Социокультурный облик высшей провинциальной бюрократии в Поволжье в начале ХХ В. 

ГУМАНИТАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

УДК 940.2

Г. В. Гарбуз

СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ ОБЛИК ВЫСШЕЙ ПРОВИНЦИАЛЬНОЙ БЮРОКРАТИИ В ПОВОЛЖЬЕ В НАЧАЛЕ ХХ в.

Аннотация. В статье рассмотрены основные социокультурные характеристики представителей высшей губернской администрации - губернаторов и вице-губернаторов. Проведен анализ таких статистических данных, как социальное происхождение, имущественное положение, образование, возраст, чин.

Ключевые слова: губернатор, вице-губернатор, бюрократическая элита, чиновники, социокультурный облик, провинциальная администрация.

В начале ХХ в. Российская империя окончательно приобрела черты бюрократического государства. Именно бюрократическая элита определяла основные направления государственной политики. Отсюда интерес отечественной историографии к социокультурным особенностям российского чиновничества, особенно тех его групп, от которых напрямую зависело управление империей. П. Н. Зырянов, одним из первых обративший внимание на данную проблему, справедливо указывал, что «без изучения царского правительственного аппарата, в том числе его низших звеньев, невозможно дальнейшее углубленное изучение вопроса о социальной сущности российского абсолютизма, его особенностях, о структуре и "коридорах" власти в царской России и вообще о политиче-ско-правовом строе империи в целом» [1, с. 8]. В последние десятилетия появился ряд работ, в которых анализируется социокультурный облик царской бюрократии в общероссийском и региональном аспектах [1-10]. Данная статья призвана дополнить общую картину социокультурной характеристикой высшего руководства трех поволжских губерний -Пензенской, Самарской и Симбирской. В качестве объекта исследования выступают губернаторы и вице-губернаторы, представляющие высший слой провинциальной администрации, который в полной мере можно отнести к бюрократической элите России.

В 1905-1914 гг. высшие посты в трех поволжских губерниях последовательно занимали 12 губернаторов и 13 вице-губернаторов. Информация о них содержится в формулярных списках и личных делах, сохранившихся в центральных и провинциальных архивах, и некоторых позднейших публикациях [11-27]. К сожалению, не удалось найти сведения о самарском вице-губернаторе Н. Н. Михайлове. Данные о И. Ф. Кошко в некоторых случаях учтены дважды, так как в этот период он занимал последовательно посты самарского вице-губернатора и пензенского губернатора.

Социальный состав поволжских губернаторов в общем соответствовал общероссийским показателям этого периода. Все они были потомственными дворянами. Самарский губернатор И. Л. Блок в формулярном списке значился как сын тайного советника, что значит, хотя он и принадлежал к дворянскому сословию, родился он еще до того, как его

4

Гуманитарные исследования

отец получил права потомственного дворянина. Из 12 вице-губернаторов, данные о которых известны, потомственным дворянином не являлся лишь самарский вице-губернатор С. П. Белецкий (выходец из мещан). Наличие выходцев из недворянских слоев на высших государственных должностях в начале ХХ в. было характерной чертой российской бюрократии. Доля недворян в этот период в Поволжье была несколько ниже, чем в целом по России [5, с. 11]. Возможно, это обстоятельство объясняется тем, что в годы русской революции 1905-1907 гг., а именно на этот период приходится служба большинства губернаторов и вице-губернаторов, правительство стремилось направлять в «беспокойные» поволжские губернии представителей того сословия, которому максимально доверяло.

К сожалению, формулярные списки не позволяют определить степень «древности» дворянского происхождения большинства представителей провинциальной элиты. Доля выходцев из титулованного дворянства среди губернской администрации традиционно была невелика. По данным Л. М. Лысенко, к титулованной аристократии принадлежали примерно 19 % поволжских губернаторов. К титулованной знати относился выходец из грузинских князей симбирский губернатор князь Л. В. Яшвиль, из кавказских князей происходил симбирский вице-губернатор князь С. А. Ширинский-Шихматов. Незначительное в этот период, в сравнении с общим показателем, количество титулованных дворян говорит о падении престижа губернаторской службы в годы первой русской революции.

В начале ХХ в. представителей поместного дворянства в губернском корпусе было больше половины. Среди поволжских губернаторов землевладельцами были шесть человек, среди вице-губернаторов - восемь. Крупных латифундистов не было. В это беспокойное время шли служить на «опасные» должности в основном люди, для которых экономическое благополучие и карьера были тесно связаны, поскольку главным источником дохода для них была государственная служба.

Конфессиональный состав был типичен для российской бюрократической элиты: преобладали православные, трое были представителями лютеранского вероисповедания.

Образовательный уровень провинциальной элиты Поволжья был довольно высок, что соответствовало общероссийской тенденции. Высшее образование имели больше половины «хозяев губерний». Если среди столичной бюрократии, по данным С. В. Куликова, преобладали лица с университетским образованием [5, с. 13], то в верхах провинциального чиновничества большинство составляли выпускники специальных учебных заведений. Три губернатора и три вице-губернатора были выпускниками различных университетов. Два губернатора и два вице-губернатора закончили Училище правоведения, один губернатор и три вице-губернатора - Александровский лицей, что приравнивало их по статусу к выпускникам высших учебных заведений. Симбирский губернатор К. С. Ста-рынкевич кроме Варшавского университета закончил еще Академию генерального штаба. Высшее военное образование имел также самарский вице-губернатор и пензенский губернатор И. Ф. Кошко. Среднее гражданское образование получил пензенский вицегубернатор Г. А. Лопатин, окончивший Смоленскую гимназию. Остальные имели военное образование: три губернатора окончили Пажеский корпус, два губернатора и два вице-губернатора - кавалерийские училища.

Из 12 губернаторов лишь пензенский губернатор А. П. фон Лилиенфельд-Тоаль прошел всю службу в органах Министерства внутренних дел. Свою служебную карьеру в этом учреждении начинали также три вице-губернатора. Два губернатора и один вицегубернатор начинали службу в органах юстиции, пензенский вице-губернатор И. А. Тара-сенко-Отрешков в Министерстве иностранных дел, а князь Л. В. Яшвиль - при дворе. Большинство представителей провинциальной элиты начинали карьеру в армии. Можно согласиться с мнением, что «командно-армейский стиль и методы руководства непер-

5

Вестник Пензенского государственного университета № 2 (10), 2015

спективны в гражданском управлении» [8, с. 211]. Однако следует отметить, что, несмотря на столь различное начало служебной деятельности, большинство руководителей губернской администрации к моменту назначения имели солидный опыт службы в органах МВД. Они хорошо знали специфику работы местного административного аппарата. Многие занимали должности, связанные с крестьянским управлением: служили земскими начальниками, непременными членами губернских присутствий. Некоторые имели опыт службы в земских и сословных учреждениях. Подавляющее большинство губернаторов к моменту своего назначения уже имели возможность проявить себя в роли начальника губернии: либо, находясь в должности вице-губернатора, замещали своих патронов во время их отсутствия, либо переходили на этот пост из другой губернии. Это было устоявшееся правило в кадровой политике МВД. Исключением из этого правила был Д. И. За-сядко, пересевший благодаря протекции в кресло самарского губернатора с поста председателя Тверской губернской земской управы [28]. Его карьера на посту начальника Самарской губернии сложилась не очень удачно.

Правительство старалось назначать на должность губернатора людей зрелых, но еще достаточно активных и деятельных. Средний возраст «хозяев губерний» составлял 48 лет. Самым молодым из губернаторов был пензенский губернатор С. В. Александровский (42 года), самым старшим - симбирский губернатор А. С. Ключарев (59 лет). Самые зрелые из губернаторов до назначения на соответствующую должность уже несколько лет руководили другими губерниями.

Средний возраст вице-губернаторов составлял 43 года. Заметна относительная молодость отдельных вице-губернаторов. Симбирскому вице-губернатору П. П. Шиловско-му на момент назначения было 34 года, а пензенскому и самарскому вице-губернаторам Г. Б. Петкевичу и С. П. Белецкому - 33. Столь стремительному взлету этих чиновников способствовал протекционизм, пустивший прочные корни в среде российской бюрократии. Г. Б. Петкевичу и С. П. Белецкому оказывал покровительство сам председатель Совета министров П. А. Столыпин [16, л. 7а].

Многие представители провинциальной элиты, пройдя длинный путь по служебной лестнице, к моменту назначения имели чин, соответствующий классу занимаемой должности (IV - для губернаторов и V - для вице-губернаторов). Чин действительного статского советника носили семь губернаторов, соответствующий военный чин (генерал-майор) - К. С. Старынкевич. Пензенский губернатор С. А. Хвостов получил чин действительного статского советника уже после принятия соответствующей должности. Статские советники князь Л. В. Яшвиль и С. В. Александровский имели чин классом ниже, а саратовский губернатор тайный советник Н. В. Протасьев - классом выше, что вполне допускалось административной практикой того времени. Среди вице-губернаторов соответствующий чин (статский советник) носили только трое. Четверо были действительными статскими советниками, т.е. имели чин классом выше. Как правило, это были лица, прошедшие долгий путь в губернском аппарате, для которых пост вице-губернатора был венцом служебной карьеры. Трое носили чин классом ниже. Два вице-губернатора имели чины, не соответствовавшие должности. Г. Б. Петкевич был надворным советником (чин VII класса), а князь С. А. Ширинский-Шихматов - коллежским асессором (чин VIII класса). Низкие чины часто имели молодые амбициозные вице-губернаторы с сильной протекцией, для которых пост вице-губернатора был лишь очередной ступенькой в карьере. Г. Б. Петкевич закончил службу на посту директора Департамента духовных дел иностранных исповеданий МВД [16, л. 169].

Представители провинциальной административной элиты даже вдали от столицы не порывали связей не только с высшей столичной бюрократией, но и с придворными кругами. Они продолжали носить придворные звания и получать новые. Князь Л. В. Яшвиль и П. П. Шиловский были в звании камер-юнкеров. А. П. Лилиенфельд-Тоаль стал камер-

6

Гуманитарные исследования

гером. Чин камергера носили три губернатора и один вице-губернатор, а самарский губернатор В. В. Якунин получил следующее придворное звание - гофмейстера. По мнению Л. М. Лысенко, таким образом в кризисных условиях укреплялась личная преданность императору провинциальной элиты.

Социокультурный облик высшей провинциальной администрации Поволжья в общих чертах совпадает с социокультурными характеристиками бюрократической элиты начала ХХ в. Незначительные особенности объясняются исторической спецификой региона.

Список литературы

1. Зырянов, П. Н. Крах внутренней политики третьеиюньской монархии в области местного управления (1907-1914 гг.) : дис. ... канд. ист. наук. / Зырянов П. Н. - М., 1972.

2. Зайончковский, П. А. Правительственный аппарат самодержавной России в XIX в. / П. А. Зайончковский. - М. : Мысль, 1978. - 288 с.

3. Дубенцов, Б. Б. Социальная эволюция высшей царской бюрократии во второй половине XIX -начале XX в. (Итоги и перспективы изучения) / Б. Б. Дубенцов, С. В. Куликов // Проблемы социально-экономической и политической истории России. XIX-XX вв. - СПб. : Алетейя, 1999. - С. 63-86.

4. Дыдычкин, А. В. Социальный портрет министров Российской империи конца XIX - начала XX веков : дис. . канд. ист. наук / Дыдычкин А. В. - М., 2002. - 306 с.

5. Куликов, С. В. Бюрократическая элита Российской империи накануне падения старого порядка (1914-1917) / С. В. Куликов. - Рязань : НРИИД, 2004. - 472 с.

6. Минаков, А. С. Губернаторский корпус пореформенной России: состав и механизмы формирования / А. С. Минаков // Современная наука: актуальные проблемы теории и практики. Серия «Гуманитарные науки». - 2012. - № 1. - URL: http://www.vipstd.ru/nauteh/

7. Лысенко, Л. М. Губернаторы и генерал-губернаторы Российской империи (XVIII - начало ХХ в.) / Л. М. Лысенко. - М. : Прометей, 2001. - 357 с.

8. Любичанковский, С. В. Социокультурная характеристика руководящего состава губернских правлений Урала в период с 1907 по 1913 г. / С. В. Любичанковский // Вестник Оренбургского государственного университета. - 2002. - № 4. - С. 209-214.

9. Гарбуз, Г. В. Провинциальная бюрократия накануне Февральской революции / Г. В. Гарбуз // Наука. Общество. Государство. - 2015. - № 1. - URL: http://esj.pnzgu.ru/

10. Козельчук, Т. Б. Чиновничество Тобольской губернии во второй половине XIX - начале XX вв. как социальный слой : дис. . канд. ист. наук / Т. Б. Козельчук. - Курган, 2002. - 276 с.

11. Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 1284. Оп. 46. 1902. Д. 66.

12. РГИА. Ф. 1284. Оп. 46. 1902. Д. 126.

13. РГИА. Ф. 1284. Оп. 47. 1906. Д. 87.

14. РГИА. Ф. 1284. Оп. 47. 1906. Д. 100.

15. РГИА. Ф. 1284. Оп. 47. 1906. Д. 133.

16. РГИА. Ф. 1284. Оп. 47. 1906. Д. 168.

17. РГИА. Ф. 1284. Оп. 47. 1909. Д. 62.

18. РГИА. Ф. 1284. Оп. 47. 1911. Д. 328.

19. РГИА. Ф. 1284. Оп. 53. 1906. Д. 6.

20. РГИА. Ф. 1284. Оп. 53. 1906. Д. 100.

21. Государственный архив Пензенской области (ГАПО). Ф. 6. Оп. 1. Д. 10424.

22. ГАПО. Ф. 6. Оп. 6. Д. 127.

23. ГАПО. Ф. 6. Оп. 6. Д. 176.

24. ГАПО. Ф. 6. Оп. 6. Д. 240.

25. ГАПО. Ф. 6. Оп. 6. Д. 245.

26. ГАПО. Ф. 88. Оп. 1. Д. 2006.

27. ГАПО. Ф. 88. Оп. 5. Д. 474.

28. Леонов, М. М. Протежирование в среде Российской бюрократии во второй половине XIX -начале XX в. / М. М. Леонов // Современная наука: актуальные проблемы теории и практики. Серия «Гуманитарные науки». - 2012. - № 1. - URL: http://www.vipstd.ru/nauteh/

7

Вестник Пензенского государственного университета № 2 (10), 2015

Гарбуз Георгий Владимирович Garbuz Georgiy Vladimirovich

кандидат исторических наук, доцент, candidate of historical sciences, associate professor,

кафедра истории Отечества, государства и права, sub-department of history of Russia, state and law,

Пензенский государственный университет Penza State University

E-mail: ggarbuz@rambler.ru

УДК 940.2

Гарбуз, Г. В.

Социокультурный облик высшей провинциальной бюрократии в Поволжье в начале ХХ в. /

Г. В. Гарбуз // Вестник Пензенского государственного университета. - 2015. - № 2 (10). - C. 4-8.