К вопросу атрибуции миниатюр Лондонского списка сказания о Мамаевом побоище

Ф. Н. Веселое.

К вопросу атрибуции миниатюр Лондонского списка Сказания о Мамаевом побоище

Мало какое событие в истории Древней Руси нашло столь широкое о т-ражение в культуре и искусстве, как Куликовская битва. Весьма интересными в этом контексте представляются лицевые рукописи, посвященные побоищу, в частности, недавно введенный в оборот список Сказания о Мамаевом побоище из Британской библиотеки. Особое значение список приобретает именно благодаря своим миниатюрам, уникальность которых не только в том, что памятник содержит наибольшее количество рисунков, не встречающихся в иных списках Сказания, но и в том, что, несмотря на не поддающееся сомнению исполнение в XVII столетии, по многим композиционным чертам и большому количеству деталей, произведение является копией весьма раннего манускрипта ХУ-ХУ[ вв., если не первейшего протографа памятника. Именно эту проблему освещает данная статья, в которой автор по возможности старается рассмотреть все характеристики миниатюр, от техники их исполнения, до изображаемых деталей, могущих подтвердить, либо опровергнуть возможность связи списка с ранними протографами Сказания о Мамаевом побоище.

Ключевые слова: лицевые рукописи, миниатюры, Куликовская битва.

Особое значение для изучения истории отечественной культуры имеют средневековые лицевые рукописи, посвященные важнейшим событиям русской истории, передающие смысл их изобразительными средствами. К числу таковых, относятся и литературные памятники Куликовского цикла, часть из которых украшена высокохудожественными живописными миниатюрами.

Для истории нашей страны невозможно переоценить значение победы на Куликовом поле, оказавшей огромное влияние на всю последующую историю России, не только политическую, но, прежде всего, социально-психологическую. В короткое время победа стала легендой, своего рода символом возрождения Русского государства. Пожалуй, ни одному со-

бытию в истории Древней Руси не было посвящено столько художественных произведений, без преувеличения вошедших в золотой фонд мировой культуры. В так называемый Куликовский цикл входят несколько основных памятников, это За-донщина, Краткая и Пространная летописные повести и Сказание о Мамаевом побоище. По старшинству первыми появляются тексты Задонщины1 и Краткой и Пространной летописных повестей «О великом побоище, иже на Дону»,2 однако неизвестно ни одного иллюстрированного списка этих произведений, и литературная история их куда скуднее, чем история Сказания, не просто переписывавшегося до XIX в. включительно,3 но и развивавшегося во множестве редакций и вари-

4

антов.

Такой интерес мог быть обусловлен, в частности, тем, что именно Сказание о Мамаевом побоище содержит наиболее подробный и сюжетно-увлекательный рассказ о драматических событиях лета — осени 1380 г.5 Именно Сказание впервые сообщает известные ныне со школьной скамьи подробности об атаке засадного полка под предводительством князя Владимира Храброго и воеводы Дмитрия Волынского, решившей исход битвы, повествует о знаменитом поединке инока Пересвета с татарским богатырем Челубеем.

1 См.: Ржига В. Ф. Слово Софрония Рязанца о Куликовской битве (За-донщина) как литературный памятник 80-х годов XIV века // Повести о Куликовской битве. М., 1959. С. 377-401.

2 См.: Дмитриев Л. А. Литературная история памятников Куликовского цикла // Сказания и повести о Куликовской битве. Л.: «Наука». 1982. С. 306-359; 2) «Книга о побоище Мамая, царя татарского от князя Владимирского и Московского Дмитрия» // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы (Пушкинский дом) АН СССР (далее -ТОДРЛ). Л., 1979. Т. 34. С. 62-71.

3 В РГБ хранится список собр. Прянишникова № 203, датируемый 1894 г.

4 Дмитриев Л. А. Литературная история памятников Куликовского цикла... С. 306.

5 Майоров А. В. Лондонский список Сказания о Мамаевом побоище // Сказание о Мамаевом побоище. Лондонский список. СПб, 2012.

Среди известных ныне списков Сказания выделяются, прежде всего, лицевые рукописи, многие из которых являются выдающимися произведениями средневекового изобразительного искусства. Лицевые списки, украшенные множеством миниатюр, служили для наглядной передачи «должайших историй», раскрывая книжный текст даже для неграмотных

Древней Руси. Недаром, миниатюры рассматривались наряду

6

с текстом, а иногда получали и первенствующее значение. Изготовление таких манускриптов требовало особого мастерства, и во все времена лицевые рукописи представляли собой исключительную художественную и материальную ценность.

Всего на сегодняшний день известно девять7 лицевых списков Сказания о Мамаевом побоище, из которых один -это повесть, включенная в Лицевой Летописный свод Ивана Грозного, и, которая, по справедливому замечанию А. А. Амосова, должна изучаться отдельно от остальных произведений.8

Особый интерес среди указанных произведений представляет наименее изученный из них памятник - список Сказания, хранящийся в Британской библиотеке в Лондоне. Впервые о его существовании стало известно в 1958 г., когда профессором Кембриджского университета Элизабет Хилл, было сделано специальное сообщение на IV Международном съезде славистов в Москве.9 О необходимости опубликования и тща-

6 См.: Подобедова О. И. Миниатюры русских исторических рукописей. М., 1965. С. 8; Гумницкий И.И. Повествовательный характер миниатюр сказаний и житийных повестей // Древнерусская книжность. Резюме докладов на конференции молодых специалистов. 1975. Л., 1975.

7 Списки: РГБ, музейное собрание, № 3123; ГИМ, собрание Уварова, № 1435; ГИМ, собрание Уварова, № 999а; ГИМ, музейное собрание № 2596; РГБ, музейное собрание № 3155; РГБ, собрание Прянишникова, № 203; ГИМ, собрание Барсова, № 1798; British Library, Y.T.51 и БАН 31.7.30.

8 Амосов А. А. Сказание о Мамаевом побоище в Лицевом Летописном своде // ТОДРЛ. Л., 1979. Т. 34. С. 49.

9 Hill E. A British Museum Illuminated Manuscript of an Early Russian Literary Work. Cambridge, 1958; IV Международный съезд славистов: Материалы дискуссии. Т. I. Проблемы славянского литературоведения, фольклористики и стилистики, М., 1962. С. 169-173.

тельного изучения Лондонского списка Сказания неоднократно высказывались крупнейшие отечественные ученые -Д. С. Лихачев, Л. А. Дмитриев. Однако из-за сложностей во взаимоотношениях между СССР и Великобританией, а также высокой стоимости копирования и издания, публикация рукописи долгое время была невозможной. Поэтому двумя важнейшими вехами в изучении списка стали 1971 г. - появление в распоряжении советских ученых черно-белого микрофильма памятника и изучение данных материалов Л. А. Дмитрие-вым,10 и полное факсимильное издание Лондонского списка в 2012 г. в рамках серии Письменные памятники истории и

культуры России в собраниях зарубежных архивов и библио-

11

тек.

Сама история памятника весьма темна и запутана. Доподлинно известно лишь о том, что прежде чем попасть в Британскую библиотеку рукопись находилась в собрании известного коллекционера Генри Йейтса Томсона, который приобрел ее в 1920-е гг. у книготорговой и антикварной флорентийской фирмы «Дэвис энд Ориоли», однако, как и откуда список оказался в распоряжении последней, неясно.12 Впрочем, не только данное обстоятельство привлекает внимание к рукописи. Еще в 1958 г., на своем докладе, Э.Хилл представила в качестве иллюстраций две миниатюры списка, и уже тогда они вызвали особый интерес отечественных ученых: несмотря на то, что список был явно создан не ранее второй половины XVII в., его миниатюры обнаруживали сходство с образцами книжной графики и живописи XV столетия.13 Это обстоятельство обязывает сосредоточить особое внимание на атрибуции именно миниатюр списка.

10 См.: Дмитриев Л. А. Лондонский список «Сказания о Мамаевом побоище» // ТОДРЛ. Л., 1974. Т. 28. С. 156-179.

11 Сказание о Мамаевом побоище. Лондонский список. СПб., 2012.

12 См.: Майоров А. В. Лондонский список Сказания о Мамаевом побоище... С. 9-39.

13 См.: IV Международный съезд славистов: Материалы дискуссии. Т. I. С. 169-173.

Однако на настоящий момент миниатюрам Лондонского списка полностью посвящены лишь статья Л. А. Дмитриева «Лондонский список Сказания о Мамаевом побоище»14 и статья предваряющая факсимильное издание Лондонской рукописи.15 В обоих трудах дается описание и сквозное сравнение миниатюр с аналогами в остальных лицевых списках. Но так же важно, на наш взгляд, рассмотреть общие характерные черты и специфические детали иллюстраций списка.

Лондонский лицевой список Сказания о Мамаевом побоище создан на бумаге XVII столетия с филигранями в виде шута в колпаке, которые видны частично. Всего памятник содержит 48+111 листа, при этом имеются пропуски в тексте, связанные с утратой части листов и явное нарушение порядка листов в конце рукописи. Текст писан великорусским полууставом черными чернилами с красными заглавными буквами в полторы-две строчки высотой, подписи к миниатюрам также выполнены красными чернилами. Текстовое содержание памятника относится к одному из вариантов древнейшей редакции Сказания, датируемой, по многим прямым и косвенным признакам, не позднее второй половины XV столетия.16

На данный момент произведение содержит 64 живописные миниатюры, среди которых 14 (!) миниатюр уникальны и не встречающихся более ни в одном из известных на данный момент лицевых списков Сказания. При этом отрывки текста Сказания, утраченные с частью листов памятника, иллюстрировались в иных известных списках, таким образом, можно предположить, что в своем изначальном виде список мог содержать еще до 18 миниатюр.17 Кроме того, на первом листе рукописи, где находится заголовок, писцом было оставлено место для миниатюры, скорее всего, аналогичной в некоторых

14 Дмитриев Л. А. Лондонский список «Сказания о Мамаевом побоище». С. 156-179.

15 Майоров А. В., Веселов Ф. Н. Описание миниатюр // Сказание о Мамаевом побоище. Лондонский список. СПб, 2012. С. 43-57.

16 Дмитриев Л. А. Лондонский лицевой список «Сказания о Мамаевом побоище». С. 156-159.

17 Там же. С. 177-178.

других списках,18 изображающей на троне князей Дмитрия и Владимира, однако место так и осталось пустующим.

Всего, иллюстрации содержатся на 64 из 96 страниц рукописи. По большей части, миниатюры занимают половину страницы, иллюстрируя предваряющий либо содержащийся после них текст, кроме двух случаев: л. 41 об. и л. 42, где миниатюры занимают страницу целиком. Расположение миниатюр относительно текста также варьируется: сверху, снизу, либо посередине страницы.

Нет никаких оснований полагать, что миниатюры исполнены разными художниками, во всех иллюстрациях прослеживается один и тот же характерный почерк в прорисовке водной глади, деревьев, разных типов оружия, разных типов лиц. Цветовые решения миниатюр также везде сходны.

Говоря о технике, следует отметит ь, что предварительный рисунок нанесен свинцовым карандашом, который весьма хорошо читается в части миниатюр: лл. 27, 27 об., 31 об., 33, 34, 35, 42 об. и т. д. При этом на левом поле листа 27 об. заметен даже эскизный рисунок ворона (илл. 1).

18 Списки: РГБ, музейное собрание № 3155 и ГИМ, собрание Барсова, № 1798.

Иллюстрация. 1. "Вороны и орлы слетаются и ту неумолкнуша кличут чая грозного побоища." Миниатюра из Сказания о Мамае вом побоище. Списо к У. Т. 51.

Весь основной рисунок миниатюр выполнен черными чернилами, поверх которых раскрашен. Заливка цветом

Иллюстрация. 2."Дмитрий Боброк урядиша полки Великого князя и поста-виша полки по достоянию где кому подобает быть." Миниатюра из Сказания о Мамаевом побоище. Список У. Т. 51.

сплошная с отсутствием какой-либо светотеневой моделировки. Цветовая гамма иллюстраций состоит всего из трех основных цветов: зеленого, охры, и красного. Весьма редко встречается синий, и, по большей части, он сильно разведен. Такой выбор цветов характерен именно для второй половины XVII в., когда колористический набор сильно оскудел по сравнению с предыдущим столетием, и в большинстве иллюминированных рукописей мастера стали пользоваться только тремя отмеченными выше основными цветами.

Иллюстрация. 3. Эпизод Куликовской битвы. Сказание о Мамаевом побоище. Список ГИМ Ув.

Впрочем, художественный облик иллюстраций определяется не цветом, а, прежде всего, композиционным построением рисунка. Логика композиционного построения миниатюр -вполне традиционная, фризовая, при которой движение идет, как и чтение текста, слева на право.

Лишь в трех миниатюрах, на листах 20, 21, 26-об., можно наблюдать двухъярусное построение композиции. Кроме того важно отметить миниатюру на листе 29, разделенную крест накрест на четыре части, изображающую войска, «уряжение полков Дмитрием Боброком Волынским» (илл. 2) - более по

19 Черепнин Л. В. Русская палеография. М., 1956. С. 424-426.

такому построению композиции, ни в этом списке, ни в иных

20

известных, миниатюр нет.

Особо подчеркивает архитектонику миниатюр отсутствие рамок, замыкающих пространство рисунка в большинстве иных лицевых списков Сказания (ГИМ Ув, РГБ 3123, ГИМ У999а и пр.) (илл.3).

Иллюстрация. 4."Великая княгиня Овдотья со снохою седяше в тереме..."

Миниатюра из Сказания о Мамаевом побоище. Список У. Т. 51.

Достаточно привести в качестве примера миниатюру изображающую терем с Великой княгиней Авдотьей и ее снохой (л.18) (илл. 4).

Затейливые переплетения архитектурных форм вырастают в стремящийся вверх высокий терем, конусообразная симметрия которого нарушена появляющимся слева фоновым го-

родским пейзажем из нескольких башенок. Вообще, говоря об архитектурных фонах, особую значимость которым, надо ска-

Иллюстрация. 5." Князь великий Дмитрий с братом своим и ситою.. Миниатюра из Сказания о Мамаевом побоище. СписокУ. Т. 51.

зать, придавали на Руси всегда,21 стоит отметить, несмотря на грубость исполнения и иллюминации, высокое качество их композиционного решения, вписывания в общий пейзаж, сухость и линейность изображения, сам характер построек, находящий аналогии в высокохудожественных памятниках боле е раннего периода - например, в миниатюрах Радзивиллов-

21 Черный В. Д. "Мамаево Побоище" в древнерусских миниатюрах (Миниатюра как культурно-исторический феномен). // Куликовская битва в истории и культуре нашей Родины. Материалы юбилейной науч. конф. / гл. ред. Б. А. Рыбаков. М.,1983. С. 200-209.

ской летописи, отдельные композиционные детали в миниатюрах Лицевого Летописного свода.23

В отличие от архитектурных, пейзажные фоны несколько более грубы, прорисовка земли и горок слабее (например, лл. 32, 22, 36-об.). С другой стороны, необходимо обратить внимание на то, что горки присутствуют, и по характеру изображения в некоторых миниатюрах (лл. 29 об., 35, 46) (илл. 5) они ближе к геометризированным лествицам XVI в., чем к простой волнистой линии с седловинами, характерной для после-

24

дующего столетия.

Изображение действующих лиц намного качественнее и тщательнее по прорисовке. Доспехи воинов, складки одежд выполнены на уровне, позволяющем сравнивать миниатюры рукописи с иконописными произведениями Новгородской школы XV в., в частности, с нижним ярусом иконы «Молящиеся Новгородцы» по разным оценкам, созданной в 1470-149025

х гг. С иконописью же роднят и удлиненные пропорции изображаемых в традиционном трехчетвертном повороте фигур, выразительно воздетых в знаковых жестах - молитвенных, «беседных» - рук. Пропорции же фигур роднят рукопись с подобными миниатюрами в третьей группе иллюстраций (иллюстрации с 7 по 20) в Тверском списке Хроники Георгия Амартола XIV в.26 - по замечанию О. И. Подобедовой, наиболее ранней из числа иллюстрированных исторических рукопи-

~ 27

сей, уцелевших в войнах и пожарах средневековья.

Подобное родство миниатюры с иконописью также более характерно для XV-XVI вв., нежели для XVII столетия,28 ко-

22 БАН, № 34.5.30.

23 К примеру, витые сложные завершения кровель башенок, в уже упомянутой миниатюре, изображающей терем с княжнами.

24 Черепнин Л. В. Русская палеография. С. 422.

25 НГИКиХМЗ, инв. № 7580.

26 РГБ, ф. 173, № 100.

27 Подобедова О. И. Миниатюры русских исторических рукописей.

С. 11.

28 См.: Черепнин Л. В. Русская палеография. С. 421-426; Щепкин В. Н. Русская палеография. М., 1967. С. 87-90.

гда, в связи с большим распространением миниатюры ее качество становится ниже, прорисовка беднее.

Завершая разговор об особенностях композиционных средств, стоит отметить, особое мастерство, с которым подчеркивается динамичность эпизодов самой битвы. Так, на листе 38 об. - сцене схватки инока Пересвета и татарского богатыря - два скачущих на фоне пейзажа с вздыбленной в центре землей навстречу всадника, поражающих один другого копьями, формируют напряженную пирамидальную композицию, особо подчеркивающую драматизм боя (илл. 6).

Стоит отметить и блестящую передачу мотива противостояния войск: сшибающиеся монолитные группы сражающихся воинств с направленными в сторону врага длинными развивающимися знаменами лезвмями глеф и алебард, устремленные к центру конных схваток высоко занесенные мечи и сабли

Впрочем, при исследовании миниатюр обращать пристальное внимание необходимо и на изображение деталей, их сопоставление с памятниками материальной культуры. Учитывая батальный характер повести, нельзя не обратить внимание Иллюстрация. 6. "Сразившися Пересвету с печенегом." на детага баталь-Миниатюра из Сказания о Мамаевом побоище. Список. У. Т. 51.

ных сцен. В Лондонском списке более динамично, в традициях Лицевого Летописного свода, и, близко к Рад-зивилловской летописи прорисована форма однохоботных и двухоботных развевающихся знамен. Разнообразнее холодное вооружение: кроме мечей и копий, встречаются алебарды, топорики и некие крюки на высоком древке, по-разному интерпретируемые исследователями, однако, по форме наиболее они близки к гизарме - боевой косе, древковому оружию, встречающемуся в Европе с XII в., либо спетуму - форме копья, появляющейся в XV столетии.29 Изображения последнего можно встретить на створках Варзухского алтаря 1437 г. В этом смысле стоит вспомнить также весьма подробные по прорисовке снаряжении и вооружения миниатюры Куликовского цикла из лицевого Жития Сергия Радонежского конца XVI в., без сомнения созданные под влиянием первых лицевых списков Сказания.30

Также примечательно, что мечи изображаются прямыми, как в миниатюрах, уже упомянутой хроники Георгия Амарто-ла31 XIV в., а не кривыми, как сабли, вытеснившие мечи в миниатюрах с конца XVI столетия.32 Кроме того, Лондонский список - единственный, в миниатюрах которого князья изображаются в традиционных для Древней Руси княжих шапках, а не венцах, напоминающих западноевропейские короны, характерных для миниатюр XVII - XVIII вв.

29 Введенский Г. Э. Оружие . М . , 2005. С. 147-150.

30 Белоброва О. А. О миниатюрах Куликовского цикла в Житии Сергия Радонежского // ТОДРЛ. Т. 34. С. 243-246.

31 Например, миниатюра «Убийство Ромулом Рема», лист 24. РГБ, ф. 173, № 100.

32 См.: Черепнин Л. В. Русская палеография. С. 422; Щепкин В.Н. Русская палеография. С. 423.

Иллюстрация. 7. Митрополит Киприан благославляет великого князя Дмитрия и князя Владимира. Миниатюра из Сказания о Мамаевом побоище. Список ГИМ 999а.

Важным отличием является и то, что главные действующие лица - князья Дмитрий Иоаннович и Владимир Андре-

евич, изображение которых в миниатюрах остальных лицевых списков практически одинаково, в списке Лондонском более индивидуализированы и первенство Дмитрия подчеркнуто сильнее. Это выражается и в большей активности жестов и в композиционной обособленности позы, кроме того, Дмитрий здесь чаще изображается как одно действующее лицо, без Владимира. Такой фактор является еще одним, дополнительным доказательством более древнего происхождения миниатюр списка.

Рассматривая детали, стоит вернуться и к уже упомянутым архитектурным фонам. По меньшей мере, в двух миниатюрах списка, без сомнения должен быть изображен Успенский собор Московского кремля - это сцена молитвы князей Образу Спаса и поклонение мощам митрополита Петра (лл. 14 об., 15 об.). При этом характерно, что на обеих миниатюрах собор изображен одинаково - одноглавым, с отдельной высокой звонницей и без приделов. Одноглавым собор был до 1472 г., когда обветшал и был перестроен. В остальных списках, а также, к примеру, на иконе «Сергия Радонежского с житием» конца XVII в.,33 князья молятся перед иконой Владимирской Богоматери в уже пятиглавом соборе.

Подобная, атрибутирующая подлинник, с которого был сделан Лондонский список, деталь есть и в миниатюре, изображающей Троицкий собор Троице-Сергиевого монастыря - л. 12. Здесь собор изображен без придела, который был пристроен после 1548 г. Кроме того, как отмечает в своей статье В. Д.Черный, важно обратить внимание на уже упоминавшуюся выше миниатюру с Набережными теремами, изображенными в виде, который они могли иметь до 1487 г., когда началось строительство каменной набережной палаты, существенно изменившей облик этого комплекса.34

33 Болотцева И. П., «Сказание о Мамаевом побоище» на иконе «Сергий Радонежский с житием» XVII века // Куликовская битва в литературе и искусстве. М., 1980. С. 120-128.

34 Черный В. Д. "Мамаево Побоище" в древнерусских миниатюрах. С. 200-209.

И наконец, обращаясь к иконописи, следует отметить такую немаловажную деталь, как нимбы над головами действующих персонажей. В общем, почти во всех списках данный атрибут принадлежит одним и тем же лицам. Нимб всегда есть только над головой Сергия Радонежского и/или его сподвижников-иноков, 35 однако местное почитание преподобного началось почти сразу после его смерти в 1392 г., а общецерковное можно отсчитывать с середины XV в., когда святой был прославлен митрополитом Ионой, и в его честь была сооружена первая церковь.36 Сложнее обстоит дело с митрополитом Киприаном. С одной стороны, в Никоновской летописи за 1472 г. есть запись о перенесении «...честных мощей святителей из разобранной церкви в новозаложенную»,37 и первыми там упомянуты мощи Киприана, с другой, в Великих Четьях-Минеях митрополита Макария середины XVI в. святитель не упомянут38 и его почитание можно относить скорее к XVII в., когда он появляется на иконах с нимбом. 39 В большинстве списков, включая Лондонский, святитель изображен без нимба, и только в одной сцене в списке У999а с нимбом (илл. 7), что говорит скорее об определенном, и не всегда имеющем место, «редактировании» миниатюр живописцами в процессе переписывания памятника. Важно отметить, что Лондонского списка такое «редактирование», как и в случае с архитектурой соборов не коснулось.

Таким образом, сводя воедино, указанные выше особенности миниатюр Лондонского списка, прийти можно к следу-

35 В большинстве списков также нимб присутствует у митрополита Петра, мощам которого князья поклоняются перед битвой - нет его только в списке ГИМ, У999а (л.32 об.), возможно, по недосмотру миниатюриста.

36 Голубинский И. И. Преподобный Сергий Радонежский и созданная им Троице-Сергиева лавра. М., 1909.

37 Полное собрание русских летописей (далее - ПСРЛ). СПб, 1901. Т. 12. С. 145.

38 Великие Четьи-Минеи митрополита Макария, СПб, 1883.

39 См.: икона «Сретение Владимирской иконы Божьей Матери» к. XVI - н. XVII в. (Святые земли Русской. Каталог выставки. СПб, 2010. с. 259); икона «Сергий Радонежский с житием» XVII в. (Ярославский художественный музей, № И-394).

ющим выводам. Без сомнения, список был создан в XVII столетии, о чем говорит атрибутируемая по филиграням бумага, скудный колористический набор с отсутствием переходов и смешения цветов, отсутствие моделировки тела под складками одежды, общий невысокий уровень рисунка. С другой стороны, архаичные композиционные решения миниатюр и их фрагментов, ряд важных деталей рисунков: от общего характера изображение оружия и одежд, архитектурных и природных пейзажей, поз и жестов действующих лиц до исторически узнаваемых зданий, вписывают данный памятник в культурно-исторический контекст XV столетия, к которому принадлежал изначальный протограф рассматриваемого списка. Кроме того, важно учитывать, что Л. А. Дмитриев возводит сам текст произведения к варианту Ундольского Основной редакции,40 датируемой XVI в., и при этом Лондонский список не является копией списка Ундольского, а происходит из единого протографа. Следственно, хотя и созданные в XVII столетии, миниатюры Лондонского списка являются копиями миниатюр куда более раннего произведения, созданного никак не позже XVI столетия, а, возможно, и ранее, более из всех известных лицевых списков приближает его к изначальному протографу Сказания. Все это, без сомнения, придает лицевой рукописи Британской библиотеки значение основного списка при изучении миниатюр Сказания о Мамаевом побоище.

Принятые сокращения

БАН - Библиотека Академии Наук

ГИМ - Государственный Исторический музей

40 РГБ, собрание Ундольского, № 578.

НГИКиХМЗ - Новгородский Государственный Исторический Культурный и Художественный музей-заповедник

ПСРЛ - Полное собрание русских летописей РГБ - Российская Государственная библиотека РНБ - Российская Национальная библиотека

Автор: Веселов Федор Никитович - аспирант кафедры музеологии СПбГУ (Университетская наб. 7-9, Санкт-Петербург, 199034, Россия), научный сотрудник Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи. Санкт-Петербург, Россия (Александровский парк, 7, Санкт-Петербург, 197046, Россия). veselovfedor@gmail.com

Литература, использованная в статье

IV Международный съезд славистов: Материалы дискуссии. Проблемы славянского литературоведения, фольклористики и стилистики, М., 1962. Т. I. 22 с.

Амосов А. А. Сказание о Мамаевом побоище в Лицевом Летописном своде // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы (Пушкинский дом) АН СССР. Л.: «Наука», 1979. Т. 34. С. 49-60.

Белоброва О. А. О миниатюрах Куликовского цикла в Житии Сергия Радонежского // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы (Пушкинский дом) АН СССР. Л.: «Наука», 1979. Т. 34. С. 243-246.

Болотцева И. П. «Сказание о Мамаевом побоище» на иконе «Сергий Радонежский с житием» XVII века // Куликовская битва в литературе и искусстве. М., 1980. С. 120-128.

Введенский Г. Э. Оружие. М., 2005. 294 с.

Великие Четьи-Минеи митрополита Макария. СПб, 1883. 1392 стб.

Голубинский И. И. Преподобный Сергий Радонежский и созданная им Троице-Сергиева лавра. М., 1909. 424 с.

Гумницкий И .И. Повествовательный характер миниатюр сказаний и житийных повестей // Древнерусская книжность. Резюме докладов на конференции молодых специалистов. 1975. Л., 1975. С. 16-17.

Дмитриев Л. А. «Книга о побоище Мамая, царя татарского от князя Владимирского и Московского Дмитрия» // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы (Пушкинский дом) АН СССР. Л.: «Наука», 1979. Т. 34. С. 61-71.

Дмитриев Л. А. Литературная история памятников Куликовского цикла // Сказания и повести о Куликовской битве. Л.: «Наука», 1982. с. 306-359.

Дмитриев Л. А. Лондонский список «Сказания о Мамаевом побоище» // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы (Пушкинский дом) АН СССР. Л., 1974. Т. 28. С. 155-179.

Лихачев Д. С. Текстология. М.; Л., 1962. 605 с.

Майоров А. В. Лондонский список Сказания о Мамаевом побоище // Сказание о Мамаевом побоище. Лондонский список. СПб, 2012. С. 9-39.

Майоров А. В., Веселов Ф. Н. Описание миниатюр // Сказание о Мамаевом побоище. Лондонский список. СПб, 2012. С. 43-57.

Подобедова О. И. Миниатюры русских исторических рукописей. М.: «Наука», 1965. 334 с.

Ржига В. Ф. Слово Софрония Рязанца о Куликовской битве (Задон-щина) как литературный памятник 80-х годов XIV века // Повести о Куликовской битве. М., 1959. С. 377-400.

Полное собрание русских летописей. СПб, 1901. Т. 12. 266 с.

Сказание о Мамаевом побоище. Лицевая рукопись XVII века из собрания Государственного Исторического музея. М., 1980. 270 с.

Филатов В. В. Изображение «Сказания о Мамаевом побоище» на иконе XVII в. // Труды отдела древнерусской литературы. Л.: «Наука», 1960. Т. 16. С. 397-410.

Черепнин Л. В. Русская палеография. М., 1956. 616 с.

Черный В. Д. "Мамаево Побоище" в древнерусских миниатюрах (Миниатюра как культурно-исторический феномен). // Куликовская битва в истории и культуре нашей Родины. Материалы юбилейной науч. конф. / гл. ред. Б. А. Рыбаков. М., 1983. С. 200-209.

Черный В. Д. Русская средневековая книжная миниатюра: направления, проблемы и методы изучения. М., 2004. 589 с.

Шамбинаго С. К. Сказание о Мамаевом побоище. [Б. м.], 1907. 108 с.

Щепкин В. Н. Русская палеография. М., 1967. 224 с.

Hill E. A British Museum Illuminated Manuscript of an Early Russian Literary Work. Cambridge, 1958. 8 p.

Information about the article Author: Veselov Fedor - post-graduate student of the Museology department, Saint-Petersburg State University (7-9, Universitetskaya nab., St.Petersburg, 199034, Russia), research assistant of the Military-historical museum of Artillery, Engineer troops and Signal corps. (7, Aleksandrovskii Park, St.Petersburg, 197046, Russia). veselovfedor@gmail.com

Title: The attribution of the miniatures of London copy of The Tale of the Mamai Route.

Summary: Kulikovskaya battle was one of the most reflective events in the Ancient Russian art and culture. Against this background illuminated manuscripts concerning the battle seems to be interesting, especially one from the British library not far ago introduced for the scholar use. The importance of this copy of the Tale of the Mamai Route is encased in its illustrations, despite its no doubt production in the XVII century, their composition and great amount of details suggest that this manuscript is a copy of protograph of XV-XVI century, or even of the very first illuminated scripture of the artifact. That particular problem is observed in this article, in which author as far as possible tries to examine characteristics of the illustrations, from the techniques of their production to depicted details, which could confirm or dispel the possibility of the connections of this copy with the earliest protographes of the Tale of the Mamai Route. Keywords: illuminated manuscripts, miniature-paintings, tale, Kulikovskaya battle.

References

Amosov A. A. Skazanie o Mamaevom poboische v Licevom Letopisnom svode [The Tale of the Mamai Route in the Illuminated Chronicles]. Trudy Otdela drevnerusskoj literatury [Works of the Old Russian literature department]. 1979, vol. 34, pp. 49-60. (In Russian).

Belobrova O. A. O miniaturakh Kulikovskogo cikla v Zhitii Sergiya Ra-donezhskogo [About the miniatures of the Kulikovsky cyclus in the Hagiography of the Saint Sergiy]. Trudy Otdela drevnerusskoj literatury [Works of the Old Russian literature department]. 1979, vol. 34, pp. 243-246. (In Russian).

Bolotceva I. P. "Skazanie o Mamaevom poboische" na ikone "Sergiya Ra-donezhskogo s zhitiem" XVII veka [The Tale of the Mamai Route on the icon "Saint Sergiy and his Life" of the XVII century], in Kulikovskaya bitva v litera-

ture I iskusstve [Kulikov battle in literature and arts]. Moscow, 1980, pp. 120-128. (In Russian).

Cherepnin L. V. Russkaya paleographiya [Russian paleography] Moscow, 1956.. 616 p. (In Russian).

Cherniy V. D. "Mamaevo Poboische" v drevnerusskikh miniatyurakh (Min-iatyura kak kul'turno-istoricheskiy fenomen) [The Tale of the Mamai Route in the ancient Russian miniatures], in Kulikovskaya bitva v istorii i kul'ture nashey Rodini [Kulikov battle in history and culture of our Native land]. Moscow, 1983, pp. 200-209. (In Russian).

Cherniy V. D. Russkaya srednevekovaya knizhnaya miniatyura: naprav-leniya, problemi i metodi izucheniya [Russian medieval book-miniatures: trends, problems and studying methods]. Moscow, 2004. 589 p. (In Russian).

Dmitriev L. A. "Kniga o poboische Mamaya, tsarya tatarskogo ot knyazya Vladimirskogo I Moskovskogo Dmitriya" ["The book of the battle between tsar of tartars Mamai and great prince of Vladimir and Moscow Dmitriy"]. Trudy Otdela drevnerusskoj literatury [Works of the Old Russian literature department]. 1979. vol. 34, pp. 61-71. (In Russian).

Dmitriev L. A. Literaturnaya istoria pamyatnikov kulikovskogo tsikla [Literally history of the Kulikovskiy cyclus], in Skazaniya I povesti o Kulikovskoy bitve [Tales and stories about the Kulikov battle]. Leningrad, 1982, pp. 306-359. (In Russian).

Dmitriev L. A. Londonskiy spisok "Skazaniya o Mamaevom poboische" [London copy of "The Tale of the Mamai Route"]. Trudy Otdela drevnerusskoj literatury [Works of the Old Russian literature department]. 1974, vol. 28, pp. 155-179. (In Russian).

Filatov V. V. Izobrazheniya "Skazaniya o Mamaevom poboische" na ikone XVII v. [Pictures of the The Tale of the Mamai Route on the icon of the XVII century]. Trudy Otdela drevnerusskoj literatury [Works of the Old Russian literature department]. 1960, vol. 16, pp. 397-410. (In Russian).

Golubinskiy I. I. Prepodobniy Sergiy Radonezhskiy I sozdannaya im Troice-Sergieva Lavra [Saint Sergiy and created by him Saint Trinity Laura] Moscow, 1909. 424 p. (In Russian).

Gumnickiy I. I. Povestvovatel'niy kharakter miniatur skazaniy I zhitiynikh povestey [Narrative character of the illustrations in the hagiography and tales], in Drevnerusskaya knizhnost' [Old Russian booklore]. Leningrad, 1975. pp. 16-17. (In Russian).

Hill E. A British Museum Illuminated Manuscript of an Early Russian Literary Work. Cambridge, 1958. 8 p.

IV Mezhdunarodniy s'ezd slavistov, Materiali diskussii [International Slav-ist Conference. Discussion materials]. Moscow, 1962. 22 p. (In Russian).

Likhachev D. S. Tekstologiya [Textology]. Moscow; Leningrad, 1962. (In Russian). 605 p.

Mayorov A. V. Londonskiy spisok Skazaniya o Mamaevom poboische [London copy of The Tale of the Mamai Route], in Skazanie o Mamaevom pobo-ische. Londonskiy spisok [Tale of the Mamai route. London copy]. St.Petersbur, 2012, pp. 9-39. (In Russian).

Mayorov A. V., Veselov F. N. Opisanie miniatyur [The description of the miniatures], in Skazanie o Mamaevom poboische. Londonskiy spisok [Tale of the Mamai route. London copy]. St.Petersbur, 2012, рр. 43-57. (In Russian).

Podobedova O. I. Miniatyuri russkikh istoricheskikh rukopisey. [Miniatures of the Russian historical manuscripts]. Moscow, 1965. 334 p. (In Russian).

Polnoe sobranie russkikh letopisey. Тom 12 [The Complete Collection of Russian Chronicles. Vol. 12]. St.Petersburg, 1901. 266 p. (In Russian).

Rzhiga V. F. Slovo Sofroniya Ryazantsa o Kulikovskoy bitve (Zadonschi-na) kak literaturniy pamyatnik 80-kh godov XIV veka [The Tale of the Sofroniy Ryazanets about Kulikovskaya battle (Zadonschina) as a literally artifact of the 1380-s], in Povesti o Kulikovskoy bitve [Tales of the Kulikov battle]. Moscow, 1959, pp. 377-400. (In Russian).

Schepkin V. N. Russkaya paleographiya. [Russian paleography]. Moscow, 1967. 224 p. (In Russian).

Shambinago S. K. Skazaniye o Mamaevom poboische ["The Tale of the Mamai Route"]. 1907. 108 p. (In Russian).

Skazanie o Mamaevom poboische. Litsevaya rukopis' XVII veka iz sobrani-ya Gosudarstvennogo Istoricheskogo muzeya [The Tale of the Mamai Route. Illuminated manuscript of the XVII century from the collection of the State Historical museum]. Moscow, 1980. 270 p. (In Russian).

Velikie Chet'i Minei mitropolita Makaria [Great Menaia of the metropolite Macarius]. St.Petersburg, 1883. 1392 col. (In Russian).

Vvedenskiy G. E. Oruzhie [Armour]. Moscow, 2005. 294 p. (In Russian).