Каузативные конструкции в башкирском языке

Е. В. Перехвальская

ИЛИ РАН, Санкт-Петербург

КАУЗАТИВНЫЕ КОНСТРУКЦИИ В БАШКИРСКОМ ЯЗЫКЕ

1. Введение

Данная статья посвящена глагольным формам башкирского языка с морфологическим показателем каузатива, т. е. показателем, указывающим на то, что в структуру ситуации вводится новый участник с ролью Агенса или Причины, а также конструкциям, включающим в себя такую глагольную форму. Каузативные конструкции башкирского языка рассматривались в общих грамматических описаниях этого языка (см., например, [Дмитриев 2008 (1948); Юлдашев (отв. ред.) 1981]), есть также несколько специализированных работ, посвященных каузативу в башкирском (см., например, [Абдуллина 2008; Саляхова 2016]), однако систематически соотношение морфологических, семантических и синтаксических сторон каузатива в башкирском не изучалось. В данной работе будут рассмотрены следующие проблемы: башкирский каузатив в кросслингвистической перспективе (раздел 2); морфологические особенности образования каузативных глаголов (раздел 3); семантика каузативных глаголов (раздел 4); аргументная структура предложения при каузативной трансформации (раздел 5).

Материал башкирского языка, использованный в данной статье, был получен мной в ходе работы с носителями башкирского языка Р. М. Мухамметкужиной, Б. Б. Мансуровым и М. М. Ахма-диевой в рамках экспедиционных поездок в дер. Рахметово Абзе-лиловского р-на респ. Башкортостан в 2011-2014 гг.

2. Башкирский каузатив в кросслингвистической перспективе

Каузативное значение, одним из средств выражения которого является рассматриваемый в данной статье морфологический каузатив, предполагает наличие в структуре ситуации инициатора действия, Каузатора — участника, имеющего роль Агенса или

Причины. Если в некоторой конструкции выражается каузативное значение, то ее обычно можно рассматривать на фоне другой, соответствующей ей конструкции, не имеющей каузативного компонента (далее значение такой конструкции я буду называть исходным).

В языках мира каузативные значения могут выражаться несколькими способами, различающимися типом соотношения конструкции с исходным и каузативным значением.

1. Лексический способ предполагает, что исходное и каузативное значения передаются различными глаголами, не связанными между собой регулярными отношениями формальной производности. Примеры такого соотношения широко представлены в русском языке, где «в сфере собственно отглагольных каузативов имеются отдельные непродуктивные пары вида сохнуть ~ сушить, тонуть ~ топить или гаснуть ~ гасить и еще менее многочисленные реликтовые пары типа пить ~ поить или гнить ~ гноить (сохраняющие древнее индоевропейское чередование корня, вызываемое каузативным суффиксом)» [Плунгян 2011: 216]. В данной цитате примерами лексических каузативов являются вторые члены приведенных пар глаголов, ср. также следующие пары: видеть ~ показывать; знать ~ сообщать; аналогично в английском eat 'есть' ~ feed 'кормить', die 'умирать' ~ kill 'убивать', fall 'падать' ~ drop 'ронять'.

2. Без формальных изменений глагола. Во многих языках исходное и каузативное значения выражаются P-лабильными глаголами, т. е. такими, которые могут употребляться как переходные или непереходные без изменения формы, и при этом подлежащее непереходной клаузы с таким глаголом соответствует прямому дополнению переходной, например, англ. boil 'кипеть' ~ 'кипятить', break 'ломаться' ~ 'ломать', ср. пару предложений: The water boils 'Вода кипит' — John boils the water 'Джон кипятит воду'. Такой способ выражения каузативных значений характерен и для многих языков Западной Африки, ср. пример из языка муан1 (< южные манде < манде < нигер-конго): Tasa balaa 'Миска упала' — ) tasa balaa 'Я уронил миску'. Во всех перечисленных

1 Все примеры из языка муан взяты из полевых материалов автора.

случаях при переходном употреблении глагола выражается именно каузативное значение.

3. Аналитический способ. Одним из наиболее распространенных способов выражения каузативной семантики является использование аналитических конструкций с глаголом, передающим каузативное значение. Именно к таким конструкциям в первую очередь применим подход Б. Комри, считавшего каузативные конструкции результатом редукции двух клауз: по его мнению, при образовании аналитической каузативной конструкции происходит «сжатие подразумеваемой структуры с привнесенным элементом в производное предложение сложной структуры» (перевод мой. — Е. П.) [Comrie 1976: 303].

Следует различать два типа глаголов с каузативным значением, используемых в аналитических конструкциях.

a) Глагол, передающий общее значение воздействия, интерпретируемого в составе конструкции как каузация: фр. La tasse est tombée 'Чашка упала' — J'ai fait tomber la tasse 'Я уронил чашку'; англ. John jumped 'Джон прыгнул' — I made John jump 'Я заставил Джона прыгнуть'. Похожая стратегия используется в муан:

(1)2 A kla-à 6éè gààgàà

lsg>3sg делать-prf потом попугай

wè-à.

говорить-prf

'Я заставил попугая говорить'.

b) Перифрастические конструкции с глаголами, указывающими на конкретный способ осуществления каузации: рус. приказать, велеть, попросить, заставить, англ. order, tell, ask, beg и т. п. В башкирском языке каузацию могут обозначать глаголы qus- 'приказать, велеть', конструкции roxsât it- 'разрешать, дозволять', mâzbur it- 'вынуждать' и др.

(2) Rifat hâômâtse-gâ it âôerlâ-r-gâ

Рифат слуга-dat мясо готовить-pot-dat

2 Расшифровка глосс в примере (1): prf венное число.

— перфект, SG

— единст-233

дш-а / ди§-1э.

приказывать-ОТУ приказывать-р8т

'Рифат велит (велел) служанке приготовить мясо'.

4. Морфологический способ предполагает, что каузативное значение выражается при помощи особого каузативного аффикса. Он широко представлен в алтайских языках. Ср., например, в удэгейском языке 2вы 'есть' ~2вым>е 'кормить'; ует 'уходить обратно' ~ уетм>епе 'спугнуть'. Возможна и обратная ситуация, когда при помощи особого формального показателя маркируется не добавление в ситуацию нового участника с ролью Агенса/Причины, а наоборот, его удаление — ситуация, представлявшаяся как каузи-рованная волей некоторого лица или активной силой, преобразуется в «некаузированную», не имеющую внешнего Агенса/Эффектора, происходящую как бы «сама по себе» [Плунгян 2003: 212]. Такие показатели называют «декаузативными».

Языки мира различаются своими «предпочтениями» в выборе способа выражения каузативного значения. Однако это не значит, что язык всегда использует только одну стратегию — в нем может сосуществовать и несколько разных стратегий. Башкирский является примером именно такого языка: для выражения каузативного значения в нем в первую очередь используется морфологический каузатив, но наряду с ним употребляются также перифрастические конструкции с глаголами, выражающими конкретный способ совершения каузации.

По-видимому, в случае если язык располагает несколькими средствами выражения каузативного значения, можно выявить определенные закономерности в распределении этих средств по семантическим оппозициям, в которых они используются. В коллективной монографии «Типология каузативных конструкций» В. П. Недялков и Г. Г. Сильницкий, проанализировав материал более 100 языков, представили иерархию четырех конкретных семантических каузативных оппозиций, которые обнаруживают «различную предрасположенность к их выражению той или иной формальной оппозицией» [Недялков 1969; Недялков, Сильницкий 1969: 44-45]: 1) 'смеяться' — 'смешить'; 2) 'кипеть' — 'кипятить (о воде, чае)'; 3) 'гореть' — 'жечь (о бумаге)'; 4) 'переломиться' — 'переломить'. При этом указывается, что: а) вероятность «появления формальной оппозиции с каузативной морфемой» (т. е. использования

морфологического способа выражения каузативного значения) уменьшается от (1) к (4); б) вероятность появления формальной оппозиции с декаузативной морфемой (морфологического способа выражения значения, «обратного» каузативу) увеличивается от (1) к (4); в) вероятность появления конверсивных формальных оппозиций (лабильных глаголов) увеличивается от (2) к (4), а в (1) они не встречаются; г) супплетивная формальная оппозиция (лексический способ выражения значения) в (1) и (4) практически не представлена.

Если ограничиться рассмотрением оппозиций, предложенных В. П. Недялковым, башкирский язык оказывается склонным к морфологической каузативации: каузативное значение может быть выражено суффиксально во всех представленных парах, ср. kól- 'смеяться' ~ kóldór- 'смешить'; qajna- 'кипеть' ~ qajnat- 'кипятить'; jan- 'гореть' ~ jandar- 'жечь'; han- 'ломаться' ~ handar-' ломать'3.

В башкирском, как и в других тюркских языках, направление деривации «исходный глагол»  «каузативный глагол» имеет следующий вид: «процесс»  «каузация процесса»; «действие»  «каузация действия»; «состояние»  «каузация состояния». В этом смысле различия между башкирским и русским языками могут быть проиллюстрированы данными, представленными в Таблице 1, а также соотношением предложения (3) и его перевода на русский.

Таблица 1. Соотношение исходных и каузативных глаголов в башкирском и русском языках

башкирский (каузатив) в русском языке

satlan- 'радоваться' satlan-dar- 'радовать'

toqan- 'загораться' toqan-dar- 'поджигать'

bat- 'тонуть' bat-ar- 'топить'

bel- 'знать' bel-der- 'сообщать'

(3) Rifat qajan-laq menan utan

Рифат трудный-nmlz с дрова

3 Эти глаголы были выбраны в качестве ближайших по смыслу эквивалентов пары 'переломиться' — 'переломить'.

Юдап-ёэг-дэ.

загореться-саш-р8т

'Рифат с трудом разжег дрова'.

Инициатор действия (Каузатор), который вводится в ролевую структуру ситуации, может быть одушевленным (например, мать заставила ребенка надеть шапку — в этом примере Каузатор имеет роль Агенса) и неодушевленным (например, бедность заставила старика продать овцу — в этом примере Каузатор имеет роль Причины).

Одушевленный Каузатор при этом может действовать как волитивно (т. е. осознанно), так и неволитивно. Так, башкирская форма ]'ага^зг-а, букв. 'заставляет любить', согласно комментариям носителя, может быть употреблена для описания 'такого [прекрасного человека], что его нельзя не полюбить'. Впрочем, не вполне очевидно, что по своей семантике такие употребления следует считать каузативными в строгом смысле слова, хотя морфологически эти формы и содержат показатель каузатива.

Принято также различать контактную и дистантную каузацию. Контактная каузация предполагает непосредственную связь между каузатором и каузируемой ситуацией, а дистантная — отсутствие таковой. Башкирские каузативные глаголы могут выражать оба типа каузации, как контактную (4), так и дистантную (5):

(4) Ш/а1 ёо$тап-э-п и-ег^ап.

Рифат враг-р.3-асс умиратъ-саш-рс.рзт

'Рифат убил своего врага'.

(5) Ш/а1 Ьа!а-пэ е-ап teslа-t-teг-дe.

Рифат ребенок-асс собака-абь кусать-саш-саш-р8т

'Рифат натравил собаку и та укусила ребенка'.

В башкирском языке, допускающем наличие в словоформе более одного показателя каузатива, «второй каузатив», как правило, выражает дистантную (опосредованную) каузативацию, что типологически ожидаемо.

3. Морфологические особенности образования каузативных дериватов

В башкирском языке каузативные дериваты могут быть образованы, по-видимому, от любого глагола4. Показатели каузатива являются суффиксами, при этом используется несколько разных суффиксов, часть из которых является продуктивными, а часть — непродуктивными.

К числу продуктивных относятся суффиксы -(a)t и -dar. Суффикс -(a)t используется в основном после дву- и многосложных основ на гласный, сонорные -r, -l, -j и некоторые сочетания согласных: joqla- 'спать' joqla-t- 'укладывать спать'; eser- 'поить' ^ eser-t- 'давать поить'; qaraj- 'чернеть' ^ qaraj-t- 'чернить, красить в черный цвет'. Суффикс -dar используется после основ остальных типов: jad- 'писать' ^ jad-dar- 'заставить писать'; tot-'держать' ^ tot-tor- 'заставлять держать'; ul- 'умирать' ^ ul-ter-'убивать'; qurqat- 'пугать' ^ qurqat-tar- 'заставлять пугать'.

К числу непродуктивных относятся суффиксы -qar, -(a)r, -qar, -(a)r, -qad, -yad, -(a)d, -had5: es- 'пить' ^ es-er- 'поить'; bat-'тонуть' ^ bat-ar- 'топить'; tor- 'стоять' ^ tor-yod- 'поднимать (кого)'; ut- 'пройти' ^ ut-kar- 'пропускать'.

В состав одной словоформы может входить более одного каузативного суффикса, при этом непродуктивные суффиксы всегда предшествуют продуктивным. Из описанных выше правил следует, что теоретически возможна следующая последовательность появления продуктивных суффиксов: -dar + -(a)t (+ -dar + -(a)t...), или -(a)t + -dar (+ -(a)t + -dar...) Морфонологических ограничений для образований подобных бесконечных цепочек нет. На практике существование форм с тремя и более каузативными суффиксами

4 Такая продуктивность служила некоторым авторам одним из оснований для отнесения каузатива к залогам. В традиционных грамматиках тюркских языков выделялся (и выделяется) так называемый «понудительный залог» [Ахмеров 1958; Усманова 2006]. В грамматике Н. К. Дмитриева [2008 (1948)] и в академической грамматике башкирского языка [Юлдашев (отв. ред.) 1981] каузатив также отнесен к «понудительному залогу», хотя при этом трактуется как словообразование.

5 Н. К. Дмитриев указывает на то, что исторически суффиксы qar-, -ar, -qar-, ar-, had-, -yad и их варианты восходят к одному исходному суффиксу q / y-V-r / d [Дмитриев 2008 (1948): 172].

пока не подтверждено. В моих материалах таких форм нет, при описании ситуаций со «множественной» каузацией информанты использовали специализированные глаголы qus- 'велеть' и т. п. В грамматиках приводятся примеры форм с тремя и более каузативными суффиксами в одной словоформе, но, как правило, изолированно, вне фразового или более широкого контекста, поэтому их значение остается не вполне ясным. Таковы, в частности, примеры, приведенные К. З. Ахмеровым: üt + kär + t + ter + t 'вели, заставь, заставь, чтобы провели'; tikser + t + ter + t + ter 'заставь, заставить проверять третье лицо' [Ахмеров 1958: 776]. То же самое можно сказать о форме jaâ-âsr-t-tsr 'заставить заставить заставить писать', приводимой Н. К. Дмитриевым [2008 (1948): 173]6. Употребление, значение и аргументная структура таких форм не ясна, и в дальнейшем изложении я буду ограничиваться рассмотрением форм с одним или двумя каузативными суффиксами.

Следует также отметить, что в составе небольшого количества башкирских глаголов исторически имелся каузативный суффикс, который на синхронном уровне выделять не следует, т. к. семантически они уже не интерпретируются как каузативные дериваты, например: jarat- 'любить' ß jara- 'быть годным, пригодным'; kiser- 'извинять; переносить тяготы' ß kis- 'переправляться через брод'.

4. Семантика каузативных глаголов

Каузативные суффиксы в башкирском языке могут присоединяться к глаголам, обозначающим состояния, процессы и действия. Приведу несколько примеров: 1) состояния: bel- 'знать' à bel-der- 'сообщать'; aqla- 'понимать' à aqla-t- 'объяснять'; kür-'видеть' à kür-hät- 'показывать'; 2) процессы: bat- 'погружаться' à bat-sr- 'погружать'; qaraj- 'чернеть, загрязняться' à qaraj-t- 'чернить, загрязнять'; tsnsslan- 'успокаиваться' à tsnsslan-dsr- 'успокаивать'; 3) действия: jörö- 'ходить' à jörö-t- 'водить'; ker- 'входить' à ker-t- 'вводить'; uqs- 'читать' à uqs-t- 'позволять (заставлять) читать, учить'.

6 Здесь же Н. К. Дмитриев, однако, замечает, что А. Г. Шанидзе категорически отрицает такое «свойство тюркских глаголов».

В некоторых случаях значение каузативных глаголов отли -чается от значения соответствующих некаузативных не только наличием Каузатора в структуре события. В таких парах происходит непредсказуемый семантический сдвиг (часто сопровождающийся сужением значения), что можно считать началом процесса лексикализации, ср.: ajэг- 'разделять' ^ ajэг-t- 'сепарировать молоко'.

Помимо собственно каузации действия, глаголы с каузативным суффиксом могут передавать и другие значения, в частности, значение пассивного (преднамеренного) неучастия (6) или допущения действия, направленного на себя самого (7).

(6) и1 дага-р Юг-а Шдта-^э. тот смотреть-су стоять-оту бить-саш-рзт 'Он стоял рядом и смотрел, как бьют другого'.

(7) Шаг ид-е-п Шдта-^эг-дэ. Ильдар сам-р.З-асс бить-саш-саш-рзт 'Ильдар дал побить себя'.

5. Аргументная структура каузативных конструкций

5.1. Основные сведения

Хотя основным отличительным признаком актантных дериваций является семантическое преобразование исходной структуры ситуации, в большинстве случаев оно сопровождается изменением коммуникативного ранга участников. При этом для повышающих актантных дериваций, в том числе каузатива, характерно приписывание наиболее высокого коммуникативного статуса новому участнику, ср. замечание В. А. Плунгяна:

Существенно, что добавленный участник ситуации всегда занимает привилегированную синтаксическую позицию: новый агенс при каузативном глаголе оказывается подлежащим (соответственно, прежнее подлежащее понижает свой синтаксический ранг) [Плунгян 2011: 200-201].

Б. Комри предложил схему изменения синтаксического кодирования аргументов, согласно которой Каузируемый занимает самую высокую из свободных позиций на следующей иерархии [Сотпе 1976]:

Подлежащее > Прямое дополнение > Непрямое дополнение > Косвенное дополнение

Эта схема неоднократно уточнялась и пересматривалась, см., например, [Kemmer, Verhagen 1994], где предлагается альтернативный анализ кодирования участников при каузативных глаголах.

При этом общим правилом синтаксических трансформаций является избегание референционного конфликта: каждый из участников ситуации должен кодироваться определенным образом.

В башкирском языке в общем случае изначально непереходные глаголы при каузативации становятся переходными, подлежащее непереходного глагола трансформируется в прямое дополнение переходного глагола, а Каузатор становится новым подлежащим:

(8a) Höt qajna-m. молоко кипеть-pst 'Молоко з акипело'.

(8б) Min Ьэ1 höt-tö qajna-t-ta-m.

я этот молоко-acc кипеть-caus-pst-lsg 'Я вскипятила это молоко'.

(9a) Jejän-e öj-ö-nä qajt-ts.

внук-р.3 дом-р.З-dat приходить-pst 'Внук пришел домой'.

(9б) Olataj-э jejän-e-n öj-ö-nä qajt-tsr-ös.

дед-р.З внук-р.З-acc дом-р.З-dat приходить-caus-pst 'Дедушка отправил внука домой'.

В результате трансформации подлежащее исходной клаузы (8a) и (9a) становится прямым дополнением в (8б) и (9б), соответственно, глагол с суффиксом каузатива, в отличие от исходного глагола, является переходным.

Конструкция с переходным глаголом трансформируется в конструкцию с косвенным дополнением: подлежащее исходного предложения с переходным глаголом (9б) оформляется показателем аблатива (9в) или датива.

(9в) Oläsäj-e olataj-öan jejän-e-n öj-ö-nä

бабка-р.З дед-abl внук-р.З-acc дом-р.З-dat

qajt-tsr-t-ts.

приходить-caus-caus -pst

'Бабушка велела дедушке отправить внука домой'.

В ходе данной трансформации участник 'дед', занимающий позицию подлежащего при переходном глаголе в (9б), становится в (9в) непрямым дополнением и оформляется аблативом (olataj-öan <дед-абь>), при этом кодирование остальных участников ситуации не меняется: jejän-e-n 'внука' <внук-р.3-асс> и öj-ö-nä 'домой'.

В разделах 5.2-5.5 рассматриваются некоторые сложные случаи, дополняющие описанные общие правила.

5.2. Дативное маркирование

Участник ситуации, являющийся Каузируемым, может оформляться дательным падежом, если действие происходит «в его пользу»:

(10a) Besäj höt es-ä.

кошка молоко пить-ipfv 'Кошка пьет молоко'.

(10б) Bala besäj-gä höt-tö es-er-ä.

ребенок кошка-dat молоко-асс пить-caus-ipfv 'Ребенок поит кошку молоком'.

В данном случае, как и в паре примеров (9б-в), прямое дополнение исходного предложения (10a) сохраняет свой синтаксический статус и в трансформированном предложении (10б), при этом получает ненулевое оформление (последнее, по-видимому, не является жестким правилом). Подлежащее из (10a) трансформируется в (10б) в непрямое дополнение, маркируемое дативом.

При повторной каузативной трансформации такого предложения дативное маркирование бенефицианта (объекта первой каузативной трансформации) сохраняется, а подлежащее (10б) становится косвенным дополнением в форме аблатива.

(10в) Äsä-he bala-hs-nan besäj-gä höt

мать-р.3 ребенок-р.З-abl кошка-dat молоко

es-er-t-te.

пить-caus-caus-pst

'Мать велела ребенку напоить кошку молоком'.

Дативное маркирование того участника, в пользу которого совершается действие, возможно не только в том случае, когда этот участник является объектом каузативации, что иллюстрируется примером (11), в котором при каузативации сохраняется дативное оформление косвенного дополнения исходной дитран-зитивной конструкции Dila bala-ya kitap uqa-t-ta 'Диля читала книгу ребенку':

(11) AlhawDila-nan bala-ya kitap Алсу Диля-abl ребенок-dat книга uqa-t-tar-da. читать-caus-caus-pst

'Алсу заставила Дилю читать книгу ребенку'.

Пример (11) демонстрирует употребление «двойного каузатива» на глаголе uqa- 'читать', хотя, казалось бы, можно было обойтись одним каузативным показателем uqa-t-ta 'заставила (попросила) почитать'. По-видимому, новый показатель каузатива появляется для указания на то, что чтение происходит в пользу третьего лица — ребенка.

Под «действием в пользу» не обязательно понимается именно положительное воздействие, дативное маркирование возможно и при негативном воздействии:

(12) Bala asa-he-na televizor ребенок мать-р.З-dat телевизор qara-t-ma-j.

смотреть-caus-neg-ipfv

'Ребенок не дает матери смотреть телевизор (действует намеренно: сам смотрит другую программу)'7.

7 При ненамеренном действии будет употреблен не каузативный глагол, а перифрастическая конструкция:

i. Bala asa-he-na televizor qara-r-ya irek

ребенок мать-Р.З-DAT телевизор смотреть-PQT-DAT свобода

Дативом также обычно маркируется Экспериенцер при каузативации глаголов восприятия и ментальной деятельности ('знать' ^ 'сообщать', 'видеть' ^ 'показывать', 'понимать' ^ 'объяснять' и т. п.).

(13) БИа Бе1оге^ап дajt-дas Ь^а-ке-па Диля Белорецк-абь приходить-су.аэт весь-р.3-бат jaдsэ jaцэlэд ЬеШег-де.

хороший новость знать-саш-р8т

'Диля приехала из Белорецка и сообщила всем хорошую

новость'.

(14) БИа Ьед^а ид-е-пец kejаw jeget-e-neц Диля мы-бат сам-р.3-обк жених парень-р.3-обк /оокэ-п киг-каЫе. фотография-р.3-асс видеть-саш-р8т

'Диля показала нам фотографию своего жениха'.

А. А. Бонч-Осмоловская, изучавшая сходные конструкции мишарского диалекта татарского языка, считает, что в этом языке «(...) дативное кодирование Экспериенцера выбирается в том случае, когда значение каузативного глагола может быть соотнесено с семантикой глагола 'давать'» [Бонч-Осмоловская 2007: 157]. В башкирском языке, однако, можно найти примеры как дативного, так и аблативного кодирования Экспериенцера в очень близких контекстах, ср. (15а) и (15б).

(15а) Uдэ-t-эw-sэ Ьа1а-1аг-уа тЫ2эка jэг

читать-саш-ымьг-ао ребенок-рь-бат музыка песня tэцla-t-tэ.

слушать-саш-рзт

'Учитель велел детям слушать музыку'.

(15б) Uдэ-t-эw-sэ Ьа1а-1аг-дап

читать-саш-ымьг-ао ребенок-рь-абь

Ыт-ша-}.

давать-ЫБО-1РРУ

'Ребенок не дает матери возможности (времени) смотреть телевизор'.

tэyla-t-tэ.

слушатъ-саш-рзт

'Учитель велел детям слушать'.

Возможно, на выбор падежного маркирования влияет эксплицитная выраженность или невыраженность прямого дополнения. Сравнивая примеры с различным маркированием, можно прийти к выводу, что при дативном маркировании фокус внимания направляется на Каузируемого, являющегося бенефициантом действия, ср. (10), (15а). По-видимому, с прагматической точки зрения, различие между (15а) и (15б) заключается в том, что в (15а) подчеркивается «польза», получаемая детьми. Похожий контраст обнаруживается также в следующих примерах:

(16а) ЕаЪа] и1-э-пап ха^э

старик сын-р.3-абь письмо-асс щэ-^эг-а.

читать-саш-саш-оту

'Старик просит сына прочитать письмо'.

(16б) ЕаЪа] и1-э-па ха^э

старик сын-р.3-бат письмо-асс щэ-^эг-а.

читать-саш-саш-оту

'Старик дает сыну прочитать письмо'.

(16в) ЕаЪа] и1-э-па хаЫэ

старик сын-р.3-бат письмо-асс щэ^-вг-уа Ыг-дв.

читать-саш-рот-бат давать-р8т

'Старик дал письмо сыну, чтобы тот его прочитал (ознакомился с ним)'.

В (16а) участник, выраженный подлежащим, сам заинтересован в каузируемом действии, а его непосредственный исполнитель — каузируемый Агенс — представлен как та «сила», «при помощи которой» первый участник осуществляет это действие. В данном контексте уместно процитировать А. А. Бонч-Осмоловскую:

(...) русская фраза Ренат велит Зухре закрывать дверь может быть продолжена: Но Зухра его не слушается. Но такое продолжение татарской каузативной конструкции будет семантически

противоречиво, так как подразумевается истинность действия, осуществляемого Зухрой. Более точным переводом предложения (...) было бы Ренат закрывает дверь посредством Зухры,, или С санкции Рената Зухра закрывает дверь (В. Д. Соловьев, личное сообщение) [Бонч-Осмоловская 2007: 147].

Подобным образом в (16a) описывается ситуация, когда старик узнает содержание письма посредством сына (например, он прибегает к этому способу, потому что сам забыл очки). Письмо, очевидно, читается вслух в присутствии старика. В (16б) сын заинтересован в том, чтобы ознакомиться с содержанием письма. Он может читать письмо про себя, в другом месте и в другое время относительно ситуации каузации. По смыслу (16б) близко к (16в), где используется аналитическая конструкция с грамматикализованным глаголом bir- 'давать'.

Дативное маркирование используется также для того, чтобы избежать референционного конфликта при появлении второго инициатора действия, см. следующую цепочку каузативных трансформаций:

(17a) Bala-lar jelak jsj-a.

ребенок-pl ягода собирать-ipfv 'Дети собирают ягоды'.

(17б) Ataj bala-lar-dan jelak jsj-dsr-a.

отец ребенок-pl-abl ягода собирать-caus-ipfv 'Дети собирают ягоды по просьбе (приказу) отца'.

(17в) Olataj-Иэ ata-hs-na bala-lar-dan jelak дед-p.S отец-p.S-dat ребенок-pl-abl ягода jsj-dsr-t-qan.

собирать-caus-caus-pc.pst

'Дети собрали ягоды по воле дедушки, который попросил отца'.

В (17в) появляется дополнительный Каузатор ('дедушка'), в результате чего синтаксический статус Каузатора из (17б) понижается и он получает дативное оформление.

5.3. Проблема двойного каузатива

Как и (11), предложение (16б) могло бы содержать глагол с одним каузативным показателем, а не двумя. Возможно, вероятность появления двух каузативных показателей повышается благо-

даря наличию участника-бенефицианта, маркированного дативом. Однако есть случаи, когда появление второго каузативного показателя, казалось бы, никак не мотивировано, ср. следующие синонимичные примеры:

(18a) Äsäj kürse-nän haraj-ös boö-öor-yan.

мать сосед-abl сарай-acc портить-caus-pc.pst

(18б) Äsäj kürse-nän haraj-ös boö-öor-t-qan.

мать сосед-abl сарай-acc портить-caus-caus-pc.pst 'Мать наняла соседа сломать сарай'.

В ряде случаев появление второго каузативного суффикса указывает на то, что, помимо выраженных участников, в ситуации присутствует также непосредственный исполнитель действия, не выраженный эксплицитно. Такова интерпретация примера (19б): в отличие от (19a), здесь предполагается наличие неких непосредственных исполнителей ситуации убийства:

(19a) Ul üö-e-n ül-ter-ä.

тот сам-р.З-acc умирать-caus-ipfv

'Он себя убивает' (например, потому, что курит).

(19б) Ul üö-e-n ül-ter-t-te.

тот сам-р.З-acc умирать-caus-caus-pst 'Он дал (позволил) убить себя' (например, не оказывал никакого сопротивления). — допущение действия

Аналогично при наличии промежуточного каузируемого события возможно использование двойного каузатива и в примере (20a), который тем самым конкурирует с (20б).

(20a) Direktor es-se-lär-gä aqsa

директор работа-ag-pl-dat деньги tülä-t-ter-öe.

платить-caus-caus-pst

'Директор заплатил (велел заплатить) рабочим'.

(20б) Direktor es-se-lär-gä aqsa

директор работа-ag-pl-dat деньги tülä-ne / tülä-t-te.

платить-pst платить-caus-pst 'Директор заплатил рабочим (лично / через кассира)'.

(20в) Rifat direktor-öan es-se-lär-gä aqsa

Рифат директор-abl работа-ag-pl-dat деньги tülä-t-ter-öe.

платить-caus-caus-pst

'Рифат заставил директора велеть заплатить рабочим'.

Возможно, некоторые случаи «немотивированного» двойного каузатива, как в примере (20a), возникают из-за неупоминания одного из участников ситуации (см. 5.5).

Вероятнее всего, формы с двумя каузативными суффиксами указывают на дистантную или «более дистантную» каузативную ситуацию, чем формы с одним каузативным суффиксом, ср. различия в значении двух параллельных форм: uqss-t-a 'тошнит' и uqss-t-tsr-a 'от одного вида тошнит': первый глагол может быть использован, например, в ситуации, когда какой-либо продукт спровоцировал тошноту у съевшего его, а второй глагол — в ситуации, когда сам вид продукта вызывает тошноту; таким образом, во втором случае связь между каузатором и каузи-руемой ситуацией не является столь же непосредственной, как в первом случае.

5.4. Послеложное маркирование

Участники, имеющие в изначальной конструкции семантические роли Инструмента, Эффектора, Стимула и близкие им и выраженные в исходных клаузах формами с аблативом, получают при каузативации послеложное маркирование, если на аблативную позицию по общему правилу претендует Каузируемый, ср. цепочку трансформаций:

(21а) Bäläkäj-öär bapaq-tan qurq-a.

маленький-pl домовой-abl бояться-ipfv 'Маленькие дети боятся домового'.

(21 б) Olo-lar bäläkäj-öär-öe bapaq-tan

старый-pl маленький-pl-acc домовой-abl qurq-3t-a.

бояться-caus-ipfv

'Взрослые пугают маленьких детей домовым'.

(21в) Rifat Alkзw-дan Ьа1ака]'-даг-де Ьарад Рифат Алсу-абь маленький-рь-асс домовой шепап дыгд-э^эг-а. с бояться-саш-саш-1реу

'Рифат заставляет Алсу пугать маленьких детей домовым'.

В исходной клаузе Ьарад 'домовой' маркировался аблативом. Это кодирование сохраняется при образовании первого каузатива (21б). Остальные два участника при этом занимают соответственно позиции подлежащего и прямого дополнения. Однако при каузативной трансформации переходной конструкции в норме аблативом кодируется Каузируемый, см. обсуждение выше и примеры (9в), (10в) и др. Таким образом, при каузативации переходной конструкции в (21 б) оказывается сразу два участника, которые могли бы претендовать на аблативное кодирование. Чтобы избежать референционного конфликта, исходное косвенное дополнение оформляется комитативным послелогом тепап 'с' (21в).

В сходных случаях могут использоваться и другие послелоги, например, послелогjaгdamenda 'с помощью':

(22) Rifat кШег-дап тэЬэд ]атдаш-э-пйа Рифат киллер-абь ружье помощь-р.3-ьос dosman-э-n иЫег-^е.

враг-р. 3 -асс умирать-саш-саш-1реу

'Рифат каузировал (заставил, вынудил) киллера убить своего

врага из ружья (с помощью ружья)'.

5.5. Маркирование при опущении одного из участников ситуации

Башкирский язык не требует обязательного заполнения всех синтаксических слотов, и в каузативных конструкциях элементы предложения, соответствующие некоторым участникам, могут быть опущены. Рассмотрим несколько возможных ситуаций.

А. Если один из основных участников ситуации эксплицитно не выражен, то в самом простом случае аргументная структура не меняется, ср. (23), где опущен пациентивный участник:

(23) Asа-ke jэlуa-la кэw т^ег-де. мать-р.3 река-ьос вода входить-саш-р8т 'Мать искупала (кого-то) в реке'.

В (24), где опущен агентивный участник, неопределенно-личная интерпретация возникает благодаря показателю множественного числа на глаголе, при этом позиция подлежащего формально остается незаполненной:

(24) Direktor-дэ kün-der-öe-lär. директор-acc соглашаться-c aus -ps t-pl 'Директора уговорили (или заставили) согласиться'.

Особый случай представляют предложения с Каузатором — абстрактной силой или природным явлением. В отличие от примеров типа (24), в подобных предложениях числовой показатель на глаголе отсутствует, что в сочетании с отсутствием выраженного подлежащего и создает «безличную» интерпретацию. Иллюстрацией может служить пример (25), где tötön 'дым' не является подлежащим, на что указывает его падежное маркирование; кроме того, в этом предложении не выражен Каузируемый, за счет чего создается генерическое высказывание со «всеобщим референтом».

(25) Tötön-gä jütker-t-ä. дым-dat кашлять-caus-ipfv 'От дыма кашляют'.

В (26a) и (27) опущен Каузируемый при каузативе от переходного глагола; при эксплицитном выражении такой Каузиру-емый обычно маркируется аблативом, как в (26б).

(26a) Bala qul-э-п jaw-öar-t-te.

ребенок рука-р.З-acc мыть-caus-caus-pst 'Ребенок заставил помыть ему руки'.

(26б) Bala äsä-he-nän qul-э-п

ребенок мать-p^-abl рука-p^-acc

jэw-дэr-t-te.

мыть-caus -c aus -ps t

'Ребенок заставил мать помыть ему руки'.

(27) Babaj ul-э-ш xat^э

старик ^rn-p^-dat письмо-acc jaö^r-t-a.

писать-caus-caus-ipfv

'Старик делает так, чтобы кто-то написал его сыну'.

В следующем примере не назван Адресат, обычно маркируемый дативом, ср. с (11):

(28а) Alkэw ЬаШ-пап Шар ыдэ-^эг-дэ.

Алсу ребенок-абь книга читать-саш-саш-р8т 'Алсу заставила ребенка читать книгу (кому-то)'.

Ситуация, когда предполагается, что ребенок будет читать сам, передается иначе:

(28б) Alкэw ЬаШ-уа Шар щэ-Ыэ.

Алсу ребенок-бат книга читать-саш-р8т 'Алсу заставила ребенка читать книгу'.

Б. Наряду с рассмотренными более простыми случаями, фиксируются и ситуации, когда при опущении прямого дополнения переходного глагола исходного предложения аргументная струк -тура предложения с каузативным глаголом меняется.

Так, в (29а) прямое дополнение с ролью Пациенса представлено формой кдt 'молоко' без падежных показателей и Каузиру-емый маркируется дативом; в (29б) Пациенс опущен, и именная группа 'ребенок' маркируется аккузативом:

(29а) Asаj ЬаШ-уа кдt es-eг-а.

мать ребенок-бат молоко пить-саш-оту 'Мать поит ребенка молоком'.

(29б) Asа ЬаШ-кэ-п а8а^-а

мать ребенок-р.3-асс есть-саш-оту кат es-eг-а. и пить-саш-оту 'Мать кормит и поит ребенка'.

Подведем итоги обсуждению основных преобразований аргументной структуры, происходящих при каузативации. В обобщенном виде типы таких изменений представлены в Таблицах 2-4 на следующих двух страницах:

Таблица 2. Изменения аргументной структуры при каузативации исходного непереходного глагола

Исходная структура Каузативная трансформация

Роль Кодирование Роль Кодирование

Участник 1 Агенс, Экспериен-цер и т. п. ком Каузируемый АСС

Участник 2 — — Каузатор ком

Таблица 3. Изменения аргументной структуры при каузативации исходного переходного глагола

Исходная структура Каузативная трансформация

Роль Кодирование Роль Кодирование

Агенс, Пациенс- АБЬ

Участник Экспериен- ком каузируемый

1 цер и т. п. Бенефициант БАТ

Участник 2 Пациенс АСС / 0 Пациенс АСС / 0

Стимул, АБЬ Стимул, АБЬ

Инструмент Инструмент

Участник 3 — — Агенс/ Причина- ком

каузатор

Таблицы 2-4 демонстрируют тот факт, что при каузативной трансформации теоретически возможны случаи референционных конфликтов, когда участники ситуации, имеющие различные семантические роли, кодируются одинаково (Каузируемый и Инструмент; Каузируемый и Бенефициант при двойной трансформации). Однако нам не встретилось ни одного примера, где такой рефе-ренционный конфликт действительно имел бы место. Следовательно, говорящие строят фразы таким образом, чтобы избежать такого рода конфликтов, в частности, избегают упоминания в рамках одного предложения двух участников ситуации, которые бы кодировались одинаковым образом.

Таблица 4. Изменения аргументной структуры при «двойной каузативации» исходного переходного глагола

Исходная структура Роль Кодирование Каузативная трансформация I Роль К0дир0-вание Каузативная трансформация II Роль Кодирование

Участник 1 Агенс, Экспери-енцер и т. п. NOM Пациенс-каузиру- ABL емый Бенефи- DAT циант Агенс- ABL исполнитель Бенефициант DAT

Участник 2 Пациенс Стимул, Инструмент ACC / 0 ABL „ ACC / Пациенс о Стимул, TT ABL Инструмент „ ACC / Пациенс о после- Стимул, ложное Инструмент маркирование

Участник 3 Агенс/ Причина - nom каузатор 1 Пациенс- „ abl/dat каузируемый

Участник 4 Агенс/ Причина - nom каузатор 2

6. Заключение

Подведем основные итоги. В башкирском, как и в других тюркских языках, морфологический каузатив является продуктивной глагольной деривацией. Глаголы допускают наличие двух каузативных суффиксов в одной словоформе, возможность сосуществования трех каузативных показателей в словоформе не доказана. В ряде случаев появление второго каузативного суф -фикса указывает на более дистантную каузацию.

Основной принцип маркирования участников ситуации при каузативации заключается в том, чтобы избежать референцион-ного конфликта. При каузативации изначально непереходных глаголов они становятся переходными, подлежащее трансформируется в прямое дополнение, а новым подлежащим становится Каузатор. При каузативации изначально переходных глаголов подлежащее исходного предложения оформляется показателем

аблатива или датива. Дативное маркирование наблюдается в первую очередь в случае, если объект каузативации оказывается бенефициантом ситуации; оно также позволяет направить фокус внимания на этого агентивного каузируемого участника. Дативом маркируется экспериенцер при каузативации глаголов восприятия и ментальной деятельности. Наконец, дативное маркирование используется для того, чтобы избежать референционного конфликта при появлении второго инициатора действия. Интересна корреляция между дативным маркированием участника и наличием нескольких показателей каузатива в глагольной форме: как показывают материалы, присутствие участника-бенефицианта, маркированного дативом, повышает вероятность появления двух каузативных показателей. Участники, выраженные в исходных клаузах формами с аблативом и имеющие в них семантические роли Инструмента, Эффектора, Стимула и т. п., в этом случае получают при каузативации послеложное маркирование. Определенные изменения аргументной структуры предложения происходят и при опущении одного из участников ситуации — участника, выраженного прямым дополнением переходного глагола исходного предложения.

Литература

Абдуллина 2008 — Г. Р. Абдуллина. О залоговых формах глаголов башкирского языка // Вестник Челябинского государственного университета 30, 2008. С. 5-12. Ахмеров 1958 — К. З. Ахмеров. Краткий очерк грамматики башкирского языка // К. З. Ахмеров, Т. Г. Баишев, А. М. Бикмурзин, У. М. Каюмова, Б. С. Саяргалеев, Р. Н. Терегулова (сост.). Башкирско-русский словарь. М.: Гос. изд-во иностранных и национальных словарей, 1958. С. 745-802.

Бонч-Осмоловская 2007 — А. А. Бонч-Осмоловская. Семантика актант-ных дериваций // Е. А. Лютикова, К. И. Казенин, В. Д. Соловьев, С. Г. Татевосов (ред.). Мишарский диалект татарского языка: Очерки по синтаксису и семантике. Казань: Магариф, 2007. С. 143-191. Дмитриев 2008 (1948) — Н. К. Дмитриев. Грамматика башкирского языка.

М.: Наука, 2008. (Первое издание — М. — Л.: Изд-во АН СССР, 1948.) Недялков 1969 — В. П. Недялков. Некоторые вероятностные универсалии в глагольном словообразовании // И. Ф. Вардуль (ред.). Языковые

универсалии и лингвистическая типология. М.: Наука, 1969. С. 106-114.

Недялков, Сильницкий 1969 — В. П. Недялков, Г. Г. Сильницкий. Типология морфологического и лексического каузативов // А. А. Холодович (отв. ред.). Типология каузативных конструкций. Морфологический каузатив. Л.: Наука, 1969. С. 20-50.

Плунгян 2003 — В. А. Плунгян. Общая морфология: Введение в проблематику. М.: УРСС Эдиториал, 2003.

Плунгян 2011 — В. А. Плунгян. Введение в грамматическую семантику. Грамматические значения и грамматические системы языков мира. М.: РГГУ, 2011.

Саляхова 2016 — З. И. Саляхова. Каузативные синтаксические конструкции в башкирском языке // Доклады Башкирского университета 1, 1, 2016. С. 90-95.

Усманова 2006 — М. Г. Усманова. Грамматика башкирского языка для изучающих язык как государственный. Уфа: Китап, 2006.

Юлдашев (отв. ред.) 1981 — А. А. Юлдашев (отв. ред.). Грамматика современного башкирского литературного языка. М.: Наука, 1981.

Comrie 1976 — B. Comrie. The syntax of causative constructions Cross-language similarities and divergences // M. Shibatani (ed.). Syntax and Semantics. Vol. 6. The Grammar of Causative Constructions. New York: New York Academic Press, 1976. P. 261-312.

Kemmer, Verhagen 1994 — S. Kemmer, A. Verhagen. The grammar of causatives and the conceptual structure of events // Cognitive Linguistics 5(2), 1994. P. 115-156.