Особенности речевого воздействия в гипертексте (на материале англоязычных электронных газет)

Зелинский // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. - 2009. - № 6. - С. 141-146.

7. Эльдаров, М. И. Причины насильственной преступности несовершеннолетних в России [Текст] / М. И. Эльдаров // Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия: Право. - 2007. - № 9. - С. 81-82.

Степанова Анастасия Александровна

Учитель английского языка ГОУ Гимназия 1563, Москва, Россия

УДК811.11-112 ББК 80+81.432.1

ОСОБЕННОСТИ РЕЧЕВОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ В ГИПЕРТЕКСТЕ

В данной статье рассматривается проблема речевого воздействия в гипертексте. Цель исследования - выявить специфику гипертекстовых технологий речевого воздействия на примере современных англоязычных электронных газет, а также перспективы изучения и развития средств речевого воздействия в медиапространстве.

Ключевые слова: гипертекст; речевое воздействие; современные СМИ; медиа-пространство.

DISTINCTIVE FEATURES OF VERBAL MANIPULATION IN HYPERTEXT

The article deals with the problem of verbal manipulation in hypertext. The aim of the research is to define the particularity of hypertextual technologies of verbal manipulation on the example of modern English electronic newspapers as well as to state the perspective of studies and development of verbal manipulation technologies in the media.

Key words: hypertext; verbal manipulation; modern mass-media; media-sphere.

Вступление общества в эпоху информационных технологий характеризуется перенесением многих сфер человеческой деятельности в компьютерную среду. Накопление, хранение, обработка и передача информации в электронном виде принимает глобальный характер, меняя веками устоявшиеся формы общения, образования и научной деятельности. В информационном пространстве современного общества, в межкультурной и профессиональной коммуникации огромную роль играет использование гипертекстовых систем и технологий. Г ипертекстовые системы оказали всестороннее влияние на современную культуру, различные ее сферы. Современные философы уже говорят о современном мире как об «обществе сетевых структур».

Мануэль Кастельс выразил идею влияния современных технологий и, в частности, гипертекста на структуру общества и на формирование в нем личности следующим образом: «именно сети составляют новую социальную морфологию наших обществ, а распространение «сетевой» логики в значительной мере

сказывается на ходе и результатах процессов, связанных с производством, повседневной жизнью, культурой и властью» [2].

И действительно, принимая во внимание тот факт, что гипертекстовые системы базируются на ассоциативном, то есть антропоцентрическом механизме подачи и восприятии информации, активное их внедрение в повседневную жизнь неизбежно влечет за собой формирование иного подхода к информации и типа мышления, в целом. Об этом, в частности, пишут такие выдающиеся исследователи, как Элвин Тоффлер и упомянутый выше М. Кастельс.

Термин «гипертекст» был введен американскими специалистами по компьютерным технологиям Ванниваром Бушем в 1945 году и конкретизирован Тедом Нельсоном в начале 60-х годов XX века. В современной науке понимание этого термина многоаспектно и неоднозначно, в первую очередь, потому что само явление гипертекстуальности в ее современном понимании возникло на стыке нескольких наук, как технических, так и гуманитарных. Как указывает в своей монографии «Гипертекст и электронная коммуникация» Татьяна Игоревна Рязанцева, «в самом термине как бы заложены основы понимания этого явления: гипертекст - это текстовая структура, превосходящая текст как по принципам организации, так и по информационной природе. «Гипер» (сверх, над) текст - новое информационное пространство, позволяющее преодолеть формальную обособленность отдельного текста и объединить его с другими отдельными текстами путем создания системы связей между ними»[4, с. 36]. Литературоведческое определение гипертексту среди прочих дал российский ученый Михаил Михайлович Субботин: «Гипертекст — это такая форма организации текстового материала, при которой его единицы представлены не в линейной последовательности, а как система явно указанных возможных переходов, связей между ними. Следуя этим связям, можно читать материал в любом порядке, образуя разные линейные тексты» [5, с. 15].

Однако не все ученые рассматривают гипертекст как исключительно электронный формат текста. Так, известный исследователь гипертекста Дж. Конклин наряду с традиционным электронным гипертекстом отмечает существование различных форм «ручного» (не компьютеризированного) гипертекста, типичной формой которого считает картотеку. Эту идею развивает целый ряд ученых (Р. Барт, О. Баранов, И. Купер и др.), проецирующих термин на различные литературные, в том числе художественные, тексты нелинейного строения. В то же время сам Субботин различает гипертекст (бытующий в электронной среде) и «бумажный» или «книжный» нелинейный текст, выделяя два вида последних: текст, в котором направление чтения не задано вовсе (таковы, например, энциклопедии) и текст, имеющий основное направление чтения и снабжённый многочисленными комментариями (такова, например, Библия). При этом автор подчёркивает сложность в освоении текстов второго типа: «ссылки в каком-либо тексте на литературу, т.е. на определённые фрагменты в других текстах, обычно не воспринимаются как реальная возможность отойти от линейного чтения, перейти к соответствующему фрагменту в другом тексте, а от него, может быть, по ссылкам - к другим» [5, с. 18].

Подобное расхождение взглядов на сущность гипертекста объясняется, прежде всего, смежностью этого понятия с такими явлениями, как интертекстуальность, прецедентность текста и аллюзия. Наиболее остро в современной лингвистике стоит проблема разграничения понятий гипертекста и интертекстуальности, поскольку, по словам Р. Барта «всякий текст есть между-текст по отношению к другому тексту» [1, с. 418], то есть, фактически, любой текст, скрыто или явно связан с множеством других текстов. Вслед за М. Риффатер-ром мы определяем границу между интекстуальностью и гипертекстуальностью по наличию или отсутствию некоторой заданной в тексте авторской системы ограничений, наложенных текстом на восприятие читателя. Подобная авторская интенция как структурная основа любого интертекста резко контрастирует с аморфной сетью свободных ассоциаций, которую позволяет гипер-текстуализация.

Различие между прецедентными и аллюзивными текстами и гипертекстами базируются на другой отличительной особенности их создания и восприятия. Основываясь на ассоциативном характере мышления, первые предлагают читателю обратиться к собственным, уже имеющимся фоновым знаниям и представлениям, в то время как вторые предоставляют всю ассоциативно востребованную информацию в готовом виде. Следовательно, прецедентность и аллю-зивность выдвигают определенные требования к читателю, соответствие которым необходимо для полного понимания содержания, а гипертекст, в свою очередь, является абсолютно открытым для любого «потребителя» информации.

Определим далее один из ключевых терминов в теории гипертекстуальности - понятие гиперссылки. Под гиперссылкой понимается часть гипертекстового документа, перенаправляющая читателя на другой элемент гипертекстового пространства. Гиперссылка, как правило, выделяется графически - цветом (обычно синим), жирным шрифтом или подчеркиванием.

Изначально найдя применение в электронных энциклопедиях и тезаурусах, гипертекст быстро стал основной формой существования, «семантической сетью» текстов в рамках бесконечно развивающейся «вселенной документов» (docuverse) (термин был введен Тедом Нельсоном в ходе работы над проектом Ксанаду в 1974 году). Огромное влияние внедрение гипертекста оказало на средства массовой информации, в том числе на внешний вид и содержание сайтов газетных изданий, на данный момент представляющих собой не просто электронную версию выходящих номеров, но куда более широкое информационное пространство, обладающее особыми свойствами и характеристиками как с позиции теории коммуникации, так и с лингвистической точки зрения.

Лингвистические особенности и, в частности, манипулятивные возможности гипертекста мы рассмотрели на материале статей и блогов одного из самых популярных британских широкоформатных газетных изданий - The Guardian. Стоит отметить, что весь корпус рассмотренных документов объединен общей тематикой и представляет собой рецензии на культурные события и сопутствующие материалы (например, интервью). Прежде чем перейти к рассмотрению роли гиперссылок в манипулятивном потенциале изученных материалов, приведем краткие статистические данные.

В 30 рассмотренных нами статьях электронной версии газеты гиперссылки используются 109 раз, в 30 статьях блогов газеты - 164 раза. Таким образом, в среднем на одну газетную статью приходится по три-четыре (3,6) гиперссылки, в то время как на один пост в блоге - пять-шесть (5,4).

Отметим, что все используемые на данном ресурсе ссылки можно разделить на внешние, т.е. ведущие на другие сайты, и внутренние, адресующие читателя к тематически связанным материалам самой газеты.

Можно проследить следующее соотношение двух этих типов ссылок в рассмотренном блоке документов: в газетных статьях отмечено 39 внешних и 70 внутренних ссылок, в статьях блогов, соответственно, 85 и 79.

Данная статистика представляется нам релевантной, поскольку роль внешних и внутренних ссылок в комплексном воздействии на читателя различна. Так, внешние ссылки представляют собой преимущественно инструмент неречевого воздействия (например, косвенная реклама онлайн магазинов, ссылки на официальные сайты упоминаемых личностей, на сайты электронного заказа билетов или отсутствие таких ссылок), и потому не могут непосредственно являться объектом нашего исследования. В то же время ссылки, ведущие на внутренние ресурсы издания, могут рассматриваться как источники коннотативных значений основных текстов.

Рассмотрим лингвистический аспект использования таких ссылок на примере статьи из блога Беллы Тодд, размещенной на сайте Guardian 16 февраля 2011 года. Сама статья представляет собой рецензию на театральный арт-проект, совместивший в себе театр и изобразительное искусство, и выдержанной в нейтрально-одобрительном тоне: «magnetic characters», «performance,

movement, light, sound <...> brought into play to provide a more interesting context...». О спектакле почтительно сказано: «It is the fine line between theatre and art». Внутренние же ссылки, коих в данной статье 11, приводят читателя к материалам, характеризующим, например, прототип главной героини как «the most gorgeous corpse». Режиссер аналогичного рецензируемому спектакля «looks as if she could swallow the world», а в интервью утверждает, что люди неправильно смотрят ее пьесы. И, наконец, сам спектакль в интервью получает характеристику «the big idea lite». То есть совокупность смежных текстов, ознакомление с которыми остается опциональным, дает не только более полную информацию о событии, но и несет в себе определенную коннотацию, а также может включать в себя тексты, различающиеся стилистически. В данном случае, смежные тексты имеют если не негативную, то, по крайней мере, привлекательную для куда более узкой группы читателей коннотацию.

Таким образом, гипертекстовые технологии позволяют автору воздействовать на читателя не только через собственный текст, но и через отсылки к другим текстам, оставляя при этом за читателем право остановить свое внимание лишь на информативной части гипертекста.

Следовательно, в отличие от линейных текстов, гипертекст не может быть однозначно охарактеризован с точки зрения коннотативного наполнения и речевого воздействия, так как во многом характер его воздействия определяется стратегией чтения конкретного читателя.

Библиографический список

1. Барт, Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика. [Текст] / Р. Барт. - пер. с фр.; сост., общ. ред. и вступ. ст. Г. К. Косикова. — М. : Прогресс, 1989. — 616 с.

2. Кастельс, М. Информационная эра: экономика, общество и культура

[1996—1998] (т. 1 Становление общества сетевых структур (1996)). — [Электронный ресурс], режим доступа: Ц^: http://iir-

mp.narod.ru/books/inozemcev/page_1492.html (дата обращения: 10.03.2011).

3. Риффатер, М. Критерии стилистического анализа [Текст] / М. Риффатер // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. IX. Лингвостилистика. - М. :Прогресс, 1979. - С. 69-98.

4. Рязанцева, Т. И. Гипертекст и электронные коммуникации. [Текст] / Т. И. Рязанцева. - М. : Издательство ЛКИ, 2010. - 256 с.

5. Субботин, М. М. Гипертекст как новая форма письменной коммуникации [Текст] / М. М. Субботин // Итоги науки и техники. Сер. Информатика. -1994. -Т. 18. - С. 11-53.

Иванова Людмила Анатольевна

Кандидат педагогических наук, доцент,зав. кафедрой педагогики ФГБОУ ВПО «ИГЛУ», г. Иркутск, Россия Петухова Ирина Сергеевна

Ассистент на кафедре «Иностранные языки» ФГБОУ ВПО «Иркутский государственный университет путей сообщения», г. Иркутск, Россия

УДК 378 ББК 74.58

МЕДИАОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ ПРОСТРАНСТВО КАК СРЕДСТВО ОБЕСПЕЧЕНИЯ ИНДИВИДУАЛЬНЫХ УЧЕБНЫХ ТРАЕКТОРИЙ СТУДЕНТОВ ТЕХНИЧЕСКОГО ВУЗА

В данной статье обосновывается значимость исследования проблемы обеспечения индивидуальных учебных траекторий студентов технического вуза в условиях коадаптации медиа- и образовательного пространств. Дается обзор подходов к пониманию медиаобразовательного пространства. В центре статьи -рассмотрение сути понятий «индивидуализация обучения», «дифференциация обучения», «образовательное пространство», «образовательная среда», «медиаобразование», «медиаобразовательное пространство» и др. Выделены пути, линии, закономерности и механизмы консолидации информационного и образовательного пространств с целью дальнейшего обеспечения индивидуальных учебных траекторий студентов в условиях перехода на ФГОС; намечены перспективы разработки проблемы.

Ключевые слова: образовательное пространство; образовательная среда; медиаобразование; медиаобразовательное пространство; индивидуализация; дифференциация; индивидуальные учебные траектории.