Утопия как политическая и правовая конструкция общества и государства

УДК 34.01

Т. А. Тарасова

аспирант

Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского г. Нижний Новгород, Российская Федерация

УТОПИЯ КАК ПОЛИТИЧЕСКАЯ И ПРАВОВАЯ КОНСТРУКЦИЯ ОБЩЕСТВА И ГОСУДАРСТВА

Аннотация. История политической и правовой мысли неразделимо связана с многообразными подходами к исследованию сущности государства как многоэлементной категории. Ученые пытались найти пути и способы создания общества, которое могло бы стать прототипом и образцом эталонного союза людей, ведущего к всеобщему счастью и балансу интересов каждого индивида в нем. В поиске оптимальной или лучшей формы государства сформировывались концепции трудно исполнимых, а порой и иллюзорных видов управления обществом, получивших определение утопических проектов. Настоящая статья посвящена анализу зарождения и становления утопических идей, выделению основных признаков утопического коллектива и отличию утопических теорий от мифов. Раскрывается возникновение и функционирование на Древнем Востоке идеального государства, описанного в даоссиской трактовке «Тай пин» или «Великое равновесие». В статье осуществлена попытка выделить классическую организацию утопического общества через призму трудов Платона, Т. Мора и Т. Кампанелла.

Ключевые слова: утопия, общество, идеальное государство, миф, Томас Мор, Платон, власть.

T. A. Tarasova

Post-graduate student Lobachevsky State University of Nizhni Novgorod Nizhni Novgorod, the Russian Federation

UTOPIA AS A POLITICAL AND LEGAL MODEL OF SOCIETY AND OF THE STATE

Abstract. History of political and legal thought is inseparable connected with diverse approaches to the study of the nature of the state as a multiple-element category. Scientists have tried to find ways and means to create a society which could become the prototype and the reference sample of the Union of people, leading to General happiness and the balance of interests of each individual in it. In finding the optimal or the best form of government in the history of political and legal thought has formed the concept of difficult executable and sometimes illusory kinds of control of so-called utopian projects. The present article analyzes the emergence and development of utopian ideas and identifying the main characteristics of a utopian association, and unlike utopian theories of the myths. Reveals the emergence in the Ancient East and the description of the ideal state in taoism the interpretation of "Tai pin" or "Great balance". The article presents an attempt to highlight the classic organization of a utopian society through the prism of the writings of Plato, Thomas More and T. Campanella.

Key words: utopia society, ideal state, the myth, Thomas More, Plato, power.

Целью каждого общества является достижение лучшего жизнеустройства, которое подразумевает под собой отсутствие негативных элементов внутри коллектива, таких как: коррупция, угроза восстания, дефицит продовольствия и тому подобное. В поиске идеальных форм государства появились идеи, описывающие модель общества, где исключены отрицательные факторы, и управление обществом осуществляется справедливо и в интересах всех слоев населения. Эталон общества и государства получил наименование «утопия» - это образ идеального

общественного союза, внутри которого все его элементы, такие как: население, органы власти, закон, направлены на благосостояние, процветание государства.

Актуальность исследования обусловлена универсальностью утопических идей в поиске оптимальной формы государственности, которая решает главные задачи - организация совершенной среды, самоопределения общества в воплощенной форме социального идеала. Еще О.М. Фрейденберг утверждал, что: «Утопия есть царство порядка и справедливости, двух свойств солнечного царства» [9, с. 41-167].

Отличием утопии от иных типов общественного устройства является отсутствие ограничений при формировании ее структуры и содержания, например, исторические предпосылки, техническое развитие, внутреннее состояние нации и иные. «Утопический проект - это всегда проект конкретного разума, стремящегося описать и дать объяснения всем элементам и взаимосвязям целостной системы идеального общества» [6, с. 252]. Это определенный социальный «абсолют», который, по мнению его создателя, является «золотым» состоянием государства, к которому оно может прийти при соблюдении основных жизненных принципов. Например, Т. Кампанелла всерьез считал, что его общество в сочинении «Город Солнца» (1602 г.) реализуемо на практике.

Считается, что понятие «утопия» впервые ввел Томас Мор в своем произведении «Золотая книжечка, столь же полезная, сколь и забавная о наилучшем устройстве государства и о новом острове Утопия» (опубликована в 1516 году), однако Т. Мор назвал утопией только остров, не подразумевая под этим нарицательное обозначение эталонного общества, которым оно стало впоследствии. На наш взгляд, впервые подобное определение в качестве образцового государства дал английский священник Сэмюэл Перчес в сочинении «Паломничество» («Pilgrimage», 1613 г.), где он назвал его «утопическим» (utopian).

Несмотря на то, что понятие «утопия» получило свое распространение только в XVI-XVII вв., исследование, разработка и попытка внедрить изобретенную формулу безупречного общества производилась еще в период Античности. Платон был одним из первых, кто описал подобное устройство и изложил его в диалоге «Государство» (360 г. до н.э.).

Мысли об идеальном устройстве общества можно встретить и в мифах. Слово «миф» (jruGoQ — «слово», «рассказ», «речь» — происходит из древнегреческого. Первоначально под ним понималась совокупность абсолютных (сакральных) ценностно-мировоззренческих истин, противостоящих повседневно-эмпирическим (профанным) истинам, выражаемым обыкновенным «словом» (snog) [8, с. 63], как указывает А.В. Семушкин. Например, Атлантида является мифом об идеальном государстве, изложенным в диалогах «Тимей» и «Критий» Платона Афинского. Мифы всегда эмоционально окрашены, нет границы между рациональным и иррациональным. Это является сходством с утопией, но миф амбивалентен утопии [1, с. 79]. Миф всегда адресован общественности, в нем нет индивида. Утопия так же обращается к народу, нации. Утопия описывает общество в целом, не останавливаясь на личности, иначе будут нарушены жанровые границы утопии и антиутопии, и сама идея утопии начнет разваливаться на части, так как утопии описывают унифицированные сообщества, где абсолютно равные и одинаковые индивиды пребывают в согласии с миром. Это один из неотъемлемых признаков, когда государство и традиции решают судьбу гражданина утопического государства. Подобная идиллия разрушается, когда мы обращаем взгляд на конкретного индивида, который рано или поздно приходит в диссонанс с обществом по тому или иному вопросу, то есть выпадает из имиджевых рамок. Так «работает» жанр антиутопии. Ведь даже в утопических произведениях, например, классика: «Утопия» или «Город Солнца», и в первом и во втором произведении упоминаются преступления, причем, даже идейного характера (религия), что говорит о том, что даже в обществах нового, унифицированного типа случается инакомыслие.

«Подобные представления мы встречаем в месопотамской и древнеиндийской мифологии. Древнеиранское сказание о царе Йиме и древнеиндийская легенда о царе Яме весьма схоже рисуют образы идеального царства и дальнейшее грехопадение правителя, повлекшее за собой извращение и упадок общества. В «Авесте» описана легенда о сыне Неба - Йиме - одном из первых людей, создавшем организованное общество и ставшим его царем. Он находился у власти более шести столетий. Период его правления считается «золотым веком» человечества. «При нем на земле существовали бессмертие, социальная гармония, нравственное совершенство». Ахура-Мазда предупредил Йиму об ожидающих человечество опасностях и тот спас людей во время великого похолодания, построив теплые укрытия - одно для людей и одно для скота, как ему и подсказали боги. Он предпринял все необходимое, чтобы спасти людей, жизнь на земле, ее образцы в лучших проявлениях, а затем - создать счастливое общество» [2, с. 29-30]. Эти же легенды служат подтверждением того, что человеческий фактор - это механизм самоуничтожения, заложенный в любой утопии: как только индивиды пытаются заявить о своей самодостаточности, совершенстве или богоподобности, общество в целом лишается своих привилегий и исключительных возможностей и либо гибнет, либо трансформируется в обычное сообщество со всеми его пороками.

На Древнем Востоке можно встретить упоминания о создании идеального государства. Однако Древний Восток не знает такого термина, как «утопия», там употребляется понятие «Тай пин» или по-другому «Великое равновесие». Именно ранние даосы описывали состояние «Тай пин» с социально-утопических позиций.

«Собственно даоссиской трактовке идеала Тай пин» посвящен «Тайц пин даосских текстов» [5, c. 107]. Обозначение «пин» принадлежит обществу, образованного музыкой: «Когда мир пребывает в Великом Покое, все существа в умиротворении, всё изменяется согласно высшему, тогда музыка достигает завершённости» [3, c. 109]. «Понятие тай пин всегда предельно обобщено, используясь по отношению к миру вообще (Поднебесной Тянь-ся), но не являясь обозначением некоего конкретного состояния. Однако термин тай пин имеет и второе значение - Золотой век, так что тексты династии Хань (206 до н. э.- 220 н. э.) и более поздние указывают на древнейших правителей именно как созидателей умиротворения Поднебесной» [5, c. 109-110].

Подобного рода идеи о прекрасном и вечном мире имеют свои отличительные признаки, однако некоторые ученые, к примеру, Э.Я. Баталов, утверждают, что выделить однозначный список нельзя, с чем мы согласиться не можем. Несмотря на данное высказывание, он рассматривает признаки термина «идеал», считая его не аналогом, но очень схожим по содержанию понятием [1, c. 11-15].

На наш взгляд, можно выделить следующие признаки утопии:

1. Изображение общества в статике. Оно застыло и не развивается ни в политическом, ни в экономическом смысле, ввиду того, что оно уже достигло того уровня, который является предельным для эволюции. Отрицание объективного закона движения материи в пространстве.

2. С рождения каждый житель утопии имеет определенную судьбу, обозначенную традициями и идеологией государства, это выражается, например, в том, что человек всю свою жизнь будет заниматься ремесленным делом или работать в сфере научного знания. Изменение же рода деятельности, которое было определено не самим индивидом, а существующим порядком в обществе, практически невозможно.

3. При наличии единой идеологии исключаются внутренние споры и противоречия. Народ согласен с обычаями жизни и традициями, несмотря на их возможную абсурдность, обыденность.

4. Вследствие того, что взаимоотношение между людьми в утопии основывается на незыблемости этих законов и традиций, механизм управления обществом строго формализован.

5. Территориальная замкнутость общества. Пространство всегда должно быть ограниченно, утопия не расширяется и не сужается в своих границах, иначе она не будет отвечать признаку статики и стабильности.

6. Трансцендентальность. Отрицание социальных и политических факторов, которые влияют на существующее государство [4, с. 53].

При применении изложенных нами признаков можно выделить следующую организацию утопического общества, которая будет, на наш взгляд, классической. Несмотря на описание сельскохозяйственного типа утопии, мы не исключаем наличие технократических или технологических утопий.

Начать необходимо с населения и территории. Власть внутри государства распространяется на небольшой участок земного, водного и воздушного пространства, в зависимости от расположения утопического общества. Для нее не важно, где она географически находится: на острове, полуострове, равнине или в горной местности. Самое главное - наличие возможности осуществлять сельскохозяйственную деятельность самостоятельно и независимо от кого-либо, например, от соседнего суверенного государства. Именно признак внутренней «экосистемы» позволяет существовать «золотому обществу» суверенно и единолично.

Обычно государство-утопия не расширяет своих границ из-за признака статичности и стабильного состояния общества в одной плоскости. Однако при условии резкого увеличения численности населения, государство может увеличить свою территорию за счет рядом расположенных и никем не заселенных земель. В случае если данная территория заселена, жителям граничащего государство предлагают идеологию совершенного общества.

В целях исключения увеличения лиц, проживающих в утопии, общество ограничивает доступ иноземцев на свою территорию. Несмотря на то, что утопия - это эталон общества, нельзя говорить о дружелюбном настрое населения по отношению к чужестранцам. Причина этому, на наш взгляд, - опасения граждан внесения в их сформировавшуюся идеологию инакомыслия, которое повлечет разрушение утопической культуры, где общество закрытое или полузакрытое.

Торговля в данном государстве ведется, как правило, только внешняя. Каждый индивид должен работать на благо общей цели - мирного и бесконфликтного сосуществования.

Несмотря на отсутствие договора купли-продажи, в утопиях нет безвозмездных сделок: чужая услуга должна быть оплачена равноценно вещью или работой. Внутри общества производится обмен. При необходимости приобретение чего-либо гражданин должен предложить взамен что-либо. Однако это распространяется только на граждан, чужеземцы могут оплачивать товар или услуги деньгами, поэтому в таких государствах существуют деньги и внешняя экономическая политика.

Для каждого автора утопического общества известно, что частная собственность является первопричиной войн и агрессии с соседними государствами по территориальным вопросам, в отношении ресурсов и т.д., вследствие этого, в утопическом обществе преобладает общность имущества. В Диалоге «Государство» Платона или в Утопии Т. Мора отсутствует частная собственность в большей или меньшей степени, или же на примере коммунитарного эксперимента «парагвайских редукций» видно нивелирование института частной собственности. Платон, Мор, Кампанелла и другие ученые предлагали отказаться от частной собственности, чтобы внутри самого сообщества нового типа создать нерушимое единодушие и стабильность, которые могут пострадать при наличии имущественной дифференциации и увеличивающейся пропасти между бедностью и богатством. В итоге изживаются такие чувства как зависть, приводящие, по словам Мора к агрессии.

Общее имущество - неотъемлемая характеристика утопии. Общность может подразумеваться как в отношении вещей, так и в отношении семьи.

Утопия - это ««цивилизация системоцентритсткого типа» (по терминологии А.В. Облонского и В.А. Четвернина), в которых власть (система публично-властных органов) одновременно выступает как экономически хозяйствующий и политически повелевающий и в то же время подчиняющий субъект. В «цивилизациях «пер-соноцентристского типа» общество и государство выступают как две относительно самостоятельные системы - как сфера частных интересов и сфера всеобщих публичных интересов» [10, с. 18].

Развитие частной собственности постепенно, но все больше и больше определяет социальную структуру общества, влечет за собой осознание каждым человеком (каждой социальной группой) своего места в обществе [7, с. 43-44].

Индивидуализация личности противоречит сущности утопии, где гражданин «обезличен». Обезличенность подразумевает следование единой цели общества, где присутствие самобытности исключено. Однако гражданин имеет социальную роль в государстве, которую он играет неразрывно от коллектива в целях достижения единого (общего) идеала в утопии. Внутри утопического государства будущее индивида определяется не им самим, а сложившимися традициями и правилами, где личность подчинена коллективу.

Утопия вбирает в себя нечто индивидуальное, выраженное в несбыточной мечте создателя утопии. В эту мечту вкладывается образ совершенного общества в будущем или уже забытые и ранее существовавшие идеальные государства. Гнетущая социальная реальность позволяет реализовать в утопиях образ прекрасного общества, в котором отсутствует несправедливость, где все механизмы направлены на достижение всеобщего счастья и благоденствия.

И по сегодняшний день утопия является унифицированной идеей, позволяющей воплотить в ней несбыточную мечту о прекрасном будущем.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Баталов Э.Я. В мире утопии. Пять диалогов об утопии, утопическом сознании и утопических экспериментах / Э.Я. Баталов. — М. : Политиздат, 1989. — 319 с.

2. Калинина Е.В. Государственно-правовое учение иудаизма. Ветхозаветная и талмудическая концепция: дис. ... д-р. юрид. наук: 12.00.01 / Е.В. Калинина. — Нижний Новгород, 2012. — 529 с.

3. Люйши чуньцю. Вёсны и осени господина Люя / сост. Ушаков И.В.; пер. Г.А. Ткаченко. — М. : Мысль, 2010. — 525 с.

4. Мангейм К. Идеология и утопия / К. Мангейм; пер. М. Левина. — М. : Юристъ, 1994. — 704 с.

5. Мартынов Д.Е. Даосская утопия Тай пин: политические и этические аспекты / Д.Е. Мартынов // Ученые записки Казанского государственного университета. — 2006. — № 4.— С. 106-119.

6. Петрихин А.В. Плюрализм трактовок феномена «утопия» в контексте единой европейской утопической традиции / А.В. Петрихин, Л.Я. Курочкина // Вестник Воронежского государственного технического университета. — 2009. — № 11. — С. 251-254.

7. Правовое государство, личность, законность / Н.В. Варламова, Е.А. Лукашева, Г.В. Мальцев, В.С. Нерсесянц, и др. — М. : Изд-во НИИ правовой политики и пробл. правоприменения РПА МЮ РФ, 1997. — 138 с.

8. Семушкин А.В. Антиномизм мифа и логоса в генезисе философского знания / А.В. Семушкин // Вестник российского университета дружбы народов. — 2008. — № 2. — С. 63-72.

9. Фрейденберг О.М. Утопия / О.М. Фрейденберг // Вопросы Философии. — 1990. — № 5. — С. 41-167.

10. Четвернин В.А. Общество и государство / В.А. Четвернин // Феноменология государства. — 2004. — № 2. — С. 7-9.

REFERENSES

1. Batalov E.Ia. V mire utopii. Piat dialogov ob utopii, utopicheskom soznanii i utopich-eskikh eksperimentakh [In the world of a utopia. Five dialogues about a utopia, utopian consciousness and utopian experiments]. Moscow, Politizdat Publ., 1989, 319 p.

2. Kalinina E.V. Gosudarstvenno-pravovoe uchenie iudaizma. Vetkhozavetnaia i tal-mudicheskaia kontseptsiia: dis. d-r. iurid. nauk. [State and legal doctrine of Judaism. Antiquated and talmudical concept. Diss. doct. of law.] Nizhnii Novgorod, 2012, 529 p.

3. Ushakov I.V. (ed.), Tkachenko G.A. (translate) Liuishi chun'tsiu. Vesny i oseni gospo-dina Liuia [Lu Shi Chun Qiu. Spring and autumn of mister Lu]. Moscow, Mysl' Publ., 2010, 525 p.

4. Mangeim K., Levina M. (translate) Ideologiia i utopiia [Ideology and utopia]. Moscow, Iurist" Publ., 1994, 704 p.

5. Martynov D.E. Taoist utopia Tye pin: political and ethical aspects. Uchenye zapiski Kazanskogo gosudarstvennogo universiteta = Uchenye Zapiski Kazanskogo Universiteta, 2006, no. 4, pp. 106-119 (in Russian).

6. Petrikhin A.V., Kurochkina L.Ia. Pluralism of interpretations of a phenomenon «utopia» in the context of uniform European utopian tradition. Vestnik Voronezhskogo gosudarstvennogo tekhnicheskogo universiteta = Bulletin of the Voronezh state technical university, 2009, no. 11, pp. 251-254 (in Russian).

7. Varlamova N.V., Lukasheva E.A., Mal'tsev G.V., Nersesiants V.S. Pravovoe gosudar-stvo, lichnost', zakonnost [Constitutional state, personality, legality]. Moscow, Izd-vo NII pravovoi politiki i probl. pra-voprimeneniia RPA Mlu RF Publ., 1997, 138 p.

8. Semushkin A.V. Antinomianism of the myth and logos in genesis of philosophical knowledge. Vestnik rossiiskogo universiteta druzhby narodov = RUDN Journal, 2008, no. 2, pp. 63-72 (in Russian).

9. Freidenberg O.M. Utopia. Voprosy Filosofii = Philosophy questions, 1990, no. 5, pp. 41-167 (in Russian).

10. Chetvernin V.A. Society and state. Fenomenologiia gosudarstva = Phenomenology of the state, 2004, no. 2, pp. 7-9 (in Russian).

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРЕ

Тарасова Татьяна Александровна — аспирант, Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского, 603950, г. Нижний Новгород, пр. Гагарина 23, Российская Федерация, e-mail: tanya-tarasova1@mail.ru.

AUTHOR

Tarasova Tat'iana Aleksandrovna — Post-graduate student, Lobachevsky State University of Nizhni Novgorod, 603950, Nizhni Novgorod, 23 Gagarina Avenue, the Russian Federation, e-mail: tanya-tarasova1@mail.ru.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ СТАТЬИ

Тарасова Т.А. Утопия как политическая и правовая конструкция общества и государства / Т.А. Тарасова // Электронный научный журнал «Наука. Общество. Государство». — 2017. — Т. 5, № 1 [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //esj.pnzgu.ru.

BIBLIOGRAPHIC DESCRIPTION

Tarasova T. A. Utopia as a political and legal model of society and of the state. Electronic scientific journal «Science. Society. State», 2017, vol. 5, no. 1, available at: http://esj.pnzgu.ru (In Russian).