Отражение социальной дифференциации языка в текстах вывесок (на материале языка г. Владивостока)

ОТРАЖЕНИЕ СОЦИАЛЬНОЙ ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ ЯЗЫКА

В ТЕКСТАХ ВЫВЕСОК

[НА МАТЕРИАЛЕ ЯЗЫКА г. ВЛАДИВОСТОКА)

Социолингвистика, социальная дифференциация языка, язык города, городская эпиграфика,

тексты вывесок, языковая политика.

Статья посвящена описанию текстов вывесок г. Владивостока в социолингвистическом аспекте, а именно способам репрезентации социальной дифференциации языка в названиях городских объектов. Описаны элементы разговорной речи, городского просторечия, профессиональных и социальных жаргонов, представленные в текстах вывесок. Анализируются названия различных предприятий с точки зрения культуры языка, а также затрагиваются вопросы языковой политики в сфере городских номинаций.

N. V. Mikhailyukova

Reflection of social differentiation

OF THE LANGUAGE IN TEXTS PLACED ON SIGNS

Sociolinguistics, language social differentiation, city language, urban epigraphy, texts of signs, language policy.

This article discusses the texts on the signs in Vladivostok city in a sociolinguistic aspect, namely, the ways of representation of social differentiation of the language in the names of the city objects. It describes the elements of the spoken language, urban vernacular, professional and social slangs, which are presented in the texts of the signs. It analyzes the names of different companies in terms of the language culture as well as touches the issues of the language policy in the field of urban naming.

Системный анализ различных сфер городской коммуникации позволяет представить реальную картину функционирования современного русского языка, оценить его состояние и перспективы развития. Современный город открывает перед лингвистом широкие возможности для изучения как социальной дифференциации языка (речь лиц разного социального статуса, образовательного и культурного уровня, национальности, возраста, профессии), так и его функциональной дифференциации (устная речь в типовых ситуациях городского общения, а также городская эпиграфика). Термин «эпиграфика» употребляем, вслед за Т.В. Шмелевой, для обозначения малых письменных текстов, помещаемых на различных объектах городского пространства: вывески, плакаты, рекламные щиты, объявления, таблички с названиями улиц, граффити и т. п. [Шмелева, 1994].

Комплексное описание языка города представлено в работах М.В. Китайгородской и Н.Н. Розановой [Китайгородская, Розанова, 2010]. Исследование городской эпиграфики имеет богатые традиции в Красноярске. Так, «языковому портретированию Красноярья» посвящены работы Т.В. Шмелевой, К.П. Михалап, Л.З. Подберезкиной, А.А. Трапезниковой и других [Михалап, Шмелева, 1987; Шмелева, 1994; 1996; Подберезкина, 1997; 1998; 2003; Подберезкина, Трапезникова, 2012].

Актуальность данного исследования определяется, с одной стороны, включенностью темы в контекст изучения функциональной дифференциации русского языка в современном городе, с другой - разнообразием речевых явлений, отраженных в текстах вывесок, многоаспектная интерпретация которых важна для теоретического языкознания рубежа XX—XXI вв.

Важнейшей социолингвистической особенностью большого города является речевое взаимодействие различных слоев населения (людей разных национальностей, профессий, образования и т. д.). Необходимость изучения языка города в соотношении с социальной стратификацией населения была сформулирована еще Б.А. Лариным: «Содержание лингвистической истории большого города — в борьбе языков, отражающей непрестанное столкновение и скрещивание в нем разнородных культур» [Ларин, 1997, с. 190]. Основным принципом языкового существования горожанина Б.А. Ларин считал полиглоссность, то есть владение разными подсистемами языка. Язык Владивостока (как любого большого города) — явление лингвистически неоднородное, что обусловлено социальной гетерогенностью. Языковая неоднородность города обнаруживает себя как в устной речи, так и в письменных городских текстах. Объектом нашего исследования послужили вывески города Владивостока, репрезентирующие социальную дифференциацию языка.

Городская речь существует в нескольких функционально-стилистических разновидностях - кодифицированный литературный язык, разговорная речь, профессиональный и социальный жаргон, городское просторечие [Китайгородская, Розанова, 2010, с. 42]. Все названные подсистемы представлены и в текстах вывесок. Т.В. Шмелева также указывала на полиглоссность современного города: «О многоязычии города заставляет говорить и множество стилей, сменивших практически единственный в советском городе официально-монументальный стиль. Вытеснение его происходит, в частности, за счет экспансии бытового» [Шмелева, 1998, с. 153]. Рассмотрим данные явления подробнее.

Разговорная речь в текстах вывесок. В вывесках Владивостока используются лексические средства и модели разговорно й речи, а также орфографические приемы передачи интонации. Подобное явление отмечают и другие исследователи языка города, например М.В. Китайгородская и H.H. Розанова: «В малых письменных жанрах ярко прослеживается взаимодействие между письменной и устной речью. Письменные тексты вбирают в себя приметы устной непринужденной речи — от лексики до интонационных сигналов» [Китайгородская, Розанова, 2010, с. 67]. Например, кондитерский магазин «Лакомка», салон оптики «Очкарик», сети закусочных «Обжорка», «Вкусняшка» и т. п.

В текстах вывесок все чаще используется «неноминативная» по своей природе лексика: междометия-звукоподражания (закусочная «Ням-Ням», зоомагазины «Кис-Кис маркет», «Мяу-маркет», «Кис-Кис-Гае», магазин детской обуви «Топ-Топ»), эвфемистические разговорные выражения (свадебный салон «Любовъ-Мор-ковъ», зоомагазин «Ежкин кот»), разговорные фразеологизмы (продовольственный магазин «На скорую руку», дискаунтер одежды «Остатки сладки», автомагазин «Полным ходом)», сеть закусочных «На каждом шагу», ресторан «На широкую ногу», магазин товаров для садоводства «Голова садовая», кафе «Теплое местечко», «Голод не тетка», автокафе «Чао, какао!» и т. д.).

Продуктивной моделью в сфере городских вывесок можно считать так называемые «рекламные диминутивы»: парикмахерские «Кудряшка», «Милашка», продовольственные магазины «Островок», «Солнышко», магазин детской одежды «Степашка», магазин товаров для детей «Смайлик», автомагазины «Япошка», «Самураюшка».

Наблюдается в вывесках процесс онимизации типично разговорного родового обозначения («Кафешка», «БуфеН», «Магазинчик», «Сток»), то есть общее название типа объекта выполняет функцию индивидуального имени заведения.

В сфере экспрессивной номинации появились новые модели предикативного типа, своеобразные выкрики-зазывы: магазин строительных материалов «Стройся», дискаунтеры «Экономь», «Самбери», кафе «Заходи на огонек», продовольственный магазин «Заходи по-соседски», киоск с газетами и журналами на автовокзале «Возьми в дорогу» и др.

Яркой чертой «устности» можно считать проявление интонационных сигналов в «словах на вывесках» [Китайгородская, Розанова, 2010, с. 68]. В текстах названий городских объектов начинают употребляться знаки пунктуации. Частотно использование восклицательного знака как сигнала «побудительной интонации». Например, киоск экспресс-кофе «Возьми кофе с собой!», агентство краткосрочных займов «Пойдем!», магазины стройматериалов «Строй-ка!», «Сделай сам!», автомагазин «Газуй!», продовольственные магазины «Покупай!», «Покупай-ка!», «Плати меньше!», автомагазин «Все для тебя, водила!», сеть закусочных «Ешь-ка!» и др. Такие тексты построены как реплики диалога, о чем свидетельствуют следующие лексико-грамматические показатели: форма императива, обращение, а также интонация.

Восклицательный знак как средство побуждения адресата приобрести именно этот товар используется не только в глагольных конструкциях, но и в текстах с именем существительным, например: магазины одежды «Модники!», «Вещь!», парикмахерская «Красота!», дискаунтер «Выбор!» и т. д.

Возможно построение текстов вывесок в форме вопросительного предложения: сеть киосков экспресс-кофе «Чашечку кофе?», автокафе-бистро «Хочешь кушать? Подъезжай к окошку!», «Голоден?» (ниже в качестве ответа на этот вопрос изображен гамбургер).

Тексты, основанные на предикативных конструкциях, показывают, что «монополия номинативного (именительного) падежа нарушена» [Китайгородская, Розанова, 2010, с. 67].

В текстах вывесок обнаруживается и такая характерная особенность разговорной речи, как конситуативная обусловленность. Нередко тексты названий различных объектов ориентированы на горожан, обладающих общей апперцепционной базой, знающих неофициальные топонимы. Например, автомагазины «На тещином языке» (неофициальное название ул. Стрелочная), «На Военке» (ул. Военное шоссе), «На Зеленке» (неофициальное название автомобильного рынка «Зеленый угол»), продовольственный магазин «На Перваке» (неофициальное название микрорайона «Первая речка») и др. В указанных текстах используются типичные для разговорной речи стяженные формы. В качестве официального возможно закрепление названия объекта, существующего в речевом обиходе жителей того или иного микрорайона. Так, например, супермаркет «Толстошеинский» первоначально имел другое название, но «в народе» функционировала именно эта номинация по фамилии владельца, позже закрепившаяся как официальная.

Употребление разговорной речи в текстах усиливает рекламную направленность вывесок, поскольку, с одной стороны, делает название «запоминающимся», с другой - способствует сближению с адресатом, так как разговорная речь понятна каждому. Модели, построенные на основе императива, создают иллюзию у потребителя, что обращаются именно к нему, что также повышает спрос на данные товары или услуги.

Городское просторечие в текстах вывесок. Городское просторечие - особая разновидность городской речи, занимающая промежуточное положение между

групповыми и профессиональными жаргонами и литературным языком [Крысин, 2003, с. 64]. Данная подсистема языка в целом анормативна. Носители городского просторечия - это малообразованные горожане, использующие слова и выражения, грамматические формы и конструкции, свойственные нелитературному разговорному употреблению. Приведем примеры текстов вывесок, основанных на элементах городского просторечия. Бар «Все путем», мебельный магазин «Мебеля», автомастерские «Привода», «У Jlexu», автомагазины «У Серого», «У Толяна», закусочные «У дяди Славы», «У тети Любы», кафе «Надо же!», мясная лавка «Мяско от фермера», продуктовая лавка «Колбаска и сырок» и др.

Такие вывески демонстрируют речь определенной социальной группы горожан и уровень образованности имядателей. Кроме того, подобные тексты отражают и ориентацию на определенный тип адресата, носителя городского просторечия. Элементы просторечия, как и разговорной речи, делают речевой облик города менее официальным и способствуют сближению поставщика товаров и услуг и потребителя.

Профессиональные жаргоны в текстах вывесок. Особый интерес представляют тексты вывесок, основанные на использовании морского жаргона, поскольку Владивосток — портовый город. Примечательно, что подобные тексты названий принадлежат городским объектам, как правило, расположенным в отдаленных от центра районах, где находились раньше общежития, дома для моряков и их семей. Приведем примеры: бар «Винные параллели» (шутл. - полоса (пояс) тропиков, в которых команды советских рыболовных судов получали (до 1985 г.) «тропическое» вино по 300 г в день. Разбавленное водой, оно хорошо утоляет жажду), продовольственный магазин «Артелка» (помещение для хранения судовой провизии), кафе «У кока» (кок - повар на корабле), бар-клуб «Баковый вестник» (разг. шутл. — слухи, которыми обмениваются матросы кают-компании. Слухи, которые появляются с бака, именуют на кораблях презрительно баковыми вестями), бар «У стенки» (стенка - причал, пирс).

Яркой чертой языкового облика Владивостока является употребление профессионального жаргона автолюбителей и людей, занимающихся автомобильным бизнесом, в связи с тем что здесь очень много автомобилей, преимущественно японского производства, автомагазинов, автосалонов и т. д. Специфической чертой в сфере городских вывесок является то, что в текстах названий предприятий, занимающихся автобизнесом, широко распространено использование разговорных названий автомобилей. Приведем ряд примеров текстов вывесок автомагазинов, специализирующихся на автозапчастях для определенной марки автомобиля: «Джипу с», «Джипчик» (Jeep), «Крузак» (Land Cruiser), «Чайник» (Toyota Chaser), «Кубик» (Nissan Cube), «Вагонерки» (Wagon R, но так называют не только эту модель, но ей подобные по внешнему виду), «Прадик» (Land Cruiser Prado).

Самый крупный автомобильный рынок во Владивостоке называется «Зеленый угол», неофициальный, разговорный вариант - «Зеленка», производное слово - зеленщик (продавец автомобилей на рынке «Зеленый угол»). Как следствие, появились следующие тексты вывесок: автомагазины «У зеленщика», «АвтоВыгода (ниже) Самый честный зеленщик», «Зеленка. NET».

В коммуникативном пространстве Владивостока представлено значительное количество вывесок, отражающих поставки японских автомобилей непосредственно из Японии, например, «AutoVlad (ниже) Флажковые авто: Качество Гарантия», «Japan Star (ниже) Авто со стоянок Японии (не паковские)». Прокомментируем данные тексты: «Флажковые авто» — это автомобили, привезенные с так называемых «флажковых стоянок» в Японии, на которых продают непосредственно сами

японцы, следовательно, есть гарантия честной сделки (информация о машине самая достоверная). «Паковские автомобили» — автомобили, которые продают в Японии пакистанцы. Качество таких машин определить сложно, как правило, это машины, побывавшие в серьезной аварии и восстановленные.

Частотно в текстах названий автомагазинов и автомастерских использование прозвищных именований автозапчастей и различных процессов. Приведем примеры: «Авторазборка Good, Parts (ниже) Богатый выбор запчастей: губа, уши на Бочку, поросенок и многое другое» (губа - спойлер ниже бампера, поросенок - привод масляного насоса, уши - боковые зеркала, Бочка - Toyota Corona), «Tuningoff (ниже) Прокачаем ваш Харек» (прокачать - улучшить автомобиль, добавить дополнительные опции и т. д., Харек — Toyota Harrier).

Таким образом, можно сказать, что тексты вывесок демонстрируют две ведущих отрасли в экономике Владивостока: автомобильный бизнес и производство, связанное с морем.

Слэнг в текстах вывесок. В основе современных социальных жаргонов лежит тюремно-лагерный жаргон, который, пополняясь новообразованиями и изменяя значения традиционно используемых языковых средств, проник в речь практически всех слоев населения. Так, например, по словам Л.П. Крысина, «активная интервенция тюремно-лагерного жаргона и различных его разновидностей во все сферы русской речи — одна из характерных примет современной языковой ситуации» [Крысин, 2003, с. 76]. Следовательно, можно говорить о том, что широкое употребление жаргонизмов с экспрессивными целями способствовало формированию так называемого общего жаргона, единицы которого не принадлежат определенной социальной группе, а известны практически всем носителям русского языка. Общий жаргон занимает промежуточное положение между литературным языком и городским просторечием. Некоторые исследователи, в частности В.В. Химик, называют эту подсистему языка «слэнгом», или «интержаргоном», подразумевая под этими понятиями «совокупность популярных, но субстандартных слов и речений, привлекаемых из жаргонных подсистем лексики и представляющих собой наддиалектное интегральное явление» [Химик, 2000, с. 14].

В текстах вывесок мы зафиксировали следующие из элементов слэнга, функционирующие преимущественно в речи молодежи: кафе «Клевое место», «Зачетное место», «Зависни здесь», ((Мажоров. Net», «Туса», бар, где представлена альтернативная музыка, ((Попсы. НЕТ», магазин-буфет около воинской части «Чепок», бар «Дембель», киоск с литературой по компьютерному программированию ((Все для чайников», Интернет-кафе «Юзер, net», магазин молодежной одежды «Модный прикид», магазин с товарами для розыгрышей «Приколись!», парикмахерская «Хайр» и др.

Слэнг в текстах названий городских объектов, помимо экспрессивности, участвует также и в создании языковой игры, устанавливает непринужденный шутливоироничный настрой коммуникации, что повышает эффективность рекламной функции вывески. Необходимо отметить, что в основном заведения, имеющие подобные номинации, рассчитаны на молодежь, следовательно, владельцы предприятий стремились использовать языковые средства, принятые в среде потенциальных потребителей.

Тексты вывесок в аспекте культуры речи. Одним из аспектов лингвокультурологического описания текстов вывесок является анализ последних с точки зрения культуры языка. Как известно, современное состояние общества характеризуется всеобщим раскрепощением личностного и игрового начала. Как следствие,

появляются тексты вывесок с использованием грубой, зачастую вульгарной лексики. Например, текст вывески бара «E-bar» аллегорично отсылает к созвучному ин-вективному слову. Сниженная лексика также встречается и в следующих текстах вывесок: дискаунтер «Халява Please», прачечная «Сунул-Вынул-и Пошел», кафе «Япона мать», «Японский городовой» и т. д. Такие элементы Л.П. Крысин называет «язвами общества» [Крысин, 2003, с. 77]. В связи с использованием подобных текстов в вывесках встает вопрос о языковой политике и необходимости применения цензуры для регулирования языковой ситуации в городе в рамках лингвоэкологического направления в лингвистике. Языковой политике в сфере городских номинаций посвящены, в частности, работы Л.З. Подбрезкиной [Подберезкина, 1997; 2003].

Итак, вывески Владивостока отражают социальную стратификацию общества, а также фиксируют такую современную тенденцию, как проникновение элементов разговорной речи, городского просторечия, профессиональных и социальных жаргонов в письменную коммуникацию.

Изучение текстов вывесок в аспекте социальной дифференциации языка имеет и теоретическую важность, поскольку способствует решению вопросов выбора наиболее приемлемой функциональной подсистемы языка для удовлетворения разнообразных коммуникативных потребностей общества. Кроме того, подобные исследования позволяют проследить качественные изменения в подсистемах русского языка (литературный язык, просторечие, профессиональные и социальные жаргоны).

Библиографический список

1. Китайгородская М.В., Розанова H.H. Языковое существование горожанина: на материале языка Москвы. М.: Языки славянских культур, 2010. 496 с.

2. Крысин Л.П. Формы существования (подсистемы) русского национального языка // Современный русский язык: Социальная и функциональная дифференциация / Рос. Академия наук. Ин-т русского языка им. В.В. Виноградова. М.: Языки славянской культуры, 2003.

3. Ларин Б.А. О лингвистическом изучении города // История русского языка и общее языкознание. М.: Просвещение, 1997. С. 189-199.

4. Михалап К.П., Шмелева Т.В. Словарь города // Филологические науки. 1987. № 4. С. 81-84.

5. Подберезкина Л.З. Возможности филолога в моделировании городской среды // Тезисы докладов науч.-практич. конф. «Достижения науки и техники — развитию города Красноярска». Красноярск, 1997. С. 493.

6. Подберезкина Л.З., Трапезникова A.A. «Лингвистическое градоведение» как предмет региональных исследований (на материале Красноярска) // Полифония большого города: сб. науч. ст. М.: МИЛ, 2012. С. 100-114.

7. Подберезкина Л.З. Современная городская среда и языковая политика // Русский язык сегодня. М., 2003. Вып. 2. С. 511-528.

8. Подберезкина Л.З. Языковая политика в урбонимии Красноярска: реальность и перспективы // Вопросы языковой политики на современном этапе: теория и практика: материалы докладов и сообщений междунар. науч.-метод, конф. СПб., 1998. С. 26-29.

9. Современный русский язык: Социальная и функциональная дифференциация / Рос. акад. наук. Ин-т рус. яз. им. В.В. Виноградова. М.: Языки славянской культуры, 2003. С. 127-150.

10. Химик В.В. Поэтика низкого, или просторечие как культурный феномен. СПб., 2000. 272 с.

11. Шмелева Т.В. Многоязычие как черта речевого быта современного города // Русский язык в контексте современной культуры: тез. докл. междунар. науч. конф. Екатеринбург, 1998. С. 153-155.

12. Шмелева Т.В. Письменность городской среды // Фонетика, орфоэпия — письмо в теории и практике: межвуз. сб. науч. тр. Красноярск, 1996. С. 114-123.

13. Шмелева Т.В. Современная городская эпиграфика // Язык и культура. Третья междунар. конф.: доклады и тезисы. Киев, 1994. С. 107.