Эволюция института криминального банкротства и современное состояние

УДК 340.5;343.7

DOI: 10.26140/bgz3-2019-0802-0032

ЭВОЛЮЦИЯ ИНСТИТУТА КРИМИНАЛЬНОГО БАНКРОТСТВА И СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ

© 2019

Журкина Ольга Вячеславовна, кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права Оренбургский государственный университет

Аннотация. Криминальное банкротство всегда привлекало исследователей, которые неоднократно указывали, что уголовно-правовые запреты существенно отстают от общественных отношений. Это было обусловлено слабой законодательной регламентацией уголовно-правовых норм, низким их качеством и сложностью законодательных формулировок. В представленной статье автором предпринята попытка проанализировать основной пласт проблем связанных с криминальным банкротством, в аспекте исторической эволюции данного института. С расширением сфер экономической деятельности, а также с введением института банкротства физических лиц, число дел о банкротстве рассматриваемых Арбитражными суда существенно возросло, равно как и возросло число преднамеренных и фиктивных банкротств. С каждым годом увеличивается количество заявлений о преднамеренном банкротстве, которые подаются в правоохранительные органы. Однако, несмотря на существенные изменения действующего законодательства такие заявления рассматриваются крайне неохотно. Более того, добиться возбуждения уголовного дела данной категории очень сложно. В рамках статьи представлен историко-сравнительный анализ законодательства о банкротстве с Древней Руси и до настоящего времени. Изучение исторических аспектов эволюции данного института необходимо с целью разработки и формирования новых подходов в профилактике криминальных банкротств. На основе анализа теоретических положений и правоприменительной практике автором были даны рекомендации по совершенствованию действующего законодательства.

Ключевые слова: банкротство, заем, кредит, экономические преступления, уклонение от уплаты долгов, денежные средства.

EVOLUTION OF INSTITUTE OF CRIMINAL BANKRUPTCY AND CURRENT STATE

© 2019

Zhurkina Olga Vyacheslavovna, candidate of jurisprudence, associate professor of criminal law Orenburg State University

Abstract. Criminal bankruptcy always involved researchers who repeatedly specified that the criminal bans significantly lag behind the public relations. It was caused by a weak legislative regulation of criminal norms, their poor quality and complexity of legislative formulations. In presented to article by the author made an attempt to analyse the main layer of the problems connected with criminal bankruptcy in aspect of historical evolution of this institute. With expansion of spheres of economic activity and also with introduction of institute of bankruptcy of natural persons, the number of the cases of bankruptcy considered Arbitration vessels significantly increased, as well as the number of deliberate and fictitious bankruptcies increased. Every year the number of applications for deliberate bankruptcy which are submitted to law enforcement agencies increases. However, despite essential of change of the current legislation such applications are considered extremely reluctantly. Moreover, it is very difficult to achieve initiation of legal proceedings of this category. Within article the historical comparative analysis of the legislation on bankruptcy from Ancient Russia and is presented so far. Studying of historical aspects of evolution of this institute is necessary for the purpose of development and formation of new approaches in prevention of criminal bankruptcies. On the basis of the analysis of theoretical provisions and law-enforcement practice by the author recommendations about improvement of the current legislation were made.

Keywords: bankruptcy, loan, credit, economic crimes, debt evasion, cash.

Криминальное банкротство в современной России занимает достаточно большой пласт экономических преступлений. Нежелание многих предпринимателей цивилизовано вести бизнес и выполнять взятые на себя обязательства порождает преступления в данной сфере.

Проблема заключается в том, что на протяжении более чем двадцатилетнего периода действия законодательных предписаний, предусматривающих уголовную ответственность за криминальное банкротство, органами предварительного расследования возбуждено незначительное количество таких дел. Это обусловлено несколькими факторами, которые носят отчасти объективный, а отчасти субъективный характер.

Среди объективных причин такого состояния противодействия данным преступлениям следует выделить несовершенство действующего законодательства. К субъективным факторам следует отнести и недостаточную опытность и методическое обеспечение процесса расследования данной категории уголовных дел.

Следует отметить, что за последний период в действующее уголовное законодательство были внесены значительные изменения, которые позволили существенно упорядочить нормативное содержание деяний, связанных с криминальным банкротством. Это отразилось и на практической деятельности.

С каждым годом увеличивается количество заявлений о преднамеренном банкротстве, которые подаются в правоохранительные органы. Однако, несмотря на существенные изменения действующего законодательства, такие заявления рассматриваются крайне неохотно. Более того, добиться возбуждения уголовного дела данной категории очень сложно. Как правило, должностными лицами выносится постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. За время действия рассматриваемых норм, к уголовной ответственности было привлечено всего несколько десятков человек, которым наказание было назначено условно.

Среди причин низкой эффективности раскрываемости данной группы преступлений следует обратить внимание на их латентный характер. Должностные лица, обязанные возбудить уголовное дело, в большинстве своем видят в данных деяниях гражданско-правовые отношения, в лучшем случае ими может быть возбужденного уголовное дело по иным нормам, предусматривающим уголовную ответственность за преступления против собственности или экономической деятельности.

В соответствии с действующим законодательством должник обязан в полном объеме выполнить взятые обязательства. Однако на практике это не всегда возможно выполнить. Институт банкротства предусмотрен для тех

Журкина Ольга Вячеславовна ЭВОЛЮЦИЯ ИНСТИТУТА ...

случаев, когда должник не может выполнить свои обязательства. Отсутствие такой возможности порождает реализацию конкурсной массы в виде имущества должника для того, чтобы удовлетворить требования кредиторов. Этот институт является гарантией прав кредиторов, которые будут иметь возможность если не полностью, то хотя бы в какой-то части получить возмещение причиненных им убытков.

Основанием для начала процедуры банкротства может стать непогашенная задолженность, которая образовалась у должника ввиду отсутствия у него материальной возможности погасить свой долг. Такие долги могут быть как по гражданско-правовым договорам, так и возникнуть вследствие невозможности внести обязательные платежи в виде налогов и обязательных платежей в бюджет, а также во внебюджетные фонды.

Появление задолженности не всегда приводит к банкротству. Задолженность должна быть такая, которую должник не в состоянии погасить ввиду отсутствия у него материальных средств для этого, а реализация имущества требует определенных затрат времени и в момент выставления материальных требований реализовать своевременно такое имущество возможности нет.

Институт банкротства относится к одному из законных способов истребования долгов с должника. Следует отметить, что данный институт, появившись в конце прошлого века, уверенно завоевал позиции по разрешению конфликтов между кредитором и должником. Однако породил и криминальную составляющую этого процесса. Криминальное банкротство относится к числу деяний, которые является достаточно распространенными в системе экономических преступлений в целом. И, несмотря на ряд дискуссионных вопросов относительно представленного законодателем содержания данных составов, большинством исследователей отмечается необходимость дальнейшего развития и совершенствования законодательных норм, предписывающих ответственность за криминальное банкротство.

В российском праве и правовой доктрине для обозначения неплатежеспособности должника употребляются несколько терминов - это «банкротство» и «разорение». Большинством исследователей отмечается, что первый термин является более широким понятием, которое обозначает невозможность заплатить по своим денежным обязательствам. В то же время второй термин имеет более бытовую окраску. В юридической литературе данный термин встречается относительно редко, лишь при описании материального состояния должника, который не в состоянии заплатить ввиду утраты своего материального состояния и материальных средств для этого.

Институт банкротства стал развиваться параллельно с развитием таких институтов гражданского права как институты займа и кредита. Займ и кредит представляют собой передачу денежных средств на определенные цели с последующим их возвращением кредитору с определенными процентами. (В древности это был институт ростовщичества, который приносил огромные богатства ростовщикам. В последующем он перешел в более цивилизованные формы, в том числе и в банковские кредиты и т.п.). Однако проблема была не в том, чтобы взять кредит или ссуду. Проблема была с их возвратом. Как правило, невозможность возвратить кредит или ссуду была обусловлена невозможностью должника исполнить взятые на себя обязательства. Со временем это привело к развитию института банкротства, который в настоящий момент является одним из цивилизованных способом обеспечения прав кредиторов.

Давая определение заема и кредита, следует отметить, что это денежные средства, переданные заемщику на определенные цели, и которые будут возвращены кредитору в отдаленной перспективе с процентами, т.е. речь идет о рассрочке уплаты денежных средств в течение определенного периода времени, в течении которого данные средства будут использоваться должником на

свои личные цели.

Цель привлечения дополнительных денежных средств обусловлена необходимостью развития и расширения производства, приобретения техники, использование в производственной деятельности новых технологий, материалов, новаций и т.п. Все это позволяет стимулировать рост производства и экономики в целом. Кредитор в данной деятельности не участвует, он не является инвестором, он не участвует в распределении прибыли. Его роль предоставить денежные средства, необходимые для расширения производства. Однако в данном случае и он преследует свои цели, которыми являются также получение прибыли от предоставления кредитных или заемных средств в качестве процентов.

Уклонение от уплаты долгов должником обусловлено объективными и субъективными факторами. Среди субъективных фактором уклонения от уплаты долгов со стороны должника является нежелание возвращать полученные денежные средства, жажда личного обогащения и т.п. Этим опасны преступления, совершаемые в сфере банкротства. На более высоком уровне данные деяния разрушают институты займа и кредита, которые являются основополагающими инструментами развития экономики, не позволяя ей развиваться и регулировать экономические отношения.

Проблемы криминального банкротства исследовались в трудах О.В. Боева [1], Е.В. Кравчука [2], И.А. Кондрашиной [3], Ю.В. Морозовой [4], А.Г. Ненайденко [5], С.С. Пылаевой [6], С.С. Чистопашиной [7] и др.

В России институт банкротства являлся одним из наиболее развитых институтов, который позволял весьма эффективно воздействовать на должника. На данный институт огромное воздействие оказали положения римского права, в котором подобный институт нашел свое развитие и широкое применение. Именно поэтому нами исторический анализ его будет начат с характеристики римского права.

К. Малышев в своем произведение «Исторический очерк конкурсного производства» так описывает возможность получения кредита в Древнем Риме: «...чтобы добыть кредит, плебею оставалось только заложить себя и детей в кабалу кредиторов» [8, с. 238].

Данное исследование позволяет сделать вывод, что любые обязательства, в том числе и денежные в большинстве своем носили личностный характер. Это отчасти было обусловлено тем, что в этот период общественных отношений не было устойчивых хозяйственных и имущественных отношений между людьми. Такой личностный характер отношений, которые возникали после получения кредита, накладывал на должника весьма тяжелые обязательства в случае его невозможности возвратить кредит. Это было чревато и для близких и родственников должника, которые попадали в кабалу к кредитору из-за неуплаты денежных средств.

Последствиями этого могло стать поступление должника, а также членов его семьи в некоторых случаях, в личное распоряжение кредитора. Таким образом, должник превращался в вещь, которую кредитор мог продать, подарить, заложить, передать в пользование другим лицам и распорядится ею иным образом по своему личному усмотрению. Более того, кредитор, мог лишить должника жизни, а после смерти распорядится его телом по своему усмотрению: например, разрубить его.

В последующем в Древнем Риме перешли к более цивилизованным способом взыскания долга. В частности, был предусмотрен институт наложения взыскания на имущество должника. Однако при его отсутствии личные обязательства оставались главным способом взыскания долга с должника. Личные долговые расправы в Древнем Риме были весьма распространенным явлением, и продолжались вплоть до падения Империи.

Большинством исследователей отмечается, что институт несостоятельности впервые зародился в «Русской Правде» [9, с. 68]. В качестве аргументами ими приво-

дится статья 69. Данная норма говорит о возможности разрешения такой правовой ситуации, когда у должника имеется несколько кредиторов и не одному из них должник не возместил причитающийся долг. Для удовлетворения требований таких кредиторов существовала продажа должника на «торгу». По существу данный способ рассматривался как продажа должника в рабство, а вырученные при этом денежные средства получались кредиторами в равных долях, сообразно причиняющимся им суммам. Ограничением было то, что такой торг был возможен исключительно в одном случае - вследствие несчастного стечения обстоятельств. В иных случаях такой торг не допускался.

Положения Русской правды с успехом применялись на протяжении продолжительно периода истории Российского государства. Упоминание о таком торге мы находим в Соборном уложении 1649 г. Данный факт говорит о том, что предложенный Русской правдой порядок разрешения конфликта, возникшего вследствие невыполнения должником своих обязательств ввиду стечения тяжелых обстоятельств считался законодателем того времени весьма эффективным способом взыскания. Такой порядок сохранялся вплоть до XVIII века, когда были разработаны законодательные акты, впоследствии вошедшие в Устав о банкротстве, который был принять в 1800 г.

Впервые Устав о банкротстве не только кодифицировал и привел в соответствие с другими законами отношения, регулирующие сферу банкротства, но и впервые определил особенности банкротсва различных субъектов - купцов, дворян, чиновников и т.п.; раскрыл понятие видов банкротства; предусмотрел нормы в которых определил порядок признания сделок недействительными потому, что они были заключены банкротом; установил порядок лишения банкрота прав и т.п.

Как видим анализируемый нами Устав для своего времени являлся достаточно прогрессивным нормативно-правовым актом, который четко и полно регламентировал отношения банкротства. Данный Устав нашел отклик и у практических работников, он нашел свое широкое применение в правоприменительной деятельности. Однако несмотря на всю свою прогрессивность Устав вызывал много нареканий среди практиков. А.А. Добровольский в свое время, изучив практику его применения, отмечал, что «разные неудобства и недостатки, в отвращение коих было принято решение создать новый Устав» [10, с. 156].

Новый Устав о банкротах был принят в 1832 г. В нем были учтены замечания и исключены недостатки, имевшие место в предыдущем нормативно-правовом акте. В частности, четко определены критерии несостоятельности, расширен круг субъектов, которые могут быть признаны несостоятельными, и др. Устав действовал до 1917 г. Позже он был отменен наряду с другими нормативно-правовыми актами. Однако его ничем не заменили. О нем вспомнили в период НЭПа. Поскольку отсутствовало специальное законодательство о банкротстве, то соответствующие иски в судах рассматривались на основании данного Устава. И несмотря на то, что законодателем в Гражданский кодекс РСФСР 1922 г. были внесены положения как-то регулирующие несостоятельность, положительного результата это не дало. Это было обусловлено тем, что гражданское законодательство не предусматривало механизм применения некоторых положений закона, что по существо рассматривало их как фикцию. Такие сложности вызвали необходимость внесения дополнительных изменений в действующее законодательство.

28 ноября 1927 г. Декретом ВЦИК и СНК РСФСР Гражданский процессуальный кодекс был дополнен главой 37 «О несостоятельности частных лиц физических и юридических» [11, с. 830].

В соответствии с данной главой был существенно изменен порядок рассмотрения дел о несостоятельности,

который включал несколько основополагающих моментов, в частности:

- был установлен исковой порядок такого производства;

- в конкурсе могли участвовать только представители соответствующих государственных органов.

Несмотря на относительную стабилизацию законодательства о банкротстве, следует отметить, что оно было направлено не на удовлетворение интересов частных лиц, а на удовлетворении интересов государства. Законодательные предписания были сформированы таким образом, что были призваны стабилизировать экономику государства после гражданской войны и революции.

Законодательство о несостоятельности просуществовало недолго.

М.В. Телюкина справедливо отмечает, что «со свертыванием НЭПа постепенно перестали применяться и конкурсные законы, поскольку существование института несостоятельности несовместимо с монополией государственной собственности и развитием плановых начал в экономике» [12, с. 12-13]. Из этого можно сделать вывод, что законодательство о несостоятельности было создано для удовлетворения интересов государства как публичного института и не преследовало цели сохранения института банкротства для регламентации интересов частных лиц. После отмены НЭПа данный институт перестал существовать, а нормы законодательства, регламентирующие его, были упразднены.

Возрождение института несостоятельности состоялось лишь через более чем 70 лет. Это было обусловлено историческими и экономическими условиями, которые сложились в конце ХХ века в России.

Рыночные отношения требовали защиты иных лиц, помимо государственных органов, от недобросовестных должников.

Ответственность в виде уплаты штрафов, пени, неустойки и т.д., были установлены Гражданским Кодексом РСФСР, Основами гражданского законодательства РСФСР и рядом иных нормативных актов, за неисполнение должником принятых на себя обязательств. Однако данных мер было недостаточно, необходим был такой нормативно-правовой акт, который бы обеспечивал и регулировал такую сферу общественных отношений, которые были связаны исключительно с несостоятельностью должника.

Такой закон был принят Верховным Советом Федерации 19 ноября 1992 года и введен в действие с 1 марта 1993 года. Это был первый Закон Российской Федерации «О несостоятельности (банкротстве) предприятий» [13, с. 6].

Достижением данного законодательного акта было то, что из гражданского и экономического оборота можно было исключить неплатежеспособное предприятие, которое не в состоянии выполнять свои обязательства. Такая процедура являлась процедурой ликвидации.

Была определена и подсудность данных дел. Дела о несостоятельности (банкротстве) были отнесены к подсудности арбитражных судов.

Витрянский В.В. в своих исследованиях отмечал, что «уже 1 марта 1993 г., в день вступления закона в силу, в арбитражные суды было подано большое количество заявлений от кредиторов с одинаковыми исковыми требованиями: «прошу признать предприятие банкротом...» Динамика дел этой категории выглядела на тот период следующим образом: в 1993 году было рассмотрено не многим более 100 дел; в 1994 г. - 240 дел; в 1995 г. -1.108 дел; в 1996 г. - 2.618 дел [14, с.79]; в 1997 г. - 4.320 дел. Число должников, ежегодно признаваемых несостоятельными (банкротами), увеличилось за этот период с 50 в 1993 году до 2.200 в 1997 году. В 1997 году в отношении 850 организаций арбитражными судами были применены реорганизационные процедуры [15, с. 7].

Согласно отчета о работе арбитражных судов субъ-

Журкина Ольга Вячеславовна ЭВОЛЮЦИЯ ИНСТИТУТА ...

ектов Российской Федерации по делам о банкротстве за 2017 год, размещенном на сайте Судебного Департамента при Верховном Суде РФ за 2017 год 79 358 заявлений о признании банкротом, из них 38 951 в отношении юридических лиц, 3 691 в отношении индивидуальных предпринимателей и 36 716 в отношении физических лиц. [16] В 24 случаях гражданин был привлечен к ответственности за преднамеренное либо фиктивное банкротство, в 141 случае уклонился от предоставления необходимой документации, и в 135 случаях совершил иные незаконные действия. [16]

А.Б. Иванова на основе проведенного анализа статистических данных по делам о фиктивном и преднамеренном банкротстве, выдвигает точку зрения о том, что данные статистики не отражают реальной картины преступлений в данном секторе, т.к. в большинстве случаев подобные преступления относятся к преступлениям с наивысшей латентностью [17, с. 86]

Т.Н. Ермакова и О.Ермакова отмечают, что на практике чрезвычайно часто возникают проблемы с разграничением фиктивного и преднамеренного банкротства, а также с отграничением от административного правонарушения. [18, с.90] Л.А. Камалиева предлагает внести изменения в диспозицию ст. 197 УК РФ. Отмечая, что существующая формулировка не отвечает требованиям современности. [19, с. 55-56]

Поскольку специалистов в области банкротства в Российской Федерации не было, в рассмотрении таких дел первое время приглашались специалисты в области рассмотрения таких споров из-за рубежа. Активно в этом процессе принимали участие американские специалисты. Именно ими были заложены основы правоприменительной практики при реализации закона о несостоятельности (банкротстве).

С самого начала применения закона «О несостоятельности (банкротстве) предприятий» были выявлены существенные законодательные пробелы. Это значительно затрудняло реализацию правовых предписаний.

В качестве примера такого правового пробела следует проанализировать п. 1 ст. 6 Закона РФ от 19.11.92 г. «О несостоятельности (банкротстве) предприятий». В соответствии с данными законодательными предписаниями кредитор был обязан перед подачей искового заявления в суд направить должнику заказной почтой извещение с уведомлением о вручении. Содержание уведомления также было предусмотрено законодательной нормой. В нем должны были содержаться требования к должнику в недельный срок со дня его получения выполнить свои обязательства, а также предупреждение о том, что в случае их невыполнения в течение указанного срока кредитор обратится в арбитражный суд с заявлением о возбуждении производства по делу о несостоятельности (банкротстве) предприятия.

Проблема заключалась в том, что кредитор имел возможность подать заявление в суд только после вручения такого уведомления. Практика того времени показывает, что большинство должников переставали получать почту, меняли свои адреса, в том числе и адреса регистрации, а имелись случаи, когда должники просто на-просто сбегали. Этот существенный пробел отражался на всей экономической сфере государства.

Понимая, что экономические отношения развиваются достаточно интенсивно, а законодательные нормы уже не отвечают потребностям последних, законодатель принимает новый Закон «О несостоятельности (банкротстве)». Он принимается после пяти лет действия предыдущего закона в 1998 г. В нем значительно переработаны законодательные предписания, учтен как позитивный, так и негативный опыт, он существенно доработан.

Закон 1998 г. Определил критерии и признаки банкротства, основания применения к должнику соответствующих процедур, существенно расширил круг субъектов, на которых распространяются нормы этого зако-

на, несколько упростил процедуру.

Анализируя положения данного нормативно правового акта, многими исследователями отмечались его специфические черты, которые не были свойственны предыдущему акту. В частности, наличие как норм материального, так и процессуального права существенно отличало данный нормативно-правовой акт от предыдущего. В этот же период начал формироваться и иной круг отношений, который связан с банкротством. Уголовное законодательство также приняло активное участие в развитии отношений, регламентирующих несостоятельность должника. В этот же период появляются нормы уголовного законодательства, регулирующие ответственность за криминальное банкротство. Безусловно, это было прорывом в определении ответственности за криминальное банкротство.[20, с.4]. Формирование законодательных предписаний предусматривающих уголовную ответственность за криминальное банкротство явилось еще одной вехой в развитии законодательства о несостоятельности.

В 2002 г. был принят новый закон «О несостоятельности (банкротстве)». Впервые в законе было использовано такое понятие как преднамеренное и фиктивное банкротство. Анализируемые нормы закона, возлагают на арбитражного управляющего, исполнительные органы власти всех уровней, суд выявление и установление фактов преднамеренного и фиктивного банкротства. Это указывает на то, что государство обеспокоено состоянием своей экономики и заинтересовано в деятельности всех хозяйствующих субъектов.

Таким образом, делая выводы, следует отметить, что формирование действующего законодательства о несостоятельности прошло определенный исторический путь, который в итоге сформировал предписания регулирующие процесс банкротства. Данные нормы призваны цивилизовано решать вопросы несостоятельности, в рамках правового поля.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Боев О.В. Уголовная ответственность за преднамеренное и фиктивное банкротство кредитных организаций М.: Юрлитинформ, 2013. 192 с.

2. Кравчук Е.В. Фиктивность и преднамеренность банкротства в России. М.: Юстицинформ, 2013. 160 с

3. Кондрашина И.А. Ответственность за преднамеренное и фиктивное банкротство по уголовному законодательству России. Казань, 2008. 152 с.

4. Морозова Ю.В. Неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное и фиктивное банкротства по уголовному законодательству Российской федерации: Дис. ... канд. юрид. наук /Академия Генеральной прокуратуры Российской Федерации. - Москва, 2010. 245с.

5. Ненайденко А.Г. Преднамеренное и фиктивное банкротства (актуальные проблемы уголовной ответственности). Автореферат дис. ... кандидата юридических наук / Науч.-исслед. ин-т проблем укрепления законности и правопорядка при Генер. прокуратуре РФ. - Москва, 2005. 22с.

6. Пылева С.С. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика и предупреждение неправомерных действий при банкротстве, преднамеренного и фиктивного банкротства: Дис. ... канд. юрид. наук /Москва, 2003. 184с.

7. Чистопашина С.С. Аналитические процедуры выявления фиктивного и преднамеренного банкротства. Автореферат дис. ... кандидата экономических наук / Рос. эконом. ун-т им. Г.В. Плеханова. Москва, 2014. 25с.

8. Малышев К.И. Исторический очерк конкурсного процесса / Малышев К. - С.-Пб.: Тип. т-ва «Обществ. Польза», 1871. 460 с.

9. Российское законодательствоХ-ХХвеков: в девяти томах. - т.1: Законодательство Древней Руси / под общей редакцией д-ра юрид. наук, профессора О. И. Чистякова. — М.: Юрид. лит., 1984. 423 с.

10. Добровольский А. А. Свод общеимперских положений о торговой и неторговой несостоятельности / А.А. Добровольский. - М.: Тип. Лит.. Т-ваИ.Н. Кушнерев, 1914. 183 с.

11. Декрет ВЦИК и СНК РСФСР от 28 ноября 1927 года о внесении изменений и дополнений в Гражданский процессуальный кодекс РСФСР // Собрание узаконений РСФСР . 1927. № 123. С.830.

12. Телюкина М. В. Развитие законодательства о несостоятельности и банкротстве //Юрист. 1997. № 11. С. 12-13.

13. Российская Федерация. Законы. О несостоятельности (банкротстве) предприятий: [федер. закон от 19 ноября 1992 г. № 3929-1] // Ведомости Совета народных депутатов и Верховного Совета Рос. Федерации. 1993. № 1. Ст. 6. (Утратил силу).

14. Витрянский В.В. Реформа законодательства о несостоятельности (банкротстве) /В.В. Витрянский // Специальное приложение к

Вестнику Высшего Арбитражного Суда Рос. Федерации. 1998. № 2.

15. Об итогах работы арбитражных судов Российской Федерации в 1997 г. // Вестник Высшего Арбитражного Суда Рос. Федерации. 1998. № 4. С. 7.

16. Сайт Судебного департамента при Верховном суде РФ [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.cdep.ru/index. php?id=79&item=4430

17. Иванова А.Б. Криминологическая оценка преднамеренного и фиктивного банкротства // Вестник экономики, права и социологии. 2018. № 2 С. 83-87

18. Ермакова Т.Н., Ермакова О. Уголовно-правовые аспекты преднамеренного и фиктивного банкротства // Право и практика 2016 № 1 С. 90 - 92

19. Камалиева Л.А. Уголовная ответственность за фиктивное банкротство: теоретические и практические проблемы. // Право и практика. 2017. № 3. С. 51-56.

20. Письмо Высшего Арбитражного суда РФ от 25 апреля 1995 года № С1-7/ОП —237 по обзору практики, применения Арбитражными судами законодательства о несостоятельности (банкротства) // Вестник Арбитражного Суда Рос. Федерации. 1995. № 7. С. 4.

Статья поступила в редакцию 20.02.2019 Статья принята к публикации 27.05.2019

С.79-82.