Специальные субъекты в уголовном судопроизводстве России: порядок уголовного преследования

ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ПРАВО

Специальные субъекты в уголовном судопроизводстве России: порядок уголовного преследования

ШАТАЛОВ Александр Семенович, доктор юридических наук, профессор Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» 101000, Россия, г. Москва, ул. Мясницкая, 20 E-mail: asshatalov@rambler.ru

Процедурный механизм осуществления уголовного преследования в отношении лиц, подпадающих под особый порядок производства по уголовным делам, предусматривает в качестве составной части и одновременно способа обеспечения их неприкосновенности усложненный по сравнению с обычным порядок возбуждения уголовного дела и привлечения этих лиц в качестве обвиняемых по уголовным делам. Исходя из этого, в публикации предпринята попытка комплексного анализа наиболее сложных и спорных вопросов, касающихся уголовного преследования рассматриваемой категории лиц. Изложено авторское видение возможностей решения названных вопросов на фоне соответствующего правового и теоретического обоснования. Усложняя общий порядок уголовного судопроизводства через введение дополнительных обязанностей и запретов для лиц, ответственных за ход и исход производства по уголовному делу, положения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ) выступают, по мнению автора, в качестве расширенных процессуальных гарантий неприкосновенности определенного круга специальных субъектов, выполняющих социально-значимые функции. Не увеличивая объем их неприкосновенности, они уменьшают возможность ее ограничения, снижая таким образом опасность осуществления безосновательного уголовного преследования. Несмотря на то что перечень специальных субъектов в законе приведен исчерпывающим образом, в части, касающейся обозначения пределов их процессуального иммунитета, нормы главы 52 УПК РФ носят бланкетный характер, поскольку его фактическое содержание неодинаково. Исходя из этого, автор считает, что, совершая процессуальные действия и принимая решения, суд, прокурор, руководитель следственного органа, следователь и дознаватель должны учитывать не только предусмотренные УПК РФ особенности производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц, но и положения нормативных правовых актов, раскрывающих их правовой статус, объем полномочий и пределы действия процессуального иммунитета в том виде, как они закреплены в отраслевом законодательстве. Само же законодательство на этот счет должно последовательно изменяться в русле рекомендаций Международной организации Совета Европы «Группа государств против коррупции» (ГРЕКО), высказавшейся в своем отчете за сокращение категорий лиц, на которых распространяется специальная процедура привлечения их к уголовной ответственности, а также за упрощение такой процедуры.

Ключевые слова: ГРЕКО, личная неприкосновенность, особый порядок производства по уголовным делам, правовой иммунитет, специальные субъекты, лица, подпадающие под особый порядок производства по уголовным делам.

Special Subjects in Criminal Trial of Russia: Order of Criminal Proceeding

A. S. SHATALOV, doctor of legal sciences, professor The National Research University "Higher School of Economics" 20, Myasnitskaya st., Moscow, Russia, 101000 E-mail: asshatalov@rambler.ru

Procedural mechanism of realization of the criminal proceeding in regard to persons falling under the particular order of production on criminal cases, provides for as component part and simultaneously method of providing of their inviolability the order of laying an action and bringing in of these persons complicated as compared to ordinary, as defendants on criminal cases. On this basis, the attempt of complex analysis of the most difficult and litigions questions, touching the criminal proceeding of persons for that he is initially intended, is undertaken in a publication. Authorial vision of possibilities of their decision is expounded in her, on a background a corresponding legal and theoretical ground. Complicating the general order of criminal trial, through introduction of additional duties and prohibitions for persons accountable for motion and end of production in criminal business, positions of the Russian Federation come forward, in opinion of author, as the extended judicial guarantees of inviolability of certain circle of the special subjects executing socially-meaningful functions. Not increasing the volume of their inviolability, they diminish possibility of her limitation, reducing, thus, the danger of realization of the groundless criminal proceeding. In spite of the fact that the list of the special subjects to the law is driven by exhaustive character, in part touching denotation of limits of their judicial immunity, the norms of chapter 52 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation (CPC) carry blanket character, as his actual maintenance is different. An author considers on this basis, that accomplishing judicial actions and accepting statutory decisions a court, public prosecutor, leader of investigative agency, investigator, must take into account not only envisaged by CPC feature of production on criminal cases in regard to the separate categories of persons but also position of normative legal acts exposing their legal status, volume of plenary powers and limits of action of judicial immunity in a that kind, as they are envisaged in a branch legislation. Self legislation on that score, must consistently change in the river-bed of recommendations of International organization of the Council of Europe "Group of States Against Corruption" (GRECO) speaking out in the report for reduction in him categories of persons to that the special procedure of bringing of them spreads to criminal responsibility, and also for simplification of such procedure.

Keywords: GRECO, persons falling under the particular order of production on criminal cases, bodily security, particular order of production on criminal cases, legal immunity, special subjects.

DOI: 10.12737/17238

Помимо несовершеннолетних и лиц, страдающих психическими расстройствами, изъятия из общего порядка уголовного судопроизводства законом распространены на довольно широкий круг специальных субъектов, занимающихся публичной деятельностью. Эти субъекты предусмотрены гл. 52 УПК РФ, требования которой несколько усложняют общий порядок уголовного судопроизводства через введение дополнительных обязанностей и запретов для лиц, ответственных за ход и исход производства по уголовному делу. В совокупности они выступают в качестве расширенных процессуальных гарантий неприкосновенности определенного круга специальных субъектов, выполняющих социально значимые функции. Не увеличивая объем их неприкосновенности, они уменьшают возможность ее ограничения, снижая, таким образом, опасность осуществления безоснователь-

ного уголовного преследования. Перечень таких субъектов самым исчерпывающим образом приведен в ч. 1 ст. 447 УПК РФ. Однако в части, касающейся обозначения пределов их процессуального иммунитета, нормы гл. 52 УПК РФ носят бланкетный характер, так как его фактическое содержание неодинаково. Это означает, что, совершая процессуальные действия и принимая предусмотренные законом решения, суд, прокурор, руководитель следственного органа, следователь и дознаватель должны учитывать не только предусмотренные УПК РФ особенности производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц, но и положения нормативных правовых актов, раскрывающих их правовой статус, объем полномочий и пределы действия процессуального иммунитета в том виде, как они закреплены в отраслевом законодательстве. При этом его положения следует воспри-

нимать через призму временных моментов, которые должны устанавливаться и учитываться в ходе предварительного расследования и судебного рассмотрения уголовных дел этой категории, а именно: точной даты появления у субъекта, указанного в ч. 1 ст. 447 УПК РФ, соответствующего статуса и даты его прекращения (окончания); момента начала и окончания инкриминируемого ему деяния с признаками конкретного состава преступления; даты принятия решения о возбуждении уголовного дела в отношении этого субъекта либо о его привлечении в качестве обвиняемого.

Необходимость получения указанных сведений объясняется тем, что деяние и особый процессуальный статус преследуемого в уголовном порядке лица находятся в неразрывной взаимосвязи. Более того, для каждой категории такого рода лиц законодателем установлены индивидуальный порядок решения вопроса о законности и обоснованности их уголовного преследования, свои условия принесения представлений, субъекты согласования, пределы их полномочий. Иными словами, путем выяснения каждого из вышеуказанных моментов обеспечивается надлежащий процессуальный порядок уголовного преследования лиц, обладающих соответствующим статусом. Сами же лица, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам, — это специальные субъекты, обладающие в силу своего места и роли в механизме правового регулирования исключительными правами и иммунитетами (привилегиями), призванными обеспечивать эффективность их публичной деятельности.

Понятием «иммунитет» (англ. immunity) принято обозначать неподверженность тех или иных субъектов права действию общих норм. Такое избавление или освобождение (от лат. immunitas) от их действия в юридической практике принято характеризовать как «привилегии», «льготы», «преимущества», «особые

права» и т. п.1 Посредством правового иммунитета (дипломатического, депутатского, иммунитета высших должностных лиц, иммунитета судей и сотрудников правоохранительных органов) указанным в законе субъектам дополнительно гарантирована их личная неприкосновенность в целях беспрепятственной реализации каждым из них своих полномочий. Он действует в пределах срока занимаемой должности или выполнения определенной деятельности независимо от вида и категории правонарушения. Более того, действие иммунитета сохраняется и за пределами данного срока, но с условием, что правонарушение, в связи с которым может осуществляться уголовное преследование, было совершено тогда, когда иммунитет действовал.

Устанавливая особые процедуры возбуждения уголовного преследования и привлечения к уголовной ответственности таких лиц, российский законодатель исходил из их особой роли в жизни общества и функционирования государственных институтов. В силу своего должностного положения эти лица в большей мере, нежели обычные граждане, подвержены опасности посягательств на свою неприкосновенность. Вместе с тем обретение разного рода иммунитетов от уголовного преследования лицами, совершающими или уже совершившими преступления, существенно осложняет процесс их изобличения и наказания за содеянное. По этой причине не теряет своей актуальности идея последовательного и целенаправленного сокращения категорий лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам, в целях достижения действительного, а не мнимого равенства всех граждан перед законом и судом.

1 См., например: Юридическая энциклопедия / под ред. М. Ю. Тихомирова. М., 1997. С. 177, 434.

Круг лиц, на которых распространяется особый порядок производства по уголовным делам, уже сейчас может быть сужен до минимально оправданного в правовом государстве. Для этого из него должны быть однозначно исключены прокурор, руководитель следственного органа, следователь, адвокат, член избирательной комиссии, комиссии референдума с правом решающего голоса, зарегистрированный кандидат в депутаты Государственной Думы, зарегистрированный кандидат в депутаты законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта РФ. Неприкосновенность всех других лиц (в том числе члена Совета Федерации и депутата Государственной Думы, депутата законодательного или представительного органа государственной власти субъекта РФ и др.) в ближайшие годы может быть сохранена, но при условии, что специальные процедуры привлечения их к уголовной ответственности будут упрощены. Для решения этих задач не нужно принимать законы, по-новому определяющие статус каждого из таких лиц. Достаточно пересмотреть правовые нормы, лежащие в основе процедур лишения их неприкосновенности. Помимо этого, следуя рекомендациям Международной организации Совета Европы «Группа государств против коррупции» (ГРЕКО)2, российскому законодателю следует продумать и установить особенные и объективные критерии для принятия соответствующими органами решений о лишении иммунитета, а также создать алгоритм процессуального контроля за тем, чтобы они были полностью свободными от политических соображений и основыва-

2 Создана 1 мая 1999 г. Советом Европы для мониторинга соответствия законодательства и правоприменительной практики государств-участников антикоррупционным стандартам. Россия является ее членом с 1 февраля 2007 г.

лись только на существе поданных запросов3.

Действующий процедурный механизм осуществления уголовного преследования в отношении лиц, подпадающих под особый порядок производства по уголовным делам, урегулирован ст. 144—146, 171 и 448 УПК РФ во взаимосвязи с положениями нормативных правовых актов, раскрывающих их правовой статус, объем полномочий и пределы действия процессуального иммунитета. В качестве составной части и одновременно способа обеспечения их неприкосновенности предусматривается усложненный по сравнению с обычным порядок возбуждения уголовного дела и привлечения этих лиц в качестве обвиняемых по уголовным делам. В ряде случаев обязательным условием этого порядка является получение согласия указанного в ч. 1 ст. 448 УПК РФ должностного лица или компетентного органа на осуществление уголовного преследования. С этой целью в его адрес направляется представление с соответствующей просьбой, которое должно быть не только законным по форме, но и фактически обоснованным. Это значит, что оно должно содержать сведения о реальном наличии в собранных материалах признаков конкретного состава преступления, необходимых и достаточных для получения требуемого согласия, служащего, в свою очередь, легитимной основой для законного и обоснованного возбуждения уголовного дела либо для привлечения лица, подпадающего под особый порядок производства по уголовным делам в качестве обвиняемого, применения к нему мер процессуального принуждения или производства с его участием отдельных следственных действий.

В рамках осуществления данной формы публичного (в том числе су-

3 См.: Отчет по Российской Федерации о соответствии рекомендациям ГРЕКО // Greco Eval l-ll Rep (2008) 2E. URL: http:// www.vsrf.ru/Show_pdf.php?Id=8527.

дебного) контроля непосредственным предметом проверки и оценки является не само обращение как материальный носитель официальной просьбы о получении согласия на осуществление уголовного преследования, а конкретные сведения (доказательства), содержащиеся в материалах проверки сообщения о совершенном или готовящемся преступлении. Будучи фактическим основанием принимаемого решения, именно они должны проверяться и оцениваться соответствующим должностным лицом или компетентным органом на предмет их относимости и достаточности для вывода о наличии или об отсутствии в действиях того или иного специального субъекта инкриминируемых ему признаков конкретного состава преступления (преступлений), обнаруженных и представленных инициатором уголовного преследования, либо о доказанности обстоятельств, дающих основание для законного и обоснованного привлечения его в качестве обвиняемого. Без такой проверки и оценки получение согласия превратится в формальное исполнение требований закона, не гарантирующее в должной мере защиту такого субъекта от незаконного уголовного преследования.

Структура и содержание обращения к должностному лицу или в компетентный орган за получением согласия на осуществление уголовного преследования в гл. 52 УПК РФ специально не оговариваются. Следовательно, оно должно составляться в произвольной форме, но с обязательным описанием преступного деяния, инкриминируемого лицу, подпадающему под особый порядок производства по уголовным делам, места и способа его совершения, наступивших последствий и юридической квалификации содеянного, а также данных, подтверждающих вывод должностного лица, инициировавшего обращение, о необходимости возбуждения уголовного дела в отношении специального субъекта либо о привлечении его в качестве обвиняемого. К данно-

му обращению должны быть приложены материалы, подтверждающие его законность и обоснованность.

Решение о возбуждении уголовного дела в отношении лица, на которого распространяется особый порядок производства по уголовным делам, либо о привлечении его в качестве обвиняемого (если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления) обязаны принимать руководитель следственного органа Следственного комитета Российской Федерации (СК РФ) по субъекту РФ и Председатель СК РФ (ч. 1 ст. 448 УПК РФ). Кто из них именно — зависит от публичного статуса привлекаемого к уголовной ответственности субъекта.

По действующему законодательству руководитель следственного органа СК РФ по субъекту РФ наделен правом принимать названные процессуальные решения в отношении следующих лиц: 1) прокурора района, города, приравненных к ним прокуроров, руководителя и следователя следственного органа по району, городу, а также адвоката; 2) депутата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта РФ; 3) депутата, члена выборного органа местного самоуправления, выборного должностного лица такого органа; 4) члена избирательной комиссии, комиссии референдума с правом решающего голоса.

В отношении зарегистрированного кандидата в депутаты законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта РФ решения о возбуждении уголовного дела и привлечении в качестве обвиняемого принимаются в общем порядке (т. е. в соответствии со ст. 146 и 171 УПК РФ), но с согласия руководителя следственного органа СК РФ по субъекту РФ (п. 14 ч. 1 ст. 448 УПК РФ). В отношении зарегистрированного кандидата в депутаты Государственной Думы эти решения могут приниматься только с

согласия Председателя СК РФ (п. 13 ч. 1 ст. 448 УПК РФ).

Председатель СК РФ наделен правом принятия решений о возбуждении уголовного дела и о привлечении в качестве обвиняемого в отношении следующих лиц: 1) вышестоящих прокуроров, руководителей и следователей вышестоящих следственных органов; 2) председателя Счетной палаты РФ, его заместителя и аудиторов Счетной палаты РФ;

3) Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий, а также кандидата в Президенты РФ;

4) Уполномоченного по правам человека в РФ; 5) члена Центральной избирательной комиссии РФ с правом решающего голоса, председателя избирательной комиссии субъекта РФ; 6) Генерального прокурора РФ (на основании заключения коллегии, состоящей из трех судей Верховного Суда РФ, принятого по представлению Президента РФ); 7) члена Совета Федерации и депутата Государственной Думы (с согласия соответственно Совета Федерации и Государственной Думы, полученного на основании представления Генерального прокурора РФ); 8) судьи Конституционного Суда РФ (с согласия Конституционного Суда РФ); 9) судьи Верховного Суда РФ, верховного суда республики, краевого (областного) суда, суда города федерального значения, суда автономной области (округа), федерального арбитражного суда, военного суда (с согласия Высшей квалификационной коллегии судей РФ); 10) иных судей (с согласия соответствующей квалификационной коллегии судей).

Решения о возбуждении уголовного дела и привлечении в качестве обвиняемого в отношении вышестоящих прокуроров, руководителей и следователей вышестоящих следственных органов могут также приниматься заместителем Председателя СК РФ (п. 10 ч. 1 ст. 448 УПК РФ). В отношении самого Председателя СК РФ эти решения вправе принимать исполняющий обязанности

Председателя СК РФ на основании заключения коллегии, состоящей из трех судей Верховного Суда РФ, принятого по представлению Президента РФ, о наличии в его действиях признаков преступления (п. 21 ч. 1 ст. 448 УПК РФ).

Данное представление рассматривается в закрытом судебном заседании в течение 10 суток после поступления в суд с участием Председателя СК РФ и (или) его адвоката. Основным содержанием деятельности суда и сторон при осуществлении судебного контроля по правилам гл. 52 УПК РФ является уголовно-процессуальное доказывание. Его результаты выступают фактической и юридической основой разрешения возникшего правового конфликта по существу. По итогам состоявшегося заседания суд делает вывод о наличии или об отсутствии в действиях Председателя СК РФ признаков конкретного состава преступления и отражает его в своем заключении4.

В аналогичном порядке рассматривается представление Президента РФ о наличии признаков преступления в действиях Генерального прокурора РФ (ч. 3 и 4 ст. 448 УПК РФ).

Решение Конституционного Суда РФ, а также соответствующей квалификационной коллегии судей о даче либо об отказе в даче согласия на возбуждение уголовного дела в отношении судьи или привлечение его в качестве обвиняемого принимается в срок не позднее 10 суток со дня поступления в суд представления Председателя СК РФ (ч. 5 ст. 448 УПК РФ). Причем возбуждение уголовного дела в отношении судьи по признакам преступления, предусмотренного ст. 305 «Вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта» УК РФ, законом не допускается, если соответствующий судебный акт, вынесенный этим судьей или с его участием, вступил в законную силу и не отменен в установленном про-

4 См. п. 111 ст. 5 УПК РФ.

цессуальным законом порядке как неправосудный (ч. 8 ст. 448 УПК РФ).

Рассматривая представление Председателя СК РФ, квалификационная коллегия судей не вправе самостоятельно определять, является ли конкретный судебный акт неправосудным, т. е. оценивать его законность и обоснованность, в том числе с точки зрения правильности применения материального закона или соблюдения процессуальных правил. Такая проверка может осуществляться лишь в специальных, закрепленных процессуальным законом процедурах, а именно посредством рассмотрения дела судами апелляционной, кассационной и надзорной инстанций5.

Давая заключение о наличии либо об отсутствии в действиях судьи признаков конкретного состава преступления, квалификационная коллегия не вправе излагать свои суждения о правильности квалификации его действий и делать выводы, которые могут содержаться только в итоговом решении по уголовному делу (т. е. разрешать вопросы, которые могут стать предметом доказывания на последующих стадиях уголовного процесса). Коллегия обязана проверить лишь достаточность представленных Председателем СК РФ данных, указывающих на эти признаки, и правомерность его утверждения о наличии оснований для возбуждения уголовного преследования в отношении судьи.

Устанавливая в качестве общего правила запрет на его привлечение к ответственности за выраженное им при осуществлении правосудия мнение и вынесенные судебные акты, федеральный законодатель исходил из того, что при осуществлении судебной деятельности возможны неумышленные ошибки ординарного характера, не дискредитирующие априори лиц, их допустивших, которые возникают в

5 См. постановление КС РФ от 18 октября 2011 г. № 23-П.

ходе разрешения конкретного дела при толковании и применении норм материального или процессуального права и подлежат исправлению вышестоящими судебными инстанциями. Что касается судебных ошибок, которые являются следствием профессиональной некомпетентности или небрежности судьи (т. е. недобросовестного исполнения им функции по отправлению правосудия), то они могут приводить к искажению фундаментальных принципов судопроизводства и грубому нарушению прав участников процесса и, соответственно, повлечь вынесение неправосудного судебного акта, которое хотя и не подпадает под признаки состава преступления, тем не менее может служить основанием для применения к судье мер дисциплинарной ответственности6.

Если появляется основание для возбуждения уголовного дела в отношении Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий, то Председатель СК РФ в течение трех суток обязан направить в Государственную Думу представление о лишении его неприкосновенности. В случае получения согласия нижней палаты ее решение вместе с представлением Председателя СК РФ в течение трех суток направляется в Совет Федерации. Верхняя палата, в свою очередь, обязана принять решение в срок не позднее трех месяцев со дня вынесения соответствующего постановления Государственной Думы. В течение трех суток о его принятии извещается Председатель СК РФ (ч. 7 ст. 448 УПК РФ). Решение Государственной Думы об отказе в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий, либо решение Совета Федерации об отказе в лишении его неприкосновенности влечет за собой прекраще-

6 См. постановления КС РФ от 28 февраля 2008 г. № 3-П, от 20 июля 2011 г. № 19-П.

ние уголовного преследования по соответствующему основанию (п. 6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ).

Рассматривая вопрос о даче согласия на возбуждение уголовного дела в отношении члена Совета Федерации или депутата Государственной Думы либо на привлечение его в качестве обвиняемого (если уголовное дело возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления), соответствующая палата Федерального Собрания должна убедиться в том, что производство указанных процессуальных действий не было обусловлено высказанным им мнением либо выраженной им позицией при голосовании в Совете Федерации или Государственной Думе (соответственно) или связано с другими соответствующими его статусу законными действиями (ч. 4 ст. 448 УПК РФ). При подтверждении этих обстоятельств палата принимает решение об отказе в даче согласия на лишение неприкосновенности заподозренного лица. Такой отказ является обстоятельством, исключающим производство по уголовному делу в отношении данного члена Совета Федерации или депутата Государственной Думы.

После принятия решения о возбуждении уголовного дела в отношении лица, подпадающего под особый порядок уголовного судопроизводства, осуществляется предварительное расследование. В случае привлечения его в качестве обвиняемого (если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления) предварительное расследование продолжается с участием этого лица. По его окончании уголовное дело направляется в суд, которому оно подсудно в соответствии со ст. 31—36 УПК РФ.

После возбуждения уголовного дела либо привлечения лица, подпадающего под особый порядок производства по уголовным делам, в ка-

честве обвиняемого следственные и иные процессуальные действия с его участием производятся в общем порядке, но с учетом изъятий, установленных ст. 449 и 450 УПК РФ. В них предусмотрены особенности избрания мер уголовно-процессуального принуждения, в числе которых задержание подозреваемого, меры пресечения и др. В отношении лиц, подпадающих под особый порядок производства по уголовным делам, они могут применяться только по возбужденному уголовному делу и при наличии предусмотренных законом оснований.

По общему правилу задержание подозреваемого как мера процессуального принуждения может применяться без судебного решения, но только на стадии предварительного расследования и только по уголовным делам о преступлениях, за совершение которых предусмотрено наказание в виде лишения свободы. Применение данной меры допускается при наличии указанных в законе оснований, которые, в свою очередь, могут возникнуть только после получения достаточных данных, указывающих на признаки преступления.

Суть задержания — в кратковременной изоляции задержанного лица от общества для выяснения обоснованности возникшего в отношении него подозрения. Однако если это лицо является членом Совета Федерации, депутатом Государственной Думы, судьей федерального суда, мировым судьей, прокурором, председателем Счетной палаты РФ, его заместителем или аудитором Счетной палаты РФ, Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации, Президентом РФ, прекратившим исполнение своих полномочий, то после установления личности оно должно быть немедленно освобождено. Данное правило предусмотрено ст. 449 УПК РФ. Исключением из него признаются лишь случаи задержания кого-либо из этих лиц на месте совершения преступления.

Следующее изъятие определяет особенности избрания в отношении специальных субъектов меры пресечения в виде заключения под стражу. Согласно ст. 108 УПК РФ она применяется только по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет и только при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

При необходимости избрания в отношении лица, подпадающего под особый порядок производства по уголовным делам, в качестве меры пресечения заключения под стражу следователь с согласия руководителя следственного органа, а дознаватель с согласия прокурора возбуждает перед судом соответствующее ходатайство. В отношении зарегистрированного кандидата в депутаты Государственной Думы, кандидата в Президенты РФ такое ходатайство может возбуждаться только с согласия Председателя СК РФ, а в отношении зарегистрированного кандидата в депутаты законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта РФ — с согласия руководителя следственного органа Следственного комитета РФ по субъекту РФ.

Судебное решение об избрании в отношении члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы, Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий, Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в качестве меры пресечения заключения под стражу исполняется с согласия соответственно Совета Федерации или Государственной Думы. Согласие одной из этих палат Федерального Собрания требуется и в случае избрания названным лицам меры пресечения в виде домашнего ареста. Отсутствие в ст. 450 УПК РФ прямого указания на это не может расцениваться «...как обстоятельство, свиде-

тельствующее об отсутствии необходимости получения такого согласия в случае применения к этим лицам данной меры пресечения»7.

Домашний арест в силу ст. 107 УПК РФ заключается в ограничениях, связанных со свободой передвижения, а также в запрете общаться с определенными лицами, получать и отправлять корреспонденцию, вести переговоры с использованием любых средств связи. Данная мера избирается в отношении подозреваемого или обвиняемого по решению суда при наличии оснований и в порядке, которые установлены ст. 108 УПК РФ, регламентирующей вопросы избрания в качестве меры пресечения заключения под стражу. Следовательно, установленные ст. 450 УПК РФ гарантии неприкосновенности членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы при решении вопроса о применении в отношении них меры пресечения, предусмотренной ст. 108 УПК РФ, должны обеспечиваться и при решении вопроса о применении в отношении названных категорий лиц домашнего ареста8.

Судебное решение об избрании в отношении судьи Конституционного Суда РФ, судей иных судов в качестве меры пресечения заключения под стражу исполняется с согласия Конституционного Суда РФ или квалификационной коллегии судей (соответственно). Их мотивированное решение о даче согласия на избрание в отношении судьи в качестве меры пресечения заключения под стражу должно быть принято в срок не позднее пяти суток со дня поступления представления Председателя СК РФ и соответствующего судебного решения. Такой же срок закон отводит для принятия решения о производстве обыска (ч. 4 ст. 450 УПК РФ).

Судебное решение о производстве обыска в отношении члена Со-

7 См. п. 6 постановления КС РФ от 29 июня 2004 г. № 13-П.

8 Там же.

вета Федерации, депутата Государственной Думы, Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий, Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации исполняется с согласия Совета Федерации или Государственной Думы (соответственно). Иные следственные и процессуальные действия, осуществляемые в соответствии с УПК РФ не иначе как на основании судебного решения в отношении специального субъекта, указанного в ч. 1 ст. 448 УПК РФ, если уголовное дело в отношении него не было возбуждено или он не был привлечен в качестве обвиняемого, производятся с согласия суда. Например, если это лицо является Генеральным прокурором РФ или Председателем СК РФ, то эти действия осуществляются с согласия коллегии, состоящей из трех судей Верховного Суда РФ. Если их необходимо произвести в отношении судьи Конституционного Суда РФ, судьи Верховного Суда РФ, верховного суда республики, краевого (областного) суда, суда города федерального значения, суда автономной области (округа), федерального арбитражного суда, военного суда, то для этого требуется получить согласие Конституционного Суда РФ или Высшей квалификационной коллегии судей РФ (соответственно). Если эти действия должны быть произведены в отношении иных судей, то на это требуется согласие квалификационной коллегии судей.

В заключение обратим внимание на то обстоятельство, что соответствующим аспектам российской антикоррупционной системы была дана объективная оценка ГРЕКО. В финальную редакцию ее отчета по России вошли 26 рекомендаций, немалая часть которых напрямую касается совершенствования системы расследования случаев коррупции, приведения правового института конфискации доходов и инструментов коррупционных правонару-

шений в соответствие с Конвенцией Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию 1999 г., а также установления ответственности юридических лиц за правонарушения такого рода.

Основываясь на руководящих принципах по борьбе с коррупцией Совета Европы, эксперты-оценщики этой организации высказались, в частности, за сокращение в законодательстве категорий лиц, на которых распространяется специальная процедура привлечения их к уголовной ответственности, а также за упрощение такой процедуры. Они рекомендовали пересмотреть положения законодательства о снятии с них иммунитетов с целью его упрощения, выработать методические рекомендации для сотрудников правоохранительных органов и судей по применению названных положений законодательства, установить конкретные и объективные критерии для их применения палатами Федерального Собрания, Конституционным Судом или квалификационной коллегией судей при рассмотрении запросов о снятии иммунитетов, а также гарантировать, чтобы решения, принимаемые по этому поводу, были свободны от политических мотивов и основаны только на обстоятельствах соответствующего запроса и лежащего в его основе рас-следования9.

Очевидно, что осмыслению и выполнению рекомендаций ГРЕКО в рассмотренном сегменте процессуальной деятельности нужно уделить самое серьезное внимание. Это потребует дальнейшей кропотливой работы не только органов законодательной власти, но и самого широкого круга специалистов, а такие категории, как иммунитет государственных должностных лиц от уголовного преследования и независимость судопроизводства, будут являться в данном случае решающими.

9 См.: Отчет по Российской Федерации о соответствии рекомендациям ГРЕКО.

Библиографический список

Отчет по Российской Федерации о соответствии рекомендациям ГРЕКО // Greco Eval l-ll Rep (2008) 2E. URL: http://www.vsrf.ru/Show_pdf.php?Id=8527. Юридическая энциклопедия / под ред. М. Ю. Тихомирова. М., 1997.

Генезис уголовно-процессуального законодательства об ответственности юридических лиц в России

СЕМЫКИНА Ольга Ивановна, кандидат юридических наук, старший научный сотрудник Центра сравнительно-правовых исследований Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации

117218, Россия, г. Москва, ул. Большая Черемушкинская, 34

E-mail: semykola@yandex.ru

В статье затронуты законодательные и доктринальные предпосылки введения уголовной ответственности юридических лиц, в аккумулированном виде вошедшие в концепцию судебной реформы 1864 г. Автором рассмотрена практика первого этапа введения в российское уголовно-процессуальное законодательство принудительных мер, применяемых к юридическим лицам за совершенные деяния на стадии предварительного расследования преступлений. В связи с этим в работе сделан акцент на нормах Устава уголовного судопроизводства 1864 г., содержащих процессуальные особенности применения к юридическим лицам меры в виде их закрытия, а также проведен мониторинг судебной практики по вопросам уголовной ответственности юридических лиц. Дана позитивная оценка подходу дореволюционного законодателя к возможности реализации этой процессуальной меры при производстве по уголовным делам о преступлениях против имущества и доходов казны. Автор приходит к выводу о возможности применения мер уголовно-процессуальной ответственности юридических лиц при производстве предварительного расследования по уголовным делам о преступлениях, посягающих на бюджетообразующие отрасли экономики.

Ключевые слова: уголовно-процессуальное законодательство, ответственность юридических лиц, особое судопроизводство, процессуальные меры, закрытие юридических лиц, имущественные взыскания, имущество, казна, личная ответственность.

Genesis of the Criminal Procedure on Liability of Legal Persons on Russia

O. I. SEMYKINA, candidate of legal sciences

The Institute of Legislation and Comparative Law under the Government of the Russian Federation

34, Bolshaya Cheremushkinskaya st., Moscow, Russia, 117218

E-mail: semykola@yandex.ru

The article deals with the legislative and doctrinal precondition of criminal liability of legal persons, which are accumulated a concept formed the basis of the judicial reform of 1864. The author studies the practice the first phase of the introduction in to the Russian criminal procedure enforcement of the measures applicable to legal persons for acts committed during preliminary investigation of crimes. In this context, the article lays emphasis on the norms of the Charter of criminal proceedings of 1864, which contain the procedural peculiarities of the application of such a measures to legal entities as closure, as well as monitors the judicial practice on the criminal liability of legal persons. The article gives a positive assessment of the approach of the legislator to the possibility of the implementation of remedial measures in criminal proceedings on such corruption crimes as crimes against property and income of the treasury. Given these positions, the author comes to the conclusion of the possibility of application of measures of criminal procedure liability of legal persons under preliminary investigation in criminal cases of crimes that infringe on budget forming industries.