Методологические подходы к изучению самоотношения в психологии

ОБЗОРЫ

УДК 159.9

МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ К ИЗУЧЕНИЮ САМООТНОШЕНИЯ В ПСИХОЛОГИИ

Д.А. АСТРЕЦОВ*

Первый Московский государственный медицинский университет им. И.М. Сеченова,

Москва

В работе представлено систематическое изложение подходов отечественных и зарубежных психологов к проблеме самоотношения. Выделяются три главных подхода: одномерный, структурный и функциональный. Раскрываются базовые принципы каждого подхода, дается кратная характеристика теоретических концепций в рамках конкретного подхода и их критический анализ. Также затрагиваются проблемы методического характера и эмпирического исследования самоотношения.

Ключевые слова: самоотношение, самоуважение, методология.

Введение

Спектр отношений человека с социальным окружением обладает большой разнообразностью. Особенно ярко это можно наблюдать на примере межличностных отношений. Но наряду с ними в сознании представлено и внутриличностное отношение человека к самому себе. Самоотношение признается одной из важнейших детерминант саморазвития и самоосуществления личности. Проблеме связи самоотношения с поведением посвящены многочисленные работы отечественных и зарубежных авторов. Среди наиболее крупных исследователей самоотношения можно отметить С.Р. Пантилеева, В.В. Сто-лина, И.И. Чеснокову, И.С. Кона, В.В. Мя-сищева, Н.И. Сарджвеладзе, Е.Т. Соколову, Р. Бернса, С. Куперсмита, М. Розенберга, Р. Вайли. В частности, было показано, что высокий уровень самоотношения выступает условием максимальной активности личности [7], снижает интенсивность пе-

© Астрецов Д.А., 2015

* Для корреспонденции:

Астрецов Дмитрий Александрович ассистент кафедры педагогики и медицинской психологии Первого МГМУ им. И.М. Сеченова E-mail: d.astretsov@gmail.com

реживания проблем, риск возникновения психосоматических расстройств [28]. С другой стороны, низкий уровень самоотношения оказывается связан с девиантным и делинквентным поведением [39], с развитием депрессии [10].

Исследования самоотношения в своем большинстве сконцентрированы вокруг проблем его сущности и структуры, генезиса, возрастной и ситуационной динамики, связи с практической деятельностью, функций и роли в жизни человека, осознанного и неосознанного в самоотношении.

Серьезную проблему для обзора подходов к исследованию самоотношения представляет терминологическая неопределенность. Отечественные исследователи по-разному трактуют понятие самоотношения в зависимости от исходной общепсихологической теории (оно может пониматься как установка, как смысл своего Я и т.д.). Различное понимание данного понятия неизбежно влечет за собой отличия в принципах и инструментах его исследования. При анализе зарубежных подходов возникает вопрос: какое из используемых авторами понятий наиболее точно отражает принятый в отечественной психологии термин «самоотношение». Дословным пе-

реводом этого понятия на английский язык будет «self-attitude»; однако такой перевод накладывает на самоотношение катего-рийную сетку установки - то есть требует рассмотрения его структуры как состоящей из когнитивного, эмоционального и поведенческого компонентов. Другим широко используемым в зарубежных исследованиях термином является «self-esteem» («самоуважение», «чувство собственного достоинства»), но в различных работах его содержание меняется.

Часто за различными названиями не скрыты различия в понимании данного феномена. В нашей работе мы будем пользоваться различными терминами, по необходимости определяя их с точки зрения той или иной концепции. Родовым же термином, отражающим в наиболее общем виде отношение человека к себе, на наш взгляд, является термин «самоотношение», впервые в отечественной литературе представленный в работе Н.И. Сарджвеладзе [12].

В настоящем исследовании нами сделан акцент на тех подходах и методиках, которые рассматривают отношение человека к самому себе как «удовлетворенность собой, и принятие себя, и чувство собственного достоинства, и положительное отношение к себе, и согласованность своего наличного и идеального Я» [5, стр. 96].

Целью представляемой статьи является систематическое изложение основных теоретических подходов к проблеме самоотношения в отечественной и зарубежной психологии, а также их практическое воплощение в методиках исследования самоотношения. Аналогичные исследования, которые проводились различными авторами, не отражают, на наш взгляд, действительное состояние рассматриваемой области. Обзорные статьи, посвященные проблемам самоотношения, либо были написаны более 30 лет назад, либо посвящены частной проблеме, либо делают обзор только подходов зарубежных авторов. Из-за такой раздробленности и отсутствия

упорядоченного изложения подходов к самоотношению исследователи занимаются разработкой частных аспектов, используя существующие подходы и методический инструментарий, в то время как многие фундаментальные проблемы, касающиеся самоотношения, не получают своей разработки. Безусловно, объем статьи не позволяет в полной мере реализовать поставленную цель, поэтому мы ограничили наш обзор подходами, на основе которых были созданы методики. Это было сделано, в том числе, для того, чтобы сориентировать всех заинтересованных исследователей в существующих в западной и отечественной психологии наиболее широко используемых методиках исследования самоотношения.

В целях этого обзора работы последние были разделены на тестовые методы (опросники), методы непрямого исследования неосознанных процессов и методы с элементами конструктивистской методологии.

Опросники самоотношения: основные подходы

Тестовые методы довольно давно используются для оценки самоотношения как западными, так и отечественными авторами. Тесты позволяют быстро оценить уровень развития тех или иных характеристик у большой группы людей и не требуют много времени для обработки результатов. Однако при всех своих преимуществах методологические принципы, лежащие в основе тестов самоотношения, не всегда дают возможность оценить этот феномен в его целостности. Одним из таких принципов является необходимость осознания человеком своего отношения к себе. Это требует определенного уровня рефлексии, развитого самосознания. Также часто ответы на вопросы об отношении к себе оказываются подвержены влиянию социальной желательности, актуального эмоционального или физического состояния человека.

Среди подходов к пониманию проблемы структуры самоотношения авторами тестов можно выделить одномерный, структурный и функциональный. Авторы, придерживающиеся первого подхода, предполагают, что самоотношение отражает переживание человеком своей ценности и является целостным образованием, неразложимым далее. В структурном подходе предполагается, что самоотношение может быть представлено как система более частных компонентов, отражающих сферы проявления личности. Наконец, представители функционального подхода предполагают, что можно выделить компоненты самоотношения, обладающие различными функциями и имеющие различное происхождение.

Одномерный подход

Одним из наиболее известных подходов является одномерный подход. В качестве примера приведем наиболее популярную в современной западной психологии методику измерения самоотношения и соответствующую модель M. Rosenberg

- Self-Esteem Scale [46]. J. Blascovich a. J. Tomaka [21] указывают на то, что данная методика применяется в четверти работ, так или иначе касающихся проблемы самоотношения. Данная методика неоднократно подвергалась психометрическому анализу и получила многочисленные эмпирические подтверждения (см. обзор [33]). Несмотря на то, что М. Розенберг придерживается представления об иерархическом строении Я-концепции, он определяет самоотношение как позитивную или негативную установку, направленную на Я, степень развития чувства самоуважения, ощущение собственной ценности. Методика включает в себя 10 вопросов (5 позитивных и 5 негативных), на которые требуется дать ответ по 4-балльной шкале

- от «полностью согласен» до «полностью не согласен».

Исследователями высказывались мысли, что методика Розенберга может быть

сокращена без снижения ее психометрических показателей (например, об этом пишет упоминавшийся выше B. Gray-Little [33]). R. Robins, H. Hendin a. K. Trzesniews-ki была предпринята попытка создания опросника, состоящего из одного вопроса: «У меня высокая самооценка / чувство собственного достоинства» (в оригинале «I have high self-esteem») [45]. Сравнение данной методики и Rosenberg Self-Esteem Scale показало, что они обладают близкими коэффициентами корреляций с широким спектром методик, измеряющих частные самооценки, социальную желательность, личностные черты. Также авторами было показано, что обе методики имеют высокие показатели конвергентной и дискри-минативной валидности.

Аналогичных Розенбергу позиций придерживается другой, не менее авторитетный автор, разрабатывающий проблему самоотношения, - S. Coopersmith. Его Self-esteem Inventory [27] состоит из 50 вопросов, на которые требуется дать ответ «соответствует мне» или «не соответствует мне». Данная методика измеряет, согласно представлениям автора, «то, насколько человек считает себя компетентным, успешным, значимым или ценным» [28, p. 4-5]. Впоследствии были попытки выделения в данной методике различных более частных факторов, однако результаты факторного анализа, сделанного разными авторами, часто расходятся и в целом не позволяют сформулировать каких-либо определенных шкал внутри Self-esteem Inventory [23].

Структурный подход: самоотношение по сферам проявления личности

Представители структурного направления придерживаются заявленного У. Джеймсом принципа, который состоит в том, что существует уровень частных самооценок, отражающих оценку человеком различных аспектов своей жизни. Каждая из них обладает различной субъективной

значимостью для человека, и от этого зависит вклад определенной частной самооценки в глобальную, которая, по мнению У. Джеймса, и составляет самоотношение в современном понимании. Таким образом, при низком уровне притязаний практически любой успех будет способствовать повышению самоуважения, а при значительных успехах исходный уровень притязаний почти не будет влиять на уровень самоуважения.

Авторы подхода, обозначенного нами как структурный, выделяют компоненты самоотношения по разным сферам - академическая, социальная, внешний вид и т.д. Авторы таких методик, как, например, Tennessee Self-Concept Scale [31] и Self-concept scale [44], рассматривают самоотношение как эмоциональный компонент Я-концепции. По аналогии с этим психологическим образованием, отношение человека к себе также рассматривается как иерархическая структура, части которой составляют различные сферы жизни. В зависимости от теоретической позиции автора выбор этих сфер может быть различным. В случае опросника Piers эти сферы были выявлены post factum как факторный анализ матрицы ответов. Другим автором, R. Butler, был реализован конструктивный подход к созданию методики. Исходя из положений теории личностных конструктов Дж. Келли, они провели предварительную работу по определению того, какие из характеристик являются наиболее значимыми для респондентов. Для этого их просили описать себя тремя способами, и в качестве вопросов в методику были добавлены наиболее часто встречающиеся формулировки. Первоначально опросник Self-Image Profile [24] был создан для исследования представления о себе детей и подростков, версия для взрослых была создана позднее [25]. Также данная методика опирается на положение У. Джеймса о том, что самоотношение человека может быть представлено как отношение успеха к уровню притязаний [3]. В методике Self-Image Profile респондентам предлага-

ется каждому пункту поставить два балла - как они оценивают себя по данному параметру и какими они хотели бы быть.

В качестве теоретической основы большей части описанных выше методик лежат модели иерархической организации Я-кон-цепции. Приведем в качестве примера модель R. Shavelson et al. [48]. Согласно точке зрения авторов, глобальную самооценку, которая находится на вершине иерархии, можно разделить на академическую (то есть связанную с успехами в учебе) и неакадемическую, которая состоит из ряда сфер: физическая, эмоциональная, социальная. Таким образом, происходит перенос представлений о структуре Я-концепции (система представлений человека о себе, в которой можно выделить различные области) на структуру самоотношения. Вероятно, в этом состоит причина еще одной терминологической сложности, которая наиболее ярко выражена в работах западных авторов: методики, измеряющие самоотношение (self-esteem), часто обозначают как исследование Я-концепции (self-concept).

Функциональный подход

Несмотря на популярность структурного подхода, обилие методических инструментов и работ, посвященных различным моделям, идея об интеграции частных самооценок в глобальную имеет и критиков. Представители подхода, который мы ранее обозначили функциональным, видят структуру самоотношения по-другому. Согласно их точке зрения, компоненты самоотношения формируют различные источники мотивации и по-разному влияют на Я-концепцию. Чаще всего авторами выделяется два функциональных компонента самоотношения. Они могут называться по-разному: ощущение силы и ощущение ценности (V. Gecas), внешняя и внутренняя самооценка (D. Franks, J. Marolla), оценка и чувствование (Wells, Marwell), компетентность и нравственность (M. Rokeach, R. Val-lacher, S. Hales; см обзор [32]), самооценка и

эмоционально-ценностное отношение [9]. В зарубежных исследованиях на эту тему были получены низкие уровни корреляции между глобальной самооценкой, измеренной отдельно, и полученной из частных самооценок, вне зависимости от способа их суммации [38]. Авторами данного исследования было предположено, что самооценка и самоотношение являются различными по своему психологическому содержанию конструктами.

Представители функционального направления выделяют в структуре самоотношения части, имеющие различное происхождение и играющие в жизни человека различную роль. В отечественной психологии по сравнению с западной функциональный подход получил свое методическое оснащение раньше. Методики, предложенные В.В. Столиным и С.Р. Пан-тилеевым, чаще всего используются отечественными исследователями при изучении самоотношения. Кратко рассмотрим теоретические позиции этих авторов.

В своей работе «Самосознание личности» [15] В.В. Столин предлагает рассматривать самоотношение как проявление личностного смысла, понимание которого было изложено А.Н. Леонтьевым. Согласно его позиции, личностный смысл отражает отношение цели деятельности к ее мотиву и представлен субъекту преимущественно в форме эмоций. Собственное Я, презен-тированное человеку в виде определенных свойств, черт, особенностей поведения, также может обладать личностным смыслом, отражающим то, насколько те или иные особенности Я позволяют удовлетворить потребность, связанную с определенным мотивом. «Я» таким образом может обладать негативным (препятствует достижению мотива) или позитивным (создает благоприятные условия достижения мотива) личностным смыслом.

Также В.В. Столин в своей работе рассматривает проблему многомерности эмоционально-ценностного отношения, которое может быть ориентировано вовне

- в виде межличностного отношения - или внутрь - в виде самоотношения. Связь отношения к другому и самоотношения подчеркивалась в работах таких авторов, как У. Джеймс, Дж. Мид, Л.С. Выготский, А.Н. Леонтьев, С.Л. Рубинштейн. Таким образом, если определить измерения отношения к другому, то окажется возможным рассматривать их и как измерения самоотношения. В своей более ранней работе В.В. Столин предположил, что отношение к другому можно представить как минимум в виде двух измерений: уважения-неуважения и симпатии-антипатии [14]. В исследовании, проведенном им совместно с Н.И. Голосовой [17], было показано, что в структуре отношения к другому можно выделить три фактора: уважение-неуважение, симпатия-антипатия и близость-отдаленность. Структура самоотношения также может быть представлена этими факторами, где самоуважение отражает оценочную составляющую самоотношения, связанную с критериями, аутосимпатия связана с безоценочным положительным отношением к себе, переживанием своей ценности, а близость связана с интересом к себе.

В концепции В.В. Столина самоотношение имеет иерархическую организацию, где можно выделить три уровня: уровень глобального самоотношения, уровень функциональных блоков (самоуважение, аутосим-патия, самоинтерес и ожидание отношения к себе) и уровень конкретных действий в отношении своего Я. По мнению В.В. Сто-лина, глобальное самоотношение обладает аддитивным характером и фактически выражается «суммой» структур второго уровня (кроме ожидаемого отношения). Таким образом, утверждается равноправие и равнозначимость вклада каждого фактора второго уровня в самоотношение. На основе данной модели был создан опросник самоотношения, содержащий 57 вопросов, на каждый из которых испытуемому надо ответить «да» или «нет» [16].

Методика включает в себя шкалы, соответствующие данной модели: шкала

глобального самоотношения, шкалы самоуважения, аутосимпатии и ожидаемого отношения и 7 шкал действий в отношении своего Я (самоуверенность, отношение других, самопринятие, саморуководство/ самопоследовательность, самообвинение, самоинтерес, самопонимание).

С.Р. Пантилеев критически переосмысливает модель самоотношения В.В. Столина. Принимая общее определение самоотношения как выражения смысла Я по отношению к мотивам деятельности, в своей работе [9] он указывает на основные недостатки модели В.В. Столина. Это, во-первых, составляющие самоотношения: самоуважение, аутосимпатия и близость. Проблема состоит в том, являются ли выделенные составляющие обусловленными реальной структурой самоотношения или всего лишь удобным способом представления, который в определенном смысле «навязывают» вопросы теста. Во-вторых, подчеркивает С.Р. Пантилеев, вызывает вопросы и тезис об аддитивной природе самоотношения. Если бы данная ситуация действительно наблюдалась, то глобальное самоотношение человека с низким самоуважением и высокой аутосимпатией было бы субъективно и объективно (по результатам опросника самоотношения) неотличимо от самоотношения человека с высоким самоуважением и низкой ауто-симпатией. Однако в реальности такого не происходит. Эти результаты были получены в экспериментах и самого В.В. Столина, в которых было показано, что испытуемый жертвует своим самоуважением, чтобы не допустить явной антипатии. Таким образом, симпатия к себе оказывается важнее в структуре самоотношения по сравнению с самоуважением.

В модели С.Р. Пантилеева самоотношение представляет собой иерархически-динамическую систему, в которой в каждый момент времени «та или иная особенная модальность эмоционального отношения может выступать в качестве ядерной структуры системы, занимая ведущее место в

иерархии других аспектов самоотношения и фактически определяя содержание и выраженность обобщенного устойчивого самоотношения» [9, стр. 28-29].

С.Р. Пантилеевым было проведено исследование по созданию опросника самоотношения, адекватного представленной выше модели и обладающего высокими показателями валидности и надежности. В итоговой версии опросника содержится 110 вопросов, направленных на оценку 9 шкал, объединенных в 3 метафактора. Ниже представлены метафакторы и шкалы [8]:

- Самоуважение: саморуководство, самоуверенность, отраженное самоотношение, социальная желательность «Я».

- Аутосимпатия: самопривязанность, самоценность, самопринятие.

- Самоуничижение: внутренняя конфликтность, самообвинение.

Нетрудно заметить, что два из выделенных факторов сходны с представленными в работе В.В. Столина. Это - метафакто-ры самоуважение и аутосимпатия. В отношении метафактора самоуничижение С.Р. Пантилеевым было вслед за В.В. Столиным предположено, что функция данного измерения состоит в поддержании высокого самоотношения и блокировку антипатии к себе. Также автор связывает это с высказанным А.У Харашем предположением об особом виде самопрезентации, направленной на вызывание сочувствия в других людях (цит. по: [9]). Часто обращенная вовне, она, однако, может быть и характеристикой внутреннего содержания самоотношения. Это подтверждается и высокими корреляциями между фактором самоуничижения и шкалой Б и значимыми отрицательными корреляциями со шкалами Ь и К по методике ММИЛ.

Попытки операционализировать структуры самоотношения, выделяемые в рамках функционального подхода, предпринимались и в западной психологии. Так, Я. Та£аго& было предположено, что самоотношение можно представить в виде двух функциональных блоков - чувства компе-

тентности (self-competence) и аутосимпа-тии (self-liking) [50]. В этом предположении автор исходит из представлений Дж. Дьюи о различии инструментальных и внутренних ценностей, где первые связаны с наличием у объекта полезных свойств, а вторые

- с наличием свойств, ценных самих по себе [29]. Накладывая это представление на отношение человека, R. Tafarodi пишет, что, с одной стороны, мы имеем компетентность человека, а с другой - его характер, идентичность. Ценность человека описывается двояко - что он может делать и каков он, что может быть соответственно определено как уважение и симпатия. Авторами было проведено исследование по созданию опросника Self-liking/Self-Competence Scale, направленного на операционализа-цию двух различных компонентов самоотношения. Современная версия опросника [51] содержит 16 вопросов, на которые требуется дать ответ по 5-балльной шкале - от «полностью согласен» до «полностью не согласен». В шкале присутствуют два обозначенных выше фактора: чувство компетентности и аутосимпатия. На основании результатов структурного моделирования авторы делают вывод, что выделение данных факторов наиболее обоснованно. Несмотря на это, показатель корреляции факторов остается достаточно высоким, что авторами объясняется влияющими на все его ответы особенностями жизненной ситуации, в которой находится испытуемый: эффект гало в отношении себя, семантические особенности вопросов и разное понимание респондентами фраз методики. Также авторами было показано, что в опроснике Rosenberg Self-Esteem Scale можно выделить два аналогичных фактора

- фактор оценки отдельных свойств и характеристик и фактор принятия себя [49].

Самоотношение: состояние или черта?

Вышеописанные методики и концепции исходили из представления о самоотношении как о личностной черте - то есть

устойчивых, повторяющихся в различных ситуациях особенностях поведения индивида. Однако существуют и попытки концептуализировать указанное понятие с другой позиции - как состояние. В этом случае самоотношение наделяется такими свойствами, как ситуативность, динамичность, реактивность. В качестве примера можно привести опросник T. Heatherton a. J. Polivy The State Self-Esteem scale [36], который назван авторами «Текущие мысли». Большая часть вопросов данной методики начинается с фразы «I feel», что призвано оценить текущее самоощущение человека в противовес другим методикам исследования самоотношения, где присутствуют и вопросы, начинающиеся с «I am». Содержание вопросов в целом не отличается от рассмотренных выше методик. В результате факторного анализа авторы выделили факторы эффективности, внешнего вида и социальной успешности. Тем не менее нам представляется, что, отвечая, например, на вопрос «В целом, я удовлетворен собой» (Rosenberg Self-esteem Scale), человек ориентируется на то, что он чувствует в данный момент, а не на то, что он чувствует обычно. К тому же во многих исследованиях для фиксации краткосрочной и долгосрочной динамики самоотношения используются одни и те же методики (например, исследования [35, 42]). Таким образом, мы не считаем, что авторам удалось в полной мере операционализировать понятие самоотношение как состояния, и они просто создали еще один опросник самоотношения в рамках структурного подхода. Для исследования ситуативного изменения самоотношения, на наш взгляд, допустимо использовать существующие опросники, изменяя лишь инструкцию.

Бессознательный компонент самоотношения: имплицитное самоотношение

Несмотря на популярность тестовых «прямых» методов исследования самоот-

ношения, была очевидна и их ограниченность. Для того чтобы оценка самоотношения, полученная с помощью теста, была адекватна реальному уровню отношения человека к себе, последний должен обладать определенной степенью понимания себя, а также быть честным по отношению к экспериментатору и по отношению к себе - чтобы правдиво ответить на вопрос, как же он на самом деле к себе относится. Таким образом, результаты опросников самоотношения практически всегда подвержены влиянию систематической ошибки.

Эти соображения легли в основу многочисленных методик «непрямого» измерения самоотношения. При этом авторы предлагают различать в самоотношении два относительно независимых компонента: эксплицитный и имплицитный. Первый из них понимается как феномен, в целом отвечающий характеристикам черты личности (стабильность, надситу-ативность, доступность для осознания), а второй - как неосознанный элемент самоотношения, который вносит неменьший вклад в общий тон самоотношения, но не измеряется стандартными тестами. Этот компонент самоотношения в литературе именуется «имплицитное самоотношение» (implicit self-esteem). Сам этот феномен является частным выражением так называемого имплицитного отношения (установки), которое выражается в действиях или суждениях человека, основанных на автоматической неосознанной оценке ситуации.

В основе большинства методик исследования имплицитного самоотношения лежит одно из следующих положений: люди приписывают ценность вещам, которые ассоциируются у них со своим Я (например, имя); сила ассоциации объектов в сознании влияет на время их идентификации; прайминг стимулом, который эмоционально оценивается определенным образом, снижает время идентификации для сходных по оценке стимулов.

Первое положение использовал в своей работе Ж. Нюттен [43], который одним из первых экспериментально подтвердил наличие имплицитного компонента самоотношения. Он обнаружил, что люди стабильно предпочитают буквы, которые представлены в их именах. Феномен был назван эффектом имени-буквы (name-letter effect). На основе этого была создана методика измерения имплицитного самоотношения, который определяется как отношение привлекательности буквы из имени человека для самого человека к средней привлекательности для других людей (имя которых букву не содержит).

От второго положения отталкивались авторы имплицитного ассоциативного теста (ИАТ) A. Greenwald a. D. McGhee. Они предположили, что восприятие объекта, связанного с Я посредством ассоциации, вызовет аффект, который человек испытывает по отношению к своему Я, - негативный или позитивный [34]. При возникновении такого аффекта объекты, схожие в оценке с исходным, будут распознаваться быстрее по сравнению с прочими объектами. Таким образом, если человеку предъявить стимул, имеющий отношение к его Я, то по скорости идентификации позитивных и негативных стимулов, предъявляемых после этого, можно определить уровень имплицитного самоотношения человека. Разработанный авторами оригинальный вариант методики состоит из четырех групп объектов (слов): описание себя (например, я, мой, себя); описание другого (например, другой, его); позитивные слова (например, бриллиант, золото, честь, гордость); негативные слова (например, агония, труп, слабый, виновный). Испытуемому предъявляются данные слова, а он должен отнести их к одной или нескольким из вышеобозна-ченных групп. Так, в одной из серий данной методики (всего серий было 5) может стоять задача отнести слово к группам «я» или «приятные» и нажать клавишу слева, либо к группам «не я» или «неприятные» и нажать клавишу справа. В данной серии

при более быстром детектировании слова из групп «я» или «приятные» по сравнению с двумя другими группами исследователь констатирует позитивное имплицитное самоотношение; в противном случае имеет место негативное имплицитное самоотношение.

Впоследствии были разработаны несколько вариантов данной методики, среди которых можно отметить ИАТ с одним объектом (SC-IAT), тест внешнего аффекта Саймона (EAST), ассоциативный тест «да/нет» (Go/No-Go Association Task; см. обзор [47]).

Третье положение было использовано при создании имплицитного теста самооценки J. Hetts a. B. Pelham [37]. Они предположили, что при предъявлении эмоционально-значимого объекта соответствующая ему эмоция возникает автоматически, а, возникнув, позволяет идентифицировать объекты, оцениваемые сходным образом, быстрее по сравнению с другими объектами. Методика состоит в предъявлении позитивно и негативно эмоционально окрашенных слов (хороший/плохой), которым предшествуют стимулы, связанные или не связанные с «Я» (Я/Н). Уровень имплицитного самоотношения может быть получен, исходя из того, какие слова (позитивные или негативные) легче и быстрее идентифицируются в зависимости от предшествующего стимула.

Данные об уровне самоотношения, полученные с помощью опросников и с помощью методик исследования имплицитного самоотношения, имеют низкие уровни корреляции [22]. Этот факт может говорить о высоком уровне дискримина-тивной валидности и, следовательно, о различии конструктов эксплицитного и имплицитного компонентов самоотношения. Однако аналогичные низкие показатели связи были получены при сравнении различных методик имплицитного самоотношения, что свидетельствует о низком уровне конвергентной валидности. Это позволяет выдвинуть два предположения:

либо имплицитное самоотношение существует, но имеет гетерогенную природу; либо методики его исследования дают нам лишь артефакты. Многие авторы склоняются к первому предположению, исходя из многочисленных данных об эффектах имплицитного самоотношения. Так, оно определяет уровень невербальной тревожности и негативных эмоций вообще, выполняет функцию «защитного клапана» при восприятии собственной неудачи. Также, согласно некоторым исследованиям, имплицитное самоотношение выполняет функцию медиатора между эксплицитным самоотношением и защитными механизмами (см. обзор [40]).

Теоретическим основанием выделения имплицитного самоотношения служат различные варианты моделей двойного процесса. Главная идея, на которой базируются данные модели, состоит в следующем. В основе имплицитных (то есть неосознаваемых) процессов лежит интуитивная система познания, которая действует автоматически без контроля сознания; в основе же эксплицитных процессов лежит рациональная и подконтрольная сознанию познавательная система. Так, например, описывает различение подобных систем S. Epstein, в когнитивно-опытной Я-теории которого опытная система в основном функционирует на бессознательном уровне и обрабатывает информацию целостно, быстро и без особых усилий со стороны субъекта. С другой стороны, рациональная система действует на уровне сознания и перерабатывает информацию последовательно, аналитически и является ресурсозатратной [30]. Применимость данной теории при различении эксплицитного и имплицитного компонентов самоотношения была экспериментально проверена в работе S. Koole a. A. Dijksterhuis [40], в которой анализировался вклад эффекта «имени-буквы» в самоописание в зависимости от уровня когнитивной нагрузки. В начале эксперимента испытуемые проходили тест на

предпочтение буквы (выявление эффекта имени-буквы). Затем их просили запомнить либо однозначное (низкая когнитивная нагрузка), либо восьмизначное число (высокая когнитивная нагрузка), а после этого им необходимо было проранжиро-вать список личностных черт. Авторы обнаружили, что при высоком уровне когнитивной нагрузки результаты самоописания испытуемых коррелировали с данными теста предпочтения буквы в части предпочтения положительных черт.

Конструктивный характер самоотношения: некоторые подходы

Методологические принципы, лежащие в основе теории деятельности [6, 11], предполагают исследование психического феномена в его генезисе, в процессе реальной практической деятельности субъекта. Это было реализовано в работе А.В. Визгиной и В.В. Столина при исследовании самоотношения методом управляемой проекции [2]. Суть методики управляемой проекции состоит в предъявлении испытуемому двух словесных портретов под видом описания конкретных людей. Одно из них представляет собой описание самого испытуемого, сформулированное на основе результатов обработки личностного 16 ЛФ опросника Р. Кеттелла (персонаж Я), а другое - человека с противоположными качествами (персонаж не-Я). Таким образом, по мнению авторов, происходит активация внутреннего диалога человека с его антиподом, что способствует развертыванию самоотношения. Испытуемому требовалось ответить на ряд вопросов о каждом из этих людей, а также описать возможные взаимоотношения испытуемого и каждого из представленных персонажей. В результате анализа текстов удалось выявить 4 типа самоотношения. Некоторые из них отражали конфликтное состояние самоотношения испытуемого, с выраженной антипатией и неуважением по отношению к персонажу Я с одновременной симпатией и

демонстрацией уважения по отношению к персонажу не-Я.

Впоследствии А.В. Визгиной была создана методика свободного самоописания (МСС; [1]), похожая на предыдущую тем, что в ее основе лежит активизация внутреннего диалога испытуемого, однако отличающаяся тем, что исследуется спонтанно возникающий внутренний диалог. Согласно исследованию А.В. Визгиной, в ходе внутреннего диалога осуществляется развитие личности, которое опосредовано разрешением внутренних конфликтов и принятием обеих позиций диалога как частей Я субъекта. Уже само по себе развертывание внутреннего диалога «побуждает клиента к более полному выражению ранее лишенной голоса отчужденной части личности, что в свою очередь приводит к тому, что он начинает больше идентифицироваться с этой частью, интегрируя ее в свое Я» (там же, стр. 102).

В МСС респонденту предлагается описать себя таким образом, чтобы было понятно, что он за человек, что он представляет собой как личность. Текст, написанный испытуемым, затем подвергается анализу, в ходе которого исследователь выявляет формально-стилевые (краткий/развернутый, экспрессивный/сухой и т.д.) и содержательные (черты личности, эмоции, переживания и т.д.) особенности текста. Методика позволяет оценить характеристики образа Я, его содержание, дифференцированность, наличие или отсутствие расщепленности и противоречий в образе Я, особенности и защитные тенденции самоотношения человека. Самоотношение при этом описывается в рассмотренных выше характеристиках, предложенных В.В. Столиным: симпатия/ антипатия и уважение/неуважение. Несмотря на то, что МСС позволяет получить только качественные данные для анализа, затрудняющие статистическую проверку гипотез исследования, это может быть полезнее для анализа самоотношения испытуемого, чем многочисленные тестовые методы. Свобода, предоставляемая челове-

ку при конструировании своего образа Я, дает возможность оценить его целостно и выявить те характеристики, которые не обнаруживаются в опросниках. В МСС также присутствует определенный психотерапевтический момент: создание образа Я может позволить испытуемому увидеть те свои характеристики, которые он раньше не замечал, и дать возможность посмотреть на себя со стороны (если человек поставит себе задачу представить объективную картину своей личности ради исследования).

Также проблема самоотношения была поставлена в конструктивистском подходе. В психологии данное направление активно развивалось Дж. Келли, автором теории личностных конструктов. Согласно основным положениям данной теории, люди используют определенные понятийные схемы (системы, модели), чтобы осознать, объяснить или предсказать свой опыт [19]. Эти схемы и получили название личностных конструктов. При этом Дж. Келли предполагал, что все личностные конструкты биполярны и дихотомичны, то есть имеют два противоположных полюса, например, «хороший-плохой», «умный-глупый». Разработанная на основе этой теории техника репертуарных решеток дает возможность выявлять те личностные конструкты, которые участвуют в восприятии. В том числе данная методика может применяться при исследовании восприятия человеком самого себя и самоотношения. Одним из вариантов реализации этого положения служит методика Я-решетки (Self-grid), предложенная Э. Баттоном. В своей работе он описывает ее как способ исследования и измерения оценочного компонента конструирования Я [26]. Сама методика похожа по форме на разработанный Дж. Келли тест репертуарных решеток. Испытуемому предлагают сравнить попарно и выявить общее или различное между следующими объектами: Я, мать, отец, близкий человек, наименее приятный и наиболее приятный человек. В результате такого сравнения формируется список личностных конструктов. На сле-

дующем этапе испытуемому предлагается оценить степень выраженности выявленных конструктов по 7-балльной шкале в каждом из вышеобозначенных объектов; также добавляются объекты, характеризующие Я испытуемого: прошлое, настоящее, будущее и идеальное Я. Автор предлагает относить к позитивным конструктам те, по которым идеальное Я имеет оценку 5 и выше, а к негативным - с оценкой 2 и ниже. Прочие конструкты автор относит к неопределенным. Итоговый показатель самоотношения может быть получен различными способами; автор в качестве одного из наиболее простых способов предлагает использовать разницу средней оценки по всем конструктам между идеальным и настоящим Я.

Сходный с описанным выше метод семантического дифференциала (СД) также используется при исследовании самоотношения. Сама методика была разработана Ч. Осгудом и состоит в следующем: группе испытуемых предлагается оценить некое множество объектов (понятий) по набору биполярных градуированных шкал [13]. Затем с помощью факторного анализа выявляются базисные факторы, по которым и можно проводить дальнейший анализ семантического пространства. Этот метод может быть применен к большому числу объектов, в том числе, к самой личности человека как к объекту. Для создания подобного инструмента необходимо сформировать такой набор личностных черт, который бы адекватно отражал понятие личности так, как оно существует в данном языке. В отечественной психологии это было сделано А.Г. Шмелевым и В.И. Похилько [20]. Для целей исследования обычно отбирается ограниченное число наиболее часто употребляемых дескрипторов для построения первичного набора шкал. Существует несколько вариантов таких наборов, например, разработанная в Санкт-Петербургском НИПНИ им. В.М. Бехтерева методика личностного дифференциала [18]. В данном варианте методики предлагается как первичный набор

прилагательных для оценки личности, так и вторичные шкалы, соответствующие тем, что были получены Ч. Осгудом, - факторы оценки, силы, активности.

Также для исследования самоотношения может быть использована методика М. Куна и Т. МакПартланда «Двадцать утверждений» (методика «Кто Я?»; [41]). В оригинальной методике испытуемому предлагается ответить на 20 вопросов «Кто я?». Основной служит теория М. Куна, согласно которой ролевое поведение человека и исполняемые им социальные роли служат основой его самовосприятия. Многие исследователи отмечают, что тест, несмотря на внешнюю простоту, сложен в обработке и интерпретации. Авторы предлагают подразделять ответы на две основные категории: объективные и субъективные. При этом в число первых включают ответы, относящие испытуемого к какой-либо социальной группе или роли: студент, девушка, отец и т.д. Субъективные ответы отражают состояние человека или его самоощущение: счастливый, усталый, довольный и т.д. При этом, как правило, испытуемые стремятся указывать, в первую очередь, свои объективные характеристики, при этом либо не указывая, либо называя небольшое число субъективных. Вариант, предложенный В.И. Юрченко «Двадцать утверждений самоотношения», позволяет преодолеть эту трудность (цит. по: [4]). В данной модификации испытуемым предлагается написать по 20 ответов на вопрос «Кто Я?» и 20 на вопрос «Какой Я?». Обработка результатов, полученных с помощью данной методики, может проводиться методом контент-анализа с вычленением значимых для субъекта характеристик образа Я, в том числе его самоотношения, с последующим анализом выделенных характеристик.

Заключение

Представленный в настоящей работе обзор литературы по проблеме отноше-

ния человека к самому себе, пусть и не охватывает все существующие подходы, тем не менее дает представление о масштабе данной области исследования. В целом можно сказать, что существуют как минимум пять подходов, по-разному представляющих строение самоотношения: одномерный; структурный; функциональный; подход, выделяющий имплицитное и эксплицитное самоотношение; конструктивный подход. В рамках каждого подхода исследователи выделяют специфические компоненты самоотношения и связи между ними. Разнообразие существующих подходов влияет и на разнообразие методик. Сложный и многогранный феномен самоотношения сложно охватить каким-либо одним методическим средством. Мы полагаем, что каждая из рассмотренных нами методик охватывает часть реального содержания самоотношения, при этом остальное иногда остается за пределами конкретного исследования. Целостный характер таких методов, как МСС или «Кто Я?», дает возможность полнее увидеть особенности самоотношения, но за это приходится «платить» сложностью обработки и двойственностью потенциальных интерпретаций.

Таким образом, несмотря на свою длительную историю в психологии, проблема самоотношения до сих пор остается актуальной. Значительные успехи исследователей в теоретической и практической разработке рассматриваемой области, безусловно, расширили и углубили представления психологов о самоотношении, но также «размыли» само это понятие, порой необоснованно распространили его на смежные, но не совпадающие области. Нам представляется, что для дальнейшего исследования проблемы самоотношения необходимо создание интегрального подхода, который позволит объединить разнородные теории самоотношения в единую систему и на основе которого можно будет создать комплексное средство для изучения этого феномена.

Работа выполнена при поддержке РГНФ, грант №14-36-01035.

Литература

1. Визгина А.В. Эмпирическое изучение спонтанных внутренних диалогов // Вопросы психологии. - 2007. - № 1. - С. 101-110.

2. Визгина А.В., Столин В.В. Внутренний диалог и самоотношение // Психологический журнал. - 1989. - Т. 10. - № 6. - С. 50-57.

3. Джемс У. Психология. - М.: «Педагогика», 1991. - 368 с.

4. Кирейчева Е.В. Проблема социально-психологических условий развития Я-концеп-ции будущих учителей // Научный вестник Южноукраинского государственного педагогического университета имени К.Д. Ушинского. Одесса, 2009. - С. 143-150.

5. Кон И.С. Психология ранней юности. - М.: Просвещение, 1989. - 256 с.

6. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. - М.: Смысл, Академия, 2005. -352 с.

7. Липкина А.И., Рыбак Л.Т. Критичность и самооценка в учебной деятельности. - М.: Просвещение, 1968. - 142 с.

8. Пантилеев С.Р. Методика исследования самоотношения. - М.: «СМЫСЛ», 1993. - 32 с.

9. Пантилеев С.Р. Самоотношение как эмоционально-оценочная система. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1991. - 100 с.

10. Пыжински Т., Гринберг Дж. Роль сфокусированного Я внимания в развитии, поддержании и усилении депрессии [Электронный ресурс] URL: http://psyberlink.flogiston. ru/internet/bits/depress.htm (дата обращения: 01.07.14).

11. Рубинштейн С.Л. Избранные философ-ско-психологические труды. Основы онтологии, логики и психологии. - М., 1997. - 463 с.

12. Сарджвеладзе Н.И. Структура самоотношения личности и социогенные потребности / В кн.: Проблемы формирования социогенных потребностей. - Тбилиси, Мец-ниереба, 1974. - С. 103-107.

13. Серкин В.П. Методы психологии субъективной семантики и психосемантики. - М.: Пчела, 2008. - 384 с.

14. Столин В.В. Когнитивно-мотивационная структура личности и отношение к другим

людям / В кн.: Взаимодействие коллектива и личности в коммунистическом воспитании. - Таллин, 1979. - 158 с.

15. Столин В.В. Самосознание личности. - М.: Издательство Московского университета, 1983. - 288 с.

16. Столин В.В., Пантилеев С.Р. Опросник самоотношения / В кн.: Практикум по психодиагностике. Психодиагностические материалы. Под ред. Бодалева А.А., Карлинской И.М., Столина В.В., Пантилеева С.Р. - М., 1988. - С. 123-130.

17. Столин В.В., Голосова Н.И. Факторная структура эмоционального отношения человека к человеку // Психологический журнал. - 1984. - Т. 5. - № 2. - С. 62-68.

18. Фетискин Н.П., Козлов В.В., Мануйлов Г.М. Социально-психологическая диагностика развития личности и малых групп. - М., 2002. - C. 20-21.

19. Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. -СПб.: Питер, 2003. - 608 с.

20. Шмелев А.Г., Похилько В.И., Козловская-Тельнова А.Ю. Практикум по экспериментальной психосемантике (тезаурус личностных черт). - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1988. - 208 с.

21. Blascovich J., Tomaka J. Measures of self-esteem / In: Measures of personality and social psychological attitudes. J.P. Robinson & P.R. Shaver (Eds.). - San Diego, CA: Academic Press, 1991. - Р. 115-160.

22. Bosson J.K., Swann W.B., Pennebaker J.W. Stalking the perfect measure of implicit self-esteem: The blind men and the elephant revisited? // Journal of Personality and Social Psychology. - 2000. - Vol. 79. - Р. 631-649.

23. Butler R.J., Gasson S.L. Self esteem/ Self concept scales for children and adolescents: A review // Child and Adolescent Mental Health. - 2005. - Vol. 10. - Р. 190-201.

24. Butler R.J. The Self Image Profiles. - London: The Psychological Corporation, 2001.

25. Butler R.J., Gasson S.L. Development of the Self-image profile for adults // European Journal of Psychological Assessment. - 2006. - Vol. 22(1). - Р. 52-58.

26. Button E. Personal construct measurement of self-esteem // Journal of Constructivist Psychology. - 1994. - Vol. 7. - Р. 53-65.

27. Coopersmith S. Coopersmith self esteem inventory. - Palo Alto, CA: Consulting Psychologists Press, Inc., 1981. - 256 p.

28. Coopersmith S. The antecedents of self esteem. - Palo Alto, CA: Consulting Psychologists Press, Inc., 1967. - 283 p.

29. Dewey J. Theory of valuation. - Chicago, IL: University of Chicago Press, 1939. - 75 p.

30. Epstein S. Cognitive-Experiential Self-Theory of Personality // In: Comprehensive Handbook of Psychology. Volume 5: Personality and Social Psychology. Hoboken, NJ: Wiley & Sons, 2003. - P. 159-184.

31. Fitts W.H., Warren W.L. Tennessee Self Concept Scale Manual: Second Edition. - Los Angeles, CA: Western Psychological Services, 1996. - 118 p.

32. Gecas V. The self-concept // Annual Review of Sociology. - 1982. - Vol. 8. - P. 1-33.

33. Gray-Little B., Williams V.S.L., Hancock T.D. An item response theory analysis of the Rosenberg Self-Esteem Scale // Personality and Social Psychology Bulletin. - 1997. - Vol. 23. - P. 443-451.

34. Greenwald A.G., McGhee D.E., Schwartz J.K.L. Measuring individual differences in implicit cognition: The Implicit Association Test // Journal of Personality and Social Psychology.

- 1998. - Vol. 74. - P. 1464-1480.

35. Hames J.L., Joiner T.E. Resiliency factors may differ as a function of self-esteem level: testing the efficacy of two types of positive self-statements following a laboratory stressor // Journal of Social and Clinical Psychology. -2012. - Vol. 31. - No. 6. - P. 641-662.

36. Heatherton T.F., Polivy J. Development and validation of a scale for measuring state self-esteem // Journal of Personality and Social Psychology. - 1991. - Vol. 60. - P. 895-910.

37. Hetts J.J., Sakuma M, Pelham B.W. Two roads to positive regard: Implicit and explicit self-evaluation and culture // Journal of Experimental Social Psychology. - 1999. -Vol. 35. - P. 512-559.

38. Hоgе D., Mc Саrthy J. Influence of individual and group identity salience in the global se1f-esteem of youth // J. of Pers. and Soc. Psychol.

- 1984. - Vol. 47. - P. 403-414.

39. Kaplan H.B. Deviant behavior and self-enhancement in adolescence // J. of Youth and Adolescence. - 1978. - Vol. 7. - No. 3. -P. 253-278.

40. Koole S.L., Dijksterhuis A., van Knippenberg A. What's in a name: Implicit self-esteem and the automatic self // Journal of Personality and Social Psychology. - 2001. - Vol. 80. - P. 669-685.

41. Kuhn M.H., McPartland T.S. An empirical investigation of self-attitudes // American Sociological Review. - 1954. - Vol. 19(1). - P. 68-76.

42. Morse S., Gergen K.J. Social comparison, self-consistency, and the concept of self // Journal of Personality and Social Psychology. - 1970.

- Vol. 16. - P. 148-156.

43. Nuttin J.M. Narcissism beyond Gestalt and awareness: The name-letter effect // European Journal of Social Psychology. - 1985. - Vol. 15(3). - P. 353-361.

44. Piers E.V., Herzberg D.S. Piers-Harris 2: Children's Self Concept Scale. - Los Angeles, CA: Western Psychological Services, 2002.

45. Robins R.W., Hendin H.M., Trzesniewski K.H. Measuring Global Self-Esteem: Construct validation of a Single-Item Measure and the Rosenberg Self-Esteem Scale // Personality and Social Psychology Bulletin. - 2001. - Vol. 27. - P. 151-161.

46. Rosenberg M. Society and the adolescent self image. - Princeton, NJ: Princeton University Press, 1965. - 326 p.

47. Rudolph A., Schroder-Abe M., Schutz A., Gregg A.P., Sedikides C. Through a glass, less darkly? Reassessing convergent and discriminant validity in measures of implicit self-esteem // European Journal of Psychological Assessment. - 2008. - Vol. 24.

- P. 273-281.

48. Shavelson R., Hubner J., Stanton G. Self-concept: Validation of construct interpretation // Review of Educational Research. - 1976. - Vol. 46. - No. 3. - P. 407441.

49. Tafarodi R.W., Milne A.B. Decomposing global self-esteem // Journal of Personality. -2002. - Vol. 70. - P. 443-483.

50. Tafarodi R.W., Swann W.B., Jr. Self-liking and self-competence as dimensions of global self-esteem: Initial validation of a measure // Journal of Personality Assessment. - 1995. -Vol. 65. - P. 322-342.

51. Tafarodi R.W., Swann W.B., Jr. Two-dimensional self-esteem: Theory and

measurement // Personality and Individual Differences. - 2001. - Vol. 31. - P. 653673.

References

1. Vizgina AV. Empirical study of spontaneous internal dialogues. Voprosy psikhologii, 2007; 1:101-110 (In Russian).

2. Vizgina AV, Stolin VV. Internal dialogue and the self. Psikhologicheskiy zhurnal, 1989; 10(6):50-57 (In Russian).

3. James W. Psychology. Moscow: «Pedagogika», 1991; 368 (In Russian).

4. Kireycheva EV. The problem of the social and psychological conditions of the self-concept of the future uchi teley. Nauch-nyy vestnik Yuzhnoukrainskogo gosudarst-vennogo pedagogicheskogo universiteta imeni K.D. Ushinskogo. Odessa, 2009; 143150 (In Russian).

5. Kon IS. Psychology of early adolescence. Moscow: Prosveshcheniye, 1989; 256 (In Russian).

6. Leontiev AN. Activities. Consciousness. Personality. Moscow: Smysl, Akademiya, 2005; 352 (In Russian).

7. Lipkin AI, Fisherman LT. Critical and self-confidence in learning activities. Moscow: Prosveshcheniye, 1968; 142 (In Russian).

8. Pantileev SR. Technique to study the self. Moscow: «SMYSL», 1993; 32 (In Russian).

9. Pantileev SR. The Self as an emotionally-grading system. Moscow: izd-vo Mosk. Un-ta, 1991; 100 (In Russian).

10. Pyzhinski T, Greenberg J. The role I focused attention in the development, maintenance and effort-a depressed. [Internet] URL: http:// psyberlink.flogiston.ru/internet/bits/depress. htm (In Russian).

11. Rubinstein SL. Selected philosophical and psychological works. Fundamentals of ontology, logic and psychology. Moscow, 1997; 463 (In Russian).

12. Sarjveladze NI. The structure of the self-identity and needs sociogenic. V kn.: Problemy formirovaniya sotsiogennykh potrebnostey. -Tbilisi, Metsniyereba, 1974; 103-107 (In Russian).

13. Serkin VP. Methods of psychology subjective semantics and psychosemantics. Moscow: Pchela, 2008; 384 (In Russian).

14. Stolin VV. Cognitive-motivational structure of personality and attitude towards other people. V kn.: Vzaimodeystviye kollektiva i lichnos-ti v kommunisticheskom vospitanii. - Tallin, 1979; 158 (In Russian).

15. Stolin VV. Self-consciousness. Moscow: Iz-datel'stvo Moskovskogo universiteta, 1983; 288 (In Russian).

16. Stolin VV, Pantileev SR. The questionnaire of the self. V kn.: Praktikum po psikhodiagnos-tike. Psikhodiagnosticheskiye materialy. Pod red. Bodaleva A.A., Karlinskoy I.M., Stolina V.V., Pantileyeva S.R. Moscow, 1988; 123-130 (In Russian).

17. Stolin VV, Sokolova NI. Factor structure of the emotional relationship of man to man. Psikhologicheskiy zhurnal, 1984; 5(2):62-68 (In Russian).

18. Fetiskin NP, Kozlov VV, Manuilov GM. So-cio-psychological diagnosis of personality development and small groups. Moscow, 2002; 20-21 (In Russian).

19. Kjell L, Ziegler D. Theories of Personality. St-Petersburg: Piter, 2003; 608 (In Russian).

20. Shmelev AG, Pokhil'ko VI, Ko-zlovskaya-Tel'nova AY. Workshop on Experimental psychosemantics (thesaurus personality traits). Moscow: Izdatelstvo Moskovscogo Universiteta, 1988; 208 (In Russian).

21. Blascovich J, Tomaka J. Measures of self-esteem. In: Measures of personality and social psychological attitudes, JP Robinson & PR Shaver (Eds.). San Diego, CA: Academic Press, 1991; 115-160.

22. Bosson JK, Swann WB, Pennebaker JW. Stalking the perfect measure of implicit self-esteem: The blind men and the elephant revisited? Journal of Personality and Social Psychology, 2000; 79:631-649.

23. Butler RJ, Gasson SL. Self esteem/Self concept scales for children and adolescents: A review. Child and Adolescent Mental Health, 2005; 10:190-201.

24. Butler RJ. The Self Image Profiles. London: The Psychological Corporation, 2001.

25. Butler RJ, Gasson SL. Development of the Self-image profile for adults. European Journal of Psychological Assessment, 2006; 22(1):52-58.

26. Button E. Personal construct measurement of self-esteem. Journal of Constructivist Psychology, 1994; 7:53-65.

27. Coopersmith S. Coopersmith self esteem inventory. Palo Alto, CA: Consulting Psychologists Press, Inc, 1981; 256.

28. Coopersmith S. The antecedents of self esteem. Palo Alto, CA: Consulting Psychologists Press, Inc, 1967; 283.

29. Dewey J. Theory of valuation. Chicago, IL: University of Chicago Press, 1939; 75.

30. Epstein S. Cognitive-Experiential Self-Theory of Personality. In: Comprehensive Handbook of Psychology. Volume 5: Personality and Social Psychology. Hoboken, NJ: Wiley & Sons, 2003;159-184.

31. Fitts WH, Warren WL. Tennessee Self Concept Scale Manual: Second Edition. Los Angeles, CA: Western Psychological Services, 1996; 118.

32. Gecas V. The self-concept. Annual Review of Sociology, 1982; 8:1-33.

33. Gray-Little B, Williams VSL, Hancock TD. An item response theory analysis of the Rosenberg Self-Esteem Scale. Personality and Social Psychology Bulletin, 1997; 23:443451.

34. Greenwald AG, McGhee DE, Schwartz JKL. Measuring individual differences in implicit cognition: The Implicit Association Test. Journal of Personality and Social Psychology, 1998; 74:1464-1480.

35. Hames JL, Joiner TE. Resiliency factors may differ as a function of self-esteem level: testing the efficacy of two types of positive self-statements following a laboratory stressor. Journal of Social and Clinical Psychology, 2012; 31(6):641-662.

36. Heatherton TF, Polivy J. Development and validation of a scale for measuring state self-esteem. Journal of Personality and Social Psychology, 1991; 60:895-910.

37. Hetts JJ, Sakuma M, Pelham BW. Two roads to positive regard: Implicit and explicit self-evaluation and culture. Journal of Experimental Social Psychology, 1999; 35:512559.

38. Hoge D, Mc Carthy J. Influence of individual and group identity salience in the global se1f-esteem of youth. J of Pers and Soc Psychol, 1984; 47:403-414.

39. Kaplan HB. Deviant behavior and self-enhancement in adolescence. J of Youth and Adolescence, 1978; 7(3):253-278.

40. Koole SL, Dijksterhuis A, van Knippenberg A. What's in a name: Implicit self-esteem and the automatic self. Journal of Personality and Social Psychology, 2001; 80:669-685.

41. Kuhn MH, McPartland TS. An empirical investigation of self-attitudes. American Sociological Review, 1954; 19(1):68-76.

42. Morse S, Gergen KJ. Social comparison, self-consistency, and the concept of self. Journal of Personality and Social Psychology, 1970; 16:148-156.

43. Nuttin JM. Narcissism beyond Gestalt and awareness: The name-letter effect. European Journal of Social Psychology, 1985; 15(3):353-361.

44. Piers EV, Herzberg DS. Piers-Harris 2: Children's Self Concept Scale. Los Angeles, CA: Western Psychological Services, 2002.

45. Robins RW, Hendin HM, Trzesniewski KH. Measuring Global Self-Esteem: Construct validation of a Single-Item Measure and the Rosenberg Self-Esteem Scale. Personality and Social Psychology Bulletin, 2001; 27:151-161.

46. Rosenberg M. Society and the adolescent self image. Princeton, NJ: Princeton University Press, 1965; 326.

47. Rudolph A, Schroder-Abe M, Schutz A, Gregg AP, Sedikides C. Through a glass, less darkly? Reassessing convergent and discriminant validity in measures of implicit self-esteem. European Journal of Psychological Assessment, 2008; 24:273-281.

48. Shavelson R, Hubner J, Stanton G. Self-concept: Validation of construct interpretation. Review of Educational Research, 1976; 46(3):407-441.

49. Tafarodi RW, Milne AB. Decomposing global self-esteem. Journal of Personality, 2002; 70:443-483.

50. Tafarodi RW, Swann WB, Jr. Self-liking and self-competence as dimensions of global self-esteem: Initial validation of a measure. Journal of Personality Assessment, 1995; 65:322-342.

51. Tafarodi RW, Swann WB, Jr. Two-dimensional self-esteem: Theory and measurement. Personality and Individual Differences, 2001; 31:653-673.

METHODOLOGICAL APPROACHES TO THE STUDY OF SELF-ATTITUDE IN PSYCHOLOGY

D.A. ASTRETSOV I.M. Sechenov First Moscow State Medical University, Moscow

The work presents a systematic review of domestic and foreign approaches to self-attitude. There are three main approaches: one-dimensional, structural and functional. The basic principles of each approach are described, with brief characteristics of theoretical concepts within a particular approach and their critical analysis. Also, the problems of methodology and empirical investigation of self-attitude are addressed.

Keywords: self-attitude, self-respect, methodology.

Address:

Astretsov Dmitry A.

Assistant of the Department of Pedagogy and Medical Psychology,

I.M. Sechenov First MSMU, Moscow

E-mail: d.astretsov@gmail.com