Из свежей почты

Саша Кузнецов, 5 лет, детский церебральный паралич, спастическая диплегия (двигательные нарушения в ногах). 199 620 руб.

В шесть месяцев сын перенес тяжелый отит. После этого у Саши появился сильный тонус мышц, он не мог опереться на ножки. Мы стали наблюдаться у невролога, в год у сына диагностировали детский церебральный паралич. Я не сдавалась, активно занималась лечением и развитием Саши, возила его к разным врачам. И есть успехи: сын говорит, считает до десяти, может держать в руках предметы, ползает. Но не стоит, не ходит. Необходимо продолжить лечение. Я обратилась в московский Институт медицинских технологий (ИМТ), где лечат детей с такими же проблемами, как у Саши. Там готовы нас принять. Но я не могу оплатить лечение. Живем с сыном вдвоем, муж ушел, денег едва хватает на самое необходимое. Прошу вашей помощи! Надежда Кузнецова, Азовский район

Невролог ИМТ Елена Малахова (Москва): «Саше необходима госпитализация для проведения обследования, коррекции лекарственной терапии и восстановительного лечения».

Внимание! Цена лечения — 199 620 руб.  Наши читатели собрали 500 руб. Не хватает 199 120 руб.

Олег Косенко, 10 лет, врожденный порок сердца, спасет эндоваскулярная операция, требуется окклюдер. 218 811 руб.

Сыну был месяц, когда врачи услышали у него в сердце шумы. Нас направили на обследование, УЗИ показало, что у Олега порок сердца — дефект межпредсердной перегородки. Врачи решили подождать с операцией, сказали, что дефект может закрыться. Но к трем годам ситуация не изменилась. Однако врачи Луганской детской больницы (мы жили тогда на Украине) по-прежнему не рекомендовали хирургическое вмешательство. Мы возили сына на консультацию к специалистам в другие города, но они тоже не советовали оперировать. В июне прошлого года мы вынуждены были уехать из Луганска в Ростовскую область к родственникам мужа. Вскоре обратились с Олегом в Ростовскую областную клиническую больницу (РОКБ). Кардиохирурги подтвердили диагноз, сказали, что откладывать операцию больше нельзя. Сделать ее можно наиболее щадящим, эндоваскулярным способом, с применением специальной «заплаты» — окклюдера. Надо оплатить сам окклюдер. А у нас нет такой возможности. Я не могу найти работу, муж устроился разнорабочим, на его небольшую зарплату и живем. Помогите нам, пожалуйста! Инна Косенко, г. Новочеркасск

Кардиохирург РОКБ Анатолий Филоненко (Ростов-на-Дону): «Олегу необходимо провести эндоваскулярное закрытие дефекта окклюдером. Это позволит избежать развития осложнений».

Саша Бороденкова, 4 года, сенсоневральная тугоухость 4-й степени справа и глухота слева, требуются слуховые аппараты. 87 412 руб.

Вскоре после рождения дочки мы решили проверить ее слух, потому что у нашего старшего сына Кирилла тугоухость. После обследования у сурдолога и у Саши обнаружили тугоухость. В год мы стали возить дочку на занятия к дефектологу. Врач отмечал, что Саша неплохо реагирует на звуки и речь. В два года дочке выдали слуховые аппараты, она стала хорошо слышать, начала говорить. Сейчас Саша занимается в специализированной дошкольной группе. Но в последнее время мы заметили, что она часто переспрашивает, не всегда отвечает на вопросы. На приеме у сурдолога выяснилось, что слух у Саши еще снизился — левым ухом она не слышит, а правым различает только очень громкие звуки. Дочке нужны новые, большей мощности слуховые аппараты, но за счет бюджета их не выдают. А купить аппараты мы не можем, так как живем на маленькую зарплату мужа и две детские пенсии по инвалидности. Помогите нам, пожалуйста! Марина Цуркина, г. Михайловск

Заведующая краевым детским сурдологическим кабинетом Алевтина Ларская (Ставрополь): «Саше необходимы сверхмощные цифровые слуховые аппараты заушного типа CHILI SP5 BTE, они позволят компенсировать потерю слуха. Девочка сможет полноценно развиваться, учиться, общаться».

Реквизиты для помощи есть в фонде.

Возможны электронные пожертвования (подробности — rusfond.ru).