Региональные различия в социальных условиях развития инновационных процессов в современной России

£.Ы. Ыванова

РЕГИОНАЛЬНЫЕ РАЗЛИЧИЯ В СОЦИАЛЬНЫХ УСЛОВИЯХ РАЗВИТИЯ ИННОВАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ

Развитие национальных инновационных систем означает переход к новому типу воспроизводства экономических отношений, характерных для постиндустриального общества. Новому типу экономического воспроизводства соответствует растущая взаимозависимость между экономикой и социальной сферой. Человеческие ресурсы становятся основной движущей силой наукоемкого производства, что предполагает повышение требований к качеству населения. Соответственно, неизбежно повышается и ответственность государства за обеспечение социального благополучия, улучшение качества жизни населения. Сохраняющаяся, а по ряду показателей и усиливающаяся межрегиональная дифференциация социально-экономического развития определяет неравенство условий освоения инноваций в различных регионах. Задача выбора среди них потенциально «расположенных» к инновациям приобретает значение самостоятельной проблемы, решение которой позволит оценить социальную составляющую инновационных процессов в регионах. Оценка должна быть основана на комплексном подходе к исследованию социальных ресурсов развития регионов, включая показатели состояния человеческих ресурсов и качества жизни.

Состояние человеческих ресурсов региональных инновационных систем, в первую очередь, определяется качественным составом кадров современного народнохозяйственного комплекса. Социально-экономическая ситуация в России уже на протяжении 20 лет остается дискомфортной для научной, научно-технической, творческой интеллигенции, для высокообразованных людей. Следствием этого стала эмиграция специалистов, смена ими сферы занятости, снижение притока молодых кадров в исследовательскую среду. Основная причина сокращения числа специалистов - отсутствие мотивации к исследовательской работе, неэффективность современных механизмов взаимодействия науки и общества. Во многих регионах показатели качественного состава кадров отражают наличие существенных ограничений для развития научно-исследовательской сферы.

Другая группа показателей, - показатели качества жизни, или степени благоприятности социальных условий для развития инновационной экономики на российском пространстве. При изучении ее компонент наибольший интерес представляют показатели, потенциально регулируемые в силу своего соответствия концептуальным направлениям современной государственной социальной политики: уровень жизни населения и демографические процессы.

Межрегиональная дифференциация в уровне доходов населения сохраняется на высоком уровне: по данным Росстата, в 2005 г. разница между минимальными и максимальными значениями среднедушевых доходов населения субъектов РФ составляла 11,2 раза. Столь существенные расхождения в уровне благосостояния населения являются следствием диспропорций в состоянии экономической активности, занятости и безработицы населения субъектов Федерации, определяются различиями в уровне доходов населения по секторам экономики. Высокая дифференциация уровня благосостояния между различными профессиональными группами общества создает ситуацию, когда рост квалификации специалистов в отдельных отраслях экономики не ведет к значимому повышению их дохода, в результате чего мотивы к профессиональному продвижению ослабевают, часто более выгодным представляется перемещение специалистов в другой экономический сектор. Особенно остра ситуация в науке, где происходит устойчивое сокращение численности занятых, а уровень оплаты труда остается низким и не выдерживает конкуренции с другими отраслями.

Не менее важное значение имеет и «количественный аспект» социальных условий инновационного развития: сокращение численности населения. Значение демографических процессов для экономического развития страны в современных условиях, когда большинство регионов затронула глубокая депопуляция, усиливается, поскольку в корне изменились необходимые условия для воспроизводства самого населения. Постепенное распространение процесса абсолютного сокращения численности населения по территории России, начавшееся в конце 80-х годов ХХ в., к 2005 г. охватило 77 из 88 субъектов РФ. В 2005 г. в 42 субъектах РФ естественная убыль сопровождалась миграционным оттоком населения, в 26 - естественная убыль превышала миграционный прирост, в 6 - миграционный отток превышал естественный прирост. Сформировавшиеся демографические структуры делают проблему качественных характеристик трудоспособного населения для многих регионов вторичной, производной от решения проблем воспроизводства всего населения.

Так, региональные и поселенческие различия в возрастной структуре населения оказывают противоречивое влияние на формирование условий экономического развития субъектов РФ. В регионах с относительно молодой возрастной структурой региональный рынок труда пополняется постоянно, что при ограниченном спросе на трудовые ресурсы ставит коренное население перед необходимостью поиска мест приложения труда в других регионах. Напротив, в де-популяционных регионах доля коренных жителей среди молодежи, выходящей на рынок труда, невелика, спрос на рабочую силу превышает предложение.

Дифференциация регионов по качественному состоянию человеческих ресурсов основывается на межрегиональных различиях в структуре занятости населения и привлекательности высшего образования для молодежи. Указанные различия проявляются при оценке распределения занятого населения по возрастным группам, пропорциональных долей специалистов с высшим образованием в составе занятого населения и исследователей с учеными степенями среди специалистов с высшим образованием, а также соотношений чисел студентов высших учебных заведений в различных регионах.

Общее состояние рынка труда постепенно улучшается. Динамика распределения регионов по уровню безработицы показывает, что число регионов с ее минимальным уровнем за период 2000-2005 гг. возросло в пять раз. Показатели большинства регионов приближены к средним значениям по стране. По уровню занятости выделяются субъекты, лидирующие в экономическом развитии, с большим преимуществом ресурсодобывающих регионов, Москвы и Санкт-Петербурга. Однако структура занятости в отраслях сектора услуг свидетельствует о преимущественном росте доли занятых в торговле и общественном питании, особенно в Москве, а также в других центральных регионах. Схожая ситуация отмечается в субъектах Федерации Поволжья и Юга. Значительно прогрессирует также прирост занятости в отрасли финансов, кредита и страхования. В то же время, доля занятых в науке, образовании и здравоохранении постепенно снижается, сокращается и общее число специалистов.

Показатель доли специалистов среди занятого населения, характеризующий степень насыщения современной экономики квалифицированными кадрами, зависит от структуры занятости населения регионов. В регионах с повышенной долей занятых в управлении и бюджетной сфере, требующих высшего образования, отмечается и более высокая доля специалистов с высшим образованием. В 2005 г. большая доля отмечалась в федеральных мегаполисах (42-43%), Мо-

сковской области (31%) и крупных вузовских центрах - Томской, Новосибирской, Ростовской, Самарской, Воронежской областей и Хабаровского края (27-30%). Среди регионов с самой низкой долей занятых с высшим образованием можно выделить три типа: слаборазвитые регионы (12-19%), периферийные области без крупных городских центров (Костромская, Кировская, Курганская, Псковская, Тверская, Читинская - 19-21%) и ресурсодобывающие регионы с преобладанием физического труда, особенно лесопромышленные и металлургические (республика Коми, Архангельская, Вологодская, Пермская, Свердловская, Оренбургская, Кемеровская области - 20-21%).

Численность исследователей с научными степенями сокращалась во всех крупных научных центрах. Динамика показателя числа исследователей с учеными степенями на 10 тыс. занятых1 демонстрировала рост только в Нижегородской и Мурманской областях, Республике Бурятия. Наиболее быстрое сокращение доли специалистов с учеными степенями отмечалось в Москве (105,6 в 1995 г. и 71,4 в 2005 г.) и Санкт-Петербурге (соответственно, 70,9 и 50,3 на 10 тыс. занятого населения).

О качественном составе занятого населения можно судить по возрастным показателям. Более высокая доля средних и старших возрастных групп, а это наиболее опытные профессиональные кадры, наблюдается в автономных округах Тюменской области, а также в республиках Юга. В Центральном федеральном округе выше средних значений для России в целом доля 30-39-летних в Москве (26,2%), Рязанской области (25,7%); доля 50-59-летних - в Москве (19,1%), Ярославской (19,7%), Калужской (18,8%) и Тульской (18,5%) областях. На Северо-Западе выделяется группа старших трудоспособных возрастов в Санкт-Петербурге, Псковской и Новгородской областях.

В Сибирском федеральном округе в Новосибирской области наблюдается более высокая доля занятого населения в старших трудоспособных возрастах и низкая - в молодых, что косвенно отражает характерный для региона высокий удельный вес квалифицированных профессиональных групп занятого населения. В слаборазвитых республиках и автономных округах, напротив, доля старших возрастов существенно ниже, чем доля молодых и средних не только вследствие более высокой рождаемости в регионе, но и более низкого уровня образования населения.

Если региональная дифференциация в численности специалистов и исследователей с учеными степенями среди занятого населения демонстрирует наличие проблемных зон в области качества трудо-

1 При расчете индекса образования и квалификации учитывалось отношение к численности

занятого населения с высшим образованием по данным выборочного обследования по

занятости за 2005 г.

способного населения, то происходящие изменения в сфере высшего образования, напротив, свидетельствуют о его растущем социальном потенциале. Получение высшего образования остается значимой ценностью для большинства граждан России, происходит устойчивый рост затрат домашних хозяйств на образование детей, формируется рента на человеческий капитал - основное условие для успешной карьеры и роста доходов. В начале 2000-х годов показатель удельного веса расходов на образование в общем объеме государственных расходов в России (11,5%) примерно соответствовал его значениям в таких странах, как Великобритания, Испания, Франция, Австрия (соответственно 11,4; 11,3; 11,2 и 11,1%)2.

С середины 1990-х годов тенденция сокращения численности студентов, характерная для переходного периода, сменилась ускоренным ростом. В 1990-е годы возникло более 500 новых вузов, в том числе негосударственных, появилась и приобрела значительные масштабы практика обучения в государственных вузах на платной основе. Лидирующим центром высшего образования остается Москва. Второе место с большим отрывом (общее число вузов меньше в три раза, государственных - в два) занимает Санкт-Петербург, третье - республика Татарстан. В ряду регионов с числом вузов, превышающим 20, находятся Краснодарский и Ставропольский края, Московская, Ростовская, Самарская, Свердловская, Новосибирская области5.

Численность студентов в России с 1990 г. по 2005 г. выросла в два раза. При этом, темпы роста показателя за прошедшие пятнадцать лет (1990-2005 гг.) были очень высокими в большинстве регионов (рис. 1). Особенно быстро численность студентов росла в богатых экспортоориентированных районах с меньшим числом вузов: в Ханты-Мансийский автономном округе (рост численности студентов превысил 12 раз), Мурманской области и Якутии. Высокие темпы прироста обучающейся в вузах молодежи имели также многие слаборазвитые и периферийные регионы.

Массовый приток молодежи в высшую школу говорит о росте значимости образования в системе ее жизненных ценностей. В то же время, неравномерность распределения населения регионов по соотношению различных уровней образования усиливается. Более высокий уровень образования отмечается в западных регионах, а также республиках Северного Кавказа, что обусловлено благоприятной возрастной структурой населения: более высокой долей молодежи.

2 Экономика образования в зеркале статистики: новые данные. Информационный бюллетень "Мониторинг экономики образования ”, № 6 (14). М.: ГУ-ВШЭ, 2005.

5 Данные 2005/06учебного года

1990 1995 2000 2005

более 500 |Ц400-499 П300-399 0200-299 П100-199 пменее 100

Рис. 1. Распределение числа регионов по численности студентов на 1000 населения

Однако современная система высшего образования демонстрирует наличие целого ряда ограничений для формирования ресурсного потенциала инновационного развития. Во-первых, образование становится платным, что ограничивает его доступность. Все большая часть студентов выбирает средние по качеству вузы, на оплату учебы в которых хватает денег4. Во-вторых, во многих регионах качество образования невысоко, поскольку рынок образовательных услуг становится малопривлекательным для профессорско-преподавательского состава. В-третьих, среди молодежи преобладает ориентация на получение специальности, обеспечивающей высокооплачиваемую работу, даже если она неинтересна и не требует творчества, намерения работать в науке очень редки5. В-четвертых, возможности трудоустройства на должности квалифицированных специалистов ограничены. Как показывают данные о найме персонала по категориям в 2003-2005 гг., уровень обновления кадров среди руководите-

4По данным мониторинга экономики образования, проводимого ВШЭ в 2006 г., на вопрос о предпочтении вуза в условиях ограниченного финансирования обучения за счет средств бюджета, 21 % опрошенных высказали желание учиться в среднем по качеству вузе, 8 % предпочли бы обучение в хорошем вузе при использовании средств своего личного бюджета, а 5 % — обучались бы в хорошем вузе при его наличии, получив специальный долгосрочный образовательный кредит.

5 По данным мониторинга образования ответы на вопрос о целях получения высшего образования распределялись следующим образом

лей и специалистов оказывается примерно в два раза ниже по сравнению с активностью найма новых работников на места «рабочих»6.

Комплексный индекс образования и квалификации, рассчитанный на основе трех перечисленных выше показателей, позволяет выделить следующие основные группы регионов (табл. 1)7.

Таблица 1

Индекс образования и квалификации

Группа Значение индекса Число субъектов Федерации

1 группа Более 1,200 4

2 группа 0,700-1,000 11

3 группа 0,500-0,700 28

4 группа 0,300-0,500 38

5 группа менее 0,300 7

1 группа. Москва, Санкт-Петербург, Новосибирская и Томская области.

2 группа. Московская, Калужская, Магаданская, Нижегородская, Иркутская, Свердловская, Камчатская, Мурманская области, Приморский край, Республики Саха и Бурятия.

3 группа. Края: Хабаровский, Красноярский, Ставропольский; республики: Татарстан, Северная Осетия, Карелия, Коми, Карачаево-Черкесская, КабардиноБалкарская, Дагестан, Калмыкия, Мордовия, Башкортостан, Чувашская; области: Воронежская, Саратовская, Ростовская, Самарская, Ивановская, Орловская, Омская, Ярославская, Челябинская, Тверская, Астраханская, Тюменская, Ульяновская, Рязанская.

4 группа. Области: Владимирская, Калининградская, Волгоградская, Курская, Брянская, Белгородская, Ленинградская, Амурская, Тамбовская, Кировская, Кемеровская, Пензенская, Смоленская, Архангельская, Сахалинская, Оренбургская, Курганская, Тульская, Вологодская, Липецкая, Читинская, Новгородская, Псковская, Костромская; края: Красноярский, Пермский, Алтайский; республики: Удмуртская, Хакасия, Тыва, Марий Эл, Адыгея, Алтай, Ингушетия; автономные округа: Ханты-Мансийский, Ямало-Ненецкий, Таймырский (Долгано-Ненецкий), Еврейская автономная область.

5 группа. Агинский Бурятский, Усть-Ордынский Бурятский, Чукотский, Ненецкий, Корякский, Эвенкийский автономные округа (АО), Чеченская республика.

Сформировавшиеся к 2005 г. различия в уровне доходов населения субъектов РФ приводятся в табл. 2. Они оценивались по значению региональных индексов дохода, рассчитанных как сумма индексов доли населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума и индексов покупательной спо-

6 См. сноску на с. 726.

7 Расчет индексов проводился на основе сравнения с минимальными и максимальными значениями показателей, включенных в расчет: 1(п)= (М— Мтт)/(Мтах — Мтт). Значения Мтах и Мтт определялись исходя из мировых показателей и из эмпирических оценок.

собности доходов (соотношения среднедушевых доходов и прожиточного минимума).

Таблица 2

Индекс доходов населения

Группа Значение индекса Число субъектов Федерации

1 группа 1,400 и более 5

2 группа 1,100-1,400 21

3 группа 1,000-1,100 29

4 группа 0,800-1,000 25

5 группа менее 0,800 7

1 группа. Москва; Ханты-Мансийский, Ямало-Ненецкий, Ненецкий АО; Тюменская область.

2 группа. Санкт-Петербург, Свердловская, Самарская, Челябинская, Липецкая, Волгоградская, Ростовская, Ярославская, Тамбовская, Нижегородская, Кемеровская, Томская, Омская, Сахалинская, Магаданская области; республики: Татарстан, Башкортостан, Коми, Карелия; Пермский край, Северная Осетия.

3 группа. Области: Белгородская, Смоленская, Московская, Архангельская, Астраханская, Иркутская, Вологодская, Тульская, Калининградская, Тверская, Мурманская, Калужская, Брянская, Курская, Ленинградская, Новосибирская, Новгородская, Оренбургская, Воронежская, Орловская, Рязанская; края: Красноярский, Хабаровский, Ставропольский; республики: Саха, Дагестан, Удмуртская; автономные округа: Чукотский, Таймырский (Долгано-Ненецкий).

4 группа. Области: Костромская, Псковская, Магаданская, Саратовская, Читинская, Пензенская, Кировская, Ульяновская, Камчатская, Амурская, Курганская, Владимирская; края: Краснодарский, Алтайский, Приморский; республики: Кабардино-Балкарская, Карачаево-Черкесская, Чувашская, Хакасия, Мордовия, Бурятия, Адыгея, Алтай; автономные округа: Корякский, Агинский Бурятский.

5 группа. республики Марий Эл, Тыва, Калмыкия, Ингушетия, Пензенская область, Эвенкийский, Усть-Ордынский Бурятский автономные округа.

Доля населения, чьи доходы ниже минимального прожиточного уровня, в 2005 г. была самой высокой в экономически отсталых регионах5. В 36 регионах ее значения находились в интервале 20-30%. Средние значения показателя (15-20%) отмечались в 6-ти субъектах РФ. Самые низкие показатели (15 и менее) зафиксированы в 10-ти регионах9. К регионам с более высокими показателями покупательной способности доходов можно отнести Москву и Санкт-

5 Выше 50% — в Усть-Ордынском Бурятском АО (76,1%), в республиках Калмыкия, Ингушетия

(61,9 и 61,3%), Эвенкийском АО (57,5%). В диапазоне 30-50 % — в республиках Марий Эл, Тыва,

Алтай, Адыгея, Бурятия, Мордовия, Ивановской, Владимирской, Курганской областях,

Корякском, Агинском Бурятском АО.

9 Челябинской области (15%), республике Северная Осетия (13,8%), Татарстане (13,5%), Свердловской (13,3%), Кемеровской (13%), Тюменской (12,1%) областях, Москве (13,2%), Санкт-Петербурге (10,1%), Ямало-Ненецком (8,9%), Ханты-Мансийском (8,2%) АО.

Петербург, а также ресурсно-экспортные регионы, где наблюдалось более чем трехкратное превышение среднедушевых доходов над уровнем прожиточного минимума10. Самые высокие темпы роста доходов населения отмечаются в Санкт-Петербурге, их ежегодный прирост составлял в 2002-2003 гг. 35 %, в 2003-2005 гг. - 26%. В десяти регионах разница достигала 2,5 - 3 раз11.

Демографические процессы также демонстрируют значительные региональные различия. Наиболее значительная естественная убыль к 2006 г. отмечалась в Центральном и Северо-Западном федеральных округах (среди «лидеров» - Тверская, Тульская, Ивановская, Смоленская, Тамбовская, Курская, Рязанская, Псковская, Новгородская, Ленинградская области).

В отличие от динамики численности всего населения, изменения численности населения трудоспособного возраста характеризовались в основном положительной динамикой. За последние четыре года после переписи 2002 г. темпы его прироста в центральных, южных и приволжских регионах сократились, но сохранили положительный характер. В субъектах Северо-Запада убыль численности трудоспособного населения в 1989-2002 гг. сменилась на небольшой прирост. Отрицательный прирост наблюдался только на Дальнем Востоке, однако по сравнению с периодом 1989-2002 гг. темпы его сокращения значительно замедлились.

Тенденция увеличения абсолютных и относительных показателей численности трудоспособного населения, наблюдавшаяся в первые шесть лет ХХ1 столетия, объясняется характером изменения демографических волн в 80-е годы ХХ в. Благоприятная возрастно-половая структура населения, активная демографическая политика, повлиявшая на реализацию репродуктивных установок женщин, вызвали всплеск рождаемости в начале 1980-х годов, который продлился до 1987 г. К началу ХХ1 века дети, родившиеся в указанный период, достигли трудоспособного возраста, что способствовало сохранению положительного прироста трудоспособных контингентов до 2006 г.

Важнейший фактор воспроизводства населения, влияющий в долгосрочной перспективе на воспроизводство трудоспособного на-

10 Значения величины прожиточного минимума оценивалось по состоянию на 4 квартал 2005 г., среднедушевых денежных доходов — как средних за 2005 г.

11 В Свердловской, Самарской, Кемеровской, Челябинской, Томской областях, республиках Коми, Татарстан, Башкортостан, Пермском крае и Чукотском АО. В 12 субъектах РФ разница составляла 1,6 — 2 раза. Минимальные соотношения среднедушевых доходов и прожиточного минимума, менее чем в 1,6 раза, отмечались в Ивановской области, республиках Алтай, Ингушетия, Калмыкия, Марий-Эл, Тыва, Коми-Пермяцком, Усть-Ордынском Бурятском АО.

селения - рождаемость. Анализ основных закономерностей этого процесса важен с точки зрения оценки влияния материнства на экономическую активность женщин. Высокий уровень занятости женщин в советское время сочетался с достаточно высокими показателями средней детности, обеспечивавшими, как минимум, простое воспроизводство населения. Как показывают исследования, проведенные в 1970-1990-е годы, высокий уровень образования женщин не являлся препятствием для реализации их репродуктивных установок. Развитая система социальной защиты материнства гарантировала целый комплекс бесплатных услуг, прежде всего, доступность дошкольных учреждений. Ослабление системы социальной защиты, процесс адаптации к новым экономическим и социальным условиям для многих женщин означал отказ от реализации своих репродуктивных установок, что подтверждается направлением динамики показателей рождаемости.

Устойчивая тенденция к снижению уровня рождаемости за последние пятнадцать лет сопровождалась разнонаправленной динамикой показателей региональной вариации. Дифференциация уровня рождаемости в 1990-е годы имела тенденцию к снижению12, в 2000-е годы отклонение региональных показателей от средней величины коэффициента суммарной рождаемости возросло: коэффициент региональной вариации увеличился в 2005 г. до 22% (в 2001 г. - 14%).

К 2005 г. максимальные значения (превышающие 2 ребенка) отмечались только в регионах Сибири (Алтай, Тыва; Эвенкийский, Усть-Ордынский Бурятский и Агинский Бурятский АО), в Чукотском АО. Значения ниже среднероссийского уровня (1,3 детей) наблюдались в 47-ми субъектах Федерации. Из них минимальные (ниже 1,2) -в 23-ти субъектах. К ним относятся не только регионы Центрального, Северо-Западного, Приволжского федеральных округов, но и ряд областей Южного (Ростовская область, Кабардино-Балкарская республика) и Сибирского (Томская область) федеральных округов.

Увеличение расхождений в значениях обобщающего показателя рождаемости не связано непосредственно с региональными различиями в уровне дохода. В ряде регионов с низкими показателями уровня жизни отмечается высокий суммарный коэффициент рождаемости. Объяснение дифференциации рождаемости следует искать в области изменений ценностных ориентаций молодежи, повлиявших на модель репродуктивного поведения. Основные изменения указанной модели, во-первых, проявились в соотношении родив-

12 Захаров С.В., Иванова Е.И. Региональная дифференциация рождаемости в России: 1959-

1994 гг. // Проблемы прогнозирования. 1996, 4:109-150.

шихся детей по очередности их рождения. Основная часть родившихся - первенцы. Во-вторых, все большая часть детей рождается вне брака - если в 1990 г. доля данных рождений составляла 14,6%, то к 2005 г. она повысилась до 30%. Во многих регионах значение показателя намного выше. Рост внебрачной рождаемости - это не только свидетельство кризиса патриархальной модели семьи. Часто это является отражением отсутствия условий для социализации полных семей. Это относится, прежде всего, к индустриальным городам, в которых в период трансформации была разрушена привычная структура занятости, и население не смогло адаптироваться к новым экономическим отношениям. В результате, увеличивается доля детей, воспитываемых в неполных семьях, что связано с высоким и постоянно растущим числом разводов15. Современная возрастная модель рождаемости также не способствует ее росту: для большинства регионов России типична аккумуляция рождаемости в молодых возрастах и значительно меньшее число рождений в возрастах старше 30 лет, в России до сих пор распространена «молодая» модель материнства. Более старший возраст материнства характерен для регионов, где отмечается высокий уровень образования и квалификации женщин, а также для регионов Юга и Сибири с высокой рождаемостью. В-третьих, на снижение рождаемости в регионах Европейской части России большое влияние оказывает миграционный отток молодежи (миграционный отток усугубляет естественную убыль в 42-х регионах (2005 г.)).

Сокращение уровня рождаемости - результат кардинальных изменений в социальной поддержке института семьи, разрыва привычных семейных ценностей не только в результате глубокого экономического кризиса 1990-х годов, но и под влиянием средств массовой информации. Принимаемые с 1 января 2007 г. меры демографической политики направлены на повышение очередности рождений, их эффект проявится уже в ближайшее время. Эффективность воздействия программы повышения рождаемости на воспроизводство трудоспособного населения имеет долгосрочные координаты, затрагивающие временной интервал целого поколения. Но здесь имеется и краткосрочный аспект. В частности, следует учитывать возможные ограничения занятости женщин, решивших использовать послеродовой отпуск в полном объеме. В этом случае профессионально-карьерные ценности при условии реального замещения заработков женщин социальными пособиями могут отойти на второй

15 В 1990 г. на 1000 заключенных браков приходилось 424развода, в 2005 г. — 567.

план. Следовательно, повысится вероятность сокращения занятости женского трудоспособного контингента, что в свою очередь, повлияет на ограничение предложения труда.

Наиболее важной демографической компонентой социального благополучия регионов выступает состояние здоровья их населения: оно обусловлено целым рядом качественных аспектов жизнедеятельности различных поколений. Его оценка в нашем исследовании проводилась по показателям, характеризующим долголетие населения, уровень младенческой смертности, распространение социально обусловленных заболеваний (табл. 3).

Таблица 3

Индекс здоровья

Группа Индекс здоровья Число субъектов Федерации

1 группа 3,200 и более 11

2 группа 3,000-3,200 25

3 группа 2,800-3,000 25

4 группа 2,500-2,800 19

5 група менее 2,500 8

1 группа. Москва, Санкт-Петербург, Белгородская область; республики: Татарстан, Чеченская, Дагестан, Северная Осетия, Карачаево-Черкесская, Ингушетия; Ханты-Мансийский АО, Ставропольский край.

2 группа. Ямало-Ненецкий АО; области: Воронежская, Липецкая, Орловская, Саратовская, Мурманская, Тюменская, Ярославская, Московская, Самарская, Камчатская, Тамбовская, Курская, Владимирская, Пензенская, Рязанская, Волгоградская; Краснодарский край; республики: Мордовия, КабардиноБалкарская, Башкортостан, Саха, Калмыкия, Чувашская, Адыгея.

5 группа. Области: Томская, Калужская, Вологодская, Ростовская, Ивановская, Магаданская, Кировская, Костромская, Ульяновская, Челябинская, Оренбургская, Омская, Нижегородская, Свердловская, Архангельская, Тульская, Брянская, Новосибирская, Новгородская; республики: Марий Эл, Карелия, Удмуртская, Коми; автономные округа: Агинский Бурятский, Ненецкий.

4 группа Области: Псковская, Астраханская, Ленинградская, Тверская, Сахалинская, Смоленская, Курганская, Калининградская, Читинская, Кемеровская, Иркутская; республики: Бурятия, Алтай; края: Пермский, Хабаровский, Красноярский, Алтайский, Приморский; Чукотский АО.

5 группа. Республики Хакасия, Тыва; Усть-Ордынский, Таймырский, Эвенкийский, Корякский АО, Амурская область; Еврейская автономная область.

К 2005 г. число регионов со значениями ожидаемой продолжительности жизни выше 70 лет сократилось до 4 (Москва, Республики Дагестан, Ингушетия, Чеченская республика) (рис. 2). Региональные различия в продолжительности жизни характеризуются тенденцией

к росту числа регионов с низкими показателями, усилением поляризации показателей (более высокие расхождения отмечаются в значениях показателя у мужчин). Отмеченное смещение сопровождается увеличением территориальной вариации показателя. В 1986-1987 гг. у мужчин коэффициент вариации составлял 1,5%, к 1995 г. он увеличился до 4,2%, у женщин, соответственно, 1,5% и 3,3%. В 2005 г. коэффициент возрос до 6,6% у мужчин и 4,3% у женщин.

Продолжительность жизни, лет

Рис. 2. Распределение числа регионов по уровню ожидаемой продолжительности жизни

Самые низкие значения показателя, ниже 60 лет, сохраняются в северо-восточных автономных округах. При этом, высокая смертность в этих регионах сочетается с высокой рождаемостью: значения суммарного коэффициента рождаемости значительно превышают значение среднего для России показателя (кроме Еврейской АО). Более высокие значения продолжительности жизни, но не превышающие среднероссийские 64,3 года, отмечались в 42-х регионах14. Тенденция высокой смертности постепенно распространяется на большинство центральных и все северо-западные области (за исключением Санкт-Петербурга). Значения выше среднего для России уровня отмечались в Курской, Орловской, Московской, Липецкой, Воронежской, Белгородской и Тамбовской областях Центрального федерального округа. Среди регионов Сибирского федерального округа относительно высокими показателями выделяются Новосибирская, Томская и Омская области. Традиционно, регионы Южного

14 Данные 2005 года..

федерального округа демонстрируют самые высокие значения предстоящей продолжительности жизни.

Региональные особенности динамики продолжительности жизни в значительной степени определяются нарушением траектории динамики возрастных интенсивностей смертности. До 1989 г. отмечалось достаточно устойчивое снижение коэффициента смертности в РФ в младших и средних возрастах, до 44 лет. В старших возрастах смертность увеличивалась по мере роста удельного веса россиян 45 лет и старше в общей численности населения. К началу 1990-х годов этого возраста достигло поколение, родившееся до 1946 г., в военный период и первые послевоенные годы, обладающее ослабленным здоровьем, а соответственно, и меньшим потенциалом предстоящей продолжительности жизни. Однако в 1990-е годы коэффициенты смертности в возрасте 45-49 лет и более старших возрастах выросли незначительно. Более значимые последствия демографического «эха» войны начали проявляться к началу 2000-х годов. Действительно, к 2006 г. смертность в возрасте 50 лет и старше (дети военных и первых послевоенных лет) увеличилась почти в два раза, по сравнению с началом 1990-х годов. В то же время, отмечался и значимый прирост чисел умерших в возрастной группе 40-49 лет, негативные тенденции отмечались и в более молодых возрастных группах. Сокращение смертности продолжилось только в самых молодых возрастах, до 20 лет. Очевидно, что указанные тенденции не связаны с влиянием отмеченного поколенческого фактора, а отражают сохранение кризисной ситуации в области смертности.

Ухудшение состояния здоровья населения в большинстве субъектов Федерации наглядно проявляется в смещении распределения регионов по уровню ожидаемой продолжительности жизни в направлении увеличения числа регионов с низкими значениями показателя. Основной фактор данных изменений - значительные региональные различия в уровнях дохода и образования15. Однако воздействие указанных региональных различий на значения показателей смертности и здоровья носит разнонаправленный характер.

Во всех регионах наибольший вклад в изменение смертности среди других возрастных групп приходился на средние и старшие трудоспособные возраста. Даже с учетом некоторого улучшения ситуации со смертностью, которое отмечалось в 2004-2005 гг., вероятность изменения структуры распределения возрастных параметров очень мала. Повышенные риски смертности в средних и старших

15 См. Общественное здоровье и экономика. Отв. ред. Б.Б. Прохоров. ИНПРАН. М., 2007, с. 37,173.

трудоспособных возрастах сохраняются, более того, при продолжении современных тенденций заболеваемости и самосохранительного поведения, а также с учетом перехода современных многочисленных молодых возрастов в средние через 10 лет они могут усилиться.

Оценка состояния здоровья населения по данным показателей младенческой смертности также имеет важное значение для комплексной оценки индекса здоровья, поскольку уровень показателя обусловлен целым рядом качественных аспектов жизнедеятельности нескольких поколений. Динамика этого показателя в отличие от ожидаемой продолжительности жизни имеет положительный характер: быстрее росла доля регионов с меньшими значениями младенческой смертности.

Индикатором ухудшения здоровья населения вследствие снижения уровня жизни выступает высокий уровень заболеваемости социальными болезнями в регионах. Уровень заболеваемости активной формой туберкулеза максимален в Сибири и на Дальнем Востоке, в регионах с самым низким уровнем жизни. Смертность от туберкулеза в начале 2000-х годов продолжала расти во всех регионах, за исключением центральных, и только за последние два-три года была приостановлена в большинстве регионов16.

По уровню смертности от внешних причин на первое место выходят регионы Крайнего Севера и Востока, большинство автономных округов, включая «богатые» нефтегазодобывающие в Якутии, на Сахалине и Камчатке17. В федеральных городах и на Северном Кавказе заболеваемость почти в два раза меньше средней под влиянием более рационального отношения населения к своему здоровью, а также религиозных традиций (в республиках Северного Кавказа), влияющих на образ жизни.

Особое место в формировании инновационного потенциала занимает миграция населения. Как показывает исторический опыт и нашей страны, и мира, стимулирование миграции позволяет решать тактические задачи экономического развития. Однако миграционные процессы вносят ряд ограничений в развитие инновационной экономики, которые связаны с неравномерными структурными потоками переселенцев, обусловленными различными причинами перемещений, а также трудностями их адаптации в новой социальной и культурной среде.

Роль миграции в экономическом развитии страны обусловлена ее комплексным влиянием на социальную и экономическую сферу общества. Мировой опыт показывает, что реализация приоритетных направлений экономического развития стран во многом определялась выбором стратегии регионального развития. Отсутствие проду-

16 Общественное здоровье и экономика, стр. 190.

17 Там же, стр. 184.

манной стратегии регионального развития в России привело к сокращению занятости в стратегически важных отраслях народного хозяйства, нарушению демографического баланса бывших промышленных регионов. Миграционный отток из промышленных регионов Сибири, Дальнего Востока, Урала, центральных и северо-западных областей наблюдается на протяжении всего периода социальноэкономических трансформаций и усугубляет их экономическую и демографическую деградацию. Направления миграций носят либо центростремительный характер, либо ориентированы на нефтегазодобывающие регионы. Помимо Москвы с ее огромным рынком труда и Московской области в зоны миграционного прироста входят регионы и крупные города Центральной России, а также нефтегазодобывающие округа тюменского Севера. За 2001-2005 гг. во многих районах Приволжского и Северо-Западного федеральных округов сальдо миграции сократилось до минимума, исключение составляют Санкт-Петербург, Ленинградская и Калининградская области, значительно вырос отток молодого трудоспособного населения с Северного Кавказа18.

В экономически быстро развивающихся регионах Тюменской области и Ненецкого автономного округа миграционный прирост дополняет положительный естественный прирост населения. Несмотря на то, что на Севере и Востоке России миграционный отток сохранился, его интенсивность заметно снизилась. В то же время, данные статистики показывают, что объемы возвратной миграции из нефтегазодобывающих регионов значительны по своим размерам. Последнее является следствием высокой ротации кадров: высокие заработки привлекают население в регионы, испытывающие недостаток в трудовых ресурсах, из экономически менее развитых районов, но условия для жизни в принимающих регионах ориентированы лишь на временное пребывание рабочих, социальная инфраструктура развита слабо.

За межпереписной период 1989-2002 гг. увеличилась доля горожан, сконцентрированных в «городах - миллионерах». Рост численности населения происходил также в крупных городах, в которых есть спрос на трудовые ресурсы и которые располагают крупными вузами. Однако современный этап урбанизации в России не соответствует особенностям процесса перераспределения населения в развитых странах как по направленности миграционных потоков в зависимости от типа поселений, так и по причинам роста метрополий. Среди основных причин перераспределения населения в развитых странах из индустриальных центров и крупнейших городов выделя-

18 Зайончковская Ж., Мкртчан Н. Население России 2003-2004 гг. 11-12 ежегодный демографический доклад/Отв. ред. ВишневскийА.Г. М.: Наука, 2006. Стр. 332-333.

ют не только расширение метрополий, но также экономическую реструктуризацию регионов. Отдаленные от центральных агломераций регионы давали большие преимущества для развития производства: более дешевая земля, низкие ставки налогов, доступные трудовые ресурсы. Научные центры, в отличие от промышленных центров, тяготели к местам дислокации крупнейших университетов и их развитие происходило в условиях формирования крупных научных парков (ярчайший пример - Силиконовая долина в США, научной базой которой служил Стэнфордский университет). Крупнейшие метрополии притягивали, в первую очередь, население, имеющее высокий человеческий капитал или потенциал к его накоплению.

Структура современных миграционных потоков в России, несмотря на тенденцию к преимущественно экономическому характеру сложившихся миграций, трансформируется в пользу старших возрастных групп. Удельный вес мигрантов, прибывших в Россию и переехавших внутри нее в возрасте старше 40 лет в 2005 г. по сравнению с 1990 г. возрос с 17 до 28,5%. Мобильность в молодых группах, напротив, сокращается. В 2005 г. молодежь в возрасте 14-29 лет во внутренней миграции составляла 45,7%. Изменения возрастной структуры потока прибывших из СНГ, составляющего большую часть внешнего потока в российских регионах прибытия, происходят вследствие ограничения возможностей выезда молодежи в Россию, прежде всего на учебу, а также сохранения вынужденной миграции19.

Таблица 4

Распределение регионов по величине миграционного прироста

Положительный прирост

>1000 500-1000 200-500 100-200 0-100 Итого

Число

субъектов РФ 2 4 7 14 16 43

Отрицательный прирост

-100 - 0 -300 - -100 -700 --300 -800 --1000 < -1000 Итого

Число

субъектов РФ 14 14 9 5 3 45

(1) - Республика Ингушетия, Москва;

19 Зайончковская Ж., Мкртчан Н. (2006), стр. 310-313.

(2) - Белгородская, Московская, Ленинградская области, Ханты-Мансийский АО;

(3) - Калининградская область; Краснодарский, Ставропольский края; Ямало-Ненецкий АО; республики: Северная Осетия (Алания), Кабардино-

Балкарская, Адыгея;

(4) - Санкт-Петербург; Самарская, Тюменская, Калужская, Липецкая, Ростовская, Воронежская, Ярославская, Саратовская, Волгоградская, Астраханская области; республики: Татарстан, Дагестан, Башкортостан;

(5) - Псковская, Новгородская, Новосибирская, Нижегородская, Свердловская, Тульская, Владимирская, Кемеровская, Челябинская, Орловская, Рязанская, Вологодская, Томская, Тверская, Брянская области; республика Алтай;

(6) - Ивановская, Оренбургская, Костромская, Пензенская, Смоленская области; республики: Чувашская, Хакасия, Карелия, Марий Эл, Удмуртская; Усть-Ордынский Бурятский, Бурятский АО; Алтайский, Пермский края;

(7) - Курская, Ульяновская, Кировская, Тамбовская, Иркутская, Омская области; Красноярский, Хабаровский края; республики: Карачаево-Черкесская, Мордовия, Тыва; Ненецкий, Таймырский (Долгано-Ненецкий) АО; Еврейская автономная область;

(8) - Курганская, Амурская, Архангельская, Читинская области; Приморский край; республики: Бурятия, Саха (Якутия), Чеченская, Коми;

(9) - Республика Калмыкия, Сахалинская, Мурманская, Камчатская области, Эвенкийский АО;

(10) - Магаданская область, Корякский и Чукотский АО.

Влияние миграций на структуру населения районов прибытия состоит также в увеличении в современных потоках мигрантов доли населения с высшим образованием. По данным Росстата, лица с высшим образованием составляли в 2005 г. 18% миграционного прироста России.

Комплексная оценка социальных ресурсов инновационного развития в региональном разрезе позволяет провести классификацию регионов по степени благоприятности «социального климата» для перспективного экономического развития.

В основу положены показатели, характеризующие качество жизни населения по уровню дохода (эндогенные региональные характеристики), а также географическое положение и степень освоенности территории региона проживания (экзогенные региональные характе-ристики)20 Исследование соотношений с другими индикаторами качества жизни (индекс здоровья, коэффициент миграционного прироста), индексом образования и квалификации проводилось по выделенным территориальным группам.

Всего было выделено 8 типов регионов: 1) самые богатые субъекты (независимо от географического положения); 2) экономически

20 При выделении территориальных групп учитывался подход, предложенный в исследовании «Россия регионов: в каком социальном пространстве мы живем?». Независимый институт социальной политики, М., 2005г. Руководитель проекта Зубаревич Н.В. с. 73-74.

развитые субъекты РФ с высоким уровнем дохода населения в ста-роосвоенной зоне; 3) экспортно-сырьевые регионы с высокими доходами населения в осваиваемой зоне (зона «особых интересов»);

4) регионы Северного Кавказа (независимо от уровня доходов);

5) урбанизированные регионы в староосвоенной зоне со средним уровнем дохода; 6) староосвоенные регионы с высокой долей сельского населения со средним уровнем дохода; 7) осваиваемая зона со средним уровнем дохода населения; 8) депрессивные субъекты РФ с повышенным уровнем бедности (см. Приложение).

Исследование зависимости между приведенными выше индексами в разрезе выделенных групп регионов показало наличие значительных различий.

В целом динамика распределения всех регионов по индексу образования и квалификации в 2005 г. демонстрирует положительную зависимость от показателей качества жизни. При этом корреляция индекса образования и квалификации с индексами дохода и здоровья находится на одинаковом уровне и значительно выше, чем зависимость индексов здоровья и дохода. Уровень благосостояния населения оказывает существенное влияние на величину демографических индикаторов в регионах с более высоким значением индекса дохода, в регионах со средним и низким уровнем дохода населения влияние незначительно.

В самых развитых (богатых) регионах освоенной зоны зависимость дохода и образования слабая. В слабоосвоенных регионах коэффициент корреляции между индексами приобретает отрицательный характер. Прямопропорциональная зависимость двух индексов наблюдается только в регионах Северного Кавказа и депрессивных зонах.

Показатели состояния здоровья и уровня образования связаны между собой более тесно. Наиболее значительная корреляция характерна для самых богатых регионов (0,77), освоенных регионов с высокой долей сельского населения (0,75), а также для регионов Северного Кавказа (0,69). Средние значения зависимости (они ближе к слабой зависимости, учитывая градацию величины коэффициента корреляции) наблюдаются в развитых районах с высоким доходом (0,35), слабоосвоенных регионах с высоким и средним уровнями доходов (0,41 и 0,47) и депрессивных регионах (0,43). Зависимость отсутствует в урбанизированных староосвоенных районах со средними доходами.

Корреляционная зависимость между показателями уровня дохода и состояния здоровья в пяти группах регионов отрицательна. Обратно пропорциональное соотношение особенно заметно в урбанизированных староосвоенных субъектах РФ со средними доходами населения. В регионах первых двух групп

зависимость положительна, но слабо выражена. Положительное значение коэффициента корреляции (0,76) наблюдалось только в регионах Северного Кавказа.

Анализ соотношения социальных индексов в табл. 5 позволяет сделать вывод о том, что в большинстве регионов достижение более высокого уровня благосостояния требует значительных затрат здоровья населения и при этом невысокого уровня образования и квалификации. Положительная зависимость уровней образования и здоровья свидетельствует о большом влиянии самосохранительного поведения населения на показатели заболеваемости и смертности: у людей с более высоким уровнем образования и квалификации отмечается более бережное отношение к здоровью, чаще формируются здоровьесберегающие практики.

Таблица 5

Коэффициенты корреляции индексов дохода, здоровья, образования и квалификации в различных социально-экономических типах регионов

Группа регионов Индекс здоровья и индекс образования Индекс дохода и индекс образования Индекс дохода и индекс здоровья

1 0,77 0,26 0,26

2 0,35 0,26 0,2

3 0,41 -0,12 -0,22

4 0,69 0,92 0,76

5 0 0,1 -0,59

6 0,76 0,14 -0,25

7 0,47 -0,35 -0,32

8 0,43 0,53 -0,14

Зависимость между анализируемыми индексами и коэффициентами миграции позволяет оценить степень притягательности регионов в зависимости от социальных условий. Среди выделенных групп в трех наблюдаются отрицательные коэффициенты миграционного прироста.

Из пяти групп, в которых присутствует миграционный прирост, наиболее сильная зависимость с приведенными выше индексами отмечается в первой группе. Во второй группе значимая зависимость наблюдается между индексом здоровья и интенсивностью миграции в регионы; менее значимая, но положительная - между индексом образования и миграцией. Отрицательная зависимость между индексом дохода и миграцией связана с присутствием в данной группе Московской области. При расчете показателя без данного субъекта

Федерации связь становится положительной, но ее значение намного ниже, по сравнению с первой группой. В третьей группе во всех регионах, за исключением Кемеровской и Томской областей, наблюдается отток населения. В республиках Северного Кавказа (четвертая группа) и староосвоенных регионах с высокой долей сельского населения (шестая группа) зависимость между уровнем дохода населения и интенсивностью миграционного прироста слабая. В урбанизированных регионах со средним уровнем дохода (пятая группа) зависимость более высокая. В сельских регионах отмечается более сильная корреляция с индексами здоровья, в четвертой и пятой группах наблюдается противоположная связь между показателями здоровья и миграцией населения.

Таблица 6

Коэффициенты корреляции коэффициентов миграционного прироста субъектов Федерации за 1995-2005 гг. с индексами дохода, здоровья, образования и квалификации в различных социально-экономических типах регионов

Группа Индексы дохода и коэффициенты миграции Индексы здоровья и коэффициенты миграции Индексы образования и квалификации и коэффициенты миграции

1 0,91 0,98 0,88

2 -0,21* 0,58 0,26

4 0,27 -0,26 0

5 0,43 -0,46 0,1

6 0,25 0,39 0,22

*Без Московской области + 0,23.

Наличие статистической связи (как положительной, так и отрицательной) между отмеченными показателями состояния человеческих ресурсов и качества жизни отражает системный характер взаимодействия выделенных компонент социального развития. При этом состояние здоровья в большей степени коррелирует с уровнем образования жителей регионов, чем размеры их дохода. Наглядна слабая зависимость от уровня образования и квалификации населения не только уровня благосостояния населения, но и миграционного прироста регионов. Следовательно, напрашивается вывод: в современной социальной системе большинства регионов человеческие ресурсы являются в большей степени фактором образа жизни (положительная зависимость с индексом здоровья), чем фактором качества жизни (слабая зависимость с индексом доходов и сальдо миграции), а значит, слабым звеном в социально-экономической системе. Дли-

тельное ослабление важнейшего звена системы неизбежно приведет к нарушениям других звеньев. Игнорирование человеческого фактора служит важнейшим ограничением для формирования условий, при которых социальные ресурсы позволят обеспечить развитие экономики на новом качественном уровне. Нельзя не признать, что Правительство РФ приступило к постепенному формированию условий для комплексного решения социальных задач. Национальные проекты «Здоровье», «Образование», «Доступное жилье - гражданам России», Концепции демографической и миграционной политики представляют комплексную систему социальных интересов страны.

Однако для обеспечения инновационного характера развития экономики социальные программы должны быть ориентированы на содержание современных экономических реформ как на федеральном, так и на региональном уровнях. Учитывая современную стратегию инновационного развития на региональном уровне, которая состоит в преимущественной поддержке социально-экономического развития «точек роста», следует ожидать дальнейшего усиления дифференциации регионов как следствие ограничения участия большинства субъектов Федерации в приоритетных социальноэкономических программах. Региональная политика предусматривает выделение федеральных ресурсов на нужды инновационного развития экономически сильных субъектов Федерации21, что в сочетании с принятым 122 Федеральным Законом от 28.08.2004 г. будет способствовать ослаблению функционирования социальной сферы в большинстве субъектов Федерации за исключением богатых регионов (а их насчитывается не более 15).

Данная практика не может считаться нормальной, а тем более, оптимальной. России нужна комплексная, экономически мотивированная социальная стратегия. Эта стратегия должна быть сориентирована на долгосрочную перспективу и содержать комплекс мер, направленных на повышение роли квалифицированных кадров, интеллигенции в решении задач развития страны.

21 Ранее государство оказывало финансовую поддержку депрессивным регионам.

Классификация

субъектов Федерации по значению индексов дохода населения по территориальным группам в сочетании со значениями коэффициентов миграционного прироста, индексов здоровья, образования и квалификации

Субъекты Федерации Индексы дохода Коэффициенты миграционного прироста (1995-2005 гг.) Индексы здоровья Индексы образования и квалификации

А 1 2 3 4

Самые богатые субъекты Федерации

г. Москва 1,612 1033 3,453 1,827

Ханты-Мансийский АО 1,421 514 3,262 0,425

Ямало-Ненецкий АО 1,409 348 3,199 0,396

Тюменская область - 194 3,093 0,525

Ненецкий АО 1,408 -162 2,821 0,218

Развитые субъекты с высоким доходом населения в освоенной зоне

Свердловская область 1,245 71 2,888 0,721

Республика Татарстан 1,233 196 3,251 0,691

Республика Башкортостан 1,196 115 3,134 0,527

г. Санкт-Петербург 1,193 188 3,328 1,502

Самарская область 1,189 194 3,075 0,604

Пермский край 1,176* -67 2,761 0,479

Челябинская область 1,166 36 2,955 0,551

Липецкая область 1,141 177 3,182 0,373

Волгоградская область 1,120 145 3,003 0,493

Ростовская область 1,114 161,2 2,985 0,613

Ярославская область 1,111 157 3,081 0,552

Тамбовская область 1,106 -176 3,060 0,451

Нижегородская область 1,102 79 2,896 0,771

Белгородская область 1,096 646 3,344 0,471

Московская область 1,092 642 3,077 0,945

Смоленская область 1,093 -60,4 2,653 0,435

Слабоосвоенная зона: экспортно-сырьевые регионы с более высокими доходами

Кемеровская область 1,233 46 2,535 0,450

Республика Коми 1,221 -658 2,878 0,604

Томская область 1,143 11 2,996 1,219

Омская область 1,135 -217 2,929 0,554

Сахалинская область 1,108 -856 2,680 0,418

Магаданская область 1,103 -2536 2,971 0,777

Республика Карелия 1,100 -43 2,908 0,620

Архангельская область 1,091 -413 2,858 0,426

Иркутская область 1,082 -209 2,501 0,734

Республика Саха 1,080 -614 3,124 0,737

Красноярский край 1,078 -115 2,697 0,563

Мурманская область 1,055 -893 3,108 0,704

Хабаровский край 1,049 -210 2,725 0,695

Республики Северного Кавказа

Северная Осетия - Алания 1,142 301 3,328 0,662

Дагестан 1,045 154 3,414 0,578

Кабардино-Балкарская 0,981 285 3,158 0,584

Карачаево-Черкесская 0,961 -145 3,303 0,592

Адыгея 0,851 212 3,065 0,468

А і 2 3 4

Урбанизированные староосвоенные регионы со средним уровнем дохода

Астраханская область 1,090 120 2,778 0,531

Калининградская область 1,078 428 2,645 0,497

Тульская область 1,075 60,3 2,853 0,397

Вологодская область 1,078 13 2,985 0,393

Тверская область 1,067 3 2,729 0,535

Калужская область 1,054 177 2,987 0,842

Брянская область 1,053 1 2,816 0,483

Ленинградская область 1,048 618 2,751 0,467

Новосибирская область 1,040 88 2,812 1,446

Новгородская область 1,039 92 2,807 0,370

Рязанская область 1,004 19 3,004 0,507

Удмуртская республика 1,001 -72 2,898 0,495

Псковская область 0,987 97 2,781 0,338

Костромская область 0,989 -14 2,966 0,321

Саратовская область 0,977 153 3,115 0,618

Кировская область 0,937 -173 2,968 0,450

Ульяновская область 0,927 -157 2,959 0,523

Владимирская область 0,897 59 3,020 0,497

Староосвоенные регионы с высокой долей сельского населения, средний уровнень дохода

Курская область 1,053 -118 3,025 0,488

Воронежская область 1,033 158 3,183 0,692

Оренбургская область 1,034 -11 2,940 0,410

Орловская область 1,011 34 3,141 0,556

Ставропольский край 1,003 289 3,206 0,545

Краснодарский край 0,984 420 3,139 0,485

Чувашская Республика 0,957 -2,9 3,092 0,515

Пензенская область 0,940 -48 3,008 0,444

Республика Мордовия 0,903 -191 3,192 0,535

Слабоосвоенная зона со средним уровнем дохода

Чукотский автономный 1,055 -3377 2,651 0,241

Таймырский (Долгано-

Ненецкий Ао 1,046 -272 2,017 0,310

Алтайский край 0,983 -61 2,730 0,471

Корякский АО 0,981 -1472 1,126 0,205

Читинская область 0,976 -430 2,595 0,371

Приморский край 0,947 -348 2,613 0,793

Еврейская автономная 0,934 -250 2,327 0,464

Республика Хакасия 0,933 -21 2,397 0,477

Камчатская область 0,915 -900 3,067 0,712

Амурская область 0,903 -397 2,300 0,466

Курганская область 0,902 -382 2,648 0,397

Республика Бурятия 0,881 -355 2,667 0,703

Агинский Бурятский АО 0,868 -62 2,888 0,268

Республика Алтай 0,825 74 2,500 0,430

Депрессивные субъекты Федерации

Республика Марий Эл 0,781 -54 2,923 0,474

Ивановская область 0,740 -11 2,976 0,558

Республика Тыва 0,711 -205 1,821 0,477

Эвенкийский АО 0,657 -951 2,000 0,188

Республика Калмыкия 0,511 -818 3,092 0,567

Республика Ингушетия 0,508 3331 3,224 0,363

Усть-Ордынский Бурят-

ский АО 0,338 -3 2,459 0,150

Чеченская Республика - -647 3,489 0,109

* Пермская область