Дискуссия о концепциивысшего библиотечно-библи0графическ0г00бра30вания в годы войны

6. Корф, Н.А. Земский вопрос: (О народном образовании) [Текст] / Н.А. Корф. - СПб., 1867. - 64 с.

7. Маклакова, И.Ю. Земские ходатайства как источник по истории школы и общественно-педагогического движения в России второй половины XIX - начала ХХ вв. [Текст] / И.Ю. Маклакова // Народное образование и педагогическая мысль России кануна и начала империализма. - М., 1980. - С. 239-275.

8. Очерки истории школы и педагогической мысли народов СССР с древнейших времен до конца XVII в. [Текст] / отв. ред. Э.Д.Лнепров. - М.: Педагогика, 1989. - 480 с.

9. Очерки русской культуры XIII-XV веков [Текст] : в 2 ч. - М.: Издательство Московского университета, 1970. - Ч. 2. - 434 с.

В.Т. Клапиюк

ДИСКУССИЯ О КОНЦЕПЦИИ ВЫСШЕГО БИБЛИОТЕЧНО-БИБЛИОГРАФИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ В ГОДЫ ВОЙНЫ

В мае 1942 года в Московский государственный библиотечный институт от Всесоюзного комитета по делам высшей школы (ВКВШ) при СНК СССР поступил проект новой концепции высшего библиотеч-но-библиографического образования (ВББО), оформленный в виде пояснительной записки с приложенным к ней проектом нового учебного плана для библиотечных институтов и библиотечных факультетов и отделений университетов страны. В сопроводительном письме ВКВШ дирекции МГБИ рекомендовалось срочно рассмотреть данную концепцию на заседании Ученого совета института. Аналогичное указание поступило из Наркомпроса РСФСР. Решение Ученого совета по данному проекту концепции предлагалось направить не позже августа в адрес ВКВШ и Наркомп-роса РСФСР.

Новая концепция ВББО была подготовлена так называемой томской комиссией, в которую входили библиотечные работники и университетские преподаватели Томска, библиотечные работники с эвакуированных в Томск научных библиотек Москвы, Киева, Харькова и других городов, а также несколько сотрудников ВКВШ, оказавшихся здесь в эвакуации. Полный состав данной комиссии пока не установлен. Известно лишь о нескольких ее наиболее активных членах (И.Н. Кобленц, В.Н. Кессе-них, М.П. Трубчиков и др.). Неформальным руководителем этой комиссии был известный в те годы библиограф, и.о. профессора кафедры библиографии МГБИИоэль Нафтальевич Кобленц. Именно он был основным разработчиком нового проекта ВББО. Он же выступил инициатором рассмотрения новой концепции ВББО в ВКВШ, где получил существенную поддержку и одобрение в Наркомпросе РСФСР и МГБИ, в частности.

Ознакомившись с томской концепцией ВББО, дирекция, руководители деканатов,

отделений и кафедр, преподаватели МГБИ, а также ведущие специалисты крупных московских библиотек увидели в ней серьезную угрозу действующей в МГБИ (в ЛГБИ и ХГБИ - до войны) концепции, сложившейся в своей основе в конце 1930-х годов. Определенную обеспокоенность проявил Наркомпрос РСФСР. Заведующий отделом библиотек Наркомпроса В.В. Ва-сильченко считал крайне несвоевременной и ошибочной ломку уже сложившейся системы библиотечно-библиографического образования в стране, как это предлагалось в материалах томской концепции. По распоряжению Наркомпроса и указанию директора МГБИ доцента П.С. Бенюха была ускорена работа комиссии Библиотечного института, созданной в апреле 1942 года, по разработке нового учебного плана на 1942/43 учебный год в связи с возвращением вузов страны на четырехгодичное обучение с тем, чтобы учебному плану томской комиссии противопоставить более совершенный и обстоятельный учебный план и саму концепцию ВББО профессорско-преподавательского коллектива Библиотечного института.

Расширенное заседание Ученого совета МГБИ с повесткой дня «Об учебном плане Института на 1942/43 учебный год» состоялось 30 июня 1942 года. Сохранилась полная стенограмма этого заседания [3] .С докладом выступил заместитель директора Библиотечного института по научно-учебной работе, психолог и педагог, старший преподаватель кафедры педагогики института М.В. Соколов. Свой доклад он построил на сравнении и противопоставлении основных позиций московской и томской концепций ВББО. В обсуждении концепций приняли участие проф. В.Н. Бочкарев, доц. М.П. Гастфер, Н.И. Карклина, доц. В.Е. Василькова, проф. Е.И. Шамурин, проф. Е.Н. Медынский, доц. Л.Н. Тропов-ский, доц. И.А. Желобовский, доц.

Вестник МГУКИ. 1- 2008

Л.С. Мирский, доц. В.Е. Васильченко, доц. П.С. Бенюх и др. Выступившие в прениях в основном поддержали концепцию московской школы и с разной степенью остроты критиковали томскую концепцию. Досталось критики и действующей в Библиотечном институте системе высшего библиотеч-но-библиографического образования.

В начале своего доклада М.В. Соколов подчеркнул, что хотя представленный проект стабильного учебного плана МГБИ еще не разработан до конца в плане его детализации, он является более привлекательным научно обоснованными принципами, профилем подготовки специалистов для разного типа библиотек.

Коренное отличие этих проектов участники дискуссии видели в том, что в них различным образом определяется профиль выпускников библиотечных факультетов. По проекту МГБИ предлагалось продолжить подготовку библиотечных специалистов высшей квалификации троякого рода: библиотековедов, библиографов и библиотечных работников для детских и юношеских библиотек. Докладчик и выступившие ссылались при этом на положительный опыт, накопленный коллективами МГБИ, ЛГБИ и ХГБИ. Москвичи предложили иную формулировку специальности - «организатор библиотечного дела».

В проекте томской концепции профиль подготовки библиотечных специалистов унифицировался: библиотечным вузам предлагалось выпускать «библиотекарей-библиографов историко-филологической литературы». Таким образом, все замкнулось на одной специальности - специальности библиографа. Такой «универсализм» шел вразрез с требованиями отечественной библиотечной практики, где уже давно существовала четкая дифференциация специалистов для основных типов библиотек и участков библиотечной работы. Томская концепция не имела установки на дифференциацию специалистов библиотечного дела, поскольку исходила из того, что выпускник библиотечных вузов, получив универсальную подготовку, должен не потеряться и в условиях детской библиотеки, специальной библиотеки и любого другого типа библиотек, где сможет выполнять свои основные функции.

По концепции томской комиссии в системе ВББО, наряду с четырехгодичным обучением в библиотечных вузах, должна функционировать система высших библиографических курсов, готовящих квалифицированных библиографов технической литературы, естественнонаучной литературы, сельскохозяйственной литературы и т.д. Предполагалось, что на эти курсы пойдут

специалисты, прошедшие обучение в специальных вузах. Эти высшие библиографические курсы предлагалось открывать при крупных библиотеках, книжных палатах и в библиотечных институтах. Этим гарантировалась высокая профессиональная библиографическая подготовка библиотечных специалистов высшего уровня. Планировалось также перевести библиотечные институты после войны на пятилетнее обучение. «Не нужно создавать такую систему, брать на себя нереальные задачи. Не нужно обманывать государство!», - заявил М.С. Соколов [3, л. 127-128].

Докладчик и участники дискуссии отметили и некоторые положительные моменты в самой концепции и в проекте учебного плана томской комиссии. Некоторые из них представляют интерес и для современного этапа развития отечественной системы ВББО.

Москвичи признали частично справедливой критику томской комиссией действующих учебных планов в том, что в них не было четкой дифференциации в подготовке специалистов по факультетам. М.В. Соколов, Е.И. Шамурин, Е.Н. Медынский и другие признали необходимым осуществить дифференциацию более четким набором специальных дисциплин и профилированием общеобразовательных дисциплин, включая и различное количество часов на специальные дисциплины для разных факультетов. До конца 1942 года были разработаны новые учебные программы по большинству курсов с более четкой дифференциацией преподавания специальных и общеобразовательных дисциплин на разных факультетах. А в 1949-1952 годах в МГБИ прошла специальная дискуссия по профессионализации читаемых курсов на всех факультетах и отделениях, инициированная О.С. Чубарьяном.

В целом правильно была воспринята в МГБИ критика ярко выраженной гегемонии общеобразовательных дисциплин в действующих учебных планах. Процентное соотношение этих циклов дисциплин у то-мичей и москвичей в их новых проектах оказалось почти одинаковым: у москвичей на общие предметы отводилось 61%, на специальные - 39%; у томичей соответственно 60% и 40%. Однако некоторые участники дискуссии пошли дальше, настаивая на увеличении доли специальных дисциплин до 50 — 55%.

Были очень интересные предложения о разработке терминологически понятийной основы дисциплин, сроках обучения, тематическом содержании различных курсов, об использовании опыта зарубежного высшего библиотечного образования и др.

Меньше говорили о методике преподавания специальных дисциплин как одного из важных факторов улучшения подготовки библиотечных кадров и кадров библиогра-

tов. Вскоре, по инициативе профессоров .И. Медынского - заведующего кафедрой педагогики МГБИ и профессора этой кафедры К.И. Львова, в институте были организованы специальные курсы по вузовской педагогике, проводились семинары и открытые показательные занятия ведущих преподавателей института (первыми показательные лекции провели профессора В.Н. Бочкарев и Б.С. Боднарский).

Большой интерес вызвало выступление В.Е. Васильченко, в котором он, во-первых, обрисовал довольно сложное положение с подготовкой библиотечных кадров в условиях военного времени и острой потребности страны, как минимум, в 200 специалистах для крупных библиотек, во-вторых, подвел итоги дискуссии по двум концепциям ВББО, разработанных в МГБИ и томской комиссией [см.: 1, с. 49 — 51]. Он, в частности, сказал, что концепция томской комиссии - это, по сути, концепция комиссии Комитета по делам высшей школы. Основной недостаток учебного плана данной комиссии он увидел в том, что этот план ставит под вопрос специальность библиотековедения, ликвидирует саму профессию библиотекаря. Завершил свое выступление такими словами: «Надо отстаивать все учебные планы, которые в институте сложились за двенадцать лет, подвергать их ревизии не нужно и особенно дискуссию по ним открывать не следует, но нужно твердо стоять на нашей платформе» [1, С. 51].

Завершил дискуссию директор МГБИ П.С. Бенюх таким выводом: «есть предложение считать проект учебного плана, составленный томской комиссией, несостоятельным». Он дал указание кафедрам и деканатам еще раз уточнить, с учетом прений, проекты всех учебных планов института и

Примечания

представить их для утверждения на очередном заседании Ученого совета института. В конце июля все учебные планы института, рассчитанные на четырехгодичное обучение, были утверждены Наркомпросом РСФСР. Последующие корректировки этих учебных планов прошли в 1944, 1946, 1948, 1950 и 1954 годах.

Состоявшаяся в МГБИ дискуссия дала толчок для возвращения специалистов к осмыслению накопленного отечественного опыта в подготовке кадров, его положительных и проблемных моментов.

Дискуссия о концепции ВББО явилась примером того, что в стране, после начала войны, уже в 1942 году заметно оживилась научная и творческая работа, обмен мнениями, обращение к наследию и истории прошлого страны и зарубежному опыту. Не случайно, что именно в этом году в Библиотечном институте прошла широко известная открытая научная сессия по изучению и обобщению работы библиотек в условиях военного времени.

Восстанавливается еще одна забытая страница в истории высшего и среднего профессионального библиотечно-библиогра-фического образования и в истории МГБИ, в частности. Это было первое широкое и результативное обсуждение состояния и путей развития ВББО в военные годы. Более основательные обсуждения и реализация идей довоенной концепции ВББО, с учетом опыта военных лет, прошли в послевоенные годы, а в 1950-е годы система высшего и среднего библиотечно-библио-графического образования уже окончательно сложилась, окрепла, реформировалась в новых социально-исторических условиях, после чего наступил качественно новый период развития ВББО в развитой системе библиотечных факультетов и отделений вузов культуры и университетов, признания авторитета российской системы подготовки библиотечных кадров во всем мире.

1. Клапиюк, В.Т. Владимир Евстафьевич Васильченко: Осн. вехи жизненного пути (1900— 1961 гг.) [Текст] / В.Т. Клапиюк; МАИ, Отд -ние библиотековедения. - М., 2003. - 64 с.

2. Кобленц, И.Н. Автобиография [Текст] / И.Н. Кобленц; публ. А.Н. Веревкиной // Библиография. - 1995. - №6. - С. 98-112.

3. ЦГАМО. Ф.800. Оп.1. Д.12 Протоколы и стенограммы заседаний совета МГБИ (1942 г.). Л. 117—171.