К вопросу об актантной структуре глаголов речи (на материале произведений Татьяны Толстой)

УДК 81'367

DOI: 10.21779/2542-0313- 2016-31-3-41-47 М.К. Джамалова

К вопросу об актантной структуре глаголов речи

Дагестанский государственный университет; Россия, 367000, г. Махачкала, ул. М. Гаджиева, 43а; madi788@mail.ru

В статье дается новое лингвистическое осмысление актантной структуры глаголов речи в языке современного прозаика Татьяны Толстой. Актантная структура является предметом изучения синтаксической семантики, так как синтаксическая валентность определяет особенности семантического функционирования глаголов в текстах разных жанров. Особенности актантной структуры глаголов речи определяются содержанием конкретных произведений и особенностями реализации авторского замысла писателя. Основными актантами в актантной структуре глаголов речи являются субъект как центр предикативного и семантического минимума предложения и объект, формирующий периферию. Субъект - это центральный ядерный актант в актантной структуре глаголов речи, а объект - это периферийный ядерный актант. Им противопоставлены определение и обстоятельство, чаще всего выступающие в актантной структуре глаголов речи в качестве факультативных актантов. Дополнительные актанты (инструмент, цель, время, место и др.), уточняющие обычно коммуникативные ситуации, не всегда эксплицируются.

В произведениях Татьяны Толстой глагольный предикат со значением речи «говорить» как ядерный глагол данной лексико-семантической группы описывает ситуацию, которая имеет некоторый набор участников. Валентности второго объекта, инструмента, цели речи, характе-ризации речи выступают в качестве необязательных актантов. Для характеристики актантной структуры важна оппозиция: «центральный (обязательный) - факультативный и потенциальный актанты». В актантной структуре глаголов речи актант, выраженный номинативом, занимает центральную позицию, и все смыслы, составляющие план содержания предложения, группируются вокруг номинатива. Особое место занимают случаи сентенциальной валентности, когда формой выражения прямого объекта является придаточное изъяснительное предложение, инфинитив, деепричастный оборот, прямая речь, которая занимает обязательную позицию. Среднее число актантов у глаголов речи в романах Толстой - 3/4; максимальное - 6/7.

Ключевые слова: актантная структура, синтаксическая валентность, актант, глаголы речи, субъект, центр предикативного и семантического минимума предложения, объект, определение, обстоятельство, ядерный актант, периферийный актант, факультативный актант.

UDC 81'367

DOI: 10.21779/2542-0313-2016-31-3-41-47

On the problem of the actantial structure of speech verbs

M.K. Dzhamalova

Dagestan State University; Russia, 367001, Makhachkala, M. Gadzhiev st., 43a; madi788@mail.ru

The article gives a new interpretation of the linguistic structure of the actantial speech verbs in the language of contemporary novelist Tatyana Tolstaya. Actantial structure is the subject of study of the syntactic semantics, since the syntax defines the valence of the semantic features of the functioning of the verbs in the texts of different genres.

Features of speech verb actantial structures are determined by the content of specific works and the characteristics of the implementation of the author's intention. The main actants in the speech verbs actantial structure are subject and object. Subject is the core actant of the actantial structure of speech verb and object is a peripheral nuclear actant. They are opposed to the definition and circumstance, often acting in the speech verbs actantial structure as optional actants. Additional actants (the tool, the purpose, time, location, etc.), usually clarifying the communicative situation are not always explicated.

In Tatyana Tolstaya's works verbal predicate with the speech meaning to "speak" as a core verb of this verb group describes the situation, which has a certain set of participants.Valences of the second object, tool, speech target, speech characterization act as optional actants. For actantial structure characterization the opposition "Central (required) - Optional and Potential Actants" is essential.

In the speech verbs actantial structure the actant expressed by a nominative takes the central position, and all the meanings that make up the content of the proposal plan, are grouped around the nominative. A special role is played by cases of sentential valence when direct object is expressed by an object clause, infinitive, participial construction, direct speech. The average number of speech verb actants in the novels of T. Tolstaya - 3/4; maximum - 6/7.

Keywords: actantial structure, syntactic valence, actant, verbs of speech, subject, predicate and semantic center of the minimum offer, the object definition and the fact nuclear actant actant peripheral, optional actant.

Статья посвящена исследованию глаголов речи, использованных в произведениях Т. Толстой. Актуальность проблемы объясняется тем, что творчество Т. Толстой в лингвистическом аспекте исследовано недостаточно, нет специальных работ, выполненных на материале её произведений и посвященных исследованию особенностей актантной структуры глаголов речи и их семантического функционирования.

Обсуждаемая проблема имеет отношение к семантическому синтаксису или, если быть точнее, синтаксической семантике [1], т. к. синтаксическая валентность определяет особенности семантического функционирования глаголов в текстах разных жанров. Такой вопрос нами поднимался в монографии [2].

Прежде всего следует отметить, что в глаголах речи, использованных в произведениях Т. Толстой, как обязательные выделяются субъектно-объектные актанты. Дополнительные актанты (инструмент, цель, время, место и др.), уточняющие обычно коммуникативные ситуации, не всегда эксплицируются. В произведениях Татьяны Толстой глагольный предикат со значением речи «говорить» описывает ситуацию, имеющую некоторый определенный набор участников, что требует соответственно актуализации субъектного (левого) и объектного (правого) актантов.

Участникам ситуации - субъекту и объекту - соответствуют переменные в толковании предикативного слова, отражающие семантические валентности данного глагольного предиката со значением речи. Эти семантические валентности заполняются фрагментами смысла, называемыми семантическими актантами данного глагола речи: субъектным актантом (субъектной валентностью) и объектным актантом (объектной валентностью). Множество семантических актантов слова называется его актантной

структурой [3, 4]. От количества реализованных актантов в актантной структуре глагола речи зависит коммуникативно-функциональная значимость глагольного компонента. Примеры контекстного употребления глаголов речи в произведениях Т. Толстой свидетельствуют об этом: И нарочно буду говорить этим дурацким старухам «не здрастье», а «будьте нездоровы» (Толстая, 197).

В данном примере в актантной структуре глагола «говорить» замещена только объектная (правая) валентность одушевленным существительным со значением лица в форме датива. Левая же валентность выступает в имплицированной форме: из предыдущего контекста и самой грамматической формы глагола 1 лица ед. ч. (буду говорить) становится ясно, что речь идет о субъектном актанте со значением лица (я). Однако следует иметь в виду, что имплицированный субъектный актант, тем не менее, имеет обязательный характер обозначения, так же, как и эксплицированный объектный актант. При этом субъектный актант является ядерным, а объектный актант - периферийным [5, 6].

И нельзя говорить про пожилого человека «противная» (Толстая, 197). И не говорить им глупость (Толстая, 197).

Семантические актанты глаголов речи типа говорить, кричать, горланить, рассказать, разговаривать и т. д. в структуре произведений Т. Толстой характеризуются определенными не только семантическими, но и синтаксическими и стилистическими признаками. В большинстве случаев у глаголов речи реализуются субъектные валентности, т. к. неопределенность (=неизвестность) субъекта может привести к неопределенности коммуникативной ситуации. В этом случае степень значимости субъектного актанта достаточно высокая, если точнее, самая высокая.

К примеру, у глагола говорить в предложении Марьиванна говорила и говорила Кате все тише и тише (Толстая, 201) выделяется три семантических актанта: первый -субъект [кто: Марьиванна], второй - объект [кому: девочке Кате] и третий - характери-затор действия, имеющий градационное значение ослабевания действия [как: все тише и тише]. В линейной структуре предложения указанные актанты соответственно степени значимости и располагаются.

В том случае, когда актантная позиция заполняется инфинитивной конструкцией или целым предложением, говорят о сентенциальном актанте [7, 8]. Такая позиция может заполняться придаточной частью с объектным значением (=придаточной изъяснительной частью мотивирующего характера): Оксана с плачем рассказала, что в новой комнате обвалился угол, штукатурка с потолка прямо вся рухнула, так напугала, хорошо, что не в коляску с Кирочкой (Толстая, 15).

В данном предложении у глагола рассказать выделяются три участника действия: субъект [кто: Оксана], характеризатор действия [каким образом: с плачем], объект [что: обвалился угол]. Объектно-сентенциальный актант в этом случае замещается придаточной изъяснительной частью, имеющей, в силу неполноты главной части с глаголом речи, обязательный характер [9]. Характеризатор действия имеет обстоятельственно-факультативный характер [10]. Таким образом, модель управления глагола речи в данном предложении можно представить так: [кто] [каким образом] рассказать [что].

Имеют место глаголы речи, в толковании которых (=в семной структуре) обозначается тот или иной необходимый для реализации семантики глагола актант. Так, например, глаголы, обозначающие активное говорение, в толковании содержат субъ-

ектную сему, а также указание на адресат речи: я говорю тебе; он сказал тебе неправду; мы пели ребенку песню.

У глагола «петь» в примере Няня пела... можно выделить два актанта: первый актант - субъект [кто: няня], а второй - внутренний объект [что: песню], являющийся обязательным актантом, необходимым для реализации семантики глагола петь.

Между тем встречаются и такие ситуации коммуникативной направленности, когда при глаголе речи невозможно определенно обозначить конкретное количество людей, о чем свидетельствует следующий пример: Марьиванна сморкается в крошечный платочек и рассказывает нам свою историю, историю дяди Жоржа (Толстая, 213). Здесь при всех модификациях ситуации одно и то же активное говорящее лицо может направить свою речь как одному, так и неограниченному множеству людей (адресатное слово нам не содержит указания на конкретное количество адресатов).

Для сравнения можно привести и другие примеры: И все они горланили и суетились и трясли перед папиным лицом синими диагоналевыми отрезами... (Толстая, 200). Во-первых, следует отметить коннотативное значение глагола горланить и оценочной характеристики субъекта речи (=он интеллигентно горланил во все горло). Такая позитивная характеристика субъекта речи несколько ослабляет негативную коннотацию глагола горланить, что говорит о взаимовлиянии оценочной характеристики субъекта и производимого им речевого действия.

Интересно, что аналогичный глаголу речи горланить глагол кричать в коннота-тивном аспекте проявляет себя по-другому: коннотация данного глагола в контексте может стать периферийной, не актуализированной в каких-то семантико-стилистических целях.

Объектно-адресатный актант глагола речи может быть не обозначенным в исходной структуре предложения, но он может быть эксплицирован в пределах (в рамках) дискурса. И все они кричали с берега, потому что шум реки заглушал их слова. - Вовсе необязательно вам кричать на дитя (Толстая, 180).

Ситуации, описываемые при помощи глаголов говорения, предполагают наличие прежде всего трех актантов: субъекта [кто], прямого объекта [что] и адресата [кому], а остальные актанты носят периферийный (=необязательный) характер. Например, разъяснение ситуации говорения не требует обязательного указания ни на второй объект, ни на причину и время этой ситуации.

С другой стороны, нельзя иметь полного представления о качестве действия-говорения, если не обозначить в эксплицированной или имплицированной форме соответствующие, например обстоятельственные, актанты. Так трудно получить полное представление о том, что такое орать, не обозначив актанта, указывающего на степень проявления действия, обозначенного (=силу крика) глаголом кричать. Здесь уже значение объекта становится менее релевантным: в этом случае в толковании избыточна (не актуальна) информация об объекте, причине, времени и т. п. для реализации семантики и коннотации ситуации, обозначаемой глаголом кричать.

В то же время вопрос о степени обязательности актанта не всегда бесспорен. Так, не совсем ясно, считать ли обязательным для таких глаголов, как петь, орать, горланить, кричать, информацию об адресате и его количественной характеристике, т. к. известно, что такого рода публичные действия обычно рассчитаны на некоторое количество адресатных лиц, хотя возможны и ситуации, не предусматривающие публики, множественности адресата.

Вместе с тем примеры свидетельствуют о том, что не всегда адресат связан для таких глаголов с множественным по семантике адресатом, не всегда адресат обозначается формами множественного числа: т. е. далеко не все глаголы со значением публичной деятельности требуют обязательности множественного адресатного актанта: он говорил для полного зала / скандировал стихи для целого стадиона и др.

Рассмотрим это на примерах.

И до тех пор мы так отчаянно нарочно перекрикивали всех, пока эти дурацкие старухи не стали все вместе возмущаться и шикать на нас (Толстая, 213). В данном примере в актантной структуре глагола перекрикивать заполнена и субъектная, и объектная валентность одушевленными существительными со значением лица: в форме номинатива (при обозначении субъекта) и в форме датива (при указании на объект). Обстоятельственная же валентность имплицирована: из контекста читателю ясно, что речь идет о детях, желающих досадить старой гувернантке и потому долго и противно кричащих на улице. Здесь ядерным является субъектный актант, а периферийным -объектный.

Или же возьмем другой пример с глаголом разговаривать : Старушка вздыхала и смотрела на Марьиванну недоуменно. Так они разговаривали, вернее, разговаривала только Марьиванна (Толстая, 206).

У глагола разговаривать выделяются два обязательных актанта: субъектный [кто] и объектный - [с кем], но объектный актант в данном случае обозначен в несколько имплицированной форме (в качестве слушателя). А актанты места и характеризации здесь являются потенциальными. Они не всегда актуализируются для описания ситуации разговора [11, 12].

Глагол бубнить является двухвалентным: «Да это просто немыслимо, - кричит старушенция, - просто невозможно молчать». А Катя лишь негромко бубнила что-то нечленораздельное в ответ (Толстая, 209).

В этом примере обязательна лишь валентность субъекта (в нашем примере заполненная словом Катя), хотя в действительности глагол является пятивалентным.

То же самое наблюдается и с довольно сложно структурированным глаголом бросать: Марьиванна опускает густую вуальку на лицо, дрожащими руками собирает развалины сумочки, поворачивается и уходит, бросая нам на ходу какие-то неясные пожелания, больше похожие на проклятия (Толстая, 214).

В данном примере глагол бросать в контексте реализует переносное значение речи. В актантной структуре глагола бросать заполнена и левая субъектная (Марьиван-на), и правая объектная валентность (нам) одушевленными существительными со значением лица: формой номинатива при субъекте и формой датива при объекте. Обстоятельственная валентность [как] - (на ходу) в этом примере является инкорпорированной: из словарного толкования глагола бросать ясно, что речь идет о действии небрежном, как бы сквозь зубы, относящемся к неприятным людям.

Из всего сказанного можно сделать следующие выводы.

1. Основными актантами в актантной структуре глаголов речи являются субъект как центр предикативного и семантического минимума предложения и объект, формирующий в противовес ему периферию. Субъект - это центральный ядерный актант в актантной структуре глаголов речи, а объект - это периферийный ядерный актант, которым противопоставлены определение и обстоятельство, чаще всего выступающие в

актантной структуре глаголов речи в качестве факультативных актантов (сирконстан-тов).

Среднее число актантов у глаголов речи в романах Толстой - 3/4; максимальное -

6/7.

2. В произведениях Татьяны Толстой глагольный предикат со значением речи «говорить» как ядерный глагол изучаемой лексико-семантической группы описывает ситуацию, которая имеет некоторый набор участников. Валентности второго объекта, инструмента, цели речи, характеризации речи и т. д. выступают в качестве необязательных актантов. Для характеристики актантной структуры важна оппозиция: «центральный (обязательный) - факультативный и потенциальный актанты». В актантной структуре глаголов речи актант, выраженный номинативом, занимает центральную позицию, и все смыслы, составляющие план содержания предложения, группируются вокруг номинатива. Особое место занимают случаи сентенциальной валентности, когда формой выражения прямого объекта являются придаточное изъяснительное предложение, инфинитив, деепричастный оборот, прямая речь, которая занимает обязательную позицию.

3. Глаголы, выражающие отношение к предмету речи, его оценку, всегда реализуются как двухвалентные (петь).

4. Говоря о семантических характеристиках актантной структуры глаголов речи в художественном произведении, необходимо подчеркнуть, что актантная структура имеет значение лишь в том случае, если она выполняет определенную функцию в составе общего контекста и в связи с особенностями реализации авторского замысла.

Литература

1. Апресян Ю.Д. Лексическая семантика: синонимические средства языка. - М.,

1974.

2. Джамалова М.К., Самедов Д.С. Актантная и семантическая структуры глаголов движения в русском и рутульском языках. - Махачкала, 2004. - С. 1-124.

3. Филичева Н.И. Понятие синтаксической валентности в работе зарубежных языковедов // Вопросы языкознания. - М., 1967. - № 2. - С. 118-125.

4. Левицкий Ю.А. От высказывания - к предложению. От предложения - к высказыванию. - Пермь, 1995.

5. Селиверстова О.Н. Контрастивная синтаксическая семантика. - М., 1990.

6. Сердобольская Н.В. Актантная структура предиката и кодирование актантов в номинализации. - [Электронный ресурс] / Режим доступа: http://ua.convdocs.org/docs/index-99117.html.

7. Джамалова М.К. Глаголы вращательного движения // Вопросы типологии русского и дагестанских языков. - Махачкала, 2006. - Вып. 2. - С. 81-85.

8. Джамалова М.К. Актантная и семантическая структура глаголов, обозначающих физические природные процессы // Русский язык в школе и в вузе. Материалы межвузовской научно-практической конференции. - Махачкала, 2009. - Вып. 4. - С. 33-38.

9. Филлмор Ч. Дело о падеже // Новое в зарубежной лингвистике. - М., 1981. -Вып. 10.

10. Коротаев Н.А., Кибрик А.А., Подлесская В.И. Осложнения канонической структуры: на стыке моно- и полипредикативности // Кибрик А. А., Подлесская В.И. «Рассказы о сновидениях»: корпусное исследование устного русского дискурса. - М.: Языки славянских культур, 2009.

11. Падучева Е.В. Русское отрицательное предложение. - М.: Языки славянских культур, 2013. - 304 с.

12. Аурелия Хангану. Актантные структуры фундаментальных предложений в румынском языке // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Сер. Гуманитарные науки. - 2012. - Т. 14, № 12 (131).

13. Лахно Н.В. Внешняя и внутренняя валентность глагола как форма реализации актантной функциональности. - [Электронный ресурс] / Режим доступа: http://int-konf.org/konf012016/1205-kandidat-flolo...

14. Толстая Т. Ночь. - М.: Дрофа, 2001.

Поступила в редакцию 17 сентября 2016 г.

Received 17 September, 2016