РЕЧЕВАЯ АГРЕССИЯ В ТАТАРСКОМ ЯЗЫКОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ

Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского. Филологические науки. Научный журнал. Том 6 (72). № 1. С. 119-136._

УДК 811.161

DOI.10.37279/2413-1679-2020-6-1-119-136

РЕЧЕВАЯ АГРЕССИЯ В ТАТАРСКОМ ЯЗЫКОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ

Набиуллина Г. А.

Институт филологии и межкультурной коммуникации ФГАОУ ВО «Казанский федеральный университет» г. Казань, Россия Email: GuzelNab2@yandex.ru

Лингвистическое исследование, посвященное вопросам коммуникативной культуры тюркских народов, является весьма актуальным в современном языкознании. Целью данной статьи является изучение средств выражения вербальной агрессии в татарской лингвокультуре. Материалом исследования являются речевые клише со значением речевой агрессии. В решении поставленных задач предполагается использование описательного и стилистического метода, а также методов сплошной выборки, обработки, интерпретации и лексико-семантического анализа. В работе выявлены лексико-семантические способы и особенности выражения речевой агрессии в татарском языке. Установлено, что в корпусе лексем особое место занимают использование просторечной оскорбительной лексики, метафор, эпитетов, выражающих оскорбление, унижение, вздор, угрозу и агрессивное эмоциональное состояние индивида. Проклятие-злопожелание (каргышлар) является одним из идиоматических выражений агрессии, направленной против человека. Значение агрессии часто сопровождается междометиями, вводными словами, частицами. Проведенный анализ показывает, что в татарской лингвокультуре агрессия представлена как форма речевого поведения, являющегося негативным эмоциональным реагированием языковой личности. Избыточное употребление речевой агрессии в разговорных и публицистических сферах коммуникации и языке художественной литературы отрицательно воздействует на речевую культуру.

Ключевые слова: татарский язык, речевое поведение, речевая агрессия, лингвокультура, фразеологизмы, пословицы.

ВВЕДЕНИЕ

В первоначальном смысле термин агрессия от латинского слова aggressio имеет значение «нападение». В лингвистике имеются разные точки зрения на определение термина «вербальная агрессия» и разнообразие интерпретаций данного понятия. Термины «речевая агрессия», «вербальные и словесная агрессия», «языковое насилие», «языковая демагогия», «языковое манипулирование» употребляются в разных контекстах и зачастую их значения являются синонимичными [2].

Проблемы речевой агрессии в разных направлениях и аспектах изучены в трудах отечественных и зарубежных лингвистов, психологов, социологов, юристов. В

119

РЕЧЕВАЯ АГРЕССИЯ В ТАТАРСКОМ ЯЗЫКОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ лингвистической науке речевая агрессия рассматривается как способ речевого

воздействия и относится к области коммуникативной деятельности,

коммуникативного поведения. Теоретические основы изучения данной проблемы

отражены в работах Л. Берковиц [2], Е. В. Власовой [3], И. В. Глуховой [5], В. Е.

Копыловой [9], Н. Н. Кошкаровой [10], А. С. Ларионовой [11], Д. Майерс [12], М. А.

Марзан [13], Л. М. Месропян [15], Н. Е. Петровой [16], Е. В.Сараевой [18], Н. В.

Уфимцевой [23], Ю. В.Щербининой [24] и т.д. Теоретические исследования по

данному вопросу показывают, что в лингвистической науке речевая агрессия

рассматривается в основном как явление психолингвистическое. В определении

понятия вербальной агрессии нам близок взгляд Ю. В. Щербининой, которая

характеризует речевую агрессию как «обидное общение, словесное выражение

негативной эмоции чувства и намерены в оскорбительной грубой неприемлемой в

данной речевой ситуации форме» [24].

Многие лингвисты [9; 15; 24] рассматривают речевую агрессию в плане коммуникативного поведения и связывают её с психологическим состоянием. По мнению Н. Е. Петровой и Л. В. Рацибурской, речевая агрессия является «жестким выражением негативного эмоционально-оценочного отношения к кому, чему-либо, нарушающее представление об этической и эстетической норме, а также перенасыщение текста вербализованной негативной информацией, вызывающее у адресата тягостное впечатление» [16]. В результате анализа теоретической литературы мы пришли к выводу, что одним из важнейших направлений в изучении проблемы речевой агрессии является проблема репрезентации в разных дискурсах и лексико-грамматические маркеры её реализации. Например, в трудах Ю. В. Щербининой вербальная агрессия рассматривается с точки зрения педагогического дискурса [24]. Имеется также ряд работ, посвященных выражению речевой агрессии в дискурсе СМИ, в политическом и художественном дискурсе [3; 10; 16]. Как нам представляется, изучение особенностей формирования и проявления вербальной агрессии в татарской лингвокультуре позволяет выявить речевые стратегии и языковые средства выражения негативных эмоций языковой личности. Актуальность исследования обусловлена тем, что исследование речевого акта агрессии татарского

120

_Набиуллина Г. А._

народа позволяет переосмыслить коммуникативную культуру в современном

контексте и выявить типичные и специфические характеристики коммуникативного поведения татар.

Целью данной статьи является изучение средств выражения речевой агрессии в татарской лингвокультуре.

В связи с поставленной целью предполагается решение следующих задач:

1) отбор и систематизация лексических и идиоматических единиц, отображающих речевую агрессию;

2) изучение лексико-семантических способов выражения речевого поведения агрессии;

3) выявление особенностей речевого поведения агрессии в татарской лингвокультуре.

Для анализа мы отобрали лексемы, фразеологизмы, эпитеты, метафоры, пословицы, поговорки и клишированные изречения с негативной эмоциональной окраской, то есть в которых прослеживаются вербальная агрессия и деструктивное поведение языковой личности. Чтобы осуществить замысел исследования, был составлен корпус лексических и идиоматических единиц, количество которых превысило 1000 единиц в татарском языке. В качестве материала исследования послужили различные словари татарского языка (словарь пословиц и поговорок, толковый и фразеологический словари), художественные и публицистические тексты; собственные наблюдения над устной речью и письменным общением в татароязычным Интернете. Информационной базой исследования являются следующие источники: толковый словарь татарского языка [20], татарско-русский словари [21; 22], фразеологический словарь Ф. С. Сафиуллиной [19], словарь татарских пословиц и поговорок Н. Исанбета [6-8] и письменный корпус татарского языка [17].

ИЗЛОЖЕНИЕ ОСНОВНОГО МАТЕРИАЛА

В речевой агрессии нарушается этикет коммуникативных норм и гармоничное общение. Речевая агрессия негативно воздействует на речевую коммуникацию людей

121

_РЕЧЕВАЯ АГРЕССИЯ В ТАТАРСКОМ ЯЗЫКОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ_

в разных средствах общения. Она может быть направлена как на прямое оскорбление

собеседника, так и по отношению к третьему лицу. Некоторые лингвисты

определяют, что речевая агрессия может быть направлена и на формирование

негативного отношения аудитории. По этому поводу при изучении речевой агрессии

выделяются активные и пассивные формы прямой и непрямой агрессии.

Следовательно, при помощи вербальных действий выражаются различные

негативные отношения: угроза, оскорбление, унижение, упреки и обвинения,

обидные и оскорбительные шутки, негативные пожелания, разочарование, брань,

крик, рев, критические замечания.

Как мы полагаем, исследуя проблему вербальной агрессии в татарской лингвокультуре, можно выявить концептуализацию и культурно-национальную специфику агрессивного поведения языковой личности. В трудах по изучению национальной идентичности татар установлено, что в основе речевого поведения лежит самоуважение, чувство собственного достоинства народа. По мнению Е. В. Сараевой, «у представителей татарской национальности агрессивность и ее формы (физическая агрессия, косвенная агрессия, вербальная агрессия) имеют тесную обратную взаимосвязь с таким качеством, как совестливость. Чувство ответственности, обязательность и добросовестность, точность и аккуратность в делах, соблюдение правил являются качествами, снижающими агрессивность татар» [18, с.167].

Как гласит татарская народная мудрость, словом можно больно ранить, а можно и убить человека. В татарских паремиях речевая агрессия раскрывается через ложь, сплетня, ссору и обиду. Татарские пословицы и поговорки призывают не вступать в ссору, а избегать ее, осуждают ложь и сплетни: Ызгыш - дошманлыкныц башы 'Ссора начало вражды'; Ызгыш тебе урын тарлыктан тYгел, куцел тарлыктан 'Ссора возникает не из-за тесноты места, а из-за тесноты души'; Ачулансац да, соцгысын эйтмэ. 'Разозлившись, не говори последнего'; Кычкырышка яхшы CYЗ керми. 'Во время драки добро не говорят'; Тинтж тиккэ кычкырыр 'Дураки ссорятся, умные договариваются' и т.д. [6-8]. Как утверждают пословицы и поговорки, в татарской

122

_Набиуллина Г. А._

лингвокультуре сплетня, ссора и ложь являются основными категориями речевого

конфликта, которые вызывают агрессивное эмоциональное состояние собеседников.

Значение словесного нападения, грубого речевого поведения, оскорбления и угрозы в татарском языковом сознании выражается следующими фразеологизмами: ачы теллэнY (наговорить колкостей), бэхэскэ керY (вступить в спор), элпиен укыту (дать по мозгам), авызыцны ябу (заткнуть рот), каты бэрелY (резко отозваться), каты дйтY (строго предупредить), кара ягу (опорочить имя), конфликтка керY (конфликтовать), кырыс свйлэшY (строго разговаривать), шэрран яру (открыто высказать), ду килY // ду кубу // ду кубару (поднимать шум), ду кубып кычкыру//шырыйлап кычкыру //шыр ярып кычкыру (кричать во все горло), чэнчеп алу (опускать колкости), чэнчеп свйлэY (эйтY) (пускать шпильки), тешлэп алу (говорить колкости), пыр туздыру// буран туздыру// йонын очыру// тетмэсен тетY (задать жару, задать перцу, показать где раки зимуют, ругать на чем свет стоит) [19]. Например, Гыйззэтуллин да бэхэскэ керде: - Монда бер хикмэт бар, ну, тульке артист уйнатмый аны, - диде (М. МэЬциев) 'Гиззатуллин тоже спорил: - Тут есть одно дело, ну, артист его не играет' (М. Магдеев) Кинэт Хафиз шэрран ярып кычкырып килеп керде (Г. Галиева.) 'Вдруг Хафиз вошел с криками' (Г. Галиева.) Белеп торам, ярты минуттан эни пыр туздырып шалтырата башлаячак. (А.Эхмэтгалиева) Я знаю, что через полминуты мама начнет звонить' (А.Ахметгалиева) [17].

Компонентами фразеологизмов со значением конфликтного общения выступают следующие лексемы:

ачу (гнев, злоба, злость): ачу алу (сорвать зло), ачу кайтару (свести счеты), ачу белэн//ачу итеп/^ итеп (в отместку), ачу катыш (в гневе), ачу кабару (зло берет), ачу кайнау (кипеть от злобы), ачу килY (злость кипит), ачу чыгу /ачу кубу (зло берет), ачуутында яну (пылать гневом), ачу бэреп чыгу (срываться с тормозов), ачу тоту (таить злобу), ачу эчкэ сыймау (кипеть от злости), ачудан кара коелу/ачудан йвзе кыйшаю (позеленеть от злости), ачу чыгару//ачу китерY (вызвать гнев), ачу саклап йврY//YЧ саклау (помнить зло);

123

_РЕЧЕВАЯ АГРЕССИЯ В ТАТАРСКОМ ЯЗЫКОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ_

суз (слово): яман CYЗ эйтY (сказать плохое слово), CYзгэ килY (вступить в спор),

чднчYле (чэнечкеле) CYЗ дйтY (отпускать колкости), здhдр чэчY // здhдрле CYЗ дйтY (сказать колкость);

тавыш (голос, шум): тавыш кYтэрY (повышать голос), тавыш чыгару (поднять шум), тавыш зурга китY (возникла ссора) [19].

Лексемы негативного экспрессивно-оценочного характера, то есть лексические единицы с однозначно отрицательной коннотацией, являются активным лексическим средством речевой агрессии, несущим «интеллектуальный и эмоциональный примитивизм, недоброжелательность, агрессивность» [5]. Для обозначения оскорбления, унижения, вздора, угрозы и агрессивного призыва активно употребляются глаголы с деструктивной семантикой. Такими являются глаголы с общим значением разрушительного действия (тешлэргэ 'грызть', сугарга 'бить' и т. д.); глаголы уничтожения (суярга 'зарезать', утерергэ'губить' и т. д.); глаголы повреждения (яраларга 'ранить', тырнарга 'царапать' и т. д.) [20-22].

Среди глаголов, обозначающих агрессивное речевое поведение, можно выделить следующие: кычкыру (кричать), кычкырышу //эрлэшY (ругаться, ссориться), акыру (орать), ызгышу //талашу (ссориться), (сYгY (браниться), каты бэрелY, тавышлану (скандалить), бдXдслдШY (спорить), сатулашу (выть), дулау (бушевать), хур итY (позорить), куркыту (грозить), янау (шантажировать) и т. д. [20-22].

Особый интерес вызывает использование ненормативной и оскорбительной лексики, грубых, просторечных выражений, в том числе нецензурных слов и элементов с негативной экспрессивной окраской. Употребление инвективной, т.е. оскорбительной, лексики вызывает негативные эмоции к чему-либо или кому-либо: ЩYлзр // ахмак (дурак, глупый), надан (глупый, невежественный), азгын (развратный, похотливый), ацгыра (тупой), кабэхэт (мерзавец, подлец), бэдбэхет (проклятый), мэлгунь (проклятый), убыр (обжора, прорва), ащдаhа (изверг), хэшэрэт (мерзавец, гад), албасты (злодей), дивана (бестолковый), ерткыч (изверг), хэерсез (негодник) [20-22].

124

_Набиуллина Г. А._

Например, —Телецэ твер чыккыры, убыр, — диде дэ, кырт борылып ихатага

таба юнэлде. (В. Имамов) '— Типун тебе на язык, ненасытный ты человек, сказал он, внезапно повернувшись, и направился в сторону двора' (В. Имамов) [17].

Бер чанадан куып тешергэннэр иде, икенчесенэ барып ябышты, мегезле шайтан, сансыз, Ьайт, мэлгунь! (А. Гыйлэ^ев); 'Из одних саней прогнали, он в другие полез, рогатый черт, несметный, айть, проклятый.' Юньсез, ахмак! (А. Гилязев) [17].

'Бестолковый, дурень!'; Жир бит икэнсец, абау (А. Гыйлэ^ев). 'Ничего себе, какой ты, оказывается, бесстыдник' (А. Гилязов) [17].

В татарском языке встречаются ненормативные слова из русского языка. К этому пласту относятся жаргонизмы и вульгаризмы, т.е. неприличная брань, предназначенная преимущественно для оскорбления адресата и для его отрицательных оценок. Как отмечает Р. Г. Апресян, «привнесение жаргона и ненормативной лексики в сферу общезначимой публики коммуникации» направлено на осуществление насилия, грубости, оскорбления и презрения [1, с. 134]. Например, дылда, шушера, рожа, падла, подлец, подонок, негодяй, трепач, харя, морда, сволочь, подлец, стерва, козёл, мент, зараза, алкаш, шулер, бандит, жулик, мошенник и т. д.

Кулны пычратасы килми инде, жэллим мин сине, падла, — диде дэ китеп барды (М. МэЬдиев) Не хочется марать руки, жалею я тебя, падла (М. Магдиев) [17].

Мин синец ише негодяйларны бик ^п акылга утырткан (Т. Гыйззэт) 'Я таких негодяев, как ты, много раз на место ставил (Т. Гиззат) [17].

Ах, жулик Фэтхи, э! (Г. Камал.) Ах ты жулик, Фатхи! (Г. Камал) [17].

Исходя из данных примеров, мы можем утверждать, что грубопросторечная лексика выражает негативное отношение к адресату. В этом плане бранные слова, жаргон являются весьма активным средством оскорбления, унижения языковой личности.

Основным средством выражения агрессивного поведения в татарском языковом сознании выступает метафора. В татарской языковой идиоматике агрессивный человек характеризуется метафорами как усал телле //эрем тел (злой на язык), чэнечкеле телле (колючий на язык), ачы телле // зэhэр телле (дерзок на язык), каты

125

_РЕЧЕВАЯ АГРЕССИЯ В ТАТАРСКОМ ЯЗЫКОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ_

CYЗле (резкий на язык), ачу саклаучан// кинэ тотучан // кара эчле //эче кара // куцеле

кара (злопамятный) [19].

Среди метафорических выражений, употребляемых в переносном значении, активное звено составляет зооморфная метафора с компонентом эт (собака). Например, эт щан (собачье отродье), эт нэрсэ (ну и дерьмо), эттэн туган //эттэн туган нэмэстэ (собачье отродье), этлек эшлэY // этлек кылу (дать подножку, подложить свинью), этлек итY (делать колкости), эт итY//эт итеп CYгY (отругать на чем свет стоит), эттэн алып эткэ салу //эттэн алып дуцгызга салу (задать жару) [19].

С помощью зооморфных метафор можно охарактеризовать внешний облик, темперамент, характер, поведение и социальный статус человека. Активными из них являются следующие лексемы:

хайван

дуцгыз (свинья)- перен. бран. неуклюжий, неповоротливый, грязный человек

елан (змея) - перен. бран. подлец, злодей; аспид, змея подколодная; избавились от

этого наконец-то избавились от этого злодея

твлке (лиса)- перен. льстец; хитрец; лисутка, плут; старый плут

сарык (овец) - перен. слабый, невежественный, бездарный

сыер (корова) - перен. прост. корова, неуклюжий (человек); лежит как корова

бозау (теленок) - перен. прост. телёнок, мямля, несмелый

ишэк (осел) - бран. перен. осёл, ишак, дурак, остолоп, как ослиный, ишачий [21; 21].

В татарской лингвокультуре широко распространены эпитеты, выражающие оскорбление, унижение человеческого достоинства адресата. Наиболее стереотипизированными являются: карт тэре, таш бэгырь, кузле бYкэн (чурбан неотесанный), акылга таман, тэре баганасы (чурбан, болван), чукынган нэрсэ (негодник), бэдбэхет нэрсэ (негодяй), юлэр нэрсэ (дура нестчастная), ку.зец чыккан нэрсэ (глаз что ли нет), кулыц черегэн нэрсэ (руки отсохли что ли) и т.д. [19].

Например, Менэ халык алдында ж;авап бир, бэдбэхет нэрсэ... (А. Алиш) 'Теперь держи ответ перед народом, окаянный' (А.Алиш) [17].

126

_Набиуллина Г. А._

Тэк что, выжт итеп урыныннан очып тешэчэк азгын нэрсэ! (А. Вергазов) Я

таких негодяев, как ты, много раз на место ставил' (А. Вергазов) [17].

Выражение угрозы может быть осуществлено при помощи вопросительных местоимений нэрсэ (что), ниемэ хэ^эт // нэстэгэ (к чему, зачем), ни пычагыма (на кой черт).

Например, Нэрсэ, ^з тебендэге бер фонарь гына ^итмэгэнмени?

[17].

Нэстэгэ мица ир, ни пычагыма? (Н. Гыйматдинова). 'Зачем мне муж, на кой черт' (Н. Гиматдинова) [17].

Башыма тай типкэн мэллэ минем?! (Н. Гыйматдинова) Я не дура, чтобы это делать! '(Н. Гиматдинова) [17].

Нигэ ул хэтле шашасыц соц? (А.Алиш). 'Зачем ты так с ума-то сходишь?' (А. Алиш) [17].

Грубопросторечная лексика может использоваться в комбинации вспомогательных слов, которые усиливают значение агрессии и создают эффект напряжения и раздражения. В роле вспомогательных слов выступают следующие единицы:

1) междометия : абау (ой), ах (ах), уф (ах), эстэгы (боже).

Например, Абау, хэерсез, синмени эле бу? (А. Эхмэтгалиева); 'Ах ты, негодник, это ты, что ли' (А. Ахметгалиева) [17].

Ах, ерткычлар, ни эшлэмэкче булалар соц? (А. Алиш) 'Ах, твари, что они собираются делать?' (А. Алиш) [17].

— Эстэгы, каян алыйм мин сица? (А. Эхмэтгалиева) 'Господи, откуда я тебе достану' (А. Ахметгалиева) [17].

Уф — уф— малай актыгы, урман ^ене Чытырмай, сица ничэ мэртэбэ эйтергэ була?! (А.Гадел) 'Ах ты сопляк, сколько можно повторять?!' (А. Гадел) [17].

2) вводные слова мица димэгэе (на кой черт), давай, в конце концов// конца да концов // в конце да концов, щжэли // неужели, панимаешь, вообще, ызначит, кэнишне и т.д.) также усиливают значение агрессии.

127

__РЕЧЕВАЯ АГРЕССИЯ В ТАТАРСКОМ ЯЗЫКОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ

Например, Мица димэгэе ник чукынышып бетмисез! (А.Гыйлэ^ев) 'Пропадите

вы проподом' [17].

Берсен дэ кызганмыйм, мица димэгэе, чукынышып катсыннар (Вакытлы матбугат) 'Никого я не жалею, я скажу тебе, пусть пропадут они пропадом' [17].

Давай, давай, йэ тYлэ, йэ чыгып ычкын! Кондуктор хатын, синец ишелэр белэн шулай гына сейлэшеп була дигэндэй, башы белэн ишеккэ ымлады (А. Эхмэтгалиева) 'Давай, давай, либо плати, либо выметайся! Кондукторша указала головой на дверь, словно бы говоря, что с такими, как ты, разговаривают только так' (А. Ахметгалиева) [17].

Неужели ацламыйсыц, аныц белэн бер ейдэ тору мица бик кыен (Г. Эпсэлэмов) 'Неужели ты не понимаешь, что жить с ним под одной крышей мне в тягость'; (Г. Апсалямов) [17].

^жэли бер дэ гарьлэнэ белмисец син? (А. Вергазов) 'Неужели у тебя нет совести?' (А. Вергазов) [17].

"Соцгысы булсын, панимаеш, соцгысы. (Вакытлы матбугат) 'Пусть это будет в первый и последний раз' (Период.печать) [17].

Основным средством выражения агрессии, негативных пожеланий в татарском языке являются оптативные речевые высказывания. Жанр злопожелания широко известен фольклору многих этносов. Проклятие-злопожелание (каргышлар) — это одно из идиоматических выражений агрессии, направленной против человека [14]. По словам известного фольклориста Х. Махмутова, произнесение проклятий носит вредоносный характер, причиной их произнесения является обида [14]. Такая установка отражается и в самих народных изречениях: Каргыш каргыш тудырыр (Проклятие рождает проклятие); Яманныц - каргышы, яхшыныц - алкышы (От доброго человека — благопожелание, от плохого — проклятие) и т.д. [6-8].

В татарском языке проклятия представляют собой систему клишированных формул. Коммуникативная направленность проклятий - пожелание бед и несчастий. Совершение проклятия нацелено на причинение адресату морального или физического вреда. К основным средствам выражения речевого акта проклятия относятся оптативные высказывания в форме повелительного и желательного

128

_Набиуллина Г. А._

наклонений. Например, башыц беркере //чукынып киткере (пропади ты пропадом),

бирэне тыгылгыры/ бирэне ертылгыры (чтоб тебя разорвало), щык сыккыры /щык кергере (пропади ты пропадом), бугазы ертылгыры (чтоб поперек горла стало), каhэр суккыры (будь проклят), чэнчелеп киткере (чтоб ты сдох), кулыц коргыры (пусть отсохнут руки), пычак кергере//эчецэ пычак кергере (бес в ребро), муены астына килгере // муены чыккыры (чтоб свернул себе шею), эче ертылгыры (чтоб тебя разорвало), мур кыргыры/^лэт кыргыры (яугыры) (пропади ты пропадом), нэлэт суккыры (тешкере, яугыры), ене тыгылгыры (пусть замрет), шайтан алгыры//щен суккыры//щен алгыры (черт побери) [19]. Как видно из примеров, в данных оптативных высказываниях глаголы, образованные при помощи архаичных аффиксов -гыры/-гере, -кыры\-кере, выражают проклятие, зложелание.

Глаголы также могут употребляться и в форме желательного наклонения 3 лица на -сын/-сен. Например, куземэ куренмэсен (глаза бы мои не видели), бугазына аркылы килсен // тамагына таш булып утырсын (чтоб тебе поперек горла встало), кен яктысы курмэсен//денья йезе курмэсен (пусть ни видет белого света), каберец якын булмасын (не дай бог иметь с ним дело), яшем тешсен (пусть тебе отольются мои слезы), лэгънэт тешсен (будь проклят), токымыц корысын (пусть твой род сгинет), хэерчелектэн башыц чыкмасын (пусть всегда будет нищим), чэчрэп китсен (пропади пропадом), телец корысын (пусть язык отсохнет), ку.зе чэчрэп чыксын (пусть лопнут твои глаза) [19]. Глаголы могут употребляться и в форме повелительного наклонения 2 лица: Куземнэн югал! (С глаз долой); Куземэ куренэсе булма! (Чтоб глаза мои тебя не видели); Куземэ куренэсе булма! (Не попадайся на глаза). Курсэтэм мин сица курмэгэнецне! (Покажу я тебе); Бирдем кирэген! (Дал должное); Эзец булмасын! (Чтоб не было следов твоих); Чукынып кит! (Пропади ты пропадом); Шайтаныма олак! (Пропади ты пропадом) и т.д. [19].

Образцы речевого акта проклятия-зложелания встречаются и в языке художественной литературы: Иаягыц коргыры! намусымызны таптадыц (Г. Тукай) 'Да чтобы у тебя ноги отсохли! Обечестил ты нас' (Г. Тукай) [17].

Телегезгэ тилчэ тешкэн нэрсэлэр! (Г. Камал) 'Эх вы, злые языки' (Г. Камал) [17].

Теллэрегез коргыры! (Г. Камал) 'Чтобу вас язык отсох' (Г. Камал) [17].

129

__РЕЧЕВАЯ АГРЕССИЯ В ТАТАРСКОМ ЯЗЫКОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ

— Э син, пычагым кергере, ниемэ дип якты квндэ вйдэ утырасыц? — дип

тиктомалдан ачуын аца кучерде

[17].

Проанализировав корпус собранных единиц, мы можем заключить, что в татарском языковом пространстве особое место занимают инвективная лексика, метафоры, эпитеты, которые выражают оскорбление, унижение, угрозу и агрессивное эмоциональное состояние индивида. Лексико-семантическое оформление агрессии часто сопровождается вопросительными местоимениями, междометиями, вводными словами и частицами.

ВЫВОДЫ

Проведенный анализ показывает, что в татарской лингвокультуре агрессия представлена как форма речевого поведения, являющегося негативным эмоциональным реагированием языковой личности.

Средствами выражения речевой агрессии являются следующие лексико-семантические единицы: просторечная оскорбительная лексика и элементы с негативной окраской (щYлэр // надан (дурак, глупый), азгын (развратный, похотливый), ахмак (глупый), ацгыра (тупой) и т.д.); вульгаризмы, т.е. неприличная брань из русского языка (дылда, шушера, рожа, падла, подлец, подонок и т.д.); зооморфная метафора (елан (змея), твлке (лиса), сарык (овец), сыер (корова), аю (медведь), бозау (теленок, дуцгыз (свинья) и т.д.); эпитеты, выражающие оскорбление, унижение собеседника (кузле бYкэн (чурбан неотесанный); вопросительные местоимения, междометия, частицы, вводные слова усиливают значение агрессии (мица димэгэе, щитмэсэ, алай булгач); оптативные речевые высказывания, выражающие злопожелание-проклятие.

Таким образом, в речевых выражениях агрессии отражаются национальная картина мира, стереотипы мышления языковой личности и личностные черты татарского народа. Чрезмерное использование речевой агрессии в разговорных и

130

_Набиуллина Г. А._

публицистических сферах коммуникации и в языке художественной литературы

отрицательно воздействует на речевую культуру языковой личности.

Список литературы

1. Апресян, Р. Г. Сила и насилие слова [Текст] / Р. Г. Апресян // Человек. - 1997. -№5. - С. 7-13.

2. Берковиц, Л. Агрессия: причины, последствия и контроль [Текст] / Л. Берковиц. -СПб.: Прайм - ЕВГО - ЗНАК: Нева; М.: ОЛМА-Пресс, 2001. - 510 с.

3. Власова, Е. В. Речевая агрессия в печатных СМИ (на материале немецко- и русскоязычных газет 30- х и 90- х гг. ХХ века) [Текст] : дис. ... канд. филол. Наук : 10.02.19 / Е.В. Власова. - Саратов, 2005. - 214 с.

4. Ганиев, Ф.А. Русско-татарский словарь [Текст] / Ф. А. Ганиев. - Казань: Татар. кн. изд-во, 2009. - 240 с.

5. Глухова, И. В. Лексико-семантические способы выражения речевой агрессии (на материале англоязычных печатных СМИ) [Текст] / И. В. Глухова // Вестник Челябинского государственного университета. Филологические науки. - 2017. -№ 12 (408). - С. 62-70.

6. Исэнбэт, Н. Татар халык мэкальлэре: мэкальлэр ^ыелмасы: 3 томда. 1 том: "Мэкальлэребез турында" дигэн фэнни хезмэт hэм ацлатмалар белэн [Текст] / Н. Исэнбэт. - Казан: Таткитнэшр., 2010. - 623 с.

7. Исэнбэт, Н. Татар халык мэкальлэре: мэкальлэр ^ыелмасы: 3 томда. 2 том [Текст] / Н. Исэнбэт. - Казан: Таткитнэшр., 2010. - 749 с.

8. Исэнбэт, Н. Татар халык мэкальлэре: мэкальлэр ^ыелмасы: 3 томда. 3 том [Текст] / Н. Исэнбэт. - Казан: Таткитнэшр., - 2010. - 799 с.

9. Копылова, В. Е. Речевое манипулирование и речевая агрессия [Текст] / В. Е. Копылова // Lingüistica Juvenis. - 2010. - № 12. - С.94-100.

10. Кошкарова, Н. Н. Лингвистические механизмы речевой агрессии в СМИ [Текст] / Н. Н. Кошкарова // Вестник Челябинского государственного университета. -2009. - №10 (148). - С.48-52.

131

_РЕЧЕВАЯ АГРЕССИЯ В ТАТАРСКОМ ЯЗЫКОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ_

11. Ларионова, А. С. Лексико-семантические и стилистические способы выражения

агрессии в художественном тексте (на материале художественных произведений английских и русских писателей Х1Х—ХХ веков) [Текст] : автореф. дис. ... канд. филол. наук : 10.02.20 / А. С. Ларионова. - Москва, 2009. - 25 с.

12. Майерс, Д. Социальная психология [Текст] / Д. Майерс. - СПб.: Питерком, 1999. -684 с.

13. Марзан, М. А. Речевая агрессия в языке СМИ [Текст] / М. А. Марзан // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Филология. Журналистика. - 2017. - № 2. - С. 96-99.

14. Махмутов, Х. Ш. Афористические жанры татарского фольклора [Текст] : дис. в виде науч. докл. д-ра филол. наук : 10.02.20 / Х. Ш. Махмутов. - Казань, 1995. -249 с.

15. Месропян, Л. М. Речевая манипулятивная агрессия как контаминированный вид речевого воздействия [Текст] / Л. М. Месропян // Гуманитарные и социально-экономические науки. - 2013. - № 3 (70). - С. 63-67.

16. Петрова, Н. Е. В. Язык современных СМИ: средства речевой агрессии: Учеб. пособие [Текст] / Н. Е. Петрова, Л. В. Рацибурская. - М.: Флинта; Наука, 2011. -160 с.

17. Письменный корпус татарского языка [Электронный ресурс]. - Режим доступа: https://www.corpш.tatar/. -

18. Сараева, Е. В. Особенности агрессивности у представителей различных национальностей [Текст] / Е. В. Сараева // Вестник Вятского государственного университета. - Киров : ВятГУ, 2010. - №3-1. - С.165-168

19. Сафиуллина, Ф. С. Татарча-русча фразеологик CYЗлек [Текст] / Ф. С. Сафиуллина. - Казан: Мэгариф, 2001. - 335 б.

20. Татар теленец ацлатмалы CYЗлеге. I том: А-В. [Текст]. - Казан: ТЭhСИ, 2015. -712 с.

21. Татарско-русский словарь: В 2-х т. Т. 1 (А-Л). [Текст]. - Казань: Магариф, 2007. -726 с.

132

_Набиуллина Г. А._

22. Татарско-русский словарь: В 2-х т. Т. 2 (М-Я). [Текст]. - Казань: Магариф, 2007. -

726 с.

23. Уфимцева, Н. В. Проблемы аккультурации новых граждан России [Текст] / Н. В. Уфимцева // Вопросы психолингвистики. - 2010. - № 12. - С. 71-75.

24. Щербинина, Ю. В. Речевая агрессия. Территория вражды [Текст] / Ю. В. Щербинина. - Москва, 2012. - 400 с.

References

1. Apresyan R. G. Sila i Nasilie Slova [Power and Violence of the Word]. Chelovek [Human Being], 1997, pp. 7-13.

2. Berkovits L. Agressiya: Prichiny, Posledstviya i Kontrol [Aggression: Causes, Consequences and Control]. SPb., Neva Publ., M., OLMA-Press Publ., 2001. 510 p.

3. Vlasova E. V. Rechevaya Agressiya v Pechatnykh SMI (na Materiale Nemetsko- i Russkoyazychnykh Gazet 30- kh i 90- kh Gg. ХХ Veka) [Speech Aggression in Print Media (Based on German- and Russian-Language Newspapers of the 30s and 90s of the 20th century)]. Saratov, 2005. 214 p.

4. Ganiev F. A. Russko-Tatarskii Slovar [Russian-Tatar Dictionary]. Kazan, Tatar. kn. Publ., 2009. 240 p.

5. Glukhova I. V. Leksiko-Semanticheskie Sposoby Vyrazheniya Rechevoi Agressii (na Materiale Angloyazychnykh Pechatnykh SMI) [Lexico-Semantic Ways of Expressing Speech Aggression (on the Material of English-Language Print Media)]. Vestnik Chelyabinskogo gosudarstvennogo universiteta. Filologicheskie nauki [Bulletin of Chelyabinsk State University. Philological Sciences]. 2017, pp. 62-70.

6. Isеnbеt N. Tatar Khalyk Mekallere: Mekaller Hzyelmasy: 3 Tomda. 1 Tom: Mеkallеrebez Turinda digen Fenni Khezmet hem Anlatmalar belen [Tatar Folk Proverbs. Collection of Proverbs in Three Volumes 3 Vols. 1 Vol.]. Kazan, Tatkitneshr. Publ., 2010. 623 p.

7. Isenbet N. Tatar Khalyk Mekallere: Mekaller Hzyelmasy: 3 Tomda. 2 Tom [Tatar Folk Proverbs. Collection of Proverbs in Three Volumes 3 Vols. 2 Vol.]. Kazan, Tatkitneshr. Publ., 2010. 749 p.

133

__РЕЧЕВАЯ АГРЕССИЯ В ТАТАРСКОМ ЯЗЫКОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ

8. Isenbet N. Tatar KhalykMekallere: Mekaller Hzyelmasy: 3 Tomda. 3 Tom [Tatar Folk

Proverbs. Collection of Proverbs in Three Volumes 3 Vols. 3 Vol.]. Kazan, Tatkitneshr. Publ., 2010. 799 p.

9. Kopylova V.E. RechevoeManipulirovanie i Rechevaya Agressiya [Speech Manipulation and Speech Aggression]. Linguistica Juvenis, 2010, pp. 94-100.

10. Koshkarova N. N. Lingvisticheskie Mekhanizmy Rechevoi Agressii v SMI [Linguistic Mechanisms of Speech Aggression in the Media]. Vestnik Chelyabinskogo Gosudarstvennogo Universiteta [Bulletin of Chelyabinsk State University. Philological Sciences], no 10 (148), 2009, pp.48-52.

11. Larionova A. S. Leksiko-Semanticheskie i Stilisticheskie Sposoby Vyrazheniya Agressii v Khudozhestvennom Tekste (na Materiale Khudozhestvennykh Proizvedenii Angliiskikh i Russkikh Pisatelei XIX-XX Vekov) [Lexical-Semantic and Stylistic Ways of Expressing Aggression in a Literary Text (Based on the Material of Artistic Works of English and Russian Writers in the 19-20th Centuries)]. M., 2009. 25 p.

12. Maiers D. Sotsialnaya Psikhologiya [Social Psychology]. SPb., Piterkom Publ., 1999. 684 p.

13. Marzan M. A. Rechevaya Agressiya v Yazyke SMI [Speech Aggression in The Language of Mass Media]. Vestnik Voronezhskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Filologiya. Zhurnalistika [Bulletin of Voronezh State University. Series: Philological. Journalism]. 2017, pp. 96-99.

14. Makhmutov Kh. Sh. Aforisticheskie Zhanry Tatarskogo Folklora [Aphoristic Genres of Tatar Folklore]. Kazan, 1995. 76 p.

15. Mesropyan L. M. Rechevaya Manipulyativnaya Agressiya kak Kontaminirovannyi vid Rechevogo Vozdeistviya [Speech Manipulative Aggression as a Contaminated Type of Speech Influence.] Gumanitarnye i Sotsialno-Ekonomicheskie Nauki [Humanities and Socio-Economic Sciences]. 2013., pp. 63-67.

16. Petrova N. E., Ratsiburskaya, L. V. Yazyk Sovremennykh SMI: Sredstva Rechevoi Agressii: Ucheb. Posobie [the Language of Contemporary Media: the Means of Verbal Aggression: Proc. the Allowance]. M., Flinta, Nauka Publ., 2011. 160 p.

134

_HaSuynnuHa r. A._

17. Tatar Telenen Yazma Korpusi [Written Corpus of the Tatar Language]. Available at:

https://www.corpus.tatar/.

18. Saraeva E. V. Osobennosti Agressivnosti u Predstavitelei Razlichnykh Natsionalnostei [Features of Aggressiveness in Representatives of Different Nationalities]. Vestnik Vyatskogo gosudarstvennogo universiteta [Bulletin of Vyatka State University]. Kirov, VyatGU Publ., 2010, pp. 165-168.

19. Safiullina F. S. Tatarcha-Ruscha Frazeologik Suzlek [Tatar-Russian Phraseological Dictionary]. Kazan, Megarif Publ., 2001. 335 p.

20. Tatar Telenen Anlatmaly Suzlege [Explanatory Dictionary of the Tatar Language]. I tom: A-V. Kazan, TEhSI Publ., 2015. 712 p.

21. Tatarsko-Russkii Slovar [Tatar-Russian Dictionary]. In 2-vol. vol. 1 (A-H). Kazan, Magarif Publ., 2007. 727 p.

22. Tatarsko-Russkii Slovar [Tatar-Russian Dictionary]. In 2-vol. vol 2 (M-3). Kazan, Magarif Publ., 2007. 725 p.

23. Ufimtseva N.V. Problemy Akkulturatsii Novykh Grazhdan Rossii [Problems of Acculturation of New Citizens of Russia]. Voprosy psikholingvistiki [Questions of Psycholinguistics], 2010, pp. 71-75.

24. Shcherbinina Yu. V. Rechevaya Agressiya. Territoriya Vrazhdy [Speech Aggression. Territory of Enmity]. Moskva, 2012. 400 p.

VERBAL AGGRESSION IN THE SYSTEM OF SPEECH ACTS THE TATAR LANGUAGE

G. A. Nabiullina

Linguistic studies of the communicative culture of Turkic peoples are very relevant in modern linguistics. The purpose of this article is to study the means of expressing verbal aggression in Tatar linguistic culture. The research material is speech clichés with the meaning of speech aggression. Solving the tasks the author uses a descriptive and stylistic method, as well as continuous sampling, processing, interpretation and lexical-semantic analysis methods. The work reveals lexical and semantic methods and features of the expression of verbal aggression in the Tatar language. It is established that in the corpus of lexemes a special place is occupied by the use of colloquial offensive vocabulary, metaphors, epithets expressing insult, humiliation, nonsense, threat and the aggressive

135

_РЕЧЕВАЯ АГРЕССИЯ В ТАТАРСКОМ ЯЗЫКОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ_

emotional state of the individual. The curse-malice (kargyshlar) is one of the idiomatic expressions of aggression directed against a person. The meaning of aggression is often given by interjections, introductory words, particles. The analysis shows that in the Tatar linguistic culture aggression is presented as a form of speech behavior, which is a negative emotional response of a linguistic personality. Excessive use of speech aggression in the colloquial and journalistic spheres of communication and in the language of fiction affects speech culture negatively.

Keywords: Tatar language, speech behavior, speech aggression, linguoculture, phraseological units, proverbs.

136