Одновременное получение взятки от нескольких лиц: проблемы квалификации

Капинус Оксана Сергеевна

доктор юридических наук, профессор, Академия Генеральной прокуратуры РФ

Ображиев Константин Викторович

доктор юридических наук, профессор, Академия Генеральной прокуратуры РФ

Одновременное получение взятки от нескольких лиц: проблемы квалификации

На основании проведенного исследования авторы приходят к выводу, что при разграничении единичного получения взятки от нескольких лиц и совокупности преступлений, предусмотренных ст. 290 УК РФ, уголовно-правовая оценка содеянного должна осуществляться с учетом двух критериев: а) характера взаимодействия взяткодателей (совместности или самостоятельности их действий), одновременно передавших взятку одному должностному лицу; б) субъективного восприятия этого взаимодействия со стороны взяткополучателя. С учетом указанных критериев в статье сформулированы частные правила квалификации одновременного получения взятки от нескольких лиц, а также действий посредника во взяточничестве, одновременно оказавшего посреднические услуги двум или более взяткодателям.

Ключевые слова: получение взятки, дача взятки, посредничество во взяточничестве, сложное единичное преступление, совокупность преступлений.

O.S. Kapinus, Doctor of Law, Professor, Academy of the Prosecutor General's Office of the Russian Federation; e-mail: niigp@msk.rsnet.ru;

K.V. Obrazhiev, Doctor of Law, Professor, Academy of the Prosecutor General's Office of the Russian Federation; e-mail: okv79@mail.ru

Taking a bribe simultaneously from several persons: the problems of qualification

Based on the research the authors conclude that the delimitation of unit taking a bribe from several persons and multiple offenses under art. 290 of the Criminal Code of the Russian Federation, criminal and legal assessment of the offense must take into account two criteria: a) the nature of the interaction between givers (together or independently of their actions), simultaneously transmit the bribe to one official; b) subjective perception of this interaction on the part of the bribe-taker. In view of the above criteria the rules of qualification of taking a bribe simultaneously from several persons, as well as actions intermediary in bribery, both provide mediation services to two or more of those who give are formulated in the article.

Key words: taking a bribe, bribery, mediation in bribery, single complex crime, set of crimes.

При уголовно-правовой оценке одновременного получения должностным лицом взятки от нескольких взяткодателей возникает непростая проблема разграничения единичного преступления и совокупности преступных деяний. В абз. 2 и 3 п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 г. № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» предложен следующий подход к ее решению: «Совокупность преступлений отсутствует и в случаях, когда взятка или незаконное вознаграждение при

коммерческом подкупе получены или переданы от нескольких лиц, но за совершение одного действия (акта бездействия) в общих интересах этих лиц. Не может квалифицироваться как единое продолжаемое преступление одновременное получение, в том числе через посредника, взятки или незаконного вознаграждения при коммерческом подкупе от нескольких лиц, если в интересах каждого из них должностным лицом или лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, совершается отдельное действие (акт бездействия). Содеянное при таких об-

18

стоятельствах образует совокупность преступлений».

Это частное правило квалификации взяточничества сформировалось в судебной практике достаточно давно. В п. 10 ранее действовавшего постановления Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. № 3 «О судебной практике по делам о взяточничестве» одновременное получение должностным лицом взятки от нескольких лиц, если в интересах каждого взяткодателя совершается отдельное действие, предписывалось квалифицировать как преступление, совершенное неоднократно. И хотя в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» подобные разъяснения отсутствовали, в решениях по конкретным делам высшая судебная инстанция не раз подчеркивала, что получение взятки от нескольких лиц необходимо квалифицировать с учетом характера действий должностного лица, совершаемых в интересах нескольких взяткодателей.

Так, С., являясь должностным лицом, за принятие зачета по немецкому языку получил в качестве взятки от четырех студенток деньги. Органами предварительного следствия действия С. квалифицированы по п. «б» ч. 4 ст. 290 УК РФ как получение взятки, совершенное неоднократно.

Суд первой инстанции, переквалифицируя действия С. на ч. 1 ст. 290 УК РФ, исходил из того, что действия виновного по получению взятки от каждой из студенток охватывались единым умыслом, совершены в короткий промежуток времени, а его предложение о даче взятки было обращено ко всем сразу, а не конкретно к каждой из студенток, в связи с чем его действия нельзя квалифицировать по признаку неоднократности получения взяток.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ не согласилась с решением суда, считая неверной квалификацию судом действий С. Так, суд не учел, что виновный, получив деньги от студенток и приняв зачет, совершил действия в интересах каждой из них.

С учетом изложенного приговор отменен, а дело направлено на новое судебное рассмотрение [1].

Итак, с точки зрения высшей судебной инстанции, уголовно-правовая оценка одновременного получения взятки от нескольких лиц зависит от двух факторов:

количества действий (актов бездействия), совершаемых за взятку, - по мнению Пленума, для единичного получения взятки характерно «совершение одного действия (акта бездей-

ствия)», тогда как при совокупности преступлений, предусмотренных ст. 290 УК РФ, в интересах каждого взяткодателя «совершается отдельное действие (акт бездействия)»;

интересов взяткодателей, для удовлетворения которых должностным лицом совершаются соответствующие действия (акты бездействия), - как разъясняется в постановлении Пленума от 9 июля 2013 г. № 24, если они совершаются «в общих интересах» взяткодателей, имеет место одно преступление, а когда действия (акты бездействия) должностного лица совершаются «в интересах каждого из них», содеянное образует совокупность преступлений.

Приступая к анализу названных критериев, отметим, что, на наш взгляд, само по себе количество действий (актов бездействия), совершаемых за взятку, не может служить надежным критерием разграничения совокупности преступлений, предусмотренных ст. 290 УК РФ, и единичного получения взятки. Это можно наглядно проиллюстрировать на двух примерах.

В первом случае следователь, получив от двух совместно действующих подозреваемых взятку за незаконное их освобождение от уголовной ответственности, чтобы завуалировать свои действия, вначале прекращает уголовное преследование в отношении одного из взяткодателей, а потом принимает аналогичное решение в отношении другого. Принятие следователем двух процессуальных решений в этом случае не делает получение взятки от нескольких лиц совокупностью преступлений. Квалифицировать получение взятки от каждого взяткодателя как самостоятельное преступление невозможно, т.к. подозреваемыми была дана одна взятка (пусть и состоящая из двух «взносов») группой лиц по предварительному сговору, что осознавалось следователем.

Во втором случае следователь одним процессуальным решением прекращает уголовное дело в отношении двух подозреваемых, каждый из которых самостоятельно, втайне от другого передал ему взятку. Несмотря на совершение одного действия, выгодного каждому из взяткодателей (прекращение уголовного дела), вполне очевидно, что в этом случае следователь получил две взятки, которые требуют совокупной уголовно-правовой оценки.

Кстати, последний пример вынуждает признать, что и интересы взяткодателей - это весьма расплывчатый критерий в плане разграничения единичного получения взятки от нескольких лиц и совокупности преступлений (тем более, что точно определить характер интересов взяткодателей на практике бывает довольно непросто). В прекращении уголовного дела за взятку заинтересованы оба подозрева-

19

емых (в рассматриваемом случае это их совпадающий интерес), однако, как представляется, это не дает оснований для вывода о получении следователем одной взятки, т.к. им были совершены две коррупционные «сделки» с самостоятельно действующими «контрагентами».

Приведенные примеры показывают, что предложенные в п. 21 постановления Пленума от 9 июля 2013 г. № 24 правила разграничения единичного получения взятки от нескольких лиц и совокупности преступлений, предусмотренных ст. 290 УК РФ, требуют корректировки, т.к. они не учитывают следующие принципиальные обстоятельства.

Во-первых, одним действием (актом бездействия) должностное лицо может удовлетворить различные интересы не связанных друг с другом взяткодателей, равно как и наоборот - общий интерес взаимодействующих взяткодателей может быть удовлетворен посредством совершения нескольких различных действий (актов бездействия) в отношении каждого из них.

Во-вторых, и это не менее важно, действие (бездействие), совершаемое должностным лицом за взятку, - это, как правило, посткриминальное поведение, которое к тому же находится за рамками состава получения взятки. Получение взятки признается оконченным преступлением с момента принятия должностным лицом хотя бы части передаваемых ему ценностей (п. 10 постановления Пленума от 9 июля 2013 г. № 24), а значит, ставить квалификацию этого преступления исключительно в зависимость от действий (бездействия) взяткополучателя, которые в подавляющем большинстве случаев совершаются после юридического окончания преступления, неверно.

Более того, в некоторых случаях это в принципе невозможно. Вернемся к примеру со следователем, который получил взятку сразу от двух подозреваемых за незаконное освобождение обоих от уголовной ответственности. Как квалифицировать его действия, если он был задержан с поличным сразу же после получения взятки от подозреваемых? Очевидно, что в этом случае ориентироваться на количество принимаемых процессуальных решений нельзя.

Полагаем, что при разграничении единичного получения взятки от нескольких лиц и совокупности преступлений, предусмотренных ст. 290 УК РФ, уголовно-правовая оценка содеянного должна осуществляться с учетом двух критериев: а) характера взаимодействия взяткодателей (совместности или самостоятельности их действий), передавших взятку одному должностному лицу; б) субъективного

восприятия этого взаимодействия со стороны взяткополучателя.

На основании этих критериев можно сформулировать следующие правила квалификации.

1. Если взяткодатели действуют совместно, в общих интересах, с двусторонней субъективной связью, т.е. в соучастии, то им следует вменять дачу взятки группой лиц по предварительному сговору или, в зависимости от обстоятельств дела, организованной группой (п. «а» ч. 3 ст. 291 УК РФ). В этом случае должностное лицо, осознававшее, что получает взятку от нескольких взяткодателей, действующих в соучастии, вступает в коррупционные отношения с одним групповым субъектом и, таким образом, совершает одно преступление. При этом размер незаконного вознаграждения, полученного от каждого взяткодателя, должен суммироваться.

2. Если взяткодатели действуют самостоятельно, не сговариваясь, и должностное лицо осознает это обстоятельство, получение взятки от каждого взяткодателя требует отдельной уголовно-правовой оценки. Здесь должностное лицо вступает в коррупционные отношения с каждым взяткодателем по отдельности, даже если взятка была получена от одного лица, действующего в качестве посредника.

Предложенные правила квалификации можно продемонстрировать на примере получения преподавателем государственной образовательной организации незаконного вознаграждения от студентов за выставление положительной оценки на экзамене. Если все студенты-взяткодатели действуют самостоятельно, а преподаватель осознает, что берет взятки от нескольких студентов за положительные экзаменационные оценки, то получение взятки от каждого из них необходимо квалифицировать как отдельное преступление, причем даже в тех случаях, когда студенты передают взятки через одного посредника (например, старосту группы). О самостоятельности действий взяткодателей могут, в частности, свидетельствовать следующие объективные обстоятельства: наличие списка студентов, передавших взятки, с указанием суммы взятки и (или) оплаченной оценки; дифференцированный размер взяток, который зависит от желаемой студентами оценки (например, 10 тыс. рублей за оценку «отлично», 8 тыс. рублей за оценку «хорошо», 5 тыс. рублей за оценку «удовлетворительно»); тот факт, что студенты передают преподавателю взятки втайне друг от друга.

С точки зрения перечисленных обстоятельств некоторые сомнения вызывает обоснованность квалификации действий заведу-

20

ющего кафедрой К., осужденного за получение взятки.

Согласно показаниям студентов перед экзаменом по предмету «Отечественная история» К. дал понять всей группе, что его предмет на экзамене с положительной оценкой будет сдать сложно. В разговоре со студентом А. заведующий кафедрой К. назвал «расценки» за положительные оценки на экзамене. А. сообщил студентам учебной группы о разговоре с К., после чего студенты, желающие получить положительную оценку за взятку, собрали деньги, зачетные книжки и составили список, в котором напротив каждой фамилии стояла соответствующая сданной сумме оценка. Через некоторое время А. и другие студенты решили заявить о планируемой передаче взятки в полицию.

После того, как А. передал К. пакет с деньгами и зачетными книжками, К. был задержан сотрудниками полиции.

Приговором Оренбургского областного суда от 26 марта 2012 г. действия К. квалифицированы как одно преступление по ч. 3 ст. 290 УК РФ. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила приговор без изменений [2].

Как представляется, в этой ситуации обстоятельства дела свидетельствуют о том, что все взяткодатели действовали самостоятельно , преследуя собственные интересы , а должностное лицо осознавало получение взяток от нескольких лиц за совершение отдельных действий в интересах каждого из них. Поэтому содеянное следовало бы квалифицировать как совокупность преступлений, предусмотренных ст. 290 УК РФ.

Иной уголовно-правовой оценки требует получение взятки преподавателем от группы студентов, действующих в соучастии. В этом случае в качестве предмета преступления выступает одна взятка, сформированная за счет взносов соучастников-взяткодателей, и если преподаватель осознает это обстоятельство, то получение взятки от группы лиц, действующих по предварительному сговору, необходимо квалифицировать как единичное преступление.

Студенты Д., В., Г., Д., П., Ф., Ш., Я. 27 июня 2011 г. уговорили преподавателя К. выставить им зачет за взятку, собрали денежные средства по 1 тыс. рублей каждый, после чего указанные денежные средства вместе с зачетными книжками были переданы Г. преподавателю.

После получения от Г. денежных средств К. выставил зачет в принесенные Г. зачетные книжки.

Судом установлены обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий студентов Д., В., Г., Д., П., Ф., Ш., Я. по сбору

денежных средств, предназначенных в качестве взятки преподавателю К. для выставления всем им зачета по предмету, и последующей передаче их преподавателю через Г. Суд указал, что перечисленные обстоятельства свидетельствуют о наличии предварительного сговора на дачу взятки преподавателю в виде денежных средств за выставление зачета по предмету без фактической проверки их знаний.

Приговором Псковского городского суда от 8 декабря 2012 г. студенты Д., В., Г., Д., П., Ф., Ш., Я. осуждены каждый по п. «а» ч. 4 ст. 291 УК РФ, преподаватель К. осужден по ч. 3 ст. 290 УК РФ [3].

Приведенное в качестве примера судебное решение наглядно показывает зависимость квалификации действий взяткополучателя от уголовно-правовой оценки действий взяткодателей. С учетом обстоятельств дела суд обоснованно признал, что должностное лицо получило взятку от группы взяткодателей, действующих по предварительному сговору, и на этом основании верно квалифицировал содеянное как единичное преступление.

Следует оговорить, что сговор группы взяткодателей на передачу совместной взятки должностному лицу в некоторых случаях имеет вынужденный характер. В частности, такая ситуация наблюдается, если преподаватель в качестве условия выставления положительной оценки каждому студенту ставит получение взятки от всей группы либо устанавливает определенный размер взятки для учебной группы в целом. В этом случае студентам, которые могли бы успешно сдать экзамен (зачет) без взятки, приходится объединяться со студентами со слабой успеваемостью и вносить свой вклад в формирование общей взятки. Разумеется, вынужденный характер соучастия в подобных случаях не влияет на уголовно-правовую оценку дачи взятки, которая должна признаваться совершенной группой лиц по предварительному сговору (п. «а» ч. 4 ст. 291 УК РФ). Соответственно, и преподаватель должен нести ответственность за единичное получение взятки от группового субъекта.

Особую сложность в плане квалификации представляют случаи получения взятки от нескольких лиц при заблуждении взяткополучателя относительно согласованности действий взяткодателей. Рассматривая эту проблему, П.С. Яни приводит два примера такого заблуждения: «Следователь может ошибочно считать, что оба подследственных договорились передать за незаконное прекращение уголовного дела взятку каждый в своей части, не образующей крупный размер, а общая сумма ее будет составлять крупный размер. В дей-

21

ствительности же подследственные делали это втайне друг от друга. Приняв и от того, и от другого деньги, сколько взяток взял следователь: одну в крупном размере или две не в крупном?». Отвечая на свой вопрос, П.С. Яни пишет, что «для квалификации более важно восприятие должностного лица, убежденного, что он получает взятку в крупном размере» [4, с. 61-62].

Вторым примером П.С. Яни демонстрирует субъективную ошибку другого плана, когда должностное лицо не осознает, что взяткодатели действуют в соучастии. «Следователь считает, что получает отдельно от каждого из подследственных взятку за прекращение преследования именно этого лица. На самом же деле подследственные сговорились между собой... В этом случае учету подлежит, прежде всего, интеллектуальная составляющая умысла должностного лица, которое считает, что получает две взятки» [4, с. 62].

Полагаем, что предложенные теоретические рекомендации заслуживают поддержки. Они основаны на принципе субъективного вменения и согласуются с позицией высшей судебной инстанции по другим категориям уголовных дел. В частности, здесь можно провести некую аналогию с подходом Верховного Суда РФ к квалификации открытого хищения чужого имущества, которое, по субъективному представлению виновного, является тайным. В п. 2 постановления Пленума от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» разъясняется, что «как тайное хищение чужого имущества (кража) следует квалифицировать действия лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них. В тех случаях, когда указанные лица видели, что совершается хищение, однако виновный, исходя из окружающей обстановки, полагал, что действует тайно, содеянное также является тайным хищением чужого имущества». Проецируя это разъяснение на рассматриваемую ситуацию, можно заключить, что при заблуждении взяткополучателя относительно согласованности действий взяткодателей квалификацию содеянного следует осуществлять с учетом субъективных представлений должностного лица.

Анализ особенностей квалификации одновременной передачи взятки должностному лицу от нескольких лиц будет неполным, если не затронуть вопрос о квалификации действий посредника во взяточничестве, одновременно оказавшего посреднические услуги двум или

более взяткодателям. Устойчивая судебная практика квалификации подобных посреднических действий еще не сформировалась.

В одних случаях соответствующие действия расцениваются как совокупность преступлений, предусмотренных ст. 291.1 УК РФ.

В частности, в приговоре Ингодинского районного суда г. Читы отмечается, что Д. обеспечила передачу взятки преподавателю от студентов М., Н., О., П. и Б.

Поскольку такие действия совершены Д. в интересах каждого из указанных студентов, ее действия следует квалифицировать отдельно в отношении каждого взяткодателя, как посредничество во взяточничестве, т.е. непосредственной передаче взятки по поручению взяткодателя или взяткополучателя, а также иное способствование взяткодателю и взяткополучателю в достижении и реализации соглашения между ними о получении и даче взятки за совершение заведомо незаконных действий [5; см. также: 6].

Вместе с тем, в других аналогичных ситуациях правоприменительные органы усматривают в содеянном признаки единичного посредничества во взяточничестве.

Так, например, К., выступая посредником в даче взятки, действуя по поручению трех студентов, т.е. в интересах указанных лиц, а также преследуя свои личные корыстные интересы, получив от одного из студентов зачетные книжки и денежные средства, передал их жене заведующего кафедрой автомобилей и автомобильного хозяйства за проставление отметок о сдаче экзаменов и расчетно-графических заданий по дисциплинам «Основы теории надежности и работоспособности технических систем» и «Теоретические основы технической эксплуатации автомобилей» без их фактической сдачи.

Советский районный суд г. Орска Оренбургской области квалифицировал указанные действия К. по ч. 2 ст. 291.1 УК РФ как посредничество во взяточничестве за совершение заведомо незаконных действий [7; см. также: 8; 9].

Оценивая столь противоречивую правоприменительную практику, отметим, что второй вариант квалификации представляется неверным.

Во-первых, он игнорирует тесную взаимосвязь действий субъектов взяточничества, нарушает логику их квалификации. Попробуем проследить эту логику на примере передачи должностному лицу через посредника двух взяток по 100 тыс. рублей от самостоятельно действующих взяткодателей. В соответствии с п. 21 постановления Пленума от 9 июля 2013 г. № 24 действия каждого из взяткодателей сле-

дует квалифицировать по ч. 2 ст. 291 УК РФ (дача взятки в значительном размере), должностному лицу необходимо вменять два факта получения взятки в значительном размере (ч. 2 ст. 290 УК РФ). Почему же в таком случае посредник должен нести ответственность за одно посредничество во взяточничестве в крупном размере (п. «б» ч. 3 ст. 291.1 УК РФ)? Если на «входе» (у взяткодателей) и на «выходе» (у взяткополучателя) было две взятки в значительном размере, то откуда у посредника появляется одна взятка в крупном размере при том, что он осознает характер действий всех участников коррупционного подкупа? Найти вразумительный ответ на этот вопрос крайне непросто.

Во-вторых, при такой квалификации (в качестве единичного преступления) не учитывается, что посредник, передавший чиновнику ряд взяток от двух или более самостоятельно действующих лиц, становится субъектом нескольких параллельно развивающихся коррупционных отношений, участником множества коррупционных «сделок» одного взяткополучателя с различными взяткодателями. И если посредник осознает тот факт, что принимает непосредственное участие в передаче должностному лицу нескольких самостоятельных взяток, то его действия, по нашему убеждению, следует квалифицировать как совокупность преступлений, предусмотренных ст. 291.1 УК РФ. Как справедливо отмечается в уголовно-правовой литературе, «не может квалифицироваться как единичное посредничество во взяточничестве одновременная передача должностному лицу взятки по поручению нескольких взяткодателей, если в интересах каждого из них должностным лицом совершается отдельное действие (акт бездействия). В этом случае посредник способствует реализации нескольких соглашений о передаче взятки, «обслуживает» несколько самостоятельных коррупционных цепочек, в которых каждый из взяткодателей преследует собственные интересы, что не позволяет говорить ни о функциональной взаимосвязи тождественных посреднических действий, ни о единстве умысла, ни об общности цели. Поэтому посредничество в передаче взяток одному должностному лицу от нескольких взяткодателей за совершение в пользу каждого из них отдельного действия (акта бездействия) образует совокупность преступлений, предусмотренных ст. 291.1 УК РФ» [10, с. 149].

С учетом вышеизложенного напрашивается вывод о том, что квалификация коррупционных посреднических услуг, выразившихся в

одновременной передаче должностному лицу взяток от нескольких взяткодателей, должна осуществляться с учетом результатов уголовно-правовой оценки деяний взяткополучателя и взяткодателей. И если самостоятельно действующие взяткодатели передают через одного посредника взятки для одного должностного лица, то посредник, так же как и взяткополучатель, должен нести ответственность за совокупность преступлений. Кстати, до включения в уголовное законодательство ст. 291.1 УК РФ подобная взаимосвязь была очевидной. Посредничество во взяточничестве квалифицировалось как пособничество в даче или получении взятки [11, с. 30-35], а следовательно, если взяткополучатель признавался виновным в совокупности преступлений, предусмотренных ст. 290 УК РФ, то и посредник, действовавший в его интересах, привлекался к ответственности за пособничество в получении нескольких взяток.

В завершение статьи немного отвлечемся от квалификационных проблем и обратим внимание на уголовно-правовую природу одновременного получения взятки от нескольких лиц. Если должностное лицо получает взятку от нескольких взяткодателей, действующих в соучастии, содеянное образует единичное преступление. Очевидно, что оно относится к категории сложных единичных преступлений, отличительным признаком которых является наличие внешнего сходства с множественностью преступных деяний (у простых единичных преступлений такое сходство отсутствует) [12, с. 27-29]. Но при этом примечательно, что рассматриваемое преступное деяние не укладывается в рамки известных разновидностей сложных единичных преступлений. В ситуации одновременного получения взятки от нескольких действующих в соучастии взяткодателей прослеживается некоторое сходство с продолжаемым преступлением (тождественность преступных деяний, единство умысла, общность цели), но признать рассматриваемое преступление продолжаемым все же нельзя. Обязательным признаком продолжаемого преступления является дискретность (прерывистость), предполагающая его совершение разновременными противоправными деяниями, тогда как в рассматриваемом случае должностное лицо получает взятку от нескольких лиц единовременно. Похоже на то, что в этой ситуации мы имеем дело с новым видом сложного единичного преступления, признаки которого пока еще не получили должного теоретического осмысления.

23

1. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ № 88-00010 по делу Салтынского (см.: Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2000 года // Бюл. Верховного Суда РФ. 2001. № 1).

2. Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 31 мая 2012 г. № 47-О12-24. Доступ из справ. правовой системы «КонсультантПлюс».

3. Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14 марта 2013 г. № 91-О13-3. Доступ из справ. правовой системы «Консультант-Плюс».

4. Яни П. С. Неоднократное получение незаконного вознаграждения: совокупность преступлений, продолжаемое взяточничество // Уголовно-политические, уголовно-правовые и криминологические проблемы борьбы с современной преступностью и коррупцией: сб. науч. тр. / под ред. Н.А. Лопашенко. Саратов, 2009.

5. Приговор Ингодинского районного суда г. Читы по делу № 1-207/2013 от 29 апр. 2013 г. URL: https://rospravosudie.com/court-ingodinskij-rajonnyj-sud-g-chity-zabajkalskij-kraj-s/act-473814723/

6. Приговор Самарского областного суда от 14 авг. 2012 г. URL: http:// xn--90afdbaav0bd1afy6eub5d.xn--p1ai/bsr/ case/2708408

7. Приговор Советского районного суда г. Орска Оренбургской области по делу № 1-88/2016 от 15 марта 2016 г. URL: https:// rospravosudie.com/court-sovetskij-rajonnyj-sud-g-orska-orenburgskaya-oblast-s/act-519336680/

8. Приговор Баймакского районного суда Республики Башкортостан от 19 марта 2012 г. URL: http://xn--90afdbaav0bd1afy6eub5d.xn--p1ai/ bsr/case/2991077

9. Приговор Октябрьского районного суда г. Красноярска по делу № 1-661/2015 от 2 дек. 2015 г. URL: https://rospravosudie.com/ court-oktyabrskij-rajonnyj-sud-g-krasnoyarska-krasnoyarskij-kraj-s/act-500449786/

10. Чашин К. В. Уголовная ответственность за посредничество во взяточничестве. М, 2015.

11. Ображиев К., Чашин К. Криминализация посредничества во взяточничестве: поиск оптимальной модели // Уголовное право. 2013. № 6.

12. Ображиев К.В., Чикин Д. С. Сложные единичные преступления. М., 2016.

1. Determination of the Judicial Collegium for Criminal Cases of the Supreme Court of the Russian Federation № 88-000-10 on the case of Saltynsky (see: Overview of judicial practice of the Supreme Court of the Russian Federation for the second quarter of 2000 // Bull. of the Supreme Court of the Russian Federation. 2001. № 1).

2. The appeal decision of the Judicial Board on criminal cases of the Supreme Court of the Russian Federation d.d. May 31, 2012 № 47-O12-24. Access from legal reference system «ConsultantPlus».

3. The appeal decision of the Judicial Board on criminal cases of the Supreme Court of the Russian Federation d.d. March 14, 2013 № 91 O13-3. Access from legal reference system «ConsultantPlus».

4. Yani P.S. Repeated receiving illegal remuneration: concurrence of crimes, continued bribery // Criminal policy, criminal law and criminological problems of struggle against modern crime and corruption: coll. of sci. works / ed. by N.A. Lopashenko. Saratov, 2009.

5. The sentence of the Ingoda district court in Chita on case № 1-207/2013 d.d. Apr. 29, 2013. URL: https://rospravosudie.com/court-ingodinskij-rajonnyj-sud-g-chity-zabajkalskij-kraj-s/act-473814723/

6. The sentence of the Samara regional court d.d. Aug. 14, 2012. URL: http://xn--90afdbaav0bd1afy6eub5d.xn--p1ai/bsr/case/ 2708408

7. The sentence of the Soviet district court of Orsk of the Orenburg region on case № 1-88/2016 d.d. March 15, 2016. URL: https://rospravosudie. com/court-sovetskij-rajonnyj-sud-g-orska-orenburgskaya-oblast-s/act-519336680/

8. The sentence of the Baimak district court of the Republic of Bashkortostan d.d. March 19, 2012. URL: http://xn--90afdbaav0bd1afy6eub5d. xn--p1ai/bsr/case/2991077

9. The sentence of the October district court of Krasnoyarsk on case № 1-661/2015 d.d. Dec. 2, 2015. URL: https://rospravosudie.com/ court-oktyabrskij-rajonnyj-sud-g-krasnoyarska-krasnoyarskij-kraj-s/act-500449786/

10. Chashin K.V. Criminal liability for intermediation in bribery. Moscow, 2015.

11. Obrazhiev K., Chashin K. Criminalization of intermediation in bribery: search for an optimal model // Criminal law. 2013. № 6.

12. Obrazhiev K.V., Chikin D.S. Complex individual crimes. Moscow, 2016.

24