Сословно-корпоративные организации орловского купечества во второй половине XIX - начале XX в

28. Насонов А.Н. // Изв. АН СССР. 1928. № 4-7. С. 350-355.

29. Кокрен У. Методы выборочного исследования. М., 1976. С. 47,48.

30. Рянский Л.М. К вопросу «о вымирании» кре-

постного крестьянства в период кризиса феодализма // Кризис феодально-крепостнических отношений в сельском хозяйстве России (вторая четверть XIX в.): межвуз. сб. науч. тр. Владимир. пед. ин-та. Владимир, 1984.

С. 127-137.

31. Рянский Л.М. Опыт количественного анализа (по данным Курской губернии) // История СССР. 1991. № 2. С. 142-151.

32. Рянский Л.М. Расслоение помещичьего крестьянства Курской губернии по данным подворных описей первой половины XIX в. // Проблемы аграрной истории Центральночерноземного района России в XIX - начале XX века: науч. тр. Курск. гос. пед. ин-та. Курск, 1978. Т. 188. С. 6-7.

33. ГАВО. Ф. 167. Оп. 1. Д. 3933.

34. Журнал сельского хозяйства и овцеводства. 1849. № 7. С. 71-73.

35. Ковальченко И.Д. Хозяйство барщинных крестьян в Рязанской и Тамбовской губерниях в первой половине XIX в. (к вопросу о кризисе феодально-крепостнической системы хозяйства) // Исторические записки. 1956. Т. 56. С. 164.

36. Хок С.Л. Крепостное право и социальный контроль в России. Петровское, село Тамбовской губернии / пер. с англ. М., 1993. С. 43.

37. Машкин. Быт крестьян Курской губернии Обоянского уезда // Этнографический сборник РГО. СПб., 1862. Вып. 5. С. 196.

38. Материалы для статистики России, собираемые по ведомству государственных иму-ществ. СПб., 1859. Вып. 2. С. 250.

39. Ковальченко И.Д. К вопросу о состоянию помещичьего хозяйства перед отменой крепостного права в России // Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы. 1959 г. М., 1961. С. 215-218.

Поступила в редакцию 11.05.2008 г.

Ryansky L.M., Ryansky R.L. Actual problems of source study and history of Russian serf village on the eve of Abolition (on the Chernozen region materials). On the mass sources’ base the authors analyze the condition of Peasants’ and Landlords’ economy of the Central Chernozem region before the Reform 1861 and raise several important questions of source study. At that the sampling technique was applied for main productive potential indexes treatment.

Key words: peasantry, mathematical-statistical methods, Reform 1961, nobility, crop capacity.

СОСЛОВНО-КОРПОРАТИВНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ ОРЛОВСКОГО КУПЕЧЕСТВА ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX - НАЧАЛЕ XX в.1

М.И. Лавицкая

В статье рассмотрены корпоративные органы купечества Орловской губернии во второй половине XIX - начале XX в. Предметом исследования являются принципы организации и направления деятельности сословных учреждений орловского купечества в пореформенный период.

Ключевые слова: сословия, купечество, корпоративные организации.

Понятие «купец» в дореволюционное время ассоциировалось не только с торговопредпринимательскими занятиями. Купцы занимались благотворительностью, меценатством, проявляли активность на служебном поприще, поэтому они были хорошо известны и как общественные деятели.

Неотъемлемой частью деятельности купечества было участие в обществах город-

1 Статья подготовлена при поддержке РГНФ, проект № 07-01-00188а.

ских обывателей и сословного купеческого общества, которое получило свое окончательное оформление в пореформенный период. Если раньше купечество, как и мещанство, составляло часть городского общества, то впоследствии оно было выделено в особое купеческое общество.

Структура и функции органов купеческих корпоративных организаций частично освещались в отечественной историографии в работах А.А. Богданова, И.И. Дитятина,

Н.А. Ивановой, В.П. Желтовой, Б.Н. Миронова, В. А. Нардовой и др. [1-5].

Целью данной работы является изучение сословных учреждений орловского купечества, их структуры и направлений деятельности во второй половине XIX - начале XX в.

В основу исследования легли материалы Государственного архива Орловской области (фонда 4 - Орловского губернского правления и фонда 593 - Орловской городской думы) и периодической печати («Орловского вестника» и «Орловских губернских ведомостей»). Анализ данных источников позволяет проследить процесс функционирования и деятельности корпоративных организаций купечества в одном из провинциальных губернских городов Центрального Черноземья, и тем самым внести свои конкретные штрихи в постепенно складывающуюся общую картину внутрисословной жизни купеческого общества в России.

Во второй половине XIX - начале XX в. действовало два типа купеческих учреждений: старые, к которым относились органы самоуправления (купеческое общество), и новые - сословная общественная организация (купеческий клуб).

Купеческие общества Орловской губернии, состоявшие из купцов обеих гильдий, как и других регионов страны, имели свою систему управления, которая окончательно оформилась в 1870-е гг. Ее распорядительным звеном было собрание членов купеческого общества или, чаще всего, выборных от него. В ведении этого органа находилось принятие решений по всем сферам внутрисо-словной жизни купечества, а также защита интересов местных предпринимателей. Исполнительным звеном являлись должности купеческого старосты и его помощника, которые занимались «управлением» сословием. Они выбирались собранием, после чего утверждались губернатором. Последнее ставило купеческое самоуправление под надзор государственной власти, которая стремилась ограничить доступ на ответственные посты неблагонадежных, с ее точки зрения, лиц, что приводило к конфликтам между купечеством и местной администрацией.

Функции купеческого старосты включали раскладку и сбор податей и повинностей, выдачу удостоверений для получения паспортов, сбор сведений о членах сословия,

требуемых различными учреждениями, исполнение указов от вышестоящих инстанций, касавшихся сословных вопросов, и т. п. Одним словом, закон возлагал на данные должностные лица «попечение о всех делах, относящихся до того сословия, от которого он избран» [6].

Деятельность органов купеческого самоуправления была довольно разнообразной, и ее можно свести к нескольким направлениям. В числе первых фигурировала организация взаимоотношений купечества с различными институтами управления, в т. ч. регулировавшими предпринимательство. Речь идет в первую очередь о присутствиях Орловской казенной палаты. Купеческое общество направляло своих представителей в данное учреждение для защиты интересов местного торгово-промышленного класса. А поскольку присутствий было несколько, то выбор купцов туда занимал заметное место в работе купеческих органов самоуправления. Этому периодически посвящались собрания купеческого общества.

Наряду с этим купеческие органы поддерживали тесные контакты с городским самоуправлением. Предметами сношений являлись выборы в Городскую думу. В этом случае на купеческих старост возлагались обязанности проведения выборных мероприятий в среде купеческого населения. Обычно проблема состояла в неудобном времени выборов. Последние назначались, как правило, на конец декабря, а купцы не могли в них участвовать, т. к. в такое горячее предпраздничное время буквально не выходили из лавок и магазинов. В связи с этим должностные лица искали пути разрешения подобных противоречий. Кроме того, взаимоотношения возникали по поводу финансовых вопросов и различных общественных инициатив купцов.

Купца включала в гильдейское общество Дума после объявления им капитала, но исключало общество. Гильдейское общество, как и мещанское, само облагало себя налогом на общественные нужды. Собрания купеческого общества проходили в здании Городской думы. Созыв на них производился через старост, которые рассылали по городу сборщиков. На собраниях общества составляли приговоры, которые затем поступали на рассмотрение думских гласных.

Старосты за один раз приносили в Думу 3-5 приговоров обществ, а за один год в Думу поступало около 10-20 приговоров от купцов, значит, в среднем в год происходило 3-7 собраний купеческого общества. Приговоры купеческого общества касаются трех предметов: приема и исключения его членов, налогов и выборов [7].

Сложно сказать, насколько самостоятельны были решения гильдейского общества. Есть два упоминания о том, что на них оказывалось давление со стороны городского головы. В отчете стряпчего Шуманского, осматривавшего тюрьму при Городской думе, упоминается некий Оловенников, посаженный туда за то, что на сходке (собрании городского общества) он подал голос, за который голова Ушаков приказал его задержать [8]. Правда, нам неизвестно, какого характера были высказывания Оловенникова. В книге Д.И. Басова «История города Орла» приводятся слова мещанина Д.П. Бакина, произнесенные на собрании городского общества перед чиновником, приехавшим ревизовать Орел. Отвечая на вопрос чиновника, люб ли горожанам городской голова, Д.П. Бакин отвечал: «Он (т. е. голова) - добрый человек; коли сходке быть надобно, то он под этот день нас призовет к себе на двор и поднесет нам по рюмочке вина, и скажет он: о том-то будет сходка, и вы говорите вот что. А кто на сходке скажет другое, то этого сейчас за клин отправляют» [9].

В журналах Думы изредка встречаются упоминания о совместных заседаниях гильдейского и мещанского обществ по поводу выборов ответственных лиц по какому-либо хозяйственному вопросу или о сборе денег на общественные нужды [10].

Вторым направлением в работе купеческого общества было оказание денежной помощи в виде единовременных или постоянных пособий «обедневшим» членам сословия. Для этих целей у каждого купеческого общества имелся специальный благотворительный капитал. Контингент получателей вспомоществования определяло собрание купцов. В городах, где было многочисленное купеческое население, как, например, в Орле, создавались комиссии по выдаче пособий, которые занимались выяснением материального положения нуждавшихся в помощи и определением ее размеров. О важности дан-

ного направления свидетельствует тот факт, что практически на каждом собрании купеческого общества рассматривались просьбы о выдаче пособий [11].

Пособия получали, как правило, вдовы купцов для содержания или обучения детей. Например, в 1888 г. Орловское купеческое общество выдало постоянные пособия вдовам купцов А.И. Климовой (145 руб.) и М.В. Касиловой (82 руб.) для оплаты обучения их сыновей. Орловское купеческое общество тратило на пособия разным лицам ежегодно около 75 % средств [12].

Значительное место в работе купеческих учреждений данного типа занимало представительство интересов местных предпринимателей на разных уровнях. Осуществлялось это в форме подачи записок, участия в деятельности каких-либо органов или создания таковых. Так, в 1899 г. вступило в силу Положение о государственном промысловом налоге, создававшее новую систему податного обложения. Однако почти сразу некоторые положения этого документа стали оспариваться. В 1903 г. купеческое общество г. Ливны выступило с инициативой о снятии «с торговцев круговой поруки по платежу промыслового налога, т. к. такой порядок является тяжелым и ненормальным» [13]. Критиковали купцы и сам порядок обложения налогом, при котором сбор в равной степени распределялся между крупными и мелкими торговцами, хотя их доходы значительно отличались. В связи с этим предлагалось образовать «для мелких торговцев и промышленников особые от крупных участки по платежу раскладочного сбора». Данное ходатайство было признано в Министерстве финансов «заслуживающим уважения», оно заверило купцов, что все их предложения будут учтены при пересмотре Положения [14]. В 1908 г. было созвано совещание по пересмотру Положения о государственном промысловом налоге, на которое был делегирован представитель орловского купечества

Н.П. Канатников, а в губернии была создана специальная комиссия, следившая за ходом работы совещания и информировавшая местные деловые круги о его решениях [15].

Вместе с тем в начале XX в. из-за снижения численности купечества и его экономического влияния учреждения купцов перестают представлять интересы предпринима-

телей. Данная функция переходит к новым представительным учреждениям. В их числе фигурируют в первую очередь биржевые комитеты, в уставах которых защита интересов бизнесменов была закреплена как одна из важнейших их функций. Наряду с данным органом в Орловской губернии появлялись отделы других общественных объединений деловых людей, например, Союза мукомолов и т. п. В 1917 г. к ним добавились отделения Торгово-промышленного союза, действовавшие в губернском и ряде уездных центров.

Завершая характеристику старых купеческих учреждений, следует сказать, что их активность в начале XX в. постепенно снижалась, и, как отмечали сами купцы, порой они забывали о существовании купеческого общества [11]. Типичным явлением в указанный период была неявка членов сословия на собрания общества, вследствие чего они неоднократно переносились. В годы Первой мировой войны деятельность купеческого общества вообще затихает.

Новым сословным учреждением являлся Орловский купеческий клуб, занимавший заметное место среди местных общественных организаций. В июле 1869 г. Министерство внутренних дел утверждает «Устав Орловского купеческого собрания». Согласно уставу купеческое собрание имело целью предоставлять его членам возможность проводить свободное от занятий время в обществе, пользоваться удовольствиями, чтением русских и иностранных газет и журналов, разнообразных книг из находящейся при собрании библиотеки. Кроме того, это собрание предполагало оказание помощи в виде пособий или постоянных пенсий бедным, преимущественно семействам бывших членов собрания. Десятая часть от суммы ежегодного сбора отдавалась для малолетних, призреваемых в доме призрения детей беднейших мещан г. Орла. Эта сумма по прошествии каждого года должна была отсылаться в Орловскую городскую думу [16].

Собрание состояло из действительных членов и членов-посетителей. Действительные члены имели право голоса в делах по управлению собранием, члены-посетители этого права не имели. Действительными членами могли быть только лица торгового сословия, членами-посетителями - лица всех остальных сословий, удостоенных выбора в

это звание посредством баллотирования, гостями - лица всех сословий. Лица, исключенные из собрания, не допускались ни в члены, ни в посетители в течение одного года. Плата за право посещать собрание не превышала 15 руб. в год, причем при взносе денег каждый получал билет за подписью старшин и печатный экземпляр устава, в получении которого расписывался и обязывался в точности исполнять его. Срок для ежегодного возобновления членских билетов назначался с 20 октября по 20 ноября. Не возобновившие в этот срок билетов считались выбывшими из членов собрания. Члены собрания могли приглашать гостей, за поведение которых несли ответственность, пользовались правом голоса при выборе старшин, которые явились непосредственными представителями собрания во всех отношениях. Примечательно, что при таких выборах использовалась университетская система баллотировки, т. е. голосование проходило при помощи белых и черных шаров [16, с. 3].

Управление делами собрания принадлежало общему собранию, совету старшин и ревизионной комиссии. Общие собрания членов были обыкновенные, или ежегодные, и чрезвычайные. На них принимались все основные решения, избирались должностные лица, заслушивались их отчеты.

Управление собранием вверялось на один год восьми старшинам, получившим наибольшее число голосов, из которых избирали одного для заведования хозяйственной частью. Следующие восемь членов по большинству шаров признавались кандидатами для замены старшин в случае их выбытия, болезни или отлучки. Избранный в старшины имел право в любое время отказаться от этого звания. Собранию старшин предоставлялись следующие права: 1) рассматривать мнения действительных членов; 2) назначать пособия бедным из штрафных сумм; 3) утверждать приобретение нового имущества для собрания и другие экстренные расходы до тысячи рублей; 4) рассматривать жалобы на неправильные действия хозяйственного и других старшин; 5) назначать дни балов, маскарадов, семейных вечеров и обедов и определять плату за вход в оные; 6) заботиться о хранении запасного капитала; 7) делать постановления по всем предметам, не касающимся изменения или дополнения ус-

тава. Собрание старшин проверяло месячные и годовые отчеты, и их правильность утверждалась подписью всех старшин. Ответственность за все происшедшие в собрании беспорядки лежала на дежурных старшинах. Членам собрания также предоставлялось право избирать из своей среды не более трех почетных старшин, которые могли участвовать в совещаниях старшин и иметь право на два голоса, а при баллотировке - на два шара. Избранные в почетные старшины носили это звание до тех пор, пока они состояли членами собрания [16, с. 15-16].

Наконец, ревизионная комиссия занималась проверкой документации, состояния финансовых средств собрания и т. п. Последние слагались из членских взносов, платы за игры в карты, вход гостей, штрафов за пребывание в клубе более установленного срока и др.

Собрание носило открытый характер. Его членами могли быть «лица всех сословий и национальностей», кроме женщин, несовершеннолетних, учащихся, низших воинских чинов и «опороченных по суду». Отличие различных категорий членов состояло в том, что первые три имели право на бесплатный вход в собрание, из их числа комплектовались руководящие органы, тогда как члены-посетители не имели права голоса в общих собраниях и не могли избираться в совет старшин и ревизионную комиссию [16, с. 4-5].

На первом месте в деятельности купеческого собрания стояла организация досуга своих членов, что отчасти объясняет причину создания данного учреждения. Это стало прямым следствием изменений в образе жизни купцов, в частности, повышения их культурных запросов, одним из которых было приятное культурное коллективное «времяпрепровождение». Именно на эти цели шла значительная масса денежных средств собрания.

Вечерние собрания, по усмотрению действительных членов, были или ежедневно, или не менее трех раз в неделю с шести часов вечера до двух часов по полуночи, исключая первую и страстную недели Великого поста, первый день Пасхи и канун праздников. В уставе специально оговаривалось, что на таких собраниях табак разрешалось курить во всех комнатах. При проведении же балов, маскарадов, семейных вечеров, музы-

кальных и литературных вечеров курение табака дозволялось лишь в специально предназначенной для этого комнате. В случае пребывания в собрании более двух часов необходимо было заплатить штраф, причем с увеличением времени размер штрафа возрастал. Максимальное количество времени пребывания в собрании составляло пять часов, после чего оставаться не дозволялось ни под каким предлогом.

Приглашенный на бал или маскарад посетитель мог привести с собой двух дам из своего семейства. При этом категорически запрещалось входить в комнаты собрания с оружием, палками, зонтиками и прочими подобными предметами.

В собрании были разрешены коммерческие и другие не запрещенные законом игры. Старшина, заметивший, что кто-либо играет в запрещенную игру, сразу же должен был распорядиться о прекращении игры, а поступок виновного передавался на обсуждение старшин и собрания действительных членов. Никому не запрещалось смотреть на игру, но строго воспрещалось вмешиваться в нее, учить играющих или указывать на ошибки. Нарушители в случае жалобы платили штраф по определению дежурного старшины [16, с. 26-27].

За карты и партии деньги платились сразу по окончании игры. Для предупреждения всяких затруднений и недоразумений по игорным долгам в собрании учреждались памятные записки. Всякий член и посетитель, не уплативший проигрыша, должен был потребовать памятную записку, выставить на ней год, месяц и число, фамилию выигравшего, проигранную сумму и подписать под обязательством свою фамилию. Член собрания, не уплативший полностью долг по игре в восьмидневный срок, считался отказавшимся от звания члена. Его имя вносилось в долговую книгу, объявлялось на черной доске в течение месяца, и возобновление членства было возможно не иначе как по уплате долга и баллотированию вновь.

Самым популярным у членов клуба способом проведения совместных вечеров была карточная игра, которая велась в весьма крупных размерах и затягивалась до глубокой ночи. Одновременно это азартное увлечение служило существенным источником доходов для собрания. Скажем, в 1910 г. от кар-

точных игр было выручено свыше 6 тыс. руб., или 30 % всех доходов клуба [17]. Объясняется это тем, что игра официально должна была заканчиваться в полночь. В противном случае за каждые лишние полчаса игравший платил штраф, который с течением времени увеличивался. Играли также в бильярд и лото.

О деятельности купеческого собрания сообщают разнообразные архивные документы. Скрупулезно фиксирует события, происходящие в купеческом обществе, «Орловский вестник», издатель которого, Анисим Иванович Аристов, являлся членом собрания, а в 1909 г. стал его председателем. Из газетных сообщений видно, что купеческое собрание пользовалось в городе большой популярностью. В дни Нового года здесь радостно встречали гостей, которых было множество, устраивали балы и маскарады. Не пустовало помещение и в обычные непраздничные дни. Плодотворной в этом отношении была деятельность собрания осенью 1912 г. Тогда в последних числах сентября на суд зрителей был представлен спектакль г. Мясницкого «Сгоряча», сбор с которого поступал на усиление «Пожарного общества» (большинство представителей собрания состояли его членами) [18]. А в начале октября в купеческом собрании был дан концерт Обществом вспомоществования бедным воспитанницам Орловской Николаевской женской гимназии, вырученные деньги поступили в фонд оплаты обучения неимущих учениц [19]. Эту серию октябрьских вечеров в купеческом обществе в 1912 г. продолжило Российское католическое благотворительное общество. Сборы с устроенного ими концерта также пошли на благие цели.

Само купеческое собрание представляло собой нечто вроде клуба. Оно занимало трехэтажное здание, в котором на первом этаже размещались галантерейные и табачные магазины, а на втором и третьем этажах - сценический двухсветный зал. Кроме того, здесь были буфет, биллиардная комната и комнаты, предназначенные для карточной, шахматной и шашечной игры. При клубе постоянно функционировал шахматный кружок. В 1914 г. в купеческом собрании играл приглашенный чемпион мира по шахматам Эммануил Ласкер [20].

Необходимо отметить, что за всеми этими развлечениями стояла хозяйственная ра-

бота собрания, отчет о которой регулярно составлялся в конце года. Однако, несмотря на активность в проведении разнообразных мероприятий, обществу приходилось прилагать усилия в бухгалтерии, чтобы избежать дефицита бюджета. Получаемая прибыль обычно была невысока. Только в 1909 г. на устройство увеселительных вечеров потребовалось около 5 тыс. руб., что составляло 50 % всех расходов клуба [21]. Они тратились на проведение любительских спектаклей, маскарадов, концертов. Наряду с этим видное место в жизни собрания занимала организация подписных торжественных обедов и ужинов, которые приурочивались к различным праздничным датам - дням рождения, юбилеям. Они обставлялись достаточно пышно: богатый стол, продукты и напитки для которого закупались в лучших купеческих магазинах. Приглашались музыканты, а также солидные гости, например, губернатор, известные церковные деятели и т. п.

Летом центром отдыха становился Летний сад, примыкавший к дому собрания. Здесь проходили гуляния, во время которых выступали заезжие артисты. Постановки имели место в Летнем театре, построенном на средства купцов в 1910 г. Обычно артистов принимали хорошо. Например, в 1911 г. в Летнем театре состоялся бенефис опереточной певицы П.С. Соколовой. Он прошел с большим успехом, о чем свидетельствуют подарки, преподнесенные Соколовой - золотые часы с бриллиантом, серебряный прибор в дорогом футляре [21].

Наиболее энергичными были последние годы существования собрания. По всей видимости, это было связано с волной общественной активности, охватившей Россию в 1905-1907 гг. В соответствии с законом об обществах и союзах в 1906 г. в Орле появляется масса организаций, и к 1911 г. их насчитывалось более пятидесяти. В этом же году Орловский купеческий клуб переименовывается во II купеческое собрание. К этому времени он уже покинул дом Агошкова, где располагался ранее, и прочно обосновался на втором этаже дома купца Левакова, который стал его последним пристанищем.

Купеческому клубу удалось в достаточно короткий срок приобрести известность. В числе членов клуба фигурировали представители городской аристократии: крупные

бизнесмены, чиновники, дворяне и т. д. Так, в 1914 г. в состав собрания вошли фабричный инспектор Сачковский, торговец Меще-рин, служащий банка Пацких, владелец аптекарского магазина Гуревич, помощник начальника почтово-телеграфной конторы

Кампер, мастер механики Астахов, служащий Попов, служащий страховой конторы Новиков и др. [22].

Управление организацией и хозяйством осуществляли самые уважаемые как в собрании, так и в городе люди. Кроме Аристова, бывшего председателем, в 1914 г. во главе клуба становится Павел Петрович Гайдуков, потомственный почетный гражданин, ктитор церкви дома трудолюбия, член правления Орловского пожарного общества - человек известный и уважаемый [23]. В 1912 г. он был избран почетным членом собрания. Товарищ председателя общества надворный советник Николай Семенович Данской одновременно возглавлял одно из отделений пожарной дружины города. Бывший городской голова Николай Павлович Канатников в 1909 г. состоял членом ревизионной комиссии клуба. Иван Леонтьевич Леваков, избранный в 1913 г. в клубные старосты, являлся в то же время членом исполнительной комиссии по народному образованию, а также гласным уездного земства от второго избирательного собрания [23, с. 90-92].

Примечательным следует считать присутствие в составе клуба лиц разных сословных званий и профессий, что свидетельствует о значительных изменениях в области межсословных отношений. В начале XX столетия происходило сближение сословий не только в экономической, но и, что особенно важно, в культурной сферах. Данная картина диссонирует с ситуацией второй половины

XIX в., когда, как свидетельствовали современники, жители были разделены на «сословные классы» и жили «только интересами своей касты, своего классового кружка. Первенствующее сословие - дворянство - относилось свысока к чиновничеству, последнее третировало купцов, а купцы смотрели на мещан как на людей низшей расы» [24].

В годы Первой мировой войны развлекательная деятельность клуба постепенно свертывалась. На первый план вышла филантропическая работа, направленная главным образом на оказание помощи раненым. В конце

1914 г. купеческое собрание передало свое помещение под эвакуационный военный госпиталь. Для содействия ему был учрежден попечительский комитет во главе с купеческими женами А.М. Гайдуковой и Е.Н. Ка-натниковой, который занимался проведением благотворительных мероприятий в пользу раненых солдат [25]. В целом же в данный хронологический отрезок деятельность рассматриваемого купеческого учреждения тоже затихала.

Таким образом, в пореформенный период в Орловской губернии действовали старые сословные учреждения и были организованы новые. Последнее является свидетельством определенной активизации внутрисо-словной жизни, что было связано с общественным подъемом (объективный фактор) и приходом в сословие деятельных лиц (субъективный фактор). Деятельность купеческого общества сосредоточивалась вокруг нескольких направлений: взаимодействие с местной администрацией и органами самоуправления; оказание помощи обедневшим членам сословия; защита интересов предпринимателей на разных уровнях. Однако в связи с уменьшением численности купечества и ослаблением его экономических позиций последняя функция постепенно переходила к другим учреждениям деловых людей.

Новый сословный институт - купеческое собрание - предназначался только для организации культурного досуга купцов и членов их семей. Для этого устраивались различные увеселительные мероприятия. Клуб был открытым, но элитным заведением, поскольку в нем членствовали представители привилегированных слоев города.

Внутрисословная жизнь орловского купечества характеризовалась неоднозначностью. В начале XX в. под воздействием объективных и субъективных факторов она активизировалась, но постепенно деятельность традиционных сословных купеческих учреждений затихла.

1. Богданов А.А. Городское самоуправлении в России. М., 1906.

2. Дитятин И.И. Устройство и управление городов России. СПб., 1875.

3. Иванова Н.А., Желтова В.П. Сословно-классовая структура России в конце XIX - начале

XX века. М., 2004.

4. Миронов Б.Н. Социальная история России периода империи (XVIII - начало XX в.): в 2 т. СПб., 1999.

5. Нардова В.А. Городское самоуправление в России в 60-х - начале 90-х годов XIX века. Л., 1984.

6. Свод законов Российской империи. СПб., 1899. Т. 9. Ст. 665.

7. Государственный архив Орловской области (ГАОО). Ф. 593. Оп. 1. Д. 130. Л. 5об., 484об.-486об.; 7, 44, 377об., 488об.-489; 59об, 103104; 348-350. Журналы заседаний думы.

1.01.1897 - 31.12.1897.

8. ГАОО Д. 192. Л. 471-472. Журналы заседаний думы. 1.01.1894 - 29.12.1894.

9. Басов Д.И. История города Орла // Истории русской провинции. 1995. № 4. С. 22.

10. ГАОО. Ф. 593. Оп. 1. Д. 130. Л. 84об.-85, 126об.-127, 274. Журналы заседаний думы.

1.01.1897 - 31.12.1897.

11. ГАОО. Ф. 593. Оп. 1. Д. 7658. Л. 1-3об.

12. ГАОО. Ф. 4. Оп. 1. Д. 85. Л.17, 34.

13. ГАОО. Ф. 4. Оп. 1. Д. 135. Л. 1.

14. ГАОО. Ф. 4. Оп. 1. Д. 135. Л. 10-10об.

15. Орловские губернские ведомости. 1908. 26 апр.

16. Устав Орловского купеческого собрания. Орел, 1899. С. 2.

17. Отчет Орловского купеческого собрания за время с 23 января по 1 ноября 1909 г. Орел, 1909. С. 19.

18. Орловский вестник. 1912. 28 сент.

19. Орловский вестник. 1912. 15 окт.

20. Емельянов В. Судьба купеческого собрания // Дело. 1992. № 2. С. 8.

21. Отчет Орловского купеческого собрания за время с 23 января по 1 ноября 1909 г. Орел, 1909. С. 19-21.

22. Емельянов В. Судьба купеческого собрания // Дело. 1992. № 2. С. 5, 8.

23. Орловское купеческое собрание // Краеведческие записки. Орел, 1998. Вып. 2. С. 90.

24. Плетнев И. Т. Воспоминания шестидесятника // Наша старина. 1915. № 7. С. 656.

25. Орловский вестник. 1914. 25 дек.

Поступила в редакцию 18.03.2008 г.

Lavitskaya M.I. Estate-corporate organizations of Orel merchants in the second half of the XIX - early XX centuries. The article gives a detailed studying of the corporate organs of merchant class of Orel province in the second half of the XIX - early XX centuries. The subject of the research is devoted to the principles of organization and directions of work of estate establishments of the Orel merchants after the period of reforms.

Key words: estates, merchant class, corporate organizations.

ОРГАНИЗАЦИЯ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ДОМОВ ТРУДОЛЮБИЯ В ГУБЕРНИЯХ ЦЕНТРАЛЬНОГО ЧЕРНОЗЕМЬЯ В КОНЦЕ XIX - НАЧАЛЕ XX в.

(По материалам Курской и Тамбовской губерний)1

Л.С. Гатилова

Статья посвящена истории благотворительности, трудовой помощи в России в конце XIX - начале XX в., возникновению и развитию домов трудолюбия в губерниях Центрального Черноземья (Курской и Тамбовской).

Ключевые слова: благотворительность, общественное призрение, трудовая помощь, дома трудолюбия, нищенство.

В конце XIX - начале XX в. в России одной из форм организации трудовой помощи являлось повсеместное создание домов трудолюбия. Современное толкование домов трудолюбия дано в энциклопедическом словаре: «Дома трудолюбия - это благотвори-

1 Работа выполнена при финансовой поддержке Российского Гуманитарного научного фонда (РГНФ), проект № 07-01-72102-а/ц 2007 г.

тельные заведения, осуществляющие трудовое перевоспитание нищих путем предоставления им работы и приюта» [1]. Основателем первого дома трудолюбия был Иоанн Кронштадтский, в 1881 г. открывший такое заведение. Он был сооружен в память Александра II на значительные пожертвования императорской семьи. Начав свою работу в самых скромных размерах, в течение одного 1896 г.