Вещное право Франции по гражданскому кодексу Наполеона 1804 г

УДК 347.22

вещное право франции

по гражданскому кодексу наполеона 1804 г.

© Какоурова н. А., 2014

Иркутский государственный университет, г. Иркутск

Рассматривается гражданское право Франции по кодексу 1804 г. Проводится анализ норм, регламентирующих право собственности, пользования, а также изучается влияние римского права, революционного законодательства и кутюмного права на формирование нового буржуазного права, свободного от феодальных запретов и ограничений.

Ключевые слова: вещь; право; кодекс; закон; договор; срок; недвижимый; исполнение; земля; неделимый.

Право на вещи составляет особую категорию вещных прав, юридическая сущность которых состоит в господстве лица, т. е. вещь отдается в его волю, принадлежит ему или другим лицам

[1]. Этими словами выражалось право собственности, заимствованное из римского права, основанное на началах свободы и интересов собственника. Утвердившиеся буржуазные отношения и доминировавшие формы собственности защищали и гарантировали права собственников и всего общества. Постреволюционный период истории французского права претерпел в непродолжительном времени становление механизма защиты всех форм собственности. Имущественные отношения, урегулированные нормами права, были помещены во второй книге Кодекса 1804 г., озаглавленной «Об имуществах и различных видоизменениях собственности». Подробно освещались вопросы о праве собственности, владении, сервитутах, узуфрукте, узусе, праве проживания. По сравнению с феодальным правом объем вещных прав был значительно сокращен, исключались понятия старого режима: формы обладания, пользования и распоряжения имуществом; теперь были признаны право собственности, правомерное использование и пользование в порядке сервитута

[2]. Ранее принятое деление имущества на родовое, которое называли еще наследственным, и благоприобретенное было отменено, а вводились понятия движимого имущества и недвижимого. Особенностью вещного права во французском законодательстве стало значение вещей по их природе и назначению, «или вследствие предме-

та, принадлежность которого они составляют» [3]. О. А. Омельченко отмечает, что все вещи делились на четыре группы. К первой группе относились недвижимые вещи, земля или дом независимо от размера и стоимости. Ко второй группе относились объекты недвижимости в силу своего предназначения (мебель, убранство в доме, скот для обработки поля, плоды на деревьях). В третью группу входили движимые вещи: имущество, которое может изменить место своего нахождения самостоятельно (животные) или под воздействием посторонней силы — неодушевленные предметы. В четвертую — особо ценные движимые вещи: драгоценности, предметы роскоши, деньги, ценные бумаги и коллекции. Из вышеприведенной классификации можно сделать вывод о непоследовательности деления имущества и сохранении значения порядка приобретения и отчуждения вещей. Подобное деление объясняется значимостью при совершении различных операций с вещами.

Главное место среди вещных прав составители кодекса отводили праву собственности. Немаловажное значение в этом сыграли экономические причины, вызвавшие революцию, а именно ущемление интересов собственников, игнорирование правительством короля проблем крестьянства и мелких землевладельцев. «Обладание собственностью было затруднено разными полицейско-административными ограничениями: монополиями, цехами и пр.; недвижимость стонала под гнетом разорительных и противохозяйственных феодальных ограничений» [4].

Великая Французская революция выдвинула концепцию собственности, основанной на принципе свободы как неотъемлемого, естественного права человека. Составители Кодекса, взяв трактовку собственности из римского права как абстрактного и абсолютного, можно сказать, довели отношения собственности до совершенства. Статья 544 Кодекса содержит революционное определение собственности: «Собственность есть право пользоваться и распоряжаться вещами наиболее абсолютным образом, с тем, чтобы пользование не явилось таким, которое запрещено законами и регламентами». Революционная декларация прав человека и гражданина 1789 г. содержала идеи свободы и неприкосновенности собственности. В ст. 545 Кодекса развито положение ст. 17 Декларации прав, гласившей о священности и неприкосновенности частной собственности, о том, что «никто не может быть принуждаем к уступке своей собственности, если это не делается по причине общественной пользы за справедливое и предварительное вознаграждение» [5]. Как писал Наполеон, «собственность есть священное право народов: законодатель должен обеспечить ее неприкосновенность, правительство — воздерживаться от всяких на нее посягательств». О себе он говорил, что во время военных походов со своей многочисленной армией никогда не смел захватить и чужого поля, чтобы не нарушить право собственности в лице одного, поскольку, по его мнению, это значило нарушить право собственности в лице всех и каждого. В. А. Юшкевич, исследуя деятельность Наполеона в гражданском правоведении и его участие в законодательной деятельности, пишет, что Наполеон наказывал подчиненным ему органам администрации уважать и блюсти частную собственность, так как был убежден, что гражданская свобода зависит от обеспеченности права частной собственности государством [6].

Гражданское право Франции закрепило три вида собственности, которые зависели от субъекта права: индивидуальную, государственную (или общественное обладание) и общинно-коммунальную. В большей степени и подробнее было регламентировано право частной, индивидуальной, собственности. При этом определялось, какая собственность может быть государственной, а какая — муниципальной или частной. Так, дороги, улицы, которые содержало госу-

дарство, также реки, берега, порты, гавани и вообще все части французской территории объявлялись государственной собственностью, и она не могла принадлежать частным лицам. К государственной собственности относилось бесхозяйственное имущество, никем не освоенное, имущество умерших и не оставивших наследников. Коммунальной собственностью являлась собственность, принадлежавшая коммуне, и собственность, доходы с которой принадлежали жителям коммуны или нескольких коммун.

Право собственности на движимые и недвижимые вещи распространялось на все, что эти вещи производили, а также на то, что присоединялось с вещью естественным или искусственным образом. Это стало называться правом акцессии или присоединения. По праву присоединения право собственности распространялось на плоды земли, какого бы происхождения они ни были: искусственные, промышленные или гражданские. На собственника возлагалась обязанность возмещать стоимость обработки земли и всех работ, выполняемых третьими лицами.

Особое значение законодатель придавал недвижимой собственности, а именно земельной. Собственность на землю включала в себя все, что находится над и под землей, т. е. право собственности распространялось на воздушное пространство и на недра. Собственник земли становился полным и абсолютным хозяином природных богатств, находившихся на его участке. В ст. 552 Кодекса говорилось, что собственник может осуществлять посадку деревьев, возводить постройки по своему усмотрению при условии, что при этом не нарушается положение о сервитутах и земельных повинностях. Он мог возводить под землей сооружения, рыть землю, извлекать из нее все, что ему понадобится, но соблюдать законы, касающиеся общественной безопасности об использовании рудников. Подобное изложение нарушало интересы государства и затрагивало интересы промышленников, занимающихся разработкой недр. Так объясняется принятие в 1810 г. закона о концессии, говорившего о том, что рудники могут эксплуатироваться лишь на основании разрешения Государственного совета [7].

Тем не менее собственник земельного участка получал почти неограниченное право пользования своим земельным уча-

стком. Единственным ограничением можно назвать антихрез — особую форму заклада, когда должник сохраняет право пользования в случае просрочки платежа. Французская буржуазная революция превратила крестьян в земельных собственников. Гражданский кодекс содержал положения, обеспечивающие охрану интересов собственников, ставших главной социальной опорой государства. Условия сделки, права и обязанности касались только контрагентов, никто не был вправе диктовать, если даже сделка была убыточной. Но если продавец нес значительный ущерб в «силу бедственных условий (свыше 60 % стоимости), то сделку можно было расторгнуть в одностороннем порядке» [8].

В ряде статей Кодекса подробно рассматриваются права собственников на то, что соединяется с вещью и входит в ее состав. Например, намыв шел в пользу собственника берега, вне зависимости от того, являлась река судоходной, сплавной или нет, собственник должен был устроить проход. Правила о намыве земли не распространялись на озера и пруды. При изменении морского берега естественным путем земля также не переходила в частную собственность. В ст. 564 Кодекса нашла отражение классификация вещей на движимые и недвижимые по их природе и назначению. Так, голуби, кролики, рыбы, перешедшие в другую голубятню, садок или пруд считались принадлежащими собственнику этих помещений, если не были привлечены с нарушением прав прежнего собственника или искусственным образом.

Составители Кодекса уделили внимание и присоединению движимых вещей; при этом подчеркивается принцип естественной справедливости. Например, в случае соединения двух вещей, принадлежавших разным хозяевам и ставших единым целым, но которые можно было отделить друг от друга, собственником целой вещи признавался тот, кому принадлежала главная часть вещи. (Главной считалась часть, к которой другая была присоединена для пользования, украшения или восполнения первой части.) В этом случае собственник главной части должен был уплатить другому собственнику стоимость присоединенной вещи. Часть вещи следовало вернуть собственнику, если она использовалась без его ведома. Прежний собственник мог требовать возвращения своей части, даже если

вследствие этого происходило ухудшение вещи. При изготовлении вещи имело значение, не только из чьего материала эта вещь изготовлена, но и каковы цена материала и стоимость работы.

Значительным является вклад самого Наполеона в регулирование права литературной собственности. Дореволюционное право Франции не содержало норм о праве интеллектуальной собственности, а в отношении права собственности на литературные произведения ученые-юристы никак не могли прийти к согласию. Одни полагали, что это особый вид собственности, и стремились применить к нему общие принципы права собственности, как на материальные вещи; другие, наоборот, отрицали какую-либо исключительность права на литературную собственность, считая произведения общественным достоянием. Точка зрения Наполеона стала убедительной, и его взгляды легли в основу доктрины о праве на литературную собственность, которая и нашла свое выражение в статьях Гражданского кодекса Франции. Наполеон признавал литературную собственность нематериальной, но существующей не для кого-то, а разделенной между множеством субъектов. Рассуждая подобным образом, Наполеон пришел к выводу, вполне согласующемуся с принципами авторского права, что интересы авторов будут вполне обеспечены, если право исключительного пользования литературным произведением будет предоставлено автору по жизни, а его наследникам — в течение десяти или двадцати лет после его смерти [9]. Как ранее отмечалось, до революции право интеллектуальной собственности Франции не было известно. Оно было признано законом от 19 июля 1793 г. (период якобинского правления). Закон закрепил за автором пожизненную монополию на опубликование и воспроизведение плодов его творчества и на извлечение из этого имущественных выгод [10]. Закон 14 июля 1866 г. установил супруге и наследникам автора монополию на произведения в течение 50 лет после его смерти; по истечении этого срока они становились общественным достоянием.

Среди вещных прав особое внимание уделялось узуфрукту, буквально обозначавшему «пользование плодами». Это понятие было заимствовано у римлян, и составители Кодекса не могли не применить этот институт права в своей законодательной

системе. Во Французском гражданском кодексе данный институт регулируется ст. 578-624.

Узуфруктом признавалось право пользования вещами, собственность на которые принадлежала другому лицу (узуфруктуарию), которое могло пользоваться имуществом как собственник, но должно было при этом сохранять сущность вещи. Узуфрукт устанавливался как пожизненное вещное право; носитель его (узуфруктуарий) был правомочен на пользование вещью, принадлежащей другому лицу, а также на извлечение из ее пользования выгоды [11]. При этом узуфруктуарий не становился собственником, ему принадлежало только право пользования имуществом.

Государственный советник Галли утверждал, что французские законодатели основывались на юридической конструкции узурфрукта, заимствованной ими из римского права, однако при этом редакторы Гражданского кодекса не восприняли римскую логику. «Когда речь зашла о том, чтобы квалифицировать юридическую сущность узуфрукта, они охотно пренебрегли тем, чтобы сделать из него личную зависимость, как это было в римскую эпоху» [12]. Гражданский кодекс не содержал юридической природы узуфрукта и сведений об его отношениях с собственностью, хотя оба этих института помещены во вторую книгу Кодекса «Об имуществах и различных видоизменениях собственности». Узуфрукт мог устанавливаться пожизненно, на определенный срок или под условием, наступление которого прекращало права узуфруктуария [13].

Узуфрукт в праве Франции обычно рассматривается не как вид личного сервитута, ему дается определение самостоятельного вещного права в рамках права на чужие вещи. И. В. Сиваракша приводит определение Плантона и Мазо, согласно которому узуфрукт - это реальное право пользования, которое распространяется на предмет, принадлежащий другому лицу, с требованием сохранить суть вещи, и которое может продолжаться до смерти узуфруктуария [14]. Отличие узуфрукта в Гражданском кодексе французов заключается в том, что в римском праве он не был отчуждаем и не переходил по наследству.

Узуфрукт устанавливался на движимое и недвижимое имущество законом или волей человека, но не на любое. Узу-

фруктуарий мог продать имущество, заключать с ним любые сделки. Узуфрукт передавался по наследству. В случае продажи имущества собственником права узуфруктуария сохранялись и при новом собственнике. Он, как собственник, пользовался каменоломнями, получал выгоду от увеличения предмета, пользовался правами сервитута и всеми другими. Но узуфруктуарий не получал права собственности на клад, который мог быть найден, на недра, которые еще не открыты.

При установлении узуфрукта имело значение, на какие предметы открывается право пользования - потребляемые или непотребляемые. Потребляемыми считались деньги, зерно, непотребляемыми - дом, земля. Узуфруктуарий, пользуясь потребляемыми вещами, должен был вернуть их в конце узуфрукта в том же количестве, того же качества и стоимости. Узуфрукт на пожизненную ренту давал ему право получать платежи и не налагал обязанности их возвращать в течение всего срока ренты [15].

Французский кодекс учитывает различие пользования плодами - естественными, промышленными и гражданскими. Естественными плодами признавались плоды, производимые землей или животными (приплод животных); промышленными -плоды, получаемые в результате обработки; гражданскими плодами Кодекс называл наемную плату за дома, проценты на денежную сумму, рентные платежи. Естественные и промышленные плоды принадлежали узуфруктуарию с момента возникновения узуфрукта. В конце узуфрукта естественные и промышленные плоды считались уже имуществом собственника, если они находились на ветвях. В этом случае не требовалось уплаты вознаграждения за труд, семена или какие другие расходы. Гражданские плоды приобретались ежедневно, принадлежали узуфруктуарию за все время пользования.

При узуфрукте на вещи длительного потребления, например одежду, мебель, узуфруктуарий мог ими пользоваться, но по окончании узуфрукта должен был вернуть их в том виде, «в каком они будут находиться», не ухудшая их умышленно или по небрежности [16]. Собственник не имел права каким-либо образом ущемлять права узуфруктуария. При окончании узуфрукта узуфруктуарий не мог требовать от собственника вознаграждения за улучше-

ние или увеличение имущества. Узуфрукт всегда имел определенный срок, носил временный характер. Срок зависел от воли сторон — собственника и узуфруктуария, продолжительности жизни последнего. Срок мог быть установлен на определенное количество лет. В случае смерти узуфруктуария до окончания срока узуфрукта право прекращалось, но если оно было установлено «на несколько голов» — в пользу нескольких пользующихся, узуфрукт заканчивался после смерти последнего.

Пользование узуфруктом давало возможность получать средства к существованию, однако не отнимало собственность у владельца и его наследников [17]. Начиная пользоваться узуфруктом, узуфруктуарий представлял поручителя, который мог бы засвидетельствовать его как хорошего хозяина, но это условие было необязательным, как, например, в случаях, если мать и отец имели законный узуфрукт на имущество их несовершеннолетних детей, если продавец или даритель сделали оговорку о сохранении за ними узуфрукта.

В практике узуфрукт обычно устанавливался при наследовании имущества. По французскому законодательству жена не получала наследства от своего мужа, оно, как правило, переходило в собственность к родственникам мужа, но жена пользовалась узуфруктом в течение всей своей жизни. В Гражданском кодексе подробно рассмотрены случаи прекращения узуфрукта. Так, узуфрукт погашался естественной и гражданской смертью узуфруктуария; истечением времени, на которое он был установлен; путем объединения или соединения в одном лице собственника и узуфруктуария; вследствие непользования узуфруктом в течение 30 лет. Узуфрукт прекращался в случае полной гибели имущества, недобросовестного пользования и злоупотребления, приобретения вещи в собственность на основании давности третьим лицом, которое обладало вещью, отказа узуфруктуария от узуфрукта. Однако кредиторы узуфруктуария могли требовать признания отказа ничтожным, если они от этого несли ущерб.

Кодекс также рассматривал права пользования чужой вещью и проживания в чужом доме, но они носили строго личный характер, устанавливались и прекращались по таким же правилам, что и узуфрукт. Это могло быть предварительное представительство поручителя, составление описи и опи-

сание состояния имущества, добросовестное пользование.

Названные права могли принадлежать исключительно управомоченному лицу и его семье, они исключались из коммерческого оборота и не могли быть предметом обогащения; их нельзя было отчуждать, передавать, использовать в целях получения доходов.

К праву пользования чужой вещью в первую очередь относилась сельскохозяйственная аренда. Оно могло осуществляться только в том объеме, какой был необходим для потребностей пользователя и его семьи. Также и право проживания ограничивалось лишь необходимостью проживания в доме. Кодекс регламентировал пользование: это могла быть часть плодов и все плоды с участка, проживание во всем доме или только в какой-то его части. Например, если пользователь потреблял все плоды участка или занимал весь дом, то он нес все издержки обработки, текущего ремонта и уплаты сборов. Если пользователь брал часть плодов или занимал часть дома, то он нес издержки пропорционально используемому имуществу [18].

Гражданский кодекс определял сервитут как обременение, наложенное на имение в целях использования имения, принадлежащего другому собственнику, и для выгод этого имения. Сервитуты заимствовались из права Древнего Рима, обозначая несвободное состояние вещи и право, которому принадлежит вещь в несвободном состоянии. Их характерной чертой являются бессрочность и безвозмездность. Во Французском кодексе выдержано римское определение сервитутов, что давало возможность при необходимости применять принципы, заимствованные из римского права. Как и в римском праве, сервитуты принадлежат к вещным правам, а не к личным. Сущность права этого рода заключается в их вечности, продолжительности. Эти права применяются в течение всей жизни и могут быть прекращены только в случае смерти; «они ставят обладателя в непосредственное отношение к вещи; и хотя эти отношения выражаются тем, что обладатель имеет право на частичное господство, независимо от лица, имеющего право собственности на вещь, но так как сервитутное право есть мыслимое, а не физическое, то управомоченному принадлежит право не на саму вещь, а на известную сторону ее полезности» [19].

Сервитуты могли иметь различные основания или причины их установления, что относило их к видам общественного пользования или частного. Различались сервитуты по естественному расположению участков, по обязательствам, установленным законом, или по соглашению между собственниками. В отношении каждого из этих серви-тутов устанавливались особые обязательства. Так, в отношении сервитутов, установленных из расположения участков, следует отметить, что закон защищал интересы всех соседей. Сервитуты, установленные законом, в первую очередь должны были отвечать интересам общества, коммуны или частного лица и налагали на собственников взаимные обязанности. В главе, посвященной сервитутам, установленным законом, предусматривается пользование строениями, сооружениями или их частями, граничащими между соседними участками. Такие сервитуты устанавливались, например, об общих стене и рве, о стоке с крыш, о праве прохода, о виде на собственность соседа.

Исследование закона позволяет провести классификацию сервитутов и по другим основаниям: 1) по способу исполнения -сервитуты положительные и отрицательные; 2) по времени — постоянные и непостоянные; 3) явные и неявные; 4) городские и сельские.

Можно провести классификацию и по способу установления сервитутов: судебной властью, по сроку давности, по соглашению собственников сопредельных участков, по распоряжению главы семьи. Рассмотрим эти способы.

1. Установление сервитута судебной властью могло возникнуть при отсутствии согласия между сторонами во время строительства, если сосед и несколько соседей противились сооружению.

2. По сроку давности устанавливаются сервитуты постоянные и явные, за исключением сервитутов прохода, проезда и неявного сервитута не строить. По сроку давности может приобретаться не только сам сервитут, но и способ его исполнения (ст. 708 ГКФ).

3. По соглашению собственников сопредельных участков можно было установить такой сервитут, какой они пожелают. Владельцам позволялось устанавливать сер-витуты на своих участках или любые серви-туты в пользу своей собственности, соблю-

дая основное правило — не нарушать права и интересы третьих лиц.

4. По распоряжению главы семьи могли устанавливаться сервитуты явные и постоянные. Установление сервитута могло последовать и в том случае, если два земельных участка принадлежали одному владельцу, но в данное время были разделены.

Сервитуты, содержащиеся в Гражданском кодексе Франции, повторяли основные признаки сервитутов римского права. Субъект сервитутного права должен был доказать право на чужую вещь, но это было право на какое-то качество вещи, а не на действие. Сервитут ни при каких обстоятельствах не мог сам являться предметом сервитута, и он ни при каких обстоятельствах не мог быть делимым. И, наверное, самое главное: сервитут должен был представлять для собственника сервитутного права имущественный или нравственный интерес [20]. Собственник обремененного имущества обязывался что-либо делать или что-либо терпеть, осуществляя свои права.

Правоотношения по поводу сервитута могли складываться между двумя сторонами, каждая из которых при этом наделялась правами и обязанностями. Вспомнив положение ст. 637 ГКФ, повторимся, что обременение, наложенное на имение, использовалось для получения выгоды с этого имения. Кодекс закрепил и основания прекращения сервитутов. Сервитут мог прекратиться, если вещи оказывались в состоянии, невозможном для их использования; при объединении участков в одни руки, если участок, в пользу которого был установлен сервитут, соединялся с участком, на который был наложен сервитут; непользование участком в течение 30 лет. Тридцатилетний срок исчислялся в зависимости от вида сервитута, или со дня, когда прекратилось пользование сервитутом, или со дня, когда было совершено действие, противоречащее сервитуту.

Владение не представлено в Кодексе в качестве самостоятельного права, но под ним понималось обладание или пользование вещью или правом. Чтобы быть под защитой закона, владение должно было иметь квалифицирующие признаки: быть постоянным и непрерывным, мирным, публичным, недвусмысленным, осуществляться лицом в качестве собственника. Лицо, владевшее для другого, могло быть арендатором, хранителем или пользователем. Лицо

обладало такими качествами по условиям договора о пользовании, владении и никогда не становилось собственником за давностью времени.

Французское вещное право, как и позже право Германии, восприняло основные принципы, институты и понятия римского права. Но, в отличие от ГГУ 1900 г., в праве Франции не было так называемых каучуковых норм, которые давали возможность трактовать те или иные нормы в зависимости от сложившейся ситуации [21]. Право Франции, вещное право в частности, наоборот, отличалось определенностью и четкостью понятий и институтов. Кодификация гражданского права 1804 г. усложнила структуру правовой системы, а с другой стороны, произошла модернизация правовых институтов, которые отвечали интересам буржуазного общества. Вещное право, установленное в начале XIX в., отличалось своей совершенностью, продолжало действовать в течение длительного времени; только усложнение экономических процессов, развитие правовой культуры стали причинами введения новых норм, хотя структура Кодекса и основные его положения не изменились до настоящего времени. ^

1. Покровский И. А. Основные проблемы гражданского права. СПб., 1917. С. 120.

2. Омельченко О. А. Всеобщая история государства и права : учебник : в 2 т. Изд. 4-е доп. М., 2005. Т. 1. С. 220.

3. Там же. С. 217.

4. Юшкевич В. А. Наполеон Первый на поприще гражданского правоведения и законодательства / / Цивилистические исследования : ежегодник гражданского права / под ред. Б. Л. Хаскельберга. Д. О. Тузова. М., 2006. Вып. (2005). С. 57.

5. Французская республика. Конституция и законодательные акты : пер. с фр. / сост. В. В. Маклаков,

B. Л. Энтин. М., 1989. С. 13.

6. Юшкевич В. А. Наполеон Первый ... С. 58.

7. Хрестоматия по всеобщей истории государства и права. Т. 2 / под ред. К. И. Батыра, Е. В. Поликарповой. М., 2000. С. 93.

8. Омельченко О. А. Указ. соч. С. 216.

9. Жюллио де ла Морандьер. Гражданское право Франции : в 2 т. / пер. с фр. и вступ. ст. Е. А. Флейшиц. М., 1958. Т. 1. С. 250.

10. Там же. С. 251.

11. Хрестоматия по всеобщей истории государства и права / под ред. К. И. Батыра и Е. В. Поликарповой. Т. 2.

C. 196-197.

12. Юшкевич В. А. Указ. соч. С. 62.

13. Сиваракша И. В. Сервитуты и узуфрукт в гражданском кодексе Франции 1804 года : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2000. С. 19.

14. Там же. С. 18.

15. Хрестоматия по всеобщей истории государства и права / под ред. К. И. Батыра и Е. В. Поликарповой. Т. 2. С. 197-198.

16. Там же. С. 198.

17. Сиваракша И. В. Указ. соч. С. 21.

18. Хрестоматия по истории государства и права зарубежных стран : в 2 т. Т. 2 : Современное государство и право / отв. ред. Н. А. Крашенинникова. С. 487-488.

19. Там же. С. 488.

20. Сиваракша И. В. Указ. соч. С. 13.

21. Колосок С. В. Кодификация гражданского права Германии в Х1Х веке // Сиб. юрид. вестн. 2013. № 1. С. 26.

список литературы

Жюллио де ла Морандьер. Гражданское право Франции : в 2 т. / Л. Жюллио де ла Морандьер ; пер. с фр. и вступ. ст. Е. А. Флейшиц. — М. : Иностр. лит., 1958. — Т. 1. — 742 с.

Колосок С. В. Кодификация гражданского права Германии в Х1Х веке // Сиб. юрид. вестн. — 2013. — № 1. — С. 22—28.

Омельченко О. А. Всеобщая история государства и права : учебник : в 2 т. / О. А. Омельченко. — Изд. 4, доп. — М. : Эксмо, 2005. — Т. 1. — 592 с.

Покровский И. А. Основные проблемы гражданского права / И. А. Покровский. — Пг. : Изд. юрид. склада «Право», 1917. — 328 с.

Сиваракша И. В. Сервитуты и узуфрукт в гражданском кодексе Франции 1804 года : автореф. дис. ... канд. юрид. наук / И. В. Сиваракша. — М., 2000. — 26 с.

Французская республика. Конституция и законодательные акты : пер. с фр. / сост.: В. В. Маклаков,

B. Л. Энтин ; под ред. и со вступ. ст. В. А. Туманова. — М. : Прогресс, 1989. — 446 с.

Хрестоматия по всеобщей истории государства и права / под ред. К. И. Батыра, Е. В. Поликарповой. — М. : Юристъ, 2000. — Т. 2. — 520 с.

Хрестоматия по истории государства и права зарубежных стран : в 2 т. / отв. ред. Н. А. Крашенинникова. — М. : Норма, 2008. — Т. 2 : Современное государство и право. — 670 с.

Юшкевич В. А. Наполеон Первый на поприще гражданского правоведения и законодательства // Цивилистические исследования : ежегодник гражданского права / под ред. Б. Л. Хаскельберга, Д. О. Тузова. - М., 2006. - Вып. (2005). -

C. 10-111.

Rights in rem French Civil Napoleonic Code of 1804

© Kakourova N., 2014

The civil law of France under the code of 1804 is considered. In article the analysis of the norms regulating the property right, usings, and also influence of the Roman right, the revolutionary legislation and the kutyumny right for formation of the new bourgeois right, free from a feudal ban and restrictions is carried out.

Key words: object; right, code; low; contract; date; execution; immovable; indivisible; earth.