К вопросу о личности суицидента

7. Фельдман Д.И., Курдюков Г.И. Основные тенденции развития международной правосубъектности. — Казань: Изд-во Казан. Ун-та, 1974. — С.47.

8. Лукашук И.И. Современное право международных договоров. Том I. Заключение международных договоров — М.: Волтерс Клувер, 2004. — С.151.

9. См. например, Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 28 января 2002г. № КГ-А40/8364-01 // Доступ из справочно-правовой системы «Гарант»; Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 18 октября 2004г. по делу № А10-1645/04-11-Ф02-4305/04-С2 // Доступ из справочно-правовой системы «Гарант».

10. Маргиев В.И. Международные организации (теоретические аспекты). — Майкоп: ГУРИПП «Адыгея», 2001. - С.103.

11. Шибаева Е.А., Поточный М. Правовые вопросы структуры и деятельности международных организаций: Учеб. пособие. - 2-е изд. - М.: Изд-во МГУ, 1988. - С.73.

12. К.А. Бекяшев, М.Е. Волосов. Международное публичное право. Практикум. - М.: «Проспект», 2000. - С. 52.

13. Шибаева Е.А., Поточный М. Правовые вопросы структуры и деятельности международных организаций: Учеб. пособие. - 2-е изд. - М.: Изд-во МГУ, 1988. - С.61.

14. Маргиев В.И. Международные организации (теоретические аспекты). - Майкоп: ГУРИПП «Адыгея», 2001. - С.70.

15. Шибаева Е.А., Поточный М. Правовые вопросы структуры и деятельности международных организаций: Учеб. пособие. - 2-е изд. - М.: Изд-во МГУ, 1988. - С.61.

К ВОПРОСУ О ЛИЧНОСТИ СУИЦИДЕНТА

Волконская Е.К. *

The victim of suicide and self-murder may be a person himself aged 14 years and committed felon of himself.

Сегодня в России самоубийство отличает не только крайне высокий уровень -30-40 случаев добровольной смерти на 100 000 человек за один год (данный показатель Всемирной Организацией Здравоохранения признается как сверхопасный), наложение суицидных случаев на откровенно неблагоприятный демографический фон, отсутствие сколь-либо серьезных и результативных суицид-профилактических мер. Последнее обстоятельство и предопределило необходимость дальнейшей разработки таких важных составляющих суицид-профилактической деятельности, как уголовно-правовая и криминологическая.

Даже присутствие в уголовном законе такой специфической «суицид-превентивной» статьи, как 110 УК РФ («Доведение до самоубийства»), практически никак не влияет на сокращение случаев самоубийства. Как представляется, это связано, в том числе, и с недостаточной теоретической проработанностью данной проблемы на уровне вышеуказанного закона. Так, например, в законе отсутствует определение самоубийства.

Более того, высокий уровень самоубийств связан с недостаточной теоретической и практической подготовленностью по вопросам суицидологии, прежде всего, юристов. В компетенцию последних, как известно, входят не только вопросы, свя-

занные с установлением самоубийства, но и другие вопросы юридического характера, в частности, квалификация деяний, предусмотренных ст. 110 УК РФ.

В связи с этим, рассмотрим один из важнейших признаков объекта данного преступления - личность суицидента.

Собственно термин «самоубийство»1 как присутствовал в советском отечественном уголовном законодательстве, так и сохранился в действующем уголовном законе (ст. 110) без раскрытия своей сути. В связи с этим целесообразно обратиться к Уложению о наказаниях уголовных и исправительных 1885 года2, во второй главе которого «О самоубшствл» содержится статья 1472, указывающая на психологические признаки жертвы преступления: «Лишившш себя жизни съ намЪе-решемь и не въ безумш, сумасшествш или временномъ отъ какихъ-либо болЪз-ненныхъ припадковъ безпамятствЪ...».

В современной же науке уголовного права на сегодня сложилось понимание термина «самоубийство» как «собственноручного лишения себя жизни». По мнению М.П. Мелентьева и А.П. Тищен-ко, «самоубийство представляет собой противоправный, нравственно порицаемый волевой акт лишения себя жизни» 3 .

Однако, по нашему мнению, вышеуказанные авторы игнорируют отнесение к данному определению очень важного,

Адъюнкт ФПНПК Академии права и управления ФСИН России.

CO

Ol

z

0) о о сч

о о о

Q.

et

CQ s

I-

о

0

1

о я с о т ф VO >s о

о

ш у

S

2

0

1

о *

о

2 ф d

я *

<

S I

н

о ф

со

учитывавшегося, как показано выше, в дореволюционном уголовном законодательстве положения, согласно которому суицид — умышленное деяние.

На наш взгляд, самоубийство — это умышленное причинение человеком самому себе смерти. Данное определение включает в себя и принадлежность самоубийства к волевым актам, и наличие умысла на лишение себя жизни, и достижение собственной смерти, т.е. полностью удовлетворяет всем трем неотъем-ленным элементам самоубийства, о которых писал Карл Меннингер4 («элемент умирания», «элемент убийства» и «элемент жертвы убийства»).

По своему смыслу самоубийство может быть совершено человеком только умышленно, так как самоубийцу отличает желание (наличие цели) достижения собственной смерти, о чем еще сто лет тому назад писал Э. Дюркгейм: «Самоубийством называется всякий смертный случай, являющийся непосредственным или опосредованным результатом положительного или отрицательного поступка, совершенного самим пострадавшим, если этот пострадавший знал об ожидавших его результатах»5. Как известно, наличие цели — показатель прямого умысла, следовательно, для самоубийства конструкция косвенного умысла, когда человек предвидит результат своих действий и относится безразлично к возможным их последствиям, неприемлема. Данное положение лаконично излагает современный суицидолог М. Фарбер: «Самоубийство — это сознательное, намеренное и быстрое лишение себя жизни» 6.

Настоящее (истинное) самоубийство совершается психически здоровым человеком, осознающим характер совершаемых действий и способным при этом руководить своими действиями в полной мере или страдающим психическим расстройством определенного уровня, допускающего не в полной мере осознава-ние фактического характера и общественной значимости своих действий (бездействия), либо руководит ими всегда или только для ухода из жизни. Другие понимания этого сверхсоциально значимого явления представляются неверными. Например, Н. Лысак и Д. Лопаткин допускают самоубийство невменяемого лица или малолетнего, не способного в силу своего возраста и психического состояния осознавать значение своих действий или руководить ими7.

К самоубийству не относится причинение себе смерти по неосторожности. Подобные «смертные» случаи иногда еще называют «демонстративными самоубийствами», когда самостоятельно совершенные человеком действия привели к его гибели, но при этом они не были направлены на достижение данного результата. Погибший человек продумал свою поведенческую ситуацию и рассчитывал практически на все вполне конкретные обстоятельства и совершенно не собирался умирать. Он был уверен в том, что задуманное им обязательно закончится благополучно. Своими «суицидными» действиями он хотел обратить на себя внимание, чего-то добиться, о чем-то заявить или просто кого-то напугать. «Демонстративные самоубийства» очень характерны для детей и подростков, лиц молодежного возраста.

По мнению А.А. Жижиленко, А.Н. Красикова, Н. Лысака, Д. Лопаткина, В.А. Оси-пова и некоторых других исследователей данной проблемы8, самоубийство может совершить любой человек. Но с таким пониманием исследуемой проблемы согласиться нельзя, так как представленное определение не позволяет относить к самоубийству случаи так называемого неосторожного причинения смерти человеком самому себе; случаи «суицидной» смерти несовершеннолетних (детей и подростков); лиц, страдавших психическим расстройством (выраженной степени); недееспособных; выполнивших «суицид» по принуждению (физическому или психическому), при наличии непреодолимой силы.

По мнению Р.А. Шахманова, субъектом самоубийства может быть только «физически вменяемое лицо, достигшее десятилетнего возраста и действовавшее при лишении себя жизни сознательно» 9 .

Однако, на наш взгляд, субъект самоубийства и «физически вменяемое лицо» — понятия из разряда «непересекающиеся». Если субъект самоубийства — лицо, совершившее суицид, а не преступление, то «физически вменяемое лицо» — понятие, имеющее отношение только к совершенному преступлению. Кроме того, почему, на каком основании следует признавать суицид в десятилетнем возрасте? В этом возрасте человек уже достиг полноценного психического статуса? Уровень его психологического функционирования позволяет ему адекватно решать постоянно возникающие социальные проблемы? Если

он совершает определенные действия по достижению собственной смерти, то разве это суицид? И последнее. Если человек в десятилетнем возрасте способен действовать сознательно, то не стоит ли изменить, например, уголовный закон в части общих условий уголовной ответственности (снижение возраста наступления уголовной ответственности)?

По мнению И.Б. Бойко, о самоубийстве (применительно к рассмотренному нами определению) можно говорить, только начиная с 14-летнего возраста -минимальной возрастной границы, с которой, как известно, наступает уголовная ответственность (ч.1 ст.20) 10. Выбор данной точки отсчета самоубийства указанный автор обосновывает тем, что данному возрасту (в значительном большинстве случаев) соответствует такой уровень развития психики, который позволяет при совершении самостоятельных действий не только осознавать их значение в индивидуальном (для себя) и социальном (для окружающих) отношениях, но и осуществлять необходимый (социально приемлемый) контроль за ними.

С представленной вышеуказанным автором точкой зрения вполне согласуется и мнение Л.Д. Гаухмана11, в соответствии с которым лица, не достигшие четырнадцатилетнего возраста, вполне могут быть приравнены к «психически больным, страдающим хронической душевной болезнью» («не могут отдавать отчета в своих действиях или руководить ими», «не сознают общественно опасного характера своих действий»).

Данную точку зрения можно дополнить и следующим положением из работы О.Д. Ситковской «Использование психологических познаний определения общих условий уголовной ответственности»: «Обобщенная характеристика уровня развития - интеллектуального, волевого, личностного, в подавляющем большинстве случаев присущая лицам 14 лет и старше, подтверждает обоснованность с психологической точки зрения установленного законодателем нижнего порога уголовной ответственности» 12 .

Как совершенно справедливо утверждает О.Д. Ситковская, среднестатистическая характеристика уровня психического развития несовершеннолетних, достигнутая преобладающим большинством исследованного контингента, вовсе не означает, что этого уровня достиг каждый из входящих в данную популяцию13.

Поэтому, как представляется, данное понимание проблемы не распространяется на популяцию несовершеннолетних с отставанием в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством14. Как известно15, последних отличает неспособность логически мыслить, ориентироваться в сложных ситуациях, прогнозировать ближайшие результаты своих действий, соотносить их с общественными нормами и запретами, в том числе и в ситуациях, значимых для уголовного права. Отсюда неосознание или неполное осознание в конкретном случае значения содеянного и отсутствие или неполная способность к руководству соответствующими действиями. Не вдаваясь в подробности специфической психиатрической диагностики, обратим внимание на чрезвычайную сложность в разграничении несовершеннолетних с отставанием в психическом развитии в связи с психическим расстройством и без последнего. Нам, например, известны несколько случаев, имевших отношение к преступлениям, совершенным подростками, когда в суде фигурировали диаметрально противоположные заключения судебных экспертов по поводу психического состояния обвиняемого лица на момент совершения противоправного деяния.

Что касается суицидной проблематики в отношении рассмотренной выше категории несовершеннолетних лиц, то, как представляется, суицид в «их исполнении» возможен только начиная с 18-летнего возраста (по аналогии с наступлением уголовной ответственности, как следует из ч.3 ст.20 УК РФ).

Рекомендации отдельных специалистов считать «суицидным» возраст до 14 лет - с 5, 7, 10 лет и т.п., никак не аргументированы. Например, Э. Дюркгейм безапелляционно утверждал, что «раньше 5-летнего возраста самоубийств не бывает, да и в этом возрасте они совершенно исключительное явление16». А.Г. Амбрумова признавала субъектом самоубийства «человека в возрасте от 10 лет17».

Все случаи смерти, похожие на самоубийство, при которых погибли дети до 14-летнего возраста, должны, как предлагает И.Б. Бойко, «быть приравнены к действиям аутоагрессивного характера лиц, страдающих выраженными психическими расстройствами (например, психотического уровня), и квалифицированы как «несчастные случаи»18. При этом указанный автор признает достаточную

со

О!

О)

о о сч

о о о о.

со

н о

0

1

о я с о

т ф

ю

>5

о *

о ф

У

2

0

1

о *

о

2

ф

13

я <

I

н

о ф

со

CO

Ol

z

0) о о сч

о о о

Q.

et

CQ s

I-

о

0

1

о я с о т ф VO >s о

о ф

у

S

2

0

1

о *

о

условность выбранной возрастной границы. Однако, ее наличие все-таки представляется необходимым для полноценной суицид-превентивной работы.

Ситуация с «суицидным» возрастом заслуживает особого внимания еще и по другому, не менее значимому, основанию. Как известно, ответственность за доведение до самоубийства имеет отношение к вменяемому лицу, достигшему 16-летнего возраста. Если согласиться с мнением о том, что самоубийцами «становятся» с 14 лет, то тогда получается, что потерпевшее лицо (в возрасте от 14 до 16 лет) — суицидент — более психически развитое («умнее», «зрелее», «организованнее», «осведомленнее»), более адаптированнее (подготовленнее для жизни), чем преступник, по крайней мере, на целых два года. Подобное положение вещей однозначно не может способствовать эффек-

тивной суицид-превентивной деятельности на уровне применения уголовного закона.

Представляется, что решить эту проблему можно следующим образом: в ст. 20 УК РФ, ч. 2, содержащей перечень преступлений, уголовная ответственность за совершение которых наступает с 14-летнего возраста после слов: «...за убийство (статья 105)», внести добавление — «за доведение до самоубийства (статья 110)». Тем самым будет преследоваться как бы «выравнивание» возраста жертвы (самоубийцы) и преступника.

Таким образом, самоубийство имеет место, когда лицо, достигшее 14-летнего возраста, умышленно причинило себе смерть, т.е. произвело волевой акт, имея прямой умысел на лишение себя жизни, и достигло задуманной цели — собственной смерти.

Литература и примечания

1. От лат. sui — себя, caedere — убивать.

2. Уложеше о наказашяхъ уголовныхъ и исправительныхъ 1885 года. Екатеринославъ. Типогра!^ Исаака Когана. 1912.

3. Мелентьев М.П., Тищенко А.П. Предупреждение самоубийств среди лиц, осужденных к лишению свободы: Учебно-практическое пособие. — Киев: РИО МВД Украины, 1994. С. 15.

4. Меннингер К. Война с самим собой / Перевод Ю.Бондарева.- М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2001. С. 32.

5. Мысли великих людей: В 3-х т. 11. Екатеринбург, 2000, с. 79.

6. Чхартишвили Г. Писатель и самоубийство. М., 2001. С. 54.

7. Лысак Н., Лопаткин Д. Ответственность за доведение до самоубийства // Законность. 2006. № 3. С. 14.

8. Жижиленко А.А. Преступления против личности. М.: Государственное издательство. 1927. С. 31; Красиков А.Н. Уголовно-правовая охрана прав и свобод человека в России. Сарат. гос. акад. права. Саратов: Полиграфист. 1996. С. 59; Лысак Н., Лопаткин Д. Указанная работа. С.12; Осипов В.А. Доведение до самоубийства // Уголовное право: Общая и особенная части. Интенсивный полный курс. Издание 2-е, исправленное и дополненное / Под ред. Л.Д. Гаухмана, А.А. Энгельгардта. М.: АО «Центр ЮрИнфоР». 2002. С. 32.

9. Шахманов Р.А. Предупреждение самоубийств среди осужденных к лишению свободы (правовые и криминологические аспекты): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Рязань. 2001. С. 11.

10. Бойко И.Б. К вопросу о самоубийствах детей и подростков // Социальные и медицинские проблемы здоровья подростков. Сб. науч. тр. / Отв. ред. д.м.н. Л.П. Гребова. — Рязань: Изд.-во РязГМУ. 2002. С. 0117.

11. Гаухман Л.Д. Проблемы уголовно-правовой борьбы с насильственными преступлениями в СССР. Саратов: Издательство Саратовского университета. 1981. С. 34.

12. Ситковская О.Д. Использование психологических познаний для определения общих условий уголовной ответственности. Научно-методическое пособие. — М. 2005. С. 14.

13. Ситковская О.Д. Психология уголовной ответственности. — М.: Издательство НОРМА. 1998. С. 114.

14. В работе использована формулировка, представленная в российском уголовном кодексе, в ч.3 ст.20.

15. Ситковская О.Д. Использование психологических познаний для определения общих условий уголовной ответственности. Научно-методическое пособие. — М. 2005. С. 15.

16. Дюркгейм Э. Самоубийство: Социол. этюд: Пер. с фр. / Изд. подгот. Вал.А.Луков. СПб.: Союз. 1998. С. 96.

17. Амбрумова А.Г., Бородин С.В., Михлин А.С. Предупреждение самоубийств. М., 1980. С.9.

18. Бойко И.Б. К вопросу о самоубийствах детей и подростков // Социальные и медицинские проблемы здоровья подростков. Сб. науч. тр. / Отв. ред. д.м.н. Л.П. Гребова. — Рязань: Изд.-во РязГМУ. 2002. С. 117.

2 Ф d

я *

<

*

S I

н

о ф

со