ЭВОЛЮЦИЯ ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКОЙ СТРАТЕГИИ РЕСПУБЛИКИ КОРЕЯ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ

DOI: 10.48647/ICCA.2022.18.25.036

Л.К. Купина

ЭВОЛЮЦИЯ ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКОЙ СТРАТЕГИИ РЕСПУБЛИКИ КОРЕЯ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ

Аннотация. Рассмотрена динамика развития внешнеэкономических инициатив Республики Корея по отношению к Центральной Азии. Окончание холодной войны с нормализацией отношений между Южной Кореей и СССР сформировали предпосылки для сближения Сеула с независимыми центральноазиатскими республиками. Первое десятилетие инерционного развития связей сменилось вниманием к региону в XXI веке и началом концептуализации южнокорейских подходов к взаимодействию с Центральной Азией в связи со стремлением обеспечить доступ к богатым природным ресурсам региона и закрепиться на относительно крупных рынках. Первой внешнеэкономической концепцией Сеула в Центральной Азии стала «Всеобъемлющая центральноазиатская инициатива» президента Но Му Хёна, интерес к региону сохранился во внешнеполитическом курсе президента Ли Мён Бака с проектами «Новой азиатской инициативы» и «Нового Шелкового пути», в «Евразийской инициативе» и проекте «Экспресс Шелкового пути» президента Пак Кын Хе. «Новая северная политика» президента Мун Чжэ Ина также предусматривает региональную стратегию взаимодействия по отношению к Центральной Азии с топливно-энергетическими и инфраструктурными проектами. Практические результаты реализации внешнеэкономических инициатив способствовали достижению изначальных целей Республики Корея по обеспечению поставок энергоресурсов из региона и выходу южнокорейской промышленной продукции на новые экспортные рынки. В то же время для дальнейшего развития и расширения взаимодействия с Центральной Азией необходима актуализация внешнеэкономических инициатив с включением новых высокотех-

114

Экономика

нологичных сфер сотрудничества для обеспечения сбалансированного и долгосрочного присутствия Республики Корея в регионе.

Ключевые слова: Республика Корея, Центральная Азия, внешняя политика, внешнеэкономическая стратегия, торгово-экономическое сотрудничество, Новая Северная Политика.

Автор: Купина Людмила Константиновна, м.н.с., выпускник аспирантуры, Институт мировой экономики и международных отношений им. Е.М. Примакова Российской академии наук (ИМЭМО РАН). ORCID: 0000-0002-0467-602X. E-mail: kupina.liudmila@gmail.com

Kupina L.K.

Evolution of Foreign Economic Strategy of the Republic of Korea towards Central Asia

Abstract. The article studies the dynamics of development of foreign economic initiatives of the Republic of Korea towards the Central Asian region. The end of the Cold War and the normalization of relations between South Korea and the USSR formed the basis for further rapprochement of Seoul with newly independent Central Asian republics. After a first decade of mostly inertial contacts, attention to the region started to grow in the XXI century with the beginning of proper conceptualization of South Korean approaches to cooperation with Central Asia with a wish to gain access to the abundant natural resources in the region, as well as to secure a position for South Korean exports on relatively large regional markets. The first foreign economic concept of Seoul towards Central Asia was the "Comprehensive Central Asian Initiative" proposed by the President Roh Moo Hyun, the interest towards the region was continuously present in the subsequent foreign policy courses of President Lee Myung Bak with the projects of the "New Asian Initiative" and "New Silk Road", as well as in the "Eurasian Initiative" and the "Silk Road Express" projects by President Park Geun Hye. The "New Northern Policy" of President Moon Jae In also provides a regional strategy towards Central Asia with projects in the fuel and energy sector, as well as infrastructure modernisation. Overall, the practical results of the implementation of foreign economic initiatives contributed to the achievement of the initial goals of the Republic of Korea to ensure the supply of energy resources from the region and the entry of South Korean manufactured products to new export markets. However, in order to ensure further development and expansion of relations with Central Asia, foreign economic initiatives must be updated with new high-technology areas of cooperation to secure balanced and long-term presence of the Republic of Korea in the region.

Keywords: Republic of Korea, Central Asia, foreign policy, foreign economic strategy, trade and economic relations, New Northern Policy.

Экономика

115

Author: Liudmila K. KUPINA, Junior Researcher, graduate school alumni, the Institute of World Economy and International Relations of the Russian Academy of Sciences (IMEMO RAN). ORCID: 0000-0002-0467-602X (e-mail: kupina.liudmila@gmail.com).

Центральная Азия — относительно новый вектор южнокорейской внешней политики, возникший при общей трансформации геополитического климата в конце XX века после окончания холодной войны. Предпосылки южнокорейской внешней политики по отношению к Центрально-Азиатскому региону впервые сформировались в ходе нормализации контактов Сеула с социалистическими странами в рамках реализации «Северной политики» президента Ро Дэ У в 1988— 1993 гг. Сближение Республики Корея с СССР заложило положительную основу для взаимодействия и способствовало последующему формированию связей с независимыми постсоветскими государствами и установлению дипломатических отношений Сеула с централь-ноазиатскими республиками в 1992 г. Стоит отметить, что вплоть до начала XXI века Центральная Азия не занимала значительные позиции во внешнеполитических интересах Сеула. Необходимость преодоления национального экономического кризиса, нестабильное политическое и экономическое положение в центральноазиатских республиках не способствовали активному развитию связей. Отношения между сторонами развивались инерционно с поддержкой контактов с Узбекистаном и Казахстаном как странами с относительно крупными региональными экономиками. Внимание к региону вернулось в начале XXI века и было вызвано растущей необходимостью обеспечения энергетической безопасности экономики Республики Корея, зависящей от поставок топлива из-за нехватки собственных ресурсов с существенной долей импорта из региона Ближнего Востока, а также конкуренцией с соседними странами (КНР и Японией) за доступ к источникам энергоресурсов [Calder, Kim]. Для удовлетворения потребности национальной экономики в энергоресурсах и расширения производственных и инвестиционных сетей Республика Корея перешла к развитию многосторонней внешнеэкономической стратегии с поиском новых экономических партнеров.

Центральная Азия во внешней политике президента Но Му Хёна

Первая полноценная концепция внешнеэкономической стратегии Республики Корея по отношению к Центральной Азии с практи-

116

Экономика

ческими шагами по её реализации была впервые предложена президентом Но Му Хёном, выразившим готовность к развитию экономического взаимодействия с республиками региона для достижения мира и процветания в Северо-Восточной Азии. Озвученная в 2006 г. «Всеобъемлющая центральноазиатская инициатива» предусматривала создание «опорного пункта» в Центральной Азии для продвижения Южной Кореи на Евразийский континент с целью обеспечения долгосрочных поставок энергоресурсов. Реализация предложенной инициативы предполагалась через укрепление двусторонних связей в рамках дипломатических контактов на высшем уровне, выработку дифференцированного подхода Сеула к странам региона в зависимости от их национальных особенностей, укрепление бизнес-сотрудничества и поддержки перспективных отраслей с производственными преимуществами, формирование юридической и организационной базы для укрепления инфраструктуры сотрудничества, а также изучение возможностей распространения южнокорейского опыта экономического развития в центральноазиатских республиках [Fumagalli]. Кроме того, немаловажной практической инициативой южнокорейской стороны также стало создание в конце 2007 г. ежегодного форума «Центральная Азия — Республика Корея» как консультационного совета для расширения фактического и будущего сотрудничества с целью процветания Республики Корея и Центральной Азии. Результативность предложенного формата к взаимодействию с регионом подтверждается дальнейшим укреплением контактов между сторонами в рамках данного форума, что способствовало созданию в Сеуле в конце 2016 г. постоянного органа взаимодействия с целью институ-ционализации проводимой работы и поддержки реализации достигаемых на форуме соглашений — Секретариата форума [Секретариат Форума Сотрудничества...].

Центральноазиатские приоритеты президента Ли Мён Бака

Общий внешнеполитический курс президента Ли Мён Баке был направлен на закрепление позиций Республики Корея на международном уровне с признанием южнокорейских экономических достижений и готовностью страны к полноправному участию в инициативах мирового сообщества. Проактивный и прагматичный подход внешней политики характеризовался стремлением к практической результативности к сотрудничеству с зарубежными партнерами. Для расширения влияния Сеула за рамки традиционного регионального интереса к Северо-Восточной Азии и превращения Южной Кореи как

Экономика

117

«средней державы» в центр региональной торговли в 2009 г. южнокорейским правительством была предложена «Новая азиатская инициатива», направленная на укрепление сотрудничества с новыми торговыми партнерами в удаленных регионах, одним из которых была обозначена Центральная Азия [Hwang]. Развитие отношений с Центрально-Азиатским регионом также происходило в рамках инициативы «Нового Шелкового пути» и реализацию ресурсной дипломатии, при этом двусторонние контакты с Узбекистаном и Казахстаном были обозначены приоритетными формами взаимодействия с региональными партнерами для обеспечения национальной энергетической безопасности [Fumagalli]. Несмотря на смешанные оценки внешнеполитического курса президента Ли Мён Бака, взаимодействие Сеула с Ташкентом и Нур-Султаном в данный период было достаточно результативным, так как достигнутые с активной государственной поддержкой договоренности с центральноазиатскими республиками позволили южнокорейским корпорациям укрепить свой доступ к энергоресурсам и к промышленной инфраструктуре региона.

Евразийский внешнеполитический вектор президента Пак Кын Хе

Следующим президентом Республики Корея Пак Кын Хе в 2013 г. была представлена «Евразийская инициатива» как масштабная южнокорейская внешнеэкономическая стратегия по отношению к Евразийскому пространству для достижения продолжительного процветания стран Большой Евразии. Целями предложенной инициативы являлись достижение мира и процветания на Корейском полуострове, а также поддержка креативности как нового двигателя экономического роста. Для формирования «единого континента, креативного континента, мирного континента» предполагалось создание единой системы транспортных, энергетических и торговых сетей Евразии. Новая инициатива также предусматривала реализацию крупного проекта «Экспресс Шелкового пути» по соединению транспортных сетей от Корейского полуострова до Европы, а также формированию новых морских путей через Северный Ледовитый океан. Транспортная интеграция должна была способствовать постепенному устранению торговых барьеров, что в итоге привело бы к созданию единой зоны свободной торговли в Большой Евразии. Успешная реализация амбициозной «Евразийской инициативы» позволила бы снизить напряжение на Корейском полуострове за счет вовлечения КНДР в многосторонние экономические проекты, укрепить экономическую интеграцию

118

Экономика

на евразийском пространстве и привести к развитию более сбалансированных внешнеэкономических отношений Сеула через сотрудничество со странами Центральной Азии, Россией и Европой [Kim]. В то же время практическое осуществление «Евразийской инициативы» не принесло существенных результатов. Ужесточение международных санкций в отношении КНДР в 2016 г. привело к остановке большинства проектов инициативы с участием Пхеньяна, что сделало внешнеэкономическую стратегию де-факто нереализуемой [Snyder].

Центральная Азия в «Новой северной политике» президента Мун Чжэ Ина

В настоящее время президент Республики Корея Мун Чжэ Ин также выражает заинтересованность в расширении направлений южнокорейской внешней политики. Представленная в 2017 г. «Новая Северная политика» направлена на экономическое соединение Южной Кореи с большим евразийским пространством. Реализация данной стратегии предусматривает осуществление плана «9 мостов» с проектами в 9 ключевых отраслях: развитие железнодорожного транспорта, диверсификация поставок природного газа, строительство и модернизация морских портов, создание широкой электроэнергетической сети в Северо-Восточной Азии, развитие судостроительства, расширение сельскохозяйственного сотрудничества, поддержка рыболовства, создание индустриального комплекса на Дальнем Востоке и развитие Северного морского пути [The Presidential Committee...]. Несмотря на то, что важная роль в реализации «Новой северной политики» отведена сотрудничеству с Россией, Южная Корея также выделяет отдельные региональные стратегии, в которые также входит план по отношению к республикам Центральной Азии. В основе формирования современного внешнеэкономического подхода Сеула по отношению к Центрально-Азиатскому региону лежат политические и дипломатические связи на основе исторической и культурной близости, наличие существенного потенциала экономического роста и развития промышленной инфраструктуры, а также возможность формирования продолжительных и взаимовыгодных отношений. Приоритетными сферами сотрудничества обозначены разработка природных ресурсов и развитие инфраструктуры в регионе с предлагаемыми для реализации проектами южнокорейского крупного бизнеса в отраслях нефтехимии и нефтепереработки, инфраструктурных проектов по строительству дорог, аэропортов и теплоэлектроцентралей. Кроме того, для увеличения положительного эффекта от реализации регио-

Экономика

119

нальной внешнеэкономической стратегии подразумевается её сопряжение с национальными программами экономической модернизации центральноазиатских республик. Для укрепления межгосударственных контактов и поддержки участия частного сектора в озвученных инициативах предлагается поддержка со стороны южнокорейских правительственных консультативных органов с активной ролью форума «Центральная Азия — Республика Корея» и его секретариата [The Presidential Committee...]. Особенностью современной «Новой северной политики» является её взаимодополняемость по отношению к существующим евразийским внешнеэкономическим программам других региональных игроков, таких как КНР и ЕС, поскольку возможное сопряжение инициатив будет способствовать положительному синергетическому эффекту при реализации «Новой северной политики» [Pardo].

Стоит отметить, что практическое осуществление центральноази-атского вектора «Новой северной политики» в целом не принесло значительных результатов. Непосредственное внимание Сеула к Центральной Азии было обращено только в июне 2019 г., после официальных визитов президента Мун Чжэ Ина в регион, однако существенных прорывов в реализации стратегии не последовало [The Presidential Committee...]. Пандемия коронавирусной инфекции с конца 2019 г. де-факто заморозила осуществление сотрудничества между сторонами, активизация интереса к отношениям с Центральной Азией вернулась лишь в середине 2020 г. со стремлением к формированию среднесрочной и долгосрочной модели сотрудничества с Монголией и Центральной Азией, а также заключением двусторонних и многосторонних торговых соглашений [S.Korea to Actively Pursue...].

Итоги реализации и дальнейшие перспективы внешнеэкономических инициатив Республики Корея в Центральной Азии

Несмотря на то, что Центральная Азия является достаточно новым направлением южнокорейской внешней политики, сохраняющееся внимание к региону со стороны Сеула способствует развитию взаимодействия между сторонами. Интерес Республики Корея обусловлен не только экономическими целями, но и общим стремлением к расширению своего присутствия на мировой арене как «средней державы» с выходом за рамки традиционного региона внешнеполитических интересов в Северо-Восточной Азии и развитием связей с но-

120

Экономика

выми зарубежными партнерами. Изначальный прагматичный подход к внешнеэкономическому сотрудничеству с отсутствием политических амбиций Сеула в регионе соответствовал приоритетам централь-ноазиатских республик по диверсификации международных отношений и привлечению зарубежных инвестиций, а также не противоречил стратегическим интересам других региональных игроков. В целом, реализация внешнеэкономических инициатив Республики Корея по отношению к региону достигла своих первоначальных целей. Сформировавшиеся устойчивые связи Республики Корея с основными региональными партнерами — Узбекистаном и Казахстаном — обеспечили доступ к богатым природным ресурсам региона, а также способствовали закреплению южнокорейского бизнеса на новых рынках. Объемы товарооборота Южной Кореи с Центральной Азией в XXI веке возросли почти в 10 раз — с 511,2 млн долл. в 2000 г. до 5 млрд долл. в 2020 г. Доли Узбекистана и Казахстана в товарообороте с Южной Кореей в 2020 г. составили 34 % и 60 % соответственно, при этом Республика Корея занимает 3-е место по объему импорта в Ташкент и Нур-Султан. Структура торговли также соответствует интересам Южной Кореи, поскольку в экспорте в Центральную Азию преобладает промышленная и высокотехнологичная продукция, в то время как основу импорта из региона составляет сырьевая продукция [иКСТЛВБ1а1]. Южнокорейский бизнес, в свою очередь, сумел закрепиться в регионе с успешной реализацией крупных проектов в сферах разработки, добычи и переработки природных ресурсов, нефтехимии, автомобилестроения, а также модернизации инфраструктуры.

Можно сделать вывод, что в настоящее время первый этап развития отношений между Республикой Корея и Центральной Азией пройден. Тем не менее, характер сложившихся отношений Сеула с регионом указывает на необходимость модернизации подходов к дальнейшему развитию взаимодействия. Несмотря на сформировавшееся устойчивое партнерство с Узбекистаном и Казахстаном, отношения с остальными республиками Центральной Азии развиваются недостаточно активно, что приводит к несбалансированному южнокорейскому присутствию в регионе. Растущее внимание к Центральной Азии со стороны Пекина в рамках реализации проекта «Один пояс — один путь», направленного на увеличение китайских капиталовложений и увеличение товарооборота с регионом, может ослабить позиции Республики Корея в регионе. Таким образом, формирование и реализация эффективных внешнеэкономических инициатив необходимы для сохранения позиций Сеула в Центральной Азии в долгосрочной перспективе. Южнокорейские и центральноазиатские представители не-

Экономика

121

однократно выражали заинтересованность в углублении и расширении сфер взаимодействия. Перспективными сферами расширения сотрудничества Сеула с регионом представляются высокотехнологичные отрасли с возможностью привлечения южнокорейских инноваций и ноу-хау, поддержка инициатив экологичного и устойчивого развития, а также укрепление связей в социо-гуманитарных проектах. В данном случае, актуализация плана «9 мостов» Республики Корея в начале 2021 г. представляется своевременным шагом. Помимо подтверждения значимости сотрудничества в ранее озвученных сферах, ключевыми отраслями взаимодействия были обозначены медицина и здравоохранение, сфера науки, инноваций и ИКТ, а также социокультурные и туристические связи [The Presidential Committee...]. Последующая разработка внешнеэкономических инициатив Сеула по отношению к Центральной Азии с учетом новых областей взаимодействия позволит качественно модернизировать взаимовыгодные отношения, будет способствовать более сбалансированным связям Сеула со всеми странами региона, а также укрепит положение Республики Корея как важного партнера Центральной Азии.

Библиографический список

Секретариат Форума сотрудничества «Центральная Азия — Республика Корея». URL: https://www.centralasia-korea.org/ (дата обращения: 08.11.2021).

Calder, Kent E.; Kim, Viktoriya. Korea, the United States, and Central Asia: far-flung partners in a globalising world // Korea Economic Institute, Academic Paper Series, 2008, Vol. 3, No. 9. URL: https://keia.org/wp-content/uploads/2020/05/APS-CalderK im.pdf (дата обращения: 05.11.2021).

Fumagalli, Matteo. Growing inter-Asian connections: Links, rivalries, and challenges in South Korean—Central Asian relations // Journal of Eurasian Studies, 2016, No. 7. P. 39—48.

Hwang, Balbina. A New Horizon in South Korea-Central Asia Relations: The ROK Joins the "Great Game" // Korea Economic Institute. 2012. URL: http://keia.org/sites/ default/files/publications/kei_koreacompass_template_balbinahwang.pdf (дата обращения: 22.08.2021).

Kim, Taehwan. Beyond Geopolitics: South Korea's Eurasia Initiative as a New Nordpolitik // The Asan Forum. Open Forum. 2015. URL: http://www.theasanforum .org/beyond-geopolitics-south-koreas-eurasia-initiative-as-a-new-nordpolitik/#5 (дата обращения: 05.11.2021).

Pardo, Ramon Pacheco. Moon's Eurasia: opening up North Korea, serving Seoul's interests // The Lowy Institute. The Interpreter. 2018. URL: https://www.lowyinstit ute.org/the-interpreter/moon-eurasia-opening-north-korea-serving-seoul-interests (дата обращения: 07.11.2021).

122

Экономика

S. Korea to Actively Pursue New Northern Policy//KBS. 20.01.2020. URL:https:// world.kbs.co.kr/service/news_view.htm?lang=e&Seq_Code=150764 (дата обращения: 07.11.2021).

Snyder, Scott A. South Korea at the Crossroads: Autonomy and Alliance in an Era of Rival Powers. New York.: Columbia University Press, 2018. 355 р.

The Presidential Committee on Northern Economic Cooperation. URL: https:// www.bukbang.go.kr/bukbang_en/ (дата обращения: 05.11.2021).

UNCTADStat. URL: https://unctadstat.unctad.org/EN/ (дата обращения: 07.11.2021).

References

Calder, Kent E.; Kim, Viktoriya (2008). Korea, the United States, and Central Asia: far-flung partners in a globalising world. Korea Economic Institute. Academic Paper Series. Vol.3, No. 9. URL: https://keia.org/wp-content/uploads/2020/05/APS-CalderKim.pdf (accessed: November 5, 2021).

Fumagalli, Matteo (2016). Growing inter-Asian connections: Links, rivalries, and challenges in South Korean—Central Asian relations. Journal of Eurasian Studies. No. 7: 39—48.

Hwang, Balbina (2012). A New Horizon in South Korea-Central Asia Relations: The ROK Joins the "Great Game". Korea Economic Institute. URL: http://keia.org/sites/ default/files/publications/kei_koreacompass_template_balbinahwang.pdf (accessed: August 22, 2021).

Kim, Taehwan. (2015). Beyond Geopolitics: South Korea's Eurasia Initiative as a New Nordpolitik. The Asan Forum, Open Forum. URL: http://www.theasanforum.org/ beyond-geopolitics-south-koreas-eurasia-initiative-as-a-new-nordpolitik/#5 (accessed: November 5, 2021).

Pardo, Ramon Pacheco (2018). Moon's Eurasia: opening up North Korea, serving Seoul's interests. The Lowy Institute. The Interpreter. URL: https://www.lowyinstitute. org/the-interpreter/moon-eurasia-opening-north-korea-serving-seoul-interests (accessed: November 7, 2021).

S. Korea to Actively Pursue New Northern Policy. KBS. 20.01.2020. URL: https:// world.kbs.co.kr/service/news_view.htm?lang=e&Seq_Code=150764 (accessed: November 7, 2021).

Sekretariat Foruma Sotrudnichestva "Central'naya Asia — Respublika Koreya" [Secretariat of the "Central Asia — Republic of Korea" Cooperation Forum]. URL: https://www.centralasia-korea.org/

Snyder, Scott A. (2018). South Korea at the Crossroads: Autonomy and Alliance in an Era of Rival Powers. New York.: Columbia University Press, 355 p.

The Presidential Committee on Northern Economic Cooperation. URL: https:// www.bukbang.go.kr/bukbang_en/ (accessed: November 5, 2021).

UNCTADStat. URL: https://unctadstat.unctad.org/EN/ (accessed: November 7, 2021).