Взгляды на систематику и происхождение ископаемых организмов в отечественной литературе конца XVIII - первой половины XIX в

ИСТОРИЯ НАУКИ

УДК 56

ВЗГЛЯДЫ НА СИСТЕМАТИКУ И ПРОИСХОЖДЕНИЕ ИСКОПАЕМЫХ ОРГАНИЗМОВ В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЕ КОНЦА XVIII - ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XIX в.

И.А. Стародубцева

Государственный геологический музей им. В.И. Вернадского РАН, Москва Поступила в редакцию 10.10.16

В статье рассмотрены взгляды на систематику ископаемых организмов, высказанные западноевропейскими учеными И.Г. Валлериусом, И.Ф. Блуменбахом, А. Броньяром и Г. Бронном и опубликованные на русском языке в конце XVIII — первой половине XIX в. Из отечественных естествоиспытателей в эти годы вопросам происхождения ископаемых и их систематике уделили внимание в своих работах В.М. Севергин, Г.И. Фишер фон Вальдгейм и Я.Г. Зембницкий. Рассмотрен вопрос происхождения современного названия науки об ископаемых организмах «палеонтология».

Ключевые слова: окаменелости, формы сохранности, систематика, петроматогнозия, ориктология, палеонтология.

Starodubtseva I.A. Opinions on fossil organisms systematics and origin in national publications in end of XVIII — first half of XIX centuries. Bulletin of Moscow Society of Naturalists. Geological Series. 2017. Volume 92, part 4. P. 58-68.

The opinions on the fossil organisms systematics expressed by European scientists J.G Wallerius, J.F Blumenbach, Ad.T. Brongniart, and H.G Bronn in Russian translations are discussed. Among Russian naturalists there were VM. Severgin, G.I. Fischer von Waldheim, I.G. Zembnitsky, who had own opinion on nature and classification of fossils. In addition the origin of the current term «paleontology» is considered.

Key words: fossils, preservation forms, systematics, petromatognosia, oryctology, paleontology.

Уже в XVIII в. отечественные и зарубежные исследователи уделяли внимание описанию, систематике, происхождению, формам сохранности ископаемых организмов и вопросам терминологии. В России взгляды на происхождение окаменело-стей высказывали В.Н. Татищев, М.В. Ломоносов и П.С. Паллас (Стародубцева, Алексеев, 2011, 2015а, б). Однако только во второй половине восемнадцатого столетия и ближе к его концу, когда начала формироваться палеонтология как строго научная дисциплина, эти вопросы стали широко обсуждаться на страницах отечественных изданий.

Книга И.Г. Валлериуса

В конце XVIII в. были изданы в переводе на русский язык работы западноевропейских естествоиспытателей, в которых приведены сведения по систематике ископаемых организмов и формам их нахождения в природе. В книге И.Г. Валлериуса1 «Минералогия или описание всякого рода руд и ископаемых из земли вещей», опубликованной в 1763 г., содержатся краткие сведения и об иско-

паемых организмах. Так, среди «окаменелых вещей» автор различал: 1) «окаменелые растущие вещи РеМйса1а vegetabilia»; 2) «Коральки СогаШа»; 3) «окаменелые животные РеЫАса1а АштаНа». И.Г. Вал-лериус писал: «В рассуждении разной натуры и состояния окаменелых вещей, также и различия животных тварей, разделили мы оные на девять сортов, а именно: 1) на окаменелые человеческие тела и кости; 2) на окаменевшие кости четвероногих животных; 3) на окаменевших рыб; 5) на претворившиеся в камень амфибии или животные змеиного рода; 6) на претворившиеся в камень летающие и ползающие животные, называемые насекомыми; 7) на окаменевших червей; 8) на слепки животных; 9) на минерализованные животные» (Валлериус, 1763, с. 531). Здесь мы находим одну из первых попыток систематизации ископаемых организмов, в которой объединены животные разных систематических групп и формы их сохранности. И.Г. Валлериус затронул и один из основных в то время вопросов: каким образом остатки морских животных оказались на суше и «слоновые кости», находимые в Европе и на Севере так далеко от мест обитания

1 Валлериус Иоганн Готшальк ^аПепш 1оИап Оо^зЛаИс) (1709—1785) — шведский химик, минералог и металлург, почетный член Императорской Академии наук и художеств в Санкт-Петербурге (1776).

современных слонов, «занесены могли быть». Он писал: «На сей вопрос отвечать можно, что тому причиною отчасти всемирный потоп, а отчасти подземный огонь, который такие вещи наружу выкинул» (Валлериус, 1763, с. 583). Но он оговорил при этом, что на севере не бывает сильных землетрясений, а окаменелости повсеместно встречаются на поверхности гор, реже в недрах земли, а «внутри гор и глубоких ямах никогда не находились». По его наблюдениям, окаменелости, находящиеся в 30— 40 милях от морского берега, похожи на тех, которые встречаются на морском берегу, окаменелости также лежат в горах на высоте 200—300 саженей над уровнем моря. Приняв это к сведению, автор заключил, что «раковины и окаменелые вещи от всемирного потопа произошли. Может быть, что и обыкновенным наводнением или разлитием вод раковины в глубокие места занесены, но чтоб оное от подземного огня происходило... оное великому затруднению подвержено и неосновательно кажется» (Валлериус, 1763, с. 584). Таким образом, И.Г. Вал-лериус считал скопления ископаемых результатом всемирного потопа.

Руководство И.Ф. Блуменбаха

В 1797 г. в России была издана третья часть капитальной работы И.Ф. Блуменбаха (Блюменбаха)2 «Руководство по естественной истории», которая содержит сведения об окаменелостях и их систематике (эта работа была издана на немецком языке еще в 1788 г.). По определению И.Ф. Блуменбаха, «окаменелостями ж в пространном смысле называются все лишившиеся жизни животные и растения, кои пришли в такое положение, что их тело или особые части оного, вместо истления, свой образ в большей или меньшей целости сохранили, и большей частию сверх того посторонними земляными породами, или металлическими веществами, или же и земляными смолами проникнуты» (Блуменбах, 1797, с. 936). В то время наука о вымерших животных рассматривалась как часть минералогии, но автор отметил самостоятельность и важность этой дисциплины: «Знание окаменелостей (или орикто-логия, как ее вообще называют) есть весьма важная и плодовитая часть минералогии; потому что она, будучи рассматриваема и употребляема с надлежащей стороны, распространяет яснейший свет на происхождение земли, на разные ее постепенно следовавшие более или менее всеобщие перемены, и на относительную древность горных пород вообще, а особливо на образ происхождения некоторых родов флецовых3 гор» (там же).

По формам сохранности ископаемых организмов И.Ф. Блуменбах выделил: 1) «только калци-нированные»; 2) «действительно в камень превра-

щенные тела, или собственно так называемые окаменелости в теснейшем смысле», которые встречаются в известняках, глине, песчанике. «Сюда принадлежат особливо неизвестные морские произведения первобытного света, коих ни одного, или, по крайней мере, чрезвычайно немногие подлинники в нынешнем творении находятся, и коими из-вестнофлецовые горы на нынешней матерой земле, составлявшей прежде морское дно, преисполненны. Все о происхождении земли доказательства между собою снесенные, кажется, весьма вероятно показывают, что они при каком-либо всеобщем земном пожаре вдруг подняты были на сушу и затвердели». Автор отметил, что раковины сохраняются редко, чаще «показывается только внутренний отлив окаменелого ила, который наполнил раковину, со временем разрушившуюся... Таковые окаменелости для отличия называются каменными ядрами. Напротив того те, у коих только следы на внешней поверхности остались, называются отпечатками»; и затем 3) «вулканизированные»; 4) «металлизированные»; 5) «осмоленные». Сюда же он отнес заключенных в янтаре насекомых — инклюзы, совершенно справедливо полагая, что «они суть так же по смерти своей в целости сохранившиеся орудные тела, которые чаятельно при какой-нибудь частной перемене земли туда попались» (Блуменбах, 1797, с. 938—940). Отметим, что М.В. Ломоносов ранее совершенно правильно трактовал образование ин-клюзов.

Все ископаемые организмы И.Ф. Блуменбах разделил на «следующие статьи и отделения: I. Бесчисленные окаменелости неизвестных тел переменного первобытного света, куда на прим[ер] считая только обыкновеннейшие, принадлежит несколько сот родов аммонитов, белемниты, морские лилии и разные их части. II Окаменелости орудных тел нынешнего творения, но кои опять в рассуждении происхождения земли разделяются на два рода: а) такие, коих живые подлинники еще и ныне в той же стране находятся... Ь) напротив того такие, коих подлинники хотя так же еще в нынешнем творении, но только в отдаленнейших климатах существуют, как на прим[ер] бесчисленные костяки слонов, носорогов и других индийских животных, кои теперь в толь великом множестве на севере, а при том и в наших странах выкапываются» (Блуменбах, 1797, с. 940-941).

И.Ф. Блуменбах, распределяя ископаемых животных в определенном порядке, оговорил при этом, «что такое расположение окаменелостей, какое я здесь начертал, сколь оно без сомнения в рассуждении происхождения земли не важно, и для того я представленный здесь опыт выдаю как несовершенный» (Блуменбах, 1797, с. 945). Он различал «окаменелости животного царства» и «окаменелости про-

2 Блуменбах (Блюменбах) Иоганн Фридрих (Blumanbach Johann Friedrich) (1752—1840) — немецкий анатом и антрополог, доктор медицины (1775), с 1776 по 1853 г. — профессор клинической медицины и заведующий кабинетом естественной истории в Геттингенском университете.

3 Флецовые горы (устар.) — горы, сложенные осадочными слоистыми горными породами.

зябаемого царства» (т.е. ископаемые растения). К первой группе организмов он отнес: «I. Сосце-кормящих», среди которых выделил известные и неизвестные. К известным он отнес: 1) антрополиты;

2) медвежьи кости, которые принадлежат ископаемым пещерным медведям. Об этих остатках он писал, что они найдены «в Драконовых пещерах в Карпатских горах, так же в Шарфелдской пещере в Гарце и в Гайленрейтерской пещере при Фихтельберге. По виду принадлежат сии кости без сомнения к медвежьему роду; но они отчасти столь огромной величины, что тогдашние медведи должны быть несравненно больше дикого быка» (там же, с. 946);

3) слоновые кости; 4) носороговы кости. Неизвестные - это остатки: 1) на суше живущих зверей «так называемый плотоядный слон»; 2) морских зверей «китовы кости и зубы»; «II. Птиц»; «III. Земноводных», среди них известные черепахи, лягушки и жабы; неизвестные - «наипаче крокодилового рода животные». В сноске он привел интересные сведения о подобном ископаемом: «Так напр[имер] известный более десяти английских футов длиною отломок такого творения, которого нет ни в каком кабинете, но на открытом морском берегу при Витби в Йоркшире в квасцовом шифере между аммонитами видеть можно; но жалко, что приливами и волнами со временем разрушится» (там же, с. 949). Далее по предложенной им систематике следуют: «IV Рыбы» (отметим, что бирюзу считал зубами рыб); «V. Насекомые»; к ним автор причислил и трилобитов; «VI. Черви». В эту группу вошли все «чере-покожие и скорлуповатые черви», морские лилии и кораллы. Среди ископаемых растений, или «ока-менелостей прозябаемого царства», И.Ф. Блумен-бах различал: 1) отпечатки растений вообще; 2) се-мясодержательницы и проч.; 3) дерева.

И.Ф. Блуменбах констатировал, что флецовые горы заключают огромное количество остатков вымерших животных: «Но сии остатки неизвестных нам морских животных рассеяны в несказанном множестве и различии, и при том находятся они по большей части в спокойном положении по фле-цовым странам нынешней нашей матерой земли, и, следовательно, без всякого сомнения долженствуют почитаемы быть неизгладимыми памятниками прежде бывшего вида и поверхности земного шара. Прежнее морское дно от нечаянной перемены долженствовало преложено быть в сушу, напротив того прежняя матерая земля от оставившего потом свою ложбину моря покрыта быть водою» (там же, с. 746). Он полагал, что «обстоятельства и естественные силы точно определены быть не могут, как и отчего произошла вся оная перемена нашей земли, о великости и повсеместности коея уверяют нас окаменелости флецовых гор. А что оную без сильного действия подземного огня, нарочито по-

всюдного земного пожара представить себе не можно» (там же, с. 746-747). Таким образом, точка зрения И.Ф. Блуменбаха на происхождение ископаемых отличается от таковой И.Г. Валлериуса. Отметим, что из их современников ближе всех к правильному пониманию происхождения ископаемых подошел М.В. Ломоносов. В работе «О слоях земных» (1763) он писал, что нахождение остатков морских животных на континентах свидетельствует о смене морских и континентальных условий, происходившей из-за поднятия или опускания земной поверхности (Стародубцева, Алексеев, 2011).

Труды В.М. Севергина

В.М. Севергин

Среди отечественных естествоиспытателей В.М. Севергин4 (рисунок) первым попытался расположить ископаемые в систематическом порядке, близком предложенному И.Ф. Блуменбахом, обобщить сведения о находках окаменелостей в различных породах и разных регионах Российской империи и восстановить историю развития Земли. Он отметил, что окаменелости встречаются «в слоях мергеля, мела, известного камня или глины, редко в песчаном камне, еще реже в гипсе; но в гнейсе, граните, базальтах или шерле никогда. Иногда в колчеданах и в железных, медных и серебряных

4 Севергин Василий Михайлович (1765-1826) — отечественный минералог и химик, академик Императорской Санкт-Петербургской Академии наук (1793 г.), автор первой сводки по минералогии России (1809 г.), один из основателей Санкт-Петербургского минералогического общества.

рудах, и всегда почти состоят из тех пород земель, камней или других минералов, кои их окружают, иногда из кремня, агата или сердолика» (Севергин, 1791, с. 292—293). В.М. Севергин показал, чем различаются «так называемые игры природы от истинных окаменелостей. Первые происходят от случайного образования... Истинные окаменелости суть мертвые стройные тела, кои вместо того, чтоб истлеть, проникнуты были посторонними земляными породами, и от того более или менее затвердели» (там же). В.М. Севергин выделил пять разных типов сохранности ископаемых, которые, по его наблюдениям, встречаются: «1) Когда они выветрелы, не будучи ни мало проникнуты землею, но рухлы и клейких своих частиц лишились. 2) Когда они совершенно постороннею землею проникнуты, и от того долготою времени затвердели. 3) Оруделые стройные тела, т.е. когда они какою-либо рудою проникнуты, причисляя туда смолы и соли. 4) Каменные ядра, т.е. затверделый камень, имеющий вид внутренней пустоты стройного тела, причем скорлупа потеряна. 5) Отпечатки внешней поверхности стройных тел на камне; причем самые стройные тела разрушились и исчезли» (там же, с. 294). Отметим, что в настоящее время выделяют следующие формы сохранности ископаемых: субфосси-лии, эуфоссилии, ихнофоссилии, копрофоссилии и хемофоссилии (Михайлова, Бондаренко, 2011). В конце XVIII в. последние три категории были еще неизвестны в науке и поэтому не отражены в работах И.Ф. Блуменбаха и В.М. Севергина. Но субфоссилии и особенно эуфоссилии охарактеризованы этими естествоиспытателями подробно.

Ископаемые, встреченные на территории России, В.М. Севергин расположил в следующем порядке:

«А. Окаменелости животного царства.

I. Млекопитающие. Человечьи кости едва ли когда истинно окаменелыми попадались. А разве токмо выветрелые. Или случайно рудою. Смолою или солью проникнутые. Слоновые зубы и кости, Мамонтовы кости. Во многих флецах в Сибири.

Буйволовые черепы и кости. На берегу Свияги, Миасса, Оби при Обдорске, при Вилуе и пр.

Носороговы кости в Казани, на Оби при Об-дорске; на берегу Чикоя.

Китовы кости. На берегу Енисея при Кандашау-носе.

Зубы Морского Единорога5. При Индигирке.

Зубы Аккулы. В Урале на берегу Нейвы, Туры, Миаса и пр.

Зубы морского волка. На берегу Миасса.

Разные медной зеленью проникнутые кости находятся в Оренбургских песчаных горах, при Вознесенском заводе. На Вятке. Неизвестные зубы в железных флецах на Дюме и пр.

II. Птицы

Птицы едва ли окаменелыми находилися.

III. Амфибии.

Разные части их иногда окаменелыми попадаются.

IV. Рыбы.

Сказывают, что находятся окаменелые (не отпечатанные ли?) рыбы в сланце в Ундарских горах; находили так же отпечатки рыб в известковых песчаных сланцах в Ингерманландии при Пудов-ской ломке. Самую бирюзу сюда же причисляют.

V. Насекомые.

Наипаче раки в Паппенгеймском известковом сланце и другие.

VI. Черви

1. Мягкие.

Редко бывают или никогда окаменелые не бывают.

2. Черепокожие

а) Черепокожие с мягкими черепками.

Баланиты и фолады во многих местах находятся.

б) Черепокожие о двух черепках.

Раковинки.

Теребратулы, Аномиты, Острациты, Пектиниты, Грифиты и пр. в известковом сланце на Тосне в Ингерманландии. Во флецах других премногих мест. Пектункулиты на Лене (двустворчатые моллюски и брахиоподы. — И.С.).

в) Черепокожие об одном черепке с определенными винтами. Улитки.

Аммониты и другие в меловых холмах на Днепре, Дону и других местах. Сверх того попадаются окаменелыми многие другие породы сего отделения, каковы суть Стромбиты, Волутиты, Буллиты, Букциниты и др.

г) Черепокожие с одним черепком без винтов.

Такого рода суть кажется Белемниты и Ортоце-

ратиты. Белемниты на берегу Москвы-реки, в Сибири на Туре, на Нейве, при Енисее и других местах. Ортоцератиты в Дудоровских горах и при Нарве.

Ехиниты, или морские ежи, и иглы их на Оке, при реке Медведице, что в Дон впадает. На Клязьме при Володимире и пр. Сюда же причитаются и энкриниты; Трохиты и Ентрохиты почитаются за части стебля Енкринитова. Ентрохиты изредка попадаются в известковых Колыванских горах.

3. Кораллы.

Мадрепориты, Фунгиты, Миллепориты и другие находятся в известном камне при Белом море. На Волге при Твери, на Вятке, на Аю в Урале, в мелу на Днепре, на Доне, Фунгиты на Енисее, при Тверце на Волге и при Клязьме.

Сверх того находятся всякие черепокожие в колчедан обращенные, как то на берегу Волги при Ярославле, при Симбирске, на Исете и пр.» (Севергин, 1791, с. 295—298). Из остатков ископаемых растений («окаменелостей царства произрастений») В.М. Севергин отметил «тростник и мох, известным камнем одетой, на берегу Оки в Нижнем Новгороде, на Казанке». Он указал многие места, где встреча-

5 Морской единорог — полярный кит нарвал, который с XVII в. был известен в Европе.

ется окаменелая древесина, как например, «береза железною охрою проникнутая в Олонецких горах на Марциальных водах; ветви, листья и кора сего дерева весьма еще приметны» (Севергин, 1791, с. 299).

Перечислив «сии суть главнейшие окаменелости», В.М. Севергин отметил, что «многие из них лежат порядочно слоями, иные разбито, иные нарочито глубоко в земле, другие на великих высотах. Все свидетельствуют, что на нашем земном шаре происходила некогда важная перемена. Но точнейшее их познание и приискивание необходимо требуют сведения о Естественной истории животного и прозябаемого царства» (там же).

В вышедшую позднее монографию «Первые основания минералогии или естественная история ископаемых» (1798) В.М. Севергин также включил сведения об ископаемых организмах, отметил формы их сохранности и расположил их в несколько ином порядке. Разделив их на две большие группы — отпечатки произрастений и окаменелых животных, он в последней различал окаменелых червей, куда отнес кораллы, животнорастения (морские звезды, морские лилии и их членики — трохиты и стебли — энтрохиты, белемниты), окаменелых черепокож-ных — из одного черепка состоящих или улиток, двучерепных раковин, раковин из многих черепков, окаменелых насекомых, окаменелых земноводных, окаменелых рыб, окаменелых птиц и окаменелых четвероногих. Внутри каждого подразделения он отметил формы сохранности ископаемых, выделив отпечатки, окаменелые и «оруделые» (т.е. замещенные рудными минералами, например марказитом) остатки. Вопрос о происхождении окаменелостей автор здесь не рассматривал (Севергин, 1798).

Краткие общие характеристики ископаемых в связи с тем, что палеонтология в то время считалась частью минералогии, В.М. Севергин включил и в «Подробный словарь минералогический...» (1807). Приведем некоторые из них. Аммониты, или аммо-новы рога — «окаменелые, плоские, к центру завивающиеся улитки, похожие на завитые бараньи рога или свернувшуюся в кольцо змею» (Севергин, 1807, с. 79—80). Белемниты охарактеризованы им следующим образом: «Кеглеобразные окаменелости недовольно известного рода... Основание их выдолблено на подобие воронки. Иногда они пусты, а иногда содержат кеглеобразное ядро, разделенное на местечки и имеющие боковые канальцы... Некоторые причитают их к морской пробке, а другие к ортоцератитам; можно их еще лучше отнести к улиткам...» (там же, с. 138—139). Очень образно описаны грифеи, или «грифиты — окаменелость из статьи двучерепных раковин, названная так потому, что имеет подобие кривых птичьих когтей. Грифиты состоят из неравносторонних черепков, из коих один прямой, а другой кривой, или имеет загнутый носик, и внутри походит на лодочку, коей корма и нос к верху поднялись. Они бывают гладки, полосаты и желобоваты...» (там же, с. 304—305).

В 1808 г. в статье «Рассуждение о ископаемых орудных телах» В.М. Севергин на основе анализа ископаемых, или «орудных тел», сделал попытку восстановить те перемены, которые происходили на Земле. По его наблюдениям, из ископаемых «в наибольшем изобилии находятся черепокожные; за ними следуют кости четвероногих животных, потом рыбы; реже находятся земноводные и насекомые, а еще реже птицы. Деревья и вообще про-израстения изобильнее четвероногих животных и рыб» (Севергин, 1808, с. 288). Он отметил, что для многих ранее существовавших животных в настоящее время «подлинники неизвестны, либо породы их со временем изменились. Некоторые рыбы совсем исчезли», а такие животные, как аммониты («Ам-моновы рога») и белемниты, в настоящее время не существуют.

В.М. Севергин пришел к выводу, что животные, обитавшие когда-то на Земле, отличались большими размерами, особенно четвероногие. «Судя по ископаемым зубам Акулы, полагают, что древние Акулы были, по крайней мере, в 12 раз и даже в 200 раз более нынешних и проч.» (Севергин, 1808, с. 288—289). Он отметил, что ископаемые остатки нередко находятся «в великом отдалении от тех мест, где подлинники их, или сходные с ними ныне пребывают». Так, кости слонов и носорогов, обитающих ныне в жарком климате, встречаются по всей Европе и на севере Азии, и «кораллы, свойственные океану, находятся внутри матерой земли» (Се-вергин, 1808, с. 289).

По замечанию В.М. Севергина, чем древнее слои, в которых встречаются остатки животных, тем разительнее эти животные отличаются от современных. Он констатировал также, что «иногда над слоями черепокожных речных бывают слои с черепокож-ными морскими», встречаются и «смежные слои глинистые, известные и песчаные, коих каждый имеет особый род окаменелостей», а «в отношении к деревам, примечены местами как бы целые низ-проверженные леса, коих корни обращены к северо-западу, а ветви к юго-востоку». Эти факты, по его мнению, свидетельствуют о том, что «поверхность земного нашего шара, ныне матерую землю составляющая, покрыта была некогда водою. Но, соображая все обстоятельства, три Эпохи принять мы должны. В кои таковому подвержена она была состоянию» (Севергин, 1808, с. 292).

В первую эпоху, по представлениям В.М. Се-вергина, «образовывались первые по мирозданию древнейшие ее осадки, когда мало помалу выступающие гранитных подводных гор вершины представляли, аки бы острова древнего великого Океана, к коим купно с прочими осадками налегали кораллы и древнейшие черепокожные, подобно как сие и ныне делается при островах и утесах великих морей. В сию эпоху могли образовываться все так называемые второродные горы и часть третьерод-ных с окаменелостями черепокожных, коих ныне подлинников не находится» (там же, с. 292).

Вторая эпоха, по В.М. Севергину, наступила спустя «многие веки». Эта эпоха была связана с всеобщим «матерой земли» наводнением, в результате которого «более или менее медленным стеканием вод в определенные им глубины и произошли флецо-вые горы, и вместе с ними остались погребенными в недрах земли различные тела к орудным царствам принадлежащие, коих подлинники еще и ныне отыскиваются, или некоторым образом с ними сходствуют» (Севергин, 1808, с. 292).

«Третью эпоху могут составлять частные некоторых стран наводнения после того бывшие, и купно с ними частные осадки слоев еще позднейшего образования с погружением паки некоей части обитавших в морях и реках орудных тел» (там же, с. 292-293).

Подробно В.М. Севергин останавливается на второй эпохе, так как, по его мнению, именно с ней связано большинство ископаемых остатков. Он считал бездоказательным предположение некоторых естествоиспытателей, «что нынешняя суша составляла древле дно морское, и что оное обнаружилось либо от того, что древний Океан опустился, либо что старое дно Океана поднялось. Но сколь сие мало изъясняет образ погружения четвероногих животных и других орудных тел, ныне в отдаленнейших странах обитающих, сие всякой удобно видеть может. Правда, что некоторые в другом отношении доказывают, что орудные тела действительно некогда в тех местах обитали, где ныне ископаемыми находятся; но сие доказательства основываются более на принятых мнениях, чем на истинных событиях» (там же). Предположения о постепенном охлаждении Земли и перемены земной оси, по его мнению, также не объясняют присутствие остатков морских ископаемых внутри континентов. Всемирное наводнение, полагал В.М. Се-вергин, стало причиной того, что земля оказалась покрыта водой, которая «потопила обитавшие на ней орудные тела», и «с вышних мест стекала она потом в нижние, что стремлением своим увлекала вместе с собою сами орудные тела, что вместе с землями, кои содержала в себе разведенными, осадила их ко дну, и таким образом оставила их в недрах земли» (там же, с. 294). Это хорошо согласуется, на его взгляд, и с всемирным потопом, о котором свидетельствует Священное писание. На возможное возражение, что со времени всемирного потопа прошло слишком мало времени для фоссилизации организмов, он как минералог ответил, что «медленнейшее или скорейшее окаменение зависит от тех обстоятельств, в коих находится орудное тело» (там же). По В.М. Севергину, причины, которые привели к всемирному потопу, вполне естественные: «Долговременные жары увлекли великую часть влажности в атмосферу; сильным земли сгущением выжимало, так сказать, оставшуюся в ней воду древнего Океана. Наступила Эпоха, когда сугубым действием как выступившей от внутреннего иссушения влаги, так и от ниспа-

давшей из атмосферы, все лицо земное покрылось водой» (там же). Он образно рисует те события, которые могли происходить на Земле во время потопа: «Представим себе ярящееся от сильных ветров море; сколь сильное долженствовало быть действие волн на оном великом Океане тогда землю покрывавшим. Целые утесы могли быть оторваны, великие глыбы земель могли быть подняты к верху, и обширные густые, корнями сплетшиеся леса плавать по оному. Тогда обитатели земного шара сделались жертвою наводнения; большие животные могли еще спасаться несколько времени на плававших, корнями переплетшихся лесах, аки на плотах; большие рыбы, ужаснувшиеся неизмеримой глубины, которая их от дна морского отделяла, старались укрываться в плавающей или густо разведенной водами тине, и все вообще искали последнего себе убежища в каком-либо более или менее твердом противу разъяренных волн оплоте. Наконец хляби водные затворились; просияло ясное небо; воды в силу общего закона своего начали стекать с вышних мест в нижние» (там же, с. 295). И если предположить, что наиболее высокие места находились в районе тропиков, то тогда вода должна была «стекать в противоположные страны; течением своим образовывала она великие реки, вместе с ними и самым своим стоком пренесла в сии страны потопленные животные, и осадила их тамо вместе с землями, либо погрузила их в вечные льды; частные стоки в других местах, могли быть перенести из одной страны в другую тех же животных» (Севергин, 1808, с. 295).

Затем, «опустясь оный Океан мог еще долгое время занимать некоторые глубины», и накопившиеся в них осадки и образовали «около первобытных гор флецы. Наконец внутреннее брожение причинило в разных местах потрясения Земли, и открыло огнедышащие горы и новые великие хляби, куда погрузились остальные воды великого Океана» (там же, с. 296).

В.М. Севергин пытался объяснить находки мерзлых туш шерстистого носорога и мамонта на севере России. Он считал, что эти животные были быстро перенесены «стоком воды после наводнения и столь же скоро зарыты были в песках и иле, с коими вместе оне были увлекаемы» (там же). По его мнению, если бы мамонты и носороги жили там, где найдены их остатки, то трупы их быстро бы разложились. Наличие у мамонта шерстистого покрова он объяснял тем, что эти животные обитали «несколько ближе к северу». В.М. Севергин считал, что если в горах Индии не найдены их остатки, то это «есть следствие того же внезапного наводнения и столь же быстрого стечения вод, коими смывало их в нижние страны» (там же, с. 297). Он не отрицал и того, что кроме всеобщего наводнения были и «частные наводнения и частные вод осадки; наипаче сие последнее мы ясно видим в озерах, болотах и самих морях. Частные наводнения могли покрыть морскими черепокожными слои, заключающие в себе окаменелости черепокожных морских» (там же, с. 298).

В начале XIX в. в отечественной печати в статьях, посвященных ископаемым, обсуждались вопросы терминологии, систематики и проблемы их происхождения. Так, Г.И. Фишер фон Вальдгейм5 даже поднял вопрос о самостоятельности науки об ископаемых организмах, которую называл петрома-тогнозией. Он писал: «Петроматогнозия соединена с геогнозией, означает науку о познании ископаемых (fossilia) или органических тел из земли выкапываемых, более или менее временем измененных... и обыкновенно называется историей окаменелостей. Поелику же она требует совершенных зоогностиче-ских и ориктогностических сведений, то кажется мне неправильным считать ее особенною наукою» (Фишер, 1818, с. 7).

Работа Я.Г. Зембницкого

В 1825 г. в Горном журнале в разделе «Минералогия» была опубликована компилятивная статья Я.Г. Зембницкого6 «Общее обозрение окаменелостей». В ней рассмотрены основные понятия и термины, употреблявшиеся в то время в науке об ископаемых организмах. Я.Г. Зембницкий начинает статью объяснением терминов «окаменелости (petrefacta s. pet-rificata)» и «ископаемые (fossiles)», принятых в то время для обозначения остатков вымерших организмов. Я.Г. Зембницкий указал, что окаменело-стями следует называть «только те части органических тел, кои действительно переменились в камни посредством землистых частей, составляющих существенную основу сих минералов». Однако, заметил он, этим термином обозначают и те остатки организмов, которые, «находясь в земле, почти не переменились», а также отпечатки организмов или их фрагментов, псевдоморфозы различных минералов по ископаемым остаткам и ядра (Зембницкий, 1825, с. 3). Он отметил, что «французские естествоиспытатели употребляют название ископаемых (fossiles) вместо слова окаменелости, принимаемого в широком смысле; но в других языках, по крайней мере в Немецком и Российском, первое название присвоено вообще не только всякого рода окаменелостям, но и всем минералам, как-то землям и камням, солям, горючим телам и металлическим веществам» (там же, с. 4). Никаких рекомендаций по использованию того или иного термина Я.Г. Земб-ницкий не дает, предпочитая сам пользоваться словом «окаменелости».

По формам сохранности Я.Г. Зембницкий выделил четыре «главных рода»: «1) настоящие окаменелости, то есть твердые части органических тел, кои находясь в земле, проникнуты частицами разных минералов. таковы суть разных видов дерева,

раковины, кораллы и кости животных. 2) Почти неизмененные части органических тел, между которыми наиболее встречаются раковины и кости больших сухопутных животных, на примере слона, носорога и проч. 3) Отпечатки (Typolithi)... например отпечатки папоротников, раковин, рыб. 4) Каменные ядра или сростки, то есть осадки минералов в полостях, оставшихся после разрушения органических тел, либо во внутренних пустотах сих самых тел до разрушения их. Таким образом происходит большая часть каменных сростков, представляющих виды многоразличных раковин, как-то гистероли-тов, навтилитов, мускулитов, аммонитов, нерити-тов и проч.» (там же, с. 6).

Далее автор отметил, что все охарактеризованные им окаменелости принадлежат животным и «прозябаемым», т.е. растениям. В продолжении он указал, что чаще всего от млекопитающих сохраняются кости «разного рода и зубы, из коих последние, по-видимому, еще лучше сохраняются, нежели первые» (там же, с. 7). Птицы в ископаемом состоянии сохранятся очень редко, «но не бывают настоящими окаменелостями ни клевы их, ни когти, ни перья» (там же). Хрящевые рыбы «не оставляют никакого следа своего остова, и находятся в земле только отдельные зубы их, которые по различию пород их обыкновенно известны под именем окаменелых языков или глоссопетров, буфонитов и проч. .Напротив того, костливые рыбы представляют великое множество твердых остатков» (там же, с. 8). Часто встречаются в ископаемом состоянии многочисленные «одночерепные», «двучереп-ные» и «многочерепные» раковины, окаменелости «скорлуповатых животных» (членистоногих — раков и пр.). Автор отметил, что «кольчатые животные (animalia annelicla) представляют в числе окаменелостей трубочки ползух (serpula) и трубочки зубанов (dentalium), из коих первые по сходству с небольшими червями, или червячками (vermiculi), обыкновенно называются вермикулитами» (там же, с. 9). И добавил, что «ни один из червей, называемых кишечными животными (animalia intestina) или глистами, не встречаются в состоянии окаменелости» (там же, с. 10). Автор отметил, что распространены в ископаемом состоянии «лучистые животные, или зоофиты», к которым относились морские ежи и их иглы, а также кораллы, «или каменные полипняки, суть твердые вместилища полипов» (там же, с. 10). Среди ископаемых растений встречены «двусеменнолистные», «односеменно-листные» и «бессеменнолистные». Так, «листы, заключающиеся в слоях сланцеватых камней, наиболее принадлежат бессеменнолистным из семейства папоротников (filices); также довольно заметны

5 Фишер фон Вальдгейм Григорий Иванович (1771—1853) — зоолог, палеонтолог и геолог, родился в Германии, с 1804 г. жил и работал в России. Основатель Императорского Московского общества испытателей природы (1805), член-корреспондент Императорской Санкт-Петербургской Академии наук с 1806 г., почетный член с 1819 г.

6 Зембницкий Яким Григорьевич (1784—1851) — ординарный профессор Главного педагогического института, директор Императорского Санкт-Петербургского Минералогического общества (1827—1842).

листья двусеменнолистных растений... Между растительными окаменелостями явственно различаются односеменнолистные дерева, например, пальма.» (там же, с. 10). В этой статье автор объяснил и процесс образования окаменелостей. Так, «кости животных лишаются студени, свойственной им в живом теле животного и состоят из одной фосфорнокислой извести; но они по большой части удерживают свое наружное очертание и даже внутреннее ячеистое строение. Раковины часто теряют верхнюю кожицу (drap marin) и природные цвета свои; нередко пластинки известкового вещества, из коего они состоят, бывают отдалены одна от других. Иногда самая раковина проникается посторонним веществом, например кремнистым, которое занимает место согнившей хрящеватой или другой органической части, бывшей в составе оной. Такой же перемене часто подвергаются кости, кораллы и другие твердые части животных, находящихся в недрах земли; то есть они делаются настоящими окаменелостями от минеральных частиц, занимающих места хрящей или других животных веществ, находившихся в составе их. Кости и зубы позвоночных животных, проникнутые медной окисью, известны под именем бирюзы новой породы, или костяной (turquoise de la nouvelle, roche, ou osseuse)» (там же, с. 12). Автор сообщил и о вещественном составе каменных ядер, который может быть аналогичен вмещающей породе, или отличаться от нее. Так, «часто известковые пласты включают в себя ядра кремнистые, колчеданные, плавиковые и проч.» (там же).

Отметим, что остатки ископаемых животных, как сообщил Я.Г. Зембницкий, называли в то время зоолитами, растений — фитолитами. Остатки млекопитающих называли мастолитами, птиц — орни-толитами, «земноводных гадов» — амфиболитами, рыб — ихтиолитами, насекомых — энтомолитами, всех прочих животных — гельминтолитами (там же, с. 15—16). В заключение он упомянул «о породах минералов, в коих они находятся и о распространении их на Земном Шаре» (Зембницкий, 1825, с. 16).

Таким образом, в этой статье Я.Г. Зембницкий привел все основные понятия и термины, бытовавшие в то время в науке об ископаемых организмах.

Статья Г.И. Фишера фон Вальдгейма

В 1829 г. Г.И. Фишер фон Вальдгейм опубликовал, на наш взгляд, несколько запоздавшую статью «О происхождении ископаемых», которой пытался дать ответы на три вопроса: «.что такое ископаемые? 2. откуда они происходят? и 3. каким образом получили они то новое состояние, в котором их теперь находят?» (Фишер, 1829, с. 2). Сначала он рассмотрел вопрос терминологии: как правильно называть остатки вымерших организмов — ископаемые или окаменелости? Г.И. Фишер писал, что «словом ископаемые (fossilia, fossils) называют тела органические, в земле находимые, хотя по своему

происхождению оно имеет смысл обширнейший, означая все тела, посредством копания открываемые в недрах материка; — и в сем-то последнем значении употребляли его многие германские минералоги» (Фишер, 1829, с. 1). Он отметил, что к «телам органическим» применяется и термин «окаменелости» (petrifications), но «сим названием выражается понятие неточное, т.е. понятие превращения животного в камень или одного вещества в другое», и поэтому предпочтительнее, по мнению Г.И. Фишера, употреблять термин «ископаемые» (там же, с. 1—2).

Ответ на первый поставленный вопрос у Г.И. Фишера не вызывает сомнений — ископаемые «действительно составляют то, чем они представляются, т.е. остатками животных, которые находились некогда или на земле или в морях, и которых иногда встречаются только подобные между творениями живущими; ибо весьма часто кажется, что они принадлежали породам, совершенно исчезнувшим» (там же, с. 2).

Дать ответ на второй вопрос Г.И. Фишер предложил читателям самостоятельно, исходя из приведенных им фактов. Так, он писал, что известняки Мячкова переполнены кораллами, в других местах «наблюдатель увидит в мергелях некоторые морские раковины (Choristites, Terebratulites), рядом лежащие». Этот факт, полагал автор, свидетельствует о том, что «сии тела занесены морем в те места, где теперь находятся» (там же, с. 4). У Г.И. Фишера нет сомнений, что там, где встречаются ископаемые, «во времена древности море пребывало, однако трудно разрешить, каково было сие пребывание: естественное и долговременное или произведенное каким-нибудь мгновенным переворотом, например всеобщим или частным потопом?» (там же, с. 4). Г.И. Фишер дал на этот вопрос уклончивый ответ: «Сия часть вопроса не принадлежит к нашему рассуждению; решение оного требует многих исследований, которые отвлекут нас от настоящего предмета» (там же).

Г.И. Фишер отметил находки «в местах болотистых и близ рек» костей крупных ископаемых млекопитающих, которые, по его твердому убеждению, не занесены туда морскими водами. Он писал, что «ископаемые кости больших животных, каковы мамонты, единороги, буйволы и пр., существенно различные от тех, которые принадлежат породам ныне живущим, не могли быть занесены в места, где теперь находятся, водами Индии или жарких климатов — настоящего жилища подобных пород. Здесь, кстати заметим, что в странах, где теперь живут слоны и единороги, не находят ископаемых костей сих животных» (Фишер, 1829, с. 5). Г.И. Фишер, основываясь на мнениях естествоиспытателей, писал, что обитать слоны и носороги могли и в прохладном климате, так как были покрыты шерстью. Он так же, как и многие ученые того времени, склонялся к предположению, что «температура земной поверхности постепенно уменьшалась. Поколения животных, найденных в состоянии ископаемом,

не мгновенно исчезли; последовательное возвышение различных климатов или поясов температуры мало-помалу истребило породы различных животных, более не существующих» (там же, с. 6).

На последний, третий вопрос, касающийся образования ископаемых, Г.И. Фишер отвечал, что «животное не превращается в другое существо, с ним различное; умирая, оно разрушается и заменяется существом новым. Раковина служила только формой, в которой образовался известковый или кремнистый кусок, совершенно похожий на раковину. Таким образом, жидкий гипс, налитый в форму, сгущаясь, принимает изображение этой формы» (там же, с. 8). Он отметил, что встречаются ископаемые совершенно неизмененные, в основном это кости млекопитающих. Вместе с тем есть много примеров окремненных, обызвествленных и оже-лезненных ископаемых. По его мнению, процесс замещения остатков органических тел кремнеземом, карбонатом, окислами железа происходил следующим образом: «Воды, покрывавшие поверхность земного шара, содержали в себе известковые, кремнистые, железистые и прочие части растворенными; и по стечении или испарении сих вод все как каменистые, так и другие части соединились посредством химического притяжения. В одних местах они образовали кучи извести, в других кучи гипса или целые слои кремня или даже кварца. Кажется, что вещество кремнистое образовалось после прочих и наполнило пустоты, между слоями извести оставшиеся и произведенные слоями морских животных» (там же, с. 11). Подобное окремнение Г.И. Фишер наблюдал в известняках Подмосковья, в которых встречаются «большие кремнистые плиты или доски толщиною в несколько дюймов» (там же). «Как простой наблюдатель», Г.И. Фишер не ответил на вопрос: откуда взялись в водах известь, кремнезем и проч.? «Пусть любопытный ищет в Химии и Геогнозии желаемого ответа на сей вопрос», — такими словами закончил он свою статью (там же).

Реферат Э.И. Эйхвальда

С систематикой ископаемых, существовавшей в то время, знакомили публикации в Горном журнале. В 1829 г. в разделе «Петроматогнозия» этого издания был напечатан реферат работы Э.И. Эйхвальда «План системы ориктозоологии», изданной ранее Курляндским обществом литературы и искусства (г. Митава). Э.И. Эйхвальд разделил все известные к тому времени ископаемые организмы на два класса, каждый из которых состоял из трех отделений. «В первом отделении первого класса, заключаются животные, которых находятся только окаменелые остатки (полипяки, энкриниты, пента-

криниты, астириациты, эхиниты, конхиты, кохлиты, энтомолиты, трилобиты, ископаемые скорлупова-тые и ископаемые кости некоторых позвоночных животных. Они встречаются, начиная от переходной формации до позднейшего известняка» (План системы... 1829, с. 58). Ко второму отделению автор отнес остатки животных, в основном кости млекопитающих, «покрытые известью (calcifiés), или животные, которых кости, лишенные животного вещества и естественной твердости, сделались легкими и ломкими и часто проникнуты или покрыты известковым туфом. Сии кости принадлежат, большей частью, млекопитающим» (там же, с. 58). Эйхвальд указал, что встречаются подобные остатки только «в намывных областях, или в пещерах гор переходного или древнего вторичного образования, где сии животные водились» (там же). К третьему отделению Эйхвальд причислил животных, заключающихся в известковом туфе, — это прежде всего человеческие кости, обнаруженные в Гваделупе. Ко второму классу, по Э.И. Эйхвальду, относятся животные, которые не могут быть названы собственно ископаемыми. В этот класс он включил: 1) животных, найденных в янтаре; 2) мерзлые туши, найденные в вечной мерзлоте; 3) «заключающиеся живыми в камнях, (многие земноводные, особенно жабы)» (там же, с. 60).

Отметим, что редактор (оставшийся, к сожалению, безымянным), справедливо указал, что недостатком предложенной Э.И. Эйхвальдом классификации является разделение ископаемых на два этих отделения, так как «не находятся различия между остатками окаменелыми и проникнутыми или покрытыми известью. Сии ископаемые остатки различаются по различным, более или менее древним формациям, к которым они относятся (там же, с. 58).

Переводные статьи Ад. Броньяра и Г. Бронна в Горном журнале

Позднее в Горном журнале были опубликованы рефераты статьей и переведенные на русский язык работы зарубежных исследователей, посвященные систематике различных групп ископаемых организмов. Так, в 1830 г. в разделе «Библиография» помещено краткое содержание работы Ад. Броньяра7 «Prodrome d'une historie des végétaux fossiles» («Введение в историю ископаемых растений»), изданной в Париже в 1828 г. В ней автор предложил следующую систематику ископаемых растений, которые он разделил на шесть классов. В свою очередь каждый класс объединял в себе несколько семейств. Это классы: 1) безбрачные (Agamae) — два семейства Конфервы (Convervae) и поросты (Algae); 2) тайнобрачные ячеистые (Cryptogamae cellulares) — вклю-

7 Броньяр Адольф Теодор (Brongniart Adolphe Théodore) (1801—1876) — французский ботаник и палеоботаник, разработал единую систему растительного царства, включив в нее и ископаемые растения, внес вклад в анатомию растений и тафономию. Член Французской Академи наук (1834), иностранный член-корреспондент Императорской Санкт-Петербургской академии наук (1829).

чает одно семейство мхи (Misci); 3) тайнобрачные сосудистые (Cryptogamae vasculares) — хвощевые (Equisetaceae), папоротники (Filices), марзилейные (Marsileaceae), лучицевые (Characeae), волконожные (Lycopodiaceae). Последнее семейство включало такие роды ископаемых растений, как Lepidoden-dron и Stigmaria; 4) явнобрачные голосеменные (Phanerogamae gymnospermae), включающие два семейства — саговые (Cycadaea) и хвойные (Conife-rae); 5) явнобрачные односеменнолистные (Phanerogamae monocotyledones) — семейства Наяды, или речные (Naiades s. Richard), пальмы (Palmae), лилейные (Liliaceae), канновые (Cannaea); 6) явнобрачные двусеменнолистные (Phanerogamae dicotyledones) — Сережчатые (Amentaceae), Орешковые (Juglandeae), Кленовые (Acerinaeae), Кувшинчико-вые (Nymphaeaceae) (Prodrome, 1830). Предложенная Ад. Броньяром систематика близка к современной, и не случайно он признан основателем палеоботаники (Юрина и др., 2010).

В отдельных номерах Горного журнала в течение 1831—1835 гг. была напечатана в переводе А.М. Карпинского8 большая работа Г. Бронна9, посвященная систематике «ископаемых слизняков» (моллюсков). «Польза, которую может доставить познание ископаемых слизняков при геогностических розысканиях», побудила А.М. Карпинского перевести на русский язык капитальную работу Г. Бронна «System der urweltlichen Conchylien durch Diagnose, Analyse und Abbildungen der Geschlechter erläutert; zum Gebrauche bey Vorlesungen über Petre-factenkunde und zur Erleichterung des Selbststudiums derselben», изданную в Гейдельберге в 1824 г. А.М. Карпинский отметил также, что об этом сочинении хороший отзыв был дан «со стороны знаменитого нашего Зоолога, Г.И. Фишера. Нельзя однако не пожалеть между прочим о том, что Автор по изложению признаков раковин, не упомянул о формациях, в которых встречаются ископаемые виды описанных им родов» (Система раковин, 1831, с. 217—218). Отметим, что публикации работы Г. Бронна сопровождаются палеонтологическими таблицами. Предложенная Г. Бронном систематика, основанная на классификации Ж-Б. Ламарка, включает четыре класса: 1) слизняки (отряды головоногие, куда вошли и относящиеся ныне к типу Foraminifera нуммулитиды и нодозарииды), шеено-гие, брюхоногие, причем два последних отряда включают в себя представителей современного класса Gastropoda; 2) двустворчатые (отряды одномускуль-ные и двумускульные, к этому классу отнесен и тип Brachiopoda); 3) усоногие (отряды сидящие и подпертые); 4) кольчатые (прикрепленные, только для известных в ископаемом состоянии). Отметим,

что тип Brachiopoda стал рассматриваться как самостоятельный лишь в середине XX в., до этого его объединяли также в один тип с кольчатыми червями, а затем по сходству личинок с мшанками в особый тип Molluscoidea. В капитальном отечественном издании «Основы палеонтологии» бра-хиоподы рассматривались «в качестве особого типа, не включающего в свой состав каких-либо иных животных» (Основы палеонтологии, 1960, с. 115).

Предваряет эту публикацию предисловие А.М. Карпинского, в котором он одним из первых применил в отечественной литературе термин «палеонтология». Он писал: «Исследование частей земной коры, образовавшихся в те времена, когда действователи, изменяющие поверхность земли, являлись с несравненно большею силою, открывает нам множество органических тел, лишенных жизни, но более или менее удержавших свою форму. Сии тела могут быть рассматриваемы с различных точек зрения, и сведения, о них приобретенные, входят в области зоологии, ботаники, геологии и геогнозии. Зоологи и ботаники, рассматривая ископаемые органические тела, как члены животного и растительного царств, исследуют их или в отношении к ним самим, либо к земле, как прежнему их обиталищу. В первом случае они описывают собственное их строение, судят по оному о породах, коим ископаемые органические тела принадлежали, и назначают им место в кругу живущих творений, упоминая при сем кратко о их местонахождении; во втором случае они выводят из более или менее определенного их местопребывания некоторые данные касательно распределения их в древние времена, что составляет предмет ботанической и зоологической географии ископаемых органических тел, и заключают о порядке, коему следовала Природа при украшении Земного шара растениями и населении его животными. Геологи смотрят на ископаемые органические тела, как на указателей происшедших на земле великих перемен, обращая внимание на занимаемые ими места; на образ и степень изменения в их форме, анатомическом и химическом их составе; на их положение, относительно заключающих их слоев; взаимное расположение собственных их частей, зависящее от образа насильственной их смерти, и пр. - они выводят из сих и многих других обстоятельств более или менее вероятные заключения о способах, употребленных Природою при образовании содержащих их слоев как вообще, так и в частности. Наконец геогносты употребляют те же органические тела, как вспомогательные средства для различения горных областей, формаций горных пород, таким образом, показывают иногда путь к отысканию

8 Карпинский Александр Михайлович (1804—1859) — горный инженер, член дирекции Санкт-Петербургского минералогического общества, член Императорского Московского общества испытателей природы, переводчик и автор статей по палеонтологии.

9 Бронн Генрих Георг (Bronn Heinrich Georg) (1800—1862) — немецкий зоолог и палеонтолог. Доктор медицины (1821). Автор капитальной работы «System der urweltlichen Conchylien» (1824). В 1828 г. назначен экстраординарным, в 1833 г. ординарным профессором естествознания и технических наук Университета Гейдельберга, с 1832 г. заведовал зоологическими собраниями этого университета.

полезных минералов. Из совокупности зоологических и ботанических сведений об ископаемых органических телах некоторые естествоиспытатели составили в последнее время особенную науку, которую одни назвали петроматогнозией, другие палеонтологией, третьи ориктологией» (Система раковин., 1831, с. 208-210).

О термине «палеонтология»

Отметим, что современное название науки об ископаемых организмах «палеонтология» впервые встречается в литературе в 1822 г. (Алексеев, 2002; Вартпатрикова, 1975). В «Журнале по физике, химии и естественной истории Жана Клода Ламетри и Бленвиля» в обзоре научных открытий, сделанных французскими естествоиспытателями в 1821-1822 гг, Д. де Бленвиль впервые употребил термин «палеонтология» (Вартпатрикова, 1975). Позднее в монографии «Manuel de malacologie et de conchyliologie» («Руководство по малакологии и конхинологии») (1825) Д. де Бленвиль писал: «Между тем мне кажется, что, если это возможно, изучая конхиноло-

гию с независимой точки зрения рассматривать ее таким образом, что она должна быть в полном объеме малакологией, будучи одновременно полезной и в науке о животных, и в геологии или палеонтологии» (Blainville, 1825, р. 225). В сноске Д. де Бленвиль отметил: «Мне кажется полезным создать составное слово для обозначения науки, которая занимается изучением ископаемых организмов» (там же). Этот термин не сразу «прижился» среди отечественных естествоиспытателей.

Несмотря на то что слово «палеонтология» не раз звучало в статьях, опубликованных в Горном журнале в 1830-х гг., разделы этого издания, где печатались статьи об ископаемых организмах, назывались «Петроматогнозия», «Зоология ископаемых животных», «Петрефактология». Название науки об ископаемых организмах, предложенное Д. де Блен-вилем, было воспринято Г.И. Фишером фон Вальд-геймом. В 1834 г. был издан составленный им библиографический справочник «Bibliographia pa-laeontologica animalium systematica» и «узаконено» в России современное название науки об ископаемых организмах — палеонтология (Fischer, 1834).

ЛИТЕРАТУРА

Алексеев А.С. Основные этапы развития палеонтологии // Бюл. МОИП. Отд. геол. 2002. Т. 77, вып. 2. С. 85-88.

Блуменбах И.Ф. Руководство по естественной истории. Ч. III. Об ископаемых телах и окаменелостях / Пер. П. Наумова и А. Теряева. СПб.: в привилегированной типогр. у Вильковского, 1797. С. 741-1049.

Валлериус И.Г. Минералогия или описание всякого рода руд и ископаемых из земли вещей / Пер. И. Шлат-тера. СПб.: при Импер. АН, 1763. 699 с.

Вартпатрикова Э.Г. Термины «палеонтология» и «палеобиология» (историческая справка) // Общие вопросы эволюционной палеобиологии Вып. 8. Тбилиси: Мец-ниереба, 1975. С. 50-58.

Зембницкий Я.Г. Общее обозрение окаменелостей // Горный журн. 1825. № 4. С. 3-22.

Михайлова И.А., Бондаренко О.Б. Палеонтология. Ч. 1. М.: Academia, 2011. 200 с.

План системы ориктозоологии; Г. Эйхвальда // Горный журн. 1829. Кн. 4, № 10. С. 58-60.

Основы палеонтологии. Справочник для палеонтологов и геологов СССР. Мшанки, брахиоподы. Приложение Форониды. М.: Изд-во АН СССР, 1960. 343 с.

Севергин В.М. Начальные основания естественной истории, содержащие царства животных, произрастений и изкопаемых. Царство изкопаемых. Кн. II. СПб.: печатано в Импер. типогр. иждивением И. Ветбрехина, 1791. 333 с.

Севергин В.М. Первые основания минералогии или естественной истории ископаемых тел. Кн. II. СПб.: при Импер. АН, 1798. 437 с.

Севергин В.М. Подробный словарь минералогический, содержащий в себе подробное изъяснение в минералогии употребительных слов и названий, а также все в на-

уке сей учиненные новейшие открытия. Том первый. От А до Л. СПб.: при Импер. АН, 1807. 667 с.

Севергин В.М. Разсуждение о ископаемых орудных телах // Умозрительные исследования Императорской Санкт-Петербургской Академии наук. СПб.: при Импер. АН, 1808. С. 287—298.

Система раковин первобытного мира, объясняемая признаками, разбором и изображениями родов // Горный журн. 1831. Ч. 4, кн. 11. С. 208—253.

Стародубцева И.А., Алексеев А.С. История российской палеонтологии. M^. Ломоносов (1711—1765) // Вестн. РАЕН. 2011. № 3. С. 133—139.

Стародубцева И.А., Алексеев А.С. История российской палеонтологии. В.Н. Татищев (1686—1750) // Бюл. MOИП. Отд. геол. 2015а. Т. 90, вып. 5. С. 60—68.

Стародубцева И.А., Алексеев А.С. История российской палеонтологии. Петр Симон Паллас (1686—1750) // Бюл. MOИП. Отд. геол. 2015б. Т. 90, вып. 6. С. 70—78.

Фишер Г.И. Ориктогнозия или краткое описание всех ископаемых веществ с изъяснением терминов. Часть первая. M.: в типогр. Имп. Mедико-хирургич. акад., 1818. 456 с.

Фишер Г.И. О происхождении ископаемых. M., 1829. 11 с. Отд. оттиск.

Юрина А.Л., Орлова О.А., Ростовцева Ю.И. Палеоботаника. Высшие растения. Учеб. пособие. M.: Изд-во Mоск. ун-та, 2010. 224 с.

Blainville H.M. Ducrotay de Manuel de malacologie et de conchyliologie. Paris; Strasbourg, 1825. 647 р.

Fischer de Waldgeim G. Bibliographia palaeontologica animalium systematica. M.: Typis Nicolais S. Vsevolozsky, 1834. 414 p.

Prodrome d'une historie des végétaux fossils, par M. Adolfe Brongniart // Горный журн. 1830. Ч. 3, кн. 8. С. 268—283.

Сведения об авторе: Стародубцева Ираида Александровна — канд. геол.-минерал. наук, гл. хранитель — зав. отделом фондов ГГМ им. В.И. Вернадского РАН, e-mail: i.starodubtseva@sgm.ru