Фундаментальное исследование белорусского учёного

Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2017. № 3 (15). С. 482-489. УДК 296.15

DOI 10.25513/2312-1300.2017.3.482-489

М. В. Стрелец

ФУНДАМЕНТАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ БЕЛОРУССКОГО УЧЁНОГО

Посвящено комплексному анализу монографии кандидата исторических наук, доцента, заведующего кафедрой таможенного дела Белорусского государственного университета Виктора Александровича Остроги «Развитие научных и образовательных центров по Новой и Новейшей истории в Белорусской ССР. 1919-1991 гг.». Рецензент пришёл к выводу, что автор освоил семь проблемных полей. В монографии соответственно снято семь проблемных блоков. Первый проблемный блок -современное осмысление партийно-государственной политики в области изучения истории Нового и Новейшего времени. Второй проблемный блок - определение роли белорусских вузов как центров изучения Новой и Новейшей истории зарубежных стран (1919-1991 гг.). Третий проблемный блок -всесторонняя оценка деятельности академических центров по изучению истории Нового и Новейшего времени. Четвёртый проблемный блок - выявление достижений и проблем по комплексу вопросов, относившихся к подготовке кадров высшей квалификации в области Новой и Новейшей истории зарубежных стран (1919-1991 гг.). Пятый проблемный блок - выяснение влияния внутрисоюзных и международных научных связей на изучение истории Нового и Новейшего времени в БССР. Шестой проблемный блок - определение проблемного поля исследований в области истории Нового и Новейшего времени. Седьмой проблемный блок - выявление достижений и проблем на предмет изучения Новой и Новейшей истории зарубежных стран.

Ключевые слова: академическое учреждение; вуз; история Нового и Новейшего времени; наука; Острога Виктор Александрович; преподавание; рецензия.

M. V. Strelets

BELARUSSIAN SCIENTIST'S FUNDAMENTAL RESEARCH

The publication is devoted to a comprehensive analysis of the monograph "Development of scientific and educational centers in New and Newest history of Byelorussian SSR. 1919-1991" by Viktor Ostroga, Candidate of Historical Sciences, Associate Professor, Head of the Department of Customs Affairs of the Belarusian State University. The reviewer concluded that the author had mastered seven problem fields. In the monograph seven problem blocks were removed respectively. The first problematic block is a modern interpretation of the party-state policy in the study of the history of New and Newest times. The second problematic block is defining the role of Belarusian universities as educational centers examining the New and Newest history of foreign countries (1919-1991). The third problematic block is a comprehensive assessment of the activities of academic centers examining the history of New and Newest times. The fourth problematic block is the identification of achievements and problems on a set of issues related to the training of highly qualified stuff in the field of New and Newest history of foreign countries (1919-1991). The fifth problematic block is the elucidation of the influence of intra-union and international scientific ties on the study of the history of New and Newest times in the BSSR. The sixth problematic block is establishing research fields in the history of New and Newest times. The seventh problematic block is the identification of achievements and problems for studying the New and Newest history of foreign countries.

Keywords: academic institution; university; history of New and Newest time; science; Ostroga Viktor; teaching; review.

Кандидат исторических наук, доцент, заведующий кафедрой таможенного дела Белорусского государственного университе-

© Стрелец М. В., 2017

та (БГУ) Виктор Александрович Острога (рис. 1) написал монографию, достойную того, чтобы быть обстоятельно разобранной

Рис. 1. Виктор Александрович Острога

в отдельной публикации [1]. После внимательного ознакомления монография (рис. 2) оставляет впечатление фундаментального труда, в котором убедительно решается крупная научная проблема. Предмет исследования - «процесс и итоги становления в Белорусской Советской Социалистической Республике (БССР) системы изучения истории Нового и Новейшего времени» [1, с. 3]. Впервые в науке осуществлена системная реконструкция развития научных и образовательных центров по Новой и Новейшей истории в БССР в 1919-1991 гг. Хронологические рамки исследования полностью совпадают с периодом существования БССР.

Предмет исследования, избранный автором, достаточно сложен, сопряжён с гигантским по своим масштабам исследовательским процессом. Стартовая точка этого процесса - выявление неосвоенных исследовательских полей. Проявляя высокую исследовательскую культуру, заведующий кафедрой таможенного дела БГУ скрупулёзно изучил практически все доступные работы своих предшественников. Он выявил отсутствие «достаточного количества исследований, в том числе системных и обобщающих, по проблеме изучения Новой и Новейшей истории зарубежных стран в БССР в 19191991 гг.» [Там же, с. 13]. В рецензируемой монографии впервые систематизируется и обобщается семь проблемных блоков.

Первый проблемный блок - современное осмысление партийно-государственной политики в области изучения истории Нового и Новейшего времени.

Рис. 2. Обложка монографии В. А. Остроги

Есть все основания признать вполне удовлетворительным осуществлённый В. А. Острогой «анализ влияния общественно-политической ситуации в Белорусской ССР на развитие образовательной и исследовательской деятельности в сфере Новой и Новейшей истории... в рамках следующих исторических периодов развития советской исторической науки: 1919-1929 гг.; 1930-1937 гг.; 19371941 гг.; 1941-1944 гг.; 1944-1956 гг.; 1956 г. - первая половина 1960-х гг.; середина 1960-х - первая половина 1980-х гг.; 1985-1991 гг.» [1, с. 17]. Указанный вариант периодизации является оригинальным. Заведующий кафедрой таможенного дела БГУ показывает, что он одинаково подходит как к истории Белоруссии, так и к истории зарубежных стран.

В первый из перечисленных периодов, совпадающий со «становлением в БССР научных и научно-образовательных центров в области всеобщей истории» [Там же], с одной стороны, прослеживалась «относительно свободная от партийно-государственного контроля научная деятельность» [Там же], а с другой - «постепенное насаждение марксистско-ленинской методологии» [Там же].

Белорусский учёный выявил следующие особенности второго периода: «Повсеместная ликвидация методологического плюрализма, свёртывание активной научно-исследовательской деятельности под влиянием негативных общественно-политических факторов, массовых репрессий в отношении научного и образовательского корпуса» [Там же, с. 19]. Он обращает внимание на то, что

«первые жертвы среди историков-новистов стали появляться в конце 1936 г.» [1, с. 24].

Если третий период рассматривать сугубо с точки зрения организационной структуры исследовательского процесса по указанной проблематике, то он будет всецело завязан на становлении кафедры новой истории БГУ. Что же касается общественно-политических детерминант исследовательского процесса, положения его субъектов, то можно отметить, что «репрессии приобретали всё более масштабный характер» [Там же]. Не может не нести дополнительную эмоциональную нагрузку для читателей ознакомление с конкретикой на предмет репрессий, с рассказами о судьбах невинно пострадавших людей.

«Всего на 1941 г., - по подсчётам автора, - количество жертв политических репрессий среди исследователей Новой и Новейшей истории вместе с авторами публицистических статей составляет 80-85 % из полутора сотни человек, особенно исследователей польской тематики» [Там же, с. 25].

Четвёртый период, по версии В. А. Остроги, совпадает с тем отрезком Второй мировой войны, когда БССР была оккупирована Германией и её союзниками. Новые реалии предопределили «вынужденное свёртывание изучения Новой и Новейшей истории» [Там же, с. 26]. С руководителем структурного подразделения БГУ можно согласиться в том, что «во время войны произошла некоторая либерализация исторических исследований... повысился интерес к Новой и Новейшей истории» [Там же].

По версии В. А. Остроги, рубежным между четвёртым и пятым периодами является 1944 г. Уважаемому Виктору Александровичу следует напомнить, что последний населённый пункт на территории БССР -Кольно - был освобождён Рабоче-крестьянской Красной армией (РККА) 24 января 1945 г. Именно тогда завершилось освобождение БССР от военного присутствия Германии и её союзников. Поэтому хронологические рамки четвёртого и пятого периодов должны выглядеть так: 1941-1945 гг. и 19451956 гг. Касательно завершения пятого периода 1956 годом возражений быть не может. Это год переломного XX съезда КПСС. Судя по содержанию монографии, этот пери-

од интересен двумя моментами: «Восстановлением деятельности кафедр всеобщей истории в вузах и продолжением академических научных изысканий в условиях тоталитарного режима (до XX съезда КПСС)» [1, с. 26].

Всякий раз, когда читаешь страницы, посвящённые оттепели, датируемой 1956-м -началом 1960-х гг., задаёшься вопросом, всё ли мы знаем о характерных для этого периода «отходе от сталинского тоталитаризма и либеральных реформах Н. С. Хрущёва» [Там же, с. 28]. В. А. Острога отмечает, что далеко не всё, и показывает, что эти моменты по-разному повлияли на состояние изучения Новой и Новейшей истории в центре и на местах. «Новые прогрессивные изменения происходили преимущественно в Москве и Ленинграде, в союзных республиках, в том числе в БССР, изменения осуществлялись гораздо медленнее» [Там же].

Ознакомление с освещением в монографии седьмого периода сопряжено для рецензента с личными воспоминаниями. В рамках этого периода он изучал Новую и Новейшую историю, обучаясь сначала в средней школе, а затем на историческом отделении исторического факультета БГУ, подготовил и защитил кандидатскую диссертацию по Новейшей истории, обеспечивал преподавание Новой и Новейшей истории в средней школе. Рецензент находит освещение седьмого периода глубоко правдивым, не выявлено в нём никаких изъятий и купюр. Следует полностью согласиться с заведующим кафедрой таможенного дела БГУ в том, что это был «период значительной активизации и расширения исследований в области Новой и Новейшей истории в условиях постоянного идеологического контроля со стороны КПСС» [Там же, с. 29].

Точно так же рецензент помнит горбачёвскую перестройку, с которой хронологически совпадает последний, восьмой, период. В 1985-1987 гг. В. А. Острога продолжал обеспечивать преподавание Новой и Новейшей истории в средней школе. С 1987 г. судьба связала его с Брестским государственным техническим университетом, где он работает по сей день. Здесь он сначала преподавал историю КПСС, где был ряд сюжетов, связанных с Новой и Новейшей историей, а затем политическую историю XX в.

И вновь личные воспоминания органически коррелируют с тем, что написано в монографии. В. А. Острога исчерпывающе проследил «развитие науки в условиях реформирования и демократизации общественно-политической жизни, ослабления идеологического контроля со стороны государства, поиска новых методологий и расширения тематического поля исследований» [1, с. 31].

Второй проблемный блок - определение роли белорусских вузов как центров изучения Новой и Новейшей истории зарубежных стран (1919-1991 гг.).

Белорусский учёный доказал, что эта роль была главной, определяющей. Доказательство базировалось на обобщении гигантской фактуры по всему вузовскому пространству в отдельно взятом субъекте советской федерации, известном как БССР. Основания для учёта в обобщении были более чем у 20 вузов. Среди них - университеты, педагогические институты, учительские институты, ведомственные и специализированные вузы. Ключевой вывод автора по анализируемому проблемному блоку таков: «В процессе организационно-кадрового формирования научных центров в сфере Новой и Новейшей истории специализированные вузовские кафедры стали главенствующими структурами в республике. В результате система изучения этой отрасли исторической науки в послевоенный период оформилась в виде «вузовской» модели» [Там же, с. 320]. Конечно, руководитель структурного подразделения БГУ отдаёт должное всем кафедрам, что вполне логично. Одновременно представляется логичным и то, что он показывает, что кафедра истории Нового и Новейшего времени БГУ была якорем для всех остальных кафедр. Кстати, кафедра с таким названием по всей БССР была только одна. С момента основания до 1988 г., т. е. 51 год (!), её возглавлял выдающийся учёный и педагог, доктор исторических наук, профессор, заслуженный деятель науки БССР Лев Михайлович Шнеерсон. Преемником Л. М. Шнеер-сона стал доктор исторических наук, профессор Владимир Сергеевич Кошелев, который бессменно заведует кафедрой уже 29 лет.

Анализируемый аспект в деятельности кафедр разбирается по схеме: преподаваемые курсы и спецкурсы, методическое обеспече-

ние учебного процесса; тема, ход, результаты выполнения научно-исследовательской работы (НИР). За каждым из перечисленных элементов указанной схемы, разумеется, стояли наши соотечественники. Внимательно почитав то, что пишет о них Виктор Александрович, вполне можно составить типичный портрет преподавателя Новой и Новейшей истории в белорусском вузе. Наиболее значимые штрихи к портрету представляются такими: 1) исключительный педагогический такт; 2) постоянное присутствие чувства нового, непрерывная работа над собой; 3) структурированность содержательной стороны лекций; 4) виртуозный контакт с аудиторией, стремление с первой до последней минуты нацелить её на проблемное мышление, на вычленение причинно-следственных связей; 5) целенаправленное использование внутрипредметных и межпредметных связей; 6) активный научный поиск; 7) систематическое внедрение собственных научных наработок в учебный процесс.

Анализ второго проблемного блока был бы неполон, если бы мы не указали на одну неточность. На странице 112 по-разному пишется фамилия доцента Брестского государственного педагогического института им. А. С. Пушкина Т. Ф. Кабот. Правильно писать: Т. Ф. Кабот. Автор пишет и Т. Ф. Ка-бот, и Т. Ф. Кобат.

Третий проблемный блок - всесторонняя оценка деятельности академических центров по изучению истории Нового и Новейшего времени.

В. А. Острога показал, что «многочисленные академические научно-исследовательские учреждения и структуры БССР -системы Института белорусской культуры / АН БССР и ЦК КПБ на протяжении изучаемого периода проводили важные и сравнительно широкие по своей тематике исследования. Однако к 1991 г. из их числа остался лишь сектор «История зарубежных связей БССР» Института истории АН БССР, ориентированный прежде всего на изучение истории Беларуси» [1, с. 320]. В монографии убедительно доказано, что «позиции академических центров в БССР в области изучения истории Нового и Новейшего времени оказались слабее, чем они потенциально способны были занять» [Там же, с. 145]. Вместе с тем

их «деятельность. заложила прочное основание для формирования. современной белорусской академической школы историков-международников и в целом всеобщников» [1, с. 177].

Виктору Александровичу удалось исчерпывающе установить, кто и когда руководил структурными подразделениями научно-исследовательских учреждений БССР академического типа, изучавших проблемы Новой и Новейшей истории. Он небезуспешно попытался оценить этих соотечественников и как учёных, и как организаторов науки.

В монографии весьма обстоятельно прослежено наличие проблематики по Новой и Новейшей истории в тематическом плане АН БССР. В. А. Острога показывает, что эта проблематика как наличествовала здесь, так и надолго исчезала.

Единственная неточность по третьему блоку присутствует на странице 165. Там член-корреспондент АН БССР Н. В. Каменская ошибочно названа академиком АН БССР.

Четвёртый проблемный блок - выявление достижений и проблем по комплексу вопросов, относившихся к подготовке кадров высшей квалификации в области Новой и Новейшей истории зарубежных стран (1919-1991 гг.).

В. А. Острога показывает, что «на протяжении всего периода существования БССР была сформирована достаточно эффективная система подготовки кадров высшей квалификации в области всеобщей истории» [Там же, с. 206]. Путь к именно такой системе был непростым. Читатель узнаёт, что до 1946 г. на территории БССР не было защищено ни одной кандидатской диссертации по Новой истории, а до 1954 г. - по Новейшей истории. Отсчёт защит докторских диссертаций по Новой истории начался в 1963 г., а по Новейшей истории - в 1977 г. В плане динамики соответствующих защит можно выделить два периода. Первый период заканчивается 1960-ми гг., второй относится к 1970-1991 гг. Во второй период в несколько раз возросло пополнение корпуса остепенённых специалистов по Новой и Новейшей истории. Абсолютное большинство защищённых кандидатских диссертаций было подготовлено под руководством докторов исторических наук,

профессоров Д. Б. Мельцера, Г. М. Трухнова, Л. М. Шнеерсона.

Читатели подводятся к выводу о том, что все защиты докторских диссертаций в области Новой и Новейшей истории белорусскими учёными становились знаковыми событиями в исторической науке. Новоиспечённые доктора наук сразу же занимали прочное место в республиканской научной элите.

По подсчётам В. А. Остроги, с 1944-го по 1987 г. в БССР по Новой и Новейшей истории было защищено 7 докторских и 55 кандидатских диссертаций [1, с. 423]. Много это или мало? Всё познаётся в сравнении. За тот же период было защищено докторских диссертаций по истории КПСС и КПБ - 29, истории СССР и БССР - 45, всеобщей истории - 10; кандидатских диссертаций по истории КПСС и КПБ - 404, истории СССР и БССР - 299, всеобщей истории - 67 [Там же].

Автор обращает внимание на то, что «к 1991 г. полностью удовлетворить республиканские потребности в кадрах высшей квалификации не удалось» [Там же, с. 321]. Мешали «порочная практика уменьшения мест в очную аспирантуру» [Там же, с. 206], а также то обстоятельство, что в тогдашней БССР кадры высшей квалификации по всеобщей истории готовились только в БГУ и Институте истории АН БССР. Сказывалось и то, что многие соискатели учёной степени доктора наук останавливались на полпути, столкнувшись с «ограниченностью в получении командировок в Москву и Ленинград, практически полным отсутствием возможностей публикации монографии по всеобщей истории» [Там же, с. 211], «изменением политической ситуации» [Там же, с. 213].

Пятый проблемный блок - выяснение влияния внутрисоюзных и международных научных связей на изучение истории Нового и Новейшего времени в БССР.

Заведующий кафедрой таможенного дела БГУ показывает, что «внутрисоюзные контакты историков-всеобщников БССР играли большую роль в развитии исследовательской деятельности» [Там же, с. 229], что «условия для налаживания межреспубликанских научных связей в области Новой и Новейшей истории сложились с 1920-х гг.

благодаря усилиям учёных БГУ и АН БССР» [1, с. 229].

Касательно межвоенного периода подобные связи не отличались серьёзными масштабами. Автор монографии объясняет это «организационным и кадровым несовершенством, дефицитом финансирования» [Там же]. С В. А. Острогой можно согласиться в том, что «широкий масштаб внутрисоюзное научное сотрудничество обрело только с конца 1950-х - начала 1960-х гг.» [Там же].

В рецензируемом труде исчерпывающе выявлена эффективность различных форм научного сотрудничества: «научных конференций, стажировок, работы в научных центрах союзных республик, обмена литературой, рецензирования, подготовки научных кадров» [Там же].

Руководителю структурного подразделения БГУ удалось всесторонне показать фактор народной дипломатии в развитии анализируемого направления исторической науки в БССР. Он обращает внимание на аритмичность международных контактов белорусских учёных. Они берут своё начало в 1920-х гг. Когда драматические 1930-е гг. близились к своему завершению, произошло их полное свёртывание. В 1950-х гг. эти связи вновь обрели реальные очертания. После прочтения монографии складывается цельное впечатление о векторах народной дипломатии, в которую были вовлечены белорусские историки-новисты. Все они совпадали с социалистическими странами. Капиталистические страны выносились за скобки, что нельзя квалифицировать иначе, как нездоровое явление. Рецензент прочувствовал это обстоятельство на своей личной судьбе. Он с 1981 г. занимается исследованиями в области истории ФРГ, но в советское время никак не мог побывать в этой стране.

Шестой проблемный блок - определение проблемного поля исследований в области истории Нового и Новейшего времени.

В. А. Острога показывает, что в это проблемное поле входили «история международных отношений, история и состояние идеологической борьбы, история классовой борьбы и рабочего движения, борьба за мир и всеобщее разоружение, история коммунистического движения, история национально-

освободительного движения» [1, с. 322]. Оно было типичным для указанного направления историографии в масштабах всего СССР.

Седьмой проблемный блок - выявление достижений и проблем на предмет изучения Новой и Новейшей истории зарубежных стран.

В. А. Острога показывает, что «в БССР изучались. исторические события, происходившие в. 39 странах» [Там же, с. 252], что «в числе наиболее изученных стран в БССР оказались Польша, Германия, США, Франция, Болгария и Китай» [Там же, с. 323], что «к сформировавшимся в советский период белорусским научным школам можно причислить. школы истории международных отношений, истории Польши и истории Германии» [Там же].

Очень хорошо, что с этими школами генетически связаны одноимённые современные научные школы в нашем отечестве. Просто потрясает преемственная связь поколений. Достаточно привести только один пример. В советское время доктор исторических наук, профессор, заслуженный работник высшей школы БССР Г. М. Трухнов создал знаменитую школу истории Германии. Его талантливейший ученик доктор исторических наук, профессор Г. А. Космач, безвременно ушедший 26 июля 2016 г., подготовил много остепенённых учёных-германистов. Среди них - доктор исторических наук, доцент О. Г. Субботин, мечтающий о создании своей школы истории Германии.

Проблемы на предмет изучения Новой и Новейшей истории зарубежных стран в БССР были таковы. «Практически вне научного анализа осталась история многих других стран, в том числе Австралии, Канады, Японии, региона Северной Европы, многих стран Африки и Латинской Америки. Не имеющая необходимой поддержки со стороны республиканских и местных партийных и управленческих органов белорусская историография Новой и Новейшей истории демонстрировала тенденции дрейфа в сторону истории Беларуси и даже краеведения, что являлось естественной реакцией на недостаточную востребованность» [Там же, с. 322].

Указанные проблемные поля осваивались В. А. Острогой на мощной методологи-

ческой базе. Базисом исследовательского процесса выступил комплексный подход, который у автора блестяще коррелирует с институциональным, системным, социокультурным, проблемно-хронологическим подходами. Перед нами образец реализации принципов историзма, объективности, всесторонности, системности, междисципли-нарности научного анализа.

Минский учёный применял как общенаучные, так и специальные исторические методы. Рецензент выявил мастерское применение следующих общенаучных методов: анализа, синтеза, индукции, дедукции, аналогии, абстрагирования, конкретизации. Весьма успешно сработал и тот сегмент методического арсенала, который включает истори-ко-типологический, историко-генетический, историко-системный, историко-сравнитель-ный, историко-культурный методы. В методический арсенал органически вписались три вспомогательных метода: сравнительно-правовой, текстологический, статистический.

Вооружившись солидным теоретико-методологическим инструментарием, автор скрупулёзно проштудировал весьма объёмный круг источников. Становой хребет рецензируемой книги - обобщение гигантского фактологического массива, впервые введённого в научный оборот. Из использованных 2 046 источников абсолютное большинство -впервые вводимые в научный оборот архивные документы и материалы.

Впечатляют самостоятельные авторские подсчёты. Они многократные, произведены с учётом инновационных технологий. В основном тексте автор единолично составил 14 таблиц, в приложениях - 4.

Весьма своевременны идеи В. А. Остроги насчёт терминологии. С Виктором Александровичем можно полностью согласиться в том, что «необходимо популяризировать и пускать в научный оборот термины "исто-рик-всеобщник" как специалист в области всеобщей истории, "историк-новист" как

специалист в области истории Нового и Новейшего времени зарубежных стран» [1, с. 323].

Значимость настоящего труда прослеживается по шести позициям.

Во-первых, заведующий кафедрой таможенного дела БГУ чётко обозначил важные проблемы, над которыми ещё предстоит работать научному сообществу [Там же].

Во-вторых, на базе данной монографии вполне можно разработать одноимённый спецкурс для студентов исторических факультетов высших учебных заведений, обновить содержание части лекций по Новой и Новейшей истории, читаемых профессорско-преподавательским корпусом для этой категории студентов; организовать подготовку ими докладов, рефератов и сообщений для семинарских занятий.

В-третьих, ряд выводов и оценок, содержащихся в монографии, даёт основание для внесения корректив в разделы учебных пособий по Новой и Новейшей истории.

В-четвёртых, «знание прошлых достижений и недостатков этой отрасли исторической науки. позволит сделать её дальнейшее развитие, в том числе институциональное, более результативным» [Там же, с. 5].

В-пятых, неоценим и с общественной, и с нравственной точек зрения тот факт, что «в ходе исследования было восстановлено свыше двухсот имён учёных и преподавателей, работавших в сфере всеобщей истории и способствовавших в меру сил становлению науки Беларуси» [Там же].

В-шестых, в книге много эксклюзивных материалов регионального характера, которые представляют интерес для историков-краеведов, сотрудников краеведческих музеев.

ЛИТЕРАТУРА

1. Острога В. А. Развитие научных и образовательных центров по Новой и Новейшей истории в Белорусской ССР. 1919-1991 гг. / под науч. ред. д-ра ист. наук проф. В. С. Кошеле-ва. - Минск : РИВШ, 2016. - 428 с.

Информация о статье Article info

Дата поступления Received

20 июня 2017 г. June 20, 2017

Дата принятия в печать 12 июля 2017 г.

Сведения об авторе

Стрелец Михаил Васильевич - д-р ист. наук, профессор, профессор кафедры гуманитарных наук Брестского государственного технического университета

Адрес для корреспонденции: 224011, Белоруссия, Брест, ул. Луцкая, 52

E-mail: mstrelez@mail.ru Для цитирования

Стрелец М. В. Фундаментальное исследование белорусского учёного // Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2017. № 3 (15). С. 482-489.

Accepted July 12, 2017

About the author

Streletz Mikhail Vasilievich - Doctor of Historical sciences, Professor, Professor of the Department of Humanities of the Brest State Technical University (Brest, Belorussia) Postal address: 52, Luckaya ul., Brest, 224011, Belorussia

E-mail: mstrelez@mail.ru For citations

Strelets M. V. Belarussian Scientist's Fundamental Research. Herald of Omsk University. Series "Historical Studies", 2017, no. 3 (15), pp. 482-489. (in Russian).