Мораторий сдержал банкротства

В 2020 году в Петербурге обанкротились 729 компаний. Это второй показатель по стране после Москвы.

Фото: Евгений Павленко, Коммерсантъ

По сравнению с 2019 годом количество банкротств в Петербурге снизилось на 10% — годом ранее несостоятельными в городе были признаны 802 компании. Но причина такой статистики — в моратории на банкротства, в этом году эксперты ожидают серьезного роста исков о несостоятельности. Такие данные приводит Федресурс.

Уменьшение количества банкротств в 2020 году, скорее всего, связано с принятым мораторием на банкротство, полагает Данил Бухарин, адвокат Forward Legal. Запрет действовал до января 2021-го, на текущий момент его не продлили. «С учетом кризисного 2020 года, скорее всего, число банкротств в 2021 году значительно возрастет»,— прогнозирует юрист.

Валерий Зинченко, старший партнер коллегии адвокатов Pen & Paper, добавляет: «В связи с отложенным спросом на процедуры банкротства и продолжающимся кризисным состоянием российского бизнеса, статистика однозначно и кардинально изменится в ближайшее время и рост процедур будет взрывным».

Одно из самых крупных банкротных дел прошлого года — признание банкротом четвертого по величине ритейлера Петербурга, ТД «Интерторг», к которому было подано более 700 исков на сумму свыше 17 млрд рублей. В частности, 8,1 млрд рублей от «Интерторга» и связанных с ним юридических лиц потребовал Сбербанк.

Другим громким событием стало банкротство первого в России завода по производству кабеля — ПК «Севкабель». Согласно материалам дела, первым потребовал признать его банкротом банк «Траст», являющийся собственником завода. Сообщалось, что иск может быть связан с поручительствами по кредитам холдинга «Росскат» перед Сбербанком и банком «Траст» на 5,5 млрд рублей. Также суд удовлетворил ходатайства Сбербанка и частной компании «Верста».

Кроме того, с февраля 2020 года была введена процедура наблюдения в отношении ОАО «Метрострой» — неизменного подрядчика строительства новых станций метро в Петербурге. По данным юридической системы Casebook, сумма включенных в реестр требований к «Метрострою» составляет 5,6 млрд рублей. Другие собеседники “Ъ” оценивали долги компании в 10–15 млрд рублей. Кроме того, в конце года временный управляющий «Метростроя» подал заявление о привлечении к субсидиарной ответственности отца и сына Александровых в рамках банкротного дела и призвал взыскать с них 5 млрд рублей в пользу компании. Пока что конкурсное производство против компании не введено.

Всего с начала нулевых под банкротства попали в России более 30 тыс. компаний. Причем в большинстве случаев, как говорят эксперты, кредиторы либо вообще не смогли вернуть свои деньги, либо получили десятую часть долгов банкрота.

В последние годы кредиторы стали активнее оспаривать уже вынесенные решения о банкротстве. Чтобы защитить добросовестных кредиторов, в мае 2020 года Верховным судом РФ был уточнен ряд вопросов, связанных с реализацией правового механизма так называемого экстраординарного обжалования судебных решений. В частности, речь идет о праве кредиторов обжаловать судебный акт, на основании которого свои требования к должнику заявил другой кредитор, задолженность перед которым в действительности отсутствует либо является мнимой (фиктивной).

В ходе экстраординарного обжалования кредиторы должника могут приводить новые доводы и представлять новые доказательства, которыми они ранее не располагали, что позволяет распространить на такие дела более строгий стандарт доказывания, применяемый при рассмотрении «банкротных» дел и обычно не свойственный гражданско-правовым спорам.

Один из свежих примеров, в котором решение Верховного суда было применено на практике,— дело бывшего совладельца Балтийского банка Андрея Исаева. Сразу несколько кредиторов намерены оспорить в суде решение о взыскании долга бизнесмена в размере более 700 млн рублей, которое привело к его банкротству и процедуре реализации имущества. Они настаивают на том, что задолженность была взыскана с него ошибочно.

«В деле с банкротством Андрея Исаева такими доказательствами стали акты проверки ЦБ РФ, о существовании которых кредиторам стало известно практически спустя пять лет после вынесения решения в пользу Балтийского банка, впоследствии прошедшего процедуру санации и присоединенного к Альфа-Банку. Упомянутые акты ЦБ РФ позволили раскрыть обстоятельства, ранее суду не известные»,— говорит Григорий Филин, юрист, ведущий данное дело. «Результаты проверки ЦБ РФ прямо указывают на то, что взыскание денежных средств в пользу Балтийского банка было ошибочным»,— уверен он.

Генеральный директор «Юридического бюро № 1» Юлия Комбарова называет решение Верховного суда важным, так как заявить новые сведения в последующих инстанциях не представлялось ранее возможным. «И ошибочные решения первых инстанций, по сути, было невозможно оспорить, и один "свой" кредитор мог изменить ход всей процедуры. "Свои" кредиторы часто вводятся, если речь идет о крупных суммах. Как правило, "свои" кредиторы нужны в делах, где есть имущество и конкурсная масса, чтобы, по сути, оставить имущество за должником, либо в делах, где важен перевес голосов для принятия решений на собрании кредиторов. Таким образом, это важный и актуальный судебный акт для крупных банкротных процессов. Если суд проходит объективно, то шансов у "своих" кредиторов немного, так как они не могут документально доказать простые вещи: наличие денежных средств у кредитора и факт перевода их должнику».