Духовное образование в годы великих реформ на примере Воронежского женского епархиального училища

Вестник ПСТГУ

Серия II: История. История Русской Православной Церкви.

Гречушкин Дмитрий Владимирович, иерей

аспирант,

Общецерковная аспирантура и докторантура им. свв. Кирилла и Мефодия Российская Федерация, 115035, г. Москва, ул. Пятницкая, д. 4/2, стр. 1 dmitry-ministr@rambler.ru

2019. Вып. 91. С. 47-60

Б01: 10.15382Мш-П201988.47-60

ОИСГО: 0000-0002-3724-926Х

Духовное образование

в годы великих реформ на примере

Воронежского женского епархиального училища

Аннотация: Вопрос о необходимости улучшения образования представителей духовного сословия к середине XIX столетия поднимался не только в государственных и синодальных ведомствах, но и живо обсуждался в светской и церковной печати. Великие реформы, предпринятые императором Александром II, предполагали качественные изменения в системе образования духовенства и их детей. Принятие нового устава духовных семинарий и училищ 1867 г. крайне положительно оценивалось духовенством и преподавателями по ряду причин, главная из которых — увеличение финансирования учебных заведений. Однако, несмотря на попытки государства укрепить и модернизировать духовное образование, семинарии и училища остро нуждались в достаточном материальном обеспечении, чего государство в сложившихся условиях дать не могло. В данной статье автором предпринята попытка показать на примере женского Воронежского епархиального училища, как развивалось духовное образование в период внутриполитических преобразований страны. Рассматривается деятельность священнослужителей и мирян Воронежской епархии по организации женского епархиального училища в 1865 г., а также образовательная деятельность и особенности быта первого епархиального учебного заведения для дочерей священно- и церковнослужителей в 60—70-х гг. XIX столетия. На основе архивных данных, сведений периодической печати и опубликованных источников приводится информация об успеваемости воспитанниц, правилах внутреннего распорядка, особенностях их религиозно-нравственного состояния. Ярким событием, указывающим на положительные материальные изменения в жизни женского училища, явилось строительство и освящение домового храма с приобретением всей необходимой утвари. Автор приходит к выводу, что произведенные в ходе реформ изменения в духовном образовании имеют несомненные положительные достоинства, но либеральный характер преобразований создал основу для дальнейших системных проблем.

Ключевые слова: Православная Российская Церковь, Российская империя, Великие реформы, Воронежская и Задонская епархия, женское епархиальное училище, духовное образование.

Д. В. Гречушкин

Широкомасштабные внутриполитические преобразования, проводившиеся в годы царствования императора Александра II, коснулись и одного из наиболее важных вопросов подготовки священно- и церковнослужителей — духовного образования. Необходимость перемен в деле подготовки священнических кадров к началу 60-х гг. XIX в. была вполне очевидной для церковной иерархии, однако реформа духовных учебных заведений началась не по воле Св. Синода, а в связи с преобразованиями в сфере народного просвещения, проводимыми правительством Александра II1. Еще в самом начале своего царствования император высказывал мнение о том, что необходимо «заняться пересмотром системы воспитания и образования нашего духовного юношества, сообразно с современными потребностями»2. В периодической печати наряду с жалобами о недостаточном материальном обеспечении все чаще возникают мнения о необходимости «переосмысления социальной миссии православного священника, его активности в "мире" как религиозного воспитателя, духовного руководителя на пути к общественному согласию»3.

Современный специалист в области духовного образования А. В. Сушко отмечает, что по вопросу реформирования духовных семинарий в высших церковных кругах, а также в правительстве сформировались два основных подхода — консервативный и либеральный. К первому направлению, в частности, принадлежал святитель Филарет (Дроздов). В письме к обер-прокурору Святейшего Синода Д. А. Толстому от 22 декабря 1866 г. иерарх писал о том, что, по его мнению, предполагавшиеся изменения слишком кардинальны и не отвечают духу Вселенской Православной Церкви. В частности, святитель не одобрял решение властей дать возможность поступать в духовные семинарии представителям всех сословий. «Полагается принимать в семинарии детей православного исповедания из всех сословий. Дети духовного звания имеют то преимущество, что, с малолетства следуя в церковь за отцами, когда сии участвуют в богослужении, и постепенно входя в сие служение, начиная от приготовления кадила, выноса свечи и чтения, таким образом с малолетства напитываются церковным духом и получают предрасположение к церковной службе и некоторое знакомство с нею. Дети других сословий придут в семинарии, конечно, без таких благоприятных предрасположений; но еще можно опасаться, что некоторые, особенно из среднего и низшего сословий, особенно при нынешнем состоянии общественной нравственности, придут в семинарии с навыками, неблагоприятными духовному званию»4.

1 См.: Римский С. В. Российская Церковь в эпоху Великих реформ. Церковные реформы в России 1860—1870-х годов. М.: Крутицкое Патриаршее подворье. Общество любителей церковной истории, 1999; Малицкий П. Народное образование и женские епархиальные училища в царствование Александра II. Тула, 1880.

2 Рункевич С. Г. Русская церковь в XIX. СПб.: Типография А. П. Лопухина, 1901. С. 143.

3 Никулин М. В. Православная Церковь в общественной жизни России (конец 1850-х — конец 1870-х гг.): дис. ... канд. ист. наук. М.: РГГУ, 1996.

4 Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода, Д. А. Толстому, с приложением двух записок под заглавием: а) «Некоторые сомнения при чтении проекта устава духовных семинарий» и б) «Нечто к проекту устава духовных училищ» // Собрание мнений

По мысли святителя Филарета, при общем сохранении текста проекта нового семинарского устава необходимо было включить фразу «при равном достоинстве по испытанию, предпочитаются дети духовного звания»5. Выдающийся церковный иерарх считал, что предметам богословского цикла необходимо уделять гораздо больше внимания, чем светским наукам. С позицией святителя соглашались и другие представители консервативного лагеря — А. И. Розанов, С. О. Бурачек, Н. В. Елагин6.

К либеральному направлению относились преимущественно церковные публицисты — Д. И. Ростиславов, М. И. Хитров, А. Н. Муравьев, Н. Г. Помяловский. В итоге широких обсуждений накопившихся проблем в духовно-учебной сфере в марте 1862 г. был создан специальный комитет при Святейшем Синоде для подготовки будущего улучшенного устава духовных семинарий. Работу комитета возглавил епископ Херсонский Димитрий (Муретов). Членами нового органа стали Иоанникий (Руднев), епископ Выборгский, Платон (Городецкий), архиепископ Рижский, протоиерей М. И. Богословский, профессор Санкт-Петербургской духовной академии, и другие7. В итоге всех дискуссий и обсуждений новые уставы духовных семинарий и училищ были подписаны императором Александром II 14 мая 1867 г. Устав вводился не сразу во всех духовных семинариях, а поэтапно. Это, по мнению А. В. Сушко, объяснялось необходимостью его апробации и ограниченностью средств в епархиях и Синоде. В Воронежской духовной семинарии новый устав стал действовать с 1874 г., когда преподавательскому составу духовной школы удалось преобразовать учебный курс в соответствии с новыми правилами.

Преподаватель Воронежской семинарии конца XIX в. П. В. Никольский весьма положительно оценивал нововведения устава 1867 г. Самое главное достижение нового устава, по мысли П. В. Никольского, заключалось в увеличении финансирования образования. «Самой важной стороной духовно-учебной реформы 1867 г. является улучшение в содержании семинарии. Мы считаем эту сторону самой важной потому, что она более всего дала благоприятных последствий, тогда как многие из других преобразовательных мер, касавшихся, например, администрации, плохо привились в Воронежской семинарии»8. До введения устава 1867 г. годовой доход, который получала семинария, достигал 65 тыс. руб. в год. По уставу 1867 г. он стал составлять до 100 тыс. руб. в год. Подобное обстоятельство помогло решить одну из серьезнейших проблем местной духовной школы — устранить текучесть преподавательского состава. Слишком частые увольнения преподавателей были вызваны низкими окладами на их содержание. До реализации новой реформы средний оклад преподавателя Воронежской семинарии составлял 257 руб. 40 коп. штатного жалованья. Сумма могла увеличиться за счет оклада за ученую степень и квартирных денег до 457 руб. в год.

и отзывов Филарета, митрополита Московского и Коломенского, по учебным и церковно-государственным вопросам. М., 1888. Т. 5. Ч. 2. С. 916—917.

5 Там же. С. 917.

6 Сушко А. В. Духовные семинарии в пореформенной России. СПб., 2010. С. 19.

7 Там же. С. 21.

8 Никольский П. В. История Воронежской духовной семинарии. Воронеж, 2011. С. 397.

По уставу 1867 г. преподаватель семинарии стал получать 700 руб. годового окла-да9. Как видно, изменения носили существенный характер.

По сохранившимся воспоминаниям и свидетельствам «Воронежских епархиальных ведомостей», воспитанники относились к своей духовной школе с большим уважением. Но уже после кончины государя-императора Александра II в духовной школе начинаются серьезные расстройства в дисциплине, наблюдаются волнения и протестные выступления учащихся10. В 1860—1870 гг. обстановка в местной духовной школе была вполне спокойной. Священноначалие старалось настраивать воспитанников на служение в качестве приходских пастырей, прививало любовь и уважение к Церкви.

Безусловно, одним из самых положительных явлений в духовном образовании второй половины XIX в. стало открытие епархиальных женских училищ. Вопрос о необходимости создания особых учебных заведений для дочерей священно- и церковнослужителей поднимался неоднократно. Ни для кого не было секретом, что подавляющее большинство девиц из духовного звания выходили замуж за семинаристов и становились матушками. Матушка тоже исполняет своего рода служение, и не только служение матери. Помимо того что матушка держала на себе практически все бытовые вопросы, она нередко помогала священнику в организации приходской деятельности, особенно после того, как целым рядом правительственных распоряжений и статей в светской и церковной печати клирики были призваны нести активное социальное служение. Для того чтобы матушка могла помочь клирику организовать церковный хор или же церковно-приходскую школу, следовало и ей самой дать приличное образование11. В Воронежской и Задонской епархии специального учебного заведения для дочерей священно- и церковнослужителей не существовало.

Еще одна причина, по которой открытие училища для девиц духовного звания было востребованным, заключалась в частой невозможности отдать священникам своих дочерей на обучение в светские гимназии. Стоимость обучения в частных учебных заведениях и в гимназиях Министерства народного просвещения была достаточно высокой (например, стоимость обучения в частной трехклассной женской гимназии А. Н. Гоголь-Яновской составляла 100 руб. в год, для живших на полном пансионе (обучение, питание, жилье) плата была определена в 350 руб.),12 а материальное положение подавляющего большинства клириков оставляло желать лучшего. Доходы некоторых сельских священни-

9 Никольский П. В. Указ. соч. С. 398.

10 См.: Иконников С. А. Приходское духовенство Воронежской епархии (вторая половина XIX — начало XX века). Воронеж: Издательско-полиграфический центр «Научная книга», 2014. С. 265-291.

11 См.: Пантелеевский Н. Н. Очерки прошлого Воронежской губернской гимназии. Пятидесятые годы (1850-1853). Дисциплина в гимназии первой половины пятидесятых годов (1851-1856) // Памятная книжка Воронежской губернии на 1914 г. Воронеж, 1914. С. 108.

12 См.: Пыльнев Ю. В., Рогачев С. А. История школы и народного просвещения Воронежского края. XVIII — начало XX века. Воронеж, 1999; Днепров Э. Д., Усачева Р. Ф. Женское образование в России. М., 2009.

ков не превышали 100 руб. в год13. Дочери приходских священников и дьяконов оставались совершенно необразованными, если только не считать образованием элементарное владение грамотой, чтением и письмом. По статистическим данным, приведенным на страницах епархиальных ведомостей за 1870 г., при сельском населении в 804 747 душ насчитывалось 337 народных школ, в которых обучалось 17 882 чел., из них девочек только 118714.

Впервые с серьезными намерениями открыть в Воронежской и Задонской епархии женское училище выступил архиепископ Иосиф (Богословский). В начале 1863 г. владыка ведет переговоры с известным воронежским благодетелем Яковом Ивановичем Нечаевым, потомственным почетным гражданином, который обещал архиерею выделить для нового училища дом и сумму, необходимую для начала занятий, и уже 26 сентября того же года Святейший Синод дает согласие на открытие приюта и училища девиц духовного звания. Император Александр II пожаловал Я. И. Нечаева, почетного потомственного гражданина и купца первой гильдии, золотой медалью со Станиславской лентой для ношения на шее15.

В первом параграфе устава нового учебного заведения, проект которого достаточно долго обсуждался воронежским духовенством, указывалось на то, что по преимуществу училище рассчитано для детей священно- и церковнослужителей. «Воронежское училище девиц духовного звания воспитательное и учебное заведение преимущественно для сирот и бедных девиц духовного звания Воронежской епархии и состоит в непосредственном ведении архиерея»16. Открытие долгожданного учебного заведения произошло 1 октября 1865 г. на Покров Божьей Матери. Архиепископ Серафим (Аретинский) посчитал, что училище девиц необходимо, таким образом, вверить на особое попечение Царице Небесной. Цикл дисциплин, которые изучали девушки, был вполне обширным для того времени. Среди обязательных для изучения дисциплин имелись:

1. Православный христианский катехизис.

2. Священная история Ветхого и Нового Завета; в высшем отделении училища отдельно объяснялось евангельское чтение следующего воскресного дня, что способствовало более успешному усвоению воспитанницами прочитанного за богослужением отрывка.

3. Богослужебный устав с объяснением значения наиболее важных моментов богослужения.

4. Чистописание и чтение на русском и церковно-славянском языках.

5. Арифметика (предполагалось усвоение самого необходимого: четырех основных действий простых и дробных чисел и счисление на счетах).

6. Русская грамматика (особое внимание уделялось написанию сочинений).

7. Отечественная история.

13 К вопросу о составлении денежного капитала в пользу бедных духовного звания Воронежской епархии // Воронежские епархиальные ведомости. 1866. № 17. С. 406.

14 Статистические сведения о народных школах Воронежской губернии // Воронежские епархиальные ведомости. 1871. №3. С. 106-107.

15 Открытие в г. Воронеже училища девиц духовного звания // Воронежские епархиальные ведомости. 1866. № 1. С. 10.

16 Там же. С. 12.

8. Всеобщая история.

9. География.

10. Церковное пение (на слух и по нотам, вокал).

11. Основы домашнего хозяйства.

12. Рукоделие: кройка, вязанье, шитье17.

В день открытия училища священник Михаил Левашев, смотритель нового учебного заведения, произнес речь, в которой сказал о значении учреждения в Воронежской и Задонской епархии училища для девиц духовного звания: «Здесь девицы-сироты, остающиеся после смерти своих родителей в жалкой бедности и без призора, найдут попечительный приют, в котором они будут призрены с отеческою любовью. Здесь отцы и матери, для которых воспитание дочерей в доме весьма затруднительно, будут иметь возможность без тягостных условий облегчить свои заботы заботами начальствующих и воспитывающих в этом заведении. Здесь при многосторонних наблюдениях и опытах будут развиваться дельные мысли о воспитании девиц, которые будут иметь благотворное приложение как в самом заведении, так и вне его. Тут воспитанницы будут усвоять знание и качества, необходимые для полезной деятельности их во всей дальнейшей их жизни»18.

Первый выпуск Воронежского епархиального женского училища состоялся 10 июля 1869 г. Поражает, какое огромное внимание со стороны светского и духовного начальства уделялось вопросам духовного образования. Об этом говорит хотя бы состав приглашенных гостей на торжественные выпускные экзамены: воронежский губернатор, ректоры нескольких семинарий, уважаемые купцы города Воронежа, епархиальный и викарный архиереи, естественно, родители и родственники воспитанниц и много других почетных гостей (в основном представителей интеллигенции). Выпускной экзамен начался в 7.30 утра и продолжался до 11 часов вечера. Преосвященный архипастырь и другие участники комиссии задавали вопросы по основам православного вероучения, отечественной и всеобщей истории, Священному Писанию Ветхого и Нового Завета. В конце проверялись вокальные данные воспитанниц, их умение петь и руководить хором.

Уровнем ответов и развитием выпускниц были очень довольны. Гости, посетившие училище впервые, по сохранившимся воспоминаниям, были даже поражены. «Так, один достопочтенный кафедральный протоиерей одной из западных епархий П. Ф. Г. (к сожалению, имя его не указывается полностью. — свящ. Д. г.), пробывший 13 лет инспектором классов в женском епархиальном училище, пользующемся особенными милостями Августейшей Покровительницы женских учебных заведений, сделал весьма лестные отзывы об успехах нашего училища. По отзывам же другого гостя, начальника одной из духовных семинарий, ответы воспитанниц, по основательности и отчетливости знания

17 Открытие в г. Воронеже училища девиц духовного звания // Воронежские епархиальные ведомости. 1866. № 1. С. 16.

18 Левашев Михаил, свящ. Речь по случаю открытия Воронежского училища девиц духовного звания // Воронежские епархиальные ведомости. 1866. № 2. С. 31—32.

предметов, превосходят познания воспитанниц других учебных заведений и повыше нашего епархиального училища стоящих»19.

Исполненные воспитанницами произведения понравились знатокам и любителям музыки. Владыка Серафим (Аретинский) особенно благодарил девиц за искусно вышитые ими для него девять орлецов с золотыми нитями. Лучшие выпускницы удостоились денежной премии, памятных икон и книжек. На следующий день после торжественного экзамена руководство училища, взяв во внимание желание лучших воспитанниц еще раз встретиться для личного благословения с архиереем, приняло решение привести девиц в архиерейский сад для беседы с владыкой. Последний на протяжении нескольких часов гулял с ними по саду, вел назидательные беседы. После прогулки девиц пригласили в гостиную, где вместе с архиереем они пили чай и «угощались различными лакомствами». «Архипастырь с отеческою заботливостью беседовал с воспитанницами, для которых этот вечер остался навсегда самым приятным и незабываемым воспоминанием. Незаметно, как прошло время; но нужно было дать покой преосвященству. В 10.30 воспитанницы с приятным воспоминанием об этом приеме их владыкою возвратились в училище»20.

Явный и всем очевидный успех первого выпуска Воронежского епархиального женского училища показал позитивность проводившихся в Православной Российской Церкви преобразований, в частности в сфере духовного образования. Дочери священно- и церковнослужителей не только получили возможность получать образование, но и применять его в дальнейшем на благо Церкви и государства. Выпускницы приглашались на учительскую и воспитательскую работу в свое же родное училище, в земские и церковно-приходские школы. Приведем для примера сведения из годичного отчета о состоянии женского училища за 1873/74 г.: «В составе воспитательниц в отчетном году также были перемены: .а) В октябре месяце 1873 г., по прошению, уволена определенная в предшед-шем учебном году воспитательница Евдокия Федорова и на место ея допущена к прохождению сей должности, с 6-месячным испытанием, из окончивших курс в сем же училище девица Мария Владимирова, которая 1 июля и утверждена в должности воспитательницы. б) В виду открытия в сем 1874 году V класса Советом училища с утверждения Его Высокопреосвященства допущена к прохождению должности 5 воспитательница также окончившая курс в сем заведении девица Вера Дроздова. Прочия три воспитательницы оставались в отчетном году прежния: Жена священника Анна Марковская и девицы духовн. происхожд. окончившия курс в сем же училище Эсманская и Попова»21.

Столь заметный положительный итог воспитания и образования, которые предоставляло женское училище, конечно же был возможен благодаря ревностному труду руководства и педагогического состава заведения. Трогательность

19 Первый выпуск воспитанниц Воронежского епархиального женского училища // Воронежские епархиальные ведомости. 1869. № 17. С. 695.

20 Там же. С. 698.

21 Годичный отчет о состоянии Воронежского епархиального женского училища по учебной и нравственной частям за 1873/4 учебный год // Воронежские епархиальные ведомости. 1875. № 4. С. 129.

момента характеризует незапланированная речь священника, одного из членов училищного совета, после раздачи аттестатов: «Ваш выпуск первый. Вы, можно сказать, первый плод этого училища, еще так недавно учрежденного. На вас, поэтому, лежит священный долг своим примерным поведением, каким отличались здесь, в училище, поддержать честь этого заведения, и оправдать благие намерения наставников и начальства... Найдутся и такие, которые зорко будут следить за вами, за вашим поведением, каждый шаг будут замечать, чтобы усмотреть что-либо бросающее невыгодную тень на само заведение. Это налагает на вас обязанность вести себя примерно-благонравно, чтобы никакой злонамеренный язык не мог вымолвить дурного слова об вас»22.

В отчете за 1873/1874 учебный год отмечалось, что поведение воспитанниц являлось образцовым. Все они неукоснительно ходили на богослужение, ревностно молились, соответствовали высокому моральному облику дочерей священнослужителей. Дисциплине в епархиальном женском училище уделялось особенное внимание. Так, по состоянию на 1873/1874 учебный год в училище имелось четыре воспитательницы (одна воспитательница на класс)23. Они неустанно следили за воспитанницами, начиная с утра, во время занятий, обеда, ужина, и вплоть до отхода ко сну. К работе с воспитанницами допускались наиболее зарекомендовавшие себя преподаватели, к выборам которых священноначалие относилось со всей серьезностью. Председателем совета училища являлся прот. Иоанн Адамов, имеющий степень магистра, начальница училища — дочь генерал-майора Надежда Алексеевна Колодкина, инспектор классов и законоучитель прот. Феодор Никонов, магистр; преподаватели: кандидат Григорий Не-детовский (русский язык), губернский секретарь Иван Остроумов (арифметика и история), титулярный советник Андрей Алексеевич Фивейский (чистописание); воспитательницы: жена священника Анна Марковская, дочь протоиерея Агния Османская, дочь диакона Ольга Попова, дочь священника Александра Владимирова24. Они обучали девиц рукоделию, под их руководством воспитанницы готовили домашнее задание, читали литературу. Если девушки совершали проступки, которые влекли за собой серьезные замечания или даже дисциплинарные взыскания, педагоги доносили об этом начальнице училища.

Для того чтобы понять, что собой представляло Воронежское епархиальное женское училище в статистическом отношении, ниже мы приведем данные о количестве воспитанниц за 1873/1874 учебный год. К началу указанного года было 199 воспитанниц: из духовного сословия (Воронежской и Задонской епархии) — 181; из духовного сословия (других епархий) — 4; светского звания — 1425.

Большинство воспитанниц размещалось в общежитии училища (176), остальные (23) жили на квартирах в городе Воронеже. Если говорить о распре-

22 Первый выпуск воспитанниц Воронежского епархиального женского училища // Воронежские епархиальные ведомости. 1869. № 17. С. 701.

23 Годичный отчет о состоянии Воронежского епархиального женского училища. С. 135.

24 Памятная книжка Воронежской губернии на 1875 год. Издание Воронежского губернского статистического комитета. С. 55—56.

25 Годичный отчет о состоянии Воронежского епархиального женского училища по учебной и нравственной частям за 1873/4 учебный год // Воронежские епархиальные ведомости. 1875. № 5. С. 233.

делении девиц по классам, то картина выглядела следующим образом: в 5-й кл. поступило — 52 чел.; в 3-й — 52; во 2-й — 48; в 1-й — 47 чел.

Успеваемость за 1873/1874 учебный год, согласно опубликованному отчету, была ниже, чем обычно, а именно: из 52 воспитанниц 5-го кл. во время итогового испытания 1874 г. получили в среднем выводе: 11 воспитанниц — 5 и более 4,5; 20 воспитанниц — от 3,5 до 4,5; 16 воспитанниц — от 3 до 3,5; две воспитанницы — менее 3; три воспитанницы не явились на экзамен.

Успеваемость по классам распределялась в том же году таким образом: из 52 воспитанниц 3-го кл. получили следующие баллы: восемь воспитанниц — от 4,5 до 5; 27 воспитанниц — от 3,5 до 4,5; 15 воспитанниц — от 3 до 3,5; две воспитанницы не явились на экзамен;

из 48 воспитанниц 2-го кл.: шесть воспитанниц — от 4,5 до 5; 20 воспитанниц — от 3,5 до 4,5; 18 воспитанниц — от 3 до 3,5; две воспитанницы — менее 3; одна воспитанница — менее 2; одна воспитанница не явилась на экзамен;

из 47 воспитанниц 1-го кл.: три воспитанницы — более 4, 5; 23 воспитанницы — от 3,5 до 4,5; 13 воспитанниц — от 3 до 3,5; четыре воспитанницы — менее 3; четыре воспитанницы не явились на экзамен26.

Из приведенной статистики видно, что к старшим курсам (или, в терминологии того времени, классам) воспитанницы проявляли большее усердие и демонстрировали более высокую успеваемость. Приведем также данные о правилах внутреннего распорядка, действовавших в училище. Воспитанницы должны были вставать в 6 часов утра и без промедления привести свою кровать в порядок. В 7 часов, выстроившись попарно, под надзором воспитательницы необходимо было следовать на общую молитву. По окончании утренней молитвы следовал завтрак, за которым запрещались разговоры и шум и уделялось пристальное внимание аккуратному и манерному приему пищи. В 8 часов воспитанницы вводились в классные комнаты и читали главу из евангелия или несколько стихов, в зависимости от возраста учащихся. В 9 часов начинались учебные занятия. Замечания преподавателя или воспитательницы должны были неукоснительно выполняться, более того, выслушивать их следовало с готовностью и без малейшего неудовольствия. На вопросы учителя требовалось отвечать внятно и по существу, чтобы не замедлять ход урока. После обеда предписывалось идти на прогулку, причем было рекомендовано, «чтобы воспитанницы в это время развлекали себя играми или чем другим, что могло бы приводить их в движение, а не садились бы за книгу и вообще не занимали бы себя чем-нибудь серьезным, требующим сосредоточенности мыслей. Прогулка должна быть настоящим отдыхом от умственных занятий; но игры и все прочия развлечения должны быть в пределах приличия»27. Далее, с 3 до 4 часов, все воспитанницы занимались рукоделием, кроме тех, кто берет уроки музыки или французского языка либо находятся на важном дежурстве. По понедельникам, вторникам, средам и четвергам

26 Годичный отчет о состоянии Воронежского епархиального женского училища по учебной и нравственной частям за 1873/4 учебный год // Воронежские епархиальные ведомости. 1875. № 5. С. 232-234.

27 Правила для поведения воспитанниц женского епархиального училища // Воронежские епархиальные ведомости. 1881. № 5. С. 61-62.

еженедельно с 4 до 5 часов обязательный урок гимнастики для всех классов поочередно. Одновременно на уроке участвовали только три класса, таким образом, каждый класс занимался дважды в неделю. В 5 часов — полдник, с 6 часов приготовление уроков на следующий день. Воспитанница имела право обратиться к воспитательнице, в случае если что-либо из заданного урока затруднительно для понимания, и получить необходимое объяснение. Запрещалось учить уроки вслух. Приготовление уроков длилось три часа с перерывами на 15 мин. каждые 45 мин., а в младших классах допускалось отдыхать до получаса. К 9 часам воспитанницы собирались на ужин, после которого читались молитвы для отхода ко сну. В 10 часов воспитанницы ложились спать28.

Ввиду довольно высокого качества образования, предоставляемого в стенах духовного учебного заведения, количество желающих обучаться в училище с каждым годом увеличивалось. С середины 1870-х гг. был поднят вопрос о необходимости постройки нового корпуса общежития для девиц духовного звания. Священноначалие, Святейший Синод, предлагал руководству училища открыть несколько параллельных классов и дополнительное общежитие. Но желающих поступить в женское учебное заведение в Воронеже было настолько большим, что местное духовенство предлагало открыть еще несколько женских епархиальных училищ: «Одно училище, и при открытии параллельных отделений, не удовлетворит всех желающих воспитывать дочерей своих в училище духовного ведомства; тогда как открытие отдельных училищ с большими удобствами удовлетворит наибольшему числу лиц, желающих дать воспитание девочкам в училищах девиц духовного ведомства. Из уездных училищ воспитанницы, желающие и более способные могли бы поступать в 5 класс епархиального училища, а для иных достаточно было бы воспитания, полученного в уездном училище»29.

Реформы в сфере духовного образования конца 1860-х — начала 1870-х гг. подразумевали улучшение материального обеспечения духовных учебных заве-дений30. Духовенство осознавало, что реформа необходима и училищам, но для успешной ее реализации явно не хватало необходимых для этого средств. Епархиальные ведомости сохранили сетования клириков на невозможность повлиять на положение дел: «Цель собраний наших, как известно, заботиться об улучшении нравственного и материального быта детей наших, обучающихся в училище. Забота эта так близка сердцу каждого из нас, что нет нужды распространяться о ее значении и важности. Каждый сознает и чувствует потребность употребить все зависящие от него способы к осуществлению видов Правительства касательно устройства училищ наших на новых началах. А между тем нельзя не сознаться в общем бессилии нашем в материальном отношении быть существенно полезными делу, так как само духовенство находится в переходном состоянии

28 См.: Правила для поведения воспитанниц женского епархиального училища // Воронежские епархиальные ведомости. 1881. № 5. С. 60.

29 К вопросу об устройстве достаточных помещений для женского епархиального училища // Воронежские епархиальные ведомости. 1875. № 23.С. 1052—1058.

30 Смирнов В. З. Реформа начальной и средней школы в 60-х годах XIX в. М., 1954.

и не имеет никакого положительного обеспечения»31. Тем не менее изменения в материальном обеспечении происходили. Так, 30 декабря 1871 г. состоялось долгожданное освящение пристроенного к зданию училища храма. Необходимость иметь церковь в самом здании училища ясно осознавалась и начальством, и епархиальным духовенством. По этому случаю собирали пожертвования на приходах, но полученные средства были так скудны, что не могло быть и речи о постройке церкви, тем более что недавно открытое училище не располагало необходимым капиталом. В 1868 г. по направлению иеромонаха Митрофановского монастыря училище посетил благотворитель Иван Антонович Соболев, который выразил твердое намерение устроить в учебном заведении храм и передал сумму 15 тыс. руб. серебром. Планировалось сделать пристройку к зданию училища и в ней разместить храм. Работы проходили успешно: в течение года было возведено трехэтажное здание и покрыто крышей, но дело остановилось со смертью И. А. Соболева 30 декабря 1869 г. В продолжение всего 1870 г. пристройка стояла в неоконченном виде, но в скором времени нашелся новый попечитель училища — Василий Трифонович Петров, который менее чем за год закончил строительство и подготовил храм к освящению. К торжеству освящения храма были приглашены более 200 почетных граждан г. Воронежа, в том числе губернатор и глава города. Позже для училища было куплено еще несколько домов32.

Таким образом, реформы в сфере духовного образования имели самые серьезные последствия для местных учебных заведений. Введение нового устава семинарий, духовных мужских училищ, создание начал женского духовного образования имели самые позитивные последствия для церковной жизни края. Качество образования, интеллектуальный уровень приходских клириков и членов их семей в значительной степени повышались. Однако наблюдались и неразрешенные проблемы. Уровень материального обеспечения был явно недостаточным. Здания общежития и корпуса не всегда соответствовали требованиям новых правил. Новой реальностью в годы правления Александра II стал уход значительного числа выпускников духовных учебных заведений из духовного звания в светское. Молодые люди не стремились следовать пути, избранному их отцами. Забитость духовенства, материальная зависимость от прихожан толкали молодых людей по окончании духовной семинарии поступать в университеты или другие светские учебные заведения империи. Новый закон от 16 апреля 1869 г. только способствовал подобному обстоятельству. Теперь сам закон разрешал молодым людям выходить из духовного сословия, не опасаясь при этом за последствия. По-разному можно оценивать произошедшие в ходе великих реформ изменения в области духовного образования. На наш взгляд, оценивать их следует двояко: с одной стороны, имелись несомненные положительные стороны, о которых мы говорили выше; с другой — чрезмерно либеральный характер преобразований создал основу для дальнейших системных проблем, для активного революцион-

31 Скрябин И., свящ. Отчет по Бирюченскому духовному училищу, читанный 3-го сентября 1870-го года в собрании о.о. депутатов одним из членов от духовенства // Воронежские епархиальные ведомости. 1870. № 20. С. 917.

32 См.: Освящение церкви в Воронежском Епархиальном женском училище // Воронежские епархиальные ведомости. 1872. № 5. С. 190.

ного всплеска воспитанников духовной семинарии в конце XIX — начале XX в.,

неоднократно уже описанного в трудах современных историков33.

Список литературы

Вессель Н. Х. Очерки об общем образовании и системе народного образования в России / сост. В. Я. Струминский. М., 1959.

Вопрос о воспитательной деятельности женских открытых учебных заведений // Журнал Министерства народного просвещения. 1863. № 2.

Днепров Э. Д., Усачева Р. Ф. Женское образование в России. М., 2009.

Иконников С. А. Приходское духовенство Воронежской епархии (вторая половина XIX — начало XX века). Воронеж: Издательско-полиграфический центр «Научная книга», 2014.

Малицкий П. Народное образование и женские епархиальные училища в царствование Александра II. Тула, 1880.

Мраморнов А. И. Духовная семинария России начала XX века: кризис и возможности его преодоления (на саратовских материалах). Саратов, 2007.

Никольский П. В. История Воронежской духовной семинарии. Воронеж, 2011.

Никулин М. В. Православная Церковь в общественной жизни России (конец 1850-х — конец 1870-х гг.): дис. ... канд. ист. наук. М.: РГГУ, 1996.

Пантелеевский Н. Н. Очерки прошлого Воронежской губернской гимназии. Пятидесятые годы (1850—1853). Дисциплина в гимназии первой половины пятидесятых годов (1851—1856) // Памятная книжка Воронежской губернии на 1914 г. Воронеж, 1914.

Письмо митрополита Филарета к обер-прокурору Святейшего Синода Д. А. Толстому, с приложением двух записок под заглавием: а) «Некоторые сомнения при чтении проекта устава духовных семинарий» и б) «Нечто к проекту устава духовных училищ» // Собрание мнений и отзывов Филарета, митрополита Московского и Коломенского, по учебным и церковно-государственным вопросам. М., 1888. Т. 5. Ч. 2.

Пыльнев Ю. В., Рогачев С. А. История школы и народного просвещения Воронежского края. XVIII — начало XX века. Воронеж, 1999.

Римский С. В. Российская Церковь в эпоху Великих реформ. Церковные реформы в России 1860— 1870-х годов. М.: Крутицкое Патриаршее подворье. Общество любителей церковной истории, 1999.

Рункевич С. Г. Русская церковь в XIX. СПб.: Типография А. П. Лопухина, 1901.

Смирнов В. З. Реформа начальной и средней школы в 60-х годах XIX в. М., 1954.

Скрябин И., свящ. Отчет по Бирюченскому духовному училищу, читанный 3-го сентября 1870-го года в собрании о.о. депутатов одним из членов от духовенства // Воронежские епархиальные ведомости. 1870. № 20.

Сушко А. В. Духовные семинарии в пореформенной России. СПб., 2010.

Указатель важнейших сочинений по женскому вопросу. М., 1907.

33 См.: Иконников С. А. Указ. соч.; Мраморнов А. И. Духовная семинария России начала XX века: кризис и возможности его преодоления (на саратовских материалах). Саратов, 2007.

Vestnik Pravoslavnogo Sviato-Tikhonovskogo gumanitarnogo universiteta. Seriia II: Istoriia. Istoriia Russkoi Pravoslavnoi Tserkvi. 2019. Vol. 91. P. 47-60 DOI: 10.15382/sturII201988.47-60

Revd. Dmitriy Grechushkin, Graduate student, SS Cyril and Methodius Theological Institute of Post-Graduate Studies, 4/2 Pyatnitskaya Str., Moscow 115035, Russian Federation dmitry-ministr@rambler.ru

ORCID: 0000-0002-3724-926X

Religious Education in the Years of the Great Reforms with Voronezh Diocesan Girl's College as an Example

D. Grechushkin

Abstract: The issue of improving education of the clergy by the mid-19th century was raised not only in state and synodal institutions, but was also vividly discussed in secular and church-related press. The great reforms undertaken by emperor Alexander II implied qualitative changes in the system of education of the clergy and their children. The new statute of theological seminaries and colleges of 1867 was very positively evaluated by the clergy and teachers, the main reason for which was the increased funding of educational institutions. However, despite the efforts of the state to strengthen and modernise religious education, seminaries and colleges were in the acute need of sufficient financial support, whereas the state was not able to provide it under the current circumstances. This article aims to show how religious education was developing in the period of domestic reforms with Voronezh diocesan girls' college. It studies the work of priests and laymen of Voronezh diocese in organising the diocesan college for girls in 1865 as well as the education process and everyday life of the first dicesan educational institution for daughters of the clergy in the 1860s and 1870s. Using archival data, periodicals and published sources, the article describes the performance of the students, regulations of their everyday life, traits of their religious and moral state. A prominent event which demonstrated positive material change in the girls' college was the construction and consecration of the house church with the acquisition of all necessary utensils. The article concludes that the changes that took place in religious education in the course of the reforms had undoubtedly positive results, but the liberal character of the changes had created grounds for the future systemic problems.

Keywords: Russian Orthodox Church, Russian Empire, Great Reforms, Voronezh and Zadonsk diocese, diocesan school for girls, religious education.

References

Dneprov E., Usacheva R. (2009) Zhenskoe obrazovanie v Rossii [Women's Education in Russia]. Moscow (in Russian).

Ikonnikov S. (2014) Prikhodskoe dukhovenstvo Voronezhskoi eparkhii (vtoraia polovina XIX — nachalo XX veka) [Parish Clergy of Voronezh Diocese (2nd Half of the 19th — Early 20th Centuries)]. Voronezh (in Russian).

Mramornov A. (2007) Dukhovnaia seminariia Rossii nachala XX veka: krizis i vozmozhnosti ego preodoleniia (na saratovskikh materialakh) [Theological Seminary in Russia of the Early 20th Century: the Crisis and Means to Overcome it (with materials from Saratov as an example)]. Saratov (in Russian).

Nikol'skii P. (2011) Istoriia Voronezhskoi dukhovnoi seminarii [History of Voronezh Theological Seminary]. Voronezh (in Russian).

Pyl'nev Iu., Rogachev S. (1999) Istoriia shkoly i narodnogo prosveshcheniia Voronezhskogo kraia. XVIII — nachalo XX veka [History of School and People's Education of Voronezh Region 18th — Early 18th Centuries)]. Voronezh (in Russian).

Rimskii S. (1999) Rossiiskaia Tserkov' v epokhu Velikikh reform. Tserkovnye reformy v Rossii 1860—1870-kh godov [Russian Church in the Epoch of the Great Reforms. Church Reforms in Russia in the 1860s — 1870s]. Moskva (in Russian).

Smirnov V. (1954) Reforma nachal'noi i srednei shkoly v 60-kh godakh XIX v. [Reform of the Elementary and Secondary School in the 1860s]. Moscow (in Russian).

Sushko A. (2010) Dukhovnye seminarii v poreformennoi Rossii [Theological Seminaries in PostReform Russia]. St. Petersburg (in Russian).

Vessel' N. (1959) Ocherki ob obshchem obrazovanii i sisteme narodnogo obrazovaniia v Rossii [Essays on Compulsory Education in the System of People's Education in Russia]. Moscow (in Russian).