Время и лица фотографии

Время и лица фотографии

Хорст, Сара Мун, Джоэл-Питер Виткин и другие

Рассказывает Виктория Мусвик

Приметы весны в Москве — не только прилет грачей и масленичные блины, но и оживление фотографической жизни, связанное с ежегодным московским фестивалем фотографии. Серьезная и фундаментальная Фотобиеннале чередуется с более легким и изящным фестивалем "Мода и стиль в фотографии". Выставки на любой вкус, под которые не хватает музейных площадок, мировые знаменитости (два года назад в Москву приехал сам Хельмут Ньютон, а в этот раз обещают Сару Мун, Джоэла-Питера Виткина, Марка Рибу и Алена Флейшэра), блестящая светская жизнь. Как в кино, где есть звезды, массовка, эстетствующая публика, с негодованием косящаяся на тех, кто громко смеется над гэгами, смесь жанров и сюжетов, хруст попкорна и поцелуй в диафрагму.

"Кино как стиль" — главная тема фестиваля, организованного Московским домом фотографии в партнерстве с Sony, MasterCard, "Би Лайн GSM", Motorola, PIO Global, CK Watches & Jewellery, а также Bosco di Ciliegi. На 80 выставках будут все возможные вариации на тему фотографии в кино и кино в фотографии — от фотосъемок к "бондиане" до мультимедийных экспериментов современных художников. В ближайшие две недели — по нескольку вернисажей каждый день. Чтобы не заблудиться, надо составить что-то вроде путеводителя. Или сценария фильма "про отношения", menage a trois — фотографии, кино и моды.

Кадр первый. Рождение кинематографа из фотографии. Когда-то на сеансы знаменитых автохромов братьев Люмьер почтенной публики набивалось никак не меньше, чем желающих поглазеть на "Прибытие поезда", а фотограф Эдвард Майбридж сделал двадцать тысяч снимков лошади в движении — а потом показал их, как фильм, через специальный аппарат, "зоопраксископ". Спустя несколько десятков лет в советской России режиссеры Сергей Эйзенштейн и Дзига Вертов взяли кое-что на вооружение у фотографа Александра Родченко: неожиданные ракурсы, быструю смену планов и ритмических единиц. Об этом тесном содружестве ранних фотографии и кино одна из самых интересных выставок фестиваля — "Родченко и его круг: 'стильные люди'". Здесь стиль — не просто индивидуальное умение хорошо одеваться, но нечто, объединяющее целый круг людей — среду, союз, тусовку. Кино и фотография, движение и статика, жест и поза, щеголеватый, но функциональный костюм инженера-конструктора самого Родченко, пиджаки с иголочки пролетарского франта Владимира Маяковского, кожанки и мотоциклетные очки режиссеров Льва Кулешова и Алексея Гана — все это часть их среды обитания и одновременно искусства "на сломе", футуристической и конструктивистской эстетики.

Кадр второй. Благодаря великим фотографам начала XX века модные снимки превратились в особый жанр, мир узнал про Vogue, Harper`s Bazaar и Vanity Fair, а скромные труженицы экрана и подиума стали чуть не иконами современности. Из "отцов-основателей" мы увидим работы двоих: знаменитого на весь мир новатора и экспериментатора от фотографии американца Эдварда Стайхена (проект "Голливудские знаменитости") и не менее известного фотографа моды Хорста П. Хорста (выставка "Мир Х. П. Хорста"). Первый — легендарный директор отдела фотографии нью-йоркского МОМА, музея современного искусства, попробовал себя практически во всех жанрах и придумал несколько новых. В экспозиции — его портреты голливудских звезд вроде Чарли Чаплина и Фреда Астера, сделанные для журнала Vanity Fair и исследующие американский по рождению, захвативший весь мир феномен одержимости славой и знаменитостями. Второй известен как певец классической, холодноватой женской красоты в окружении античных мраморов, сочетающейся с почти архитектурной проработанностью композиции (учился у Ле Корбюзье). Без Хорста не было бы таких фэшн-фотографов, как Ирвин Пенн, Питер Линдберг и Хельмут Ньютон. Кстати, мир моды до появления понятий "глянец" и "гламур" можно увидеть в проекте "Французская мода 20-30-х гг." из собрания Александра Васильева. Современный мир моды представлен проектами российских глянцевых журналов, а также портретами Жан-Поля Готье на снимках звезд мировой фотографии.

Кадр третий: 50-70-е годы. В триаде фотография-кино-мода центр тяжести сместился: теперь уже кино и мода вдохновляют фотографов на поиск нового, призывая их создавать целые жанры и направления. Пришло время папарацци, грандиозных голливудских постановок, где исторические персонажи выглядят как фотомодели, а жизнь шпиона предстает чередой сменявших друг друга картинок, время одетого с иголочки Джеймса Бонда, целующегося с ослепительными красотками. Как раз об этом — проект "The Best of James Bond", фотографии со съемок первого, "Доктор Но", и последнего, "Умри, но не сейчас", фильмов бондианы.

Тут новый поворот сюжета. Здесь уже надо говорить не о преемственности или родстве кинематографа, фотографии и моды, но о смещении и смешении всяческих жанров: праздник жизни сменяется карнавалом, границы словно стерты ластиком. У кого-то, как у Сары Мун (проект "По мотивам 'Синей бороды'") из этой вакханалии получается странная вселенная. У кого-то, как у Джоэла-Питера Виткина,— это мир страшный и хаотический, в котором "странные зверюги" соседствуют с "ересями постмодерна", а "физиологические причуды" — с мертвецами, уродцами и "всадниками Апокалипсиса". У третьих, как у Владислава Мамышева-Монро (проект "Немое кино, или Рак сердца"), сам автор становится участником перевоплощений, он то Чарли Чаплин, то слепая девушка из его фильмов. Живущий на стыке фотографии, современного искусства, литературы и кино Ален Флейшер на примере серебряной пленки размышляет об отношениях между формой и смыслом, а его студенты, участники проекта Le Fresnoy, устраивают двухчасовую видеовакханалию.

Завершающий кадр — сборная выставка "Симулякры и псевдоподобия", подготовленная FNAC (парижским Национальным фондом современного искусства) и сводящая воедино всю историю фотографии как магической линзы, не отражающей окружающий мир, но искажающей и формирующей его заново. Этот проект-размышление о вымысле и воображении открывается первым, закольцовывая сюжет нашего фильма серией флэшбеков и возвращая нас к самым истокам.

Рассказать про все проекты "Моды и стиля" физически невозможно, как остановиться на всех кадрах фильма: одной строкой придется упомянуть ретроспективу одного из ведущих авторов фотоагентства Magnum Марка Рибу, "Летающих девушек" утонченной и экзотичной японки Мивы Янаги, галерею античных образов "Фотографируя скульптуры" итальянца Марко Делогу, новые проекты Игоря Мухина, Сергея Чиликова, Олега Кулика и даже "Фотографические опыты" шоумена Бари Алибасова. Хороший кинокритик никогда не расскажет самых главных поворотов сюжета, вот и фотографию нельзя пересказать — ее надо увидеть. Так что киношное "Конец" придется заменить на "Продолжение следует". И многозначительное многоточие.