Слово-полисемант и лексико-семантическая система: черты изоморфизма

category or may be fall under the category, their main characteristics and the ways how and with which types of relations could they be linked with other categories are examined. The opinions of ancient and old Chinese philoso-

phers on the theory of symbolic origin of names are analyzed.

Key words: ontology; category; proper name; ancient period; Old Chinese period.

УДК 811.161.1’373

СЛОВО-ПОЛИСЕМАНТ И ЛЕКСИКО-СЕМАНТИЧЕСКАЯ СИСТЕМА:

ЧЕРТЫ ИЗОМОРФИЗМА

© А.Р. Попова

Полисемантичное слово как сложная единица, как совокупность лексико-семантических вариантов обнаруживает черты изоморфизма с лексико-семантической системой языка. В статье показан ряд аналогий, существующих между двумя данными структурами. Сопоставление произведено на примере лексемы рука, обладающего богатой полисемий в национальном русском языке.

Ключевые слова: полисемия; лексико-семантическая система; значение; лексическая деривация.

Вопрос о наличии изоморфизма полисемантичного слова и лексико-семантической системы представляет собой аспект проблемы соотношения частного и общего: структурной единицы глобальной системы и самой данной системы. Поскольку слово-поли-семант не является минимальной, элементарной составляющей лексического уровня и представляет собой иерархически выстроенную систему лексико-семантических вариантов (далее - ЛСВ), соотношение полисеманта и лексико-семантической системы не сводится к формуле «часть - целое»; между данными сложными образованиями обнаруживаются черты аналогии.

Исследование полисемантичного слова -системной единицы лексического уровня -позволяет выявить, что полисемант, подобно зеркалу, отражает происходящие в лексике явления, процессы, закономерности и даже в некоторых аспектах повторяет ее организацию.

Как известно, лексико-семантическая система (далее - ЛСС) характеризуется многообразием связей и отношений ее единиц. Помимо внешних, межсловных семантических связей и связей словообразовательных, в ЛСС наличествуют и связи внутрисловные, имеющие место между ЛСВ полисеманта, «определяющие смысловой рисунок полисемантичных слов» [1]. Связи этого типа не в меньшей степени обеспечивают жизнь и функционирование лексической системы.

Рассмотрим основные характеристики слова-полисеманта как микросистемы, как единства взаимосвязанно функционирующих элементов в целях сопоставления их с характеристиками ЛСС. Для анализа свойств многозначной лексемы целесообразно избрать полисемант с развитой полисемией, предполагающей наличие сложных семантических и деривационных отношений между его ЛСВ, известный различными своими значениями нескольким формам существования языка (литературный язык, народные говоры, жаргон, профессиональная сфера). В частности, показательным примером является существительное рука, насчитывающее в национальном русском языке 32 значения (количество значений и семантическая структура данного слова выявлены по данным семнадцати словарей-источников различного типа -словарей литературного языка, словарей народных говоров, словарей жаргона).

Богатая, развернутая полисемия у существительного рука в национальном языке объясняется действием максимального количества факторов, активизирующих развитие многозначности, - экстралингвистических, системно-языковых и внутрисловных.

1. Экстралингвистические факторы являются первичными и отражают объективную потребность носителей языка в номинации той или иной реалии. К таковым относятся прагматическая значимость обозначаемого предмета и степень его освоенности

носителями языка. Невозможно отрицать важность реалии, обозначаемой словом рука в его первичном значении, а также степень детальной ее освоенности. Собственное тело (его составные части, особенности, функции) оказывается актуальным для человека объектом, нуждающимся в номинации, поскольку тело, во-первых, является доступным для освоения, изучения (по крайней мере, внешнего), и, во-вторых, выступает как средство взаимодействия, контактирования с окружающим миром, а также как средство познания мира. Можно сказать, что рука - составная часть «функционального пространства» [2] человека. Руки - не просто орудие трудовой (и не только) деятельности, но и средство ориентации в пространстве, средство общения людей [3] - необходимый «участник» различных жестов, выражающих чувства, эмоции, намерения по отношению к собеседнику. Поэтому многообразие функций рук и, соответственно, многообразие связанных с этим полифункциональным органом предметов реального мира, представлений, ассоциаций и т. п. находит отражение в системе значений полисеманта рука.

2. Системно-языковые факторы обусловливают поиск и выбор данного номинанта в ряду других как заполнителя соответствующей ниши при недостаточности, нерезульта-тивности, несоответствии определенным задачам иных номинантов. Не вызывает сомнений принадлежность первичного ЛСВ -источника развернутой полисемии - к «основному словарному фонду», а значит, и его общеизвестность, общеупотребительность, частотность, включенность в активный словарный запас. Первичный соматический ЛСВ слова рука - активный участник парадигматических отношений и в литературном языке, и в народных говорах: синонимических и гиперо-гипонимических (ввиду конкретности значений антонимические отношения не развиты, хотя контекстуальные противопоставления типа руки - ноги вполне возможны). Слово рука занимает центральное место в номинативном ряду, является наиболее типичным его представителем, обобщенным, распространенным, стилистически нейтральным и не содержащим оценки при наименовании данной реалии. Первичный ЛСВ слова рука не обладает синтаксическими ограничениями; в анализируемых источниках данный

ЛСВ не содержит никаких соответствующих помет.

3. Внутренние факторы заключены в самом слове, его различных семантических, грамматических, структурных и других особенностях. Первичный ЛСВ с прямым номинативным значением обладает наибольшими возможностями семантической деривации. В основном, соматическом значении слова рука заложены те признаки, те семы, на основе которых происходит его дальнейшее развитие: «1) форма в виде рычага, 2) выполняющая механические движения (часть тела), 3) располагающаяся справа или слева (конечность)» [4]. Существительное рука в своем первичном значении является конкретным; именно этот ЛСВ послужил первопричиной развитой полисемии, что подтверждает прогноз, сделанный А.А. Поликарповым: «чем более конкретным, т. е. чем более наполненным компонентами является значение, тем, в среднем, оно будет более плодовитым в плане порождения от него других значений» [5]. Данный ЛСВ слова рука не содержит коннотации и стилистической маркированности. Слово рука двусложное, легкое в произношении, отличается почти предельной простотой морфемной структуры (корневая морфема + окончание), является непроизводным. Первичный ЛСВ не содержит морфологических ограничений, имеет полную парадигму словоформ, обладает свободным значением.

Таким образом, все перечисленные факторы являются справедливыми для слова рука и играют важную роль в развитии у него полисемии, а первичный ЛСВ обладает максимальным их количеством. Семантический потенциал слова реализовался в наличии ме-гасемии [6] и в распространении влияния первичного, соматического ЛСВ и в литературном языке, и в народных говорах, и в сфере жаргона. Количество значений слова рука (32) намного превышает нижний порог мегасемии - 11 значений [6].

Рассмотрим, каким образом лексема-полисемант - и, в частности, существительное рука, обладающее развитой полисемией, -обнаруживает черты изоморфизма с лексикосемантической системой.

1. Подобно тому, как в лексико-семантической системе языка существует устойчивый «основной словарный фонд», в структу-

ре полисеманта рука выделяются ЛСВ, стабильно функционирующие в языке на протяжении веков. К таковым относятся, безусловно, древнейшее первичное значение, а также значение «символ власти, владычества», известное еще в XI в. [7]. По наблюдению В.В. Виноградова, «основной словарный фонд дает языку базу для образования новых слов, то есть является главной устойчивой материальной и структурной основой обогащения и развития словарного состава языка»

[8]. Действительно, лексемы основного словарного фонда обычно словообразовательно продуктивны. Аналогично, семантическая деривация активно происходит только на основе «основных» значений: первичного, соматического, и значения максимально к нему близкого - «одна из верхних конечностей человека как орудие деятельности, труда» (цитируемые значения слова рука здесь и далее приведены без ссылок на источники ввиду большого количества последних и наличия практически идентичных формулировок в целом ряде словарей). Основным непроизводным значением слова рука мотивировано шестнадцать значений, т. е. половина из всех имеющихся в семантической структуре, а упомянутом выше вторичным значением - пять.

Слова основного словарного фонда -«база», строительный материал для последующей деривации; именно их семантический потенциал раскрывается в производных первой и последующих ступеней. Так же и первичный ЛСВ слова рука является «фоном»

[9] для всех прочих. Именно этот ЛСВ -опорный для соотнесения с ним остальных и литературных, и диалектных ЛСВ, в самом общем виде определяемых как «нечто, связанное с рукой»; соматическое значение -«представитель» всех производных значений.

2. В лексической системе языка активному словарному запасу противопоставлен пассивный (историзмы, архаизмы, неологизмы). Так же и в структуре полисеманта -особенно мегасеманта - нередко можно выделить ЛСВ, вышедшие из употребления в связи с утратой обозначаемого предмета (историзмы); вышедшие из употребления в связи с заменой наименования ныне существующих объектов (архаизмы); новые ЛСВ, новизна которых ощущается носителями языка (неологизмы).

В семантической структуре полисеманта рука с течением времени произошли заметные количественные и качественные изменения. В XI-XVII в. слово рука обладало 17 значениями [7, 10]. В современном языке многие из них утрачены, что связано со следующими распространенными причинами:

1) с прекращением функционирования самого объекта - например, рука «способ запоминания календ и пасхальной таблицы, располагая числа таблицы по суставам руки; сама таблица, запоминаемая таким образом»; 2) с отмиранием ассоциации руки с определенным объектом - например, рука «каждое ответвление паникадила (большой церковной люстры)».

Некоторые ЛСВ в современном русском языке находятся в переходной стадии, возможно, они - потенциальные архаизмы, т. к. обозначаемые ими объекты не утратили актуальности, однако же именование их словом рука в настоящее время не распространено. Так, пометой устар. в одном или более из исследованных семнадцати словарей маркированы значения: «о влиятельном, имеющем власть человеке, способном защитить, оказать поддержку, покровительство, содействие»; «о согласии кого-л. на брак, о готовности вступить в брак»; «место, очередь отдельного участника в чем-л. (в общей работе, в какой-л. игре и т. п.), а также отдельный участник, вступающий последовательно за кем-л.»; «в Р. п. ед. ч. с определением. Того или иного вида, сорта, качества и т. п.», а также вариант значения «подпись».

К неологизмам не относится ни одно из значений; можно лишь говорить о значениях, появившихся относительно недавно (это значения, известные жаргону: «Шутл. комп. Процессор ARM»; «Спорт. л/атл. Ручное хронометрирование»; «Шутл. шк. Авторучка, ручка») - но, как известно, слово является неологизмом не столько в соответствии со своим «возрастом», сколько вследствие ощущения его новизны, чего не наблюдается в приведенных значениях.

3. С точки зрения сферы употребления лексика подразделяется на общеупотребительную и социально / территориально ограниченную. Аналогично, слово-полисемант может содержать литературные, диалектные, жаргонные или арготические, профессиональные ЛСВ. Соответственно, по этому

критерию система значений полисеманта подразделяется на литературную, диалектную, жаргонную зоны.

Полисемант рука обнаруживает себя в различных формах существования языка (литературный язык, народные говоры и сфера жаргона, в т. ч. и профессионального). Из 32 ЛСВ слова рука 15 являются общенародными и входят в состав литературного языка, 9 функционируют в народных говорах, 4 относятся к сфере жаргона.

Некоторые ЛСВ могут находиться и на пересечении зон: например, ЛСВ «о влиятельном, имеющем власть человеке, способном защитить, оказать поддержку, покровительство, содействие», с одной стороны, зафиксирован без соответствующих помет в шести толковых словарях, но, с другой стороны, в одном из специализированных источников - экономическом словаре - имеет помету сленг.

Интересно, что семантика ЛСВ слова рука различных зон довольно сильно различается: «точек пересечения» между ними немного. ЛСВ зоны литературной обозначают саму руку как часть тела, имеющую определенные функции (орудие деятельности и средство измерения), руку как символ власти и согласия на брак, как символический «заместитель» человека (наделенного властью, выступающего участником игры или работы), как указатель правой / левой стороны. Данная зона характеризуется наибольшим семантическим объемом прежде всего в количественном отношении. В говорах слово рука представлено 12 значениями, что в значительной степени дополняет и расширяет его семантическое развитие и спектр ассоциаций. Диалектные ЛСВ, в основном, более конкретны, чем литературные, и в большинстве своем называют определенные, а иногда и специфические предметы, явления - «мера длины, равная ширине сжатой в кулак ладони», «крыло невода», «каждое из трех полей пашни при трехпольной системе севооборота» и др. Еще большей конкретностью и определенностью отличаются значения зоны жаргона: «процессор ARM», «ручное хронометрирование», «авторучка, ручка», а также значение, известное сфере морского жаргона, «группа людей, работающая при погрузке или выгрузке торгового судна у одной или у двух неподвижно установленных стрел».

4. Лексика русского языка различается в плане стилистической маркированности; наряду со стилистически нейтральными лексемами наличествуют единицы, закрепленные в употреблении за тем или иным стилем языка. Слово-полисемант с широким диапазоном полисемии может включать в себя ЛСВ различной стилистической окраски, естественно, уступая в передаче стилистических нюансов лексической системе в целом. «Стилистические возможности полисемии имеют строгие ограничения. Природа их по сравнению с возможностями значений моносеман-тичных слов иная. Она во многом определяется ассоциативностью. Это обусловливает особенности использования полисемантичных слов в стилистических целях» [11].

Различаются стилистически и значения слова рука: так, 5 из них имеют помету «разг.» в одном или более словарях-источниках: «о влиятельном, имеющем власть человеке, способном защитить, оказать поддержку, покровительство, содействие», «в косв. пад. с предлогом и определением. Сторона, бок», «место, очередь отдельного участника в чем-л. (в общей работе, в какой-л. игре и т. п.), а также отдельный участник, вступающий последовательно за кем-л.», «того или иного вида, сорта, качества и т. п.». Прочие ЛСВ являются стилистически нейтральными. Можно сказать, что ЛСВ полисеманта рука не содержат полярных различий в плане стилистической принадлежности (следует оговорить, что сравнивать по этому критерию правомерно только ЛСВ литературной зоны между собой, но не с диалектными и жаргонными ЛСВ).

5. В лексической системе слова разли-

чаются по наличию / отсутствию эмоциональной оценки; также и в структуре поли-семанта, наряду с ЛСВ, выполняющими только номинативную функцию, встречаются такие, которые включают в состав своих лексических значений «эмоционально-

экспрессивно-оценочные» [11] компоненты. Диапазон эмоциональных оттенков слова рука, в принципе, невелик: лишь жаргонные ЛСВ «процессор ARM» и «авторучка, ручка» имеют помету шутл.

6. Подобно тому, как в лексико-семантической системе распространены парадигматические отношения, в структуре полисеман-та существуют некие аналоги этих связей.

Значения одного и того же слова вступают в отношения - проекции парадигматических семантических связей: отношения

энантиосемии и родовидовые отношения. Отметим, что ввиду абсолютного сходства формы ЛСВ в принципе невозможны синонимические отношения даже при обозначении одного и того же предмета (ср. лексические дублеты) или близких предметов и явлений. В целом, «отношения значений в семантической структуре слова беднее отношений однозначных слов в лексической системе русского языка. В семантической структуре слова невозможны отношения синонимии, ограничены антонимические отношения между значениями» [11]. Богатство семантических связей в проекции на структуру поли-семанта сводится к следующим видам отношений: «анализ отношений между семами в отдельном значении слова, между значениями в многозначном слове и между членами парадигмы позволяет сказать, что на всех уровнях обнаруживаются одни и те же виды отношений, а именно: 1) отношения сопредельности (т. е. взаимодополнительности),

2) родовидовые отношения, З) отношения подобия и 4) отношения противоположения» [12]. Таким образом, в системе полисеманта присутствуют зачатки связей и отношений лексико-семантической системы, не способные получить достаточного развития ввиду, во-первых, «скованности» единой формой и, во-вторых, наличия единого смыслового стержня, единой «логики» развития слова-мегасеманта.

У ЛСВ слова рука не наблюдается отношений синонимии ввиду тождества формы; отношений энантиосемии в системе значений слова рука также не отмечается; подобие родовидовых отношений имеет место в рамках первичного значения - «одна из двух верхних конечностей человека от плеча до конца пальцев; часть этой же конечности от пясти до конца пальцев»; в принципе, данное значение при словарной подаче могло бы быть подразделено на два варианта.

В рамках полисеманта рука наблюдаются некие аналоги лексико-семантических групп, имеющих место в ЛСС (условно назовем их семантическими сегментами): наименования части тела - значения «одна из двух верхних конечностей человека от плеча до конца пальцев; часть этой же конечности

от пясти до конца пальцев», «одна из верхних конечностей человека как орудие деятельности, труда», «эта часть тела как единица измерения»; наименования предметов -«авторучка, ручка», «процессор ARM»; наименования составной части предметов -«составная часть какого-л. предмета, внешним видом напоминающая руку», «крыло, фланг войска», «крыло невода», «рукоятка, ручка какого-л. инструмента или сельскохозяйственного орудия» и др.

Возможна и иная группировка ЛСВ по-лисеманта рука, составляющих мини-аналоги ассоциативных полей, обусловленных «вне-языковыми связями денотатов и внутриязыковыми связями слов», при этом элементы ассоциативного поля «не могут заменять друг друга, все элементы связаны ассоциативной связью со стимулом-идентификатором, находящимся внутри поля» [13]. Так, ЛСВ слова рука включаются в следующие ассоциативные мини-поля: труд, деятельность - «одна из верхних конечностей человека как орудие деятельности, труда», «рабочая сила, рабочие», «обязанность, работа» и др.; мера, измерение - «эта часть тела как единица измерения», «мера длины, равная ширине сжатой в кулак ладони || «Мера длины, равная ширине четырех пальцев на уровне третьего сустава» и др.

7. ЛСС пронизана словообразовательными связями; на лексическом уровне существует множество словообразовательных гнезд различной структуры и объема. В системе ЛСВ полисеманта деривационные отношения между ЛСВ не просто возможны, но и необходимы, неизбежны. Вообще, учеными неоднократно отмечаются сходства лексической и семантической деривации, поскольку образование нового слова в ЛСС или нового ЛСВ в системе полисеманта сходны и по причинам, и по задачам, и по процессу, и по результатам.

В структурно-семантическом плане по-лисемант рука древовиден, обнаруживает радиально-цепочечную полисемию, сложную систему «параллельных» и «последовательных» связей. В целом, отмечается две ступени семантической деривации; соответственно, для большинства ЛСВ, дериватов первой ступени, связь с первичным ЛСВ непосредственная, для семантических дериватов второй ступени - опосредованная. Имеют место

и отношения полимотивации - так же, как и в словообразовательном гнезде: например, значение «о влиятельном, имеющем власть человеке, способном защитить, оказать поддержку, покровительство, содействие» соотносится и с первичным значением через типичный метонимический перенос «рука -человек», и со значением производным «символ власти, владычества».

Безусловно, далеко не все слова в ЛСС связаны отношениями лексической деривации. Во-первых, существуют лексические единицы словообразовательно «бесплодные» [14] - даже среди частотных, принадлежащих основному словарному фонду. Во-вторых, имеют место слова с утраченной мотивацией, прервавшие деривационную связь со своими производящими.

Даже в пределах единого полисеманта рука нет четкости древовидной системы ЛСВ и однозначности связей семантической деривации. Так, отмечаются случаи утраченной в современном языке или не ощущаемой четко мотивации (явление свойственно, например, производным диалектным ЛСВ, особенно конструктивно-обусловленным: «Рука кому. Что-л. подходит, нравится, выгодно кому-л.» и др.).

Отмечается также ЛСВ, занимающий особое место в структуре полисеманта: «процессор ARM». Данный ЛСВ не связан деривационными отношениями ни с одним из прочих, т. к. возник на основе совпадения аббревиатуры, состоящей из букв латинского алфавита, и английского слова arm со значением «рука». Сложная, поступательная связь (название-аббревиатура - омонимичное английское слово - его перевод на русский язык), и к тому же межъязыковая, во-первых, дает право говорить о новом, недеривационном способе образования ЛСВ, и, во-вторых, ставить вопрос о его месте в структуре полисе-манта. Между первичным ЛСВ и ЛСВ «процессор ARM» существуют отношения семантической эквивалентности, но не семантической производности. Признать данный ЛСВ («процессор ARM») омонимом существительного рука мешает его мотивация соответствующим значением слова arm «рука».

8. Структурность лексико-семантической системы подтверждается наличием в ней ядра, центра (представленного лексемами «основного словарного фонда», общеупотреби-

тельными, востребованными, частотными) и, соответственно, периферии (представленной словами, не обладающими данными характеристиками). Подобие данной структуры содержится, во-первых, даже в самом лексическом значении [15] и, во-вторых, в системе значений полисеманта, которая может быть схематически представлена в виде концентрических кругов: ядром является первичное значение, в меньшей степени от него удалены «неметафорические производные» и, в частности, значения метонимические; в большей степени тяготеют к периферии метафорические значения [16]. В полисеманте, реализующем развитую полисемию, четко выделяется ядро - наиболее стабильные и востребованные ЛСВ, в меньшей степени подверженные изменениям.

Ввиду воздействия лингвистических и экстралингвистических процессов семантическая структура полисеманта рука характеризуется стремлением некоторых значений к периферии, к стиранию или утрате мотивации. Нередко это касается несвободных, конструктивно-ограниченных значений, в которых на собственно мотивирующее значение слова рука накладывается семантика слов, составляющих конструкцию-ограничитель, и более абстрактная, грамматическая семантика самой этой конструкции. Явление характерно для нескольких несвободных значений: «рука кому. Что-л. подходит, нравится, выгодно кому-л.», «чьей-либо рук'и. Сторонник, приверженец и т. п.» и др.

Таким образом, произведенное сопоставление характеристик полисеманта и ЛСС позволило выявить, что слово-полисемант, являясь частью лексической системы, обладает многими присущими ей признаками -но нередко в ином качестве. Проекцию свойств лексико-семантической системы на систему ЛСВ полисеманта возможно сравнить с «искажающим зеркалом», однако эти искажения не столь сильны и глобальны, чтобы стать определяющими и выдвинуть на второй план явно прослеживающийся изоморфизм двух данных систем.

1. Уфимцева А.А. Лексическое значение. Принципы семасиологического описания лексики. М., 1986. С. 268.

2. Топоров В.Н. Апология Плюшкина: вещь в антропоцентрической перспективе // Топо-

ров В.Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ. Исследования в области мифопоэтического. М., 1995. С. 29.

3. Гвоздарев Ю.А. Рассказы о русской фразеологии. М., 1988. С. 121.

4. Мугу Р.Ю. Полисемантизм соматической лексики: На материале русского и немецкого языков: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Майкоп, 2003.

5. Поликарпов А.А. Системно-квантитативный подход в лингвистике // Филологические школы и их роль в систематизации научных исследований: Вестн. Смол. гос. ун-та. Сер. 1. Филология. Смоленск, 2007. Т. 1. С. 48.

6. Ольшанский И.Г. О соотношении лексической полисемии и метафоры // Лексика и лексикология: сб. науч. тр. М., 2000. Вып. 11. С. 139.

7. Срезневский И.И. Материалы для словаря древнерусского языка: в 3 т. СПб., 1893. Т. 3. С. 189.

8. Виноградов В. В. Об основном словарном фонде и его словообразующей роли в истории языка // Виноградов В.В. Избр. тр. Лексикология и лексикография. М., 1977. С. 45.

9. Будагов Р.А. В защиту слова. Язык и культура. Хрестоматия. М., 2001. Ч. 1. С. 129.

10. Словарь русского языка Х1-ХУП: в 28 т. М., 1975-2008. Т. 17. С. 22.

11. Сердобинцев Н.Я. Полисемия в системе языка // Задачи изучения русской лексики и фразео-

логии в педагогической школе: тез. докл. Всесоюз. конф. Орел, 1982. С. 66.

12. Степанова Г.В., Шрамм А.Н. Введение в семасиологию русского языка. Калининград, 1980. С. 48.

13. Полевые структуры в системе языка / науч. ред. З.Д. Попова. Воронеж, 1989. С. 33.

14. Соссюр Ф. Курс общей лингвистики // Соссюр Ф. Труды по языкознанию. М., 1977. С. 200.

15. Стернин И.А. Коммуникативная модель значения и ее объяснительные возможности // Семантика слова и синтаксической конструкции: межвуз. сб. науч. тр. Воронеж, 1987. С. 15-16.

16. Кустова Г.И. Типы производных значений и механизмы языкового расширения. М., 2004. С. 108.

Поступила в редакцию 21.11.2008 г.

Popova A.R. A polysemantic word and lexical-semantic system: features of isomorphism. A polysemantic word as a complex item as a summation of lexical-semantic variants reveals some features of isomorphism with lexical-semantic system of language. The article shows a number of analogies existing between these two structures. Comparison is performed on an example of the lexeme arm, possessing a rich polysemy in national Russian language.

Key words: polysemy; lexical-semantic system; meaning; lexical derivation.

УДК 81

ЯЗЫК И МЫШЛЕНИЕ В СВЕТЕ СОВРЕМЕННЫХ ПСИХОЛИНГВИСТИЧЕСКИХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ

© Л.Б. Кабалоева

В статье рассматривается отношение язык - мышление в свете современных психолингвистических представлений о содержании и функционировании этнокультурного сознания. В работе сделан вывод о том, что признание автономности мыслительных и языковых процессов, постулируемых психолингвистикой и когнитивной лингвистикой, не снимает проблему «национального - универсального» в мышлении, а смещает фокус внимания при решении данной проблемы с плоскости взаимодействия национального языка и мышления на уровень невербального мышления.

Ключевые слова: язык; сознание; мышление.

Исследование проблемы соотношения языка и мышления имеет многолетнюю историю. При этом попытки решения данной проблемы развивались в нескольких направлениях, которые представлены целым рядом стоящих друг к другу в оппозиции концепций. Существует несколько классификаций

имеющихся точек зрения на соотношение языка и мышления, из которых в контексте исследуемого в данной статье вопроса интерес представляет классификация Н.Г. Комле-ва, в основу которой положены следующие идеи: 1) язык = мышление. Согласно точкам зрения, отнесенным Н.Г. Комлевым в дан-