К вопросу о девиантном поведении молодежи в условиях модернизации российского общества

К ВОПРОСУ О ДЕВИАНТНОМ ПОВЕДЕНИИ МОЛОДЕЖИ В УСЛОВИЯХ МОДЕРНИЗАЦИИ РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА

Н.Е. Аймаутова

Кафедра социологии Российский университет дружбы народов ул. Миклухо-Маклая, 6, 117198, Москва, Россия

Процессы, происходящие в сегодняшней России, демонстрируют кризис современной теоретической социологии. Перед ней остро стоит проблема построения общей теории социального поведения человека в условиях постиндустриального общества. Такой теории пока нет, так как проблема поведения человека в условиях очень быстрых изменений - что характерно для современного общества - чрезвычайно сложна.

Кроме того, социологический анализ процессов, происходящих в постсоциалистическом обществе, несомненно, отстает от реальной практики, поэтому осмысление модернизации, ее достоинств и просчетов является чрезвычайно актуальной задачей.

Период, переживаемый ныне Россией, характеризуется системным кризисом общества: в политике, экономике, идеологии, в социальной и других сферах. Еще в начале XX века для такого рода явлений

Э. Дюркгейм использовал понятие аномии. Аномия - это исторически обусловленный процесс разрушения базовых элементов культуры, прежде всего, в аспекте этических норм, происходящий при достаточно резкой смене общественных идеалов и морали. В этой ситуации некоторые социальные группы перестают чувствовать свою причастность к данному обществу, происходит их отчуждение, новые социальные нормы и ценности отвергаются членами этих групп, в том числе и официально декларируемые образцы поведения. Вместо конвенциональных средств достижения индивидуальных или общественных целей выдвигаются собственные (в частности, противоправные) [4]. Схожие взгляды развиваются одним из последователей Дюркгейма - Р.К. Мертоном. В его теории преступное поведение трактуется как особая форма адаптации к обществу. При разложении системы моральных ценностей, когда возникает противоречие между нормами-ценностями культуры и реальными возможностями их достижения, обусловленными существующими институтами власти и управления, индивид чувствует свое отчуждение от общества [7] и стремится его преодолеть.

Явления аномии и девиации, затрагивая при социальных потрясениях все слои населения, особенно сильно действуют на молодежь. Именно в такие периоды истории общества - когда происходит его социальная дезорганизация, когда народы под влиянием многообразных исторических обстоятельств кардинально меняют свои системы приоритетных ценностей, весь образ жизни, формы и типы общения, - всегда наблюдается рост девиантного поведения граждан - поведения, нарушающего общепринятые нормы и правила (правонарушения, самоубийства, социальный паразитизм, пьянство, алкоголизм, наркомания).

Но аномия имеет общий, фоновый характер, действуя в той или иной мере на всех представителей данного общества. То же, как будет себя вести конкретный человек (или конкретная социальная группа) в той или иной ситуации, будет ли он правопослушен или девиантен, определяется большим количеством различных факторов.

Проблемы социальной организации наиболее быстро накапливаются в связи с интенсивной дифференциацией общества. По П. Сорокину, «социальная стратификация - это дифференциация некой данной совокупности людей (населения) на классы в иерархическом ранге. Она находит выражение в существовании высших и низших слоев. Ее основа и сущность - в неравномерном распределении прав и привилегий, ответственности и обязанности, наличии или отсутствии социальных ценностей, власти и влияния среди членов того или иного общества» [9, С. 302.]. Социальная дифференциация сопровождается усложнением социального организма и является закономерным проявлением развития природы и общества. В ее основе лежит неравенство физических, умственных, нравственных, возрастных сил каждого члена общества. Вместе с тем, социальная дифференциация - так как одним из ее оснований выступает возраст - связана и с проблемами, наиболее острыми для современной российской молодежи.

В многочисленных исследованиях показано, что именно российская молодежь выступает наиболее уязвимой категорией современного российского общества. «Несмотря на крайнюю заинтересованность государства во включении молодежи в общественно-политический труд, данная категория является весьма уязвимой, это самая «взрывоопасная» категория более других готовая активно приспосабливать жизненное пространство к своим потребностям» [10, С. 27.].

Ситуация еще более усугубляется тем, что молодежь в большинстве случаев не обладает трудовыми кавыками и профессиональной подготовкой. Это влечет за собой напряженность на рынке труда среди лиц молодого возраста и возникновение напряженных ситуаций в социальных отношениях в обществе в целом.

Реальные рабочие места не удовлетворяют молодых людей в первую очередь по уровню оплаты. Кроме других причин это связано с тем, что наблюдается несоответствие полученной молодым человеком профессии потребностям рынка труда.

К. Ю. Добрынин, анализируя уровень социального здоровья, конкурентоспособность, способ и степень адаптации в молодежной среде в современных условиях, отмечает слабую мотивировку молодыми людьми выбора своей профессии и отсутствие дальнейших жизненных планов, при этом заниженная самооценка негативно отражается на процессах выхода из проблемных ситуаций [3, С. 146-147.]. Все это ведет к затруднениям для значительной части молодежи в овладении своим профессиональным и жизненным пространством.

Не менее актуальной является проблема выпускников многих учебных заведений, заключающаяся в том, что недостаточно высок уровень их профессиональной подготовки. Отмечено рассогласование рынка учебных услуг и рынка труда, что является одной из отличительных «проблемных особенностей», характеризующих ситуацию в современной России. В результате этого отмечается утрата большой частью населения своей профессионализации. Это проявляется в потере интереса и снижении престижности профессионального мастерства у учащейся молодежи. Увеличивается процент молодых людей, не имеющих образования и не стремящихся его получить. Это обусловливает социальную напряженность и обострение криминальной деятельности.

Как отмечают Ю.Р. Вишневский и Л.Я. Рубина, неблагоприятные условия досуговой деятельности и отдыха студенчества, недостаточность социально-культурных благ, как правило, не попадают в число важнейших социальных проблем студенчества [1]. На фоне социально-экономических неурядиц проблема организации досуга отступает на второй план, уступая место материальным трудностям и проблемам, связанным с состоянием здоровья. Несмотря на то, что студенчество остается одной из самых развитых социокультурных групп и по структуре интересов приближается к представителям интеллигенции, все же отмечается негативная тенденция во всех направлениях жизни молодежи. Невозможность самовыражения и самореализации в труде и досуге способствует спаду творческой активности, развитию пассивного образа поведения, концентрации интересов вокруг материальных проблем. Неблагоприятный психологический фон усугубляет ухудшение здоровья молодого населения, что впоследствии сказывается на здоровье и выживании всей нации.

Отмечается падение значимости духовных и нравственных ценностей у молодых людей, а эти процессы лежат в основе нравственной и интеллектуальной деградации. Расширяется возможность вовлечения молодежи в преступный бизнес. Уже стало привычным существование так называемого социального отклонения, т.е. поведения индивида или группы, которое не соответствует общепринятым нормам. Девиации стали принимать различные формы и могут иметь для общества различное значение. «Позитивные отклонения служат средством прогрессивного развития системы, повышения уровня ее организованности, преодоления устаревших, консервативных или реакционных стандартов поведения. Это социальное творчество: научное, техническое, художественное, общественно-политическое. Негативные - дисфункциональны, дезорганизуют систему, подрывая подчас ее основы. Это - социальная патология: преступность, алкоголизм, наркомания, проституция» [2, С. 74.]. Любого рода

правонарушения мы можем назвать девиацией, но не всякая девиация является правонарушением. Девиация предполагает нарушение любого рода норм, в том числе и моральных. Социальная норма определяет исторически сложившийся в конкретном обществе предел, меру, интервал допустимого, дозволенного или обязательного поведения деятельности людей, социальных групп, социальных организаций. Правовые нормы выполняют важную задачу целенаправленного регулирования поведения. В своих нормах право отражает основные ценности общества и личности, в нем заложено типизированное правило поведения людей, выраженное в требованиях общества, в которых более или менее четко определены границы, объем, а также характер возможного и должного поведения. Человек, приспосабливаясь к этим нормам, в свою очередь, выражает и свое мнение по отношению к ним. Выражено это может быть либо в форме согласия и подчинения, либо - в игнорировании, что ведет к появлению девиации и может принять форму правонарушения. Правонарушения могут быть весьма разнообразными. Наиболее распространенной считается их классификация по отраслям законодательства (гражданские, трудовые, административные, уголовные и т.д.). Таким образом, к правонарушениям мы относим лишь те виды отклонений, где налицо — нарушение правовых норм, а ответственность предполагает наличие санкций, зафиксированных в юридических документах и актах. Это - убийства, изнасилования, неуплата счетов и др. Что касается моральных норм, то в отличие от права, мораль несет оценочную характеристику (хорошо — плохо, благородно — низко). Это один момент. И второе - это тот факт, что нормы морали действуют через внутренние психологические механизмы. Для них характерно

отсутствие текстуального закрепления, а санкциями является общественное осуждение. Отклонениями от моральных норм можно назвать пьянство, самоубийство, бродяжничество.

В психологии одной из наиболее популярных теорий, объясняющих формирование у конкретного человека различных форм девиантного поведения является теория А. Бандуры. В его теории социального научения, главной детерминантой научения человека является наблюдение за образцами поведения других людей и за последствиями этого поведения: та или иная форма поведения становится мотивирующей в силу предвосхищения последствий данных действий. К числу таких последствий может относиться не только подкрепление со стороны других людей, но и самоподкрепление, обусловленное оценкой соблюдения внутренне обязательных стандартов поведения (стандарты самоподкрепления, которые демонстрируют другие люди). Основываясь на своей теории социального научения, он попытался дать новую интерпретацию агрессии. Первоначально А. Бандура под агрессией понимал импульсивную, близкую к патологической реакцию на фрустрацию, но затем убедился, что это не так. Оказалось, что теория агрессии как фрустрации хуже объясняет имеющиеся факты, чем его теория научения на основе наблюдения за вознаграждением последствий агрессии. Он обнаружил, что агрессивное поведение развивается у детей, которые находятся в условиях научения на примерах агрессивного поведения взрослых. В частности, отцы сверхагрессивных подростков служат им образцом такого поведения, поощряя их вне дома к проявлениям агрессии. На основании этих исследований А. Бандура пришел к заключению, что гнев, как проявление общего возбуждения, способствующего агрессии, будет проявляться лишь только тогда, когда в данных ситуационных условиях социально принимаются образцы гневных реакций [И; 12].

С момента появления теории социального научения А. Бандуры в психологии был накоплен богатый материал, ее подтверждающий. Вместе с тем, возникла необходимость рассматривать этот материал в более широком контексте, так как в данной теории формирующая и коррекционная части достаточно ограничены.

В современной педагогической психологии принято рассматривать процесс обучения как такой процесс, который может осуществляться двумя путями. В традиционной педагогике обучение строилось по эмпирическому принципу. В этом случае процесс формирования новых знаний предстает как процесс отработки частных признаков конкретных объектов. (Т.е. обучение строится по принципу «от частного -к общему».) В противоположность традиционной педагогике в рамках методики «развивающего обучения» (В.В. Давыдов, Д.Б. Эльконин) процесс формирования новых знаний строится иначе - от общего к частному. Сначала ребенок усваивает общие принципы, схемы и модели, которые обусловливают существование и функционирование конкретных объектов, и лишь затем переходит к знакомству со спецификой самих этих объектов.

Принципы развивающего обучения имеют фундаментальный характер, т.е, они могут выступать в качестве парадигмы, обусловливающей выдвижение частных когнитивно-психологических теорий (в том числе, объясняющих возникновение девиантного поведения). Дело в том, что в идеологии развивающего обучения было систематически изучено следующее явление: для того, чтобы было усвоено некое конкретное психологическое содержание, оно должно быть вписано в определенную «субъективную картину» мировосприятия, которая является априорной в отношении данного локального опыта.

Именно в теории развивающего обучения находит свое психологическое объяснение феномен, зафиксированный в «гипотезе лингвистической относительности», выдвинутой Э. Сепиром и Б. Уорфом, но неадекватно проинтерпретированный в ней. Она основана на предположении, что процессы восприятия и мышления обусловлены этноспецифическими особенностями структуры языка. Те или иные языковые конструкции и словарные связки, действуя на бессознательном уровне, приводят к созданию типичной картины мира, которая присуща носителям данного языка и которая выступает в качестве схемы для категоризации индивидуального опыта. Грамматический строй языка навязывает способ выделения элементов окружающей действительности. Критика, которая была вызвана появлением этой гипотезы, может быть признана вполне справедливой. Так, в дальнейших исследованиях было показано, что в познавательный процесс включены значения, существующие не только в языковой форме, но и в форме сенсорно-перцептивных эталонов и символических действий. В силу этого некий ряд значений может быть не представлен в словесной форме, но все-таки присутствовать в сознании и обусловливать поведение. Поэтому было признано, что при анализе картин мира, которые действительно могут иметь определенную этническую специфичность, необходимо исследовать не только разговорный язык, но и другие символические системы, например графику, трудовые навыки.

Вывод, который можно сделать из этой дискуссии, заключается в следующем. Действительно, у индивида, на основании всего его предыдущего опыта, прежде всего, практического взаимодействия с окружающим миром, формируется некая интегральная «картина мира». В зависимости от особенностей данного опыта (и соответственно, от особенностей данной «картины мира») оценивается то или иное

локально возникающее событие, строится поведение и осуществляется обратная связь в отношении результатов возникающего на этой основе взаимодействия.

Эта методологическая установка позволяет по-новому взглянуть на проблему девиантного поведения молодежи. В соответствии с данной установкой, мы должны признать, что та или иная форма девиантного поведения может возникать не только в том случае, когда молодой человек наблюдает реальные формы девиации (например, у своих родителей или близких знакомых), как это предполагается в теории социального научения А. Бандуры, но также и в том случае, если он строит такую субъективную картину окружающего (прежде всего социального) мира, в которой девиация вытекает из общей логики функционирования этого мира.

Таким образом, возникает возможность интегрировать взгляд на девиацию как адаптацию к «больному обществу» и современные когнитивные теории формирования понятий. При этом очень важно, что при таком подходе признается большая роль за позитивными формирующими коррекционными воздействиями, которые могут быть, в принципе, оказаны на молодого человека - в этой связи необходимо искать действенные пути изменения его субъективной картины мира.

Вместе с тем, при этом возникает особая исследовательская задача - обнаружение типичных субъективных картин мира, которые свойственны представителям различных страт современной российской молодежи. Исходно ясно, что мир конструируется существенно иначе «правильным» студентом-гуманитарием и «неправильным» наркоманом. Поэтому требуется адекватное их описание в терминах субъективной семантики («Я», «другие», «будущее» и пр.).

Проблематика такого явления, как правонарушение, привлекает внимание многих ученых. Социологический подход представляет собой выяснение природы данного явления, причин и механизмов его воспроизводства и функционирования, взаимосвязи с исторически обусловленными общественными процессами, а также путей его преодоления. Почему же все-таки человеку свойственно правонарушение? Одной из основных проблем является низкий уровень правового сознания населения.

Современная российская молодежь вступает в жизнь в весьма сложных экономических и социальных условиях. Проблемы формирования демократического, правового государства ставят на первое место задачу становления личности молодого человека как субъекта сознательной деятельности. Формирование современного человека, хочет он того или нет, осуществляется в обстоятельствах, когда он так или иначе задействован в отношениях политического содержания, когда его бытие пребывает в определенных содержательно осмысленных связях с государством. Различные общественные структуры в ценностной системе человека являются формообразующей основой его поведения. Значимость, логичность, жесткость этих форм зависят от адекватного их восприятия личностью. Таким образом, самое государство, система власти, политические институты, социальные отношения становятся детерминирующими по отношению к структурам личности. В полной мере это распространяется на систему права.

Одним из факторов, определяющих место индивида в обществе, является его отношение к праву, социально-правовой действительности. О характере действий человека в правовой сфере можно судить по оценкам, которые зафиксированы в юридических нормах. Нормы поведения определяются условиями социальной жизни. На каждом этапе исторического развития, эти нормы утверждают свою значимость как нечто внешнее и объективное[5]. Личности необходимо найти способ адаптироваться к соответствующей системе норм. Когда же индивиды начинают эти нормы нарушать, в обществе возникают процессы дезорганизации.

Закрепленное в юридических нормах право личности на свободу выбора того или иного поступка представляет собой решение по своему усмотрению вопроса "как поступить?". Здесь вступают в силу внутренние регуляторы поведения, связанные как с осознанием возможного принуждения со стороны государственных органов, так и с нравственно- этическим миром личности, закрепленным в ее сознании определенным уровнем общей культуры поведения, а также правовыми традициями общества.

Молодежь, ориентируясь на будущее, должна формировать свой жизненный потенциал уже применительно к рыночным отношениям, складывающимся в нашем государстве. В связи с этим возрастает роль и значение правовой системы, оказывающей влияние на молодое поколение. Необходимо повышать уровень правовой грамотности, культуры, наконец, уделять внимание правовому поведению, хотя в настоящее время сделать это сложно. В эпоху больших перемен, когда законы с невероятной скоростью сменяют один другой, даже взрослый человек зачастую руководствуется исключительно своими индивидуальными установками, чувствами и эмоциями, не говоря уже о молодежи, которой в недалеком будущем придется самой вступать во взрослую жизнь. И насколько грамотно сейчас ею будут усвоены правовые основы обновляющегося общества, настолько успешнее молодое поколение осуществит процесс собственной социализации. Одним из элементов, составляющих фактическое основание этого процесса, является правовое поведение.

Правовое поведение - это такая деятельность человека, которая обусловлена его культурнонравственными воззрениями и опытом в сфере социального действия права, и основанная на

сознательном выполнении его целей и требований. По мнению М.Ф. Озриха, к правовому поведению относятся те проявления активности личности, которые поддаются социальному, - внешнему или внутренне-личностному (интериоризированному), - контролю в его специфических юридических формах [8].

Как и всякое общественное явление, правовое поведение имеет ряд общих и отличительных признаков. Общие признаки характерны и для правопослушного, и для противоправного поведения. Отличительной же особенностью будет практическая сторона их реализации. К первому признаку правового поведения можно отнести его социальную значимость. Область действия права обширна, и сюда мы относим поведение людей, которое имеет особое значение в социально-экономической, общественно-политической и др. сферах. Оно может носить как позитивный характер, - правопослушиое поведение (которое укрепляет, в целом, общественные отношения), так и негативный характер, -противоправное поведение (нарушение, ослабление этих отношений). Значимым с точки зрения права будет являться то поведение, которое способно существенным образом повлиять на состояние и развитие экономических, социальных, политических, идеологических отношений, может также сказаться на статусе личности и реализации ее интересов.

Психологический признак осуществляет актуальный или потенциальный контроль сознания и воли человека. Говоря об этом признаке, мы непосредственно обращаемся к самой природе права. На психологическом уровне право также несет в себе огромный потенциал. Оно может не только пресечь осуществление негативных явлений, но и повлиять, побудить к полезным, значимым жизненным явлениям. Но следует учесть тот момент, что данный процесс возможен лишь в том случае, когда индивид способен сознательно контролировать свою деятельность. В основе правопослушного поведения, исходя из вышесказанного, лежит мотивация, вызванная сознанием долга, общественной потребности, личными интересами, отвечающими интересам общества. Психологический признак противоправного поведения несет в себе элементы и мотивы корысти, эгоизма, агрессии.

Следующие признаки имеют под собой юридическую основу. Один из них - это четкая регламентированность права. Правовое поведение имеет в своей основе как внешнюю (объективную), так и внутреннюю (субъективную) стороны. Они зафиксированы в правовых источниках и имеют определенные рамки, которые показывают то, как с помощью правовых средств возможно осуществление регулирования поведения человека. Поведение, будь оно общественно полезным или вредным, не может относиться к правовому поведению, если оно не предусмотрено нормами права, которые являются разрешающими, либо, наоборот, - запрещающими. В этой связи следует сказать о различиях в юридических характеристиках правопослушного и противоправного поведения. Если первое предполагает наличие разрешающих, обязывающих норм, то второе является антинормативным, т.е. нарушает норму.

Кроме того, предполагается контроль правового поведения в лице государства и его правоприменительных и правоохранительных органов, т.е. предполагается наличие институционально легитимированной гарантированности правопослушного поведения и ответственности за поведение противоправное.

И, наконец, наличие юридических последствий, которые возникают вследствие осуществления прав, исполнения или нарушения обязанностей, также детерминирует правовое поведение. Юридические последствия правопослушного поведения обычно благоприятны для субъекта и выражаются в форме различного рода поощрений. Противоправное поведение влечет за собой юридическую ответственность, которая осуществляется с помощью привлечения правоохранительных органов.

Исходя из вышеизложенного, видно, что правопослушное поведение имеет сложную структуру, и определить его можно как социально-значимое поведение индивидуальных или коллективных субъектов, подконтрольное их сознанию и воле, предусмотренное нормами права и влекущее за собой юридические последствия [6, С. 164.]. Правопослушное поведение, как один из видов правового поведения, проявляется в общественной жизни весьма разнообразно. Его социальная ценность проявляется в том, что оно составляет органическую часть цивилизованного мира. По степени активности процесса вовлечения личности в контекст правового регулирования общественных отношений можно выделить следующие виды правопослушного поведения:

• Социально-активное поведение. Представляет собой наиболее высокий уровень правопослушного поведения, проявляющийся в общественно полезной, одобряемой государством и обществом деятельности в правовой сфере. Выражается в инициативном поведении, определяется развитым правосознанием;

• Привычное поведение. Выбирая определенный вариант поведения, человек, обычно, действует избирательно. Используя метод "проб и ошибок", он привыкает повторять те действия, за которыми следует устраивающий его результат. Таким образом вырабатывается привычка. Правовые

привычки, как поведенческие регуляторы, играют существенную роль в процессе становления правопослушного поведения. Осознанное усвоение правовых ценностей обеспечивает достаточно высокий уровень развития личности, если исполнение требований права происходит, хотя и привычно, но не бездумно, со знанием дела;

• Конформистское поведение. Представляет собой пассивное соблюдение личностью норм права, приспособление, подчинение своего поведения мнению и действиям окружающих. Мотивы такого поведения характеризуют гражданскую несформированность личности. В свою очередь, это приводит к поведению ситуативному, зависящему от подчиненности внешнему признаку и примеру. Конформистская позиция индивида не позволяет ему сопротивляться внушаемым указаниям, отстаивать свой выбор поведения;

Маргинальное поведение. Следование праву людей, правосознание которых расходится с требованием правовых норм. Выражает состояние индивида, который находится на грани антиобщественного поведения, ведущего к правонарушению, но не становящегося таковым по ряду причин. Мотивами подобного типа поведения могут быть: угроза' возможного наказания, собственные выгоды от правопослушности и т.д. В правовом гране маргинальность характеризуется особым, "промежуточным", переходным между правопослушным и противоправным состоянием личности, поведение которой вызывается как собственной социально-психологической деформированностью, так и определенным (вольным или невольным) провоцированием со стороны государственных институтов и общества в целом.

Таким образом, право и мораль являющиеся важнейшими элементами человеческого поведения, тесно взаимосвязаны. Как правило, все правовое подлежит моральным оценкам. Мораль есть одна из сторон правовых отношений, т.к. эти отношения затрагивают коренные интересы людей и подлежат не только юридическим, но и моральным оценкам.

Сфера применения правовых оценок к морали значительно уже, чем моральных к праву. Это объясняется тем, что моральные оценки являются универсальными, а правовые ограничены определенными сферами действительности.

Современный период требует высокого уровня правового воспитания молодого поколения. Именно от уровня правосознания молодежи зависит будущее управление обществом и государством. Таким образом, правовое самоопределение молодежи - одна из важных проблем, имеющихся на сегодняшний день. Решение ее невозможно без решения проблем всего общества.

Главным субъектом выработки и проведения молодежной политики является государство. Эта политика должна основываться на следующих принципах:

« сочетания государственных интересов и прав личности в реализации политики по отношению к молодежи;

• привлечения молодежи к непосредственному формированию и реализации программ , касающихся молодежи и общества;

• обеспечения правовой и социальной защищенности молодых людей, необходимой для восполнения обусловленного возрастом ограничения их социального статуса;

• предоставления молодежи гарантированного государством минимума социальных услуг по обучению, профессиональной подготовке и трудоустройству.

На основе данных принципов можно сформулировать основные цели государственной молодежной политики, среди которых первостепенными являются следующие:

• недопущение дискриминации молодежи по мотивам возраста;

• создание условий для более полного включения молодежи в социально-экономическую, политическую и культурную жизнь общества;

• расширение возможностей в выборе жизненного пути;

• реализация инновационного потенциала молодежи в интересах развития ее самой и развития общества.

ЛИТЕРАТУРА

1. Вишневский Ю.Р., Рубина Л.Я. Социальный облик студенчества 90-х годов // Социологические исследования. 1997. №9.

2. Гилинский Я.И. Социология девиантного поведения как специальная социологическая теория // Социологические исследования. 1995. №4.

3. Добрынин К.Ю. Проблемы конкурентоспособности и социального здоровья подростков // Социокультурные проблемы нетипичное™. Саратов. 1997.

4. Дюркгейм Э. Самоубийство: социологический этюд. - М., 1994.

5. Дюркгейм Э. Социология. Ее предмет, метод, предназначение. - М., 1995.

6. Кудрявцев В.Н., Казимирчук В.П. Современная социология права. - М., 1995.

7. Мертон Р.К. Социальная структура и аномия // Социологические исследования. 1992. №№ 2,3,4.

8. Озрих М.Ф. Личность и право. - М., 1975.

9. Сорокин П. А. Человек. Цивилизация. Общество. - М., 1992.

10. Шваков А. Снижая социальную напряженность // Человеческие ресурсы. 1998. №1.

11. Bandura A. Aggression: A Social Learning Analysis. - Englewood Cliffs, 1973.

12. Bandura A., Walters R.H. Adolescent Aggression. - N.Y., 1959.

ON A PROBLEM OF DEVIANT BEHAVIOR OF THE YOUTH IN CONDITIONS OF RUSSIAN SOCIETY MODERNIZATION

N.E. Aymautova

The Department of Sociology Peoples' Friendship University of Russia Miklukho-Maklay str., 6, 117198, Moscow, Russia

Russia is experiencing a period of the system crisis and social disorganization of society nowadays. The deviant behavior of citizens increases at such periods. Phenomena of transgression and deviation have a specially strong effect on the youth. The sociological approach clarifies the roots of this phenomenon. It’s very important to know how much young people know about the law, what they think about it, what the government does to bring up law-obedient citizens. The article is devoted to these problems.