Золотой статер Асандра с магическим граффито и лабрис из жертвенника на античном поселении Цемдолинское

В статье публикуется статер боспорского царя Асандра (49/48-21/20), датированный 10-м годом его правления, найденный в 2013 г. при археологических раскопках античного поселения Цемдолинское 1», находящегося в пригороде Новороссийска. Монета-амулет с нацарапанным на ней магическим граффито в виде пентаграммы использована в качестве вотива вместе с железным лабрисом при жертвоприношении.

Ключевые слова: археология, Боспорское царство, Асандр, поселение Цемдолинское 1, золотой статер, граффити, лабрис, магия, религия

В 2013 г. при раскопках, проводившихся на памятнике «Археологический объект поселения Цемдолинское 1» сотрудниками отряда Восточно-Боспорской археологической экспедиции ИА РАН под руководством Д. А. Карпова, был найден золотой статер боспорского царя Асандра (49/48-21/20), датированный 10-м годом его правления (цв. вкл. 13, 1).

Л.с. Голова Асандра в диадеме вправо.

О. с. BA21AEQ2 A2ANAPOY; Ника с венком и пальмовой ветвью стоит на проре влево; слева в поле 1.

Вес — 7,8 г; диаметр — 20 мм.

В монете пробиты два отверстия для подвешивания. Одно, расположенное на удалении 1,8 мм от края, неаккуратное, коническое в профиле. Диаметр входного отверстия 2 мм, выходного — 1,5 мм. Второе отверстие — аккуратное, с ровными краями, цилиндрическое в профиле, смещено к середине монеты и отделено от первого перемычкой толщиной около 0,8 мм. Его диаметр — 2,4 мм. Оба отвер-

Абрамзон Михаил Григорьевич — доктор исторических наук, профессор, проректор по научной работе и международным связям Магнитогорского государственного университета. E-mail: history@ masu.ru.

Карпов Дмитрий Анатольевич — кандидат исторических наук, научный сотрудник отдела классической археологии ИА РАН, начальник отряда Восточно-Боспорской археологической экспедиции ИА РАН.

Сударев Николай Игоревич — кандидат исторических наук, научный сотрудник отдела классической археологии ИА РАН, начальник Восточно-Боспорской археологической экспедиции ИА РАН. E-mail: sudarev@list.ru.

^V>ropcK-HO*oC>

© 2013

М. Г. Абрамзон, Д. А. Карпов, Н. И. Сударев

ЗОЛОТОЙ СТАТЕР АСАНДРА С МАГИЧЕСКИМ ГРАФФИТО И ЛАБРИС ИЗ ЖЕРТВЕННИКА НА АНТИЧНОМ ПОСЕЛЕНИИ

ЦЕМДОЛИНСКОЕ 1

стия пробивались со стороны аверса. С обратной стороны монеты края отверстий гладко зашлифованы. Статер имеет следы потертости, по-видимому, вследствие ношения в качестве амулета-атропея. О другом формальном признаке амулета свидетельствует нацарапанное на аверсе справа от портрета царя граффито — пентаграмма и буква Л.

Надежно документированных находок статеров Асандра зарегистрировано немного. Среди них:

1. Три статера с годами АК, НК и ©К из клада, найденного в 1870 г. на косе Чушка (Фонталовский п-ов)1.

2. Статер из Фанагории, найденный в 1996 г.2

3. Статер с годом Н из раскопок городища Кара-Тобе в Северо-Западном Кры-

3

му .

4. Статер с годом I с поселения Цемдолинское 1.

Статер из Цемдолинского 1 относится к 10-му году правления Асандра. Ста-теры этого года хорошо известны специалистам с XIX века4. Н. А. Фролова и С. Айрлэнд зарегистрировали три экземпляра5, к которым теперь прибавился еще один.

1. 8,17 г. Берлин6. А-а

2. 8,15 г. Колл. Джэймсона7. А-а

3. 8,13 г. Аукцион Naville8. А-б

4. 7,8 г. Цемдолинское 1. А-в

Таким образом, находка из Цемдолинского 1 представляет четвертый известный нам экземпляр9: Все изданные статеры этого года связаны общим штемпелем л.с.; различаются два варианта штемпелей о.с.10. Публикуемый статер отчеканен новым штемпелем о. с.

В настоящей публикации мы не ставим целью обзор точек зрения по вопросу о начальной дате золотой чеканки Асандра с царским титулом11. Отметим только, что одни авторы полагают, что золотая чеканка Асандра с титулом царя начинается в 47/46 г. до н.э.12. Другие относят начало его царской чеканки к 46/45 г. до

1 Люценко 1880, л. 3; Абрамзон, Фролова 2007-2008, 291-294.

2 Tsetskhladze, Kuznetsov 1997, 24, fig. 12.

3 Внуков, Коваленко 2007, 24-25.

4 Кёне 1859, 163, pl. IX, 11; Sibirskij 1859, pl. IX, 54; Sallet 1886, 25; Das Königl. Münzkabinett 1877, 137, Nr. 469; Бертье-Делагард 1913, 105, № 21/1-2; Jameson 1924/Ш, pl. CXV, 2147; Naville XII (1926), 99, no. 1692; Анохин 1986, 147, № 239; Nawotka 1991-1992, 44, no. 10a, 10b; RPC I 1851; Фролова 1997/I, табл. Ia, 12-13; Frolova, Ireland 2002, 36, pl. XVIII, 12-13.

5 Фролова 1997/I, табл. Ia, 12-13; Frolova, Ireland 2002, 36, pl. XVIII, 12-13.

6 Münzkabinett, Staatliche Museen zu Berlin. Frolova, Ireland 2002, 36, pl. XVIII, 12. См также: http://bosporan-kingdom.com/232-4473/.

7 Jameson 1924/Ш, pl. CXV, 2147.

8 Naville XII (1926), 99, no. 1692; Frolova, Ireland 2002, 36, pl. XVIII, 13.

9 Известен также еще один экземпляр (.

10 См.: Фролова 1997/I, табл. Ia, 12-13;

11 О дискуссии см.: Фролова 1997/I, 18-23; Frolova, Ireland 2002, 6.

12 Анохин 1986, 78-79; Leschhorn 1993, 44-51.

н.э.13 или даже 45/44 г. до н.э.14. Отсюда, 10-й год правления Асандра может приходиться как на 41/40 г.15, так и на 40/39 г, или даже 39/38 г. до н.э.

Главный интерес представляет археологический контекст находки. Поселение Цемдолинское 1 располагается на левом берегу реки Цемес к северу от Цемесской рощи16 (территория современного поселка Цемдолина, ближайшего пригорода города Новороссийска). Оно вытянуто вдоль русла реки на 250 м. Первоначальная ширина данного комплекса достоверно не установлена, поскольку вся северная часть памятника уничтожена водосбросным каналом реки Цемес. Сохранившаяся территория поселения в ширину достигает 90 м. Общая площадь памятника составляет около 14500 м2. По предварительным данным, согласно материалам керамического комплекса, поселение может быть в целом датировано IV в. до н. э — I—II вв. н. э. Существовало ли поселение постоянно все это время или жизнь на нем прерывалась, не установлено. Основное количество находок датируется концом I в. до н. э. — рубежом I—II вв. н. э. Судя по составу керамики, представленной амфорным материалом, круговыми столовыми сосудам и лепной сероглиняной кухонной посудой, можно предположить смешанный характер населения поселения.

Характер поселения пока не определен. Однако были обнаружены остатки массивного каменного фундамента, окруженного развалом каменных стен. Ширина фундамента, сооруженного из массивных не обработанных плит мергеля, достигает 0,5 м. Он принадлежал квадратной постройке размерами около 12 х 12 м, которая предварительно рассматривается нами, как сторожевая башня римского времени. Все это позволяет предположить, что поселение, во всяком случае, на последнем этапе своего существования, могло представлять собой какой-то укрепленный пункт типа небольшой сторожевой крепости.

Причина прекращения жизни на поселение также пока не выяснена. Культурный слой памятника и остатки выявленных к настоящему времени построек носят следы пожара, перекрытого мозаичным слоем желто-серого суглинка, связываемого нами со следами селевого потока, который мог двигаться по руслу р. Старый Цемес. Но обитатели, вероятно, к тому времени уже покинули поселение, так как следов экстренной эвакуации или гибели населения нет.

Золотой статер Асандра был найден в северной части кв. Г-1 раскопа 1. Он находился в южной части заполнения ямы овальной формы размерами около 1,2 х 0,8 м, вытянутой по линии северо-северо-восток — юго-юго-запад, на глубине около 15 см от поверхности материка (-200 см от уровня условного нуля). Полная выборка заполнения ямы еще не проводилась, поэтому ее глубина и характер дна не известны к настоящему времени. По краям яма была нечасто обложена мелкими и небольшими кусками необработанного мергеля. В заполнении встречался мелкий древесный уголь, мелкие фрагменты кальцинированных костей, среди которых был встречен зуб МРС, а также фрагменты красноглинянных круговых сосудов и фрагмент серолощенного сосуда (вероятно, миски) на кольцевом поддоне. Кроме этого в заполнении ямы была найдена половина глазчатой бусины из

13 Фролова 1997/I, 167.

14 Frolova, Ireland 2002, 35.

15 Анохин 1986, 147, № 232.

16 Памятник природы в северо-восточной части города Новороссийска, вдоль устья реки Цемес.

стеклянной пасты. Она находилась вблизи западной стенки ямы в 60 см к северу от монеты и выше ее на 13 см (-187 см от уровня условного нуля).

Поблизости с монетой был найден железный топор-лабрис длинной 25 см (цв. вкл. 13, 2).

Особенности объекта, в котором были погребены золотая монета и лабрис, свидетельствуют о том, что мы имеем дело с жертвенником. Достаточно богатое приношение золотой монеты, превращенной в подвеску, и лабриса, несомненно, связано с магическими действиями при совершении обряда жертвоприношения. О сакральном характере подвески-апотропея, изготовленной из золотого статера Асандра, свидетельствует нацарапанное на нем магическое граффито в виде пентаграммы и буква Л. Отверстия в золотой монете также свидетельствуют о том, что она представляет собой амулет-апотропей, носимый владельцем на бечевке или пришитый к одежде.

Лабрисы в качестве вотивов применялись в Северном Причерноморье: так, например, в Ольвии изготавливалось множество свинцовых лабрисов, использовавшихся для вотивных приношений как в общественные, так и в домашние свя-тилища17

Магия составляла часть народной религии, а магические действия были направлены на защиту человека от воздействия враждебных внешних сил — болезни, стихии, агрессии. Наиболее распространенным видом магии являлась апотро-пеическая. На Боспоре она представлена, в частности, апотропеическими знаками и надписями на столовой посуде, но чаще филактериями на золотых и серебряных пластинках. Среди них имеются и рисуночные знаки, которые принято связывать с меньшей грамотностью провинциального населения. На керамических изделиях нередко встречаются рисуночные граффити с изображениями как пентаграммы, так и лабриса18.

Пентаграмма широко распространена в античном мире как оберегающий от всякого зла знак. Она часто встречается среди граффити на керамике, особенно амулетах, от Ближнего Востока до Иберии, в том числе и в Греции19. В греческом мире пентаграмма имеет важное значение, близко подходящее к греческому числовому мистицизму, и связанной с ним античной магией. Так, в пифагорейской философии пентаграмма символизирует женское, земное и мужское, небесное начала, что определяет её роль как символа союза небес и земли, мистической гармонии, а также микрокосма. Будучи сакральным символом телесно-духовной гармонии, пентаграмма также служит знаком здоровья и исцеления и связана, в частности, с Гигиейей. Наконец, пентаграмма связана также с культами Аполлона, Исиды, Афины, Немесиды и Афродиты и даже Коры-Персефоны.

Пентаграмма в качестве дифферента, а иногда и реверсного типа, нередко изображалась на греческих монетах (городов Италии20, Сицилии, Мисии, Карии, Троады и др.), причем чаще всего она ассоциируется с типами голов Зевса и Аполлона. Так, например, г. Питана (Мисия) чеканила тип Зевс/пентаграмма21. На Си-

17 Русяева 2010, 133.

18 Яйленко 2005, 465; Русяева 2010, 132, № 124; 263, табл. 47, 14, 14а.

19 Яйленко 2005, 466.

20 Пентаграммы: см., например: BMC 1, 59, no. 29 (Центральная Италия, унция);

21 BMC 15, 171-172, nos. 1-11, 15-17; SNG Aulock I 1429-1430.

цилии в чеканке мамертинов пентаграмма в качестве дифферента сопровождает на аверсе голову Зевса22, а на сиракузских медных монетах — голову Аполлона23. На реверсе монет г. Эреса (Троада) изображена голова Деметры или Аполлона (?), на реверсе — атрибуты этих божеств, соответственно, хлебный колос и пентагон c полумесяцем24.

Лабрис изображался в качестве типа аверса или реверса на монетах городов Карии: Алинды, Афродисиаса и Пларасы, Еврома, Миласы, Пиксодара25. При этом он ассоциируется с Зевсом: так, например, г. Евром в II—I вв. до н.э. чеканит медь типа Зевс/лабрис26. Иногда лабрис связан сразу и с Аполлоном и Зевсом: так, на аверсе монет Пиксодора помещеался Аполлон, а на реверсе — лабрис как атрибут Зевса Стратиоса или Лабраунда27. Двойной топор в качестве дифферента часто встречается на монетах Александра Великого и Филиппа III, в том числе и на тетрадрахмах и драхмах — рядом с фигурой Зевса, выпущенных в Тенедосе, Милете, Вавилоне28. Еще чаще на монетах этих царей фигурирует дифферент-пентаграмма (монетные дворы Македонии, Абидоса, Колофона, Вавилона, Азии, Востока)29. Дифферент в виде магического знака — пентаграммы, вписанной в круг, известен на александровских статерах, отчеканенных на Востоке30. Встречается пентаграмма и на серебре Лисимаха31.

Орнаментация расписной родосско-ионийской посуды VII-V вв. до н.э. включает, в частности, пентаграммы и другие знаки апотропеической солярной, хто-нической и прочей символики. Эти значки-обереги, пища и питье из украшенных ими сосудов, по верованиям греков, обретали чистоту и целительную силу32. В Северном Причерноморье пентаграмма фигурирует в числе скифских тамг, на амулетах из Березани33, сосудах с граффити магического назначения (например, из Ольвии34). Но, главным образом, изображение пентаграммы связывается с астральной магией и считается солярным символом исцеления и здоровья35.

На Боспоре получили распространение керамические амулеты-апотропеи с изображением пентаграммы. Так, например, в собрании Керченского историко-культурного заповедника хранятся подобные амулеты, один из которых — с пентаграммой — солярным символом здоровья и исцеления вверен покровительству Аполлона36, другой помимо пентаграммы содержал также свистку — солярный

22 BMC 2, 111, no. 30.

23 BMC 2, 190, no. 322.

24 BMC 17, 176, nos. 1-3.

25 Лабрис на монетах Карии см., например: BMC 18, 11, 25, 99, 184.

26 BMC 18, 99, nos. 1-2; SNGAulock II 2522-2523.

27 BMC 18, 184, nos. 1-4.

28 Price 1991, nos. 1611, 2074-2076, 2136A-2139, 3753.

29 Price 1991, nos. 87, 1523-1526, 1832-1834, 3658, Р36-39, Р229.

30 Price 1991, nos. 3996-3997.

31 Price 1991, nos. L22-23, 26-28.

32 Яйленко 2005, 466.

33 Яйленко 2005, 466.

34 Русяева 2010, 172, № 30; 276, табл. 60, 3.

35 Русяева 2010, 172.

36 Яйленко 2005, 466, № 1; 512, рис. 1.

символ движения, силы здоровья, олицетворяемый у греков с Зевсом, Гелиосом, Герой, Артемидой37. Пентаграмма часто встречается на керамических изделиях38.

Поскольку рядом с золотой монетой-подвеской обнаружен лабрис, связанный с культом Зевса-громовержца, можно предположить, что амулет-филактерий с пентаграммой и лабрис были посвящены за исцеление Аполлону и Зевсу (возможно, последнему вместе со связанным с ним Деметрой и их дочерью Корой-Персефоной). Культ аграрных божеств Деметры и Персефоны занимал почетное место на Боспоре, что отражают эпиграфические памятники и обильные археологические свидетельства39. В Горгиппии встречаются и граффити М, могущие означать посвящения Великой богини или Матери40. Отсюда буква М (если это только не Л или А) на монете-подвеске может быть связана с культом Великой богини или же с личным именем.

Амулет-апотропей с пентаграммой и лабрис, по-видимому, символизируют идеи исцеления, дарованного Аполлоном или Зевсом, а также, возможно, плодородия, умирания и воскрешения, лежавшие в основе культов Деметры-Коры, Афродиты, Великой богини-Матери. 10-й год правления Асандра, отмеченный на статере, предполагает датировку жертвоприношения временем от начала 30-х гг. до н.э. и позднее, а пентаграмма как солярный символом здоровья может указывать как на покровительство Аполлона и Зевса, так и на владычество Афродиты Урании над небесным сводом. Необходимо заметить и то, что для Северного Причерноморья (и Боспора) в эллинистическую эпоху характерен синкретизм культов Тюхэ, Деметры, Коры и Великой матери41.

Наконец, следует отметить, что монеты с граффити достаточно известны в античной нумизматике, но на Боспоре мы, кажется, сталкиваемся с таким случаем впервые. Зато на Боспоре имеет место практика использования именно золотых статеров в жертвоприношениях, как в домашних святилищах, так и в храмах. Так, например, при раскопках храма в антах в Пантикапее был найден золотой статер Митридата VI Евпатора 69/68 гг. до н.э.42. В Тиритаке, в домашнем сакральном комплексе, связанном с культом Диониса, рядом с антропоморфом, в каменном ящике-алтаре обнаружены золотые статеры Евпатора и Савромата II43.

Все остальные найденные в боспорских святилищах монеты, как правило, представлены мелкими медными номиналами. На Боспоре монеты — одна из наиболее распространенных форм приношений или жертв, в частности, персонажам хтонического «круга»44. Так, например, в фависсе из святилища на Майской горе, рядом с Фанагорией, найдены медные боспорские монеты45. Монеты в качестве приношений встречены и в каменных «ларях» из целого ряда боспорских

37 Яйленко 2005, 468, № 4; 512, рис. 4.

38 Емец, Чевелев 1995, 21-22.

39 Алексеева 1997, 227-229; Кошеленко 2010, 384-388.

40 Алексеева 1997, 231.

41 Алексеева 1997, 231.

42 Зинько, Аветиков 1996, 71-74; Зинько 2000, 219-221; Абрамзон, Иванина 2010, 114, № 557; 150, табл. VI; 276, табл. 126.

43 Абрамзон, Зинько 2011, 166-179.

44 Масленников 2007, 519.

45 Шелов 1963, 90.

сельских святилищ (у поселений «Полянка»46, Генеральское-Восточное47 и др.). Археологический контекст монетных находок иногда позволяет предполагать их некий хтонический смысл48, иногда причастность к ритуалу освящения зданий при строительстве49. Так или иначе, они связаны с сакральным контекстом. Серебряные и медные монеты найдены в местах античных святилищ в Западном, Северо-Западном и Северном Причерноморье: в святилище в г. Айтоска Баня (окрестности Бургаса, Болгария), святилищах Ахилла на о-ве Левка и Тендровской косе, лесном святилище близ селения Верхняя Аутка (в окрестностях Ялты) 50.

Таким образом, и жертвенник на поселении Цемдолинское 1 отражает особенности народной религии, в первую очередь, ее части — апотропеической магии, а также частного почитания и отправления домашних культов. Скорее всего, это достаточно богатое жертвоприношение следует связывать с кругом Аполлона и Зевса (возможно, вместе с Деметрой-Персефоной), или Афродиты Урании, Тюхэ, Кибелы-Афины.

ЛИТЕРАТУРА

Абрамзон М. Г., Зинько В. Н. 2011: Золотые статеры Евпатора и Саромата II из раскопок Тиритаки // ПИФК. 4, 166-179.

АбрамзонМ.Г., Иванина О. А. 2010: Античные монеты. Из коллекции Керченского историко-культурного заповедника. Нумизматическая коллекция. II. Киев.

АбрамзонМ.Г., Фролова Н. А. 2007-2008: Корпус боспорских кладов античных монет. Т. I // БИ. Бирр1. 2.

Алексеева Е. М. 1997: Античный город Горгиппия. М.

Анохин В. А. 1986: Монетное дело Боспора. Киев.

Бертье-Делагард А. Л. 1913: Материалы для весовых исследований монетных систем древнегреческих городов и царей Сарматии и Тавриды // НС. II, 49-134.

Внуков С. Ю., Коваленко С. А. 2007: Находка статера Асандра в Северо-Западном Крыму // XIV Всероссийская нумизматическая конференция. Санкт-Петербург — Гатчина, 16-21 апреля 2007 года. Тезисы докладов и сообщений. СПб., 24-25.

Емец И. А., Чевелев О.Д. 1995: Эпиграфические материалы с Керченского полуострова // ЭВ. 1, 21-23.

Зинько В. Н. 2000: Понтийские монеты из пантикапейского храма в антах // МАИЭТ. VII, 219-221.

Зинько В. Н., Аветиков А. А. 1996: Монеты из раскопок культового здания северо-западного района Пантикапея // ПИФК. III, 71-74.

Зограф А. Н. 1941: Находки монет в местах предполагаемых античных святилищ на Черноморье // СА. 7, 152-160.

Кёне Б. В. 1859: Описание музеума князя В. В.Кочубея и исследование об истории и нумизматике греческих колоний в России, ровно, как и царств Понтийского и Босфора Киммерийского. Т. II. СПб.

Кошеленко Г. А. 2010: Глава 1. Религия и культы // Античное наследие Кубани. Т. II. М., 354-416.

46 Масленников 2007, 17.

47 Масленников 2007, 100, 113, 146.

48 Масленников 2007, 161, 493.

49 Фролова, Савостина 1998, 140-152.

50 Зограф 1941, 152-160; Тункина 2002, 453, 461-470.

Люценко Е. Е. 1880: Керчь и Тамань. Некоторые сведения о денежных кладах, найденных в последнее время на Керченском и Таманском полуостровах, а также на юге России. Рукопись // КБКАМ. I, 581-596.

Масленников А. А. 2007: Сельские святилища европейского Боспора. Тула.

Русяева А. С. 2010: Граффити Ольвии Понтийской // МАИЭТ. Suppl. 8. Симферополь.

Тункина И. В. 2002: Русская наука о классических древностях (XVIII — середина XIX в.). СПб.

Фролова Н. А. 1997: Монетное дело Боспора (середина I в до н.э. — середина IV в. н.э. Ч. I-II. М.

Фролова Н. А., Савостина Е. А. 1998: Находки под стенами боспорской усадьбы: клад или строительная жертва? // РА. 1, 140-152.

Шелов Д. Б. 1963: Монетные находки на Майской горе // НЭ. IV, 89-94.

Яйленко В. П. 2005: Магические надписи Боспора // ДБ. 8, 465-514.

Burnett A., Amandry M., Ripolles P.-P. 1992: Roman Provincial Coinage. Vol. I-II. London-Paris.

Frolova N. A., Ireland S. 2002: The Coinage of the Bosporan Kingdom from the First Century BC to the First Century AD // BAR International Series. 1102.

Jameson R. 1924: Monnaies grecques antiques and imperiales romaines. Paris. T. 3.

Leschhorn W. 1993: Antike Ären. Zeitrechnung, Politik und Geschichte im Schwarzmeerraum und in Kleinasien, nördlich des Tauros. Stuttgart.

Nawotka K. 1991-1992: Asander of the Bosporus // AJN. 3-4, 21-48.

Price M. J. 1991: The Coinage in the Name of Alexander the Great and Philip Arrhidaeus (A British Museum Catalogue). Zurich-London.

SalletА. von 1886: Beiträge zur Geschichte und Numismatic der des Cimmerischen Bos-phorus und Pontus. Berlin.

Sibirskij A. 1859: Catalogue des médailles du Bosphore Cimmerién précédé d'études sur l'histoire et les antiquités de ce pays. SPb.

Tsetskhladze G. R., Kuznetsov V. D. 1997: Phanagoria 1800 years of history on the Black Sea // Minerva. Vol. 8, No. 5, 21-27.

ASAHDER'S GOLD STATER WITH MAGIC GRAFFITO AND A LABRYS FOUND IN THE SANCTUARY AT THE ANCIENT SETTLEMENT OF TSEMDOLINSKOE 1

M. G. Abramzon, D. A. Karpov, N. I. Sudarev

The article is a publication of a gold stater of the Bosporan king Asander (49/48-21/20 BC) recording the 10th regnal year. This coin was discovered under 2013 archaeological excavations of the ancient settlement of Tsemdolinskoe 1 situated in the outskirts of Novorossiysk. The coin-amulet with magic graffito as a pentagram and also a labrys were used like the votives under sacrificing.

Key words: archaeology, the Bosporan Kingdom, Asander, the Settlement of Tsemdolinskoe 1, gold steter, labrys, graffiti, magic, religion