Теоретические возможности изучения восприятия пространственно-предметной среды

ОБЗОРЫ

УДК 159.9.019

теоретические возможности изучения восприятия пространственно-предметной среды

Ю.г. ПАНЮКОВА* Сибирский юридический институт МВД России, Красноярск

В обзоре анализируются проблемы формирования психического образа. Ключевые слова: психический образ, пространстванно-предметная среда, восприятие.

Категория психического образа имеет характер одной из инвариант исследовательского аппарата психологии, заключая в себе или обозначая собственно психическую реальность, самоочевидным аспектом которой является знание об окружающем мире, данное в форме ощущений, восприятий, представлений, мыслей. образ понимается как чувственная форма психического явления, имеющая в идеальном плане пространственную организацию и временную динамику [12].

Согласно Б.Ф. Ломову, образы, в которых отражается окружающий человека мир и он сам, - это соответственно ощущения, восприятия, представления, то есть сами ощущения, восприятия, представления выступают как образы. Анализирую природу образа, его «ткань», Б.Ф. Ломов подчеркивает: «Между тем отражение (образ) не есть нечто завершенное и статичное. образ формируется, развивается, существует только в процессе отражения. Образ и есть сам процесс» (Б.Ф. Ломов, 1984. С. 158) [36]. Исходя из такого понимания образа, в психологии были обозначены и стали предметом исследований следующие задачи: анализ таких атрибутов отражения, как субъект и объект и их взаимосвязь, в кон-

© Панюкова Ю.Г., 2009

* Для корреспонденции:

Панюкова Юлия Геннадиевна

Сибирский юридический институт МВД России,

Красноярск

E-mail: apanukov@mail.ru

тексте чего предметом систематического изучения было обозначено понятие активности отражения; анализ детерминант психического отражения, в рамках которого актуализировался онтологический аспект категории отражения; анализ механизмов, порождения, развития и функционирования психического образа; проблема уров-невого строения психического отражения; анализ свойств психического образа и функции отражения в поведении.

Положение о конструктивной активности психического отражения в определенном аспекте реализовано через обращение к определенным когнитивным структурам, которые, являясь амодальны-ми или надмодальными, представляют собой базовую, объективную схему, модель, когнитивное образование, опосредуют, преломляют через себя любое внешнее воздействие. В истории психологии есть достаточно конструктов, подразумевающих такую реальность: модель универсума, картина мира, когнитивная карта и т.д. К такой категории относится и категория образа мира, специфика которой заключается в том, что именно образ мира лежит в основе процесса построения образа предмета или ситуации.

Первоначально появление категории «образ мира» было связано с изучением восприятия как раз в качестве той структуры, в которой и фиксируется видение человеком окружающего мира. При этом образ мира понимается как субъективное

эмоционально-когнитивное образование, являющееся носителем индивидуального видения (в широком смысле) реальности, а, следовательно, и взаимодействия с ней. Строится образ мира на основании извлечения из среды сенсорной информации и ее последующей когнитивной обработки. Под образом мира имеется в виду не столько зрительная картинка, сколько модель (representation) событий реальности, оформленная в виде системы доступных субъекту разномодальных ощущений. Как подчеркивают Баксанский О.Е. и др. (2002) [7], под образом понимается выделенное из окружения содержание тезауруса восприятия, определенным образом организованное когнитивными механизмами субъекта.

Наиболее детально и последовательно закономерности формирования образа изучались гештальтпсихологией, в результате чего были выделены такие универсальное закономерности построения образа, как структурирование, заполнение пробелов, то есть образ должен быть завершенным. К свойствам формы как наиболее важного параметра оценки, «целого», согласно этим результатам, относятся: простота, гомогенность, целостность, замкнутость, «хорошая» форма - все, что соответствует общему закону перцептивного поля - закону прегнантности, то есть тенденции этого поля к образованию наиболее устойчивой, простой и «экономной» конфигурации. Конфигурации могут обладать различной структурой, которая, в свою очередь, определяет их ясность, выразительность, устойчивость. Каждая конфигурация имеет тенденцию к упорядочению (стремится к «хорошей» фигуре). Конфигурации могут обладать одним или несколькими «центрами притяжения», на основе которых строится целое. Каждая конфигурация обладает общими и индивидуальными (уникальными) свойствами. следует различать гомогенные и гетерогенные конфигурации (хаос), открытые и закрытые, завершенные и незавершенные, более или менее сложные.

То есть образ ситуации должен быть завершенным, целостным для индивида и в его создании присутствует тенденция неосознаваемо добавлять реально отсутствующие, но «подходящие по смыслу» элементы. В качестве детерминант обусловленности таких содержания и формы образа первоначально рассматривались естественная функция стимула, а затем прошлый опыт взаимодействия индивида с реальностью. Позднее в рамках когнитивной психологии актуализировалось изучение влияния контекста на черты образа, обеспечивающий многие его атрибутивные характеристики.

В зарубежной психологии, таким образом, внимание было сосредоточено на анализе структуры и закономерностей формирования из отдельных сенсорных стимулов целостного образа.

В отечественной психологии начало активного оперирования термином «образ мира» связано с Леонтьевым А.Н. (1979) [29], и Смирновым С.Д. (1981, 1985) [50, 51], которыми в качестве приоритета была обозначена проблема построение и функционирование образа в контексте деятельности.

А.н. Леонтьев обозначил идею о разработке проблемы восприятия как проблемы психологии образа мира и ввел в научный оборот следующие положения, раскрывающие содержание категории «образ мира»: образ мира представляет собой не сумму перцептивных образов, это не есть чувственная картинка; образ мира опосредует взаимодействие субъекта с реальностью; мир вне субъекта амодален, модальности ощущений появляются в результате субъект-объектных отношений индивида с реальностью; информация от разных органов чувств определенным образом согласуется в образе мира в единое представление, то есть противоречащие данные определенным образом согласуются в непротиворечивый образ; модальные характеристики ощущений, вызываемых объектами реальности, зависят от того, к какому биологическому виду принадлежит воспринимающий; в образе мира представлены не толь-

ко объекты, актуально присутствующие в тезаурусе восприятия субъекта, он представляет собой некоторое относительно устойчивое представление о реальности. А.Н. Леонтьев ввел понятие о «пятом измерении», в котором объективная реальность открывается человеку, понимая под ним некое смысловое поле или систему значений, объект воспринимается в качестве категоризированного предмета.

Развитие идей А.Н. Леонтьева в направлении разработки категории «образ мира» было предпринято Смирновым С.Д. (1981, 1985) [50, 51]. Подчеркивается важность опосредованного и категориального характера образа мира; иначе говоря, восприятие субъектом реальности не является непосредственным, оно опосредуется перцептивной гипотезой субъекта. В качестве наиболее важных положений, сформулированных С.Д. Смирновым, можно обозначить следующие: образ мира представляет собой ядерную структуру по отношению к картине мира как своему модальному оформлению; образ мира есть система субъективных экспектаций (ожиданий) относительно развития событий реальности; для детерминации гипотезой восприятия ее объективная истинность не имеет существенного значения; ожидания, породившие ошибочные (не подтвердившиеся в реальном опыте субъекта) гипотезы не закрепляются в виде устойчивых структур. Образ мира здесь понимается как система ожиданий относительно развития событий реальности, событий, детерминирующих формирование перцептивных гипотез.

Современное состояние в исследовании категории «образ мира» связано в определенной степени с переосмыслением понимания познавательных процессов как базирующихся на механизме отражения. Возникла необходимость обращения к априорным формам познания, без которых невозможно объяснить как приспособленность человека на ранних этапах онтогенеза, так и возможности столь быстрой адаптации индивида к окружающей сре-

де, даже с учетом социализации; в связи с чем актуализировалось понятие репрезентации, введенное в понятийный аппарат психологии Дж. Андерсоном (2002) [1]. понятие «репрезентация» (когнитивная, ментальная) является предметом оперирования не только в когнитивной психологии [10, 12, 15, 16, 17, 23, 43, 45, 49, 54], оно становится центральным и в других областях: психофизиологии, психолингвистике, социальной психологии. Как отмечает Е.А. Сергиенко, модель ментальной репрезентации является, в сущности, вариантом разработки проблемы психического отражения, включающей в себя проблему субъективного образа, но делает упор на познавательном аспекте или когнитивной функции психического. один из аспектов анализа ментальной репрезентации - способы кодирования информации, то есть те субъективные средства, с помощью которых индивид представляет (отображает) в своем опыте окружающий мир и которые он использует в целях организации этого опыта для будущего поведения. Система таких способов была предложена, в частности, Дж. Брунером [13], куда включались действенный, образный и символический способы репрезентации; А. пайвио, предлагавшим две системы репрезентации: вербальную (через словесное обозначение) и образную (через наглядное впечатление); Л.М. Веккером, высказывавшим мысль о том, что работу мысли обеспечивают три «языка» переработки информации - знако-во-словесный, образно-пространственный и тактильно-кинестетический и др.

Слово репрезентация означает «представленность», «изображение», «отображение одного в другом или на другое», то есть речь идет о внутренних структурах, формирующихся в процессе жизни человека, в которых представлена сложившаяся у него картина мира, социума и себя. Когнитивные (ментальные) структуры - это не копии образцов, а обобщенно-абстрактные репрезентации схемы, включающие в себя возможность не только получения знаний,

но и способ их получения. В развитии представлений о структурных характеристиках познавательной сферы выделяется несколько этапов (Холодная М.А., 2002б) [55], в рамках одного из которых было обозначено наличие особых психических образований-посредников - когнитивных структур, принимающих участие в приеме, преобразовании и хранении информации. К числу таких структур относились «когнитивные карты», «прототипы», «предвосхищающие схемы», «иерархические перцептивные схемы», «комплекс схем», «фреймы», «сценарии», «глубинные семантические и синтаксические универсалии» и др.

В качестве наиболее близкого к понятию репрезентации отмечают понятие «антиципирующая схема» (Найссер У, 1981) [38], под которым понимается «...часть внутреннего перцептивного цикла, которая является внутренней по отношению к воспринимающему, она модифицируется опытом и тем или иным способом специфична в отношении того, что воспринимается» (Найссер У, 1981. С. 73) [38]. А понятие «схема» в качестве своего исторического предшественника или определенного аналога имеет понятие «когнитивная карта» (Толмен, 1948). Классическим примером экспликации содержания понятия «когнитивная карта» в интересующем нас контексте является исследование К. Линча (1960) [31], посвященное анализу образа города, где в качестве единиц анализа или специфических признаков когнитивной карта использовались «вехи», «пути», «районы» и «грани». В отечественной психологии субъективные представления об окружающем пространстве анализировались через выделения единиц представления пространства и исследование проблемы точности репрезентации пространства в работах И.В. Блинниковой, Б.М. Величков-ского, Е.А. Лапина, Ф.Н. Шемякина и др.

ментальные структуры играют роль своеобразных психических механизмов, которые лежат в основе «разворачивания» особым образом организованного

«ментального пространства» (Холодная М.А., 2002а,б) [54, 55], «субъективного пространства отражения» (Петренко В.Ф., 1988) [42] как динамической формы ментального опыта, которая актуализируется в условиях познавательного взаимодействия субъекта с миром. Данная категория еще не стала предметом детального психологического исследования, однако, по мнению М.А. Холодной, может стать тем недостающим теоретическим звеном, которое позволяет перейти от понятия ментальной структуры к понятию ментальной репрезентации.

Обращение к огромному эмпирическому материалу эволюционных исследований (Лекторский В.А., 2001) [26] позволяет предположить наличие некоторого «знания» о мире, наследуемого человеком как совокупность приспособительных достижений его предков. обобщением полученных в данном контексте результатов занимается современная эволюционная эпистемология, согласно положениям которой процесс познания представляет собой не отражение характеристик реальности, но ее репрезентирование, то есть построение некоторой модели реальности, которая фиксирует наиболее важные с точки зрения приспособления субъекта к окружающей его среде, факты, связи и закономерности последней. Совокупность когнитивных репрезентаций реальности и обозначается современными исследователями (Баксанский O.E., 1999; Баксанский O.E., Кучер E.H., 2000; 2001; 2002; Глинский Б.А., Баксанский O.E., 2000, 2001) [4, 5, 6, 7, 20, 21] в качестве субъективного образа мира.

Иначе говоря, в таком понимании образ мира представляет собой некоторую структуру, которая фиксирует все когнитивные достижения субъекта, приобретенные им в процессе приспособительного взаимодействия с окружающей его средой, причем как на протяжении его индивидуальной истории, так и в ходе филогенетического развития соответствующего вида. При этом филогенетические приобретения являются

необходимой базой, на основании которой только и возможно онтогенетическое развитие сугубо человеческих когнитивных образований, например, использование языка и понятийное мышление.

С точки зрения такого подхода к пониманию образа мира как совокупности когнитивных репрезентаций, находят свое объяснение те факты, которые ранее исследователям приходилось фактически постулировать (например, неидентичность образа перцептивной ситуации и совокупность актуально воздействующих на субъекта характеристик). Объяснением этого факта является положение о том, что субъект воспринимает наличную ситуацию через призму сложившихся у него когнитивных репрезентаций, которые, во-первых, позволяют выделить только определенные параметры среды, на изменение которых он потенциально способен среагировать, во-вторых, определяют его приоритеты в области восприятия - стимулы, легче других допускаемые в сознание, и стимулы, для восприятия которых требуются дополнительные время и усилия, в-третьих, детерминируют интерпретативную направленность субъекта, то есть типичную для него структуру и форму понимания и объяснения событий.

Понимание образа мира как иерархической системы когнитивных репрезентаций позволяет ответить на принципиальный вопрос о месте значений в процессе восприятия. Значение входит в образ мира неотъемлемой частью, но не частью в виде изолированного образования, а скорее как качественная особенность элементов структуры.

Функциональное назначение репрезентации реальности и построения образа мира носит ярко выраженный утилитарный характер, так как призваны обеспечивать наилучшее приспособление субъекта к конкретным условиям окружающей его среды.

Такое понимание образа мира дает возможность рассматривать пространственно-предметную среду - фундаментальную

реальность жизнедеятельности человека как самостоятельный компонент образа мира и спроецировать изложенные выше закономерности на исследование особенностей репрезентации пространственно-предметной среды.

В ходе эволюции содержания понятия «образ мира» в современной психологии обозначена проблема «образа мира» как проблема репрезентирования реальности (Баксанский O.E., Кучер E.H., 2002) [7], а в качестве основных положений такой интерпретации выдвинуты следующие:

- познание реальности осуществляется в ходе ее репрезентирования или построения моделей (не отражения);

- в процессе познания реальности у субъекта формируется образ мира - структура, в которой закрепляются все его когнитивные приобретения;

- индивид активен в ходе формирования субъективного образа мира, становление которого происходит в процессе взаимодействия субъекта с окружающей средой, но сложившийся образ мира целиком опосредует дальнейшее взаимодействие субъекта с миром, определяет его типичные формы интерпретации событий;

- образ мира формируется субъектом на базе онтогенетически априорных форм познания, которые выработались в ходе эволюционного развития человека как биологического вида;

- образ мира есть иерархическая система когнитивных репрезентаций;

- когнитивные репрезентации представляют собой гипотезы, так или иначе интерпретирующие реальность; адекватность этих гипотез не определяет напрямую их выбор субъектом;

- когнитивная репрезентация представляет собой иерархическую систему персональных конструктов - элементарных единиц анализа отношений сходства и различия событий;

- мира как такового для субъекта не существует, выделение для исследования некоторой области реальности и взаимо-

действия с ней с помощью данных органов чувств и других когнитивных механизмов позволяет получить только субъективную информацию о реальности, которая принципиально неполна и изначально наполнена субъективными значениями; таким образом, значения изначально входят в образ мира, а не вносятся субъектом в ходе анализа перцептивной информации.

Исследование представленности реальной пространственно-предметной среды жизнедеятельности в сознании человека традиционно осуществляется в рамках психологии восприятия. В современных анализах исследований в области психологии восприятия (Барабанщиков В.А., 2002) [8] обозначается факт существования онтологической и гносеологической парадигм и подчеркивается, что подавляющее большинство исследований восприятия выполняется в русле гносеологической парадигмы, которая связана с идеей отражения или превращения свойств действительности во внутреннее достояние субъекта - чувственный образ. В этом смысле, подчеркивает В.А. Барабанщиков, говорят о восприятии пространства, времени, движения, энергетических и предметных особенностей среды, пытаясь установить «механизмы» соответствующих репрезентаций. Гносеологическая парадигма сориентирована на изучение состава и структуры информационного содержания восприятия, рассматривая его в своей наиболее развитой форме как результат процесса отражения.

Обращением к реальным условиям жизни, постоянно меняющимся отношениям индивида со средой, человека с миром актуализируется онтологическая парадигма исследования, проблема разработки онтологии восприятия, в частности, теория восприятия как события В.А. Бара-банщикова (2002) [8], основанная на положениях системного подхода (Ананьев Б.Г., Бехтерев В.М., Выготский Л.С., Ломов Б.Ф., Лурия А.Р., Рубинштейн С.Л., Теплов Б.М. и др.). В рамках этой парадигмы подхода к восприятию в качестве онтологических ос-

нований перцептивного процесса рассматриваются субъект восприятия, объект-ситуация и способы их взаимосвязи..

С точки зрения субъекта восприятия особое значение начинают играть не столько поиск и прием полезной информации, сколько ее интерпретация - включение в смысловые контексты или семантические поля воспринимающего (Артемьева Е.Ю., 1999; Леонтьев А.Н., 1999; Петренко В.Ф., 1998). Перцептивные потребности и способы их удовлетворения наполняются социальным содержанием, усиливается волевой компонент, чувственный образ становится осознаваемым, появляется ценностная составляющая восприятия, нравственно-этический и эстетический моменты.

В русле онтологической парадигмы исследования особенностей репрезентации пространственно-предметной среды в фокусе исследования оказываются вопросы, связанные с тем, как относится субъект к реальной, обыденной среде своей жизнедеятельности, какое значение имеет для него эта среда. Смысловое поле, система значений как «пятое измерение», как компонент сознания человека были выделены А.н. Леонтьевым (1979).

Современное понимание значения в контексте проблемы образа мира трактует значение не как отдельный структурный компонент образа мира, а как его качественное измерение (Баксанский О.Е., Глинский Б.А., 2002). В рамках подхода к восприятию как к событию в качестве психологической составляющей восприятия, наряду с информационным содержанием и пространственно-временным измерением, выделяется предметно-смысловое измерение (Барабанщиков В.А., 2002) [8], где подчеркивается, что в предметном значении представлены отношения вещи к другим вещам и к индивиду, которые раскрываются при его взаимодействии с миром. Такую функцию значения как категоризации предмета, то есть его отнесения к определенной группе, классу предметов, подчеркивал Дж. Брунер (1977) [13].

В психическом образе необходимо присутствует момент субъективно-личностной пристрастности, отражение не только самих явлений или предметных отношений, но и их жизненного смысла для человека, отношения к его потребностям (Рубинштейн С.Л., 1959; Леонтьев А.Н., 1977; Вилю-нас В.К., 1983). Д.А. Леонтьев (1999) [30], анализируя проблему личностного смысла, дифференцирует понятия «жизненный смысл» и «личностный смысл» по критерию объективности: жизненный смысл - это объективная характеристика отношений объектов и явлений действительности к жизнедеятельности субъекта, а личностный смысл - это форма субъективного отражения данного отношения в сознании субъекта, в его образе мира.

Функция личностного смысла как одного из элементов системы смысловой регуляции деятельности - функция презентации субъекту в образе роли и места отражаемых объектов и явлений действительности в его жизнедеятельности. Эта функция личностного смысла реализуется через посредство двух психологических механизмов - механизма эмоциональной индикации, то есть специфической эмоциональной окраски значимых образов восприятия и представления (Леонтьев А.Н., 1971; Вилюнас В.К., 1976, 1983 и др.) и механизма трансформации образа, то есть такое структурирование образов целостной ситуации, в которой одни объекты и явления выступают на передний план, другие затушевываются, меняются связи между элементами ситуации и искажаются отдельные соотношения (Брунер Дж., 1977; Левин К., 2001; Петренко В.Ф., 1983; Стрелков Ю.К., 1989; Эткинд А.М., 1981 и др.) [13, 24, 40, 53, 56].

Феномены искажения расстояний и субъективного структурирования топографических характеристик среды обитания в масштабе города и района также относятся к эффекту трансформации психического образа (Добрицына И.А., 1984; Величковс-кий Б.М., Блинникова И.В., Лапин Е.А., 1986; Стрелков Ю.К., 1989 и др.) [22, 17, 53].

Особое значение в анализе репрезентации пространственно-предметной среды с точки зрения ее значения и смысла для субъекта начинают играть не столько поиск и прием полезной информации, сколько ее интерпретация - включение в семантические контексты или семантические поля воспринимающего. Данная проблема как проблема предметного содержания чувственного образа была обозначена еще в 70-е годы прошлого века (Логвиненко А.Д., 1976; Петренко В.Ф., 1976; Столин В.В., 1976; Пузырей А.А., 1976) [32, 41, 52, 44], а в настоящее время разрабатывается в экспериментальной психосемантике (Артемьева Е.Ю., 1984, 1999, Петренко В.Ф., 1983, 1988 и др.) [2, 3, 39, 42], в рамках которой был выполнен ряд исследований, посвященных анализу восприятия городской среды (Га-бидулина С.Э., 1991) [19].

В таком ракурсе исследования перцептивные потребности и способы их удовлетворения рассматриваются с точки зрения их наполнения социальным содержанием, когда чувственный образ становится осознаваемым, появляется ценностная составляющая восприятия, нравственно-этический и эстетический моменты.

Таким образом, в анализе взаимосвязи человека и окружающей его среды, в частности, пространственно-предметной среды, в контексте проблематики психического отражения посредством апелляции к категориям образа мира и репрезентации, а также опираясь на тезис о существовании гносеологической и онтологической парадигм в психологии восприятия, можно обозначить новое исследовательское пространство, предметом которого является представленность пространственно-предметной среды реальной жизнедеятельности в сознании человека, как с точки зрения формальных, так и содержательных характеристик.

Литература

1. Андерсон Дж.Р. Когнитивная психология. -

СПб.: Питер, 2002. - 496 с.

2. Артемьева Е.Ю. Основы психологии субъективной семантики. - М.: Наука, Смысл, 1999. - 350 с.

3. Артемьева Е.Ю. Семантическая оценка привлекательности интерьеров // Дизайн знаковых систем. Труды ВНИИТЭ. Серия Эргономика. Вып. 27. - 1984. - С. 95-104.

4. Баксанский О.Е. Коэволюционные репрезентации современной направленности познания. - М., 1999.

5. Баксанский О.Е., Кучер Е.Н. Образ мира: когнитивный подход. - М., 2000.

6. Баксанский О.Е., Кучер Е.Н. Репрезентирование реальности: когнитивный подход. -М., 2001.

7. Баксанский О.Е., Кучер Е.Н. Современный когнитивный подход к категории «образ мира» // Вопросы философии. - 2002.

- № 8. - С. 52-69.

8. Барабанщиков В.А. Восприятие и событие.

- СПб.: Алетейя, 2002. - 512 с.

9. Барабанщиков В.А. Системогенез чувственного восприятия. - Москва: Изд-во «Институт практической психологии», Воронеж: НПО «МОДЭК», 2000. - 464 с.

10. Блинникова И.В. Зрительный и пространственный опыт в мысленных репрезентациях: исследование слепых от рождения, поз-дноослепших и зрячих испытуемых // Пси-хол. журнал. - 1998. - № 1. - С. 101-115.

11. Блинникова И.В. Роль зрительного опыта в репрезентации окружающего пространства // Ментальная репрезентация: Динамика и структура. - М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 1998. - С. 101-132.

12. Большой психологический словарь. - СПб.: прайм-ЕВРОЗНАК, 2003. - 672 с.

13. Брунер Дж. Психология познания: За пределами непосредственной информации. -М.: Прогресс, 1977. - 412 с.

14. Брушлинский А.В. Психология субъекта: некоторые итоги и перспективы // Известия РАО. - 1999. - № 1. - С. 30-41.

15. Брушлинский А.В., Сергиенко Е.А. Ментальная репрезентация как системная модель в когнитивной психологии // Ментальная репрезентация: Динамика и структура. -М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 1998. - С.5-22.

16. Вартанов А.В., Лосик Г.В., Сыромятников С.Н. Особенности репрезентации реального и виртуального пространств у лиц с

нормальным зрением и у слепых // Психол. журнал. - 1998. - № 2. - С. 51-60.

17. Величковский Б.М., Блинникова И.В., Лапин Е.А. Представление реального и идеального воображаемого пространства // Вопросы психологии. - 1986. - № 3. - С. 103-113.

18. Вилюнас В.К. Психологические механизмы мотивации человека. - М.: МГУ, 1990.

19. Габидулина С.Э. Психосемантика городской среды (объективные и субъективные факторы отношения горожан к элементам городского ландшафта). - Автореф. дисс. ... канд. психол.н. - М., 1991. - 23 с.

20. Глинский Б.А., Баксанский О.Е. Методология науки: когнитивный анализ. - М., 2001.

21. Глинский Б.А., Баксанский О.Е. Моделирование и когнитивные репрезентации. - М., 2000.

22. Добрицына И.А. К постановке в дизайне проблемы обеспечения ориентации в среде современного города // Дизайн городской среды: типологические аспекты (Труды ВНИИТЭ. Сер. Техническая эстетика. Вып. 44) - М.: ВНИИТЭ ГКНТ СССР, 1984. - С. 22-41.

23. Лапин Е.А. Пространственные репрезентации в деятельности человека. Автореф. дисс. ... канд. психол.н. - М., 1987. - 23 с.

24. Левин К. Теория поля в социальных науках.: Пер. с англ. - СПб., 2001. - 368 с.

25. Лекторский В.А. Субъект, объект, познание. - М.: Наука, 1980. - 359 с.

26. Лекторский В.А. Эпистемология классическая и неклассическая. - М.: Эдиториал УРСС, 2001. - 255 с.

27. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. - Изд. 2-е. - М.: Политиздат, 1977. - 304 с.

28. Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики. - М.: МГУ, 1959. - 495 с.

29. Леонтьев А.Н. Психология образа // Вестн. МГУ. Сер. 14, Психология. - 1979. - № 2. -С. 3-14.

30. Леонтьев Д.А. Психология смысла. - М.: Смысл, 1999. - 486 с.

31. Линч К. Образ города. - М.: Стройиздат, 1982. - 328 с.

32. Логвиненко А.Д. Порождение предметного образа // Психологические исследования. -М.: МГУ, 1976. - С. 65-70.

33. Логвиненко А.Д. Психология восприятия. -М.: МГУ, 1987. - 82 с.

34. Логвиненко А.Д. Чувственные основы восприятия пространства - М.: МГУ, 1985. -223 с.

35. Логвиненко А.Д., Столин В.В. Восприятие пространственных свойств предметов // Познавательные процессы: ощущения, восприятие. - М.: Педагогика, 1982. - С. 246-276.

36. Ломов Б.Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии. - М.: Наука, 1984 . - 350 с.

37. Ментальная репрезентация: Динамика и структура. - М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 1998. - 320 с.

38. Найссер У. Познание и реальность. - М.: Прогресс, 1981. - 230 с.

39. Петренко В.Ф. Введение в экспериментальную психосемантику. Исследование форм презентации в обыденном сознании. - М.: МГУ, 1983. - 176 с.

40. Петренко В.Ф. К вопросу о семантическом анализе чувственного образа // Восприятие и деятельность. - М.: МГУ, 1976. - С. 268-292.

41. Петренко В.Ф. О семантике образа // Психологические исследования. Проблемы психологии восприятия. - Вып. 6. - М.: МГУ, 1976. - С. 72-75.

42. Петренко В.Ф. Психосемантика сознания. - М.: Изд-во МГУ, 1988. - 208 с.

43. Подпругина В.В., Блинникова И.В. Ментальные репрезентации эмоций у учащихся общеобразовательной школы и школы искусств // Психол. ж. - 2002. - № 3. - С. 31-44.

44. Пузырей А.А. Смыслообразование в процессе перцептивной деятельности (на материалах псевдоскопического зрения) //

Восприятие и деятельность. - М.: МГУ, 1976. - С.293-319.

45. Ребеко Т.А. Ментальная репрезентация как формат хранения информации // Ментальная репрезентация: динамика и структура. - М.: Институт психологии РАН, 1998. -с.25-54.

46. Ришар Ж.-Ф. Ментальная активность. - М.: ИПРАН, 1988. - 232 с.

47. Рубинштейн С.Л. О восприятии времени и пространства // Мир психологии. - 1999. -№ 4. - С. 16-25.

48. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. - СПб.: Питер, 2001. - 720 с.

49. Сергиенко Е.А. Современное состояние исследований когнитивных процессов // Пси-хол. журнал. - 2002. - № 2. - С.19-35.

50. Смирнов С.Д. Мир образов и образ мира // Вестник МГУ. - Сер. 14. - 1981. - № 2.

51. Смирнов С.Д. Психология образа: Проблема активности психического отражения. -М.: МГУ, 1985. - 231 с.

52. Столин В.В. Исследование порождения зрительного пространственного образа // Восприятие и деятельность. - М.: МГУ, 1976. - С.101-208.

53. Стрелков Ю.К. Психические процессы в операторском труде. - М.: МГУ, 1989. - 80 с.

54. Холодная М.А. Психология интеллекта. Парадоксы исследования. - 2-е изд., перераб. и доп. - СПб.: Питер, 2002. - 272 с. (2002а).

55. Холодная М.А. Когнитивные стили: О природе индивидуального ума. - М.: ПЕР СЭ, 2002. - 304 с. (2002б).

56. Эткинд А.М. Тест Роршаха и структура психического образа // Вопросы психологии. - 1981. - № 5. - С. 17-27.

THEORETICAL POSSIBILITY OF STUDYING THE PERCEPTION OF SPATIAL AND PHYSICAL ENVIRONMENT

J.G. PANYUKOVA Siberian Law Institute of Ministry of Internal Affairs of Russia, Krasnoyarsk

The review analyzes the problems of forming mental images. Keywords: mental image, spatial and physical environment, the perception.