«Люди уже ждут массовой вакцинации, чтобы снять с себя риски»

«Люди уже ждут массовой вакцинации, чтобы снять с себя риски»

Первый вице-губернатор Ирина Гехт о борьбе с COVID-19 в Челябинской области

Пандемия коронавирусной инфекции, несомненно, стала главным вызовом этого года. Она отразилась без исключения на всех сферах, но главный удар и основную ответственность приняла на себя система здравоохранения. Первый заместитель губернатора Челябинской области Ирина Гехт считает, что удар этот южноуральские медики держат. О ситуации с распространением COVID-19 в области, ограничительных мерах, перспективах вакцинации населения и социальной ответственности бизнеса в сложный период замглавы региона рассказала в интервью «Guide-Итоги года».

Фото: пресс-служба правительства Челябинской области

Guide: Ирина Альфредовна, как вы оцениваете сегодняшнюю ситуацию с коронавирусом в регионе? Долгое время заболеваемость росла, лишь в декабре стабилизировалась. Как система здравоохранения справляется с вызовами пандемии?

Ирина Гехт: Ситуация действительно стабилизировалась, но она остается напряженной, мы ежедневно фиксируем около 300 новых случаев, хотя снизилось количество пневмоний и госпитализаций. Сегодня система здравоохранения региона справляется, более того, мы фиксируем увеличение числа свободных коек. В период подъема этот показатель удавалось сдерживать на уровне 15%, сейчас же свободно около 25% коечного фонда. Это позволило нам начать возвращать к плановой медицинской помощи ряд больниц и отделений. В частности, городская клиническая больница №2 вернулась к плановой работе по профилям терапии и кардиологии. Областная больница №3, структурным подразделением которой является новый инфекционный центр в Малой Сосновке, тоже начала вновь работать по кардиологическому профилю. Надеемся, что в ближайшее время нам удастся не только удержать стабильные показатели по коронавирусу, но и добиться снижения, но здесь многое будет зависеть от ответственности людей в период новогодних праздников.

G: Какие меры разработаны областным оперативным штабом, чтобы после праздников ситуация не ухудшилась?

И.Г.: У нас уже с 1 декабря действует запрет на работу учреждений общественного питания в ночное время, с 23 до 6 часов, он остается в силе. Плюс запрещена деятельность дискотек, кальянных. Мы серьезно подошли к проведению контрольных мероприятий — это ежедневные рейды, проверка заведений. Видно, что такая работа дисциплинирует, это отмечают и Роспотребнадзор, и ГУ МВД по Челябинской области. Благодаря тому, что контроль проводится регулярно, нарушений стало значительно меньше, чем было, когда такая активная работа только началась. В новогодние праздники проверки будут продолжены и, возможно, усилены.

G:Есть мнение, что меры в Челябинской области недостаточно жесткие. Многие приводят в пример другие регионы, где действуют более строгие запреты. Какими критериями руководствуется оперативный штаб, принимая решения, вводить или не вводить новые ограничения?

И.Г.: В первую очередь, мы, конечно, ориентируемся на эпидемиологические показатели, на коэффициент распространения инфекции, коэффициент прироста. Он у нас до недавнего времени превышал единицу, это значило, что заболеваемость росла, сейчас он ниже единицы. Коэффициент прироста стал меньше одного процента. Кроме этих цифр, мы ориентируемся на возможности системы здравоохранения. Она справлялась с тем объемом медицинской помощи, который был нужен, и мы учитывали это, планируя, вводить ли ограничения. И, наверное, ключевым был принцип разумной целесообразности. Важно было сохранить экономику, которая и так достаточно серьезно пострадала в первую волну, и не допустить остановки деятельности той же сферы услуг, которая оказалась наиболее чувствительной к этим ограничениям. На мой взгляд, нам удалось сохранить баланс между экономическими и медицинскими показателями — и выровнять ситуацию по заболеваемости, выйдя на достаточно стабильное плато, и сохранить функционирование экономики.

G.: Когда стала расти заболеваемость, многие говорили, что им не делали тесты, несмотря на симптомы. Значит ли это, что реальные цифры по заболеваемости могут расходиться с официальной статистикой, и какой может быть разница?

И.Г.: Поскольку COVID-19 — вирусная инфекция, схожая по течению с ОРВИ, то по постановлению главного санитарного врача обследуются группы риска, чтобы исключить возможные осложнения. Кстати, исследования показывают, что в структуре заболевших примерно 40% — это ОРВИ, а не ковид. С другой стороны, присутствует определенная настороженность людей, и если весной и летом многие отрицали опасность коронавируса, то сейчас у каждого уже есть близкие, родственники, друзья, кто переболел, и люди наоборот стали тревожиться, появилось желание пройти тесты, провериться. Сегодня у тех, кто лечится на дому, в основном фиксируется ОРВИ, ПЦР берется у групп риска — мы делаем более восьми тысяч анализов в сутки. Еще многие сомневаются в официальной статистике, ссылаясь на число пневмоний. В статистику по COVID-19 попадают ПЦР-подтвержденные пациенты, при этом при пневмониях только в 15% случаев ПЦР-тесты на коронавирус дают положительный результат. Такая картина характерна для всех субъектов федерации. Конечно, если бы в статистику включали по результатам компьютерной томографии или тестов на антитела, она, возможно, была бы несколько выше, но в целом данные объективны. Хотя кто-то имеет антитела и даже не понял, как перенес заболевание, а кто-то легко переболел, не проходя никаких обследований, с уверенностью, что это простуда. В октябре Роспотребнадзор провел исследование уровня иммунизации населения, оно показало, что около 30% жителей Челябинской области к тому времени имели антитела к новой коронавирусной инфекции. Сейчас идет новое, третье исследование, оно должно завершиться до конца декабря. Мы увидим, как поменялась картина за эти месяцы, на которые пришелся пик заболеваемости.

G.: Как идет вакцинация от COVID-19 в регионе? Как распределяются дозы?

И.Г.: Первая крупная поступившая в Челябинскую область партия включала тысячу доз вакцины. Она была распределена между девятью медицинскими организациями в Челябинске, Магнитогорске, а также Миассе и Сатке. Сейчас мы прививаем группы риска — медиков, педагогов, социальных работников, полицейских, волонтеров. Из той тысячи доз 800 поставили медикам, у нас стоит задача охватить эту категорию по максимуму, особенно специалистов амбулаторно-поликлинического звена, к которому сейчас сместилась основная «линия фронта». Еще 100 доз — это педагоги и столько же — все остальные категории. В середине декабря поступила вторая партия — 1700 доз, которую также распределяют между группами риска по эпидпоказателям.

G.: Многие ли медики, врачи, соцработники изъявляют желание пройти вакцинацию?

И.Г.: У медиков этот показатель наиболее высокий — практически 90% выразили желание поставить прививки. Это люди, которые не понаслышке знают, как протекает заболевание, осознают риски не только для себя и своих близких, но и для пациентов, с которыми контактируют. Педагоги на момент опроса в меньшей степени изъявили желание, хотя, я думаю, сейчас, когда во время учебного года они тоже столкнулись с фактами заболеваемости в коллективах, количество работников этой сферы, которые хотят вакцинироваться, тоже выросло. По соцработникам аналогичная ситуация, динамика видна. Даже от людей, не входящих в эти категории, поступает много вопросов. Они уже ждут массовой вакцинации, чтобы снять с себя риски.

G.: Когда может начаться массовая вакцинация?

И.Г.: В ближайшее время мы еще будем вакцинировать группы риска по эпидемиологическим показаниям. Наверное, где-то со второго квартала следующего года уже начнется массовая вакцинация. Планируется, что вакцина будет включена в национальный план прививок и уже тогда получит массовое применение. 23 декабря должно быть получено разрешение на вакцинацию граждан старше 60 лет, пока действует возрастное ограничение, и мы ждем рекомендации в отношении людей старшего возраста. Это крайне важный момент, потому что чаще всего именно пожилые люди оказываются на больничных койках, и летальные исходы тоже в основном происходят в этой возрастной группе.

G.: Вы рассказали о возвращении к плановой медицинской помощи отделений в Челябинске. А как обстоят дела с этим в целом по области?

И.Г.: В условиях пандемии мы до последнего сохраняли возможность проведения диспансеризации. Приостановили ее с 1 октября, когда стал уже очевидным подъем заболеваемости, чтобы не вызвать скопления людей в поликлиниках, разгрузить врачей для оказания экстренной медицинской помощи. Плановая помощь по профилям онкологии и кардиологии продолжалась. На всех этапах пандемии работал Областной онкодиспансер и все его структурные подразделения, Областная клиническая больница, Федеральный сердечно-сосудистый центр. Мы выполнили объемы по высокотехнологичной медицине — это плановые операции по эндокринологии, кардиологии. Несколько ослабла работа с диспансерными группами, то есть с теми людьми, которые имеют хронические заболевания, сейчас мы эту работу активизировали, подключили к ней страховые компании. Они отслеживают группы хронических больных, смотрят периодичность посещений ими медицинских организаций, отслеживают, напоминают, что необходимо пройти дообследование, или напоминают врачам о том, что нужно посетить больного. Такая работа направлена на то, чтобы снизить риски в первую очередь для людей, имеющих сердечно-сосудистые заболевания, которые являются самой большой группой риска. К сожалению, в октябре и ноябре мы фиксировали рост смертности от болезней системы кровообращения. Сделали выводы, усилили работу, перестроили маршрутизацию, и я уверена, что это позволит нам уменьшить риски для этой группы пациентов.

G.: Осенью было много жалоб на долгое ожидание скорой. Удалось ли решить эту проблему? Насколько сократилось время ожидания?

И.Г.: Нормативное время прибытия на экстренные вызовы — кровотечения, ДТП — было и остается 20 минут, это сохранялось и во время пандемии. Те жалобы, которые массово были осенью,— на долгое ожидание или неприезд скорой — сейчас практически отсутствуют. Парк скорой помощи для Челябинска мы усиливали еще летом. Тогда по решению губернатора было приобретено 22 машины. Дополнительно 12 машин купила Русская медная компания, большая часть из них ушла в область. В Челябинске работа по модернизации парка шла и до пандемии, что тоже помогло. В областном центре сейчас практически все машины новые, вопрос был в укомплектованности бригад. Поэтому были привлечены студенты, в частности, Аргаяшский медицинский колледж, из которого 70 человек вышли на работу на станции скорой помощи Челябинска. Была проведена перемаршрутизация части вызовов на неотложную помощь, которая стала работать в режиме 24/7 и позволила в какой-то степени разгрузить скорую и снизить ту напряженность, которая возникла с подъемом заболеваемости. Сегодня мы в течение суток доставляем на компьютерную томографию, хотя были периоды, когда время ожидания доходило до трех-четырех суток. Мы подключили «Яндекс.Такси», которое стало перевозить врачей, выезжающих к пациентам на дом, что позволило высвободить машины скорой для экстренных вызовов. На мой взгляд, сейчас ситуация стабилизировалась, и скорая, и неотложка работают в графике, и мы уже не получаем массовых жалоб на неоказание какой-либо помощи.

G.: Насколько загружен новый областной инфекционный центр, который открылся в Малой Сосновке в ноябре?

И.Г.: Он загружен примерно на 75% от предусмотренной проектом максимальной загруженности в период эпидемии, когда в нем может разместиться до 360 пациентов. Сейчас там более 270 больных. Мы начали строительство еще трех корпусов, чтобы увеличить мощность еще на 250 коек, как раз с целью возвращения больниц Челябинска в плановую помощь. Ожидается, что эти корпуса будут готовы к весне.

G.: Как проявил себя в условиях пандемии бизнес? Насколько активны были компании региона в плане оказания благотворительной помощи?

И.Г.: Наверное, эта ситуация так объединила общество, что сейчас мне трудно перечислить всех и никого не забыть, примеров много. Безусловно, РМК стала самым крупным благотворителем для области в период пандемии. Сначала компания предоставила четыре борта средств индивидуальной защиты в тот период, когда они были в дефиците и их крайне трудно было купить, затем закупала аппараты ИВЛ, машины скорой, реанимобили, с их помощью мы оплачивали «Яндекс.Такси», когда это было невозможно сделать из бюджетных средств. Я уже не говорю про продуктовые наборы и другую гуманитарную помощь. Магнитогорский металлургический комбинат тоже в период изоляции предоставил огромное количество продуктовых наборов, оказывал помощь больницам. Компания «Филипп Моррис» приобрела три тысячи планшетов детям, порядка тысячи пульсоксиметров и кислородных концентратов для медицины катастроф региона. Союз промышленников и предпринимателей Челябинской области тоже аккумулировал деньги и адресно помогал больницам. Десятки предпринимателей кормили врачей на территориях, где есть госпитальные базы, развозили медиков, помогали с ремонтом, привозили воду. Когда мы объявляли сбор средств на благотворительный счет для помощи семьям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации, деньги переводили и крупные, и небольшие компании, и граждане. Например, 50 тыс. руб. пришло от женщины из Агаповского района, и подобных случаев было много. Недавно мы отметили медалью «Спешите делать добро» челябинского предпринимателя, который сейчас живет в Москве, он очень не хотел, чтобы публично называли его фамилию. Сначала этот бизнесмен предложил здание профилактория переоборудовать под ковид, но медики посмотрели и решили, что это будет трудно. Тогда он просто купил десять машин и передал минздраву.

G.: Какие у вас ожидания, прогнозы, как будет развиваться ситуация в ближайшее время?

И.Г.: Мы рассчитываем на эффект от того, что более трети жителей области имеют антитела к новой коронавирусной инфекции. В декабре и январе проведем вакцинацию групп риска. Плюс все-таки мы стали более ответственными, это видно в магазинах, в общественных местах. Ношение масок, социальное дистанцирование становятся привычными нормальными вещами, мы к этому привыкаем. Поэтому, я думаю, нам как минимум удастся сохранить стабильность, но конечно, хотелось бы увидеть снижение. Хочется, чтобы была уже передышка для медиков, социальных работников, которые работают в жестких режимах и очень устали. Если мы ответственно подойдем к проведению новогодних праздников и далее будем соблюдать все рекомендации, то к весне уже точно будет заметное снижение.