Церковь и государство в экклезиологии Исаака Томаса Хекера

Вестник ПСТГУ

II: История. История Русской Православной Церкви.

2012. Вып. 1 (44). С. 88-108

Церковь и государство в экклезиологии Исаака Томаса Хекера

В. А. Мякшин

Статья посвящена экклезиологическому учению Исаака Томаса Хекера (1819—1888), одного из наиболее влиятельных американских католических мыслителей XIX столетия. Рассмотрено учение Хекера о соотношении духовной и светской власти и его видение путей развития католичества в условиях американской демократии. Особое внимание уделяется сравнению взглядов Хекера и взглядов современных ему представителей американской и европейской католической мысли.

На протяжении длительной истории американского католичества ни одна из проблем не вызывала столь значительного интереса и столь бурного обсуждения, как проблема взаимоотношений Церкви и государства1. Актуальность проблемы была обусловлена тем, что американская модель взаимодействия Церкви со светской властью во многом не вписывалась в рамки церковно-государственных отношений, сложившихся на территории Европы. С середины XIX по середину XX в. со стороны официального Ватикана неоднократно звучали опасения в отношении путей развития католичества в рамках американского государства2.

К обоснованию модели существования Церкви в условиях светской власти, гарантирующей религиозную свободу всем христианским деноминациям, обращались многие американские церковные деятели той эпохи. Проблема церковно-государственных отношений занимает важное место и в экклезиологии Исаака Томаса Хекера (1819-1888), основателя миссионерского Ордена Пау-листов и одного из наиболее значимых американских религиозных мыслителей XIX столетия3. В русскоязычной исторической науке наследие Хекера все еще остается неизученным, вследствие чего обращение к отдельным составляющим его экклезиологии представляется особенно актуальным.

В основании восприятия Хекером сложившихся на территории США церковно-государственных отношений лежит представление о том, что от-

1 Documents of American Catholic History / ed. J. T Ellis. Milwaukee, 19622. P. 457.

2 О проблемах отношений Католической Церкви на территории США и официального Ватикана в Х1Х — первой пол. ХХ в. см.: Fogarty G. P The Holy See, Apostolic Delegates, and the Question of Church-State Relations in the United States // U.S. Catholic Historian. 1994. Vol. 12. № 2. The Apostolic Delegation / Nunciature 1893-1993. P. 69-89.

3 Portier W L. Providential Nation: An Historical-Theological Study of Isaac Hecker’s Americanism. Ph. D. Thesis. Toronto: University of St. Michael’s College, 1980. Р. 15.

крытие североамериканского континента по существу было «религиозной инициативой»4. Ведь главная движущая сила, побуждавшая испанского мореплавателя Христофора Колумба к многочисленным путешествиям, была религиозной. Открывая Америку, Колумб был преисполнен желанием сообщить обитателям нового континента «благословения христианской веры». Именно благодаря тому, что он и его сподвижники были охвачены этой идеей, мир и узнал о существовании Нового Света5. Главными же результатами открытия Америки и ее последующей христианизации стали «возвышение индейцев до высот христианской веры» и предоставление убежища всем тем, кто в других странах преследовался за религиозные убеждения6.

Придавая большое значение религиозной терпимости, Хекер считает изначальным местом распространения в Америке идей толерантности колонию Мэриленд, созданную в 1632 г. католиком лордом Сесилом Балтимором. Заслугу лорда Балтимора и первых английских католических колонизаторов Хекер усматривает в гарантировании в штате Мэриленд всем христианским деноминациям религиозного равноправия и одинаковых гражданских прав и привилегий. При этом религиозная ситуация в Мэриленде противопоставляется ситуации в других поселениях колонистов с преобладанием протестантского населения, где протестантские церкви опирались на финансовую поддержку со стороны государства и где протестантское большинство практиковало религиозную нетерпимость. В Мэриленде Церковь существовала независимо от светской власти, которая не вмешивалась в церковные дела7. Таким образом, по мысли Хекера, католические англо-американцы первыми на территории США явили пример религиозной терпимости — пример, оказавший решающее влияние на формирование Американской республики и ее «свободных институтов». В основании «американских свобод» лежит принцип невмешательства государства в дела религиозных организаций — принцип, разделяемый и всеми американскими ка-толиками8. Первых католических колонистов — веротерпимых и толерантных — Хекер противопоставляет первым колонистам-пуританам, утверждавшим «абсолютную греховность» человеческой природы и утрату человеком «свободы воли». По его мнению, религиозные убеждения пуритан не могли стать в Новом Свете источником «веротерпимости или политической свободы»9.

4 Hecker I. T. The Catholic Church in the United States // The Catholic World. 1879. Vol. 29. P. 433-456. P. 433.

5 Ibid.

6 По мнению Хекера, католическая миссия, осуществлявшаяся ревностными проповедниками среди индейского населения, могла бы оказаться гораздо более эффективной, если бы не бесчеловечная политика колонизаторов, направленная на истребление индейцев, которая во многом нивелировала усилия католических миссионеров по их христианизации. Тем не менее Хекер указывает на определенные достижения миссии Церкви среди коренного населения. Так, он приводит статистику Бюро по делам индейцев, согласно которой в 1875 г. из 279 333 индейцев, проживавших на территории США, 106 000 являлись католиками. Хекер был убежден в том, что Католическая Церковь Америки не может игнорировать интересы столь значимой своей составляющей (Ibid. P. 433-434).

7 Ibid. P. 434.

8 Ibid.

9 Ibid. P. 439.

Наряду с английской иммиграцией Хекер указывает на рост Католической Церкви США на протяжении ХУ111—Х1Х вв. за счет французской, ирландской и немецкой иммиграции, испано-американского и «цветного» населения. Особо отмечается значение немецких католиков как «самых преданных, искренних и религиозно образованных» членов Церкви10. Именно в иммиграции Хекер усматривает первую — демографическую — причину роста Католической Церкви США, полагая, что структура Церкви и ее благополучное существование в Американской республике в первую очередь определяются этническим разнообразием церковного организма11. Более того, Хекер убежден в том, что этническое разнообразие американского католичества способно оказать заметное влияние и на католичество во всем мире. Ведь многочисленные проживающие на территории США расы, объединяющие воедино представителей самых цивилизованных народов мира с их способностями и возможностями, могут стать «промыс-лительным средством» стремительного распространения по всему миру света веры12.

Вторая причина роста католичества в стране — нравственная. Отмечая увеличение благосостояния Католической Церкви США — более стремительное, чем у самой Американской республики, — Хекер усматривает главную его причину в том, что материальная поддержка Церкви опирается на «благочестие» ее членов и присущую им «щедрость», свидетельствующую об «искренности» их веры13.

Наконец, третья, и, пожалуй, главная причина роста Католической Церкви в США — политическая. Благополучное существование Церкви в Американской республике объясняется также и тем, что установившаяся в США республиканская форма правления является порождением накопленных на протяжении столетий политической мудрости и опыта, предполагающих признание естественных прав человека и веру в присущую ему врожденную способность к самоуправлению14. Хекер отмечает, что, в отличие от США, эти положения так

10 Такое отношение к немецким иммигрантам неудивительно, так как Хекер сам был их потомком (Ibid. P. 436).

11 Ibid. P. 438, 449. В ХК в. иммиграция — в первую очередь из стран Европы — стала ключевым фактором стремительного роста Католической Церкви на территории США. В период с 1820 по 1910 г. в США иммигрировало 25 421 929 европейцев. Значительную часть из них составляли немцы (5 351 746) и ирландцы (4 212 169). Статистические сведения приводятся по: Reports of the Immigration Commission. Vol. I. Abstracts of Reports of the Immigration Commission. Washington, 1911. P. 65.

12 Hecker I. T. An Exposition of the Church in View of Recent Difficulties and Controversies and the Present Needs of the Age // The Catholic World. 1875. Vol. 21. P. 138.

13 Hecker. The Catholic Church in the United States... P. 452. В XIX в. в США получают широкое распространение католическая благотворительность и меценатство. Одним из наиболее известных католических благотворителей того времени был мэр города Сент-Луис Брайан Мюлэнфи (1809-1851). Мюлэнфи оказывал всестороннюю финансовую поддержку прибывавшим в США ирландским иммигрантам. В 1845 г. он организовал в Сент-Луисе первую американскую конференцию Общества святого Викентия де Поля — католического движения мирян, занимавшегося благотворительной деятельностью (см.: Abell A. I. American Catholicism and Social Action: A Search for Social Justice, 1865-1950. N. Y., 1960. P. 22-23).

14 Hecker. The Catholic Church in the United States. P. 438.

и не нашли выражения в рамках политических систем, преобладающих на территории Европы15. Основные положения провозглашенной в 1776 г. Декларации независимости США — о том, что «все люди сотворены равными», что все они «одарены своим Создателем некоторыми неотъемлемыми правами», к числу которых относятся «жизнь, свобода и стремление к счастью», что «для обеспечения этих прав среди людей учреждены правительства, заимствующие свою справедливую власть из согласия управляемых»16, — Хекер называет «божественными», «основополагающими» утверждениями, «практическими истинами», основывающимися на разуме и откровении17.

Положения Декларации независимости являются «божественными», поскольку они провозглашают права Творца по отношению к Своему творению; они являются «основополагающими», поскольку без утверждаемых ими естественных прав человек перестает быть человеком, превращаясь в раба или невольника; наконец, они раскрываются как «практические», вследствие того, что человек, подвластный своему Творцу, становится хозяином собственной судьбы, свободным от всякой власти, не основанной на божественном праве18. Создатель наделил человека этими правами для того, чтобы он смог надлежащим образом исполнить лишь одному ему вверенные обязанности, главная из которых — «освящение всего мира»19. Соответственно, всякий нарушающий или отвергающий принадлежащие человеку «неотъемлемые права» оскорбляет Бога, становится тираном и врагом человечества20.

Таким образом, главное достоинство установившегося в США республиканского государственного строя Хекер усматривает в том, что, никак не дополняя естественные права человека, республиканское государство их более четко выражает и более эффективно оберегает. Благодаря этому человек, подчиняющийся американским государственным институтам, обладает большей — по сравнению с гражданами других государств — свободой в исполнении своего подлинного предназначения21.

Отстаивая права и свободы человека, Хекер, тем не менее, указывает на недопустимость чрезмерного индивидуализма в церковной и общественной деятельности католиков. По его словам, «хотя в политическом отношении излишняя централизация губительна для свободы, чрезмерный индивидуализм также пагубен, поскольку предполагает слишком большую ответственность»22. Именно поэтому Хекер был горячим сторонником созыва в США Католического Кон-

15 Hecker. The Catholic Church in the United States. P. 438.

16 The Declaration of Independence, 1776. Literal Print. Washington: Department of State, 1911. P. 3.

17 Hecker. The Catholic Church in the United States. P. 438.

18 Ibid.

19 Hecker I. T. The Spiritual World and the Rule of Faith // idem. The Church and the Age. N. Y., 1887. P. 278.

20 Hecker. The Catholic Church in the United States. P. 438—439.

21 Ibid. P. 439.

22 Hecker I. T. Shall We Have a Catholic Congress? // The Catholic World. 1868. Vol. 8. P. 228.

гресса для разрешения насущных проблем церковной жизни, таких, например, как доступность для верующих католического образования23.

Отмечая достоинства американской демократии, Хекер противопоставляет ее в первую очередь не Европе в целом, но европейским протестантским государствам. В 1879 г. Хекер указывал, что нигде, где протестантизм был преобладающей формой религии, он не смог стать основанием республиканской формы правления, вследствие чего в XIX в. ни в одной протестантской стране республика так и не была создана24. Таким образом, в экклезиологии Хекера понятие «республика» раскрывается в апологетическом контексте, противопоставляется протестантским государствам и может существовать лишь в органическом единстве с Католической Церковью.

Хекер утверждает, что возникновение всех республик, относящихся к христианской эпохе, обусловлено влиянием Католической Церкви и ее членов. В качестве примеров он указывает на Республики Сан-Марино и Андорру, Швейцарскую Республику, государства, сложившиеся в результате национальноосвободительной борьбы или революций в Южной Америке, Венецианскую, Генуэзскую, Флорентийскую и другие республики, в течение длительного времени существовавшие на территории Италии, свободные города Германии25. По словам Хекера, еще задолго до Реформации католические государства Италии достигли таких богатства, славы и могущества, которых с тех пор не смогло достичь ни одно протестантское государство26. Возникновение республик «на католической почве», по его мнению, свидетельствует о том, что Католическая Церковь и республиканская форма правления «имеют общие корни»27.

В целом же, несмотря на отдельные положительные примеры католических республик, Хекер полагает, что Европа, под влиянием «религиозной революции шестнадцатого столетия» повернувшаяся спиной к католичеству, двигается по нисходящей по направлению к «смерти». Американская же республика, утверждая естественные права человека, начала восемнадцатое столетие с лицом, обращенным к католичеству и, соответственно, все далее и далее следует «дорогой жизни» по направлению к Богу. Здесь Хекер указывает на Декларацию независимости как на поворотный пункт истории, когда происходит переход от «отрицания» истины к ее «утверждению». Ведь «высшее значение» документа состоит в том, что в его свете демократия предстает не в качестве «нисходящего», но в качестве «восходящего» движения, «по-новому» направляющего человеческое общество на путь исполнения им своего «божественного предназначения»28. При этом Хекер не мыслит Декларацию независимости в отрыве от многовековой традиции католичества. По его словам, за двенадцать столетий до составления документа Григорий Великий «провозгласил нашу основополагающую политическую истину: Omnes sunt pares»29.

23 HeckerI. T. Shall We Have a Catholic Congress? Р. 224-225, 227.

24 Hecker. The Catholic Church in the United States. P. 440.

25 Ibid. P. 445; Hecker I. T. The Churchman // The Catholic World. 1886. Vol. 42. Р. 833.

26 Hecker. An Exposition of the Church in View of Recent Difficulties. P. 121.

27 Hecker. The Catholic Church in the United States. P. 445.

28 Ibid. P. 454.

29 Лат.: «Все равны». Hecker. The Churchman. Р. 834.

В «восходящем» движении на пути к своему «божественному предназначению» католики-демократы не нуждаются ни в «имперских или царских идеях Старого Света» — для обоснования своей духовности; ни в «анархических идеях» — для обоснования своих гражданских свобод. Не стремятся они и к навязыванию другим народам разделяемых ими «американских идей»30. Миссия американского католика не предполагает насаждения в других странах формы правления своего государства. От братьев католиков в Старом Свете католик-американец хочет лишь одного — «чтобы его правильно поняли»31.

С сожалением Хекер отмечает, что подобного взаимопонимания католическому миру и не хватает, поскольку католики в Европе не хотят понимать своих американских братьев. По его мнению, главная беда европейцев состоит в том, что они не могут или не хотят постичь подлинную сущность американской системы правления, которая сводится к признанию светской властью «своей некомпетентности в делах духовных»32. Согласно Хекеру, именно восприятие раздельного существования Церкви и государства — когда каждый из двух институтов обладает «полной независимостью»33 — является камнем преткновения в отношениях европейских и американских католиков: «Здесь, в Америке, когда Церковь и государство соприкасаются, государство говорит: “Я некомпетентно в религиозных делах. Я предоставляю религии полную свободу”. Вот, что я здесь имел в виду под разделением Церкви и государства, и это именно то, чего европейцы не могут или не хотят понимать»34. По словам Хекера, европейцы обвиняют католиков США в том, что они разделяют теорию государства, игнорирующую нравственные предписания естественного права и Евангелия, однако это утверждение не соответствует, да и никогда не соответствовало действительности. Это «ложное видение американского государства»; ведь оно с пониманием относится к восприятию католиками «дел церковных» в качестве «органического воплощения христианства в символах веры Церкви, ее иерархии и организации», отказывая себе в праве на вмешательство в эти дела35.

В целом же, по мнению Хекера, история неопровержимо свидетельствует о том, что «Церковь гораздо лучше может существовать независимо от государства, чем государство — независимо от Церкви»36. Наиболее ярким примером успешного независимого от государства существования Церкви Хекер считает «процветающую» на территории США Католическую Церквь, которая в течение целого столетия весьма успешно развивалась без какого бы то ни было покровительства со стороны государства. Хекер выражает надежду на то, что и по всей Европе, так же как и в США, католичество обретет свободу в «проповедании своей святой веры и исполнении своей спасительной дисциплины»37.

30 Hecker I. T. Cardinal Gibbons and American Institutions // The Catholic World. 1887. Vol. 45. Р. 334-335.

31 Ibid. Р. 335.

32 Ibid. Р. 336.

33 Hecker. The Churchman. Р. 835.

34 Hecker. Cardinal Gibbons and American Institutions. Р. 336-337.

35 Ibid. Р. 337.

36 Hecker I. T. The German Problem // The Catholic World. 1881. Vol. 34. Р. 296.

37 Ibid.

Обосновывая необходимость независимого существования Церкви и государства, Xекер в то же время не просто указывает на «общие корни» католичества и республики, но и подчеркивает наличие необходимой взаимосвязи между истинами Декларации независимости и богооткровенными истинами христианства. По его словам, представленные в декларации «истины естественного порядка» (“truths of the natural order”) являются «необходимыми основаниями» богооткровенных вероучительных истин — вследствие того, что «действие разума предшествует вере»38. Свет разума является «светом Божиим» в душе человека — Бог освещает человека, наделяя его естественными правами; соответственно, и религия, не признающая значения человеческого разума и не отстаивающая естественные права человека, не имеет основания39. Именно поэтому католики США выступают за гражданские права, оказывая всяческую поддержку государственным институтам и положениям Декларации независимости. Ведь в этом документе американский народ недвусмысленно выразил убежденность в ценности человеческой природы, торжественно признал верность человеческому разуму, воздвигнул устойчивое основание своего правительства и «открыл дверь, ведущую непосредственно к истине»40.

При этом Xекер утверждает, что представленные в декларации истины и права не были впервые явлены миру 4 июля 1776 г. — в день принятия документа Континентальным конгрессом. Сопровождая человека на всех этапах его исторического развития, они присутствуют в традициях всех цивилизованных народов — раскрываются «не как безжизненные абстракции, но как живые истины», проявляясь в той или иной степени «во всех политических формах правления, в их институтах и законах»41.

Xарактеризуя отдельные положения Декларации независимости в качестве «божественных» и «основополагающих», Xекер называет Войну за независимость США (1775—1783) борьбой «за священные права и свободы человека», благодаря победе в которой была основана республика, остающаяся «неизменной и непреложной»42. Далеко не последнюю роль в этой борьбе сыграла и Католическая Церковь, на протяжении всей своей истории сражавшаяся за права и свободы человека, «составляющие величайшую славу Американской республики»43. Именно поэтому наряду с выдающимися политическими деятелями США, такими, как, например, Бенджамин Франклин, американский кардинал обладает правом — «если не официальным, то по крайней мере моральным» — представлять Америку перед лицом европейских монархов44. В качестве американского представителя кардинала везде встретят благосклонно — в Риме, Париже, Мадриде, Берлине или Лондоне, ведь он обладает высоким церковным положением, позволяющим ему выступать в Европе в качестве «высокопостав-

38 Hecker. The Catholic Church in the United States. P. 443.

39 Ibid. P. 443-444.

40 Ibid. P. 444.

41 Ibid.

42 Ibid.

43 Ibid.

44 Hecker. Cardinal Gibbons and American Institutions. P. 332.

ленного представителя» не только от лица Церкви, но и от лица Америки как государства45.

Оптимистические заявления относительно благожелательного приема представителя Католической Церкви США европейскими монархами Хекер делает по итогам состоявшегося 25 марта 1887 г. выступления в Риме самого влиятельного американского католического иерарха той эпохи, архиепископа Балтимора кардинала Джеймса Гиббонса46 по случаю дарования ему титулярной церкви Святой Марии в Траставере47. Выступая перед лицом представителей европейского католичества, кардинал Гиббонс высказывал суждения, созвучные взглядам самого Хекера. В частности, он утверждал, что является гражданином страны, в которой гражданская власть «защищает» католиков, при этом «не препятствуя законному осуществлению» возложенной на них высшей миссии «служителей Евангелия Христова»48. В целом выступление кардинала Гиббонса в Риме представляется важным событием американской церковной истории по двум причинам. Во-первых, впервые в Риме была озвучена позиция Католической Церкви США по поводу соотношения духовной и светской власти — кардинал Гиббонс открыто выступил за отделение Церкви от государства. Во-вторых, выступление состоялось в период резкого обострения отношений Католической Церкви с враждебно настроенными по отношению к ней правительствами Германии, Италии и Франции, т. е. правительствами стран, в которых существовала длительная традиция союза Церкви и государства49. Как Хекер, так и современные ему американские католики придавали огромное значение выступлению кардинала Гиббонса в Риме — об этом свидетельствуют следующие слова Хекера: «Американцы поблагодарят его (кардинала Гиббонса. — В. М.) за это и признают в качестве своего представителя, поскольку ему подобает — вследствие его истинно американского духа — выступать от нашего лица пред лицом народов и властей Старого Света»50. Высоко оценивая ораторские способности Гиббонса, отмечая его умение выражать «американскую идею» доступным любому слушателю языком и указывая на него не только как на представителя Церкви, но и как на «представителя Американской Республики», Хекер утверждает следующее: «Американцы не хотят, чтобы папа, представляя всю Христианскую Церковь во главе самого величественного собрания в мире, выступал бы, отстаивая интересы империй, монархий или республик: этого мы не хотим. Мы лишь хотим, чтобы американский кардинал... смело отстаивал бы свои убеждения здесь и где

45 Hecker. Cardinal Gibbons and American Institutions. Р. 332.

46 Кардинал Джеймс Гиббонс (1834-1921) — в 1877-1921 гг. архиепископ диоцеза Балтимора, главного диоцеза Католической Церкви США. Председательствовал на Третьем Пленарном Синоде в Балтиморе (1884). До создания в 1893 г. в США папской нунциатуры был главным представителем Католической Церкви США перед лицом Ватикана. Сыграл важную роль в становлении Католического университета Америки (см.: Ellis J. T. Gibbons, James // New Catholic Encyclopedia. Vol. 6. Washington, 1967. P. 466-468).

47 Gibbons J. The Roman Sermon of the American Cardinal on Church and State in the United States, March 25, 1887 // Documents of American Catholic History. P. 457-459.

48 Ibid. P. 458.

49 Documents of American Catholic History. Р. 457.

50 Hecker I. T. Cardinal Gibbons and American Institutions. Р. 331

бы то ни было еще — только так должен вести себя кардинал, представляющий американскую республику»51.

Именно близостью республиканских идей католическим убеждениям Хекер объясняет поведение католиков, которые первыми среди колонистов провозгласили религиозную свободу и проявили себя настоящими патриотами в Войне за независимость. Ведь лишь Католическая Церковь способна предоставить правам человека и ориентированным на них государствам «интеллектуальное основание». По словам Хекера, «то, во что католик верует в качестве члена Католической Церкви, он верует и как гражданин республики»; соответственно, религия католика «освящает его политические убеждения», а это освящение, в свою очередь, «наделяет двойной силой его патриотизм» — как по отношению к государству, так и по отношению к Церкви52. По мнению Хекера, из всех католиков именно католические граждане Американской республики обладают самой искренней верой, наиболее лояльны по отношению к церковной власти, проявляют наибольшую щедрость, оказывая ей поддержку53, и вообще являются «самыми разумными», «самыми практикующими» и «наиболее преданными» членами Церкви. Кроме того, из всех жителей республики именно католики представляются «самыми патриотичными» и в целом «самыми лучшими» гражданами54. Верующие США являются видимым свидетельством того факта, что «католичество в религии одобряет республиканизм в политике», и что, наоборот, «республиканизм в политике приветствует католичество в религии». Лишь Католическая Церковь может даровать человеку убеждения, позволяющие ему «органично согласовывать республиканизм и христианство». Соответственно, католические убеждения делают гражданина Американской республики более лояльным по отношению к государству, равно как и лояльность по отношению к государству делает католика лучше55.

Подобно тому как естественное и сверхъестественное проистекают из одного и того же «божественного источника», республика и Католическая Церковь не должны вступать в противоречие, поддерживая и взаимно дополняя друг друга56. Ведь основополагающие законы республики, равно как и вероучительные истины Церкви, основаны на «разуме и богооткровенной истине»57. При этом соотношение церковного и государственного институтов оказывается столь «глубин-

51 Hecker I. T. Cardinal Gibbons and American Institutions. Р. 331—332, 335. Делая в 1887 г. эти заявления, Xекер конечно же не стремился к противопоставлению папства и Американской республики. В том же году он указывал, что, «поскольку папство является вселенским институтом, папа не чужд ни одной стране и не противостоит ни одной из законных форм правления, являясь немцем для немцев и американцем для американцев, монархистом для монархий и республиканцем для республик» (Hecker I. T. Leo XIII II The Catholic World. 1887. Vol. 46. Р. 291).

52 Hecker. The Catholic Church in the United States. P. 445—446.

53 Ibid. P. 448.

54 Hecker. An Exposition of the Church in View of Recent Difficulties. P. 136.

55 Hecker. The Catholic Church in the United States. P. 448.

56 Ibid.

57 Ibid. P. 455.

ным», что любой удар по Церкви неминуемо приведет к равнозначному удару и по самому государству58.

Таким образом, Хекер стремится представить облик Церкви, который бы наилучшим образом вписывался в рамки современной ему американской политической действительности59. Он был убежден, что «на смену старому политическому порядку» в мире неуклонно «приходит новый», что новая ситуация потребует существенных изменений в церковной жизни и что Церковь сможет надлежащим образом ответить на нужды современной эпохи лишь в том случае, если она окажется в состоянии приспособиться к достижениям современной цивилизации60. Такое видение Церкви было характерно не только для Хекера, но и для многих современных ему представителей американского духовенства (архиепископы Джон Айрленд61 и Джон Джозеф Кин62, епископ Джон Ланкастер Сполдинг63, священник Вальтер Эллиотт64 и др.).

Всячески подчеркивая взаимосвязь Церкви и Американской республики, Хекер, тем не менее, последовательно выступает за отделение Церкви от государства и, соответственно, не считает, что образование должно входить в прерогативу государственной власти. Государство не должно учить и образовывать детей, поскольку это «скорее родительская, а не государственная обязанность»65. Более того, Хекер утверждает, что приписывание этой функции государству есть «антиамериканское» деяние, ведь «гений» американской политической системы предполагает невмешательство государства в дела, которые могут быть успешно осуществлены усилиями негосударственных добровольных объединений граждан. По словам Хекера, под маской «светского» образования скрывается образование «атеистическое», оставляющее тысячи детей в состоянии невежества, оскорбляющее религиозные убеждения значительной части граждан республики и посягающее на священные права родителей66. Получившую распространение в США систему муниципальных школ он характеризует как искусную уловку,

58 Hecker. The Catholic Church in the United States... P. 446.

59 Reher M. M. Pope Leo XIII and “Americanism” // Theological Studies. 1973. Vol. 34, № 4. P. 679-680.

60 Ibid. Р. 680.

61 В труде «Церковь и современное общество» Айрленд неоднократно обращался к обоснованию «естественного союза между Церковью и дарующими свободу демократическими институтами Америки» (Ireland J. The Church and Modern Society. Lectures and Addresses. St. Paul, 1905. Vol. I. P. 128).

62 Понятию «демократия» Кин придавал экклезиологическое значение, понимая под ним объединение христиан в братское единство (см.: Keane J. J. Onward and Upward: A Year Book Compiled from the Discourses of Archbishop Keane, by M. F. Egan. N. Y., 1902. P. 251).

63 Сполдинг характеризовал «великий основополагающий принцип демократии — о том, что все люди братья и обладают равными правами, и что Бог дарует душе свободу» в качестве «истины, явленной Христом» и «провозглашенной Церковью» (см.: Spalding J. L. University Education // Spalding J. L. Education and the Higher Life. Chicago, 1900. P. 179).

64 Американское католичество Эллиотт называл «порождением» американских ценностей, таких как «свобода» и «разум» (см.: Elliott W. Our Centenary: A Glance into the Future // The Catholic World. 1889. Vol. 50. P. 239-249).

65 Hecker. The Catholic Church in the United States... P. 446.

66 Ibid. P. 446-447.

цель которой двоякая: во-первых, обложить граждан несправедливым и обременительным налогом по ее содержанию, во-вторых, навязать американской молодежи атеистическую идеологию, враждебную как по отношению к католичеству, так и по отношению к любой другой религии67. Именно поэтому Хекер всесторонне поддерживает стремление католиков к обучению своих детей в католических, а не в государственных школах68.

Отстаивая право католического населения США на собственную систему школьного образования, Хекер исходит из представления о том, что главная задача любой законной формы правления состоит в гарантировании человеку его естественных прав. Ведь Бог сотворил всех людей равными, и именно люди, подвластные Богу и объединенные в политическое целое, являются источником верховной политической власти в гражданском государстве69. Соответственно, и будущее США, в согласии с волей Божией, принадлежит той религии, которая окажется в состоянии привести американский народ к единению в вере — подобно тому, как он уже един в политическом отношении70.

В представлении Хекера христианизация американского общества невозможна без активной деятельности членов Церкви в рамках сложившихся в США общественных институтов. Так, в 1868 г. Хекер призывал современных ему католиков к организации в США Католического Конгресса — для обсуждения стоящих перед Церковью насущных проблем и путей их разрешения71. К числу неотложных он, в частности, относил следующие вопросы: доступности для католиков школьного и университетского образования, католических печатных периодических изданий; создания исправительных учреждений для малолетних правонарушителей; окормления верующих, пребывающих в тюремном заключении72.

В целом же «великая деятельность по обращению всех Соединенных Штатов в католичество» потребует от католиков активной жизненной позиции и серьезных усилий. По словам Хекера, «пусть положения католического вероучения распространятся по кровеносным сосудам общества не только посредством проповеди в наших церквах, но и посредством распространения католических трактатов, книг и газет в городе, в сельской местности, на фабрике, даже в тюрьме и в исправительном учреждении»73. Он был убежден в том, что для осуществления всего этого в американском государстве созданы все необходимые условия74. При этом Хекер считал возможным обращение в католичество не только США,

67 Hecker. The Catholic Church in the United States... P. 447.

68 Ibid. P. 446.

69 Ibid. P. 443.

70 Ibid. P. 452.

71 Hecker. Shall We Have a Catholic Congress.

72 Ibid. Р. 224-228.

73 Ibid. Р. 228.

74 Убежденность Хекера в необходимости активных усилий со стороны католиков, направленных на обращение в католическую веру некатолического населения Америки, разделяли и многие современные ему американские иерархи, в частности архиепископ Джон Айрленд. В своем главном экклезиологическом труде «Церковь и современное общество» Айрленд неоднократно указывал на необходимость обращения в католичество своих соотечественников (см.: Ireland J. The Church and Modern Society. Vol. I. P. 74-80, 98-99, 386; Vol. II. P. 234-238, 276).

но и всего мира — об этом свидетельствуют следующие его слова: «Предоставьте Католической Церкви равные права и равноправные условия, и она снова завоюет Европу, а вместе с Европой и мир»75.

Признавая наличие тесного соотношения и взаимовлияния между истинами католического вероучения и идеалами республиканской формы правления, Хекер в то же время отвергает возможность утраты католичеством — под воздействием республиканизма — влияния на своих членов76. Наоборот, он убежден в том, что приверженность католиков демократическим идеалам приведет к увеличению их численности на территории США77. Ведь и католичество, и республиканизм разделяют общие ценности, такие, как, например, представление о человеческом достоинстве и свободе личности78. Как католичество, так и Американская республика стремятся привить человеку одни и те же качества. Институты американского государства ориентируют свою деятельность на развитие в человеке «личной независимости» и «любви к свободе». К наделению верующего точно такими же качествами стремится и христианство — пример этому Хекер усматривает в подвиге мучеников, принимавших смерть за противопоставление «собственных убеждений декретам императоров»79. Подобным образом и в основании «мирных триумфов католической добродетели» лежит стремление верующих «служить одному Богу в подлинной свободе духа» — как в качестве отшельников в пустынях или бенедиктинцев в аббатствах, так и в качестве членов различных более поздних орденов и объединений. Любой освященный Церковью путь служения Богу предлагает душе человека органичное сочетание «мира и свободы», позволяющее как самому человеку, так и его ближнему достигнуть «освящения»80. Современных ему католиков Хекер призывает стяжать «дух древних мучеников» через стяжание «духа независимости и личного убеждения»81.

Не исключая вероятности того, что в будущем демократия станет все сильнее определять в мире государственные и общественные дела, Хекер указывает на необходимость наличия на земле глобальной силы, способной направлять демократию в правильном в нравственном отношении направлении82. Такой силой не сможет стать никакая «раскольническая форма христианства» — ведь, становясь «раскольником», человек отдаляет себя от «вселенской истины».

75 Hecker. An Exposition of the Church in View of Recent Difficulties. P. 136. Будучи убежденным в возможности распространения католичества по всему миру, Хекер высказывал такую убежденность и в отношении Российской империи (см.: Hecker I. T. The Future Triumph of the Church // Sermons Delivered During the Second Plenary Council of Baltimore, October, 1866, and Pastoral Letter of the Hierarchy of the United States. Baltimore, 1866. Р. 79-80).

76 Hecker. The Catholic Church in the United States. P. 452.

77 Hecker. Cardinal Gibbons and American Institutions. Р. 333. По мнению Хекера, не демократия угрожает Католической Церкви, но ереси и расколы, ложные философия, наука и искусство, коварная дипломатия, атеизм и неверие, деятельность различных тайных обществ (см.: Hecker. An Exposition of the Church in View of Recent Difficulties. P. 117).

78 Hecker. The Catholic Church in the United States. P. 454.

79 Hecker. Cardinal Gibbons and American Institutions. Р. 334.

80 Ibid.

81 Ibid.

82 Ibid. Р. 337.

Лишь «вселенские положения разума и откровения», раскрываемые в рамках такой «органической всемирной силы», как Католическая Церковь, могут должным образом управлять неспокойными человеческими массами при переходе от одной фазы цивилизационного развития к другой. Только Церковь как сила, сумевшая цивилизовать «варварских предков цивилизованного мира», способна явить «крещеной демократии (“baptized democracy”) нашего времени» ее истинное предназначение83. Ведь исключительно под руководством Церкви смог состояться переход от феодализма к современному гражданскому обществу — переход «безболезненный, мирный и полезный для всех классов общества, им затронутых». В отсутствие же этого руководства общество обречено на постоянные метания «от деспотизма к анархии и от анархии к деспотизму»84.

В целом, как и прочие составляющие экклезиологии Хекера, его учение о соотношении духовной и светской власти раскрывается в первую очередь в апологетическом контексте — в данном случае в контексте полемики с представителями Епископальной Церкви США. В редакторской колонке епископального периодического издания «Верующий» (“The Churchman”) от 16 января 1886 г. о католическом восприятии церковно-государственных отношений было написано следующее: «C момента опубликования “Силлабуса” Пия IX85 совершенно очевидно, что ни один благочестивый католик не согласится на абсолютную верность государству США. Ведь ни один человек не сможет, с одной стороны, признавать решения папы верховными и нереформируемыми во всем, относящемся к вере и нравственности, и в то же время оказывать всецелое подчинение какому бы то ни было государству»86.

Обличение американских католиков в неспособности к верности государственному строю США вызвало незамедлительную реакцию со стороны Хекера и было охарактеризовано им как «оскорбительный выпад и ложное обвинение»87. По словам Хекера, хотя католическая религия и «способна даровать человеку спасение при любой гражданской власти», она обретает свой «подлинный дом» лишь среди людей, свободных в политическом отношении. Только свободные люди могут в полной мере воспринять предлагаемую Церковью духовную поддержку — соответственно, сама Католическая Церковь является порождением «гражданской свободы», а провозглашаемые ей истины христианского вероучения не могут противоречить «свободным институтам» американской ре-спублики88. Об этом, по мнению Хекера, свидетельствует и церковная история:

83 Hecker. Cardinal Gibbons and American Institutions. Р. 337. К понятию «крещеная демократия» Хекер обращается несколько раз, понимая под ним «священную Римскую демократию», демократию Священной Римской империи (см.: Hecker. An Exposition of the Church in View of Recent Difficulties. P. 122).

84 Ibid. P. 137.

85 Pius IX. Syllabus of the Principal Errors of Our Time, Which are Censured in the Consistorial Allocutions, Encyclical and Other Apostolic Letters of Our Most Holy Lord, Pope Pius IX // Encyclical Letter Quanta Cura & The Syllabus of Errors of the Supreme Pontiff Pius IX Condemning Current Errors. December 8, 1864. Kansas City: Angelius Press, 1998. P. 16-29.

86 Выдержку из “The Churchman” приводит Хекер (см.: Hecker. The Churchman. Р. 832).

87 Ibid.

88 Ibid.

например, бенедиктинские аббатства — фактически «религиозные республики» — стали прообразом возникших в Средние века «свободных католических государств», в первую очередь католических республик в Италии, за «основание и развитие» которых на протяжении столетий боролось папство89.

«На стороне свободы», т.е. на стороне новой американской демократии, оказалось католичество и в эпоху Американской революции — в отличие от многих представителей Епископальной Церкви, поддержавших английское правительство, враждебное по отношению к колониям США. Вопреки противодействию со стороны Епископальной Церкви, католичество «научило» современные нации быть свободными, утвердив попранные в эпоху Реформации гражданские свободы и деятельно участвуя — силами католических американцев и французов — в освобождении американских колоний90. С самого начала существования молодого государства Церковь активно способствовала его независимости и последующему развитию, ведь «как в основании наших политических институтов, так и в нашей гражданской жизни нет ни одного положения, которое бы вступало в противоречие с христианством в том виде, в котором оно сохранилось в Римско-Католической Церкви»91.

Последовательно отстаивая представление о разделении Церкви и государства, Хекер мыслит церковно-государственные отношения всецело в русле традиции американского католичества XVHI-XIX вв. Ведь со времен первого епископа и архиепископа США Джона Кэрролла и вплоть до настоящего времени «католическая иерархия США неоднократно высказывалась за разделение Церкви и государства в том виде, в котором оно существовало в этой стране с начала Республики»92. За необходимость сохранения политического устройства, предполагающего разделение духовной и светской власти, в США неоднократно выступали старшие современники Хекера: как иерархи Католической Церкви, например архиепископ Фрэнсис Патрик Кенрик93, так и видные католические мыслители, в первую очередь Орест Август Браунсон94. Между экклезиологией Браунсона и Хекера прослеживается целый ряд параллелей, позволяющих говорить о значительном влиянии первого на последнего. В первую очередь влияние Браунсона на Хекера проявляется в связи с восприятием обоими мыслителями церковно-государственных отношений.

89 Hecker. The Churchman... Р. 832-833.

90 Ibid. Р. 834.

91 Ibid. Р. 835. Являясь католическим апологетом, Хекер в то же время был и убежденным экуменистом, выступавшим за тесное взаимодействие католиков и протестантов. Он полагал, что в католическо-протестантских отношениях необходимо акцентировать внимание не на «разногласиях», но на моментах, объединяющих обе христианские традиции. Апологетич-ность Хекера органично вписывалась в рамки современной ему эпохи, в то время как его экуменические убеждения во многом опередили свое время (см.: Hecker I. T. The Things that Make for Unity // The Catholic World. 1888. Vol. 47. Р. 102-103).

92 Documents of American Catholic History. Р. 457.

93 Архиепископ Кенрик указывал на «дружеские отношения» между американским государством, на законодательном уровне гарантирующим отделение Церкви от государства, и Церковью (см.: KenrickF. P. A Vindication of the Catholic Church. Baltimore.1855. P. 226).

94 Значительное внимание церковно-государственным отношениям Браунсон уделил в кн.: Brownson O. A. The American Republic: Its Constitution, Tendencies, and Destiny. N. Y., 1866.

Во-первых, обосновывая отделение Церкви от государства, Браунсон и Xе-кер прибегают к схожей аргументации95.

Во-вторых, выступая за разделение духовной и светской власти, оба мыслителя противопоставляют сложившуюся в США систему церковно-государственных отношений отношениям Церкви и государства на территории Европы. Соответственно, как в экклезиологии Xекера, так и в экклезиологии Браунсона учение о независимом существовании Церкви и государства раскрывается в первую очередь в апологетическом контексте. В то время как Xекер противопоставляет республиканизм европейским протестантским государствам и подчеркивает его связь с американским католичеством, Браунсон прибегает к более всеобъемлющему противопоставлению, указывая, что ни в одной из стран Старого Света, в отличие от США, не сложились нормальные отношения между Церковью и государством96. Кроме того, подобно Xекеру Браунсон сетует на непонимание неамериканцами установившейся на территории США модели церковно-государственных отношений, основанной на идее независимости Церкви от государства97.

В-третьих, и Xекер, и Браунсон воспринимают члена Церкви как служителя одновременно и Церкви, и государства. Утверждение Браунсона о том, что «в качестве служителя государства человек столь же непосредственно служит Богу, как и в качестве служителя Церкви»98, во многом перекликается со взглядами Xекера.

В-четвертых, в представлении обоих мыслителей служение Церкви и государству невозможно при отсутствии у гражданина-католика чувства патриотизма по отношению к обоим институтам. Согласно Xекеру, религия католика наделяет «двойной силой его патриотизм» — как по отношению к Церкви, так и по отношению к государству. Согласно же Браунсону, «смерть на поле боя равноценна смерти за веру»99.

В-пятых, как Xекер, так и Браунсон указывают на тесную взаимосвязь между государственными и христианскими добродетелями. Согласно Xекеру, и Церковь, и государство стремятся к развитию в человеке одних и тех же добродетелей, таких, как, например, «личная независимость» и «любовь к свободе». Согласно же Браунсону, «гражданские добродетели сами по себе являются добродетелями религиозными или, по крайней мере, такими добродетелями, без которых религиозные добродетели невозможны, поскольку ни один человек, не любящий своего соотечественника, не любит или не может любить Бога»100.

Наконец, оба мыслителя указывают на исключительную заслугу Церкви в деле созидания современной цивилизации. Согласно Xекеру, лишь Католиче-

95 Согласно Браунсону, сферы деятельности Церкви и государства — разные; существуя раздельно, ни Церковь «не поглощает» государство, ни государство «не поглощает» Церковь, но оба «имеют божественное происхождение», оба «стремятся к одной и той же цели», и между ними — в случае их правильного восприятия человеком — не возникает «никакого антагонизма или неприязни». При этом Церковь и государство «соработничают, взаимодополняют и помогают друг другу» (Brownson O. A. The American Republic. Р. 127, 417).

96 Ibid. Р. 430.

97 Ibid. Р. 416.

98 Ibid. Р. 127—128.

99 Ibid. Р. 128.

100 Ibid.

ская Церковь способна должным образом управлять человечеством при переходе от одной фазы цивилизационного развития к другой. Согласно же Браунсону, освобождение от последовавшей за гибелью Римской империи эпохи варварства смогло состояться исключительно благодаря «сверхчеловеческому усилию» Церкви, направленному на «спасение душ и возрождение цивилизации»101. Соответственно, и «любая истинная цивилизация, а следовательно, и любая подлинная свобода являются порождениями католичества»102.

Испытав на себе влияние Браунсона, экклезиология Хекера в свою очередь оказала влияние на его младших современников, главным образом на первого ректора Католического университета Америки архиепископа Джона Джозефа Кина. Развивая утверждения Хекера относительно раздельного существования светской и духовной власти, Кин, в частности, указывал, что «физическое разделение Церкви и государства» фактически должно превратиться в их «духовное единство»103. Помимо Кина к обоснованию отделения Церкви от государства во второй половине XIX — начале XX в. обращались и другие младшие современники Хекера, в том числе архиепископ Джон Айрленд104, епископ Джон Ланкастер Сполдинг105 и священник Патрик Корриган106.

101 Brownson O. A. The American Republic... Р. 174.

102 Brownson O. A. The Works of Orestes A. Brownson, Collected and Arranged by Henry F. Brownson. Vol. 10. Detroit, 1884. P. 418.

103 Согласно Кину, характерное для Америки разделение Церкви и государства предполагает, что каждый из двух институтов уважает право другого института на «свободу и независимость» в исполнении своих полномочий, и что в случае необходимости они оба в состоянии оказать друг другу духовную поддержку. Соответственно, Кин приходит к выводу о том, что «духовное единство» Церкви и государства может оказаться для них более полезным по сравнению с «единством» внешним, предполагающим переплетение их функций, а соответственно, и смешение характерных для каждого из институтов целей и путей их достижения. По мнению Кина, внешнее «единство» может оказаться «губительным» как для Церкви, так и для государства. Вместе с тем он всецело соглашается с утверждением о неприемлемости для европейского католичества американского опыта раздельного существования Церкви и государства, поскольку европейские реалии «кардинально отличаются» от реалий американских (см.: Keane J. J. America as Seen From Abroad // The Catholic World. 1898.Vol. 66. P. 725-726).

104 В 1913 г. Айрленд следующим образом описывал церковно-государственные отношения: «Здесь нет места разногласиям или противоречиям. Церковь и государство охватывают разные области мысли и действия: Церковь озабочена делами духовными, в то время как государство — делами светскими. Церковь и государство созданы для разных целей: Церковь — для неба, государство — для земли. Демаркационная линия между двумя юрисдикциями была прочерчена непогрешимым перстом Того, Кто является их Владыкой. Закон Божий гласит: “Отдавайте кесарево кесарю, а Божие — Богу (Мф 22. 21)”» (Ireland J. Catholicism and Americanism // Ryan J. A., Millar M. F. X., ed. The State and the Church. N. Y., 1922. Р. 282-283).

105 «Полное разграничение» Церкви и государства Сполдинг характеризует как, «возможно, самую поразительную странность истории христианства». По его словам, с самого начала исторического бытия Церкви христиане проводили четкую границу между «Богом и кесарем», между «верностью совести и лояльностью по отношению к государству». Ведь «как духовная, так и политическая силы являются независимыми и существуют отдельно», отличаясь друг от друга своей сущностью и своим устроением (см.: Spalding J. L. The Catholic Church // Idem. Lectures and Discourses. N. Y, 18962. P. 114-115).

106 Противопоставляя положение Католической Церкви в Европе и в Южной Америке ее положению в США, Корриган утверждал следующее: «Развитие Церкви в Европе и в Южной

В целом всестороннее рассмотрение экклезиологических взглядов Хекера невозможно в отрыве от официального учения Католической Церкви, представленного в энцикликах папы Льва XIII (1878-1903), в понтификат которого Хекером была написана значительная часть трудов. Проблема соотношения Церкви и государства занимает важное место в экклезиологии Льва XIII — к ней он обращается неоднократно на протяжении всего понтификата. Так, в провозглашенной 20 апреля 1884 г. энциклике “Humanum genus” Лев XIII, осуждая заблуждения масонства, критикует и присущее ему представление о раздельном существовании Церкви и государства107. Спустя год, 1 ноября 1885 г., в энциклике “Immortale Dei” Лев XIII снова обращается к проблеме соотношения Церкви и государства, указывая на идеальную модель церковно-государственных отношений, предполагающую «единство» обоих институтов и их деятельное соработни-чество, восходящие к Самому Богу как к «источнику государственной власти»108. Важное место проблема взаимоотношения духовной и светской власти занимает и в провозглашенной 20 июня 1888 г. энциклике “Libertas Praestantissimum”: называя «абсурдным» представление об отделении Церкви от государства, Лев XIII утверждает, что это представление приводит, с одной стороны, к умалению «верховной власти Бога», а с другой стороны, к «злоупотреблению политической

властью»109.

Спустя 7 лет, 6 января 1895 г., в адресованной иерархии американской Католической Церкви энциклике “Longinque Oceani” Лев XIII обращается к рассмотрению церковно-государственных отношений в связи с положением католичества на территории США110. В “Longinque Oceani” понтифик не скупится на комплименты в адрес американской Католической Церкви. Восхваляя «молодую и ревностную американскую нацию», Лев XIII усматривает в ней «скрытые силы для развития как цивилизации, так и христианства»111. Современное состояние Католической Церкви на территории США понтифик характеризует

Америке неизбежно оказывается медленным вследствие господства старых политических систем. Свобода же, которой она [Церковь] продолжает обладать в этой стране, позволила ей развиваться подобно исполину, торжествующему в своем движении. Здесь Церковь всецело находится под защитой закона, в то время как в большинстве так называемых католических стран она подвергается преследованиям. Американская система защищает всех, при этом не оказывая никому покровительства — эта система хороша, учитывая большое разнообразие представленных здесь религиозных деноминаций» (Corrigan P. What the Catholic Church Most Needs in the United States, or the Voice of the Priests in the Election of the Bishops. N. Y., 1884. P. 40).

107 По словам понтифика, разделяя Церковь и государство, масоны отрицают благотворное влияние католичества на систему государственного устройства и утверждают, что «государству подобает быть без Бога» (Leo XIII. Encyclical Letter Humanum Genus, April 20, 1884 // The Great Encyclical Letters of Pope Leo XIII. Translations from Approved Sources. With Preface by J. J. Wynne. N. Y., 1903. Р. 90, 96).

108 Leo XIII. Encyclical Letter Immortale Dei, November 1, 1885 // The Great Encyclical Letters of Pope Leo XIII.. Р. 119, 125-126.

109 Leo XIII. Encyclical Letter Libertas Praestantissimum, June 20, 1888 // The Great Encyclical Letters of Pope Leo XIII. P. 148, 159.

110 LeoXIII. Encyclical Letter Longinque Oceani, January 6, 1895 // The Great Encyclical Letters of Pope Leo XIII. P. 320-335.

111 Ibid. Р. 320.

как период стремительного развития — развития, ставшего возможным благодаря ревностным усилиям американского епископата, духовенства и мирян112. Тем не менее, несмотря на в высшей степени положительную оценку американского католичества, Лев XIII указывает, что сложившаяся на территории США система раздельного существования Церкви и государства не может служить для других католических наций образцом церковно-государственных отношений. По его словам, представление о том, что Церковь и государство повсеместно должны быть, как в Америке, «разделены и разъединены», является в высшей степени «ошибочным»113.

В целом на основании рассмотрения учения энциклик Льва XIII о соотношении Церкви и государства можно сделать вывод о том, что понтифик последовательно выступает против разделения духовной и светской власти114. В принципе отделения Церкви от государства Лев XIII усматривает «новую модель государственного устройства», привнесенную Французской революцией в страны, исторически бывшие католическими115.

Полемика папы с европейскими политическими институтами проявляется и в его восприятии американского католичества. Так, в энциклике “Longinque Oceani” понтифик особо отмечает, что Католическая Церковь на территории США «достигла бы еще больших успехов, если бы наряду со свободой ей были бы обеспечены лояльность со стороны законодательства и покровительство со стороны государственной власти»116. Несмотря на то что в этом высказывании Льва XIII усматривается некоторая «двусмысленность»117, оно свидетельствует о том, что, согласно понтифику, наилучшее будущее для Католической Церкви США необходимо предполагает покровительство со стороны государства, что кардинально отличается от представленного Хекером описания путей развития американского католичества — в рамках его экклезиологии такому покровительству места нет.

112 Leo XIII. Encyclical Letter Longinque Oceani, January 6, 1895 // The Great Encyclical Letters of Pope Leo XIII... Р. 322-323. В частности, Лев XIII отмечает достижения американского католичества в областях образования, здравоохранения, социального служения.

113 Ibid. Р. 323.

114 Значение приведенных выше высказываний Льва XIII раскрывается в контексте сложной церковно-политической обстановки в Европе того времени: они отражают обеспокоенность понтифика в связи «с историческими обстоятельствами, сложившимися в латинских, традиционно католических странах Европы, в первую очередь во Франции, под влиянием религиозной, политической и социальной идеологии Революции». В 1880 г., спустя два года после восшествия Льва XIII на папский престол, во Франции было принято несколько «антиклерикальных» законов, составители которых выступали за «разделение Церкви и государства», а соответственно, и за «дехристианизацию общества». Таким образом, в своих энцикликах понтифик полемизирует с конкретным идеологическим соперником; этот соперник — «новый тип государства» в лице «Третьей французской республики и любого другого подобного ей национального государственного образования» (см.: Murray J. C. The Church and Totalitarian Democracy // Theological Studies. 1952. Vol. 13. № 4. Р. 548-552).

115 Murray J. C. Leo XIII on Church and State: the General Structure of the Controversy // Theological Studies 1953. Vol. 14, № 1. Р. 13.

116 Leo XIII. Longinque Oceani. Р. 324.

117 Murray. The Church and Totalitarian Democracy. Р. 552.

Подобно тому как учение Хекера о независимом существовании светской и духовной власти полностью соответствует вектору развития современной ему американской католической мысли, утверждения Льва XIII о независимом существовании Церкви и государства всецело вписываются в контекст современного ему католичества европейского. Так, представление о том, что «Церковь должна быть отделена от государства, а государство — от Церкви», было осуждено в качестве одного из «заблуждений» современной эпохи предшественником Льва XIII на папском престоле Пием IX (1846—1878)118. Неприятие разделения Церкви и государства было характерно и для европейского духовенства той эпохи в лице своих наиболее видных представителей, таких как кардиналы Йозеф Хергенрётер119, Генри Эдуард Маннинг120 и Николас Уайзман121.

Таким образом, утверждаемое Хекером учение о разделении Церкви и государства является основополагающим экклезиологическим расхождением между американским и европейским католичеством второй половины XIX в. Диаметрально противоположное отношение Хекера и Льва XIII к отделению Церкви от государства было обусловлено фундаментальными различиями двух политических традиций — европейской и североамериканской. В наибольшей степени различия между двумя традициями проявились в их отношении к проблеме соотношения государства и общества122. Под влиянием абсолютизма европейская политическая традиция XVIII—XIX вв. подчеркивала тесную взаимосвязь между понятиями «государство» и «общество». Фактически государство стало восприниматься в качестве обладающего всеобъемлющими полномочиями «общества-государства». Соответственно, разделение Церкви и всемогущего «общества-

118 Pius IX. Syllabus of the Principal Errors of Our Time. Р. 25.

119 Проблеме соотношения Церкви и государства Хергенрётер посвятил обширное двухтомное исследование, цель которого — показать, почему Католическая Церковь «отвергает принцип разделения Церкви и государства». В результате исследования Хергенрётер приходит к выводу о том, что в свете католического вероучения разделение Церкви и государства означает «отторжение мира от Бога, творения от Творца, отвращение общества от его высочайшей цели» (Hergenrother J. Catholic Church and Christian State. A Series of Essays on the Relation of the Church to the Civil Power. Transl. from the German. L., 1876. Vol. I. P. 217, Vol. II. P. 188).

120 Опровергая представление о раздельном существовании духовной и светской власти, Маннинг писал следующее: «Утверждение о том, что Церковь должна быть отделена от государства, а государство — от Церкви, является ложным утверждением и ошибочным мнением, подлежащим осуждению; ведь, в соответствии с естественным порядком, государство является творением Божиим, в то время как, в соответствии с порядком сверхъестественным, творением Божиим является Церковь, соответственно, и оба эти института обязаны пребывать в гармонии и в единстве. Их действия должны быть согласованными, и они должны соработ-ничать друг с другом во имя величайшего предназначения человека» (Manning H. E. The Four Great Evils of the Day. L, 1871. P. 98-99).

121 Разделение Церкви и государства Уайзман считал следствием осложнения церковногосударственных отношений в Европе в современную ему эпоху. Например, описывая проблемы Католической Церкви на территории Испании, Уайзман указывал, что в этой стране «союз между Церковью и государством был разрушен не просто открыто, но и демонстративно» (Wiseman N. Essays on Various Subjects. Vol. 5. N. Y., 1876. P. 4).

122 Подробнее о различиях между европейской и североамериканской политическими традициями см. в статье: Murray J. C. Leo XIII: Separation of Church and State // Theological Studies. 1953. Vol. 14, № 2. P. 146-155.

государства» в свете европейских реалий неизбежно означало бы отказ общества от католической религии: будучи отделена от государства, Церковь фактически утрачивала право на существование в рамках современного ей европейского общества123.

Американская же политическая традиция, не испытавшая на себе влияния абсолютизма, проводила четкое разделение между обществом и государством, отвергая представление об обладающем всеобъемлющими полномочиями «обществе-государстве». Более того, эта система предполагала подчиненное положение государства по отношению к обществу124. В рамки такого разграничения общественного и государственного органично вписывалось и представление о независимом существовании духовной и светской власти: отделяя себя от государства, Церковь в то же время не противопоставляла себя современному ей обществу125.

Именно различия между европейской и североамериканской политическими традициями являются главной причиной неприятия европейским католичеством в лице пап Пия IX и Льва XIII представления Хекера о независимости Церкви от государства — наряду с его учением о демократии. В течение длительного времени Рим не признавал положительного значения демократии. Хотя Лев XIII и указывал, что Католическая Церковь может существовать при любой власти126, процесс признания Римом демократической формы правления растянулся на целое столетие: лишь Иоанн Павел II на доктринальном уровне признал демократию положительным фактом и нормой127.

В целом на основании рассмотрения учения Хекера о соотношении духовной и светской власти можно сделать вывод о том, что оно во многом вписывается в контекст современной ему американской католической мысли и во многом отличается от католической мысли европейской. Ключевым моментом расхождения является учение об отделении Церкви от государства, отстаивая которое Хекер, тем не менее, не стремится к противопоставлению духовной и светской власти. Наоборот, он подчеркивает органическую взаимосвязь между вероучением Католической Церкви и основополагающими принципами демократии, утверждая, что, в отличие от европейского протестантизма, американское католичество может стать устойчивым идеологическим основанием демократического государственного устройства. В таком противопоставлении в наибольшей степени проявляется апологетический — в контексте полемики с протестантской моделью церковно-государственных отношений — характер экклезиологии Хекера. Кроме того, для его экклезиологии характерно превозношение по

123 Murray J. C. Leo XIII: Separation of Church and State... Р. 149.

124 Ibid. Р. 151-152.

125 Ibid. Р. 152.

126 Leo XIII. Encyclical Letter Libertas Praestantissimum. Р. 162.

127 Согласно Иоанну Павлу II, «Церковь положительно оценивает демократическую систему в той мере, в какой она обеспечивает участие граждан в политическом выборе и гарантирует гражданам как возможность избирать и контролировать своих правителей, так и смещать их мирным путем, когда это представляется уместным» (Иоанн Павел II. Энциклика “Centesimus annus” // Иоанн Павел II. Сочинения. М., 2003. Т. II. С. 140).

отношению к католичеству европейскому католичества американского: ему он отводит ключевую роль в деле обращения всего мира в христианскую веру.

Ключевые слова: Римско-Католическая Церковь, США, Исаак Хекер, Лев XIII, государство, республика, демократия.

Church and state in the ecclesiology of Isaac Thomas Hecker

V. Myakshin

The article is dedicated to the ecclesiology of Isaac Thomas Hecker (1819-1888), one of the most prominent and influential American Catholic thinkers of the 19th century. The author deals with Hecker’s understanding of the mutual relationship between Church and state, trying to comprehend his vision of the Church developing under conditions of American democracy. Much attention is paid to the comparison of Hecker’s ideas with the ideas of his contemporaries, eminent American and European church figures, especially Pope Leo XIII. Meanwhile, within the limits of the article the author describes Hecker’s views in a rather schematic way, covering just one aspect of his ecclesiology without mentioning controversy over Americanism and the encyclical Testem Benevolentiae.

Keywords: Roman Catholic Church, United States, Isaac Hecker, Leo XIII, state, republic, democracy.