Задачи развития многоквартирного строительства в Западной Сибири в 1945–1955 гг

УДК 72.036

ЗАДАЧИ РАЗВИТИЯ МНОГОКВАРТИРНОГО СТРОИТЕЛЬСТВА В ЗАПАДНОЙ СИБИРИ В 1945-1955 гг.

© Е.В. Хиценко1

Новосибирская государственная архитектурно-художественная академия,

630099, Россия, г. Новосибирск, Красный пр., 38.

На основе анализа архивных источников выявляются задачи строительства массового жилья для увеличившегося в ходе эвакуации населения городов Западной Сибири. Исследуются региональные проблемы развития типового проектирования, сложности организационно-технического характера, материально-производственной базы, отразившиеся на объемно-планировочных, конструктивных, эстетических и градостроительных особенностях многоквартирных зданий. Доказывается, что местные социоэкономические условия препятствовали быстрому внедрению индустриальных методов строительства в сферу проектирования жилья.

Библиогр. 13 назв.

Ключевые слова: архитектура жилых зданий; жилищное строительство в Западной Сибири; история советской архитектуры; послевоенное градостроительство.

DEVELOPMENT OBJECTIVES OF MULTIFAMILY HOUSING IN WESTERN SIBERIA IN 1945 - 1955 E.V. Khitsenko

Novosibirsk State Academy of Architecture and Arts,

38 Krasny pr., Novosibirsk, 630099, Russia.

Having analyzed archival sources the author identifies the objectives of building multifamily housing for the West Siberian city population increased due to the evacuation. The article studies the regional problems of standardized design development, the complexity of the organizational and technical nature, material and production base that affected space-planning, structural, aesthetics and town-planning features of blocks of flats. Local socioeconomic conditions are proved to prevent rapid introduction of industrial construction methods in housing design.

13 sources.

Key words: architecture of residential buildings; housing construction in Western Siberia; history of Soviet architecture; post-war urban planning.

К концу войны в связи с увеличением населения в результате эвакуации в Западной Сибири резко обострилась жилищная проблема; норма обеспеченности жилой площадью снизилась до двух м2/чел. Медленное развитие строительной базы и промышленности стройматериалов не позволяло ослабить жилищный кризис. Дефицит жилья зачастую ликвидировался за счет низкокачественной одноэтажной застройки, не имевшей элементарных бытовых удобств и неэффективно использующей городские территории. Актуальной задачей региональных властей Сибири стало массовое многоквартирное строительство.

Как отмечалось в 1947 г. на совещании по жилищному строительству Урала и Сибири, планом четвертой пятилетки предусматривалось, что «строительство высококачественного жилья и режим экономии в строительстве должен осуществляться без снижения положительных его признаков...» [1]. Развитию строительства многоквартирного жилья должно было способствовать «максимальное внедрение» типовых проектов в целях «экономии средств и ускорения снабжения строек проектами» [1], стандартизации и механизации, использования местных эффективных стройматериалов. Однако в типовых решениях, предложенных Комитетом по делам архитектуры, выявлялся ряд

недостатков: «много типовых проектов с большими жилыми площадями квартир, что вопреки установкам на малометражную квартиру повлечет за собой заселение квартиры несколькими семьями. Отсутствие вариантов планировок первых этажей под магазины. Отсутствие подвалов в типовых проектах двухэтажных домов. Недостаток проектов типовых жилых секций с широтной ориентацией. Ряд конструктивных недостатков в типовых проектах индивидуального строительства... Отсутствие согласования типовых проектов с Главной санитарной инспекцией и Главным управлением пожарной охраны.» [1], а также проектов угловых секций.

Кроме недостатков используемых типовых серий имелись недочеты и в работе местных проектных организаций. Председатель правления Новосибирского отделения ССА Б. Биткин в 1946 г. отметил некоторые из них: «почти полное игнорирование вопросов индустриализации строительства», неприменение экономически обоснованных и облегченных конструктивных элементов, невысокое качество выпускаемых проектов, медленные темпы внедрения типовых проектов, типовых конструкций, задержка сроков выполнения проектных работ [2]. В своем докладе в 1951 г. архитектор предлагал: «Придать делу разработки жи-

1Хиценко Евгений Владимирович, кандидат архитектуры, доцент кафедры архитектуры промышленных зданий и сельскохозяйственных сооружений, тел.: 89618776717, e-mail: hic_evg@mail.ru

Khitsenko Evgeny, Candidate of Architecture, Associate Professor of the Department of Architecture of Industrial Buildings and Agricultural Structures, tel.: 89618776717, e-mail: hic_evg@mail.ru

лых секций и типовых проектов более организованный и плановый характер. Привлечь к этому вопросу более широкие круги архитекторов организацией конкурсов и поощрений рациональных предложений. Расширить производство строительных материалов и изделий по качеству и ассортименту. Организовать распределение проектных работ по территориальному признаку, позволяющему максимально приблизить проектировщиков к строительству и дать этим основу для эффективного авторского надзора» [3].

Жилищное строительство стало в послевоенные годы насущной проблемой всех западносибирских городов, обсуждаемой на различных совещаниях, конференциях, дискуссиях с участием как архитекто-ров-проектировщиков, так и представителей центральных и местных властей, руководителей проектных, строительных и эксплуатационных организаций, жителей домов. Начиная с 1951 г., в связи с выходом Постановления Совета Министров СССР от 09 мая 1950 г., в котором актуализировались задачи «скоростного строительства жилья индустриальными методами в течение круглого года с применением эффективных строительных материалов и конструкций» [3], количество творческих совещаний резко возросло. Если в довоенное время большинство замечаний к результатам жилищного строительства касалось ис-полнителей-застройщиков и качества строительных материалов, то теперь основная критика выступающих была направлена на сферу проектирования.

На творческом совещании по вопросам массового жилищного строительства Урала и Сибири, состоявшемся в 1951 г., были высказаны замечания к организации проектного дела. Несмотря на правительственные решения по укрупнению проектных организаций и ликвидации кустарничества в проектировании, в западносибирском регионе наблюдалась обратная тенденция. Так в Новосибирске «резко возросло количество проектных организаций» (до пятнадцати, из них большинство «ГИПРО»). Для сравнения приводился Челябинск, 70% жилья которого проектировал один Горпромтрест. Для городов Западной Сибири, помимо местных, проектировали и иногородние организации. В Кемерово их число составило 90%, а объем проектных работ, выполняемых единственной местной компанией «Облпроект», составлял не более 0,1%. «Если мы в последние 2-3 года не имеем затруднения с обеспечением проектами строи-тельства жилых домов в один, два, частично в три этажа и разного рода зданий культурно-бытового назначения, то обеспечение проектами текущего многоэтажного строительства . сопряжено с большими трудностями из-за множественности проектирующих для Кемерово организаций» - отмечалось в докладе о строительстве в Кемерово [3]. Проектная организация «Кузбассгипрошахт», находящаяся в Новосибирске, предоставляла своему ведомству-застройщику «неполноценную документацию», в результате чего в Кемерово к 1952 г. не было построено ни одного жилого дома по их проекту. Неукомплектованность кемеровского «Облпроекта» профессиональными проектировщиками и привлечение молодых специалистов без достаточного опыта

работы приводили к задержке выдачи проектной документации: для предприятий химической промышленности не был выполнен «целый ряд» проектов многоэтажного строительства, которые, ко всему прочему, не предусматривали внедрения индустриальных методов строительства. Проекты для западносибирского региона разрабатывались в Москве, Ленинграде, Риге, Киеве, Харькове и в других городах. «Что же говорить при такой организации о комплексном ансамблевом проектировании, о проведении единого архитектурного замысла в застройке, единой линии индустриализации и типизации строительства, и как городской архитектор должен справляться с регулированием градостроительства в этом хаосе» - вопрошал главный архитектор новосибирского института «Гор-проект» [4]. Новосибирск по организации комплексного проектирования и строительства, по техническому уровню строительства отставал от таких городов, как Челябинск, Свердловск, Магнитогорск, Сталинск и Кемерово. Управляющий одного из строительных трестов Новосибирска резюмировал, что в тех городах, где «имеются ... хорошо отлаженные коллективы архитекторов и проектировщиков, где они не разбавлены участием иногородних, «столичных» проектных организаций, дело идет значительно лучше», необходимо «исключить порочную практику проектирования жилья ... в отдаленных районах - Москве, Ленинграде. Нужно ... в Новосибирске, Сталинске, Свердловске, Челябинске и Кемерово ... создать местные проектные организации по жилищному строительству, коммунально-бытовому, промышленное строительство пусть ведут соответствующие организации, а жилье оставить нам...» [4].

Важным фактором, ухудшающим качество возводимого жилья в Западной Сибири, было отсутствие должного авторского надзора и строительного контроля, приводившее к тому, что архитектурные детали и отделка выполнялись не по проекту. Низкий уровень «культуры деталей» проявлялся и в грубо изготовленных столярных изделиях для интерьера (переплеты, наличники, двери, плинтусы, карнизы и пр.), искажавших архитектурный образ «советского уютного, жизнерадостного жилья» [5]. Как жаловался житель жилого дома в Новосибирске, «оконные переплеты (рамы) изготовлены такой толщины, что 15% светового поля загорожено деревом рам. Стекла очень маленькие и создается впечатление не простора, когда смотришь в окно, а решетки» [6]. В докладе по строительству в Кемерово указывалось: «Архитекторы должны выйти на леса. Совершенно по-новому должна быть организована работа инспекции Госархстройконтроля», которая должна выполнять «функции действительно контролирующей, а не созерцающей организации» [3]. Стройконтроль Омска был «вынужден принимать архитектурно-неполноценную работу», поскольку сдаваемые зимой жилые дома исключали возможность «исправления наружной отделки» [3]. «Архитекторы, -указывалось на общем собрании архитекторов и строителей Новосибирска, - ограничиваются лишь составлением проектов. Большинство авторов не бывает на постройках. Организация проектного дела и положе-

ние с авторским наблюдением на строительстве способствует отрыву архитекторов от строек» [5].

Нехватка профессиональных проектных кадров в Сибири сказывалась на комфортности и эксплуатационных показателях жилищ. Архитекторы плохо учитывали климатические особенности строительства, не заботились о сохранении тепла в домах (компактность, защита от ветра и пр.). Фасадные конструкции и декоративные элементы часто проектировались и выполнялись «по южным образцам», без учета климатических особенностей Сибири, что вызывало разрушение цоколей, отваливание частей архитектурных деталей, трещины в штукатурке, образование грязных пятен на стенах - все это, как отмечалось в документе, «обезображивает вид дома, а затем приводит жилище к преждевременной старости и гибели» [5].

Повышение общего уровня «культуры жилищного строительства», улучшение его качества и сокращение сроков заключались в массовом внедрении типовых проектов и индустриально-поточных методов возведения зданий. В РСФСР (без учета Москвы) в 1950 г. по типовым проектам было построено 70% жилых домов [3]. Одним из «крупных недостатков» массовой жилой застройки Сибири являлась заниженная этажность, что увеличивало стоимость строительства из-за распыления материально-технических средств и удлинения коммуникаций. Главный инженер одной из крупных строительных организаций Новосибирска в качестве методов индустриализации строительства предлагал «все жилье. привести к единой модульной системе и определенной конструктивной сетке, допускающей широкую свободу внутренней планировки и архитектурного оформления - минимальный набор типоразмеров конструкций и деталей. Всемерно идти по пути уменьшения веса и толщины несущих стен, применения сборных перегородок, перекрытий, внедрения сухих методов отделки и укрупненной сборки сантехнических устройств. Эти прогрессивные мероприятия должны дать возможность значительно индустриализовать жилищное строительство, сократить сроки строительства, сократить его стоимость и превратить строительную площадку в монтажную» [3].

«Освоение новой техники, повышение этажности жилых домов, внедрение новых эффективных конструкций и материалов - вот тот далеко не полный круг первоочередных задач, которые должны решать ... архитекторы», - призывал член Всесоюзного правления ССА, автор распространенных типовых секций архитектор Л. Бумажный [3]. Однако не всегда стремления проектировщиков индустриализовать строительство находили отражение в практике. Широкому использованию эффективных строительных материалов препятствовали проблемы материальнотехнического характера. Так Омск не имел каких-либо местных материалов, кроме кирпича «скверного качества», требующего обязательного наружного оштукатуривания и не позволяющего применять заложенную в проекте облегченную кладку стен верхних двух этажей, что приводило к возведению массивных стен [3]. Строительные тресты Кемерово не принимали достаточных мер для улучшения качества и снижения стои-

мости строительства, которое осуществлялось медленными темпами, на отсталой технической базе; «крупнейшим» недостатком в работе строительных организаций являлось безразличное отношение руководителей и главных инженеров к задачам расширения производственных возможносте, применению железобетонных перекрытий, крупных стеновых блоков, облицовочных плит и других новых методов многоэтажного строительства [3]. Крупнейший сибирский центр Новосибирск в силу медленного развития индустриальной базы очень отставал от «передовых строек» Москвы и Ленинграда по внедрению «элементов сборности» в строительстве [7]. Помимо большого числа проектных организаций в Новосибирске наблюдалась «раздробленность» и среди застройщиков: «в каждом квартале строят десятки организаций и строят, несмотря на нашу механизацию, полукустарно. У нас стройки с нормальными сроками являются счастливым исключением» [8].

В 1940-х - начале 1950-х гг. в крупных городах Западной Сибири были распространены четыре жилых секции: секция серии № 11, «ленинградская секция», секция архитектора С. Ковыкова и секция архитектора Л. Бумажного. Последние две применялись редко по причине их экономической нецелесообразности (большое число типоразмеров элементов), ограниченности и неудобства планировочных решений. «Ленинградская секция» была востребована застройщиками, поскольку ее конструктивная схема, включавшая внутреннюю продольную несущую стену, «значительно упрощала» производство работ в зимних условиях и наиболее подходила для возведения зданий на слабых грунтах. Наибольшую популярность получили секции серии № 11 . Жилых домов, построенных на их основе только в Новосибирске к 1955 г. насчитывалось 50% [9]. Однако у этой серии имелся «ряд существенных недостатков». По мнению инженера НИСИ Е. Леонтьева, главным замечанием к ней было наличие односторонних квартир в широкой секции «2-2-23», что ограничивало ее градостроительную маневренность и было «неприемлемым» в условиях сибирского климата. В случае ориентации квартир на запад или юго-запад комнаты перегревались летом и чрезмерно охлаждались зимой при господствующих в регионе юго-западных ветрах. При сильных ветрах температура воздуха в квартирах зимой падала до 12-13 °С, что делало невозможным нормальное проживание. Как отмечалось в документе, большая ширина корпуса не только не давала какого-либо положительного эффекта, но и вступала «в прямое противоречие с особенностями сибирского климата». Неустойчивость внутреннего микроклимата часто критиковалась жильцами; в квартирах с двусторонней ориентацией комнат (не предусмотренной серией № 11) этот недостаток в значительной мере устранялся благодаря выравниванию температур посредством дверных проемов противоположно ориентированных помещений. Другим недочетом секций серии № 11 была неэкономичность из-за «лишних» коридоров, уменьшающих полезную площадь квартир: коридоры имели длину до

10 м и ширину от 110 см (по проекту) до 90 см (по

факту). И «ленинградская секция», и секции серии №

11 являлись «неудачными» с точки зрения бытовых удобств, квартиры имели завышенную жилую площадь: двухкомнатная квартира площадью 35 м2 не создавала значительного увеличения жизненного пространства для небольшой семьи, а для семьи, состоявшей из четырех и более членов, была тесной [10]. Увеличение жилой площади также уменьшало показатель выхода количества квартир на квартал. У секций серии № 11 этот показатель был на 10% больше, чем у «ленинградской секции», и, хотя у серии № 11 было больше типоразмеров, чем у «ленинградской секции», серия № 11 являлась более универсальной, поскольку крупноразмерные кирпичные колонны могли заменяться железобетонными, что экономило кирпич и увеличивало жилое пространство квартир. Первые этажи в домах серии № 11 лучше перепланировывались под магазины и другие помещения, а стоимость квадратного метра жилья получалась дешевле, чем у «ленинградской секции» [9].

Все же задачи сокращения сроков строительства, увеличения показателя выхода жилой площади и ее удешевления повлияли на уменьшение разнообразия серий, применяемых в западносибирских городах. Так, горисполком Новосибирска в 1955 г. предложил принять для строительства жилых домов серию, разработанную Ленгорпроектом, поскольку она была проще серии № 11 по конструктивной схеме и технологически более приспособленной для строительства. Если в начале 1950-х гг. индивидуальные корректировки типовых секций еще официально не ограничивались и, по мнению сибирских специалистов, для градорегули-рования застройки, для применения типизации на базе возможностей местной промышленности стройматериалов было крайне важно, чтобы жилые здания проектировались только в тех городах, где будет осуществляться их строительство, то после выхода известных постановлений середины 1950-х гг. и с появлением в Западной Сибири заводов железобетонных изделий местные архитекторы были вынуждены максимально ориентироваться на разработанные в центральных проектных организациях типовые решения и унифицированную номенклатуру сборных конструкций, фасадных деталей и оборудования домов [11].

«Большим недостатком» жилищного строительства в Западной Сибири являлось превышение нормативных сроков. Жилые дома возводились от двух до пяти лет, в то время как на передовых стройках других городов - не более восьми месяцев. Правительством СССР были утверждены общеобязательные нормы продолжительности жилстроительства, составлявшие в крупных сибирских городах не более одного года для многоэтажных и шести месяцев для малоэтажных зданий. Эту задачу предполагалось решить за счет дальнейшей индустриализации строительства, укрупнения и специализации строительных организаций, улучшения организации строительного дела и ликвидации всевозможных простоев и потерь. «Немаловажная роль» в снижении стоимости и сроков строительства отводилась проектным организациям. Но большая часть проектных организаций затягивала

сроки выдачи технической документации, выполняла ее некачественно, без экономичных и индустриальных технических решений со всякого рода излишествами. По замечанию представителя местной проектной организации, «пересмотр проектов с точки зрения устранения излишеств только по Новосибирску и только по жилищному и культурно-бытовому строительству дал экономию государственных средств около 17 млн рублей ... Они (излишества - прим. автора) могут быть в завышенных площадях и объемах, в чрезмерных запасах прочности, в подсчетах трудоемкости и т.д. Те, кто говорят только о фасадах, не поняли задачи, поставленной перед нами. В строительстве трудно оторвать понятие качества от понятия излишества, плохое качество работ, как правило, вызывает излишние и подчас довольно крупные затраты. А качеством работ наши строители пока еще похвастаться не могут» [12]. Отмечалось также, что «допускаются излишества и в административно-управленческом персонале» [12].

Объем капиталовложений в жилищное строительство западносибирских городов с 1950 г. по 1955 г. увеличился более чем в два раза. За пятую пятилетку было построено и введено в эксплуатацию жилья также в два раза больше, чем в предыдущую пятилетку. В Новосибирске выпуск сборного железобетона в 1955 г. по сравнению с 1954 г. увеличился на 81%, а расход сборного железобетона на 1 млн рублей выполненных работ составил 180 м3, что на 70 м3 больше, чем в 1954 г. Однако строительные организации не справлялись с выполнением плана жилищного и культурнобытового строительства. Из 140 тыс. м2 жилой площади, которую обязаны были ввести в 1954 г., было сдано только 77 тыс. м2 (54,5 %). Планом шестой пятилетки предусматривалось снижение стоимости строительства не менее чем на 7% и повышение производительности труда не менее чем на 53% [9].

В начале 1950-х гг. в городах Западной Сибири значительно увеличилась доля многоэтажного строительства. В Новосибирске в 1950 г. строилось 28 многоэтажных домов с жилой площадью 62701 м2, в 1951 г. - 49 зданий с жилой площадью 108755 м2, в 1952 г. - 63 здания с жилой площадью 164341 м2. В 1956 г. в городе велось строительство по 400 объектам в основном многоэтажного строительства, план ввода в эксплуатацию составил 120 жилых объектов с жилой площадью 150000 м2 [12], а расход сборного железобетона в жилищном и культурно-бытовом строительстве Новосибирска равнялся 300 м3 на 1 млн руб., что было в 2,5 раза больше, чем в 1954 г. [12]. «В 1957 году, - по словам главного архитектора Новосибирска В. Терехина, - значительную часть капиталовложений предполагается направить на жилищное строительство, сократив промышленное ... план ввода жилплощади должен увеличиться в 2,5 раза и составить около 250 тыс. м [12]. В Барнауле в 1951 г. было изготовлено 2,5 тыс. м сборного железобетона; в 1955 г. выпуск железобетонных конструкций достиг 21 тыс. м3 и было построено около 50 тыс. м2 жилой площади [13].

Таким образом, полноценному решению жилищ-

ной проблемы в послевоенное десятилетие для городов Западной Сибири должно было способствовать развитие многоквартирного строительства. Для увеличения темпов возведения жилья было необходимо при его проектировании максимально применять типовые решения. Однако индивидуальное проектирование на основе малопригодных типовых секций при сложностях организационно-технического характера

препятствовало качеству и срокам проектирования и строительства жилья. Отсутствие соответствующей материально-производственной базы не позволяло быстро перейти на массовое внедрение типовых проектов домов, основанных на индустриально-поточных методах строительства.

Статья поступила 21.10.2013 г.

Библиографический список

1. Государственный архив Новосибирской области. Ф. Р-1444. Оп.1. Д. 54.

. Д. 45.

. Д. 91.

. Д. 92.

. Д. 65.

. Д. 143.

2. ГАНО. Ф. Р-1444. Оп.1

3. ГАНО. Ф. Р-1444. Оп.1

4. ГАНО. Ф. Р-1444. Оп.1

5. ГАНО. Ф. Р-1444. Оп.1

6. ГАНО. Ф. Р-1444. Оп.1

7. ГАНО. Ф. Р-1444. Оп.1. Д. 104.

8. ГАНО. Ф. Р-1444. Оп.1. Д. 126.

9. ГАНО. Ф. Р-1444. Оп.1. Д. 142.

10. ГАНО. Ф. Р-1444. Оп.1. Д. 128.

11. ГАНО. Ф. Р-1444. Оп.1. Д. 127.

12. ГАНО. Ф. Р-1444. Оп.1. Д. 141.

13. Баландин С.Н. Архитектура Барнаула. Барнаул, 1974.