Якутский фольклор в записях И. С. Берестова

УДК 398.8

А. Д. Татаринова ЯКУТСКИЙ ФОЛЬКЛОР В ЗАПИСЯХ И. С. БЕРЕСТОВА

И где бы мы ни плавали, в необъятном море звуков, жанров, сюжетов, если мы сохраним чувство ответственности за будущее якутской музыки, то, как к причалу, мы вновь вернемся к этим источникам народной мудрости Н. С. Берестов [2, с. 26]

иколай Савельевич Берестов относится к представителям плеяды композиторов, которые помимо сочинительства были еще собирателями фольклора, как М. Н. Жирков, Г. А. Григорян, Г. Н. Комраков и др.

Интерес к якутскому фольклору Н. С. Берестов проявил сразу же, как переехал в Якутию в 1964 г. после окончания Уральской государственной консерватории. Уже спустя месяц после переезда, Николай Савельевич отправляется в фольклорную экспедицию по разным улусам ЯАССР для того, чтобы, как пишет Н. И. Головнева, «услышать» Якутию [2, с. 25]. В первой экспедиции он посетил Верхневилюйский, Чу-рапчинский и Алданский районы. И так на протяжении всей жизни Николай Савельевич неустанно собирал образцы фольклора. К каждому записанному произведению он относился с детским восторгом, при этом сразу обращая внимание на идейное и художественное богатство, которое может быть раскрыто композиторскими приемами письма.

Прямые цитаты, ритмоинтонацион-ные особенности, а также особая фактура и тембровая палитра якутского фольклора представлены во многих произведениях композитора. В настоящее время на разных музыкальных площадках Якутска исполняются балет *Атыыр мунха*, приветственная увертюра, концертная импровизация для хомуса и симфонического оркестра, камерные вокальные и инструментальные сочинения [3].

© А. Д. Татаринова, 2016

В 1973 г. композитор создал музей фольклора народов Якутии при Якутском музыкальном колледже. Н. С. Берестов изучал технику игры на хомусе. Итогом работы стали учебно-методичес-кое пособие «Школа игры на хомусе (Дыхание)» (1996) и хрестоматия игры на хомусе (1999). Н. С. Берестов является первым композитором, который трактовал якутский варган в рамках классических жанров и форм. Для этого инструмента он написал пьесы (40 пьес для хомуса и фортепиано, 10 пьес для пения и игры на хомусе), этюды (8 опусов), а также концертную импровизацию с симфоническим оркестром.

Помимо собирательской и композиторской деятельности Н. С. Берестов был активным общественным деятелем. В 1985 г. под его руководством прошел фестиваль «Славься, земля Олонхо», в котором наряду с профессиональными музыкантами участие приняли носители фольклора и фольклорные коллективы народов Севера такие, как эвенский ансамбль «Маранга», эвенкийский «Лон-дол», русский «Вечерка» и якутский ансамбль «Тойук». В развитие идеи интеграции профессиональной музыки с народным творчеством на следующий год он организовал фестиваль «Народные традиции и современная якутская музыка», где были представлены игра на якутской скрипке кырыымпе М. Неустроева (мастера по изготовлению якутских инструментов), выступления ансамбля хому-систов Якутского государственного университета, а также Марийского вокально-инструментального ансамбля.

н

Н. С. Берестов оставил много нотных материалов по фольклору коренных народов Якутии. В его архиве хранятся три тетради с образцами фольклора, оформленные как сборник народного творчества. В записях Н. С. Берестова присутствуют якутские народные песни, возвышенные песнопения тойук, напевы кругового танца оку охай, авторские песни якутских мелодистов, а также образцы фольклора ненцев, коми и коряков. В тетради вошли материалы разных лет, собранные с 1968 по 1975 г. на разнообразных концертах и праздниках: например, концерт мелодистов в Верхневилюйске (1968), концерт народов Севера в Якутске (1968), концерт агитбригады Вилюйского педагогического училища (1970), Юбилейный ысы-ах в г. Нюрба (1972). Некоторые образцы записаны стационарно, например, образцы от А. А. Аммосова были зафиксированы на сергеляхской даче Саввина1 в Якутске (1968).

Нотные расшифровки имеют сквозную нумерацию в объеме 67 ед. Образцы расположены не по хронологии записи. Похоже, что собиратель хотел выстроить материалы по локальным традициям: верхневилюйская (образцы 1-13, 18-22), нюрбинская (14-17) амгинская (образцы 31-34). Некоторые материалы объединены временем и местом записи: на празднике народов Севера 28.06.1968 записаны образцы от ненцев, коми и коряков (образцы 26-30). В блоках якутского фольклора сборника наблюдается логика расположения образцов по жанрам. Первые пять номеров являются авторскими песнями якутских мелодистов, с шестого номера начинается коллекция народного творчества: образцы песенной культуры якутов на лирические темы (6-25), далее идет блок с преобладанием круговых танцев (31-67).

Н. С. Берестов в большинстве случаев полностью образцы не расшифровывает, но фиксирует музыкальную форму, указывает на изменения мелодических и ритмических структур, определяет мобильные и стабильные элементы в построении напевов (особенно при расшиф-

ровке круговых танцев). Заметим, что вербальный текст представлен не во всех образцах, он есть только в авторских песнях и в образцах 6, 9, 10, 13, 15, 19, 27.

Рассмотрим, как собиратель отражает музыкальную форму, изменения ритмических и ладовых структур на примере песни № 40 «Кэ?}э» («Кукушка»). Несмотря на отсутствие вербального текста, легко определить, что произведение строится на основе двухстрочника, где строки опираются на восьмисложник с восьмивременной музыкальной структурой. Строки друг от друга отличаются на уровне лада: первая строка опирается на минорный трихорд /-^-а (1-4-й такты), вторая строка - на тетрахорд f-g-ав-к (5-8-й такты). Вторая строфа повторяет ладовую структуру первой, но отличается на уровне ритма первой строки: здесь встречается синкопированный ритм (10-й такт), а также дробление доли в 11-м такте. Возможно, появление синкопы связано с вербальным текстом: первая половина строки увеличилась на два слога (вместо 8-слоговой строки - 10-сло-говая), и привело к изменениям в ритме при сохранении восьмивременной структуры (пример 1).

Вариантные изменения напевов Н. С. Берестов показывает с помощью дополнительных строк, прописывая на них к каждому изменяющемуся такту его вариант, см., например, песню № 13 «Табыллыбатах таптал» («Неудачная любовь»), записанную от Николая Петровича Дорофеева (пример 2). В песне №14 «Макан баттах оТ)оннъор» («Седовласый старик»), записанной от Екатерины Федотовны Степановой, вариантными изменениями представлены начальное и конечное построения (пример 3). Заметим, что данная песня и по сей день бытует в репертуаре певцов дэгэрэн ырыа под названием «Оруунэ» («Елена»), в которых наблюдаются оба варианта начального построения. Конечный звук у современных певцов представлен начальным тоном звукоряда.

Подобные формы фиксации вариантных фрагментов имеются в слуховых нотных расшифровках песен И. Фомина,

Пример 1

Ье К-»5"*

I

Р

Пример 2

Л ТдСЫЛЛ ЫБйТйУ__Т&птяг\

~ - -1:""- / - У-а - - ^

За шел ^а.

___

Ь Т 5) Р |т=УГЗ а 5

Ч- ----

с*-  Зйр

Г» Р

£

Пример 3

выполненных в свое время В. Ф. Одоевским. Заметим, что в некоторых случаях зафиксированные В. Ф. Одоевским варианты впоследствии оказались востребованы Е. В. Гиппиусом при подготовке аналитических редакций песен И. Фомина: ср., к примеру №2 и 4 [5, с. 36, 39] с № 60 и 63 [6, с. 70-71,74].

Представляет интерес запись образцов кругового танца окуохай. В некоторых случаях Николай Савельевич фиксирует довольно протяженный отрывок танца, как в образце № 20, записанном от запевалы Василия Хамарова из Верхневилюй-ского улуса (пример 4). Танец состоит из 24 строк, где каждая строка является звеном в цепи вариантных изменений напева. По расшифровке видно, что варьирование приводит к изменению звукоряда и лада: /-£-а-»<£-/-£-а-»д-А-счЙ8— к-с. Первые три построения являются как бы начальными, устанавливают основной лад /—а-А-с, который будет звучать практически на протяжении всей второй половины образца. Подобные развернутые записи якутского кругового

танца окуохай встречаются также в вотировках С. А. Кондратьева.

В образце № 31 Юкуохайзаписанном от Ильи Неустроева из села Амга, представлены четыре напева: первый из них - это медленное вступление к танцу (стиль пения дьиэрэтии ырыа), второй напев - танец в умеренном темпе хаа-мыы уггкуу* третий - ускорение танца и четвертый - кульминация танца в быстром темпе. Первый, третий и четвертый напевы представлены с вариантами (пример 5). Подобного рода записи кругового танца, с выделением составляющих его разделов, встречаются в котировках М. Н. Жиркова [4, с. 45].

Разные по объему и способам фиксации мелодий круговых танцев нотировки представляют различные ладовые системы. Образец № 20 опирается на раскрывающийся лад, в котором опорным тоном выступает звук ля; образец № 31 - на более замкнутые стабильные ладовые структуры, на это указывает отсутствие изменения звукоряда в приведенных на дополнительных строках вариантных

^ _M ngoxau

/Л i Пример 4

U h

3 one 6 a J.

f..

.--

A.

ice.

/П & J П - - Д ,<! fj] f\ 1

№ ^—- ' ^ "-¿y rj r__T ? У

ä

Ш

î I

i ,

-n—t-

ÍÉ

i> ' * u

V ^Г ' ^

Ш

6.

; 11 1 '

j

+—r

u

s

9.

=P5

-i—i—

^ /j .n. i jl iTl i j j-i JT i i j-n J1

g

/j.

f i.f

ÉÉ

Л1 i i

ÜÜ

i1 Л 1 Л В

á

г»-»

Г > -Г

' u> 1

£

/f.

3=

и

АО

т т

Пример 4

Л/.

ГТЖ\\

ш

и

АЛ

гтд

43.

Г*? Ш 1 ЛЧЕЗ

г*.

3

Пример 5

м.

да

г«»

I

1-4 Ш

Е

- V

35

п ~ * *

,гт я

——

Е

,-^г П ) =4

í

1

I I -

¡"1 ^ - -рг

Пример 5

-th —kr -• И—TT—1-1-Г" \ —П-РН-г -~ii-

--- • V Г .' J--\- 1 i —1-ft- га | -- —а-

i t i i —----1_i_ —ft—О Н-i-

Л. jjt./f* ,

фрагментах напевов. Кроме того, в этих образцах по-разному отражены особенности формы окуохай. Первый образец представляет собой танец, строящийся на основе хааммыы ун*куу, исполняемого в умеренном темпе. Второй образец фиксирует танец, состоящий из медленного вступления саТ)алааЪ,ын, умеренного раздела хааммыы у^куу и кульминации квтуу в быстром темпе.

Разнообразные приемы фиксации фольклора в собрании Н. С. Берестова, с одной стороны, указывают на поиски композитором более точных приемов слуховой записи якутского народного творчества. С другой стороны, они отражают особенности ладовых и ритмических структур народных песен, раскрывают логику вариантного обновления напевов, а также основные черты музыкальной формы. Н. С. Берестов с особым вниманием относится к оформлению вотированных фрагментов, их расположению на нотных строках. Несмотря на отсутствие

1 Инициалы не указаны.

1. Алексеев Э. Е. Фольклористическая запись: теория и практика (электронная версия книги «Нотная запись народной музыки: теория и практика». - М., 1990). - URL: http:// eduard.alekseyev.org/fn/part2.html (дата обращения: 30.10.2016).

вербального текста (подтекстовок мелодий), практически все образцы отражают его структуру и логику построения. В своей книге «Нотная запись народной музыки» Э. Е. Алексеев такой метод записи называет синтаксической разметкой нотного текста, в котором «воочию предстают и внешние контуры, и внутренняя структура песенной строфы» [1, с. 85].

Некоторые образцы, присутствующие в сборнике собирателя, и по сей день бытуют в народе, но в них часто ощутимо влияние профессиональной и массовой музыкальной культуры; особенно это касается ладовой организации с опорой на мажорно-минорную систему и формообразующие принципы с более законченными, замкнутыми структурами. Поэтому материалы Н. С. Берестова имеют особую ценность, так как в них отражаются черты раннего, более подлинного традиционного музыкального языка, еще не подвергнутого изменениям под влиянием современной культуры.

2. Головнева Н. И. Композитор Николай Берестов и якутская музыкальная культура: исто-рико-биографический очерк. - Новосибирск, 1992. - 130 с.

3. Кириллина 3. И. Композитор Николай Берестов. - Якутск: Сахаполиграфиздат, 2002. - 40 с.

Примечание

Литература

4. Кондратьев С. А. Якутская народная песня. -М.: Сов. композитор, 1963. - 180 с.

5. Одоевский В. Ф. Песни и напевы И. Фомина / Расшифровка, публикация и примечания Б. Б. Грановского // Русская народная песня: Неизвестные страницы музыкальной истории. - СПб., 1995. - С. 35-65.

6. Песни И. Фомина в аналитических и эквирит-мических редакциях с примечаниями Е. В. Гиппиуса // Русская народная песня: Неизвестные страницы музыкальной истории. Приложение 2. - СПб., 1995. - С. 69-86.

References

1.Alekseyev E. E. Fol'kloristicheskaya zapis': teoriya i praktika (jelektronnaya versiya knigi «Not nay a zapis' narodnoj muzyki: teoriya i praktika» [Folklore Entry: Theory and Practice (electronic version of the book «Notation folk music: Theory and Practice»]. Moscow, 1990. Avilable at: http://eduard.alekseyev.org/fn/ part2.html (Accessed 30 october 2016).

2.Golovneva N. I. Kompozitor Nikolaj Berestov i yakutskaya muzykal'naya kul'tura: istoriko-biograficheskij ocherk [Composer Nikolai Berestov and Yakut musical culture: historical and biographical sketch]. Novosibirsk, 1992. 130 p.

3.Kirillina Z. I. Kompozitor Nikolaj Berestov [Composer Nikolai Berestov]. Yakutsk, 2002. 40 p.

4. Kondrat'ev S. A. Yakutskaya narodnaya pesnya [Yakut folk song], Moscow, 1963. 180 p.

5.0doevskij V. F. Pesni i napevy I. Fomina. Rasshifrovka, publikatsiya i primechaniya V.V. Granovskogo [Songs and tunes of I. Fomin. Decoding, publication and notes of V. Granovsky], Russkaya narodnaya pesnya: neizvestnye stranitsy muzykal'noj istorii [Russian folk song: Unknown pages of Russian history]. Saint Petersburg, 1995, pp. 35-65.

6. Pesni I. Fomina v analiticheskikh i jekviritmicheskikh redaktsiyakh s primechaniyami E. V. Gippiusa [Songs of Fomin in analytical and ekviritmicheskih editions with notes E. Gippius]. Russkaya narodnaya pesnya: neizvestnye stranitsy muzykal'noj istorii [Russian folk song: Unknown pages of Russian history]. Saint Petersburg, 1995, pp. 69-86.

Якутский фольклор в записях Н. С. Берестова

В статье анализируется сборник, составленный композитором и собирателем якутского фольклора Н. С. Берестовым, хранящийся в рукописном архиве композитора. Рассматриваются некоторые образцы для определения методологических принципов фиксации фольклора собирателем.

Ключевые слова: якутский фольклор, Н. С. Берестов, собирание фольклора, сборник образцов народного творчества, методы фиксации фольклора.

The Yakut folklore in the N. S. Berestov notes

The article analyzes the collection compiled by a composer and collector of the Yakut folklore N. S. Berestov. This collection stored in the manuscript archives of the composer. We consider some samples to determine the folklore collector's methodological principles of fixing.

Keywords: Yakut folklore, N. S. Berestov, fixing of folklore, collection of folklore, methods of fixing of folklore.

Татаринова Александра Дмитриевна, магистр музыкального искусства, старший преподаватель кафедры теории и истории музыки Высшей школы музыки Республики Саха (Якутия) (институт) имени В. А. Босикова E-mail: sasha.sakha@mail.ru

Tatarinova Alexandra Dmitrievna, Undergraduate, senior lecturer at Higher School of Music of the Sakha Republic (Yakutia) (institute) named after V.A. Bosikova E-mail: sasha.sakha@mail.ru

Получено 01.11.2016