Валютный фактор инновационного развития экономики России (по материалам круглого стола, состоявшегося в финансовой академии при Правительстве РФ на тему: «Валютные проблемы инновационного развития экономики России»)

Инновации: валютные проблемы

валютный фактор инновационного развития экономики России

В работе круглого стола участвовали 85 ученых и практиков, в том числе представители Аппарата Правительства РФ, Банка России, Ассоциации российских банков, Банка развития и внешнеэкономической деятельности, Сбербанка России, Московской межбанковской валютной биржи, Российской академии наук — Института экономики, Института народнохозяйственного прогнозирования, Института мировой экономики и международных отношений, Института Европы, профессора, преподаватели, докторанты вузов Москвы, Казани, Новосибирска, Красноярска, Хабаровска, Баку; представители средств массовой информации — издательства «Финансы и статистика», журналов «Деньги и кредит», «Финансы и кредит», «Банковское дело», «Банковские услуги».

На заседании круглого стола выступили 25 человек, двое — участвовали заочно.

Во вступительном слове ректор Финансовой академии при Правительстве РФ профессор М. А. Эскиндаров подчеркнул актуальность анализа валютных проблем инновационного развития экономики России особенно с учетом современного финансового кризиса. В связи с этим поставлена задача обсудить основные проблемы, связанные с повышением степени валютного обеспечения инновационного развития, и сформировать предложения по их решению. В их числе:

• Значение валютного фактора инновационного развития экономики.

• Валютная политика и ее роль в инновационном развитии экономики.

• Курсовая политика Банка России: новые явления.

• Управление официальными золотовалютными резервами в целях стимулирования инновационного развития экономики.

• Проблема снижения масштаба долларизации и евроизации российской экономики.

• Перспективы конкуренции доллара США и евро на мировом финансовом рынке.

• Российский валютный рынок: новые явления и роль в инновационном развития экономики.

• Валютные риски и методы их минимизации.

• Стратегия использования рубля как мировой валюты.

• Тенденция введения коллективных региональных валют интеграционных объединений.

• Перспективы реформы мировой валютной системы и интересы России.

М. А. Эскиндаров отметил, что данный круглый стол подготовлен Центром фундаментальных и прикладных исследований (директор ЦФПИ — профессор Л. Н. Красавина) Института финансовых рынков и прикладной экономики (директор — профессор Я. М. Миркин) совместно с ведущими кафедрами Финансовой академии.

Выступающий также подчеркнул, что обобщение разных мнений высококвалифицированных ученых и практиков имеет большое значение для разработки научно обоснованной валютной политики и валютной стратегии России с учетом новых вызовов глобальной экономики.

Заслуженный деятель науки, профессор Л. Н. Красавина (директор ЦФПИ Финансовой академии) обосновала необходимость системного подхода к совершенствованию валютной политики и разработке ныне отсутствующей валютной стратегии России с учетом новых явлений в националь-

ной и мировой экономике, ее роли в обеспечении инновационного социально-экономического развития России.

Целевая установка валютной политики должна быть ориентирована на обеспечение инновационного развития экономики. До мирового финансово-экономического кризиса доминировала консервативная бюджетная, денежная, а также валютная политика. Это проявилось в накоплении и блокировании валютных поступлений в государственных финансовых фондах, золотовалютных резервах. Мировой финансовый кризис подтвердил, что без резервов экономика не может функционировать при кризисных потрясениях. Однако использование государственных, в том числе валютных, резервов для проведения пакета антикризисных мер в целях поддержки системообразующих корпораций и банков стало тормозом инновационного развития. Поэтому, исходя из принципа государственно-частного партнерства, необходимо, чтобы ведущие участники рыночной экономики также привлекали свои резервы и эффективно использовали предоставленную им государственную поддержку для выхода из финансово-экономического кризиса.

В «Основных направлениях единой государственной денежно-кредитной политики» валютная политика занимает скромное место и ограничена в основном проблемами курсовой политики Банка России и констатацией размера официальных золотовалютных резервов. Между тем комплексная валютная политика должна включать и другие ее направления — регулирование валютного рынка, совершенствование управления золотовалютными резервами, переход к свободной конвертируемости рубля и его использованию как региональной/мировой валюты, валютное обеспечение инновационного процесса и др. В связи с этим целесообразно в название документа «Единая государственная денежно-кредитная политика» добавить слова «валютная политика», учитывая ее роль в развитии экономики.

Дискуссионной проблемой стало обоснование оптимального уровня золотовалютных резервов (ЗВР), исходя из критериев, используемых в мировой практике, хотя они не отражают специфики России. Например, критерий обеспечения валютными резервами импорта (трех- и шестимесячного) не учитывает обязательства по внешним заимствованиям. Критерий Гринспена не учитывает полугосударственный внешний долг, хотя в мировой практике и в Банке России он включен

в задолженность государства в расширенном понимании. Критерий Рэдди учитывает лишь среднемесячный импорт и государственный внешний долг. «Широкий» критерий (соотношение ЗВР к широкой денежной массе) не отражает основных современных функций ЗВР — обеспечить погашение международных обязательств (а не денег) и служить страховым фондом страны.

По оценке Л. Н. Красавиной, ошибочно основанное на техническом анализе этих критериев утверждение об избыточности золотовалютных резервов России. До мирового финансового кризиса в 2008 г. наша страна занимала третье место в мире после Китая и Японии и была далеко позади США, чьи только официальные золотые запасы превышают 8 тыс. т при незначительных валютных резервах (40 млрд долл.).

Отмечено, что при диверсификации структуры валютных резервов не учитывается совокупность ее трех критериев — ликвидность, доходность, страхование. Их частичное инвестирование в иностранные ценные бумаги и депонирование в зарубежных банках означает, что Россия кредитует зарубежную, а не национальную экономику. К тому же этот метод страхования валютного риска не всегда эффективен, как подтвердил мировой финансовый кризис. Поэтому управление валютными резервами требует совершенствования, исходя из приоритета валютной политики — защиты интересов российской экономики.

При оценке относительно глобальной до мирового финансового кризиса тенденции к снижению доли доллара в национальных валютных резервах Л. Н. Красавина подчеркнула, что в России она проявлялась медленнее (с 60 до 53 % в 2007 г.), чем в Китае (с 68 до 40 % в 2006 г.), Швеции (с 37 до 20 %). Однако в условиях финансово-экономического кризиса в России усилилась тенденция долларизации и евроизации экономики в связи с усилением инфляции (13,5 % в 2008 г.) и инфляционных ожиданий, а также для погашения внешнего долга корпораций и банков.

Л. Н. Красавина отметила необходимость разработки валютной стратегии России. Пока формируются два ее направления в соответствии с заявлениями на высшем уровне и научными дискуссиями. Речь идет о переходе от формальной к реальной свободной конвертируемости рубля со всеми ее атрибутами и об использовании рубля как региональной валюты. Поскольку в дискуссиях используются понятия «резервная», «расчетная», мировая валюта, в выступлении обоснована пред-

почтительность категории «мировая валюта». С точки зрения теории денег она выполняет три функции: интернациональная мера стоимости, международное средство платежа (расчетная валюта) и международное средство накопления (т. е. как резервная валюта). Следовательно, понятия резервной и расчетной валют связаны с выполнением каждой из них лишь одной из трех функций мировых денег. Понятие «региональная валюта» отражает первоначальный регион ее использования. Например, евро вначале использовался как региональная единая европейская валюта, а затем постепенно стал мировой валютой и конкурентом доллара.

В заключение Л. Н. Красавина подчеркнула необходимость четкой регламентации обязанностей и ответственности ведомств за результативность осуществления валютной политики.

Доктор экономических наук Т.Д. Валовая (руководитель Департамента аппарата Правительства РФ) проанализировала перспективы использования российского рубля как региональной валюты. Эта проблема рассмотрена на фоне современной тенденции формирования многополярного мира, новой геополитической ситуации. Выступающая подчеркнула, что современный мировой финансовый кризис, возникший в результате эгоизма отдельных стран и слабого осознания их ответственности за развитие мировой экономики, выявил опасность монополизма в условиях экономической и финансовой глобализации. США стремятся заставить мир играть по своим правилам, что представляет угрозу для мирового сообщества. Но в современных условиях необходимы коллективные наднациональные структуры глобального управления для предотвращения кризисных потребностей, в том числе в валютно-экономических отношениях.

Т. Д. Валовая подчеркнула, что в условиях формирования новых центров экономического роста доллар США уже не может быть единственной мировой валютой.

Несмотря на трудности многолетнего формирования мировой валюты в Евросоюзе, евро превратился из региональной в мировую валюту, которая конкурирует с долларом США.

Рассматривая вопрос о том, может ли рубль стать мировой валютой, Т. Д. Валовая подчеркнула, что в принципе для создания мирового финансового центра в России не обязательно, чтобы российский рубль стал мировой валютой. В доказательство приведен пример Люксембурга, который успешно справился с этой задачей, не имея даже собственной национальной валюты. Однако, по оценке

выступающей, выход рубля на международный уровень полезен для России, развития евразийского региона и мировой экономики. Для этого рубль должен сначала стать региональной валютой на базе укрепления экономического сотрудничества государств ЕврАзЭС и других стран СНГ.

Т. Д. Валовая высказала мнение, что использование национальной валюты в качестве мировой — это не столько благо для страны-эмитента, сколько огромная ответственность. Государство, чьи деньги становятся мировой валютой, вынуждено уступить часть национальных интересов в пользу мировой экономики, поскольку ее развитие зависит также от страны-эмитента такой валюты. В связи с этим в выступлении обоснован вывод, что, несмотря на экономические выгоды от использования национальной валюты в качестве мировой, возникает много сопутствующих проблем и обязанностей.

Кандидат экономических наук А. В. Зверев (руководитель ФГУ «Аналитический центр при Правительстве Российской Федерации») подчеркнул недостаточный темп инновационный активности в России и отставание ее от развитых стран по доле как инновационной продукции в промышленном производстве (5,5 % в 2007 г.), экспорте (7,9 %), так и инновационно-активных предприятий (менее 11 % против около 50 % в Германии, Франции, Австралии, Бельгии). По мнению выступающего, стимулирование инновационно-инвестиционной политики должно осуществляться по следующим направлениям: реализация масштабных проектов совместно государством и частным бизнесом; предоставление налоговых и других льгот; отмена пошлин на импорт высокотехнологичного оборудования и повышение их на ввоз устаревших образцов.

По оценке А. В. Зверева, решение этих задач зависит и от курсовой политики. Поэтому необходимо найти четкую грань между уровнем повышения и снижения курса рубля, так как чрезмерное его изменение в ту и другую сторону вызывает серьезные негативные последствия для экономики России и ее инновационного развития. Выступающий отметил влияние на величину равновесного курса применяемых методов определения номинального и реального эффективного курса рубля — сопоставление совокупного спроса и предложения валюты (подход с позиции платежного баланса) или равенства покупательной способности валюты при неизменном уровне цен (метод паритета покупательной способности) и высказал сомнение по поводу их применения на долгосрочную перспективу.

Учитывая значение валютного фактора развития российской экономики, особенно по инновационному пути, А. В. Зверев подчеркнул актуальность исследования проблем стабильности национального валютного рынка, минимизации валютных рисков, тенденции изменений в валютной структуре сбережений населения, роли офшорных зон в миграции частного капитала, перспектив иностранных инвестиций.

Большое внимание в выступлении было уделено также проблеме создания международного финансового центра в России в целях повышения инвестиционной привлекательности нашей страны и интернационализации использования российского рубля. Однако, по мнению А. В. Зверева, становлению рубля как мировой валюты препятствуют некоторые факторы, прежде всего высокий темп инфляции, что сдерживает его признание на мировом рынке.

Кандидат экономических наук В. С. Панфилов (заместитель директора Института народнохозяйственного прогнозирования РАН) критически оценил разговоры о переходе рубля на мировой уровень, считая их преждевременными и чрезмерно оптимистичными. По его мнению, в настоящее время существует единственная мировая валюта — доллар США, и необходимо понять мир, каков он есть, а не придумывать его.

Рассматривая особенности российской экономики, выступающий подчеркнул, что она развивается, но не по линии укрепления национальной валюты, так как основана на экспорте сырья. За последние два года рост экономики был около 8 %, а в некоторых отраслях достиг даже двукратных темпов. Однако при этом импорт увеличивался на 40 %. В период высоких мировых цен на энергоресурсы рубль укрепился, доходы населения росли, но потребители предпочитали покупать импортные товары, поскольку их отечественное производство слабо развито и неконкурентоспособно, а экспортная валютная выручка России уходила за рубеж. Поэтому относительно высокий курс рубля по отношению к доллару до мирового финансового кризиса (точнее до середины 2008 г.), по мнению В. С. Панфилова, был искусственным.

Выступающий обосновал необходимость ускорения перехода на инновационный путь развития экономики. По его оценке, пока российская экономика не достигнет достаточного уровня высокотехнологичного производства, курс рубля должен постепенно снижаться в интересах развития экономики.

В. С. Панфилов подчеркнул зависимость особенностей процесса воспроизводства, динамики курса рубля и состояния валютного рынка от внешних факторов: конъюнктуры мирового рынка, энергоносителей, притока иностранных инвестиций и корпоративных внешних заимствований. До мирового финансового кризиса благоприятные внешние условия способствовали накоплению стабилизационного фонда, золотовалютных резервов, увеличению бюджетного профицита.

Выступающий рассмотрел негативные последствия мирового финансового кризиса для экономики России. В их числе: снижение мировых цен на энергоносители и валютных экспортных поступлений, прекращение рефинансирования внешней задолженности российских корпораций и банков на мировом финансовом рынке. Отмечено, что новые методы денежно-кредитного регулирования, используемые Банком России, в частности, рефинансирования, не сопоставимы по их воздействию с денежной стерилизацией. При этом В. С. Панфилов подчеркнул, что не Банк России, а Минфин России играл главную роль в изъятии «лишней» денежной массы и накоплении стабилизационного фонда.

Выступающий отметил важность проведенного в Институте народнохозяйственного прогнозирования РАН варианта макроэкономического расчета с учетом возможного влияния развития нефтяной отрасли на состояние финансового, в том числе валютного, рынка на основе модели эконометрического типа.

Кандидат экономических наук А. В. Навой (Банк России) посвятил свое выступление валютной составляющей проблемы формирования инвестиционных ресурсов российской экономики. По его мнению, следует очень осторожно относиться к иностранным инвестициям, учитывая последствия мирового финансового кризиса. Необходимо привлекать долгосрочные инвестиции в передовые технологии как дополнение к внутренним капиталовложениям, а также на финансирование инновационных проектов на основе международных научных разработок. В таких инвестициях развитые страны мало заинтересованы, так как им выгоднее самим развивать новые технологии. Отмечено преобладание краткосрочных иностранных вложений в Российский топливно-энергетический комплекс и в низкотехнологичное производство, что тормозит инновационное развитие российской экономики.

А. В. Навой подчеркнул, что валютный фактор должен стать одним из ключевых при формирова-

нии инвестиционных ресурсов, которое зависит, в частности, от эффективности валютного регулирования. При этом Банку России, как всегда, приходится маневрировать между политикой чрезмерного укрепления курса рубля при жестком контроле за динамикой денежной массы и темпом инфляции, как это было до мирового финансового кризиса, и снижением его валютного курса, начавшимся с осени 2008 г.

Выступающий обратил внимание на дискус-сионность применения существующих методов расчета валютного курса путем сопоставления совокупного спроса и предложения валюты (с точки зрения платежного баланса) или по паритету покупательской способности валют — для определения равновесного валютного курса, для оценки текущих и прогнозных темпов развития российской экономики.

А. В. Навой подчеркнул необходимость дальнейших исследований валютного фактора в развитии российской экономики по вопросам обеспечения стабильности и прогнозирования ситуации на национальном валютном рынке, минимизации валютных рисков, валютной структуры сбережений населения, роли офшорных зон в притоке и оттоке частного капитала, структуры иностранных инвестиций.

Выступающий обосновал необходимость создания мирового финансового центра в России в целях привлечения внутренних и внешних инвестиционных ресурсов, репатриации капиталов, создания условий для выхода российских корпораций и банков на мировой рынок, а также для интернационализации использования российского рубля.

Отметив наличие основных предпосылок формирования в России мирового финансового рынка, А. В. Навой подчеркнул сложность и длительность реализации этой задачи по ряду направлений. В их числе: обеспечение благоприятного бизнес-климата; развитие всех сегментов финансового рынка, что важно также для придания рублю международного статуса; совершенствование финансовой инфраструктуры, построение развитой расчетно-платежной системы для обслуживания международного оборота капитала; снижение инфляции; подготовка квалифицированных кадров.

Кандидат экономических наук В. Ю. Мишина (главный специалист Информационно-аналитического управления Московской межбанковской валютной биржи) проанализировала новые явления на российском валютном рынке и его роль в инновационном развитии экономики. Выявлены

четыре основных направления развития валютного рынка в соответствии с тенденциями мирового валютного рынка и с базовыми принципами инновационной модели социально-экономического развития России.

Во-первых, происходит процесс диверсификации валютного рынка.

• До мирового финансового кризиса наметилась тенденция к снижению конверсионных валютных операций в условиях снижения курса доллара и повышения доверия к рублю. Доля валютных вкладов снизилась до 14 % депозитов населения в середине 2008 г. (против 30 % в 1999 г.). Мировой финансовый кризис вновь повысил интерес к конверсионным валютным операциям.

• Диверсифицируется структура валютных операций по линии снижения наличных (спот) сделок на российском межбанковском рынке с 79 до 62 % за последние четыре года и увеличения срочных сделок и своп-операций. Под влиянием мирового финансового кризиса и роста потребности в рефинансировании доля операций своп на ММВБ повысилась до 45 % в сентябре 2008 г. В кризисной ситуации повысилась роль хеджирования валютных рисков. В итоге объем рынка валютных производных инструментов вырос в 2,5 раза, а доля валютных фьючерсов достигла 7 % валютных операций на ММВБ.

• Происходит диверсификация состава участников валютного рынка в связи с расширением доступа на него небанковских организаций (управляющих компаний и хедж-фондов), хотя преобладает межбанковский валютный рынок, концентрирующий 80 % валютных операций. Во-вторых, в соответствии с инвестиционной

направленностью инновационного развития экономики на валютном рынке расширяется спектр инвестиционных инструментов, в том числе рублевых для российских и иностранных инвесторов. Для повышения их надежности совершенствуется инфраструктура рынка. В выступлении выделен новый этап в совершенствовании риск-менеджмента по линии выделения клиринга в отдельную структуру — Национальный клиринговый центр (НКЦ) в качестве центрального контрагента по сделкам на биржевом валютном рынке. Гарантии ММВБ по обязательствам НКЦ в размере 100 млн долл. США имеют особое значение для участников валютного рынка в условиях финансового кризиса.

В-третьих, усиливается интеграция российского валютного рынка в мировой. В 2007 г. 62 %

объема операций с евро приходилось на долю нерезидентов против 33 % в 2004 г. В условиях либерализации движения капитала соотношение между внутренними и международными валютными операциями достигло 50:50. Подчеркнута необходимость повышения роли российской, а не зарубежной финансовой инфраструктуры при проведении валютных операций нерезидентов.

В связи с этим В. Ю. Мишина выделила актуальную проблему создания мирового финансового центра в России.

В-четвертых, в соответствии с инновационной моделью развития экономики на российском валютном рынке активизируется использование современных технологий. В их числе выступающая выделила проблемы развития электронных технологий, преодоление недостатков платежно-расчетной системы (несовпадение стандартов и форматов платежных поручений в системе СВИФТ и внутри России, завершение введения системы расчетов в режиме реального времени).

По оценке В. Ю. Мишиной, дальнейшее инфраструктурное, правовое, технологическое развитие российского валютного рынка должно стимулировать инновационные процессы в экономике.

Кандидат экономических наук В. О. Корыт-ковский (Сбербанк России) проанализировал динамику долларизации и евроизации накоплений российских граждан и новые явления на внутреннем розничном рынке наличной иностранной валюты и драгоценных металлов. При этом выделена разнонаправленность тенденции долларизации этого рынка — от ее усиления (в 1990 — 2003 гг.) к ослаблению (в 2004 г. — I квартал 2006 г.) и затем долларизации (II квартал 2006 г. — III квартал 2008 г.), когда объем долларовых сбережений сократился в 3 раза по сравнению с 2002 г. (с 35 до 12 млрд долл.). По оценке, на каждого россиянина приходилось менее 100 наличных долларов к началу 2008 г. Одновременно, подчеркнул выступающий, продажа наличных евро Сбербанком обогнала продажу долларов, а операции с основными азиатскими валютами возросли в 1,5 — 3 раза в 2007 — 2008 гг.

В. О. Корытковский подчеркнул, что усилился спрос на доллары в условиях современного мирового финансового кризиса, что вызвано не оздоровлением экономики США, а закрытием позиций по другим валютам, погашением долларовых долговых обязательств, инвестированием сбережений населения в американскую валюту. По оценке выступающего, чем выше курс доллара к рублю, тем сильнее окажется его падение в будущем.

В. О. Корытковский обосновал необходимость снижения доминирующей роли доллара как мировой валюты с учетом многополярности современного мира и усиления экономики Европы, Китая, Японии.

Значительное внимание выступающий уделил инновациям на рынке наличной иностранной валюты. В их числе: устройства автоматического обмена валют (в Сбербанке установлен 461 подобный автомат к 1 июля 2008 г.); дистанционное обслуживание населения в форме новой круглосуточной услуги «Электронная Сберкасса», в том числе для безналичных валютных обменных операций с использованием персональных компьютеров, подключенных к Интернету, мобильных устройств (коммуникатор, мобильный телефон, карманный персональный компьютер). Предполагается введение предварительного заказа иностранной валюты и дорожных чеков.

В выступлении рассмотрены новые формы инвестиционных и сберегательных предпочтений населения: покупка рублевых финансовых инструментов; высоколиквидных ценных бумаг российских компаний ТЭК и банков; вложения в драгоценные металлы — монеты, слитки, обезличенные металлические счета (ОМС). В Сбербанке количество ОМС возросло на 244 % с 01.10.2007 г. по 01.10.2008 г. и достигло 256 счетов. В. О. Ко-рытковский рассмотрел перспективные продукты Сбербанка с использованием ОМС в форме микроинвестирования в драгоценные металлы для операций по длительным поручениям физических лиц, а также ОМС для детей в целях накопления родственниками и близкими людьми ценного актива к их совершеннолетию.

В заключение выступающий подчеркнул ведущую роль российских банков в развитии внутреннего рынка драгоценных металлов.

Доктор экономических наук, профессор З. Ф. Мамедов (Азербайджанский государственный экономический университет), рассматривая проблему долларизации и евроизации экономики, подчеркнул, что, по данным ФРС, обращающиеся за рубежом доллары составляют 55 — 57 % объема выпущенных в США банкнот, т. е. в среднем 100 млрд долл. ежегодно поступают в мировой валютный оборот.

Отметив условность оценок степени долларизации национальных экономик, З. Ф. Мамедов привел используемые ориентировочные данные: доля валютных депозитов в денежном агрегате М2; ввоз наличной иностранной валюты в страну;

расходы населения на покупку иностранных валют. С учетом применяемого критерия высокой степени долларизации экономики страны, определяемого как наличие 30 %-ной доли долларовых депозитов в денежном агрегате М2, к таким странам относятся Аргентина, Боливия, Камбоджа, Перу, Турция, Уругвай. Россия относится к такой категории стран с учетом двух других показателей — валютные наличные сбережения населения и использование иностранных валют в теневой экономике.

Выступающий рассмотрел тенденцию к дедолларизации экономики России в условиях улучшения макроэкономических показателей, снижения инфляции, повышения курса рубля. Однако в условиях мирового финансового кризиса повысился спрос на доллары и евро в связи с усилением инфляции и снижением курса рубля.

Кандидат экономических наук О. М. Прексин (вице-президент Ассоциации российских банков) рассмотрел эволюцию позиции нашей страны по проблемам международных валютно-кредитных отношений и политики в этой сфере после Второй мировой войны. На первом этапе, хотя СССР принимал участие в Бреттонвудской конференции по послевоенному валютному устройству, была сформирована альтернативная Западу система международных валютно-кредитных отношений социалистических стран на принципах справедливости. На втором этапе Россия стала членом мировой (Ямайской) валютной системы, Международного валютного фонда и других международных финансовых организаций. Одновременно создавалась особая зона валютно-кредитных отношений со странами СНГ — в Союзном государстве России и Белоруссии, в ЕврАзЭС. На третьем — современном — этапе Россия выступила с критикой долларизованного мирового валютно-финансового устройства.

На XII Петербургском международном экономическом форуме 7 июня 2008 г. Президент Д. А. Медведев предложил его реформировать и провести международную конференцию по этой проблеме. Эти предложения повторно прозвучали на саммите «Группы восьми» в Японии в июле, и 15 ноября 2008 г. в Вашингтоне состоялась конференция «Группы двадцати».

В связи с этим О. М. Прексин выделил ряд актуальных проблем по формированию позиции России с учетом глобальных валютно-финансовых интересов страны и потребностей развития национальной экономики банковской системы.

По мнению О. М. Прексина, для разработки данной позиции России необходим анализ при-

чин мирового финансового кризиса и каналов его воздействия на нашу страну. Причины кризиса коренятся в однополярной, американоцентрич-ной модели построения глобальной финансовой системы, гипертрофированных размеров рынков капитала, фиктивного капитала, непрозрачности многих деривативов, отсутствия международных правил поведения, органов надзора за их соблюдением и корректирующего регулирования транснациональных участников рынка.

По оценке выступающего, Россия, вовлеченная в систему международного разделения труда, уязвима по отношению к мировым финансовым потрясениям в силу преимущественно сырьевого характера экономики и экспорта, зависимости от импорта, неразвитости финансового рынка, зависимости от притока иностранного капитала.

О. М. Прексин подчеркнул актуальность создания в Москве международного финансового центра и интернационализации российского рубля. В его выступлении выделены актуальные проблемы реформы международных валютно-кредитных отношений. В их числе: порядок эмиссии денег, поступающих в международный оборот и резервы; эффективность международных расчетов и кредитования, структура международного надзора и регулирования. Подчеркнуто, что позиция России по этим вопросам должна быть прагматичной, учитывать национальные интересы и интересы ее партнеров — государств ЕврАзЭС, СНГ, ШОС, Евросоюза, с которыми в мае 2005 г. подписано соглашение по экономическому пространству, в том числе в сфере финансовых услуг, бухгалтерской отчетности, аудиту, статистике.

Доктор экономических наук, профессор Д. В. Смыслов (ИМЭМО РАН) проанализировал перспективы реформы мировой валютной системы и интересы России.

Уроки современного финансового и экономического кризиса определяют необходимость существенной перестройки регулирования международных валютно-кредитных и финансовых отношений, основательного укрепления глобальной финансовой архитектуры. Отмечено, что определенные корректировки структурных компонентов современной (ямайской) мировой валютной системы стали осуществляться МВФ под воздействием процесса финансовой глобализации и кризисных потрясений с середины 1990-х гг. Выступающий выделил два направления этих изменений: установка на либерализацию международного движения капиталов; использование двух режимов

валютных курсов — регулируемых плавающих, а также фиксированных («валютное управление»), установление которых поощрялось в наименее развитых странах.

По оценке Д. В. Смыслова, новая валютная система должна противостоять проявлениям «экономического эгоизма», источником которого служит в первую очередь привилегированное положение доллара как доминирующей мировой валюты, что дает США значительные односторонние преимущества за счет других стран. Они пользуются уникальной возможностью расплачиваться с зарубежными партнерами и тем самым покрывать дефицит платежного баланса своей национальной валютой, эмиссию которой регулируют американские власти по собственному усмотрению. Тем самым США получают из-за рубежа реальные ценности, а страны-поставщики вынуждены накапливать доллары для погашения своих долговых обязательств, номинированных в американской валюте. Сохранение долларового стандарта избавляет США от необходимости предпринимать меры по покрытию дефицита платежного баланса и оплате внешнего долга (по выражению французского экономиста Жака Рюэффа, «дефицит без слез»).

Выступающий рассмотрел проявившуюся на рубеже ХХ — XXI вв. тенденцию формирования полицентричной мировой валютной сферы в условиях некоторого ослабления позиции доллара, уменьшения его доли в официальных валютных резервах других стран и в операциях мирового финансового рынка. Этому способствует усиление конкуренции со стороны евро, иены, а также валют группы БРИК (быстрорастущих стран) (Бразилия, Россия, Индия, Китай).

По оценке Д. В. Смыслова, роль российского рубля в мировой валютной системе в перспективе будет в первую очередь зависеть от расширения сферы его использования в расчетах со странами СНГ и группы БРИК. В связи с этим выступающий обосновал актуальность стратегии превращения рубля в региональную валюту и формирования в Москве международного финансового центра, подчеркнув, что достижение этой цели требует наличия экономических предпосылок, в первую очередь на основе перехода к инновационному развитию национальной экономики.

В выступлении подчеркнуто, что отказ США и других ведущих государств Запада от реформы мировой валютной системы на базе стандарта СДР в соответствии с ямайскими решениями 1976 г. не означает, что снята с повестки дня проблема фор-

мирования полноценной универсальной мировой денежной единицы. Сторонниками такой идеи являются Нобелевский лауреат Манделл, профессор Гарвардского университета (США) Купер, директор Института международной экономики в Вашингтоне Бергстен, бывший глава Федеральной резервной системы США Пол Волкер и др.

В заключение Д. В. Смыслов сделал вывод об ответственности государственных органов и международных организаций за обеспечение устойчивости и бесперебойности международного платежного оборота на базе единой валюты, хотя это сложный, противоречивый и длительный процесс в связи с противоречивыми интересами отдельных государств.

Доктор экономических наук А. И. Бажан (Институт Европы РАН) считает, что перспективы мировой валютной системы связаны с постепенным ослаблением роли американского доллара как мировой резервный валюты. Но, по его мнению, это обусловлено не ослаблением доллара под воздействием огромного дефицита государственного бюджета, торгового и платежного баланса США. Указанный дефицит не подрывает устойчивость доллара, поскольку его обеспечением служит не только национальное производство, но и мировая экономика в целом, мировые потоки товаров и капиталов, опосредуемые долларами. Это не означает, что устойчивости доллара, пока он является мировой валютой, ничто не угрожает. Но эти угрозы связаны не с чрезмерными расходами государства и его внешними долгами, а с возможными нарушениями пропорции между долларовой массой и потребностями мировой экономики. Такое нарушение периодически происходит, например, при повышении цен на углеводороды. В результате странам-импортерам, в том числе США, приходится увеличивать долларовую массу в мировом обороте, что приводит к снижению курса доллара.

По оценке А. Н. Бажана, понижение роли доллара на мировых рынках будет происходить и в дальнейшем под воздействием интересов ведущих держав, по мере усиления экономической и политической мощи Евросоюза, Индии, Китая, стран ЮВА. Господствующее положение доллара позволяет США безвозмездного присваивать в виде эмиссионного дохода часть национального богатства, произведенного в других странах, что порождает стремления ведущих государств сузить функционирование американской денежной единицы путем более широкого использования на мировых рынках национальных и коллективных валют.

В выступлении обосновано положение о том, что необходимо поддерживать эту тенденцию, создавая одновременно условия для повышения международной роли российского рубля. По мнению А. И. Бажана, для этого необходимо продолжать диверсификацию валютных резервов; вести переговоры с ведущими державами о необходимости постепенного изменения мирового валютного порядка и перехода к расчетам с использованием национальных валют; переориентировать российскую денежно-кредитную политику на расширение рублевого рефинансирования российских банков, кредитующих экономику, принять меры, направленные на повышение роли рубля в СНГ в целях придания ему статуса региональной валюты.

В настоящее время усиливается тенденция к использованию рубля в некоторых региональных объединениях СНГ. Так, в расчетах между странами ЕврАзЭС рубль обслуживает около 53 % объема операций (доллар — 46 %). Чтобы усилить эту тенденцию важно, с одной стороны, использовать государственную поддержку рубля путем, например, применения финансовых и кредитных льгот для экспортеров и импортеров, использующих рубли в расчетах. С другой стороны, целесообразно заключить соглашение между заинтересованными странами СНГ о переходе к системе расчетов, базирующейся на национальных валютах.

Кандидат экономических наук, доцент П. В. Ушанов (Банк России) обосновал необходимость формирования современной платежной системы Банка России для создания мирового финансового центра в стране и использования российского рубля как мировой валюты. По оценке выступающего, действующая платежная система Банка России основана на региональных компонентах — системах внутрирегиональных и межрегиональных электронных расчетов, а также расчетов с применением авизо. Это децентрализованная система расчетов, которая не отвечает «Ключевым принципам для системоз-начимых платежных систем», принятым Комитетом по платежным и расчетным системам (КПРС) Банка международных расчетов (январь 2001 г.).

Система банковских электронных срочных платежей (БЭСП) принята в постоянную эксплуатацию 23 июля 2007 г., а с 21 декабря началось проведение операций. Эта система расчетов составляет в платежной системе Банка России дополнительный контур и предусматривает принцип добровольного участия, имеет централизованную архитектуру и единый регламент. Расчеты проходят на валовой основе в режиме реального времени.

Однако, как отметил П. В. Ушанов, система БЭСП в России и других странах ориентирована на крупные и срочные платежи. Между тем перед Банком России стоит задача централизованного управления всей своей платежной системой. По оценке выступающего, перспективная модель платежной системы Банка России должна включать, как и в большинстве развитых стран, усовершенствованные сервисы не только для крупных и срочных платежей (БЭСП), но и для системы массовых платежей (СМП), которая станет альтернативой децентрализованной системе внутри- и межрегиональных электронных расчетов. Стоит задача создать в рамках платежной системы Банка России сервис крупных и срочных, а также массовых платежей. Причем изменения в платежной системе Банка России должны произойти незаметно для его клиентов.

БЭСП как специализированный сервис валовых расчетов в режиме реального времени по крупным/срочным платежам между клиентами Банка России должна перестать выполнять функции дополнительного контура и превратиться в ядро системозначимой платежной системы в соответствии с международными стандартами. В рамках платежной системы Банка России должен быть предусмотрен эффективный механизм взаимодействия БЭСП и системы массовых платежей. В самой БЭСП должны быть предусмотрены сервисы, удобные для работы на основных сегментах финансового рынка (валютном, фондовом, в том числе государственных ценных бумаг и др.).

По мнению П. В. Ушанова, необходимы сервисы для работы с другими платежными системами, заинтересованными в использовании платежной системы Банка России в качестве расчетного агента. Решение рассмотренных задач будет способствовать использованию российского рубля в международных расчетах.

Доктор экономических наук, профессор А. Н. Барковский (Институт экономики РАН) подчеркнул, что переход от однополярного к многополярному миру окончательно произошел в результате современного мирового финансового кризиса. В настоящее время США сами просят ведущие страны мирового сообщества оказать им помощь. Все страны заинтересованы в поиске скорейшего выхода их кризиса и в долгосрочной перспективе. Во-первых, они опасаются углубления потрясений от ослабления американского доллара как национальной и мировой валюты в условиях международных платежных трудностей,

постепенно возникших после того, как доллар стал всемирной валютой, составляющей в большинстве стран основную часть валютных резервов. Во-вторых, еще к началу XXI в. наряду с США сформировалось несколько крупных экономических центров глобального политического влияния (ЕС, АСЕАН и др.), которые либо уже ввели свою коллективную региональную валюту, либо обсуждают перспективы ее поэтапного формирования. Таким образом, возникла проблема перестройки международных валютных отношений в соответствии с тенденцией к многополярности современного мира.

Выступающий рассмотрел существующие предложения о реформе мировой валютной системы. В их числе проект замены доллара новой резервной единицей, исходя из того, что кризис мировой валютной системы обусловлен использованием американской национальной валюты в качестве мировой.

В 1990-х гг. предлагались также введение золотого стандарта, использование частных денег. Например, Р. Манделл, Купер, МакКиннон предлагают на основе фиксации курсов валют доллара, евро и йены создать новую мировую валюту (Интор, по определению Манделла) в качестве нового универсального средства международного сопоставления цен. Стиглиц и Гринвальд предлагают регулярно осуществлять достаточную эмиссию СДР и распределять ее между странами — членами МВФ в следующих целях: 1) не связывать накопление резервных активов с дефицитом платежного баланса страны с резервной валютой; 2) обеспечить дисциплинированность стран путем введения налога на резервы в СДР для стран с активным сальдо текущих статей платежного баланса и его перераспределения в пользу развивающихся стран; 3) создать более устойчивое международное средство сбережения, чем современные резервные валюты.

По оценке А. Н. Барковского, эти предложения не учитывают новую тенденцию к многополярности мира и появления группы быстроразвивающихся стран БРИК (Бразилия, Россия, Индия, Китай). Хотя в обозримый период эти страны вряд ли создадут свою валюту, но их мнение на переговорах по вопросам мировых валют должно учитываться. Отмечено, что в международном объединении стран ЮВА предметом дискуссии стало создание региональной валюты «акю» на базе китайского юаня и японской йены. Хотя Китай в этом отношении достаточно консервативен, имея значительные долларовые резервы, под влиянием мирового финансового кризиса его подходы в будущем могут

измениться. Коллективные региональные валюты интеграционных объединений в большей степени отражают стремление стран — членов этих объединений к защите устойчивости мировой валютной системы.

Характеризуя отношение России к этой проблеме, выступающий подчеркнул ее заинтересованность в расширении диапазона резервных валют, в том числе и путем введения коллективных региональных валют интеграционных объединений.

Доктор экономических наук, профессор В. К. Бурлачков (Академия труда и социальных отношений и Институт экономики РАН) посвятил свое выступление валютной политике России в условиях мирового кризиса, который предопределит пересмотр многих положений макроэкономической теории и денежно-кредитной политики (ДКП). Это касается, прежде всего, концепций эффективности рынков и рационального поведения хозяйствующих субъектов. Основными причинами тяжелых последствий современного мирового финансового кризиса, по мнению выступающего, стали: политика «дешевых денег», проводимая ФРС США, и чрезмерная интеграция деятельности банков и фондового рынка, выразившаяся, в частности, в масштабной секьюритизации банковских активов. Это привело к перекредитованию мировой экономики и созданию единого системного риска для функционирования банков и фондового рынка. По мнению выступающего, в послекризисный период важен переход от фрагментарной ДКП, реализуемой по схеме «цели — инструменты — каналы трансмиссии — показатели», к интегральной с введением в нее в первую очередь объектов в целях обеспечения согласованного воздействия на все направления ДКП, в том числе на валютный курс.

В. К. Бурлачков проанализировал изменения в курсовой политике. В последние годы в качестве основного метода противодействия инфляции в России использовалось повышение валютного курса рубля в тщетной надежде компенсировать его внутреннее обесценение. Причина неэффективности этого метода регулирования инфляции коренится в особенностях экономического роста в России. По мнению выступающего, этот рост является восстановительным, поэтому увеличение доходов населения приводит к росту потребления основных товаров и услуг, прежде всего, продовольствия. Повышение валютного курса стимулирует импорт в ущерб развитию производства, в том числе в российском АПК. При очередном повышении доходов населения и спроса на продовольствие его

предложение увеличивается с опозданием в силу особенностей АПК. Поэтому растут внутренние цены и импорт.

В. К. Бурлачков считает, что, провозгласив переход к таргетированию инфляции, Банк России не учел негативные последствия этого варианта ДКП в Австралии, Канаде, Новой Зеландии. Центральные банки этих стран столкнулись с проблемой удорожания национальных валют, поскольку при таргетировании инфляции для стабилизации цен используется повышение процентной ставки.

Анализируя проблему использования рубля как мировой валюты, выступающий отметил, что это создаст определенные геополитические преимущества, а также получение дополнительного «сеньоража». Однако следует учитывать, что при обращении рубля на мировом рынке и в странах СНГ возникнет эффект денежного мультипликатора. Сформированная вне России дополнительная денежная масса будет притекать в страну и обмениваться на товары и услуги. Поэтому, по оценке В. К. Бурлачкова чистый экономический эффект от использования рубля как мировой валюты будет равен: сеньораж минус приток мультиплицированных рублей в Россию, что характерно для всех мировых валют. Но рассчитать экономический эффект для стран-эмитентов от использования их валют на мировом рынке можно лишь в одном случае, если будут учтены операции офшорных банков.

В заключение выступающий сделал вывод, что координация процесса создания международной ликвидности является насущной проблемой реформирования мировой валютной системы и предполагает широкое международное сотрудничество.

Доктор экономических наук, профессор В. Я. Пищик (Банк России) проанализировал роль валютного курса в регулировании инфляции. Подчеркнуто, что выбор стратегии денежно-кредитной политики в условиях рыночной экономики зависит от работоспособности каналов трансмиссионного механизма. В связи с сегментацией российского межбанковского рынка влияние процентной политики в этом передаточном механизме недостаточно эффективно и не способствует нормальному перераспределению средств в банковской системе. Действие процентного канала трансмиссионного механизма в России во многом затруднено также в связи с влиянием внешнего фактора — возможности доступа заемщиков к альтернативным финансовым источникам. Происходившее до мирового финансового кризиса значительное поступление в

Россию экспортной валютной выручки, внешних заимствований, приток инвестиционного частного капитала вынуждали денежные власти активно проводить стерилизацию денежного предложения, возникающего в результате покупок валюты на российском валютном рынке.

Совокупность внутренних и внешних факторов предопределила валютный акцент в трансмиссионном механизме кредитной политики с использованием режима управляемого плавающего валютного курса рубля. Путем проведения валютных интервенций Банк России имеет возможность непосредственно и достаточно эффективно воздействовать на динамику валютного курса рубля и косвенно — на инфляцию путем стерилизации излишней денежной массы.

В настоящее время задачей Банка России на среднесрочную перспективу является переход к режиму полномасштабного таргетирования инфляции, хотя мировой финансовый кризис, ослабление основных макроэкономических показателей (по объему ВВП, инфляции, платежному балансу и др.) осложняют переход к новой стратегии денежно-кредитной политики, основанной на повышении роли процентной политики в трансмиссионном механизме. Наиболее реалистичным в этих условиях представляется сохранение режима управляемого курса рубля. Однако это не означает отказа от перехода к таргетированию инфляции. Опыт ряда стран (Чехия, Румыния, Перу, Колумбия, Таиланд, Индонезия и др.) показывает, что таргетирование инфляции можно использовать и в условиях применения тех или иных методов регулирования валютных курсов. Однако, как подтверждает зарубежная практика использования режима управления плавающего валютного курса, он эффективен в том случае, если исходный темп инфляции в стране не превышает 10 %. Трансформация стратегии денежно-кредитной политики будет происходить эволюционно с учетом структурных особенностей национального и мирового финансового рынка и экономики в целом.

Доктор экономических наук, профессор И. Н. Платонова (МГИМО (У)) подчеркнула, что важным фактором перехода к инновационному развитию экономики России является валютная политика, особенно курсовая. Предсказуемая динамика валютного курса рубля в 2005 — 2008 гг. способствовала минимизации расходов по страхованию валютного риска. Выступающая рассмотрела отрицательные последствия мирового финансового кризиса, который распространился на финансовый

рынок и экономику России, снизив возможности инновационного инвестирования, подорвал доверие к банковской системе и монетарным властям.

И. Н. Платонова уделила большое внимание антикризисным мерам в России.

По ее оценке, постепенная девальвация рубля с ноября 2008 г. по отношению к бивалютной корзине стимулирует инвестиции в иностранную валюту, а не в экономику, следовательно, в ущерб развитию экономики. Использование официальных золотовалютных резервов для поддержки курса рубля привело к их снижению с 597,3 млрд долл. в августе до 453,5 млрд долл. в ноябре 2008 г.

Подчеркнута вероятность отрицательного сальдо платежного баланса в 2009 г. в связи, во-первых, с уменьшением экспортной валютной выручки в условиях падения мировых цен на энергоресурсы и, во-вторых, с оттоком капитала из России (80 млрд долл. в январе — ноябре 2008 г.).

Характеризуя усиление влияния мирового финансового кризиса на финансовый рынок России с лета 2008 г., И. Н. Платонова отметила связь нехватки ликвидности у банков и корпораций с их огромной внешней задолженностью (более 400 млрд долл.) и выплатами по ее погашению.

В выступлении систематизированы принятые в России меры по сдерживанию кризиса ликвидности, укреплению банковской системы и стабилизации рубля. В их числе расширение объема рефинансирования Банком России коммерческих банков (более 500 млрд руб. в августе — ноябре 2008 г.)1; базы залогов (включение в них, кроме ОФЗ, других рублевых облигаций — субфедеральных, корпоративных — и еврооблигаций корпораций); срока рефинансирования до 6 мес. (у Европейского центрального банка — 3 мес.).

По мнению И. Н. Платоновой, не менее действенной антикризисной мерой стало снижение Банком России норм обязательных резервов: на 1,5 — 4,5 % в зависимости от источника ресурсов 18 сентября 2008 г. и до уровня 0,5 % по всем обязательствам 15 октября 2008 г. В итоге коммерческие банки получили вначале 300 млрд руб., а затем 70 млрд руб. 2 Размещение средств федерального бюджета на 3 и более месяцев в Сбербанке, ВТБ, Газпромбанке восполнило нехватку ликвидности на 1,126 трлн руб. Кроме того, в Агентство по ипотечному и жилищному кредитованию направлено 60 млрд руб.3.

1 URL:http://www. сЬг. га.

2 Ведомости. 2008. 18 окт. С. 1.

3 Итоги. 2008. 22 сент. С. 16.

Отмечена эффективность мер по повышению страхового возмещения по банковским вкладам до 700 тыс. руб., валютной интервенции Банка России (продажа 4 — 5 млрд долл. в день в течение первой недели октября 2008 г.) для поддержания доверия к рублю, стабилизации его курса и финансового, в том числе валютного рынка. Преодоление последствий мирового финансового кризиса создаст условия для реализации инновационных проектов и экономического роста.

Кандидат социологических наук Г. А. Анисимо-ва (Счетная палата РФ) считает одной из причин мирового финансового кризиса безграничную либерализацию деятельности финансовых рынков, в том числе валютных. По оценке выступающей, либерализация российского валютного законодательства стала одним из факторов бесконтрольных внешних заимствований корпораций и банков. В итоге консолидированный внешний долг Российской Федерации достиг 477,1 млрд долл., что почти сопоставимо с объемом международных резервов страны — 511, 8 млрд долл. на 1 апреля 2008 г.

Счетная палата РФ неоднократно предупреждала о риске, связанном с возможным погашением внешнего долга российских корпораций и банков за счет федерального бюджета. Эти опасения подтвердились в условиях мирового финансового кризиса, когда доступ российских заемщиков на мировой финансовый рынок в целях рефинансирования долговых обязательств фактически был закрыт. В связи с этим Г. А. Анисимова считает целесообразным ускорить разработку системы мониторинга внешних заимствований организаций с высокой долей участия государства в их капитале, принять меры по предотвращению увеличения внешнего долга. Необходимо также развитие внутреннего кредитования экономики в целях замещения внешних заимствований.

В выступлении подчеркнуто, что в условиях мирового финансового кризиса государственная поддержка корпораций и банков в целях рефинансирования их внешней задолженности за счет международных резервов осуществляется через Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк) на определенных условиях. До конца 2009 г. право на эту помощь получат только компании-резиденты, работающие в реальном секторе экономики и значимые для своего региона или стратегической отрасли. Рефинансированию подлежат кредиты, заимствованные для реализации инвестиционных проектов или приобретения активов в России, причем на условиях софинансирования и разделения риска между компаниями и государством.

Г. А. Анисимова уделила особое внимание анализу качества управления Резервным фондом и Фондом национального благосостояния. Средства обоих фондов, номинированные в иностранной валюте и находящиеся на счетах в Банке России, который их размещает в иностранные финансовые активы, включены в состав международных резервов РФ. Как показали контрольные мероприятия Счетной палаты РФ, потери в виде курсовой разницы от переоценки этих средств в иностранной валюте (57,3 млрд руб. на 30 января 2008 г. и 16,3 % на 31 июля 2008 г.) превысили процентный доход по ним (32,8 и 8,57 млрд руб. соответственно) , что свидетельствует о неэффективности управления этими государственными фондами.

Счетная палата РФ предупреждала о риске размещения средств Резервного фонда и Фонда национального благосостояния в долговые обязательства США. Однако, как подчеркнула Г. А. Анисимова, на 1 января 2008 г. 100,8 млрд долл. (2,48 трлн руб.) из международных резервов России были размещены в облигации контролируемых Правительством США американских ипотечных агентств Fanny Mae и Freddie Mac Федерального банка кредитования жилищного строительства Federal Home Loan Banks.

Отмечено, что в Бюджетном послании Президента РФ о бюджетной политике поставлена задача расширения состава активов, в которые средства рассмотренных фондов могли бы надежно и эффективно размещаться, однако эти меры не приняты.

Г. А. Анисимова обосновала целесообразность повышения эффективности управления Резервным фондом и Фондом национального благосостояния путем совершенствования прогнозирования ситуации на мировом финансовом рынке политических рисков, инвестирования средств в долговые обязательства и акции надежных эмитентов и др.

Ю. В. Родионов (аспирант Финакадемии) рассмотрел проблемы погашения номинированного в иностранной валюте внешнего долга российских корпораций и банков в условиях мирового финансового кризиса.

При анализе причин лавинообразного и бесконтрольного роста совокупной внешней задолженности России до 540,5 млрд долл. в сентябре 2008 г. на фоне значительного снижения чисто государственного долга до 40 млрд долл. выступающий выделил следующие:

• до мирового финансового кризиса внешние валютные заимствования корпораций и банков рассматривались как один из источников развития экономики;

• сравнительная доступность заимствований на мировом финансовом рынке в условиях повышения международных рейтингов — суверенных и корпоративных;

• относительно привлекательные условия внешних заимствований с точки зрения объема, срока, более низких процентных ставок по сравнению с российскими.

Проблема погашения внешних заимствований в условиях мирового финансового кризиса создала огромные трудности для корпораций, банков, реального сектора экономики и государства.

Выступающий на конкретном материале рассмотрел результаты реализации рисков внешних заимствований в условиях финансового кризиса. Во-первых, иностранные кредиторы потребовали увеличить залог по займам, обеспеченным ценными бумагами заемщиков, в связи с падением курса акций. Например, 17 июня 2008 г. «Роснефть» заимствовала у пула международных банков по сделке РЕПО 2,35 млрд долл. Из 5,76 % годовых под залог составляли 3,9 % своих акций. Однако, если первоначально в июне размер обеспечения (по котировке на ММВБ) 4,9 млрд долл.4 вдвое превышал ссуду, то 17 сентября этот пакет акций обеспечивал на 2,8 млрд долл. Это потребовало от «Роснефти» дополнительных затрат в сумме нескольких миллионов долларов для удовлетворения требований трех иностранных банков-кредиторов. Подобная ситуация характерна и для других российских компаний-заемщиков USRusal (кредит в объеме 4,5 млрд долл. под залог акций МТС), Altimo (под залог акций «Вымпелком»). Ю. В. Родионов выявил также увеличение затрат на погашение внешнего долга в связи с повышением премии за риск кредитования (стоимость контракта СDS-credit-default swap) и изменением стоимости валютных форвардов.

Подчеркнуто значение правительственного пакета антикризисных мер для поддержки корпораций и банков. По оценке Ю. В. Родионова, необходим мониторинг внешних заимствований корпораций и банков, анализ их объема и структуры в целях раннего предупреждения угрозы финансового кризиса.

Доктор экономических наук, профессор Ю. Ю. Русанов обосновал целесообразность нового подхода банков к управлению валютными рисками, исходя из концепции риск-шанс. Эта концепция объединяет негативные последствия (потери) и позитивные последствия шансов (выгод) в результате изменений курсовых соотношений иностранной и

4 По курсу доллара 17.06.2008 г.

национальной валют. Выступающий подчеркнул зависимость валютных потерь и выгод от условий их формирования, сценария реализации, характера последствий банковской деятельности, связанной с использованием иностранных валют.

По оценке Ю. Ю. Русанова, валютный риск-шанс зависит от негативных или позитивных колебаний валютной маржи. В связи с этим обоснована необходимость разработки стратегии, методики и инструментов управления валютным риск-шансом с использованием концепции ГЭП. Причем выступающий сделал акцент на трактовке термина ГЭП («дар») как дисбаланса в динамике курсов валют, что определяет концепцию чувствительности к рыночным курсовым колебаниям на «плече размещения» (положительный ГЭП) и «плече привлечения» (отрицательный ГЭП) валютных ресурсов банка.

В выступлении сформулирована особенность проявления и последствий валютных рисков-шансов в форме компенсирующего эффекта валютных потерь и выгод и их минимизации в результате взаимного совмещения.

Ю. Ю. Русанов отметил, что большинство методик риск-менеджмента основано на пассивном варианте управления ГЭПом путем использования валютной диверсификации, хеджирования адаптации методов управления к конкретной ситуации. Негативной чертой этих традиционных методов является их нацеленность на «нейтрализацию» ГЭПа в целях стабилизации прогнозируемой («плановой») валютной маржи, что препятствует реализации шанса извлечения валютной выгоды при колебании курсовых соотношений валют. Это, по мнению выступающего, а также возможность целенаправленного формирования ГЭПа с методами банковского менеджмента повышают актуальность расширения стратегии, методик и методов управления банковскими валютными рисками-шансами.

Кандидат экономических наук О. Ю. Дадашева (БИМбанк) посвятила свое выступление проблемам управления банковскими рисками, в том числе валютными, особенно в сфере инвестиционных операций. Актуальность этих проблем возросла в связи с активизацией участия банков в выпуске корпоративных облигаций. Так, за первые 9 мес. 2008 г. в числе 10 лидеров в этой сфере — 7 универсальных банков (ВТБ, Банк Москвы, Газпромбанк, Номос-банк и др.), 2 специализированные инвестиционные компании — ИК Тройка-диалог и Ренессанс-капитал. Подчеркнуто, что в российском законодательстве не отражены инвестиционные операции. Деятельность специализированных

инвестиционных компаний не контролируется органами регулирования и надзора, а управление рисками, в том числе валютными, осуществляется лишь на основе всех внутренних корпоративных правил. Напротив, инвестиционные банки, встроенные в структуру универсальных банков, функционируют и управляют рисками в соответствии с правилами, установленными Банком России и органами контроля и регулирования.

Анализируя дискуссию, в том числе в России, о преимуществах и недостатках моделей организации инвестиционной банковской деятельности, О. Ю Дадашева отметила, что специалисты ставят под сомнение жизнеспособность инвестиционных банков, подчеркивая преимущества универсальных банков. В качестве аргумента выступающая отметила тенденцию к преобразованию двух из пяти крупных инвестиционных банков США в банковские холдинги, что дало им доступ к экстренным кредитам ФРС. Этому способствовали банкротство крупнейших инвестиционных банков и отмена в 1999 г. закона Глас-Стигола, который запретил совмещение депозитных и фондовых операций в условиях мирового экономического кризиса 1930-х г.г. Кроме того, в сентябре 2008 г. в условиях мирового финансового кризиса в рамках антикризисных мер в США временно были отменены ограничения объема помощи банков своим аффилированным структурам, осуществляющим инвестиционные операции.

В результате сравнительного анализа преимуществ и недостатков универсальных и специализированных инвестиционных банков О. Ю. Дадашева обосновала вывод, что каждая модель не идеальна и может использоваться лишь на определенном этапе развития российского финансового рынка.

По мнению выступающей, государственные антикризисные меры, в частности, поддержка банков, в том числе крупного инвестиционного банка КИТ-финанс, должны быть законодательно подкреплены путем регламентации правил инвестиционной банковской деятельности и надзора за ней со стороны Банка России.

О. Ю. Дадашева полагает необходимым разделение риска между банком и клиентом за принятый риск операций с ценными бумагами и защиту их интересов путем регулирования деятельности банков органами контроля и надзора.

Кандидат экономических наук, профессор Л. М. Столпирова (Академия управления ТИСБИ, Казань) подчеркнула противоречивость регулирования курса рубля и инфляции Банком России,

выделив его приоритетную цель — развитие и укрепление банковской системы страны.

Выступающая рассмотрела положительные и отрицательные последствия как повышения, так и снижения валютного курса рубля в зависимости от конкретной ситуации. В России до 2008 г. повышение курса рубля было обусловлено не интенсивным, а экстенсивным сценарием развития российской экономики, преобладанием ее сырьевой структуры в условиях повышения мировых цен на энергоресурсы. Но политика повышения курса рубля в результате масштабных валютных поступлений оказалась тупиковой в условиях мирового финансового кризиса, падения мировых цен на энергосырье.

Наряду с отрицательными последствиями снижения курса рубля Л. М. Столпирова отметила его значение для поддержки экспорта и сдерживания импорта.

Выступающая обосновала вывод о необходимости совершенствования регулирования курса рубля с учетом новых условий.

Д. Г. Ансимов («Тройка-диалог», аспирант Фи-накадемии) рассмотрел изменения в валютном регулировании Банка России, связанные со снижением курса рубля в условиях мирового финансового кризиса. Выступающий выделил две основные причины изменения динамики курса рубля. Во-первых, уменьшились валютные поступления от экспорта нефти в связи с замедлением экономического развития в странах-импортерах и падением мировых цен на энергоресурсы. Во-вторых, усилился отток капитала за рубеж в поисках безопасных сфер их вложения. Традиционно безрисковыми считались государственные обязательства США, хотя их доходность снизилась до менее 1 % за последние годы.

Оценивая использование валютной интервенции Банком России в целях сглаживания резкого падения курса рубля, Д. Г. Ансимов подчеркнул ее негативные последствия. Продажа долларов за рубли приводит к сжатию денежной массы, удорожает рефинансирование, снижает возможность экономического роста. Подобную политику проводят страны Балтии в целях поддержания стабильности курса своих валют относительно евро. В условиях мирового финансового кризиса валютная интервенция Банка России приводит к снижению официальных валютных резервов, которые более необходимы для государственной поддержки банков и предприятий в форме пакета антикризисных мер.

Анализируя негативные последствия девальваций рубля, выступающий выделил усиление инфляции и повышение долговой нагрузки корпораций и банков по внешним заимствованиям, что может дестабилизировать экономику и ее институциональных участников.

Отметив официальную переориентацию валютного регулирования на снижение курса рубля с середины октября 2008 г., Д. Г. Ансимов подчеркнул положительное влияние используемых Банком России методов сглаживания темпа обесценения рубля по отношению к доллару и евро. Речь идет, в частности, о введении ограничений валютных своп-операций, что сдержало развитие спекулятивной игры на понижение курса рубля. Обсуждается возможность повышения норм обязательной продажи экспортерами с нулевого уровня до 15 — 20 % их валютной выручки.

В заключение выступающий сделал вывод о неизбежности и целесообразности плавной девальвации рубля в определенных пределах по отношению к бивалютной корзине в условиях мирового финансового кризиса.

Кандидат экономических наук А. А. Абалкина (Институт экономики РАН) рассмотрела валютные проблемы региональных экономических объединений на примере стран АСЕАН+3. Исходя из его основных задач — развития регионального финансового рынка и защиты национальных валют от спекулятивных атак, выступающая выделила две инициативы в рамках АСЕАН+3: обмен информацией и ведение переговоров, а также совместное использование национальных валютных резервов путем заключения соглашений центральных банков о своп-операциях в соответствии с Чиангмайской инициативой.

А. А. Абалкина выделила следующие особенности данного соглашения:

• это не самостоятельный, а дополнительный к программам МВФ механизм валютного кредитования;

• подписаны своп-соглашения на сумму около 48 млрд долл., и предусмотрена возможность одновременного использования нескольких своп-операций;

• срок этих операций до 8 мес., но возможна их пролонгация;

• проведение своп-сделок в основном в долларах использование национальных валют ограничено;

• отсутствие органа, координирующего своп-операции.

Оценивая значение Чиангмайской инициативы, выступающая отметила незначительный объем предусмотренных своп-операций (48 млрд долл.) по сравнению с золотовалютными резервами стран АСЕАН+3 и кредитами, предоставленными МВФ четырем странам этого объединения (120 млрд долл.). Вместе с тем для некоторых стран объем своп-операций многократно превышает их квоты в Фонде.

Характеризуя перспективы валютного сотрудничества в АСЕАН+3, А. А. Абалкина подчеркнула отсутствие государственных инициатив по формированию валютной интеграции и сосредоточение дискуссии на трех проблемах. Во-первых, обсуждается выпуск азиатской валютной единицы (акю) как корзины валют, доля которых определяется удельным весом страны-эмитента в ВВП и внутрирегиональной торговле; установление предела колебания курса валют вокруг паритета, необходимость единого валютного учреждения для координации действий.

Во-вторых, дискутируется порядок привязки национальных валют к корзине валют. Корзина валют включает доллар, евро и иену в зависимости от их роли в торговле, а привязка к корзине валют основана на формуле: корзина + пределы колебаний курса + медленное изменение (Basket + Band + Crawe — BBC). Страны обязаны устанавливать паритет к корзине валют и поддерживать его в рамках установленного коридора. Предусматривается постепенное изменение пределов курсовых колебаний и паритета, а также отмена привязки к корзине валют в экстремальном случае.

В-третьих, при оценке перспектив зоны иены учитывается ее статус как «якорной» валюты, установление пределов колебаний валютного курса, высокая степень зависимости этой зоны от состояния японской экономики.

Анализируя перспективы валютной интеграции в Восточной Азии, А. А. Абалкина выделила значение формирования единой валюты (акю) для снижения валютных рисков, связанных с сегодняшней привязкой национальных валют к доллару США в силу особенностей торговли стран этого региона. В выступлении особо выделен риск асимметричных шоков, связанных со значительной дифференциацией стран Восточной Азии и неэффективностью их макроэкономической политики, которая, как показал финансовый кризис в ЮВА в 1997 г., привела к нестабильности валютных курсов.

По оценке А. А. Абалкиной, мировой финансовый кризис может усилить тенденцию к формированию валютной интеграции стран АСЕАН+3.

А. В. Замятин (Сбербанк России, аспирант Финакадемии), отметив усилившуюся в начале 2000-х гг. тенденцию к ослаблению позиций доллара в мировой экономике, подчеркнул, что США используют падение курса национальной валюты в целях стимулирования экспорта и тем самым деловой активности, а также для снижения внешнего долга, номинированного в долларах.

Характеризуя современный ипотечный кризис, переросший в финансовый кризис в США, который стимулировал развитие мирового финансового кризиса, А. В. Замятин выделил его важное последствие. Речь идет о пересмотре мировым сообществом лиди -рующей роли США и их валюты в мировой экономике и необходимости формирования многополярного мира, в том числе в валютной сфере.

Выступающий рассмотрел тенденцию к созданию многополярной мировой валютной системы, уделив особое внимание роли региональных валют. Отметив успешный опыт создания европейского Экономического и валютного союза и выпуска евро, который из региональной валюты превратился в одну из ведущих мировых валют, А. В. Замятин особое внимание уделил анализу перспектив создания валютного союза стран Северной Америки путем расширения интеграции на базе действующего Североамериканского соглашения о свободной торговле (НАФТА).

Рассмотрены два основных варианта создания данного валютного союза: на основе доллара США или выпуска новой валюты (амеро) в качестве мировых денег. Вопрос о введении единой валюты в США, Канаде, Мексике по инициативе канадских экономистов обсуждается в течение ряда лет. По оценке выступающего, возможно появление региональных валют в Азии и других регионах.

А. Н. Шелыгин (аспирант Финакадемии) на основе сценарного подхода к эволюции валютных систем стран Азии выявил следующие тенденции:

• сохранение роли японской иены как одной из основных резервных валют в азиатском регионе;

• использование китайского юаня в международных расчетах в ближайшие 8 — 10 лет;

• введение коллективной валюты стран АСЕАН+3 не ранее 2015 г. Выступающий подчеркнул, что на долю созданной Ассоциации государств ЮВА (АСЕАН+3) в составе 10 стран плюс присоединившихся к ней Южной Кореи, Японии, Китая приходится 2/3 ВВП Азии, 1/5 мирового ВВП, 2/3 мировых золотовалютных резервов. Отмечено, что попытка введения в 2006 г. единой счетной единицы АСи (акю), хотя

ее пришлось отложить на неопределенный период, вызвала мировой резонанс. Однако, по оценке А. Н. Шелыгина, роль валют стран Азии в международных валютных отношениях будет усиливаться, что может внести изменения в мировую валютную систему в процессе ее реформирования.

Е. В. Оглоблина (аспирант Финакадемии) обосновала вывод о том, что важнейшим фактором устойчивости национальной валюты является инновационное развитие экономики страны. В качестве аргумента приведен пример относительной стабильности швейцарского франка, что обусловлено структурой экономики Швейцарии, которая стала ведущей страной мира в области инноваций. Она заняла второе место по индексу Европейской шкалы инноваций в 2007 г. Приоритетное значение инновационного развития экономики закреплено в Конституции Швейцарии в 2006 г.

Е. В. Оглоблина выделила особенность инновационной системы швейцарской экономики, которая развивается на основе четырехлетних программ сотрудничества государства, компаний, специализированных агентств и фондов, университетов, научно-исследовательских центров. Так, бюджет программы «Образование, исследования и инновации» в 2008 — 2011 гг. составил 20 млрд швейцарских франков. Агентство по продвижению инноваций и Швейцарский национальный фонд научных исследований оказывают поддержку проектам и коммерциализации их результатов.

Подчеркнуто, что в Швейцарии государство в большей степени поддерживает фундаментальные

исследования, а частные компании — прикладные.

При подведении итогов круглого стола Л. Н. Красавина отметила новизну постановки вопроса о необходимости повышения роли валютного фактора инновационного развития. Аргументировано предложение о совершенствовании валютной политики и четкого размежевания обязанностей и ответственности ведомств за ее осуществление. Проанализированы новые явления на российском валютном рынке и задачи повышения его роли в инновационном развитии экономики. Обосновано предложение о совершенствовании управления валютными и другими рисками на базе концепции риск-шанс. С учетом мирового финансового кризиса проанализированы перспективы реформы мировой валютной системы на основе новых тенденций: развития полицентризма в мире и многовалютного стандарта; усиления конкуренции между долларом и евро; формирования коллективной валюты интеграционных объединений (на примере АСЕАН+3, Северной Америки, ЕврАзЭС). Дано научно-практическое обоснование стратегии использования российского рубля как региональной, а затем мировой валюты.

Заслуженный деятель науки, доктор экономических наук, профессор, директор Центра фундаментальных и прикладных исследований Института финансовых рынков и прикладной экономики Финакадемии Л. Н. Красавина