Женские украшения чеченцев и ингушей XIX начала XX веков

♦---------------------------------------------------

и 1928 гг. издания), книги «Денежная реформа» (1925 г), учебника «Финансовая наука» (трижды переиздававшегося в 1930 - 1931 гг.) и сегодня звучат поразительно актуально.

Совершенно неправильная, по определению Г.Я. Сокольникова, ошибочно продиктованная Госбанку политика чрезмерного финансирования хлебозаготовок и форсированного кредитования промышленности привела осенью 1925 г. к заавансированию оборота, вследствие чего достигнутое ранее равновесие между размерами денежной и товарной массы нарушилось. Сдержанное предложение зерна, которым ответила деревня на «бестоварье», привело к срыву плана хлебозаготовок, повлекшему за собой невыполнение экспортной программы, сокращение притока валюты в страну. 16 января 1926 г ГЯ. Сокольников был освобожден от обязанностей наркома финансов. В марте 1926 г «валютная интервенция» была прекращена. В июле 1926 г было принято постановление, запрещающее вывоз валюты за границу, прекратилась ее скупка, и пришлось отказаться от котировки банкнот на зарубежных валютных биржах. Конвертируемый червонец прекратил свое существование.

Так завершился период нэпа в истории нашей страны. Г.Я. Сокольников сыграл очень важную роль в практической реализации финансовой политики, в создании твердой, конвертируемой валюты и укреплении финансовой системы государства. Изучение деятельности Сокольникова остается актуальным и для современной России. В условиях разразившегося мирового экономического кризиса сегодня необходимы нестандартные решения, способные осуществить финансовую реформу и оздоровить экономику страны.

1. Жизнь. 1922. № 6.

2. Ленинский сборник. Т. XI.

3. НЭП: экономические, политические и социокультурные аспекты. М., 2006.

4. Огонек. 1923. № 21.

5. Правда. 1919.14 февр.

6. РГАЭ. Ф. 7733. Оп. 1. Д. 222. Л. 7.

7. Сокольников Г.Я. Денежная реформа. М., 1925.

8. Сокольников Г.Я. Финансовая политика революции. М., 1928. Т. 3.

9. Экономическая жизнь. 1922. 6 янв.

УДК 671.12:94(47) Л.М. ГарСЭвв

ЖЕНСКИЕ УКРАШЕНИЯ ЧЕЧЕНЦЕВ И ИНГУШЕЙ XIX - начала XX веков

Рассмотрены виды украшений, способы, традиции их ношения (на шее, на груди, на талии, на руках и в ушах) в сравнении с украшениями соседних народов.

Ключевые слова: вайнахские мастера, виды украшений, народы Северного Кавказа, традиция ношения украшений.

1.М. Оагэауву

WOMEN'S ADORMENT OF CHECHENS AND INGUSHS in the XIX and early XX centuries

The author analyses types of adornments, ways and traditions of wearing them (on the neck, breast, waist, ears, arms) and compares them to neighbouring ethnic groups.

The key words: vainakh masters, types of adornments, adornments.

Одежда вайнахов, как других народов Северного Кавказа, отличается своеобразием не только в отношении покроя, но и общего стиля и характера украшений.

С древнейших времен в народном быту украшения носят вместе с одеждой. ГА. Сергеева пишет, что «украшения, как и одежда, служат важным источником для изучения истории и культурно-бытовых особенностей народа, его связей и контактов с окружающим населением, а также художественных традиций, бережно сохраняемых многими поколениями» [6, с. 97]. Подтверждением этого являются как обнаруженные в подземных могильниках, так и до сего времени хранящиеся населением разнообразные украшения, придававшие своеобразную красоту тем, кто их носил. Традиция ношения украшений известна всем народам мира, однако есть существенные различия в их изготовлении, материале, качестве, форме и использовании.

ethnic groups in the North Caucasus, tradition of wearing

Разнообразием украшений отличается и рассматриваемый нами регион, однако в этом отношении следует особо отметить Дагестан, который на Кавказе выделялся своими оригинальными изделиями - таковыми были работы кубачинцев и лакцев.

С.Ш. Гаджиева отмечает: «Центром производства высококачественных золотых и серебряных изделий был аул Кубачи. Кумыкские женщины, в первую очередь женщины из среды феодалов, делали кубачинцам всевозможные заказы. Нередко работа выполнялась из материала заказчика. Во многих крупных селениях кумыков работали также мастера-ювелиры, как приезжие из Кубачей и лакских аулов, так и местные» [2, с. 237]. Изготовленные ими украшения быстро распространялись среди соседних народов. «Украшения делались местными и дагестанскими мастерами, покупались в городах, особенно во Владикавказе. Чеченки и ингушки из богатых семей в конце XIX - начале XX вв. носили

♦

♦

кольца, серьги, браслеты, цепочки и нагрудные часы, которые привозили из Петербурга, Москвы, не говоря уже о Тифлисе и Баку» [7, с. 66], - отмечает Е. Студенецкая.

Известно, что и вайнахские мастера не стояли в стороне. В изучаемое время центром приобретения украшений был Грозный. Но не в меньшей степени это ремесло было развито в Урус-Мартане, Шали, Атагах, Ведено и других населенных пунктах. Специалисты по золоту и серебру работали в Ведено (Тахиевы), Урус-Мартане (Абдуллаевы), в Атагах (Нинциевы) и др. Изготовление различного вида украшений (поясов, нагрудных украшений, колец, серег) было развито со времен дальних предков и становилось семейным ремеслом.

Украшения различались по способу ношения: на шее, на груди, на талии, на руках и в ушах. Украшения всех видов носили как незамужние, так и невесты. После замужества количество этих украшений, как правило, уменьшалось, но оставшиеся носили до конца своих дней.

По данным Л. Маргошвили, некоторые украшения имели торжественное назначение. Каждая вайнахская женщина бережно хранила их, передавая из поколения в поколение. Этот же автор отмечает, что «женские украшения делятся на пять существенных частей: на шею, грудь, талию, уши и руки. Кроме того, существовали пришивавшиеся на грудь одежды серебряные пуговицы, броши и головные украшения» [3, с. 67].

Следует отметить, что история изготовления украшений раннего периода, обнаруженных исследователями в могильниках, затрагивает несколько веков; со временем изменялись их внешняя форма, качество, однако через определенное время старинная форма все-таки восстанавливалась в народном быту. В подтверждение этого можно привести сравнение современных украшений с аналогичными, обнаруженными археологами.

В конце XIX - начале XX вв. в быту вайнахов были распространены сочетающиеся с самобытной одеждой украшения, отображающие вкус этого народа, красоту одежды - без всякой перегруженности. Эти украшения, как было сказано, использовались и отдельно, однако нагрудные и поясные украшения не разделялись, те. носились в комплекте. Они считались основным украшением женского костюма, без которого он бы не выглядел должным образом.

С.Гаджиева пишет: «Украшения носятся либо отдельно, самостоятельно (кольца, серьги, браслеты, бусы и пр.), либо пришиваются к одежде и являются ее деталью (пуговицы, вышивки, галуны, пряжки и пр.). Из украшений, имеющих самостоятельное значение, прежде всего следует отметить камал - широкий серебряный пояс, иногда в золотой или позолоченной оправе» [2, с. 237].

Как отмечает С. Гаджиева, надевать чоху или архалук только с поясом было нельзя, следовало сочетать с ним нагрудные украшения, которые придавали одежде совершенный вид. Таковы, например, зафиксированные в Шатое, Ведено, Самашках, Урус-Мартане, Назрани, Джайрахе. Исходя из этого, можно говорить о тесных связях вайнахов с соседними народами.

Нагрудные украшения ингуши называют дато, чеченцы - туьдаргаш, а кисты - туьйдаргаш, буквально -

«петли». Они представляют собой 16 или менее, например 12, пар позолоченых серебряных широких застежек, которые были закреплены на расстоянии по ширине в 8 или 12 см по всей длине от шеи до талии на бархатной или суконной ткани, нашиваемой на обе стороны груди чохи. На талии застегивались 4 - 5 парными пряжками - чаьрпаз. В последующий период обычай ношения указанного украшения изменили и перенесли его под чоху - на грудь поверх платья. Оно хорошо смотрелось на распахнутом нагрудном вырезе чохи.

У кумыков застежки на платье назывались чарпаз-лар (корень слова, одинаковый с чеченским). Любопытно, что у абхазов застежка на платье носила близкое название - ачамраз. В турецком языке сарчаз - лежащий поперек, скрещенный, а также род жилета с двойным рядом пуговиц. Возможно, что название застежек у чеченцев и кумыков происходит из тюркских языков.

Интересно также, что нагрудные украшения у чеченцев, ингушей, кумыков, осетин, адыгейцев, кабардинцев одной и той же формы, но, как правило, носятся по-разному. Как отмечалось, вайнахские женщины поначалу использовали их поверх чохи, а затем перенесли под нее. Здесь усматривается влияние соседних осетин и адыгейцев, поскольку вайнахи, в 30-х гг. XIX в. переселившиеся из горных районов в Грузию (кисты), указанные украшения носили поверх чохи.

В начале XX в. застежки или их имитации стали делать различной формы, сообразуясь с формой выреза платья, под которое надевали нагрудник. Последнее чаще всего наблюдалось в Осетии, Чечне и Ингушетии. Осетия дает и наибольшее разнообразие застежек. У кабардинцев и черкесов также имелись застежки фигурной формы в виде горизонтально расположенных рогов в сочетании с ромбовидным выступом. Застегивались они на плоские крупные пуговицы, имеющие припаянную ножку.

В Чечено-Ингушском государственном объединенном музее до начала боевых действий хранились почти одинаковые по форме, но различающиеся по размерам и количеству нагрудные украшения, застежки которых постепенно, по убыванию сверху вниз сужаются и имеют на себе орнамент, схожий с виноградной гроздью, а конец застежки похож на изображение креста.

Встречаются украшения с более широкими пряжками, которые называют гуьржийн туьйдаргаш - грузинское украшение. Оно состоит из 8 - 10 парных пряжек с изображением оригинального орнамента.

В могильниках Чечни и Ингушетии обнаружены мужские и женские бронзовые и серебряные пояса, имеющие различную форму: «Прямоугольно-рамчатые с поперечным делением и подвижным язычком; овально-кольцевые с поперечной пластинкой и подвижным язычком на ней; прямоугольно-рамчатые с плавно выгнутым щитком и подвижным язычком на поперечной пластинке» [4, с. 86]. Разновидности указанных поясов были распространены в течение всех средних веков. Ясно, что украшения передавались из поколения в поколение, и дошедшие до нас украшения в целом не изменили тех особенностей и формы, которые были разработаны предками в соответствии с одеждой и органичны частям человеческого тела. Используемые вайнахами в конце XIX - начале XX вв. разновидности женских поясов хранились в Г розненском музее и были

♦--------------------------------------------------

признаны вторым главным украшением женского костюма.

Как передает рассказчица (100-летняя Аби Газие-ва), вышеперечисленные пояса и нагрудные украшения изготовлялись на месте: «Если не нравились готовые, продававшиеся в лавках, мы их заказывали, и заказ за одну-две недели бывал готов. Лучшие пояса и другие украшения завозились из Дагестана, Дербента и других мест. Лично я довольствовалась украшениями, купленными моими родителями. После несчастья 1944 года мы все потеряли, в том числе подарки моего мужа» [5, с. 9 -10].

Е. Студенецкая отмечает, что «значительную роль в костюме чеченок, в меньшей степени ингушек, играли украшения из металла, нашитые на одежду застежки, подвески, амулеты, а также одеваемые отдельно кольца, браслеты, ожерелья из монет, бусы, серьги и височные подвески. Серьги - ч1уг - иногда вдевали в ухо по две сразу. Большие плоские серьги - хьалкханаш- иногда дополнительно вешали на нитке за ухо. В ряде случаев серьги соединяли тонкой цепочкой, висевшей под подбородком. Браслеты были широкими и массивными. Ингушские девушки, «готовые к замужеству...носи-ли фета - круглое украшение, висевшее на груди, а также серьги, кольца и браслеты» [6, с. 66].

По данным Л. Маргошвили, к нашейным украшениям относятся разного цвета и размера бусы из коралла и стекла, серебряные и золотые цепочки. В ушах носили крупные и небольшие золотые и серебряные серьги, а на руках - золотые и серебряные кольца, браслеты с бирюзой и изумрудом, а то и без камня. Головные украшения - булавки с бусинками, которыми молодые ингушки и невесты прикрепляли головные шифоновые платки к шапке [3, с. 67 - 68].

Согласно полевым данным, женщины очень любили серьги. Взрослые прокалывали детям уши в 4-5-летнем возрасте и давали им носить весьма сложные по конструкции серьги. Девочки из зажиточных семей обычно имели золотые и серебряные серьги.

У ингушек были различные украшения. Одни носили украшения из золота и серебра, другие - победнее. Некоторые женщины имели совсем простые украшения. Ингушки носили их и дома, и на людях. По ингушской традиции было принято и одалживать их родственницам и соседкам. Это происходило в том случае, когда кто-либо собирался на молодежную встречу или на свадьбу. В Ингушетии было много мастеров по изготовлению украшений, чаще всего - дагестанцы, однако женщины покупали некоторые украшения у соседних грузин и осетин. Аналогичные сведения зафиксированы нами в Шатойском, Веденском, Шалинском и других районах Чечни.

Следует отметить, что распространенные среди вай-нахских женщин украшения имели несколько различных форм, что подтверждают раскопки древних могильников. Там были найдены украшения из золота и бронзы: «Один из концов серьги, - пишет М.Б. Мужухоев, -крючком изогнут в обратную сторону: конец серьги заканчивается петелькой, изогнутой в обратную сторону; на стержень (с петлей и без нее) надеты две или три полые металлические круглые бусинки (штампованные из двух половинок); серьги на стержне имеют одну обратную спираль, серьга двухспиральчатая (вторая спи-

раль припаяна к первой), серьга трехспиральчатая (двойная видная спираль припаяна к основе)». Эти серьги датированы XIII - XV, XIV - XV, XV - XVII вв. Украшения такого вида, обнаруженные автором в могильниках на территории Чечни и Ингушетии, охарактеризованы им по типам, что показывает их различия по форме. Аналогично серьгам он подразделяет по типам браслеты, бусы, бубенчики и др. Например, автор приведенных данных пишет, что это «браслет из трех серебряных проволочек с несомкнутыми петлеобразными концами с «язычком» (стилизация змеиных головок); массивные пластинчатые браслеты из бронзы украшены чеканным узором из продольного ряда двойных кружочков с точкой посередине, перемежающихся с пунктирными линиями» [4].

В горной Ингушетии и позднесредневековых склепах обнаружены каменные и пастовые бусы различных форм и расцветок. Встречаются также многочастные бусы - пронизки из стекла синего цвета. Бусы стеклянные, за редким исключением одноцветные, пастовые же, наоборот, украшены круглыми «глазками» или (реже) горизонтальными поясами. Встречаются «бубенчики из серебра». Они как украшения нашивались на одежду, могли также служить пуговицами, частью составных подвесок и др. Датированы XII - XIV вв. [4, с. 66 - 72].

Эти уникальные данные, представленные исследо-вателями-археологами, являются подтверждением того, что вайнахи уделяли внимание украшениям еще в древние времена, и они были широко распространены в народном быту.

Основываясь на фактах обнаружения в могильниках разнообразных украшений, можно предположить, что находившиеся при жизни в собственности умершей украшения полностью клали с ней в могилу. В последующих веках (XVIII - XIX) количество украшений в захоронениях больше, причем они более совершенны по уровню своего изготовления. Видно, что это вызвано положением, создавшимся на основе взаимоотношений с соседними народами, на почве товарообмена с ними.

Таким образом, как было сказано выше, женские украшения получили завершенный вид в конце XIX -начале XX вв. Вышеупомянутая почти 100-летняя рассказчица отмечает: «В моей молодости было принято носить украшения старинной формы, их мы носили в повседневной жизни. Например, цепочки, серьги и кольца. Эти три вида украшений были для таких пожилых, как я. Серьги носили и подростки, и женщины среднего возраста, уши, бывало, полностью надрывались и серьги терялись» [5].

Молодые женщины (незамужние) носили украшения всех видов (на шее, груди, талии, руке, запястье и ушах). После замужества снимали нагрудные украшения - туьйдаргаш, с талии - пояс - доьхка и с запястья -браслет - х1оз. Невеста одевала эти украшения, но она имела дополнительную брошку и кольца на руке. После включения в домашние дела невеста вместе с чохой (г!абали) снимала и эти украшения и бережно хранила их для детей. Если у нее бывала незамужняя золовка, она ей дарила чоху вместе с головным платком, если же нет - припрятывала для детей.

По сведениям того же информанта, украшения в полном виде надевала и вернувшаяся в родительский

♦

♦

дом женщина, когда направлялась на развлечения -синкъиераме, пока не выходила замуж вторично. Молодые носили четки из красного камня, золотые цепочки и крупные серьги, а пожилые - чаще разноцветные бусы, некоторые же - вовсе черные. Среди женских украшений большую роль играли заговоренные от дурного глаза бусинки или волчьи зубы, которые охраняли и украшения, и самих их владелиц от злого глаза.

Вместе с тем чеченские и ингушские женщины и дети для защиты от злого духа носили на шее амулет -х!айкал. Это был сложенный четырехугольником листок бумаги с записанными стихами из Корана, обшитый кожей. Аналогичные амулеты были распространены в Дагестане. Например, С. Агаширинова отмечает, что «определенное место среди лезгинских женских украшений занимали обереги, якобы охраняющие от дурного глаза. Самым распространенным видом талисмана у лезгин, как и у многих других мусульманских народов, являлись бумажки со стихами из Корана, написанные муллой на арабском языке. Эти бумажки зашивались в сафьян и надевались на шею или пришивались к спинке бешмета или чухте. Черным агатовым бусам, которые лезгинки носили на шее, также приписывалась особая магическая сила. Их никогда не снимали, так как считалось, что они защищают от дурного глаза, злых духов» [1, с. 240].

Согласно этнографическим материалам, одетая в красиво расшитую чоху и при украшениях всех видов выходящая на люди женщина иногда возвращалась домой больной - из-за дурного глаза. Поэтому каждая мать старалась, чтобы ее дочь могла свободно посещать места встреч и возвращаться домой, повеселившись, здоровой, поэтому она предварительно отправлялась к знающей женщине или мулле за завернутым в материю или бумагу небольшим количеством смеси угля с солью, которую женщина прятала за пазухой либо в прическу. Таким образом она была защищена от сглаза. Кроме того, бывало, что у муллы брали написанный им амулет и носили его на шее. Этот обычай и в наше время хорошо сохранился.

У очень многих народов в качестве украшения широко использовались монеты или имитирующие их бляхи. На Кавказе использование монет в качестве украшения известно по многим памятникам средневековья. Но в XIX - XX вв. монеты, нашитые на одежду и головные уборы, на Северном Кавказе встречались нечасто, но были более всего у чеченцев под влиянием соседних народов Дагестана.

Нагрудные, нашейные, наручные и иного вида украшения носили как соседние кумыки, так и другие дагестанские женщины. Например, С. Гаджиева пишет: «Женщины горных районов Дагестана, в частности, даргинки, носили аналогичные, но более массивные украшения: специальные нагрудники из материи со сплошь нашитыми монетами, цепочками, подвесками, и надевали их поверх платья. На груди кумычки носили также кораллы - минчак, золотые бусы - арпа, имеющие формы ячменя. Такие бусы часто прикреплялись к золотым или серебряным монетам» [2, с. 238]. Золотыми и

серебряными были также серьги и кольца. Женщины из зажиточных семей носили завозные серьги с драгоценными камнями. Аналогичные явления зафиксированы среди вайнахов.

Следует также отметить, что вайнахи использовали наручные украшения на двух последних пальцах руки, все равно какой - правой или левой. Девочки носили кольца (ч!уг) с 12-14 лет, а браслеты (х!оз) - с 15 - 16. Интересно и то, что в соседнем Дагестане лезгинки носили кольца на всех пальцах, иногда и по два на одном пальце. Это были золотые кольца с драгоценными камнями. Видимо, это относится к состоятельным женщинам, ибо аналогичные факты в Чечне и Ингушетии наблюдались редко и лишь в зажиточных семьях.

Исходя из вышеизложенного можно сказать, что вайнахи еще с древнейших времен весьма ценили украшения. Они носили их вместе с повседневной, выходной и торжественной одеждой и сохранили эту традицию и в наши дни. Позже число украшений уменьшилось, но зато появились новые, более развитых форм. Притом украшения вайнахских женщин были как местного изготовления, так и завозными из соседних и отдаленных районов, с которыми их издавна связывали добрососедские отношения.

В костюме вайнахских женщин видное место занимали украшения из металла, причем в большей степени нашитые на предметы одежды или прикрепленные к ним. Изготовлялись украшения из серебра или «белого» металла. Это объяснялось не только большей, чем золото, доступностью этих металлов, но и местными вкусами. Однако в конце XIX и, особенно, в начале XX в. позолотой стали пользоваться чаще, особенно при изготовлении женских металлических поясов. Наличие украшений и их качество определялись, естественно, имущественным положением и социальной принадлежностью их почитательниц.

Количество же украшений в разных частях Северного Кавказа было различно, увеличивалось от запада к востоку. У адыгейских народов ношение их в большом количестве считалось признаком дурного вкуса. У чеченцев при наличии материальных возможностей их носили больше, чему способствовали и некоторые особенности костюма.

1. Агаширинова С.С. Материальная культура лезгин XIX -начала XX вв. М., 1978.

2. Гаджиева С.Ш. Кумыки. М.,1961.

3. Маргошвили Л.Ю. Одежда горянки Центрального Кавказа. Тбилиси, 1980.

4. Мужухоев М.Б. Средневековая материальная культура горной Ингушетии (XIII - XVII вв.). Грозный, 1997.

5. Полевой материал, собранный автором в с. Элистан-жи // Чечня. 1989. Тетрадь № 6.

6. Сергеева Г.А. Женские украшения народов аварской группы Дагестана второй половины XIX - начала XX вв. // КЭС. М., 1961.

7. Студенецкая Е.Н. Одежда чеченцев и ингушей XIX -начала XX вв. //Новое и традиционное в культуре и быту народов Чечено-Ингушетии. Грозный, 1985.