Режим международной ответственности за ядерный ущерб: соотношение с нормами регламентов Брюссель i и Рим II

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2015. № 2 (43). С. 98-103.

УДК 342

РЕЖИМ МЕЖДУНАРОДНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ЯДЕРНЫЙ УЩЕРБ: СООТНОШЕНИЕ С НОРМАМИ РЕГЛАМЕНТОВ БРЮССЕЛЬ I И РИМ II

BRUSSELS I REGULATION AND ROME II REGULATION - HOW IS THEIR RELATION TO INTERNATIONAL NUCLEAR LIABILITY REGIME?

М. НОВОТНА, П. ВАРГА

Исследуется проблема применения законодательства в области международной ядерной безопасности. Брюссель I и Рим II - регламенты, устанавливающие единообразные правила, применяемые государствами Европейского Союза в ситуациях, когда наступает ответственность за ядерный ущерб. Уделяется внимание взаимодействию конвенций на территории государств Европейского Союза (Венская конвенция о гражданской ответственности за ядерный ущерб и Парижская конвенция об ответственности перед третьей стороной в области ядерной энергии).

Ключевые слова: ядерная ответственность; Брюссель I; Рим II; правовые акты Европейского Союза; Венская конвенция; Парижская конвенция.

The article deals with the regulations Brussels I and Rome II and their impact to application of international nuclear liability legislation. Brussels I and Rome II are regulations applicable to jurisdiction, enforcement and recognition of decisions within the EU member states. This article deals with the impact of these regulations to situations when the liability for nuclear damage occurs. It also deals with the relationship and interference of EU regulations on one side and the Vienna Convention on Civil Liability for Nuclear Damage and the Paris Convention on Third Party Liability in the Field of Nuclear Energy on the other side, as these conventions are also applicable on the territory of EU member states. The authors try to point out to practical problems that may occur if there is a case on nuclear liability before the courts on EU member states.

Key words: nuclear liability; regulation Brussels I; regulation Rome II; EU legal acts; Vienna Convention; Paris Convention.

Регламент Брюссель I

Постановление Совета Европы № 44/2001 о юрисдикции, признании и исполнении судебных решений по гражданским и коммерческим делам (Брюссель I) [1] (далее - Регламент Брюссель I) является результатом так называемой коммунитаризации международного частного права. Его характерной особенностью является то, что государства-члены теряют право заключать международные договоры, определяющие их компетенцию, исполнение и признание решений и принятие обязательств, которые могут повлиять на применение законодательства ЕС в этой области [2]. После того как Регламент Брюссель I был принят, ЕС получил исключительные права в области судебного сотрудничества и исполнения решений. Государства-члены были, таким образом, лишены полномочий на заключение

международных договоров, которые регулируют отношения в этой области.

Оригинальные версии обеих конвенций - Венской конвенции о гражданской ответственности за ядерный ущерб (далее - Венская конвенция) и Парижской конвенции об ответственности перед третьей стороной в области ядерной энергии от 29 июля 1960 г. с внесенным дополнением от 28 января 1964 г. и дополнительным протоколом от 16 ноября 1982 г. (далее - Парижская конвенция), а также ряд измененных версий содержат конкретные правила о разграничении полномочий, что противоречит Регламенту Брюссель I.

Цель рассматриваемого законодательства состояла в том, чтобы установить режим исключительной юрисдикции. В соответствии со ст. XI (1) Венской конвенции компенсацию за ядерный ущерб назначает суд по месту, где

© Новотна М., Варга П., 2015

98

Режим международной ответственности за ядерный ущерб: соотношение с нормами регламентов...

произошел соответствующий инцидент. Это правило должно быть применимым, если инцидент произошел на территории государства, которое участвует в Венском соглашении. Точно так же ст. 13 (а) Парижского соглашения устанавливает критерий юрисдикции судов того места, где произошел ядерный инцидент.

И Венское соглашение, и Парижское соглашение не противоречат друг другу, т. е. нет ссылки на национальный правопорядок государства - члена заключения контракта. Нет никакой возможности для государств -членов заключения контракта изменения исключительной юрисдикции, установленной Соглашением [3]. Если истец подаст в суд иск в другом государстве, то суд не сможет вынести решение по делу из-за отсутствия соответствующих полномочий [4].

В отличие от исключительной компе -тенции, что типично для законодательства о ядерной ответственности, Регламент Брюссель I позволяет определить альтернативные границы юрисдикции.

Статья 2 Регламента Брюссель I определяет общее правило: истцам, которым предоставляют постоянное место жительства в государстве - члене ЕС [5], нужно предъявить иск в судах того государства-члена, безотносительно их национальности, в котором они проживают. Регламент Брюссель I в его ст. 5 (3) также предусматривает альтернативную юрисдикцию. Согласно этому правилу вопрос касается деликта или квази-деликта [6] в судах по месту, где вредоносное событие произошло или может произойти. Применение правил Регламента Брюссель I позволяет субъекту, которому причинен вред, сделать подбор оптимальной судебной инстанции.

Несмотря на дискуссионность вопроса, отказываясь от отрицательных коннотаций в отношении подбора оптимальных судебных инстанций (из-за согласованного стандарта судопроизводства в некоторых странах - членах ЕС), мы не можем согласиться с применением этого понятия к случаям о ядерной ответственности.

Право выбора между несколькими инстанциями для обращения в случаях ядерного инцидента или радиоактивного загрязнения во время перевозки ядерного материала

через территорию нескольких государств -членов ЕС будет вступать в противоречие с целями соответствующего законодательства об ответственности за ядерный ущерб - решений о праве на возмещение ущерба и устранение указанных юридических норм и связанным с этим выбором оптимальной судебной инстанции.

Противоречие Регламента Брюссель I конвенциям об ответственности за ядерный ущерб требует определения применений Регламента Брюссель I в вопросах привлечения к соответствующей ответственности.

Применение Регламента Брюссель I в вопросах привлечения к ответственности

Регламент Брюссель I применяется в гражданских и коммерческих делах. Эти термины не закреплены в законодательстве, но каждый из них имеет свое определение. Ясно, что применение Регламента Брюссель I находится в ведении частного права, а правоотношения в области публичного права исключены. Исключение публично-правовых отношений не означает, что государственные административные учреждения автоматически исключаются из сферы использования Регламента Брюссель I. Учреждения исключаются, если они выступают в качестве государственных, т. е. если они действуют с позиции вверенной им власти. И все же, если они выступают от партии, представляя интересы гражданского или коммерческого характера, Регламент Брюссель I может быть применен. В этой ситуации не важно, где иск был применен [7], важен характер правоотношений.

В связи с тем, что правовые отношения ядерного ущерба (возникающие из международного, а также национального законодательства) могут характеризоваться как внедоговорные обязательства гражданско-правового характера, возникающие при осуществлении законных действий оператора ядерной установки, гражданско-правовые отношения - это причина, по которой можно полагаться на Регламент Брюссель I, на правоотношения, касающиеся ядерной ответственности оператора ядерной техники по отношению к лицам, пострадавшим в результате ядерного инцидента.

Ядерное оборудование могут использовать государства или компании (с государст-

99

М. Новотна, П. Варга

венным участием) или физические лица, находящиеся под контролем государства. Дискуссионным является вопрос о возможности применения Регламента Брюссель I при привлечении к ответственности за причиненный ущерб.

Регламент Брюссель I не предоставляет точное определение отношений, которые находятся в пределах гражданских или коммерческих вопросов. Поэтому необходимо применить очень широкое толкование и включить в материалы все отношения, связанные с гражданскими и коммерческими делами, за исключением тех, которые явно не соответствуют Регламенту Брюссель I.

Эта процедура была также подтверждена Судом ЕС (CJEU), который имел дело с применением Регламента Брюссель I в нескольких случаях [8]. Суд Европейского Союза подтвердил, что материалы, использованные Регламентом Брюссель I, также применяются к отношениям, где одна сторона была государственным органом, а другая - частным лицом [9]. Однако нужно учитывать характер действительности публично-правового юридического лица (оно действует как частное лицо в частноправовых отношениях). Определяющим фактором мог бы быть статус юридического лица публичного права как государственный орган, но природа и характер правовых отношений и законов применимы только к таким отношениям. Не имеет значения при этом, какой юридический статус имеет государственный орган истца или ответчика.

Если остановиться на этой точке зрения, то применение Регламента Брюссель I было бы невозможно, так как речь идет не о гражданских или коммерческих вопросах в ситуации исполнения публичных функций [10].

Так как эксплуатация ядерных установок не находится в пределах исполнения го -сударственных функций [11] (даже если ядерная установка управляется непосредственно государством или другим предприятием общественного права), а также вследствие того, что ядерная ответственность в плане юридических отношений относится к ведению частного права, применение Регламента Брюссель I возможно (если это не исключено ст. 71 Регламента), также как при определении юрисдикции в случаях компенсации ущерба от ядерного повреждения.

Классификация ответственности за ядерный ущерб в соответствии с материальной сферой Регламента Брюссель I также поддерживается судебной практикой ЕС. Прецедентное право ЕС интерпретирует термины «гражданский» и «коммерческий» как автономные независимо от правовых систем государств-членов, других правовых актов, изданных в рамках судебного сотрудничества по гражданским делам, например, Регламент Рим II [12], это явно исключает вопросы повреждений от ядерного ущерба [13].

Взаимосвязь Регламента Брюссель I, Венской конвенции

Применение Регламента Брюссель I к правоотношениям по привлечению ответственности за ядерный ущерб не говорит о том, что его можно использовать во всех случаях, лежащих в основе юрисдикции ЕС.

С тех пор как конвенции об ответственности за ядерный ущерб стали самостоятельно регулировать процедурные вопросы юрисдикционных норм и правил принятия и приведения в исполнение решений, важным стало определение их соответствия Регламенту Брюссель I и установление источника права в конкретной ситуации относительно процедурных аспектов повреждений от ядерного ущерба.

Статья 71 Регламента Брюссель I важна для уточнения отношения этого регулирования к Венской конвенции, а также Парижской конвенции в области ответственности за ядерный ущерб. В соответствии со ст. 71 Регламента данный документ не может влиять на конвенции, которые приняли все государства-члены и которые регулируют юрисдикцию или принятие и исполнение решений в конкретных делах. Таким образом, это положение исключает применение Регламента в отношениях, регулируемых конвенциями, так как государства - члены ЕС - стороны этих конвенций, и конвенции самостоятельно определяют юрисдикцию, признают и обеспечивают порядок реализации принятых ими решений.

Дискуссии могут возникать по поводу интерпретации термина «специфический вопрос», так как в Регламенте нет четкого толкования данного понятия. Спецификация этого термина, таким образом, может быть предметом обсуждения Регламента [14].

100

Режим международной ответственности за ядерный ущерб: соотношение с нормами регламентов...

Венская конвенция, как и Парижская конвенция, регулирует юрисдикцию, а также принятие и исполнение решений автономно. Из-за специфики этих отношений ответственности они могут рассматриваться как конкретный вопрос [15].

Статья 71 Регламента Брюссель I имела бы огромное значение для юрисдикции судов в вопросе о ядерных прецедентах в отношении государств, которые являются сторонами Венской конвенции и в то же время членами ЕС, где Регламент имеет прямое действие. Несмотря на ст. 71 Регламента Брюссель I, устанавливаются приоритеты других конвенций, регулирующих специальные отношения, при этом интерпретация ст. 71 явно говорит, что государства-члены являются участниками в то время, когда Регламент был принят, и наоборот, не применяется, к государствам -членам, которые только планируют стать участниками конвенций в будущем [16].

Эта точка зрения может быть основана Брюссельской конвенцией о юрисдикции, об исполнении судебных решений по гражданским и коммерческим делам (1968), которая является юридическим предшественником Регламента Брюссель I. Эта Брюссельская конвенция в ст. 57 (1) признает предшествующее применение соглашений, регулирующих определенную юрисдикцию или признание и осуществление решений в специфических вопросах, где договаривающиеся стороны этой Конвенции являются сторонами или могут стать сторонами в будущем. Регламент Брюссель I не регулирует предварительное применение международных договоров, го -сударства-члены могут стать участниками, но понятно, что Регламент Брюссель I не ставил целью придать первостепенное значение кон -венциям, в которых участвовали государства-члены, когда Регламент был принят (это может быть поддержано аргументом, что в ходе законодательного процесса обсуждалась специфика конвенций, которая будет иметь предварительное применение).

Из фактов, которые упоминались выше, видно, что Регламент Брюссель I не применим в вопросах выплат компенсаций из-за причинения ядерного ущерба во всех государствах - членах ЕС, так как большинство из них являются сторонами, подписавшими либо Венскую, либо Парижскую конвенцию,

и согласно ст. 71 Регламента процессуальные нормы этих конвенций ответственности не применяются.

Несмотря на относительно четкое разделение между Регламентом Брюссель I и другими международными конвенциями, регулирующими юрисдикцию в специфических вопросах, ст. 71 Регламента Брюссель I оставляет некоторые вопросы без ответа. В частности, это происходит в случаях, когда Венская или Парижская конвенции регулируют некоторые специфические вопросы лишь незначительно, а Регламент Брюссель I - комплексно [17]. Судебная палата ЕС придерживалась мнения, что конвенция, которая регулирует специфические вопросы, исключает применение Регламента Брюссель I, однако только в вопросах, которые он регулирует. Это означает, что вопросы, которые не регулируются, например, Венской конвенцией (в вопросах ядерной ответственности), регулируется Регламентом Брюссель I, несмотря на его ст. 71. Таким образом, можно говорить о субсидиарности отношений между Венской конвенцией и Регламентом Брюссель I [18].

Взаимосвязь Регламента Рим II и законодательства об ответственности за ядерный ущерб

Регламент Рим II нельзя оставить без внимания в пределах спецификации отношений между подзаконными актами ЕС и международным законодательством об ответственности за ядерный ущерб. Регламент Рим II [19] является инструментом для унификации регулирования коллизий во внедоговорных отношениях. Это применимо к гражданским и коммерческим спорам. Ответственность за возмещение компенсации за ядерный ущерб находится в ведении внедоговорных гражданско-правовых отношений, и в то же время мы можем полагать, что противоречия нескольких юридических норм будут возможны, если есть ядерный инцидент, имеющий трансграничное значение (таким образом, основания для применения Регламента соблюдены [20]). В таком случае необходимо установить взаимосвязь регламентов и конвенций в вопросах о ядерной ответственности.

На первый взгляд может показаться, что отношение регулирования конвенций ответственности за ядерный ущерб четко определено

101

М. Новотна, П. Варга

в ст. 1 (2) (f) Регламента, которая предусматривает, что внедоговорные обязательства, вытекающие из ядерного ущерба, должны быть исключены из сферы действия Регламента.

Пояснительная записка провозгласила приоритет конвенций по ядерной ответственности по отношению к положениям Регламента Рим II. С другой стороны, неконкретные формулировки и неточные пояснения [21] дают возможность широко интерпретировать положения, закрепленные в Регламенте.

В частности, невозможно из нынешней структуры (со ссылкой на пояснительную записку) определить точные границы регламентов и конвенций об ответственности за ядерный ущерб, регулирующих вопросы возмещения ущерба. Когда суды выносят решения о возмещении компенсации за ядерный ущерб, они используют в качестве правовой базы соответствующие конвенции, которые вступают в силу немедленно, т. е. они непосредственно устанавливают права и обязанности заинтересованных лиц. В то же время во всех вопросах, не урегулированных этими конвенциями (однако связанных с возмещением ущерба), используется принцип закона суда. Есть ли исключения в положениях, не подпадающих под действие международных ядерных конвенций, но связанных с созданием ядерного ущерба, или эти отношения регулируются Положениями Рима II?

Ответ на этот вопрос не может быть найден в ст. 25 Регламента, регулирующего отношение к действующим международным договорам, что позволяет государствам-членам применять преимущественно коллизионные нормы в отношении внедоговорных обязательств, как это указано в конвенциях, в то время как государства-члены уже являлись сторонами Регламента. По тексту Регламента субъект не несет ответственности за причинение ядерного ущерба в случае применения ст. 25 Регламента. Кто тогда несет ответственность за причинение ядерного ущерба? Мы можем предположить, следуя пояснительной записке, что целью законодательства было сохранить прежнее применение коллизионных норм международных конвенций. Ни Венская конвенция, ни Парижская конвенция не являются международными договорами, которые регулируют выбор тех или

иных правовых норм. В связи с этим они не должны быть исключены из сферы применения предмета регулирования [22].

Если мы принимаем эту аргументацию, отношения, возникающие при возмещении ядерного ущерба, будут регулироваться конвенцией о ядерной ответственности в соответствии со ст. 1 (2) (F) Регламента и будут исключены из сферы её применения. С другой стороны, противоречие правовых норм в случаях, связанных с нанесением ядерного ущерба, лежит в основе Регламента Рим II в вопросах применения правовых норм, однако лишь в случае, если ущерб был причинен не напрямую. Это может привести к ряду курьезов, т. е. иное национальное законодательство может быть применено при решении проблемы о компенсации за ядерный ущерб и иное законодательство может оказаться родственным в вопросах правоприменения.

Из опыта можно предположить, что конвенции, регулирующие ответственность за ядерный ущерб, предусматривают правила автономии юрисдикции. При использовании расширенного толкования мы также можем найти противоречия в законе и теоретически можем рассматривать вопрос об исключении этих конвенций из списка применения Регламента Рим II [23].

Если мы выбираем эту аргументацию, то и иные отношения, регулирующие возмещение за ядерный ущерб, будут относиться к сфере действия конвенций, что вытекает из текста ст. 1 (2) (f), списка применения Регламента. Та же ситуация в отношении ст. 25, в которой указано, что отношения, связанные с возмещением ущерба, будут исключены из сферы его применения. Это позволит обеспечить полный приоритет применения международного законодательства об ответственности за ядерный ущерб перед Регламентом Рим II.

Выводы

Гармонизация противоречивых правил, которые относятся к праву, применимому к определенным договорным отношениям, а также гармонизация правил для идентификации юрисдикции судов, признания и исполнения судебных решений государств-членов ЕС, несомненно, будут способствовать развитию европейского судебного пространства, в результате чего мы можем определить ви-

102

Режим международной ответственности за ядерный ущерб: соотношение с нормами регламентов...

димые эффекты на европейском уровне, что будет способствовать гармонизации международного законодательства. С другой стороны, когда ответственность касается ядерного ущерба, существует тенденция по исключению отношений ответственности за ядерный ущерб из сферы действий некоторых европейских актов в целях поддержания конкретных стандартов в международном режиме ядерного права. Следует подчеркнуть, что использование положений из коммунитарно-го права часто приводит к применению разнообразных стандартов в государствах - членах ЕС, что в случае ядерного ущерба не способствует правовой определенности защиты потерпевшего субъекта, охрана которого является одним из основополагающих принципов ядерного законодательства.

Таким образом, в будущем необходимо более четко определить диапазон применения норм международного права, даже если область ядерного ущерба не будет относиться к коммунитарному праву. Сейчас самое подходящее время для пересмотра схемы ответственности за ядерный ущерб в целях согласования своих принципиальных позиций с законодательством ЕС.

1. The regulation Brussels I will be replaced (as from 10 January 2015) by the Regulation (EU) No 1215/2012 of the European Parliament and of the Council of 12 December 2012 on jurisdiction and the recognition and enforcement of judgments in civil and commercial matters.

2. Novotna M., Handrlica /.Zodpovednost za jadrove skody. Vyzvy pre medzinarodnh a narodnh zodpovednostnh legislativu v post-fukusimskom obdobi. - Bratislava : Veda, vyda-vatel’stvo Slovenskej akademie vied, 2011. -P. 299 ; Similarly Handrlica ./.The Brussels I Regulation and Liability for Nuclear Damage // Nuclear Law Bulletin. No 86. - 2010. - № 2. -P. 30.

3. Handrlica /., Novotna M. The Vienna convention on civil liability for nuclear damage revisited: challenges for updating the Czech and Slovak legal framework // The Lawyer quarterly. -2013. - Vol. 3, No 4. - S. 304.

4. Magnus U. Jurisdiction and Enforcement of Judgements under the current nuclear liability regimes within the EU member states // Pel-zer N. (ed.): Europaisches Atomhaftungsrecht im Umbruch. - Baden-Baden, 2010. - S. 111.

5. For the operators of the nuclear equipment who are natural persons, the domicile is on the territory of a member state where is the registered

seat, central administration or main place of business.

6. See the judgment of the CJEU from 27. 9. 1988, 189/87, Athanasios Kalfelis proti Banque Schroder, Munchmeyer, Hengst & Co. and others; judgment from 25.11.2011, C-509/09 a C-161/10, eDate Advertising GmbH against X a Olivier Martinez a Robert Martinez against MGN Limited.

7. Magnus U., Mankowski P Brussels I regulation. - Munich : Sellier, european law publishers, 2012. - P. 55.

8. See decision 29/76 LTU v Eurocontrol, (14. 10.1976); decision 814/79 Netherlands v Ruffer, (16.12.1980); decision C-172/91 Sonntag v Waidmann, (21.4.1993).

9. Kosnacova (Novotna) M. Obcianskopravna zod-povednost’ za jadrovh skodu v prave EU // International and Comparative Law Review (Mezina-rodni a srovnavaci pravni revue). - 2004. -№ 11. - P. 39.

10. Ibid.

11. Compare with the decision 29/76 LTU v Eurocontrol (14.10.1976); decision C -265/02 Frahul SA v. Assitalia SpA // Novotna M., Handrlica J. Zodpovednost za jadrove skody. -P. 301.

12. Article 1(2)(f) of the Regulation (EC) No 864/2007 of the European Parliament and of the Council of 11 July 2007 on the law applicable to non-contractual obligations (Rome II).

13. Handrlica /. Channelling of nuclear third party liability towards the operator: jeopardised by the Brussels regulation. Czech Yearbook of Public and Private International law. - Vol. 2. - Prague : Czech Society of International Law, 2011. -P. 77.

14. Magnus U., Mankowski P Op. cit. - P. 866.

15. For more details see: Kosnacova (Novotna) M. Op. cit. - P. 37-40.

16. Magnus U., Mankowski P Op. cit. - p. 860.

17. Handrlica /. The Brussels I Regulation and Liability for Nuclear Damage. - P. 36 a nasl.

18. Magnus U., Mankowski P Op. cit. - P. 869.

19. Regulation (EC) No 864/2007 of the European Parliament and of the Council of 11 July 2007 on the law applicable to non-contractual obligations (Rome II).

20. The conditions of application of the Regulation also see: NovotnaM.Kolizna hprava mi-mozmluvnych zavazkov // Stefankova N., Lysina P. a kol. Medzinarodne pravo shkromne. -Praha : C. H. Beck, 2011. - S. 394 and following.

21. Nocera F. Recent European Union Legislation and the International Nuclear Third Party Liability Regime - Conflicts, Problems and Solutions // Uniform law review. - 2004. - № 1. - P. 92.

22. Kosnacova (Novotna) M. Op. cit. - P. 42.

23. Ibid.

103