Эвакуированные предприятия тяжелой промышленности в экономической ситуации Челябинской области 1941-1946 годов

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 9 (224). История. Вып. 44. С. 63-67.

ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА И ПОСЛЕВОЕННОЕ ВРЕМЯ

А. В. Чуриков

ЭВАКУИРОВАННЫЕ ПРЕДПРИЯТИЯ ТЯЖЕЛОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ

В ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИТУАЦИИ ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ 1941-1946 ГОДОВ

В данной статье, на основе широкого круга источников, раскрываются основные проблемы функционирования эвакуированных предприятий тяжелой промышленности в Челябинской области. Анализируются экономические показатели перебазированных предприятий и влияние эвакуации на металлургию и оборонно-промышленный комплекс Челябинской области.

Ключевые слова: эвакуация, мобилизационная модель экономики, Челябинская область, тяжелая промышленность.

Неблагоприятный ход боевых действий на советско-германском фронте во второй половине 1941 г. вынудил советское правительство организовать срочную эвакуацию промышленного потенциала прифронтовых районов в глубокий тыл. Эвакуация тяжелой промышленности направлялась решениями высших органов власти - Совета народных Комиссаров и Государственного Комитета Обороны. Все расходы по перемещению производственного потенциала ложились на государственный бюджет1. Высшим руководством государства были определены четыре основных направления эвакуационных потоков: города Поволжья, промышленные предприятия Урала, Средняя Азия и Сибирь. Важнейшим районом в размещении эвакуированных предприятий был Южный Урал. Этот регион обладал удобным географическим расположением, средоточием железнодорожных узлов и переправ, неисчерпаемым запасом полезных ископаемых.

В июле 1941 г. начинается планомерная подготовка к приему эвакуированных предприятий в Челябинской области. Накануне войны в области возникли новые производства - современные предприятия металлургического и машиностроительного профиля, именно они должны были стать базой для размещения высокотехнологичных производств южных и западных заводов.

В работах историков уральской научной школы и специалистов по истории военной экономики неоднократно предпринимались попытки определить количественный состав предприятий, перебазированных в Челябинскую область. А. Ф. Васильев в

1961 г. выделяет 320 предприятий, эвакуированных на Южный Урал (Челябинская и Оренбургская области)2. В издании «Партийная организация Челябинской области в Великой Отечественной войне» количество эвакуированных в область предприятий конкретизируется. В данном издании 1967 г. появляется информация о 200 промышленных предприятиях, перемещенных в Челябинскую область3. Современные исследователи, как правило, оперируют цифровыми данными 1967 г. Так, в статье В. Н. Новоселова находим данные об эвакуации в Челябинскую область 200 промышленных предприятий. В. Н. Парамонов, анализируя проблемы в перебазировании промышленности, также использует аналогичные цифровые данные4.

В последние десять лет были сняты многие ограничения на секретную документацию региональных архивов. Это позволило нам с большей степенью достоверности подойти к вопросу о количественном и качественном соотношении эвакуированного оборудования. В специальном секретном отчете, подготовленном отделом промышленности и вторым секретарем обкома Челябинской области для руководителя комитета ВКП (б) Н. С. Патоличева, содержалась следующая информация: «...по решению ГКО и Совета по эвакуации при СНК СССР в Челябинскую область было эвакуировано 178 предприятий, 12-ти союзных наркоматов. В указанное число предприятий входят, как заводы, оборудование которых полностью эвакуировано, так и заводы, оборудование отдельных цехов которых, прибыло в нашу область».

Из этого количества перебазированных предприятий большинство составили заводы тяжелой индустрии: 54 завода черной металлургии, 11 предприятий наркомата цветной металлургии, 21 предприятие танкового профиля, 4 предприятия авиационной промышленности, 10 заводов среднего машиностроения, 13 наркомата вооружения, 34 наркомата боеприпасов, 6 наркомата электропромышленности и 1 предприятие наркомата химической промышленности. Всего 154 завода и фабрики. Из них 44 были восстановлены как самостоятельные единицы, 110 влились в состав действующих предприятий5. Наибольшее количество вновь организованных производств падало на оборонные наркоматы. Оборонная промышленность, находившаяся, по словам историка В. Н. Новоселова, в стадии становления, получила мощный импульс развития6.

Процесс интеграции эвакуированного оборудования в экономику Челябинской области растянулся на два года и был закончен только в середине 1943 г. Особо напряженным стал «пусковой период» июля - декабря 1941 г. Монтаж эвакуированной техники совпал с организационной перестройкой местной промышленности и вызвал многочисленные сбои, как на местных, так и на эвакуированных предприятиях.

Размещение эвакуированных производств и их интеграция в экономику Челябинской области сдерживались состоянием производственных помещений. Для устройства перебазированных производств использовались резервы непроизводственных зданий: театры, гаражи, церкви, подвалы. Восстановление эвакуированных предприятий представляло собой очень трудоемкий и сложный процесс. Оборудование поступало некомплектно, хранилось ненадлежащим образом, портилось и приходило в негодность. Процесс восстановления затруднялся также целым рядом объективных сложностей. В докладной записке руководства завода № 34 НКАП, эвакуированного в город Троицк, сообщалось, что «предоставленные заводу помещения территориально расположены в трех точках города, разобщенных жилыми кварталами, а сама площадка расположена в 4 км от железнодорожной ветки на противоположном берегу р. Увелки. Площадь помещений, отведенных для цехов, составляет около 40 % к площади, на которой базировался завод в Москве.

Централизованной системы электроснабжения в городе нет. Каждое промышленное предприятие снабжается электроэнергией от собственных силовых установок. Из огромного оборудования прибыло в город Троицк и установлено на промышленную площадку завода 207 станков, 3 компрессора и ряд приспособлений. Пуск цехов может затянуться из-за отсутствия электроэнергии, кислорода и ацетилена»7. В ряде случаев для устройства эвакуированных предприятий использовались площадки «замороженных» строек второй пятилетки. В Миассе, например, для размещения московского автозавода им. Сталина была выделена строительная площадка оборонного завода № 3168. В Магнитогорске на базе строительства метизного завода был возведен Калибровочный завод НКЧМ9.

Ранней осенью 1941 г. специально для восстанавливаемых предприятий начали отстраивать новые помещения. Но производственными зданиями назвать их можно было только условно. Постановлением СНК СССР от 11 сентября 1941 г. «О строительстве промышленных предприятий в условиях военного времени» наркоматам и ведомствам разрешалось на время войны строить для основных и вспомогательных цехов здания временного типа с расчетом на сокращенные сроки экс-плуатации10.

Директор Челябинского металлургического комбината, организованного на базе эвакуированного оборудования, Я. И. Сокол, вспоминал: «...недалеко от жилых бараков расположились, если можно так выразиться, производственные помещения. Это - наскоро сколоченные деревянные сараи, в которых разместилось оборудование основных цехов завода. Внутри их были установлены на шпальных клетках станки, ремонтировавшие отдельные детали. Уж очень несерьезно звучали написанные на сараях углем вывески: "доменный цех", "прокатный", "электросталеплавильный"»11.

Во второй половине 1941 - начале 1942 г. была организована охрана эвакуированных предприятий. Охрана промышленных объектов в первой половине 1941 г. производилась по инерции, по законам мирного времени. Например, штат вахтеров перебазированного завода «Калибр» был укомплектован из женщин, которые были «очень плохо проинструктированы и неудовлетворительно выполняли пропускной режим»12. В 1942 г., когда «на

охраняемых объектах участились пожары, взрывы и другие аварии», было решено усилить охрану13. Но в условиях военного времени, когда большинство активных мужчин было призвано на фронт, организация охраны была делом сложным. По штату Кировскому заводу предполагалось содержать в охране 858 человек, но с большим трудом удалось найти 586 человек14.

Часть эвакуированного оборудования так и не была доставлена к монтажным площадкам. Путаница в документах, некорректная работа железных дорог, аврал и неразбериха военного времени привели к тому, что по обочинам дорог, на промышленных площадках, на складах и базах находилось ценное оборудование, не имеющее владельца. Специально для сохранения материальных ценностей эвакуированных предприятий в Челябинской области была организована база бездокументных грузов. 11 сентября 1941 г. решением Совета по эвакуации в г. Челябинске при областном исполкоме была создана база для разгрузки бездокументных грузов эвакуированных предприятий15.

Важнейшей задачей руководителей эвакуированных предприятий в Челябинской области было максимально быстрое развертывание производства и выпуск оборонной продукции. Но именно здесь и возникли первые технические сложности. Заводы восстанавливались крайне медленно. К 25 ноября 1941 г. в Челябинской области вступило в строй полностью или частично 29 заводов, большинство из которых не могло освоить производственную программу16. Причинами низкой технологической активности эвакуированных предприятий были перебои с подачей электроэнергии, сырья, технической воды и т. д. Помещения, не предназначенные для крупных технических операций, не позволяли развернуть производство на полную мощность. Выполнение государственной программы эвакуированными предприятиями составляло 60-70 % от нормы. Миасский филиал Московского автозавода им. Сталина план 1941 г. по сборке моторов выполнил на 77,5 %17. Кировский завод в Челябинске в конце 1941 - начале 1942 г. произвел 70,2 % танков, сорвав тем самым производственную программу18.

Продукция, выпускаемая перебазированными предприятиями в 1941-1942 гг., не отвечала государственными стандартам.

Изделия, уходившие в брак, тяжелым бременем ложились на советскую экономику. Брак по изделиям эвакуированного завода № 613, разместившегося в г. Касли, составил в 1942 г. 22,4 % от себестоимости продукции19. Кировский завод в Челябинске в 1943 г. произвел 4,3 % некачественной продукции, что в стоимостном выражении составляло 65711

тыс. р.20

Инспекция ЦК ВКП (б), работавшая в 1942 г. в Магнитогорске, зафиксировала, что качество продукции на Магнитогорском металлургическом комбинате систематически ухудшалось - увеличивался брак. На комбинате ежемесячно в среднем браковалось до 20 тыс. т металла. Из-за систематического нарушения технологии сталеварения большое количество качественного металла переводилось в рядовые марки. В подавляющем большинстве случаев причиной высокого брака было несоблюдение технического регламента производства. Однако несоблюдение регламента было следствием целого комплекса проблемных факторов, в том числе, низкой технологической дисциплины, перебоев в снабжении электроэнергией, отсутствием запасных частей и ремонтной базы эвакуированных заводов. Качество производимой эвакуированными предприятиями продукции улучшилось в середине 1943 г. В 1944 г. эвакуированные заводы перешли на выпуск но-21

вых видов продукции21.

Проблемы эффективности производства эвакуированных предприятий усугублялись отсутствием проверенных временем внешних поставщиков. Снабжение электроэнергией, технической водой перебазированных предприятий оставалось острой проблемой вплоть до конца войны. Энергетическая система Южного Урала создавалась до войны и не была рассчитана на массовый приток потребителей в 1941-1942 гг.

Д. Г. Жимерин, ответственный работник наркомата электростанций в годы войны, отмечал: «.немало трудностей пришлось преодолеть энергетикам Урала. На Урал непрерывным потоком шли эшелоны с демонтированным оборудованием. Нагрузка на Уральскую энергосистему росла буквально не по дням, а по часам. Мощность Уральской системы к началу 1942 г. составляла 723 тыс. киловатт, небольшие резервы были быстро исчерпаны, наступил кризис электроснабжения. В 1942-1943 гг. для усиления Уральскую

энергосистему разделили на Пермскую, Свердловскую и Челябинскую»22.

В декабре 1941 г. расход электроэнергии увеличивался ежедневно на 1-2 мегаватт, а восстановление эвакуированных предприятий увеличило расход электроэнергии в январе 1942 г. на 100 мегаватт, что имеющиеся электростанции не в состоянии были обеспечить из-за большого недостатка мощности. Потребность в электроэнергии предприятий, работающих на оборону, покрывалась за счет ежедневного ограничения потребителей на 64 мегаватт вечером и 12 мегаватт круглосуточно, выключения освещения городов и рабочих поселков на 35 мегаватт23. В течение 1942-1943 гг. правительство было вынуждено ограничить поставки электроэнергии некоторым цехам и переделам промышленных предприятий. В первую очередь, любой ценой обеспечивались электроэнергией предприятия, работающие на вооруженные силы, - танковые заводы, предприятия наркоматов вооружения и боеприпасов24.

Восстановление эвакуированных предприятий и выход их на новые горизонты производства в 1944 г. вновь сделал актуальной проблему энергоснабжения. В докладе председателю Госплана СССР Н. А. Вознесенскому плановики области обозначили основные недостатки энергосистемы Южного Урала: невыполнение сроков ввода в эксплуатацию новых генерирующих мощностей и неудовлетворительное состояние действующего оборудования электростанций25. Решение этой проблемы заключалось в модернизации энергосетей Челябинской области, которая была осуществлена только после 1945 г.

Трудности восстановления эвакуированных производств в Челябинской области были связаны с диспропорцией размещения. Прибывшие в 1941-1942 гг. оборонные предприятия не имели достаточной базы для быстрого развертывания производства. 54 предприятия металлургического профиля были размещены на «родственных» заводах черной металлургии. 78 заводов оборонного профиля размещались в необорудованных помещениях, т. к. оборонная промышленность Челябинской области находилась в стадии становления. Малая часть оборонных предприятий была развернута на действующих производствах. Проблемы «устройства» напрямую сказывались на количестве производимой продукции. Эти данные под-

тверждаются статистической информацией. Эвакуированные предприятия оборонно-промышленного комплекса выполнили государственную программу 1942 г. на 78 %, в то время как показатель металлургических предприятий доходил до 92 %26. Местную промышленность приходилось усиливать для размещения современных промышленных комплексов юго-западных районов СССР. Дисбаланс черной металлургии и оборонных производств был преодолен в середине 1943 г.27 30 июля 1943 г. Челябинский обком партии сообщил в ГКО о том, что эвакуированные в Челябинскую область предприятия перешли к систематическому выполнению государственной программы28. Кировский завод в Челябинске в первой половине 1943 г. довел выпуск бронемашин с 1055 до 4400 единиц29. Магнитогорский металлургический комбинат увеличил производство, за тот же период времени, с 3890 тыс. т до 5259 тыс. т черного металла30. Рост производства был связан, в основном, с тем, что оборонные предприятия преодолели трудности размещения и развернули полный цикл производства.

Параллельно с восстановлением эвакуированных производств в 1942 г. начинается процесс реэвакуации. В 1942 г., в связи с улучшением обстановки под Москвой, ГКО было принято решение передать оборудование эвакуированных заводов Челябинской области для завода имени Калинина и Климовского завода. В числе этих заводов были названы завод Комега НКТМ, завод имени 1905 года НКПС, завод № 67 НКБ, «Красный пролетарий», Молотовский завод шлифовальных станков НКТП31. В годы войны высшее руководство СССР считало нецелесообразным перемещение промышленных мощностей из тыловых районов в освобожденные от фашистов области, это могло бы подорвать экономику и дезорганизовать работу тыла. После окончания войны предприятия, эвакуированные на Урал, решено было не подвергать реэвакуации вообще. В условиях начинавшейся «холодной войны» правительство нуждалось в мощном атомном машиностроении, которое можно было организовать на базе эвакуированных оборонных производств. Челябинская область, по планам высшего руководства, должна была стать базой атомной промышленности СССР. Восстановление разрушенных предприятий планировалось осуществлять за счет новых финансовых вло-

жений. В отношении районов, подвергшихся оккупации, речь шла не просто о восстановлении разрушенных предприятий, а о новом капитальном строительстве в огромных масштабах, когда наряду с восстановлением и переоборудованием старых предприятий зачастую создавались целые новые отрасли машиностроения32.

Таким образом, эвакуация и размещения предприятий тяжелой промышленности были сопряжены с многочисленными экономическими сложностями. Одной из основных проблем вплоть до начала 1944 г. оставалось качество выпускаемой продукции (до 30-40 % уходило в брак). Ликвидация диспропорций размещения способствовала скорейшему восстановлению эвакуированных производств. В середине 1943 г. эвакуированные предприятия вышли на 100 % выполнения государствен-

33

ной программы33, а промышленное производство Челябинской области в целом превысило в 4,5 раза показатели довоенного 1940 г.34 После войны эвакуированные предприятия остались на Южном Урале, превратившись в базу советского военно-промышленного комплекса.

Примечания

1 ГАРФ. Ф. 6822. Оп. 1. Д. 131. Л. 1-2.

2 Васильев, А. Ф. Деятельность партийных организаций Южного Урала по размещению эвакуированных предприятий в 1941-1942 годах // Вопр. истории. 1961. № 6. С. 63.

3 Партийная организация Челябинской области в Великой Отечественной войне. 19411945 : сб. док. и материалов. Челябинск, 1967. С. 28.

4 Парамонов, В. Н. Динамика промышленности РСФСР в 1941-1945 гг. Самара, 2005. С. 65; Новоселов, В. Н. Этапы развития оборонно-промышленного комплекса на Южном Урале (1930-1960-е гг.) // Война. Культура. Победа : материалы Урал. науч. форума «Роль Урала как арсенала Победы». Челябинск, 2005. С.39.

5 ОГАЧО. Ф. 288. Особый сектор. Оп. 6. Д. 114.Л. 2.

6 Новоселов, В. Н. Этапы развития оборонно-промышленного комплекса... С. 39.

7 ОГАЧО. Ф. 288. Оп. 4. Д. 145 Л. 7-9.

8 ОГАЧО. Ф. 1640. Оп. 1. Д. 6. Л. 20.

9 Магнитогорск : крат. энцикл. Магнитогорск, 2003. С. 207.

10 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам : сб. док. за 50 лет : в 5 т. 1917-1967. М., 1968. Т. III. 1941-1952 гг. С. 49.

11 ОГАЧО. Ф. К-288. Оп. 3. Д. 10. Л. 4, 6.

12 ОГАЧО. Ф. 915. Оп. 1. Д. 60А. Л. 13.

13 ОГАЧО. Ф. Р-792. Оп. 3. Д. 98. Л. 2.

14 ОГАЧО. Ф. Р-792. Оп. 3. Д. 98. Л. 32-33.

15 ГАРФ. Ф. 6822. Оп. 1. Д. 456. Л. 22.

16 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 121. Д. 124. Л. 29-30.

17 РГАЭ. Ф. 8115. Оп. 2. Д. 248. Л. 66.

18 ОГАЧО. Ф. Р-276. Оп. 7. Д. 252. Л. 31.

19 ОГАЧО. Ф. 276. Оп. 7. Д. 252. Л. 31.

20 ОГАЧО. Ф. 792. Оп. 14. Д. 128. Л. 10.

21 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 121. Д. 219. Л. 131.

22 Жимерин, Д. Г. Советская энергетика в Великую Отечественную войну и в первые послевоенные годы // Вопр. истории. 1986. № 12. С. 94-95.

23 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 121. Д. 88. Л. 87-89.

24 ГАРФ. Ф. 8131. Оп. 19. Д. 6. Л. 3.

25 ОГАЧО. Ф. Р-804. Оп. 12. Д. 711. Л. 20-22.

26 ОГАЧО. Ф. 804. Оп. 13. Д. 9. Л. 2.

27 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 121. Д. 219. Л. 131.

28 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 122. Д. 34. Л. 7.

29 Ермолов, А. Ю. Танковая промышленность СССР в годы Великой Отечественной войны. М., 2009. С. 291.

30 Антуфьев, А. А. Уральская промышленность накануне и в годы Великой Отечественной войны. Екатеринбург, 1992. С. 127.

31 ОГАЧО. Ф. 288. Оп. 42. Д. 20. Л. 56-57.

32 История социалистической экономики СССР : в 7 т. Восстановление народного хозяйства СССР. Создание экономики развитого социализма. 1946 - начало 1960-х гг. М., 1980. С. 60.

33 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 122. Д. 34. Л. 8.

34 Агарышев, П. Г. Промышленность Челябинской области в годы Великой Отечественной войны // Победа Октябрьской революции на Урале и успехи социалистического строительства за 50 лет Советской власти. Свердловск, 1968. С. 68-70.