Позиционный способ выражения ремы в английском языке

УДК 811.111

ПОЗИЦИОННЫЙ СПОСОБ ВЫРАЖЕНИЯ РЕМЫ В АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ

А.А. Седельникова

Рассматриваются вопросы, связанные с определением основных способов позиционного выражения ремы в английском языке, анализированием структур соответствующих грамматических конструкций, а также поиском эквивалентов при переводе на русский язык.

This article covers the problems connected with defining basic ways of positional rheme expressing in the English language, analyzing the structures of appropriate grammatical constructions and searching the equivalents in the Russian translation.

Настоящая работа является частью более обширного исследования, посвященного изучению и сопоставительному анализу закономерностей словорасположения в русском и английском языках. В синтаксической науке проблема порядка слов в предложении является все еще недостаточно изученной. В данной работе мы рассматриваем один из аспектов этой проблемы, а именно способы выражения ремы посредством грамматических конструкций в соответствии с синтаксическими правилами английского языка.

Позиционный способ выражения ремы и темы является одним из основных в английском языке. Это подтверждается частым использованием различных грамматических конструкций с целью выделения «данного» (темы) и «нового» (ремы). По мнению В.Е. Шевяковой, отличительной чертой таких конструкций является инверсия либо в конечное, либо в начальное положение [2]. В связи с этим она считает, что истинно ремовыделительными являются:

- инверсия подлежащего в конечное положение в предложениях с экзистенциальным значением;

- инверсия в начальное положение в рамках оборота it is. . . that.

Все остальные инверсии в начальное положение служат или эмфазе, или рематизации другого, оказавшегося в конце члена предложения (опосредованное ремовыражение), или более тесной связи с предшествующим либо последующим, или улучшению ритма и стиля предложения, а иногда и темовыражению.

Рассмотрим основные виды ремовыделительных конструкций.

Инверсия подлежащего в конечное положение в предложениях с экзистенциальным значением, т. е. значением присутствия или отсутствия какого-либо предмета в каком-либо месте, является одной из самых распространенных инверсий в английском языке. По определению

О. Есперсена, в предложениях с экзистенциальным значением «утверждается или отрицается существование чего-то» [1]. В свою очередь, данные предложения делятся на два вида: инверсия с вводящим there и инверсия без there. Инверсия без there бывает простой и двойной. Как отмечает В.Е. Шевякова, «всем трем разновидностям инверсии присущи следующие общие черты: синтаксическая трехчленность из определенных членов предложения (обстоятельство места или предложное дополнение в функции обстоятельства, подлежащее, сказуемое); характер сказуемого, выраженного непереходным глаголом или переходным в пассиве; постпозитивная позиция подлежащего по отношению к сказуемому (в двух последних разновидностях - абсолютноконечная позиция). Одинаково в них реализуется и актуальное членение: смысловым центром -носителем ремы является в них постпозитивное подлежащее, носителем темы - обстоятельство места или времени либо предложное дополнение в функции обстоятельства» [2].

Наиболее известный пример предложений с экзистенциальным значением - это предложения, в которых используется инверсия с вводящим there. Здесь характерно использование глаголов со значением местоположения или существования (be, live, exist, sit, lie, stand, hang, remain, dwell, occur, take place и их стилистические синонимы), движения (come, arrive, follow, issue, float, sail и их синонимы) и некоторых других (seem, appear и др.) В данном типе предложения наблюдается тенденция выделить подлежащее - носитель ремы, где носителем темы будет обстоятельство места. Классическая формула такого предложения выглядит следующим образом: there + С + П + О с помещением подлежащего после сказуемого, хотя возможен вариант О + there + С + П с помещением подлежащего в абсолютный конец, а обстоятельства - в начальную позицию: In the grate there burned only a spark of fire (A. Cronin). Чаще всего при таком расположении вводящий there опускается ввиду своей избыточности при выражении ремы: Не

opened the case: inside was Denny's microscope... (A. Cronin). Кроме того, известны случаи постановки обстоятельства сразу после сказуемого, при этом подлежащее также находится в абсолютном конце: There appeared at the funeral two nephews and their wives (A. Cronin).

При начальном положении обстоятельства порядок следования темы и ремы в предложениях с вводящим there прямой, как и в русском языке. Поэтому в данном случае в русском переводе никаких перестановок не требуется: In the town there was neither hospital nor X-ray apparatus (A. Cronin). - B городе не было ни больницы, ни рентгеновского аппарата.

При конечном положении обстоятельства в русском переводе для сохранения смысла сообщения требуется перестановка, так как для английского предложения в этом случае порядок следования темы и ремы обратный (рема - тема), а в русском языке он должен быть прямым (тема -рема): There was warmth, but little colour, in her cheeks... - В ее щеках чувствовалось тепло, хотя румянца на них не было. (J. Galsworthy).

Доказательствами того, что подлежащее в таком предложении выражает рему, служат следующие критерии:

- логическое ударение (подлежащее всегда будет интонационно выделяться с помощью логического ударения, несмотря на его позицию в предложении);

- контекст;

- постановка специального вопроса к членам предложения (специальный вопрос к предложению с вводящим there всегда относится к подлежащему);

- тенденция в распределении артиклей (классический вариант распределения: неопределенный артикль - при подлежащем-реме и определенный - при обстоятельстве-теме).

Не стоит также забывать, что существует «ложный» оборот с вводящим there, где он является наречием места и используется в своем первоначальном значении «там»: To balance them Irene was there without Martin (Ch. Snow).

Предложения с простой инверсией без there с постпозитивным подлежащим чаще всего используются в языке художественной и научной литературы [3]. Они так же, как и предложения с there, объединены экзистенциальным значением с характерным порядком членов предложения. Формулу конструкции можно обозначить следующим образом: О + С + П, где сказуемое выражено непереходным глаголом или переходным в пассиве, а подлежащее - только существительным. Здесь так же, как и в предыдущем типе предложений с экзистенциальным значением, наблюдается использование ряда глаголов, обозначающих «бытие»:

- непереходных: be, live, exist, sit, stand, lie,hang, belong, go, grow, move, come, walk, run, rise, arise,shine, emerge, appear, spread, extend в форме Indefinite - и их стилистических синонимов, встречающихся в языке художественных текстов: flash, peer, lunch, peep, protrude, dine, sleep, issue, loom, labour, flow, rush, creep, stir, chime, crawl, plunge, lapse, cling, bask, gather, lurk, vault, dwell, lounge, stoop, arrive, spread, recline, spring, pulse, float, flee; scramble, break, dash, begin,play, bump into, curve, chime, kneel и др.: Opposite me sat the other two medical students (A. Cronin);

- переходных, но только в форме страдательного залога: to be grouped, to be seen, to be written, to be plunged into, to be embedded, to be reflected, to be erected, to be thrust, to be laid, to be carried, to be issued, to be printed и др.: Soames glanced at the coat Bosinney wore. Into the side pockets of his coat were thrust bundles of papers, and under one arm was carried a queer-looking stick (J. Galsworthy).

Цель инверсии (О + С + П), так же как и инверсии с вводящим there, состоит в выделении подлежащего - носителя ремы. При этом носителем темы является фразоначальное обстоятельство. Тематичность обстоятельства объясняется либо тесной связью между предложениями, т. е. когда тема предложения - это то, что было упомянуто в предшествующем предложении: Close to his chair was a swing, and on the swing was seated one of Holly’s dolls (J. Galsworthy), либо когда оно выражено местоименными анафорическими словами (местоимениями с предлогами, наречиями), либо в тех случаях, когда группа обстоятельства помимо упомянутого ранее слова или его заменителя содержит также и другие, новые слова, не содержащиеся в предшествующем предложении, заменяющие или расширяющие тему следующих предложений, например: on one side of it; on top of that; in it and adjacent regions; on the roots of these legumes; among them: The prices which she charged her patients were fantastic. Forty guineas for a room each week. And on top of that came extras: the chemist's bill - often a matter ofpounds - the special night nurse, the theatre fee (A. Cronin).

Данная инверсия помимо того, что выражает рему, способствует также тесной логической связи между соседними предложениями.

При переводе инверсии (О + С + П) на русский язык не требуется никаких перестановок и подлежащее неизменно находится в конечной позиции, что еще раз доказывает его рематич-ность, ведь, как известно, в русском языке помещение члена предложения в конечное положение является средством ремовыражения: In the centre of the room, as became a host, stood the head of the family, old Jolyon himself. - В центре зала на правах хозяина стоял глава семейства - сам старый Джолион (J. Galsworthy). Как пишет Дж. Кёрм, «в случае непереходных глаголов и пассива подлежащее ставится в конец, чтобы создать ощущение задержки и тем самым больше привлечь к нему внимание. Подлежащее вместо того, чтобы стоять перед сказуемым, ставится в конец предложения для выделения» [4]. О. Есперсен также отмечает, что «.говорящий может иногда придерживать мысль и поставить ее в конец для достижения большего эффекта» [5, 6]. Кроме того, подтверждением рематичности подлежащего является логическое ударение, которое реализуется в собственно подлежащем или акцентном ядре группы подлежащего (ср.: And into old Jolyon's mind came a sudden recollection - a face he had seen at the opera three weeks ago - Irene, the wife of his precious nephew Soames, that man of property (J. Galsworthy)). Также особый статус подлежащего в данной конструкции (О + С + П) во многих случаях подчеркивается наличием при нем пояснительных приложений, определений, перечислений, сопутствующих обстоятельств: Just in front of him on the mantelpiece was a photograph of his grandfather, old Jolyon, taken in his 'eighties' - the last record of that old face, its broad brow, and white moustache, its sunken cheeks, deep steady eyes, and strong jaw (J. Galsworthy).

Распределение артиклей в данной конструкции (О + С + П) чаще всего осуществляется по классическому образцу, т. е. неопределенный артикль - при подлежащем-реме, а определенный

- при обстоятельстве-теме: On the far horizon... rose a line of downs (J. Galsworthy).

Коммуникативный статус сказуемого в инверсии (О + С + П), по-видимому, как и обстоятельства, определяется его тематичностью, которая обычно зависит от смысла самого предложения, и его микроконтекстом - лексическим значением обстоятельства. Так, например, обстоятельство «на столе» подразумевает сказуемое «лежит» (если речь идет, например, о книге) или «стоит» (если речь идет, например, о лампе). Таким же образом значение обстоятельства «на стене» имеет в виду «скрытое» сказуемое «висит»; «к стене» - «прислонился»; «с горы» -«едет», «катится»; «в камине» - «горит» и т. п.

Конечно, нельзя не заметить наличие общих черт инверсии (О + С + П) с оборотом, имеющим вводящий there. С точки зрения синтаксического строя это сходство проявляется в неизменной трехчленности данных структур при обязательном наличии обстоятельства, непереходного глагола-сказуемого и подлежащего. Семантическая идентичность подтверждается экзистенциальным значением и, соответственно, характером глаголов. При этом подлежащее может быть выражено только существительным. Функциональное сходство этих конструкций наблюдается главным образом в структуре актуального членения предложения, в котором носителем темы являются обстоятельство места и сказуемое, а носителем ремы - подлежащее. Это, в свою очередь, обусловливает локализацию логического ударения в одном и том же члене предложения (в подлежащем или акцентном ядре группы подлежащего) и идентичное словорасполо-жение в их русском переводе (обстоятельство + сказуемое + подлежащее).

Постпозитивный способ выделения подлежащего-ремы присущ не только языкам синтетического строя, но и языкам с аналитическим и смешанным строем. Однако в языках с аналитическим строем, в частности в английском, этот способ выделения осуществляется не в любых предложениях, как, например, в русском, а только в предложениях с экзистенциальным значением в рамках определенных грамматических конструкций.

Конструкция с двойной инверсией двучленного сказуемого является разновидностью инверсии без there и также служит для выделения подлежащего - носителя ремы. Данной конструкции присущ следующий строгий порядок следования членов предложения: смысловая часть сказуемого (Сс) + обстоятельство места (О) + глагольная часть сказуемого (Сг) + подлежащее (П), или упрощенно как (С + О + С + П), где сказуемое может выступать в двух формах (Continuous и страдательного залога), а подлежащему, выраженному только существительным, сопутствует развернутое определение в постпозиции в форме придаточного определительного предложения, приложения, пояснительного перечисления или сопутствующих обстоятельств:

- [The heat danced over the corn, and], pervading all, was a soft, insensible hum [like the mur-

mur of bright minutes holding revel between earth and heaven] (J. Galsworthy). - Над полем дрожал

зной, все кругом было пронизано нежным, еле уловимым жужжанием, словно мгновенья радости, в буйном веселье проносившиеся между землей и небом, шептали что-то друг другу;

- [The jewel box had the key in it... He opened it.] ... Divided in little green velvet compartments, were all the things he had given her, even her watch (J. Galsworthy). - В зеленых бархатных отде-леньицах лежали все вещи, которые он ей подарил, даже ее часы.

Семантическая структура конструкции с двойной инверсией сходна со значением оборота с вводящим there и простой инверсией. Она также выражает экзистенциальное значение, что подразумевает обязательное наличие обстоятельства места, подлежащего, обозначающего лицо или предмет, и особый характер глаголов - либо непереходных (в форме Continuous), либо переходных в форме страдательного залога. Условно эти глаголы по значению можно классифицировать следующим образом:

- глаголы, обозначающие различные формы бытия, указывающие на положение тела (вещи) в пространстве: lie, sit, stand, lounge, plunge, lean, stretch, spread, stoop, dwell, cling, hang, shine, glitter, extend, fit, valt, lurk, face, stick, be suspended, be parked, be massed, be stuck, be tucked, be scattered, be pressed, be jammed, be imprinted, be thrust, be erected, be siluetted, be plunged, be seated;

- глаголы движения, возникновения, следования: come, walk, move, arise, float, emerge, reach, fall, speed, rise, pass, issue, run, arrive, circle;

- глаголы участия, примыкания к чему-то, включения куда-то (непереходные в действительном залоге в форме Continuous или переходные в страдательном залоге): participate, join, take part, belong, cling, precede, follow, accompany, be included, be associated, be involved, be assembled, be enclosed, be attached, be pinned, be allied, be connected, be coupled, be separated, be cut off, be mounted on, be buried in, be hidden, be perched on, be reflected, be divided, be installed, be embedded, be derived, be inserted, be added, be shown.

Конструкцию с двойной инверсией простого двучленного сказуемого в форме Continuous или пассива типа I (С + О + С + П) следует отличать от конструкции с двойной инверсией составного именного сказуемого типа II, в которой носителем ремы является вынесенная в начальную позицию именная часть сказуемого, а оказавшееся при этом в конце подлежащее является носителем темы. Из этого следуют существенные различия и в месте логического ударения, и в общем акценто-мелодическом контуре обоих типов предложений: в предложениях типа (С + О + С + П) интонационный центр реализуется в конце, в предложениях с инверсией другого типа — в начале: Indulgent and severe was her look (J. Galsworthy).

Другим наиболее распространенным способом ремовыделения является инверсия в начальное положение, которая реализуется в рамках оборота it is ... that. С его помощью носителем ремы может стать любой член предложения, кроме сказуемого, и даже целые придаточные предложения. С этой целью выделяемый член предложения ставится после местоимения it и связочного глагола be (который всегда будет стоять в единственном числе независимо от числа выделяемого существительного или местоимения), превращаясь, таким образом, в своего рода предикативный член, а остальной состав предложения, вводимый союзом that (who, when, which, where), становится соответствующим придаточным предложением (ср.: Popoff invented radio in 1895; выделение подлежащего - It was Popoff who invented radio in 1895; выделение дополнения

- It was radio that Popoff invented in 1895; выделение обстоятельства - It was in 1895 that Popoff invented radio) [2]. Союз может опускаться в так называемых структурно-неполных предложениях: It's the finish I care (J. Galsworthy).

Известно, что оборот it is ... that необходим для выражения эмфазы [7] и смыслового выделения [8] члена предложения, т. е. ремы высказывания. Примечательно, что помимо использования данного эмфатического оборота авторы прибегают к выделению ремы курсивом или добавлению к нему выделительно-ограничительных слов в целях эмфатического выделения (рема + эмфаза): «You look exactly as you did that first day - when you came into the fitting-room ... And then - poor Toppy! By the ordinary convention it is she (курсив А. Кронина. - А.С.) who should be here». - «I'm very glad she is not» (A. Cronin). Применительно к русскому языку данное акцентирование внимания осуществляется с помощью слов с выделительно-ограничительным значением (именно, только, как раз, лишь), а также слов тот, тот самый, самый настоящий, это, вот что, -то (она-то, здесь-то, остановился-то), и, и кто как не, вот тогда-то, вот и, не кто иной (другой), как; больше всего, главное, наконец, в сущности, уже, один (я) [9]: It was at this moment that the idea came to him... (J. Galsworthy). - В эту минуту у него и мелькнула мысль...

Если в языке синтетического строя, как, например, в русском, указание на производителя действия можно выразить простой перестановкой членов предложения (1. Попов изобрел радио. 2. Радио изобрел Попов), то в языке аналитическом с фиксированным словопорядком, в частности в английском, невозможен вариант 2: Radio invented Popoff. В нем ремовыражение подлежащего в предложениях, содержащих дополнение (т. е. неэкзистенциальных), будет осуществляться:

1) заменой подлежащего дополнением с предлогом by в пассивной конструкции: Radio was invented by Popoff ;

2) с помощью рассматриваемого оборота в активной конструкции: It was Popoff who invented radio [2].

Но часто именно оборот it is ... that является единственно возможным вариантом ремовыде-ления подлежащего, например в предложениях, в которых пассивная конструкция просто невозможна: It was the first step that counted (J. Galsworthy).

Благодаря использованию оборота it is ... that часто достигается более тесная связь с предыдущим контекстом, что приводит к большей четкости ремовыражения: There was a fire too in his dressing-room, but her room was dark and cold. It was into this room that Soames went (J. Galsworthy).

Наряду с повествовательными предложениями конструкция it is ... that служит для ремовыражения также и в вопросительных предложениях: Was it June who asked you away? (J. Galsworthy). - Это Джун Вас вызвала? Отрицательные же предложения вообще теряют всякую грамматическую стройность, если подлежащее-рема не выделено оборотом it is ... that (ср.: It was not Popoff who invented radio. - Это не Попов изобрел радио. (Совсем не Попов изобрел радио.) - Not Popoff invented radio [2].

Таким образом, можно сказать, что оборот it is ... that выполняет в первую очередь ремовы-делительную функцию, причем выражает рему именно в начале предложения, что часто используется для связи с предыдущим или для более тесного расположения частей сказуемого внутри предложения, а также эмфатическую функцию, обусловленную заданием высказывания.

Инверсия в начальное положение далеко не ограничивается использованием лишь оборота it is ... that. Сюда относятся и инверсия дополнения, и инверсия предикативного члена составного именного сказуемого, и инверсия в уступительном придаточном предложении, и инверсия с do, и инверсия обстоятельств. Но все они не являются чисто ремовыделительными конструкциями, их роль скорее важна в ритмико-интонационной и стилистической направленности.

Проанализировав основные способы выражения ремы с точки зрения позиции элементов высказывания, можно сделать вывод о том, что в английском языке перестановка членов предложения с целью выделения ремы возможна, но в отличие от русского языка - только в жестких рамках определенных грамматических конструкций. Наиболее распространенными способами позиционного ремовыделения в английском языке являются: инверсия в конечное положение, которая осуществляется только в предложениях с экзистенциальным значением, а именно в предложениях с вводящим there и без there; инверсия в начальное положение, которая реализуется в рамках оборота it is ... that. Следует также отметить, что не всегда порядок следования темы и ремы в данных конструкциях совпадает в английском и русском языках, поэтому при их переводе необходимо учитывать особенности расположения носителя темы и ремы в каждом языке.

Литература

1. Jespersen O. The philosophy of grammar. - London, 1958. - 155 p.

2. Шевякова В.Е. Современный английский язык: порядок слов, актуальное членение, интонация. - М.: Наука, 1980. - С. 124-185, 206-208.

3. Дмитриев А.Н. Конструкции с обратным порядком слов в современном английском языке: Автореф. дис. ... канд. пед. наук. - М., 1964.

4. Curme G.O. A grammar of the English language. - Oxford, 1931. - Vol. 3. - P. 347.

5. Jespersen O. Essentials of English grammar. - London, 1943. - P. 99-100.

6. Бархударов Л.С. Структура простого предложения современного английского языка. -М.: Педагогика, 1966. - С. 190.

7. Гальперин И.Р. Очерки по стилистике английского языка. - М.: Высш. шк., 1958.

8. Ильиш Б.А. Вопросы германского языкознания. - М.: Наука, 1961.

9. Бархударов Л. С. К вопросу о грамматических значениях и их передаче при переводе // ИЯШ. - 1972. - № 3. - С. 23.

10. Голсуорси Д. Сага о Форсайтах / Пер. с англ. Н. Волжиной. - Ташкент, 1988. - 880 с.

11. Ковтунова И.И. Современный русский язык. Порядок слов и актуальное членение предложения: Учеб.пособие. - М.: Едиториал УРСС, 2002. - 240 с.

12. Кронин А. Цитадель / Пер. с англ. М.Е. Абкиной. - Н. Новгород: Волго-Вят. кн. изд-во, 1991. - 334 с.

13. Сноу Ч. Дело / Пер. с англ. В. Ефановой. - М.: Гос. изд-во худ. лит., 1962. - 384 с.

14. Шевякова В.Е. Особенности языка научной литературы. - М.: Наука, 1965. - С. 80.

15. Cronin A. The Citadel. - СПб.: Антология: КАРО, 2005. - 478 с.

16. Galsworthy J.The Forsyte Saga. - Dover Publications, 2004. - 880 p.

17. Snow Ch. Affair. - House of Status, Inc., 2002. - 362 p.