Вышка выделки не стоит

Несмотря на нарастающие экономические ограничения, нефтедобывающая отрасль в первом полугодии 2022 года продемонстрировала положительную динамику. Объемы добычи углеводородного сырья в среднем по стране выросли на 3,3%, а в Пермском крае — почти на 10%. Аналитики объясняют такие показатели невысоким уровнем добычи в прошлом году и прогнозируют, что к концу текущего года, когда начнет действовать эмбарго ЕС, ситуация ухудшится. В особо трудном положении, по словам экспертов, оказались независимые нефтедобытчики, которые уже сегодня испытывают сложности с реализацией сырья.

Фото: Максим Кимерлинг, Коммерсантъ

По данным Росстата, индекс промышленного производства в сфере добычи нефти и природного газа в РФ в первом полугодии 2022 года вырос на 2,6% относительно аналогичного периода прошлого года. Выпуск нефти за шесть месяцев увеличился к году на 3,3% — с 255 до 263 млн тонн. В Пермском крае, согласно докладу Пермьстата о социально-экономическом положении региона, индекс промпроизводства в этой отрасли в январе — июне 2022 года увеличился на 9,1% по сравнению с первым полугодием 2021-го, а объемы добытой нефти выросли на 9,7% — с 7,8 до 8,2 млн тонн.

Замначальника департамента по недропользованию по Приволжскому федеральному округу Андрей Белоконь сообщил, что из всей добытой в Прикамье за первое полугодие нефти 7,9 млн тонн (около 96%) пришлось на долю дочерней компании ЛУКОЙЛа — ООО «ЛУКОЙЛ-ПЕРМЬ» и связанных с ним ООО «УралОйл», ООО «Загорский» и ООО «ПермьТОТИнефть».

Всего на территории Пермского края сегодня работают 38 нефтедобывающих компаний. На данный момент им выдано 225 лицензий на геологическое изучение и (или) разведку и добычу углеводородного сырья (УВС). Из них 154 лицензии принадлежат ООО «ЛУКОЙЛ-ПЕРМЬ» и интегрированным с ним предприятиям. Еще 12 лицензиями владеет компания «УДС нефть», входящая в холдинг «UDS group» ижевского бизнесмена Алексея Чулкина. Остальные лицензии принадлежат независимым нефтедобытчикам.

Рост добычи в первые шесть месяцев этого года аналитик ФГ «Финам» Сергей Кауфман объясняет низкой базой прошлого года из-за ограничений ОПЕК+ и довольно успешным преодолением санкционного давления. «Конечно, РФ все еще существенно отстает от своей квоты ОПЕК+, однако относительно уровня февраля этого года значительное снижение добычи наблюдалось лишь в апреле и мае, после чего последовало восстановление на фоне успешной переориентации выпадающих на западном направлении объемов в Индию, Китай и некоторые другие страны. Сейчас относительно февральских показателей добыча существенно снижена лишь в отдельных регионах, например на Сахалине»,— говорит аналитик.

Более интенсивная положительная динамика в отрасли в Пермском крае, по мнению Сергея Кауфмана, связана с тем, что ЛУКОЙЛ, являющийся крупнейшим игроком на нефтедобывающем рынке региона, сейчас локально не испытывает значительных проблем со сбытом. Однако эксперт считает, что ситуация может измениться в худшую сторону в конце текущего года, когда вступит в силу эмбарго ЕС на морские поставки российской нефти. «РФ уже повысила экспорт в страны Азиатско-Тихоокеанского региона, а многие европейские потребители, особенно средиземноморские, не спешат существенно снижать закупки, стараясь создать запасы перед вводом эмбарго. Из-за этого основные риски для российской нефтянки фактически перенеслись на декабрь 2022 года — февраль 2023-го. Мы полагаем, что в этот период снижение добычи в стране может иметь масштаб вплоть до 1 млн баррелей в сутки относительно текущего уровня. При этом ЛУКОЙЛ, для которого морской экспорт в ЕС традиционно является ключевым направлением бизнеса, может стать одним из пострадавших»,— отмечает господин Кауфман.

В более затруднительном положении, по оценке эксперта «Финам», оказались небольшие нефтедобывающие компании, которым уже сегодня непросто сбывать продукцию. «На фоне профицита сырой нефти в стране крупным компаниям логичнее максимально использовать собственное сырье на своих нефтеперерабатывающих заводах»,— поясняет Сергей Кауфман.

В ассоциации независимых нефтегазовых компаний «Ассонефть» фиксируют снижение производительности среди компаний с объемом добычи менее 100 тыс. тонн нефти в год. «Начавшаяся весной турбулентность внутренних цен привела к тому, что выручка таких компаний сравнялась с размером НДПИ (налог на добычу полезных ископаемых.— BG), который они платят. На данный момент большинство из них прекратили геологическую разведку, подземные капитальные ремонты, работа с фондом скважин полностью остановлена»,— рассказала гендиректор ассоциации Елена Корзун.

По словам Андрея Белоконя, в Пермском крае на данный момент ни одна нефтедобывающая компания не приостановила деятельность. «Но трудности испытывают, конечно, все — и большие, и малые»,— говорит господин Белоконь.

Фото: Максим Кимерлинг, Коммерсантъ

Руководитель и совладелец одной из небольших пермских нефтекомпаний, пожелавший остаться анонимным, отмечает, что и до нынешнего кризиса независимые нефтедобытчики сталкивались как с проблемами сбыта сырья, так и с массой других сложностей. «У маленьких компаний нет входов в систему „Транснефти“, из-за чего организовать транспортировку сырья очень тяжело. Сами месторождения малым предприятиям достаются по остаточному принципу — наиболее отдаленные и без всякой инфраструктуры. Кроме того, налоговая нагрузка сегодня очень высокая. Объем добычи у нас небольшой, а налоги мы платим по всей строгости закона. Развиваться в таких условиях для многих становится просто невозможно»,— поделился собеседник. Сейчас, по его словам, ситуация усугубилась. «Если будет введено эмбарго на нефть, боимся даже предположить, чем это обернется. Сейчас сложно спрогнозировать, как изменится в этом случае внутренний спрос и насколько сильно это отразится на сбыте»,— говорит источник.

Соучредитель нефтедобывающей компании «УНК-Пермь» Геннадий Кузнецов считает, что именно высокая налоговая нагрузка на данный момент является основной проблемой малых предприятий. «Сегодня на налоги уходит около 80% нашей выручки. В свободном распоряжении компании остается прибыль, составляющая лишь 1,5–2% от нее. Мне кажется, это нечестно, когда государство получает 80% доходов от нашей работы, а само предприятие практически ничего. Говорить о каком-то развитии в данной ситуации сложно. Мы работаем на грани рентабельности»,— сетует господин Кузнецов.

Особых сложностей со сбытом «УНК-Пермь», по его словам, сегодня не испытывает, так как руководство компании вовремя приняло необходимые меры. «Но у многих маленьких нефтедобытчиков с этим действительно беда — им просто некуда сбывать нефть. Я знаю, что в целом по стране есть немало месторождений, которые по итогам первого полугодия полностью остановились, потому что добывать становится невыгодно»,— говорит бизнесмен.

Геннадий Кузнецов считает, что помочь малым нефтекомпаниям удержаться на рынке в нынешних экономических условиях может только изменение государственной политики в части их налогообложения. «Снижение налоговой нагрузки на нефтяной сектор необходимо. В противном случае все больше независимых компаний будут прекращать добычу, а уж о том, чтобы вести разведку новых месторождений, говорить тогда вообще не придется»,— полагает господин Кузнецов.

Аналогичного мнения придерживается Елена Корзун. По ее мнению, нужно пересмотреть саму формулу НДПИ. «При его расчете для компаний, работающих на внутренний рынок, необходимо ориентироваться на внутренние цены, а не на мировые и курс доллара, как сейчас. Как вариант, можно запустить отдельный биржевой механизм для формирования цен на внутреннюю сырую нефть, либо же переходить на уплату НДПИ от фактической цены, по которой нефть была продана. Конечно, сбыт сегодня тоже серьезная проблема, но в процессе экономической деятельности компании сами ее так или иначе решат. Главное, чтобы эта деятельность была эффективной и приносила финансовый результат, чего при сегодняшней системе налогообложения добиться сложно. Если этот сектор важен для государства, то систему надо менять»,— уверена глава «Ассонефти».