Вопросы соотношения принуждения к совершению сделки или отказу от ее совершения (ст. 179 УК РФ) и недопущения, ограничения или устранения конкуренции (ст. 178 УК РФ)

108

2010. Вып. 4

ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

ЭКОНОМИКА И ПРАВО

УДК 343.3

Д. С. Корепанова-Камская

ВОПРОСЫ СООТНОШЕНИЯ ПРИНУЖДЕНИЯ К СОВЕРШЕНИЮ СДЕЛКИ ИЛИ ОТКАЗУ ОТ ЕЕ СОВЕРШЕНИЯ

Исследуются проблемы в сфере уголовного права, касающиеся отграничения принуждения к совершению сделки или отказу от ее совершения (ст. 179 УК РФ) и недопущения, ограничения или устранения конкуренции (ст. 178 УК РФ).

Ключевые слова: принуждение к совершению сделки или отказу от ее совершения, свобода воли, экономическая деятельность, конкуренция.

Адекватная квалификация преступления выступает и как один из главных факторов функционирования системы уголовно-правового регулирования общественных отношений, и как один из наиболее сложных процессов.

Как справедливо отмечает В.Н.Кудрявцев, сложность практической задачи квалификации заключается в разграничении составов преступлений. Такое направление уголовно-правовой политики довольно трудоемко, следовательно, как правило, разграничению подлежат 2-3 смежных состава [1]. Не является в этом плане исключением и принуждение к совершению сделки. Непосредственным подтверждением наличия смежных преступлений является формулировка, даваемая законодателем в самой диспозиции статьи: «... при отсутствии признаков вымогательства».

Анализ положений ст.179 УК РФ путем сопоставления ее с другими составами может быть положен в основу гипотезы о том, что исследуемая норма в ряде случаев может быть отнесена к так называемым нормам пересекающихся классов. Это создает ситуацию, при которой провести разграничение между принуждением и смежными составами довольно сложно.

Однако было бы неверным считать, что принуждение к сделке имеет лишь одно смежное преступление - вымогательство. В ряде случаев возникает необходимость отграничения принуждения к совершению сделки или отказу от ее совершения от недопущения или устранения конкуренции (ст. 178 УК РФ). Так, например, по одному из центральных телеканалов прошел следующий сюжет: торговцы овощами и фруктами «попросили» коллегу «поднять» цены на реализуемую продукцию либо покинуть рынок, угрожая при этом уничтожением имущества. Получив отказ, злоумышленники перевернули ящики с овощами и принялись их топтать ногами. По окончании сюжета было объявлено, что действия виновных квалифицированы по ст. 179 УК РФ. Через некоторое время на этом же телеканале показали аналогичный сюжет, но действия преступников судом были квалифицированы по ст. 178 УК РФ. Действительно, с одной стороны, имело место принуждение к отказу от совершения потенциально возможных сделок с потребителями, с другой стороны, налицо ограничение конкуренции. Иными словами, правоприменительная практика испытывает серьезные трудности при разграничении указанных преступлений, которые объяснимы и связаны с тем, что объективная сторона анализируемых составов частично совпадает.

Объективная сторона по ст. 178 УК РФ заключается в недопущении, ограничении или устранении конкуренции. Согласно нормативному определению, данному в Федеральном законе от 26.07.2006 г. №135-ФЗ «О защите конкуренции» (п. 7 ст. 4), конкуренция представляет собой соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке. В этой же статье, но в п. 17, содержится понятие признаков ограничения конкуренции. К ним относятся сокращение числа хозяйствующих субъектов, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на рынке, отказ хозяйствующих субъектов от самостоятельных действий на рынке, определение общих условий обращения товара на рынке соглашением между хозяйствующими субъектами, а также иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке. Иными словами, ограничение

ЭКОНОМИКА И ПРАВО

2010. Вып. 4

доступа на рынок представляет собой незаконное установление барьеров, затрудняющих потенциальным конкурентам вход на рынок или делающих его невозможным, а устранение субъектов экономической деятельности - это любые незаконные антиконкурентные деяния, направленные на ликвидацию конкурирующего хозяйствующего субъекта или его уход с рынка. Законодатель в диспозиции ст. 178 УК РФ несколько конкретизирует нормативное положение об «отказе хозяйствующих субъектов от самостоятельных действий на рынке». В результате согласно ст. 178 УК РФ, понимается под таковым отказом «заключение ограничивающих конкуренцию соглашений» (имеющих, к слову сказать, гражданско-правовую природу и зачастую имеющих форму сделки).

Объективную сторону преступления, предусмотренного ст. 179 УК РФ, образует принуждение к совершению сделки или отказу от ее совершения. Очевидно, что, например, принуждение к заключению соглашения, ограничивающего права участника на рынке товаров или услуг может рассматриваться и как составная часть запрета, предусмотренного ст. 178 УК РФ (т.е. в силу прямого указания уголовного закона как торговля людьми), и как принуждение к совершению сделки (ст. 179 УК РФ). Налицо конкуренция уголовно-правовых норм. Разграничение составов анализируемых преступлений по объективной стороне осложняется и тем, что в числе признаков, присущих и тому и другому составу, выделяется совершение преступления под угрозой уничтожения (повреждения) чужого имущества или с уничтожением такового (п. «б» ч. 2 ст. 178 УК РФ, ч. 1 ст. 179 УК РФ) либо с применением насилия или с угрозой его применения (ч. 3 ст. 178 УК РФ, п. «б» ч. 2 ст. 179 УК РФ).

Однако эта конкуренция не разрешается известными правилами квалификации, так как не является ни конкуренцией общей и специальной нормы, ни конкуренцией части и целого, ни конкуренцией норм, предусматривающих составы преступлений, отличающихся по степени общественной опасности и мере наказания (простые и квалифицированные, простые и при смягчающих обстоятельствах, квалифицированные и при смягчающих обстоятельствах).

Первый вид конкуренции здесь отсутствует, поскольку такая конкуренция вызывается степенью абстрактности сформулированного в нормах уголовно-правового запрета. Специальная норма всегда в какой-то части уточняет и конкретизирует признаки общей нормы, из которой она и выделена, поэтому и должна применяться (ч. 3 ст. 17 УК РФ). К сожалению, ст. 178 и ст. 179 УК РФ не конкретизируют сформулированные ими запреты, а следовательно, их конкуренция не может рассматриваться в качестве конкуренции общей и специальной норм. Ни та, ни другая норма не представляют из себя части целого, и, следовательно, этот вид конкуренции также не подходит к решению вопроса. Тем не менее, конкуренция есть, и она должна быть разрешена. Разграничение рассматриваемых норм проводится в основном по объекту преступления.

При ограничении, недопущении или устранении конкуренции таковым выступают «общественные отношения, основанные на принципе добросовестной конкуренции субъектов экономической деятельности, складывающиеся на рынке между хозяйствующими субъектами, государством и потребителями, характеризующиеся соперничеством или возможностью соперничества хозяйствующих субъектов за наилучшие условия предоставления товаров, работ и услуг, когда их самостоятельные действия исключают или эффективно ограничивают возможность каждого из них односторонне воздействовать на общие условия обращения на определенном рынке, и подвергающиеся изменениям в результате преступного посягательства» [2]. В результате совершения данного преступления страдают отншения свободного ценообразования, имущественные и другие интересы субъектов экономической деятельности и потребителей и, напротив, укрепляется монополизм отдельных субъектов, поощряется недобросовестная конкуренция.

Но, в отличие от ограничения конкуренции, непосредственный объект принуждения к совершению сделки включает в себя иные группы общественных отношений: 1) общественные отношения, обеспечивающие установленные законодательством условия гражданско-правового оборота в сфере совершения сделок; 2) общественные отношения, обеспечивающие физические и моральные блага личности.

Таким образом, если действия лица не сопряжены с ограничением или устранением доступа на товарный рынок иных субъектов экономической деятельности, они образуют состав принуждения к совершению сделки либо вообще не преступны.

Такой подход не меняется и при совершении не основного, а квалифицированного состава преступления (в частности, насильственным способом). В обоих случаях под насилием понимается физическое воздействие на потерпевшего, выражающееся в умышленном нанесении ему побоев, умыш-

110

2010. Вып. 4

Д.С. Корепанова-Камская

ЭКОНОМИКА И ПРАВО

ленном причинении легкого вреда здоровью, а также в причинении средней тяжести вреда здоровью без отягчающих обстоятельств или истязании без отягчающих обстоятельств.

Причинение более опасных видов насилия (умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью при отягчающих обстоятельствах, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью и убийство) влечет дополнительную квалификацию по статьям УК, предусматривающим ответственность за эти преступления.

Под угрозой насилия в обоих случаях (как при ограничении конкуренции , так и при принуждении к совершению сделки) понимается психическое воздействие на потерпевшего, выражающееся в его запугивании и в угрозе применить к нему физическое насилие при отказе подчиниться требованиям преступника.

Решающее значение будет иметь установление цели насилия и соотношение этой цели с объектом соответствующего преступного деяния. Если насилие совершено в целях так называемого «перекрывания кислорода», то есть полного вытеснения (ограничения доступа) субъекта предпринимательской деятельности с товарного рынка, налицо состав преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 178 УК, то есть состав ограничения конкуренции. В случае же, когда насилие предполагает лишь физическое воздействие на потерпевшего в целях совершения потерпевшим сделки именно с виновным лицом, а не с иными лицами, с которыми потерпевший потенциально может вступить в определенные правоотношения, содеянное следует квалифицировать по п. «б» ч. 2 ст. 179 УК РФ как принуждение к совершению сделки.

Кроме отмеченных способов совершения преступления, необходимо отметить, что принуждение к совершению сделки может осуществляться и посредством угрозы распространения сведений, способных причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего. Подобный способ диспозиция ст. 178 УК РФ не предусматривает.

Отличия между рассматриваемыми преступлениями заключаются и в особенностях конструкции признаков объективной стороны анализируемых составов. Так, состав преступления, предусмотренный ст. 178 УК РФ, предполагает его материальный характер. В связи с этим ограничение конкуренции считается оконченным в момент наступления последствий в виде крупного ущерба (более 1 млн.руб). Состав принуждения к совершению сделки, напротив, сконструирован как формальный. Это преступление считается оконченным с момента предложения установить, изменить или прекратить гражданско-правовые отношения, сопровождаемого угрозой причинения вреда потерпевшему или его близким.

Субъективная сторона сравниваемых преступлений различается тем, что принуждение к совершению сделки осуществляется только с прямым умыслом. Субъективная сторона ограничения конкуренции характеризуется в ряде случаев и косвенным умыслом. Такой вывод обусловлен тем, что крупный ущерб от нарушения антимонопольного законодательства зачастую может быть лишь приблизительным. В редких случаях можно подсчитать реальные убытки. В то же время при нарушении антимонопольного законодательства виновное лицо всегда предвидит неизбежность или реальную возможность причинения ущерба интересам других хозяйствующих субъектов, потребителям или государству. То есть речь может идти о косвенном умысле относительно преступных последствий, когда лицо, осознавая общественную опасность своих действий (бездействия), предвидя возможность наступления общественно опасных последствий, не желает, но сознательно допускает эти последствия либо относится к ним безразлично.

Возрастные характеристики субъектов преступлений, предусмотренных ст. 178 УК РФ, совпадают с составом принуждения к совершению сделки. Однако совершение преступления, уголовная ответственность за которое установлена ст. 178 УК РФ априори предполагает наличие специального статуса субъекта данного преступления. Исходя из положений Федерального закона РФ от 26 июля 2006 г. №135-Ф3 «О защите конкуренции», в зависимости от способа совершения преступления субъектом недопущения, ограничения конкуренции могут быть: 1) индивидуальные предприниматели; 2) руководители, иные представители юридического лица, действующие от его имени и в его интересах; 3) должностные лица федеральных органов исполнительной власти, органов государственной власти субъектов РФ и органов местного самоуправления, иных осуществляющих функции указанных органов или организаций, а также государственных внебюджетных фондов и Центрального банка РФ. Субъект принуждения к совершению сделки или отказу от нее, напротив, сформулирован как общий, то есть им может быть любое физическое вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста.

ЭКОНОМИКА И ПРАВО

2010. Вып. 4

Подводя итог вышесказанному, в целях правильной квалификации необходимо скрупулезно анализировать общественные отношения, подвергающиеся преступному воздействию, способы совершения преступления и субъекта преступного поведения.

Неся в себе определенный позитивный потенциал, конкурирующие нормы ст. 178, 179 УК РФ со временем и с учетом экономических реалий будут изменяться или дополняться, что позволит нарастить новую систему уголовно-правовых норм, которая впоследствии вновь может получить обобщенное выражение.

* * *

1. Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. М., 2001.

2. Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономической деятельности: понятие, система, проблемы квалификации и наказания. Саратов, 1997

Поступила в редакцию 23.09.10

D.S. Korepanova-Kamskaya

The issues of correlation of a duress to settlement of transaction or to nonsuit of its settlement

The article deals with the problems in the sphere of criminal law relating to the differentiation of a duress to settlement of transaction or to nonsuit of its settlement (st.179 of the Criminal Code of the Russian Federation) from exclusion, limitation or removal of a competition (st. 178 of the Criminal Code of the Russian Federation).

Keywords: a duress to settlement of transaction or to nonsuit of its settlement, freedom of the will, economic activities, competition.

Корепанова-Камская Дарья Сергеевна, аспирант ГОУВПО «Удмуртский государственный университет» 426034, Россия, г. Ижевск, ул. Университетская, 1

Korepanova-Kamskaya D.S., postgraduate student Udmurt State University

462034, Russia, Izhevsk, Universitetskaya str., 1/4