2017. 01. 004-005. Экономика развивающихся стран и денежная политика индустриальных стран. (сводный Реферат)

СТРАНЫ АЗИИ И АФРИКИ

ЭКОНОМИКА

2017.01.004-005. ЭКОНОМИКА РАЗВИВАЮЩИХСЯ СТРАН И ДЕНЕЖНАЯ ПОЛИТИКА ИНДУСТРИАЛЬНЫХ СТРАН. (Сводный реферат).

2017.01.004. SUNG TAEYOON, KIM JONG-HEE. Unconventional monetary policy, global liquidity circulation, and inflation divergence around the world // The developing economies. - Chiba, 2016. - Vol. 54, N 1. - P. 6-26.

2017.01.005. OGAWA E., WANG ZHIQIAN. Effects of quantitative easing monetary policy exit strategy on East Asian currencies // The developing economies. - Chiba, 2016. - Vol. 54, N 1. - P. 103-129.

Ключевые слова: развивающиеся страны; инфляция; валютный курс; денежная политика.

Сун Теюн (университет Йонсей, Сеул, Южная Корея) и Ким Йон Хи (университет Чонбук, Джеонджу, Южная Корея) (004) анализируют влияние на инфляцию в развивающихся странах нетрадиционной денежной политики, проводимой центральными банками индустриальных стран. Под нетрадиционной денежной политикой понимается покупка центральными банками облигаций за напечатанные деньги с целью стимулирования восстановления экономики после глобального финансового кризиса 2008-2009 гг. Эта мера была предпринята центральными банками в дополнение к традиционной денежной политике, которая заключалась в постоянном снижении процентной ставки - к началу 2009 г. ставка в США и Японии была снижена до 0% годовых. Нетрадиционную денежную политику вслед за центральными банками США и Японии стали проводить также ЕЦБ и Банк Англии. Центральные банки индустриальных стран путем предоставления финансовым рынкам

дополнительных денежных средств ставили целью не только возродить экономический рост, но и предотвратить дефляцию, доведя инфляцию до 2% в годовом исчислении. При этом они исходили из того, что дефляция вредит увеличению производства, так как снижает потребительский спрос: покупатели полагают, что лучше приобретать товары не сегодня, а завтра, когда они будут дешевле.

Для анализа были выбраны 11 развивающихся стран - Аргентина, Бразилия, Индия, Индонезия, Китай, Малайзия, Мексика, Сингапур, Таиланд, ЮАР и Южная Корея. Для сравнения взяты инфляционные показатели индустриальных стран - Великобритании, Германии, США, Японии и стран еврозоны, помимо Германии. Проанализирован период в 30 кварталов: с первого квартала 2007 г. по второй квартал 2014 г.

Выбор именно таких индустриальных стран связан с тем, что они проводили одинаковую антидефляционную денежную политику. США начали снижать процентную ставку уже в сентябре 2007 г., доведя ее до 0% годовых к декабрю 2008 г. Среди европейских стран Великобритания первой начала проводить нетрадиционную денежную политику, постоянно расширяя объем покупки гособлигаций за напечатанные деньги, за ней последовали страны еврозо-ны - при этом нетрадиционность денежной политики ЕЦБ заключалась не только в покупке гособлигаций, но и в выдаче льготных кредитов коммерческим банкам под залог таких облигаций. В Японии в 2012 г. процентная ставка была снижена до 0% годовых, а в январе 2013 г. было объявлено, что покупка Банком Японии за напечатанные деньги будет продолжаться в течение неопределенно долгого периода - до тех пор, пока годовая инфляция не достигнет 2% (004, с. 10).

Выбор развивающихся стран объясняется тем, что большинство из них испытало валютные кризисы в 1990-х и 2000-х годах, вызванных слабостью национальной экономики и значительного оттока иностранного капитала. Китай был выбран в качестве примера страны с большим и быстро растущим ВВП, ЮАР - в качестве страны, отражающих экономическое положение в Африке, а Сингапур - как типичная страна с открытой экономикой, подверженной колебаниям в притоке и оттоке иностранного капитала.

Результаты развивающихся стран по сравнению с индустриальными в рассмотренный период оказались следующими. Эконо-

мический рост оказался значительно выше в развивающихся странах - в среднем он составил 2,13 в год против 0,53% в индустриальных странах. Инфляция в развивающихся странах также оказалась значительно выше - почти в 3 раза (1,42 в год против 0,50% в год) (004, с. 11).

При этом за исключением Китая, Южной Кореи, Малайзии и Сингапура все рассмотренные развивающиеся страны показали среднегодовую инфляцию выше 1%. Результаты оказались такими: в Аргентине инфляция составила 3,68% в год, в Индонезии - 2,23, в ЮАР - 1,76%, в Индии - 1,67, в Бразилии - 1,62, в Мексике и Таиланде - по 1,04%. В Китае среднегодовая инфляция составила 0,77%, в Малайзии - 0,72, Южной Корее - 0,66 и в Сингапуре 0,37% (004, с. 11).

Для того, чтобы оценить влияние нетрадиционной денежной политики в индустриальных странах на экономику развивающихся стран, следует рассмотреть приток и отток капитала в этих странах и его последствия для инфляции. При этом нужно отметить, что это влияние разнится в зависимости от первоначального уровня инфляции в различных группах развивающихся стран. Страны со средней годовой инфляцией в рассмотренный период больше 1% (Аргентину, Индонезию, ЮАР, Индию, Бразилию, Мексику и Таиланд) можно считать странами с высоким уровнем инфляцией, а страны с инфляцией меньше 1% (Китай, Южную Корею, Малайзию и Сингапур) можно считать странами с низким уровнем инфляции.

Начиная с первого квартала 2007 г. инфляция в первой группе стран вела себя следующим образом. Первоначально она была в среднем около 4% годовых, затем к первому кварталу 2008 г. она достигла 5, а ко второму - 8%. В четвертом квартале 2008 г. она упала до минус 4%. Ко второму кварталу 2009 г. инфляция здесь достигла 1%, к четвертому кварталу - 2%, затем находилась примерно на этом уровне, а ко второму кварталу 2014 г. достигла 2,5%. Во второй группе стран первоначально инфляция в среднем составляла 3% годовых, затем к первому кварталу 2008 г. она достигла 4, а ко второму - 5%. В четвертом квартале 2008 г. она упала до минус 8%. Ко второму кварталу 2009 г. инфляция здесь достигла 1% (как и в странах первой группы), но ко второму кварталу 2010 г. снизилась до 0, к четвертому кварталу 2011 г. она составляла минус 1, затем поднималась до 1, но во втором квартале 2014 г. снова со-

ставляла минус 1%. Таким образом, начиная с 2009 г., когда в индустриальных странах количественное смягчение денежной политики в индустриальных странах начало проявляться в полном объеме, инфляционные тенденции в развивающихся странах первой и второй групп заметно отличались: в странах первой группы наблюдалось устойчивое повышение темпов роста цен, а в странах второй группы, напротив, устойчивое их снижение, которое иногда переходило в дефляцию (004, с. 17).

В развивающихся странах с высокой инфляцией картина с притоком и оттоком капитала наблюдалась такая. Отток капитала весь рассматриваемый период был относительно стабильным -примерно 1% ВВП в год. А темпы роста притока капитала испытывали значительные колебания: в 2007 г. приток капитала с мировых финансовых рынков в эти страны составил 3% ВВП; начиная с первого квартала 2008 г. произошло резкое падение темпов этого притока, но, начиная с первого квартала 2009 г. эти страны вернулись к росту притока капитала - этот приток к четвертому кварталу достиг 2% ВВП. В третьем квартале 2010 г. приток капитала составил 3% ВВП, в четвертом квартале он снизился до 0%. В третьем квартале 2012 г. приток капитала здесь вырос до 2,5% ВВП, а во втором квартале 2014 г. составил 2% ВВП. Таким образом, начиная с 2009 г. в странах этой группы приток капитала с мирового финансового рынка заметно превышал его отток.

В развивающихся странах с низкой инфляцией в первом квартале 2007 г. приток капитала составил 10% ВВП, а отток -30%. В 2008 г. произошло одновременное падение притока и оттока капитала, а в 2009 г. - их одновременный рост. Начиная с четвертого квартала 2009 г. в странах этой группы каждый квартал и приток и отток капитала был примерно одинаковым - 5% ВВП (004, с. 17). Таким образом, на инфляцию в странах этой группы движение капитала повлиять не могло, так как приток и отток капитала были примерно одинаковы, а на инфляцию в развивающихся странах первой группы движение капитала повлиять могло, так как приток капитала, начиная с 2009 г., постоянно превышал его отток.

Можно также оценить влияние нетрадиционной денежной политики индустриальных стран на экономику развивающихся стран, обращая внимание на состояние их текущего платежного баланса, степень снижения курса их национальной валюты и кон-

троль над движением капитала, предположив, что развивающиеся страны с профицитом текущего платежного баланса, с более значительно подешевевшей национальной валютой и жестким контролем над движением капитала менее подвержены влиянию денежной политики индустриальных стран, так как международным финансовым рынкам труднее обеспечить крупный приток краткосрочного иностранного капитала в эти страны.

В группе стран с высокой инфляцией в 2007-2009 гг. наблюдался положительный текущий платежный баланс в 1% их ВВП, однако, начиная с 2010 г. он сменился отрицательным балансом, который достиг к 2013 г. 2% ВВП. Напротив, страны с низкой инфляцией весь рассматриваемый период имели очень значительный положительный платежный баланс в 10-15% ВВП. Что касается снижения курса национальной валюты, то оно в четвертом квартале наблюдалось в обеих группах развивающихся стран: в странах с низкой инфляцией снижение составило 5%, а в странах с высокой инфляцией - 15%. В 2009 г. произошло повышение курсов валют, особенно заметное в странах с высокой инфляцией - 20% (в странах с низкой инфляцией - 10%). После этого страны с низкой инфляцией обнаружили тенденцию к понижению курсов национальных валют, в частности в последнем квартале 2011 г. они упали сразу на 5%, такое же падение происходило во всех кварталах 2013 г., а страны с низкой инфляцией, напротив, после 2011 г. показывали повышение курсов национальных валют на 1-2%. Наконец, контроль над движением капитала усиливался после 2009 г. в обеих группах развивающихся стран - отношение налога на финансовые операции в ВВП в странах с высокой инфляцией вырос с 1,05% до 1,3 - в 2011 г. и до 1,4% в 2014 г. В странах с низкой инфляцией это отношение выросло с 1,2% до 1,4 - в 2011 г. и осталось на этом уровне (004, с. 20). Таким образом, страны с низким уровнем инфляции могли снизить влияние нетрадиционной денежной политики индустриальных стран, уменьшив приток иностранного капитала с помощью профицита текущего платежного баланса и ужесточения контроля, а страны с высоким уровнем инфляции - с помощью понижения курса национальных валют и также с помощью ужесточения контроля над движением капитала.

«Можно прийти к следующим выводам. Применение нетрадиционных методов денежной политики не увеличило количество

денег в обращении в экономике самих индустриальных стран, поэтому инфляция здесь осталась стабильной и даже снизилась. Зато эти методы стимулировали отток капитала из индустриальных стран, так как они отличались нулевой ставкой кредитного процента. Капитал из индустриальных стран переместился в развивающиеся страны, и именно это вызвало в этих странах ускорение инфляции. Однако этот процесс коснулся не всех развивающих стран, а прежде всего Аргентины, Индонезии, ЮАР, Индии, Бразилии, Мексики и Таиланда. Китай, Южная Корея, Малайзия и Сингапур оказались сравнительно незатронутыми. Оказалось, что значительный профицит текущего платежного баланса и контроль над движением капитала способен снизить влияние притока капитала на уровень инфляции. В целом, широкомасштабное применение количественного смягчения денежной политики в индустриальных странах привело к поляризации инфляции в мире: индустриальные страны испытали снижение инфляции и даже столкнулись с риском дефляции, в то время, как в развивающихся странах инфляция ускорилась. Более того, произошла поляризация среди самих развивающихся стран в зависимости от того, как они смогли противостоять инфляционному давлению нетрадиционной денежной политики индустриальных стран с помощью профицита текущего платежного баланса и контроля над движением капитала» (004, с. 24).

В свою очередь Е. Огава и Ван Жицян (университет Хитоцу-баси, Токио, Япония) (005) анализируют влияние сворачивания американской ФРС программы количественного смягчения денежной политики на валютные курсы восточноазиатских стран. ФРС осуществила первый раунд количественного смягчения денежной политики с сентября 2008 по март 2010 г., купив за напечатанные деньги долгосрочных облигаций Федерального казначейства США на 300 млрд долл., на 1,25 трлн долл. облигаций, обеспеченных залогом недвижимости и на 175 млрд других ценных бумаг. Затем с ноября 2010 по июнь 2011 г. последовал второй раунд смягчения, в ходе которого ФРС купила облигаций Федерального казначейства на 600 млрд долл. (по 75 млрд долларов в месяц). С сентября 2012 г. по январь 2014 г. ФРС осуществила третий раунд количественного смягчения денежной политики, покупая в месяц облигаций, обеспеченных залогом недвижимости на 40 млрд долл. в месяц и облигаций Федерального казначейства на 45 млрд долл. в месяц. Одна-

ко в январе 2014 г. ФРС приступила к постепенному сокращению программы количественного смягчения, уменьшив покупки облигаций, обеспеченных залогом недвижимости до 35 млрд долл. и облигаций Федерального казначейства до 40 млрд долл. в месяц. Наконец, в октябре 2014 г. ФРС решила эти покупки вовсе прекратить, тем самым свернув программу количественного смягчения, сославшись на то, что инфляция в США находится значительно ниже планового уровня в 2% годовых а экономический рост ускорился. При этом ФРС дала понять, что в обозримом будущем вернется к повышению процентной ставки, т.е. от нетрадиционной денежной политики вернется к традиционной (005, с. 105).

Глобальный финансовый кризис 2008-2009 гг. почти не имел прямого влияния на финансовые институты восточноазиатских стран, так как у них было сравнительно мало американских ипотечных облигаций, которые послужили первопричиной кризиса. Однако кризис имел для них косвенные последствия. В частности, американские и европейские банки, а также инвестиционные фонды до кризиса проводили масштабные операции с финансовыми инструментами, деноминированными в японских иенах. Они брали взаймы в иенах, пользуясь нулевой ставкой процента в Японии, и вкладывали деньги в восточноазиатские страны, отличавшиеся высокой ставкой процента. Особенно активно такие операции проводились с Южной Кореей, которая в 2005-2007 гг. испытывала значительный приток иностранного капитала - параллельно Япония испытывала столь же значительный отток. В разгар кризиса ситуация стала диаметрально противоположной, так как европейские и американские спекулянты, столкнувшись с финансовыми трудностями, стали выводить капитал из Южной Кореи возвращать его японским кредиторам: Япония столкнулась с притоком капитала, а Южная Корея - с оттоком. В итоге до кризиса курс южнокорейского вона значительно вырос по сравнению с иеной, а с началом кризиса внезапно упал. Такие же колебания в результате игры спекулянтов до кризиса, во время кризиса и после него испытывали валюты других восточноазиатских стран. В 2005-2015 гг. сингапурский доллар, малазийский ринггит и китайский юань испытывали повышения и понижение курса в 10%. В свою очередь индонезийская рупия и вьетнамский донг отличались постоянным понижением курса (особенно донг, который по отношению к дру-

гим валютам подешевел на 50%). Курс тайского бата, как и южнокорейского вона, до кризиса рос по отношению к японской иене, а во время кризиса начал быстро падать (005, с. 108).

Отказ США от политики количественного смягчения и переход к постепенному повышению процентной ставки может привести к серьезным последствиям для процентных ставок в восточно-азиатских странах и для курсов их валют. Опыт 2000-2007 гг. годов показывает, что денежная политика этих стран зависит от денежной политики ФРС - повышение процентной ставки в США побуждало центробанки восточноазиатских стран также повышать процентные ставки, чтобы предотвратить отток капиталов. Исключением были Китай и Индонезия, где жесткий контроль за движением капитала ограничивал возможности спекулянтов переводить деньги на мировой финансовый рынок и пользоваться разницей в стоимости кредита. Исходя из этого опыта, можно подсчитать, что после отказа США от нетрадиционной денежной политики повышение ставки ФРС на 2 процентных пункта вызовет рост ставки на 0,7 процентных пункта в Южной Корее, в Гонконге ставка вырастет на 4 процентных пункта, в Сингапуре - на 1 процентный пункт а в Таиланде - на 0,5 процентных пункта. Банк Японии сохранит свою денежную политику количественного смягчения, чтобы достичь своей цели увеличить инфляцию до 2% годовых, тем самым стимулируя потребительские расходы и экономический рост. Ставка Банка Японии останется на уровне 0% годовых и увеличившаяся разница в ставках восточноазиатских стран и Японии стимулирует спекулятивные операции, заключающиеся в заимствовании денег на японском финансовом рынке и вложении их в финансовые рынки восточноазиатских стран. В результате притока капитала курс валют этих стран вырастет по отношению к японской иене: корейский вон подорожает на 4%, сингапурский доллар и вьетнамский донг - на 1, тайский бат - на 0,8% (005, с. 127).

Однако сворачивание в США политики количественного смягчения и повышение процентной ставки на 2% даже в случае повышения ставок в восточноазиатских странах вызовет рост разницы в процентных ставках на американском финансовом рынке и рынках этих стран. Результатом будет рост оттока портфельных инвестиций из Восточной Азии в США - в частности, из Южной

Кореи этот отток увеличится на 58%. И по отношению к американскому доллару курс восточноазиатских валют упадет.

«Выводы могут быть следующими. Глобальный финансовый кризис имел тяжелые последствия для экономики не только США, но и для экономики Европы. Это повредило восточноазиатским странам в том смысле, что снизился спрос на их экспортные товары в западные страны. Кризис также изменил глобальные потоки капитала, что вызвало колебания курсов восточноазиатских валют. Выход ФРС из программы количественного смягчения денежной политики и повышение процентной ставки вызовет повышение ставки в странах, где отсутствует валютный контроль и контроль над движением капитала. Более того, они столкнутся с внезапным сокращением притока капитала и увеличением его оттока, что повлечет снижение курса их валют. С другой стороны, повышение ставки ФРС будет иметь незначительное влияние на страны вроде Китая, где имеется жесткий валютный контроль. Таким образом, в краткосрочной перспективе введение подобного контроля может быть эффективным для смягчения последствий выхода ФРС из программы количественного смягчения. Однако в долгосрочной перспективе это повредит эффективному распределению экономических ресурсов среди самих восточноазиатских стран» (005, с. 128).

С.В. Минаев

ИСТОРИЯ

2017.01.006. МАРТИНЕС-ГРОС Г. КРАТКАЯ ИСТОРИЯ ИМПЕРИЙ: КАК ОНИ РОЖДАЮТСЯ И КАК РУШАТСЯ. MARTINEZ-GROS G. Breve histoire des empires: Comment ils surgissent, comment ils s'effondrent. - P.: Editions du Seuil, 2014. - 222 p.

Ключевые слова: власть; насилие; государство; империя; ислам.

Габриэль Мартинес-Грос (Университет Западный Париж -Нантер - Ля Дефанс), специалист по мусульманской Испании, ставит перед собой масштабную задачу проследить особенности зарождения, эволюции и перспективного развития имперского типа государственности на наиболее иллюстративном, с его точки зре-