Специфика репрезентативной неопределенности существительных в рассказе И. А. Бунина "Господин из Сан-Франциско"

филологические науки -языкознание

Кацитадзе Инна Мангуровна СПЕЦИФИКА РЕПРЕЗЕНТАТИВНОЙ ...

УДК 8. 1751

DOI: 10.26140/bgz3-2019-0801-0018

СПЕЦИФИКА РЕПРЕЗЕНТАТИВНОЙ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ В РАССКАЗЕ И.А.БУНИНА «ГОСПОДИН ИЗ САН-ФРАНЦИСКО»

© 2019

Кацитадзе Инна Мангуровна, кандидат филологических наук, доцент кафедры межкультурной коммуникации и методики преподавания иностранных языков Института филологии, журналистики и межкультурной коммуникации Южный федеральный университет

Аннотация. Статья посвящена проблеме категории неопределенности имен существительных в аспекте референции. Основное содержание исследования составляет функционально-семантический анализ употребления неопределенных существительных в роли обобщения на материале рассказа И.А.Бунина «Господин из Сан-Франциско». Существительное с семантикой неопределенности в данной функции определяет предмет/лицо как представителя класса одноименных предметов или его качественной разновидности. Отображаемая действительность как значимая составляющая структуры текста представляет собой референтную ситуацию (конкретную либо абстрактную), знания о которой в нем эксплицируются. В статье выявлено приоритетное употребление именных групп в плюральной форме в их квалификативной характеристике, существительных в предложениях тождества, и обосновывается мысль о том, что именно благодаря репрезентативной неопределенности существительных автором произведения транслируется его главная идея— глубокое понимание истинной ценности жизни через отражение той «неопределенной» действительности, которая окружает главного героя и его семью. Анализ примеров репрезентативной неопределенности существительных осуществляется в рамках контекстно-ситуативных условий, когда представлено субъективное отношение к объективным предметам или лицам.

Ключевые слова: репрезентативная неопределенность, категория определенности/неопределенности, функция обобщения, семантика неопределенности, квалификативная функция, актуальное членение предложение, намерение писателя, аспект референции.

PECULIARITY OF NOMINAL REPRESENTATIVE UNCERTAINTY IN THE STORY BY I.A.BUNIN "A GENTLEMAN FROM SAN FRANCISCO"

© 2019

Katsitadze Inna Mangurovna, Candidate of Philology, Associate Professor of the Department of Intercultural Communication and Methodology of Teaching Foreign Languages, Institute of Philology,

Journalism and Intercultural Communication Southern Federal University

Abstract. The article is devoted to the problem of the category of nominal uncertainty in the aspect of reference. The main content of the study is a functional-semantic analysis of using indefinite nouns in the role of generalization on the material of the story by I.A. Bunin "A Gentleman from San Francisco". An uncertain noun in this function determines an object/ subject as a representative of the class of same-name objects or its qualitative variety. The represented reality as a significant component of the text structure is a referential situation (concrete or abstract) knowledge of which is explicated it (in the text). The article identifies the priority use of nominal groups in the plural form of their qualifying characteristics, nouns in sentences of identity. It argues for the idea that it is due to the representative uncertainty of nouns that the author translates his main idea - a deep understanding of the true value of life through the reflection of that "undefined" reality that surrounds the main character and his family. The analysis of examples of nominal representative uncertainty is carried out within the contextual-situational conditions, when the author presents a subjective attitude to objective items or persons.

Keywords: representative uncertainty, category of certainty / uncertainty, generalizing function, semantics of uncertainty, qualifying function, actual segmentation of a sentence, the writer's purpose, aspect of reference.

Категория определенности/неопределенности (О/Н), как известно, проявляется в разносистемных языках по-разному: явно — с помощью формальных, как в арти-клевых языках, и неявно, как в русском языке, где средства ее выражения носят «неявный» характер. Несмотря на значительное количество работ, написанных в русле функционально-семантического, функционально-коммуникативного и прагматического анализа средств вербализации исследуемой категории (Крылов С.А. [1], Шмелев А.Д. [2], Арутюнова Н.Д. [3], Падучева Е.В. [4]), именно данное своеобразие и по сей день вызывает немалый интерес у исследователей.

Вопрос о средствах и способах вербализации настоящей категории - ключевая проблема функциональной грамматики. С.Д Кацнельсон, подчеркивая имплицитный характер категории О/Н полагает, что в ее основе лежат «грамматические сигналы, имплицитно содержащиеся в синтаксических сочетаниях и семантике слова» [5, с. 78].

В лингвистической науке существует множество концепций, связанных с проблематикой конкретных/ абстрактных существительных. Наиболее распространенным является подход к абстрактному как понятийному, мыслительному, конкретному, т.е. «созерцаемому». В качестве ключевого момента выступает связь проблемы конкретности/абстрактности имен с проблемой аб-Балтийский гуманитарный журнал. 2019. Т. 8. № 1

стракции в языке. Абстракцию отождествления обычно относят к полноправному типу абстракции. По справедливому замечанию Руденко Д.И., такие наименования, как стол, человек, карандаш, лингвист, обобщающие свойства тех или иных объектов, отождествляющие их по отдельным признакам, как правило, относятся к конкретным. Следовательно, эти слова приобретают значения определенности или неопределенности в аспекте референции [6, с.57-58].

Категорию определенности/неопределенности следует рассматривать и как контекстологическую, поскольку она представляется как категория контекста в широком смысле для слушающего/читателя. Здесь важен не речевой контекст, а элементы ситуации и «знания собеседника о предметах, полученные не только во время данного акта коммуникации» [7, с.175].

Функция обобщения считается основной функцией семантики неопределенности, когда существительное обозначает предмет как представителя целого класса подобных ему предметов. Неопределенное существительное сигнализирует о том, что обозначаемый им предмет в сознании слушающего не сводится к представлению о конкретных связях с окружающими его предметами, а находится за рамками определенности/неопределенности. Неопределенное существительное указывает не на конкретный, реальный объект, а лишь на характери-

Katsitadze Inna Mangurovna philological sciences -

PECULIARITY OF NOMINAL ... linguistics

стики, свойственные целой группе предметов. Тогда оно выполняет квалификативную функцию.

Репрезентативная неопределенность существительных весьма ярко и образно, как само творчество великого русского писателя и поэта Ивана Алексеевича Бунина, представлена в рассказе «Господин из Сан-Франциско».

Рассмотрим случаи возникновения подобной неопределенности:

1. Существительное в роли предикатива реализует функцию обобщения и имеет квалифицирующее значение в предложениях тождества.

Например: «Жена его никогда не отличалась особой впечатлительностью, но ведь пожилые американки страстные путешественницы» [8, с.245].

Существительное американки вместе с определением страстные путешественницы в предикативе с его описательной функцией входит в состав ремы, и служит выявлению специфичных, трансформирующихся в данном сообщении признаков. А плюральная форма существительного путешественницы свидетельствует о явном обобщении, отсылающим читателя к образу пожилых богатых дам, живущих своим представлением о жизненных приоритетах.

Предметы и люди здесь, с одной стороны, реальные, с другой — лишь «наброски», наделенные своеобразной «неопределенностью».

Обратимся к примерам:

1) «... пароход — знаменитая «Атлантида» - был похож на громадный отель со всеми удобствами, .... жизнь на нем протекала весьма размеренно: накинув фланелевые пижамы, пили кофе, шоколад, какао; ... до одиннадцати часов полагалось бодро гулять по палубам, ... а в одиннадцать - подкрепляться бутербродами с бульоном; ... все палубы были заставлены тогда длинными камышовыми креслами, на которых путешественники лежали, укрывшись пледами, ...» [8, с.246];

2) «Обед длился больше часа, а после обеда открывались в бальной зале танцы, во время которых мужчины,

- в том числе, конечно, и господин из Сан-Франциско,

- задрав ноги, до малиновой красноты лиц накуривались гаванскими сигарами и напивались ликерами в баре, ...» [8, с.247];

3) «... а тут, в баре, беззаботно закидывали ноги на ручки кресел, цедили коньяк и ликеры, ...» [8, с.247].

Следует отметить, что весь рассказ Бунина сплошь и рядом наполнен «неопределенностью» всех и всего происходящего на палубе «Атлантиды». Примечательно в данном смысле само название «Господин из Сан-Франциско», отражающее высочайшую степень «неопределенности» главного героя, человека без имени, просто «какого-то господина из Сан-Франциско», а равно и «всяких» людей и предметов, окружавших его. Это и «какой-то седой немец», и «некий великий богач в старомодном фраке», и «несколько русских в очках и с бородами» и т.д. Жена и дочь господина так же безлики. Во многом усиление степени неопределенности достигается за счет местоименных детерминативов «некий», «какой-то», «всякий».

Например: «А когда «Атлантида» вошла наконец в гавань, привалила к набережной своей многоэтажной громадой, усеянной людьми, и загрохотали сходни, -сколько портье и их помощников в картузах с золотыми галунами, сколько всяких комиссионеров, свистунов мальчишек и здоровенных оборванцев с пачками цветных открыток в руках кинулось к нему навстречу с предложением услуг!» [8, с.249].

Существительные с вышеуказанными неопределенными местоимениями в тексте свидетельствуют о желании автора, возможно, о чем- то умолчать, избежать конкретики, что формирует вокруг главного героя и действующих лиц «некую» загадку, тайну, значимость. Читатель понимает, что автор отсылает его к обобщенному представлению о подобных людях в лице «некого» господина, вобравшего с себя все характеристики, кото-80

рыми Бунин наделяет своих героев. Здесь чувствуется и личное отношение самого писателя к происходящему. «Некие» господа живут где-то рядом с нами, они окружены «неопределенными» предметами и лицами, составляющими «праздник» их жизни.

А названия блюд и продуктов (во множественном числе), которыми «потчуют» пассажиров парохода, усиливают эффект «неопределенности», обобщения, вызывая у читателя чувство недоумения по поводу реальности происходящего.

Например: «Обеды опять были так обильны и кушаньями, и винами, и минеральными водами, и сластями, и фруктами, что к одиннадцати часам вечера по всем номерам разносили горничные каучуковые пузыри с горячей водой для согревания желудков» [8, с.250].

Заметим, что плюральная форма неопределенных существительных — главная черта повествования И.А.Бунина, они привносят динамику в повествование. Чем больше их в тексте (часто в одном предложении), тем сильнее степень «обобщенности», «неопределенности» лиц и предметов. Перед читателем встает образ людей, не живущих, а лишь «существующих», а предметы роскоши путешествующих на пароходе находятся как бы в «неопределенном» измерении.

2. Родовые характеристики предмета намного важнее индивидуальных. Отправной точкой неопределенного значения является намерение писателя представить описываемый предмет в качестве рядового классового представителя.

Следующий пример наглядно демонстрирует замысел автора, когда речь идет не о конкретных предметах/ лицах, а лишь об образных характеристиках.

Например: «Тут иной раз сидишь за столом и рассматриваешь фрески с миллиардером» [8, с.245].

Описание пассажиров, предметов их гардероба, служащих парохода, жителей городов служит целью передать читателю сферу «безликости» и «бесцветности» данного общества, здесь нет конкретных людей и предметов, это обобщенный образ, символ «человека» и «предмета». Для главного героя не существует людей, есть лишь «людишки», нет домов, есть «домишки», даже пароход предстает как «пароходишко». Господин сидит не просто за бокалом вина, а за «бокалами» и «бокальчиками» [8, с.247]. Использование автором уменьшительно-ласкательных суффиксов у неопределенных существительных способствует более глубокому пониманию сущности человека без имени, его «образности», его отношения к другим людям и предметам, существующих для него в качестве «приложения».

О словах как выразителях формальных понятий говорил Д.С.Кацнельсон, причислявший их к содержательным понятиям, указывая на необходимость развернуть их текст. В объекте вычленены определенные стороны, а мысль соотносит данный предмет с другим классом предметов. [5, с.66]. Исходя из данного тезиса считаем важным подчеркнуть, что репрезентативная неопределенность обнаруживается в рамках контекстно-ситуативных условий, демонстрируя субъективное отношение к объективным предметам и лицам.

В результате изучения различных источников в русле настоящей проблематики, приходим к выводу, что при всей значимости работ ранее упомянутых исследователей, многие вопросы, связанные с референциальным статусом категории определенности/неопределенности, субъективно-объективной природой остаются открытыми, что, безусловно, доказывает ее богатый дискуссионный потенциал.

На основе проведенного анализа языкового материала можно сделать некоторые значимые выводы, в частности, о том, что репрезентативная неопределенность в рассказе И.А.Бунина выражается, главным образом, за счет обобщенной функции, которую выполняют существительные в роли предикатива, в перечислениях именных групп во множественном числе в их динамике, Baltic Humanitarian Journal. 2019. Т. 8. № 1

филологические науки -языкознание

Кацитадзе Инна Мангуровна СПЕЦИФИКА РЕПРЕЗЕНТАТИВНОЙ ...

особенно убедительно и образно участвующих в объективации семантики неопределенности, а также благодаря местоименным маркерам. Употреблением именно неопределенных существительных достигается главный замысел писателя — дать возможность читателю задуматься над смыслом его жизни, над истинным пониманием подлинной красоты жизни, о своем месте в этом мире, о хорошем и плохом, а также о том, чего в его жизни больше — «определенного» или же «неопределенного». Право писателя обозначить лицо/предмет как неопределенный справедливо, поскольку именно автор является началом координат в коммуникативном процессе.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Крылов С.А. Детерминация имени в русском языке: теоретические проблемы// Семиотика и информатика. — М., 1984. Вып. 35. С.78-80.

2. Шмелев А.Д. Русский язык и внеязыковая действительность. -М.: Яз.славян.культуры, 2004. 492 с.

3. Арутюнова Н.Д. Предложение и его смысл. Логико-семантические проблемы. -М.: Наука., 1976. 382 с.

4. Падучева Е.В. Денотативный статус именной группы и его отражение в семантическом представлении //Научно-техническая информация. Сер.2, 1979. № 9. С.25-31.

5. Кацнельсон С.Д. Типология языка и речевое мышление. М.: Наука. 1972. 213 с.

6. Руденко Д.И. Имя в парадигмах «философии языка». Изд-во: Основа. — Харьков, 1990. 299 с.

7. Папенкова Т.А. Определенность-неопределенность как контекстологическая категория. Языковые единицы.— Л., 1973. С.168-175.

8. И.А.Бунин. Повести и рассказы. Ростов-на-Дону. Ростовское книжное издательство, 1982. 384 с.

Статья поступила в редакцию 01.02.2019

Статья принята к публикации 27.02.2019

Балтийский гуманитарный журнал. 2019. Т. 8. № 1

81