ДЕКОМПОЗИЦИЯ ТЕМПОВ РОСТА ЭКОНОМИКИ РОССИИ В 2018–2019 гг.

Макроэкономика

ДЕКОМПОЗИЦИЯ ТЕМПОВ РОСТА ЭКОНОМИКИ РОССИИ В 2018-2019 гг.*

С. М. ДРОБЫШЕВСКИЙ П. Н. ПАВЛОВ

Для оценки текущего состояния российской экономики была проведена декомпозиция темпов роста ВВП России. Вклад фундаментальных факторов производства (труд, капитал, совокупная факторная производительность) в ВВП в 2018 г. составил порядка 1,6 п.п. Вклад конъюнктуры мировых цен на нефть был отрицательным и составил около -0,5 п.п., сумма компонент делового цикла и случайных шоков обеспечила примерно 1,2 п.п. роста. Если не произойдет негативных шоков, то по итогам 2019 г. экономический рост может составить 1,7—2,0%.

Ключевые слова: экономика России, ВВП, декомпозиция темпов роста, совокупная факторная производительность, труд, капитал.

Согласно первой оценке Росстата рост ВВП России в 2018 г. составил 2,3%, что является максимальным значением показателя с 2012 г. Такой результат заметно превысил большинство оценок международных финансовых организаций (МВФ, Всемирного банка, ОЭСР), а также российских банковских аналитиков и экспертов. Номинальный объем ВВП превысил за 2018 г. 100 трлн. руб. (103 626,6 млрд. руб. - примерно 1657 млрд. долл. по среднегодовому курсу рубля).

Рост наблюдался также по большинству основных макроэкономических показателей. Так, индекс промышленного производства вырос в 2018 г. к предыдущему году на 2,9%, грузооборот транспорта - на 2,9%, оборот розничной торговли - на 2,6%. Особо стоит отметить динамику инвестиций в основной капитал: хотя Росстат еще не опубликовал итоговые данные по этому показателю за 2018 г., имеющаяся информация позволяет утвер-

ждать, что в минувшем году инвестиции в основной капитал выросли не менее чем на 5%. В частности, по итогам первых девяти месяцев 2018 г. индекс инвестиций в основной капитал составил 4,1% (аналогичный показатель за тот же период 2017 г. - 3,0%, итоговое значение за 2017 г. - 4,8%). Однако из-за сезонности и особенностей учета инвестиций в основной капитал именно в четвертом квартале традиционно наблюдается их максимальный прирост. Кроме того, Росстат объявил, что и данные за первые три квартала 2018 г. будут уточняться в сторону повышения.

Таким образом, можно говорить о том, что в инвестиционной сфере в 2018 г. наблюдался бурный рост, однако основной вклад в него внесли либо бюджетные инвестиции (завершение строек к чемпионату мира по футболу, строительство моста в Крыму, аэропорта и морского порта Сабетта, инфраструктуры в Москве), либо инвестиции, связанные с госу-

Дробышевский Сергей Михайлович, директор по научной работе Института экономической политики имени Е.Т. Гайдара; заведующий лабораторией макроэкономических исследований РАНХиГС при Президенте Российской Федерации, д-р экон. наук, доцент (Москва), e-mail: dsm@iep.ru; Павлов Павел Николаевич, старший научный сотрудник РАНХиГС при Президенте Российской Федерации (Москва), e-mail: pavlov@ranepa.ru

* — Статья из Мониторинга экономической ситуации в России «Тенденции и вызовы социально-экономического развития» № 3 (86) (февраль 2019 г.), размещенного на сайте Института экономической политики им. Е.Т. Гайдара.

дарственными компаниями (строительство газопровода «Северный поток-2», комплекс «Ямал СПГ» и др.).

Вместе с тем Минэкономразвития России объясняет рост ВВП в 2018 г. действием «разовых факторов»1 и сохраняет свой осенний прогноз с замедлением темпов роста в 2019 г. до 1,0—1,3% (в зависимости от сценария).

Для характеристики текущего состояния российской экономики и оценки возможности выхода на целевые показатели развития мы проанализировали сложившуюся по итогам 2018 г. структуру темпов роста ВВП. Для чего использовали адаптированную к российским условиям методику декомпозиции темпов роста ВВП [1], согласно которой2 наблюдаемые темпы роста являются совокупностью структурной, внешнеторговой и конъюнктурной составляющих. Структурная компонента «отвечает» за долгосрочные темпы роста ВВП и определяется динамикой фундаментальных факторов производства: труда, капитала, совокупной факторной производительности. Внешнеторговая компонента определяется колебаниями условий торговли страны и, в нашем случае, тесно коррелирует с мировыми ценами на торгуемые сырьевые товары: нефть, газ, металлы и др. Конъюнктурная компонента представляет собой сумму внутреннего делового цикла и случайных шоков.

Поскольку используемая нами методика декомпозиции темпов роста ВВП чувствительна к выбранному периоду оценки, а сами оценки в отношении последних нескольких лет наблюдений, представляющих наибольший интерес, могут быть неточными и зачастую корректируются при продлении временных рядов макроэкономических показателей [3], необходимо задать некоторые сценарии развития экономики на несколько лет вперед. Для настоящего расчета мы использовали представленный Минэкономразвития России в рамках пакета документов к проекту Федерального за-

кона «О федеральном бюджете на 2019 год и на плановый период 2020 и 2021 годов» прогноз социально-экономического развития РФ на период до 2024 г.

Прогноз представлен в двух вариантах -базовом и консервативном.

В соответствии с базовым сценарием, как уже отмечено, в 2019 г. темп роста российской экономики составит 1,3%. Однако замедление экономического роста будет носить временный характер и, в результате реализации национальных проектов и мер по повышению инвестиционной активности, темпы роста ВВП в дальнейшем выйдут на более высокую траекторию. Это обеспечит условия, необходимые для реализации основных задач, поставленных Президентом РФ в Указе от 7 мая 2018 г. № 204 «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года». Так, в 2020 г. ВВП России должен вырасти на 2%, а начиная с 2021 г. он должен расти темпами выше 3%, достигнув уровня к 2024 г. в 3,3%.

Консервативный сценарий будет реализо-вываться в условиях значительного замедления роста мировой экономики ввиду «жесткой посадки» Китая и, как следствие, падения спроса на энергоносители и другие виды сырья и, соответственно, мировых цен на них. В частности, к 2024 г. прогнозируется снижение нефтяных цен до 45,9 долл./барр. против 53,5 долл./барр. в базовом сценарии. Как подчеркивается в прогнозе, текущая макроэкономическая политика обеспечивает довольно слабую зависимость внутренних параметров экономики от волатильности нефтяных цен, однако в случае реализации консервативного сценария отрицательное воздействие на экономику России будет исходить со стороны низкого внешнего спроса на отечественные экспортные товары.

В соответствии с указанными сценариями была проведена декомпозиция темпов роста

1 Ш1_: https://www.rbc.ru/economics/13/02/2019/5c6378929a79471f926430ef

2 Указанная методика основана на методике декомпозиции уровня ВВП ОЭСР — см. [2].

ДЕКОМПОЗИЦИЯ ТЕМПОВ РОСТА ЭКОНОМИКИ РОССИИ В 2018-2019 гг.

ВВП для периода 2007-2024 гг.

Как видно из приведенного рисунка, основой вклад в темпы роста ВВП в 2018 г. внесла структурная компонента, которая оценивается нами в 1,6-1,8 п.п. роста в остается достаточно стабильной на протяжении всего периода с 2016 по 2024 гг. Наши оценки показывают, что минимум значений совокупной факторной производительности (СФП) был пройден в 2015-2016 гг. В 2018 г. СФП находилась примерно на уровне 2013 г. (года, когда рост экономики начал ощутимо замедляться еще при сохранении высоких цен на нефть). Даже при реализации базового сценария к 2024 г. СФП не поднимется выше уровня, соответствующего 2008-2009 гг. Вклад инвестиций и увеличения основного капитала в структурные темпы

роста практически полностью компенсируется сокращением численности экономически активного населения.

Несмотря на повышение цен на нефть в 2018 г. с 53 до 69,6 долл./барр. (сорт Urals), они остаются ниже среднего многолетнего уровня за прошлые периоды. Вклад внешнеторговой компоненты в рост ВВП в 2018 г. был отрицательным - примерно -0,5 п.п., но масштабы этого отрицательного влияния были заметно меньше, чем в 2015-2017 гг. Отметим также, что конъюнктурная составляющая в 2018 г. осталась на уровне 2017 г. - примерно в 1,2 п.п., что свидетельствует о сохранении тенденции к плавному циклическому росту экономики.

Таким образом, результаты декомпозиции не свидетельствуют о том, что рост в 2018 г. был связан с воздействием набора разовых внутренних факторов (это должно было отразиться на ускорении конъюнктурной составляющей или, в силу несовершенства методики, СФП - скорее на него повлияло улучшение ситуации на мировых товарных рынках. Динамика структурной и конъюнктурной состав-

Декомпозиция темпов роста ВВП в 2007-2024 гг.

vnns

-10 -12

Годы

Структурная компонента ш Сумма компонент делового цикла и случайных шоков ш Внешнеторговая компонента -Фактический темп роста ВВП

Источник: Росстат, Минэкономразвития России, расчеты авторов.

ляющих ВВП — достаточно плавная и соответствует гипотезе о медленном, но устойчивом преодолении экономикой последствий кризиса 2014—2015 гг., адаптации ее к условиям санкций и е новому, более низкому, уровню цен на углеводородное сырье.

Поскольку Минэкономразвития России учитывает в своем прогнозе снижение цен на нефть в 2019 г. и текущие цены на нее действительно несколько ниже среднего за 2018 г. уровня, увеличение отрицательного вклада внешнеторговой составляющей в темпы роста ВВП выглядит логично. Однако для торможения роста экономики до 1,0—1,3%, как видно

на рисунке, требуется очень серьезное замедление роста конъюнктурной составляющей. Поскольку циклический рост можно считать достаточно устойчивым, к его замедлению может привести либо серьезный внешний и внутренний отрицательный шок, либо смена тренда в динамике структурной компоненты (а именно СФП, так как с точки зрения динамики капитала и рабочей силы процесс достаточно инерционен). В отсутствие таких негативных шоков для конъюнктурной или структурной составляющей рост ВВП в 2019 г. будет, по нашим оценкам, находиться в пределах 1,7— 2,0%.

Литература

1. Дробышевский С., Идрисов Г. и др. Декомпозиция темпов роста российской экономики в 2007-2017 гг. и прогноз на 2018-2020 гг. // Вопросы экономики. 2018. № 9. С. 5-31.

2. Giorno C., Richardson P., Roseveare D. and van den Noord P. Estimating Potential Output, Output Gaps and Structural Budget Balances // OECD Economics Department Working Papers. 1995. No. 152. OECD Publishing, Paris.

3. Turner, D. et al. An investigation into improving the real-time reliability of OECD output gap estimates // OECD Economics Department Working Papers. 2016. No. 1294. OECD Publishing, Paris.

References

1. Drobyshevsky S., Idrisov G. et al. Decomposition of growth rates for the Russian economy in 20072017 and forecast for 2018-2020 // Voprosy Ekonomiki. 2018. No. 9. Pp. 5-31.

2. Giorno C., Richardson P., Roseveare D. and van den Noord P. Estimating Potential Output, Output Gaps and Structural Budget Balances // OECD Economics Department Working Papers. 1995. No. 152. OECD Publishing, Paris.

3. Turner, D. et al. An investigation into improving the real-time reliability of OECD output gap estimates // OECD Economics Department Working Papers. 2016. No. 1294. OECD Publishing, Paris.

Decomposition of Russia's Economic Growth Rates in 2018-2019

Sergey M. Drobyshevsky - Scientific Director of the Gaidar Institute; Head of Macroeconomic Research

Department of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration, Doctor of

Economic Sciences, Associate Professor (Moscow, Russia}. E-mail: dsm@iep.ru

Pavel N. Pavlov - Senior Researcher of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public

Administration (Moscow, Russia). E-mail: pavlov@ranepa.ru

We have performed a decomposition of Russia's GDP growth rates to assess the current state of the Russian

economy. Basic production factors (labour, capital, total factor productivity) in 2018 contributed to the growth