Генетические пласты лексики материальной культуры тоболо-иртышского диалекта сибирских татар

Г.Н. Ниязова

ГЕНЕТИЧЕСКИЕ ПЛАСТЫ ЛЕКСИКИ МАТЕРИАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ ТОБОЛО-ИРТЫШСКОГО ДИАЛЕКТА СИБИРСКИХ ТАТАР

Рассматривается лексика материальной культуры тоболо-иртышского диалекта сибирских татар в плане выявления её генетических пластов. Выявляются общность данного диалекта с другими тюркскими языками и заимствования из других нетюркских языков.

В татарском языкознании в последние годы активно ведется исследование лексики. В научных работах в той или иной степени затрагивается данный тематический пласт, однако авторы ограничиваются изучением некоторых названий одежды, продуктов питания и земледельческих терминов. Исследованию лексики диалектов сибирских татар посвящены работы известных тюркологов: Г.Х. Ахатова, М.А. Абдрахманова, С.М. Исхаковой, Д.Г. Тумашевой, Х.Ч. Алишиной, А.Р. Рахимовой и др.

Потребность в изучении лексики материальной культуры в диалектах сибирских татар связана с возрождением и развитием национальной культуры, бережным отношением к диалектам, т.к. в ней содержится информация об этнических, культурных и языковых процессах.

Сибирские татары - это тюркское население Сибири, издавна обитающее в основном в сельских районах и городах Тюменской, Омской, Новосибирской, Томской областей [1. С. 3]. Современный язык сибирских татар, или восточный диалект татарского языка, используется главным образом в качестве бытового и, в зависимости от территориального заселения сибирских татар, имеет следующее диалектное членение: а) тобо-ло-иртышский диалект с тюменским, тобольским, заболотным, тевризским и тарским говорами; б) бара-бинский диалект; в) томский диалект с эуштинско-чатским и калмакским говорами. В качестве литературного языка сибирские татары используют русский и татарский литературный языки [2. С. 3].

Понятие «материальная культура» охватывает не только материально объективированные явления культуры в сфере производства и потребления (жилище, предметы обихода, утварь, одежда, обувь и пр.), но и связанные с ними формы человеческой деятельности, ориентации и опыта. Лексика исследуемого диалекта приводится из «Словаря диалектов сибирских татар» Д.Г. Тумашевой [3].

Анализ лексики материальной культуры тоболо-иртышского диалекта сибирских татар в генетическом аспекте позволяет выделить два пласта: тюркский и заимствованный.

Тюркский пласт включает в себя лексику, которая сохранилась в течение сотен лет во всех или большинстве современных тюркских языков. При дальнейшей классификации в составе древнетюркского пласта выделяется лексика, общая с тюркскими языками, которая в свою очередь подразделяется на группы: древнетюркская и общетюркская. Сравнение с древнетюркской лексикой проводилось с привлечением данных «Древнетюркского словаря» [4].

Значительная часть диалектной лексики сохраняет древнетюркскую семантику. Например: сиб. тат. ей «дом, изба» - др.-тюрк. ей, ев «жилище, дом»; сиб. тат.

аран (тюм.) «хлев, конюшня» - др.-тюрк. aran «конюшня»; сиб. тат. йастьщ «подушка» - др.-тюрк. yastuc «подушка»; сиб. тат. тирмэн «мельница» - др.-тюрк. tegirman «мельница»; сиб. тат. илэк «сито» - др.-тюрк. elak «сито»; сиб. тат. кейем «одежда» - др.-тюрк. kejim «одежда, одеяние»; сиб. тат. мунцак «бусы, ожерелье» - др.-тюрк. moncuq «бусы, ожерелье».

Кроме того, имеются слова, совпадающие по форме с древнетюркскими словами, но имеющие свои семантические особенности. Например: сиб. тат. йорт «деревня, место проживания» - др.-тюрк. jurt «дом, владение, местожительство, земля, страна»; сиб. тат. йегэн «циновка, сплетенная из камыша» - др.-тюрк. yekan «разновидность камыша»; сиб. тат. пойма «валенки» - др.-тюрк. ujma «войлок, из которого делают обувь» и др.

Основу лексики материальной культуры тоболо-иртышского диалекта сибирских татар составляют общетюркские слова. Общетюркскими называются слова, которые зафиксированы в древних и средневековых памятниках, а также имеют параллели в большинстве современных тюркских языков, в том числе в диалектах сибирских татар. По семантике лексика, относящаяся к материальной культуре, в основном совпадает с общетюркскими словами, но имеются и различия.

Общетюркский пласт имеет в своем составе лексику, общую с разными группами западнохуннских языков. Для установления общности лексики с другими тюркскими языками использована классификация Н.А. Баскакова [5], построенная на историко-хронологическом критерии.

Большое количество лексем имеет параллели с кып-чакско-булгарской группой (татарский язык и его диалекты; башкирский язык). Например: сиб. тат. итэн «пол» - тат. лит. идэн «пол», башк. изэн «пол»; сиб. тат. кунэк «берестяная кадка для хранения зерна, муки» -сред. д. кунэк «коробок или ведро из бересты», башк. кунэк «берестяной короб, ведро»; сиб. тат. куйлэк «платье, рубашка» - тат. кулмэк, башк. кулдэк «платье»; сиб. тат. царык «бродни (кожаная обувь с подошвами и голенищами, доходившими до колен)» - тат. лит. чарык, башк. сарык «обувь с кожаной подошвой и плотными голенищами»; сиб. тат. сырга «серьги с подвесками» -сред. д. сырга «женское украшение с подвесками, состоящими из блях с камнями и монет», башк. ьырга «серьги-подвески» и др.

Ареал распространения данной лексической общности охватывает и чувашский язык (булгарская группа), указывая тем самым на ее древность. Исторически эта общность объясняется прежде всего единством языков Волго-Камско-Уральского региона (язык предков татар, башкир и чувашей). Вхождение диалектов сибирских татар в данный языковой ареал Р.Г. Ахметьянов объясняет «посред-

ничеством языка ногайцев, которые в XIV в. жили с чувашами и булгарами, но затем перекочевали на восток и в конце концов влились в состав западносибирских татар» [6. С. 23]. Отсюда сходство фонетического оформления некоторых слов в чуваш-ском языке и исследуемого диалекта, а также ряд чувашско-сибирско-татарских лексических параллелей. Слова, общие с чувашским языком, выделяются преиму-щественно в названиях предметов домашнего обихода: сиб. тат. тYшэк «тюфяк, перина» - чув. тYжек «постель»; сиб. тат. цара «большая деревянная чаша» - чув. чара «большое деревянное блюдо, в котором месят тесто»; сиб.тат. цулмэк «чугунок из глины» - чув. чулмек «горшок, корчага»; сиб. тат. шабыр «холщовая одежда типа плаща» - чув. чувур «плащ»; сиб. тат. ату «мягкие кожаные сапожки» - чув. ату «сапоги»; сиб. тат. такыйа «шапка» - чув. тухья «женский головной убор».

Наблюдаются параллели с языками кыпчакско-половецкой группы (караимский, кумыкский, карачаево-балкарский, крымско-татарский): сиб. тат. аран (тюм.) «хлев» - кум. аран «хлев»., караим. аран «конюшня, стойло, хлев, загон»; сиб. тат. йастьщ тыш «наволочка» -к. балк. джастыкъ тыш «наволочка»; сиб. тат. йаулык «платок» - крым.-тат. йаглык «платок»; сиб. тат. мунцак - крым.-тат. мунжака «околошейное украшение из монет и бус».

Параллели с языками кыпчакско-ногайской группы (казахский, ногайский, каракалпакский языки) проявляются в словах: сиб. тат. уцак - каз. ошак «очаг»; сиб. тат. мейэш «угол» - ног. муйис, каз. муйіс, к. калп. муйеш «угол»; сиб. тат. тYшэк «тюфяк, перина» - ног., к. калп., каз. тосек «постель»; сиб. тат. кейле «ступа для толчения зерна» - к. калп. кели «ступка»; сиб. тат. цилэк «квашня» - каз., к. калп., ног. шелэк «ведро»; сиб. тат. сырга «серьги с подвесками» - каз. сырга, ног. сырга «серьги-подвески».

Это взаимодействие было вызвано территориальной близостью, тесными этнокультурными, историческими контактами. Каракалпаки, башкиры, казахи, ногайцы вступали в хозяйственно-торговые отношения с сибирским населением, оседали в южных районах ЗападноСибирской равнины [7. С. 124].

Лексика, общая с языками карлукской группы (узбекский, уйгурский языки), проявляется в следующих словах: сиб. тат. урынтык - уйг. орундук «стул, табуретка»; сиб. тат. сантала «стул, табуретка» - узб. сандала «низкий квадратный столик»; сиб. тат. кура (тоб., тевр.) «двор» - узб. кура, уйг. курэ «двор»; сиб. тат. уклау -узб. оклав, уйг. оклаги «скалка»; сиб. тат. пайпак «меховые или шерстяные чулки» - уйг. пайпак «войлочный чулок», узб. пайпак « чулок»; сиб. тат. мунцак - узб. мунчок, уйг. мончак «бусы, ожерелье».

Общность с языками огузской группы (гагаузский, азербайджанский, турецкий, туркменский языки) показывает более ранние связи кыпчакских и огузских языков. Приведем примеры: сиб. тат. иргэнэк «специальная загородка в доме для новорожденных животных» - туркм. эргенэк «загородка»; сиб. тат. китэн «холст, лен» - тур. кетен «лен», кетен бези «холст»; сиб. тат. кейем «одежда» - гаг. гйм, тур. гийим, туркм., азерб. гейим «одежда, одеяние»; сиб. тат. сырга «серьги-подвески» - туркм. сырга «серьги-подвески».

В ходе анализа выявлены лексемы, общие с языками восточнохуннской ветви (киргизским, шорским, хакасским, алтайским, тувинским, якутским). Данная общность указывает на давние этногенетические контакты сибирских татар с тюркоязычными народами Саяно-Алтая. Этнографические исследования пока-зывают, что «многие предметы материальной культуры сибирских татар и народов Саяно-Алтая совершенно тождественны или очень близки как по материалу, конструкции и назначению, так и по терминологии» [1. С. 26]. Например: сиб. тат. йастык «подушка» - хак. частых «изголовье»; сиб. тат. сокма «ступа для толчения зерна» - алт. соко «ступка», хак. согах, тув. согаш «ступка»; сиб. тат. тусайак «коробок из бересты» - алт. тазыйак «маленькое плоское корыто из бересты», шор. тозайак «берестяная чашка»; сиб. тат. ойок «чулок» - алт., тув. ук, хак. ух «войлочные чулки»»; сиб. тат. пелэлек «браслет» - тув., хак. билзек, якут. билсэх, кир. билеризик «браслет».

Некоторые лексемы отражают тесные связи сибирско-тюркских и монгольских племен в прошлом. «На протяжении длительного времени тюрки и монголы занимали смежные территории, оказываясь зависимыми друг от друга, контакты между ними приводили к широкому лексическому обмену» [7. С. 123]. Преобладают сходные наименования в лексике, связанной с коневодством. Например: сиб. тат. иргэнэк «специальная загородка в доме для новорожденных животных» -монг. эргэнек «маленькая загородка, стойка для овец и телят»; сиб. тат. сагалдырык «ремень под нижней частью узды» - монг. хазаарын сагалдрага «застежка у узды»; сиб. тат. тогум «потник» - монг. тохом «потник, войлок под седло»; сиб. тат. цара «чаша для теста» -монг. цар «деревянная лохань»; сиб. тат. ойок «чулок» - монг. оймхон «чулок»; сиб. тат. пелэлек «браслет» - монг. билечег «браслет».

В тоболо-иртышском диалекте бытует большое количество слов, характерных для таджикского языка. Таджикский язык относится к иранской ветви языков. Таджикские элементы (иранизмы вообще), по мнению С.М. Исхаковой и Ф.Т. Валеева, «проникли в народно-разговорный язык сибирских татар двумя путями: во-первых, через «бухар-цев»-таджиков, а также узбеков-билингвов, говоривших на узбекском и таджикском языках <...>, во-вторых, через книжный язык, т.е. арабо-персидскую литературу религиозного содержания <...>» [8. С. 65].

Среди лексем, общих с таджикским языком, отметим следующие: сиб. тат. салтык - тадж. сандук «сундук»; сиб. тат. тэстымал «полотенце» - тадж. дасмал «тряпка для вытирания посуды»; сиб. тат. сарауыц «налобник» -тадж. сарандоз «женское головное покрывало»; сиб. тат. сырга «серьги с подвесками» - тадж. сырга «серьги, которые носят взрослые женщины»; сиб. тат. цулбы «накос-ник» - тадж. чол «волосы» + перс. банд «голова».

К собственно диалектным названиям относятся такие лексемы, которые представляют собой новые аффиксальные образования из общетюркских корней или сложные слова и лексикализованные словосочетания с иным, по сравнению с другими тюркскими языками, составом. Например: цуаларга

«специальная загородка в доме для новорожденных животных», аргалык «матица, поддерживающая потолок», сэлтеп (тюм.), шэлтеп (вост.-тоб.) «колыбель», тушэнтек

«длинный узкий тюфяк, собранный из лоскутьев», цапкы «мотыга», аш илэк «веялка», йантапка (тюм.) «корчага (большой глиняный сосуд)», алтйапкыц «фартука), шыпый «пинетки».

В лексике материальной культуры тоболо-иртышского диалекта сибирских татар наряду с исконно тюркскими словами имеется большое количество иноязычных наименований. Заимствования из других языков - это неизбежный и естественный языковой процесс, характеризующий лексику любого языка, результат территориальной близости, тесных общественных и культурных взаимоотношений сибирских татар с нетюркскими народами. Лексика материальной культуры включает в себя заимствования из арабского, персидского, русского и финно-угорских языков.

В лексическом составе тоболо-иртышского диалекта сибирских татар определенное место занимают слова, вошедшие из арабского языка. Как свидетельствуют исторические и литературные источники, арабизмы начали проникать в диалект со времен принятия татарским народом мусульманской религии в основном через книжный язык и речь образованных людей и священнослужителей. Поэтому арабские слова не получили массового распространения среди татарского населения. В составе лексики материальной культуры количество арабизмов ограничено, и семантика их может различаться. Это следующие слова: сиб. тат. кэсэнкэ «кладовка» -ар. хэзинэ хранилище, клад, казна»; сиб. тат. мейэт-шай «сбруя» - ар. шэй «предмет, вещь»; сиб.тат. такыйа «шапка» - ар. такыя «женский головной убор», тохья «женская шапочка», тарья «шапка опричника»; сиб. тат. алга «серьги» - ар. ьалка «кольцо, серьга, кружок».

Персидские заимствования проникли в диалект сибирских татар в процессе живого общения двух народов, в результате торговых и культурных связей, а также через язык «бухарцев»-таджиков. Например: сиб. тат.

тэрэс/тирэс «окно» - перс. даричэ «окошко, дверце»; сиб.тат. пайпак «меховые или шерстяные чулки» - перс. бай «нога» + тур. пак «повязка»; сиб.тат. шэл «шаль» -перс. шэл «ткань; платок»; сиб.тат. кэкрэбэ «бусы, ожерелье» - перс. гэрэбэ «янтарь; янтарные бусы».

Заимствования из финно-угорских языков, а также параллели с этими языками наблюдаются в составе названий одежды, обуви, украшений, берестяной по-

суды, что отражает результат этнических взаимодействий сибирских татар с финно-угорским населением. Например: сиб. тат. тейес/тыйыс «туес (небольшой коробок из бересты)» - удм. туй «береста», коми туис «туесок», ненец. тэ «береста»; сиб. тат. шабыр «холщовая одежда типа плаща» - коми шабур «верхняя рабочая одежда с круглым вырезом вместо ворота»; сиб. тат. пойма «валенки» - ненец. пима «обувь типа сапожек, сшитых из оленьих кож»; сиб. тат. кеси «кисы» - коми киса/кыса «мех с ног оленя; обувь из оленьего меха». Исследователь А.Р. Рахимова отмечает, что в хантыйском и мансийском языках обнаруживается довольно много тюркской лексики: хант., манс. нянь «хлеб», хант. акар «собака», манс. элим «клей», инар «седло» и др. [9. С. 9], т.е. проникновение слов не было односторонним явлением.

В составе заимствованной лексики материальной культуры тоболо-иртышского диалекта сибирских татар кроме арабизмов, персизмов и финно-угорских слов вследствие непосредственного общения с русским народом имеется большое количество лексем, заимствованных из русского языка. Наблюдаются они преимущественно в названиях орудий труда, предметов быта, посуды и утвари, одежды: естэл < стол, крауат < кровать, эскэмийэ < скамья, парана < борона, нэчYпкэ < ночовка (корытце для просеивания муки, очистки от мелкой шелухи), силенцэ (тар.)/чиленчэ (тевр.) < сеяльница (корыто для просеивания на ветру крупы), куэшнэ < квашня, сэкэлук < скалка, крицкэ < кринка, пубайкэ < фуфайка, ыштан < штаны и др.

В лексике материальной культуры имеются заимствования и из других языков посредством русского: люстра, мебель (французский язык), кухня (немецкий язык) и др.

Таким образом, анализ лексики материальной культуры тоболо-иртышского диалекта сибирских татар в генетическом аспекте показал, что данная лексика представлена тюркским пластом и заимствованными пластами, в основном из арабского, персидского, русского и финно-угорского языков. Заимствованные слова являются существенным источником обогащения данного пласта лексики, кроме того, пополнение происходит за счет собственных ресурсов диалекта.

ЛИТЕРАТУРА

1. Валеев Ф.Т. Сибирские татары: культура и быт. Казань: Татарское кн. изд-во, 1993. 208 с.

2. АлишинаХ. Ч. Тоболо-иртышский диалект языка сибирских татар. Казань: Изд-во Казанского пед. ин-та, 1994. 119 с.

3. Словарь диалектов сибирских татар / Авт.-сост. Д.Г. Тумашева. Казань: Изд-во Казан. ун-та, 1992. 256 с.

4. Древнетюркский словарь. Л.: Наука, 1969. 676 с.

5. БаскаковН.А. Тюркские языки // Языки народов СССР: В 5 т. М.: Наука, 1966. Т. 2. С. 7-41.

6. Ахметьянов Р.Г. Этимология названий некоторых чувашских названий фольклорных жанров // Проблемы исторической лексикологии чу-

вашского языка. Чебоксары, 1980. С. 23-27.

7. Насибуллина А.Х. Лексика тоболо-иртышского диалекта сибирских татар (в семантическом и генетическом аспектах). Тюмень: ТОГИРРО,

2001. 147 с.

8. Исхакова С.М. Таджикский компонент в народно-разговорном языке западносибирских татар // Влияние ислама на культуру народов Сиби-

ри. Тюмень, 1998. С. 64-75.

9. Рахимова А.Р. Лексика диалектов сибирских татар (сравнительно-исторический анализ промысловой и хозяйственной лексики). Казань:

Мастер Лайн, 2001. 128 с.

Статья представлена научной редакцией «Филология» 21 сентября 2007 г.