Инструменты государственного фискального антикризисного регулирования и модели оценки их эффективности

Зарубежный опыт

Удк 336.02

инструменты государственного фискального антикризисного регулирования и модели оценки их эффективности

е. п. климкович,

аспирант кафедры финансов и цен E-mail: die2win@mail.ru Российский экономический университет

им. Г. В. Плеханова

В статье выполнен анализ основных инструментов антикризисного налогово-бюджетного стимулирования, представлена структура заявленных ведущими странами пакетов мер стимулирования, приведено исследование ключевых структурных моделей для оценки эффективности таких стимулов. По результатам исследования была выбрана наиболее подходящая для целей оценки структурная модель и сформирован оптимальный пакет инструментов государственного антикризисного регулирования.

Ключевые слова: кризис, регулирование, инструмент, мера, стимул, эффективность, модель, анализ, потребление, инвестиции, трансферт, налог.

Особенности, присущие предыдущим экономическим кризисам (лопнувший «пузырь» на рынке недвижимости в Японии в конце 1980-х гг., волна банкротств ведущих финансовых институтов в начале 1930-х гг., ловушка ликвидности в США и разрушение международного движения капитала, череда валютных кризисов, произошедших в Азии в конце 1990-х гг., и пр.) [4], проявившись практически одновременно, в 2008-2009 гг. стали настоящим вызовом для развитых и развивающихся государств. Борьба с последствиями первого по-настоящему глобального кризиса требовала как от ведущих

экономистов, так и от государственных деятелей разработки целых комплексов разнообразных мер стимулирования. Сначала были задействованы монетарные меры. Но когда стало ясно, что их эффект исчерпан, единственным возможным путем выхода из сложившегося положения явилось фискальное антикризисное регулирование.

Сложность и комплексность кризиса привели к необходимости перевода теоретической и практической базы его регулирования на новый уровень, расширяя инструменты, удовлетворяющие главному требованию, предъявляемому к государственному регулированию, - эффективности. Хорошо известно, что задача определения наиболее эффективной стратегии решения какой-либо проблемы предполагает выбор из нескольких имеющихся вариантов (в данном случае - из определенного набора инструментов регулирования), что ставит перед исследователем также задачу разработки моделей, позволяющих оценить эффективность как планируемых к принятию, так и уже принятых мер.

Налогово-бюджетное стимулирование как в теории, так и на практике (в пакетах предложенных странами антикризисных мер) использует следующие основные инструменты:

- увеличение государственных инвестиций;

- увеличение государственного потребления;

- нецелевые единовременные трансферты;

- целевые единовременные трансферты малоимущим домохозяйствам (социальные гарантии);

- сокращение ставок подоходного налога на трудовые доходы;

- сокращение ставок потребительского налога;

- сокращение ставок налога на прибыль [1].

Странами «Большой двадцатки» ^-20) были

заявлены пакеты мер налогово-бюджетного стимулирования на 2009-2010 гг. [6].

Анализируя эти пакеты, стоит отметить значительный, но несколько меньший, чем мог бы ожидаться, объем стимулирования со стороны Японии и развивающихся азиатских экономик (2,4 и 2,2 % ВВП в 2009 г.; 1,8 и 2,0 % ВВП в 2010 г. соответственно). Для сравнения: первый пакет аналогичного комплекса мер Японии во время Азиатского кризиса конца 1990-х гг. составил около 3 % ВВП (16 трлн йен).

Также наталкивает на определенные размышления то, что различными национальными экономиками и группами экономик отдаются предпочтения разным направлениям стимулирования. В США, в частности, сделан упор на государственное потребление и сокращение подоходного налога, в Еврозоне самыми масштабными мерами стали сокращение подоходного налога и государственное потребление. Япония практически половину всех мер планирует осуществить за счет нецелевых трансфертов, а страны развивающейся Азии почти две трети мер готовят в форме государственных инвестиций. Важным фактором является также то, что остальные страны G-20 в качестве приоритетного выбрали направление повышения социальных гарантий, что свидетельствует: правительства опасаются обострения социальной напряженности.

Главными индикаторами эффекта мер налогово-бюджетного стимулирования являются изменения ключевых показателей системы национальных счетов. Наиболее показательным из них, несомненно, является ВВП. В связи с этим именно влиянием на данный показатель в большей мере будет обусловлена результативность указанных мер и именно его изменение станет основным объектом анализа.

Налогово-бюджетный мультипликатор - в широком смысле описывает влияние изменений в текущих мерах бюджетно-налогового стимулирования на реальный ВВП [8]. Налогово-бюджетные стимулы влияют и на спрос, и на предложение в экономике. Воздействие на спрос осуществляется

путем мер, питающих совокупный спрос напрямую (в случае с государственными инвестициями) или через рост реального располагаемого дохода, который приводит к частичному увеличению расходов (в случае роста общих и целевых трансфертов и снижения подоходного налога). Величина воздействия на совокупный спрос более высоких располагаемых доходов в случае с ростом общих трансфертов будет зависеть от соотношения домохозяйств, ограниченных в ликвидности. Так как такие домохозяйства будут тратить большую долю прироста своего располагаемого дохода, чем нестесненные в финансовых средствах. Все эти эффекты спроса будут оказывать вторичное мультипликативное воздействие, так как получатели более высоких доходов (в форме возросших трудовых доходов и дивидендов) в свою очередь будут увеличивать свои собственные расходы [1].

Важным фактором, влияющим на размер бюджетно-налогового мультипликатора, также является взаимодействие бюджетно-налоговой и монетарной политики и наличие в большей или меньшей степени координируемой мировой монетарной политики. Это обуславливается тем, что помимо своего прямого воздействия на совокупный спрос, налогово-бюджетные стимулы также косвенно воздействуют на реальные процентные ставки. Они ведут к росту инфляционной нагрузки в период роста совокупного спроса, что в свою очередь влечет изменение реальных процентных ставок. Без наличия координации инфляционное давление приведет к росту процентных ставок и тем самым частично снизит влияние налогово-бюджетных стимулов на ВВП. Наоборот, в случае наличия такой координации и фиксации номинальных процентных ставок рост инфляции дает толчок к сокращению реальных процентных ставок. Как результат, такого рода политика дополняет бюджетно-налоговое стимулирование и усиливает ее влияние на реальный ВВП.

Ряд мировых центральных банков опустили номинальные процентные ставки до нуля, реагируя на развитие кризиса. Следовательно, они более не могут смягчать негативные кризисные эффекты посредствам этого инструмента. Это означает, что дальнейшее вхождение в инфляцию вызывает более быстрый рост процентных ставок, чем в обычном случае. В исследовании будут рассмотрены три сценария взаимодействия:

а) незамедлительная реакция процентных ставок;

б) политика неизменных процентных ставок на 1 год;

в) политика неизменных процентных ставок на 2 года.

Естественно, различные инструменты бюджетно-налогового стимулирования обладают различной степенью влияния на изменение реального ВВП. Соответственно каждый инструмент обладает своим собственным значением мультипликатора.

В исследовании рассмотрим четыре из перечисленных инструментов:

- увеличение государственных инвестиций,

- нецелевые единовременные трансферты,

- целевые единовременные трансферты малоимущим домохозяйствам,

- сокращение ставок подоходного налога на трудовые доходы.

Попробуем оценить их эффективность на примере США и их влияние на остальной мир.

В решении задачи оценки эффективности фискальных стимулов приняли участие шесть институтов, которые использовали семь ключевых структурных моделей - Европейская комиссия (QUEST) [2], МВФ (GIMF) [7], Совет управляющих ФРС (FRB-US and SIGMA), Банк Канады (BoC-GEM), ЕЦБ (NAWM) и ОЭСР (OECD Fiscal). Из семи указанных моделей четыре - глобальных (BoC-GEM, GIMF, QUEST, SIGMA). NAWM разработана

для двух регионов (США и Еврозона), FRB-US -модель только для США, OECD Fiscal - модель только для Еврозоны. Шесть моделей представляют собой динамические стохастические модели общего равновесия, в то время как FRB-US базируется на структуре полиноминальных издержек измерения (PAC). Краткие характеристики моделей представлены в табл. 1.

Анализ приведенных в табл. 1 данных позволяет сделать вывод о том, что для целей исследования будет наилучшим образом подходить модель GIMF, которая благодаря наличию 5 регионов и финансовому акселератору дает возможность наиболее полно оценить не только эффективность мер для США, но и их влияние на остальной мир. А также использовать описанные ранее сценарии реакции процентных ставок на анализируемые стимулы.

Правило Тэйлора - номинальная процентная ставка ставится в зависимость одновременно от отклонения инфляции от целевых значений и от отклонений ВВП от потенциального

rsi - rli = rsi - К + 6п (П - П ) + 57 (y - ypt X где rsi и rl - краткосрочные и долгосрочные номинальные процентные ставки соответственно; rs* и rl* - их аналоги в условиях равновесия; 9п и 57 - коэффициенты зависимости; (п. - пг) - отклонение целевой инфляции от прогнозируемой модели;

Таблица 1

краткая характеристика структурных моделей анализа [6]

Модель Число регионов структура домохозяйств Монетарная политика Особенности

QUEST 3 20 % НТМ, 20 % СС Правило Тейлора Домохозяйства: НТМ, СС, INF; производящиеся государственные инвестиции; жилищное строительство; эндогенно формирующаяся премия за риск по государственному долгу

GIMF 5 25 % НТМ Правило ШВ Домохозяйства: НТМ, FIN; производящиеся государственные инвестиции; финансовый акселератор

FRB-US 1 40 % НТМ Правило Тейлора Домохозяйства: НТМ, INF; очень детализированная разбивка; существенная работа с практическими данными

SIGMA 2 50 % НТМ Правило Тэйлора Домохозяйства: НТМ, INF

BoC-GEM 6 15 % НТМ Правило ШВ Домохозяйства: НТМ, INF; производящиеся государственные инвестиции; разделены сектора для нефтяных и ненефтяных биржевых товаров

NAWM 2 25 % НТМ Правило Тэйлора Домохозяйства: НТМ, INF; НТМ может сгладить потребление через наличный оборот

OECD Fiscal 1 25 % НТМ Правило Тэйлора Домохозяйства: НТМ, INF; эндогенно формирующаяся премия за риск по государственному долгу

Примечание: HTM - малоимущие домохозяйства; СС - ограниченные в кредитоспособности домохозяйства; INF - бесконечно живущие домохозяйства; FIN - ограниченно живущие домохозяйства.

(у - ур) - отклонение потенциального ВВП от реального [3].

Правило ШВ (базирующейся на прогнозах инфляции) - номинальная процентная ставка ставится в зависимость от отклонения прогнозируемого уровня инфляции от своих целевых значений [5]

га.

Г = - ге+£е. (<+1 -птх

где rsi и г1 - краткосрочные и долгосрочные номинальные процентные ставки соответственно;

щ и г1* - их аналоги в условиях равновесия; еj - соответствующие веса, выбранные в качестве эталона;

пе+1 - согласующийся с моделью прогноз инфляции на i кварталов вперед; пт - целевой уровень.

Итак, для оценки мультипликатора каждого из основных инструментов налогово-бюджетной политики были проведены расчеты влияния проводимых США мер на Соединенные Штаты непосредственно и на остальной мир. Результаты представлены в виде динамики изменения основных показателей экономики за 5 лет. Для такого инструмента, как государственные инвестиции, они отражены на рис. 1.

Анализ данных рис. 1 показывает, что амплитуда колебаний каждого из перечисленных показателей, а именно ВВП, совокупного потребления и совокупных инвестиций, наиболее существенна для сценария «политика неизменных процентных ставок на 2 года». Для данного сценария достигается максимальный мультипликативный эффект: более 2 для США и порядка 0,6 для остального мира. Но для него характерен и самый серьезный спад - до базового уровня в конце исследуемого периода для США и даже ухудшение базовых показателей для остального мира. Это главным образом обеспечивается падением совокупного потребления, которое оказывается ниже базового уровня уже в первой половине четвертого периода для обоих регионов.

Оптимальным для данного инструмента, по мнению автора, является применение политики неизменных

процентных ставок сроком на 1 год. Этот сценарий, вкупе с неплохим максимальным мультипликативным эффектом - 1,5 для США и 0,2 для остального мира, позволит решить проблему стабилизации рынков в отличие от сценария с незамедлительной реакцией (процентной ставкой), обеспечит сохранение необходимого уровня потребления в конце анализируемого периода. Также важно отметить, что для данного сценария реальный ВВП в конце анализируемого периода для США будет не только превышать базовый уровень, но и демонстрировать положительную динамику. Этот сценарий также позволит избежать снижения инвестиций для остального мира ниже базового.

Следующим рассмотренным инструментом являются нецелевые трансферты, эффективность которых представлена на рис. 2.

Сравнивая два рассмотренных выше инструмента, можно сделать вывод о том, что нецелевые трансферты гораздо менее эффективны, чем государственные инвестиции. Максимальные значения мультипликатора даже в случае сценария с применением политики неизменных процентных ставок для этого инструмента для США едва достигает

США

Остальной мир

Рис. 1. Эффект государственных инвестиций, отклонение от базы в процентах:

а - реальный ВВП; б - потребление; в - инвестиции; г - реальный ВВП; д - потребление; е - инвестиции

г=1

а

г

б

д

в

е

США

Остальной мир

0.4 0.10

0.2 0.05

0.0 0.00

-0.2

0.6 0.1

0.4

0.2 0.0

0.0

-0,2 -0.1

0.4 0.2

0.2 0.1

0.0 0.0

-0.2 -0.1

3

в е

рис. 2. Эффект нецелевых трансфертов, отклонение от базы в процентах: а - реальный ВВП; б - потребление; в - инвестиции; г - реальный ВВП; д - потребление; е - инвестиции

0,4, а для остального мира с трудом переваливает за 0,1. Как и для предыдущего случая, оптимальный эффект от данного инструмента достигается в случае применения сценария с политикой неизменной процентной ставки на 1 год, которая обеспечивает необходимый всплеск реального ВВП и при этом позволяет избежать его существенного снижения в конце анализируемого периода как для США, так и для всего мира.

Важно также отметить, что в отличие от предыдущего рассмотренного инструмента, применение которого было более эффективным для США, нежели для остального мира как в краткосрочной, так и среднесрочной перспективе, применение нецелевых трансфертов, на взгляд автора, является абсолютно неэффективным для США, так как не только имеет относительно слабый мультипликативный эффект в независимости от исследуемого сценария, но и приводит к негативному отклонению ВВП от базового уровня к концу анализируемого периода. Впрочем, для остального мира этот инструмент тоже сложно назвать эффективным: несмотря на то, что негативное значение мультипликатора данного инструмента для всего мира в конце анализируемого

периода близко к 0, отклонение потребления от базового уровня гораздо более существенно. Для нецелевых трансфертов также не наблюдается удовлетворительной динамики инвестиций, которые в лучшем для совокупных инвестиций сценарии неизменной процентной ставки сроком на 2 года оказываются в среднесрочной перспективе ниже базового уровня для США и лишь на базовом уровне -для остального мира.

Очередным анализируемым инструментом выступят нецелевые трансферты ограниченным в ликвидности домохозяйствам. Эффект от его влияния продемонстрирован на рис. 3.

Максимальное значение мультипликатора для такого инструмента, как целевые трансферты, для сценария неизменной процентной ставки в течение 2 лет достигает 1,5 для США и чуть более 0,4 для остального мира. При этом важно отметить, что значение совокупного потребления для данного инструмента в США будет максимальным: единственный из всех анализируемых инструментов он позволит превысить 2 %-ный барьер. Так же как и при анализе предыдущих инструментов, оптимальным сценарием для использования этого инструмента с точки зрения баланса краткосрочных и среднесрочных целей является сценарий «политика неизменных процентных ставок на 1 год».

Следует также иметь в виду, что нисходящий тренд реального ВВП при использовании целевых трансфертов для США берет свое начало уже во втором периоде для всех из исследованных сценариев. Это свидетельствует о фактическом отсутствии временного лага между применением инструмента и получением эффекта от него для данного региона, в то время как для остального мира неотрицательная динамика мультипликатора продолжается еще один период. Влияние данного инструмента на потребление более эффективно для США, чем для остального мира. Это объясняется тем, что соотношение максимального значения отклонения этого показателя в оптимальном, на взгляд автора, сценарии (порядка 1,5 %о) с его минимальным значением в конце периода (-0,25 0%) для США выглядит гораздо

а

г

б

США

Остальной мир

1.0 0.4

0.5 0.2

0.0

0.0

-0.5

0.6

КО 0.4

0.5

0.2

0,0

0.0

-0.5

-0.2

О 1

3 4 5

е

Рис. 3. Эффект целевых трансфертов, отклонение от базы в процентах: а - реальный ВВП; б - потребление; в - инвестиции; г - реальный ВВП; д - потребление; е - инвестиции

США

Остальной мир

0.10

0.05

0.00

0 1

3 4

г

0.6 0.6 аю

0.4 А. 0.4 ао5

0.2 / V 0.2 0.00

0.0 / ^ 0.0 -ао5

0 12 3 4 5 б

0.2 0.2 0.10

--—V

0.1 0.1 0.05

0.0 о о 0.00

и.у

-0.1 -0.1 -0.05

0.10

0.05

0.00

0.10

0 I

2 3 4

в

5

Рис. 4. Эффект от сокращения подоходного налога на трудовые доходы, отклонение от базы в процентах: а - реальный ВВП; б - потребление; в - инвестиции; г - реальный ВВП; д - потребление; е - инвестиции

убедительней, чем соотношение 0,9 и -0,9 % для остального мира. Аналогичное соотношение для совокупных инвестиций также в пользу США, но уже с гораздо меньшим разрывом.

Последним, но не менее важным из рассматриваемых инструментов является сокращение подоходного налога с трудовых доходов, результаты моделирования для которого представлены на рис. 4.

Важной характерной чертой данного инструмента является то, что его эффективность существенно выше для США, чем для остального мира с точки зрения влияния на все представленные агрегаты:

- реальный ВВП;

- совокупное потребление;

- совокупные инвестиции.

Максимальный мультипликативный эффект данного инструмента для США составляет 0,35 (для сценария с двухлетней политикой неизменных процентных ставок) и чуть менее 0,1 -для остального мира. Если говорить о США, то данный инструмент является единственным из проанализированных, который обеспечил превышение всех рассмотренных агрегатов над базовым уровнем в среднесрочной перспективе. Также важно отметить, что для США этот инструмент эффективней использовать вкупе с двухлетней политикой неизменных процентных ставок, так как в этом случае мультипликативный эффект от сокращения налога на трудовые доходы будет максимальным как в краткосрочной, так и в среднесрочной перспективах. Для остального мира эффект данной меры гораздо ниже как в краткосрочной, так и в среднесрочной перспективах.

Попробуем представить результаты исследований перечисленных инструментов в виде таблиц для каждого из сценариев, чтобы попытаться сформулировать наиболее эффективную стратегию регулирования в краткосрочной и среднесрочной

а

в

а

е

перспективе для США и ее влияние на остальной мир (табл. 2, 3).

Как следует из анализа, для любого из сценариев для США наиболее эффективной краткосрочной мерой бюджетно-налогового стимулирования являются государственные инвестиции. Следующей по эффективности мерой остаются целевые трансферты. Замыкает тройку рекомендуемых автором мер снижение налога на трудовые доходы. Как ни парадоксально, эта же мера является и самой эффективной в среднесрочной перспективе в первом и втором сценариях. И уступает (очень незначительно) лишь снижению налога на трудовые доходы в третьем сценарии. Отметим, что худшей мерой по среднесрочной эффективности в любом из сценариев является использование целевых трансфертов.

Подводя итоги проведенного исследования, сформулируем оптимальную стратегию бюджетно-налогового стимулирования для США.

Оптимальной стратегией государственного регулирования для Соединенных Штатов является использование таких инструментов налогово-бюджетного стимулирования, как государственные инвестиции, целевые трансферты и снижение налога на трудовые доходы, пропорционально их краткосрочным мультипликативным эффектам при политике сохранения процентных ставок неизменными на 1 год:

- 55 % - государственные инвестиции;

- 35 % - целевые трансферты;

- 10 % - сокращение налога на трудовые доходы.

Это обеспечит краткосрочный мультипликативный эффект на уровне 1,2 и даст возможность сохранить среднесрочный мультипликативный эффект на уровне 0,03. Если вернуться к пакету заявленных мер, то в текущем выборе США весь комплекс из рекомендованных инструментов регулирования не превышает и 40 %.

Для остального мира ситуация несколько иная (табл. 3).

Анализ данных табл. 3 показывает, что мультипликативный эффект всех перечисленных стимулов для остального мира существенно ниже, чем для страны, выступающей их первоисточником. Несмотря на это, государственные инвестиции продолжают оставаться самым эффективным инструментом в краткосрочной перспективе для каждого из сценариев, так же как и целевые трансферты остаются вторыми. Но замыкать тройку рекомендуемых мер налогово-бюджетного стимулирования на этот раз будут нецелевые трансферты. Самой эффективной мерой среднесрочного регулирования выступит снижение налога на трудовые доходы. Но, к сожалению, она также не позволяет реальному ВВП региона остаться на уровне базисного в конце периода.

В качестве общего вывода можно сформулировать оптимальную стратегию бюджетно-налогового стимулирования США с точки зрения воздействия на остальной мир.

Таблица 2

Мультипликатор ключевых инструментов бюджетно-налогового стимулирования США

Наименование Сценарий «незамедлительная реакция процентных ставок» Сценарий «политика неизменных процентных ставок на 1 год» Сценарий «политика неизменных процентных ставок на 2 года»

1-2 года 5 лет 1-2 года 5 лет 1-2 года 5 лет

Государственные инвестиции 1,40 0,20 1,50 0,20 2,10 0,00

Нецелевые трансферты 0,20 0,07 0,25 0,07 0,40 0,10

Целевые трансферты 0,70 0,25 0,95 0,25 1,50 0,40

Снижение трудового налога 0,25 0,03 0,26 0,03 0,33 0,02

Наименование Сценарий «незамедлительная реакция процентных ставок» Сценарий «политика неизменных процентных ставок на 1 год» Сценарий «политика неизменных процентных ставок на 2 года»

1-2 года 5 лет 1-2 года 5 лет 1-2 года 5 лет

Государственные инвестиции 0,10 0,05 0,20 0,05 0,60 0,10

Нецелевые трансферты 0,03 0,02 0,04 0,02 0,15 0,03

Целевые трансферты 0,95 0,05 0,10 0,05 0,45 0,09

Снижение трудового налога 0,02 0,01 0,03 0,01 0,09 0,03

Таблица 3

Мультипликатор ключевых инструментов бюджетно-налогового стимулирования США

для остального мира

Оптимальной стратегией государственного регулирования для данного региона является использование таких мер бюджетно-налогового стимулирования в США, как государственные инвестиции, целевые и нецелевые трансферты в объемах, пропорциональных их краткосрочным мультипликативным эффектам при использовании политики двухлетних неизменных процентных ставок:

- 50 % - государственные инвестиции;

- 37,5 % - целевые трансферты;

- 12,5 % - нецелевые трансферты.

Это обеспечит краткосрочный мультипликативный эффект на уровне 0,5 (что не так плохо, учитывая разнообразный уровень развития и разнообразные темпы роста входящих в агрегированный регион экономик) и позволит избежать значительных негативных отклонений реального ВВП от базового уровня в среднесрочной перспективе, сохранив мультипликатор на уровне - 0,09. Но эта стратегия, как было доказано, не является оптимальной для США. Таким образом, остальному миру скорее всего придется мириться с мультипликативным эффектом от мер, применяемых в рамках оптимальной для США стратегии, т. е. краткосрочный эффект составит всего 0,15, а в среднесрочной перспективе он окажется негативным на уровне - 0,05.

Проведенный анализ показывает, что наиболее эффективным инструментом антикризисного фискального регулирования являются государственные инвестиции, но, естественно, весь объем средств не может быть направлен на осуществление этой меры. Таким образом, модель оценки эффективности такого регулирования должна учитывать синергию набора из нескольких инструментов. Также для осуществления максимально эффективного антикризисного регулирования необходима координация мер на глобальном уровне, так как применение тех или иных стимулов в США может не только оказаться нейтральными для остального мира, но и даже привести к негативным последствиям. В связи с этим обязательным условием формирования модели оценки эффективности тех или иных фискальных инструментов должна стать мультирегиональность. Еще одним необходимым условием эффективности

государственного антикризисного регулирования является проведение согласованной с применяемым набором фискальных инструментов монетарной политики, которая позволит усиливать эффект выбранного набора мер.

Для оценки эффективности антикризисного фискального регулирования из рассмотренных моделей необходимо остановиться на мультирегиональной модели, которая дает возможность принять во внимание взаимодействие фискальных мер с монетарной политикой, а также учесть наличие финансового акселератора. Наилучшей для этих целей стала модель GIMF. Проанализированные инструменты антикризисного фискального регулирования для данной модели, на взгляд автора, позволяют эффективно преодолеть последствия текущего кризиса. Оптимальным стал набор из таких мер, как государственные инвестиции, целевые трансферты и снижение налога на трудовые доходы, который имел максимальный мультипликативный эффект.

Список литературы

1. Агапова Т. А., Серегина С. Ф. Макроэкономика. М.: Дело и сервис. 2004.

2. Разработка модели для макроэкономического прогнозирования и оценки доходов в условиях среднесрочного финансового планирования. М.: ЦЭФИР. 2008.

3 . Athanasios Orphanides. Taylor rules. Board of

Governors of the FRS. January 2007.

4 . Paul Krugman. The Return of Depression

Economics and the Crisis of 2008. 2nd Edition. 2009.

5. ECB Working Paper. Inflation forecast-based-rules and indeterminacy, a puzzle and resolution. June 2006.

6. IMF Working Paper. Effects of Fiscal Stimulus in Structural Models. March 2010.

7. IMF Working Paper. The Global integrated Monetary and Fiscal Model (GIMF) - Theoretical structure. February 2010.

8. IMF Staff position note. Fiscal multipliers. May 2009.