, что могу создавать часы и за миллион, раз люди ценят не только красоту, но и механическую сложность.

— Кто делает для вас механизмы?

— У меня есть свои инженеры, с которыми мы все разрабатываем, делаем чертежи и отдаем в производство. Я не хочу иметь свою фабрику, это не нужно. Одна фабрика делает один механизм, другая — другой, и они делают их очень хорошо. Например, Astronomia Sky создала для нас компания Concept. Всего мы сотрудничаем с тремя-четырьмя разными фабриками.

— Сложно было договориться?

— Нет. У меня с ними особые отношения. Мы дружим много лет. Швейцарцы, как и все, могут пообещать, но не сделать. Но если у тебя с ними хорошие отношения, они не подведут. Все благодаря взаимному уважению. Ну и деньгам, конечно.

— Чего ожидать от Jacob & Co в этом году?

— В Базель я привез две новые модели на базе уже существующих. Минутный репетир Astronomia с тремя гонгами. И новое поколение Twin Turbo с двумя турбийонами, минутным репетиром, хронографом и интересной системой подзавода — все эти функции управляются одной кнопкой.

— Вы остаетесь верны однажды найденному стилю крупных заметных часов.

— У нас есть часы и поменьше, но я люблю, чтобы все было видно. И слышно. Вот часы с минутным репетиром. Слышите, как они работают? Звук похож на двигатель автомобиля. На дизельный Mercedes-Benz.

— Думали ли вы о партнерстве с автомобильными брендами?

— Нет, я сделаю свою машину. Зачем рекламировать чужую, если можно сделать свою?

— Когда мы ее увидим?

— Скорее всего, в следующем году мы сможем представить ее в Базеле, производство займет время. Но это будет полностью наш дизайн, наш бренд. Дорогая машина.

— Собираетесь ли вы по-прежнему выставляться в Базеле на Baselworld? Многие бренды уехали в Женеву на SIHH.

— В этом году в Базеле нам дали место лучше прежнего. То, что было у Hermes. Не знаю, почему столько людей отсюда сбежали, я не собираюсь.

— Какой стратегии вы будете придерживаться в 2018 году?

— У меня "стратегии" нет. Я делаю то, что мне нравится. У нас был рост в 2016-м и 2017-м, того же мы ждем и в этом году. И в ювелирных изделиях, и в часах. Соотношение дорогих и более доступных моделей у нас примерно 50 на 50. Что-то развивается быстрее, что-то медленнее, но представлены оба направления. У нас и там, и там есть клиенты. К примеру, в этом году мы сделали настольные часы Astronomia Clock. Стоят они 200 тыс. швейцарских франков. Хорошая подарочная вещь. Есть еще одни прекрасные настольные часы — вроде песочных, но вместо песка в них бриллианты.

— Хотите завоевать все рынки?

— Мы ни с кем не соревнуемся, просто делаем свои вещи. И стараемся сделать все возможное для наших клиентов. Все хотят подарочные вещи — пожалуйста. Мы начали создавать аксессуары, нарды, шахматы, скоро сумки будем делать.

— Это вещи будут представлены в бутиках?

— У нас один бутик в Нью-Йорке. Там можно найти все. Больше бутиков не будет. Зачем? Есть франчайзинг. Лучше заботиться о том, как новые вещи сделать, а не о том, как поднимать бутики. Эта головная боль мне не нужна. У нас отличные партнеры по всему миру. Я не жадный, пусть зарабатывают, а я хочу свободы.