Материальная фактура и нематериальное содержание реальной картины экономического мира

Экономический вестник Ростовского государственного университета Ф 2007 Том 5 № 4

МАТЕРИАЛЬНАЯ ФАКТУРА И НЕМАТЕРИАЛЬНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РЕАЛЬНОЙ КАРТИНЫ ЭКОНОМИЧЕСКОГО МИРА

В.А. КАРДАШ,

доктор экономических наук, профессор, Кисловодский институт экономики и права

1. Экономическое поведение и движущие силы экономической динамики.

Фундаментальная специфика реального экономического мира, в отличие от чисто материальных миров (механического, физического, химического), состоит в том, что, будучи сложной общественной системой, этот мир в процессе своей исторической эволюции сформировал особый механизм самоорганизации и саморазвития, основанный на человеческом, сознательном факторе. И пока мы не определили роль субъективного и объективного начал в этом механизме, нас ожидают дальнейшие теоретические и экспериментальные блуждания в принципиальных вопросах экономики.

В экономической теории дело сводилось в основном к рассмотрению материальновещной фактуры экономических процессов: состояний и траекторий движения экономических систем в координатах натуральных и связанных с ними двойственным равновесием стоимостных показателей; динамических свойств процессов: оптимизации, равновесия, устойчивости, - в этих же показателях; результатов организационно-управленческих воздействий на экономические процессы извне, - в этих же показателях.

Между тем такой ключевой предмет экономических исследований, как внутренние движущие силы экономических процессов, требовал серьезного углубления в изучение поведенческого фактора динамики социально-экономической реальности. К сожалению, это направление исследований многими экономистами не считалось магистральным.

Это отнюдь не означает, что экономической мысли в ее историческом восхождении на современный уровень не хватало глубины анализа и широты обобщений. Все дело в том, что доминирующее до сих пор «линейное мышление», как общенаучная основа исследований, не позволяло адекватно отражать действие движущих сил самоорганизации и саморазвития сложных открытых систем как в природе, так и, особенно, - в обществе [18; 5]. Схема «линейного мышления» - это анализ и синтез процессов путем развертывания причинно-следственных цепочек. «Нелинейная» же парадигма в науке [18] исходит из идеи взаимодействий и обратных связей, где в непрерывном развертывании процесса во времени в каждое мгновение причины и следствия совмещены и не различимы. Есть лишь количественные и качественные изменения. Отсюда: анализ поведения «экономического человека» нельзя рассматривать вне взаимовлияния поведений других экономических агентов, а экономические процессы - интегрировать из поведений отдельных агентов. Тем удивительнее кажутся гениальные догадки отдельных представителей экономической науки прошлого о нелинейном характере экономических процессов. Мы имеем в виду прежде всего Адама Смита, Карла Маркса и Джона Кейнса.

Более двух веков тому назад Адам Смит обратил внимание на поразительный феномен «невидимой руки рынка» [19]. Он предположил, что именно эта «рука» движет экономическими процессами и способна автоматически, помимо воли и желаний отдельных участников экономических отношений, привести национальную экономику к равновесному состоянию. К сожалению, до сих пор «рука рынка» в ее рабочем процессе так и осталась невидимой для исследователей.

© Кардаш В.А., 2007

Сейчас необходимо было бы по-новому оценить и гениальность Карла Маркса, который впервые придал экономическим отношениям статус «энергетического генератора» в работающем двигателе экономики. На этой основе он развил идею диалектического самодвижения процессов исторической эволюции производительных сил и производственных отношений [13, 14]. Однако, в его глубоко аналитическом подходе верх взяла идеологическая предвзятость. Чтобы его «Капитал», этот теоретический «снаряд, пущенный в голову буржуа», наверняка поразил обреченную цель, ему пришлось в нужную сторону скорректировать эволюцию характера реальных экономических отношений: преувеличить их конфликтную сторону для периодов так называемых эксплуататорских формаций и рафинировать компромиссную составляющую для утопического коммунистического общества.

В свое время экономисты-математики сосредоточили внимание на инструменте достижения экономического равновесия - на равновесных ценах.

Более 50 лет исторического времени и огромных усилий совокупной экономико-математической мысли понадобилось для того, чтобы путем изящных математических построений уточнить исходные предпосылки и доказать справедливость гипотезы Вальраса о существовании состояния конкурентного равновесия в его дезагрегированной производственно-рыночной модели [21]. В этом направлении была развита глубокая теория равновесия для различных моделей экономических систем вальрасовского типа. Доказано много интересных и важных теорем о свойствах статики и динамики таких систем: теоремы о существовании, единственности равновесий, их устойчивости и оптимальности при различных правилах выбора решений потребителями и производителями благ [16]. Общей в теории конкурентного равновесия выступает ключевая идея о ценовом регулировании экономических процессов производства, распределения, обмена и потребления. Сами же цены в экономике так или иначе (без обратной связи или с таковой) генерируются внешними регуляторами. То есть силы, заставляющие экономику двигаться к равновесию, выносились за рамки экономической системы.

В работе [16, с. 346], Никайдо пишет: «Вальрас представлял себе процесс формирования равновесных цен на рынке как своего рода поиск, т.е. процесс проб и ошибок, который выглядит так. Некий «аукционер» провозглашает цены на все продукты; каждый участник рынка, исходя из этих цен, объявляет в ответ величину своего предложения и спроса по каждому продукту. Если в результате получается баланс соответствующих совокупного предложения и спроса, то данные цены удовлетворяют рынок и являются равновесными ценами. Если же нет, то «аукционер» провозглашает новые цены... Этот процесс проб и ошибок продолжается до тех пор, пока, наконец, не установятся равновесные цены». И далее [16, с. 430]: «Следует сказать, что при этом подразумевается, что в ходе указанного процесса реальные сделки не совершаются до тех пор, пока не достигнута ситуация общего равновесия».

Таким образом, как Вальрас, так и его последователи (Дебре, Эрроу, Кассель и др.), называя равновесие конкурентным, уже не считали нужным углубляться в выяснение того, как именно силы конкурентной борьбы (конфликты интересов) движут экономику к состоянию равновесия при пассивном ожидании цен со стороны участников рынка и необъяснимой заинтересованности в равновесии постороннего «аукционера».

В связи с этим интересны попытки более углубленного поиска движущих сил экономики [20]. На стр. 365-366 той же работы Никайдо [16] читаем: «Со времен Смита среди экономистов укоренилось твердое убеждение, что экономическое общество в существенных своих чертах основано на конкуренции между его участниками, преследующими свои собственные, взаимно противоречивые интересы. Таким образом, экономисты рассматривают равновесное состояние экономического общества как ситуацию равновесных сил в клубке противоречивых интересов, а конкурентное равновесие - как специфическую ситуацию равновесия, которая возникает при очень большом числе конкурирующих индивидуумов. В связи с этим. ситуации конкурентного равновесия., несомненно, должны представлять собой нечто большее, чем просто ситуации оптимума по Парето». Как увидим ниже, это так и есть.

Экономический вестник Ростовского государственного университета Ф 2007 Том 5 № 4

Экономический вестник Ростовского государственного университета Ф 2007 Том 5 № 4

Заслуга Дж. Кейнса состояла в том, что он сделал важный шаг в обогащении понятия экономического механизма и его движущих сил, положив начало теории макроэкономического регулирования [10].

Во-первых, он заострил внимание на возможности несовпадения совокупного предложения, сбалансированного с совокупным платежеспособным спросом, с объемом производства при полном использовании ресурсов. Это обнажило проблему неуниверсаль-ности критерия достижения состояний конкурентного равновесия и критериев оценки механизмов рыночного регулирования. Цель достижения равновесия спроса и предложения при недоиспользовании или нехватке, например, трудовых ресурсов общества, теряет свою критериальную значимость, так как безработица в первом случае или инфляция - во втором случае обесценивают преимущества такого равновесия. Отсюда: рынок, который автоматически, через систему цен, приводит экономику только к рыночно сбалансированному равновесию, не способен самостоятельно справиться с решением ряда важных социально-экономических задач общества. Этим было посеяно сомнение в универсальности рыночных сил свободной конкуренции и выявилась необходимость во внешнем по отношению к рынку государственном регулировании экономики.

Во-вторых (и это мы считаем не менее важным для понимания движущих сил экономического механизма), в результате выделения макроэкономики в качестве самостоятельного раздела экономической теории более выпукло высветились проблемы агрегации-дезагрегации и централизации-децентрализации. До сих пор не решены удовлетворительно задачи согласования микро-, мезо- и макроэкономических параметров в экономических расчетах и анализе многоуровневых экономических структур. В связи с этим не может быть достигнуто четкого представления о том, что такое совокупный платежеспособный спрос, совокупное экономически оправданное предложение, общественно-необходимые (общественно-оправданные) затраты и результаты, общее экономическое равновесие с учетом ограниченности ресурсов. Отсюда возникает вопрос: в какой степени способны равновесные цены, формируемые на основе балансов при усредненных или глобальнооптимальных или каких-то других параметрах макромодели, выразить интересы каждого конкретного субъекта экономики?

С точки зрения адекватного отражения движущих сил экономической динамики основные недостатки вальрасовского подхода к моделированию конкурентного равновесия сводятся к следующему.

1. Определение экономического равновесия только как выполнение натуральных и двойственно-связанных с ними стоимостных балансов (в частности - требование закона Вальраса в слабой форме) является далеко не полным с точки зрения достижения социально-экономических целей общества и проявления реальных сил экономических взаимодействий. Процессы формирования социально-экономического равновесия не исчерпываются конфликтной стороной взаимодействий (силы отталкивания в конкурентной борьбе). Не менее важную роль играют силы притяжения интересов, в результате чего формируются обобщенные (совокупные) интересы рыночных агентов, коалиций, групп, блоков, общества в целом, когда составляющие их элементарные интересы в определенном смысле уравновешиваются. Поэтому экономическое равновесие - это не только конкурентное равновесие спроса и предложения, а, как мы говорим, конфликтно-компромиссное социально-экономическое равновесие [8].

2. В моделях конкурентного равновесия стоимостной инструментарий представляется экзогенным по отношению к процессам взаимодействий индивидуальных и коалиционных интересов продавцов и покупателей. В условиях же реального конкурентного рынка он генерируется именно этими взаимодействиями.

3. Отсутствует четкое различение таких понятий, как дезагрегация и децентрализация экономической системы (см. [16, с. 304, 305]). В [15, с. 40], говорится: «Тот факт, что одно лишь увеличение числа участников всегда будет приводить в конечном счете к условиям свободной конкуренции, не является ни достоверным, ни даже вероятным». В самом деле. Дезагрегация, или детализация и рост числа действующих агентов экономической системы, может иметь место и для жестко плановой, и для рыночной экономики. Децентрали-

зация же, предполагая дезагрегацию, связана с перемещением движущих сил экономики из верхних уровней на нижние уровни. В конкурентной рыночной экономике движущие силы действуют снизу путем взаимодействия интересов в элементарных ячейках экономики. Далее эти интересы могут обобщаться в совокупные, равнодействующие, силы в верхних уровнях иерархической структуры экономической системы. Централизованная же экономика генерирует движущие силы, воздействующие на низовые уровни, путем навязывания им априори заданных обобщенных (интегральных) интересов, в том числе - с помощью априорных цен. В свете сказанного, число участников не играет существенной роли в достижении равновесия интересов ни в централизованной, ни в децентрализованной экономике. Для конкурентно-компромиссного равновесия значение имеет только степень локализации интересов. Ввиду компромиссных согласований интересов, чистая, свободная конкуренция - это малопродуктивная абстракция. Так например, монополии, масштабно локализуя интересы, навязывают их экономической системе в целом. Государственная монополия - пример предельного обобщения интересов путем подчинения составляющих интересов общественному эффекту, выраженному априорным глобальным критерием общественной выгоды.

Со времени появления работы Дж. фон Неймана и О. Моргенштерна [15] внимание многих исследователей переключается на осознанный поиск внутренних сил взаимодействия интересов в процессах формирования экономических равновесий. При этом в основе исследований лежит концепция поведения участников, принятая в теории игр многих лиц (Нейман, Моргенштерн, Дебре, Рейдер, Скарф и др.). Однако, как в основополагающих работах этих авторов, так и в новейших исследованиях, опирающихся на теорию игр и экономического поведения, наблюдаем те же принципиальные недоработки, что и в вальрасовском подходе. Остаются без ответа вопросы: Откуда берутся оценки выгодности выбора «игроков» в конкретных ситуациях? Как в процессах взаимодействия интересов и достижения их согласованности формируются стоимостные инструменты? Каков механизм компромисса в коалициях?

Поиском ответов на эти и другие вопросы, связанные с познанием движущих сил самоорганизации и саморазвития человеческих сообществ, заняты ученые ЦЭМИ, ведущие исследования в области конструирования моделей искусственных обществ на основе компьютерной имитации действий и взаимодействий элементарных носителей локализованных интересов (агент-ориентированные модели - agent based models) [2].

В теории экономических игр задействованы такие ключевые понятия, как конфликты интересов, правила выбора решений, оценки выигрышей-проигрышей, коалиционные интересы, информированность участников экономической игры. В универсальном представлении взаимодействия интересов на базе игровых схем состоит значительное продвижение в понимании самоорганизующейся сущности экономических процессов по сравнению с классическими моделями конкурентного равновесия.

Вместе с тем к недостаткам игровых подходов можно отнести следующие:

1. Здесь также не пошли дальше предположения о фиксированных, априори заданных, оценках выигрышей-проигрышей игрока, хотя теперь они уже зависят как от выбора самого игрока, так и от выбора его партнеров. Между тем в экономической реальности, в отличие от бытовых игровых ситуаций, имеют место не только фиксированные правила игры и «замороженные» оценки степени несовпадения интересов (конкуренции, конфликтов). Экономические взаимодействия партнеров во многом сами создают правила и условия игры в рамках внешних условий спецификации прав собственности [11]. Экономическое партнерство и рыночные сделки формируются в процессах сглаживания конфликтов путем взаимных уступок (компромиссов) своих интересов.

2. Процессы урегулирования конфликтов и достижения соглашений о партнерстве и сделках купли-продажи предполагают полную или частичную информированность участников об интересах своих потенциальных партнеров. Это в корне меняет принятые в игровых моделях представления об условиях рационального, ограниченно-рационального или нерационального выбора, а также понимание сути экономического поведения в условиях внешнего регулирования степени свободы как конкуренции, так и экономических компромиссов.

Экономический вестник Ростовского государственного университета Ф 2007 Том 5 № 4

Экономический вестник Ростовского государственного университета Ф 2007 Том 5 № 4

3. В реальной экономике «игра» заключается не в одномоментном выборе решения, а в процессе многосторонних сопоставлений и оценок конфликтных ситуаций и возможных достижений компромиссных решений путем взаимных уступок интересов. Поэтому для окончательного выбора решения нет априори заданных оценок выгодности, как это предполагается в игровых моделях. Формирование стоимостных оценок выгодности решений происходит в процессе «игры» интересов.

Мы считаем, что экономическое равновесие - это не только и не столько конкурентное равновесие, но в первую очередь - компромиссное, а точнее - конфликтно-компромиссное равновесие всей системы взаимодействующих экономических интересов, которое в результате их обобщения приобретает характер социально-экономического равновесия.

2. Конфликтно компромиссные взаимодействия интересов в концепции Рональда Коуза.

То, что в некоторых учебниках [12, 1] и дискуссионных статьях [4, 17] представляют как «теорему Коуза», это вовсе не теорема в строго математическом понимании этого научного продукта. В свое время Дж. Стиглер подытожил результаты учения Коуза [11] в предельно краткой формулировке: «В условиях совершенной конкуренции частные и социальные издержки равны». С точки зрения обществоведения такой прием обобщения вполне оправдан, поскольку утверждение выражает системную суть вывода и несет в себе огромный заряд социально-экономического содержания. Но чтобы это утверждение принять и использовать как математически достоверный результат, необходимо строго однозначно определить посылку (что же есть условия совершенной конкуренции?), а также - следствие (что же есть частные и социальные издержки, как они измерены, чтобы быть равными?). Как увидим ниже, в концепции Р. Коуза и посылка, и следствие четко не определены и имеют многозначное содержание. Восприятие этой концепции как математической истины породило впоследствии узко направленные дискуссии, многозначные толкования и даже недоразумения.

С нашей позиции конфликтно-компромиссного экономического анализа [8], учение Р. Коуза - это глубокая цельная концепция социально-экономического равновесия, рассматривающая ключевые проблемы формирования и взаимодействия государственного и рыночного механизмов достижения такого равновесия. В ней содержатся бесценные методологические находки, важность которых еще не вполне осознана с позиций системной диалектики экономических отношений [9]. К фундаментальным идеям концепции Р. Коуза относятся следующие:

1. В концепции явно проводится идея самоорганизации рынка и саморегулирования рыночных отношений прежде всего - для случаев возникновения экстернальных эффектов экономических процессов. Путем разграничения прав собственности и учета полных затрат и полных эффектов (социальных издержек и социальных результатов) Коуз расширил сферу обычного рынка товаров и услуг, распространив понятия спроса, предложения и цены на такие блага, как первичные природные ресурсы, экологическая чистота окружающей среды, побочные, косвенные положительные и отрицательные эффекты хозяйственной деятельности.

2. Концепция Коуза наталкивает на мысль о важности различения организационнотехнологического и право-собственнического распределения ограниченных ресурсов. Здесь неявно проступает идея, что рынок - это не столько механизм оптимального организационно-технологического распределения ограниченных ресурсов, а прежде всего - механизм согласования интересов экономических агентов по поводу распределения прав собственности на ресурсы и блага. Именно четкая спецификация и распределение прав собственности на ресурсы и блага делает возможным вовлечение ситуаций с внешними эффектами в сферу рыночных отношений. Как утверждается в [8], экономическое поведение людей определяется направленным интересом на систему индивидуальных, коллективных и общественных материальных ценностей.

Под направленным (активным) интересом понимается подкрепленное действием стремление удовлетворять определенные материальные и духовные потребности [8, с. 26]. С этой точки зрения собственность - это ключевой объект экономического интереса субъекта как необходимое условие удовлетворения потребностей. Таким образом, система прав собственности на ресурсы и блага представляет собой структурно-функциональную организацию материально-вещной фактуры отношений собственников-субъектов. А экономические интересы согласуются через распределение (в том числе - в процессах обмена) пучков прав собственности. Эту идею и отстаивает в своей концепции Р. Коуз.

3. Важным положением концепции является то, что рыночный механизм урегулирования конфликтов интересов предполагает обоюдное согласование условий сделок. Отсюда: экономическое (рыночное) поведение агентов-собственников представляется не как одностороннее воздействие и диктат условий, а как компромиссное взаимодействие в форме взаимных согласований интересов в рамках социально-экономической целесообразности.

4. Мощной идеей в концепции Коуза является идея взаимодействия государственного и рыночного механизмов регулирования через сопоставление величин социально-экономических эффектов и трансакционных издержек регулирования. Государство может разрешать ситуации с отрицательными внешними эффектами путем компенсации ущербов в форме «налога Пигу» или другими мерами, связанными с определенными трансакционными издержками. Однако, для общества важно, чтобы издержки по регулированию конкретных ситуаций были меньше, чем ущербы от «провалов рынка».

Отметим и слабые моменты концепции Коуза, характерные и для других рассмотренных выше концепций экономического поведения и экономического равновесия.

1. Стоимостные оценки благ, ресурсов и внешних эффектов предполагаются априори определенными, изначально известными. Ими руководствуются при определении полных затрат и эффектов как государство, так и отдельные взаимодействующие агенты рынка в процессах рыночного обмена прав собственности, включая обмен правами собственности на обычные товары и услуги.

2. Предполагается, что эти стоимостные оценки выражают общественный эффект, который, таким образом, можно представить как сумму локальных эффектов. А это значит, что все цены на ресурсы и блага, формируются вне системы рыночных отношений, исходя из некоей абстрактной их общественной полезности. Только в этом случае локальные максимумы эффекта от сделок будут соответствовать максимуму общественной выгоды распределения ресурсов и благ.

3. В динамическом аспекте необходимо иметь в виду непрерывное изменение самих объектов собственности и движение потоков прав собственности между экономическими субъектами в процессах производства, распределения, обмена и потребления благ и ресурсов. Нельзя полагать, что при этом не будут меняться общественные и локальные оценки ценностей ресурсов и благ.

4. В процессах формирования обобщенных (совокупных) интересов формируются и соответствующие спецификации прав собственности в различных организационно-юридических формах хозяйственно-финансовой деятельности. Поэтому содержание и количественное выражение трансакционных издержек существенно меняется.

Все это дает основание полагать, что в реальной экономике стоимостные отношения экономических агентов основаны на оценках ценностей благ и ресурсов, формируемых в самих процессах компромиссного согласования интересов, начиная с частных ситуаций, в рамках предписанных сверху спецификаций прав собственности и моментных состояний их распределения.

3. Обобщенные интересы и их взаимодействие через систему институтов.

В своей конфликтно-компромиссной концепции мы исходим из того, что в основе движущих сил экономической динамики лежат взаимодействия экономических агентов (экономические отношения по К. Марксу) по поводу своих материальных интересов. Пос-

Экономический вестник Ростовского государственного университета Ф 2007 Том 5 № 4

Экономический вестник Ростовского государственного университета Ф 2007 Том 5 № 4

ледние и определяют их экономическое поведение в форме конфликтов и компромиссов относительно реализации своих интересов [6]. Собственность - это ключевой объект экономического интереса субъекта, поэтому в конечном счете взаимодействуют распределенные права собственности на экономические блага и факторы (по Р. Коузу). Количественный анализ движения прав собственности в процессах производства, распределения, обмена и потребления предполагает их ценностные измерения и соизмерения. Для этого и понадобилась специфическая, стоимостная, мера. Она воплощается в единой шкале ценностей (в виде системы национальной валюты) с ее началом, масштабом и направлением отсчета. Самый важный момент количественного соизмерения экономических интересов в стоимостных показателях реализуется на рынках благ и факторов в процессе установления соответствия между физическими и стоимостными единицами - в процессе рыночного ценообразования в результате компромиссного согласования интересов [8].

Прикладная теория и практика ценообразования в плановых и рыночных экономических системах следовали различным утвердившимся в них концепциям теории стоимости. Теория и практика планового ценообразования безоговорочно приняла за основу теорию цены производства К. Маркса. А современная прикладная теория рыночного ценообразования тяготеет к теории стоимости маршаллового дуализма в сочетании с маржинализ-мом (предельное рыночное равновесие и эластичности спроса и предложения). В свою очередь эволюция теории стоимости испытывала на себе влияние прогресса в общенаучной методологии исследований, что предопределило появление предельно-равновесной и компромиссно-равновесной теорий стоимости [8, с. 129-132].

Экономические отношения в любом обществе убедительно демонстрируют диалектическое единство противоречивых и противоположных интересов, связанное с общественным характером производства, распределения, обмена и потребления благ. В этих процессах неизбежно возникают и развиваются противоречия интересов: конфронтация и конфликты интересов работников и работодателей, конкуренция между производителями благ, а также в среде покупателей по поводу уровней цен, качества товаров и объемов купли-продажи в процессах согласования условий рыночных сделок и т.д. С другой стороны, одновременно происходит «развязка», разрешение этих противоречий в тех или иных формах. Не будь этой стороны «медали экономических отношений», немыслимо было бы само существование целостных организационно-экономических образований, четких институциональных форм представления обобщенных интересов; невозможно было бы поступательное развитие экономических миров и не могло бы быть и речи об экономическом равновесии.

Естественное разрешение противоречий интересов в экономических отношениях любого иерархического уровня достигается путем взаимоприемлемых частичных уступок своих интересов (прав собственности в стоимостном выражении) в процессе согласований и компромиссных соглашений. Системное единство и борьба интересов экономических субъектов на всех уровнях иерархии, порождающие конфликты и компромиссы в экономических отношениях, представляют собой универсальную внутреннюю движущую силу экономических механизмов.

Во всем многообразии экономических отношений особо выделяются рыночные конфликтно-компромиссные отношения. В процессе формирования рыночного компромисса согласуются интересы продавца и покупателя товара путем торга, договорных согласований и выработки взаимоприемлемых условий контракта. В результате формируется «равнодействующий» интерес из двусторонних интересов противостоящих агентов рынка, образующих единую систему интересов продавцов-покупателей. Подобным же образом формируются обобщенные (совокупные) коалиционные экономические интересы [6, 8].

Таким образом, процессы формирования обобщенных экономических интересов в результате компромиссов и их взаимодействие по горизонтали (между однопорядковыми институтами) и по вертикали (по степени обобщения на разных иерархических уровнях) носят регулярный и всеобщий характер. Это дает основание рассматривать данный феномен экономических отношений в ранге экономического закона (закона экономических компромиссов [8]) наравне и в сопряжении с уже известным законом конкуренции, который следует понимать в широком смысле как закон конфликтов экономических интересов.

С позиции рыночных компромиссов вполне определяются понятия: совокупный рыночный интерес, совокупный спрос, совокупное предложение и совокупные равновесные цены, - что позволяет конструировать модели компромиссно-равновесных рынков разной степени агрегирования [8].

Только теперь, опираясь на новые накопленные за последние полвека знания, мы можем глубже понять истинный научный смысл тех бурных баталий в среде экономистов, которые развернулись вокруг объективно-обусловленных оценок Л.В. Канторовича [3] в 60х-80х годах прошлого века. Некоторые до сих пор еще полагают, что главным предметом и конечной целью этих дискуссий было доказательство соответствия или несоответствия предложенной новой ценовой системы официально закрепленной тогда марксистской теории трудовой стоимости. На самом же деле идеологический «налет» не затрагивал глубинного научного смысла противостояния ортодоксальной и новой стоимостных систем. Канторович и его ученики без труда могли демонстрировать свойство о.о. оценок выражать, если это так нужно, необходимые (в своем понимании) затраты труда. Научная же суть расхождений заключалась в принципиальном различии понимания «общественнонеобходимых» затрат, выражающих обобщенный общенациональный интерес. Марксистская теория утверждала в качестве общественно оправданных средние по условиям производства затраты, а о.о. оценки оправдывали затраты и результаты только в предельно эффективных (с позиции обобщенного интереса, выраженного в критерии минимизации трудовых затрат в обществе) условиях производства. По иронии научной истины, именно новая стоимостная система была лучше приспособлена для ее использования в централизованной плановой экономике, принципы которой так истово отстаивали ортодоксы. Ведь одним из свойств о.о. оценок было свойство выражать единую критериальную цель и поддерживать реализацию этой цели на местах.

С переходом в нашей стране к рыночной экономике практический интерес к сопоставлению этих двух классов плановых ценовых систем утрачен. Однако, для экономической теории небесполезно было бы рассмотреть эти и другие классы ценовых систем с общей позиции отражения в них реального процесса формирования общенациональных, социально-экономических интересов.

Нами проведен детальный сравнительный анализ трех принципиально различных классов равновесных ценовых систем - усреднено-равновесной, предельно-равновесной и компромиссно-равновесной, - с точки зрения выполнения основного требования закона экономических компромиссов в рыночных индивидуальных и совокупных сделках: согласованности интересов продавцов (обеспечение уровня конкурентоспособной прибыли на действующий капитал) и покупателей (обеспечение их платежеспособности при необходимых объемах покупок) во всей системе рынков благ и факторов производства. Анализ проводился на математически строгой основе соответствующих трех ценовых моделей [8, 3].

Выводы следующие.

1. Только компромиссно-равновесная система цен отражает естественный рыночный механизм формирования обобщенных интересов как процесс согласования интересов в иерархии взаимодействия рыночных агентов, начиная с единичных актов купли-продажи.

2. Любая действующая на данный момент система цен в национальной рыночной экономике не является чистым результатом действия законов рынка. Она отражает собой также всевозможные деформации этих законов под воздействием внеэкономических факторов и процессов. В этом случае только компромиссно-равновесная система цен может служить эталоном для оценки степени и причин деформации, вызванных навязанными экономике извне интересами [3].

3. Поскольку обобщенные интересы оформляются и отстаиваются (юридически, организационно, нормами общежития) соответствующими институтами, то экономическая динамика (функционирование и развитие экономического мира) внешне представляется динамикой социально-экономических институтов. Однако, для продуктивного развития экономической теории важно осознать следующее: первичным, фундаментальным для реальной экономики является системный процесс движения (изменения спецификаций

Экономический вестник Ростовского государственного университета Ф 2007 Том 5 № 4

Экономический вестник Ростовского государственного университета Ф 2007 Том 5 № 4

и распределений через рыночные и коалиционные компромиссы интересов) прав собственности на материальные ценности.

Системный анализ этого процесса возможен только на стоимостной основе компромиссно-равновесной производственно-рыночной модели [9].

ЛИТЕРАТУРА

1. Институциональная экономика / Под ред. Олейника А. М.: ИНФРА-М, 2005.

2. Искусственные общества: Ежеквартальный интернет-журнал (бум. версия). М.: ЦЭМИ РАН. 2006. Т. 1. № 1.

3. Канторович Л.В. Экономический расчет наилучшего использования ресурсов. М.: Изд. АНСССР, 1961.

4. Капелюшников Р.И. И еще раз - о теореме Коуза (критические заметки) // Экономический вестник Ростовского государственного университета. 2006. Т. 4. № 3.

5. Капра Ф. Скрытые связи. М.: София, 2004.

6. Кардаш В.А. Компромиссный анализ рыночной экономики. Ростов н/Д: Изд-во СКН-ЦВШ, 2002.

7. Кардаш В.А. Комромиссный анализ и его место в системе экономических знаний // Экономико-организационные проблемы проектирования и применения информационных систем: Материалы международной научно-практической конференции (г. Кисловодск, 27-29 октября 2005 г.). Ростов н/Д.: Изд-во РГЭУ («РИНХ»), 2006.

8. Кардаш В.А. Конфликты и компромиссы в рыночной экономике. М.: Наука, 2006.

9. Кардаш В.А. Системная диалектика экономических отношений // Экономический вестник Ростовского государственного университета. 2004. Т. 10. № 2.

10. КейнсДж.М. Общая теория занятости, процента и денег. М.: ИЛ, 1948.

11. Коуз Р. Фирма, рынок и право. М.: Дело, 1993.

12. Курс экономической теории: Учеб. Пособие / Под ред. Чепурина М.Н., Киселевой Е.А. Киров: МГИМО МИД РФ, 1994.

13. Маркс К. Капитал. Т. 1. М.: Политиздат, 1978.

14. Маркс К. Капитал. Т. 2. М.: Политиздат, 1978.

15. Нейман Дж. фон, Моргенштерн О. Теория игр и экономическое поведение. М.: Наука, 1970.

16. НикайдоХ. Выпуклые структуры и математическая экономика. М.: Мир, 1972.

17. ОлейникА.Н. О трудностях сосуществования: границы решения проблем нежелательного соседства в свете теоремы Коуза // Экономический вестник Ростовского государственного университета. 2006. Т. 4. № 3.

18. Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой. М.: Едиториал УРСС, 2003.

19. Смит А. Исследования о природе и причинах богатства народов «Антология экономической классики». Т. 2. М.: Эконов-Ключ, 1993.

20. Debrue G, Scarf H. A limit theorem on the core of an economy // International Economics Review. 1963. Vol. 4. № 3.

21. Walras L. Elements of Pure Economics. London, 1954.