Исторические сведения о богослужебной традиции пения с исоном в эпоху средневековья (XI-XIV вв. )

Е. Е. Турчин*

ИСТОРИЧЕСКИЕ СВЕДЕНИЯ О БОГОСЛУЖЕБНОЙ ТРАДИЦИИ ПЕНИЯ С ИСОНОМ В ЭПОХУ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ

Статья посвящена малоисследованному типу церковного многоголосия — пению с выдержанным тоном, называемым исоном. Изучение вопроса происхождения начального знака древнерусской нотации параклита позволило выдвинуть предположение о существовании традиции пения с исоном в культуре Древней Руси. Секреты интерпретации средневековых роспевов в многоголосной манере хранят в наше время монахи горы Афон в Греции, где эта традиция передается из поколения в поколение.

Ключевые слова: диафония, исон, невма, параклит, ревма, роспев, строка.

E. E. TUrchin. HISTORICAL INFORMATION ABOUT THE LITURGICAL TRADITION OF SING-ING

AND ISON IN THE MIDDLE AGES

The article is devoted to a poorly studied type of church-singing — singing with a mellow tone, called the ison. This phenomenon originated in ancient times, the tradition of chant performance with ison saw the rise in Middle Ages, as evidenced by many tracts from XI—XIV centuries, which survived to these days. These tracts give profound description of this style of singing both in the Eastern Orthodox and in Western Catholic worlds. The Byzantine manuscript called Codex Petropolitanus Graecus 497(XIII century), and Western treatise Summa musica (1200) supply some very important details about this technique of singing. The studies of the origins of the initial sign of the Old Russian notation paraklit allow to put forward the assumption of the existence of the tradition of singing with ison in the culture of Ancient Rus. The secrets of the medieval interpretation of the melody in polyphonic fashion are preserved by the monks of the Mount Athos in Greece, where this tradition has passed down from generation to generation.

Key words: diafonia, ison, neume, paraclit, reuma, melody, stroca.

* Турчин Евгений Евгеньевич — аспирант кафедры музыкального воспитания и образования Российского гос. педагогического университета им. А. И. Герцена (Санкт-Петербург). Тел.: (812) 585-75-49.

Православное пение в поместных церквах Восточной Европы и Ближнего Востока представляет огромный научный интерес, поскольку здесь до сих пор во многом сохранились древнейшие формы богослужебного пения. В отдаленных монастырях Афона, Палестины, Египта и сегодня существуют певческие традиции исполнения, восходящие еще к средневековой культуре. При знакомстве с аудиозаписями1 богослужебного пения в этих труднодоступных «хранилищах древности», библиотеки которых переполнены неисследованными древними пергаментами с невменными обозначениями [см.: ПЭ, с. 201], поражает обилие архаических приемов звукоизвлечения в пении местных монахов. Это горловые, грудные и носовые способы подачи звука, обилие микрохроматических движений, частое «глиссандирование», вставка в литургический текст особых слов ана-нэ, анэ-а (известных также на Руси XVI — первой пол. XVII в. как аненайки2), э-нэ-нэ, ти-рэ-рэ.

Однако наиболее сильное впечатление оставляет исполнение традиционных (одноголосных) роспевов с бурдонирующим звуком, называемым обыкновенно исоном (от греч. ¡808 'равный'). Сопровождение богослужебной мелодии непрерывно звучащим на одной высоте тоном — традиция, которую сегодня можно услышать повсеместно на православном Востоке: в греческих храмах, монастырях Афона, в сербском, болгарском, румынском богослужении. Исон присутствует в богослужебно-певческом обиходе церквей на островах Кипр и Крит, в древнейшем монастыре Святой Екатерины на горе Синай, в кавказском Симоно-Канонитском монастыре в Новом Афоне.

Прибавим, что знакомство современных русских певцов, регентов, монахов-паломников с традицией пения с исоном на православном Востоке привело к распространению его и в некоторых

1 Имеются в виду аудиозаписи из монастырей и храмов православного Востока, собираемые нами в течение многих лет. См., например, компакт-диск: Святая Пасха. Братский хор Святой Великой Обители Ватопед / Критский ун-т; Моск. подворье Троице-Сергиевой Лавры, 2002.

2 Об «аненайках» в пении Древней Руси см. [И. А. Гарднер, 1998, с. 503]. Подобные долговременные певческие вставки знаменуют «неизреченное горнее звучание», не изобразимое обыкновенными земными словами. См.: [Глас Византии, с. 49], [А. Л. Дворкин, 2007, с. 176].

храмах и обителях русской православной церкви3, а также в исполнительской практике отечественных хоровых коллективов4.

Когда возникла эта своеобразная традиция пения, столь широко распространенная географически, имеет ли она древнюю историю или появилась недавно?

Существует мнение, что исон возник в Греческой церкви в XVII веке и появление его связано с турецким влиянием на православную культуру балканских стран в это время5. Однако исследование древних памятников показывает, что эта точка зрения спорна. Исон — исконная принадлежность православного богослужебного творчества, феномен, рассматриваемый на страницах многих византийских и греческих памятников, посвященных вопросам церковного пения не только до XVII столетия, но и до 1453 года — времени падения Византии6.

Исон был издревле известен как знак византийской невмен-ной нотации, который впервые фиксируется в палеовизантий-ской системе периода X—XI веков. В этой традиции его графическое начертание представляло собой простую горизонтальную линию «—» [Е. В. Герцман, 1988, с. 212].

В средневизантийской нотации (конец XII — XIV в.), а также в поздневизантийской ^ГУв. — 1818 г.) и новогреческой (с 1818 г. до нашего времени) исон занимает положение начального невменного знака и изображается закругленной в начале линией (¿-).

Имел ли знак исона уже в древний период византийской истории значение бурдона? Тексты византийских трактатов

3 С исоном поют в Валаамском монастыре, Свято-Елизаветинском в Минске, Ново-Тихвинском в Екатеринбурге, в Успенском подворье Оптиной пустыни в Петербурге.

4 Например, хор Изд. отдела Моск. патриархии «Древнерусский распев» под. упр. Анатолия Гринденко, Праздничный мужской хор Свято-Данилова монастыря.

5 См.: D. Conomos, 1982, p. 2 (см. также электр. ресурс: dyak-oko. mrezha. ru).

6 См., к примеру, византийскую рукопись XIV века афонского происхождения из монастыря Костамонит: РНБ. Codex Kostamonitus 86. Л. 13.

открываются следующей стандартной формулой: «Начало, середина и конец, система всех восходящих и нисходящих знаков — исон, ибо без исона все они беззвучны»7. Но можно ли считать фразу «начало, середина и конец» образным выражением бурдонного значения исона, как тона, звучащего на протяжении всего песнопения?

Среди этих двойственных и расплывчатых средневековых описаний обнаружен источник, непреложно свидетельствующий об исоне как невме, обозначающей бурдонный тон. Это рукопись Codex Petropolitanus Graecus 497 из монастыря св. Екатерины на горе Синай (Египет), приобретенная преосвященным Порфирием Успенским во время его путешествия на Ближний Восток и привезенная в Петербург.

Текст этого древнего памятника написан на двух языках, греческом и арабском. При этом арабские объяснения различных предметов церковно-певческой практики по содержанию во многом отличны от греческих. Именно арабская часть проливает свет на звучание исона в живой практике исполнения как выдержанного тона: «Каждый отрывок поется по своей мелодии: начало, середина и конец — основа всех знаков повышения и понижения правильный длительный звук — ровный, а неровный — неправилен. <...> Сколько знаков поют дамаскинцы? Три: протянутый, звучание выше и звучание ниже» [там же].

Несмотря на то, что первый обнаруженный византийский памятник, объясняющий исон как бурдон, относится к XIII веку, можно считать эту традицию известной и раньше, что доказывают сведения о бурдонном сопровождении средневековых роспевов в западноевропейских трактатах XI—XII веков — «Микрологе» Гвидо Аретинского [см.: В. Г. Карцовник, 1988, с. 28] и «Сумме музыки» Анонима из монастыря Сент-Галлен в Швейцарии.

В трактате «Сумма музыки» (Summa musica, 1200 г.), описывающем практику XII столетия, можно узнать о том, как исполнялось пение с исоном григорианских роспевов в то время: «Основная диафония — это манера пения двумя голосами, когда один певец непрерывно держит одну ноту, которая является основой для другого певца, который начинает гимн или в квинту,

7 Codex Kostamonitus 86 [цит. по: Е. В. Герцман, 1997, с. 133].

или в октаву. Когда он восходит, когда спускается — постоянно согласуется в паузах с первым, который держит основу для него» [Summa Musice, p. 124, перевод наш].

В период безлинейной записи древних роспевов латинского богослужения (григорианского, беневентинского, мозарабского, галликанского и других) в Западной Европе применялись общие с византийскими теоретические основания построения мелоса в его взаимосвязи с высотой основного тона. В григорианской невмен-ной системе первым знаком нотации был tractulus, который по начертанию тождествен палеовизантийскому исону и представляет собой горизонтальную линию (—) [В. Г. Карцовник, 1986, с. 45].

Значение латинского слова tractulus — 'тянущийся'8 дает основание предположить, что этот певческий знак служил указанием на основной певческий уровень в роспеве, на практике исполнявшийся как бурдон. Вероятно, что звучание выдержанного тона во время пения мелодии было во многом теоретической необходимостью, оно позволяло постоянно слышать звуковысот-ный «уровень», с которым сверялось «чтение» невменной записи.

Быть может, изобретение в XI веке нового принципа расположения знаков вокруг длительной прочерченной линии было письменной «проекцией» исона, прочерченного теперь на листе? Изобретатель линий Гвидо Аретинский в радости восклицал по этому поводу: «Итак, не следует нам, встретившись с незнакомой мелодией, непременно пускаться на поиски человеческого голоса либо какого-нибудь инструмента, чтобы не уподобляться слепцам, которые никогда, кажется, не передвигаются без поводыря» [Гвидо Аретинский, 2000, с. 219].

Таким образом, культура бурдонного сопровождения литургических роспевов была известна уже в XI—XIII веках не только православному, но и латинскому богослужению и оказала влияние на становление новой системы линейной музыкальной письменности в Западной Европе.

Как было отмечено выше, пение с выдержанным тоном известно современной практике православной церкви в России. Однако встает закономерный вопрос: был ли известен исон пев-

8 От tractus — 'протяженный, растягивающийся, течение' [см.: И. Х. Дворецкий, 2000, с. 778].

ческой культуре Древней Руси? По этому поводу высказано много полярных точек зрения9. В середине XX века русский ученый И. А. Гарднер выдвинул предположение, что путно-демествен-ный знак Э, встречающийся в рукописях конца ХУ—ХУП веков, имеет значение неподвижного тона — исона [И. А. Гарднер, 1998, с. 532]. К пониманию такой расшифровки знака Э Гарднер пришел в результате общения со староверами, сообщившими ему, что в Закарпатской Руси сохранилась традиция исполнения деме-ственного роспева с пением знака Э [там же]. Некоторые отечественные коллективы исполняют исон в древнерусских роспевах согласно расшифровкам А. В. Конотопа, развившего и обосновавшего точку зрения Гарднера в своих исследованиях о значении невмы Э как исона [А. В. Конотоп, 2005, с. 13].

Между тем исследователи до сих пор не обращали внимания на то, что подобная «э-образная» графема, только зеркально повернутая, открывает запись почти всех песнопений древнейшего периода (Х1—Х1У вв.). Это параклит ( £) — начальный знак древнерусской нотации на протяжении всей истории древнерусского церковного пения. С течением времени его начертание эволюционировало, и с XV столетия (когда и появляется знак Э) параклит приобрел иной вид.

Происхождение параклита, вероятно, восходит к византийским знакам параклитики (в т. н. куаленовской нотации) и ревма (в шартском кодексе) — ( £ ), тождественным по начертанию10. О важности начальной невмы в культуре Древней Руси говорит тот факт, что Paracletus в переводе с греческого языка означает 'Утешитель', в христианской семантике третья Ипостась Святой Троицы — Дух Божий. Как и исон в Византии, параклит на Руси имел высший смысл Божественного знамения, которым открывалось исполнение литургического роспева. Пение роспевов в

9 Так, например, Б. П. Кутузов отвергает предположение о пении с исоном на Руси [см.: Б. П. Кутузов, 2008, с. 247—248]. Напротив, поддерживают это предположение С. В. Смоленский, И. И. Вознесенский [см.: С. В. Смоленский, 1893, с. 10; 1906, с. 34; И. И. Вознесенский, 1896, с. 17], среди современных ученых —Т. Ф. Владышевская (см. электр. ресурс Old-portal-slovo.ru), Герасимова-Персидская [см.: А. В. Конотоп, 2005, с. 2].

10 Например, К. Флорос считал их значение тождественным [см.: Е. В. Герцман, 1988, с. 215].

древнерусском храме передавало образ знамения небесных, горних звуков (отсюда название «знаменное пение»). Греческое слово rheuma переводится как «течение», «поток» и имеет одинаковый смысл с латинским словом tractulus [там же].

Выскажем предположение, что в древнейший период русской певческой культуры именно параклит был знаком, тождественным византийскому исону. В теоретическом значении параклит, вероятно, указывал на единый высотный уровень — «строку»11 и на практике исполнялся как непрерывное «течение», звуковой «поток» — выдержанный тон, сопровождающий интонирование мелоса.

Традиция богослужебного пения с исоном насчитывает много веков и может считаться старейшей многоголосной формой исполнения средневековых роспевов, присущей певческой культуре многих стран Европы и Ближнего Востока. Эта традиция, некогда возобладавшая практически во всем христианском мире, ныне сохраняется в церковном обиходе тех стран, где тенденции европейской культуры Возрождения и Нового времени не стали монопольно господствующими, но оставили простор для сохранения и культивирования традиций, восходящих к глубокой древности.

Список литературы

Бражников М. В. Древнерусская теория музыки: По рукописным материалам XV-XVIII вв. М., 1972.

Вознесенский И. И. О пении в православных Церквах греческого Востока с древнейших до новых времен. Кострома, 1896.

Гарднер И. А. Богослужебное пение Русской Православной Церкви: Сущность, система, история: В 2 т. Т. 1. Сергиев Посад, 1998.

Гвидо Аретинский. Послание о незнакомом пении / Перев. с лат. и коммент. C. Лебедева // Лебедев С., Поспелова P. Música Latina: Латинские тексты в музыке и музыкальной науке: Хрестоматия. СПб., 2000. С. 124—132 (лат. текст); с. 217—231 (рус. перевод).

Герцман Е. В. Византийское музыкознание. Л., 1988.

Герцман Е. В. Петербургский теоретикон. Одесса, 1997.

11 О древнерусском феномене «строки певчей» см. [М. В. Бражников, 1972, с. 102].

Глас Византии: Византийское церковное пение как неотъемлемая часть православного предания. М., 2006.

Дворецкий И. Х. Латинско-русский словарь. 6-е изд. М., 2000.

ДворкинА. Л. Афонские рассказы. М., 2007.

ПЭ — Православная энциклопедия / Рук. С. Л. Кравец. Т. 18. М., 2008.

Карцовник В. Г. О невменной нотации раннего Средневековья // Эволюционные процессы музыкального мышления. Л., 1986. С. 21—41.

Карцовник В. Г. Секундовая диафония в средневековой Италии и на Балканах // Вопросы народного многоголосия: Тезисы Респ. науч. конф. Тбилиси, 1988.

Конотоп А. В. Русское строчное многоголосие XV—XVII вв.: Текстология. Стиль. Культурный контекст. М., 2005.

Кутузов Б. П. Русское знаменное пение. М., 2008.

Смоленский С. В. Из «дорожных впечатлений»: (О церковном пении). Спб., 1906.

Смоленский С. В. О русском церковном пении. М, 1893.

Conomos D. Experimental polyphony «According to the... Latins» in Late Byzantine Psalmody // Early Music History. 1982. Vol. 2. P. 1—16.

Summa Musice: A Thirteenth-Century Manual for Singers / Ed. by Chr. Page. Cambridge, 1991.