Заболевание психическим расстройством после совершения преступления - основание освобождения от уголовной ответственности или наказания?

УДК 3 43.2

Константин Владимирович МИХАЙЛОВ,

начальник кафедры уголовного права и криминологии Челябинского юридического института МВД России, кандидат юридических наук, доцент, майор милиции

ЗАБОЛЕВАНИЕ ПСИХИЧЕСКИМ РАССТРОЙСТВОМ ПОСЛЕ СОВЕРШЕНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЯ - ОСНОВАНИЕ ОСВОБОЖДЕНИЯ ОТ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

ИЛИ НАКАЗАНИЯ?

Основания освобождения от наказания лица, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, закреплены в ч.1 ст.81 УК РФ. Как указано в данной норме, такое лицо освобождается от наказания, а лицо, отбывающее наказание, - от дальнейшего его отбывания. Вместе с тем подобная законодательная регламентация освобождения от наказания в связи с болезнью не вполне объективно и точно отражает юридическую природу и правовые последствия такого освобождения. Прежде всего, это относится к вопросам освобождения от наказания лиц, заболевших психическим расстройством после совершения преступления, но до момента вынесения обвинительного приговора. Например, Ю.М.Ткачевский в связи с этим предлагает не разграничивать невменяемость лица, совершившего общественно опасное деяние, в состоянии которой лицо находилось в момент его совершения, и невменяемость, которая наступила после совершения преступления во вменяемом состоянии, аргументируя это тем, что лила, о которых упоминает ч.1 ст.81 УК РФ, еще не предстали перед судом, ибо они не могут нести уголовную ответственность вследствие своего психического расстройства, хотя на момент совершения преступ-

ления были вменяемы, а затем потеряли возможность оценивать суть уголовной ответственности и исполнять или отбывать наказание, подвергаться мерам карательно-воспитательного характера, в связи с чем имеются фактические основания для признания лица невменяемым, хотя с позиции уголовного закона таковым он не является, так как рассматриваемые признаки невменяемости возникли после совершения преступления, поэтому, по мнению Ю.М.Ткачевского, представляется обоснованным распространение понятия невменяемости и на решение вопроса об уголовной ответственности.1

В то же время А.В.Наумов отмечает, что фактически указанные лица обладают всеми признаками, относящимися как к юридическому, так и к медицинскому критериям невменяемости, но они не могут быть признаны таковыми вследствие того, что состояние невменяемости устанавливается на момент совершения лицом преступления, а указанные лица заболели психическим расстройством уже после совершения преступления.2

Сопоставляя приведенные позиции, представляется, что сложно согласиться с мнением Ю.М.Ткачевского, так как основ -ной аргумент в этом споре - вовсе не одинаковое содержание понятия невменяемости и в момент совершения преступления, и в момент освобождения лица от уголовной ответственности, даже несмотря на то, что одни и те же обстоятель-

ства (медицинский и юридический критерии невменяемости) лежат в основе определения различных правовых категорий. Первостепенным здесь является то, что материальные и формальные основания непривлечения лица к ответственности или освобождения его от ответственности, а также правовые последствия принятия соответствующего решения являются различными. В случае совершения общественно опасного деяния в состоянии невменяемости лицо, совершившее такое деяние, именно не привлекается к уголовной ответственности (выделено нами.

- K.M.). Материальным основанием такого непривлечения является состояние психики (невменяемость) лица в момент совершения деяния, когда лицо не осознавало свои действия либо не могло ими руководить, а формальным основанием -отсутствие состава преступления как основания уголовной ответственности (ст.8 и ст.21 УК РФ). Иными словами, в данном случае не за что наказывать, преступление не совершено. Поэтому правовое последствие непривлечения к уголовной ответственности лица, совершившего общественно опасное деяние в состоянии невменяемости, только одно - возможность применения при необходимости принудительных мер медицинского характера, а назначение наказания исключается.

Если же лицо совершило преступление в состоянии вменяемости, осознавало общественную опасность своих действий и руководило ими, то есть состав преступления имеется, то и в данном случае есть формальное основание уголовной ответственности, поэтому в отличие от первого случая наказывать есть за что -за совершенное преступление. Но материальным основанием освобождения от уголовной ответственности здесь является невозможность достижения целей наказания по причине болезненного состояния психики лица, совершившего преступление, что объединяет данные ситуации, а формальным основанием такого освобождения

- предписание ч.1 ст. 81 УК РФ об освобождении лица, заболевшего психическим

расстройством, от наказания (хотя правильнее говорить об освобождении от уголовной ответственности). Правовыми последствиями такого освобождения в этом случае являются также возможность применения при необходимости принудительных мер медицинского характера, а, кроме того, при выздоровлении такого лица и возможность привлечения к уголовной ответственности и его наказанию, если не истекли сроки давности, преду смотренные ст.78 и ст.83 УК РФ. Поэтому распространять понятие невменяемости, которое используется в ст.21 УК РФ при характеристике лица, совершившего общественно опасное деяние, как не подлежащего уголовной ответственности, на лицо, совершившее преступление в состоянии вменяемости, но заболевшее после его совершения психическим расстройством, лишающим его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, представляется необоснованным.

На основании изложенного можно предположить, что в отношении лиц, заболевших психическим расстройством после совершения преступления, но до момента вынесения обвинительного приговора, следует принимать решение не об освобождении от наказания, а об освобождении от уголовной ответственности. Аргументировать данный тезис можно следующим образом.

В рассматриваемой ситуации психическое расстройство может наступить на стадии возбуждения уголовного дела, на стадии предварительного расследования (в соответствии со ст.434 УПК РФ по делам о преступлениях лиц, у которых после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение наказания или его исполнение, производство предварительного следствия обязательно) или на стадии судебного разбирательства. Если у лица после совершения преступления наступило психическое расстройство на стадии возбуждения уголовного дела или на ста-

дии предварительного расследования, то следователь в соответствии со ст.439 УПК РФ выносит одно из следующих постановлений:

1) о перекрещении уголовного дела -в случаях, когда характер совершенного деяния и психическое расстройство лица не связаны с опасностью для него или других лиц либо возможностью причинения им иного существенного вреда. В этом случае обвинительный приговор лицу, у которого наступило психическое расстройство после совершения преступления, естественно, не выносится, так как уголовное дело прекращено, а следовательно, ни о каком наказании речи быть не может;

2) о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера. В этом случае уголовное дело направляется в суд для применения принудительной меры медицинского характера. Суд, в соответствии с ч.1 ст.443 УПК РФ признав доказанным, что у лица после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение наказания или его исполнение, выносит постановление об освобождении этого лица от уголовной ответственности или от наказания и о применении к нему принудительных мер медицинского характера. Если же суд признает, что лицо не представляет опасности по своему психическому состоянию либо им совершено деяние небольшой тяжести, то он выносит постановление о прекращении уголовного дела и об отказе в применении принудительных мер медицинского характера (ч.2 ст.443 УПК РФ).

Таким образом, здесь также невозможно вынесение обвинительного приговора, а значит, и невозможно назначение наказания.

Исходя из этого логично возникают вопросы: если лицу, совершившему преступление, не может быть вынесен обвинительный приговор, не может быть назначено наказание, то о каком освобождении от наказания можно вести речь; если в случае заболевания лица психическим расстройством после совершения

преступления такому лицу не выносится обвинительный приговор, не является ли это освобождением от уголовной ответственности, а не от наказания. Тем более что в УПК РФ (ч.1 ст.443) закреплено следующее: «... суд выносит постановление ... об освобождении этого лица от уголовной ответственности..». Думается, что в данной ситуации необходимо говорить именно об освобождении от уголовной ответственности, а не от наказания, и на последний вопрос следует ответить утвердительно, соглашаясь с теми авторами, которые считают рассматриваемую ситуацию именно освобождением от уголовной ответственности.3 В частности Ю.М.Ткачевский отмечает, что в ч.1 ст.81 УК РФ допущены неточности, касающиеся принимаемого судом решения об освобождении лица, совершившего преступление, от наказания при наступлении у него психического расстройства, лишающего его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, так как при наступлении описанного в названной норме состояния лицо не подлежит уголовной ответственности. Поэтому об освобождении от наказания не может быть и речи. Ведь если нет осуждения - нет и наказания, от которого можно освободить лицо, совершившее преступление. Кроме того, лица, о которых упоминает ч.1 ст.81 УК РФ, еще не предстали перед судом, а значит, они не могут нести уголовную ответственность вследствие своего психического расстройства, несмотря на то что они были вменяемы на момент совершения преступления, но затем потеряли возможность оценивать суть уголовной ответственности и исполнять или отбывать наказание, подвергаться мерам карательно-воспитательного характера.4

Однако в судебной практике встречаются решения, противоречащие приведенным аргументам о необходимости освобождения от уголовной ответственности лица, у которого после совершения преступления, но до осуждения наступи-

ло психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. Так, постановлением судьи Советского районного суда г. Челябинска от 5 августа 2003 г. Д. освобожден от уголовной ответственности за совершение общественно опасного деяния, подпадающего под признаки преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«в» ч.2. ст.131 УК РФ, с назначением принудительных мер медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре специализированного типа. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ рассмотрела надзорное представление заместителя Генерального прокурора РФ об отмене указанного постановления судьи Советского районного суда г. Челябинска. В надзорном представлении указывалось, что решение суда об освобождении Д. от уголовной ответственности и о применении к нему принудительных мер медицинского характера является незаконным, поскольку в соответствии с ч.1 ст. 443 УПК РФ такое решение могло быть вынесено судом только в отношении лица, совершившего запрещенное уголовным законом деяние в состоянии невменяемости. Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в надзорном представлении, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ решила, что оно подлежит удовлетворению, так как по смыслу ст.ст.433, 434, 442, 443 УПК РФ, ст.ст.21, 81 УК РФ освобождению от уголовной ответственности подлежат лица, совершившие деяния, запрещенные уголовным законом, в состоянии невменяемости. Если психическое расстройство у лица наступило после совершения преступления, то решается вопрос об освобождении от наказания и о применении к такому лицу принудительных мер медицинского характера. Таким образом, с учетом положений ст.ст.433, 434, 442, 443 УПК РФ, ст.ст.22, 81 УК РФ, по мнению Судебной коллегии по уголовным делам Вер-

ховного Суда РФ, Д. подлежал освобождению не от уголовной ответственности, а от назначения наказания и направлению в психиатрический стационар для применения принудительных мер медицинского характера.5

Тем не менее с таким решением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ согласиться нельзя в связи с тем, что освобождению от наказания должно подлежать лишь лицо, которое осуждено за совершение преступления и которому наказание назначено, а в приведенном случае ни осуждения, ни назначения наказания не было, то есть освободить лицо от наказания невозможно. Поэтому решение суда первой инстанции -Советского районного суда г. Челябинска представляется правильным, а его отмена Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ необоснованной, хотя следует оговориться, что сложившаяся судебная практика идет именно по такому же пути: в подобных ситуациях суды принимают решения об освобождении лиц, заболевших после совершения преступления психическим расстройством, от наказания, а не от уголовной ответственности. 6

При освобождении от уголовной ответственности лицо, совершившее преступление , освобождается от обязанности отвечать за содеянное и подвергнуться неблагоприятным для него методам воздействия, освобождается от порицания и осуждения, освобождается от реального лишения или ограничения прав и свобод, освобождается от неблагоприятных последствий, вытекающих из факта судимости. Все это и происходит с лицом, в отношении которого выносится постановление следователя (ст.439 УПК РФ) или суда (ст.443 УПК РФ) о прекращении уголовного дела либо постановление суда об освобождении от уголовной ответственности или от наказания (ст.443 УПК РФ). В этом случае лицо освобождается от обязанности отвечать за содеянное и подвергнуться неблагоприятным для него методам воздействия (по крайней мере, на время заболевания) , так как у него насту-

- ев -

пило психическое расстройство, вследствие которого данное лицо не может отвечать за содеянное и не может подвергаться неблагоприятным методам воздействия даже в случае назначения принудительных мер медицинского характера, которые применяются в целях излечения лица и предупреждения совершения им новых преступлений, а не в целях восстановления социальной справедливости и исправления такого лица.7

Таким образом, если у лица после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, то такое лицо в связи с подобным заболеванием освобождается от носящих карательный характер реального лишения или ограничения своих прав и свобод. По названным выше основаниям освобождается такое лицо и от неблагоприятных последствий, вытекающих из факта судимости, так как естественно, что если нет осуждения лица в соответствии с обвинительным цриговором, в связи с отсутствием самого вступившего в законную силу обвинительного приговора, то нет и судимости как правового последствия осуждения.

Подводя итог вышеизложенному, еще раз отметим, что закрепленное в ч.1 ст.81 УК РФ понятие «освобождение от наказания», которое используется законодателем и в судебной практике в отношении лица, у которого после совершения преступления, но до вынесения в отношении него обвинительного приговора суда наступило психическое расстройство, является не вполне корректным, так как в случае такого освобождения происходит освобождение от уголовной ответственности, а не от наказания. Об этом свидетельствует не только уголовно-процессуальное законодательство, но и уголовный закон в ч.4 ст.81, закрепляя возможность привлечения к уголовной ответственности и наказанию лиц, указанных в ч.1 и ч.2 ст.81 УК РФ, после их выздоровления, если не истекли сроки

давности, предусмотренные ст.78 и ст.83 УК РФ. Думается, что именно в отношении лиц, освобожденных от уголовной ответственности в связи с болезнью, возможно в последующем привлечение их к уголовной ответственности по выздоровлении, если не истекли сроки давности, предусмотренные ст.78 УК РФ. Поэтому необходимо данный вид освобождения от уголовной ответственности предусмотреть в соответствующей статье гл.11 УК РФ в следующей редакции:

«Статья 77. Освобождение от уголовной ответственности в связи с болезнью

1. Лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, освобождается от уголовной ответственности. Такому лицу суд может назначить принудительные меры медицинского характера.

2. В случае выздоровления лица, указанного в части первой настоящей статьи, оно может подлежать уголовной ответственности, если не истекли сроки давности, предусмотренные статьей 78 настоящего Кодекса».

Часть 1 ст. 81 УК РФ предлагается изложить в следующей редакции:

«Статья 81. Освобождение от отбывания наказания в связи с болезнью

1. Лицо, у которого после осуждения за совершенное преступление наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, освобождается от отбывания наказания, а лицо, отбывающее наказание, освобождается от дальнейшего его отбывания. Таким лицам суд может назначить принудительные меры медицинского характера».

1 Ткачевский Ю.М. Освобождение от наказания в связи с болезнью // Законодательство. 2000. N№10. С.54-55.

2 Наумов А.В. Российское уголовное право : курс лекций. В 3 т. Т. 1. Общая часть. М., 2007. С.628-629.

3 Яковлева Л.В. Институт освобождения от наказания в российском праве. М., 2002. С.163-164, 175; Ткачевский Ю.М., Крылова Н.Е. Понятие и виды освобождения от уголовной ответственности // Курс уголовного права. Общая часть : учебник. Т. 2 . Учение о наказании / под ред. Н.Ф.Кузнецовой, И.М.Тяжковой. М., 1999. С.152.

4 Ткачевский Ю.М. Освобождение от наказания в связи с болезнью. С.54.

5 См.: Дело о покушении на изнасилование направлено на новое рассмотрение, поскольку обвиняемый подлежал освобождению от назначения наказания и направлению в психиатрический стационар для применения принудительных мер медицинского характера, а не освобождению от уголовной ответственности с назначением принудительных мер медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре специализированного типа [Электронный ресурс]: надзорное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ Ш:48-дп04-63 от 7 февраля 2005 г. Документ опуб-

ликован не был. Доступ из СПС Консультант-Плюс.

6 См. : Наступившее психическое расстройство в форме стойкого изменения личности после перенесенного психического заболевания лишает осужденного способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, делает невозможным назначение наказания [Электронный ресурс] : кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ Ш:88-о06-39 от 22 сентября 2006 г. Документ опубликован не был. Доступ из СПС Консультант-Плюс; Постановление суда отменено в связи с не-исследованностью вопроса о психическом состоянии лица в момент совершения преступления : определение Верховного Суда РФ от 1 февраля 2007 г. Ш35-о06-75 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2 007. N№10. С.7.

7 Подр.: Михайлов К.В. Уголовно-правовой институт освобождения от наказания. М., 2 008. С.152-157.

УДК 3 43.62

А

Асбег Ахмеднабиевич МАГОМЕДОВ,

начальник кафедры методологии и методики расследования экономических преступлений Академии экономической безопасности МВД России (г. Москва) , доктор юридических наук, профессор, полковник милиции

Талия Габделгазизовна ШУВАЛОВА,

начальник юридического отдела Управления Департамента жилищной политики и жилищного фонда г. Москвы в САО

ОБ ОСОБЕННОСТЯХ ХАРАКТЕРИСТИКИ НАСИЛЬСТВЕННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ СЕКСУАЛЬНОГО ХАРАКТЕРА, СОВЕРШАЕМЫХ В ОТНОШЕНИИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ

Насильственные деяния сексуального характера, совершаемые в отношении несовершеннолетних, вызывают особый общественный резонанс. Если преступления против собственности, конституционных прав граждан, деятельности

государственных и местных органов власти и управления причиняют моральный, материальный и организационный вред, препятствуют работе учреждений и должностных лиц, дезорганизуют отношения в обществе, то насильственная преступность