Дмитрий Медведев тверд в смягчении наказаний

Заключать под стражу до суда можно только тех граждан, которые подозреваются в совершении "тяжких, насильственных преступлений". Об этом в очередной раз напомнил вчера Дмитрий Медведев во время совещания по судебной реформе, предложив участникам совещания обсудить вопросы смягчения уголовного законодательства в сфере экономических преступлений.

Дмитрий Медведев пытается изменить отношение правоохранительной системы и судов к экономическим преступлениям с тех пор, как в первый год своего президентства потребовал "прекратить кошмарить бизнес". Так, к концу 2009 года по его инициативе были внесены поправки в Уголовно-процессуальный кодекс, запрещающие так называемые заочные аресты за налоговые преступления. А весной 2010 года эти "аресты", то есть заключение предпринимателей под стражу до суда на стадии следствия, были запрещены по всем видам преступлений в сфере экономики.

Благодаря этому, как сообщил вчера господин Медведев, открывая совещание, "количество досудебных арестов подозреваемых в совершении экономических преступлений сократилось почти на треть". Президента такая ситуация не устраивает. Тем более что на практике, по его информации, "заочным арестам" подвергаются часто даже те, кто подозревается "в совершении преступления, не являющегося уголовным". А это "входит в противоречие не только с новым законодательством, но и с общепризнанными тенденциями в развитии правовых государств".

При этом господин Медведев подчеркнул, что он не имеет в виду "тяжкие, насильственные преступления". Для тех, кто их совершил, по его словам, не должно быть "шанса отвертеться". Но в остальных случаях судебная практика должна измениться, ради чего на вчерашнее совещание были приглашены председатели всех трех главных судов страны: Конституционного суда — Валерий Зорькин, Верховного — Вячеслав Лебедев и Высшего арбитражного — Антон Иванов. Кроме них в резиденцию Дмитрия Медведева в Горках прибыли вчера генпрокурор Юрий Чайка, министр юстиции Александр Коновалов и глава следственного комитета Александр Бастрыкин.

Отметим, что именно следствие и судебные органы в прошлом году назывались чуть не главными "саботажниками" президентских инициатив по либерализации уголовного законодательства в сфере экономических преступлений (см. "Ъ" от 21 июня 2010 года). Причем подозрения в "саботаже" высказывали не оппозиционеры, а те депутаты Госдумы из фракции "Единая Россия", которые профессионально занимаются уголовно-процессуальным законодательством. Их, в частности, удивил Верховный суд, пленум которого 10 июня 2010 года принял постановление, в котором действительно признавал, что бизнесмена нельзя брать под арест на стадии следствия или судебного разбирательства. Но при этом из постановления ВС вытекало, что предпринимателем можно считать только того гражданина, кто работает, не создавая юридического лица. А все остальные — от хозяина малой фирмы до крупного бизнесмена — предпринимателями не считались.

Помимо этого, как выяснили депутаты из думского комитета по гражданскому законодательству, следствие и суд зачастую выбирают в качестве меры пресечения "заключение под стражу" потому, что УПК хоть и предусматривает такие альтернативные меры, как залог или домашний арест, но не прописывает условий их применения. Между тем и залог, и домашний арест должны предусматривать особые режимы поведения подозреваемого, чтобы он гарантированно не имел контактов с возможными соучастниками. Варианты необходимых для этого поправок к УПК, как сообщили "Ъ" в думском комитете по гражданскому законодательству, уже разработаны и сейчас проходят согласование во всех заинтересованных инстанциях.

Кроме того, как сообщил вчера "Ъ" зампред комитета по гражданскому законодательству Владимир Груздев, депутаты разработали поправки, смягчающие наказание по ряду "не экономических преступлений". К примеру, предприниматели попадают под суд по таким статьям Уголовного кодекса, как "Мошенничество" (ст. 159), "Присвоение и растрата" (ст. 160), "Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием" (ст. 165). По всем этим статьям наказание выносится в зависимости от тяжести причиненного ущерба. К тому же, как утверждает господин Груздев, не редки случаи, когда судебные разбирательства по таким уголовным делам возникают из-за "спора хозяйствующих субъектов". Поэтому думцы предлагают "крупным ущербом" считать потери свыше 3 млн руб. (сейчас — 1,5 млн руб.), а сверхкрупным — ущерб в размере 12 млн руб. (сейчас — 6 млн руб.). Господин Груздев надеется, что "заинтересованные инстанции" не будут возражать против такой смягчающей поправки, раз уж президент собрал по этому поводу специальное совещание. К тому же по экономическим преступлениям новые пределы крупного и сверхкрупного ущерба уже установлены.