Роль актантной структурыв тексте (на материале романа А. Белого «Петербург»)*

ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

УДК 81'42

В.А. Белов

Научный руководитель: кандидат филологических наук, профессор Р.Л. Смулаковская

РОЛЬ АКТАНТНОЙ СТРУКТУРЫ В ТЕКСТЕ (на материале романа А. Белого «Петербург»)*

В статье актантная структура рассматривается как элемент пропозиционального содержания текста. Актантная структура организована в тексте иерархически. Выдвигается гипотеза, что актантная структура выступает основой для формирования цельности текста.

Актант, актантная структура, цельность, пропозициональное содержание.

In the article an actant structure is investigated as a component of text propositional organization. An actant structure has a hierarchical composition. It is hypothesized that an actant structure is the base of text integrity.

А^М, an actant structure, integrity, propositional organization.

В современной лингвистике актант рассматривается в качестве обязательного участника пропозиции, заполняющего активную валентность предиката [6]. Существует и иная трактовка термина: актант при нарративном подходе интерпретируется как персонаж или действующее лицо в тексте [3]. По мнению И.В. Силантьева, термин «актант» удобнее понятий «персонаж» или «герой», так как не является теоретически нагруженным [5]. Однако термины «актант» и «персонаж» нельзя считать синонимичными: актант значительно шире персонажа и включает актан-та-нарратора и актанта-читателя.

Целью настоящей статьи является исследование иерархически построенной актантной структуры текста и ее роли в формировании цельности / субцельности текста и его частей, равных объемно-прагматическому членению. Материалом служит художественный текст - роман А. Белого «Петербург». Он состоит из 8 глав, которые, в свою очередь, включают 127 главок.

В предложении, где актанты иерархически организованы, ранг актанта определяется валентностью предиката. В тексте актанты также организованы иерархически, но их иерархия строится на совершенно иных принципах. Иерархия актантов-персонажей в романе «Петербург» выстраивается в главах и главках романа.

При построении иерархии актантов в тексте должны учитываться:

1. Заглавие главы или главки. Более высокий ранг имеет актант, вынесенный в заглавие, где в свернутом виде представлены основные события главы или главки и обозначены роли актантов в них. Например, «Глава первая, в которой повествуется об одной достойной особе, ее умственных играх и эфемерности бытия» посвящена сенатору Аполлону Аполлоновичу Аблуехову, «Глава третья, в которой описано, как Николай Аполлонович Аблеухов попадает со своей затеей впросак» - Николаю Аполлоно-вичу Аблеухову. Кроме того, можно говорить об

особом типе названий главок - актантных заглавиях, которые представлены 33 (26 %) заглавиями главок [1].

2. Семантическая роль актанта: актанты, занимающие субъектные позиции, имеют более высокий ранг.

3. Точка зрения повествования: актант-персонаж получает высокий ранг, если его точка зрения является доминирующей.

4. Участие в сюжете произведения. Актант-персонаж, участвующий в большем количестве событий, имеет более высокий ранг.

5. Количественный фактор. В главке актант имеет более высокий ранг, если ему посвящено большее количество предложений. Соответственно, в главе актант имеет преимущество при условии, что ему посвящено большое количество главок.

В анализируемом тексте выделяются первостепенные, второстепенные и третьестепенные актанты, но при этом они способны менять свой статус в разных главах и главках. Актант-нарратор и актант-читатель не входят в иерархию актантов, занимая в актантной структуре особый статус. Актант-нарратор, связанный с субъектной организацией текста, формирует точку зрения повествования: именно он воспринимает и структурирует реальность со своей точки зрения [7, с. 313]. Актант-читатель выступает как реципиент художественного текста, являясь «семантическим реконструктом» [8, с. 61]. В романе А. Белого актант-читатель часто эксплицируется.

В каждой главе выстраивается иерархия актантов, которая уточняется в главках. Иерархия главы имеет несколько уровней: на первом уровне оказываются главные персонажи всей главы, на втором - важные актанты-персонажи, но не находящиеся в центре повествования в главе, на третьем - актанты, не связанные прямо с доминирующим персонажем и основной канвой событий главы.

Рассмотрим актантную структуру второй главы романа - «Глава вторая, в которой повествуется о неком свидании, чреватом последствиями». Заглавие

главы выделяет два события: 1) свидание и 2) последствия этого свидания. Следовательно, в главе есть несколько сюжетных линий: одна повествует о «свидании», а другая - о «последствиях». Первая линия связана с «любовным треугольником» (Софья Лихутина, Николай Аблеухов и Сергей Лихутин). Центром второй сюжетной линии выступает Александр Иванович Дудкин. Эти линии связаны причинно-следственными отношениями: неудача в отношениях с Софьей Лихутиной подтолкнула Николая Аблеухова дать обещание террористам убить своего отца.

Чтобы понять, как выстраивается иерархия актантов во второй главе, проанализируем все главки.

(1) Главка «Дневник происшествий»: {Софья Лихутина, Николай Аблеухов}1. В главке рассказывается о поступках Софьи Лихутиной (СЛ) и Николая Аблеухова (НА), речь о которых пойдет во второй главе. СЛ и НА являются активными участниками событий, героями публикаций в газете «Дневник происшествий». Однако их имена не называются, а они именуется как «дама» и «красное домино».

(2) Главка «Софья Петровна Лихутина»: {Софья Лихутина}. Главка посвящена СЛ, которая является актантом практически всех предложений главки, выступая в качестве единственного действующего лица. СЛ появляется в романе впервые, номинация персонажа является в тексте интродуктив-ной (вводящей).

(3) Главка «Посетители Софьи Петровны»: {посетители, Софья Лихутина}. В главке рассказывается о тех, кто посещал СЛ. Посетители в главке представлены абстрактно: речь идет об атрибутивной (неопределенной) номинации персонажей. На первый план здесь выдвигается основная характеристика этих людей - они посещали СЛ.

(4) Главка «Офицер: Сергей Сергеевич Лиху-тин»: {Софья Лихутина, Сергей Лихутин, Николай Аблеухов, Липпанченко}. Главка вводит нового персонажа - мужа СЛ Сергея Лихутина. Его имя вынесено в заглавие, в то же время в заглавии передано восприятие СЛ: «Был еще один посетитель Софьи Петровны Лихутиной; офицер: Сергей Петрович Лихутин; собственно говоря, это был ее муж» [2, с. 63]. Появление в главке мужа становится фоном для описания взаимоотношений СЛ с ее мужем и другими посетителями. СЛ является основным субъектом действий в главке, ей посвящено значительное количество предложений главки.

(5) Главка «Стройный шафер красавец»: {Софья Лихутина, Николай Аблеухов, Сергей Лиху-тин}. Персонажи являются активными участниками сюжета, им посвящено большое количество предложений. Повествование построено с точки зрения СЛ (точка зрения СЛ является определяющей и в заглавии): «Софью Петровну Лихутину мучительно поразил стройный шафер, красавец, цвет его неземных,

1 Последовательность записи актантов определяется степенью их важности. На первой позиции указывается актант, находящийся на вершине иерархии.

темно-синих, огромных глаз... » [2, с. 64-65].

(6) Главка «Красный шут»: {Софья Лихутина, Николай Аблеухов}. Главка рассказывает о встрече СЛ и НА, в ходе которого СЛ в сердцах называет НА «красным шутом». «Красный шут» - метафорическое наименование НА, данное ему Софьей Петровной. Оба персонажа являются активными участниками сюжета, но точка зрения СЛ доминирует в главке.

(7) Главка «Подлость, подлость, подлость»: {Софья Лихутина, Липпанченко, Маврушка}. СЛ

является субъектом повествования, а ее точка зрения доминирует. Заглавие представляет собой цитату из ее внутренней речи.

(8) Главка «Совершенно прокуренное лицо»: {Николай Аблеухов, Александр Дудкин}. Главка повествует о визите «незнакомца» Александра Ивановича к НА. Заглавие называет Александра Ивановича с внешней точки зрения, с точки зрения НА. Именно восприятие событий Николаем Аблеуховым становится определяющим для главки.

(9) Главка «Учащались ссоры на улицах»: {пахари, мещанин, купец, рабочий, надзиратель}. В этой главке, представляющей собой описание революционных настроений Петербурга, не задействованы основные персонажи текста. Нарратор описывает действия персонажей-«статистов», лишенных личностных характеристик: они относятся к персонажам третьего уровня иерархии, которые составляют фон для основных персонажей.

(10) Главка «Зовет меня мой Дельвиг милый» {Аполлон Аблеухов, министр}. Аполлон Аполло-нович Аблеухов вспоминает своего умершего друга-министра. Аполлон Аблеухов - активный участник сюжета, его точка зрения доминирует в тексте. В заглавии, представляющем собой цитату из творчества А.С. Пушкина, дейктические элементы относятся к Аполлону Аблеухову, который в данной главе в целом относится к персонажам второго уровня иерархии главы: он не находится в центре основных сюжетных линий главы.

(11) Главка «Между тем разговор имел продолжение» {Николай Аблеухов, Александр Дуд-кин}. Главка продолжает повествование о разговоре Николая Аблеухова и Александра Ивановича, начатое в главке (8) «Совершенно прокуренное лицо». По-прежнему точка зрения НА является определяющей в повествовании.

(12) Главка «Стены - снег, а не стены!» {Аполлон Аблеухов, Анна Аблеухова}. Аполлон Аполлонович, находясь в своей квартире, осматривает убранство комнаты и невольно вспоминает жену Анну Петровну. Эта небольшая главка представляет собой несобственно-прямую речь, в которой представлена точка зрения Аполлона Аблеухова.

(13) Главка «Особа» {Александр Дудкин, Николай Аблеухов, Аполлон Аблеухов, Липпанчен-ко}. В главке продолжается ситуация, начавшаяся в главках (8) «Совершенно прокуренное лицо», (11) «Между тем разговор имел продолжение», - разговор НА и Александра Ивановича. Они говорят о Липпанченко, которого называют «особой», не упо-

миная в главке его имени. Неожиданное и нежелательное появление Аполлона Аблеухова очень важно, потому что устанавливает связь между Александром Ивановичем и Аполлоном Аблеуховым, возникшая в первой главе в главках «И, увидев, расширились, засветились, блеснули...», «Письменный стол там стоял», события которых проспективны по отношению ко второй главе. Здесь точка зрения Александра Ивановича становится доминирующей.

(14) Главка «Высыпал, высыпал» {протестант, Брыкачев (городовой), Подбрижский (пристав), мещанин, надзиратель}. Эта главка - продолжение линии, начатой в главке (9) «Учащались ссоры на улице»: здесь описываются революционные настроения людей и произвол полицейских чиновников. Персонажи третьего уровня иерархии прямо не связаны с основными персонажами текста.

(15) Главка «Бегство» {Александр Дудкин}. Главка повествует о возвращении домой Александра Ивановича. Ему посвящены практически все предложения главки, а его точка зрения доминирует. Он же является активным участником событий главки. Заглавие «Бегство» образно именует возвращение Александра Ивановича «в свое убогое обиталище».

(16) Главка «Степка» {Степка, Матвей Мор-жов, Бессмертный}. В последней главке повествуется о дворнике Степке, его земляке Матвее Моржо-ве и сапожнике Бессмертном. Все они - жильцы того же дома, где живет и Александр Иванович. Основным персонажем в этой главке оказывается Степка, потому что он принимает активное участие в событиях главки, его точка зрения - наравне с точкой зрения нарратора - оказывается важной в повествовании, поэтому его имя вынесено в название главки. Персонажи этой главки связаны с Александром Ивановичем и относятся к третьему уровню иерархии актантов.

Таким образом, первый уровень иерархии главы образуют основные персонажи, находящиеся в центре внимания во второй главе: СЛ, НА, Александр Иванович. На втором уровне иерархии находятся важные персонажи, связанные с первостепенными героями главы - Сергеем Лихутиным, Аполлоном Аблеуховым. К третьему уровню «принадлежат» Степка, Матвей Моржов, сапожник Бессмертный, мещанин, купец и др. Как правило, в каждой главе формируется собственная иерархия персонажей, так, в первой главе на вершине - Аполлон Аблеухов, во второй - Софья Липухина, Николай Аблеухов, Александр Иванович, в третьей - Николай Аполлонович Аблеухов и т. д.

Смена в иерархии актантной структуры становится сигналом смены главы и главки: на их границе происходит смена действующих лиц, времени или места событий [9, с. 896]. Однако часто границы главок не совпадают с границей событий: одна и та же ситуация рассказывается в нескольких главках, прерываясь на повествование о других событиях (например, главки «Совершенно прокуренное лицо», «Между тем разговор имел продолжение», «Особа» повествуют об одной ситуации). Иерархия актантов каждой главки оказывается непохожей на другие,

что делает актантную структуру главки уникальной.

Неповторимость актантной структуры обеспечивает субцельность главок текста [4]. Цельность традиционно определяется как психолингвистическая категория, которая заключается в построении в сознании цельного (психолингвистического) образа текста, предполагающая внутреннюю законченность, смысловое единство текста: «Цельность - этого особого рода психолингвистический феномен, возникающий в психике человека как бессознательное динамическое представление о некотором объекте» [4, с. 7]. Субцельность характеризует части текста, совпадающие с объемно-прагматическим членением, в нашем случае - это главы и главки.

Согласно выдвинутой нами гипотезе, субцельность формируется с помощью пропозиционального содержания текстового фрагмента, в частности, его актантной структуры. При восприятии текст подвергается определенной психолингвистической обработке и запоминается в аргументно-предикативной форме: формируется гештальт (субцельность), в основе которого лежит пропозициональное содержание - минимальный «костяк» текста, оставшаяся в памяти информация о тексте, с помощью которой реципиент способен прочитать дальнейший текст и понять его смысл. Реципиент при понимании текста фокусируется на персонажах и их действиях, моделируя событийный мир персонажей текста.

Таким образом, актантная структура формирует уникальное пропозициональное содержание субтекстов (глав, главок), выступая в качестве основы субцельности, и позволяет выявить механизмы, благодаря которым человек воспринимает целостный и осмысленный текст.

*Работа проведена в рамках реализации ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009-2013 гг. ГК № 14.740. 11. 1120.

Литература

1. Белов, В.А. Типы заглавий и пропозициональная организация текста (на материале романа А. Белого «Петербург») / В.А. Белов // Вестник Волгоградского государственного университета. - 2010. - С. 192-196.

2. Белый, А. Петербург / А. Белый. - М., 2004.

3. Греймас, А.-Ж. Размышления об актантных моделях / А.-Ж. Греймас // Французская семиотика: От структурализма к постструктурализму. - М., 2000. - С. 157-170.

4. Сахарный, Л.В. Тема-рематическая структура текста: основные понятия / Л.В. Сахарный // Язык и речевая деятельность. - 1998. - Т. 1. - С. 7-16.

5. Силантьев, И. Мотив как проблема нарратологии / И. Силантьев // Критика и семиотика. - 2002. - Вып. 5. -С. 32-60.

6. Тестелец, Я.Г. Введение в общий синтаксис / Я.Г. Тестелец. - М., 2001.

7. Чейф, У. Данное, контрастивность, определенность, подлежащее, топики и точка зрения / У. Чейф // Новое в зарубежной лингвистике. - М., 1982. - Вып. XI. - С. 277316.

8. Шмид, В. Нарратология / В. Шмид. - М., 2008.

9. Givon, T. Syntax: A Functional-Typological Introduction / T. Givon. - Amsterdam, 1990. - Vol. 2.