Евфимий Александрович малов и миссионерская деятельность «Братства святителя гурия» во второй половине XIX в

УДК 94(470.41-25)«1850/1917»:271.22-76.051

М.Р. Салахов

Евфимий Александрович Малов и миссионерская деятельность «Братства святителя Гурия» во второй половине XIX в.

Евфимий Александрович Малов известен в истории как талантливый миссионер, ученый и церковный деятель. Он оставил после себя многочисленные дневники, печатные издания и переводы на тему противомусульманской полемики. В своих трудах Малов описывал развитие миссионерского дела, имперскую политику в Казанской губернии в прошлом и критиковал процессы, свидетелем и современником которых был.

E.A. Malov is well-known as a talented missionary, scientist and church leader. He had left numerous diaries, publications and translations on the topic of anti-islamic dispute. In his papers Malov described the development of missionary work, imperial politics in Kazan province in the past. He criticised the processes he had witnessed and been a contemporary of. Besided, he can also be called a historian of missionary work.

Ключевые слова: Е.А. Малов, востоковедение, исламоведение, миссионерство, Казанская духовная академия, «Братство святителя Гурия».

Key words: E.A. Malov, Oriental Studies, Islamic Studies, missionary work, Kazan school of teology, the brotherhood of St. Gury.

Значительные преобразования в России во второй половине Х1Х и начале ХХ в. отразились на всех аспектах жизни страны. Перемены коснулись экономических, культурных, идеологических и духовных сфер общества. Шло дальнейшее продолжение интеграции нерусских народов как в культурно-языковой, так и религиозной сфере. Развитая инфраструктура Русской православной церкви (РПЦ) активно использовалась государством для продвижения важных социальных и полицейско-охранительных проектов. Важным направлением взаимодействия государства и православной церкви становилась реализация политики по христианизации религиозных меньшинств.

Казанская епархия на рубеже веков была многонациональной. Так, численность населения Казанской губернии в это время составляла более 1650 тыс., из них русских - около 700 тыс. чел. Все остальное население было «инородческим», и татары занимали здесь первое по численности место, т.е. 452 тыс. чел. (из них более

© Салахов М.Р., 2014

400 тыс. исповедовали ислам и лишь 40 тыс. считались принадлежащими к православной церкви) [7, с. 5-7].

Большая часть «инородцев» (как старокрещеных, так и новокрещеных) не понимала самой сути православия, не знала русского языка и свое участие в церковной службе ограничивала лишь одной обрядовой стороной. Данные обстоятельства приводили к сознательным массовым переходам в ислам. Этому способствовали также изжившие себя старые административные методы борьбы с отступничеством, усилившаяся пропаганда исламистов, подъем национального самосознания и другие явления. Необходимо было искать иной выход из создавшегося положения.

В это же время принимается ряд законов и правил о приобщении иноверцев к православию [2, с. 2]. Руководство Казанской епархии, озабоченное проблемой борьбы с процессом возвращения крещеных татар в ислам, решило открыть новую миссионерскую организацию. 4 октября (день обретения мощей св. Гурия) 1867 г. под председательством архиепископа Антония было торжественно открыто «Церковное братство во имя святителя Гурия при казанском кафедральном соборе» [9. Л. 1-2]. Стоит отметить, что до сих пор остаются малоизученными роль и значение Е.А. Малова в становлении и развитии Братства.

Его учредителями выступили видные в губернии государственные и церковные деятели: чебоксарский епископ Гурий, ректор Казанской духовной академии (КазДа) архимандрит Иннокентий, казанский вице-губернатор Е.А. Розов, профессор Н.И. Ильминский и т. д. [13, с. 1]. В состав учредительной комиссии вошел и профессор противомусульманского отделения КазДА известный миссионер и востоковед протоиерей Евфимий Александрович Малов.

Основным миссионерским направлением братства была борьба: 1) с исламом; 2) язычеством; 3) расколом в РПЦ; 4) с «отпадением» крещеных «инородцев» в ислам.

Для этого братство использовало целый комплекс миссионерских мер: собеседования и увещевания; распространение просветительской и преимущественно религиозной православной литературы; миссионерские «братские» школы.

Объединенный состав светской и духовной администрации должен был обеспечить консолидацию усилий в распространении христианства в регионе. В первые же годы существования братства выявились основные направления его деятельности. Под влиянием Н.И. Ильминского и Е.А. Малова главное внимание стало уделяться развитию православного, конфессионального образования среди местных народов. До конца 1867 г. братством были открыты 23 школы, из них семь татарских, в которые поступило более

300 крещеных татар [4, с. 93]. В дальнейшем количество крещено-татарских школ неуклонно увеличивалось. Весь образовательный процесс был направлен на воспитание детей в православном духе. Упор делался на изучение церковных дисциплин и преподавание Закона Божьего.

Братство св. Гурия являлось ведущим миссионерским центром страны. Важнейшим направлением деятельности миссионерских учреждений стала организация переводов богослужебной литературы на местные языки [11, с. 33]. Однако, со временем по инициативе Е.А. Малова начали публиковаться переводы миссионерской и религиозной литературы параллельно на двух языках - национальном и русском, возрождалась практика печати татарских переводов и арабской транскрипции на литературном книжном языке, что противоречило основополагающим принципам, заложенным Ильминским [1, с. 3-9]. Данные работы стали прецедентом для перехода к «обрусительной» системе переводческой деятельности.

В рамках миссионерских отделений КазДА была выработана система изучения миссионерских и востоковедческих дисциплин. 6 ноября 1875 г. в Казани открылся «Частный миссионерский приют при Спасо-Преображенском монастыре». Руководство приютом было возложено на Е.А. Малова [10, с. 135], который стал противником обучения крещеных татар на родном языке. Из личных дневников видно его отношение к этому вопросу: «Зачем принуждать детей обучаться на татарском языке, когда родители желают, чтобы обучение производилось на русском? Надобно этому желанию родителей радоваться и поставить дело так, чтобы инородцы совершенно забыли свой язык, обрусели..» [5, с. 41]. Для Малова христианизация являлась составной частью русификации и ассимиляции инородцев. Он, как полемист, выступал за ограничение родного языка в

V V п

национальной школе и миссионерской деятельности. В национальном духовенстве он видел потенциальных противников политики унификации народов России. Он выступал за полемику, и активизацию противомусульманского движения. Малов настаивал на переходе деятельности с просветительской формы на полемику [16, с. 10-12].

Большинство слушателей приюта являлись учащимися высших классов Казанской духовной семинарии, готовящимися принять сан священников и должность миссионеров в смешанных национальных приходах. Курс занятий включал в себя изучение татарского, чувашского, марийского языков, наречия народов Восточной Сибири, методики православных богослужебных книг, основ мусульманского вероучения, истории миссионерства в России [12, с. 13].

Несмотря на организацию в Казани новых православных учреждений, которые зарекомендовали себя важными институтами про-тивомусульманской миссии, КазДА продолжала быть ведущим научным и образовательным центром РПЦ. В 1860-1870-х гг. здесь была создана своя школа миссионерского исламоведения. Под влиянием Г.С. Саблукова и его ученика Е.А. Малова сформировалась учебно-методическая система изучения противомусульманской полемики и миссионерского исламоведения [3, с. 418]. Е.А. Малов, знаток ислама, в совершенстве владевший татарским, арабским и еврейскими языками, с уходом Г.С. Саблукова продолжил дело своего учителя, расширил список полемических противомусульманских исследований [6]. По его инициативе лучшие работы студентов начали издаваться в «Миссионерском противомусульманском сборнике» [15, с. 176]. Цензура поручалась ему же [8].

17 марта 1889 г. на базе Казанской духовной академии открылись миссионерские курсы [14. С. 432]. Татарский язык в них преподавал заслуженный ординарный профессор КазДА, протоиерей Е.А. Малов.

После смерти Ильминского развернулась ожесточенная борьба в миссионерских кругах и совете братства св. Гурия. Во главе противников системы встал Е.А. Малов. Евфимий Александрович Малов - старейший авторитетный деятель православной миссии Казани, убежденный монархист и националист выступал за христианизацию и ассимиляцию «инородцев». Он ратовал за ограничение их родного языка, был активным миссионером и проповедником и выступал не за просветительскую форму миссионерства, а за полемическую работу среди населения. Позицию Малова поддерживало большинство представителей духовенства, непосредственно служивших в национальных приходах, не знавших русский и церковные языки. В национальном духовенстве он видел угрозу зарождающегося «инородческого» национализма в унификации нерусских народов [16, с. 11].

Деятельность братства св. Гурия оказала большое влияние на миссионерскую деятельность в Волжско-Камском регионе. Е.А. Малов внес значительный вклад в работу братства. Конечно, ему не удалось остановить распространение ислама. Напротив, оно оказало влияние на татарское реформаторское движение, помогло стать ему более светским и политически ориентированным. Однако братство сыграло большую роль в распространении православия далеко за территорию Казанского края среди народов-язычиков (мордвы, чуваш, черемис и вотяков).

Список литературы

1. Бобровников Н.А. Как следует переводить учебно-миссионерские книги на татарский язык? // Православный благовестник. - 1900. - № 17.

2. Высочайшее утверждение 14 июля 1864 г. Положение о начальных народных училищах // Изв. по Казанской епархии. - 1868. - № 1.

3. Знаменский П.В. История Казанской духовной академии за первый (дореформенный) период ее существования (1842-1870 гг.). Вып. 2. Состояние академии по учебной части. - Казань, 1891.

4. Извлечения из всеподданнейшего отчета обер-прокурора Святейшего Представительствующего Синода за 1868 год. - СПб., 1869.

5. Малов Е.А. Из дневника миссионера // Идель. - 1993. - № 6.

6. Малов Е.А. Очерк религиозного состояния крещеных татар, подвергшиеся влиянию магометанства (миссионерский дневник). - Казань, 1872.

7. Машанов М.А. Обзор деятельности «Братства св. Гурия» за 25 лет его существования. 1867-1892 гг. - Казань, 1892.

8. НА РТ. - Ф. 1207. - Оп. 1. - Д. 1.

9. НА РТ. - Ф. 10. - Оп. 5. - Д. 881.

10. Об открытии Казанского миссионерского приюта при Казанском Спасо-Пребраженском монастыре// Изв. по казанской епархии. - 1876. - № 6.

11. Отчет о деятельности Братства святителя Гурия от 4 октября 1875 года по 4 октября 1876 года. - Казань, 1876.

12. Отчет Православного миссионерского общества за 1876 год. - М.,

1878.

13. Открытие православного церковного братства во имя святителя Гурия при казанском кафедральном соборе и первое общее собрание братства. -Казань, 1867.

14. Терновский С. Историческая записка о состоянии Казанской духовной академии после ее преобразования. 1870-1892. - Казань, 1892.

15. Хабибуллин Н.З. Из истории казанского исламоведения второй половины XIX - начала XX века: Михаил Александрович Машанов. - Казань, 2004.

16. Чичерина С.В. О языке преподавания в школах для восточных инородцев. - СПб., 1910.