Проблема реконструкции глухих придыхательных фонем в протославянском диалекте позднего праиндоевропейского языка

Вестник ПСТГУ 2005/4 «Филология», с. 28—36

Проблема реконструкции глухих придыхательных фонем в протославянском диалекте позднего праиндоевропейского языка

В.А. Маслова

кандидат филологических наук, доцент МПГУ

Возможность реконструкции глухих придыхательных фонем в протославянском диалекте праиндоевропейского языка была и остается одной из актуальных проблем сравнительно-исторического индоевропейского языкознания. Распространенным основанием для исключения глухих аспират из реконструируемой системы смычных согласных праиндо-европейского языка являются следующие доводы. 1. Незначительное количество корней, реконструируемых с глухими аспиратами; 2. Факт того, что только в древнеиндийском языке глухие придыхательные составляют особую категорию фонем, а в греческом и армянском соответствия этим фонемам единичны; 3. Недооценка использования данных типологии;

4. Глухие придыхательные не следует реконструировать для праиндоевропейского языка, так как они развились лишь впоследствии в языках-по-томках. Автор статьи реконструирует глухие придыхательные фонемы для протославянского диалекта праиндоевропейского языка на основе звуковых соответствий родственных языков, исходя из фонологической типологии, сформулированной А. Мартине и Р. Якобсоном.

Сформулированная в названии статьи проблема является одной из самых сложных и спорных в современном сравнительно-историческом языкознании.

подсистема смычных согласных фонем позднего праиндоевро-пейского языка — в соответствии с традицией классического индоевропейского языкознания — может быть представлена в виде четырех или трех серий смычных:

I II III IV

*р *рЬ *ь *ъь

*к *кь *с *сь

или:

I II III

*р *ь *ЬЪ

*к *с

0 подсистеме смычных А. Мейе писал: «Смычные составляют единственно полную часть индоевропейской фонетической системы»2.

Сравнивая эти серии, нетрудно заметить, что различие между ними заключается в наличии или отсутствии в подсистеме смычных глухих придыхательных. И это, безусловно, не случайно. Возникает закономерный вопрос: следует ли включать в реконструкцию подсистемы смычных позднего праиндоевропейского языка и, следовательно, протославянского диалекта3, глухие придыхательные?

С данным вопросом тесно связан и другой: существует ли взаимосвязь между реконструкциями глухих и звонких придыхательных? Отметим, что мы реконструируем звонкие придыхательные для про-тославянского диалекта на основе закономерных звуковых соответствий родственных языков4.

Что касается глухих придыхательных, то многие лингвисты, включая в свои реконструкции глухие придыхательные, указывали на редкость примеров. Так, Ф.Ф. Фортунатов писал: «О.-и.-е. (общеиндоевропейские. — В.М.) глухие придыхательные согласные пока еще определены недостаточно в их истории в отдельных и.-е. языках, хотя несомненно то, что о.-и.-е. язык в эпоху распадения имел глухие придыхательные, именно: кЪ задненёбные, чистое и лабиализованное, кЪ нёбное (кЪЪ), Ш и рЪ»5 или: «...о.-и.-е. глухие придыхательные (т.е. кЪ, киЪ и т.д.) пока определены лишь в немногих случа-

1 *кЪ, *в, — символы, обозначающие как велярные гуттуральные фоне-

мы, так и фонемы других возможных гуттуральных рядов (лабиовелярного, палатализованного).

2 Мейе А. Введение в сравнительное изучение индоевропейских языков. М.; Л., 1938.С. 110.

3

3 Мы исходим из концепции О.Н. Трубачева об изначальности диалектного членения праиндоевропейского языка. — См.: Маслова В.А. Истоки праславянской фонологии. М., 2004. С. 7—8.

4 Там же, с. 29—31; Маслова В.А. Проблема реконструкции звонких придыхательных фонем в протославянском диалекте позднего праиндоевропейского языка // Проблемы современного филологического образования. Межвузовский сборник научных статей. Вып. 5. Москва-Ярославль, 2004. С. 3—13.

5 Фортунатов Ф.Ф. Сравнительная фонетика индоевропейских языков. Краткий очерк // Фортунатов Ф.Ф. Избранные труды. Т. 1. М., 1956. С. 411.

ях»6. Аналогичное высказывание у В.К. Поржезинского: «История индоевропейских глухих придыхательных согласных, существующих здесь в сравнительно редких случаях, представляет до сих пор еще много неясного, так как мы располагаем лишь небольшим материалом из более или менее достоверных примеров»7.

На редкость примеров указывал также А. Мейе: «Примеры относительно редки»8 и «поскольку глухие придыхательные употреблялись редко, бесспорные примеры для них найти трудно»9. А. Мейе рассматривал глухие придыхательные как экспрессивный вариант простых глухих: «Придыхательные глухие часто чередуются с простыми глухими или с придыхательными звонкими; они, по-видимому, часто носят характер экспрессивных фонем и относятся к «народной» манере произносить некоторые слова»10.

Назовем эти редкие примеры.

И.-е. *рИ — ст.-слав. п^на < и.-е. *8рЫота, ср. лит. зрйте. — «рябь на воде», др.-инд. рЫёпаЬ. В таком виде, с приведением праин-доевропейской формы (=архетипа) *$рко1па, фиксирует лексему п^на Г.А. Ильинский11. А. Мейе для сравнения приводит лишь древнеиндийскую форму рЫёпаЪ: «...*рк засвидетельствовано только санскритом»12. У О. Семереньи слово п^на дается с дополнительными сведениями: др.-в.-н. /вт, лат. 8рйша — «пена»13. Характерно, что латинская форма 8рйша — с начальным звуком 5.

*рыхаИ, *рыхпОй (серб. пухати, пухнути, слов. рйЫай, рйкпШ, польск. рйсЫаС, рйсЫпаС, рус. пухнуть), ср. греч. фиаа — «дутьё, дуновение», фиааю и листаю, арм. ркыкк — «дыхание, дуновение», др.-инд. рЫШкатоИ — «он дышит, пыхтит, дует», рЫйкатЫ — «выдувание, свистение». Данный глагол, по мнению А. Мейе и О. Семереньи, имеет звукоподражательный характер14.

6 Там же. С. 396.

7 Поржезинский В. Сравнительная грамматика славянских языков. Вып. I. Введение. Общеславянский язык в свете данных сравнительно-исторической грамматики индоевропейских языков. Изд. 2. М., 1916. С. 49.

8 Мейе А. Введение в сравнительное изучение индоевропейских языков. С. 116.

9 Мейе А. Общеславянский язык. М., 1951. С. 21.

10 Мейе А. Введение в сравнительное изучение индоевропейских языков. С. 110.

11 Ильинский Г.А. Праславянская грамматика. Нежин, 1916. С. 212. Здесь и далее соблюдается авторская графическая запись примеров. См. также: Бошкович Р. Основы сравнительной грамматики славянских языков. I. Фонетика. М., 1984. С. 93 (репа < *5рко1па, лит. 5ратв, др.-инд. ркепа.Н).

12 Мейе А. Общеславянский язык. С. 21.

13 Семереньи О. Введение в сравнительное языкознание. М., 1980. С. 82.

СС (с. 560) фиксирует данную лексему в форме мн. числа п^ны со значением «пена» и прилагательное п^ньнъ, -ги — «пенистый, пенящийся».

14 Мейе А. Введение в сравнительное изучение индоевропейских языков. С. 116; Мейе А. Общеславянский язык. С. 21 (*х в праславянской форме, как у А. Мейе); Се-

Ст.-слав. и др.-рус. палица — «палка», ср. др.-инд. phalakam — «доска, брусок», др.-сканд. fjQl — «половица, доска». Интересно отметить, что Г.А. Ильинский приводит этот же пример, но с другой огласовкой корня: *polica — «доска < и.-е. *phel-, ср. греч. ofélaç — «скамья», др.-инд. phâlakam — «доска»15.

Примеры на и.-е.*^ также единичны. Ст.-слав. пжть, ср.: др.-инд. pânthâh — «дорога» (р.п. pâthâh), греч. patoq — «тропа», povtoq

— «море», лат. pons (р.п. pontis)16.

Ст.-слав. матж — «я возмущаю, привожу в смятение», ср.: др.-инд. mânthâti— «он мешает, двигает, болтает». Г.А. Ильинский фиксирует и праиндоевропейский корень данного глагола: *metQ < и.-е.

*menth-, ср.: др.-инд. manthati — «двигает, болтает», лит. mentùre — «мутовка»17.

мереньи О. Введение в сравнительное языкознание. С. 83. Названные значения фиксируются также в: Фасмер, III. С. 414; Черных, II. С. 85 (П.Я. Черных указывает у глагола «пухнуть» и другое значение — «увеличиваться в размерах, в объеме против обычного»).

15 Ильинский Г.А. Праславянская грамматика. С. 212. Приведенная форма палица (*palica) дается вместе со звуковыми соответствиями О. Семереньи (Семереньи О. Введение в сравнительное языкознание. С. 81). Кульбакин С.М. Древне-церковно-славянский язык. Изд. 2. Харьков, 1913. С. 45; Бошкович Р. Основы сравнительной грамматики славянских языков. С. 93 (polica < (s)phela, др.-инд. halakam, греч. Ofélaç). СС (С. 441) фиксирует в качестве основного варианта пллицл, но и полицл! из Супрасль-ской рукописи со значением «посох, палка». Лексему полицл со значением «посох, палка на стене» из разных славянских языков приводит М. Фасмер (Фасмер, III, с. 310) и считает это слово родственным др.-инд. phalakam — «доска, планка, лист», phalati — «раскалывается», др.-исл. fjQl (*felô) — «доска», греч. afélaç— «полено, дубина».

16 Мейе А. Общеславянский язык. С. 21; Семереньи О. Введение в сравнительное языкознание. С. 81. См. также: Фасмер, III. С. 413 (праслав. *pQїь родственно др.-инд. pânthas — «тропа, дорога, путь», др.-прусск. pintis — «путь, дорога», греч. reovtoç — «море, путь по морю», лат.pons, р.п.pontis — «мост, тропинка»; Черны1х, II. С. 85 (фиксирует те же соответствия); Бошкович 1984. С. 94 (pQїь < *ponth-, др.-инд. panthas).

17 Ильинский Г.А. Праславянская грамматика. С. 213; Мейе А. Общеславянский язык. С. 21; Семереньи О. Введение в сравнительное языкознание. С. 81; Кульбакин С.М. Древне-церковно-славянский язык. С. 46. Этот же глагол в форме 3 л. ед. ч. настоящего времени мАтетъ «возмущает» приводит А. Лескин (Лескин А. Грамматика древнеболгарского (древнецерковнославянского) языка. Казань, 1915, с. 71; Фортунатов Ф.Ф. Сравнительная фонетика индоевропейских языков. Краткий очерк. T. I. С. 412: ст.-слав. мат@, масти, м@тити, греч. |xo0oç — «суматоха». Др.-инд. глагольный корень math-, manth- (где n по происхождению инфикс), например, в форме 3 л. ед.ч. действительного залога настоящего времени mathnati и manthati — «болтает, мешает»; Поржезинский В. Сравнительная грамматика славянских языков. Вып. I. С. 50; Бошкович Р. Основы сравнительной грамматики славянских языков. С. 94. Срезневский, II. С. 257: русск. масти, мат^ — «приводить в смущенье, мутить, смущать; тревожить, беспокоить». ЭССЯ. Вып. 19. М., 1993. С. 12: «Родственно др.-инд. manth — (3 л. ед. manthati) — «мешать, болтать, сбивать», лит. menciù, mesti — «мешать, перемешивать»... Все вместе восходит к и.-е. *ment- /*met- (см. Pokorny, I, 732: menth, -meth)»; С. 13: «В нашем случае можно указать на аналогичные отношения слав.*metQ, *mesti, *mQts, *mQtiti к *mesti, *metQ, *motb, *motati». СС (С. 341) фиксирует данный глагол со значением «трясти».

И, наконец, у Г.А. Ильинского мы встречаем еще один пример: к0& < и.-е. *каШко$, греч. кап0о<; «глазной угол»18 — цслав. кжтъ. Этимология, сближающая к01ъ (ст.-слав. кжтъ) с греч. кап0о<; «уголок глаза» из и.-е. каШко$, по данным «Этимологического словаря славянских языков» (вып. 12, М., 1985, с. 77), «более популярна», но не является единственной19.

Приведенные примеры, конечно, уникальны, но в этой уникальности есть определенная закономерность: звуковые соответствия родственных языков свидетельствуют о наличии в протославянском диалекте праиндоевропейского языка глухих придыхательных смычных согласных.

Эти соответствия можно представить так:

и др.-инд. рп др.-инд 1й

греч. ри (ф) греч. 1 (1) или 1и (в)20

гот. / лат. 1

и.-е. *ри арм. ри и.-е. *^ лит. 1

лит. р слав. 1

слав. р

«Скр. pH, иран. /, арм. pH в греческом соответствует ф, а скр. кк, иран. х, арм. х в греческом соответствует %... Эти соответствия принуждают нас признать, если и не для всего индоевропейского в целом, то во всяком случае для области, представленной языками индоиранскими, армянским и греческим наличие ряда глухих придыхательных *рк и *кк», — писал А. Мейе21.

Наиболее показательными являются данные древнеиндийского языка (санскрита), так как этот язык обладал полной четырехчленной

18

18 Ильинский Г.А. Праславянская грамматика. С. 213. М. Фасмер фиксирует слово кут со значением «угол, тупик» (укр., блр. кут, цслав. к@тъ, болг. кът, пол. ка1 и т. д.) и считает его родственным греч. кап0о<; — «угол глаза». (Фасмер, II. С. 432). Об аналогичных реконструкциях см.: ЭССЯ. Вып. 12. С. 77).

19 По мнению О.Н. Трубачева (ЭССЯ. Вып. 12, с. 77), «греч. кап0о<; «уголок глаза» требует более тонкого учета всей специфики его формы и значения. Безоговорочное отождествление его со слав. kQtъ вряд ли допустимо, оно не только не объясняет природы греч. 9 (< и.-е.*й?), но и в не меньшей степени — природу греч. х». См. также: Дьяченко. С. 276: куть — «место или лавка для сидения под красным окном»; Тру-бачев О.Н. Этногенез и культура древнейших славян. Лингвистические исследования. М., 1991. С. 119.

Семереньи О. Введение в сравнительное языкознание: «в греческом Л представлено звуком т или 9, а кк — звуком х».

21 Мейе А. Введение в сравнительное изучение индоевропейских языков. С. 116. Названные соответствия см.: Ильинский Г.А. Праславянская грамматика. С. 212.

системой смычных (простые глухие p, t, к — глухие придыхательные ph, fr, kh; простые звонкие b, d, g — звонкие придыхательные bh, dh,

Л22.

Именно четырехчленная подсистема смычных древнеиндийского языка явилась образцом для постулирования позднего праиндоевро-пейского консонантизма (и в частности, глухих придыхательных) К. Бругманом, А. Мейе, А. Лескином, Г.А. Ильинским, О. Семереньи.

Однако многие ученые XIX в. полагали, что древнеиндийские глухие придыхательные являются результатом специфического развития древнеиндийского языка и не должны быть проецируемыми в праиндоевропейский язык. Такого взгляда придерживались корифеи сравнительно-исторического языкознания в домладограмматичес-кий период — Ф. Бопп, А. Потт, А. Шлейхер, Г. Курциус23.

В 1891 году Ф. де Соссюр предположил, что глухие придыхательные праиндоевропейского языка могли иметь вторичное происхождение, восходя к сочетаниям простого (!) глухого смычного с последующим «сонантным коэффициентом» (ларингалом. — В.М.). Польский лингвист Е. Курилович, приняв гипотезу Ф. де Соссюра, попытался доказать, что глухие аспираты (=придыхательные) представляют собой индоиранское новообразование и не подлежат проекции в праязык24.

На неубедительность разных попыток исключить глухие аспираты из подсистемы смычных праиндоевропейского языка указывал Я. Фриск. Он оценил как «негативные» все предыдущие попытки объяснения происхождения глухих аспират как вторичных звуков и подошел к определению их как «исконных и самостоятельных звуков праязыка», хотя и он признавал неустойчивый характер их артикуляции25.

22 «Знакомство с санскритом в двух отношениях имело решающее значение для создания сравнительной грамматики. Прежде всего, санскрит сохранил архаичную морфологию и систему согласных, позволяющие составить себе представление о том, чем мог быть индоевропейский язык», — писал А. Мейе (Мейе А. Введение в сравнительное изучение индоевропейских языков. С. 448). См. также: Фортунатов 1956 — I. С. 411; Савченко А. Н. Сравнительная грамматика индоевропейских языков. М., 1974. С. 68; Семереньи О. Введение в сравнительное языкознание. С. 66, 161.

23 См. об этом: Тронский И.М. Общеиндоевропейское языковое состояние. Л., 1967. С. 37.

24

24 См. об этом: Тронский И.М. Общеиндоевропейское языковое состояние. С. 38 (И.М. Тронский имел в виду две работы Е. Куриловича: 1) Études тйоеигорёепез, I. Krakow, 1935. С. 46-54 и 2) Ь’АрорИоте en indo-européen. Wroclaw, 1956. С. 375-382. См. также: Курилович Е. О методах внутренней реконструкции // Новое в лингвистике. Вып. IV. М., 1965. С. 406); Савченко А. Н. Сравнительная грамматика индоевропейских языков. С. 69; Семереньи О. Введение в сравнительное языкознание. С. 66,

160-161.

25

25 Точка зрения Я. Фриска — со ссылкой на его работу «Suffixales -th- im Indogermanischen. Göteborgs Högskolas Arsskrift, XLII, 2, Göteborg, 1936. S. 41 — излага-

Таким образом, глухие аспираты включают в свои реконструкции А. Мейе, С.М. Кульбакин, А. Лескин, Г.А. Ильинский, Ф.Ф. Фортунатов, В.К. Поржезинский, О. Семереньи, Р. Бошкович, а также В.А. Богородицкий, П.А. Бузук, О. Гуйер, Т. Барроу, Ф. Ма-реш, В. Пизани, В.Т. Коломиец, М.А. Жовтобрюх26. Все они отмечают, что «глухие придыхательные согласные были довольно редки»27. По мнению И.М. Тронского, «сомнения в существовании этой последней категории фонем (глухих аспират. — В.М.) в общеиндоевропейском следует признать гиперкритическими»28. При этом И.М. Тронский исходил из фонологической типологии, суть которой кратко сформулировал А. Мартине: «Серия типа bh, dh, gh встречается, как правило, лишь в тех языках, где существует также серия глухих придыхательных ph, th, kh»29. Ту же мысль высказал Р.О. Якобсон в докладе на VIII Международном конгрессе лингвистов в Осло в 1957 году: «Насколько мне известно, нет ни одного языка, где бы к паре 1t|

— |d| добавлялся звонкий придыхательный |dh|, но отсутствовало бы его глухое соответствие |th|...»30

Следовательно, существуют языки с оппозициями:

*ph *kh

*p — *t — *k

*b — *d — *g

*bh *dh *gh

но не существует языков с оппозициями:

*p — *t — *k

*b — *d — *g

*bh — *dh — *gh.

ется по: Тройский И.М. Общеиндоевропейское языковое состояние. С. 39; Пизани В. Общее и индоевропейское языкознание // Общее и индоевропейское языкознание. М., 1956. С. 136.

26 Богородицкій В.А. Краткий очерк сравнительной грамматики ариоевропейских языков. Изд. 2. Казань, 1917. С. 41; Бузук П.А. Спроба гісторьіі дагістарьічнай эпох славянскай фонетыы. Институт беларускай культуры. Зап. аддзелу гуманітарних на-вук. Вып. 2. Менск, 1928. С. 10; Гуйер О. Введение в историю чешского языка. М., 1953. С. 21; Барроу Т. Санскрит. М.: Прогресс, 1976. С. 66, 70-71; Mares F.V. Vznik slo-vanského fonologického systému ajeho уууоі do konce období slovanské jazykové jednoty // Slavia, roCnikXXV, sesit 4, Praha, 1956. С. 444; Пизани 1956. С. 136; Коломіець В.Т. Початкова фонетична система праслов’янської мови, успадкована з індоевропейської // Вступ до порівняльно-історичного вивчення слов’янських мов. Київ: Наукова думка, 1966. С. 27; Жовтобрюх М.А., Русанівський В.М., Скляренко В.Г. Історія української мови. Фонетика. Київ, 1979. С. 76.

27

Гуйер О. Введение в историю чешского языка. С. 21.

28 Тронский И.М. Общеиндоевропейское языковое состояние. С. 39.

29 Мартине А. Принцип экономии в фонетических изменениях (Проблемы диахронической фонологии). М., 1960. С. 153.

30 Якобсон Р.О. Типологические исследования и их вклад в сравнительно-историческое языкознание // Новое в лингвистике. Вып. III. М., 1963. С. 103.

Одним из первых, кто стал привлекать типологические данные для решения проблемы реконструкции праиндоевропейской фонологической системы, был О. Семереньи31. Именно он предложил восстановить в системе глухие придыхательные и тем самым вернуться к младограмматической четырехчленной системе смычных (простые глухие D глухие придыхательные D простые звонкие D звонкие придыхательные): «...нельзя отрицать, что ТА (Tenues32 aspiratae. —

B.М.) существовали в индоевропейском праязыке, хотя встречаются они не слишком часто»33.

Несмотря на типологические данные, ряд ученых отрицает общеиндоевропейский характер глухих придыхательных34. Б.М. Гаспаров, хотя и считает «важным довод типологического характера», тем не менее предполагает, что отсутствие фонематического противопоставления по звонкости у придыхательных (автор реконструирует только звонкие придыхательные *bh, *dh. — В. М.) находится в связи со слабым развитием данного противопоставления у чистых согласных»35. А.Р. Бомхард полагает, что глухие аспираты развились лишь впоследствии в языках-потомках или, возможно, они не были частью праин-доевропейской фонологической системы, хотя фонетически могли существовать как нефонематические варианты простых глухих смыч-ны36. «Кроме экспрессивных слов, нигде не представлены фонемы 4-й серии (глухие аспираты. — В.М.). Они могут быть результатом позднего параллельного развития», — пишет Ж. Одри37.

Как видно, и в настоящее время проблема глухих придыхательных в силу своей объективной сложности продолжает быть спорной.

Суммируем те доводы, которые были и являются основанием для исключения глухих аспират из реконструкции подсистемы смычных согласных: 1) небольшое количество корней, реконструируемых с

31 См. об этом: Бомхард А.Р. Современные направления реконструкции праин-доевропейского консонантизма // ВЯ. 1988. № 2. С. 9.

32 От лат. tenuis — «тонкий» (ЛРС, с. 766). Семереньи О. Введение в сравнительное языкознание. С. 67: «...тонкие (или глухие) аспирированные, т. н. Тепиез aspiratae (TA)». Этот же термин употребляет А. Лескин (Лескин А. Грамматика древнеболгарского (древнецерковнославянского) языка. С. 71).

33 Семереньи О. Введение в сравнительное языкознание. С. 161.

34 Напр., Савченко А. Н. Сравнительная грамматика индоевропейских языков.

C. 69.

35

35 Гаспаров Б.М., Сигалов П.С. Сравнительная грамматика славянских языков. Ч. I. Тарту, 1974. С. 9.

36 Бомхард 1988. С. 6, 19; Бомхард А.Р. Придыхательные смычные в праиндоев-ропейском // ВЯ, 1992, № 2. С. 49-50.

37 Одри Ж. Индоевропейский язык // НЗЛ. Вып. XXI. М.: Прогресс. 1988. С. 29. Реконструируя систему согласных индоевропейского праязыка, Ж. Одри объединяет взрывные согласные «в три или, возможно, в четыре серии (четвертая серия считается более поздней» (С. 27).

глухими придыхательными; этих корней значительно меньше, чем со звонкими придыхательными; 2) только в древнеиндийском языке глухие придыхательные составляют особую категорию фонем, а в греческом и армянском соответствия этим фонемам единичны38; 3) имеются случаи, когда древнеиндийскому th в греческом соответствует не th (0), а t (т) (вспомните пример на с. 21: пжтъ, др.-инд.panthah — «дорога» (Р. п. pathah), греч. patoq — «тропа»)39; 4) недооценка использования данных типологии40; 5) глухие придыхательные не следует реконструировать для праиндоевропейского языка, так как они развились лишь впоследствии в языках-потомках41.

В заключение подчеркнем: в статье принимается гипотеза К. Бругмана, О. Семереньи, согласно которой в праиндоевропейском языке (следовательно, и в протославянском диалекте) были глухие придыхательные. И с этой точки зрения нельзя не согласиться с И.М. Тронским, который писал: «Как ближняя реконструкция общеиндоевропейской системы смычных теория Бругмана остается в си-

ле»42.

The problem of reconstructing mute aspirates in the Proto-Slavic dialect of the Proto-Indo-European language

V.A.Maslova

The aim of the article is to discuss one of the most important problems for the Indo-European linguistic studies, that is, of reconstructing mute aspirates in the Proto-Slavic dialect of the Proto-Indo-European language. The reasons for commonly excluding mute aspirates of the Proto-Indo-European phonological system are as follows: 1. small number of roots representing the mute aspirates; 2. the fact that only for the Old Indian language one can reconstruct the definite mute aspirates series; 3. paying little attention to the typology data; 4. the viewpoint that the mute aspirates shouldn’t be reconstructed for the Proto-Indo-European language because of the fact that the series develops just in the later derivate languages. The author, however, reconstructs the mute aspirates series for the Proto-Slavic dialect of the Proto-Indo-European language, on the basis of the phonetic correlations of relative languages, by employing the phonologic typology formulated by A.Martine and R.Jacobson.

38

38 Гаспаров Б.М., Сигалов П.С. Сравнительная грамматика славянских языков.

С. 9.

39 Гронский И.М. Общеиндоевропейское языковое состояние. С. 37; Савченко А. Н. Сравнительная грамматика индоевропейских языков. С. 69.

40 Бомхард 1988, с. 7: «...некоторые... лингвисты подвергли сомнению правомерность использования типологических данных в сравнительно-историческом языкознании». Их главный довод, по мнению А.Р. Бомхарда, таков: «Наша “база данных” о языковых системах всегда будет неполной», поэтому «нельзя и утверждать, что такой-то тип невозможен, неестествен или никогда не существовал».

41 Гам же. С. 6.

42

42 Гронский И.М. Общеиндоевропейское языковое состояние. С. 40.