Семантические сдвиги в военной лексике XVII-XVIII веков (на материале источников деловой письменности)

Семантические сдвиги в военной лексике XVII-XVIII веков...

А.В. Уланов

СЕМАНТИЧЕСКИЕ СДВИГИ В ВОЕННОЙ ЛЕКСИКЕ XVII-XVIII ВЕКОВ

В работе излагается специфика безаффиксного (семантического) способа производности специальной лексики XVIII в., излагаются основные разновидности семантического словообразования, приводятся примеры из печатных и рукописных документов центральной и региональной деловой письменности XVIII в.

Целью нашего исследования является выявление специфики функционирования семантического словообразования в военной лексике русского языка XVII-XVIII веков.

В основе семантического способа производности лежит образование лексемы с производным значением. Семантическое словообразование так же, как и морфемное, имеет типовые отношения и отличается регулярной производнос-тью [11]. Семантические дериваты (т.е. слова, возникшие в результате семантических сдвигов других слов) имеют формальные показатели своего образования. Если в морфемном словообразовании это аффиксы, то в семантическом - иные грамматические признаки производного слова по сравнению с производящим. «Если слово понимается как совокупность грамматических форм, то эти формы (по сравнению с формами производящего слова) у слов, образованных семантическим способом, могут достаточно резко различаться», - пишет В.М. Марков [8, с. 9]. Иными грамматическими категориями могут быть род, число, падеж, одушевленность, переходность, возвратность. Изменяется и сочетаемость слова, иногда и его стилистическая маркировка.

Нас интересовало функционирование семантического способа словообразования в рамках специальной, в частности, военной, лексики в XVII-XVIII в., в ней семантическая деривация проявляется в образовании не только новой категориально-лексической семы, но и новой категориально-грамматической семы. Первый процесс происходит при метафорическом и метонимическом способах словообразования, второй - при переходе слова из одной части речи в другую (конверсии).

Семантические сдвиги в военной лексике наблюдаются уже в старорусский период (XVII-XVIII вв.), в это время новые слова образуются от исконно русских лексем, в частности, метафори-зацией: нос (человека) — нос (корабля):рыбник

побежал из судна в носъ [1, с. 51]; сила 'способность производить физические действия' — сила 'военная мощь':у нево... ратныхлюдеи 30тысяч и хочет итит... с тою силою на Палцу [1, с. 67]; сторона 'пространство, расположенное по бокам, краям чего-нибудь, не середина' — сторона 'одно из враждующих государств': с нашеи стороны нашли мертвых людеи 92 члвЬка да 42 члвЬка раненых [2, с. 117] [древнерусский «ять» передаем знаком «Ь»]; тишина 'отсутствие звуков' — тишина 'отсутствие военных действий, мирное время': чтоб... море вперед в тишинЬ было [2, с. 54]. Конверсией образуются слова пЬшiе и конные: 300члвЬкъ конных... поидут [3, с. 131]; будет 6000 конных да 4000 пЬших [3, с. 170]; с цысаревы стороны было воиску 9 тысяч пЬших да 4 тысячи конных бранных [1, с. 160].

В XVIII в. военная лексика образуется всеми тремя способами семантического словообразования. Во времена Петра I в число семантических дериватов включаются заимствованные лексемы. Распределение лексем по способу семантической деривации внутри тематических групп военной лексики в это время различно. Отметим, что путём конверсии и метонимизации образуются, как правило, наименования лиц по воинской должности. Метафоризация характерна для абстрактной военной лексики. Приведем примеры метафорического переноса: партия 'военный отряд специального назначения': того ж 736 г. командирован был легкою партию обще с подполковником Миклашевским за воровскими башкирцами [5, с. 42] — партия 'шайка воров': было два казака из воровской полевой партии [11, с. 68]. Тишина 'спокойствие' — 'состояние перемирия': Тешенским договоромъ... восстановлена тишина въ Германш [11, с. 5]. Метафорический перенос зачастую сопровождается детерминологизацией военной лексики, переходом её из сферы специального в сферу общего употребления. Метонимический перенос: (военный,

© А.В. Уланов, 2008

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ Специальный выпуск, 2008

145

ФИЛОЛОГИЯ

А.В. Умеренкова

офицерский) чинъ 'воинское звание': Изъ дворянъ во оные чины изъ унтеръ-офицеровъ производить тЬмъ [древнерусский «ять» передаем знаком «Ь»] же порядкомъ, какъ и въ прочге офицерсше чины [4, с. 2] ^ (полковой, строевой) чинъ 'лицо, имеющее такое звание': ординарца никто изъ полковыхъ чиновъ, кромЬ одного полкового командира имЬть не можетъ [4, с. 3]; шляпъ строевымъ чинамъ и артил-лергйскимъ служителямъ съ желтымъ голу-номъ... нынЬ состоитъ 790 [4, с. 31]. В данном случае слово конкретизируется в своём употреблении, из области абстрактных понятий переходит в область названий конкретных предметов.

Терминологизация слова путём семантического словообразования может происходить в двух направлениях: 1) термин образуется путём переноса значения общеупотребительного слова; 2) термин образуется путём переноса значения уже существующего термина на новый термин. В то же время вновь образованные термины для определенности их понимания часто «избавляются» от широкой семантики: (1) Улица 'проезд, дорога между рядами домов' ^улица 'расстояние между рядами солдат': Полковыя жъ улицы могутъ 50 шаговъ быть разстояниемъ могутъ отъ 300 и болЬе шаговъ быть; (2) ружье 'вооружение вообще' ^ружье 'вид оружия': мелкое ружье, ружье (казенное / партикулярное), студеное ружье ^ ружье (однокалиберное) (нами приведены примеры из «Устава воинского...» 1780 г.).

Образование нового слова путем переноса значения старого происходило в специальных областях знаний, например, в геральдике, где предметы военного дела служили обозначениями элементов геральдического описания. Пример: щит, шлемъ 'доспехи' - щит, шлемъ 'части герба': во ономъ щитЬ... виденъ золотой... поясъ имЬющгй два желЬза копейные [т.е. копья] [7, с. 16]; на поверхности щита наложена Графская Корона съ тремя на ней шлемами; изъ нихъ среднгй шлЬмъ серебреной. Прочге же два шлЬма желЬзные [7, с. 12].

Конверсия (переход из одной части речи в другую) представлена субстантивацией: воинские 'относящийся к вооружённым силам': воинских в Окуневску служителей... ружейных за выко-мандированием на защищение Челябинского провинциального города дву сот двадцати человек более здесь ружейных не имеется [5, с. 65]

^ воинские 'военнослужащие': от тех воровских людей воинских убили сотника да 40 человек беломестных казаков [5, с. 27]: нерегулярное войско 'ополчение, набираемое по особому случаю': буде же где воровские станицы явятся к тебе сыщику командою для искоренения ¡хъ ...в прибавку к своеи команде брать где есть из нерегулярных воискъ [11, с. 13] ^ нерегулярные 'воины, относящиеся к нерегулярным войскам (временному ополчению)': за тою работу по выноске соли какъ регулярнымъ так и нере-гулярнымъ платить за каждо ' день по три ко-пЬики [5, с. 66]. Перечислим другие примеры конверсионного словообразования военных номинаций: беглые, верховый, рядовые (солдаты), дежурный, дневальной, караульный, кошевой, обозной, отставной, полковой 'воевода' [8, с. 291],регулярные, сотенный [8, с. 386], сотский. Слово рядовой образовалось еще в XVII веке, когда чаще оно встречалось в сочетании рядовой сол-датъ, в составе которого в некоторых случаях оно употребляется и в веке восемнадцатом: Января 16. Росписанге штрафовъ: за бЬглыхъ солдатъ по чему имать съ Оберъ и Унтеръ Офицеровъ, и съ рядовыхъ солдатъ и извощиковъ [10, с. 275]. Чаще, однако, прилагательное употребляется в значении существительного: Января 29. О бытги армги по опредЬленнымъ табелямъ, и о жало-ваньЬ гарнизоннымъ Штабъ и Оберъ и Ундеръ Офицерамъ и рядовымъ [10, с. 276].

Процесс конверсии, по нашему мнению, происходит в два этапа: первоначально производящее слово входит в состав словосочетания, затем в неполных конструкциях прилагательное, как являющееся носителем основного вещественного значения слово, начинает употребляться без существительного, и лишь после этого производная лексема приобретает новое категориальное значение, поменяв, к примеру, семантику при-значности, адъективности на семантику грамматического предмета. Так произошло со словом рядовой, первоначально фиксируемом в сочетании рядовой солдат 'солдат в шеренге, ряду других военнослужащих, солдат как часть ряда'.

Полученные конверсионным путем образования типа нижнге, пешге, воинскге служат примером изменения грамматических признаков производного слова по сравнению с производящим: слово воинскгй 'относящийся к вооруженным силам', во-первых, является прилагательным, во-вторых, способно изменяться по числам,

146

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ Специальный выпуск, 2008

Специфика феномена обманутого ожидания: психолингвистический подход

в то время как воинсюй 'военнослужащий' - существительное, употребляющееся, как правило, во множественном числе.

Сделаем вывод: военная лексика, будучи семантически широкой и достаточно терминологически определенной группой слов, органично включала в свою парадигму номинации, образованные семантическим способом, и это, в свою очередь, сыграло роль в становлении военной терминосистемы современного русского литературного языка.

Библиографический список

1. Вести-Куранты. 1600-1639 гг. - М.: Наука, 1972. - 348 с.

2. Вести-Куранты. 1642-1644 гг. - М.: Наука, 1976. - 400 с.

3. Вести-Куранты. 1648-1650 гг. - М.: Наука, 1983. - 295 с.

4. Инструкщя коннаго полку полковнику съ приложешемъ формъ и табелей конфирмованная отъ ея императорскаго величества. 1766 года, генваря 14 дня Въ СанктпетербургЬ. - 80 с.

5. Лингвистическое краеведение на Южном Урале. Материалы к истории языка деловой письменности XVIII века / Под ред. Л.А. Глинкиной.

Ч. II. - Челябинск: Челябинский педуниверситет, 2001. - 242 с.

6. Марков В.М. О семантическом способе образования слов // Русское семантическое словообразование: сборник научных трудов. -Ижевск: Удмуртский гос. ун-т, 1984. - С. 3-12.

7. Общш Гербовникъ дворянскихъ родовъ Всероссшсшя Имперш, начатый въ 1797 году. Репринт. изд. В 2 ч. - Ч. 2. - СПб., 1992.

8. Рукописный лексикон первой половины XVIII века / Подг. к печати и вступ. ст. А.П. Аверьянова. - Л.: ЛГУ 1964. - 402 с.

9. Семантическая деривация и её взаимодействие с морфемной: межвузовский сборник научных трудов. - Омск: ОмГУ, 2003. - 136 с.

10. Словарь Юридически, или Сводъ Рос-сшскихь узаконенш, времянныхъ учрежденш, суда и расправы. Часть вторая (съ 7157 [1649] года). - М., 1792.

11. Сысуева Р.П. Курганская старина: материалы к истории языка деловой письменности Южного Зауралья. Вып. 3 (Материалы Богоявленской церкви села Утятского Курганского уезда Тобольской духовной консистории (1766-1805). -Курган: КГУ 2005. - 212 с.

А.В. Умеренкова

СПЕЦИФИКА ФЕНОМЕНА ОБМАНУТОГО ОЖИДАНИЯ: ПСИХОЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ ПОДХОД

Статья посвящена эффекту обманутого ожидания как источнику данных для лингво-ког-нитивного моделирования процессов производства и восприятия речи.

Эффект обманутого ожидания в контексте нашего исследования рассматривается как один из источников моделирования процессов порождения и восприятия речи. Последние годы ознаменованы необходимостью создания качественно новых моделей, которые бы интегрировали процессы производства и понимания текста [11; 14], что видится вполне осуществимым благодаря актуальности антропоцентрической парадигмы в лингвистике, а также мощной интерпретационной базе отечественной методологии. Углубленное рассмотрение ситуации обманутого ожидания в речевой деятельности способствует построению интегра-тивной стратегической модели порождения/понимания дискурса, которая, могла бы расширить сложившиеся на данный момент представления о процессах речепроизводства и речевосприятия.

На сегодняшний день эффект обманутого ожидания как проблема реакции индивида на воспринимаемый объект (текст) косвенно или напрямую затрагивается в самых различных отраслях знания от философии до кибернетики, изучающей язык как разновидность вероятностного процесса. В рамках психолингвистики эффект обманутого ожидания рассматривается в связи с такими психолингвистическими феноменами как текстовая неоднозначность [5], феномен удивления [17], экспектации и вероятное прогнозирование [Макаров 2003; 13; 15] и некоторыми другими языковыми явлениями.

В когнитивной психологии экспектации обычно трактуются в терминах прогнозирования, то есть эффект обманутого ожидания связан с осуществлением наименее прогнозируемого исхода ситуации. Возникновение экспектаций у вос-

© А.В. Умеренкова, 2008

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ Специальный выпуск, 2008

147