Триада — лесоуправление, лесоустройство и лесная экономика в трудах проф. М. М. Орлова

ЛЕСОВОДСТВО И ЛЕСОУПРАВЛЕНИЕ

ТРИАДА - ЛЕСОУПРАВЛЕНИЕ, ЛЕСОУСТРОЙСТВО И ЛЕСНАЯ ЭКОНОМИКА В ТРУДАХ ПРОФ. М.М. ОРЛОВА

НА. МОИСЕЕВ

Организованная руководством МГУЛ

18 сентября 2007 г. конференция по проблемам лесоводства и лесоуправления посвящена 140-летию со дня рождения профессоров Г.Ф. Морозова и М.М. Орлова, самых выдающихся ученых отечественной лесной науки. Они родились в один год, вместе работали много лет в старейшем лесном вузе страны и мира - Ленинградской (ныне Санкт-Петербургской) лесотехнической академии. Один из них возглавлял кафедру лесоводства, другой - лесоустройства. Оба внесли выдающийся вклад в развитие своих областей знаний. Мы их не сравниваем между собою, как не сравнивают Пушкина с Лермонтовым, Л. Толстого с Достоевским. Каждый велик в своем жанре. Но каждый из них - личность первой величины для отечественной лесной науки: Г.Ф. Морозов - лидер в области лесоводства, М.М. Орлов также признанный лидер в той области знаний, которая объединяет лесоуправление, лесоустройство и лесную экономику.

У каждого из них своя область деятельности, свой предмет изучения, своя методология. Г.Ф. Морозов создал учение о лесе как теоретическую основу лесоводства, М.М. Орлов создал учение о лесном хозяйстве как теоретическую базу для лесоуправления, лесоустройства и лесной экономики.

И лесоустройство, и лесная экономика являются составляющими лесоуправления, и каждая из них имеет свое функциональное назначение. Содержание лесоустройства сводится к планированию как процедуре подготовки и принятия хозяйственных решений на разных уровнях управления, поэтому лесоустройство считается инструментом лесоуправления. В процессе лесоустроительного планирования обеспечивается предвидение (выявление) главных проблем развития и путей их решения. Чтобы руководить, надо предвидеть. Именно поэтому М.М. Орлов писал, что «лесоуправление без лесоустройства слепо, а лесоустройство без лесоуправления мертво».

Что же касается лесной экономики, то ее назначением является экономическая оценка принимаемых решений путем сопоставления различных альтернатив лесоуправления. Но такая оценка должна принимать во внимание стоимость факторов производства, в том числе труда и капитала, а также лесов как основного средства производства, стоимость используемых ресурсов и услуг леса как продуктов труда, учет имеющихся ограничений и преимуществ, и, в конечном итоге, экономическое обоснование лесохозяйственных мероприятий и в целом программ использования и воспроизводства лесных ресурсов на разных уровнях управления.

Оба ученых как лидеры были в гуще событий и не могли не вторгаться в политику кардинальных перемен при переходе от капитализма к социализму. И, конечно, их взгляды могли не совпадать со взглядами власть предержащих, особенно когда переоценке подвергался весь багаж накопленных знаний и опыта. Оба ученых не представляли себе лесное хозяйство без постоянства пользования, которое ныне называется непрерывным, неистощительным пользованием лесом (ННПЛ).

Но именно это неотъемлемое требование организации рационального лесопользования было в то время подвергнуто самой яростной атаке, поскольку оно мешало форсированной широкомасштабной лесоэксплуатации вдоль имевшихся весьма ограниченных наземных и водных транспортных магистралей. Конечно, при недостатке лесных дорог, что и сегодня остается сдерживающим началом, размещение рубок с нарушением этого требования для того времени, после гражданской разрухи, было вынужденным. Но нашлись «теоретики», которые обосновывали это «вынужденное» как «должное». В числе их оказались и представители из академии (И. Прохорчук, Э. Креслин, В. Малышев и др.). Не без их участия была организована травля Г.Ф. Морозова и М.М. Орлова как защитников постоянства пользования.

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 1/2008

5

ЛЕСОВОДСТВО И ЛЕСОУПРАВЛЕНИЕ

Г.Ф. Морозов не дожил до времени расправы. А М.М. Орлову пришлось выпить горькую чашу травли сполна. Он и умер на рабочем месте от сердечного приступа, несмотря на богатырское здоровье и жизненную закалку.

35 лет замалчивались его труды и память о нем. И только в 1967 г на организованной в ЛТА конференции, посвященной 100-летию со дня его рождения, впервые после смерти была отдана запоздалая дань глубокого уважения и признания с высокой оценкой трудов. Но и после этого только через 10 лет в 1977 г. принцип постоянства пользования был восстановлен законодательно в «Основах лесного законодательства Союза ССР и союзных республик», таким образом только спустя 45 лет после злополучной дискуссии по этому принципу была подтверждена правота главного защитника - М.М. Орлова.

Все «герои», приложившие руку к запрету этого принципа, вошли в книгу известного писателя Л. Леонова «Русский лес». И именно они, узнав себя в этом произведении в роли Алексейчиков и Чиков и их идеолога Грацианского, в течение трех дней в Центральном доме литераторов на организованном ими диспуте изливали хулу и на книгу, и на ее автора, который после этого получил за нее высшую для того времени награду - Ленинскую премию.

Злополучная дискуссия не прошла бесследно. Во-первых, противники принципа постоянства пользования лесом, отстранив защитников его от кафедр, воспроизводили себе подобные кадры, которые продолжали формировать и лесоустройство, и лесную экономику, игнорируя этот принцип, не осознавая, что он был главным стержнем для этих дисциплин, а без него они оказывались выхолощенными и не учитывали отраслевых особенностей, на основе которых только и могло формироваться их содержание. Как следствие лесоустройство как наука и как практическая служба в части лесоустроительного планирования были отброшены и свелись только к лесоинвентаризации, к лесной таксации. Даже после признания принципа ННПЛ лесоустройство так и не восстановило того содержания, которое соответствовало бы его предназначению.

В плачевном положении оказалась и лесная экономика. Оставшиеся в вузах кадры, следуя в фарватере мышления противников принципа ННПЛ, так и не смогли предложить методов планирования, организации производства и экономической оценки лесохозяйственных мероприятий, адекватных отраслевым особенностям лесного хозяйства. Один из выделяющихся в общей когорте лесных экономистов того времени доктор экономических наук Е.Я. Судачков вынужден был признать, что долговременное игнорирование отраслевых особенностей, в том числе принципа постоянства пользования, нанесло непоправимый ущерб всей отечественной лесоэкономической науке.

Студентам на лекциях я напоминаю, что раскол во взглядах между лесными экономистами существует до сих пор и как следствие сосуществуют две совершенно разные категории учебников по экономике лесного хозяйства, одна из которых строится на принципе ННПЛ, а другая - на игнорировании его.

А между тем фундамент этой науки уже был заложен в трудах наших предшественников - Ф.К. Арнольда, А.Ф. Рудзкого, М.М. Орлова и позже В.И. Перехода. Все они подчеркивали, что только то хозяйство может называться лесным, которое основывается на принципе постоянства лесопользования. Рубка же леса, игнорирующая этот принцип, ничего общего с лесным хозяйством не имеет и сводится лишь к односторонней лесоэксплуатации или даже лесосводке.

Именно под влиянием долговременного укоренения взглядов бывших противников принципа постоянства до сих пор в практике лесного хозяйства так и нет должного планирования, организации производства и отчетности, которые соответствовали бы отраслевым особенностям.

Дополнительный пинок лесоустройству и лесной экономике дали нынешние либерал-реформаторы, которые относятся к рыночным фундаменталистам. Их реформаторская деятельность в области лесного законодательства дошла до подмены лесных участков как объектов лесных отношений земельными участками как объектами только земельных отношений и замены леса как

6

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 1/2008

ЛЕСОВОДСТВО И ЛЕСОУПРАВЛЕНИЕ

основного средства производства в лесном хозяйстве древесной растительностью, которая теряет принадлежность к недвижимому имуществу и уже не требует даже государственной регистрации. На этом основании в новом Лесном кодексе произошла подмена многих устоявшихся понятий и терминов. По существу, вновь ликвидировано лесоустройство, проводятся настойчивые попытки приватизации остатков этой государственной службы, что приведет только к дезорганизации лесного хозяйства и нарушению декларативно провозглашенного принципа устойчивого лесоуправления и лесопользования. Как следствие мы стали очевидцами широкомасштабного разворовывания лесных ресурсов и самих лесных земель под видом деликатного термина «нелегальных рубок». Рушится на глазах и вся система государственного управления лесами. И все это делается только для того, чтобы доказать, что государство не может быть эффективным собственником, и потому леса надо передать в другие руки - частные, в лице олигархического лобби. Такова настойчивая линия нынешних реформаторов. На примере истории России можно сказать: «от чего ушли, к тому же снова и пришли». Надо напоминать о разрушительных последствиях существования частной собственности на леса в дореволюционной России (до 70 % в южных и центральных районах), когда в результате спекулятивного ажиотажа лесистость ЦЧО - черноземной житницы России, сократилась в два-три раза, земли были изъедены оврагами с потерей черноземов и многих водных источников. Именно под влиянием этого исторического факта Г.Ф. Морозов на съезде лесоводов говорил, что леса должны быть только в государственной собственности в интересах всего народа. Теперь же мы хотим еще раз подтвердить мнение известных историков, что история ничему не учит, а только наказывает.

Казалось бы, через 75 лет, после реформы 30-х гг. ХХ в. труды М.М. Орлова могли бы оказаться устаревшими. Однако на самом деле мы вновь возвращаемся к формам управления лесами, существовавшим до 30-х гг. Так, например, согласно новому Лесному кодексу в 2007 г. должна быть реформи-

рована вся исходная структура лесоуправления с упразднением лесхозов, с выделением из их состава лесничеств как государственных местных органов управления лесами и преобразованием хозяйственных подразделений нынешних лесхозов в государственные унитарные предприятия, с последующим их акционированием, а затем и возможной приватизацией. При этом создается вновь двухуровневая структура лесничеств: верхний уровень - в рамках района или нескольких районов (межрайонные лесничества), а нижний - в виде участковых лесничеств (в границах большинства ныне существующих). Такая сложная форма лесничеств имела место до революции и сохранялась до 30-х гг. ХХ в., заимствуя французскую форму лесничеств. Она подробно описана в книге М.М. Орлова «Лесоуправление», в которой даны рекомендации по подбору кадров, их обучению, организации делопроизводства и по многим другим сторонам деятельности лесничих. Особое внимание обращалось на роль лесничих: будут ли они «хозяевами», т.е. управляющими, ответственными за принимаемые ими меры по улучшению лесов и их доходности, или чиновниками, пытающимися прикрыться многочисленными инструкциями и циркулярами. М.М. Орлов подчеркивал при этом, что большинство лесничих душой хотели бы быть хозяевами, ответственными за леса как государственное имущество, но недостаток доверия склонял их к роли чиновников, вся деятельность которых сводилась в основном к организации безупречной канцелярии, за отступление от которой могут наказать, но не за ту упущенную выгоду, которую могли бы реализовать, отступая с учетом реалий от тех или иных циркуляров.

Опасность сползания от роли управляющего к роли канцелярского чиновника во всей полноте налицо и сегодня, когда отнято даже право отвода леса в рубку и определения его стоимости как лесного дохода, что отдано делать арендатору при переходе от разрешительного к заявительному порядку лесопользования. Лесничему пока еще не вернули и право государственного контроля. Мало того, пока еще четко не определены статус и функции лесничего. При таком исходном по-

ЛЕСНОИ ВЕСТНИК 1/2008

7

ЛЕСОВОДСТВО И ЛЕСОУПРАВЛЕНИЕ

ложении что можно требовать от лесничего, о каком доверии к нему можно говорить? В лучшем случае он может быть только чинов-ником-канцеляристом. А при таком положении в лесу все отдано на откуп арендатору, далеко не подготовленному к сложной проблеме организации рационального многоцелевого ведения лесного хозяйства.

В трехтомном труде «Лесоустройство» проф. М.М. Орлов описывает сложную систему лесоустроительного планирования, которая строится на системном подходе, объединяя лесное хозяйство, лесозаготовки и лесной транспорт с экономической оценкой доходов и затрат и рентабельности всей системы лесоуправления. Таким бы и должен быть лесоустроительный проект при переходе к рыночной экономике. Он мог бы выполнять двустороннюю роль: для органов управления лесами он мог быть использован при составлении планов лесопользования и лесного хозяйства, а для лесопользователей - при составлении планов рубок и лесовосстановления.

И.В. Воронин, зав. кафедрой экономики лесного хозяйства Воронежской лесотехнической академии, подчеркивал, что у М.М. Орлова лесоустройство все пронизано экономикой. И, кстати, не случайно. Еще А.Ф. Рудзкий писал, что если лесоводство занимается технической стороной дела лесного хозяйства, то лесоустройство - экономической. Авторитет Германии в области лесоустройства и лесной экономики Шпайдел писал, что лесоустройство занимается среднесрочным (на 5-10 лет) экономическим планированием лесного хозяйства.

Вот именно эта экономическая сторона дела в лесоустройстве выпала в 30-х гг. ХХ в., да так и не была восстановлена до сих пор. По этой причине лесоустроительные проекты и не могли стать надежной основой для оперативного планирования лесного хозяйства. В разрабатываемых концепциях современного лесоустройства эту экономическую составляющую, требуемую для перехода к рыночным условиям, предполагалось восстановить. Но вместо этого упразднили в целом лесоустроительный проект.

А между тем в странах с продвинутым лесным сектором экономики перешли

уже к двухуровневому лесоустройству, о чем мы писали еще в 1977 г., выступая с соответствующими предложениями совместно с П.И. Морозом, начальником ВО «Леспроект» и В.С. Чуенковым, зав. лабораторией ВНИИЛМ («Лесное хозяйство», № 6).

В новом Лесном кодексе поставлена задача составления лесного плана для каждого субъекта РФ и в разрезе его по лесничествам. Кто будет составлять такие планы, если у лесоустроительных предприятий эта функция упразднена? Ответа пока нет. Если вся эта работа будет выполняться чиновничьим аппаратом или привлекаемыми услужливыми «ООО», не имеющими ни опыта, ни компетенции, то можно себе представить, что можно ожидать от будущего планирования.

Конечно, следует ожидать, что рано или поздно придется вернуться к услугам лесоустройства, восстанавливая утраченные функции, готовя необходимые для этого кадры и учебники.

М.М. Орлов отмечал также, что и лесная экономика не обойдется без лесоустройства, так как только с его помощью она приобретает необходимую для этой дисциплины конкретность. Следует иметь в виду, что и в России, и в Германии, где были заложены основы лесоустройства как науки, последняя в XVIII-XIX столетиях выполняла и функции лесной экономики, ибо при планировании лесопользования ставилась задача, наиболее эффективного использования леса для получения максимально возможного лесного дохода с учетом конкретных местных условий.

М.М. Орлов даже собирался свой труд по лесоустройству назвать лесной экономикой, но воздержался из-за того, что этот термин попал в то время «в моду» и трактовался по-разному, что вызывало недоразумения.

В последний год жизни М.М. Орлов написал книгу «Леса водоохранные, защитные. Лесопарки, устройство и ведение хозяйства», которая впервые была издана в 1983 г. и теперь подготовлена к переизданию в 2007 г. Эта книга посвящена проблеме ведения хозяйства в лесах сугубо социального и защитного значения, которые М.М. Орлов называл лесами «особого общественного значения».

8

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 1/2008