Направления преобразования права в условиях трансрежимных переходов

Вопросы международного права и сравнительного правоведения

УДК 321.7

НАПРАВЛЕНИЯ ПРЕОБРАЗОВАНИЯ ПРАВА В УСЛОВИЯХ ТРАНСРЕЖИМНЫХ ПЕРЕХОДОВ

© Тирских М. Г., 2012

Статья посвящена изучению правовой составляющей процессов преобразования политических режимов. В рамках исследования проводится комплексный анализ направлений преобразования права в условиях демократизации и авторитаризации политического режима. Делается оценка возможности существования различных моделей изменения права.

Ключевые слова: политический режим; право; демократизация; авторитаризация; реформа законодательства.

Развитие политических процессов, связанных с изменением системы методов, средств, способов и приемов политического управления государством (политического режима), в абсолютном большинстве случаев сопровождается изменениями в праве данного государства.

Такое изменение очевидно и продиктовано хотя бы тем, что право выступает в качестве средства, при помощи которого властные распоряжения властвующих субъектов в системе политического управления направляются подвластным.

Если же заметить, что при этом право само является одним из средств осуществления политической власти, а также одним из наиболее важных носителей политической (государственной) идеологии, то изменение права в случае смены политического режима становится практически неизбежным.

Современные трансрежимные переходы (преобразование одного вида политического режима в другой) отличаются значительным разнообразием моделей перехода. Однако в большинстве случаев преобразование сводится к двум диаметрально противоположным процессам: демократизации и авторитаризации политических режимов.

Под демократизацией в данном случае подразумевается процесс формирования в государстве демократических политических институтов и, как правило, построения демократического политического режима вместо авторитарного или даже тоталитарного.

Авторитаризация в таком случае есть процесс, обратный демократизации, связан-

ный с наращиванием концентрации власти одного политического субъекта и направленный на формирование авторитарного, а в исключительных случаях и тоталитарного, политического режима.

Очевидно, что преобразование права в данных транзитивных процессах будет иметь различную направленность, связанную в первую очередь с удовлетворением первоочередных задач нового политического режима. Хотя справедливости ради нужно заметить, что некоторые из преобразований права будут носить и в процессе демократического транзита, и при формировании авторитарного политического режима одинаковый характер. Так, обязательным элементом трансформации, на наш взгляд, будет его идеологическое преобразование. Право в рамках любого политического режима имеет идеологический аспект. В праве содержатся отдельные принципы политического управления обществом, декларативные нормы резюмируемого политического устройства общества и т. д. В таком случае замена одних идеологических постулатов в праве другими будет сопровождать смену политического режима в любом случае.

Между тем очевидность наличия преобразования права в случае трансформации политического режима, отмечаемая большинством исследователей, не дает ответа о направленности данного преобразования, а также о содержании тех изменений, которые должны произойти в праве в случае трансрежимных преобразований.

Невзирая на то, что каждый транзитивный переход является исключительным, во многом неповторимым событием, на наш взгляд, можно выделить факторы, влияющие на степень изменения права в рамках данного процесса, а также определить основные модели такого преобразования. Кроме того, по нашему мнению, можно определить те аспекты права, которые будут подлежать изменению в случае преобразования политического режима.

К таким аспектам, мы считаем, можно отнести: элементы легализации формируемого политического режима, элемент правовой защиты в условиях формируемого политического режима, идеологический компонент права, структурно-организационный компонент правового оформления политического режима и, наконец, функциональный элемент, который, однако, подлежит преобразованию лишь в отдельной части, которая необходима для функционирования создаваемого политического режима. Рассмотрим данные аспекты подробнее.

Первым и основополагающим аспектом изменения права в условиях трансрежимных переходов является потребность в легализации собственно преобразования политического режима. В абсолютном большинстве случаев смена политического режима является процессом крайне болезненным. Данный процесс сопряжен если не с утратой определенных управленческих возможностей государства, то, по меньшей мере, с возникновением негативного фона. Общество не готово относиться к новой системе средств, методов и способов политического управления так же как к предыдущей, поскольку новая система еще не доказала свою действенность, эффективность. Более того, у отдельных категорий населения смена политического режима может вызвать, зачастую вполне оправданно, вопрос как об обоснованности преобразований, их полезности, так и попросту о законности таких действий. В частности, данный фактор часто проявлялся в тех случаях, когда смена политического режима осуществлялась вместе с изменением «политических декораций», будь то смена формы правления или прекращение функционирования основного политического инструмента управления (тоталитарной или авторитарной политической партии). В любом случае в условиях трансрежимного перехода «новая власть» нуждается в своей легализации. Такая легализация осуществляется, как правило, либо че-

рез принятие декларативных документов о законности преобразования политического режима, либо конституирующего акта, в котором такой декларативный аспект уже присутствует. При этом легализующим аспектом является обоснование законности и оправданности принципов организации нового политического режима. Так, в рамках трансформации политического режима в период Великой французской буржуазной революции легализующим актом выступили Декларация прав человека и гражданина 1789 г. (ст. 2, 3, 6, 14, 15, 16) [1] и Конституция Французской республики 1793 г. (преамбула и ст. 25, 26, 28 и т. д.) [2], которые фактически обосновывали возможность и справедливость смены политического режима. Такие документы, принимаемые субъектом, формирующим новый политический режим, фактически приводят лишь к точечному изменению права, однако закладывают принципы, способствующие существенному преобразованию права в будущем.

Вторым аспектом изменения права в условиях преобразования политически режимов можно считать элемент правовой защиты. Де-факто трансформация политического режима является процессом, коренным образом влияющим на совокупность социальных, политических и иных отношений. Учитывая, что формируемый политический режим может быть (а в большинстве случаев и будет) негативно воспринят отдельными слоями населения, элитами, сообществами, можно предположить, что значимым (и, на наш взгляд, обязательным) аспектом преобразования права будет являться правовая защита создаваемого политического режима. Данная правовая защита может иметь различные формы, начиная с установления запрета на деятельность отдельных политических организаций, связанных с функционированием ранее существовавшего политического режима (запрет НСДАП и СС в Германии в 1945 г. [3]), и внедрения механизмов (люстрации), ограничивающих доступ к государственным должностям лицам, осуществлявшим государственную деятельность в органах государственной власти в период функционирования прежнего политического режима, либо бывших членами запрещенных политических партий или организаций (так, например, в Чехии в 1991 г. был принят «Закон о незаконности коммунистического режима», в соответствии с которым «Коммунистическая партия Чехословакии, ее ру-

ководство и члены несут ответственность за методы осуществления власти в период 1948—1989 гг., а именно за программное уничтожение традиционных ценностей европейской цивилизации, за сознательное нарушение прав и свобод человека, за моральный и экономический спад, который сопровождался судебными преступлениями и террором против носителей других взглядов, за подмену существовавшей экономики директивным управлением, уничтожение традиционного права на собственность, злоупотребление воспитанием, образованием, наукой и культурой ради политических и идеологических целей, безжалостное уничтожение природы» [4]). В некоторых случаях в качестве защитной меры используется криминализация деяний, направленных против формируемого режима (примером данной формы защиты может быть широко известное Постановление Совнаркома РСФСР от 23 февраля 1918 г. «Социалистическое Отечество в опасности», предусматривавшее применение репрессивных мер против лиц, противодействовавших установлению новой власти [5]).

В данном случае выбор формы правовой защиты во многом определяется той обстановкой, в которой формируется новый политический режим, а значит и потребностью в более мягких, или наоборот, более жестких механизмах защиты.

Третьим аспектом можно назвать идеологический компонент права. В рамках преобразования права данный компонент представлен, пожалуй, наиболее широко. Он предусматривает одновременно два процесса, протекающих параллельно с формированием нового политического режима: декларирование принципов и идеологических постулатов нового политического режима и формирование институтов, обосновывающих идеологический приоритет вновь создаваемого политического режима. В первом случае речь идет об использовании в рамках нормативных правовых актов специфических терминов, появление нормативных актов — воззваний (см. ранее названный Декрет «Социалистическое отечество в опасности»), преамбул к нормативным правовым актам, содержащим указание на определенный характер политического управления в условиях вновь созданного политического режима. Во втором случае устанавливаются специальные идеологические механизмы формирования позитивного образа вновь созданного режима либо

критики прежнего политического режима (в таком случае в законодательстве появляются нормы об увековечивании памяти жертв политических репрессий, об объявлении отдельных дней государственными праздниками, о присвоении отдельным объектам имен выдающихся деятелей и т. д.). Следует отметить, что идеологическое преобразование законодательства свойственно любому транзитивному переходу. Несмотря на то, что в конституциях большинства демократических государств содержится утверждение о том, что для таких государств характерен идеологический плюрализм, данный плюрализм распространяется лишь на установление многопартийности политической системы и свободы выбора политической идеологии, имеющей, однако, существенные ограничения. Однако это не означает, что законодательство таких государств лишено идеологического содержания. Принципы демократизма, идеи приоритета народовластия и т. д. имеют, по сути, идеологический характер и активно встраиваются в действующие нормативные правовые акты.

Еще одним аспектом преобразования права является изменение структурно-организационного компонента правового оформления политического режима. В данном случае мы имеем в виду то, что формирование нового политического режима зачастую сопровождается созданием специфического государственного механизма. Поскольку система органов государственной власти, их компетенция, порядок формирования и т. д. зависят от особенностей методов, средств и способов политического управления обществом, мы можем констатировать обязательность формирования в праве в условиях трансформации политического режима новых механизмов организации государственной власти. В частности, в рамках процессов демократизации речь шла о формировании высшего представительного органа государства (парламента) и введения всеобщего избирательного права. В условиях формирования тоталитарного режима устанавливаются новые конструкции власти, основанные на принципах партийности и идеологическом соответствии постулатам тоталитарной партии. Так, в национал-социалистической Германии отдельным партийным организациям (СС, СД) был придан государственный статус, в РСФСР в 1917—1918 гг. была создана система советов и исполнительных комитетов и т. д. Полагаем, что такое изменение является естествен-

ным, поскольку без оформления системы политического управления вряд ли вообще возможно осуществление последовательной трансформации политического режима.

Наконец, в качестве аспекта преобразования права может выступать функциональный элемент, связанный с осуществлением конкретных направлений, ради чего, собственно, и проводилось преобразование политического режима. В качестве таких функциональных блоков в каждом конкретном случае транзитивных переходов выступают свои специфические аспекты. Наиболее распространенными вне зависимости от характера транзитивного перехода являются установления в области фиксации принципов организации политической системы общества — внедрения механизмов многопартийности или однопартийности политической системы. В случае формирования тоталитарного политического режима такие функциональные аспекты правового преобразования могут отражать существенные, продиктованные политической идеологией преобразования. К их числу можно отнести ряд декретов советской власти 1917—1918 гг., устанавливающих приоритет государственной и коллективной собственности, национализацию собственности отдельных социальных групп и т. д., принципы социалистической системы. В национал-социалистической Германии — Нюрнбергские (расовые) законы. Однако осуществление таких функциональных преобразований в праве имеет существенную сложность, поскольку требует одновременно и высокой степени подготовленности управленческого аппарата, достижения определенной степени согласия социума на данное преобразование. Между тем такие изменения в праве следует считать обязательными и свойственными любому транзитивному переходу.

На наш взгляд, различие направленности преобразования права, существующее в процессе трансформации политических режимов, продиктовано действием комплекса факторов. Основными факторами, определяющими преобразование права в условиях трансрежимных переходов, являются, по нашему мнению:

1) характер права в предыдущий период (например, в случае, если в праве данного государства особое значение имел правовой обычай, смена политического режима не сможет существенным образом повлиять на право данного государства в силу опривы-чивания образца социального поведения и

фактической неподконтрольности его государству);

2) уровень развития социальных (профсоюзы, общественные движения и т. д.) и политических (политические партии, парламентские структуры) институтов в стране (в случае высокого уровня развития социальных и политических институтов, позитивное право, в создании которого принимали участие данные институты, может быть сохранено практически в неизменном виде);

3) развитие социальных, экономических и политических общественных отношений, которое не позволяет в краткосрочной перспективе осуществить их замену иными нормами, несмотря на преобразование политического режима (так, например, сложившаяся система экономических отношений на территории Германии не позволила при формировании тоталитарного национал-социалистического режима серьезным образом скорректировать существующие политические и экономические отношения: продолжил действовать парламент Германии, сохранилась сравнительная автономия систем политического управления отдельными землями, не было осуществлено огосударствление экономики);

4) наличие ярко выраженной внешней реакции на трансформацию политического режима (в случае, если трансформация политического режима находится в поле зрения иных государств, изменения права данного государства, как правило, протекают более длительное время и не сопровождаются резкими изменениями);

5) степень трансформации политического режима (как правило, в случае трансрежимных переходов между сравнительно близкими политическими режимами. Например, между либеральным и авторитарным режимами нет потребности в существенной деформации права, в то же время восстановление демократии после автократического правления или установление тоталитарного политического режима потребует значительно большего объема правовых преобразований).

Полагаем, что с учетом действующих факторов в рамках процессов демократизации и авторитаризации политического режима могут существовать различные модели правовых преобразований. Отличаются они, главным образом, интенсивностью правовых преобразований и содержанием тех аспектов преобразования, которые мы

уже называли в качестве общих для всех трансрежимных переходов.

Процесс демократизации, по сути, может предполагать две основные модели преобразования права.

Первой следует назвать модель постепенного перехода, когда право, существовавшее при прежнем режиме (допустим, легкой формы авторитаризма), не имеет принципиальных противоречий с принципами нового режима. В таком случае изменение права будет носить медленный, но долгосрочный характер и займет, по меньшей мере, 15—20 лет. В качестве примера следует привести страны СНГ, изменение законодательства которых после прекращения существования СССР потребовало два десятилетия (и завершено оно далеко не повсеместно) и предполагало долгосрочное использование советского законодательства до момента его постепенной замены законодательством вновь созданных государств.

Принципиально иной характер имеет ситуация, когда речь идет о переходе от тоталитарного режима к демократическому. В таком случае можно говорить о модели резкой смены правовой парадигмы. Так, например, в 1945 г., после крушения национал-социалистической Германии, в рамках процессов денацификации произошел отказ от значительных массивов прежнего законодательства (новый основной закон, акты о формировании государственного аппарата, отмена Нюрнбергских законов и т. д.). В таком случае резкие изменения в праве продиктованы требованием предотвращения реставрации прежнего режима и охраны создаваемой системы методов политического управления от правовых рудиментов прежнего режима.

Важно отметить, что такие же тенденции прослеживаются и в случае обратного процесса — авторитаризации политических режимов. В большинстве случаев при смене демократического режима легкой формой автократии право подвергается лишь косметическим изменениям, а преобразования растягиваются на несколько лет. В ряде случаев для установления авторитарного режима нет необходимости в изменении законодательства как такового (более того, такие преобразования могли бы усложнить процесс транзитивного перехода), однако существует необходимость использования тех или иных уже существующих правовых норм, например, устанавливающих в стране военное или чрезвычайное положение. В та-

ком случае преобразование права произойдет, но позднее и лишь в случае, если есть потребность в длительном функционировании авторитарного режима.

Противоположным, как правило, является процесс преобразования права при формировании тоталитарного политического режима. В таком случае право может подвергнуться резкому (а зачастую и необдуманному) преобразованию. Так, после Октября 1917 г. произошел частичный отказ от использования законодательства Российской империи, был введен в правовой обиход новый вид источников права — революционное правосознание и т. д. Такие кардинальные, быстрые преобразования были вызваны, главным образом, идеологическими противоречиями между имперским законодательством и принципами построения советского государства.

Таким образом, анализ развития права в условиях транзитивных переходов позволяет констатировать факт наличия зависимости между данными процессами. При этом содержание преобразования права в условиях авторитаризации или демократизации политического режима может протекать в рамках нескольких моделей, использование которых целиком зависит от наличия отдельных факторов. И

1. Французская Республика: Конституция и законодательные акты. М., 1989. С. 26—29.

2. Документы истории Великой французской революции. Т. 1 / под ред. А. В. Адо. М. : Изд-во Моск. ун-та, 1990. С. 216-227.

3. Закон союзнического Контрольного совета в Германии № 2 от 10 октября 1945 г. См.: Foreign Relations of the United States 1944. Vol. 1. P. 141-144.

4. См.: Нисневич Ю. А. Обратный отсчет // Полис. 2011. № 1. С. 166.

5. Социалистическое Отечество в опасности : декрет от 23 февр. 1918 г. (цит. по: Декреты Советской власти. Т. 1. М. : Госполитиздат, 1957).

Directions Conversion Law in Political Regime Transitions

© Tirskich М., 2012

The article is devoted to the study of the legal component of the transformation processes of political regimes. Conducted a comprehensive analysis of the transformation of law in areas of democratization and the formation of an authoritarian political regime. Assessment is possible existence of different models of change in law.

Key words: political regime; law; democratization; legal reform.