Вы бы какую книгу написали?

ФОТО: ПАВЕЛ СМЕРТИН

       В последнее время появилось сразу несколько книг, которые вызвали у общественности неожиданно живой интерес: Виктор Черномырдин написал о войне в Югославии, Джордж Сорос — о комплексе американского превосходства, жена Владимира Жириновского — о муже (см. стр. 38), а журналистка Елена Трегубова — о своих кремлевских похождениях. У читателей "Власти", оказывается, тоже есть творческие планы.

     Геннадий Селезнев, председатель Госдумы. О парламентской драматургии. Будет время, обязательно напишу.
       
       Юлий Дубов, писатель, политэмигрант. Я дописываю окончание "Большой пайки". Я вернулся к ней как-то спонтанно, без особых предпосылок. Когда приходят мысли, их надо всего лишь материализовать и оформить в книгу.
       
       Владимир Юдин, депутат Госдумы, инициировавший разбирательства по делам Платона Лебедева и "Сибнефти". Об истории приватизации в России с выходом на сегодняшний день. Особое внимание уделил бы особенностям предпринимательской души — например, Ходорковского или Платона Лебедева. Это хорошая иллюстрация особой предпринимательской жилки.
       
       Геннадий Зюганов, лидер КПРФ. Про главное я уже написал в последней книге "Русь святая, кощеево царство". Она посвящена патриотизму, коммунизму и православию. Сейчас готовлю новую книгу "Русский социализм". О чем она, пока говорить не буду.
       
       Вячеслав Позгалев, губернатор Вологодской области. О своем губернаторстве. Я уже написал две книжки, в которых постарался рассказать, что и как происходило в конце XX века в России. Если наши потомки будут судить о нас только по газетам из архивов, то у них возникнет превратное мнение, и мы будем выглядеть неприглядно.
       
       Борис Надеждин, первый заместитель руководителя фракции СПС в Госдуме. Я уже написал — о российской бюрократии. Она написана в соавторстве с известными людьми, а идея книги моя, и называется она "Черная книга бюрократии". В ней мы опубликовали замечательные факты из летописей еще времен Ивана Грозного, и там есть конкретные рецепты: что надо делать, чтобы избавиться от бюрократии.
       
       Владимир Крючков, бывший председатель КГБ СССР. Мне бы хотелось написать продолжение моей книги "Личное дело". О том, что произошло в России в начале 1990-х годов. Но, к сожалению, у меня нет денег на ее издание, остается только мечтать.
       
       Гарегин Тосунян, президент Ассоциации российских банков. О банковской системе. А когда мне захочется писать уже просто для души, напишу книгу о Вселенной: я по первому образованию ядерщик, поэтому с удовольствием пофилософствовал бы на эту тему.
       
       Михаил Леонтьев, телеведущий. О зверюшках. Это гораздо честнее, чем издавать книгу с пересказами конфиденциальных разговоров, как это, например, делает Елена Трегубова. Я положительно отношусь к мемуарам, но писать их стоит лишь на покое.
       
       Григорий Томчин, председатель комитета Госдумы по экономической политике. О жителях Петербурга. Петербуржец воспринимает изменения последнего десятилетия иначе, нежели жители других городов. Питер закладывает в человеке интеллигентность и медлительность, там нет единой элиты, которая отвечает за весь город.
       
       Евгений Бернштам, президент компании "Интерпайп". Я бы написал популярную книжку про менеджмент для молодежи. Сегодня это актуально: книг на эту тему много, а материал изложен очень сложно.
       
       Михаил Делягин, председатель президиума Института проблем глобализации. Я много раз пытался написать книгу "Записки соучастника". Но не сложилось. А вот книгой Елены Трегубовой я искренне восторгаюсь. Читая ее, я вспомнил книгу Вероники Куцылло "Записки из Белого дома". Очень похожие вещи.
       
       Евгений Петросян, артист, телеведущий. Я как раз пишу художественные мемуары. В жизни закулисья осталось очень много моментов, на которые стоит навести свет прожектора: хочется охватить солидный пласт времени — от 1960-х до сегодняшних дней. А рукописи политиков я воспринимаю исключительно как бизнес.
       
       Георгий Жженов, артист. О прошлом. Я люблю читать биографические книги: сразу начинаешь задумываться о вещах, которые раньше упускал из виду, открываются новые качества человека. У меня есть несколько книг Бориса Ельцина с автографом, но вот новых поступлений от него не жду — он не писатель.
       
       Георгий Шпак, бывший командующий ВДВ. О патриотизме. Если начать писать о жизни, то получится рассказ о политике, а если о сегодняшней ситуации в армии, то картина жизни будет слишком уродливая.
       
       Алла Грязнова, ректор Финансовой академии при правительстве РФ. До мемуаров я еще не дожила. Но поскольку я человек науки, то написала бы про вопросы модернизации образования в России.
       
       Иван Силаев, президент Российского союза машиностроителей, бывший премьер России. Я уже написал воспоминания с анализом этапов развития России. Особенно уделил внимание завершающей части перестройки.
       
       Ирина Горбулина, президент Российской академии бизнеса и предпринимательства. Об истории человека, которому довелось жить в эпоху перемен. О том, как по советскому человеку, который ничего не знал о капитализме, проходило колесо истории: путчи, дефолты, катастрофы. А вторую книгу я бы посвятила новому человеку, который живет в период смены цивилизаций.
       
       Томас Гертиг, руководитель технологического бюро концерна DaimlerChrysler в РФ и СНГ. Сегодня я пишу книгу "Полвека с русскими". Она о России и с критической симпатией, эпиграф — "Правда прежде всего" (Петр Чаадаев). Мои предки работали в России со времен Екатерины II. Я очень уважаю русский народ, но считаю, что ему надо больше работать, быть аккуратнее и результативнее.
       
       Александр Егорушков, замминистра по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства. О принятии управленческих решений и ответственности за них. Чтобы представители исполнительной власти перестали гадать, достижимо или недостижимо удвоение ВВП. А еще я бы создал сериал из архивных материалов заседаний политбюро: думаю, многие тогда бы поняли, что не все так было плохо.
       
       Кирсан Илюмжинов, президент Калмыкии. Про буддизм в Калмыкии. И приурочил бы ее к визиту духовного лидера буддистов Тибета далай-ламы в Россию. Я уже написал две автобиографические книги — "Терновый венец" и "Планета Кирсан" — в соавторстве с журналистами и попробовал себя в детективном жанре: выпустил детектив на японском языке.
       
       Дмитрий Быков, журналист, писатель. Я бы написал еще одну книгу по истории или выпустил сборник стихов. И сочувствую тем несчастным людям, которым нечего написать, кроме того, как их кормили, возили и как Чубайс однажды сказал им "ты".
       
       Алексей Волин, президент издательского дома Сергея Родионова, бывший замруководителя аппарата правительства. Я не Мадонна, чтобы сказки писать. Пиарщики — как врачи: они не имеют права показывать и рассказывать что-то о своих клиентах. И тут нет срока давности.
       
       Анатолий Баранов, главный редактор сайта КПРФ.ru, бывший помощник вице-премьера Бориса Алешина. Я лучше переиздам свою книгу фельетонов о московских властях. А о работе в Белом доме писать не собираюсь: во-первых, нет сюжета, во-вторых, меня связывают человеческие отношения с теми, с кем довелось работать, и портить их я бы не хотел.
       
       Вагиф Гусейнов, директор Института стратегических оценок и анализа, бывший председатель КГБ Азербайджана. О политике и экономике государств на постсоветском пространстве. Уж точно не стал бы писать о КГБ — это не та тема, которую стоит освещать: ведь правду все равно не напишешь.
       
       Аркадий Евстафьев, гендиректор компании "Мосэнерго", один из авторов книги "История приватизации в России". Продолжение книги о приватизации в России. И в соавторстве с теми же людьми, с кем писали первую книгу. И хотелось бы обойтись без "дела писателей".

ВОПРОС НЕДЕЛИ / ПЯТЬ ЛЕТ НАЗАД
       Вы евреев любите?
       Генерал Макашов не скрывает, что не любит евреев. Задавая свой вопрос, мы хотели понять, насколько сильна ксенофобия в России.
       
       Руслан Аушев, президент Ингушетии. У нас на Кавказе говорят, что евреев надо беречь. Потому что когда их не будет, возьмутся за нас.
       
       Евгений Михайлов, губернатор Псковской области. Я к ним просто хорошо отношусь. Мне кажется, что волна антисемитизма в России преувеличена, и в большинстве своем люди смотрят не на национальность, а на личные качества. А вот всплеск плохого отношения к русским, кажется, налицо.
       
       Павел Бунич, председатель комитета Госдумы по собственности. Евреями у нас считают многих. Например, говорят, что Гавриил Попов и Михаил Горбачев — евреи. На Руси евреями называют тех, у кого отличное от собеседника мышление, а не за принадлежность к национальности.
       
       Анатолий Приставкин, председатель комиссии по помилованию. Евреи — это не национальность, это знак. Но с Макашовым спорить я бы не стал: он человек с пещерными взглядами и нравственностью. Я сам становлюсь евреем, например, когда не разделяю идеи Макашова.
       
       Евгений Евтушенко, поэт. Я люблю конкретных людей, а не национальности. У меня вторая жена была еврейка. Я узнал об этом, только когда мы расписывались, и что?
       
       Юрий Любимов, главный режиссер Театра на Таганке. Я надеюсь, что в нашем обществе, где все туманно и сбиты все ориентиры, умные люди понимают, что быть евреем — это не панацея.