Удар по барам

Предприниматели Татарстана оказались не готовы к жестким ограничениям алкогольного рынка, которые ввели депутаты республики. Вчера на встрече с главой Госалкогольинспекции Игорем Марченко они пожаловались, что многие из них не успели перепрофилировать свои предприятия под кафе и рестораны. Только на этот тип заведений не будет распространяться вступающий завтра в силу запрет торговать алкоголем в помещениях или пристроях к жилому дому. Господин Марченко обещал «не принимать жестких мер» в отношении владельцев баров, которые готовы перестроить свои заведения в течение месяца. Однако посоветовал «приостановить реализацию алкоголя», чтобы избежать ответственности.

Встреча с главой Госалкогольинспекции Татарстана Игорем Марченко, организованная бизнес-омбудсменом Тимуром Нагумановым, собрала порядка 50 предпринимателей. Основной темой обсуждения стал закон, принятый в начале этого года Госсоветом Татарстана, который ужесточил правила розничной реализации алкогольных напитков в регионе.

Как сообщал „Ъ“ ранее, закон был подготовлен депутатами-единороссами после жалоб жильцов домов, где располагаются магазины, которые под видом баров продолжают торговать спиртными напитками после 22.00 (в Татарстане продажа спиртного в магазинах запрещена с 10 часов вечера до 10 утра). С целью пресечь ночную торговлю в таких «рюмочных» парламентарии республики запретили продажу спиртного на предприятиях общественного питания, которые располагаются в нестационарных объектах, а также в многоквартирных жилых домах. Исключением стали рестораны и кафе, чьим владельцам удалось убедить депутатов не устанавливать для них столь серьезные ограничения (им нельзя продавать алкоголь, только если вход в заведения организован со стороны двора в жилом доме). Ограничения для остальных предприятий, в частности баров, начинают действовать спустя три месяца после вступления закона в силу. То есть, как сообщил вчера господин Марченко, с завтрашнего дня.

Вчера на встрече выяснилось, что многие предприниматели оказались не готовы к новым ограничениям. «У нас должны все бары закрыться или можно будет продавать алкоголь с 10 утра до 10 вечера?» — спросила Игоря Марченко глава ООО «Магнат» Наталья Верина, у которой три бара в жилых домах. Получив ответ, что «ограничения четкие: не допускается реализация алкоголя, кроме ресторанов и баров», госпожа Верина пожаловалась, что власти недостаточно информировали бизнесменов о действии нового закона. Часть своих заведений она так и не успела «перепрофилировать» в кафе, чтобы продолжать продажу алкоголя.

«У нас пристроенное помещение, бар. Пиво тоже нельзя?» — удивилась еще одна предпринимательница, представившаяся Еленой. «Получается, что те посетители, которые пили пиво в стационарных объектах, сейчас переместятся на детские площадки…» — с досадой добавила она, но ее перебил модератор мероприятия Тимур Нагуманов, предложив «не дискутировать» на эту тему. А другая предпринимательница заметила, что закон не распространился на магазины, торгующие пивом в разлив, которые «появились в каждом жилом доме».

Предприниматели попросили власти не быть строгими в применении закона. Наталья Верина сообщила, что готова заключить договор «с хорошим кафе», чтобы «они подвозили» еду. Однако господин Марченко настоял, что ее заведение все равно не будет считаться кафе: чтобы попасть в категорию «кафе», заведение должно готовить собственную горячую пищу и иметь отдельное помещение под кухню. Предприниматель, представившийся Русланом, рассказал, что как раз ведет ремонт на кухне, чтобы его бар мог считаться кафе. «Кухня делается. Могу работать дальше?» — поинтересовался он. Игорь Марченко посоветовал ему «приостановить реализацию алкоголя» на время ремонта, чтобы не быть привлеченным к ответственности. «А что продавать тогда? Жвачку? Грубо говоря, придется закрываться», — констатировал предприниматель.

Однако Игорь Марченко обещал, что в ближайший месяц ни прокуратура, ни Госалкогольинспекция в отношении владельцев баров «жестких мер не будут принимать». Он пояснил, что если бар в жилом доме и его владельцы планируют переоформить лицензию на кафе, действующая лицензия аннулирована не будет. «Жесткие меры» он обещал «забегаловкам и рюмочным, которые не красят предпринимательское сообщество». По его словам, «закон изначально принимался», чтобы такие заведения не работали в жилых домах. Всего могут быть закрыты до 300 заведений в республике, если те не получат лицензию кафе или ресторанов.

Предприниматели жаловались не только на местный закон, но и на федеральное законодательство. Владелица ООО «Даурия-2» Людмила Гумирова сообщила, что недавно рядом с ее «Кафе-баром» открылась автошкола. Поскольку последняя предоставляет образовательные услуги, кафе по закону не может продавать алкоголь. «Два года, которые я оплатила (65 тыс. руб. за каждый год действия лицензии — „Ъ“), — теперь все», — воскликнула предпринимательница. Господин Марченко заявил ей, что это «взаимоотношения собственников». Однако затем на защиту госпожи Гумировой встала владелица сети кафе «Сытый папа», член татарстанской ассоциации рестораторов Мария Горшунова, предложившая бизнес-омбудсмену инициировать поправки к закону, «если есть кафе или ресторан, кто хочет прийти после, он просто не получит лицензию». «Специфичная инициатива… Право первой ночи», — догадался Тимур Нагуманов, пообещав подумать над предложением.

Были на встрече и попытки поднять тему монополизации алкогольного рынка Татарстана. Владельцы казанского бара Relab усомнились в объективности проверки качества алкоголя, которая проводится в республике дополнительно к сертификации продукта. По сведениям бизнесменов, в частности, «то проходит, то не проходит» эту проверку напиток Bols Genever (нидерландский дистиллят, родственный джину). «Может ли повлиять какой-то монополист на прохождение проверки качества?» — поинтересовались предприниматели. Господин Марченко такие подозрения сразу отверг, заявив, что один и тот же бренд отправляют в разные лаборатории. А бизнес-омбудсмен Тимур Нагуманов добавил, что он знает, «что „Татспиртпром“ джин не производит». «Это не значит, что не будет его (в производстве предприятия — „Ъ“)», — раздался из зала голос гендиректора ОАО «Татспиртпром» Ирека Миннахметова, который также приехал на встречу.