Кластерный подход в экономике: от саморазвития к регулированию

УДК: 322.146

Работа выполнена в ФГБНУ СВРАНЦ и ФГБОУВО Вятская ГСХА.

Костенко О.В.

к.э.н., доцент, заведующий кафедрой ФГБОУ ВО Вятская ГСХА, ученый секретарь секции ФГБНУ СВРАНЦ, г. Киров

КЛАСТЕРНЫЙ ПОДХОД В ЭКОНОМИКЕ: ОТ САМОРАЗВИТИЯ К РЕГУЛИРОВАНИЮ

Анализируются этапы кластерного подхода в мировой экономике, от региональных и национальных кластерных программ к распространению кластерного подхода во многих странах мира с наднациональной координацией процессов идентификации и развития кластеров.

Ключевые слова: кластер, кластерный подход, кластерная политика.

Общемировые тенденции последних десятилетий в развитии мировой экономики уверенно подтверждают возрастание роли государственного регулирования на уровне национальных правительств и стратегического менеджмента на уровне предприятий (организаций). Мировой экономический кризис 2008-2009 годов и последующие события, перенос нагрузки по сглаживанию кризисных явлений на уровень национальных правительств и мировых финансовых организаций лишь усилили эти явления.

Стимулирование экономического роста в новых условиях привело к пониманию того, что конкурентоспособность страны обеспечивают национальные компании, и происходит это не на уровне экономики в целом, а в отдельных отраслях и сегментах экономики. При этом парадоксально, но в глобальном масштабе традиционный набор правительственных инструментов — государственное регулирование, защита национальных производителей посредством предоставления льгот, преференций и прямых государственных инвестиций — стимулирует развитие отраслей и сегментов экономики, но не позволяет добиться главной цели — повышения конкурентоспособности экономики страны. Параллельно глобализация экономики и переход к экономике знаний приводит к необходимости искать новые источники конкурентных преимуществ. Изменяется структура бизнеса, идет постоянный поиск путей повышения производительности и конкурентоспособности. Одно из перспективных направлений — фактор связей между компаниями и отраслями, и одно из стратегических решений в этой области — создание кластеров как новой организационной формы бизнеса. В современном мире кластеры стали объективной экономической реальностью, новым источником конкурентных преимуществ компаний и стран [1].

Многие развитые страны активно реализуют эти возможности с помощью кластерной политики. Повышение конкурентоспособности экономики посредством развития кластеров становится базовым элементом стратегий развития подавляющего большинства стран. Эффект достигается за счет комплексного решения — рост инвестиций, формирование новых компаний, развитие новых технологий, повышение экспортного потенциала, рост занятости, усиление конкурентоспособности и производительности корпораций-членов кластера, развитие тесных связей между наукой и производством, развитие инфраструктуры, повышение образовательного уровня и компетенций сотрудников компаний. Происходит смещение фокуса государственной политики с макро- на микроуровень, в процессе разработки стратегий существенно повышается роль региональных правительств.

Кластеры как новый объект в экономике могут формироваться «снизу», в результате естественного стремления компаний к повышению производительности и конкурентоспособности, а могут благодаря регулированию этих процессов «сверху», с

участием правительственных органов [2]. Региональные правительства включают направления кластерного развития в свои стратегические планы, политика активизация объективных процессов формирования и развития кластеров становится важным инструментом дальнейшего развития бизнеса и регионов. К настоящему времени наработан как положительный, так и отрицательный опыт формирования и реализации кластерной политики на уровне регионов. В научной литературе как минимум последнего десятилетия теории кластеров, кластерной политике стало уделяться повышенное внимание. В России эти проблемы также стали предметом многочисленных научных исследований. Вопросы теории кластеров за рубежом изучались на десятилетие раньше, чем в России, при этом следует отметить вклад М. Портера.

М. Портер [3] пришел к основным выводам кластерной теории в результате четырехлетнего исследования в десяти экономически развитых странах: Дании, Германии, Италии, Японии, Кореи, Сингапуре, Швеции, Швейцарии, Великобритании и США. В совокупности они обеспечивали в 1985 году 50% мирового экспорта. Целью исследования стал поиск основ конкурентоспособности на уровне государств, но в ходе исследований М. Портер обнаружил, что успех определяется не экономической системой страны, а производительностью на уровне определенных отраслей и их сегментов. Поэтому новая теория вышла за рамки сравнительных преимуществ стран и обратилась к их конкурентным преимуществам. Поиск был продолжен в другом направлении: почему одни компании более инновационны, чем другие, а некоторые страны обеспечивают более благоприятную среду для инноваций.

В данной работе М. Портер размещает яркий case-study, результат исследований M.J. Enright и P. Tenti [3, с.221-227], ставший хрестоматийным в теории кластеров, — итальянский кластер по производству керамической плитки. Этапы его формирования и развития позволяют проследить, как концентрация предприятий, конкуренция между ними, кооперация с предприятиями других отраслей приводят к более высокой конкурентоспособности (четыре «К» кластера):

- производство кафеля в Сассуоло (провинция Эмилия-Романия) выросло из гончарного дела (с XIII века). После Второй мировой войны стремительно рос спрос (послевоенное восстановление), сыграли роль местные особенности (климат, вкусы и строительные технологии). В 1955 году в Сассуоло было 14 предприятий по производству плитки, к 1962 году стало уже 102. Концентрация компаний привела к сильной конкуренции и применению инноваций (на малой территории сведения распространяются быстро). Большинство компании управлялись семьями, все знали друг друга, и первенство было делом чести. Однако в 1950-х годах производство еще зависело от импорта сырья и оборудования (белая глина из Великобритании; печи, прессы для обжига, глазуровочные машины). Со временем предприятия научились приспосабливать импортное оборудование к использованию местной красной глины. Зарождалось собственное машиностроение;

- интенсивная конкуренция на внутреннем рынке, давление покупателей (итальянцы самые требовательные покупатели плитки; новация 1960-х годов в розничной торговле — выставочные залы керамической плитки) заставляли постоянно осуществлять инновации. Производители оборудования в борьбе за местный рынок снижали цены и совершенствовали свою продукцию. В середине 1980-х в Италии было 200 таких предприятий, в том числе более 60 — в Сассуоло. Взаимоотношения производителей плитки и оборудования основывались на взаимной поддержке, что усиливалось близким расположением. Результатом стали технологические прорывы 1970-х годов — процесс однократного обжига (цикл 20 часов сократился до 50 минут, непрерывный автоматический процесс производства существенно снизил затраты). Как следствие взаимного развития, к 1970 году появились итальянские компании мирового класса по производству обжиговых печей и прессов. В начале 1980-х экспорт оборудования превысил продажи на внутреннем рынке, а в 1988 году составил почти 80% всех продаж. В Сассуоло рос рынок квалифицированной

рабочей силы. Концентрация предприятий способствовала созданию других поддерживающих компаний (производство форм, упаковочных материалов, глазури, транспортировка, консалтинг). Количество специализированных выставочных залов к 1985 году достигло более 7000, через них шло около 80% продаж на внутреннем рынке. В 1976 году компания Piemme представила плитку от лучших дизайнеров, это привело к возникновению новой сопутствующей отрасли дизайнерских услуг;

- застой на внутреннем рынке заставил завоевывать внешние рынки. Наличие родственных, поддерживающих и связанных отраслей помогло развивать экспорт. В 1987 году итальянские компании стали мировыми лидерами в производстве и экспорте керамической черепицы и кафельной плитки (годовой оборот отрасли 10 млрд. $). В небольшом городке Сассуоло и его окрестностях сосредоточилось 30% мирового производства плитки и почти 60% ее мирового экспорта. Представленный case-study описывает процесс развития кластера как самоусиливающейся системы.

В качестве классических примеров современных кластеров (чей успех признан на международном уровне), обычно безоговорочно называются [4-9] производители автомобилей высокого класса в южной Германии; компании электронной и компьютерной промышленности в Силиконовой долине (Калифорния, США); автомобильные компании в Детройте (США); компании по производству модельной обуви в Италии; производители фильмов в Голливуде (США); производители косметики во Франции; лесной и телекоммуникационный кластеры Финляндии; индийский фармацевтический кластер и другие.

Е.Б. Ленчук и Г.А. Власкин [9], основываясь на данных анализа применения за рубежом кластерного подхода, свидетельствуют, что в последние два десятилетия активно идет процесс формирования кластеров. Кластеризацией охвачено около 50% экономик ведущих стран мира. В США в рамках кластеров работает более половины предприятий, доля производимого в них ВВП превысила 60%. Полностью охваченными кластеризацией считаются датская, финская, норвежская и шведская промышленность.

Финляндия, имея всего 0,5% мировых лесных ресурсов, обеспечивает 10% мирового экспорта продукции деревопереработки и 25% — бумаги. На телекоммуникационном рынке она обеспечивает 30% мирового экспорта оборудования мобильной связи и 40% — мобильных телефонов [6, 10].

Активно идет процесс формирования кластеров в Китае, где существует более 60 особых зон-кластеров (30 тыс. фирм с 3,5 млн. сотрудников и уровнем продаж примерно 200 млрд. $ в год). Для этого Китаю понадобились почти 15 лет и огромные внешние инвестиции для создания конкурентоспособных кластеров вокруг ориентированных на экспорт текстильной промышленности, фабрик спорттоваров, одежды, игрушек, посуды [9].

Столь бурное формирование и развитие кластеров является результатом не только естественных процессов кластеризации в экономике, но и следствием широкого применения кластерного подхода на уровне государственного управления. Развитие кластеров становится неотъемлемым элементом инновационной политики государств. А.П. Петров [11] констатирует, что программы поддержки кластеров стали популярными еще в 1990-е годы XX века. Тарасенко В.В. [12] на «Стратегической сессии участников инновационного кластера радиационных технологий Санкт-Петербурга и Ленинградской области», проходившей 12-13 августа 2013 года, выделяет этапы реализации кластерной политики за рубежом (таблица 1).

Таблица 1 — Зарубежный опыт реализации кластерной политики*

Этапы и масштабы Примеры

С 1970-х гг. Отдельные регионы Региональные программы

- регионы Италии

С 1990-х гг. Ведущие страны Национальные программы (комплексная поддержка перспективных

кластеров) - Финляндия: Competence centers - Германия: BioRegio, InnoRegio, Spitzenclusterwettbewerb - Франция: Local productive systems, Competitiveness poles - Великобритания: девять Агентств регионального развития

С 2000-х гг. Во многих странах Международное распространение кластерных инициатив и политик

- Вовлечение новых стран: страны азиатского региона, новые члены ЕС - Формирование информационно-аналитической инфраструктуры: созданы Европейская кластерная обсерватория, Европейская группа по кластерной политике, Европейский кластерный альянс, Кластерная инновационная платформа - Стратегии высокого уровня: подписан European Cluster Memorandum в 2008 году - Развитие межведомственной координации: пример — создание в 2010 году специальной комиссии по территориальным инновационным кластерам в США

* по В.В. Тарасенко [12].

Таким образом, в развитии кластерного подхода в экономике прослеживаются три этапа развития кластерной политики:

- первый этап — реализация в ряде стран региональных программ по развитию отдельных видов деятельности (одним из примеров является район Эмилия-Романия в Италии, описанный выше);

- второй этап — реализация национальных программ комплексной поддержки перспективных кластеров (основные мероприятия раскрыты на примере программ BioRegio и InnoRegio (Германия), Competitiveness poles (Франция) и относятся в основном к развитию инфраструктуры и расширению взаимодействия между участниками кластера). К началу 2000-х годов из 31 европейской страны 26 имели национальные кластерные программы;

- третий этап — распространение кластерного подхода на международном уровне. Для этого этапа характерно не только расширение географии (вовлечение новых стран), но и создание информационно-аналитической инфраструктуры (созданы Европейские кластерная обсерватория, группа по кластерной политике и кластерный альянс, Кластерная инновационная платформа). Проект «Европейская кластерная обсерватория» (European Cluster Observatory) реализуется Центром по стратегии и конкуренции в Стокгольмской школе экономики (Centre for Strategy and Competition at the Stockholm School of Economics) и имеет две цели: идентификация кластера и подготовка кадров. Европейский кластерный меморандум посвящен путям стимулирования инноваций в европейских государствах с помощью кластеров.

Кластерная политика все более востребована в России. Минэкономразвития России планомерно проводит политику расширения применения кластерного подхода на национальном уровне и в регионах страны. Вместе с тем ряд исследователей отмечают качественный разрыв между отечественной и зарубежной теорией и практикой. В связи с этим требуется научно-обоснованное понимание содержания кластерной политики и

выбора ее инструментов, в зависимости от особенностей объектов кластерной политики и условий ее применения.

Литература

1. Костенко О.В. Кластер как объект управления и социально-экономическая система / Аграрная наука Евро-Северо-Востока. — 2015. — № 6. — С. 75-80.

2. Костенко О.В. Этапы жизненного цикла экономического кластера: состояние, движущие силы и процессы / Аграрная наука Евро-Северо-Востока. — 2016. — № 2. — С.74-79.

3. Портер М.Э. Конкуренция: Пер. с англ. — М.: Издательский дом «Вильямс», 2005. — 608 с.

4. Цехан Т.В. Кластерная теория экономического развития [Электронный ресурс] / Портал информационной поддержки малого и среднего производственного бизнеса // http://www.subcontract.ru/Docum/ DocumShow_ DocumID_ 168.html (дата обращения 12.10.2014).

5. Левшина О.Н. Современные тенденции развития теории региональной кластеризации [Электронный ресурс] / Вестник Российского нового университета. — 2012.

— № 2 // http://vestnik-rosnou.ru/pdf/n2y2012/ p73.pdf (дата обращения 03.11.2014).

6. Куценко Е.С. Кластеры в экономике: практика выявления / Обозревать-Observer.

— 2009. — № 10. — С. 109-126.

7. Мантаева Э.И., Куркудинова Е.В. Мировой опыт кластерной модели развития [Электронный ресурс] / Региональная экономика. — 2012. — № 2 // http://www.uecs.ru/uecs-38-382012/item/1085-2012-02-28-05-46-20 (дата обращения 09.11.2014).

8. Кластерная политика за рубежом [Электронный ресурс] / Центр кластерного развития малого и среднего предпринимательства Астраханской области / http://astrackr.ru/index.php/klasternaya-kontseptsiya/klasternaya-politika-za-rubezhom (дата обращения 09.11.2014).

9. Ленчук Е.Б., Власкин Г.А. Кластерный подход в стратегии инновационного развития зарубежных стран [Электронный ресурс] / http://www.innoclusters.ru/uploaded/docs/ljenchuk.pdf (дата обращения 09.11.2014).

10. Oulu Region — The Direction for Expertise / Oulu: Painotalo Suomenmaa, 2003.

11. Петров А.П. Теоретико-методологические основы формирования социально-ориентированного кластера в регионе: Дис. д-ра экон. наук. — Екатеринбург, 2014. — 420 с.

12. Тарасенко В.В. О государственной поддержке развития пилотных инновационных территориальных кластеров [Электронный ресурс] / Доклад на Стратегической сессии участников инновационного кластера радиационных технологий Санкт-Петербурга и Ленинградской области. — 2013, август // http://www.slideshare.net/CSR_North-West/ss-25375081 (дата обращения 09.11.2014).