Об особенностях языка «Первой книги для чтения на Вотском языке» И. С. Михеева

УДК 811.511.13'34

ОБ ОСОБЕННОСТЯХ ЯЗЫКА «ПЕРВОЙ КНИГИ ДЛЯ ЧТЕНИЯ НА ВОТСКОМ ЯЗЫКЕ» И. С. МИХЕЕВА

Л. М. Ившин

Удмуртский институт истории, языка и литературы Уральского отделения РАН

Поступила в редакцию 8 февраля 2017 г.

Аннотация: в предлагаемой работе представлены результаты анализа языковых особенностей одного из учебников удмуртского педагога-просветителя конца XIX - начала XX в. И. С. Михеева. В качестве учебного материала автор использовал цикл рассказов, связанных между собой, и тексты различного содержания - загадки, народные песни, религиозную мораль и др. Графика и орфография книги уже приближается к современному удмуртскому правописанию, в частности в учебнике получили отражение все буквы удмуртского алфавита. Письменный памятник отражает фонетическое, морфологическое и лексическое своеобразие кукморского диалекта периферийно-южного наречия удмуртского языка, носителем которого являлся сам автор.

Ключевые слова: удмуртский язык, графика, орфография, диалект, учебник, письменный памятник.

Abstract: the paper analyses linguistic characteristics of one of the textbooks by I. S. Mikheev, who was an Udmurt teacher and enlightener in the late 19th - early 20th century. As learning material he used a series of stories which were related to each other and different kinds of texts such as riddles, folk songs, religious morality tales, etc. Graphics and spelling in the book are already close to modern Udmurt spelling, for instance, all letters of the Udmurt alphabet are presented in the textbook. The written monument reflects phonetic, morphological and lexical features of the Kukmor dialect belonging to peripheral southern dialects of the Udmurt language, as the author of the textbook spoke it himself.

Key words: Udmurt language, graphics, orthography, dialect, textbook, written monument.

Удмуртский просветитель-педагог, автор учебников и методических пособий для удмуртских школ, этнограф и историк, писатель и переводчик Иван Степанович Михеев (1876-1937), деятельность которого выпала на время социально-культурных потрясений и преобразований в России на рубеже Х1Х-ХХ вв., проявил свой талант в разных отраслях гуманитарной науки. Он предложил систему обучения нерусских народов грамоте на родном и русском языках. Освоение курса предлагал начинать на родном языке учащихся, а после овладения ими элементарными школьными навыками переходил к обучению русскому языку на «разговорных уроках». В обучении на русском языке главным считал усвоение «элементарного синтаксиса», прежде всего из практики живой разговорной речи и устных и письменных упражнений. Свои приемы обучения И. С. Михеев называл «методом целых предложений». Как отмечал сам автор в одном из учебников, благодаря связанности текстов у детей вырабатывается интерес к чтению, и дети незаметно для себя преодолевают механизм чтения [1, с. 45]. Согласно литературоведу А. Уварову, одаренный педагог И. С. Михеев, учитывая педагогический опыт Л. Н. Толстого, особое внимание обратил на умение детей излагать

© Ившин Л. М., 2017

мысли по увиденному и пережитому и поставил цель: основным письменным занятием в начальной школе должны быть не диктовка и списывание упражнений, а составление изложений и сочинений [2, с. 15].

Родился он в селе Ошторма-Юмья Мамадышско-го уезда Казанской губернии в 1876 г. в обыкновенной крестьянской семье. После окончания Казанской инородческой учительской семинарии в 1895 г. работал сначала помощником учителя, а затем учителем в Центральной вотской школе в Карлыгане, с 1896 г. - учителем образцового начального удмуртского училища при Казанской учительской семинарии. В 1913 г. И. Михеев был уволен и вплоть до 1917 г. занимался подготовкой учебно-методической литературы и издательской деятельностью в Казани. В 1918-1924 гг. вновь учительствовал в семинарии, а с 1924 г. преподавал русский язык в Казанском восточно-педагогическом институте в удмуртских, чувашских и татарских группах. С 1929 по 1936 г. Иван Степанович работал в учебных заведениях Средней Азии (Ходжент, Сталинабад, Самарканд), а в 1936 г. был приглашен в Марийский педагогический институт в качестве доцента по методике преподавания русского языка. В 1937 г. И. С. Михеев был обвинен в нарушении учебных программ, объявлен «врагом народа» и расстрелян [3, с. 104-105].

«Первая книга для чтешя на вотскомъ языкЪ» И. С. Михеева не раз являлась объектом исследования ученых-филологов. Так, в одной из работ были рассмотрены сюжетно-композиционные особенности детских учебно-хрестоматийных пособий просветителя. Своеобразием вышеназванного издания авторы отмечают то, что И. С. Михеев прибегал к контаминации жанров, переработке сюжетов и переводу иностранных текстов. В его книге гармонично переплетаются художественный вымысел, фольклорная поэзия, религиозные сюжеты и этнографический материал [4, с. 60].

В настоящем исследовании мы подробнее остановимся на языковых особенностях «Первой книги для чтешя на вотскомъ языкЪ» И. С. Михеева.

Эта книга, как и все другие произведения педагога, была издана в Казани. Год издания - 1907 [5]. Она представляет собой своеобразный сборник рассказов (с. 3-66) на удмуртском языке, составленных самим автором. Рассказы связаны с общей темой -жизнью мальчика Коли от рождения до завершения учебы в семинарии и начала работы учителем в своей родной деревне. Со страницы № 67 идет краткое приложение, касающееся графики и орфографии удмуртского языка (произношение своеобразных букв ^ н, у, правописание букв э и е, и, а также ъ и ь). Как по графике, так и по орфографии в качестве закрепления материала даны списки слов, в которых ученикам предусматривается написать ту или иную пропущенную букву. Далее дается 120 рисунков (орудий труда, животных, птиц, рыб, растений, вещей), где автор предлагает написать их названия на удмуртском языке. На с. 76-78 перечислены названия животных, птиц, одежды, орудий труда, продуктов, фруктов и разных трав. Далее автор приводит определение предложению, текст без знаков препинания, в котором учащиеся должны поставить точки в конце предложений. Для закрепления материала дано 36 рисунков, о каждом из которых предлагается составить одно предложение. Всего по книге встречается 216 рисунков.

Графические особенности

Для записи удмуртских слов использованы:

1) общеизвестные буквы русского алфавита: Аа, Бб, Вв, г, Дд, Ее, ё, Жж, Зз, Ии, й, Кк, Лл, Мм, Нн, Оо, Пп, Рр, Сс, Тт, Уу, Х, Цц, Чч, Шш, ъ, Ыы, ь, Ээ, Юю, Яя;

2) специфические знаки, представляющие собой буквы кириллицы или латиницы (с диакритическими знаками или без таковых): И, _], Ъ, 0, ж, з, ч, й, о, у (как видим, в данном памятнике удмуртской письменности уже используются все четыре аффрикаты ж, з, ч, ч и своеобразные гласные й и о, которые свойственны для удмуртского языка);

3) сочетания букв: ff (н + г).

1. Латинская буква i используется для обозначения инлаутного звукосочетания -ий- перед последующей гласной: К'юн адямилы туж уно изъян вае 'Волк для человека много вреда приносит' (Мих. 22) (далее примеры приводятся лишь с указанием страницы источника). Соин соёсуно дыръя в'шло соёсыз, соёслэсь каръёссэс тугало 'Поэтому они [крестьяне] убивают их [воробьев], разоряют их гнезда' (26). Соёсыз пудоос туж japambica ció 'Их [кормовые травы] животные поедают с любовью' (42).

2. Буква у использована для обозначения специфического огубленного гласного передне-среднего ряда верхнего подъема (употребляется преимущественно в периферийно-южных и южных говорах удмуртского языка): Зор бере вуэн тырмем вань куйыёс, шуръёс, нюкъёс 'После дождя все колодцы, реки, лога наполнились водой' (15). Нунал кузёмиз, уй вакчгомиз 'День удлинился, ночь стала короче'

(28). Кизись муртлы сое кунь арезлы ог пол гынэ кизьыны кулэ 'Сеятель его [траву] должен только раз в три года сеять' (43).

Встречаются единичные примеры написания на месте у буквы ю: Нюлетй урокын Законъ Божгй вылэм 'На четвертом уроке был [предмет] Закон Божий' (10).

3. Буквой ff автор передает заднеязычный носовой сонант: Кулэм пудолэсь зынзэ со тямыс изиськемисен шодэ 'Запах падшего животного он [волк] за восемь верст чует' (22). Иньтыен-иньтыен соёсыз ана вылэ но кизё 'Местами их [травы] и на участках сеют' (43).

4. Латинская буква j используется для обозначения анлаутного палатального согласного д': Чукналы быдэ отсы нянь пыргос, jy тйсьёс поно вылэм 'Каждое утро туда [в кормушку] сыпали хлебные крошки, зерно'' (26-27). Крестьянъёс кизё, бакчаязыjдмышъ-ёс пукто 'Крестьяне сеют, на огородах садят овощи

(29). Соёслэн jb^bi бадзым луэ, мугорзы зок луэ, быжзы но луэ 'У них бывает большая голова, толстое тело и хвост' (32).

5. Буква ü использована для обозначения предшествующего велярного согласного перед гласной и: Бертйльлям соёс азьло возь кузя, собере бусы вамен 'Воротились они домой сначала по лугу, затем - через поле' (33). Солэн погырам куараез сизьым изьке-ме кылйськем 'Звук [треск] от его [дерева] падения был слышен за семь верст' (41-42).

Орфографические особенности памятника

Правописание книги максимально приближается к орфографии современного удмуртского языка, за исключением некоторых явлений следующего характера:

1. Мягкость сдвоенных согласных обозначается следующим образом - после первого согласного

ставится мягкий знак, после второго пишется йотированная буква я —льля-: Пинялъёс школэ кош-кильлям, Коля корказ кылем 'Ребята ушли в школу, Коля остался дома' (5). Ваньмыз изьыны выдыльлям 'Все легли спать' (15). Выныз курегъёсызульлясаулэ вылэм 'Братик [Коли] кур погонял было' (34).

Однако в одном предложении встречается современное написание: Дышетись солэсь ] ырзэ маялляса, парта куспе пуксьыны косэм 'Учитель, погладив его по голове, попросил сесть за парту' (6).

2. Частица ик 'же' пишется слитно: Соёс кыкна-зыик оброс азьын сыло. 'Они оба стоят перед иконой' (4). Со сое со жытйк чырдыса быттэм 'Он ее [книгу] прочитал в тот же вечер' (18).

3. Частица ке 'если' написана в основном через дефис: Кемагес дышечки-ке ещё ноуногес тодо 'Если подольше буду учиться, еще больше буду знать' (28). Чибинь бакалэн кыл вылаз пуксиз-ке, кошкемез уг луы ини 'Если комар сядет на язык лягушки, улететь уже не сможет' (32).

Встречаются единичные слитные написания этой частицы: Озьы восяськидке, Инмар тыныд зеч улон сётоз, музъем вылын но кема улод 'Если будешь молиться таким образом, Бог тебе хорошую жизнь даст, и на земле будешь жить долго' (4). Коля пе шуэ: «атай, мыным кычеке книга басьты» 'Коля, де, говорит: «Отец, купи мне какую-нибудь книгу»' (17).

4. Различное (слитное, раздельное, черездефис-ное) написание одних и тех же сложных слов: Толал-тэ тыло-бурдоёсыз сюдэ 'Зимой кормите птиц' (18). Толалтэ тылобурдоёслэн улонзы туж шуг луэ. 'Зимой жизнь у птиц бывает очень тяжелой'. Ог школын дышетись пинялъёслы толалтэ тыло бурдоёсыз сюдыны кенеш сётэм 'В одной школе учитель посоветовал ребятам зимой кормить птиц' (26).

Диалектные особенности в области вокализма

1. Замещение дентальных н, д их палатальными кореллятами (н', д1): Школын дышетись, дышечкись пинялъёс, нылъёс пуко 'В школе сидят учитель, учащиеся мальчики, девочки' (8). Восяськыса книгадэс басьтэ но, иньтыяды пукселэ 'Помолившись, возьмите вашу книгу и садитесь на свое место' (12). Амбарен артэ скал гидь 'Рядом с амбаром коровий хлев [стоит]' (17). Данное явление встречается в южных говорах и кукморском диалекте, а также в бесер-мянском наречии удмуртского языка [6, с. 107].

2. Употребление гласной и перед палатальными согласными: Иванъ Петровичъ шкапсэусьтыса, солы виль доска сётэм 'Иван Петрович, открыв свой шкаф, дал ему [Коле] новую доску'. Коля туж шумпотыса корказ бизьыса бертыса кошкем 'Коля, сильно обрадовавшись, быстро убежал домой' (12). Это явление характерно для южного наречия и части срединных говоров. В северной диалектной зоне и части средин-

ных говоров в этой позиции употребляется фонема ы (ъ) [6, с. 65-66].

3. Употребление фонемы ы перед велярными согласными: Тон сое каждый нал чырды 'Ты ее [книгу] читай каждый день' (12). Колялэн атаез гозы пынэ... 'Отец Коли вьет веревку' (12). Подобное явление встречается в южной диалектной зоне, в северных диалектах и литературном удмуртском языке на месте ы стоит и [6, с. 67-68].

4. Употребление огубленного гласного передне-среднего ряда верхнего подъема у в первом слоге: Зучы пичи пыны тусъем луэ, только солэн быжыз кузь, мамыко луэ, нырыз]ылсо луэ 'Лиса бывает похожа на маленькую собаку, только у нее хвост длинный, пушистый, мордочка острая' (23). Со больмый-ын нюльдон мында пинял пукем... 'В этой комнате сидели около сорока ребят' (49). Это явление находит место во многих периферийно-южных говорах (кук-морском, бавлинском, шошминском, красноуфим-ском). В других диалектах и литературном удмуртском языке вместо у характерно ы (буйно-таныпский говор и бесермянское наречие) или у (срединные и северноудмуртские говоры) [6, с. 68-69].

5. Сохранение праудмуртского согласного *у: Со дышетисьлэсь ог коняке книга басьтэм но нуналлы быдэ кызь бан чырдэм, со бере гожъяськем 'У учителя он [Коля] взял несколько книг, каждый день читал по двадцать страниц, затем занимался письмом' (48). Со гожтиське зуч кылъёслэн пуназ куаратэм буква бере 'Он [твердый знак] пишется в конце русских слов после согласных букв' (69). Данная фонема в большей степени локализована в периферийно-южных (кукморский, буйно-таныпский, татышлинский, бавлинский, красноуфимский) говорах, реже встречается в говорах южного диалекта и срединных говорах. В северноудмуртской диалектной зоне и части срединных говоров этот сонант заместился сонорными м, н или н' [6, с. 82].

Диалектные особенности

в области консонантизма

1. Употребление й в интервокальном положении: Со кокыйын ческыт умен изе 'Он [ребенок] спит в люльке сладким сном' (3). Азьло ветлильлям соёс бусыйын, нюлэскын, собере возь вылын 'Сначала они [ученики] ходили по полю, лесу, затем - по лугу' (39).

2. Ассимиляция й в сочетания м + й в н': Нуны дорын скамня вылын анаез пуке ' Около младенца, на скамейке, сидит его [Колина] мама' (3). Чукна сул-тыны эн азьтэмняськы... 'Встав утром [со сна], не ленись^ (15). Данное явление, очень редкое в диалектах, встречается преимущественно в отдельных периферийно-южных говорах, например в кукморском [6, с. 105] и бавлинском [7, с. 123-124].

3. Замещение общеудмуртского инициального й- согласным д' или д'з: Диняз бертыса Коля чай }уыны пуксем 'Придя к себе домой, Коля сел пить чай' (34). Сизьыл }у кизисьёс культозэс пырто но кутсало... 'Осенью сеятели [зерна] снопы заносят и жнут' (46). Корреспонденция й- > д'регулярно встречается в бавлинском и шошминском говорах, а й- > д'з - в кукморском говоре периферийно-южного диалекта [6, с. 95]. Как пишет И. С. Михеев в конце книги, эту букву вятские (северные. - Л. И.) удмурты произносят как й, а казанские (южные. - Л. И.) - как дь (67).

4. Упрощение инлаутной консонантной группы (-рСС- > -рС-): Коля школэ дышечкыны мыныны тыртэ 'Коля собирается идти в школу учиться' (5). Ачыд]урты солы 'Ты сам помоги ему [учителю]' (10). Юон туж кужмо: со быдэс ыжез курчыса, тыбыр вылаз поныса нуса кошке 'Волк очень сильный: он овцу целиком может унести, укусив и положив на [свою] спину' (22). Это явление характерно для кук-морского, шошминского и красноуфимского говоров периферийно-южного наречия, а также бесермянско-го наречия [6, с. 108-109].

Фонетические особенности в морфологии

1. Образование множественного числа существительных и местоимений с основой на гласную с помощью консонантного алломорфа -йос: Инмар соёсл-эсь восьсэс кылэм 'Бог услышал их молитву' (15). Вал пудоёс куспись самой бадзым, чебер пудо 'Лошадь среди домашних животных - самое большое, красивое' (20). Данное явление в основном характерно для южноудмуртской диалектной зоны, однако в качестве исключений встречается в срединных говорах и некоторых диалектах северного наречия удмуртского языка, например среднечепецких [8, с. 39].

2. Образование аккузатива существительных и местоимений с помощью суффикса -ыз: Со уно изъян ваисьномыръёсыз, бугыл'шсызбыттэ 'Он [воробей] уничтожает много гусениц, бабочек, приносящих вред' (26). Со соосыз коть ку п,ечлы дышетэм 'Он [Ильминский] их [учеников] всегда обучал [всему] хорошему' (49). Данный тип суффикса характерен в основном для южной диалектной зоны и южной части срединных говоров. В северных диалектах, части срединных говоров и бесермянском наречии аккузатив имеет формант -ты [6, с. 119-120].

3. Употребление показателя элатива с и-овой огласовкой: Куколка пушкись насЬкомоёс пото 'Из куколки появляются насекомые' (34). Возь вылись турым шуя 'Трава на лугу вянет? (45-46). Окончание элатива -ис' характерно для южноудмуртской диалектной зоны, а в говорах северного наречия и срединных говорах, бесермянском наречии этот суффикс выступает с ы-вой инициалью [6, с. 121].

4. Залоговый суффикс глаголов I спряжения оформляется суффиксом -чк-: Коля жок куспе пуксьы-са книгазэ чырдыны кучкем 'Сев за стол, Коля начал читать книгу' (18). Школын дышечкон дугдиз 'Учеба в школе закончилась^ (29). Подобное явление характерно для кырыкмасских [6, с. 141], граховских [9, с. 69], а также верхнечепецких [10, с. 92] говоров удмуртского языка.

5. Образование деепричастий с временным значением с помощью суффикса -кы: Корка возьмаса улыкыз Коля ношик ужтэк пукымтэ 'Когда Коля сидел и сторожил дом, он не сидел без работы' (37). Та кылъёсыз гожтыдыкы кулэ иньтые мягкШ знакъ пуктэ 'Когда будете писать эти слова, в нужное место впишите мягкий знак' (70). Этот вариант суффиксальной морфемы функционирует в южном наречии и части срединных говоров [6, с. 159], бесермянском наречии и в нижнечепецком говоре [11, с. 182].

Лексические особенности

Безусловно, исследуемый письменный памятник в основе своей содержит общеудмуртскую лексику. Однако встречается немало слов, характерных только для ограниченного ареала проживания удмуртов - для южного наречия. К таким относятся:

Коля но изьызэ басьтэм но школэ мыныны тыртэ вылэм 'И Коля, взяв шапку, собрался было идти в школу' (5).

Анаез сое лэзем 'Его [Коли] мать его [Колю] отпустила' (6).

Выныз выж вылын кочышен шыдэ 'Его младший брат на полу с кошкой играет' (12).

Соёс куйы но гудзысаутё вылэм... 'Они [люди] и колодец пробовали рыть...' (14).

Ваньмыз изьыны выдыльлям 'Все легли спать' (15).

Пойшуръёс туж кышкась луо: соёс ог огзылэсь но муртлэсь но курдало 'Животные [дикие] бывают очень пугливыми: они боятся и друг друга, и человека' (22).

Зольгри адямилы туж уно пайда вае 'Воробей для человека приносит много пользы' (26).

Крестьянъёс кизё, бакчаязы ]омышъёс пукто 'Крестьяне сеют, на огородах садят овощи' (29).

Огпол Коляен Миша мыныльлям вуэ пырыны. 'Од-нажны Коля с Мишей пошли купаться' (31).

Тэкчась улэ вуын, возь вылын 'Лягушка живет в воде, на лугу' (32).

Тури чаляггес кошкем ' Журавль побыстрее ушел' (48).

Таким образом, исследовав данный письменный памятник удмуртского языка и культуры, можем сделать следующие выводы: 1) графика и орфография уже максимально приближаются к современному литературному написанию, особенно орфография;

2) в первой книге для чтения И. С. Михеева представлены фонетические, морфологические и лексические особенности периферийно-южного диалекта удмуртского языка, в большей степени кукморского говора.

ЛИТЕРАТУРА

1. Михеевъ И. С. Вторая книга для чтешя и практи-ческихъ упражненш на русскомъ языкЬ для инородцевъ / И. С. Михеевъ. - Казань, 1908. - 120 с.

2. Уваров А. Н. К вопросу о становлении жанров удмуртской литературы дооктябрьского периода / А. Н. Уваров // Об истоках удмуртской литературы / НИИ при Сов. Мин. УАССР. - Ижевск, 1982. - С. 5-51.

3. Фролова Г. Д. Просветители удмуртского народа : очерки развития педагогической мысли / Г. Д. Фролова. - Ижевск, 1996. - 224 с.

4. КамитоваА. В. Художественные опыты И. С. Ми-хеева в просветительской практике / А. В. Камитова, Т. Г. Волкова // Ежегодник финно-угорских исследований. - Ижевск, 2015. - Вып. 1. - С. 56-67.

5. Михеевъ И. С. Первая книга для чтешя на вот-скомъ языкЬ / И. С. Михеевъ. - Казань, 1907. - 80 с.

6. Кельмаков В. К. Краткий курс удмуртской диалектологии : Введение. Фонетика. Морфология. Диа-

лектные тексты. Библиография / В. К. Кельмаков. -Ижевск : Удм. Изд-во, 1998. - 386 с.

7. Тараканов И. В. Некоторые явления ассимиляции, элизии и вставки звуков в удмуртском языке (на материале бавлинского диалекта) / И. В. Тараканов // Труды / Ин-т языка и лит. АН ЭССР. - Таллинн : Эст. гос. изд-во, 1960. - С. 117-153.

8. Карпова Л. Л. Лексика северного наречия удмуртского языка : Среднечепецкий диалект / Л. Л. Карпова. - Ижевск, 2013. - 600 с.

9. Атаманов М. Г. Граховские говоры южноудмуртского наречия / М. Г. Атаманов // Материалы по удмуртской диалектологии : Образцы речи / НИИ при Сов. Мин. Удм. АССР. - Ижевск, 1981. - С. 45-96.

10. Алашеева А. А. Верхнечепецкие говоры I / А. А. Алашеева // Образцы речи удмуртского языка / НИИ при Сов. Мин. Удм. АССР. - Ижевск, 1982. -С. 91-105.

11. Тепляшина Т. И. Нижнечепецкие говоры север-ноудмуртского наречия / Т. И. Тепляшина // 3аписки / Удм. НИИ истории, экономики, лит. и яз. при Сов. Мин. Удм. АССР. - Ижевск, 1970. - Вып. 21. - Филология. -С. 156-196.

Удмуртский институт истории, языка и литературы Уральского отделения РАН

Ившин Л. М., кандидат филологических наук, научный сотрудник

E-mail.: leonid-ivshin@rambler.ru Тел.: (3412) 68-78-70; 8-950-815-62-01

Udmurt Institute for History, Language and Literature of the Ural Brush of the RAS

Ivshin L. M., Candidate of Philology, Researcher E-mail.: leonid-ivshin@rambler.ru Tel.: (3412) 68-78-70; 8-950-815-62-01