Бетонное наследие Корбюзье

Во Франции обсуждают решение ЮНЕСКО внести в списки мирового наследия несколько произведений самого знаменитого из архитекторов XX века Ле Корбюзье (1887-1965). С одной стороны, понятно, что швейцарец Шарль Эдуард Жаннере-Гри стал знаменит во Франции и прославил ее. Нет в мире архитектора, который не мечтал бы увидеть воочию его вещи. К ним отправляются в паломничество, как когда-то ездили в гости к Пантеону или Парфенону. С другой — его обвиняют во всех грехах. Общим местом стало мнение о том, что тоталитарный строй модернистской архитектуры разрушил дивный старый мир. В этом поэты (вспомним Иосифа Бродского: "У Корбюзье то общее с Люфтваффе,/ что оба потрудились от души / над переменой облика Европы. / Что позабудут в ярости циклопы,/ то трезво завершат карандаши") сходятся с булочниками, которые пишут комментарии: "Не понимаю, что хорошего в этих бетонных коробках". Тринадцать архитектурных произведений сочтены необходимыми для жизни человечества. Среди них есть и те, которые уже стали музеями, вроде парижских дома Ла Рош (1923) и виллы Савуа (1928), и те, которые этого статуса добивались,— капелла Роншан (1950) и "Лучезарный город" в Марселе (1945). Есть среди них и швейцарские, и индийские, и японские постройки. Нет только первого крупного европейского проекта Ле Корбюзье — московского дома Центросоюза на Мясницкой. Хотелось бы, чтобы наши борцы с модернизмом не восприняли это упущение как руководство к действию.