Государственная Дума: вчера, сегодня, завтра

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ДУМА: ВЧЕРА, СЕГОДНЯ, ЗАВТРА

27 апреля 2006 г. Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации отметит 100-летний юбилей. Торжественные мероприятия откроются выездным заседанием Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в Таврическом дворце в Санкт-Петербурге, которое состоится спустя 100 лет после первого заседания Государственной Думы России. Также там будут проведены торжественное собрание, посвященное этому событию, и прием представителей парламентов государств-участников СНГ, а также стран Балтии, Польши, Финляндии.

Подготовка к празднованию 100-летия учреждения Государственной Думы в России велась тщательная и планомерная. Были организованы тематические выставки, создан телефильм, посвященный юбилею, а также видеофильмы для высших учебных заведений, раскрывающие различные стороны современного парламентаризма, деятельность законодательных и представительных органов, связь парламента с общественностью и средствами массовой информации. Депутаты Государственной Думы выступили перед различными аудиториями по тематике прошлого и настоящего парламентаризма, перспектив его развития.

В Московском государственном университете им. М. В. Ломоносова состоялась научно-практическая конференция «Российский парламентаризм: прошлое, настоящее, будущее. К 100-летию I Государственной Думы». В ее работе приняли участие члены Совета Федерации, депутаты Государственной Думы, ученые и студенты главного вуза страны.

Необходима стратегия развития страны, отвечающая нашим ресурсам и нашим традициям

Научно-практическая конференция В МГУ началась с выступления Председателя Госдумы Бориса Грызлова. Он сказал, что рассматривает конференцию как одно из центральных мероприятий всей программы столетнего юбилея.

«За сто лет, прошедших с момента созыва I Государственной Думы, Россия, безусловно, изменилась, — констатировал Председатель палаты.

— Впрочем, многие из поставленных тогда задач актуальны для нас сегодня, и для парламентариев, и для всего российского общества. Как и в начале ХХ века, сегодня Россия находится в точке выбора. Надежды на бесконфликтный мир, где за нашей страной было бы зарезервировано достойное место, не оправдались, не сбылись. Содержанием сегодняшнего этапа развития страны стали политическая и экономическая стабилизация, обеспечение гарантий экономической независимости, политического суверенитета, базового уровня безопасности. Но все это в условиях XXI века, в условиях жесткой международной конкуренции, может быть только предпосылками для развития. Необходима стратегия развития страны, отвечающая нашим ресурсам и нашим традициям, позволяющая повысить нашу роль в мировом сообществе и разделяемая большинством граждан нашей страны».

Докладчик четко обозначил место нашей страны в современном мире. «Определяя свое отношение к глобальным интеграционным процессам, важно обозначить нашу принципиальную позицию: Россия не Восток, и Россия не Запад,

— подчеркнул он. — Исторически наша страна развивалась как самостоятельная цивилизация, способная объединять народы. Именно в этой самостоятельности и залог нашего будущего. Сохранение страны в существующих границах становится необходимым условием национального успеха. При этом для сохранения территориальной целостности уже недостаточно ссылаться на исторические победы и дипломатические документы. С учетом этого необходимо формулировать задачи экономического роста, диверсификации экономики, решения демографической проблемы, которая тесно связана с территориальной, миграционной, градостроительной политикой. Рывок в цивилизационном развитии может быть обеспечен только при детальной проработке всех принимаемых решений. Его успех будет определяться уровнем поддержки со стороны граждан, реализацией интеллектуального потенциала страны. Поэтому необходим субъект, способный решить эти задачи. Таким субъектом способны

стать политические партии. Пока ни одна из политических партий современной России не вышла на этот уровень. Но в перспективе партийная деятельность, связанная с созданием кадрового резерва, обеспечением связи общества и власти, реализацией контроля над деятельностью государственной системы, должна ориентироваться именно на эту цель».

Признавая прошедшие за сто лет изменения в России и в мире, а также важность интеграции для политического сотрудничества, для развития экономик и для решения миграционных проблем, Борис Грызлов призвал слушателей — депутатов Госдумы, членов Совета Федерации, ученых

— принять все меры, чтобы роль национальных органов власти, и прежде всего представительных органов власти, повышалась, так как именно через них народы мира сегодня выражают свою волю.

«Парламентаризм — одно из старейших политических изобретений, но потенциал парламентской демократии по-прежнему высок, — сказал Борис Грызлов. — Мир сталкивается со все новыми угрозами, накопилось немало и вековых, застарелых конфликтов. Думаю, что в поиске ответов на вызовы современности парламентаризм способен сыграть очень важную роль». В этой связи Председатель Госдумы остановился на задачах современного этапа развития парламентаризма, который, по его убеждению, характеризуется развитием, но не изменением конституционных положений.

«Уже сейчас действующая Конституция остается неизменной дольше, чем любая из конституций Советского Союза, — отметил он. — Мы выступаем против внесения изменений в конституцию, чтобы сохранить закрепленный в Основном Законе баланс полномочий Президента, Федерального Собрания, Правительства, судов. Как показала практика, конституционные положения обеспечивают эффективное проведение необходимых реформ».

Далее Председатель Госдумы подчеркнул важную роль многопартийной системы. «Именно партии могут стать движущей силой реформ в условиях, когда бюрократический аппарат во многом сохраняет свою традиционную силу, — сказал он.

— Историк Василий Ключевский как-то заметил, что в России вместо «борьбы партий» существует «борьба учреждений». Большинство депутатов Государственной Думы видит одну из своих задач в том, чтобы ограничить сегодняшнюю чрезмерную роль бюрократических учреждений открытой конкуренцией партийных программ. В связи с этим

мы считаем необходимым дальнейшее развитие контрольных функций парламента: сильный парламентаризм объективно препятствует бюрократии отождествлять свои интересы с интересами граждан. Развитие механизмов парламентского контроля важно и в связи с задачей дальнейшего расширения государственных инвестиций — как в собственно экономические проекты, так и в человеческий капитал».

Выступая в стенах старейшего вуза страны, Председатель одной из палат федерального парламента не мог не сказать о роли истории, исторического знания для адекватного понимания происходящих сегодня преобразований. «Осознание ценности отечественного исторического опыта имеет не только теоретическую, но и практическую значимость, — отметил Борис Грызлов. — Обращая внимание на этапы развития демократических институтов в России, мы осознаем уникальность этого развития. Сам выбор названия «Государственная Дума» для органа народного представительства, по сути, указывал на наличие собственной традиции — хотя, безусловно, верховная власть империи вкладывала в понятие преемственности иной смысл, чем многие общественные силы. Столетие учреждения Государственной Думы напоминает нам: каждая страна идет к демократии своим, особым путем. Всегда непростым и тернистым. Чужой опыт демократического развития невозможно повторить, но тем ценнее собственный опыт. Значение национальных корней парламентаризма для национального самосознания символизирует уже то, что и в наши дни во многих странах стремятся по возможности избежать буквального перевода наименования своего парламента на другие языки.

Российское общество начала века осознавало свою причастность к общемировому процессу развития парламентаризма. Это был не односторонний процесс. За выборами в Государственную Думу внимательно следили во всем мире. Уже в 1906 г. были установлены контакты с зарубежными парламентами, с которыми сегодня Государственная Дума также активно развивает взаимоотношения. Одним из направлений совместной работы в настоящее время, кстати, является выработка согласованных подходов к определениям общих угроз, таких, как терроризм, и общих ценностей, таких, как демократия».

Председатель Госдумы с сожалением говорил о том, что современные россияне недостаточно представляют наши исторические традиции. «По

данным опросов, большинство наших сограждан, которые знают о деятельности дореволюционной Государственной Думы, оценивают ее роль как положительную, — констатировал он. — Но при этом общая доля тех, кто знает о деятельности той Думы, составляет всего лишь 20 процентов. По-видимому, это во многом связано с игнорированием важнейших проблем парламентаризма и народного представительства на протяжении 70 лет нашей истории. Как результат этой недооценки, советская система оказалась плохо подготовлена к изменениям, которые начались в нашей стране в 80-х годах. Сейчас, почти через сто лет, мы можем более внимательно изучить достигнутые результаты и понять, что сделано было довольно много».

Размышляя о плодах, которые принесла стране парламентская демократия, Борис Грызлов назвал ряд достижений, возникших век назад и сохранившихся поныне. «Страна получила возможность не только следить за государственными решениями, но и участвовать в их принятии, — сказал он. — Обсуждение вопросов развития страны не только в министерствах, но и в Думе стало новым стимулом для развития политических партий, печати, институтов гражданского общества. Все это были, конечно, только первые шаги российского парламентаризма, очевидные для нас, необходимые составляющие политического процесса. Но для того времени это был достаточно резкий разрыв с прежней системой. Как показывает опыт I Государственной Думы, у политического идеализма, склонного к радикальным подходам, весьма ограниченные перспективы. Однако политические идеалы, в том числе те, которые объединяли депутатов и избирателей в 1906 году, сохраняют свою ценность и до настоящего времени».

«Учеными МГУ внесен значительный вклад в изучение институтов парламентаризма и, не менее значительный, в развитие отечественного законодательства, — сказал Борис Грызлов. — Это касается и дореволюционных лет, и советского периода, и современности. Уверен, что как признанных специалистов, так и тех молодых исследователей, которые присутствуют сегодня в этом зале, ждет еще немало исследовательских удач на избранном ими пути. Возможно, кто-то из присутствующих здесь студентов и аспирантов внесет свой вклад в развитие страны и в качестве депутата. Хотел бы напомнить, что за последние 12 лет депутатами Государственной Думы стали 89 выпускников МГУ. Среди депутатов действующего четвертого созы-

ва 31 выпускник, причем работают они во всех фракциях. Тем самым продолжается традиция, заложенная в 1906 году. Все мы помним ту роль, которую профессора и воспитанники Московского университета сыграли в истории нашего первого общенационального законодательного органа. Профессор Московского университета Сергей Андреевич Муромцев был избран первым Председателем Государственной Думы, а в целом из пяти ее дореволюционных председателей университет дал образование четверым. Среди депутатов I Государственной Думы были ученые с мировым именем. Их труды во многом заложили основу наших сегодняшних представлений о демократии, политических партиях, правовом государстве и сохранили свою ценность до настоящего времени. Между наукой и государственным управлением сегодня необходимо более тесное взаимодействие в сфере экспертизы принимаемых решений. Полагаю, что эта конференция будет способствовать развитию новых направлений и форм сотрудничества между Федеральным Собранием Российской Федерации и научным сообществом».

После выступления Председателя Госдумы слово взял ректор Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова Виктор Садовничий. Вовлекая остальных участников конференции, он совершил исторический экскурс в глубину веков. По его убеждению, традиции народного представительства в нашей стране идут из Х-Х! веков. В то время существовало вече как верховный орган самоуправления. Это было собрание народа, принимавшее решения по наиболее важным политическим вопросам. И в Московском государстве действовали свои сословно-предста-вительные органы, как созывавшиеся с XVI века государями земские соборы. По форме это были совещания государя с представителями «всей земли». Идея же парламента, как регулярно действующего представительного органа, по убеждению В. Садовничего, появилась в России в самом начале XIX века. Она родилась в среде узкого круга европейски образованных людей, которые стремились к законодательному закреплению самодержавной власти. В числе этих людей ректор МГУ назвал ближайшего помощника Александра I М. М. Сперанского, который первым предложил императору созвать выборную Государственную Думу, которой предоставлялось бы исключительное право принятия основных гражданских, уголовных и остальных законов. Проект М. М. Сперанского не был реализован.

Первым опытом создания представительных учреждений в России XIX века стали земские и городские реформы 60-х и 70-х годов. Самым последовательным был проект министра внутренних дел М. Т. Лорис-Меликова, который уже подготовил решение о создании комиссии по преобразованию органов власти. Предложения Лорис-Меликова, как известно, были одобрены императором Александром II буквально за несколько часов до его гибели 1 марта 1881 г., что заморозило образование представительных органов до 1905 г. Манифест 17 октября даровал России Государственную Думу, а подданным империи — основные политические права. В царском Манифесте провозглашалось то, что еще за десять лет до этого казалось абсолютно невероятным.

В тесной связи с парламентаризмом, по убеждению В. Садовничего, стоит уровень образованности народонаселения. Коснувшись этого вопроса, ректор МГУ признал, что в нашей стране должен быть сохранен широкий доступ к конкурсному бесплатному высшему образованию. «Совсем недавно на уровне Государственной Думы был сделан важный шаг, позволяющий надеяться на дальнейшие положительные изменения в этой области, — сказал В. Садовничий. — Для более эффективного принятия решения парламентским большинством Госдумы был создан экспертный Совет из ректоров вузов и ученых. Мы надеемся, что без учета мнения этого Совета не будут приниматься законы, касающиеся образования и науки».

Содержательным и весьма актуальным для понимания нынешнего политического процесса был доклад на тему «Роль I Государственной Думы в создании и развитии политических партий России», с которым выступила Лира Леонова, заведующая кафедрой истории общественных движений и политических партий исторического факультета МГУ. «XX столетие Россия встречала в ожидании больших перемен, — сказала она. — Революция создала совершенно новую ситуацию в стране. После указа о выборах в Госдуму никакого специального закона о политических партиях не было. Но обещания Манифеста от 17 октября о свободе союзов и собраний однозначно истолковывались как легализация политических партий и объединений».

Лира Леонова в своем докладе обратила внимание участников конференции на ряд поучительных моментов отечественной истории, которые не потеряли своей актуальности и сегодня. Так, в начале XX века власть не смогла образовать

массовую партию, которая составила бы опору правившего режима. А проправительственной партии попросту не существовало. В то же время оппозиционные (или явно враждебные режиму) политические партии имели общероссийские органы и разветвленные региональные структуры. Это были Российская социал-демократическая партия и Партия социалистов-революционеров («эсеров»). Сначала образовались революционные партии, а лишь затем либеральные и консервативные. Процесс формирования партийной системы шел не в центре, а начинался на национальных окраинах империи. Либеральные партии формировались не естественным путем, в силу осознания буржуазией необходимости политической деятельности, а в результате внешнего импульса — революции.

Собравшиеся заслушали и доклад декана факультета журналистики МГУ Ясена Засурского на тему «Российский парламентаризм, журналистика и развитие гражданского общества». Эта часть научно-практической конференции — пленарное заседание — проходила в здании вновь построенной Фундаментальной библиотеки МГУ, в зале заседаний ученого совета.

История знает примеры, или появление парламента в России...

Об истории российской Государственной Думы в беседе с нашим корреспондентом рассказали научные сотрудники Института российской истории РАН доктора исторических наук Авенир Павлович Корелин, Станислав Васильевич Тютю-кин и Александр Николаевич Боханов, исследующие проблемы парламентаризма.

— Некоторые специалисты ведут истоки представительных учреждений в России в вечевых собраниях и Земских соборах древней и средневековой Руси, — сказал Авенир Корелин. — Это действительно были представительные народные форумы, но традиционного, феодального общества. Постепенно они были задавлены набиравшим силу самодержавием. Первой попыткой создания «законной» монархии, «регулярного», правового государства можно считать созыв Екатериной II Уложенной Комиссии (1767-1773), созданной для разработки нового кодекса законов в духе просветительных идей Запада. Комиссия по своему статусу была совещательным учреждением с выборными от различных сословий депутатами. По ряду

причин ее работа оказалась безуспешной. И она в конце концов была распущена. Тем не менее, ее «наработки» дали пищу для последующей реформаторской деятельности Екатерины и, что весьма важно, они активизировали идею необходимости разделения различных ветвей власти.

При Александре I ближе всего к реализации этого замысла был М. М. Сперанский (1772-1839), составивший к 1809 г. по поручению императора проекты модернизации государственного устройства страны с учетом начал выборного народного представительства и разделения властей — законодательной, исполнительной и судебной. По замыслу Сперанского, создавались для законодательного творчества две палаты: Государственная дума

— выборное учреждение, с четырехстепенными выборами и высоким имущественным цензом для депутатов, и Государственный совет, члены которого назначались императором. Однако и этому проекту не суждено было свершиться в полном объеме. В 1810 г. был учрежден лишь Государственный совет с законосовещательным статусом.

Весь XIX век мы просуществовали без института представительства, хотя вопрос о необходимости его создания поднимался неоднократно. Инициировался он, как правило, представителями самих правящих кругов — П. А. Валуевым, П. А. Шуваловым, в. к. Константином Николаевичем, М. Т. Лорис-Меликовым и др. Наиболее остро он был поставлен осенью 1904 г., когда требования создания представительства были выдвинуты в ходе так называемой «банкетной кампании», в которой приняли участие широкие слои населения. Вновь этот вопрос стал предметом обсуждения в «верхах» (проект П. Д. Святополк-Мирского). Но только революция 1905 г. заставила императора Николая II перейти от разговоров непосредственно к делу.

— Наиболее важным аспектом, предваряющим все разговоры о создании Государственной Думы,

— уверен Александр Боханов, — является вопрос: в чем причина ее появления? С одной стороны, это исторический процесс развития общества: такой институт, как Дума, рано или поздно должен был возникнуть. Когда общество было монолитным, достаточно однородным, вопрос об общенациональном представительстве не вытекал из его естественных потребностей. По мере структурирования общества, в котором постепенно стали появляться новые социальные элементы, развивалось частное предпринимательство, возникла необходимость создания политических рычагов, с помощью которых можно было бы влиять на правительство и

императора, а также потребность выражать свои требования. Все это и реализовалось в создании Государственной Думы, которая начала работу 27 апреля 1906 года.

Стоит отметить, что Верховная власть в России была не просто авторитарной монархической системой, а рассматривалась как власть, данная Богом. А наша страна, как бы там ни говорили, была православной. Помимо народа существовало так называемое образованное общество, и эти 5 % населения не признавали существовавшую систему власти: двигателем инноваций было меньшинство. Следовательно, причина недовольства — в качестве политической системы, в отсутствии тех самых сдержек и противовесов — а сдержек в то время не было, были только противовесы — о которых мы говорим и сегодня. Исходя из этого Государственная Дума стала не фактом стабилизации, какой ее хотели видеть монарх и правительство, а фактом дестабилизации, хотя она и проводила огромную законотворческую работу.

До создания Думы в России была бюрократическая законотворческая система, когда очень узкий круг лиц принимал решения, касающиеся жизни страны. Потом возникает народное представительство — орган, изначально неподконтрольный самому монарху. Некоторые опосредованные формы воздействия, конечно, были, но даже в этом случае создание Думы — явление уникальное. Интересно, что Боярские Думы, Земские Соборы созывались по воле государя, а Государственная Дума существовала в достаточно автономном режиме и согласно законодательству вне компетенции монарха. То есть впервые стали издаваться законы, перед которыми были равны все, включая монарха. Это — огромная новация в государственном историческом контексте.

— Сначала Дума должна была стать совещательным органом, — считает Александр Боханов. — Но это никого не устраивало, обстановка постепенно накалялась, депутатам хотелось расширить круг своих прав, получить возможность влиять на решения правительства. В конце концов, Дума приобрела законодательную функцию и была наделена довольно большими полномочиями: стала институтом законотворчества. Российский парламент состоял из двух палат: Государственного Совета и Государственной Думы. Над ними стоял Государь, который имел право окончательного утверждения или неутверждения законов. То есть возникла система, которая так или иначе отвечала требованиям либерально-демократической модели: появилась

независимая законодательная власть, существовала исполнительная власть, а также независимая судебная власть.

— Высшая палата — Государственный Совет

— с 1810 г. была органом законосовещательным с назначавшимися императором членами, — уточнил Авенир Корелин. — Согласно новому положению от 23 апреля 1906 г. Госсовету передавались законодательные функции, половина его членов по-прежнему назначалась императором, в том числе председатель, а другая половина избиралась от различных групп населения — духовенства, земств, дворянских собраний, Академии наук и университетов, от предпринимательских организаций. Следует также иметь в виду, что очень важной прерогативой Думы было утверждение бюджета — это был один из ключевых моментов деятельности Думы.

— Прежде чем говорить о функционировании Думы, нужно сказать о процессе ее формирования,

— уверен Станислав Тютюкин. — Выборы не были ни всеобщими, ни прямыми. Права голоса были лишены женщины, молодежь до 25 лет, военнослужащие, кочевые народы. Выборы проходили по сословно-куриальной системе, причем каждая курия выбирала разное количество депутатов. Депутаты избирались на 5 лет. Процедура отзыва депутатов избирателями отсутствовала. Таким образом, народные избранники не несли никакой ответственности перед теми, кто послал их в Думу. Принимать петиции от населения депутатам было запрещено. Между депутатским корпусом и народом существовала глухая стена. Исключение составляли лишь левые фракции Думы — депутаты от рабочих и крестьян, которые постоянно общались со своими избирателями.

— Николаю II и его окружению хотелось провести в Думу как можно больше консервативных элементов, полагает Станислав Тютюкин. Сначала, в I и II Думах ставка была сделана на крестьян

— правительство надеялось на их монархические настроения и политическую темноту. Однако обсуждение аграрного вопроса сразу же показало иллюзорность этих надежд, поскольку крестьяне требовали земли, а помещики и стоявшее на их стороне правительство отдавать ее крестьянам не хотели. В итоге возник конфликт, который закончился роспуском царем I Думы (июль 1906 г.), а затем и II Думы (июнь 1907 г.). В дальнейшем, по новому избирательному закону 1907 г., количество крестьянских депутатов в Думе значительно сократилось. Что касается рабочих, то от их имени в Думе

выступали социал-демократы (в I Думе их было 18, во II Думе — 65, а затем — меньше 20).

Большинство депутатов были интеллигентами — адвокатами, журналистами, профессорами, врачами и так далее, входившими в партии конституционных демократов (кадетов), октябристов и др. Были представлены в Думе помещики и небольшое число предпринимателей. Среди депутатов были представители национальных районов Российской империи, например, Польши, а также казачества. В целом это был достаточно пестрый в социальном и партийно-политическом отношении конгломерат. В первых двух Думах, работавших в условиях революции, преобладали оппозиционно настроенные депутаты, в III и IV Думах — умеренно-центристские и правые, составлявшие уже опору правительства.

С самого начала Дума, фактически навязанная Николаю II революцией, была встречена властью в штыки, хотя начиная с 1907 г., отношения между ними стали постепенно налаживаться. Характерно, что после окончания Первой российской революции император не пошел на ликвидацию Думы и лишь дважды наложил вето на прошедшие через Думу и Государственный совет законы, касавшиеся вдобавок сравнительно второстепенных вопросов. Тем не менее, депутаты никогда не были обласканы властью, относившейся к ним либо откровенно враждебно, либо с недоверием и опаской.

Правда, в день открытия Думы 27 апреля 1906 года все депутаты были приглашены на торжественный прием в Зимний дворец. Это было уникальное зрелище: в царской резиденции встретились как бы две России. С одной стороны, элита общества, правящие верхи, вся царская фамилия, министры, дипломатический корпус, а с другой — депутаты от крестьян, несколько рабочих, казаки, демократическая интеллигенция.

Царь обратился к депутатам с краткой речью, сказал, что возлагает надежду на представителей нации, которые в трудное для страны время помогут объединить общество. После приема депутаты направились в Таврический дворец, который был построен Екатериной II для князя Потемкина. В нем Дума и заседала до 1917 года. Что касается царя, то он вновь появился в Думе только в 1916 г.

В России не было закона, разрешавшего создание политических партий, но в 1905 году, в атмосфере революции они стали возникать, как грибы после дождя, причем их число превысило сотню. И надо сказать, что власти терпели в Думе даже тех, кого за стенами Таврического дворца

сажали в тюрьмы и отправляли в Сибирь — русских марксистов (социал-демократов). В III и IV Думах, когда российский парламент принял более стабильные организационные формы, были представлены практически все политические партии за исключением эсеров-террористов и анархистов. Обращает на себя внимание тот факт, что только в III Думе у правительства была «своя» партия, партия власти — октябристы. В дальнейшем все думские фракции, кроме крайне правых, так или иначе уже критиковали правительство, что создавало большие трудности во взаимоотношениях Думы и власти и объективно тормозило законотворческий процесс...

Сколько получали депутаты? Предшественники наших депутатов начинали более чем скромно. Им было положено 10 рублей в день, но если депутат манкировал своими обязанностями, то этих денег не получал. Для сравнения: килограмм говядины в то время стоил 50 копеек, визит к врачу средней квалификации — 20 копеек. В июле 1906 года было принято решение платить депутатам 4 тысячи 200 рублей в год плюс бесплатный проезд по железной дороге и оплата проживания в гостинице. Депутатам был положен двухмесячный летний отпуск.

— Процедура принятия законов выглядела примерно так, — рассказывает Станислав Тютю-кин. — Законопроекты могло вносить и правительство через соответствующего министра, и депутаты. Сначала рассматривался вопрос о том, стоит принять законопроект к рассмотрению или нет. Если он принимался, то шел на обсуждение в соответствующую думскую комиссию, которая могла его обсуждать и месяц, и два, и год. Когда комиссия принимала положительное решение, проект поступал в Думу и ставился на голосование. Но и после этого закон отнюдь еще не считался принятым. он должен был поступить в верхнюю палату — в Госсовет, а последней инстанцией был император.

Дума рассматривала в основном мелкие законопроекты, называемые «думская вермишель». Из крупных законов, прошедших через Думу, можно назвать столыпинские аграрные законы, на основе которых проводилась знаменитая реформа 1907-1915 гг. и закон о социальном страховании рабочих (1912 г.). Так и не были приняты законы о подоходном налоге, всеобщем волостном земстве,

неприкосновенности личности, бесплатном начальном образовании и т. д., которых ждал народ.

— В I Думе лишь один законопроект прошел все три ступени утверждения и стал законом о помощи крестьянам, пострадавшим от неурожая, — напомнил Станислав Тютюкин. — Характерно, однако, что если правительство просило на эти цели 50 млн рублей, то депутаты согласились дать только 15 миллионов, заявив, что не доверяют власти, и гарантий, что деньги не будут разворованы, нет. 30 законопроектов — по 15 от правительства и депутатов — застряли в комиссиях Думы и законами не стали.

Во II Думу, которая просуществовала 102 дня, было внесено 287 правительственных и 44 депутатских законопроектов. Из депутатских прошел только один, но очень важный — об отмене военно-полевых судов, введенных Столыпиным в августе 1906 г. Из правительственных законопроектов силу закона обрели только три.

В III Думу было внесено 2567 правительственных законопроектов, из которых более 90 % стали законами. они касались в основном вопросов, связанных со штатным расписанием и бюджетом различных государственных учреждений. Из 205 депутатских проектов получили силу закона 36.

В IV Думу было внесено 2625 законопроектов. Рассмотрено лишь 1239.

Таким образом, государственная Дума дореволюционной России, к сожалению, не может служить образцом законотворческой деятельности. однако стоит подчеркнуть, что эффективность ее работы все же постепенно возрастала. В целом же можно сказать, что Дума 1906-1917 гг. отражала реальное состояние российского общества, уровень его политической культуры. Складывавшиеся в стране традиции парламентаризма были прерваны в 1917 г. ...

Ныне Россия снова уверенно идет по пути развития гражданского общества—по трудному, порой конфликтному, но безальтернативному. обращаясь к истории Думы в дни празднования ее 100-летия, мы должны задуматься о богатом и поучительном историческом опыте, помочь совершенствованию ее работы в дальнейшем. По мере укрепления новой демократической России будет крепнуть и набирать силу и наш парламент — Государственная Дума.

Подготовила к печати Наталья ДОЛГУШИНА