Концепция религии откровения Г. В. Ф. Гегеля: к постановке проблемы

УДК 1

Бойко Павел Евгеньевич

доктор философских наук, профессор, заведующий кафедрой философии, руководитель образовательных направлений «философия, теология, религиоведение» Кубанского государственного университета, член Президиума

Российского философского общества

фон Пентц Диана Юрьевна

аспирант кафедры философии Кубанского государственного университета

КОНЦЕПЦИЯ РЕЛИГИИ ОТКРОВЕНИЯ Г.В.Ф. ГЕГЕЛЯ:

К ПОСТАНОВКЕ ПРОБЛЕМЫ

Boyko Pavel Yevgenyevich

D.Phil., Professor, Head of the Philosophy Department, Head of the Academic Areas “Philosophy, Theology, Religion Studies” at the Kuban State University, Member of the Presidium of the Russian Philosophic Society

von Pentz Diana Yuryevna

PhD student, Philosophy Department, Kuban State University

RELIGION OF REVELATION BY G.W.F. HEGEL: CONCERNING PROBLEM STATEMENT

Аннотация:

Концепция религии откровения Гегеля была создана в то время, которое по праву называют началом эпохи «Науки Философии», то есть системы абсолютного идеализма. Система Гегеля предлагает синтез классической христианской теологии с всеобщей диалектикой мышления и бытия (спекулятивной философией), как универсальной Наукой Разума. Этот высший синтез должен стать ключевым фактором переориентации современной духовной культуры к разумному пониманию жизни, которое является не абстрактно-рассудочным (позитивистским, мате-риалистическим, прагматическим, постмодернистским и т.д.), а утверждает абсолютное знание, выраженное в таких принципах и ценностях христианской религии откровения, как разумность, свобода, любовь, равенство, братство, соборность, сострадание, трудолюбие, духовная защита своего народа и его великой культуры.

Ключевые слова:

философия Г.В.Ф. Гегеля, всеобщая диалектика, философия религии, религия откровения, философская христология.

Summary:

The conception of Hegel’s Religion of Revelation was created at a time that is rightfully considered to be a beginning of the Science of Philosophy epoch, which culminated in the system of Absolute Idealism. It suggests a synthesis of classical Christian theology with the universal dialectic of thinking and being (speculative philosophy), and so establishes a universal Science of Reason. This highest possible synthesis should become the key factor in a reorientation of the modern spiritual culture towards the reasonable understanding of life which is not abstract-rational (posi-tivistic, materialistic, pragmatic, postmodern, etc.), but aims for an absolute knowledge that expresses itself in such principles and values of the Christian Religion of Revelation like reasonableness, freedom, love, equality, brotherhood, conciliarism, compassion, diligence, spiritual protection of one’s own people and their great culture.

Keywords:

philosophy by G.W.F. Hegel, universal dialectic, philosophy of religion, religion of revelation, philosophical Christology.

В наше время, когда христианский мир испытывает серьезные нравственные потрясения, обращение к философии христианской религии представляется особенно актуальным. Изучение опыта классической немецкой философии в целом, и гегелевской концепции христианской идеи, должно, на наш взгляд, помочь разобраться в действительных, то есть всеобщих причинах кризиса нравственных ценностей в современном мире.

Указанные соображения стали непосредственным основанием нашего обращения к теме «Философия откровения Г.В.Ф. Гегеля: к постановке проблемы». Одна из основных проблем данной работы состоит в том, чтобы через эмпирико-позитивную историко-философскую реконструкцию гегелевской концепции христианской религии выйти на уровень всеобщего, то есть логико-диалектического понимания состояния и перспектив развития христианской идеи в современном мире. На основании философски понятого Евангелия, Гегель разрабатывает такую концепцию религии откровения, которая является логически и духовно-практически необходимой для современного религиозного сознания.

Научная актуальность более глубокого изучения концепции философии откровения Гегеля заключается в том, что в постгегелевский период и до нашего времени интерпретация его философско-религиоведческих текстов в целом, и христологических в частности, чрезвычайно многообразна, разнонаправленна и внутренне противоречива. Именно поэтому современная историко-философская и философско-религиоведческая наука требует детального исследова-

ния теоретических и практических предпосылок христологии Гегеля, определения ее генезиса и эволюции. Необходимо установить внутреннюю сущность философии откровения немецкого философа (и, к тому же, дипломированного теолога: как известно, Гегель, как и Шеллинг, был выпускником теологического института!), раскрыть ее значимость для современной науки и христианской культуры.

Как было ранее отмечено одним из авторов данной публикации: «...подлинная актуальность гегелевской методологии философии религии определяется ее способностью понять всеобщее духовно-историческое содержание христианской идеи свободы, утверждение которой как раз и составляет главную тенденцию нашего времени» [1].

В связи с вышеизложенным, очевидна необходимость целостной историко-философской интерпретации гегелевской религии откровения и определения ее логико-методологического потенциала для современных христианских философско-религиоведческих и теологических учений. Насколько нам известно, подобного рода задача практически не ставилась в отечественной историко-философской науке, как советской, так и постсоветской.

В то же время зарубежные исследователи предлагают многогранный анализ проблематики данной статьи. Приведем несколько примеров. Даниель Бартольд-Бонд: «Откровение - это проявление рациональности...» [2, р. 121-122]; «Гегель предлагает постисторическую судьбу человечества или непрестанно длящийся ход развития - на выбор чего он делает предложение о том, чтобы Христианская эпоха стала последней эрой истории, не вне истории, а все же вне необходимости дальнейшей исторической эволюции» [3]. Иосая Ройс в «Лекциях по Современному Идеализму» пишет: «мы почти готовы перейти к разработанной концепции Гегеля или дальнейшему развитию этой религиозной точки зрения в сфере философии религии» [4, р. 132]. Ханс Кюнг в работе «Инкарнация Бога» дает оценку дебатам о Гегеле после его смерти: «то что было vivo для одних, для других было morto, а Гегеля прославляли как папу философии, одновременно с тем осуждали как самого опасного антихриста. <...> Конфликт вокруг Гегеля разразился в сфере теологии или, если точнее, христологии» [5, р. 414]. Джеймс Йеркс в «Христологии Гегеля» пишет о том, что Гегель в свое время стремился помочь Христианской общине правильно понять «Откровение» - не просто как исторический факт прихода Христа, а вместе с разработанной им символической и культовой традицией. Йеркс приводит слова Гегеля о том, что Христианская религия есть ни что иное, как Откровение того, что есть Бог [6, р. 184]. Йозеф Мадер: «Идеалистическая позиция Гегеля идентифицирует Христианский Генезис с миром как таковым, и таким образом история развития понятия Откровение становится единой со всемирной историей. <...> Откровение раскрывает в своей сокровенной сути Бытие Бога» [7]. Главная мысль Вольтера Йешке в книге «Разум в Религии: основы Философии Религии Гегеля» заключается в положении о том, что Гегель видел необходимость разработки философской теологии. Он избрал единственно адекватный путь - поднял теологию в философском представлении до уровня, в котором Бог и Религия вошли в более широкую концепцию Божественного [8].

Это лишь самый краткий и предварительный обзор некоторых исследований по философии религии Гегеля, где рассматриваются, в основном, особенные моменты темы «Гегель и христианство». Эти работы, как правило, не переводились на русский язык и малоизвестны современной российской историко-философской и религиоведческой науке.

Для широкого раскрытия темы данной статьи необходимо выбрать адекватный духу гегелевской философии метод. Религия и ее объект, Бог, должны быть исследованы философски, то есть посредством разума, аутентично, через методологию всеобщей диалектики самого Гегеля. Откровение неразрывно связано с Разумом, а Разум, будучи высшим и всеобщим уровнем мышления, надлежащим образом выражен в диалектике Логоцентризма, то есть в Идее диалектического единства двух природ во Христе - Божественной и Человеческой.

Согласно Гегелю, только в христианской религии Бог полностью являет себя, выражает свою субстанциальность как субъективность, как необходимую всеобщность духа. Сфера Откровения является духом, действительным определением абсолютной религии.

Вне сомнений, Гегель в своих работах поднимает вопросы уникальности образа Иисуса Христа в истории человечества. В «Феноменологии духа» и в «Лекциях по философии религии» немецкий мыслитель защищает позиции христианской религии, отстаивая тот факт, что христианство завершило серию мировых религий, став на вершине их развития. В «Феноменологии духа» Гегель утверждает, что его собственное «спекулятивное знание есть знание религии откровения (или христианской религии)», которая предлагает «истинное абсолютное содержание». Для Гегеля Бог не является трансцендентным творцом, но есть сущность всего. Он отстаивает глубинное содержание послания Христа, которое осталось непознанным в его время и ныне вызывает многочисленную критику, а именно философию мысли Христа, Царство которо-

го «не от мира сего». Это завещание он оставил человечеству, постигнув которое каждый Человек обнаружит, что он есть необходимый момент Богочеловека, Христа, его Тела, то есть Церкви: «...не познание внешней массы, эмпирического наличного бытия и жизни, а познание того, что вечно, что есть Бог и что связано с его природой. Ибо природа эта должна обнаруживать себя и развиваться. Поэтому, поясняя религию, философия поясняет самое себя, а поясняя себя, поясняет религию» [9, с. 218].

«Не так называемый человеческий разум с его пределами познает Бога, но - дух божий в человеке; самосознание Бога знает себя в знании человека» [10] - отмечал немецкий философ и теолог.

Гегель признавал Откровение сосредоточенным на уникальном посреднике между небом и землей - Христе. Он считал, что теологи его времени стали забывать о доктрине Троицы, поэтому ставил своей задачей восстановить философско-теологическую тринитарную традицию. В теории Гегеля Бог являет себя в человеческом мышлении, и сам он есть Абсолютная мысль! Поэтому, такое воплощение является спекулятивной истиной, а не чувственно окрашенной «сверхъестественной тайной».

Радикальная перестройка Гегелем учения о Троице в диалектическом движении тройственной структуры божественного откровения находит параллели в позициях Карла Барта и Карла Ранера - наверное, двух наиболее значительных сторонников философии и теологии три-нитаризма ХХ в. В соответствии с христианскими традициями, Барт понимал Троицу как движение самораскрытия понятия, а Ранер - как движение диалога с самим собой. В 1952 г. Карл Барт спросил: «Почему Гегель не стал для протестантского мира тем, кем Томас Аквинский был для римского католицизма?». Барт предположил, что такой день еще настанет. Людвиг Фейербах в своих сочинениях о сущности христианства сделал переворот в гегельянстве, рассматривая превращение диалектического идеализма в материализм. В учениях Гегеля он проследил «теологический остаток» чистого духа, счел идею находящейся во власти старых иллюзий и, как метко отозвался о нем Вильгельм Виндельбанд: «закончил совершенно по рецепту Огюста Конта позитивным взглядом, что действительным может быть только единичное: чувственная вещь и конкретный человек» [11, с. 79]. Специфическую трактовку Гегеля предлагает русский философ Иван Ильин. В своей работе «Философия Гегеля как учение о конкретности Бога и человека» он выстраивает философские учения о Человеке - в его единстве с Богом. Смысл учения Гегеля Ильин усматривает в том, что «понятие, то есть Логос (Христос), открывающееся спекулятивной мысли, есть само Божество, и что оно есть единственная реальность» [12].

Гегель определяет религию как размышление о Боге, отношении человека к Нему. Он также утверждает, что мышление является существенной характеристикой, бросающей вызов понятию Откровения, как непосредственному восприятию истины. Оно отличается от разума на основании непосредственности.

Казалось бы, непримиримое различие между разумом и откровением, устраняется путем признания того, что нет никакой фактической непосредственности. Таким образом, Откровение, которое является одной из форм знания, или прямым восприятием истины, должно быть также формой опосредствования. Логические императивы, возникающие у исследователя в результате исследования философии религии Гегеля, - это не только онтологическое разделение между Разумом и Откровением, но также и объединение сфер религии и философии.

Согласно Гегелю, не может быть Откровения без опосредствования, и, таким образом, не может быть откровения без фактического проявления Духа и его разумного постижения. Любая идеология или политическая теория, которая пытается искоренить Истину из общества, является абсурдной. Если есть поиск истины и забота об истине, то должна быть и религия. Суть ее - откровение Абсолюта через Разум. Единство обоих обозначает тотальность религии в культуре и в мысли. В своих работах Гегель пишет, что без Разума нет Откровения, - оно является положительно-разумным, то есть спекулятивным. «Спекулятивное есть то, что осознается в религии. Истина содержится в любой сфере, но не высшая абсолютная истина, ибо она есть только в совершенной всеобщности определения, в том, что она определена в себе и для себя, а это не есть простая определенность по отношению к другому, но содержит это другое, это различие в себе самой» [13].

Характеризуя структуру логического, Гегель пишет: «Логическое по своей форме имеет три стороны: а) абстрактную, или рассудочную; в) диалектическую, или отрицательноразумную; с) спекулятивную, или положительно-разумную. Эти три стороны не составляют трех частей логики, а суть моменты всякого логически реального, то есть всякого понятия или всего истинного вообще» [14, с. 202].

В отношении природы спекулятивного мышления: «относительно спекулятивного мышления мы должны еще заметить, что под этим выражением следует понимать то же самое, что

раньше применительно в основном к религиозному сознанию и его содержанию называли мистическим» [15]. «Религия имеет общее содержание с философией, и лишь их формы различны. <...> Истинно лишь то, что называют религиозными мистериями; они суть спекулятивное религии (das Spekulative der Religion)» [16, c. 47].

Следует добавить, что в своих работах немецкий мыслитель отмечает понимание человеком спекулятивного, как мистического, следующим образом: «Мистическое, несомненно, есть нечто таинственное, но таинственно лишь для рассудка, и это потому, что принципом рассудка является абстрактное тождество, а принципом мистического (как синонима спекулятивного мышления) - конкретное единство тех определений, которые рассудок признает истинными лишь в их раздельности и противоположности. <...> Разумное же мышление как таковое состоит именно в том, что оно содержит в самом себе противоположности как идеальные моменты. Все разумное мы, следовательно, должны <...> назвать мистическим, говоря этим лишь то, что оно выходит за пределы рассудка» [17].

Рассмотрим эволюцию понятия религии откровения у Гегеля, в контексте философских учений одного из его предшественников - Фридриха Шеллинга. Шеллинг считал позитивную философию философией откровения. Он раскрывал содержание откровения как историческое, которое обладает трансцендентной природой. По этому поводу известный философ-неокантианец Вильгельм Виндельбанд пишет следующее: «Шеллинг в своей романтической теософии придал сначала волюнтаристическому принципу религиозное направление. Развитие Божества, а с ним и мира, должно было заключаться в том, что темная первоначальная воля станет ясной сама по себе и освободится от внутреннего раздвоения, которое лежит в ее сущности.» [18].

Таким образом, проведя краткий предварительный анализ критики религии откровения немецкого философа Гегеля, мы пришли к заключению о необходимости актуализации его системы философии христианской теологии в наше время. В свете нигилистического и софистического натиска одно можно сказать наверняка - нравственные ценности современного мира испытывают глубокий кризис. Но сегодня, когда существуют такие абстрактно-рассудочные феномены, как капитализм, глобализация, технократизация и т.д., философия религии Г.В.Ф. Гегеля может помочь возрождению нравственных ценностей человечества.

Завершая абстрактно-рассудочную фазу своего исторического бытия, современный мир должен выйти на принципиально новый уровень движения к разумному и всеобщему бытию духа. Отвечая на вызовы современной истории, мы обязаны дать новую жизнь логоцентрической философии, как абсолютной диалектике мышления и бытия.

Ссылки:

1. Бойко П.Е. Всеобщая диалектика религиозного сознания Г.В.Ф. Гегеля и перспективы развития христианской идеи в современном мире» // Материалы Международного семинара-совещания. Краснодар, 2010. С. 25-30.

2. Berthold-Bond D. Hegel's Grand Synthesis: A Study of Being, Thought, and History. N.Y., 1989.

3. Ibid. P. 125.

4. Royce J. Lectures on Modern Idealism. 1964.

5. Küng H. The incarnation of God // Authorised English translayion. UK, 1987.

6. Yerkes J. Christology of Hegel. Albany, 1983.

7. Mader J. Offenbarung als Selbstoffenbarung Gottes. Bd. 14. Münster, 2000.

8. Jaeschke W. Reason in Religion: The Foundations of Hegel's Philosophy of Religion / transl. by J.M. Steward and P.C. Hodson. 1990.

9. Гегель Г.В.Ф. Философия религии: в 2-х т. Т. 1. М., 1976.

10. Там же. Т. 2. С. 369.

11. Виндельбанд В. Фiлософiя вЪ нЬмецкой духовной жизни столбя: пять лекций / пер. с нем. М.М. Рубинштейн. М., 1910.

12. Ильин И.А. Философия Гегеля как учение о конкретности Бога и человека. СПб., 1994.

13. Гегель Г.В.Ф. Философия ... Т. 1. С. 222.

14. Гегель Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук: в 3-х т. Т. 1. М., 1977.

15. Там же. С. 212.

16. Гегель Г.В.Ф. Лекции по истории философии // Сочинения. Т. IX-XI. М., 1959.

17. Гегель Г.В.Ф. Энциклопедия ... Т. 1. С. 212.

18. Виндельбанд В. Указ. соч. С. 75.