ИМИДЖ ПОЛИТИЧЕСКИХ ПАРТИЙ АФРИКИ В ЭЛЕКТОРАЛЬНОМ ПРОЦЕССЕ (РЕСПУБЛИКА ЗАМБИЯ)

Л.Я. Прокопенко

ИМИДЖ ПОЛИТИЧЕСКИХ ПАРТИЙ АФРИКИ В ЭЛЕКТОРАЛЬНОМ ПРОЦЕССЕ

Аннотация

Крепнущее политическое, экономическое и культурное сотрудничество России и стран Африки предполагает расширение и углубление знаний о специфике исторического развития, современных проблемах африканского общества и политических элитах. В XXI веке в общественно-политическом развитии и в политическом процессе Замбии, как и многих других стран Африканского континента, возросла роль репутации и общественного образа партий и их лидеров. В условиях политической конкуренции яркий и положительный имидж политика увеличивает его шансы на электоральный успех. Прежде всего, это связано с легитимностью власти, так как она непосредственно зависит от мнения о ней граждан страны.

Политические партии являются важными институциональными образованиями политической системы. Тема их восприятия электоратом остается крайне актуальной, а имидж политический партий и их кандидатов является важнейшей частью любой избирательной кампании. Отмечается, что в условиях существования в африканских странах персонифицированного восприятия власти баланс в процессе политической коммуникации часто смещается от идеологии и программы партии в сторону имиджа ее лидера.

На примере Замбии автор показал особенности имиджа правящих и оппозиционных партий африканских стран, дал характеристику влияния религиозного и этнического факторов на партийное строительство. Электоральный процесс в Замбии, где за последние десятилетия власть трижды мирно переходила в результате выборов к оппозиции, показал, что мобилизация избирателей вокруг политических лидеров с выраженным и понятным имиджем может

L. Prokopenko

IMAGE OF AFRICAN POLITICAL PARTIES IN THE ELECTORAL PROCESS

Abstract

The growing political, economic and cultural cooperation between Russia and African countries involves expanding and deepening knowledge about the specifics of historical development, modern problems of African society and political elites. In the 21st century, the role of the reputation and of public image of parties and their leaders in the socio-political development and in the political process of Zambia, as of many other African countries, has increased. In the context of political competition, a bright and positive image of a politician enlarges his chances of electoral success. This is due, above all, to the legitimacy of the government, since it depends directly on the opinion of the country's citizens about them. Political parties are important institutional formations of the political system. The issue of their perception by the electorate remains extremely relevant, the image of political parties and their candidates being the most important part of any election campaign. It is noted that given the existence of a personalized perception of power in African countries, the balance in the process of political communication shifts often from the ideology and the program of a party towards the image of its leader. The author highlights through Zambia the features of the image of ruling and opposition parties and characterizes the influence of religious and ethnic factors on party building. The electoral process in Zambia, where power was peacefully transferred to the opposition three times in recent decades, has shown that a mobilization of voters around political leaders with a clear and understandable image can be a determining guideline for

стать определяющим критерием их победы their electoral victory. на выборах.

Ключевые слова:

Замбия, партии, имидж, президенты, выборы, связи с общественностью, СМИ, имиджмейкеры, особенности партийного имиджа, этнический фактор.

Key words:

Zambia, parties, image, presidents, elections, public relations, media, image makers, features of the party image, ethnic factor.

https://doi.org/10.24412/2227-1538-2024-2-93-116

В 2024 году Россия как председатель международного объединения БРИКС будет проводить его очередной саммит, который состоится в октябре в Казани. Ее партнерство с Южно-Африканской Республикой позволяет расширить и углубить сотрудничество с другими странами южноафриканского региона, в том числе с Замбией.

Российско-замбийские дипломатические отношения были установлены уже через неделю после провозглашения независимости Замбии 24 октября 1964 года. Помощь СССР молодому африканскому государству в его экономическом развитии и становлении национальных кадров стала основой дальнейшего сотрудничества наших стран. Политическое, экономическое и культурное сотрудничество России и Замбии продолжается. В июле 2018 года в Йоханнесбурге (ЮАР) в рамках саммита БРИКС состоялась встреча президента РФ В.В. Путина с президентом Замбии Э. Лунгу. В феврале 2020 года состоялся официальный визит в Замбию делегации Совета Федерации Федерального Собрания РФ во главе с В.И. Матвиенко, которая отметила, что «Замбия для России - надежный и проверенный партнер, с которым сохраняются отношения взаимовыгодного сотрудничества» [4].

Замбия участвовала в Первом (г. Сочи, 23-24 октября 2019 г.) и Втором (г. Санкт-Петербург, 27-28 июля 2023 г.) экономических и гуманитарных форумах Россия - Африка, в подготовке и проведении которых активное участие принял Институт Африки РАН во главе с его директором членом-корреспондентом РАН И.О. Абрамовой. Россия традиционно помогает Замбии в подготовке национальных кадров. В 2017 году началось сотрудничество наших стран в области ядерной энергетики.

Развитие дальнейших связей с Замбией, как и с другими странами Африки, предполагает расширение и углубление знаний о специфике их исторического развития, экономики, культуры, о политических элитах и современных проблемах африканского общества.

Внимание к политическому имиджу на современном этапе является мировой тенденцией. В современных условиях имидж политического лидера приобретает все большую значимость в анализе политического лидерства.

Имидж политических партий стал предметом исследования целого ряда зарубежных и отечественных политологов и психологов, например, Р.Д. Триллин-га [40], А. Сандерса [37], Р.Дж. Далтона [18], О.В. Гаман-Голутвиной [2; 3], Е.Б. Шестопал [10; 11]. Работ по этой тематике на африканском материале, в том числе по Замбии, крайне мало, но некоторые аспекты фрагментарно отражены в ряде книг, посвященных ее политическому развитию [19; 21; 23].

Политический имидж партий и кандидатов - важная составляющая избирательной кампании. Сегодня в политике все больше проявляются стандарты бизнес-менеджмента. Поэтому необходимым элементом формирования имиджа политика, который помогает победить на выборах и поддерживать репутацию, является его позиционирование. Согласно зарубежным и отечественным политологам (П. Бурдье, Дж. Миллер, М. Маклюэн, Г.В. Пушкарева и др.), позиционирование в политике - это технология продвижения политических интересов лидера и партий, которая повышает их конкурентоспособность на политическом рынке. Это также публичная коммуникация, которая влияет на изменение позиции субъектов в политическом пространстве.

Республика Замбия, в которой живут более 70 народов, - один из примеров этнополитической стабильности на Африканском континенте. В отличие от ряда других полиэтничных стран континента, в Замбии не было кровопролитных конфликтов. За 60 лет независимости власть трижды переходила в руки оппозиции, но этот переход всякий раз был мирным в результате демократических выборов. Почти 30 лет (1964-1991 гг.) страной управляла Объединенная партия национальной независимости (ЮНИП - United National Independence Party, UNIP) во главе с Кеннетом Каундой, 20 лет (1991-2011 гг.) - партия Движение за многопартийную демократию (ДМД -Movement for Multi-party Democracy, ММD) во главе с президентами Фредериком Чилубой, Леви Мванавасой и Рупиа Бандой, 10 лет (2011-2021 гг.) -Патриотический фронт (ПФ - Patriotic Front, PF), возглавляемые поочередно Майклом Сатой и Эдгаром Лунгу, а в августе 2021 года к власти пришла Объединенная партия за национальное развитие (ОПНР - United Party for National Developement, UPND), лидером которой является Хакаинде Хичиле-ма. Этих политиков отличает как возраст на момент избрания главой государства (Каунда - 40 лет, Чилуба - 49, Мванаваса - 53, Банда - 71, Сата -74, Лунгу - 58, Хичилема - 59 лет), так и этническая принадлежность (Каунда и Хичилема - тонга, Чилуба и Сата - бемба, Л. Мванаваса - лендже, Банда - чева по отцу и нгони по матери, Лунгу - нсенга) и образование (Каунда - учитель, Чилуба - служащий, Мванаваса и Лунгу - юристы, Банда -дипломат, у Саты было только начальное образование, Хичилема - бизнесмен). Однако все они сумели найти решение периодически возникающих

кризисов социально-политической обстановки и сохранить в стране мир. Важная заслуга в этом принадлежит как собственному политическому имиджу президентов, так и имиджу правящей партии.

На первых этапах развития партийного строительства в Замбии образ политической организации формировался стихийно, но под некоторым контролем ее лидера, степень которого определялся профессионализмом его команды. Начало партогенеза связано с созданием в 1920-е гг. первых организаций коренного населения - так называемых «добровольных туземных ассоциаций». Первая политическая партия коренного населения страны -Африканский конгресс Северной Родезии (так тогда называлась Замбия) была создана в 1948 году. В 1951 году партия была переименована в Африканский национальный конгресс (АНК) Северной Родезии. В результате расколов в 1958 и 1959 году была создана Объединенная партия национальной независимости (ЮНИП) во главе с К. Каундой, которая и привела страну к независимости в октябре 1964 года.

В декабре 1972 года была установлена однопартийная система, и партия ЮНИП во главе с К. Каундой находилась у власти до 1991 года. Ухудшение экономической ситуации, нарастание недовольства широких масс населения вынудило правительство вернуться к многопартийности, и в 1990 году была создана политическая партия Движение за многопартийную демократию (ДМД - Movement for Multi-party Democracy, MMD), лидером которой стал профсоюзный лидер Фредерик Чилуба. В следующем году были созданы еще восемь политических партий (например, Демократическая партия (Democratic Party, DP)), большинство которых стояли на платформе ДМД.

Как и во многих других африканских странах, многопартийную систему Замбии характеризует раздробленность политических сил, выраженная в наличии большого количества партий. В 1993 году их насчитывалось около двух десятков, а к середине 2010-х гг. их было почти 30. Количество партий, как правило, растет перед очередными всеобщими выборами, и часто такие организации состоят только из лидера и нескольких членов. В партийном спектре страны действуют партии различной идеологической направленности. При этом необходимо учитывать, что в Африке идеологические различия между политическими партиями не всегда четко выражены. Различия между государством и правящей партией также часто размыты, что «...затрудняет их включение в классификации, разработанные политологами» [9, с. 6]. Политические партии регистрируются в соответствии с Законом об обществах и в большинстве случаев не сталкиваются с обременительными регистрационными требованиями. В партийном спектре Замбии помимо реально действующих политических партий возникали и продолжают возни-

кать ряд именующих себя партиями деидеологизированных образований, подобные которым российский политолог О.В. Гаман-Голутвина называет «политическими фантомами» [2, с. 89].

По результатам последних президентских и парламентских выборов, состоявшихся в августе 2021 года, наиболее влиятельными партиями являются правящая Объединенная партия за национальное развитие (ОПНР -United Party for National Development, UPND), (Патриотический фронт, ПФ -Patriotic Front, PF) и Партия национального единства и прогресса (Party Of National Unity and Progress), все они представлены в парламенте. На президентских выборах в числе 16-ти зарегистрированных кандидатов были кандидаты старейших партий страны: ЮНИП (Тревор Мвамбва), ДМД (Неверс Мумба), Демократическая партия (Гарри Калаба), ОПНР (Хакаинде Хичиле-ма, партия создана в 1998 году), «Новая партия Наследие» (New Heritage Party, бывшая партия «Наследие», созданная в 2001 году, кандидат Чисала Катека). Кроме победившей на выборах ОПНР во главе с Х. Хичилемой, ни одна из этих партий не смогла получить места в парламенте, и все они оказались вне парламента. В то же время одна из молодых организаций (создана в 2017 году) Партия национального единства и прогресса сумела завоевать в парламенте одно место.

Необходимо отметить, что не всегда известна численность рядов партии, более того не каждая штаб-квартира партии располагает полными списками своих членов. О численности партийных рядов можно судить (хотя и приблизительно) по количеству голосов избирателей, проголосовавших за организацию на выборах. При этом необходимо учитывать, что из прагматичных соображений один и тот же человек одновременно может состоять в нескольких организациях. В этих условиях сложно определить степень поддержки партии в обществе, выражаемую так называемым «индексом членства» (отношение числа голосующих за партию к числу членов партии), который ввел французский политолог М. Дюверже.

Политическая партия представляет собой социальную систему, которая имеет достаточно большое количество подсистем и блоков, среди которых имиджевый блок играет значимую роль.

В начале политической деятельности имидж лидера часто формируется стихийно. Но для достижения им власти, а потом для ее сохранения необходимы комплексные усилия как самого политика и его команды, так и привлечение профессионалов из национальных и/или зарубежных PR-компаний.

Информация об активном использовании политиками Замбии услуг специалистов в сфере PR (связи с общественностью) ограничена. Это зако-

номерно, потому что в данном случае в конфиденциальности заинтересованы обе стороны. Политики в глазах главных целевых аудиторий - электората страны, международного сообщества и финансовых доноров - пытаются соответствовать имиджу эффективных лидеров партий, которые способны после победы на выборах улучшить жизнь своих граждан. А сами PR-специалисты, хотя и не против лишней рекламы, часто умалчивают о своем участии в формировании имиджа политиков из-за полученных ими высоких гонораров. Но даже поверхностный анализ предвыборных выступлений кандидатов в президенты, их поведение в ходе дебатов, а также анализ агитационной тактики партий свидетельствует о том, что многое из этого является результатом работы опытных имиджмейкеров.

В африканской политической культуре сочетаются западные и местные элементы. Этот дуализм усложняет процесс формирования имиджа местного политика. С одной стороны, его образ должен быть понятным и воспринимаемым электоратом, немалая часть которого малообразованна, живет в условиях сохранения элементов традиционного африканского общества. А с другой - имидж лидера должен соответствовать запросам западных финансовых доноров и иностранных инвесторов, от помощи которых продолжает зависеть развитие страны. Поэтому предвыборным кампаниям присуща эклектика: лидеры провозглашают лозунги западной демократии на митингах, которые часто проходят под традиционные африканские песни и танцы. В коммуникации во всех ситуациях политику необходимо внушать доверие, быть уверенным и убедительным. Для лидера обладание положительным и привлекательным имиджем только одно из условий его победы на выборах, но он способствует росту количества голосов избирателей, принадлежащих к разным социальным слоям, этническим группам и возрастным категориям. Перечисленные требования, предъявляемые к эффективному лидеру, были учтены специалистом в области репутационного менеджмента Ф. Бэрдом (пионер коммуникационного консалтинга в Африке), который был консультантом избирательной кампании Ф. Чилубы в 1991 году. Результатом работы Бэрда стало десятилетнее пребывание Чилубы на вершине власти.

На замбийском рынке работают несколько международных фирм, которые предоставляют PR-услуги. В их числе британская фирма Langmead & Baker Ltd. и одна из старейших глобальных PR-компаний Burson Marsteller (США), созданная в 1953 году. Считается, что PR-поддержкой избирательных кампаний Р. Банды в 2008 и 2011 гг. занималась британская фирма Bell Portinger. По информации замбийских СМИ, нынешний президент страны Ха-каинде Хичилема во время своих неоднократных попыток попасть на Олимп

власти также прибегал к услугам британских имиджмейкеров, о чем свидетельствуют некоторые изменения его риторики и манеры общения.

Политики и партии за имидж-консультацией могут обратиться и к местным специалистам. В 2005 году в столице страны г. Лусака была создана национальная частная PR-фирма Cutting Edge PR Zambia. В стране действует национальная Ассоциация по связям с общественностью (Zambia Public Relations Association, ZAPRA), в которую входит и вышеназванная фирма. Ее председатель Д. Мупенда в октябре 2014 года обратился к политическим партиям страны с призывом в ходе избирательной кампании 2016 года «прибегать к квалифицированной помощи практиков PR для улучшения стратегии коммуникации» [32].

Формирование имиджа партии и ее лидера - постоянный процесс, активизация которого проявляется в период избирательных кампаний. У партии власти есть преимущества в плане возможностей реализовать свои стратегические планы, так как она задействует мощный административный ресурс. А оппозиционным партиям поддерживать свой заявленный имидж значительно сложнее.

Важность формирования положительного образа лидера страны и правящей партии признавал уже первый президент Замбии К. Каунда. В штате его канцелярии (Statehouse) работала целая команда личных секретарей и помощников, некоторые из них отвечали за связи с прессой (Б. Чисала, М. Милимо). Должность официального помощника президента по СМИ и связям с общественностью впервые ввел президент Л. Мванаваса, ее занял Д. Мусукума. Усилия работающих в дальнейшем на этой должности юристов и журналистов, в том числе, формировали имидж президентов и правящих партий. Некоторые имиджмейкеры позже писали мемуары, например Д. Диксон (помощник президента Р. Банды) в 2014 году опубликовал книгу «Превратности президентства глазами замбийского политтехнолога» [22].

Признавая принципиальную разницу понятий «образ» (спонтанно формируемое в массовом сознании отражение политического объекта) и «имидж» (сознательно и целенаправленно сформированное представление о политическом объекте), в данной статье одновременно рассматриваются как образы, так и имидж политических партий и лидеров Замбии.

В современных условиях во многих африканских странах в центре политического процесса часто находятся не сами политические партии, а их лидеры, с которыми африканцы связывают свои надежды на настоящее и будущее. Программы замбийских партий содержат положения, соответствующие их идеологической направленности. Однако зачастую в избирательных кампаниях партийные программы существенно не отличаются, что затрудняет

избирателям определить того кандидата, кто будет наиболее точно выражать его потребности. Об этом, например, на основании опросов избирателей, участвовавших на выборах в Замбии в 2006 году, писал исследователь из Германии Геро Эрдман: «Подавляющее их большинство (избирателей - прим. автора) не видели никакой разницы в программах кандидатов» [23, р. 22].

Для Замбии, как и для африканских стран в целом, присуща персонификация власти. Ее персонифицированное восприятие является одной из особенностей местной политической культуры. Поэтому на имидж политической партии значительным образом влияет имидж ее лидера. Как отмечал российский политолог Н.Д. Косухин, «Будучи главами государств, руководителями правящих партий, идеологами, африканские лидеры наделяются большими полномочиями. Президент в Африке - не только высшее должностное лицо, но и олицетворение государства, нации.» [6, с. 136]. Важность внимания к имиджу президентов объясняется еще одним фактором. В странах Африки, как и в ряде других развивающихся государств, где существовала / существует власть тоталитарного или авторитарного типа, широко распространена идея уподобления общества семье, в которой лидер страны становится «отцом нации». Во многом это связано с сохраняющимися элементами архаичности традиционного общества, когда человек воспринимает мир через призму родственных отношений. Это априори влияет на уважительное отношение электората к президенту, что дополнительно подкрепляется сохраняющейся в африканском обществе традицией уважения к людям старшего возраста. Одним из отличий африканских правителей от политических лидеров стран Запада, является, как отмечает российский исследователь Т.С. Денисова, «...создание (невольное - благодаря сильной харизме или преднамеренное - в целях упрочения власти) имиджа главы государства как «отца нации», «великого вождя», «великого воина», «мудреца», «учителя» и т.д. [4, с. 81]. Таким образом, субъективное (но совершенно справедливое в определенный период) восприятие первого президента Замбии К. Каунды в качестве «отца нации» привело к тому, что он стал символом и инструментом национального единения.

Необходимо отметить еще одну важную деталь политического имиджа в африканских реалиях - его экономическую «стоимость». Положительный имидж главы государства и страны в целом, несомненно, влияет на оказание помощи и поддержки Замбии со стороны международных доноров и организаций для получения внешней помощи.

Положительный имидж сформировался у первого президента страны Кеннета Каунды (1964-1991 гг.), которого многие замбийцы до самой его кончины 17 июня 2021 года называли «отцом-основателем нации».

Тот факт, что партия ЮНИП находилась у власти, почти избегая этнического напряжения, по-прежнему считается несомненным достоинством наследия К. Каунды. Он говорил: «Я избран лидером ЮНИП и президентом Замбии для того, чтобы объединить и сохранить нацию» [27, p. 54]. Во многом этому способствовал действующий в стране принцип этнического балансирования - пропорционального представительства во власти этнических групп страны.

К. Каунда разработал официальную философскую и социально-экономическую доктрину развития страны под названием «замбийский гуманизм», изложенную в его книгах Humanism in Zambia and a Guide to its Implementation (Lusaka: Zambia Information Services, 1967) и Humanism in Zambia and a Guide to its Implementation. Part II. (Lusaka, 1974). Концепция, которую новая конституция страны, принятая в августе 1973 года, закрепила в качестве официальной государственной идеологической платформы, предполагала построение общества социальной справедливости с учетом лучших черт традиционного африканского общества взаимопомощи.

ЮНИП и ее лидер провозгласили лозунг «Одна Замбия - один народ» ('One Zambia, One Nation'). К. Каунда, как уже сказано, стал символом и инструментом национального единения, крайне важного фактора в условиях полиэтничности африканских стран.

Мирно передав в 1991 году власть Ф. Чилубе (ДМД), К. Каунда, однако, оказался в роли преследуемого новыми властями. В 1995 году он ушел из большой политики. Эпизодически поддерживал на выборах кандидатуры оппозиционных политиков, например, Х. Хичилему в 2006 году. За мирную передачу власти в 1991 году (что в африканских странах происходит не всегда) пользовался уважением соотечественников и мировой общественности. После ухода из политики в течение многих лет К. Каунда работал в общественных организациях и фондах.

К. Каунда был очень начитанным, любил музыку и спорт. Неотъемлемым элементом его габитарного имиджа был белый платок (политик всегда держал его в руке на официальных мероприятиях), ставший для него талисманом еще со времен тюремного заключения в 1960 году. Он пользовался авторитетом среди африканских лидеров, прежде всего стран Юга Африки.

В 1974 году К. Каунда приезжал с официальным визитом в СССР, был снят документальный фильм о его пребывании в Москве.

Наиболее противоречив имидж президента страны Ф. Чилубы, сохранявшего власть в течение десяти лет (1991-2001 гг.). Его можно по М. Веберу причислить к категории харизматических лидеров. Имидж Ф. Чилубы подвергся самым кардинальным изменениям. На первых много-

партийных выборах в 1991 году в глазах большинства сограждан он был смелым борцом с однопартийностью, ратовавшим за демократические реформы. А спустя десять лет в ходе проведения следующим президентом Ле-ви Мванавасой антикоррупционной кампании имя борца за новую Замбию стало практически синонимом коррупции.

Ф. Чилуба многое сделал для политической и экономической либерализации страны. Реформатора ценили на Западе, чего он усиленно добивался. В его имидже есть важная составляющая - он вошел в историю Замбии как президент, провозгласивший страну в 1991 году христианской нацией. Основанием для такого решения называлось то, что эту религию исповедовали более 70% населения (большинство христиан страны составляют протестанты). Ф. Чилуба заявлял также, что провозглашение Замбии христианской нацией поможет ей избавиться от коррупции и приведет ее к процветанию. Этот шаг правящей ДМД во главе с Ф. Чилубой во многом способствовал усилению в стране взаимного влияния политики и религии.

Но амбициозный лидер совершил ряд ошибок как в плане руководства страной, так и в управлении правящей партией: отказ ДМД во главе с Ф. Чилубой (бемба) от принципа регионального и этнического балансирования (что привело к превалированию его соплеменников в органах власти), невыполнение предвыборного обещания рассмотреть вопрос автономии Ба-ротселенда (Западная провинция, территория основанного в XVIII веке королевства народа лози (баротсе), которое в 1891 году стало протекторатом Британии, а в 1964 году вошло в состав независимой Республики Замбия по условиям договора о его особом статусе), а также введение дискриминационной статьи в Конституцию 1996 года, которая запрещала баллотироваться на пост главы государства замбийцам менее чем в третьем поколении [16]. Это не дало возможности экс-президенту К. Каунде выдвинуть свою кандидатуру, так как его отец был родом из Малави. Все это негативно сказалось на политическом имидже власти.

Личному имиджу президент Ф. Чилуба придавал большое, даже гипертрофированное значение. В его имидже явно просматривается использование различных видов репутационных технологий. Консультации видного имиджмейкера Ф. Бэрда, о котором уже шла речь, легли на благодатную почву собственных коммуникационных способностей президента. Красноречивый оратор, умелый организатор, этот политик при росте всего в 150 см обладал мощной харизмой.

Негативно на имидж Ф. Чилубы повлияло затягивание с объявлением преемника, а когда его однопартиец Леви Мванаваса победил на выборах в 2001 году, экс-президент пытался остаться на посту лидера правящего ДМД.

Обсуждение в 2001 году в СМИ скандала вокруг развода с супругой Верой (после 33 лет брака) из-за ее измены также нанесли вред имиджу ревностного католика Ф. Чилубы. СМИ и оппозиция подвергали его критике и за любовь к роскоши, например, обширный гардероб политика изобиловал дорогими костюмами и аксессуарами известных мировых брендов.

Его имидж героя-реформатора окончательно «потускнел», когда президент Мванаваса в 2002 году начал антикоррупционную кампанию. Парламент лишил Ф. Чилубу иммунитета, в феврале 2003 года его арестовали по обвинению в коррупции и неправильном использовании государственных средств в период президентства. Но он упорно отрицал вину, а судебные разбирательства по его делу затянулись на несколько лет из-за проблем со здоровьем и проволочек со сбором необходимых доказательств. В августе 2009 года суд Замбии снял с бывшего президента все обвинения в коррупции. До своей кончины в июне 2011 года он продолжал участвовать в общественной жизни страны, появляясь на различных религиозных мероприятиях. В последние годы происходит постепенная реабилитация памяти Ф. Чилубы, в которой принимают участие видные политические и государственные деятели страны. В 2016 году вышла книга замбийского автора Энтони К. Мубанги «Пристальный взгляд на Ф. Чилубу: невоспетый герой: герой дня», который пишет о недооцененности личности экс-президента, называет его «отцом плюрализма на замбийской сцене» и даже «одним из величайших президентов в истории Африки» [33, p. 4].

У следующего президента Леви Мванавасы (2001-2008 гг.) был имидж борца с коррупцией и сторонника прагматичного сотрудничества с оппозицией [8]. Еще одна его заслуга состоит в том, что в марте 2003 года впервые за десять лет политических реформ представители оппозиции вошли в состав кабинета министров. Юрист по образованию, он был сведущим в вопросах репутационного менеджмента, в том числе ценности имиджа.

Положительный имидж Л. Мванавасы, умело поддерживаемый его PR-помощником Д. Мусукумой, - хороший пример реальной ценности имиджа политического лидера. Он стал результатом его реальной эффективной деятельности на посту президента. После перенесенного инсульта Мванаваса скончался 19 августа 2008 года. Заслуги этого президента Замбии отражены в вышедшей в сентябре 2009 года книге под названием «Леви Патрик Мванаваса. Стимул для потомков» (Malupenga A. Levy Patric Mwanawasa. An Incentive For Posterity. Grahamstown, South Africa, 2009).

Самые короткие президентские сроки были у Рупиа Банды, Майкла Са-ты (по 3 года) и у Гая Скотта (неполные три месяца). Эти 70-летние политики на момент прихода к власти достигли уже почтенного возраста (средняя

продолжительность жизни в Замбии составляет 48 лет). Это стало дополнительным бонусом к их имиджу, так как уважение и почитание старших по возрасту - основополагающие в африканских традициях.

Рупиа Банда (2008-2011 гг.) стал и.о. президента Замбии после скоропостижной смерти Л. Мванавасы согласно Конституции, как вице-президент. У него дипломатическое прошлое: в возрасте 27 лет он был назначен послом, а в 38 лет стал главой МИДа. На момент начала президентства его политический имидж фактически сливался с имиджем самой ДМД. А на следующих выборах в 2011 году о нем уже говорили, как об уверенном президенте, чья политика была направлена на увеличение объемов иностранных инвестиций (прежде всего Китая) и сотрудничавшего с оппозицией.

Президент Майкл Сата (2011-2014 гг.) стойко, но безуспешно, боролся за власть на выборах в 2001, 2006 и 2008 годы, при этом каждый раз оспаривал их результаты. Бывший член ЮНИП (был при К. Каунде губернатором столичного округа Лусаки), а позже ДМД, в 2001 году создал партию Патриотический фронт. За годы оппозиционной деятельности у М. Саты сложился стойкий имидж критика властей, умелого руководителя партии, хорошо разбиравшегося в кадровых вопросах, а также защитника интересов бедных слоев городского населения. В партии соблюдались атрибуты партийной демократии, регулярно проводились съезды, но на них неизменно выдвигалась кандидатура М. Саты. Сам он заявлял, что молодые члены партии пока руководствуются больше собственными материальными интересами, чем интересами ПФ.

Президент М. Сата продолжал придерживаться курса т.н. «экономической дипломатии», проводимой его предшественником Бандой, и поощрял присутствие иностранных инвесторов. Правительство ПФ продолжало проводить политику добрососедских отношений со странами Сообщества развития Юга Африки (САДК), конструктивно складывались отношения с ЮАР.

М. Сата окончил только начальную школу, но обладая харизмой и опытом коммуникаций, свободно общался со всеми целевыми аудиториями - от бедных городских жителей до глав государств. Как и Чилубу, М. Сату отличало красноречие, при этом он был еще и острословом, за что получил прозвище «королевская кобра». Фактически М. Сата сам был хорошим имиджмейкером для себя и своей партии. Это не раз признавали профессионалы. Замбий-ский РЯ-консультант Д.М. Чанда писал: «Сата демонстрировал эффективную PR-стратегию, не являясь профессионалом в этой отрасли. Он всегда владел информацией о проблемах, потребностях и ожиданиях замбийцев в любой провинции» [13]. А К. Каунда на похоронах М. Саты (скончался 28 октября 2014 г.) назвал его «мастером политической мобилизации» [13].

После смерти М. Саты, согласно Конституции, и.о. президента снова стал вице-президент - белый политик Гай Скотт, сын выходцев из Великобритании. Внеочередные президентские выборы стали для правящего ПФ настоящим испытанием на прочность. Выдвижение кандидата в президенты проходило в условиях острого внутрипартийного конфликта между сторонниками Скотта и генерального секретаря партии Эдгара Лунгу, претендовавших стать кандидатом ПФ на выборах главы государства. Конфликт разрешился в Высоком суде Замбии, который признал кандидатуру Э. Лунгу.

Э. Лунгу (2015-2021 гг.) стал президентом страны в январе 2015 года. У него не было собственного четкого имиджа, и на выборах баллотировался с программой своего предшественника М. Саты, которую тот готовил для очередных выборов, назначенных на 2016 год. Э. Лунгу это ничуть не смущало, и, выступая на митингах, он открыто заявлял, что как ученик М. Саты будет продолжать его дело. И во многом слово свое сдержал.

В имидже ПФ и власти постепенно укреплялась религиозная составляющая. В новой редакции конституции, утвержденной в январе 2016 года, подтверждалось, что Замбия - христианская нация [17, p. 9], при этом одновременно она провозглашалась многоконфессиональным государством [17, p. 11]. Предвыборная кампания Э. Лунгу в 2016 году изобиловала христианской риторикой, было создано министерство по делам религий, а день 19 октября был объявлен Национальным днем молитвы.

В ходе предвыборной кампании 2016 года власти ограничивали деятельность независимых СМИ, что вызвало резкую критику оппозиции. На выборах снова победил Э. Лунгу, но снова с отрывом от лидера ОПНР Х. Хичилемы всего в 2% голосов. В 2019 году правительство объявило о пересмотре ряда направлений экономической политики, началась работа по пересмотру инфраструктурных проектов и системы государственных расходов. Принимались некоторые меры по решению проблемы бедности, которая остается актуальной для страны. Из-за пандемии COVID-19 усугубились экономические проблемы.

Накануне начала предвыборной кампании 2021 года правящая партия ПФ предпринимала попытки повысить свой имидж в глазах электората. Видные политики заявляли, что ее численность резко возросла. Утверждалось, что в ПФ перешло много членов оппозиции, потому что «В отличие от других политических партий ПФ является национальной партией, и что она не этническая как другие» [14]. 3 августа 2019 года в центральной газете Lusaka Times было опубликовано заявление представителя по связям с общественностью правящей партии Сандея Чанды. В нем по пунктам доказывалось насколько уникальна и демократична правящая партия ПФ, при этом посто-

янно употреблялись такие словосочетания как «по сравнению с другими партиями», «в то время как другие партии». Налицо применение принципа сравнительной рекламы. Таким образом, имидж правящей партии пытались повысить, в том числе, с помощью приемов так называемого «серого» PR -повышение имиджа одного объекта за счет понижения имиджа другого. В дополнение ко всему в заявлении С. Чанды президент Э. Лунгу был даже назван суперлидером [14].

Уделяют политические партии Замбии внимание и своему фирменному стилю. Анализируя эмблемы и слоганы замбийских партий, можно констатировать, что спикеры и опытные партийные функционеры понимают их важность и эффективность воздействия на избирателей. При формировании партийного имиджа придается значение лингвистической составляющей. Об этом свидетельствуют использование слов-символов, в том числе в названии документов. Повторяемость таких слов в речах лидеров, вызывая у членов партии и избирателей привычную эмоциональную реакцию, оказывает мощное воздействие на их сознание на митингах, а также влияет на выбор избирателей в ходе голосования.

Тщательно продуманы эмблемы партий: протянутая для рукопожатия правая ладонь (ОПНР), лодка с двумя гребцами (ПФ), циферблат часов (ДМД), аббревиатура названия партии на фоне полотна в цветах радуги (Форум за демократию и развитие (ФДР) - Forum for Democracy and Development, FDD), стебель с початком кукурузы, главной зерновой культуры Замбии (партия «Наследие» (Heritage Party)), колесо (Партия национального единства и прогресса), сердце с повязанной ленточкой в цветах национального флага (Партия национального восстановления (National Restoration Party)). В эмблемах партий иногда ясно считывается целевая аудитория их электората, что видно, например, в случае партии «Наследие», ориентированной на сельское население.

Слоганы партий емкие, но при этом некоторые из них популистские: «Замбия вперед!» (ОПНР), «За снижение налогов, новые рабочие места и деньги в ваших карманах!» (ПФ), «Час настал!» (ДМД), «Замбия прежде всего!» (ФДР), «Сердце для людей!» (Партия национального восстановления).

Некоторые партии в меняющейся политической реальности корректируют свои лозунги. Например, лозунгом ДМД на первых многопартийных выборах в 1991 году был лозунг «Час настал!». А когда партия потеряла власть и перешла в оппозицию, лозунг сменили на «Время для новой надежды!».

Элементы фирменного стиля партий разрабатываются по западным технологиям и присутствуют на многих носителях (документах, брошюрах, плакатах, листовках, футболках, бейсболках и пр.). Прослеживается и аф-

риканская специфика: футболки и женские платья, а также головные уборы часто изобилуют крупными повторяющимися портретами лидеров, а также перегружены изображениями логотипов партий.

В Замбии, как и на континенте в целом, в области властных отношений наблюдается определенный симбиоз форм демократии и элементов архаического властвования, что, в том числе, накладывает отпечаток на образы лидеров и политических партий. В постколониальной Замбии вожди не только сохранились, а «...с 1990-х гг. их влияние в обществе усиливается» [1, с. 190]. Например, существует Палата вождей - совещательный орган при президенте по вопросам традиций, обычаев и культуры, в которой представлены все провинции страны. Укреплению политического имиджа Ф. Чилубы накануне выборов в 1991 году значительно способствовала передача ему церемониального жезла (одного из символов традиционной власти) народа бемба, который перешел к нему после кончины вождя бемба С. Капвепве.

Заметна в политическом имидже и религиозная составляющая. Она прослеживается в концепции «замбийского гуманизма» К. Каунды, в постоянном акценте на приверженности христианству у президентов Ф. Чилубы, сумевшего добиться в 1996 году провозглашения Замбии христианской нацией, и Э. Лунгу, подчеркивавшего: «...замбийцы знают меня как лидера, который является человеком веры»!» [34]. Как уже отмечалось выше, новая редакция конституции страны от 5 января 2016 года вновь объявила Замбию христианской нацией. Нынешний президент Х. Хичилема все публичные выступления, в том числе в парламенте, как и другие его предшественники, неизменно заканчивает обращением к богу «Господи, благослови Замбию!».

В целом ряде исследовательских работ, рассматривающих партийную систему африканских стран, указывается на тесную взаимосвязь между этнической принадлежностью и политическими предпочтениями избирателей. Однако в современной истории Замбии не было серьезных столкновений на этнической почве. При этом были случаи создания партий, выражавших интересы той или иной этнической группы. Например, в начале 1990-х гг. в политическом ландшафте страны выделялась партия народа лози под названием «Повестка для Замбии» (Agenda for Zambia).

Этническую принадлежность как один из важных аспектов политики в Замбии отмечали, например, Г. Эрдман [23], О. Сичоне и Н. Симутаньи [38], Джереми Гулд [26], Вим Ван Бинсберген [41]. Свой взгляд авторы объясняли фактом превалирования в парламенте и правительстве в годы правления партии ДМД во главе с Ф. Чилубой (бемба) его соплеменников, а также фактом введения дискриминационной статьи в Конституцию 1996 года, о которой уже шла речь [16].

В то же время в середине 2000-х гг. Лиз Ракнер и Ларс Свасанд [35], Питер Бурнелл [12] и Александер Штрох [39] не отмечали заметного влияния этнического фактора на партийную систему Замбии, хотя и упоминали о региональных различиях в предпочтениях избирателей. Речь идет о преимущественной поддержке партии ПФ в северных провинциях страны, а партии ОПНР - в южных. О превалировании регионализма над этничностью в политических предпочтениях замбийского электората писали также в 2023 году Кортни Халлинк и Хангала Сиачивена, проводившие исследования, используя, в том числе, многочисленные интервью с членами партий ПФ и ОПНР. Они утверждают, что «В Замбии этническая принадлежность не имеет значение сама по себе, но связана с конкретными экономическими интересами, которые определяются региональной историей» [28].

Общим положительным штрихом в имидже президентов страны, принадлежавших к разным этническим группам, можно назвать почитание традиций всех народов Замбии. Об этом свидетельствуют, в том числе, регулярные официальные приглашения участвовать в традиционных церемониях местных народов президентов стран-соседей (например, Мозамбика и Малави), где живут те же народы.

Таким образом, в Замбии межэтнические противоречия, проявляясь на уровне политики, не приводят к серьезным конфликтам. Как отмечает, российский ученый Д.М. Бондаренко, «И все же в период после 1990 г. этнический фактор во внутри- и межпартийной борьбе в Замбии не играет такую большую роль, практически определяющую роль, какую он играет во многих государствах Тропической Африки...» [1, с. 182].

Важным фактором становится также отношение партий к гендерному равенству. Замбия по уровню представленности женщин в политике отстает от соседей по южноафриканскому региону, например от Мозамбика и ЮАР. Но в политическом ландшафте были и есть видные политики-женщины, которые баллотировались на президентских выборах. Впервые это осуществила в 2001 году один из лидеров партии Повестка для Замбии Инонге Мбикусита-Леваника. А лидер партии Форум за демократию и развитие Эдит Навакви участвовала в президентской гонке в 2011, 2015 и 2016 гг. (Кстати, в 1996 году в правительстве Ф. Чилубы она получила портфель министра финансов, что стало в истории страны первым случаем назначения женщины на этот пост.). Сходную позицию в отношении гендерного равенства демонстрировал президент Э. Лунгу, назначив в 2015 году впервые в истории Замбии женщину (Инонге Вина) вице-президентом. «Женское лицо» у Демократической партии (Democratic Party), ее лидер - молодой политик Джудит Кабемба.

Политической культуре африканских стран свойственен популизм, который в борьбе за власть в местных реалиях очень часто становится результативным средством. Использование популистских приемов значительно повышало имидж партии у бедных слоев электората и облегчало продвижение к вершине пирамиды власти и ее сохранение многим африканским лидерам, и Замбия не является исключением. К популистским приемам прибегал, например, лидер партии ПФ М. Сата, который, учитывая недовольство части населения издержками присутствия Китая в стране, считавшего, что китайцы отнимают рабочие места у местных, во время своей президентской кампании в 2006 году активно использовал антикитайскую тему. Ряд исследователей политического процесса Замбии, например, М. Лармер и А. Фрейзер [29, p. 630], Д. Резник [36], Н. Чизмен и Р. Форд [15] характеризовали М. Сату и партию ПФ как популистов. Рупиа Банда до выборов 2008 года обещал аграриям максимально снизить цены на удобрения. Элементы популизма были присущи также стилю руководства Л. Мванавасы.

Негативно на имидже политических партий сказываются расколы и переход членов в другие организации. Они происходили в ДМД в 1993 и 2001 гг., в результате которых были созданы Национальная партия (НП -National Party), ПФ во главе с М. Сатой и ФДР под руководством Кристона Тембо. А в ПФ после смерти основателя и бессменного лидера М. Саты в октябре 2014 года началась внутрипартийная борьба, ослабившая партию накануне внеочередных выборов. Это крайне негативно сказалось на ее имидже у избирателей.

Переход из одной партии в другую (как правило, в правящую) происходит и при нынешнем президенте страны Х. Хичилеме. 16 февраля 2024 года одна из центральных газет Замбии Zambia Daily Mail сообщила, что в правящую партию ОПНР перешли член ПФ Патрик Самвимбила, заместитель генерального секретаря Христианско-демократической партии (Christian Democratic Party, CDP) Космас Чилеше и Джайрос Зулу (ДМД). В числе новых членов партии Хичилемы оказался и бывший спикер Социалистической партии (Socialist Party, SP) Замбии Фрэнк Бвалья. Все они были представлены членам правящей партии на заседании ее секретариата, а их решение приветствовал сам президент Х. Хичилема [32]. Интересно, что бывший католический священник Ф. Бвалья совершил такой политический «маневр» уже третий раз. В годы правления партии ДМД он вел кампанию М. Саты за избрание президентом, открыто призывал к отставке правительства, за что был арестован в 2010 году. После прихода М. Саты к власти был назначен руководителем государственной компании ZESCO Limited, но позже покинул этот пост, ссылаясь на отсутствие прозрачности в ее работе. В 2013 году

Бвалья создал собственную политическую партию «Альянс за лучшую Замбию» (Alliance for Better Zambia, ABZ). Снова часто критиковал правительство (теперь уже М. Саты), и в 2014 году был арестован. После оправдания судом неугомонный пастор окончательно рассорился с М. Сатой, а после его смерти распустил свою партию и, вступив в правящий ПФ, стал активным сторонником кандидата в президенты Э. Лунгу. Последние годы был послом Замбии в Австралии, а по возвращении на родину вступил в Социалистическую партию Замбии и стал ее спикером. В августе 2023 года он покинул ее ряды, заявив при этом, что не намерен создавать собственную партию или вступать в другую [24]. Но слово свое не сдержал.

Еще одним штрихом к замбийской специфике политического имиджа можно назвать устоявшуюся традицию оспаривания (в том числе в суде) результатов выборов проигравшими кандидатами. Кроме М. Саты, подобной тактики придерживался и Х. Хичилема.

Необходимо отметить, что за последние 15 лет предвыборные кампании дважды было омрачены насилием, столкновения в основном происходили в городах между сторонниками правящей и оппозиционной партии. В апреле 2010 года в Муфумбве (Северо-Западная провинция), где главными кандидатами были член ДМД и член ОПРН, активисты этих партий устроили беспорядки на главной улице города, полиции пришлось применить силу, в результате чего шесть человек получили ранения. В январе 2011 года начались беспорядки в г. Монгу (Западная провинция), вспыхнувшие после разгона полицией демонстрации сторонников независимости Баротселенда (убиты 2 человека). В ходе избирательной кампании 2016 года также были столкновения (особенно в городских районах) между сторонниками партии ПФ и ОПНР. Накануне выборов в 2021 году после случаев насилия в отношении сторонников правящего ПФ улицы городов страны и избирательные участки патрулировались военными. Выборы прошли без эксцессов.

В течение последних десятилетий на повестке дня всех выборов стоит тема коррупции, так как Замбия входит в число коррумпированных стран мира. Борьба с этим социальным злом - неизменный пункт предвыборных манифестов как правящей, так и оппозиционных партий. Нынешний президент страны Х. Хичилема на своей инаугурации 24 августа 2021 года также заявил о приверженности его правительства борьбе с коррупцией.

Имидж не всех партий страны оказался эффективным. Одним из неудачных примеров формирования имиджа партии может служить партия «Наследие», созданная Годфри Мияндой в 2001 году. Генерал, вице-президент страны в 1994-1997 гг. участвовал в политическом марафоне почти два десятка лет, баллотируясь на пост президента страны пять раз (в

2001, 2006, 2008, 2011, 2015 гг.). Но его имидж не обладал достаточной пластичностью для изменений, которая необходима в условиях политической конкуренции. Одна из причин этого - отсутствие навыков правильного позиционирования в современном политическом пространстве. И он, и его партия, которые представляли себя защитниками интересов сельских жителей, постепенно отошли от этой главной задачи. В глазах многих замбийцев у Г. Миянды сформировался имидж неравнодушного к судьбам страны политика, который пытался что-то изменить к лучшему. Однако по своей сути его имидж не совпадал ни с одним типов имиджа лидера (лидер-знаменосец, лидер-служитель, лидер-торговец, лидер-пожарный).

В Замбии правящие партии не раз демонстрировали понимание роли СМИ в формировании и коррекции их имиджа, так как именно в них возможна качественная презентация «... необходимая для конструирования их эффективного имиджа и повышения уровня доверия граждан к институтам социально-политического представительства» [7, с. 16-17].

В начале 2023 года в Замбии было 11,1 млн интернет-пользователей, что составляет 56,9% населения [25]. Развитие цифровых технологий придало новый импульс и открыло партиям более широкие перспективы для развития их имиджа. Создание сайтов, например, значительно облегчило и ускорило процесс донесения к избирателям программных установок партий, оперативность информации о ходе предвыборной кампании и пр. Новым шагом стало использование молодыми избирателями социальных сетей, которые с одной стороны, являются дополнительным источником информации о лидерах партий и их действиях, а с другой - частым источником компромата (в том числе обоснованного) и формирования негативного мнения об организации. Почти у всех партий страны есть свои сайты, страницы в цифровых социальных сетях. С одной стороны, интернет-пространство значительно расширило доступ к более широкому кругу избирателей и значительно сократило расходы партий на проведение митингов и других мероприятий. С другой, позволяет формировать и корректировать имидж политиков и партий с еще большим использованием мифов (например, не бывшие в реальности события, статьи, якобы написанные лидерами, постановочные фото встреч лидера с избирателями). В этом плане Замбия развивается в русле мировых тенденций, и ее практика подтверждает концепцию французского социолога Жана Бодрийяра об имитации несуществующего.

Формирование имиджа лидера и партии, как и имиджа любого объекта, базируется на стереотипном мышлении человека, так как он в силу ряда причин (жизненного опыта, уровня образования, профессиональных навыков, быстро меняющихся событий общественно-политической жизни и пр.),

часто воспринимает окружающую его реальность как систему шаблонов, клише. Как видно из развития имиджа партий Замбии сама сфера политики насквозь пронизана символами. Замбийский опыт подтверждает мнение о том, что в современных условиях развития цифрового пространства политический имидж становится все более символичным.

Борьбу правящей партии ПФ и оппозиционной ОПНР на всеобщих выборах в августе 2021 года в определенном смысле можно назвать борьбой их имиджей. Эти партии были главными соперниками на внеочередных президентских выборах в 2015 году и на всеобщих выборах в 2016 году. А лидер ПФ Э. Лунгу два раза подряд побеждал, получив всего лишь на 2% голосов больше, чем Х. Хичилема.

Главными обещаниями, которые правящая партия ПФ давала избирателям в своем 77-страничном предвыборном манифесте в 2021 году, были обещания снизить стоимость жизни бедных граждан и бороться с безработицей [30]. А центральной темой программы ОПНР было проведение структурных реформ экономики, привлечение зарубежных инвестиций, борьба с безработицей, реформа системы образования.

В отличие от подхода партии ПФ, руководствовавшейся в управлении страной идеями этатизма, правительство ОПНР начало проводить политику ограниченного государственного вмешательства. Сегодня у президента Хичилемы и партии ОПНР, которые уже выполнили ряд своих предвыборных обязательств, укрепляется репутация борцов с коррупцией, приверженцев политики дальнейшего укрепления экономики, осуществления программ социального обеспечения. Правительство приняло ряд мер (например, отмена двойного налогообложения), которые способствуют привлечению в страну иностранного капитала. Имидж власти улучшился после отмены в 2022 году смертной казни и закона о наказании за оскорбление главы государства.

Однако оппозиция все чаще заявляет об укреплении в стиле руководства Хичилемы тенденции к авторитарности. Прежде всего, это проявляется в его попытке ослабить партию ПФ, которая продолжает сохранять влияние даже после ухода Э. Лунгу с поста ее лидера. Например, полиция постоянно блокирует все публичные митинги, которые проводит оппозиция, ссылаясь на соображения безопасности или нехватку полицейских. Новым вызовом стали начавшиеся в конце 2023 года в стране вспышки заболевания холерой.

Таким образом, в XXI веке в политическом процессе Замбии, как и во многих других странах Африканского континента, стала значимой роль имиджа главы государства и правящей партии. В современных условиях развития партийной системы стран континента имиджевый блок партии значительным образом влияет на ее электоральный успех. Эффективными сред-

ствами формирования политического имиджа стали СМИ, различные PR-технологии и интернет.

Перенасыщенность политического ландшафта многочисленными небольшими партиями и отсутствие у некоторых четких программ типично для партийной системы многих африканских стран, что усложняет выбор избирателей, которые часто не могут определить преимущества той или иной партии, тем более, когда ее имидж фактически сливается с имиджем лидера. В то же время в Замбии основные политические партии в последние десятилетия демонстрировали не только понимание важности их имиджа в политической коммуникации, но и способность к его эффективному формированию, коррекции или ребрендингу.

Сегодня в Замбии, как и в других странах мира, действуют электронные СМИ, социальные сети, политически активные блогеры, неуемные и вездесущие папарацци. Это значительно осложняет процесс формирования устойчивого идеального имиджа политических лидеров и партий. Практика показывает, что электорату необходимы не их безосновательные обещания, а конкретные дела, приносящие положительные результаты для стабильного и устойчивого развития общества.

Литература

1. Бондаренко Д.М. Постколониальные нации в историко-культурном контексте. Москва: Издательский Дом Яск, 2022. 400 с.

2. Гаман-Голутвина О.В. Особенности эволюции системы партийно-политического представительства в современной России // Социология власти. 2004. №3. С. 89-103.

3. Гаман-Голутвина О.В. Российские партии на выборах: картель "хватай-всех" // Полис. Политические исследования. 2004. №1. С. 22-25.

4. Денисова Т.С. Тропическая Африка: эволюция политического лидерства. Москва: Институт Африки РАН, 2016. 596 с.

5. Дорожим высоким уровнем партнерства России и Замбии на международных площадках. URL: http://council.gov.ru/events/news/113761 (дата обращения 20.02.2024).

6. Косухин Н.Д. Политическое лидерство в Африке: прошлое и настоящее. Москва: Институт Африки РАН, 2015. 178 с.

7. Невская Т.А. СМИ как технологический инструмент и канал формирования и продвижения имиджа политических партий // Социодинамика. 2022. №10. С. 10-19.

8. Прокопенко Л.Я. Имидж главы государства и его влияние на политический процесс // Юг Африки на современном этапе. Москва: Институт Африки РАН, 2016. С. 51-69.

9. Сантуш М., Бондаренко Д., Аты М. От редакторов специального номера // Ученые записки Института Африки РАН. 2023. №2(63). С. 5-9.

10. Шестопал Е.Б. Образ и имидж в политическом восприятии: актуальные проблемы исследования / Образы государств, наций и лидеров / под ред. Е.Б. Шестопал. Москва: Аспект Пресс, 2008. С. 8-23.

11. Шестопал Е.Б. Влияние идеальных политических представлений на восприятие разных лидерских ролей // Вестник РФФИ. Гуманитарные и общественные науки. 2021. №5. С. 29-37.

12. Burnel P. Taking stock of democracy in Zambia / Democracy and political change in the 'third world'. N.-Y.: Routledge, 2001. P. 135-155.

13. Chanda D.M. Sata was an effective PR strategist // Times of Zambia. Ndola, 08.11.2014. URL: https://www.times.co.zm/?p=42046 (дата обращения 25.02.2024).

14. Chanda S. Why Patriotic Front continues to be Zambia's number one party of choice. // Lusaka Times. 03.08.2019. URL: https://clck.ru/39eEKs (дата обращения 25.02.2024).

15. Cheeseman N., Ford R. Ethnicity as a political cleavage. Afrobarometer working papers №83. 2007. 37 p.

16. Соnstitutiоn of Zambia (Amеndmеnt) Ас^ 1996. Lusaka: Gоvеrnmеnt Рп^ео 1996. Раrt IV. Article 34.3 (b).

17. Constitution of Zambia (Amendment). Act №2 of 2016. URL: https://clck.ru/39eEMF (дата обращения 25.02.2024).

18. Dalton R.J. 'The decline of party identification'. Parties without partisans: political change in advanced industrial democracies. Oxford University Press, 2000. P. 19-36.

19. Democracy and electoral politics in Zambia. BRILL, 2020. 386 p.

20. Democracy and political change in the 'third world'. N.-Y.: Routledge, 2001.

256 p.

21. Dеmосrасу in Zambia: challenges for the third republic. Нагаге, 1996. 237 p.

22. Dickson J. Inside the presidency: the trials and tribulations of a Zambian spin doctor. Nairobi: Nsemia Inc. Publishers, 2014. 250 p.

23. Erdmann G. Ethnicity, voter alignment and political party affiliation - an African case: Zambia. 2007. Working papers №45. Hamburg: GIGA, 37 p.

24. Frank Bwalya leaves Socialist Party. URL: https://clck.ru/39eENX (дата обращения 20.02.2024).

25. Freedom House. Zambia. URL: https://freedomhouse.org/country/zambia/ freedom-net/2023 (дата обращения 20.02.2024).

26. Gould J. Zambia's 2006 elections: the ethnicization of politics? // News from the Nordic Africa Institute. Uppsala, 2007. №1. P. 5-9.

27. Hall R. The high price of principles. London: Penguin, 1973. 288 p.

28. Hallink C., Siachiwena H. Political party ideology in Zambia: comparing the PF and the UPND on social welfare policies 2023 // The Journal of Modern African Studies. 2023. Vol. 61. №3. P. 323-342.

29. Larmer M., Fraser A. Of cabbages and King Cobra: populist politics and Zambia's 2006 election // African Affairs. Oxford University Press, 2007. Vol. 106. №425. P. 611-637.

30. Manifesto of the Patriotic Front Party 2021-2026. URL: https://clck.ru/39eEPJ (дата обращения 04.03.2024).

31. Mofya M. Frank Bwalya leaves Socialist Party. URL: https://clck.ru/39eEPz (дата обращения 19.02.2024).

32. Moonga C. Frank Bwalya joins UPND. URL: https://www.daMy-mail.co.zm/2024/02/16/frank-bwalya-joins-upnd (дата обращения 20.02.2024).

33. Mubanga A.K. A closer look at Fredrick Titus Jacob Chiluba: the unsung hero: the man of the hour. Lusaka: Tihsa Publishers, 2016. 84 p.

34. One Zambia one nation, in peace. President Edgar Chagwa Lungu. URL: https://clck.ru/39eERd (дата обращения 25.02.2024).

35. Rakner L., Svasand L. From dominant to competitive party system. The Zambi-an experience 1991-2001 // Party Politics. 2004. Vol. 10. №1. P. 49-68.

36. Resnick D. Urban poverty and party populism in African democracies. Cambridge University Press, 2013. 312 p.

37. Sanders A. The meaning of party images // The Western Political Quarterly. 1988. Vol. 41. №3. P. 583-599.

38. Sichone O., Simutanyi N.R. The ethnic and regional questions. Ethnic nationalism and the state in Zambia: the case of Barotseland 1964-1994 / Dеmосrасу in Zambia: challenges for the third republic. На^ге, 1996. P. 173-196.

39. Stroh A. Crafting political institutions in Africa. Electoral systems and systems of government in Rwanda and Zambia compared // Law and Politics in Africa, Asia and Latin America. 2007. Vol. 40. №4. P. 449-470.

40. Trilling R.Dj. Party image and electoral behavior. N.-Y.: John Wiley & Sons, 1976. 236 p.

41. Van Binsbergen W. Aspects of democracy & democratisation in Zambia & Botswana / Readings in African politics. Indiana University Press, 2003. P. 202-214.

42. Zambia: 'PR vital in politics'. URL: https://allafrica.com/stories/ 201410300571.html (дата обращения 22.02.2024).

References

1. Bondarenko D.M. Postkolonial'nye natsii v istoriko-kul'turnom kontekste. Moskva: Izdatel'skii Dom Yask, 2022. 400 s.

2. Gaman-Golutvina O.V. Osobennosti evolyutsii sistemy partiino-politicheskogo predstavitel'stva v sovremennoi Rossii. Sotsiologiya vlasti. 2004. №3. S. 89-103.

3. Gaman-Golutvina O.V. Rossiiskie partii na vyborakh: kartel' "khvatai-vsekh". Polis. Politicheskie issledovaniya. 2004. №1. S. 22-25.

4. Denisova T.S. Tropicheskaya Afrika: evolyutsiya politicheskogo liderstva. Moskva: Institut Afriki RAN, 2016. 596 s.

5. Dorozhim vysokim urovnem partnerstva Rossii i Zambii na mezhdunarodnykh ploshchadkakh. URL: http://council.gov.ru/events/news/113761 (data obrashcheniya 20.02.2024).

6. Kosukhin N.D. Politicheskoe liderstvo v Afrike: proshloe i nastoyashchee. Moskva: Institut Afriki RAN, 2015. 178 s.

7. Nevskaya T.A. SMI kak tekhnologicheskii instrument i kanal formirovaniya i prodvizheniya imidzha politicheskikh partii. Sotsiodinamika. 2022. №10. S. 10-19.

8. Prokopenko L.Ya. Imidzh glavy gosudarstva i ego vliyanie na politicheskii protsess. Yug Afriki na sovremennom etape. Moskva: Institut Afriki RAN, 2016. S. 51-69.

9. Santush M., Bondarenko D., Aty M. Ot redaktorov spetsial'nogo nomera. Uchenye zapiski Instituta Afriki RAN. 2023. №2(63). S. 5-9.

10. Shestopal E.B. Obraz i imidzh v politicheskom vospriyatii: aktual'nye problemy issledovaniya / Obrazy gosudarstv, natsii i liderov / pod red. E.B. Shestopal. Moskva: Aspekt Press, 2008. S. 8-23.

11. Shestopal E.B. Vliyanie ideal'nykh politicheskikh predstavlenii na vospriyatie raznykh liderskikh rolei. Vestnik RFFI. Gumanitarnye i obshchestvennye nauki. 2021. №5. S. 29-37.

12. Burnel P. Taking stock of democracy in Zambia / Democracy and political change in the 'third world'. N.-Y.: Routledge, 2001. P. 135-155.

13. Chanda D.M. Sata was an effective PR strategist. Times of Zambia. Ndola, 08.11.2014. URL: https://www.times.co.zm/?p=42046 (data obrashcheniya 25.02.2024).

14. Chanda S. Why Patriotic Front continues to be Zambia's number one party of choice. Lusaka Times. 03.08.2019. URL: https://www.lusakatimes.com/2019/08/03/why-patriotic-front-continues-to-be-zambias-number-one-party-0f-choice (data obrashcheniya 25.02.2024).

15. Cheeseman N., Ford R. Ethnicity as a political cleavage. Afrobarometer working papers №83. 2007. 37 p.

16. Sonstitution of Zambia (Amendment) Ast, 1996. Lusaka: Government Rrinter, 1996. Rart IV. Article 34.3 (b).

17. Constitution of Zambia (Amendment). Act №2 of 2016. URL: http://www.parliament.gov.zm/sites/default/files/documents/amendment_act/Constitution %20of%20Zambia%20%20%28Amendment%29%2C%202016-Act%20No.%202_0.pdf. (data obrashcheniya 25.02.2024).

18. Dalton R.J. 'The decline of party identification'. Parties without partisans: political change in advanced industrial democracies. Oxford University Press, 2000. P. 19-36.

19. Democracy and electoral politics in Zambia. BRILL, 2020. 386 p.

20. Democracy and political change in the 'third world'. N.-Y.: Routledge, 2001. 256 p.

21. Demosrasu in Zambia: challenges for the third republic. Narare, 1996. 237 p.

22. Dickson J. Inside the presidency: the trials and tribulations of a Zambian spin doctor. Nairobi: Nsemia Inc. Publishers, 2014. 250 p.

23. Erdmann G. Ethnicity, voter alignment and political party affiliation - an African case: Zambia. 2007. Working papers №45. Hamburg: GIGA, 37 p.

24. Frank Bwalya leaves Socialist Party. URL: https://diggers.news/local/2023/08/12/frank-bwalya-leaves-socialist-party (data obrash-che-niya 20.02.2024).

25. Freedom House. Zambia. URL: https://freedomhouse.org/country/zambia/ freedom-net/2023 (data obrashcheniya 20.02.2024).

26. Gould J. Zambia's 2006 elections: the ethnicization of politics? News from the Nordic Africa Institute. Uppsala, 2007. №1. P. 5-9.

27. Hall R. The high price of principles. London: Penguin, 1973. 288 p.

28. Hallink C., Siachiwena H. Political party ideology in Zambia: comparing the PF and the UPND on social welfare policies 2023. The Journal of Modern African Studies. 2023. Vol. 61. №3. P. 323-342.

29. Larmer M., Fraser A. Of cabbages and King Cobra: populist politics and Zambia's 2006 election. African Affairs. Oxford University Press, 2007. Vol. 106. №425. P. 611637.

30. Manifesto of the Patriotic Front Party 2021-2026. URL: https://pmrczambia.com/wp-content/uploads/2021/05/PF-Manifesto.pdf (data obrash-cheniya 04.03.2024).

31. Mofya M. Frank Bwalya leaves Socialist Party. URL: https://diggers.news/local/2023/08/12/frank-bwalya-leaves-socialist-party (data obrash-che-niya 19.02.2024).

32. Moonga C. Frank Bwalya joins UPND. URL: https://www.daMy-mail.co.zm/2024/02/16/frank-bwalya-joins-upnd (data obrashcheniya 20.02.2024).

33. Mubanga A.K. A closer look at Fredrick Titus Jacob Chiluba: the unsung hero: the man of the hour. Lusaka: Tihsa Publishers, 2016. 84 p.

34. One Zambia one nation, in peace. President Edgar Chagwa Lungu. URL: https://www.zambianobserver.com/one-zambia-one-nation-in-peace-president-edgar-chagwa-lungu (data obrashcheniya 25.02.2024).

35. Rakner L., Svasand L. From dominant to competitive party system. The Zambian experience 1991-2001. Party Politics. 2004. Vol. 10. №1. P. 49-68.

36. Resnick D. Urban poverty and party populism in African democracies. Cambridge University Press, 2013. 312 p.

37. Sanders A. The meaning of party images. The Western Political Quarterly. 1988. Vol. 41. №3. P. 583-599.

38. Sichone O., Simutanyi N.R. The ethnic and regional questions. Ethnic nationalism and the state in Zambia: the case of Barotseland 1964-1994 / Demosrasu in Zambia: challenges for the third republic. Narare, 1996. P. 173-196.

39. Stroh A. Crafting political institutions in Africa. Electoral systems and systems of government in Rwanda and Zambia compared. Law and Politics in Africa, Asia and Latin America. 2007. Vol. 40. №4. P. 449-470.

40. Trilling R.Dj. Party image and electoral behavior. N.-Y.: John Wiley & Sons, 1976. 236 p.

41. Van Binsbergen W. Aspects of democracy & democratisation in Zambia & Botswana / Readings in African politics. Indiana University Press, 2003. P. 202-214.

42. Zambia: 'PR vital in politics'. URL: https://allafrica.com/stories/ 201410300571.html (data obrashcheniya 22.02.2024).