Этика информационного общества как современный этап развития этики

УДК 17:316.775

Е.В. КОВАЛЬ

ЭТИКА ИНФОРМАЦИОННОГО ОБЩЕСТВА КАК СОВРЕМЕННЫЙ ЭТАП РАЗВИТИЯ ЭТИКИ

Ключевые слова: информация, этика, информационное общество, мораль, коммуникации.

Этика информационного общества представлена как форма прикладной этики и, одновременно, как модель для новой стадии развития этики на основе информации как базовой социокультурной ценности.

Ye.V. KOVAL

INFORMATION ETHICS AS PRESENT STAGE OF ETHICS PROGRESS

Key words: information, ethics, information society, morality, communications.

Ethics of information society is presented as a branch of applied ethics and as a pattern for a new stage of ethics development, because it reflects morality from the point of view of information taken as basic social and cultural value.

Начиная с 50-х годов XX в. философы и социологи начали осознавать, что человечество подходит к новому этапу в своем развитии. По аналогии с традиционными типами новое общество было определено как постиндустриальное (Белл, 1973). Продолжением развития идей постиндустриального общества стала теория информационного общества, основой для которого было объявлено революционное воздействие информационно-коммуникационных технологий на все стороны развития общества: образ жизни людей, их образование и работу, взаимодействие правительства и граждан.

Суть информационной трансформации заключается в ее потенциальной способности содействовать людям и обществу в использовании знаний и идей. Информационное общество позволяет людям шире использовать свой потенциал и реализовывать свои устремления.

При этом необходимо отметить, что ключевым фактором является не только увеличение объема важной для общества информации, но и изменение отношения человека и общества к информации. Этот поворотный момент сравним с переориентацией массового сознания в период перехода от теоцентрического средневекового мировоззрения к антропоцентрическому восприятию мира в эпоху Возрождения. Концепция Бога сохранила свою важность, но в ценностной иерархии многих людей той эпохи заняла второстепенное положение. В XXI в. вершину иерархии ценностей начинает занимает информация.

Итак, наличие новой среды обитания и функционирования человека порождает новую специфику в плоскости отношений «человек» - «человек» и принципиально иное отношение «человек» - «информационная технология». Американский социолог И. Валлерстайн, отмечает, что «мы живем в эпоху перехода от существующей глобальной системы общественного устройства - капиталистической мировой экономики - к другой или другим глобальным системам. Мы не знаем, к добру это или нет, ... Нет сомнения, однако, что переходный период будет исключительно трудным для тех, кто живет в это время. Это будет период обострения конфликтов и усиления беспорядков, сопровождающихся, по мнению многих, крушением нравственных ценностей». [13]

В первую очередь в связи с возникновением новых коммуникативных областей деятельности возникает потребность в переосмыслении моральных норм и правил, их традиционного значения. Этот процесс начинается с выработки правил и кодексов внутри отдельных сообществ и профессиональных объединений,

таких как, например, кодекс «компьютерных профессионалов», выработанный Ассоциацией вычислительной техники (Association for Computing Machinery -ACM) [12]. Как виды прикладной этики возникают компьютерная, сетевая, инженерная этики, которые выстраивают систему взаимоотношений между различными субъектами в коммуникационном пространстве современности.

Однако этику информационного общества нельзя описать как арифметическую сумму профессиональных кодексов или совокупность компьютерных и инженерных разделов прикладной этики.. С учетом всеобъемлющего характера информации как основополагающего понятия в дискурсе информационного общества информационная этика не просто является одной из форм прикладной этики, существующей наряду с военной, биомедицинской, экологической этиками и др., но и претендует на то, чтобы стать новой формой существования этики в целом.

Подобную точку зрения относительно роли прикладной этики выделяют многие специалисты. Так, согласно А.А. Гусейнову и Р.Г. Апресяну, прикладная этика «может быть интерпретирована как новая стадия развития этики, характеризующаяся тем, что теория морали прямо смыкается с нравственной практикой общества» [10, с. 389].

Согласно нашей точке зрения, прикладная этика в настоящее время в самом деле является этапом эволюции этики как науки, и все классические моральные проблемы, как и актуальные моральные проблемы современности, осмысляются в контексте прикладных исследований и практик. Однако плюралистическая тенденция в понимании содержания прикладной этики (выраженная в многообразии ее направлений), на наш взгляд, не может долго сохраняться. Необходимо выделить такое направление прикладной этики, которое максимально полно соответствует объективной реальности, содержит набор правил и норм, позволяющих человеку XXI в. функционировать как полноценному члену общества. Этим направлением является информационная этика или этика информационного общества, вышедшая за узкие границы раздела прикладной этики и учитывающая специфику бытия человека XXI в.

Л. Флориди в работе «Информационная этика: О философских основаниях компьютерной этики» [11] осмысливает информационную этику как онто-центричную теорию, ибо ее задача - оценить с моральной точки зрения любую информацию обо всем, что существует или будет существовать в мире, -начиная от людей и их социальных отношений и до звезд, камней, животных, растений, провозглашая при этом презумпцию онтологического равенства всех форм действительности, представленных в качестве элементов информационного пространства.

Информационная этика, согласно работам Л. Флориди, основывается на внутренней ценности информации и информационных сущностей, под которыми может пониматься любой объект либо бытие вообще. Любое действие, направленное на искажение или сокращение инфосферы, рассматривается как причинение вреда, т.е. как форма зла.

В таком аспекте к числу основных характеристик информационной этики можно отнести:

1) модальность - логичность и осуществляемость информации;

2) гуманитарность - конфиденциальность, аккуратность, искренность, честность и т.д.;

3) ясность - доступность и недоступность информации, возможность ее использования, систематичность;

4) конструктивность - нравственность информации, ее современность, нормативность, а также избыточность.

Наряду с осмыслением понятия информационной этики как нового этапа развития этики необходимо переосмыслить и классические этические концепты, нормы и правила функционирования человека в человеческом, но уже информационно трансформированном обществе. Как правило, этические характеристики не описываются подробно в работах классиков информационного общества, таких, как Тоффлер, Маклюэн, Белл и др., или же им не придается большого значения. Между тем именно переосмысление и описание векторов развития морали будущего имеет огромное значение для информационной этики. Таким образом, одной из важных задач этики как науки является выявление отдельных характеристик, относящихся к этике информационного общества в работах, посвященных информационному обществу в целом, и на основе данного материала формирование основных этических положений информационного общества.

Наиболее подробно предполагаемые аспекты общества будущего описываются в работе Э. Тоффлера «Третья волна». Понятие «третьей волны» подразумевает изменения в жизни общества под влиянием развития науки и техники в целом и компьютеров и средств коммуникации в частности. Также большое значение для понимания информационного общества имеют работы М. Маклюэна, создавшего концепцию «глобальной деревни» через осознание роли СМИ в распространении информации.

В социальном пространстве третья волна несет такие изменения, как формирование новых типов семей (не нуклеарного), демассификация средств массовой информации, качественное улучшение головного мозга с помощью компьютерных технологий. С демассификацией средств массовой информации связано разнообразие ценностных ориентаций и моральных представлений в информационном обществе. Это приводит к «повышенному осознанию собственной индивидуальности - тех черт, которые делают нас неповторимыми» [9, с. 614]. Таким образом, мораль на личном и общественном уровне также претерпит изменения.

Базовой реконструкционной ценностью, по Тоффлеру, является источник энергии. Именно это детерминирует характер общества, в том числе и моральные аспекты социальных отношений. Однако материализм Тоффлера, хотя и не совпадающий по содержанию с материализмом Маркса, может быть подвергнут аналогичным критическим замечаниям. Ориентация на специфику энергетического ресурса при формулировании мировоззренческой концепции приводит к упрощенному пониманию антропологических характеристик человека, редуцируя духовную культуру к надстройке.

В противовес технологическому детерминизму Тоффлера (а также М. Маклюэна, Д. Белла, У. Ростоу и др.) можно выдвинуть гипотезу, согласно которой, напротив, духовная культура обусловливает или ограничивает технологические изменения (в частности, создание искусственного интеллекта лимитируется не только технологическими возможностями, но и комплексом господствующих моральных представлений и опасений).

Этико-философский анализ концепции Тоффлера позволяет также отметить, что особенности технологического прогресса революционно отражаются не на всех социальных уровнях. В частности, информационная этика, рассмотренная как этика современного общества, имеет специфические особенности, обусловленные конкретными историческими причинами. Однако моральные коллизии редуцируются к традиционным. Мировоззренческого переворота, подобного перевороту в сознании человека в момент открытия гелиоцентризма, не происходит. Отмечается повышение объема информации, которым оперирует человек, наряду с освобождением времени на поглощение этой информации. Вместе

с тем в отдельных статьях футурологов выражаются опасения, что повышение объема информации вызовет перекос в соотношении рациональных и моральных поступков в пользу рациональности. Так, И.А. Негодаев отмечает, что «раннее приобщение ребенка к миру рационального, логического может лишить его эмоций, сопереживания другому человеку» [7].

Специфика поведенческих ориентаций человека из информационного общества определяется тем, что информация получается им в больших объемах и с большой скоростью. Характер мыслеобразов, получаемых из окружающей среды, меняется. В результате в обществе третьей волны формируются новые понятия государства, семьи, морали.

Но новые образы не сохраняются долгое время. Они сменяются другими, более новыми. Даже в пределах одного поколения невозможно вычленить четкую систему норм и принципов: «Третья волна не просто ускоряет информационные потоки, она трансформирует глубинную структуру информации, от которой зависят наши ежедневные действия» [9, с. 2б6].

Специфика структуры информации в новой эпохе заключается в том, что она поступает в сознание человека в кадрированном виде. Образы отличаются фрагментарностью, временностью, в результате человек теряет ощущение постоянства, стабильности. Большое значение имеет сам способ подачи информации: согласно Маклюэну «средство коммуникации есть само сообщение» [5, с. 341]. Информационное общество лабильно, в нем возможно быстрое принятие нового морального принципа не только на уровне отдельной личности, но и на уровне целого сообщества. При этом сознание человека является подготовленным настолько, что морального конфликта не происходит. В частности, в современном обществе, которое имеет черты общества третьей волны, описанного Тоффлером, заметны пробабилистические тенденции. Мораль современного человека отличается ситуативностью и эклектичностью. Например, администратор самостоятельно решает, какое информационное сообщение на форуме имеет морально допустимое содержание, а какое подлежит удалению. При этом многое зависит от личных моральных представлений самого администратора. Один из них может допускать, например, расистские высказывания и считать их морально оправданными, поскольку автор сообщения обладает свободой слова, а другой может считать их аморальными, поскольку они являются элементами насилия над частью общества.

Модульная структура информации в современном сообществе приводит к изменению сознания человека - уменьшает способности к классификации, поскольку иногда крайне трудно выделить единый классификационный критерий. Снижаются способности к вычленению причинно-следственных связей. Моральный аспект данного явления выражается в том, что человек информационного общества малоспособен оценивать свои и чужие поступки с большой долей объективности. Он получает готовую ментальную модель реальности, которая через некоторое время сменяется очередной моделью. Определить, объективна эта смена или же она является предполагаемой картиной реального мира, чрезвычайно сложно. «Некоторые из нас ломаются под таким давлением, отступают, испытывая апатию или гнев. Другие постоянно растут, формируют себя и становятся компетентными, грамотными людьми, способными работать на высшем уровне» [9, с. 279].

Спецификой морального сознания человека эпохи третьей волны является холистическое мировосприятие. На уровне морального поступка это выражается в категоричности суждений, однако наблюдается уникальный случай совокупности категоричности и ситуативности моральных дефиницией и оценок, даваемой той или иной личности, себе и другим. Так, современный

человек склонен к однозначным и неоспариваемым моральным суждениям, однако может менять позицию на иную вплоть до противоположной, в зависимости от характера конфликтной ситуации. Соответственно, и моральные поступки одной и той же личности невозможно вписать в ту или иную существующую теоретическую нравственную систему. Конструирование модели данной системы крайне сложно. Однако можно попытаться дать ее оценку. Непоследовательность в моральных поступках и оценках личности значительно усложняет процесс взаимодействия с другими личностями, общественными институтами и даже с собственным внутренним миром. Э. Тоффлер отмечает, что феномен причинности в третьей волне раскрывается на качественно новом уровне. Дилемма необходимость - случайность находит свое решение. Эволюция приводит к появлению все более сложных структур. Это относится и к моральной эволюции. Таким образом, моральный хаос сообщества третьей волны может послужить материалом для создания в моральном сознании как отдельной личности, так и общества в целом упорядоченной нравственной системы.

Необходимо отметить, что отдельные характерные элементы общества третьей волны проявляются еще до окончательного становления информационного общества «третьей волны». Так, например, Энтони Гидденс замечает, что «в культуре наблюдается отход от «этики трудолюбия» в пользу более свободного и ориентированного на удовольствия стиля жизни. Дисциплинирующая функция работы, характерная для индустриализма, ослабевает в постиндустриальном обществе; люди обретают большую свободу для инноваций как в профессиональной, так и в частной сферах» [4, с. 604]. Более того, многие проблемы, имеющие в своей основе использование информации, уже стоят перед человечеством.

Д. Белл в своей работе «Социальные рамки информационного общества», а также другие авторы (Шульц) описывают потенциальную опасность от неправомерного и, более того, аморального доступа к личной информации. «Другой не менее важный момент заключается в том, что контроль над информацией чаще всего выливается в злоупотребления, начиная с сокрытия информации и кончая ее незаконным обнародованием ... и что, дабы предотвратить эти злоупотребления, необходимы институциональные ограничения, прежде всего в сфере информации» [2].

Одной из важных проблем становления информационного общества является проблема сохранения и развития человеческой личности как биосоциальной структуры. Эту проблему иногда обозначают как «современный антропологический кризис». Человек, усложняя свой мир, все чаще вызывает к жизни такие силы, которые он уже не контролирует и которые становятся чуждым его природе. Чем больше он преобразует мир, тем в большей мере он порождает непредвиденные социальные факторы, которые начинают формировать структуры, радикально меняющие человеческую жизнь и часто ухудшающие её. Еще в шестидесятые годы Г. Маркузе констатировал в качестве одного из существенных последствий современного техногенного развития появление «одномерного человека» как продукта массовой культуры. Современная культура, действительно, создает широкие возможности для манипуляции сознанием. При такой манипуляции человек теряет способность рационально осмысливать бытие. Более того, и манипулируемые, и сами манипуляторы становятся заложниками массовой культуры [7].

Наряду с проблемами, непосредственно относящимися к информационному обществу, многие страны мира, в том числе и Россию, ожидают трудности при переходе от старого уклада к новому. Прежде всего это объясняется

информационным неравенством граждан, возникающим по социальным, возрастным и географическим причинам. В настоящее время в России существует огромный дисбаланс между столицами и крупными городами и провинцией по уровню предоставления информационных услуг. В то же время можно сказать, что заметное число граждан России уже живут в условиях информационного общества, по крайней мере, по формальным признакам использования телекоммуникаций и новых технологий.

Итак, обобщение и осмысление базовых ценностей, присущих информационному обществу, являются актуальной задачей этики как науки. Информационную этику при этом надо рассматривать с двух точек зрения: как прикладную этику, т.е. область практических моральных проблем, возникающих при использовании информации, и как новую стадию развития этики на основе информации как базовой социокультурной ценности. Именно формирующаяся этика информационного общества в наибольшей степени соразмерна проблемам современности, способствует гуманизации информационного общества и его нормальному функционированию.

Литература

1. Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество: опыт социального прогнозирования / Д. Белл: пер. с англ.; В.Л. Иноземцев (ред. и вступ. ст.). М.: Academia, 1999. 956 с.

2. Белл Д. Социальные рамки информационного общества / Д. Белл // Новая технократическая волна на Западе. М.: Прогресс, 1986. C. 330-342.

3. Галинская И.Л. Этико-правовое пространство информационно-компьютерных технологий / И.Л. Галинская, А.И. Панченко // Новые инфокоммуникационные технологии в социальногуманитарных науках и образовании. М.: Логос, 2003. С. 112-132.

4. Гидденс Э. Социология / Э. Гидденс. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Едиториал УРСС, 2005.

632 с.

5. Информационное общество: сб. М.: ООО «Издательство АСТ», 2004. 507 с.

6. Иноземцев В.Л. Расколотая цивилизация. Наличествующие предпосылки и возможные последствия постэкономической революции / В.Л. Иноземцев. М.: Academia-Наука, 1999. 724 с.

7. Негодаев Н.А. На путях к информационному обществу / Н.А. Негодаев. Ростов н/Д.: ДГТУ,

1999. 247 с.

8. Окинавская Хартия глобального информационного общества // Дипломатический вестник.

2000. № 8. Август.

9. Тоффлер Э. Третья волна / Э. Тоффлер. М.: ООО «Издательство АСТ», 2002. 776 с.

10. Этика: энциклопедический словарь / под ред. Р.Г. Апресяна, А.А. Гусейнова. М.: Гарда-рики, 2001. 671 с.

11. Floridi L. Information Ethics: On the Theoretical Foundations of Computer Ethics, Ethics and Information Technology / L. Floridi. 1999 (1.1). P. 37-56.

12. Software Engineering Code of Ethics and Professional Practice [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.acm.org/serving/se/code.htm

13. Wallerstein I. Utopistics, Or Historical Choices of the Twenty-First Century / I. Wallerstein. N.Y., 1998. P. 35.

КОВАЛЬ ЕВГЕНИЙ ВЛАДИМИРОВИЧ - аспирант кафедры философии для гуманитарных специальностей, Мордовский государственный университета, Россия, Саранск (ek3@rambler.ru).

KOVAL YEVGENIY VLADIMIROVICH - post-graduate student, Mordvinian State University, Russia, Saransk.