Некоторые аспекты биогеохимического перераспределения мышьяка в природных экосистемах Алтая

Подзона интенсивного природопользования

располагается, главным образом, в левобережье Кату-ни. Здесь сочетаются сельскохозяйственная и лесохозяйственная деятельность при некотором приоритете первой, сосредоточены основные пахотные, сенокосные и пастбищные угодья, маральники. В правобережье к подзоне отнесены сельскохозяйственные земли в окрестностях с. Иня.

Подзона умеренного природопользования (4.2) находится, главным образом на территории лесхозов в правобережье Катуни. В левобережье к данной подзоне отнесены несколько кластеров, где особенности ландшафтной структуры предполагают наложение более серьезных ограничений на хозяйственную деятельность. Так, в подзону включены леса верхней части лесного пояса Семинского хребта, крутосклонные ландшафты в истоках притоков Катуни ниже впадения Урсула и лесные ландшафты, примыкающие к Тюгурюкскому болоту.

ВЫВОДЫ. Разработанный проект функционального зонирования территории Онгудайского района:

1) Исходит из того, что стратегия социально-экономического развития Республики Алтай должна базироваться на экологоприемлемых способах эксплуатации природно-ресурсного потенциала.

2) Обеспечивает сохранение всего разнообразия ландшафтов района, как в качестве информационного банка, так и для текущего и будущего рекреационного и регулируемого ресурсосберегающего природопользования.

3) Позволяет охранять, в первую очередь, в пределах заповедной и заказной зоны, отдельных подзон рекреационной зоны, весь список краснокнижных растений и животных, отмеченных в пределах района, а также весть спектр природных сообществ.

4) Поддерживает стабильное состояние традиционных объектов рекреации как важных составляющих рекреационной мотивации туристов.

5) Обозначает наиболее перспективные с точки зрения развития рекреации территории.

6) Не нарушает сложившиеся традиции природопользования, но оптимизирует их для рекреационных и природоохранных нужд.

7) Способствует развитию экологического туризма как наиболее перспективного направления в рекреации, повышению эстетической привлекательности пейзажей и комфортности пребывания рекреантов на территории района.

8) Благоприятствует развитию туристического бизнеса, что позволяет вовлекать местное население в сферу обслуживания туристов.

Библиографический список

1. Красная книга Республики Алтай (растения). Редкие и находящиеся под угрозой исчезновения виды растений.— Новосибирск, 1996.— 131 с.

2. Красная книга Республики Алтай (животные).— Новосибирск, 1996.— 256 с.

3. Зеленая книга Сибири: Редкие и нуждающиеся в охране растительные сообщества.— Новосибирск: Наука, 1996. — 396 с.

4. Красная книга Республики Алтай, особо охраняемые территории и объекты.— Горно-Алтайск, 2002.— 272 с.

Статья поступила в редакцию 07.12.07.

УДК 631.41 : 546.76 : 550.42

С.В. Бабошкина, канд. биол. наук, с.н.с. ИВЭП СО РАН, г. Барнаул A.B. Пузанов, д-р биол. наук, проф., ИВЭП СО РАН, г. Барнаул

НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ БИОГЕОХИМИЧЕСКОГО ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЯ МЫШЬЯКА В ПРИРОДНЫХ ЭКОСИСТЕМАХ АЛТАЯ

Обнаружено естественно высокое содержание валового мышьяка в педосфере Алтая. Растения и природные воды отличаются низкими концентрациями As. Аккумулятивное внутрипочвенное распределение As в горно-лесных почвах Алтая в большей степени определяется биогенными процессами, в степных почвах— испарительным концентрированием. Благоприят-

ными условиями для миграции As отличаются ландшафты ЮгоКлючевые слова: мышьяк, Алтай, биогеохимия, почвы

Мышьяк входит в группу особо опасных загрязняющих веществ и в повышенных концентрациях оказывает токсическое действие на живые организмы. В процессе переработки полиметаллических и золотоносных руд, при сжигании угля и нефти, использовании мышьяксодержащих пестицидов элемент существенно загрязняет окружающую среду [2, 3, 8, 10]. Дальнейшая миграция Лб, его поступление в растительные и животные организмы определяется свойствами почвы.

Незагрязненные почвы мира редко содержат более 10 мг/кг Лб, за исключением областей недавнего вулканизма [12]. Среднее содержание Лб в почвах бывшего СССР составляет 3.6 мг/кг [7], регионы, педосфера которых содержит 10-25 мг/кг, считаются геохимическими провинциями [7, 8].

Оценка кларка мышьяка в водах рек — 3 мкг/л [10], в морской воде его содержание может достигать 10 мкг/л [8].

Восточного Алтая в периоды сезонного увлажнения.

Подземные воды разных районов сильно отличаются по содержанию Лб, высокие его концентрации установлены в углекислых, нефтяных, кислых рудничных водах — до 905 мг/л [10].

Мышьяк входит в состав многих растений, но его биологическая роль изучена недостаточно. Известно, что в растительном организме элемент ускоряет биосинтез этилена [22], увеличивает продукцию некоторых видов болотной растительности [25]. Высокий уровень его биодоступных количеств негативно сказывается на жизнедеятельности растений: замедляется их рост, снижается урожайность, происходит увядание листьев и обесцвечивание корнеплодов [8]. Фитотоксичность Лб интенсивно проявляется на участках с низкими концентрациями органического вещества [23] и снижается при хорошей обеспеченности растений фосфором и серой [12]. Наиболее токсичной формой мышьяка для растений большинством авторов признаются арсениты

[8, 10, 17, 26, 28, 30]. Как анионогенный элемент, мышьяк более интенсивно вовлекается в биологический круговорот в условиях щелочной среды [1]. Среднее содержание мышьяка в растениях, произрастающих на незагрязненных почвах, составляет 0,01-5 мг/кг сухой массы [12]. Гипераккумуляторами мышьяка являются лжетсуга тиссолистная (Pseudotsuga taxifolia) — 8200 мг/кг As в золе [31] и папоротник Pityrogramma calomelanos — 400 мг/кг As на сухую массу [27].

В предыдущих почвенно-геохимических исследованиях Западной Сибири [11, 16] было отмечено, что фоновые концентрации As в педосфере региона сравнительно высокие: превышают российские ОДК [19], не согласуются с европейскими данными для незагрязненных территорий [12, 29]. На Алтае сосредоточена масса полиметаллических и ртутных месторождений, во многих из которых мышьяк является представителем парагенетической ассоциации элементов. Развитие горнодобывающей промышленности на Алтае и хранение отходов горно-обогатительного передела требует повышенного внимания к состоянию окружающей среды. Для региона с напряженной экологической обстановкой изучение содержания и выявление основных закономерностей распределения мышьяка в компонентах окружающей среды имеет большое теоретическое и практическое значение.

Объектами исследования являются основные типы почв и почвообразующих пород, травянистые растения и природные воды Алтая.

Горные хребты Алтая сложены в основном разновозрастными хлорито-серицитовыми сланцами, алевролитами, песчаниками, известняками. Образовавшиеся в результате их гипергенеза физически и химически неоднородные отложения являются основой для формирующихся здесь почв. В пределах высотной почвенной поясности Алтая выделяются пояса: 1) горно-тундровых и горно-луговых почв высокогорий (1600-3500 м), 2) горно-лесных почв среднегорий и низкогорий (6002500 м); 3) лесостепных почв низкогорий (< 600 м); 4) межпоясные районы степных почв котловин и речных долин [21].

Растительный покров Алтая вследствие многообразия природных условий отличается большой сложностью. По мере увеличения высоты происходит последовательная смена степного, лесного, альпийского поясов с существенно различающимися в отдельных частях Алтая типами растительности [21].

Алтай имеет хорошо развитую гидрографическую сеть. Воды рек и озер относятся к гидрокарбонатному классу, общая минерализация изменяется от 20 мг/л в высокогорно-ледниковом гидрологическом районе до 600 мг/л — в районе низкогорий.

Методологической базой для проведения экспедиционных работ послужил сравнительно-географический метод. Почвенные разрезы закладывали в системе ландшафтно-геохимических профилей, их описание и опробование проводилось по генетическим горизонтам. Проанализировано 70 растительных образцов лекарственных растений Алтая и растительных укосов фитомассы в местах разрезов. Были опробованы основные источники водоснабжения, целебные источники и поверхностные воды.

Физико-химические свойства почв определены общепринятыми методами — содержание гумуса — по Тюрину, гранулометрический состав — по Качинско-му, емкость поглощения — по Бобко-Аскинази-Алеши-ну, содержание карбонатов — ацидиметрически, рН — потенциометрически.

Поскольку в природе поглощение элементов растениями из почвы происходит как из почвенного раство-

ра, так и за счет непрерывного синтеза корнем растения кислых растворяющих реагентов (пектиновых, угольных, уксусных кислот) [6], для определения доступных растениям форм мышьяка мы использовали кислотную вытяжку (02н HCl при отношении почва : раствор — 1:10), по методу Кирсанова [13].

Общее содержание мышьяка в почвах определяли количественным плазменно-спектральным методом. Содержание мышьяка в кислотных вытяжках, воде, растениях определяли методом атомной абсорбции на спектрофотометре Perkin-Elmer 3030 Zeeman HGA-60, с электротермической атомизацией.

Статистическая обработка данных проводилась стандартными методами [9, 15] В работе приняты следующие обозначения вариационно-статистических параметров: n — объем выборки; lim — пределы колебания параметров; X — среднее арифметическое; ~х — доверительный интервал, x = Sx 1,96, где s — стандартное

•Jn

отклонение; V,% — коэффициент вариации, r— коэффициент корреляции.

Содержание элемента в педосфере Алтая изменяется от 0.5 до 346 мг/кг, 98% образцов попадают в интервал концентрации от 0.5 до 77 мг/кг. Среднее содержание элемента 17.4±1.0 мг/кг не выходит из диапазона концентраций для незагрязненных почв мира <1 — 95 [5, 12], но заметно превышает среднее содержание в почвах европейской части страны [7] и российские ОДК (2-10 мг/кг) [19], что свидетельствует не о загрязнении территории, а о несовершенстве российских нормативов.

Эта геохимическая особенность педосферы Алтая объясняется фосфоритоносностью отложений Алтае-Саянской горной страны [11, 21] — известно, что мышьяк обладает геохимическим сродством к фосфору [8, 17], и металлогенией Алтая.

Разнообразная минеральная основа почвообразования обусловливает неравномерное содержание мышьяка в педосфере Алтая, высокий коэффициент варьирования (67.4%) и ненормальное статистическое распределение значений: эмпирическая кривая носит двухвершинный характер: с первым пиком (12 мг/кг) совпадает значение среднего содержания As в аккумулятивных почвообразующих породах и почвах песчаного и супесчаного гранулометрического состава; второму пику значений концентрации (21 мг/кг) соответствуют в основном образцы суглинистых почв и почвообразующих субстратов элювиально-делювиального происхождения.

В европейской части России в почвах зонального ряда содержание мышьяка возрастает в ряду тундровые<-лесные почвы< черноземы [5]. В системе высотной почвенной поясности Алтая наблюдается обратная закономерность: горно-тундровые (11.5 мг/кг), горно-луговые (22 мг/кг), горно-лесные (13-22 мг/кг) почвы, формирующиеся на коренных отложениях, отличаются высокими содержаниями мышьяка (в отдельных горизонтах концентрации достигают 50 мг/кг), а песчаные и супесчаные черноземы и каштановые почвы аккумулятивных отложений долин характеризуются меньшими его количествами (в среднем, 12 мг/кг).

Водорастворимые формы мышьяка нами обнаружены только в образцах почв с повышенными валовыми концентрациями элемента: на месте бывшей дислокации военной части, в пределах ореолов рассеяния месторождений.

Среднее содержание подвижных форм As в педосфе-ре Алтая, по сравнению с почвами других регионов [13, 17], довольно высокое и составляет 0.45±0.04 мг/кг, изменяясь от 0.10 до 1.03 мг/кг, распределение значе-

ний близко к нормальному. На долю подвижных форм мышьяка для 70% всех исследованных образцов почв Алтая приходится менее 3% от валового содержания элемента, что согласуется с литературными данными [17]. Отношение Asmoblle/Astotal обратно пропорционально общему содержанию элемента, г = — 0.53. Очевидно, миграционная способность As не определяется валовым его содержанием в педосфере, а зависит от свойств почв и растений.

Содержание As в лекарственных растениях Алтая варьирует в широком диапазоне: от <0,07 до 0.78 мг/кг, среднее содержание составляет 0.16±0.06 мг/кг и 2.74±1.2 мг/кг в пересчете на золу. Более 60% образцов содержат мышьяка менее 0.07 мг/кг сухой массы. Наиболее высоким содержанием микроэлемента отличаются: Panzeria lanata (панцерия шерстистая) — 0.78 мг/кг, Potentilla fruticosa (курильский чай)— 0.65 мг/кг, Plantago media (подорожник) — 0.29 мг/кг, Rhaponticum cartamoides (левзея сафлоровидная) — 0.26 мг/кг.

Коэффициент биологического поглощения мышьяка растениями Алтая в среднем равен 0.41±0.11. По А.И. Перельману (1975), мышьяк также является элементом среднего накопления с КБП = 0.n [20]. Более интенсивным поглощением мышьяка из почвы характеризуются панцерия шерстистая (КБП = 3.45) и курильский чай (КБП =1.24).

Наибольшее содержание мышьяка обнаружено в укосе травянистых растений, выросших под пологом кедрово-лиственничного леса на горно-лесной бурой супесчаной почве (табл. 1, разрез 22-99). Очевидно, за счет перекачивания корнями травянистых растений доступных соединений мышьяка, происходит его накопление в верхнем гумусовом горизонте этих почв.

В процессе формирования аккумулятивного распределения мышьяка в степных почвах Алтая (рис. 1) более значимым фактором является испарительное концентрирование, т.к. в укосах степной растительности (табл. 1, разрез 16-99) его содержание, как правило, минимальное — <0.08 мг/кг.

0 5 10 15 20 25 30 35

- p. 43-88 ч .o. —— p. 32-88 ч^.

—X- - p. 33-88 ч .o. —ф— p. 15-99 ч^.

49-00 ч^. —О— p. 16-99 ч.ю.

—0- p. 18-88 ч .ю.

Рис. 1. Распределение в алового мышьяка в профиле черноземов обыкновенных и южных ествественных фитоцинозов

При сочетании выраженности дернового макропроцесса и хорошего увлажнения (почвы горно-лесная черноземовидная, чернозем слабовыщелоченный — р. 1499 и р. 49-00, табл. 1) в растительных укосах обнаруживаются более высокие содержания мышьяка (0.23 мг/кг), однако, в случае лесного почвообразования это не приводит к накоплению элемента в верхнем почвенном горизонте — возможно, из-за нисходящей внутрипочвенной миграции и закрепления As на карбонатном барьере (рис. 2).

Повышенное содержание валового As в почвах Алтая, сформированных в условиях напряженного литохимического фона, является, очевидно, экологически безопасным для окружающей среды, т.к. содержание подвижных форм в таких почвах не увеличено (рис. 2, разрез 62-00), и чрезмерного поступления мышьяка в растительные организмы не наблюдается (табл. 1). По внутрипрофильному поведению мышьяка почвы ореолов месторождений не отличаются от своих фоновых аналогов (рис. 2, разрез 14-99).

В почвах, формирующихся на крутых склонах трансэлювиальных ландшафтов (табл. 1, разрезы 32-01 и 3301), внутрипрофильное распределение валового мышьяка регрессивное. Высокое содержание подвижных форм As здесь больше способствует пространственной миграции элемента из верхних горизонтов, чем поглощению растениями (табл. 1, р. 32-01).

Рис. 2. Внутрипрофильное распределение мышьяка в горно-лесных черноземовидных почвах Алтая

Таблица 1

Содержание мышьяка в системе почва-растение

Почва Растительность

№ разреза, тип (подтип) As _ (Ad(Anax)) C Формация, ассоциация нижнего яруса As

total moblle

13-99 горно-лесная бурая 27 0.47 Парковый кедровый лес, злаково- 0.l4

суглинистая 22 0.20 разнотравная

22-99 горно-лесная бурая ll 0.45 Кедрово-лиственничный парко- 0.37

супесчаная 7.5 0.l4 вый лес, злаково-разнотравная

14-99 горно-лесная черно- l7 0.57 Парковый лиственничный лес, 0.23

земовидная 20 0.53 злаково-осоково-разнотравная

62-00 горно-лесная черно- 34 0.58 Разреженный лиственничный 0.l2

земовидная над месторож- 49 0.46 лес, разнотравно-злаковая

дением l9 0.59 Разнотравно-бобово-злаковая 0.24

49-00 чернозем обыкновен- ll 0.40 лугово-степь

ный слабовыщелоченный 2l 0.62 Полынно-караганниково-осочко- <0.08

16-99 чернозем южный lO 0.27 вая степь

32-01 горно-тундровая тор- 4.0 0.66 Разнотравно-осоково-злаковый 0.09

фянистая 5.8 0.44 ерник

33-01 горно-лугово-степная 4.2 0.62 Тундро-лугово-степь (остепнен- 0.22

4.9 0.33 ный луг)

Среднее содержание мышьяка в водах Алтая составляет 1.5 мкг/л, изменяясь в пределах <0.5 — 7.3 мкг/ л, более 50% образцов содержат менее 1 мкг/л мышьяка. Относительно высоким содержанием характеризуются поверхностные и подземные водоисточники Юго-Восточного Алтая — до 7.3 мкг/л As, однако, эта величина опасения не вызывает — ПДК мышьяка для вод хозяйственного назначения 50 мкг/л [4]. Обнаруженное повышенное содержание As— 6.9 мкг/л— в скважине поселка Кош-Агач очевидно, связано с влиянием ртутного месторождения Чаган-Узун.

Сопоставив содержание элемента в речных водах Алтая с его концентрацией в горных породах, можно охарактеризовать интенсивность водной миграции [20]. Так, при более высоком среднем содержании мышьяка в суглинистых и глинистых почвообразующих породах Северного Алтая 22.5±3.2 мг/кг (п=15, У=28%) содержание элемента в среднеминерализованных (400500 мг/л) водах рек этого района, берущих начало в среднегорьях, невысокое, в среднем 1.1±0.4 мкг/л. Интенсивность водной миграции мышьяка, рассчитанная по формуле Перельмана [20], в этом районе невелика,

^ 1.1 10-6 г/л 100%

Кх =-----------------— = 0.1

0.4 г/л  22.5 -10-4%

Хотя в профиле горно-лесных и лугово-черноземных промывных почв Северного Алтая мышьяк распределяется регрессивно, это не приводит к увеличению его концентрации в водах: закрепление элемента в иллювиальных горизонтах гидроксидами железа и алюминия [14] препятствует его поступлению с поверхностным и внутрипочвенным стоком в гидрологическую сеть.

Среднее содержание мышьяка в почвообразующих породах Юго-Восточного Алтая сравнительно низкое — 9.2 мг/кг, тогда как концентрация мышьяка в водах рек этого района наиболее высокая — 1.5-2 мг/ кг, при одновременно более низкой общей минерализации рек этого района, имеющих в основном ледниковое питание. Таким образом, коэффициент водной миграции мышьяка в Юго-Восточном Алтая выше,

^ 2.010-6 г /л  100%

Кх =-------- -----— = 2.2

0.2 г/л 9.2 -т-40/»

Высокое содержание мышьяка в подземных водах Юго-Восточного Алтая определяет его аккумулятивное

распределение в степных почвах с непромывным режимом увлажнения, «испарительное концентрирование» в их верхних горизонтах, повышенные концентрации подвижных форм элемента (табл. 3 разрезы 32-01 и 3301). В пределах провинции мышьяк, в периоды сезонного увлажнения, в условиях щелочной среды, очевидно, довольно активно может мигрировать, вовлекаться в биологический круговорот. Поэтому здесь установлено максимальное содержание (0.78 мг/кг сухой массы) и наивысший КБП (3.5) в растении Рамепа 1апа1а.

Поскольку биогеохимическая обстановка сухостепных ландшафтов Юго-Восточного Алтая для миграции As наиболее оптимальная, любое антропогенное вмешательство (например, строительство линейных магистралей через плато Укок в Китай) здесь следует проводить с большой осторожностью и контролем за микроэлементным составом окружающей среды. Известно, что техногенное воздействие, кроме привнесения в окружающую среду химических веществ неприродного происхождения, приводит к увеличению содержания подвижных форм элементов и к их избыточному поступлению в живые организмы [11].

ВЫВОДЫ

1. Содержание мышьяка в почвах Алтая значитель-

но выше кларка и современных российских ОДК, составляет в среднем 17 мг/кг.

2. Содержание подвижных форм мышьяка в почвах Алтая сравнительно высокое, но соотношение с общим количеством в почве не превышает аналогичные показатели для других территорий.

3. Уровни концентрации мышьяка в лекарственных

растениях и природных водах Алтая низкие и находится в пределах мировых фоновых значений.

4. Горно-степные ландшафты Юго-Восточного Алтая в периоды сезонного увлажнения характеризуются наиболее благоприятными условиями для миграции мышьяка и поэтому являются биогеохимически уязвимыми объектами возможных антропогенных нагрузок.

5. В почвах с естественно высоким валовым содержанием мышьяка не наблюдается увеличения интенсивности вовлечения мышьяка в биологический круговорот и значительного изменения в характере внутрипрофильного поведения элемента.

Библиографический список

1. Айвазян, А.Д. Геохимия степных ландшафтов / А.Д. Айвазян, Н.С. Касимов // Вестник Моск. Университета. Сер. География. — 1979.— №3.

2. Бабошкина, С.В., Тяжелые металлы в природных и техногенных ландшафтах Алтая / С.В.Бабошкина, А.В. Пузанов, И.В. Горбачев // Природа. 2007. №3.

3. Баранова, Н.Н. О содержаниях и формах нахождения Au, As, Fe, Sb в минералообразующих растворах золото-сульфидно-тел-луридных месторождений / Н.Н. Баранова, А.Б. Полынский // Геохимия. 1995. №12.

4. Беспамятнов, Г.Н. Предельно допустимые концентрации химических веществ в окружающей среде. / Г.Н. Беспамятнов, Ю.А. Кротов— Л.: Химия, 1985.

5. Ведина, О.А. Атомно-абсорбционное определение и содержание мышьяка в почвах. Автореф. дис. ... канд. биол. наук. — М., МГУ, 1979.

6. Вильямс, В.Р. Почвоведение / В.Р. Вильямс. — М.: «Сельхозгиз». — 1946.

7. Виноградов А.П. Геохимия редких и рассеянных химических элементов в почвах /А.П. Виноградов — М.: Изд-во АН СССР, 1957.

8. Гамаюрова, В.С. Мышьяк в экологии и биологии / В.С. Гамаюрова. — М.: Наука, 1993.

9. Дмитриев, Е.В. Математическая статистика в почвоведении / Е.В. Дмитриев.— М.: МГУ, 1995.

10. Иванов, В.В. Экологическая геохимия элементов: Справочник. В 6 кн. / Под ред. Э. К. Буренкова. Кн. 3: Редкие р-элементы. —

М.: Недра, 1996.

11. Ильин, В.Б. Мышьяк в почвах Западной Сибири в связи с региональным мониторингом окружающей среды / В.Б. Ильин,

Г.А. Конарбаева // Почвоведение. — 1995. — №5.

12. Кабата-Пендиас А. Микроэлементы в почвах и растениях / А. Кабата-Пендиас, Х. Пендиас. — М.: Мир, 1989.

13. Карпова Е.А. Мышьяк в почвах Сихоте-алинского биосферного заповедника: автореф. дис.. канд. биол. наук.— М.: МГУ, 1986.

14. Карпова, Е.А. Поглощение мышьяка почвами и минералами / Е.А. Карпова, Г.В. Мотузова, Н.Г. Зырин // Тр. ин-та эксперим. метеорол. Госкомиздата. — 1987.

15. Лакин, Г.Ф. Биометрия / Г.Ф. Лакин. — М.: Высш. школа, 1980.

16. Мальгин, М.А. Мышьяк в почвах юга Западной Сибири /М.А. Мальгин., А.В. Пузанов // Сибирский экологический журнал — 1996.— №2.

17. Мотузова, Г.В. Соединения микроэлементов в почвах / Г.В. Мотузова. — М.: Эдиториал УРСС, 1999.

18. Ониси, Х. Геохимия мышьяка / Х. Ониси, Э.Санделл // Геохимия редких элементов. — М.: ИЛ. 1959.

19. Ориентировочно допустимые концентрации тяжелых металлов и мышьяка в почвах. Издание официальное. — Гигиенические нормативы 2.1.7.020-94.— М.: Госкомсанэпиднадзор России. 1995. 6 с.

20. Перельман, А.И. Геохимия ландшафта /А.И. Перельман— М.: Высш. школа, 1975.

21. Почвы Горно-Алтайской автономной области / Под. ред. РВ. Ковалева— Новосибирск: Наука, 1973. 352 с.

22. Эмсли, Дж. Элементы / Дж. Эмсли — М.: «Наука», 1993.

23. Barcelo, J. Arsenic and heavy metal contamination of soil and vegetation around a copper mine innorthern Peru / J. Barcelo, J. Bech, C. Poschenrieder // The Science of the Total Environment. — 1997. — №29.

24. Chalmers, A. Geochemical processes affecting the solubility of selenium an arsenic in ground water, Tulare Basin / A. Chalmers //

Amer. Soil. Sci. — 1997. — №4.

25. Delaune, R.D., Arsenic in wetland vegetation: availability, phitotoxicity and effects on plant grouth and nutrition / R.D. Delaune, A.A. Carbonell, M.A. Aarabi, R.P. Gambrell // The Science of the Total Environment.— 1998.— Т 217, №3.

26. Deschenes, L. Partition and speciation of chromium, copper and arsenic in contaminated soils / L. Deschenes, C.F. Balasoiu, G.J.

Zagury // The Science of the Total Environment. — 2001. №3.

27. Goessler, W. Arsenic species in an arsenic gyperaccumulation fern, pityrogramma calomelanos / W. Goessler, K. Francesconi // The Science of the Total Environment. — 2002. — Т 284, №1-3.

28. Gough, L.P. Biogeochemistry of Arsenic and Cadmium, Fortymile River Watershed, East-Central Alaska / J.G. Crock, W.C. Day, J.

Vohden. // Geologic Studies in Alaska by the U.S. Geological Survey. — 1999.

29. Kabata-Pendias, А. Ecological consequences of As, Cd, Hg and Pb enrichment in European soil / А. Kabata-Pendias // Global

Perspectives on Lead, Mercury and Cadmium Cycling. — SCOPE. Published by Wiley Eastern Ltd., 1994.

30. Manninen, K.G. Specification of mobile arsenic in soil samples as a function of pH / K.G. Manninen, M. Pantsar-Kallio //The Science

of the Total Environment. — 1997. — №206.

31. Shacklette, H.T. Toxicity of hearvy metals in the environment / H.T. Shacklette, J.A. Erdman, Th.F. Harms / ed. F. W. Boehme.— N.Y.: Dekker, 1978. — Pt. 1.

Статья поступила в редакцию 17.01.08.

УДК 631.4

А.В. Салтыков, м.н.с., ИВЭП СО РАН, г. Барнаул

А.В. Пузанов, д-р биол. наук, проф., ИВЭП СО РАН, г. Барнаул

ГЕОХИМИЧЕСКИЕ БАРЬЕРЫ И ВНУТРИПРОФИЛЬНОЕ РАСПРЕДЕЛЕНИЕ МИКРОЭЛЕМЕНТОВ В ПЕДОСФЕРЕ ЧЕРНЕВЫХ ЛЕСОВ

Изучено аккумулятивное действие геохимических барьеров в педосфере черневых лесов в зависимости от субстратной породы и элемента склона.

Ключевые слова: геохимические барьеры, биогеохимия, микроэлементы, почвы, черневые леса

Внутрипочвенная миграция микроэлементов в зна- тором для иммобилизации химических элементов,

чительной степени подвержена влиянию геохимичес- которая приводит в некоторых случаях к новообразова-

ких барьеров в педосфере. Именно они являются фак- ниям, вплоть до минералообразования. Вследствие это-