Рефлексивные и рефактивные значения: семантические и типологические связи

ВЕСТНИК МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. СЕР. 9. ФИЛОЛОГИЯ. 2010. № 3

МАТЕРИАЛЫ И СООБЩЕНИЯ Н.М. Стойнова

РЕФЛЕКСИВНЫЕ И РЕФАКТИВНЫЕ ЗНАЧЕНИЯ: СЕМАНТИЧЕСКИЕ И ТИПОЛОГИЧЕСКИЕ СВЯЗИ

В некоторых языках засвидетельствовано использование показателей ре-фактива ('сделать еще раз') для выражения рефлексивного значения. В работе рассматриваются разные стратегии кодирования рефлексива рефактивным маркером (обязательные vs. факультативные, лексические vs. морфологические, именные vs. глагольные, тяжелые vs. легкие рефлексивы) и делаются предположения о возможных типах семантической и диахронической связи между рефактивным и рефлексивным значениями.

Ключевые слова: типология, грамматика, глагольные категории, грамматическая семантика, полисемия, рефлексив, рефактив, реципрок, глагольная множественность, актантная деривация.

In some languages repetitive markers ('do again') are used to express the reflexive meaning. Different strategies of marking reflexive meaning by repetitives (obligatory vs. facultative, lexical vs. morphological, nominal vs. verbal, heavy vs. light reflexives) are considered in the paper. Possible types of semantic and diachronic relations between repetitive and reflexive meanings are discussed.

Key words: typology, grammar, verbal grams, semantics, polysemy, reflexive, repetitive, reciprocal, verbal plurality, valency-changing markers.

1. Значение рефактива и рефактивные показатели

в языках мира

1.1. Семантическая зона рефактива

Собственно рефактивным значением принято называть значение однократного повторения некоторого события (ср. значения русских наречий опять, снова, еще раз). В литературе для этого значения также часто используются такие термины, как репетитив (термин, принятый в большинстве англоязычных работ) и итератив (см., например, [Wichmann 1992]), реже реитератив (см., например, [Guillaume, 2008]).

В большинстве языков средства, с помощью которых выражается значение рефактива, обслуживают довольно широкий круг близких к вышеописанному значений. Следовательно, имеет смысл говорить не об одном рефактивном значении, а о целой семантической зоне рефактивных значений. Ниже в качестве иллюстрации приводится

список основных значений, обслуживаемых французским префиксом re-, типологически характерный для рефактивных показателей:

- собственно рефактив ('повторное действие'): punir ('наказать') ^ re-punir ('наказать еще раз');

- редитив ('движение в обратном направлении'): venir ('прийти') ^ re-venir ('вернуться');

- реститутив ('возвращение к исходному состоянию'): maigrir ('похудеть') ^ re-maigrir ('стать таким же худым, как раньше');

- респонсив ('сделать в ответ'): saluer ('приветствовать') ^ re-saluer ('отвечать на приветствие');

- реконструктив ('переделать'): bâtir ('построить') ^ re-bâtir ('перестроить').

1.2. Способы выражения рефактивных значений.

Способы выражения рефактивных значений достаточно разнообразны и типологически неоднородны. Они могут выражаться как с помощью свободных лексических единиц (наречий, частиц), так и с помощью грамматических средств (см. примеры (1)-(3)): аффиксов (1), вспомогательных глаголов (2), сериальных конструкций (3).

кианг (тибето-бирманский) [LaPolla, Huang, 2003: 168]

(1) me: de-ei-ja-ji

дождь вниз-падать/освобождать-REP-ASP Опять идет дождь.

аква (банту) [Аксенова, Топорова, 2002:193]

(2) mwa a-wud-i e-ke жена 3SG-возвращаться-PST INF-идти Жена пошла опять.

палау (малайско-полинезийский) [Josephs, 1975: 314]

(3) Ak liluut çl mçnguiu çr a hong я возвращаться SUB читать DEF PTCL книга Я опять прочитал книгу.

В настоящей работе рассматриваются любые, в том числе и лексические, средства выражения рефактива.

1.3. Рефактив и рефлексив

Рефактивное значение часто оказывается не единственным значением соответствующего показателя. Интересной задачей кажется выявление круга значений, регулярно совмещаемых со значениями рефактивной зоны или связанными с ними диахронически. К настоящему моменту эту задачу нельзя считать полностью решенной (см. о типологии рефактива [Шлуинский, 2005; Wâlchli, 2006]).

Так, одним из «белых пятен» в этой области является рассматриваемая в данной работе комбинация рефактивного значения с рефлексивным. Такое совмещение значений наблюдается, например, в паамском языке. Примеры (4)-(6) иллюстрируют употребление па-амского показателя -ris в значениях рефактивной зоны (редитив (4), реститутив (5)) и в рефлексивном значении (6).

паамский (океанийский) [Crowley, 1982: 233-235]

(4) ki: -ha: -risi-mau

2.SG. IRR^ra-REP-CL Возвращайся!

(5) vas lohon ta:i mate-ris

3.SG. REAL. родить ребенок один 3. SG. REAL. умереть-REP

Она родила ребенка, а он опять умер (='вернулся в мертвое состояние').

(6) inau na-lesi-nau-ris en kila:s 1.SG 1. SG. REAL-видеть-1.SG-REP LOC зеркало Я вижу себя в зеркале.

Данное явление упоминалось в лингвистической литературе в различных контекстах, но не было, насколько мне известно, предметом специального исследования. Так, в [Lichtenberk, 1991] и [Майсак, 2005] оно обсуждается в связи с проблемой грамматикализации глаголов движения: рассматривается грамматикализация глагола 'возвращаться' одновременно в показатель рефактива и в показатель рефлексива в паамском и вангуну (Океания). Те же языки упоминаются в статье [Schladt, 2000], посвященной типологии источников грамматикализации рефлексива1. В статье [Moyse-Faurie, 2008], представляющей обзор средств выражения рефлексивных и реципрокальных значений в языках Океании, стратегия выражения рефлексива с помощью рефактивных показателей обсуждается на более широком материале океанийских языков. В контексте типологии рефактива и на более широком типологическом материале это явление до настоящего момента не обсуждалось.

Далее для случаев, когда рефактивный показатель используется в рефлексивной конструкции, используется общий термин «again-рефлексивы».

2. Again-рефлексивы: многообразие разнородных явлений

2.1. Ареалы языков с полисемией рефактив - рефлексив

Пересечение значений рефактива и рефлексива - типологически довольно редкое явление. Как отмечалось выше, оно известно как

1 В работе [Schladt, 2000] упоминается также язык санума (Бразилия), в котором показатель рефлексива восходит к глаголу 'возвращаться' (стандартный источник грамматикализации для рефактивных показателей), но не представлено сведений о наличии или отсутствии у этого показателя рефактивного значения.

ареально-генетическая особенность языков Океании. В частности, оно зафиксировано в таких языках, как упоминавшиеся выше паам-ский и вангуну, а также в языках паичи, тавала, салиба, харагуре, харакуу, тинрин, хоава, хуаилу ненгоне, хамеа, халиа, маори,

яй (1аа1) и др.

Тем не менее подобное явление встречается и за пределами Океании. Два других ареала, в которых засвидетельствованы распространения again-рефлексивы, - Австралия (банджалангийские диалекты) и Кавказ (абхазо-адыгские языки).

В океанийских языках представлены очень разные типы рефлексивных конструкций с использованием рефактивного показателя. Они будут подробно рассмотрены ниже.

В диалектах банджалангийской группы2 (гидабал, касино, ваалубал) несколько значений рефактивной зоны выражается с помощью транскатегориального суффикса -bu. Тот же суффикс, будучи употребленным с личными местоимениями, выражает рефлексивное значение. Ср. примеры (7) и (8) из диалекта гидабал: в первом примере -bu употребляется при глаголе 'петь' и выражает значение рефактива, во втором он употреблен при местоимении третьего лица и выражает рефлексивное значение.

гидабал ^еу1епЬеек, Geytenbeek, 1971: 15]

(7) yafbi-le-:n-bu сУа:ёаш петь-MULT-PST-REP ребенок Ребенок опять пел.

(8) njule-bu gawga-ni сУицда-и он-REP резать-АОЯ нож-1ШТЯ Он порезался ножом.

В адыгейском языке есть глагольный суффикс -жьы-. В основном употреблении он выражает широкий круг рефактивных и близких к рефактивным значений (9), подробнее о семантике -жьы- в адыгейском языке см. [Аркадьев, Короткова, 2005]).

адыгейский [Аркадьев, Короткова, 2005]

(9) рсе-г qwэte-z'э-к дверь-ABS (3. SG. S) ломаться-REP-PST Дверь опять сломалась.

Тот же суффикс может факультативно употребляться и в рефлексивных контекстах (без дополнительного значения повторения) вместе со специализированным показателем рефлексива зэ- (10).

адыгейский [Рогава, Керашева, 1966: 312]

(10) зэ-плъы-жьы-гъ REFL-смотреть-REP-PST Он посмотрел на себя.

2 Часто говорят не об отдельных языках банджалангийской группы и не о едином языке банджаланг, а о континууме банджалангийских диалектов.

Также -жьы- может факультативно употребляться в посессивных рефлексивных конструкциях ('кореферентность субъекта действия и обладателя объекта действия'), в этом случае рефлексивный показатель зэ- не употребляется.

адыгейский [Рогава, Керашева, 1966: 312]

(11) ы1э е-плъы-жьы-гъ

рука 3.SG. AG-смотреть-REP-PST Он; посмотрел на свою/* руку.

Сходным образом ведет себя аналогичный показатель -ж- в кабардинском языке (см. [Абитов и др., 1957: 133]).

Явление не аналогичное обсуждаемым, но довольно близкое наблюдается в кантонском китайском [Matthews, Yip, 1994]. Лексема faan функционирует как глагол со значением 'возвращаться' и как многозначная частица. Часть ее значений принадлежит к семантической зоне рефактива ('обратно, в свою очередь, возобновление деятельности, возвращение к прерванному состоянию'), ср. (12). Но одно из значений близко к рефлексивному - это значение рефлексивного бенефактива ('для себя, в свою пользу'), ср. (13).

кантонский китайский [Matthews, Yip, 1994: 214]

(12) keuih gaau-fäan-syü jihauh sehng go sau saali 3.SG учить-REP-книга после целый CL худой весь Она очень похудела с тех пор, как вернулась к преподаванию.

(13) ngoh gei seung maaih fäan yät go 1.SG довольно желать купить REP один CL Я бы себе купил такой!

2.2. Морфологические типы again-рефлексивов

Рассматриваемые конструкции представляют собой достаточно неоднородную, с морфологической точки зрения, область. Существуют языки, в которых в образовании рефлексивной конструкции участвует свободная лексема с рефактивным значением - наречие или частица 'опять', 'обратно'. Такая ситуация наблюдается в языках маори, паичи, ненгоне. Так, в примере (15) из маори в рефлексивной конструкции употреблено наречие anoo 'еще раз', рефактивное употребление которого иллюстрируется в (14).

маори [Bauer, 1999: 468, 177]

(14) poo iho anoo ka hoki mai a Taranga... ночь вниз опять ASP возвращаться сюда ART Таранга Когда снова опустилась ночь, Таранга вернулся...

(15) naa Hone i pupuhi ia anoo EMPH Джон ASP стрелять 3.SG опять Джон застрелился!

В некоторых языках в рефлексивном значении употребляется аналитический грамматический показатель с рефактивным значением. Примером может служить язык тавала [Ezard, 1997]. В тавала есть показатель meme. Со значением рефактива он употребляется в непереходной форме meme при непереходном глаголе (пример (16)) и в переходной форме me+показатель лица / числа при переходном глаголе (пример (17)). Переходная форма с соответствующей лично-числовой энклитикой используется также для выражения рефлексивного значения. Пример (1S) иллюстрирует употребление показателя meme с энклитикой первого лица единственного числа (me-u) в значении рефлексива.

тавала [Ezard, 1997: 136]

(16) i-baha meme 3^-говорить REP Он опять говорил.

(17) i-bah'-e-na me-ya 3.SG-говорить-TRANS-LIG REP-3.SG Он сказал это опять.

(18) tau a-pali-palihale-na me-u

я 1^^Ш-подчинять^Ю REP-1.SG Я сдаюсь!

В некоторых языках Океании конструкция с рефактивным и рефлексивным значением (или две разных конструкции с соответствующими значениями) может восходить к сериальной конструкции с глаголом 'возвращаться', 'поворачивать(ся)'3. Такая ситуация наблюдается, например, в языках салиба и хоава. Пример (19) из языка хоава иллюстрирует свободное употребление глагола pule в значении 'возвращаться'. В примере (20) тот же глагол употреблен в составе сериальной конструкции со значением повторения действия. В примере (21) приводится другая сериальная конструкция с тем же глаголом (оформленным показателем аппликатива), использующаяся в рефлексивных контекстах.

хоава [Davis, 2003: 163, 49]

(19) ego ma-da pule qa pirae ладно FUT-1.PL. IN возвращаться PTCL сейчас Ладно, теперь пойдем обратно!

(20) tiono pule ria печь возвращаться 3.PL Они опять готовили.

(21) balabala pule-ni-a

думать возвращаться-APPL^.SG Он думает о себе (т.е. он эгоистичен).

3 Следует иметь в виду, что в океанийских языках одна и та же лексема часто употребляется и как глагол, и в наречной функции.

Наконец, показатель рефлексива / рефактива может быть аффиксальным. Такова ситуация в абхазо-адыгских языках и банджалан-гийских диалектах (см. примеры выше). Следует отметить при этом, что в банджалангийских диалектах рефактивный / рефлексивный суффикс обладает транскатегориальностью (может прибавляться к глаголам, существительным и местоимениям), что не характерно для прототипической морфемы. Что касается океанийских языков, то на статус, близкий к аффиксальному, может претендовать упоминавшаяся выше клитика -ris в паамском языке, восходящая к глаголу 'возвращаться' (см. [Crowley, 1978]). Против того, чтобы считать ее полноценным аффиксом, говорит отсутствие у нее фиксированной позиции. См., например, употребление клитики -ris при финальной именной группе:

паамский [Crowley, 1978: 233] (22) au-vol Vauleli: -ris

3.PL. REAL-танцевать Ваулели-REP Они опять танцуют в Ваулели. Таким образом, большинство again-рефлексивов представляет собой слабограмматикализованные показатели. Единственным бесспорным исключением можно считать суффикс -жьы- в адыгейском и кабардинском языках, но следует иметь в виду, что в полисинтетических абхазо-адыгских языках в целом больше значений, чем в среднем, выражается морфологически.

Слабая степень грамматикализации again-рефлексивов не кажется неожиданной также и потому, что сильнограмматикализованные показатели как рефлексива самого по себе, так и рефактива самого по себе (ср. [Wâlchli, 2006]) являются типологически не самым частым явлением.

2.3. Именные vs. глагольные again-рефлексивы

Рефлексивное значение, характеризуя, с одной стороны, участников ситуации, а с другой - саму ситуацию, может выражаться как при личном местоимении (так называемые «именные» рефлексивы), так и при глаголе (так называемые «глагольные» рефлексивы). В последнем случае глагол в свою очередь может быть формально переходным или непереходным. Интересно проследить, к какому из типов тяготеют рассматриваемые нами again-рефлексивы и представляют ли они в этом смысле единый класс явлений. Оказывается, что среди again-рефлексивов типологически представлены как именные, так и глагольные. Так, в абхазо-адыгских языках представлен глагольный маркер рефлексива / рефактива, в банджалангийских диалектах показатель, имеющий при глаголе рефактивное значение, оформляет именной рефлексив (см. примеры выше). В океанийских же языках представлены оба типа рефлексивных конструкций с использованием

рефактивного маркера. Именные again-рефлексивы зафиксированы, например, в языках маори, харагуре, паичи. Глагольные - в языках салиба, хоава, тавала, халиа, харакуу.

Примеры (23), (24) иллюстрируют использование рефактивного показателя -uyo- в функции глагольного рефлексива в языке салиба. В примере (23) демонстрируется рефактивное употребление показателя -uyo-. В примере (24) показатель -uyo- употреблен при глаголе 'видеть' в рефлексивном контексте. Глагол при этом остается формально переходным и оформляется лично-числовым объектным показателем.

салиба [Margetts, 1999: 334-335]

(23) ya-kita-uyo-i-0 1.SG-видеть-возвращаться/опять-APPL-3.SG. OBJ Я увидел это опять.

(24) ya-kita-uyo-i-gau

1 .SG-видеть-возвращаться/опять-APPL-1.SG. OBJ Я увидел себя.

Сохранение формальной позиции дополнения, кореферентного субъекту (личное местоимение или приглагольная клитика), проиллюстрированное в примере (24), характерно для всех рассмотренных нами глагольных again-рефлексивов в океанийских языках. Этот факт позволяет говорить об отсутствии жесткой границы между именными и глагольными рефлексивами для данных языков. Интересный случай представляет пара близкородственных языков харагуре и харакуу, обсуждаемая с этой точки зрения в [Moyse-Faurie, 2008]. Один и тот же показатель muge со значением 'опять' используется в обоих языках для образования рефлексивной конструкции. Но в харагуре он входит в состав именной группы дополнения (именной рефлексив). В харакуу же, употребляясь в постглагольной позиции, он образует глагольный рефлексив. Ср. примеры (25) из харагуре и (26) из харакуу:

харагуре [Moyse-Faurie, 2008: 142]

(25) nyara sa [nyara muge] 3.PL бить 3.PL опять Они себя бьют.

харакуу [Moyse-Faurie, 2008:144]

(26) e [see muge] wa re 3.SG гордиться again OBL 3.SG Он собой гордится.

2.4. Показатели рефактива в рефлексивном значении vs.

в составе рефлексивной конструкции

Существует еще один параметр, по которому типологически различаются анализируемые нами явления. Рефактивный пока-

затель может либо служить самостоятельным (обязательным или факультативным) средством выражения рефлексивного значения, либо выступать лишь как часть (обязательная или факультативная) рефлексивной конструкции. Ситуация первого типа представлена в таких языках, как харакуу, харагуре, тавала, вангуну и др. Ситуация второго типа, рассматриваемая ниже более подробно, - в кабардинском и адыгейском языках, в океанийских языках халиа и яй и в банджалангийском диалекте ваалубал.

В абхазо-адыгских языках, как отмечалось выше, рефактивный показатель факультативно сопровождает специализированный рефлексивный маркер.

Сходная ситуация наблюдается в языках хуаилу и паичи. Рефак-тивный показатель может употребляться в рефлексивном контексте один, но чаще употребляется вместе со специализированным рефлексивным / реципрокальным префиксом (см. примеры (31), (36) ниже).

В большинстве банджалангийских диалектов рефактивный суффикс -bu является единственным средством выражения рефак-тивного значения. Но в диалекте ваалубал, как указано в [Crowley, 1978], существует также глагольный суффикс -li-, употребляемый в рефлексивных контекстах вместе с суффиксом -bu- (пример (27)) или независимо (пример (28)):

ваалубал [Crowley, 1978: 91-92]

(27) gay galga-le-:n gani-bu

1.SG. SUBJ резать-REFL-ASP 1.SG. OBJ-REP Я порезался.

(28) na: -li wuda madi nabay-da смотреть-REFL 2.SG. SUBJ там вода-LOC Посмотри на себя в воде!

В других банджалангийских диалектах суффикс -li- не имеет рефлексивного значения.

В языке халиа рефлексивное значение выражается с помощью показателяpeisa 'сам', факультативно сопровождаемого рефактив-ным показателем pouts 'обратно':

халиа [Allen, 1987: 77]

(29) a pien e ngats pouts-e-na a CLASS ребенок VRBLZR резать обратно-TR^.SG peisa-nen

CLASS сам-3^а POSS Ребенок сейчас порежется!

В языке яй показатель hmetu 'возвращаться / опять' используется в рефлексивном контексте вместе с существительным ham- 'долг', оформляемым посессивным маркером:

яй [Moyse-Faurie, 2008: 147]

(30) ötine ka hamwötin hlingö ötin hmetu 1.PL. PRES ASS долг. POSS.1.PL убить 1.PL опять Мы собираемся совершить самоубийство (=убить себя).

2.5. Обязательные vs. факультативные показатели рефлексива

Как отмечалось выше, в значительном числе рассматриваемых языков употребление рефактивного маркера для выражения рефлексивного значения является факультативным. Ниже рассматривается вопрос о том, в каких случаях он тем не менее употребляется в разных языках. Чаще всего основной функцией факультативного рефактивного маркера является разрешение неоднозначности. Это может быть разрешение неоднозначности между рефлексивной и реципрокальной интерпретацией. Такая ситуация, как указано в [Moyse-Faurie, 2008], наблюдается в языках паичи и хуаилу. В этих языках есть префикс, имеющий значения рефлексива и реципрока. Если же, помимо этого префикса, в предложении употреблен рефактивный показатель, реципрокальная интерпретация исключается:

хуаилу [Moyse-Faurie, 2008: 148]

(31) gèrré vi-méari rré yâî 1PL. INCL REFL/RECIP-любить 1.PL.INCL.OBJ обратно Мы любим себя / *друг друга.

Аналогичное явление отмечается в адыгейском языке (А.Б. Летучий, личное сообщение): там есть независимые показатели реципрока и рефлексива, но в некоторых формах они могут совпадать, и тогда употребление наряду с собственно рефлексивным рефактивного показателя может снимать возникающую неоднозначность.

Употребление рефактивного показателя может также снимать неоднозначность между рефлексивной и нерефлексивной интерпретациями предложения. Так, в маори [Bauer, 1999:168] в рефлексивном контексте может быть употреблено личное местоимение без специального показателя. И если это местоимение третьего лица, то предложение оказывается неоднозначным (местоимение кореферент-но субъекту vs. третьему лицу): маори [Bauer, 1999: 168]

(32) kei te horoi a mere i a ia ASP1 ASP2 мыть ART Мери OBJ ART 3.SG Мери помылась / помыла ееj.

Если же при местоимении дополнительно употреблено рефактив-ное наречие anoo, возможна только рефлексивная интерпретация:

маори [Bauer, 1999: 168]

(33) kei te horoi a mere i a ia anoo ASP1 ASP2 мыть ART Мери DO ART 3. SG опять Мери помылась / * помыла ее^

2.6. Again-рефлексивы и альтернативные способы

выражения рефлексивного значения

Как следует из вышеизложенных фактов, во-первых, again-реф-лексивы очень редко используются в языке в качестве основного или единственного средства выражения рефлексивного значения. Во-вторых, рефлексивные конструкции с рефактивным маркером обычно являются более сложным и более маргинальным средством выражения соответствующего значения, по сравнению с другими рефлексивными средствами, наличествующими в том же языке.

В такой ситуации разумным кажется рассмотрение again-рефлек-сивов с точки зрения предложенного в [Kemmer, 1993:25] противопоставления «тяжелых» (heavy) vs. «легких» (light) рефлексивов. По [Kemmer, 1993], если в языке существует несколько способов выражения рефлексивного значения, то морфологически более простые средства зарезервированы за прагматически более естественными ситуациями (легкие рефлексивы), а морфологически более сложные - за прагматически менее естественными ситуациями (тяжелые рефлексивы). Так, например, непроизвольные рефлексивные действия (типа 'удариться', 'порезаться') чаще выражаются с помощью морфологически более простых (легких) маркеров рефлексива, чем аналогичные намеренные действия (типа 'ударить себя нарочно', 'порезать себя нарочно'), прагматически менее неестественные. Ср. примеры из русского языка с использованием суффикса -ся (легкого рефлексивного маркера) vs. рефлексивного местоимения себя (тяжелого рефлексивного маркера), обсуждаемые в этом контексте в [Лютикова, 2002: 103]:

(35) Маша ударила себя в грудь.

Again-рефлексивы, таким образом, в значительной части языков могут быть отнесены по формальным признакам к тяжелым рефлек-сивам. С семантической точки зрения, их поведение также зачастую укладывается в предсказание С. Кеммер.

Например, в языках паичи и хуаилу, как отмечалось выше, рефлексивное значение может выражаться с помощью глагольного префикса (легкое средство) или с помощью комбинации глагольного префикса и рефактивного показателя (тяжелое средство). Как показано в [Moyse-Faurie, 2008], второй способ выражения рефлексива используется в эмфатических контекстах:

хуаилу [Moyse-Faurie, 2008: 149]

(36) na dè vi-êrê è tëë yè

3.SG AS S REFL-говорить 3.SG опять OBL padii-e na Maria 6paT-POSS.3.SG SM Мария

Мария говорит своему брату о самой себе [а не о ком-то еще].

Тенденция к использованию тяжелых рефлексивов в эмфатических контекстах согласуется с идеей о выделенности ситуаций, обозначаемых тяжелыми рефлексивными маркерами, и представлена во многих языках (см. [Лютикова, 2002]).

В языке паичи существуют семантические ограничения на употребление again-рефлексивов, описанные в [Moyse-Faurie, 2008], которые также можно объяснить в терминах противопоставления по тяжести. Прототипическая рефлексивная ситуация в паичи выражается спомощью глагольного префикса pi-. Рефактивное наречие cowa 'обратно' образует рефлексив только от глаголов насильственного действия4. (Об употреблении комбинации префикса и частицы см. выше.) Пример (37) иллюстрирует употребление префикса с глаголом 'знать', пример (38) иллюстрирует употребление наречия с глаголом 'кусать'.

паичи [Moyse-Faurie, 2008: 147]

(37) é pi-tâmâgoori ê wë maria 3.SG REFL-знать 3.SG ART Мария Мария знает себя.

(38) rë uti rë cowa I pââ akënâ 3.PL кусать 3.PL обратно ART PL собака Собаки сами себя кусают.

С точки зрения противопоставления тяжелых vs. легких рефлексивных маркеров эти ограничения можно объяснить следующим образом. Морфологически более сложный (отдельная лексема) показатель cowa кодирует прагматически неестественное положение дел, когда насильственное действие направлено субъектом на самого себя.

Противоречащими этой тенденции кажутся данные языка хуаилу, приведенные в той же статье [Moyse-Faurie, 2008]. В хуаилу есть следующие средства выражения рефлексивного значения: глагольный префикс vi-, рефактивные частицы tëë ('опять') и yâî ('обратно'), комбинация префикса с частицей.

В [Moyse-Faurie, 2008] приводятся примеры, иллюстрирующие тенденцию к выражению ненамеренных рефлексивных действий с помощью рефактивной частицы (пример (39)), а соответствующих им намеренных - с помощью префикса (пример (40)).

4 "Verbs, denoting violent actions" [Moyse-Faurie, 2008: 147].

хуаилу [Moyse-Faurie, 2008: 148-149]

(39) па гИаи-е уа1 па бyari 3.SG бить-3.SG обратно БМ ребенок Ребенок ударился (ненамеренно, и мог пораниться).

(40) па уьгИаи е па буап 3.SG REFL-бить 3.SG БМ ребенок Ребенок ударил себя (просто так, в шутку).

Префикс является морфологически более простым (легким) средством, чем частица. При этом ситуация намеренного рефлексивного действия кажется менее тривиальной, чем ненамеренного (см. обсуждение выше: удариться случайно естественнее, чем ударить себя самому). [МоуБе^аипе, 2008] связывает наблюдаемую тенденцию с неожиданностью ненамеренных ситуаций5, но это объяснение не кажется исчерпывающим.

Интересно, что рефактивные показатели как часть тяжелой рефлексивной конструкции обнаруживают неожиданное функциональное сходство с интенсификаторами (выражениями типа рус. сам). Интенсификаторы также могут входить в состав рефлексивной конструкции (ср. рус. сам себя) и являются наиболее известным средством образования тяжелого рефлексива (ср. себя уз. сам себя). Рефлексивные показатели, образованные с помощью интенсифика-тора, типологически гораздо более частотны, чем аgain-рефлексивы. О типологии рефлексивных конструкций с интенсификаторами см. [Лютикова, 2002].

3. Полисемия рефлексива - рефактива и смежные типы полисемии: возможные объяснения

3.1. Семантическая связь между рефлексивным и рефактивным значениями

Семантическая связь между коферентностью участников ситуации (рефлексив) и повторением ситуации (рефактив) не кажется тривиальной и требует специального объяснения. Типологические данные по again-рефлексивам могут несколько прояснить картину.

Интуитивно правдоподобной кажется связь рефлексивного значения с рефактивной семантической зоной через значение редитива ('движение в обратном направлении'):

| РЕФЛЕКСИВ |-1 РЕДИТИВ ('обратно') |

СОБСТВЕННО РЕФАКТИВ

5 "Tnn 'again' or ydi 'backwards' are used to express reflexivity without the prefix, when the event is unexpected, especially with verbs denoting violent actions which affect the agent" [Moyse-Faurie, 2008: 149].

Рефлексивное действие можно представить как метафорически направленное субъектом ситуации «обратно к самому себе»6. Подобное объяснение независимо предлагается в [Lichtenberk, 1991] для вангуну и паамского и в [Аркадьев, Короткова, 2005] для адыгейского языка.

При этом не противоречит интуиции и гипотеза непосредственно семантической связи между рефлексивным и собственно рефактив-ным значением:

| РЕФЛЕКСИВ

Здесь следует вспомнить о противопоставлении глагольных vs. именных рефлексивов. Если для глагольного again-рефлексива связь между идеей повторного действия и рефлексивного действия не вполне очевидна, то в ситуации именного рефлексива, когда рефактивный показатель присоединяется к личному местоимению, указывающему на совпадающего с субъектом участника ситуации, она вполне прозрачна. Оформление участника ситуации рефактивным показателем метафорически указывает на то, что он появляется в ней - в новой роли - еще раз, повторно.

Итак, логически правдоподобными кажутся два варианта семантической связи. В значительном числе языков с again-рефлексивами (хоава, салиба, вангуну, паамский, ваалубал, адыгейский и др.) у соответствующего показателя представлены все три значения: рефлексивное, собственно рефактивное и редитивное. Этот материал не позволяет сделать выводов о том, как именно эти значения связаны одно с другим. Для этого необходимы типологические данные о возможности полисемии для каждой из пар обсуждаемых значений (редитив - собственно рефактив, редитив - рефлексив, собственно рефактив - рефлексив).

Совпадение значений собственно рефактива и редитива представлено в значительном числе языков мира, непосредственная взаимосвязь этих двух значений очевидна.

Более интересными кажутся данные о пересечении значений рефлексива и редитива без дополнительной полисемии с собственно рефактивом. Этот случай также встречается. В языке паичи в рефлексивной функции выступает наречие cowa 'обратно', в хуа-илу - постверб yai 'обратно' (наряду с поствербом tee 'опять'), в халиа - наречие pouts 'обратно'. Эти данные говорят в пользу гипотезы об опосредованной связи собственно рефактивного значения с рефлексивным через значение редитива.

При этом есть и небольшое количество фактов, говорящих в пользу гипотезы о непосредственной связи собственно рефактивного значения с рефлексивным. В языке маори наречие anoo имеет значе-

6 Та же метафора используется в традиционных терминах «возвратный глагол», «возвратное местоимение».

СОБСТВЕННО РЕФАКТИВ

ние собственно рефактива ('еще раз') и рефлексивные употребления (именной рефлексив). Как кажется, в значении редитива ('обратно') оно употребляться не может, это значение выражается конструкциями с глаголом hoki 'возвращаться' и наречием whakamuri 'обратно'.

Что касается направления связи между значениями рефак-тивной зоны и рефлексива, данные рассмотренных выше языков говорят о диахроническом развитии рефлексивной конструкции из рефактивной (или непосредственно из глагола с околорефактивным значением 'возвращаться'), но не наоборот. Это вполне согласуется с семантическими интерпретациями типа представленных выше, которые описывают рефлексивную ситуацию с помощью метафоры повторения или возвращения.

3.2. Again-рефлексивы в реципрокальном значении

В некоторых из рассмотренных нами языков again-рефлексивы имеют, помимо собственно рефлексивного, также реципрокальное значение. Таковы новокаледонийские языки тинрин (показатель mwägi), харакуу (показатель müge) и хамеа (показатель mwäi) ([Moyse-Faurie, 2008]), а также маори (показатель anoo) [Bauer, 1999] и банджалангийский диалект ваалубал (показатель - bu) [Crowley, 1978]. Ср. предложение из маори с рефактивным показателем anoo, имеющее рефлексивную и реципрокальную интерпретации:

маори [Bauer, 1999: 188]

(41) kaua e whaka mamae i a koorua anoo NEG ASP заставлять страдать OBJ ART 2. DUAL опять Не пораньтесь!

Не пораньте друг друга!

Полисемия рефлексива и реципрока широко распространена в языках мира. Возникает вопрос, обусловлено ли наличие у рефлексивной конструкции с рефактивным показателем значения реципрока только семантической близостью рефлексивного и реципрокального значений или существует также непосредственная семантическая связь между значениями рефактивной зоны и реципрокальным.

В пользу последнего утверждения говорят данные адыгейского языка и океанийского языка яй, в которых рефактивный показатель используется и в рефлексивной, и в реципрокальной конструкции, но сами конструкции не тождественны.

В адыгейском языке есть показатель рефлексива зэ- и показатель реципрока зэрэ-, оба факультативно сопровождаемые рефактивным маркером -жьы-. Ср. пример на употребление -жьы- с показателем реципрока:

адыгейский [Letuchiy, 2007: 785]

(42) зэк1э ц1ыф-хэ-р зэрэ-1ьэгьу-жьы-х

все человек-PL-ABS RECIP-видеть-REP-PL. S Все люди видят друг друга (= встречаются).

9 ВМУ, филология, № 3

В языке яй глагол hmetu является обязательной частью рефлексивной конструкции ham-POSS + V + hmetu. Он же факультативно выступает в реципрокальной конструкции ü-...-köu + hmetu (см. [Moyse-Faurie, 2008:146-147]).

Зафиксированы и языки с реципрокально-рефактивной полисемией без рефлексивного значения. Например, в океанийском языке лоловоли в реципрокальной (но не рефлексивной) конструкции используется рефактивное наречие taligu 'опять': лоловоли [Hyslop, 2001] (43) ra=u wehe=ra taligu

3.PL. SUBJ бить=3.РЬ. OBJ опять Они бьют друг друга. Они; опять бьют их^ *Они бьют сами себя. В языке мон (мон-кхмерский) показатель plDn (восходящий к глаголу 'поворачивать') также имеет рефактивное и реципрокальное значения [Bauer, Hartmut, 2006: 391].

Таким образом, рефактивное значение оказывается семантически связанным с реципрокальным не только опосредованно через значение рефлексива, но и непосредственно:

[РЕФЛЕКСЙВ

Семантическую близость реципрокального и рефактивного значений можно объяснить следующим образом. Реципрокальная ситуация состоит из двух подситуаций, которые в определенном смысле повторяют друг друга (ср. значение 'еще раз') и в определенном смысле направлены в противоположном друг другу направлении (ср. значение 'обратно'). Различие между рефактивным и реципрокальным значениями состоит в подаче пропозиционального содержания высказывания. Каноническое рефактивное значение предполагает, что одна из ситуаций (повторяющая, противонаправленная) является ассертивным компонентом, а другая (повторяемая, исходная) находится в пресуппозиции. При реципрокальном значении обе ситуации находятся в ассерции.

4. Заключение

Рассмотренные в статье данные показывают, что выражение рефлексивного значения с помощью рефактивных показателей, хотя и не является широко распространенным в языках мира явлением, но наблюдается тем не менее в языках достаточно далеких друг от друга географически и генетически. Основным ареалом распространения again-рефлексивов является Океания, схожие явления зафиксированы

РЕФАКТИВ

РЕЦИПРОК

также на Кавказе (абхазо-адыгские языки) и в Австралии (банджа-лангийские диалекты).

В большинстве случаев использование показателей рефактива в рефлексивных контекстах не является единственным или основным средством кодирования рефлексивной ситуации. Отмечается тенденция к использованию рефактивных показателей для выражения неканонических рефлексивных ситуаций. В этом смысле рефактив-ные показатели в рефлексивных конструкциях можно сопоставить с интенсификаторами.

С точки зрения формальной структуры again-рефлексивы представляют собой крайне неоднородную группу. Рефлексивные показатели в рассмотренных языках сильно различаются по степени грамматикализации. Среди них представлены как глагольные, так и именные маркеры. В связи с этим вопрос о возможности отождествления всех этих случаев и единой для всех again-рефлексивов семантической интерпретации остается открытым.

На основании представленного в работе материала разных языков можно предположить наличие двух типов семантической связи между рефлексивным значением и значениями рефактивной зоны. Первый предполагает непосредственную связь рефлексива с редитивом (рефлексивная ситуация как направленная участником «назад к себе») и косвенную связь с собственно рефактивом через значение редитива. Второй - предлагаемый для именных again-рефлексивов - предполагает непосредственную связь рефлексивного значения с собственно рефактивным («повторение» участника в рефлексивной ситуации). Общая картина представлена на схеме ниже:

Список литературы

Абитов М.Л. и др. Грамматика кабардино-черкесского литературного языка. М., 1957.

Аксенова И.С., Топорова И.Н. Грамматика языка аква. М., 2002. Аркадьев П.М., Короткова Н.А. О показателе -г'э- в адыгейском языке // Вторая конференция по типологии и грамматике для молодых исследователей: Мат-лы. СПб., 2005. Лютикова E.A. Когнитивная типология: рефлексивы и интенсификаторы. М., 2002.

Майсак T.A. Типология грамматикализации конструкций с глаголами движения и глаголами позиции. M., 2005. Рогава Г.В., Керашева З.И. Грамматика адыгейского литературного языка.

Краснодар; Майкоп, 1966. Шлуинский А.Б. К типологии предикатной множественности: рефактивные значения // Вторая конференция по типологии и грамматике для молодых исследователей: Мат-лы. СПб., 2005.

Allen J. Halia grammar. Ukarumpa, Papua New Guinea, 1987.

Bauer Ch., Hartmut R. Morphology and syntax of spoken Mon. Boston, 2006.

Bauer W. Maori. L., 1999.

Crowley T. The middle Clarence dialects of Bandjalang. Canberra, 1978. Crowley T. The Paamese language of Vanuatu. Canberra, 1982. Davis K. A grammar of Hoava language, Western Solomons. Canberra, 2003. Ezard B. A grammar of Tawala, an Austroneasian language of the Milne Bay

Area, Papua New Guinea. Canberra, 1997. Geytenbeek B., Geytenbeek H. Gidabal grammar and dictionary. Canberra, 1971. Guillaume A. A grammar of Cavineсa. Berlin, 2008.

Hyslop C. The Lolovoli dialect of the North-East Ambae language, Vanuatu.

Canberra, 2001. Josephs L. Palauan reference grammar. Honolulu, 1975. Kemmer S. The middle voice. Amsterdam, 1993.

LaPolla R.J., Huang Ch. A Grammar of Qiang, with Annotated Texts and

Glossary. Berlin, 2003. Letuchiy A. Reciprocals, reflexives, comitatives and sociatives in Adyghe //

Reciprocal constructions / Ed. by V.P. Nedjalkov. Vol. 2. Amsterdam, 2007. Lichtenberk F. Semantic change and heterosemy in grammaticalization //

Language. 1991. 67(3). Matthews S., Yip V. Cantonese: a comprehensive grammar. L., 1994. Moyse-Faurie C. Constructions expressing middle, reflexive and reciprocal situations in some Oceanic languages // Reciprocals and reflexives: Cross-linguistic Explorations / Ed. by V. Gast & E. König. Berlin, 2008. Schladt M. The typology and grammaticalization of reflexives // Reflexives: Forms and Functions / Ed. by Z. Frajzyngier & T.S. Curl. Amsterdam, 2000. Sharpe M.C. Grammar and texts of the Yugambeh-Bundjalung dialect chain in

Eastern Australia. München, 2005. WälchliB. Typology of light and heavy 'again', or the eternal return of the same //

Studies in Language. 2006. 30 (1). Wichmann S. A semantic framework for Azoyb Tlapanec Iterative // Acta lin-guistica Hafniensia. Vol. 25. 1992.

Список сокращений

1 - первое лицо; 2 - второе лицо; 3 - третье лицо; ASS - ассертив; ABS - абсолютив; AOR - aорист; APPL - аппликатив; ART - артикль; ASP - аспектуальный показатель; CL - клитика; CLASS - классификатор; DUAL - двойственное число; DUR - дуратив; EMPH - эмфатический показатель; FUT - будущее время; IN - инклюзив; INCL - инклюзив; INF - инфинитив; INSTR - инструменталис; LOC - локатив; MULT - мультипликатив; NEG - показатель отрицания; OBJ - показатель объекта; OBL - обликвус; PL - множественное число; POSS - посессив; PRES - презенс; PST - прошедшее время; PTCL - частица; REAL - реалис; RECIP - реципрок; REFL - рефлексив; REP - рефактив; SG - единственное число; SUBJ - показатель субъекта; TR - показатель переходности; VRBLZ - вербализатор; IRR - ирреалис.

Сведения об авторе: CmoÜHoea Наталья Марковна, аспирант кафедры теоретической и прикладной лингвистики филол. ф-та МГУ имени М.В. Ломоносова. E-mail: ashl@yandex.ru