Расторжение брака в каноническом праве: формальный запрет при сущностном допущении

А.А. Вишневский

профессор кафедры предпринимательского права Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики», кандидат юридических наук

Расторжение брака в каноническом праве:

формальный запрет при сущностном допущении

В статье анализируются возможности расторжения брака в современном каноническом праве Римско-католической церкви в свете положений Кодекса канонического права 1983 г., евангельских и ветхозаветных источников. Обосновывается мысль о существовании в каноническом праве конструкции, которая принципиально позволяющет расторжение заключенного и подтвержденного брака и которая не может использоваться в современных условиях из-за риска злоупотреблений данной конструкцией.

Ключевые слова: каноническое право; брак в каноническом праве; расторжение брака в каноническом праве; заключенный и подтвержденный брак; прелюбодеяние в каноническом праве; Ветхий и Новый Завет о расторжении брака

Каноническое право христианской церкви отрицательно относится к разводу. Максимально последовательно этот подход выражен в каноническом праве Римско-католической церкви (именно о ее каноническом праве и пойдет речь в этой статье), где Кодекс канонического права 1983 г. (ККП) рассматривает нерасторжимость в качестве одного из двух существенных свойств брака1. Согласно кодексу, подтвержденный брак «не может быть расторгнут никакой человеческой властью или по какой угодно причине, кроме смерти»2. В Русской православной церкви подход традиционно более мягок: принципиальная возможность развода усматривается прежде всего в Евангелии, где было сказано о возможности развода в случае прелюбодеяния. Как пишет Протоиерей В. Цыпин: «Господь, отвечая фарисеям, искушавшим Его вопросом о том, по всякой ли причине позволительно разводиться с женою, сказал: Но Я говорю вам: кто разводится с женою своею не за прелюбодеяние и женится на другой, тот прелюбодействует; и женившийся на разведенной прелюбодействует (Мф 19,9)»3.

1 Вторым существенным свойством брака по ККП является его единство, под которым понимается союз одного мужчины и одной женщины.

2 Канон 1141 ККП. О понятии подтверждения брака подробнее будет сказано далее.

3 Протоиерей Владислав Цыпин. Каноническое право. М., 2009. С. 699.

Иными словами, существуют различные трактовки одного и того же евангельского высказывания о прелюбодеянии: в Русской православной церкви оно толкуется как допускающее развод, в то время как Римско-католическая церковь придает факту прелюбодеяния иные последствия. Согласно Кодексу канонического права 1983 г. прелюбодеяние не рассматривается в качестве основания расторжения брака, а лишь дает повод к разделению супругов. Разделение влечет за собой раздельное проживание (сепарацию), но брак продолжает существовать, соответственно, супруги не могут вступать в новый брак. При этом кодекс подробно регламентирует ряд вопросов, относящихся к разрешению разделения супругов вследствие прелюбодеяния. В частности, предусматривается, что разделение супругов не может иметь места, если невиновная сторона простила виновную (т.е. совершившую прелюбодеяния) сторону. Прощение презюмируется, если в течение 6 месяцев после совершения прелюбодеяния невиновная сторона продолжала проживать совместно с виновной или если невиновная сторона способствовала совершению акта супружеской измены либо после наступления такового события сама совершила прелюбодеяние4.

Возникает, однако, вопрос: если высказывание Христа столь недвусмысленно (как можно судить по евангельскому тексту), то как можно установить иные канонические последствия кроме тех, которые, казалось бы, уже содержатся в этом высказывании? Проблема отнюдь не проста, поскольку при более глубоком подходе процитированное высказывание Христа оказывается не столь простым и недвусмысленным.

Проблема начинается уже с вопроса о точности перевода и с того, что может означать соответствующий термин в греческом оригинале Евангелия от Матфея. В греческом тексте слову, переведенному на русский язык как «прелюбодеяние», соответствует слово «порнейа». Это слово, с одной стороны, может переводиться не только как прелюбодеяние, но и как разврат, блуд5. С другой стороны, в русском переводе процитированного отрывка слово «прелюбодеяние» встречается три раза, в то время как в греческом тексте слово «порнейа» встречается один раз. Уже достаточно для того, чтобы задуматься о степени соответствия перевода и оригинала.

Далее. В канонистике термин «прелюбодеяние» в этом евангельском высказывании понимался по-разному. Как пишет Б.Т. Вивиано, «три основных решения сложной проблемы предложены для этого отрывка. (1) Так называемое греческое православное решение считает, что этот стих содержит реальное исключение из правила об абсолютном запрете развода и второго брака... (2) Классическое «католическое» решение считает, что стих не содержит реального исключения, поскольку здесь имеется в виду не собственно развод, но разделение без права вступать в последующий брак в случае измены жены6. (3) В «раввинском» решении этот стих также не содержит реального исключения из воспрещения развода, поскольку ключевой термин порнейа понимается как эквивалент зенут на иврите, понимаемому в смысле кровосмесительного союза вследствие брака в запрещенной степе-

4 Канон 1152 ККП.

5 См.: Греческо-русский словарь Нового Завета. М., 1997. С. 174.

6 Действительно, слово «аполуо» в греческом тексте может быть переведено не только как «разводиться», но также как «освобождать», «избавлять», «отпускать», «отсылать». См.: Греческо-русский словарь Нового Завета. М., 1997. С. 34.

ни родства... Порнейа в Деяниях Апостолов (Деян 15:23-29) близка к этому пониманию, также как зенут в кумранских рукописях»7.

Итак, Римско-католическая церковь признает серьезные канонические последствия прелюбодеяния. Тот факт, что в Римско-католической церкви прелюбодеяние не является основанием для развода, а представляет собой только основание для раздельного проживания супругов, связано не с недооценкой прелюбодеяния, а с иным пониманием сказанного Христом о прелюбодеянии. Как видим, для иного понимания этого евангельского высказывания существуют основания.

Даже если понимать прелюбодеяние как супружескую измену, то впору поставить следующий вопрос: а что такое «супружество»? На первый взгляд, вопрос звучит странно. Очевидно, что для целей канонического права супружество — это брак, освященный церковью. Но в настоящей статье мы намерены показать возможность иного понимания сказанного Христом о супружестве и прелюбодеянии — понимания, которое основывается не на разнице в особенностях перевода с греческого оригинала, но на возможном определении этих вопросов в свете ветхозаветной традиции.

Необходимо отметить: евангельский текст ответа Христа на вопрос об основании для развода — больше, чем только фраза, где сказано, что прелюбодеяние допускается в качестве основания для развода с женой. Этой фразе предшествует еще одна фраза, на значение которой мы и намерены обратить внимание. Вот более полный текст, о котором идет речь: «По всякой ли причине позволительно человеку разводиться с женою своею? Он сказал им в ответ: не читали ли вы, что Сотворивший вначале мужчину и женщину сотворил их? И сказал: посему оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей, и будут два одной плотью, так что они уже не двое, но одна плоть. Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает»8. Эта же фраза — о сотворении мужчины и женщины как сотворении их — встречается в другом из синоптических евангелий9 — Евангелии от Марка10. Что касается Евангелия от Луки, то этой фразы там нет, но стиль изложения текста (в сравнении с другими синоптическими евангелиями) свидетельствует скорее об отрывочности изложения11, а не о том, что эта фраза не была сказана Христом. Можно, таким образом, констатировать важность высказывания о сотворении вначале мужчины и женщины, причем обратим внимание на буквальный текст: речь идет о сотворении мужчины и женщины не как двух отдельных особей, а в качестве «их».

Итак, «не читали ли вы, что Сотворивший вначале мужчину и женщину сотворил их?.. посему., будут два одной плотью.». Буквальное содержание данной фразы можно понять следующим образом: вначале мужчина и женщина создаются как единое образование (сотворил мужчину и женщину как их), а впоследствии по этой причине становятся одной плотью. Или по-другому: они потому стали впо-

7 Цит. по: Clarence Gallagher. Church Law and Church Order in Rome and Byzantium: A Comparative Study. University of Birmingham, 2002. P. 33 (сноска).

8 Мф 19, 3-6.

9 Под синоптическими понимаются сходные по содержанию канонические Евангелие от Матфея, Евангелие от Марка и Евангелие от Луки.

10 См.: Мк 10,6 («В начале же создания, Бог мужчину и женщину сотворил их»).

11 См.: Лк 16, 18.

следствии одной плотью, что вначале были сотворены как «они», как единство. Что это означает?

Обратимся к соответствующему месту в Ветхом Завете, о котором упоминает Христос, чтобы попытаться понять сказанное Им: «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их»12. Из этих слов явствует, что человек лишь постольку образ и подобие Божие, поскольку он мужчина и женщина, но не мужчина или женщина. Это явствует из смысла данного отрывка при его вдумчивом прочитывании в целом. Кроме того, при ином понимании в силу формальной логики пришлось бы допустить, что Бог (в ветхозаветном понимании) — либо мужчина, либо женщина, что абсурдно. В контексте проблематики настоящей статьи из данного ветхозаветного отрывка следует указание на какое-то единство мужчины и женщины, причем единство, возникшее не в силу соединения мужчины и женщины как изначально различных существ, а в силу изначального сотворения их как единства.

Обратимся к другому месту в Ветхом Завете — истории о сотворении Евы. «И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел ее к человеку. И сказал человек: вот это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою, ибо взята от мужа [своего]. Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут [два] одна плоть»13. В данном отрывке также видно изначальное единство: то, что впоследствии стало Адамом и Евой, мужчиной и женщиной, изначально было одним человеком! Разделение на мужчину и женщину возникает именно как разделение первоначально единого тела, а не как раздельное сотворение мужчины и женщины!

Что все это означает? Как истолковать эти положения, которые имеют очень серьезное значение для решения поднятой нами проблемы? Ответ вряд ли возможно найти, оставаясь исключительно в рамках юридической проблематики. Несмотря на то что в высказываниях Христа (в евангельском изложении Его ответов на вопросы о разводе) Его ответ предстает как норма, истоки этой нормы восходят к ветхозаветным стихам ненормативного, неправового по своему стилю характера. Поэтому обращение к талмудическим источникам, юридическим по своей природе, вряд ли поможет. Необходимо обращение к тем толкованиям соответствующих стихов Ветхого Завета, которые ставят во главу угла не правовую норму, а глубинный внутренний смысл, если угодно, скрытый смысл Священного Писания.

Такие толкования существуют уже много веков, и в последние время они стали более открыты для широкой публики. Процитируем понимание мудрецами, изучающими Тору14, скрытого смысла Писания: «Все души в мире, являющиеся плодом рук Творца, едины в одной и той же тайне. В Высшем Мире они еще не разъединены на мужскую и женскую... Когда душа появляется, мужское и женское в ней вместе, как единое... Позже, когда они спускаются в Этот Мир, они отделяются друг от друга как мужчина и женщина. Каждый идет своим путем. И Творец соединяет их снова. Ключ к их соединению дан только Творцу, только Он знает правильного спутника для каж-

12 Быт. 1, 27.

13 Быт. 2, 22-24.

14 Тора — первые пять книг Ветхого Завета, так называемое Пятикнижие Моисеево: Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие; в то же время в широком смысле Тора понимается как весь Ветхий Завет.

дого для правильного их соединения, так чтобы [соединенные] мужчина и женщина являлись частями одной и той же [первоначально единой] души»15.

В таком толковании многое становится очень логичным в свете тех рассуждений, которые мы привели выше по поводу содержания стихов Ветхого Завета о сотворении мужчины и женщины. Действительно, получается, что правильное соединение мужчины и женщины в этом мире — это соединение того мужчины и той женщины, которые пришли в этот мир как половинки изначально единой души. Другие соединения, даже если они законны по государственным или церковным нормам, этой правильностью не обладают.

Именно к этим стихам Писания отсылает Христос вопрошающих о разводе! Что Он тем самым хочет сказать? Очевидно, то, что под женой своей, с которой позволительно разводиться только вследствие прелюбодеяния, имеется в виду не та женщина, которая названа женой по гражданским или даже религиозным законам, а та, которая является женской половинкой изначально единой души, к которой изначально принадлежит и душа этого мужчины.

Соединение мужчины и женщины в брачный союз по гражданским или церковным правилам не всегда соответствует этому изначальному единству. И в свете такого понимания даже официальный брачный союз может выглядеть как прелюбодеяние по сути, если он является соединением не этой изначальной души. С другой стороны, если происходит расторжение официального брака, где муж и жена не являются частями этой изначально единой души, то в таком расторжении брака нет ничего противозаконного, поскольку это был не тот брак, который должен был совершиться по замыслу Творца. В отношении расторжения такого изначально «неправильного» брака Христос вовсе не устанавливает каких-либо ограничений; ограничение, касающееся прелюбодеяния как единственного основания расторжения брака, относится исключительно к правильному браку, правильному с точки зрения замысла Творца, а не с точки зрения его соответствия гражданским или церковным нормам.

При всей теоретической привлекательности приведенного выше понимания оно ведет к существенным практическим осложнениям: если ключ к соединению двух половинок одной души известен только Творцу, то как быть человеку? Как мужчине или женщине определить, является ли его/ее спутник тем самым истинным партнером в соответствии с замыслом Творца? Может ли в этом помочь каноническое право? И как должно поступать каноническое право с реальными земными союзами, не все из которых соответствуют замыслу Творения?

Что касается первого вопроса, то ответ на него усматривают в Ветхом Завете: «И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел ее к человеку», — и далее речь о том, что человек сразу узнал свою жену16. При этом обратим внимание на следующее немаловажное (как и все другие библейские слова) обстоятельство: Бог привел жену к человеку без особых затруднений, и человек сразу узнал свою жену. Отсутствие затруднений связано с тем, что такой «привод» имел место до последующего грехопадения. На это обстоятельство указывают и мудрецы Ветхого Завета: «Счастлив тот, кто достоин награды (meritorious) в своих делах и

15 The Zohar. The First Ever Unabridged English Translation with Commentary. N.Y., 2003. Vol. 3. Lech Lecha. 22: 204, 206, 207.

16 Быт. 2, 22-24.

идет Путем Правды, поскольку такие соединят одну [часть Души] с другой, мужскую и женскую, как они были до прихода в этот мир. Ибо если он достоин в делах, он полный, завершенный (complete) человек. Но если он не достоин (meritorious), ему не будет дано встретить свою половину души. По этой причине сказано о нем: «И его плоды сладки моему вкусу». Потому что этот человек благословен воссоединением мужского и женского, как это должно быть в совершенстве. И мир благословен им через его сладкие плоды, а именно хороших детей, потому что все зависит от того, были ли действия человека (meritorious) или нет»17.

Из этих слов следует: максимум, что может сделать человек, чтобы совершить правильный выбор для супружеского союза (правильность которого не известна ни одному человеку), это быть духовно чистым. Отсюда и ответ на второй из поставленных вопросов: может ли каноническое право помочь человеку сделать правильный выбор, способствовать правильному выбору? Поскольку служение Церкви в этом мире призвано воспитывать в человеке именно столь необходимую чистоту, то, возможно, это тот максимум, который Церковь может сделать для решения задачи встречи правильного партнера для правильного брачного союза. Средства, предлагаемые для этого каноническим правом, естественно, ограниченны, но все же существуют: в каноническом праве есть ряд инструментов, направленных на то, чтобы способствовать правильному выбору. К их числу относится разъяснение брачующимся целей и существенных свойств брака, в том числе его нерасторжимости и достижения взаимного блага супругов. Все это, несомненно, должно способствовать максимальной мобилизации душевных сил человека с тем, чтобы выбор спутника был сделан со всей возможной серьезностью.

А если все-таки выбор ошибочен... Означает ли это, что каноническое право, воспрещая развод, игнорирует очевидность ошибки (представим себе именно те случаи, когда ошибка действительно стала очевидной), игнорирует факт несоответствия конкретного союза замыслу Творца, тем самым ставя юридическую форму земного брака выше Божественной воли? Мы полагаем, что такое утверждение было бы не совсем верным. Мы полагаем, что современное каноническое право содержит конструкции, принципиально позволяющие исправление такой земной ошибки.

Обратимся к такой канонической конструкции, как подтверждение брака, имеющей место в каноническом праве Римско-католической церкви. Именно в понимании этой конструкции можно усмотреть пути выхода из ситуации ошибочного брачного выбора. Согласно каноническому праву Римско-католической церкви появление брачного союза проходит две стадии: брак заключенный и брак заключенный и подтвержденный. Брак заключенный возникает на этапе обмена брачующи-

17 The Zohar. The First Ever Unabridged English Translation with Commentary. N.Y., 2003. Vol. 3. Lech Lecha. 22: 208. Очень просто изложил эту мысль средневековый исследователь Ветхого Завета Рав Исаак Лурия в своем труде «Врата Реинкарнации»: «Когда мужчина приходит в этот мир впервые, вместе с ним рождается его вторая половинка. И когда для него настает время жениться, он находит ее моментально, без малейших усилий. Но если этот мужчина совершил грех, для исправления которого он снова пришел в этот мир, его вторая половинка реинкарнирует вместе с ним. Когда подходит пора жениться, мужчина уже не может просто и быстро найти свою вторую половинку; она обретается только после преодоления серьезных испытаний. Потому что он реин-карнировал вследствие своих прегрешений, и было ему некоторое ограничение свыше, которое скрыло от него и спровоцировало борьбу и конфликты между ними. Именно поэтому говорится, что соединить их так же трудно, как заставить расступиться Красное море.». Цит. по: Берг Йегуда. Духовные правила отношений. М., 2010. С. 57—58.

мися брачным согласием, в силу которого они полностью принимают друг друга в качестве жены или мужа18. Заключенный брак становится подтвержденным, после того как супруги совершили «в человеческой манере супружеский акт, который сам по себе приемлем для порождения потомства, к чему брак призван по самой своей природе, и в силу которого супруги становятся одним телом»19.

Абсолютную нерасторжимость брака каноническое право Римско-католической церкви связывает именно с фактом подтверждения брака. Брак заключенный, но еще не подтвержденный, может быть расторгнут Папой Римским «по справедливой причине» (justa causa) по требованию обеих сторон или по требованию одной стороны, даже если другая сторона не желает расторжения20. Что же касается брака заключенного и подтвержденного, то он обладает свойством абсолютной нерасторжимости: «Брак заключенный и подтвержденный не может быть расторгнут никакой человеческой властью или по какой угодно причине, кроме смерти»21.

Наш тезис состоит в том, что если ошибка в выборе своего спутника (в использованной терминологии — «выборе второй половины души») имеет место в подтвержденном браке, то исправление ошибки возможно при адекватном толковании подтверждения. По нашему мнению, каноническое право предоставляет возможности такого адекватного толкования.

Процитированное определение подтверждения брака провоцирует на излишне биологическое понимание подтверждения. Действительно, речь идет, при поверхностном прочтении, о сугубо физиологическом аспекте отношений супругов. Но знакомство с историей канонического права, начиная, по крайней мере, с периода Средневековья, свидетельствует о том, что каноническое понимание подтверждения брака выходит за пределы его сугубо биологического аспекта. Выражение, согласно которому супруги становятся «одним телом», еще в Средние века было понято как соединение не только телесное, но и духовное. Выдающийся средневековый канонический авторитет Грациан в своем фундаментальном труде «Согласование несогласованных канонов» (Декрет Грациана) утверждал, что те, кто становятся одним телом, могут стать таковым, только становясь едиными и в душе22. Получается, что без единства душ нет подтверждения брака, и то, что формально является подтвержденным браком (подтвержденным в силу поверхностного, физиологического взгляда на понятие подтверждения), при отсутствии единства душ не является нерасторжимым!

Показательна в этом смысле сентенция современных комментаторов Кодекса канонического права 1983 г.: «Хотя каноническое понятие подтверждения подвергалось критике в преимущественно биологическом подходе и недостаточной оценке персоналистского аспекта в свете того факта, что брак вовлекает человека в целом (курсив наш. — А.В.), необходимо признать, что право должно иметь какой-либо стандарт, на основании которого можно сделать юридическое определе-

18 При этом согласие должно отвечать критериям, установленным ККП.

19 Канон 1061 ККП.

20 Канон 1142 ККП.

21 Канон 1141 ККП.

22 Quorum unum futurum est corpus unus debet esse et animus: atque ideo nulla invita est copulanda alicui (Decretum, c. 3, c. 31, q. 2).

ние»23. Далее идет речь о признании в истории канонистики важности и необходимости не только биологических, но и душевных аспектов единения супругов для признания брака подтвержденным. В приведенной цитате можно усмотреть прозрачный намек на трагическую противоречивость трактовки чувственного понятия подтверждения практике канонической юриспруденции. Если дать полную свободу оценке каждого конкретного брака с точки зрения наличия или отсутствия единства душ супругов, то невозможно будет вынести каноническо-правовое решение ни по одному браку, потому что каноническим судьям практически невозможно будет оценить наличие или отсутствие этого единства. Вспомним, что было сказано мудрецами Ветхого Завета — это известно только Творцу, а не человеку! Поэтому каноническая юриспруденция вынужденно излишне формализует данный вопрос, сводя его к биологическим аспектам, хотя и недвусмысленно намекая на важность аспекта душевного. Но присутствие этого душевного аспекта в трактовке подтверждения брака позволяет сказать, что каноническое право по сути допускает развод при отсутствии единства душ, допускает развод по сути там, где по форме он выглядит как абсолютно невозможное событие!

Попробуем подвести итоги. В самом начале статьи было показано, что согласно буквальному содержанию высказывания Христа единственным основанием для развода является прелюбодеяние (или то, что переводится как «прелюбодеяние»). Далее мы показали, что если вникнуть в смысл этого высказывания глубже, в общебиблейском контексте, т.е. не игнорируя важности для его понимания Ветхого Завета (к которому сам Христос и апеллирует), то под прелюбодеянием оправданно понимать измену не в формальном земном супружестве, а в том супружестве, которое было предназначено Создателем для данного конкретного человека. Оценка в этом свете норм современного канонического права позволяет увидеть в нем конструкции, которые приемлемы для канонического допущения развода супругов, брак которых не является единством их душ, т.е. не является тем союзом, который изначально предполагался для них Творцом.

И еще одно немаловажное обстоятельство. Хотя каноническое право и содержит в себе допущение расторжения брака по причине «несоответствия душ», оно не может себе позволить признать такое основание открыто. Причина достаточно проста: невозможность определения наличия или отсутствия этого единства взглядом канонических судей. Кроме того, не будет ошибочным утверждение, что открытое допущение такого основания привело бы к злоупотреблениям вследствие человеческого фактора: нашлось бы немало супружеских пар, которые стали бы апеллировать к отсутствию родства душ с целью получения развода24. Католическая церковь вряд ли может допустить такую нестабильность в семейных отношениях.

Возможно, существующая в сокровищнице канонического права конструкция, допускающая развод по причине отсутствия родства душ, еще ждет своего часа — того времени, когда сознательность субъектов канонического права поднимется на достаточный уровень, чтобы избежать злоупотреблений данной конструкцией. Это сделает возможным признание в официальном каноническом праве трактовки возможности развода, сходной с трактовкой, предложенной в настоящей статье.

23 The Code of Canon Law: A Text And Commentary. Comissioned by the Canon Law Society of America. 1985. P. 745.

24 Получилось бы «жестокосердие», о котором Христос также упоминает в отрывке из Евангелия, о котором шла речь в начале статьи. Но это тема для другой статьи.