Из истории развития туризма в СССР в 1930‑е годы

РЕТРОСПЕКТИВА

УДК 93/94

из истории РАЗВИТИЯ ТУРИЗМА В СССР в 1930-Е ГОДЫ

Юрчикова Е. В.,

кандидат исторических наук, доцент, заведующая кафедрой, и. e.v.@bk.ru,

ФГОУВПО «Российский государственный университет туризма и сервиса», г. Москва

Political and economic reforms in the 1920s and 1930s had critical impact on tourist businesses. The major goal of the reforms was the active support for the socialist transformations based on community service with a strong political and educational component.

Key words: socialist planning, tourism industry, advocacy, cultural and educational activities.

Политические и экономические реформы 1920-1930-х годов оказали кардинальное влияние на деятельность существующих туристских организаций, основной целью которых стало активное содействие социалистическому строительству посредством политико-воспитательной работы среди местного населения.

Ключевые слова: социалистическое строительство, организованный туризм, агитационно-пропагандистская работа, культурно-просветительская деятельность.

К концу 1920-х годов в СССР сложились типичные советские общественные организации, выступавшие формой социальной мобильности населения для выполнения прежде всего политико-идеологических задач. Подвергнутые реструктуризации туристские организации рассматривали туризм в качестве «нового приводного ремня между партией и государством, с одной стороны, и широкими массами — с другой» [1]. Поэтому главная задача Общества Пролетарских Туристов и Экскурсоводов (ОПТЭ), пришедшего на смену Обществу Пролетарского Туризма, заключалась в нахождении собственной ниши в деле помощи социалистическому строительству. Под активным содействием социалистическому строительству понималась, прежде всего, «политическая работа над самими экскурсантами», их соответствующая идеологическая обработка, а также та политико-воспитательная работа, которую могли выполнять туристические группы. Члены ОПТЭ, отправляющиеся в самодеятельные путешествия, имели определенные права и обязанности. Самостоятельно разработав маршрут поездки, они должны были утвердить его в местном совете ОПТЭ, а также получить задание по общественно-полезной работе, которую следовало проводить в пути. Например, при посещении отдаленных поселений туристы должны были

организовывать агитационно-пропагандистские вечера (так называемые «вечера смычки») для жителей, разъясняя им текущие задачи социалистического строительства.

В Положении о ячейках ОПТЭ, утвержденном Оргбюро ОПТЭ 19 сентября 1930 года, в качестве основной цели его работы, наряду с пропагандой идей организованного туризма, выдвигалась «политическая активизация туризма и экскурсий, подчинение их основным и текущим политическим и хозяйственным задачам партии, участие в проведении политических и хозяйственных кампаний». Другими словами, речь шла о насыщении туристических маршрутов общественнополитическими заданиями, а также о пропаганде и организации агропроизводственных экскурсий «в целях повышения квалификации, обмена опытом, проверки соцсоревнования, содействия коллективизации деревни, военизации страны, исследования производственных сил и сырьевых баз, коллективизации быта». Подразумевалось использование туризма и в целях «оживления политической ликвидации неграмотности», и в интернациональном воспитании. На острие туристической работы находилась «борьба с мелкобуржуазными влияниями и искривлениями в туризме, борьба против аполитичности» [2]. Поэтому один из членов бюро ячейки выполнял обя-

13

РЕТРОСПЕКТИВА

занности агитпропа, а денежные средства ячеек расходовались в первую очередь на агитационнопропагандистскую и общественную работу туристов в пути и только в последнюю очередь — на оказание помощи по организации туристских групп [3].

Впрочем, выполнение самодеятельными туристами заданий по общественно-политической работе в пути позволяло им рассчитывать на содействие со стороны ОПТЭ в совершении путешествия. Прежде всего они могли получить маршрутный лист, дающий право на обслуживание во всех пунктах приема туристов, принадлежащих ОПТЭ. Из прокатного фонда ОПТЭ им выдавалось необходимое туристское снаряжение, а также льготные талоны на удешевленный проезд железнодорожным транспортом и заборные продуктовые книжки.

В обращении ЦС ОПТЭ к пролетарским туристам «Пролетарский туризм служит делу рабочего класса» ставилась задача сделать пропаганду решений XVI съезда ВКП (б) «главной частью своих путешествий и экскурсий» и «поставить туризм на службу партии, на службу пятилетке, на службу строительства социализма в нашей стране» [4]. Усиление идеологической составляющей в работе туристического ведомства было вызвано установками XVI съезда партии в июне 1930 года о необходимости усиления идеологической и культурно-просветительной работы. Съезд предложил пронизать «всю культурнопросветительную работу союзов коммунистическим содержанием, борясь против малейших попыток оторвать ее от задач социалистического строительства, и решительно преодолевая в ней элементы аполитичности и узкого культурничества» [5]. С другой стороны, ликвидация в 1930 году Главполитпросвета и его органов на местах создавала некую идеологическую лакуну, требующую своего заполнения.

Перед пролетарским туризмом была поставлена первоочередная задача вовлечения в движение широких масс трудящихся с целью ознакомления их со своей страной и ее богатствами. На первый план вышли такие, например, лозунги: «Хочешь знать свой край — будь туристом» или «Туризм и экскурсии вырабатывают активного, сознательного участника социалистического строительства» [6]. Однако на самом деле информационная составляющая была лишь основой агитационно-пропагандистской работы, возложенной руководством коммунистической партии на «пролетарских туристов». К примеру,

один из множества туристических лозунгов призывал всех туристов в ряды политшкол и кружков текущей политики [7]. В свою очередь, туристы призваны были стать проводниками линии партии в городе и на селе.

Политико-идеологическое обеспечение «большого скачка» определяло значительную долю в содержании путешествий показа участникам турпоходов достижений народного хозяйства, и прежде всего строек пятилетки: Волховстроя и Днепростроя, Магнитки и Кузнецка, Ростсельмаша и Харьковского тракторного завода. Нередко аргументом в пользу включения того или иного населенного пункта в маршрут, было наличие индустриальных объектов. Например, обоснованием необходимости включения Луганска в маршрут по Донбассу служило то, что среди объектов показа в городе было 8 промышленных объектов, 5 музеев, 6 учебных заведений, Дом науки и техники, совхоз «Металлист», здание окружной больницы и клуб металлистов [8]. Кроме того, важными объектами показа выступали места и памятники, связанные с революционными событиями. Справочник-путеводитель «Весь СССР» за 1930 год содержал специальный отдел «Маршруты по Союзу ССР», подготовленный профессором Н. А. Гей-нике, с выделением 84 маршрутов с описанием достопримечательностей, мест и памятников революционной борьбы [9]. Примечательно, что историко-революционные данные маршрутов лично отредактировал партийный историк В. И. Невский [10].

Руководство туристским движением в эти годы выделяло следующие виды туристской работы:

• общественно-политическая;

• культурно-техническая;

• трудовая помощь;

• шефство;

• социалистическое соревнование между туристами.

Несмотря на призывы не ограничивать деятельность туристов только агитационнопропагандистской работой (отмечались еще две области, «в которых туризм может дать партии и государству значительные результаты» — оборона страны и хозяйственное строительство) [11], общественно-политическая работа всегда находилась на первом месте. Инструктивные документы постоянно напоминали, что «агитационная работа является неотъемлемой частью путешествий». Ведь туристы призваны оказать помощь в «деле выявления искаженной линии

14 научный журнал ВЕСТНИК АССОЦИАЦИИ ВУЗОВ ТУРИЗМА И СЕРВИСА 2009 / № 3

Из истории развития туризма в СССР в 1930-е годы

партии». Поэтому среди задач агитационной работы в пути на первое место ставилась разъяснительная работа по основным задачам партии, а агитации за пролетарский туризм — только на 6-е место. Письмо АПО ЦС ОПТЭ «Очередные задачи массовой агитации» призывало «агитпропработу сделать более политической», перенеся центр тяжести агитации в цех, общежитие и казарму [12].

Вся оборонно-спортивная и производственная деятельность были пронизаны агитационнопропагандистскими элементами. Например, резолюциями I съезда ОПТЭ в обязанность каждого «организованного пролетарского туриста» вменялось:

1) информировать население тех мест, по которым проходит его маршрут, о задачах партии и государства в деле социалистического строительства, в особенности о пятилетних планах, об индустриализации промышленности и сельского хозяйства, о контрактации и значении колхозов, о кооперации и совхозах. При этом акцент делался на рассказ о трудностях социалистического строительства и классах, борющихся против строительства социализма, о формах их борьбы и т. д.;

2) агитировать за мобилизацию средств населения для «великих строек»;

3) вести агитацию за социалистическое соревнование, подъем производительности труда, против прогулов, брака и нарушения производственной дисциплины. Если агитация в городе была направлена, прежде всего, против «производственного вредительства», то в деревне на острие пропаганды находились вопросы кооперирования и колхозного строительства. Общими направлениями пропаганды оставались новые быт и культура, преодоление неграмотности и «рабство женщины», кровная месть и другие «пережитки прошлого» [13]. Отдельным направлением деятельности туристических организаций была пропаганда собственно туризма. Например, на начавший свою деятельность с марта 1931 года Крымский областной совет ОПТЭ было возложено не только обслуживание плановых и самодеятельных туристов, прибывающих в Крым из других регионов СССР, но и пропаганда туризма среди крымчан [14].

Для развертывания широкой агитационной работы Общество использовало газеты, большими тиражами выпускало листовки и плакаты, и всевозможные брошюры. Инструкция Орготдела ОПТЭ в состав агитмассовой работы включала такие формы, как организация туристических уголков и вечеров, выставок и витрин, семинары по подготовке актива, выпуск стенгазет и расширение подписки на туристическую прессу. Особое место в пропагандистской деятельности ОПТЭ приобрели массовые праздники туризма и туристические слеты. Общество взяло на себя и распространение значительной части займов первых двух пятилеток. Откровенно пропагандистский характер носила организованная ОПТЭ в 1930 году поездка 250 лучших ударников труда вокруг Европы, о которой вышло несколько книг и кинофильмов [15]. При этом через все сводки отдела пропаганды и агитации ЦК ВЛКСМ о культработе в 1930 году, содержащие сведения об «агропоходах» из Москвы или о загородных прогулках, экскурсиях, военных и туристских походах в Ленинграде, красной нитью проходила мысль, что «гвоздь всей работы сейчас в руководстве только зорким политическим руководством партии» [16]. В свою очередь, «коренной перелом в развертывании нашей агитационно-массовой работы» за самодеятельный туризм связывался с необходимостью развертывания, прежде всего, массовых форм агитации: радио, печати и массовок в выходные дни, загородных гуляний и туристских вечеров, туристских уголков в клубах и парках культуры и отдыха, фотоплакатов, выступлений с диапозитивами в цехах и т. п.

Таким образом, первостепенные задачи Общества Пролетарских Туристов и Экскурсоводов в конце 1920-х — начале 1930-х годов были полностью подчинены основным положениям и идеям социалистического строительства. Идеологическая составляющая в деятельность туристских организаций по всей стране значительно возросла и была направлена на политико-воспитательную и культурнопросветительскую работу с населением, что в целом обеспечивало активное вовлечение широких масс трудящихся в социалистическое строительство.

Литература

1. Антонов-Саратовский В. Туризм, партия и государство//На суше и на море. 1930. № 1. С. 2.

2. ГА РФ, ф. 9520, оп. 1., д. 1., л. 4; д. 3., л. 1.

3. Там же, д. 1., л. 5.

4. Там же, л. 30-30 об.

5. КПСС в резолюциях... Т. 4. М., 1970. С. 470.

6. ДьяковаР.А. История экскурсионного дела в СССР: Учебное пособие. М.: ЦРИБ «Турист», 1981. С. 36.

15

РЕТРОСПЕКТИВА

7. ГА РФ, ф. 9520, оп. 1, д. 1., л. 90 об.

8. Харламов А. Включите Луганск в маршрут по Донбассу//На суше и на море. 1931. № 7—8. С. 23.

9. Весь СССР. Справочник-путеводитель/Сост. Б. Б. Веселовский, Н. Н. Накоряков, Н. А. Гейнике. Под ред. Д. В. По-луяна. М.: Изд-во Трансрекламы НКПС, 1930. 248 с.

10. ДолженкоГ.П. Указ. соч. С. 90, 91; Усыкин Г. С. Указ. соч. С. 112, 115, 117.

11. Антонов-Саратовский В. Туризм, партия и государство//На суше и на море. 1930. № 1. С. 2.

12. Бюллетень туриста. 1930. № 4-5. C. 7, 17.

13. Тезисы по докладам на Первом Всесоюзном съезде ОПТЭ. М.: ЦС ОПТЭ, 1932.

14. Кожекин А., Попов А. Фонды туристско-экскурсионных организаций 1920—1930-х гг. в Государственном архиве Автономной Республики Крым//Студл з арх1вно! справи та документознавства. Киев, 2003. Т. 9. С. 133, 134.

15. ГА РФ, ф. 9520, оп. 1, д. 1., л. 61, 86, 96;

16. РГАСПИ, ф. М-1, оп. 23., д. 960, л. 1—2, 6.

УДК 612. 821: 338.46

I ЭТНОЦЕНТРИЗМ КАК ИСТОРИЧЕСКИЙ ИМПЕРАТИВ ПОЛЬШИ I В ОТНОШЕНИИ С ВОСТОЧНЫМИ СОСЕДЯМИ

Постников Н. Д.,

кандидат исторических наук, доцент, postnikov-nd@rambler.ru,

ФГОУВПО «Российский государственный университет туризма и сервиса», г. Москва

After the collapse of socialism in Eastern Europe, the exiting of Poland from the orbit of influence of Russia has led to the emergence of new political realities in relations between Poland and its new eastern neighbors. Poland, perceiving for centuries Ukraine, Belarus and Lithuania as its own remote areas, is aiming at the reviving of the great-power policy towards these countries, trying on the role of a regional superpower, as well as seeking to turn Russia into a political marginalia, using nationalism as a tool to achieve these goals.

Key words: nationalism, russophobia.

Выход Польши после крушения социализма в Восточной Европе из орбиты влияния России привел к появлению новых политических реалий в отношениях между Польшей и ее новыми восточными соседями. Польша, на протяжении веков считавшая Украину, Белоруссию и Литву своими окраинами, стремится возродить великодержавную политику в отношении этих стран, примеряя на себя роль региональной сверхдержавы. Одновременно Польша пытается превратить Россию в политическую маргиналию, используя при этом как одно из средств достижения поставленных целей национализм.

Ключевые слова: национализм, «прометеизм», антирусизм.

Исторически сложилось, что Польша существует между двумя сильными цивилизациями — германской и российской, и если до XVIII века Польское государство еще могло противостоять этим цивилизациям, то три раздела в третьей четверти XVIII века между Россией, Пруссией и Австрией окончательно похоронили историческую перспективу Речи Посполитой стать великой державой. Однако и сегодня у польской политической элиты (как, впрочем, и у большинства поляков) сохранились рецидивы великодержавного

мышления в отношении народов, проживавшим когда-то на территории Речи Посполитой, а главным историческим противником, мешающим восстановлению «Великой Польши», польский политический истеблишмент считает Россию.

Мифологемы такой политики основаны на тешащих самолюбие польской политической элиты и простых поляков воспоминаниях о давно «почившей в бозе» исторической великодержавности Речи Посполитой, простиравшейся когда-то от Балтийского до Черного моря. В такой исто-

16 научный журнал ВЕСТНИК АССОЦИАЦИИ ВУЗОВ ТУРИЗМА И СЕРВИСА 2009 / № 3