А.И. Герцен в Ницце: переломный этап в идеологическом, политическом и личном измерениях

Егорова Е.Э.

Аспирантка факультета международных отношений, Санкт-Петербургский государственный университет.

А.И. Герцен в Ницце: переломный этап в идеологическом, политическом и личном измерениях

Александр Иванович Герцен - известная личность как для отечественных, так и для зарубежных исследователей и простых читателей. Большое количество научных статей и монографий посвящено его личности и идеологии; все основные труды писателя изданы на русском и многих иностранных языках. Биография Герцена детально изучена учеными и поделена ими на два основных периода - российский (детство, университет, ссылка) и эмигрантский (Франция, Швейцария, Великобритания). Отдельно стоит отметить фундаментальные труды В.С. Семенова [9], И.А. Желваковой [5] и А.И. Володина [1], давших развернутое представление об истории жизни русского революционера и эволюции его взглядов на будущее России. Однако среди большого количества аналитического материала, написанного об этом знаменитом мыслителе, непростительно мало внимания уделено периоду его проживания в Ницце. А ведь именно в этом небольшом средиземноморском городе, который на момент пребывания там Герцена входил в состав Сардинского Королевства, произошли события и были приняты решения, определившие дальнейший вектор жизненного пути писателя.

Итак, цель данной статьи заключается в исследовании Ниццко-го этапа эмиграции А.И. Герцена и демонстрации значимости произошедших в рассматриваемый период событий для дальнейшего жизненного пути писателя. Основными методами, позволившими провести данное исследование, стали общенаучные методы анализа и синтеза информации, а также специально-исторический метод ретроспективного анализа. Основными источниками, позволившими раскрыть поставленную задачу, стали труды самого А.И. Герцена: его письма, произведения мемуарного и публицистического характера. Отдельно необходимо отметить значимость для исследования таких произведений, как «Былое и думы» и «Письма из Франции и Италии», так как они содержат большое количество фактической ин-

формации, позволяющей установить специфику общественно-политического климата в Европе того периода, а также проследить хронологию и особенности личной жизни автора.

Впервые А.И. Герцен оказывается в Ницце в 1847 году проездом из Парижа в Рим. Упоминание этого факта и описание самой Ниццы (с точки зрения ее значимости в политическом и социокультурном измерении и привлекательности для иностранных путешественников) содержится в пятом письме цикла статей-впечатлений писателя - «Письма из Франции и Италии». Итак, в декабре 1847 года, уже будучи в Риме, Герцен вспоминает: «Об Ницце говорить нечего, все хорошо вне ее, т.е. в ее окрестностях. Ницца даже вовсе не итальянский город, а скорее провинциальный французский. Ницца живет и процветает больными, туристами. <...> Словом, для того чтоб жить в Ницце, надобно иссушить свое тело излишним воздержанием или излишней невоздержностью.» [2, с. 75]. Герцен подчеркивает крайнюю скудность в наличии достойных политических газет в Ницце, что было для него особенно противоестественно после пребывания в Париже. Более того, Александр Иванович прямо заявляет о том, что этот провинциальный город не представляет собой никакого интереса ни с политической, ни с научной, ни с культурной точки зрения. Таким образом, писатель делает вывод, что Ницца представляет собой малопривлекательный город для людей деятельных и думающих и отвечает запросам лишь тех людей, кто отличается слабым здоровьем или невысокой нравственностью (что было характерно, по его мнению, для английских путешественников, которые и составляли большую часть подвижного населения города в тот период). По вышеуказанной причине Герцен не рассматривал этот небольшой средиземноморский городок для длительного пребывания и стремился скорее оказаться в Риме, где надеялся оказаться среди живого и энергичного общества, преисполненного национально-освободительными идеями.

Однако даже это беглое и непродолжительное знакомство с Ниццей позволило А.И. Герцену по-новому взглянуть на будущее России и начать процесс значительной трансформации своей идеологии. Импульсом к такому изменению стала поездка по окрестностям Ниццы, во время которой мыслитель четко обозначил для себя разницу в положении русских и европейских крестьян. Несмотря на внешнюю привлекательность «западной» сельской местности («От Эстреля до Ниццы - не дорога, а аллея в роскошном парке.» [2, с. 74]), Герцен подчеркивает, что славянскому человеку чужды повсеместные высо-

кие каменные ограды, разделяющие соседние сады и огороды, ярко

демонстрирующие исключительное право того или иного владельца на свою собственность. Писатель заключает: «Русского села в Европе нет. Смысл деревенской коммуны в Европе - только полицейский; что общего между этими разбросанными домами, огороживающими-ся друг от друга? <...> Да здравствует, господа, русское село - будущность его велика» [2, с. 74]. Таким образом, именно с этого момента у Герцена намечается явный поворот в сторону славянофильства, а в его произведениях начинает особенно отчетливо звучать идея о самобытности России и исключительности пути русского народа, для которого слепое копирование западноевропейских тенденций и общественно-политических форм жизни противоестественно.

Во второй раз А.И. Герцен оказывается в Ницце в июле 1850 года, полностью изменив свое отношение к этому городу. Писатель объясняет эту перемену своим разочарованием в европейском революционном движении и резком усилении реакции во Франции и Италии. «N01 1о Ье - решила судьба. Революция была побеждена», - подводит итог Герцен. Воспитанный на идеях Великой французской революции и возлагавший большие надежды на европейские государства в вопросе совершенствования существующего миропорядка, русский мыслитель теперь желает лишь уединения и максимального отстранения от главных политических центров Европы; Ницца видится писателю самым подходящим вариантом. В этом контексте Герцен пишет: «Наконец я опять в Ницце <...> Два года с половиной тому назад я едва обратил внимание на нее. Тогда я еще искал людей, большие центры движения <...> я рвался в Рим. А теперь я прихожу в Ниццу с потупленной головой «голубя-путешественника», прося одного покоя в ее безмятежной пустоте» [2, с. 190]. Отныне этот средиземноморский город, где на пороге своего дома Герцен начертил пентаграмм, становится для мыслителя символом душевного отдыха и местом, защищающим от общественных и политических невзгод.

Практически ровно через год - 1 июня 1851 года - в Ницце появляется тринадцатое письмо из цикла «Письма из Франции и Италии». Несмотря на то, что большая часть письма посвящена анализу актуального состояния революционного движения в Европе и России, первые его абзацы носят исключительно личный характер и описывают семейную драму Герцена, развернувшуюся в Ницце. Писатель подводит своеобразный итог периода 1850-1851 гг.:

«Напрасно радовался я моему тихому удаленью, напрасно чертил _

я пентаграмм, я не нашел желанного мира, ни покойной гавани. Пентаграммы защищают от нечистых духов; от нечистых людей не спасет никакой многоугольник - разве только квадрат селюлярной тюрьмы» [2, с. 201]. Под «нечистыми людьми» Александр Иванович подразумевает, прежде всего, немецкого поэта Георга Гервега и его жену Эмму, с которыми семья Герценов сблизилась еще в Париже на фоне краха революционного движения 1848 года. Неудачи на общественном поприще демократически настроенного Гервега, призывавшего у себя на родине к объединению Германии и установлению республики, растрогали сердце супруги Герцена Натальи Александровны. Ее сочувствие, а также дружеское расположение самого Герцена привели к созданию своеобразной коммуны двух семей и их совместному проживанию в Ницце. Подобный социальный эксперимент закончился установлением интимной связи между супругой Герцена и Гервегом, громким скандалом после обнародования немецким поэтом этого факта, тяжелой болезнью Натальи Александровны и ее смертью после преждевременных родов 2 мая 1852 года [9, с. 179-212]. В период пребывания четы Герценов в Ницце случается еще одна трагедия - 16 ноября 1851 года в кораблекрушении у Йер-ских островов погибают мать Герцена Луиза Гааг и его сын Николай. Этот драматичный этап жизни Герцена станет основой создания автобиографической хроники Герцена «Былое и думы», на страницах которой не только описаны детали личной жизни русского мыслителя-революционера, но и дана обширная характеристика российского и европейского общества середины XIX века.

Произошедший в Ницце крах семейной жизни А.И. Герцена укоренил в сознании писателя мысль о непреодолимом эгоизме и коварстве «западного человека», не способного стать примером для человека славянского. Отныне все надежды Герцена основаны исключительно на вере в самобытную русскую общину, которая «спасла русский народ от монгольского варварства и от императорской цивилизации, от выкрашенных по-европейски помещиков и от немецкой бюрократии» [4, с. 318] и в будущем сможет стать двигателем революционного движения. При этом, признав и проанализировав поражение революции 1848-1849 гг. в ряде европейских стран, Герцен высказывает мысль о глобальном характере грядущего народного восстания, которое будет иметь ярко-выраженный коммунистический вектор [2, с. 205, 211]. Подобная трансформация, произошедшая в мировоззрении Герцена в Ницце, будет окончательно сформулирована в его философской концепции русского социализма (органично

сочетавшего в себе идеи западничества и славянофильства) во время его пребывания в Лондоне. А пока мыслитель активно работает над статьей «Русский народ и социализм», которая была впервые опубликована в Ницце в конце 1851 года.

Необходимо подчеркнуть, что именно в Ницце А.И. Герцен принял окончательное решение не возвращаться в Россию и посвятить себя революционной деятельности вне границ материнского государства. В пятой части «Былого и дум», «Париж - Италия - Париж (1847-1852)», Герцен вспоминает свою встречу с русским консулом в Ницце А.И. Гривом, которого он иронично назвал «официальной, германски-канцелярской фигурой второго порядка» [3, с. 156]. Добавим, что подобное саркастичное и резко критическое отношение к русской дипломатической миссии, государственным служащим и самому императору было характерно для эмигрантских произведений Герцена. Мыслитель утверждал, что российское правительство не имеет ничего общего с русской крестьянской общиной, а самодержавие, в своем стремлении включить Россию в пространство западной цивилизации, окончательно отреклось от своего народа. В Николае I Герцен видел лишь «жандарма вселенной, опору всех реакций, всех гонений» [4, с. 319], по приказу которого был наложен секвестр на имение Герцена в России, задержаны высланные ему из Москвы деньги, изъяты деловые бумаги, находившиеся в руках частных лиц. Поэтому на приказ императора о его немедленном возвращении в Россию, Герцен ответил решительным отказом. На призыв консула не отрезать себе все пути на Родину и предложение в качестве причины отказа от срочного возвращения указать сильную болезнь, Герцен парировал: «Это уж слишком старо, да и на что же без нужды говорить неправду <...> я не шучу этим шагом и вздорных причин писать не стану.» [3, с. 157]. В итоге, дело разрешилось тем, что Герцен объяснил причины своего решения в письме графу А.Ф. Орлову, которое и было передано русским консулом в Ницце канцлеру Российской Империи - К.В. Нессельроде. Параллельно Александр Иванович искал способы получения гражданства в Швейцарии, а в итоге 25 августа 1852 года оказался в Лондоне, где основал свою знаменитую «Вольную русскую типографию».

Однако связь А.И. Герцена с Ниццей на этом не закончилась; он посещал ее еще несколько раз (в 1865 и 1869 годах) и каждый раз подолгу размышлял над могилой своей супруги Натальи Александровны о разрушении своих общественно-политических надежд и крахе семейной жизни, которые настигли его в этом сре-

диземноморском городке. Именно здесь, на ниццком кладбище

Шато, Герцен завещал похоронить себя, что и произошло после его смерти в Париже 9 января 1870 года. Позднее могила русского мыслителя стала своеобразным местом «паломничества» для последующих поколений русских революционеров и философов (В.И. Ленина, Г.В. Плеханова и др.) [6, с. 57-59], а в самой Ницце было основано Общество имени А.И. Герцена, первое учредительное собрание которого состоялось 16 июля 1912 года. В Уставе Общества в качестве приоритетных задач обозначены «устройство и содержание библиотеки и читальни имени А.И. Герцена; устройство при них Герценского музея <...> устройство торжественных собраний, чтений и т.п. в ознаменование памяти А.И. Герцена» [8, с. 1]. Читальня-библиотека имени А.И. Герцена стала невероятно популярной среди представителей русского зарубежья, проживающих на французской Ривьере, чему во многом способствовал основополагающий принцип работы Общества - внепартийность. В состав фонда библиотеки входили книги и периодические издания различных политических направлений («С.-Петербургские Ведомости», «Киевская Мысль», «Парижский Вестник», «Знамя Труда», «Женское Дело» и др.), что позволяло общаться людям совершенно противоположных взглядов. А этот факт особенно символичен, поскольку А.И. Герцен признавал свободную мысль и открытую вольную речь самой большой ценностью человека.

Таким образом, пребывание в Ницце стало для писателя своеобразным переломным моментом, который способствовал значительной трансформации идеологии мыслителя. В этом городе соединились его разочарования от устройства общественно-политической жизни в Европе и драма личной жизни, в результате которых он окончательно потерял веру в западного человека, но обратил внимание на неповторимый путь русского народа. Наиболее емко Ниццкий период Герцен охарактеризовал в «Былом и думах»: «Все рухнуло - общее и частное, европейская революция и домашний кров, свобода мира и личное счастье» [3, с.25]. Однако подойдя к такому рубежу, Герцен смог начать все заново и продолжить свою политическую деятельность в Лондоне, где его «открытая вольная речь», обращенная к русскому образованному обществу, достигла широчайшего масштаба.

Библиографический список

1. Володин А.И. Герцен. - М.: Мысль, 1970. 215 с. _

2. Герцен А.И. Собрание сочинений: В 30 т. / Т. 5: Письма из Франции и Италии. 1847-1852. - М.: Изд-во Акад. наук СССР, 1955. 512 с.

3. Герцен А.И. Собрание сочинений: В 30 т. / Т. 10: Былое и думы. 1852-1868. - М.: Изд-во Акад. наук СССР, 1956. 536 с.

4. Герцен А.И. Избранные труды. - М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2010. 774 с.

5. Желвакова И.А. Герцен. - М.: Молодая гвардия, 2010. 546 с.

6. Носик Б.М. Прогулки по Французской Ривьере. Сокровища и тайны Лазурного берега. - СПб.: Золотой век, 2002. 591 с.

7. Общество им. А.И. Герцена (Ницца). Краткий очерк возникновения и развития Общества имени А.И. Герцена в Ницце. Paris : impr. russe, 1914. 6 с.

8. Общество им. А.И. Герцена (Ницца). Устав общества имени А.И. Герцена в Ницце. Paris : impr. russe, [19]. 8 с.

9. Семенов В.С. Александр Герцен. - М.: Современник, 1989. 383 с.

References

1. Volodin A.I. Herzen. - M.: Mysl, 1970. 215 p.

2. Herzen A.I. Collected works: In 30 volumes / Volume 5: Letters from France and Italy. 1847-1852. - M.: Publishing house Acad. Sciences of the USSR, 1955. 512 p.

3. Herzen A.I. Collected works: In 30 volumes / Volume 10: Past and thoughts. 1852-1868. -M.: Publishing house Acad. Sciences of the USSR, 1956. 536 p.

4. Herzen A.I. Selected works. - M.: Russian Political Encyclopedia (ROSSPEN), 2010. 774 p.

5. Zhelvakova I.A. Herzen. - M.: Young Guard, 2010. 546 p.

6. Nosik B.M. Walks along the French Riviera. Treasures and secrets of the Cote d'Azur. -St. Petersburg: Golden Age, 2002. 591 p.

7. Society named after. A.I. Herzen (Nice). A brief outline of the emergence and development of the Society named after A.I. Herzen in Nice. Paris: impr. russe, 1914. 6 p.

8. Society named after. A.I. Herzen (Nice). Charter of the society named after A.I. Herzen in Nice. Paris: impr. russe, [19]. 8 p.

9. Semenov V.S. Alexander Herzen. - M.: Sovremennik, 1989. 383 p.