Сельское хозяйство на Урале в годы Великой Отечественной войны

В 90-е гг. XX в. птицеводство, как и весь агропромышленный комплекс страны, находилось в чрезвычайно трудном положении, что привело к существенному сокращению объемов производства. Так, производство яиц в России в 2000 г. сократилось по сравнению с 1990 г. на 34 %, а мяса птицы — на 57,8 %. Меры, предпринимаемые всеми заинтересованными сторонами (учеными, практиками, инвесторами, министерствами и ведомствами), позволили не только остановить спад производства птицеводческой продукции, но и создать предпосылки для динамичного развития отрасли и конкурентоспособности отечественных птицеводческих предприятий. За последние три года производство яиц увеличилось на 2,1 млрд шт., или на 9,8 %, мяса — на 200 тыс. т, или на 36,8 %. В 2001 г. создан «Росптицесоюз», призванный координировать, представлять и защищать интересы отрасли. В него входят: изготовители кормов, оборудования, ветеринарных препаратов; организации, снабжающие хозяйства ресурсами; кредитно-финансовые и научно-исследовательские учреждения; племенные заводы; птицеперерабатывающие и торговые предприятия, т. е. все звенья единого цикла — от создания для отрасли средств производства до реализации конечной продукции.

С 2000 г. началось восстановление отечественного птицеводства на системной, научной основе за счет привлечения инвестиций и масштабного внедрения научно-технических разработок. С 2006 по 2010 гг. в отрасль привлечено более 200 млрд руб. инвестиций.

продуктивности птицы на основе освоения инноваций. Если в 2000 г. среднесуточный пророст живой массы бройлеров составлял 32 г, то в 2010 г. — 48 г, затраты корма на 1 кг прироста соответственно составили 2,70 и 1,85 кг. Средняя годовая яйценоскость кур достигла в 2010 г. 306 шт.

Важным направлением дальнейшего динамичного развития птицеводства является повышение конкурентоспособности отрасли за счет освоения инновационных разработок в сфере глубокой переработки мяса птицы и яиц. Следует отметить, что последнее десятилетие в бройлерном птицеводстве появились крупные перерабатывающие заводы и убойные цеха, выпускающие широкий ассортимент продукции в пределах 200-320 наименований.

В результате длительного процесса своего развития птицеводство России превратилось в индустриальную отрасль агропромышленного комплекса, характерной чертой которой стала узкая специализация и концентрация с широким использованием достижений науки, передовой технологии, нового технологического оборудования, средств механизации и автоматизации производственных процессов. Главными задачами птицеводства во все времена являлись: увеличение производства яиц и мяса птицы до уровня, обеспечивающего их потребление в соответствии с научно-обоснованными нормами питания; повышение экономической эффективности производства и конкурентоспособности птицеводческих предприятий.

Существенно улучшились качественные показатели

литература

1. Алексеев Ф. ф., Арсиян М. А., Бельченко Н. Б. Промышленное птицеводство. М. : Агропромиздат, 1991. 544 с.

2. Кочиш И. И., Петраш М. Г., Смирнов С. Б. Птицеводство. М. : КолосС, 2007. 448 с.

3. Сборник научных трудов: 50 лет кафедры организации сельскохозяйственного производства и маркетинга. Рязань, 2000. 116 с.

сельское хозяйство на урале* в годы великой отечественной войны

/? 77 620062, Екатеринбург, ул. Первомайская, д. 70, кв. 92;

11, тел. 8(343)355-34-54

доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой истории, уральская государственная сельскохозяйственная академия

Положительная рецензия представлена В. В. Запарием, доктором исторических наук, профессором (Уральский федеральный университет).

Ключевые слова: посевные площади, урожайность, колхозы, совхозы, машинно-тракторные станции, индивидуальное хозяйство, колхозный двор, подсобные хозяйства промышленных предприятий, механизация, трудодень, зерновые культуры.

Keywords: area under crops, productivity of crops, collective farms (kolkhoz), state farms (sovkhoz), machinery and tractor station, individual holding, collective farm yard, subsidiary holdings of industrial enterprises, mechanization, labor-day, cereals.

В годы Великой Отечественной войны земельный фонд на Урале равнялся 83 млн га, что составляло

4,9 % территории России. Около половины земель на Урале были неудобны или непригодны для возделывания сельскохозяйственных культур. Особенно много таких земель в Нечерноземье, южноуральские районы были освоены гораздо лучше. Крупнейшими землепользователями на Урале являлись колхозы. Их земельный

фонд составлял 36,9 млн га, на долю совхозов приходилось 5,6 млн га [1]. На распределение земель среди пользователей заметное влияние оказывали природноклиматические условия края. В нечерноземных районах с небольшими пахотными участками и низкой плотностью сельского населения преобладали колхозы, зато на Южном Урале с большими массивами пашни и высокомеханизированным зерновым хозяйством — совхозы.

* В годы Великой Отечественной войны в состав Уральского региона входили Башкирская и Удмуртская АССР, Курганская, Оренбургская, Пермская, Свердловская и Челябинская области.

www. m-avu. narod. ru

33

История

В промышленно развитых областях крупные участки земли находились в пользовании подсобных хозяйств предприятий, в пригородных районах значительной была доля огородников.

В предвоенные годы большое внимание в СССР уделялось укреплению материально-технической базы сельского хозяйства. Во второй половине 1930-х гг. машинно-тракторный парк сельского хозяйства на Урале вырос качественно, заметно изменилась и его структура. Однако с началом войны производство тракторов, сельскохозяйственных машин, запасных частей к ним в стране было свернуто. Изношенность техники при увеличении сроков ее эксплуатации в суровых климатических условиях края приводила к частым поломкам машин. Это обусловило повышенную потребность в запасных частях, поступление которых уменьшилось. Частые простои техники были связаны и с нехваткой горюче-смазочных материалов. Их дефицит в сочетании с изношенностью техники и снижением квалификации механизаторов приводил к ухудшению использования машин. Производительность тракторного парка на Урале, как и по стране в целом, заметно снизилась, что вело к уменьшению объема работ МТС на колхозных полях. Он сократился на Урале с 21,5 млн га в 1940 г. до

8,9 млн га в 1943 г. [2]. Снижение уровня механизации в регионе компенсировать было нечем, т. к. в энергоресурсах сельского хозяйства края преобладали тракторы, комбайны и грузовые автомашины. Это поставило колхозы и совхозы в особо тяжелое положение.

Ослабление экономики коллективных хозяйств во многом объяснялось и нарушениями устава сельскохозяйственной артели. В колхозах страны, в том числе и на Урале, наблюдалось расхищение общественных земель колхозов, растаскивание инвентаря, скота, имущества. Однако «разбазаренное» колхозное добро по-прежнему оставалось на балансе хозяйств. Расхищалось не только имущество, но и денежные средства. Отрицательно сказывалась на финансовом положении колхозов деятельность сельскохозяйственного банка, многие отделения которого необоснованно отказывали артелям в выдаче средств со счетов неделимых фондов. В учреждениях сельхозбанка имела место практика списания средств со счетов неделимых фондов колхозов для уплаты взносов по личной подписке колхозников на государственные займы, а в отдельных случаях и погашения за счет средств одних артелей задолженности других по ссудам сельхозбанка. Таким образом, рост основных фондов в те годы не отражал действительного положения в сельском хозяйстве. Подавляющее большинство сельхозпредприятий находилось в упадке, в 1943 г. отрасль оказалась на грани краха. И только коренной перелом в ходе войны создал предпосылки для улучшения положения в сельском хозяйстве. На заключительном этапе войны возобновились поставки сельхозтехники и запасных частей, улучшилось снабжение горючим.

В годы войны серьезные изменения произошли в составе трудовых ресурсов села. Мобилизация сельчан в армию и на работу в промышленность усилила существовавшую до войны неравномерность распределения трудовых ресурсов. В первую очередь это относится к Уралу, где убыль трудоспособных колхозников была ощутимее, чем в других регионах страны. Сокращение населения вело к дальнейшему росту нагрузки на трудоспособных сельчан. В наиболее тяжелом положении оказались южноуральские области. Значительно выше

была на Урале и нагрузка на животноводов. Это сужало возможности компенсировать ослабление производительных сил деревни за счет внутренних ресурсов.

Убыль сельчан объясняется не только последствиями войны, но и дальнейшим перераспределением трудовых ресурсов между отраслями народного хозяйства. В те годы колхозники не имели паспортов, что лишало их возможности свободно перемешаться, «привязывало» к артели и придавало сельскохозяйственному труду принудительный характер. Однако запрещение крестьянам покидать места проживания не смогло помешать их переселению в города. В динамике населения в эти годы обнаружилась и другая тенденция — рост количества сельскохозяйственных рабочих. Об этом свидетельствуют сведения о численности рабочих и служащих, занятых в сельском хозяйстве Урала. Высокие темпы роста были вызваны широким распространением подсобных хозяйств предприятий и организаций. Сокращение сельского населения выдвигало в качестве первоочередной задачи проблему кадров. Кроме трудоспособных, на сельхозработы широко привлекались престарелые и нетрудоспособные граждане, подростки, использовалась также шефская помощь горожан. Большое внимание уделялось обеспечению села специалистами. Для этого предпринимались различные меры, в том числе и чрезвычайные. Однако административные меры помогали слабо, в деревне постоянно чувствовалась нехватка «рабочих рук».

С началом Великой Отечественной войны ужесточились сформировавшиеся в 1930-е гг. административные методы управления сельским хозяйством. Коллективные хозяйства были лишены остатков самостоятельности и поставлены в полную зависимость от районного руководства. Административно-командная система охватывала все стороны деятельности колхозов, детально регламентировала даже внутренний распорядок труда и отдыха в них. Наибольший вред установившийся стиль руководства приносил при планировании сельскохозяйственного производства. Планы устанавливались «сверху» в виде продразверстки исходя из потребностей в сельскохозяйственной продукции. При этом реальные возможности хозяйств во внимание не принимались. Планирование в артелях осуществлялось по тем же принципам, что и на государственных предприятиях, только без бюджетного финансирования и материально-технического снабжения. В то же время вся полнота материальной и, главное, юридической ответственности за результаты хозяйственной деятельности возлагалась на каждый отдельный колхоз, его членов и председателя. Война усилила возникшее в ходе коллективизации противоречие: хозяйничали в артелях партийные и советские органы, а ответственность за результаты их работы всецело возлагалась на крестьян.

Тяжесть положения в сельском хозяйстве усугубили нерешенные до войны проблемы колхозного строительства. Сложившаяся в СССР административнокомандная система с самого начала стала попирать кооперативные принципы деятельности колхозов, которые фактически превратились в государственные предприятия с принудительным трудом. Члены колхоза стали получать не долю в коллективно произведенном продукте, а плату за труд, причем очень низкую. В большинстве хозяйств материальные стимулы к труду были незначительны, в некоторых отсутствовали полностью.

Обесцениванию трудодня способствовал как остаточный принцип распределения натуральных доходов среди его членов, так и сохранение устаревших норм выработки, плохо налаженный учет трудодней и т. д. По существу крестьяне были отчуждены не только от средств производства, но и от распределения созданного продукта, что послужило экономической основой для его изъятия из колхозов. С началом войны усилилось внеэкономическое принуждение к труду. Для колхозников был повышен обязательней минимум трудодней. За его невыполнение крестьяне исключались из артелей и предавались суду, причем на Урале доля таких сельчан была высокой и значительно превосходила средний по стране уровень. Если учесть, что выработка трудодней колхозниками региона также была выше общесоюзной, то существовавшее положение можно объяснить особо жестким административным давлением на уральскую деревню.

В начальный период войны немецко-фашистские войска оккупировали важнейшие сельскохозяйственные районы страны. В этих условиях многократно возросла роль восточных областей СССР. В августе 1941 г. СНК СССР и ЦК ВКП(б) приняли решение, предусматривавшее расширение посевов озимых зерновых, что должно было компенсировать потерю важных аграрных районов, а также ослабить напряженность весеннего сева [3]. Вовлечение в сельскохозяйственный оборот новых земель представляло огромную трудность. Если в центральных районах страны для этого использовали недавно запущенную пашню, то на Урале пришлось поднимать целинные и залежные земли, а кое-где вырубать лес. Однако тяжелая уборочная 1941 г. не позволила колхозам выделить для ведения озимого сева достаточное количество людей и техники. Поэтому в ряде мест сев провели некачественно, что отрицательно оказалось на сохранении посевов.

Несомненно, тяжелейшие условия тех лет требовали принятия всех возможных мер по созданию запасов продовольствия. Поэтому увеличение площадей под картофель и овощи в индустриальных областях Урала вполне правомерно. Иное дело — зерновые культуры. На Южном Урале не было условий для расширения их посевов. При нехватке рабочей силы и сокращении механизации полевых работ, расширение посевов зерновых в колхозах Урала привело к отрицательным последствиям. В меньшей степени это затронуло сельское хозяйство Западного и Среднего Урала, в большей — Южного Урала. Очевидно, что в условиях региона надо было не расширять посевную площадь, а попытаться сохранить имеющуюся. Что же касается овощей и картофеля, то увеличивать их посевы следовало не за счет освоения новых земель, а путем изменения существующей структуры посевных площадей.

В годы войны на Урале изменилась и структура посевов. В начальный период войны увеличились посевы озимой ржи, что, по существу, явилось формой мобилизации дополнительных продовольственных ресурсов. Сроки сева озимых не совпадали со сроками уборки и обработки яровых, что и позволяло расширять площади озимых культур. Это снижало напряженность в период весеннего сева. Более ценную яровую пшеницу заменяли озимой рожью еще и потому, что она легче переносит ухудшение агротехники. Таким образом, в годы войны посевы яровых зерновых на Урале сократились, однако они по-прежнему играли решающую роль в земледелии.

Серьезные изменения произошли на Урале и в размещении посевов. Заметно возросла роль северных районов. Развернувшееся там строительство базы для алюминиевой промышленности, освоение месторождений марганца и огнеупорных материалов, рост угледобычи, расширение торфо- и лесоразработок потребовали значительных трудовых ресурсов. Рост численности городского населения остро поставил проблему обеспечения его продуктами питания. В сложившейся обстановке местные партийные и советские органы, руководители предприятий и строек единственный выход видели в создании собственной продовольственной базы. Повсеместно в регионе стали возникать подсобные сельские хозяйства предприятий и организаций.

В результате войны иным стало соотношение между абсолютными размерами посевов у колхозников, рабочих и служащих. В Свердловской области посевная площадь у первых практически не изменялась. Особенностью промышленно развитых областей Урала — Свердловской и Челябинской — стало двухтрехкратное превышение размеров посевов у рабочих и служащих над участками колхозников. Именно они, а не колхозники, были третьими землепользователями после колхозов и совхозов. Изменения произошли в землепользовании колхозного двора. В связи с уменьшением оплаты трудодня заинтересованность колхозников в приусадебных участках возросла. В Свердловской области на 70 % уменьшилось число хозяйств, не имеющих посевов. Однако их размеры на приусадебных участках колхозников увеличились незначительно и были меньше, чем в среднем по стране. Изменилась и структура посевов: выросла доля картофеля и зерновых, а технических культур сократилась. На Среднем Урале структура посевов в индивидуальных хозяйствах имела свои особенности. Главная из них — высокий удельный вес картофеля и овощей, которые занимали 96-98 % площади огородов у населения.

Животноводство — вторая отрасль сельского хозяйства, дающая наиболее ценные, высококалорийные продукты питания. Накануне войны на Урале оно было более развито, чем в других районах страны. Война нанесла тяжелый ущерб животноводству, характерным явлением стал падеж молодняка и сокращение приплода. В начальный период войны в колхозах и совхозах он быстро уменьшался, особенно жеребят и поросят. На Урале это проявилось значительнее, чем в других районах страны. Ухудшение питания при нехватке животноводческих помещений в условиях суровой уральской зимы сказывалось наиболее сильно. Молодняк крупного рогатого скота был выносливее, но и его приплод также уменьшился. Сказалось отсутствие на фермах необходимого маточного поголовья.

Проведенное исследование выявляет серьезные изменения в динамике поголовья всех видов скота на протяжении рассматриваемого периода. Однако более наглядное представление о ней дают показатели ежегодных изменений численности отдельных видов скота по всем категориям хозяйств. Расчеты показывают резкое сокращение численности крупного рогатого скота в первый год войны, когда нехватка кормов и продовольственные трудности заставляли крестьян резать окот. Затем некоторый прирост в 1942 г., вызванный запрещением забивать скот без разрешения районных властей, и провал 1943 г. В 1944 г. в стране были предприняты меры по укреплению сельского хозяйства в целом

История

и животноводства в частности. Это позволило уже на следующий год добиться в ряде областей и районов края неплохих результатов и достигнуть довоенного уровня. В животноводстве состояние отрасли определяется воздействием трех факторов: кормовой базы, концентрацией скота и плотностью стада. Анализ показывает, что наиболее удачно они сочетались в Пермской и Свердловской областях. Здесь на сравнительно высоком уровне сохранилось производство зерновых культур, а картофеля и овощей даже возросло. Достаточно стабильное положение в отрасли объясняется и тем, что война меньше затронула кадры животноводов. Как и в довоенные годы, здесь преобладал женский труд. Не произошло существенных изменений также в уровне механизации и в условиях содержания скота.

Сильнейшее влияние оказала война на состояние индивидуального хозяйства крестьян. До войны они имели скота намного меньше, чем колхозы. С ее началом колхозники стали испытывать большие затруднения с кормами. Колхозы не могли выполнять устав сельхозартели и выдавать корм для скота в счет трудодней — его не хватало и для общественного стада. Своих же посевов кормовых колхозники имели очень намного. Их скот остался фактически без кормов, и многим пришлось забивать молодняк на мясо. Из отдельных видов скота наибольшему сокращению подверглось стадо свиней, для которых требовался дефицитный в условиях войны картофель и концентраты. Что касается хозяйств рабочих и служащих, то численность скота в них в 1945 г. достигла довоенного уровня. Исключение составили рабочие и служащие, проживающие в сельской местности. Иное положение сложилось на Урале, где индивидуальные хозяйства рабочих семей получили наибольшее распространение. В Удмуртии численность всех видов скота во владении рабочих и служащих превысила довоенный уровень, в том числа по телятам в два раза.

Неодинаковые итоги развития отрасли в разных районах Урала подтверждает и динамика ее валовой продукции. Анализ этой динамики показывает, что если в Башкирии, Удмуртии, Курганской и Челябинской областях валовая продукция животноводства за годы войны сократилась, то в Пермской и Свердловской областях она, наоборот, возросла. В целом животноводство вышло из войны в гораздо лучшем состоянии, чем земледелие. Об этом свидетельствуют как качественные, так и количественные показатели развития этих отраслей. Если в земледелии размеры производства сократились на треть, то в животноводстве лишь на 17,0 %. Произошедшие изменения в сельском хозяйстве отразились на структуре валовой продукции сельского хозяйства, которая обычно достаточно стабильна. Так, если в 1940 г. соотношение валовой продукции земледелия и животноводства в стоимостном выражении составляло на Урале 72 : 28, то в 1945 г. — 67 : 33 [4]. Повышение удельного веса продукции животноводства признается прогрессивной тенденций, т. к. растет доля этих

продуктов в рационе питания населения. Однако в условиях войны она едва ли могла проявиться, поскольку советский народ вел полуголодное существование. Новое соотношение между отраслями объясняется, на наш взгляд, неодинаковыми темпами сокращения производства.

В годы войны противоречиво развивались индивидуальные хозяйства населения. Тяжелейшее положение с продовольствием в индустриальных центрах Урала дало толчок интенсивному развитию огородничества. Доля хозяйств рабочих и служащих заметно возросла и была значительно выше, чем в среднем по стране. Особенно велика роль хозяйств рабочих и служащих была в Свердловской области, где по объему производства они вышли на второе место после колхозов.

Несмотря на относительный рост, на Урале сократились абсолютные размеры производства колхозного двора. Однако эта тенденция была характерна не для всех районов края и проявлялась неравномерно. В Оренбургской и Пермской областях колхозники стали производить продукции больше, чем до войны, что объясняется стабильностью численности сельского населения. Размеры производства в хозяйствах единоличников изменились незначительно — меньше суммарного сокращения аграрного производства в регионе. Анализ показывает, что индивидуальные хозяйства оказались весьма устойчивы к разрушающему влиянию войны. В отличие от колхозов и госхозов, производство в них сократилось незначительно. Располагая 3,0-4,0 % посевов, индивидуальные хозяйства населения производили в регионе около трети продукции сельского хозяйства.

В целом в годы Великой Отечественной войны для народного хозяйства СССР было характерно господство внеэкономических методов управления, резкое ограничение товарно-денежных отношений, полная ликвидация самостоятельности производителей. В наибольшей степени это проявилось в сельском хозяйстве, за счет которого и производилась значительная часть накоплений. Результаты развития сельского хозяйства на Урале свидетельствуют о том, что Великая Отечественная войне создала для него огромные трудности. Обстановка в отрасли здесь была более тяжелой, чем во многих других тыловых районах. Отток рабочей силы и квалифицированных кадров, ослабление материально-технической базы — эти трудности были характерны для всей страны. Однако на Урале они проявились наиболее сильно. Анализ показывает, что не только 1942 г., как это было в других отраслях экономики, но и 1943 г. не стал для сельского хозяйства переломным. Сильнее всего размеры сельскохозяйственного производства сократились на Южном Урале. В нечерноземных районах, где нагрузка на крестьян была ниже, а специализация хозяйств шире, производство уменьшилось не столь значительно. И только с 1944 г. на Урале начинается постепенное восстановление отрасли.

литература

1. Государственный архив Российской Федерации. Ф. 324. Оп. 7. Д. 2138. Л. 1-5.

2. Российский государственный архив экономики (далее — РГАЭ). Ф. 1562. Оп. 324. Д. 59. Л. 1. Д. 191. Л. 1, 14. Д. 298. Л. 2, 3. Д. 545. Л. 71, 72. Д. 791. Л. 17.

3. КПСС в резолюциях съездов, конференций и пленумов ЦК. М., 1985. Т. 7. С. 103, 233-237.

4. РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 323. Д. 57. Л. 1, 2. Д. 481. Л. 2, 4, 6, 46. Д. 689. Л. 73, 74. Д. 969. Л. 1, 2. Д. 1492. Л. 26-28.