ГОНКА ЗА КАРЬЕРОЙ

Социологи без удивления обнаружили: новое поколение россиян — карьеристы. И это совсем не плохо

ГОНКА ЗА КАРЬЕРОЙ

Карьера — дело молодое. Если до 28 лет не обнаружил в себе стремления подняться по служебной лестнице, то все — поезд ушел. В молодом возрасте высок дух честолюбия, острая жажда добиться большего, стремление опередить других.
— Буду рыть землю зубами, но стану начальником отдела, — говорит Татьяна Л., 25-летняя сотрудница риелторской компании. — Наш начальник уйдет на более высокую должность. Правда, у него есть заместитель. Но я инициативнее его, энергичнее, работоспособнее, креативнее...
Молодые не скрывают, не стесняются, что стремятся сделать карьеру. На интернетовских сайтах, где можно подыскать занятие, в резюме предлагающих свои услуги нередко встречается выражение «здоровый карьеризм». Вот типичное требование к кандидату в менеджеры: «Умение работать с людьми, высокая работоспособность, грамотная речь, здоровый карьеризм».

СТУДЕНТ НА РАБОТЕ

— Зарплата наших выпускников выше у тех, кто учился на тройки. Они и по службе растут быстрее отличников, пусть на шажок, но опережают, — говорит Алексей Ребров, заместитель руководителя Центра развития карьеры Высшей школы экономики. Объяснить опережающие темпы выпускников, в чьих дипломах не густо с приличными отметками, просто: они косили занятия. Но косили не ради того, чтобы пивка дернуть или потусоваться, а чтобы освоиться в будущей профессии. Алексей Ребров — сторонник идеи интегрировать образование в деятельность.
— Я борюсь за эту идею еще со студенческой скамьи. Убежден: знания в университете лучше ложатся, если они применяются на практике.

Как утверждает Валерий Карезин, руководитель Службы занятости МГУ, более 70 процентов пятикурсников Московского университета имеют опыт работы от года и больше.

Руководство Высшей школы экономики ориентируется на зарубежный опыт, на западные стандарты обучения. В Гарварде, Сорбонне или Кембридже не принято пропускать занятия ради того, чтобы попробовать себя в будущей профессии. Там компании сами приходят в университеты и ищут таланты. А отыскав, всячески их поддерживают — стипендиями, грантами. К четвертому курсу студент твердо знает, как будет складываться его карьера. Российские же компании чаще понятия не имеют, что надо отслеживать перспективные кадры еще на студенческой скамье. Они как будто ожидают, что выпускник с первого же дня готов работать на высшем профессиональном уровне. Нередко мнение: молодые специалисты созданы для того чтобы вкалывать, как кони, на самой неблагодарной работе да к тому же были б благодарны за копеечную зарплату. Работника не повысят, пока тот не начнет выступать по этому поводу или пока не возникнет жесткая служебная необходимость.

ДЕНЬГИ ИЛИ ТВОРЧЕСТВО?

С чего начинается карьера? Первый ориентир — зарплата. Понятно почему: количеством рублей (или у.е.) проще оценить карьерный рост. К тому же выпускники престижных вузов — это, как правило, мальчики и девочки из состоятельных семей. И они воспитаны на том, что деньги — синоним жизненного успеха. «Штука» — таков нередко первый ориентир в зарплате. «Штука», естественно, не рублей. В Рязани ориентир тот же — тысяча, но уже в нашей валюте. Но у каждого своя цель. Двадцатишестилетний Леонид Т. окончил МГУ. Еще на третьем курсе устроился в мощную западную компанию. Показал себя перспективным, все тесты проходил с превосходными результатами. Сегодня занимает немалую должность, но планирует, что каждый год будет подниматься минимум на одну карьерную ступеньку. И все ради того, чтобы через четыре года заработать на квартиру — он точно высчитал. Готов ради этого на все. Он же из Липецка. Провинциал прорывается в столицу — и жизненная ситуация диктует ему стратегию поведения. Кроме материальных, возможны иные ценности. Встречаю знакомого. Поинтересовался, сколько тот получает. Отвечает:

— Ты лучше спроси, какова динамика?

— Ну и какова динамика?

— Получал тыщу четыреста баксов. Сейчас 800. И доволен.

Доволен потому, что теперь у него увлекательная творческая работа, а раньше — тупая, выматывающая, хотя и высокооплачиваемая. Так что не стоит сводить карьеру только к деньгам или только к творчеству — жизнь много богаче.

— Мне нравится ощущать себя профессионалом. И нравится, что в фирме ценят мой профессионализм, — рассказывает менеджер по закупкам крупной торговой компании Сергей Л. — Карьера — это драйв. Это наркотик. Это высшая степень самоуважения. Вот что такое карьера. Когда втягиваешься в эту гонку, то кажется, ничего важнее и интереснее в жизни нет. И я готов отдать работе 24 часа в сутки. Без карьеры — это все равно, что жизнь без любви.

Здесь искренность перемешана с пафосом, но чувства понятны. Но как бы Сергей, несмотря на кайф и гордость, не надорвался. А такие печальные финалы случаются.

Елена Т. работала администратором в огромной гостинице. В 24 года имела два высших образования. Английский и испанский в совершенстве, сносно владеет французским, изучала немецкий. Красивая. Умная. Энергичная. Деловая. Карьерный рост давался ей естественно и легко. Зарплата — 15 тысяч рублей. В неделю. Окружение признало ее лидерские наклонности. Елена готова была отдаваться работе сутками. По 12, по 14 часов пропадала в отеле. Казалось, не знает, что такое усталость. А однажды ни с того ни с сего прямо в холле гостиницы упала без сознания. Месяц находилась в коме. Выписалась из больницы инвалидом.

КАРЬЕРА ДЛЯ СКРОМНЫХ

Устойчиво мнение: чтобы сделать карьеру, надо идти по головам других, презреть моральные нормы. Сотрудница торговой фирмы высказала мнение: «Карьерные прыжки делают только хамы, готовые шагать по чужим головам. А тихим и скромным работягам на роду написано протирать штаны без всякой надежды. Добросовестный сотрудник сидит, работает хорошо, повышения не просит, прибавки не клянчит... Я вот сижу на одном месте давно, и перспектив никаких. А жизнь проходит...»

На самом деле надуманная проблема, что карьеру можно сделать, только если наплюешь на мораль. По крайней мере для молодых. Скорее, это проблема тех, кто уже в возрасте: пересек определенную возрастную границу — почувствовал дыхание молодых в затылок и всеми мыслимыми и немыслимыми средствами цепляешься за власть...

Молодых амбициозных профессионалов тревожит совсем другое.

— Строить карьеру на костях других — это миф, — говорит Алексей Н., руководитель направления в серьезной западной компании. — Ради карьеры жертвуешь не моралью, а семейным счастьем, общением с друзьями. Если готов сверхурочно трудиться, если готов ездить в командировки, если готов забыть про выходные, и чтоб не болел — тогда тебя оценят и продвинут.

Драматически иногда складываются взаимоотношения старых кадров и молодых. Пример: компания купила нефтеперерабатывающий завод — обычное дело в наши времена. Обычно и то, что новые хозяева поставили на управление свою команду. Все, кому за 40, были непринужденно выдавлены. На их место поставлены энергичные молодые менеджеры. Умницы. У каждого диплом знаменитого вуза плюс курс в бизнес-школе Америки или Британии. Для них нет тайн в маркетинге и логистике.

Но не сумела команда молодых менеджеров выстроить эффективное управление. Из месяца в месяц спад производства, аварии. Это же российское предприятие, на нем сохранился советский стиль управления, а он подразумевает патриархальные, почти семейные отношения. Не логистика, а связи играют решающую роль. Не действуют на нем западные стандарты управления. К тому же новая команда применяла вахтовый метод управления: прилетали ребята из Москвы, каждому — персональный шофер, телохранитель. Их воспринимали на заводе как чужаков, как оккупантов. Не говоря уж о зарплате — у приезжих она выше в разы. Местные молодые тоже не получили ходу — не свои. Если сравнить с советскими временами, то сейчас карьеру строить легче. Нет обязательной комсомольской или партийной принадлежности.— Моего папу не утверждали главврачом больницы, потому что он был беспартийный, — делится Ольга Л. — Хотя то, что он как профессионал на голову выше других, никто не отрицал. Нам проще делать карьеру, чем родителям, — не давит идеологический пресс. Но, с другой стороны, раньше на идеологию можно было многое списать: и то, что карьера не удалась, и то, что денег не дают заработать... А сейчас все пути открыты — дерзай! А тем, кто не способен, но мнит себя непризнанным талантом, тяжело — нет возможности скулить и жаловаться на систему.

О ЧЕМ МЕЧТАЮТ МОЛОДЫЕ МОСКВИЧИ?

По данным соцопроса, обнародованного правительством Москвы, четверть молодых главным жизненным приоритетом считают материальный достаток. В тройку приоритетов также вошли карьера и семейный уют. Опрос проводился среди молодых людей в возрасте от 16 до 30 лет. Многолетние социсследования подтверждают последовательность молодежных предпочтений: сначала образование, затем работа и только потом семья

ДЕВУШКА, КАРЬЕРА, ОФИСНАЯ Ж.

Татьяна Л. согласна рыть землю зубами, чтобы стать начальником отдела. Но, с другой стороны, что ей еще остается: одинока, потому, кроме работы, и стремления делать карьеру, ей и заняться больше нечем. В свободное время отдается бисеру. Говорит, нервы успокаивает. В прошлом году стала брать уроки игры на гитаре — это поможет занять должность, на корпоративной вечеринке возьмет она в руки гитару, споет — лишний плюс, чтобы обратить на себя внимание руководства... Женщина, выстраивающая систему жизненных ценностей, целеустремленна. Если уж на первом месте — карьера, то в ущерб идут семья, подруги, бойфренд. Перед девушкой выбор элементарный: или карьера, или семья. Сочетается иногда и то, и другое, но редко. Если мужчине в личной жизни карьера помогает, то женщине чаще всего мешает. А если она красива, то мешает вдвойне.

Вот данные Центра молодежных женских инициатив: доля девушек в возрасте до 24 лет, собирающихся замуж, за последние десять лет уменьшилась на треть. Причина — они хотят прежде всего быть успешными в работе, а уж потом в семейной жизни. Они стали больше интересоваться карьерой и независимостью. Девушки все чаще стараются получить два высших образования, знать два-три иностранных языка, ищут престижную и хорошо оплачиваемую работу. Сегодня единицы выскакивают замуж до 20 лет. Рождение ребенка откладывают к 30 годам. Девушки высиживают карьеру. В России зафиксированы случаи известного в цивилизованном мире заболевания — офисная ж... В США 90 процентов женщин из-за сидячей, часто сверхурочной работы приобретают этот недуг. Российским офисным богиням до таких цифр далеко, но это дело времени.

Наталья Зуева, аспирантка из Воронежа, свидетельствует: «Опрос среди студенток относительно перспектив профессиональной карьеры выявил закономерность: чем моложе девушки, тем более склонны стать домашней хозяйкой. Но, правда, при условии, что муж будет иметь высокий доход. У студенток старших курсов отношение к той же перспективе скептическое. Девушки, обучающиеся на перспективных специальностях, практически все сориентированы на карьеру».

Исследование, проведенное Александрой Меньщиковой среди студенток Уральского университета, выявило, однако, прямо противоположную картину: на младших курсах девушки ориентированы на карьеру, мечтают стать бизнес-леди. А становясь старше, все больше думают, как совместить семью и работу. Исследовательница делает вывод: так происходит потому, что, сталкиваясь с реалиями жизни, они начинают понимать, как непросто женщине сделать карьеру, и не хотят пробивать головой стену, зная, что предпочтение при всех равных условиях все равно будет отдано мужчине.

ПИК КАРЬЕРЫ — СВОЕ ДЕЛО

Молодые мечтают попасть в иностранную компанию. Это естественно в российских условиях. Причина первая: там платят больше. Причина вторая: ясность в карьере. Третье: весомость социального положения. Приятно представляться: «Я работаю в...» — и далее следует название крутой компании, реклама которой не сходит с телеэкрана.

Западные компании формируют не только условия для карьеры, но и свои жизненные ценности, приоритеты. Попав в такой монстр, через какое-то время понимаешь: все здесь разложено по полочкам, судьба каждого расписана на годы вперед. Трудовая этика сводится к офисному рабству, офисной каторге. Руководители прекрасно знают, что честолюбивые молодые люди готовы работать до изнеможения в обмен на шанс встать в административной иерархии повыше, получать больше. Не всех молодых это устраивает, они уходят. Уходят не потому, что не выдерживают потогонной системы, просто обнаруживают, что мало возможности проявить индивидуальное творчество, а менеджеры-иностранцы, занимающие ключевые должности, — высокомерные, слишком много о себе понимающие люди. Да, гарантировано продвижение по службе, правило — на любой должности находишься не больше определенного количества времени. Но и другое правило: если не способен расти дальше — уходи, жаждущих занять твое место — толпа. Но не только это отпугивает молодых карьеристов от западных компаний. Вот монолог успешного менеджера:-- Нас в компании все время пытались сплотить, создать как бы семью. Но вот именно — как бы. Потому что настоящая семья — это теплые чувства. А они не возникают. Все насильно. Вокруг приятные люди, но теплоты нет. И в то же время отдаляешься от своей семьи. Есть профессиональный успех, но разрушается личная жизнь, сужается сфера личного общения. У нас нет друзей вне работы, нет дружеского внерабочего общения. Для сплочения коллектива часто организуются корпоративные вечеринки, корпоративные пикники, но на них мы продолжали обсуждать все, что связано с работой. Но обиднее другое. Дело, которым я занимался, действительно интересное, даже захватывающее. Но я чувствовал себя прямо по Марксу: меня эксплуатируют. На полную катушку. В компании нерушимая иерархическая система: чем ниже званием, тем больше работаешь и меньше получаешь. Выдержал годик — получаешь повышение. А в придачу — нервное расстройство, семейные проблемы и хроническую головную боль. Позже я понял, почему при поступлении мне предложили тест на стрессоустойчивость. Отсеиваются вовсе не те, кто хуже, а те, у кого развит инстинкт самосохранения. В какой-то момент я почувствовал, что деградирую как личность. Это забавный парадокс: как профессионал я стал много сильнее, а как личность стал размываться...

Он ушел из компании. Бросил солидную должность и высокую оплату. Вместе с друзьями еще по институту организовал свое дело. Отдельная история, что им пришлось пережить, пока стали на ноги, как их терзала лютая бюрократия, какие махровые взяточники поджидали почти в каждом кабинете, как ускользали от рэкетиров... Но они счастливы. Потеряли в доходах, но выиграли в интересе. Карьера стала развиваться совсем по иным принципам. Пик карьеры — это собственный бизнес, свое дело.

ТРЕБУЮТСЯ КАРЬЕРИСТЫ

Практически все юные хотят сделать карьеру. Но не каждому это дано. Психологи утверждают, что только 15 процентов людей — карьеристы по натуре, настроены на лидерство. Что же делать остальным? Да ничего. Просто работать и зарабатывать на жизнь. Рынок — это прежде всего конкуренция. Карьера — это конкуренция в профессиональных отношениях и вообще в сфере управления. В человеке ценят умение анализировать, мозги, расчетливость, образование, квалификацию.

В 60 — 70-х годах на Западе бушевала менеджерская революция. Тогда к менеджерам перешла власть во многих сферах: в экономике, политике, культуре. У России это впереди — власть будет переходить к профессионалам управления. И это перекликается с той проблемой, которая сейчас стоит перед страной, — отсутствие хороших менеджеров. Денежные средства есть, есть ресурсы, есть квалифицированная рабочая сила — нет менеджеров, которые смогли бы соединить все это вместе. А чтоб появились такие менеджеры, должно быть больше карьеристов.

Николай АНДРЕЕВ

В материале использованы фотографии: GETTY IMAGES/FOTOBANK