Из истории развития немецкоязычного научного дискурса в области гуманитарного знания

УДК 811.112.2

Дмитриева М.Н., кандидат филологических наук, доцент, Санкт-Петербургский государственный университет

Сафонова Н.В., кандидат филологических наук, доцент, Брянский государственный университет имени академика И.Г. Петровского

ИЗ ИСТОРИИ РАЗВИТИЯ НЕМЕЦКОЯЗЫЧНОГО НАУЧНОГО ДИСКУРСА В ОБЛАСТИ ГУМАНИТАРНОГО ЗНАНИЯ

В центре внимания статьи - становление научного дискурса в области гуманитарного знания как коммуникативно-функционального объединения текстов на трех синхронных срезах истории немецкого языка (XI век, XVШ век, современное состояние). Cреди типичных характеристик текстов данного дискурсивного типа признается следующее: 1) нарративность научного изложения; 2) доминирование эпистемической модальности уверенности над другими типами модальности; 3) адресатно-ориентированность метадискурсивных единиц в их основных функциях; 4) ограниченный потенциал использования временных форм перфекта и претерита. Названные языковые феномены служат для установления и поддержания прямого диалога между продуцентом текста и реципиентом. Кроме того, типичным для всех синхронных срезов является употребление специальной терминологической лексики, которая придает предметность научному изложению. Прагматические характеристики получают различное языковое воплощение в текстах разных исторических эпох, что дает богатые возможности для аналитического описания процесса становления научного немецкоязычного дискурса гуманитарных наук.

Ключевые слова: язык науки, дискурс гуманитарных наук, специальная лексика, метакоммуникация, эпистемическая модальность, синхрония и диахрония, принципы научного общения.

В современной лингвистической науке термин «дискурс» относится к наиболее употребительным и широко

интерпретируемым понятиям. Это можно объяснить тем, что дискурсивный подход к описанию языкового материала дает возможность применения разнообразных исследовательских приемов, методик и теоретических подходов. Однако

одновременно происходит размывание самого понятия дискурс.

Обобщающие аналитические статьи, посвященные принципам и объектам лингвистического анализа, проблемам цельности и определения границ дискурса, фиксируют содержательную вариативность данного термина и его полную подчиненность исходной теоретической базе и задачам, которые ставит перед собой конкретный исследователь. Например, в статье Д. Буссе и В. Тойберта данная проблема сформулирована следующим образом: "Die Einheit eines Diskurses wird vom Untersuchungsziel, Interesse oder Blickwinkel der Wissenschaftler bestimmt" [11, с. 16]. Сложность зафиксировать дискурс в конкретных границах отражает и название главы "Zur Unmöglichkeit der begrifflichen Fixierung von 'Diskurs'", где эксплицитно констатируется невозможность

терминологической фиксации понятия [14, с. 18 и след.].

Несмотря на содержательную неоднозначность, данное операционное понятие научного поиска стало неотъемлемой частью терминологического аппарата современной лингвистики и активно используется для обозначения самых разных областей человеческой коммуникации (диалогический дискурс, автобиографический дискурс, рекламный дискрс); см. краткий обзор данной проблематики в учебном пособии К.А. Филиппова [9, а 49-51].

Общей чертой текстов,

принадлежащих научному дискурсу, можно считать использование четко отработанных кодов, которыми оперирует

соответствующая наука. Для более дифференцированного описания данных кодов научный дискурс принято рассматривать в корреляции с определенной областью знаний и отдельными отраслями наук.

Например, обращение к материалу современных немецких лингвистических текстов письменной научной коммуникации в серии исследовательских работ профессора С.Т. Нефёдова констатирует

наличие следующих «кодов»: адресатно-ориентированности метадискурсивных

единиц и их функций в научном тексте [4, с. 101]; доминирования ассертивного профиля научного текста [3, с. 142]; эпистемической модальности, формируемой индикаторами уверенности, гипотетичности и дистанции [7, с. 112] и также особенностей внутритекстовой категории темпоральности, связанных с ограничением

функционирования временных форм перфекта и претерита [6, с. 122].

Обсуждению немецкоязычного

научного дискурса на историческом материале посвящен фундаментальный проект всестороннего изучения

европейского научного историко-грамматического наследия XVIII века, исследовательские результаты которого отражают многочисленные публикации участников, например [8, 10]. Как и на современном немецкоязычном материале, для синхронного среза XVIII века акцентируется важность установления и поддержания интерактивного вербального взаимодействия автора с читателем; наглядно анализируются «разнообразные способы сообщения и разъяснения сложного грамматического материала» [8, с. 115], то есть речь идет об «ассертивности научного изложения» в терминологии С.Т. Нефёдова [7, с. 112]. Помимо этого, в качестве новой черты языка науки XVIII века констатируется широкое использование ресурсов немецкого языка для создания терминологического аппарата практической и теоретической грамматики.

Проекция результатов приведенных исследований на языковой материал Х-Х! веков позволяет обнаружить сходства и различия научных дискурсов на разных этапах становления немецкого языка. На этой самой ранней письменно зафиксированной ступени развития немецкого языка основополагающий материал для исследования черт научного дискурса дают переводы Ноткера Немецкого. Подробная историческая справка о биографии Ноткера и его деятельности как переводчика имеется в учебном пособии по истории немецкого языка [1, с. 16-20]. Результаты дальнейших

исследований в данном направлении отражены также и в последующих совместных научных работах авторов, например [2, с. 327-329].

К чертам сходства научных дискурсов разных эпох относится наличие в переводных текстах Ноткера немецкой философско-теологической специальной лексики. Значительная роль Ноткера как создателя абстрактной лексики и философской терминологии на

немецкоязычном материале единогласно признается исследователями-германистами [12, с. 293; 13, с. 216-217]. Таким образом, уже на начальной стадии становления научного дискурса использовалась специальная лексика не только на латыни, но и «в переложении» на ресурсы немецкого языка.

Другой важной категорией, присущей научным текстам, является эпистемическая модальность. Данный тип модальности представлен в переводе Ноткера только одним из трех типов - индикаторами уверенности (ze ware, war, gewaro), частотность которых невысока (на 365 страниц текста только 14 случаев употребления). То есть модальность отличается, во-первых, количественно -намного более низкой частотностью употребления модальных маркеров, во-вторых, качественно - представлен только один из трех типов.

Способы применения Ноткером метатекстовых структур обнаруживают отличия от современных научных текстов и текстов XVIII века. Эти отличия касаются, прежде всего, функций метатекста. Они оказываются «двоичными»: во-первых, метатекстовые вставки управляют вниманием читателя, служа целям переключения от одной темы к другой; во-вторых, они используются внутри диалога между беседующими персонажами -автором-рассказчиком и Философией. Такая бифункциональность метатекста

обеспечивается особенностями жанровой принадлежности исходного трактата и одновременно размытостью границ научного дискурса в его ранней стадии развития на немецкоязычном материале.

В качестве основного метода

исследования применялась комплексная методика интерпретационного анализа, включающая: 1) лингвистическое наблюдение и интенционально-

коммуникативную идентификацию; 2) контекстный анализ; 3) коммуникативно-прагматический анализ; 4) элементы сравнительно-сопоставительного метода, а также 5) статистические подсчеты на основе сплошной выборки материала.

Более детально функциональный потенциал метатекста в каждой из пяти глав переводного трактата кратко обобщен ниже.

В первой главе метакоммуникативные структуры используются в двух планах. Прежде всего, с их помощью читателю объясняется исходная ситуация создания текста. Философия и её собеседник обговаривают то, как они далее будут общаться. Другая функция

метакоммуникации в I главе связана с тем, что утверждается установка на продуктивное коммуникативное

сотрудничество. Реализацию этой установки мы наблюдаем в последующих четырех главах.

Вторая глава представляет собой собственно диалог, утешительную наставительную беседу. Для целей управления диалогом, в том числе для передачи роли говорящего другому лицу, используются метакоммуникативные

вставки, как, например (1):

(1) Ih tüon dír státa zespréchenne. (N., II, 9, 20-21, 64) - Я предоставляю тебе право говорить.

В третьей главе наблюдаются примеры мотивированного добровольного отказа от ответа на вопрос. Автор-рассказчик высказывает нежелание прерывать логические рассуждения своей собеседницы и просит ее продолжать говорить:

(2) Ih fernímo uuóla chád íh . uuáz tu mír gébest zeirratenne . uuio áber dü iz récchest . tés lústet míh zehorenne. (N., III, 88, 21-23, 192) -Я вполне понимаю, - сказал я, - что ты мне предлагаешь исследовать, но какое решение ты предложишь этому, это я желаю услышать.

(3) Nu ferním chád si . íh lero díh iz skéiden! (N., III, 88, 23-24, 192) - Слушай же, - сказала она, - я научу тебя различать

это.

Четвертая глава, в которой обсуждается философская категория «Высшего Блага» / Summum Bonum, за редкими исключениями практически не содержит элементов метакоммуникации. Во-первых, это объясняется тем, что сформулированные в первой главе речевые стратегии сотрудничества автоматически распространяются и на последующее изложение и не нуждаются в повторении. Во-вторых, участники коммуникации обсуждают в главе IV только одну заданную в начале главы тему, им не нужно маркировать переход от одного тематического блока к другому. В структурном аспекте высказывания метакоммуникативного плана представляют собой лишь краткие комментарии собственных диалоговых реплик, построенных по схеме: «ты спрашиваешь», «я бы хотел услышать» и так далее или сознательные отказы от коммуникативного хода, аналогичные приведенным примерам (2) и (3) из III главы.

Глава V в самом начале содержит смену темы. Смена темы происходит по инициативе автора-рассказчика, то есть слушающего. Он перебивает рассуждения Философии и просит её разъяснить понятие "casus" «случай». Философия соглашается обратиться к данной теме. Реплика Философии в сокращенном виде представляет собой следующий фрагмент:

(4) Sin óuh tíse questiones núzze . zeuuízenne. [...] Nü chád si . trágo íh tinen síto. [...] Tarmíte fieng si sús ána. (N., V, 2, 304305) - Полезно, также знать и это. Сейчас, сказала она, я подчиняюсь твоей воле. Затем она начала вот как.

Наряду с этим примером в Главе V имеются и другие коментарии развития диалога. Они имеют краткую форму и состоят только из структурного минимума (подлежащее и сказуемое):

(5) chist tu. [...] Dés ántuuurto íh. Мажешь ты. Отвечу тебе. (N., V, 45, 3, 9, 361).

В результате обсуждения полученных результатов получила подтверждение рабочая гипотеза о предположительном сходстве и частичном различии языковых

средств, задействованных в научном на ранних этапах становления.

дискурсе на трех обозначенных синхронных

срезах истории немецкого языка.

Ограничения исследования связаны с

«белыми пятнами» отсутствия письменных

памятников заданного жанрового типа в

последовательной диахронии и

труднодоступностью оригинальных текстов.

Обобщенные материалы данной статьи

используются в рамках элективного курса

«Ранненововерхненемецкий», читаемого

М.Н.Дмитриевой для студентов 4-го курса

бакалавриата направления подготовки

«Лингвистика»; при подготовке курсовых и

выпускных квалификационных работ, а

также магистерских диссертаций.

Планируется включение материалов в

переиздаваемое в настоящее время учебное

пособие «Немецкий язык в диахронии» [1].

Перспективные направления дальнейших

исследований могут быть связаны с

обсуждением текстового материала других

отраслей знания, а также квантитативным

расширением эмпирических данных путем

привлечения последующих текстов

гуманитарного научного дискурса.

Таким образом, обращаясь к материалу перевода Ноткера и сопоставляя результаты с исследованиями научного дискурса, проведенными в опоре на тексты других временных периодов, можно наблюдать сходства и различия черт научного дискурса в диахронической перспективе. Общей закономерностью следует признать большой потенциал немецкой языковой системы в ее современном состоянии и историческом становлении для вербальной экспликации разнообразных знаний гуманитарных наук. Характерные для всех этапов развития научного - в том числе научно-философского, лингвистического и учебно-грамматического - стиля структуры с метатекстовой функцией, средства эпистемической модальности достоверности высказывания, терминология и др. являются языковыми маркерами научно-

познавательной деятельности как особого рода коммуникативной практики. Отличия же носят либо квантитативный характер и связаны с частотностью употребления языковых средств, либо объясняются большей прозрачностью научного дискурса

Список литературы

1. Дмитриева М.Н., Сафонова Н.В. Немецкий язык в диахронии: Учебное пособие. Брянск, 2013. 136 с.

2. Дмитриева М.Н., Сафонова Н.В. Текстообразующие функции интеррогативов в древненемецких текстах // Вестник Брянского государственного университета. 2014. № 2. С. 327-329.

3. Нефёдов С.Т. Интенциональная структура и модальность научного текста // Филологические науки. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2016. № 9(63): в 3-х ч. Ч. 3 С. 141-145.

4. Нефёдов С.Т. «Нарративный запрет» в лингвистическом дискурсе // Научное мнение. № 9. 2014. С. 9-20.

5. Нефёдов С.Т. Специфика кодирования метадискурсивной информации в научном тексте // Вестник Омского университета. 2013. № 3 (69). С. 99-101.

6. Нефёдов С.Т. Темпоральная периферия научного текста (ненарративные функции перфекта и претерита) // Вестник СПбГУ Серия 9. 2015. Вып. 1. С. 114 - 123.

7. Нефёдов С.Т. Эпистемические «сдвиги» в модальности научного текста // Научное обозрение: гуманитарные исследования. № 9б. 2016. С. 111-118.

8. Филиппов К.А. Особенности метаязыка немецкой грамматики Иоганна Кристофа Готшеда // Немецкая филология в Санкт-Петербургском государственном университете. Вып. V: Язык профессиональной коммуникации - немецкий: сб. ст. / под ред. д-ра филол. наук, проф. С.Т. Нефёдова, канд. филол. наук Е.А.Ковтуновой. СПб., 2015. С. 105-117.

9. Филиппов К.А. Лингвистика текста и современный анализ устной речи: учебное пособие. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2016. 228 с.

10. Филиппов К.А. М.В.Ломоносов и европейский научный дискурс XVIII века: Г.В.Лейбниц, Х.Вольф, И.К.Готшед: научный доклад / Филиппов К.А., Волков С.С. СПб.: СПбГУ РИО. Филологический факультет, 2014. С. 22-29.

11. Busse D., Teubert W. Ist Diskurs ein sprachwissenschaftliches Objekt? Zur Methodenfrage der historischen Semantik // Begriffsgeschichte und Diskursgeschichte. Methodenfragen und Forschungsergebnisse der historischen Semantik. Westdeutscher Verlag GmbH, Opladen. 1994. S. 10-28.

12. Eilers H. Die Syntax Notkers des Deutschen in seinen Übersetzungen. Boethius, Martianus Capella und Psalmen. Berlin, New York: Walter de Gruyter, 2003. 303 s.

13. Sonderegger St. Althochdeutsche Sprache und Literatur. Eine Einführung in das älteste Deutsch. Darstellung und Grammatik. Berlin, New York: Walter de Gruyter, 2003. 390 s.

14. Spitzmüller J. Warnke I.H. Diskurslinguistik. Eine Einführung in Theorien und Methoden der transtextuellen Sprachanalyse. Walter de Gruyter, Berlin/ Boston. 2011. 230 s.

Источник иллюстративного материала:

N. - Die Schriften Notkers und seiner Schule. In 3 Bänden. Bd. I. Schriften philosopischen Inhalts / Hrsg. von P. Piper. Freiburg I. B. und Tübingen, 1882.

FROM THE HISTORY OF THE GERMAN-SPEAKING SCIENTIFIC DISCOURSE

IN THE FIELD OF THE HUMANITIES

The focus of the article - the establishment of scientific discourse in the field of humanitarian knowledge as a communicative-functional integration of texts into three simultaneous sections the history of the German language (from the XI century to XVIII century, the modern state). Among the typical characteristics of the discourse type, it is recognized that: 1) narrativity of scientific presentation; 2) the dominance of the epistemic modality of certainty over other types of modality; 3) adresate orientation metadiscursive units in their basic functions; 4) limited potential use of the tense forms of the perfect and the preterit. Named linguistic phenomena serve to establish and maintain a direct dialogue between producer and text recipient. In addition, typical of all synchronous sections is the use of special terminology, which gives the objectivity of scientific statement. Pragmatic characteristics receive different linguistic embodiment in texts from different historical periods, which gives rich opportunities for the analytical description of the process of formation of scientific German-speaking discourse of the Humanities.

Keywords: the language of science, the discourse of the Humanities, special vocabulary, metacommunication, epistemic modality, synchrony and diachrony, principles of scientific communication.

References

1. Dmitrieva, M.N., Safonova, N.V. (2013). Nemezkij jazik v diahronii [The German language in diachrony]. Brjansk.

2. Dmitrieva, M.N., Safonova, N.V. (2014). Textoobrazyjuschije fynkzii interrogativov v drevnenemezkix Textah [Text-formation functions of interrogatives in Old German texts] // Vestnik Brjanskogo gosudarstvennogo universiteta [The Bryansk State University Herald], 2, 327-329.

3. Nefjodov, S. T. (2016). Intenzionalnaja struktura i modalnost naytsnogo texta [Intentional structure and modality of the scientific text] // Filologitseskije nayki. Voprosi teorii I praktiki. Tambov: Gramota. № 9(63): v 3 ts. Ts. 3 S. 141-145.

4. Nefjodov, S. T. (2014). "Narrativnij zapret" v lingvistitseskom diskurse ["Narrative prohibition" in linguistic discourse] // Nautsnoe mnenie, 9, 9- 20.

5. Nefjodov, S. T. (2013). Spezifika kodirovanija metadiskursivnoj informazii v nautsnom texte [Spezificies coding of metadiscursive information in a scientific text] // Vestnik Omskogo gosudarstvennogo universiteta, 3, 99-101.

6. Nefjodov, S. T. (2015). Temporal periphery of the scientific text (non-narrative functions of perfekt and präteritum) // Vestnik St. Peterburgskogo gosudarstvennogo universiteta, 9(1), 99-101.

7. Nefjodov S. T. (2016). Epistemitseskije "sdvigi" v modalnosti naytsnogo texta [Epistemic "shift" in the modality of scientific text] // Naytsnoe obosrenie: gumanitarnije issledovanija, 9b, 111118.

8. Filippov, K.A. (2015). Osobennosti metajazika nemezkoj grammatiki Iohanna Christofa Gottscheda [Features of the metalanguage of German grammar of Johann Christof Gottsched] // Nemezkaja filologia v Sankt-Peterburgskom gosudarstvennom universitete. [German Philology in St. Petersburg State University]. Vyip. V: Jazik professionalnoj kommunikazii - nemezkij [Language for professional communication - German]: Sb. st. / pod red. d-ra philol. nayk, prof. S T. Nefjodova, kand. philol. nayk E.A.Kovtunovoj. SPb. S. 105-117.

9. Filippov, K.A., Volkov, S.S. (2014). M.V. Lomonosov i evropeyskiy nauchnyiy diskurs XVIII veka: G.V. Leybnits, H. Volf, I.K. Gottsched: nauchnyiy doklad [M.V.Lomonosov and 18th century European scientific discourse: G.V.Leibniz, Chr. Wolff, J. Chr. Gpttsched: a scientific paper]. SPb.: SPbU. RIO. Filologicheskiy fakultet. S. 22-29.

10. Filippov, K.A. (2016). Linguistics texta i sovremennij analiz ystnoj retsi[Text linguistics and modern analysis of spoken language]: Ytsebnoe posobie. SPb.: Izd-vo S.-Peterb. un-ta. 228 s.

11. Busse, D., Teubert, W. (1994). Ist Diskurs ein sprachwissenschaftliches Objekt? Zur Methodenfrage der historischen Semantik // Begriffsgeschichte und Diskursgeschichte. Methodenfragen und Forschungsergebnisse der historischen Semantik. Westdeutscher Verlag GmbH, Opladen. S. 10-28.

12. Eilers, H. (2003). Die Syntax Notkers des Deutschen in seinen Übersetzungen. Boethius, Martianus Capella und Psalmen. Berlin, New York: Walter de Gruyter. 303 s.

13. Sonderegger, St. (2003). Althochdeutsche Sprache und Literatur. Eine Einführung in das älteste Deutsch. Darstellung und Grammatik. Berlin, New York: Walter de Gruyter. 390 s.

14. Spitzmüller, J., Warnke, I.H. (2011). Diskurslinguistik. Eine Einführung in Theorien und Methoden der transtextuellen Sprachanalyse. Walter de Gruyter, Berlin/ Boston. 230 s.

Об авторах

Дмитриева Мария Николаевна - кандидат филологических наук, доцент кафедры немецкой филологии, Санкт-Петербургский государственный университет (Россия), E-mail: m.n.dmitrieva@spbu.ru

Сафонова Наталия Васильевна - кандидат филологических наук, доцент кафедры немецкого языка, Брянский государственный университета имени академи

И.Г.Петровского (Россия),

E-mail: saphonchik@mail.ru

Dmitrieva Maria Nikolaevna - Candidate of Philological Sciences, Associate Professor of German Philology Department, St. Petersburg State University (Russia), E-mail: m.n.dmitrieva@spbu.ru

Safonova Natalia Vassilievna - Candidate of Philological Sciences, Associate Professor of German Language Department, Bryansk State University (Russia), E-mail: saphonchik@mail.ru