Результаты радиоуглеродного датирования тамар-уткульских курганов в Оренбургской области

УДК 902.652

РЕЗУЛЬТАТЫ РАДИОУГЛЕРОДНОГО ДАТИРОВАНИЯ ТАМАР-УТКУЛЬСКИХ КУРГАНОВ В ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ

© 2013 Н.Л. Моргунова1, Й. ван дер Плихт2

1 Оренбургский государственный педагогический университет, Россия 2 Гронингенский университет, Нидерланды

Поступила в редакцию 23.08.2013

Статья посвящена публикации результатов радиоуглеродного датирования ряда погребений Тамар-Уткульских курганов в Оренбургской области. Анализ погребального обряда и многочисленного инвентаря из погребений свидетельствует о принадлежности данного могильника к развитому этапу ямной культуры. Радиоуглеродный возраст могильника с поправкой на изотопное фракционирование установлен в пределах 2875-2675 лет ВС.

Ключевые слова: ямная культура (ЯК), ранний бронзовый век, Оренбургское Приуралье, радиоуглеродное датирование.

Курганные могильники Тамар-Уткуль VII и VIII исследованы археологической экспедицией ОГПУ в Оренбургском Приуралье в 80-е годы XX в. В первой полной публикации материалов памятника1 был дан подробный их анализ, показаны основные признаки погребального обряда, а также отмечено богатство и разнообразие инвентаря, что является необычным явлением для памятников ЯК. На основании сравнения с нижневолжскими и средневолжскими памятниками была установлена принадлежность данных курганов к ЯК. Со времени публикации материалов могильников помимо их интерпретации как ямной, появились иные точки зрения. Так, С.В. Богданов выделил тамар-уткульский тип памятников в рамках ЯК Приуралья2. П.Ф. Кузнецов согласился с точкой зрения Богданова, но отнес тамар-уткульские курганы, как и многие другие ямные курганы Приуралья, к полтавкинской культуре, связав их происхождение с миграцией из Предкавказья3. Аналогичная позиция на основании материалов Золотого кургана развита в работе Р.А. Мимохода4. В рамках кавказского культурогенеза рассматривают приуральские ямные памятники, в том числе тамар-уткульс-кие курганы, А.В. Кияшко и М.Б. Рысин5.

В свете сказанного следует еще раз обратиться к материалам тамар-уткульских курганов (далее Т-У VII и VIII) и остановиться на их характеристике.

Могильники находились на ровной площадке первой низкой надпойменной террасы лево-

Моргунова Нина Леонидовна, доктор исторических наук, профессор, заведующая археологической лабораторией. E-mail: nina-morgunova@yandex.ru

Ван дер Плихт Йоханнес, профессор изотопного археологического Центра изотопных исследований. E-mail: j.van.der.plicht@rug.nl

го берега р.Илек, в 6-7 км к востоку от с.Тамар-Уткуль Соль-Илецкого района Оренбургской области (рис.1). Тамар-Уткульские могильники располагались двумя компактными группами, на расстоянии 1,5 км друг от друга. В седьмой группе было 8 курганов, в восьмой - 9. В курганном могильнике Т-У VII не раскопан курган 5, на котором находятся мусульманские захоронения казахов. В курганном могильнике Т-У VIII не раскопаны курганы 1 и 9, по ним и в настоящее время проходит лесополоса.

В могильниках Т-У VII и VIII в общей сложности раскопано 14 курганов. Размеры курганов от 13 до 30 м в диаметре, высота от 0,5 до 2,5 м. Самые крупные из них были окольцованы рвами. В каждом из курганов находилось по одному погребению ЯК, все они были основными (рис. 2-3).

Итак, в 14 тамар-уткульских курганах изучено 14 погребений. По признаку положения

Рис. 1. Карта расположения курганных могильников Тамар-Уткуль VII и VIII, Ниж. Павловка V, Пятилетка

Рис. 2. 1-3 - Тамар-Уткуль VIII, 4/1; 4-9 - Тамар-Уткуль VII, 8/4; 10-14 - Тамар-Уткуль VII, 1/1

скелетов они подразделяются на 2 группы: скор-ченно на спине, ноги вправо; скорченно на правом боку. К первой группе отнесены 2 погребения, принадлежавшие женщине и мужчине6. Ко второй группе отнесены все остальные 12 погребений, антропологические данные по которым там, где это было возможно, определяют в основном их как мужские захоронения, за исключением трех женских погребений: Т-У VII, 1/1, 3/1, Т-У VIII, 6/1. Во второй группе выделяются три парных погребения, основные скелеты в которых находились в обычной позе - на правом боку

головой на В или СВ. За их спиной располагались сопровождающие скелеты. Все они имели признаки насильственного их погребения, о чем свидетельствовало отсутствие на местах части костей скелетов и явно подчиненное их расположение относительно основного костяка.

При всем разнообразии подходов к погребальным ритуалам, отмеченным в тамар-уткуль-ских курганах, в то же время очевидно просматривается и стандарт ямного культурно-образующего комплекса. Это такие единые для всех 14 курганов признаки, как формирование насыпи

10

Рис. 3. 1-3 - Тамар-Уткуль VII, 4/9; 4-10 - Тамар-Уткуль VIII, 5/1

кургана за счет грунта, взятого из кольцевого рва, расположение могил в центре подкурганно-го пространства с небольшим смещением к югу; могильные выкиды, валом располагавшиеся по периметру ям; форма и глубина могильных ям, в том числе со ступеньками; ориентировка умерших головой на В и СВ; посыпка охрой разной интенсивности; наличие органических подстилок на дне и покрывала. Аналогичное устройство прослежено не только в тамар-уткульских курганах, но и на других памятниках ЯК Оренбургского Приуралья.

Ямная культурная принадлежность тамар-уткульских курганов подтверждается погребальным инвентарем, достаточно многочисленным, что свидетельствует о неординарности всего комплекса. Весьма выразительны формы, орнаментация, а также технология изготовления керамических сосудов. Такие их признаки, как круглое дно, полуяйцевидное тулово с прикрытым верхом, расчесы по внешней и внутренней поверхности, отражают принадлежность керамики к ЯК и культурно связывают данные памятники с предшествующим этапом. Однако в технологии отме-

чаются новые навыки (использование неожелез-ненных глин, примесь шамота), что может отражать процессы смешения разнокультурных групп населения7. Использование гребенчатых штампов в орнаментировании посуды указывает на усиление контактов с населением лесостепных и лесных областей Урала и Зауралья.

Богатством и разнообразием отмечается металлический инвентарь. Это два проушных топора утевского типа, черенковые ножи, четырехгранные шилья с насадом, тесло, долото со свернутой втулкой, биметаллический резчик и другие изделия, а также украшения. По своей типологии все предметы достаточно оригинальны, имеют свою специфику, но в то же время вполне соответствуют основной номенклатуре циркум-понтийского этапа европейского металлопроиз-водства. По данным металлографии, все изделия отличает специфическая технология, присущая каргалинскому металлургическому центру Южного Приуралья8. Форма для отливки аналогичных топоров обнаружена в типично ямном погребении курганного могильника Першин9.

Оригинальны изделия из костей, в том числе булавка-амулет с небольшими рожками. Подобные, но не совсем идентичные изделия имеются в других памятниках Приуралья - КМ Курмана-евка III, 3/1, КМ Мустаево V, 9/210. По функциональному содержанию приуральские булавки, видимо, аналогичны молоточковидным булавкам Предкавказья и Подонья, но по форме они имеют выраженную местную специфику.

Таким образом, материалы тамар-уткульских курганов за счет своего разнообразия значительно расширяют наши представления о ямной культурной традиции. Они идентичны по своим основным характеристикам другим памятникам ЯК Приуралья и Поволжья (КМ Болдырево I, КМ Утевка I, КМ и ОК Шумаево II и другим). Нет никаких оснований относить данные памятники к особому культурному типу или рассматривать в рамках другой культуры, отличной от ямной. На основании сравнительного анализа материалов могильников одним из авторов данной статьи ранее обосновывалась не только их принадлежность к ЯК, но и отнесение памятника к ее развитому этапу В, предшествующему началу полтавкинского этапа11.

В свете отмеченной выше дискуссии большой интерес представляют результаты радиоуглеродного датирования, предпринятого нами для наиболее ярких комплексов тамар-уткульс-ких курганов. Поскольку во время их раскопок углеродосодержащие материалы не были отобраны на постоянное хранение, то для получения 14С дат были взяты образцы от костных тканей черепов людей весом около 10-12 граммов (Т-У VII, 1/1, 4/9, 8/4, Т-У VIII, 4/1, 5/1), по

которым возможно было получить результат лишь в лабораториях, имеющих специальное оборудование для работы со столь малым количеством органического вещества. Кроме того для анализа были представлены один фрагмент от сосуда (Т-У VIII, 4/1) и один фрагмент от деревянных ножен кинжала (Т-У VII, 8/4). Радиоуглеродные анализы с проверкой на изотопное фракционирование по костям черепа сделаны в Гронингенской лаборатории под руководством профессора Й. ван дер Плихта, керамика проанализирована в Познанской радиоуглеродной лаборатории, дерево от кинжала датировалось в Киевской лаборатории.

Результаты проведенного 14С датирования представлены в таблицах 1 и 2. Помимо тамар-уткульских дат в таблице 1 приведены 14С даты по двум погребениям, имевшим по всем признакам достаточно ярко выраженную ямную культурную традицию: это КМ Пятилетка, 5/2 и КМ Ниж. Павловка, V 1 /2.

Методы датирования

Выделение коллагена и изотопный анализ были проведены в Центре изотопных исследований университета г.Гронингена (Нидерланды) по усовершенствованной методике Лонджина12. После химической обработки коллаген сжигался в СО2 или № на элементном анализаторе, соединенном с изотопным масс-спектрометром13. Аналитическая ошибка составляет 0.1% и 0.2% для ¿?3С и ¿?5К, соответственно. Значение изотопов в образце обозначается дельтой, которое определяет отклонение от стандарта и выражено в промиллях %о.

3£ =

У W sample

-1

reference

15

И /15*7-/14

(15^ /14 N) sample

-1

\ ' reference

Для углерода стандартом является белемнит (V-PDB); для азота - атмосферный воздух14. Изотопные измерения проведены на изотопном масс-спектрометре (IRMS).

Атомное соотношение C/N, C/N = (%C/%N) x (14/12), является основой для определения сохранности коллагена в образце. Принятый интервал значений атомных соотношений C/N для хорошо сохранившегося коллагена в костях и зубах - 2.9-3.615. Этот интервал принят в данном исследовании как основа, а образцы, содержащие «коллаген» с соотношениями C/N за его пределами, в работе не использовались. Образцы также сравнивались с химическим составом

Таблица 1. Результаты радиоуглеродного датирования тамар-уткульских и других памятников Оренбургского Приуралья

№ Наименование памятника Шифр лаборатории Ма те Дата ВР 1 sigma 68% cal BC 2 sigma 95% cal BC Артефакты

ри

ал

1 КМ Тамар-УткульУШ, 5/1 GrA54381 кч 3600±35 2014 -1995 2107-2104 сосуд круглодон., медный нож и медные подвески

2 КМ Тамар- GrA54382 кч 4165±35 2873 -2848 2879-2830 медный топор,

УткульУШ, 4/1 2726 - 2693 2652-2631 сосуд из глины

3 КМ Тамар-УткульУП, 8/4 GrA54390 кч 4145±35 2864 2760 -2833 - 2662 2875-2620 медные топор, нож, шило, долото, биметаллич. резчик

4 КМ Тамар- GrA54386 кч 4105±35 2848 -2841 2864-2803 медный нож,

УткульУП, 1/1 2677 - 2615 2760-2570 костяная булавка

5 КМ Тамар-УткульУП, 4/9 GrA54383 кч 4145±35 2864 2760 -2833 - 2662 2875-2620 медные нож и шило

6 КМ Тамар-Уткуль VIII, 4/1 Poz-47845 кр 4200±90 3013 -2851 медный топор, сосуд круглодон.

7 КМ Тамар-Уткуль^1, 8/4 КИ4520 д 4790±80 3660- 3510 3710-3360 медные топор, нож, шило, долото, биметаллич. резчик

8 КМ Пятилетка GrA54392 кч 4140±35 2862 -2831 2874-2618 медное долото,

V, 5/2 2711 - 2658 2604-2600 человеческая жертва

9 КМ Ниж. GrA54391 кч 4175±35 2876 -2852 2885-2832 медный топор-

Павлов raV, 2811 - 2744 2817-2660 клевец

1/2

коллагена, извлеченного из современной кости по аналогичному методу выделения, достоверность результатов определяется наличием в коллагене углерода не менее 49%, а азота - не менее 11-16%. Выделенный углерод сжигался и переводился в углекислый газ СО2 и конвертировался в графит. Образец графита далее был запрессован в патрон-держатель и пропускался через ионный источник ускорителя. В Гронингене устройство ускорительного масс-спектрометра основано на акселераторе 2.5 МУ и измеряет концентрацию 14С в графите16.

Радиоуглеродный возраст выражается в годах от современности. Естественная удельная активность 14С устанавливается значением стандарта (NBS щавелевой кислоты). Поправка на изотопное фракционирование приведена к стандартному значению 13С= -25%0, основывается на определенном соотношении стабильных изотопов углерода в древесине 13С/12С, также учитывается величина полураспада углерода, равная

5568 лет17. Далее радиоуглеродный возраст переводится в календарный (calBC), путем калибровки 14C даты. Для ее проведения рекомендуется программа INTCFL0918. В данной статье используется доверительный интервал 1-сигма.

Результаты датирования с поправкой на изотопное фракционирование, проведенного в Гро-нингенской лаборатории, даны в таблице 2. В графах указаны название образца, тип образца, лабораторный номер (GrA), радиоуглеродный возраст в BP (от наших дней) и его аналитическая погрешность (1 сигма), калиброванный возрастной диапазон в cal BC (1 сигма) и данные стабильных изотопов: 5 13C и 15N (данные в промилле %о) и атомное соотношение C/N. Объяснения по стабильным изотопам представлены в параграфе об экспериментальных методах. В одном образце кости (Нижняя Павловка) коллагена было недостаточно, чтобы измерить содержание азота, для него получены данные только по углероду.

Таблица 2. Результаты датирования с поправкой на изотопное фракционирование Гронингенской лаборатории

№ Археол. комплекс СгА дата ВР Мат 14а зщта с113С %С 0%Ч С/К

55871 Тамар-Уткуль VIII, 5/1 54381 3600±35 кч 63,88938 0,270559 -19,24 46,8 12,965 15,2 3,592105

55872 Тамар-Уткуль VIII, 4/1 54382 4165±35 кч 59,54619 0,260359 -17,99 40,5 12,07 15,2 3,108553

55873 Тамар-Уткуль VII, 4/9 54383 4145±35 кч 59,7016 0,260299 -18,07 46,1 12,63 17,1 3,145224

55874 Тамар-Уткуль VII, 1/1 54386 4105±35 кч 60,00309 0,260682 -18,51 45,7 12,57 17,05 3,127077

55875 Тамар-Уткуль VII, 8/4 54390 4145±35 кч 59,70403 0,2603 -18,7 43,9 12,83 17,65 2,901794

55876 Ниж.Павловка V, 1/2 54391 4175±35 кч 59,45099 0,260759 -18,41 45,3 ?

55877 Пятилетка V, 5/2 54392 4140±35 кч 59,72404 0,26043 -18,42 43,7 13,065 17,95 2,840297

Поправка на изотопное фракционирование

Радиоуглеродный возраст археологических костей человека может быть мнимым и казаться слишком старым из-за так называемого «резер-вуарного эффекта», вызванного употреблением в пищу компонентов питания водного происхождения (рыба, моллюски). Резервуарный эффект -это разница концентрации 14С в атмосферном и водном (океаны и реки) резервуарах. Водные резервуары содержат менее растворенный 14С, и, таким образом, организмы, живущие в океанах и реках, содержат меньше 14С, чем синхронные наземные или атмосферные организмы. Поэтому водные образцы получаются древнее. Такая же ситуация характерна и для наземных организмов, включая человека, который потребляет в пищу много водных компонентов системы питания. Для морских организмов «резервуарный эффект» составляет 400 лет; для речных его вариации огромны, достигая тысячи лет, в зависимости от геохимических обстоятельств19.

Данные значений стабильных изотопов для измеренных образцов действительно предполагают, что резервуарный эффект был вызван водными компонентами системы питания. В целом

значения изотопа азота 5 15Ы выше, чем 9,5%0 предполагает, что человек с таким значением азота в коллагене костей употреблял водные компоненты и его радиоуглеродный возраст уд-ревнен из-за резервуарного эффекта. Это означает, что указанный радиоуглеродный возраст для образца костей этого человека удревнен и мнимый возраст должен быть вычтен.

Поправку на «резервуарный эффект» определить трудно. В идеале это определяется разницей радиоуглеродного возраста в синхронных парах образцов разного происхождения, полученного для костей человека и образца из этого

же контекста, но такого, который не подвержен влиянию резервуарного эффекта. К таким образцам относятся кости травоядных животных или угли недолговечных древесных пород. Разница в возрасте синхронных образцов и есть величина мнимого возраста. Например, в памятнике эпохи мезолита Лепенском Вире (Железные ворота) найдены кости таза человека, пронзенного стрелой, сделанной из кости травоядного животного. Радиоуглеродный возраст кости человека приблизительно на 500 радиоуглеродных лет древнее, чем кость животного. Этот пример - очевидное доказательство «резервуарного эффекта», вызванного значительным употреблением человеком рыбы из реки Дунай20. Пример из России - разница между радиоуглеродным возрастом костей человека и украшениями, изготовленными из кости овцы21.

Когда таких парных дат нет, значения «ре-зервуарного эффекта» может быть определено благодаря данным стабильных изотопов 5 13С и

5 15К. Для этого нужно знать шаг трофической пищевой цепочки. Для Лепенского Вира для этой цели используются данные по азоту. Значение 5 15Ы для наземного образца (кости человека) (с 0% водных компонентов) установлено как 5 15Ы=8%. Для 100%-ой водного образца

(рыбы), 5 15Ы=17%22. Близкие значения используются Фишером и др.23 при анализе образцов эпохи мезолита Дании.

5 15Ы значения для проанализированных образцов костей человека близки между собой, их среднее значение 5 15Ы=12.7%. Сравнивая эти

данные с данными, полученными для образцов из Дании, можно предположить, что поправка на резервуарный эффект составляет приблизительно 200 радиоуглеродных лет.

Результаты датирования

Большинство полученных в Гронингенской лаборатории 14С дат для погребений тамар-уткульских курганов совпадают - от 4105+35 ВР до 4165+35 ВР (табл.1, №2-5). Одна из дат №1, к сожалению, не получилась, ее значение 3600+35 явно не соответствует хронологии ЯК. Причиной неудачи явилось недостаточное содержание коллагена в представленном образце. Еще одна дата не получилась по образцу тлена от ножен кинжала, достаточно долго хранившегося в фондах и, возможно, смешанного при отборе с гумусом со дна ямы. Это сильно удрев-ненная дата №7 - 4790+80 ВР.

В состав инвентаря продатированных комплексов входят медные топоры утевского типа, такие редкие типы медных изделий, как долото с несомкнутой втулкой, резчик с напаянным лезвием из железа, а также костяная булавка-амулет и круглодонная керамика. Для погребения с литейной формой с аналогичным топором в КМ Першин имеется 14С дата по дереву, практически совпадающая с полученными нами результатами - (BM 3157) 4200+60 ВР (2910-2660 ВС)24. Близкая, но незначительно удревненная дата в сравнении с нашими результатами получена по кости человека для погребения с аналогичной булавкой-амулетом в КМ Курманаевка III, 3/1 - (АА 47805) 4234+60 (2920-2680 ВС)25.

Еще две 14С даты получены в Гронингенской лаборатории по фрагментам черепных костей из наших старых раскопок КМ Пятилетка и КМ Ниж. Павловка V (табл.1, №8, 9; табл.2, №7, 8). Датирование предпринято с целью установления времени бытования найденных в данных погребениях топорика-клевца и массивного медного долота на четырехгранном стержне с насадом, имеющих реплики с майкопскими формами, однако и достаточно своеобразные в сравнении с ними. По технологии производства данные изделия целиком идентичны остальному металлу Приуралья. Исходя из типологии изделий мы ожидали для них более ранние даты, не выходящие за пределы майкопской хронологии. Однако значения полученных дат оказались полностью идентичны этапу тамар-уткульских курганов.

Таким образом, для тамар-уткульских курганов устанавливается достаточно узкий хроноин-тервал их возведения с учетом поправки на изотопное фракционирование в пределах около 41004200 лет назад или 2800-2700 лет до н.э., как мы и предполагали ранее26. Радиоуглеродное датирование не только подтверждает возраст данных курганов в рамках второй половины развитого этапа ЯК, но и указывает на интервал времени в истории степного Волго-Уралья, когда население ЯК

существовало достаточно стабильно без особенно заметных культурных включений из других областей. Материалы ряда других памятников Приуралья, таких как курганы в КМ Шумаево, Скворцов-ка, Мустаево V (к.1), имеющих радиоуглеродные даты в таких же пределах, аналогичны тамар-ут-кульским погребениям и характеризуются типично ямным погребальным обрядом27.

В целом тамар-уткульский этап развития ЯК как в Приуралье, так и в соседних областях вол-жско-уральского междуречья предшествует «полтавкинскому» времени, начало которого, судя по данным скворцовских курганов28, определяется не ранее середины III тыс. до н.э.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Моргунова Н.Л., Кравцов А.Ю. Древнеямная культура на Илеке. Екатеринбург: УИФ «Наука», 1994. 153 с.

2 Богданов С.В. Вопросы культурной детерминации древ-неямных памятников волго-уральского степного субрегиона // Проблемы изучения ямной культурно-исторической области / Отв. ред. Н.Л. Моргунова. Оренбург: Изд-во ОГПУ, 2006. С.9-15.

3 Кузнецов П.Ф. Время новых культурных традиций в бронзовом веке Волго-Уралья // Радиоуглерод в археологических и палеоэкологических исследованиях / Отв. ред. Г.И. Зайцева, М.А. Кулькова. СПб.: ИИМК РАН, 2007. С.216-224; Кузнецов П.Ф. Проблемы изучения раннего и среднего бронзового века Самарского Поволжья // 40 лет Средневолжской археологической экспедиции. Краеведческие записки. Вып. XV / Отв. ред. Л.В. Кузнецова. Самара: ООО «Офорт», 2010. С.40-55.

4 Мимоход Р.А. Курганы эпохи бронзы - раннего железного века в Саратовском Поволжье // Материалы охранных археологических исследований. Т. 10 / Отв. ред.

A.В. Энговатова. М.: Таус, 2009. 292 с.

5 Кияшко А.В. Культурогенез на востоке катакомбного мира. Волгоград: Изд-во ВГУ, 2002. 268 с.; Рысин М.Б. Связи Кавказа с волго-уральским регионом // Археологические вести. №14. М., 2007. С.184-220.

6 Яблонский Л.Т., Хохлов А.А. Краниология населения ямной культуры Оренбургской области // Моргунова Н.Л., Кравцов А.Ю. Памятники древнеямной культуры на Илеке. Приложение 2. Екатеринбург: УИФ «Наука», 1994. С.116-152.

7 Салугина Н.П. Технология керамики населения раннего бронзового века Волго-Уралья (по материалам погребальных памятников) // Проблемы изучения ямной культурно-исторической области / Отв. ред. Н.Л. Моргунова. Оренбург: Изд-во ОГПУ, 2006. С.76-80.

8 Дегтярева АД. Металлические изделия ямной культуры Южного Приуралья // Моргунова и др. Шумаевские курганы / Отв. ред. Н.Л. Моргунова. Оренбург: Изд-во ОГПУ, 2003. С.359-377; Дегтярева АД. История метал-лопроизводства Южного Зауралья в эпоху бронзы / Отв. ред. Н.В. Рындина. Новосибирск: Наука, 2010. 162 с.

9 Черных Е.Н., Кузьминых С.В., Лебедева Е.Ю., Луньков

B.Ю. Першинский некрополь: курган 1 // Каргалы. Том IV / Отв. ред. Е.Н. Черных. М.: Языки славянской культуры, 2005. С.21-48.

10 Моргунова Н.Л., Краева Л.А., Матюшко И.В. Курганный могильник Мустаево V // Археологические памятники Оренбуржья. Вып.7 / Отв. ред. Н.Л. Моргунова. Оренбург: Изд-во ОГПУ, 2005. С.5-49.

11 Моргунова Н.Л. К вопросу о полтавкинской культуре //

СА. 1991. №4. С.123-131; Моргунова Н.Л. Периодизация и хронология ямных памятников Приуралья по данным радиоуглеродного датирования // Проблемы изучения ямной культурно-исторической области / Отв. ред. Н.Л. Моргунова. Оренбург: Изд-во ОГПУ, 2006. С.67-71; Моргунова НЛ. Об абсолютной хронологии развитого этапа ямной культуры (по данным Южного Приуралья) // Радиоуглерод в археологических исследованиях / Отв. ред. Г.И. Зайцева, М.А. Кулькова. СПб.: ИИМК РАН, 2007. С.210-215.

12 Longin R.. New method of collagen extraction for radiocarbon dating // Nature 230, 1971. Р.241-242; Mook W.G. and Streurman H.J. Physical and chemical aspects of radiocarbon dating // PACT Publications. №8. 1983. Р31-55.

13 Aerts-Bijma A.T., J.van der Plicht and Meijer H.A.J. Automatic AMS sample combustion and CO2 collection // Radiocarbon 43, 2001. Р.293-298.

14 Mook W.G. Introduction to Isotope Hydrology. Taylor and Francis, London, 2006. ISBN 0-415-38197-5.

15 DeNiro M.J. Postmortem preservation and alteration of in vivo bone collagen isotope ratios in relation to paleodietary reconstruction // Nature. 317, 1985. Р.806-809; Ambrose S.H. Preparation and characterization of bone ad tooth collagen for isotopic analysis // Journal of Archaeological Science. №17. 1990. Р.431-451; G.J. van Klinken Bone collagen quality indicators for palaeodietary and radiocarbon measurements // Journal of Archaeological Science. №26. 1999. Р.687-695.

16 J. van der Plicht, Wijma S., Aerts A.T., Pertuisot M.H. and Meijer H.A.J. The Groningen MS facility : status report. Nucl.Instr.and Meth. B172. 2000. Р.58-65.

17 Mook W.G. and J. van der Plicht. Reporting 14C activities and concentrations // Radiocarbon 41. 1999. Р. 227-239.

18 Reimer P. J, Baillie M.G.L., Bard E., Bayliss A., Beck J.W., Blackwell P. G., Bronk Ramsey C., Buck C.E., Burr G.S., Edwards R.L., Friedrich M., Grootes P.M., Guilderson T.P., HajdasI., Heaton T.J., HoggA.G., Hughen K.A., KaiserK.F., Kromer B., McCormac F.G., Manning S.W., Reimer R.W., Richards D.A., SouthonJ.R., Talamo S., Turney C.S.M., J. van der Plicht and Weyhenmeyer C.E. IntCal09 and Marine09 radiocarbon age calibration curves, 0 - 50,000 years cal BP // Radiocarbon 51. 2009. Р.1111-1150.

19 LantingJN. andJ. van der Plicht. Reservoir effects and apparent 14C ages // Journal of Irish Archaeology 9. 1998. Р151-165.

20 Cook G.T., Bonsall C., Hedges R.E.M., McSweeney K., Boronean V.and Pettitt P.B. A freshwater diet-derived 14C reservoir effect at the stone age sites in the Iron Gates gorge // Radiocarbon 43, 2001.Р.453-460.

21 ShishlinaN.I., J. van der Plicht, HedgesR.E.M., Zazovskaya E.P., Sevastianov V.S. and Chichagova O.A. The Catacomb Culture of the Northwest Caspian steppe: 14C chronology,

reservoir effect and paleodiet // Radiocarbon 49, 2007. Р.713-726.

22 Cook G.T., Bonsall C., Hedges R.E.M., Mc Sweeney K., Boronean V. and Pettitt P.B. A freshwater diet-derived 14C reservoir effect at the stone age sites in the Iron Gates gorge // Radiocarbon 43, 2001.Р.453-460.

23 Fischer A., Olsen J., Richards M., Heinemeier J., SveinbjornsdottirA.E. and Bennike P. Coast-inland mobility and diet in the Danish Mesolithic and Neolithic: evidence from stable isotope values of humans and dogs // Journal of Archaeological Science 34, 2007. Р.2125-2150.

24 Черных Е.Н., Кузьминых С.В., Лебедева Е.Ю., Луньков В.Ю. Указ. соч. С.30-33.

25 Богданов С.В. Культурно-хронологические комплексы IV Ефимовского курганного могильника // Вопросы археологии Поволжья. Вып.4. Памяти И.Б. Васильева / Отв. ред. И.Н. Васильева. Самара: «Научно-технический центр». С.209-224.

26 Моргунова НЛ., Зайцева Г.И., Ковалюх Н.Н., Скрипкин

B.В. Новые радиоуглеродные даты памятников энеолита, раннего и среднего этапов бронзового века Поволжья и Приуралья // Археологические памятники Оренбуржья. Вып.9 / Отв. ред. Н.Л. Моргунова. Оренбург: Изд-во ОГПУ. С.53-75; Моргунова НЛ. Периодизация и хронология ямных памятников Приуралья... С.67-71.

27 Моргунова Н.Л., Хохлова О.С., Зайцева Г.И., Чичагова О.А., Гольева А.А. Результаты радиоуглеродного датирования археологических памятников Южного Приуралья // Моргунова и др. Шумаевские курганы / Отв. ред. Н.Л. Моргунова. Оренбург: Изд-во ОГПУ, 2003.

C.264-274; Моргунова НЛ, Хохлова О.С., Гольева А.А., Зайцева Г.И., Чичагова О.А. Результаты радиоуглеродного датирования курганного могильника Мустаево V // Археологические памятники Оренбуржья. Вып.7 / Отв. ред. Н.Л. Моргунова. Оренбург: Изд-во ОГПУ, 2005. С.96-104; Моргунова Н.Л., Гольева А.А., Дегтярева А.Д., Евгеньев А.А., Купцова Л.В., Салугина Н.П., Хохлова О.С., Хохлов А.А. Скворцовский курганный могильник / Отв. ред. Н.Л. Моргунова. Оренбург: Изд-во ОГПУ, 2010. 160 с.

28 Моргунова Н.Л. Периодизация и хронология ямных памятников Приуралья. С.67-71; MorgunovaNina L., 2011. Pit-Grave Culture of the South near the Ural Mountains / / Kurgan Studies: An environmental and archaeological multiproxy study of burial mounds in the Eurasian steppe zone / Б. PETX and A. BARCZI (Eds.). BAR International Series 2238, Paper 5. P.133-143; Morgunova N. L., Khokhlova O. S. Chronology and periodization of the pit-grave culture in the Region between the Volga and Ural rivers based on radiocarbon Dating and paleopedological research / / Radiocarbon 55. 2013.

THE RESULTS OF RADIOCARBON DATING OF THE MATERIALS FROM THE TAMAR-UTKUL KURGANS IN THE ORENBURG REGION

© 2013 N.L. Morgunova1, J. van der Plicht2

1 Orenburg State Pedagogical University, Russia 2 University of Groningen, Netherlands

The article is devoted to the publication of results of radio-carbon dating of the Tamar-Utkul kurgan burials in the Orenburg region. The analysis of a funeral ceremony and grave goods shows that this burial ground belongs to the developed stage of Pit-grave (Yamnaya) culture. The radio-carbon age of the burial ground adjusted for isotope fractionation is established within 2875-2675 of VS. Key words: Pit Grave culture, the early bronze age, Orenburg Ural region, radiocarbon dating.

Nina Morgunova, Doctor of History, Professor, the Herd of Archaeology Laboratory. E-mail: nina-morgunova@yandex.ru J. van der Plicht, Professor Isotope Archaeology Center for Isotope Research. E-mail: j.van.der.plicht@rug.nl