Парламентские дебаты как жанр политического дискурса в Республике Южная Осетия

Оригинальная статья УДК 82'41

DOI: 10.29025/2079-6021-2019-1-31-38

Парламентские дебаты как жанр политического дискурса в Республике Южная Осетия

В.П. Джиоева

Юго-Осетинский государственный университет им. А.А. Тибилова, г. Цхинвал, РЮО; Северо-Осетинский государственный университет им. К.Л. Хетагурова, г. Владикавказ, Россия ORCID ID: 0000-0002-6341-744X; e-mail: jio.varvilina@mail.ru

Получена: 5.12.2018 Принята: 29.01.2019 Опубликована онлайн: 25.03.2019

Резюме: Статья посвящена анализу некоторых особенностей реализации речевых стратегий в жанре парламентских дебатов в Республике Южная Осетия. Парламентские дебаты - это жанр политического дискурса, который функционирует как целостная макроединица дискурса за счёт реализации ряда стратегий, среди которых можно выделить такие, как побуждение к ответной реакции, использование аргументированных метафоричных высказываний, интенсификация высказываний. Анализ фактического материала показывает, что речевые ходы, отражающие дискурсивные характеристики югоосетинской парламентской коммуникации, характерны для парламентского дискурса как такового. В то же время изучение парламентских дебатов в парламенте РЮО позволило выявить специфические признаки национального политического дискурса, представляющего собой институциональный тип коммуникации, проходящий в рамках этнически обусловленного регистра общения. Для парламентских дебатов характерно употребление вопросов в 3-м лице единственного числа в рамках поставленной темы, заданных с целью узнать новую информацию, использование ориентационных и биологических метафор, персонификация, применение интенсификаторов и деинтенсификаторов, даунтоунеров, модальных глаголов. Метафоричность в высказываниях участников проявляется в основном в эмоциональных речевых актах. В основе всех этих стратегий лежит стремление достичь конкретной цели: привлечь внимание слушателей к наиболее важным вопросам повестки дня, предложить свою оценку проблемной ситуации, высказать критику оппонента в вежливой форме, избежать конфликта, уклончиво ответить на вопрос. Ключевые слова: парламентские дебаты, югоосетинский национальный парламентский дискурс, стратегия, речевой прием, онтологическая метафора.

Для цитирования: Джиоева В.П. Парламентские дебаты как жанр политического дискурса в Республике Южная Осетия. Актуальные проблемы филологии и педагогической лингвистики. 2019; 1: 31-38. DOI: 10.29025/2079-6021-2019-1-31-38.

Original Paper

DOI: 10.29025/2079-6021-2019-1-31-38

Parliamentary debates as a genre of political discourse in the Republic of South Ossetia

Varvilina P. Jioeva

South-Ossetia State University, Tskhinval, Republic of South Ossetia; North-Ossetia State University, Vladikavkaz, Russia ORCID ID: 0000-0002-6341-744X; e-mail: jio.varvilina@mail.ru

Received: 5.12.2018 Accepted: 29.01.2019 Published online: 25.03.2019

Abstract: The article is devoted to certain peculiarities of actualization of speech strategies in the genre of parliamentary debates in the Republic of South Ossetia. Parliamentary debates is a genre of political discourse which functions as an integral macro unit of discourse due to realization of a number of strategies, among which the most prominent are: incentive to reciprocal reaction, the use of well-founded metaphorical expressions ,intensification of statements. The analysis of factual material discloses the fact that speech techniques showing discursive characteristics of south ossetian parliamentary communication are peculiar to parliamentary discourse as a whole. At the same time the analysis of parliamentary debates in the parliament of RSO helped to reveal specific features of the national political discourse, which is an institutional type of communication, taking place in an ethnic-based register of intercourse. We can point to use of questions in the 3rd person singular on the present topic meant for discovering new information, use of orientation and biological metaphors, personification, (de)intensifiers, downtowners, modal verbs. Metaphoric tone of speech occurs in emotional speech acts mostly. The aim of all these strategies is to reach a definite goal, to draw attention of listeners to the most significant questions on the agenda, propose personal analysis of the current situation, try to criticize the opponent in a polite manner, avoid conflict, make an evasive answer.

Keywords: parliamentary debates, south ossetian national parliamentary discourse, strategy, speech technique, ontological metaphor.

For citation: Jioeva V.P. Parliamentary debates as a genre of political discourse in the Republic of South Ossetia. Current Issues in Philology and Pedagogical Linguistics. 2019; 1: 31-38. DOI: 10.29025/2079-60212019-1-31-38.

Введение

Настоящая статья посвящена анализу особенностей жанров парламентского дискурса в Республике Южная Осетия. Для проведения исследования нами проведён анализ исследований по речевым жанрам и жанрам политического дискурса, в частности.

РЖ представляет собой стереотип речевого поведения, "относительно устойчивый тематический, композиционный и стилистический тип высказывания" [3, c. 242],

По определению Ст. Гайды, РЖ - это "горизонт ожидания для слушающих и модель построения для говорящих" [4, c. 24; 15, c. 50-51].

По мнению К.А. Долинина, РЖ суть стереотипы речевого поведения. Но общность стереотипов поведения - важный конститутивный признак социума. С этой точки зрения любое социальное поведение приобретает символическую значимость [6, c. 13].

М.Н. Кожина утверждает, что при определении РЖ среди ряда экстралингвистических факторов непременно (и многократно, акцентированно) называется сфера общения и деятельности, которая и определяет репертуар речевых жанров. Речь идет о "жанровых стилях определенных сфер человеческой деятельности и общения" [8, c. 58].

Таким образом, политический дискурс характеризуется значительным спектром жанров, однако лишь некоторые из них к настоящему моменту получили детальную характеристику. Исследователи предпринимают попытки разграничить политический дискурс на группы, принимая во внимание цели, функции, состав участников и даже языковую картину мира, характерную для сознания говорящих [5].

Цель статьи

Основной функцией политического дискурса выступает убеждение и побуждение к действию. Принимая во внимание тот факт, что роль политической коммуникации в жизни любого общества очень велика, и, вследствие недостаточной исследованности югоосетинской политической коммуникации, изучение парламентских дебатов в парламенте РЮО в лингвистическом контексте представляется весьма перспективным. Прежде чем перейти к детальному рассмотрению парламентских дебатов в парламенте РЮО, следует выделить общие характеристики парламентских дебатов как жанра политического дискурса.

Цель данного исследования состоит в выявлении и сопоставительном анализе некоторых особенностей реализации речевых стратегий в ходе парламентских дебатов.

Обзор литературы

Особое место среди всех жанров политического дискурса занимают состязательные жанры, к которым и относятся парламентские дебаты [9, c. 5].

В качестве рабочей классификации применительно к данной работе мы понимает классификацию, предложенную Е.И. Шейгал. Каждому событию политической жизни соответствует речевой жанр.

Е.И. Шейгал считает, что события политической жизни можно разделить на цикличные (ритуальные), календарные (текущие) и спонтанные.

Политические события ритуального характера происходят регулярно, в определенное время, по определенному, жестко установленному графику и достаточно жестко регламентированному сценарию; к ним можно отнести выборы и предшествующую им предвыборную кампанию, церемонию инаугурации, завершающую очередной выборный цикл; очередные съезды партии, церемонии патриотических праздников, ежегодное выступление президента с посланием Федеральному собранию. Такие события образуют годичные, четырехлетние и пр. циклы.

Календарные события планируются заранее, они заносятся в политический календарь текущего месяца (года), они относительно предсказуемы, но характеризуются вариативностью по таким параметрам, как место, время или участники события: это встречи депутатов с избирателями, парламентские слушания, визиты политических деятелей, переговоры.

Спонтанные политические события невозможно планировать и предсказывать, они происходят как реакция на текущую политическую ситуацию. К их числу можно отнести митинги, пикеты и демонстрации, политические кампании (протеста или поддержки), акции гражданского неповиновения, политические скандалы, референдумы.

Итак, жанр публичной речи занимает одно из центральных мест в полевой структуре политического дискурса и относится к прототипным жанрам. Это позволяет нам сделать вывод, что главная интенция жанра публичного выступления - это борьба за власть.

Методы исследования

Еще один параметр структурирования жанрового пространства, предложенный Е.И. Шейгал, -функциональный. Данный параметр связан с характером ведущей интенции.

По характеру ведущей интенции Е.И. Шейгал выделяет следующие жанры политического дискурса:

- ритуальные/эпидейктические жанры (инаугурационная речь, юбилейная речь, традиционное радиообращение), в которых доминирует фатика интеграции;

- ориентационные жанры, представляющие собой тексты информационно-прескриптивного характера (партийная программа, конституция, послание президента о положении в стране, отчетный доклад, указ, соглашение);

- агональные жанры (лозунг, рекламная речь, предвыборные дебаты, парламентские дебаты) [6, с. 255-270].

Под парламентскими дебатами понимается формальный метод взаимодействия и высказывания аргументированных точек зрения, целью которых является убеждение аудитории и обсуждение разных позиций. Парламентские дебаты - тип текста, который реализуется в рамках общественно-политического института - парламента. Основная функция парламента - обсуждение и принятие законов. Следовательно, главной целью парламентских дебатов является проведение дискуссий по поводу новых законопроектов и принятие решений относительно политической ситуации в стране. Цель парламентских дебатов определяет вид парламентских дебатов. В частности, парламентский дискурс включает в себя следующие виды дебатов: дебаты по определённой узкой теме, дебаты на актуальную тему, общие прения, правительственный запрос. Отличительные признаки парламентских дебатов определяются особенностями самой парламентской среды. Уникальная обстановка парламента, которая характеризуется собственным жанровым пространством и специфическим хронотопом, а также определяет специфику адресации, оказывает определённое влияние на поведение участников политической коммуникации. Адресация в парламенте имеет свою специфику. Парламентские дебаты, как большинство других жанров политического дискурса, ориентированы на массового и группового адресата. Это связано с тем, что парламентарии не имеют возможности непосредственного речевого контакта друг с другом, а связующим звеном между парламентариями выступает председатель парламентских заседаний, следящий за ходом парламентской процедуры в соответствии с установленными правилами. Прямым адресатом в парламенте обычно выступает председатель парламентских заседаний, предоставляющий затем слово выступающим. Адресантом в парламентских дебатах является политик, выступающий с речью и представляющий позицию своей партии. На этом основании, по мнению М.В. Китик, адресанта в парламентских выступлениях можно рассматривать как индивидуально-коллективного [7, с. 2].

Результаты и дискуссия

Отличительной чертой дискурса парламентских дебатов является отсутствие индивидуального адресата. Это помогает избежать категоричных, резких высказываний в адрес отдельных парламента-

риев. Особенностями парламентских дебатов являются институциональность, смысловая неопределённость, театральность, агональность, ритуальность, манипулятивность, идеологичность. Парламентские дебаты - это также высказывание аргументативных точек зрения, целью которых является убеждение аудитории. Убеждение достигается посредством взаимодействия участников дебатов на базе уже имеющихся фреймов знаний. Парламентские дебаты, как жанр институционализированного дискурса, характеризуются чёткой регламентированностью. Так, регламентированность парламентского дискурса проявляется в репликах, организующих ход дебатов (открытие заседания, оглашение повестки дня), репликах, организующих ход дебатов (предоставление слова, обращение к докладчику), репликах авторитетных мер (призыв к порядку, замечание, удаление из зала заседания). Все участники знают основные положения регламента и прилагают максимум усилий, чтобы не выходить за их рамки. Отступления от регламента вызывают ответную реакцию. Есть случаи, когда сами участники дебатов озвучивают правила регламента для тех, кто вышел за их рамки, и просят спикера, который следит за ходом дебатов, принять соответствующие меры.

Речевое поведение участников парламентских дебатов имеет целью актуализацию нескольких стратегий. Первая стратегия реализуется речевыми ходами говорящего, которые побуждают к ответной реакции, - вопросами в рамках поставленной темы, заданными с целью узнать новую информацию. В построении некоторых вопросов может быть задействована пресуппозиция - подразумевание, то есть то, что говорящий предоставляет заключить самому собеседнику. Например:

И зачем ставить в неудобное положение главу Правительства или его заместителя, в случае, если ему зададут конкретные вопросы? [www.parliamentrso/org].

Использование в вопросе 3-го лица единственного числа, во-первых, побуждает к ответу, служит для того, чтобы узнать или уточнить позицию собеседника, привлечь внимание аудитории к этой позиции, а во-вторых, содержит имплицитное указание на того, кому адресуется вопрос. Следует отметить тот факт, что адресация вопроса в парламентских дебатах почти всегда носит имплицитный характер.

Вторая стратегия актуализируется речевыми ходами реципиента, которые выступают как реакция, как способ аргументированного высказывания. Участники парламентских дебатов делают свои высказывания более аргументативными, воздерживаются от заведомо ложных высказываний, преподносят лишь достоверную информацию, придерживаются формального официального стиля речи. Большинство аргументов подкреплено статистической и количественной информацией и фактами. Остановимся подробнее, однако, на таком способе аргументации, как использование метафорических высказываний. Метафоричность в высказываниях участников проявляется в основном в эмоциональных речевых актах. Роль метафоры в политическом дискурсе весьма значительна, потому что именно метафора привлекает и удерживает внимание, насыщает текст выразительными образами, способными надолго сохраниться в памяти, оказывает аффективное воздействие на ассоциативное мышление, являясь одним из инструментов манипулирования сознанием и мыслительным процессом, и служит эффективным средством выражения личной позиции автора. В речи участников парламентских дебатов встречаются разные виды метафор. Достаточно высока частотность употребления ориентационных и онтологических метафор. Ориентационная метафора организует целую систему концептов относительно другой системы. Ориентационные метафоры связаны с ориентацией в пространстве: «вверх - вниз», «внутри -снаружи», «налево - направо», «центральный - периферийный». Такие метафоры придают концепту пространственную ориентацию. В парламентских дебатах парламента РЮО встречаются ориентаци-онные метафоры. Например:

...перед тем, как принимать подобные решения или озвучивать какие-либо конкретные сроки, правильнее было бы узнать (хотя бы неофициальную) позицию руководства России. Давайте уважать нашего единственного союзника и не будем ставить телегу впереди лошади, чтобы не оказать РФ «медвежью услугу» [www.parliamentrso/org].

Метафоричное использование пословицы «ставить телегу впереди лошади» имеет целью указать на нарушение принятого, заведённого и логичного порядка действий делать что-либо неправильно. А фразеологизмом «медвежья услуга», т. е. услуга, оказанная из лучших побуждений, но приведшая к негативным последствиям для того, кому она была предоставлена, парламентарий отмечает что, на его взгляд, руководство РФ может оказаться в трудном положении.

Онтологическая метафора опирается на опыт обращения с физическими объектами и веществами. Онтологические метафоры служат разным целям. Дж. Лакофф и М. Джонсон предлагают выделять

следующие цели онтологических метафор: количественная оценка, определение аспекта рассмотрения, определение причин, определение целей и мотивация действий [14, с. 26-28]. Можно привести следующие примеры онтологических метафор, встречающихся в парламентских дебатах:

Желание обеспечить безопасное будущее народа Южной Осетии двигало президентом и парламентом республики при подписании и ратификации этого Договора... необходимо ускоренными темпами реализовать Договор, подписав дополнительные соглашения и тем самым защитить свой народ от сегодняшних и будущих угроз (определение целей и мотивация действий). [www.parliamentrso/org].

Заданные в каждом конкретном тексте концептуальные рамки обуславливают способы интерпретации событий: именно возможность по-разному преподносить концептуальное содержание позволяет коммунистам и консерваторам апеллировать к светлому прошлому, а демократам и лейбористам делать его символом зла [Чудинов].

Персонификация абстрактных понятий обеспечивает их понимание большинством людей. Можно привести следующие примеры:

Теперь у нас снова появляется реальная возможность сдвинуть ситуацию с мертвой точки< ...> но мы видим, как при непосредственном участии российских представителей наша «Багиата» выходит на российские рынки<...>наши партийные приемные ломятся от граждан, которые приходят не только со своими проблемами, но и с тем, чтобы мы навели в стране порядок [www.parliamentrso/org].

В парламентских дебатах наблюдается зависимость частотности обращения к метафорам от обсуждаемых проблем. Так, количество метафор в речи участников дебатов увеличивается при обсуждении наиболее актуальных, неразрешённых проблем, что подтверждает мысль А.Н. Баранова, охарактеризовавшего метафору как поиск способа элиминирования нетривиальной проблемы, спровоцировавшей ситуацию кризиса мышления и деятельности [1, с. 112].

Например, при обсуждении таких проблем, как наркомания, алкоголизм, деятельность религиозных организаций частотность употребления метафор заметно увеличивается:

Необходимо подчеркнуть, что деструктивная деятельность религиозных культов (сект), наркомания и алкоголизм - это «болезни» общества одного порядка, и в первую очередь под их пагубное влияние подпадает наша молодежь [www.parliamentrso/org].

Используя морбиальную метафору «болезни» общества, депутаты приравнивают социальные проблемы к физическому недугу.

Депутат прибегает к биологической метафоре, отождествляя свою партию с человеческим организмом. Под «живым организмом» политик понимает стремление к достижению целей, намеченных его партией: Партия - как живой организм, для поддержания жизнедеятельности нужно проводить профилактику негативных процессов. А пока мы ведем активную работу [Nog Uasamonga.ru].

Метафоре анабиоза «стоять на месте» противопоставляется метафора «сдвинуть ситуацию с мёртвой точки», т. е. начать заниматься активной деятельностью, которую как бы в ответ на обеспокоенность лидера партии озвучивает председатель парламентского комитета:

Теперь у нас снова появляется реальная возможность сдвинуть ситуацию с мертвой точки. Хочу обратить внимание на то, что после подписания договора Владимир Путин фактически пригласил Южную Осетию принять участие в импортозамещении [Nog Uasamonga.ru].

Третья стратегия предполагает применение семантической категории интенсивности. По мнению И.И. Туранского, категория интенсивности тесно связана с категорией экспрессивности [10]. Тем не менее в парламентских дебатах категория интенсивности задействуется гораздо чаще. Интенсивность высказывания обеспечивается словами- (де)интенсификаторами (прилагательными, существительными, наречиями, глаголами), аффиксами, специальными синтаксическими конструкциями. К морфологическим способам выражения интенсивности в парламентских дебатах относятся особые формы прилагательных и глаголов:

Не умаляя значимость для всех наших граждан гуманитарных и социальных соглашений, предусматривающих повышение зарплат, пенсий, медстраховки, сотрудничество в области образования, спорта, культуры и пр., приоритетным считаю скорейшее заключение и исполнение соглашений в военной и правоохранительной сферах<...>все мы наблюдаем резкий рост международной напряженности, в том числе вокруг нашего единственного союзника России<...>на фоне неблагоприятных внешних факторов следует форсировать темпы подписания военного и других дополнительных соглашений, чтобы реализация Договора началась в полной мере... [www.parliamentrso/org].

Прилагательные с приставкой -архи, обозначающей высшую степень признака, заключающегося во второй части, имеют отношение к понятию интенсивности в том случае, когда прилагательное содержит субъективную оценку. Например:

Россия берет на себя официально обязательства совместно обеспечивать оборону и защиту Южной Осетии от всех внутренних и внешних угроз, что является архиважным для всех нас на данном историческом этапе развития нашей страны [www.parliamentrso/org].

Данные примеры являются высказываниями оценочного характера, т.е. содержат субъективное мнение, с которым другие участники парламентских дебатов вправе не согласиться. Модус модальности в основном способствует интенсивности высказывания. Употребление модальных глаголов помогает избежать прямого выражения своего отношения:

Все соглашения должны быть заключены в срок<...>откладывать вопрос с переходом парламента на профессиональную основу больше нельзя <...> с переходом парламента на профессиональную основу все депутаты обязаны будут полностью посвятить себя законотворческой деятельности и работе с проблемами населения. Да, придется многому учиться [www.parliamentrso/org].

В данном примере оратор указывает председателю парламента на то, что нельзя больше тянуть с принятием решения.

Использование модальных глаголов в парламентских дебатах позволяет уйти от прямой критики, однозначного ответа, какого-либо конкретного обещания. К области лексических средств интенсификации высказывания относятся аффиксация, словосложение, прилагательные интенсифицирующего содержания, наречия, кванторные слова и усилительные фразеологизмы. В парламентских дебатах в качестве средств интенсификации высказывания чаще всего используются прилагательные интенсифицирующего содержания и наречия. Можно привести следующие примеры использования эмфасайзеров в парламентских дебатах:

Интеграционный Договор с Россией несомненно приведет к улучшению социально-экономической ситуации, уровня жизни простых граждан.

Реализация важнейшего для всех жителей Республики Договора о союзничестве и интеграции с Российской Федерацией, а также предусмотренных документом отраслевых соглашений неминуемо повлечет за собой необходимость дальнейшей унификации нашего законодательства с российским... [www.parliamentrso/org].

Геополитическая ситуация вокруг РЮО с каждым годом становится все более сложной [www. parliamentrso/org].

Даунтоунеры в целом нивелируют прямое значение слова, к которому они относятся. Даунтоунеры в отличие от эмфасайзеров способствуют снижению интенсивности высказывания в парламентских дебатах и тем самым помогают снизить категоричность высказывания и достичь компромисса. Можно привести следующие примеры использования даунтоунеров в парламентских дебатах:

...если речь идет о выборе между Россией и туманным будущим с очень опасными перспективами, то я не хочу, чтобы завтра мы остались маленьким клочком земли с двояким статусом [www. parliamentrso/org].

Заключение

Таким образом, парламентские дебаты - это жанр политического дискурса, который функционирует как целостная макроединица дискурса за счёт реализации ряда стратегий, среди которых можно выделить такие, как побуждение к ответной реакции, использование аргументированных метафоричных высказываний, интенсификация высказываний. В основе всех этих стратегий лежит стремление достичь конкретной цели: привлечь внимание слушателей к наиболее важным вопросам повестки дня, предложить свою оценку проблемной ситуации, высказать критику оппонента в вежливой форме, избежать конфликта, уклончиво ответить на вопрос.

Анализ фактического материала показывает, что речевые ходы, отражающие дискурсивные характеристики югоосетинской парламентской коммуникации, характерны для парламентского дискурса как такового. В то же время изучение парламентских дебатов в парламенте РЮО позволило выявить специфические признаки национального политического дискурса, представляющего собой институциональный тип коммуникации, проходящий в рамках этнически обусловленного регистра общения, отличающийся рядом черт, в частности: отсутствием инвективы, обращений предпочтительно рекомендательного плана, предполагающий отход от общепринятых норм поведения в политическом инсти-

туте. Примечательно употребление вопросов в 3-м лице единственного числа в рамках поставленной темы, заданных с целью узнать новую информацию, использование ориентационных и биологических метафор, приёма персонификации, словами-(де)интенсификаторов, даунтоунеров, модальных глаголов.

Список литературы

1. Баранов А.Н. Политический дискурс: прощание с ритуалом? // Человек. 1997. № 6. С. 108-118.

2. Баранов А.Н. Дескрипторная теория метафоры. М.: Языки славянской культуры, 2014. 632 с.

3. Бахтин. М.М. Эстетика словесного творчества. М.: Искусство, 1979. 423 с.

4. Гайда Ст. Проблемы жанра // Ст. Гайда Функциональная стилистика: теория стилей и их языковая ориентация / Ст. Гайда. Пермь, 1986. С. 127-144.

5. Горностаева А.А. Иронические метафоры в политическом дискурсе // Вестник РУДН. Серия: ЛИНГВИСТИКА. 2018. Vol. 22, №1. С. 108-125. URL: https://cyberleninka.ru/article/Mronicheskie-meta-fory-v-politicheskom-diskurse (дата обращения: 25.02.2019). .

6. Долинин К.А. Жанры речи: Сборник научных статей. Саратов: Изд-во Государственного учебно-научного центра «Колледж», 1999. 300 с.

7. КитикМ.В. Снижение интенсивности высказывания в политическом дискурсе (на материале стенограмм заседаний Британского парламента): дис. ... канд. филол. наук. Астрахань, 2004. 160 c.

8. Кожина М.Н. Жанры речи: Сборник научных статей. Саратов: Изд-во Государственного учебно-научного центра «Колледж», 1999. 300 с.

9. Спиридовский О.В. Лингвокультурные характеристики президентской риторики как вида политического дискурса; серия монографий «Аспекты языка и коммуникации». Вып. 6. Воронеж: Наука-Юнипресс, 2011. 173 с.

10. Туранский И.И. Семантическая категория интенсивности в английском языке: монография. М.: Высшая школа, 1990. 173 с.

11. Чудинов А.П., Будаев Э.В. Метафора в политической коммуникации. М.: Флинта, 2008. 310 с.

12. Чудинов А.П., Солопова О.А. Метафорическое представление прошлого России и Великобритании в современном политическом дискурсе // Вопросы когнитивной лингвистики. 2005. № 3. URL: https://cyberleninka.ru/article/n7metaforicheskoe-predstavlenie-proshlogo-rossii-i-velikobritanii-v-sovremen-nom-politicheskom-diskurse (дата обращения: 25.02.2019). Иронические метафоры Вестник РУДН.

13. ШейгалЕ.И. Семиотика политического дискурса. М.: Гнозис, 2004. 326 с.

14. Lakoff G., Johnson M. Metaphors we live by. London: The University of Chicago Press, 2003. 276 p.

15. Todorov T. Genres in discourse / translated by Catherine Porter. New York: Cambridge University Press, 1990. C. 1978. 136 p.

16. Nog Uasamonga.ru

17. www.parliamentrso/org

References

1. Baranov, A.N. Political discourse: Farewell to ritual?: Human, 1997, no 6, pp. 108-118.

2. Baranov, A.N. Descriptor theory of metaphor, M.: Languages of Slavonic culture, 2014, 632 p.

3. Bakhtin, M.M. The esthetic of verbal art, M.: Iskusstvo, 1979, 423 p.

4. Gaida, St. Problems of genre, St. Gaida Functional stylistics: theory of styles and their language orientation / St. Gaida, Perm, 1986, pp. 127-144.

5. Gornostaeva, A.A. Ironical metaphors in political discourse: PFUR Bulletin. Series: LINGUISTICS, 2018, vol. 22, no 1, pp. 108-125. URL: httpsy/cyberleninka.ru/article/n/ironicheskie-metafory-v-politiches-kom-diskurse(date of access: 25.02.2019). .

6. Dolinin, K.A. Genres of speech: Collection of scientific articles, Saratov: Edition of State academic-scientific centre «College», 1999, 300 p.

7. Kitik, M.V. Reduction of intensity of a statement in political discourse

8. Kozhina, M.N. Genres of speech: Collection of scientific articles, Saratov: Edition of State academic-scientific centre «College», 1999, 300 p.

9. Spiridovsky, O.V. Lingual cultural characteristics of presidential rhetorics as a type of political discourse; series of monographs «Aspects of language and communication». 6th edition, Voronezh: Nauka-Uni-press, 2011, 173 p.

10. Turansky, I.I. Semantic category of intensity in the English language. Monograph, M.: Higner school, 1990, 173 p.

11. Chudinov, A.P., Budaev, E.V. Metaphor in political discourse, М.: Flinta, 2008, 310 p.

12. Chudinov, A.P., Solopova, O.A. Metaphorical image of the past of Russia and Great Britain in the contemporary political discourse, Problems of cognitive linguistics, 2005, no 3. URL: https://cyberleninka.ru/ article/n/metaforicheskoe-predstavlenie-proshlogo-rossii-i-velikobritanii-v-sovremennom-politicheskom-di-skurse (date of access: 25.02.2019).

13. Sheigal, E.I. Semiotics of political discourse, М.: Gnozis, 2004, 326 p.

14. Lakoff, G., Johnson, M. Metaphors we live by, London: The University of Chicago Press, 2003, 276 p.

15. Todorov, T. Genres in discourse / translated by Catherine Porter, New York: Cambridge University Press, 1990, p. 1978, 136 p.

16. Nog Uasamonga.ru

17. www.parliamentrso/org

Джиоева Варвилина Павловна, старший преподаватель кафедры английского языка, Юго-Осетинский государственный университет им. А.А. Тибилова, г. Цхинвал, РЮО; аспирант кафедры иностранных языков для неязыковых специальностей факультета иностранных языков, Северо-Осетинский государственный университет имени К.Л. Хетагурова, г. Владикавказ, Российская Федерация.

Varvilina P. Jioeva, senior lecturer, South Ossetia State University n. a. A.A. Tibilov, the English Chair; the address: Tskhinval, RSO; Post-graduate Student of the Chair of Foreign Languages for non-linguistic specialities, Federal State Budgetary Educational Establishment of Higher Education "North Ossetian State University n. a. K.L. Khetagurov", Faculty of Foreign Languages; the address: Vladikavkaz, Russian Federation.