Политэкономия / Российская журналистика

Политэкономия / Российская журналистика

Масс-комедия

       Российский рынок средств массовой информации переживает не лучшие времена. И имеет при этом превосходные перспективы — если только на них удастся найти деньги
       
       Союз журналистов России подготовил доклад о состоянии российских СМИ и направил его во властные структуры. 14 октября ИТАР-ТАСС со ссылкой на Сергея Ястржембского сообщил, что Борис Ельцин поручил Анатолию Чубайсу "изучить этот доклад и подготовить предложения по возможным правительственным решениям". По-видимому, эти решения должны касаться в первую очередь содержащегося в докладе требования откорректировать Налоговый кодекс, который в нынешней редакции не сохраняет прессе никаких льгот.
       Авторы считают кризис российской прессы абсолютно всесторонним, отмечая и тенденцию перехода ее под контроль "наиболее влиятельных группировок политической и финансово-промышленной элиты", и конечно, основной симптом кризиса — обвальное падение тиражей.
       Почему этот доклад появился именно сейчас? В качестве ответа напрашивается, конечно, Налоговый кодекс. И это верно, но лишь отчасти, тем более, что доклад далеко не сводится только к этой проблеме. Посмотрим, кого реально представляет Союз? В основном — ту часть журналистов, которая возглавляет традиционные либеральные газеты "шестидесятнического" типа, такие как "АиФ", "Труд", "Экономика и жизнь" или "Известия". Раньше у этих изданий были настолько высокие тиражи, что они могли каждые полгода терять по 20-30 и более процентов подписчиков без особого ущерба для благосостояния газеты.
       Теперь же кризис начинает добираться и до них. В явной форме это выразилось прежде всего в том, что пал бастион "Известий", ежедневной газеты #1. В июле этого года московский подписной тираж этой газеты снизился с и без того невысокой отметки еще на 40 процентов, а незадолго до того контрольный пакет ее акций поделили между собой "ЛУКОЙЛ" и ОНЭКСИМбанк, после чего газету покинуло руководство.
       Кстати сказать, тиражи новых изданий давно уже находятся на той смехотворной отметке, которой те же "Известия" достигли только сейчас. И большинство новых изданий давно либо разобраны, либо просто созданы банками или сырьевыми компаниями.
       Необходимо заметить, правда, что здесь речь идет только о тех изданиях, которые можно отнести к разряду серьезных. В противоположность им "СПИД-инфо", Cosmo или полезное и одновременно развлекательное издание "7 дней" чувствуют себя вполне уверенно. Интерес к вопросам пола и к телепрограмме на неделю остается высоким, кроме того, таким изданиям можно не опасаться банковского контроля еще и потому, что он не скажется негативно на освещении ими их традиционных тематик.
       Основные проблемы испытывает именно та журналистика, от которой ждут, что она будет отвечать на жгучие вопросы современности или хотя бы задавать их. Именно она наиболее чувствительна ко всем институциональным проблемам и, как следствие, именно в представляющей ее группе изданий больше всего упали тиражи.
       "Докладчики" выражают интересы именно этой журналистики. Они верно диагностируют кризис, но вот проделанный ими анализ его причин и выводы, честно говоря, поражают: оказывается, все беды российской прессы в отсутствии "государственного протекционизма". Его то и просят "докладчики" у президента, правительства и Думы.
       Сама наивность этой просьбы (которая в докладе подразумевает нечто гораздо большее, нежели просто налоговые льготы) тоже, кстати, показательна, так как демонстрирует кризис нынешней журналистской мысли. Ну а если без шуток, то попробуем понять, в чем причины кризиса и может ли еще что-то помочь российской прессе?
       
Издателей намного меньше, чем издательств
       Здесь не место, наверное, касаться собственно творческих проблем, но не потому, что они не важны, а потому, что представляются все же следствием проблем экономического характера. Да и доклад СЖ концентрирует внимание прежде всего на экономическом поле. Так что посмотрим на эту сторону проблемы.
       Беглый ли, подробный ли взгляд на современные российские издательские группы показывает, что большинство из них не следует одному из главных принципов мирового издательского бизнеса. А именно — лишь небольшая часть из них принадлежит издательскому капиталу.
       Под этим определением в данном случае понимается собственник, чьи главные финансовые интересы лежат в сфере издательского бизнеса. Назовем его издателем. Как показывает вековой опыт, именно у него получаются самые лучшие газеты.
       Для многих же нынешних собственников российских СМИ издательская деятельность есть бизнес побочный, лишь обслуживающий иные деловые операции. Кроме того, многие издания находятся сейчас в промежуточном состоянии, в каковом до недавнего времени пребывали "Известия". Они принадлежат своим журналистским коллективам, как, например, газета "Труд". Неустойчивость и временность этого состояния доказывается, помимо "Известий", примером "Комсомольской правды", чьи акции также приобретены ОНЭКСИМбанком, или "Независимой газеты" и "Огонька", находящихся под контролем Бориса Березовского.
       Справедливости ради надо напомнить, что доклад обращает внимание на проблему контроля СМИ крупным финансово-промышленным капиталом, но скорее в политическом контексте. Между тем вопрос о природе собственности в сфере издательского бизнеса является ключевым именно для определения его экономической эффективности.
       Подконтрольные финансово-промышленным группам издания могут быть только малотиражными и при этом не вызывающими доверия. Следовательно, экономически неуспешными. Если бы было по-другому, мы бы ничего не знали ни о каком Руперте Мэрдоке — что, в Австралии, Британии и США банков, что ли, мало, газетами некому владеть? Однако там знают о существовании такого закона природы: как только за газетой начинают маячить банковские или промышленные интересы, читательский интерес к ней куда-то девается.
       В России из всех столпов серьезной, так называемой "качественной", журналистики во владении издательского капитала находится, кажется, один только издательский дом "Коммерсантъ". Никому не принадлежит, понимаешь, из числа крупных групп национально ориентированного капитала.
       В терминах рынка такое одиночество приобретает статус монопольности. Конечно, было бы преувеличением утверждать, что изданиям ИД "Коммерсантъ" принадлежит монополия на свободное слово. Но то, что по структуре собственности он совпадает с классической моделью свободной прессы, безусловно. И, между прочим, все закономерности работают — каждое из "коммерсантовских" изданий является лидером в своей области, хотя, безусловно, и у этой издательской группы тиражи потенциально могут быть намного выше.
       Правда, сейчас еще и группа "Мост" вместе с ее газетой "Сегодня", журналом "Итоги" и телеканалом НТВ демонстрирует интереснейшую эволюцию — от банковского капитала, содержащего прессу, к собственно издательскому капиталу. Создание группы "Мост-медиа" во главе с Владимиром Гусинским стало формальным выражением этой эволюции. Г-н Гусинский перестал быть банкиром и стал издателем, причем то обстоятельство, что сам Мост-банк перестал при этом участвовать в большинстве банковских игр и войн, подтверждает действительный характер этой метаморфозы.
       В области "массовой" журналистики, кстати, издательскому капиталу принадлежит больше изданий. Здесь можно назвать, например, издательскую группу "Московского комсомольца", и характерно, что флагманская газета этой группы удерживает рекордные для городской газеты в России тиражи.
       Однако и эти издательские группы, как уже отмечалось в отношении "Коммерсанта", не избежали падения тиражей. И здесь нужно назвать вторую причину кризиса: дефицит свободных средств, которыми располагают издатели для инвестиций в свой бизнес.
       Отсутствие этих средств ведет и к переходу изданий под контроль банков, и к вялому развитию изданий, принадлежащих издательскому капиталу. Например, финансирование всероссийских издательских проектов оказывается приравнено к по масштабам к финансированию малого (по западным меркам) или в крайнем случае среднего бизнеса, так как измеряется всего несколькими миллионами долларов. Самые щедрые стартовые инвестиции, насколько известно, если и превышали уровень в $10 млн, то ненамного.
       Кстати, апеллировать к властям, как это пытается делать СЖ, в данной ситуации бессмысленно. Власти совсем не заинтересованы в росте издательского капитала, который бы в силу конкуренции и отсутствия сильных посторонних (лежащих вне издательского бизнеса) интересов стремился поддерживать, в рамках возможного, достоверность и высокую информированность своих изданий или телекомпаний. В том числе и информированность о просчетах самой власти, которой так славится западная, в частности американская, пресса.
       
Надежда русской журналистки
       Между тем в этой ситуации деньги, направленные в сферы, еще удерживаемые издательским капиталом, или же в создание новых таких сфер окажутся чрезвычайно эффективны с точки зрения прямой отдачи на вложенный капитал. Нужны эти деньги в форме кредита или не стремящихся к контролю инвестиций.
       Ясно, впрочем, что кроме как на Западе (может быть, также и Востоке) искать такие деньги негде. Российские банки совершенно не заинтересованы в том, чтобы давать кредиты издателям, так как стремятся установить над изданиями собственный контроль. Не говоря уже о том, что цена кредита в России все еще слишком высока, а инвестиционный кредит все еще редкость.
       Ясно также, что иностранный капитал вряд ли бросится финансировать совершенно новые начинания, во всяком случае, им гораздо труднее привлечь такое финансирование. И, кстати, искренне обидно, что наиболее могучие российские "брэнды" к западным инвестициям оказались совершенно невосприимчивы, за что и поплатились. Достоверно известно, что авторитетная инвестиционная компания полтора года назад предлагала "Известиям" поговорить на предмет западных инвесторов, но "Известия" не проявили к переговорам интереса.
       ... Впрочем, не все так "однозначно". Например, помимо западного капитала российской журналистке может помочь возрождение политической цензуры. Нет серьезно, с ее утратой семь лет тому назад мы, возможно, потеряли лейтмотив, а также нерв, смысл и вообще все. И не удивительно, ведь публика обожает читать между строк, а многие журналисты вообще только между ними и умеют писать. Тиражи взлетят, западный капитал отступит с позором... Вот и Владимир Набоков говорил о том, вся история русской литературы есть история взаимоотношений художника слова и политической полиции. С этой точки зрения, кстати, письмо Союза журналистов властям с просьбой о поддержке, может быть, не такой уж и наив.
       
       МИХАИЛ РОГОЖНИКОВ