Чем полезен кризис для российского бизнес-образования?

Сергей Филонович,

декан Высшей школы менеджмента ГУ ВШЭ:

— Кризис хорош тем, что заставляет нас задуматься о том, что мы должны преподавать некоторые вещи, связанные с менеджментом в условиях кризиса. В условиях роста мы уделяли внимание развитию и росту компаний, теперь необходимо учить людей, как вести себя в форс-мажорных обстоятельствах. Требуется смена акцентов как в организационном поведении, так и в поведении конкретных людей, потому что сейчас одна из сложностей, с которой столкнулись российские бизнес-школы, как раз состоит в том, что люди не готовы принимать решения, связанные с приходом на длительные программы обучения. В условиях неопределенности они просто не умеют принимать решения.

Сергей Мордовин,

ректор ИМИСП:

— Во-первых, как и в других отраслях, я надеюсь, произойдет естественный отбор: не выживут в кризисе слабые академические программы и школы бизнеса, если только их в очередной раз бездумно не поддержит государство, предложив поучаствовать за деньги налогоплательщиков в очередном «нацпроекте». Во-вторых, тем, кто останется в бизнесе, придется учесть уроки кризиса, пересмотрев, порой кардинально, содержание своих учебных программ. Ну и в-третьих, у серьезно работающих школ бизнеса появляется уникальный шанс решить застарелую проблему качественного улучшения преподавательского состава. На рынке уже появились достойные преподаватели из академизированных школ, желающих поработать на развитие реального бизнеса и предлагающих свои услуги практически ориентированным бизнес-школам. Кроме того, появилось больше реальных менеджеров, предпочитающих поделиться своим богатым практическим опытом в рамках учебных программ.

Андрей Волков,

ректор московской школы управления «Сколково»:

— Для российского рынка бизнес-образования кризис полезен тем, что дает шанс пересмотреть программы. Ведь программы бизнес-образования идеологически сложились в США в 70-х годах и с тех пор серьезно не менялись. Этот стандарт из набора функциональных дисциплин, таких как маркетинг, финансы, аккаунтинг, стратегическое планирование и проч., очень серьезно критиковался последние пять лет. Ведущие институты — Yale, Berkeley, MIT — уже предприняли серьезные шаги и пересмотрели свои программы. Этого пока не произошло на российском рынке, и кризис дает возможность пересмотреть функциональные программы в пользу интегрированных. Кроме того, есть еще один момент, который на нашем рынке мало проявляется, а в мировом масштабе очевиден. Мы наблюдаем растущие предложения труда на эксклюзивном рынке преподавателей. В этом году все мировые школы закрыли вакансии на прием преподавателей, в чем мы усматриваем для себя большую выгоду. У нас есть возможность выбирать из лучших, которые стали чуть-чуть дешевле.

Владимир Морыженков,

научный руководитель программы Executive MBA LWB:

— Российское бизнес-образование, подобно дереву в период бурного роста, дало много пустоцветов. В этом мы сможем убедиться в недалеком будущем: менеджеры, получившиеся на этом этапе, еще продемонстрируют свою профессиональную безграмотность и нанесут ущерб экономике. На этапе роста только ленивый отказывается от выпуска востребованных рынком юристов и управленцев, и никто не занимается методологией образования, качеством дисциплин и междисциплинарным образованием. Управленцев нужно много, успевай только дипломы раздавать. Поэтому кризис — это время ревизии, конечно до тех пор, пока он не разразится радикально. И если наше образовательное сообщество озаботится проблемой качества бизнес-образования, загорится идеей проведения комплексного экзамена по квалификационным требованиям, предъявляемым к выпускникам бизнес-школ, тогда кризис — это благо.