Ковалевская софья Васильевна и Ковалевский Максим Максимович

Т.Г. Семенкова

профессор кафедры "Экономическая теория"

КОВАЛЕВСКАЯ СОФЬЯ ВАСИЛЬЕВНА И КОВАЛЕВСКИЙ МАКСИМ МАКСИМОВИЧ

ЖИЗНЬ И НАУКА

р Главные работы выдающегося математика, человека многогранного таланта Софьи Васильевны Ковалевской (1850-1891) относятся к основным вопросам математики и теоретической механики. Ее работы о вращении твердых тел открыли новую страницу в науке и легли в основу дальнейших исследований в этом направлении. Был сделан удачный выбор научных задач и дано блестящее их решение. Кроме заслуг в математике Ковалевской принадлежит почетное место в истории общественной мысли. Большой популярности Ковалевской способствовала ее разносторонняя живая натура и художественный талант.

р Историк, юрист, социолог и общественный деятель Максим Максимович Ко-

валевский (1851-1916) в своих работах занимался изучением поступательного развития общества. В его трудах не только получили научное обоснование вопросы разложения родовых отношений и распада общин, но и были заложены основы социально-институционального подхода к пониманию путей развития общества. Талантливый ученый, обаятельный человек - он был в центре современных ему общественных и научных интересов и в России, и в европейских странах.

Максиму Ковалевскому и Софье Ковалевской (они были однофамильцами) суждено было встретиться в самом конце недолгого жизненного пути Софьи Васильевны. И хотя они были созданы друг для друга, но прожили свою жизнь не рядом, а словно бы в параллельном мире.

Молодые годы. Учеба дома и за границей

Софья Ковалевская (в девичестве Корвин-Круковская) росла в семье состоятельного помещика, генерала в отставке. Ее дед и прадед по материнской линии были видными учеными: дед - член Петербургской Академии наук, прадед - астроном и математик, автор труда "О скорости ветра на Марсе". Детство ее прошло в имении Палиби-но, она получила домашнее обра-

зование под руководством талантливых и внимательных учителей. Софья была второй дочерью (старшей была Анна), а в семье ждали сына, поэтому отношение родителей к ней было прохладное, о чем она с болью рассказывает в своих "Воспоминаниях". Это обстоятельство оказало влияние на формирование ее характера - все эмоции направлены внутрь.

Софья была разносторонне одаренным ребенком. В 12 лет ей в равной мере нравилась поэзия и математика, а в 15 начались серьезные занятия высшей математикой, и одним из преподавателей был А.Н. Стран-нолюбский, представитель блестящей плеяды педагогов 60-х годов XIX века, впоследствии преподававший в Морской академии.

Сестры Корвин-Круковские мечтали продолжить учебу, но высшее образование для женщин возможно было только за границей. В 18 лет Софья решает вступить в фиктивный брак с Владимиром Онуфрие-вичем Ковалевским, который был старше нее на восемь лет. В 60-е годы, когда в России проходили реформы, менявшие строй и образ жизни, представления о морали, вступление в фиктивный брак было модно и распространено среди молодежи. Дети, которые не сошлись во взглядах с консервативными родителями, уходили из дома навстречу новой жизни. Юношам было проще, а девицам, чтобы уйти, надо было выйти замуж.

Родители не были в восторге от зятя, хотя он был и образован, и с прогрессивными взглядами, и даже владел книжным издательством. Он был из мелкопоместных дворян, предпринимательской хватки не имел, у него были большие долги и не распроданные книги его издательства.

Вскоре после свадьбы Ковалевские стали посещать в Петербурге лекции по естествознанию профессора Ивана Михайловича Сеченова.

Но наука физиология Софью не заинтересовала, зато ее муж очень увлекся палеонтологией и в дальнейшем добился в этой области значительных успехов, стал автором известных научных трудов.

Весной 1869 года Ковалевские уехали за границу, с ними отпустили и сестру Анну. С течением времени общие интересы сдружили Владимира и Софью, и их брак перестал быть формальным.

Они пробыли за границей пять лет (до 1874 года), в Вене, затем в Германии - в Берлине и Гейдельберге. В Берлинский университет Ковалевским поступить не удалось, зато в Гейдельберге Софья слушала лекции по физике и математике и стала ученицей выдающегося математика Кар-

ла Вейерштрасса. Под его руководством были созданы значительные работы С. Ковалевской.

Сестра ее Анна вышла замуж за француза и была участницей Парижской Коммуны. Виктор Жаклар, ее супруг, был легионером Национальной гвардии, проявил мужество и геройство. Анна участвовала в работе комиссий по образованию и женскому вопросу, занималась организацией госпиталей.

Софья и Владимир Ковалевские были полностью на стороне парижских коммунаров. Они приезжали в осажденный Париж в апреле 1871го. С. Ковалевская оказывала помощь по уходу за ранеными.

После поражения Парижской Коммуны Виктор Жаклар был аресто-

ван, затем бежал. Жаклары эмигрировали в Швейцарию, в

1874 году - в Россию.

Летом того же года курс обучения Софьи Ковалевской был завершен. Геттингенский университет присудил ей степень доктора философии в области математических наук и магистра изящных наук. Осенью Ковалевские вернулись в Россию и радовались этому. Софья считала, что необходимость за границей все время говорить на чужом языке мешает передаче оттенков чувств и мыслей. Возвращаясь в Россию, ей каждый раз казалось, что она вернулась из плена...

Максим Ковалевский, выходец из богатого помещичьего рода, рос в дворянской семье в г. Харькове. Сначала учился в Харьковском университете на юридическом факультете, а потом продолжил учебу в Европе - в Германии, Франции и Англии. Знавшие его люди говорили: "У Ковалевского благородное

сердце". Он всегда был готов помочь людям. Так, осенью

1875 года, во время пребывания в Лондоне, Ковалевский подготовил статью в газету "Times" о профессоре Киевского университета Дра-гоманове, которого преследовало царское правительство. Два года спустя в январе 1877-го именно Ковалевскому была направлена просьба уговорить лучшего адвоката Танеева выступить в защиту Э. Томановской (участницы Парижской Коммуны), пострадавшей из-за разорившего ее мужа, сосланного в Сибирь. Но тогда он еще не знал, что другая участница Парижской Коммуны - Анна Жаклар являлась родной сестрой Софьи Ковалевской.

Свою магистерскую диссертацию "История полицейской администрации и полицейского суда в английских графствах с древнейших времен до смерти Эдуарда III" Максим Ковалевский защитил в 1877 году в Праге.

Поиски и надежды

Софья Ковалевская по своим убеждениям была близка к идеям социализма. В Париже она бывала у вождя народников Пет-

ра Лавровича Лаврова, который ввел ее в круг революционно настроенной русской студенческой молодежи. С Петром Лавровым она была знакома еще в России, так как он бывал в доме ее родителей. Она написала роман "Нигилистка", героиня которого считала социализм единственным средством ре-

шения всех вопросов. В характере Ковалевской всегда было стремление приносить общественную пользу.

Осенью 1874 года открылись Высшие женские Бестужевские курсы. Было организовано чествование Софьи Ковалевской и ее подруги -химика Ю.В. Лермонтовой, которое завершилось научным диспутом. Выступали С. Ковалевская и ученый-математик П.Л. Чебышев.

Впереди ждала радостная празд-

ничная жизнь - новые знакомства, литературные кружки, посещение театров. После замкнутого образа жизни за границей была потребность общения, обмена мнениями

о делах европейских, российских, научных.

Но праздники сменились буднями, надежды на интересную работу ни для Софьи, ни для Владимира не оправдались. Работы для них в Петербурге не нашлось: слишком они образованны, прогрессивны и. не такие как все. Даже преподавание на Бестужевских женских курсах оказалось для Софьи закрытым. Единственное, на что могла надеяться Ковалевская в России, это должность учительницы арифметики. Знание высшей математики не было востребовано. Однажды, когда петербургский чиновник в очередной раз отказал Ковалевской в работе, заявив, что преподаванием всегда занимались мужчины и не надо никаких нововведений, она смело парировала: "Когда Пифагор открыл свою знаменитую теорему, он принес в жертву богам 100 быков. С тех пор все скоты боятся нового."

1876 год. С. Ковалевская нашла для себя другой род занятий - она стала публицистом, сотрудничала в газете "Новое время". Журналистские обзоры давали выход ее литературному таланту и приносили некоторый доход. Когда умер отец Софьи и Анны, сестрам было оставлено в наследство по 50 тысяч рублей, правда, из доли Софьи вычли старый крупный долг ее мужа за издательский дом, разоривший-

ся из-за неумелого управления. С. Ковалевская получила 30 тысяч, и это тоже было немало.

На какое-то время в ее жизни наступил период относительного материального благополучия. Вскоре, в 1878 году, родилась дочь, названная в честь матери Софьей, дома ее звали Фуфа. На унаследованные деньги Ковалевские построили на Васильевском острове в Санкт-Петербурге дома и бани, которые сдавали в наем. У них была приличная квартира, мебель, уют...

А тем временем Мак-

сим Ковалевский осенью 1879 года ненадолго покинул Европу. Он вынужден был "немедленно уехать по семейным делам в Россию". Об этом он сообщал, в частности, в письме Марксу, с которым состоял в переписке. А зимой он вновь был в Европе. Но с Софьей Ковалевской они еще не были знакомы.

Неудачи с работой не помешали научным поискам С. Ковалевской: в начале 1880 года она с успехом выступила в Петербурге на VI съезде естествоиспытателей и врачей с докладом об абелевых интегралах. И все же работы ни в Петербурге, ни в Москве так и не было.

Муж Софьи потерпел неудачу как домовладелец и поступил на службу в акционерное общество. Вскоре ему предложили командировку за границу. Софья решила снова покинуть Россию. Там появилась возможность вновь серьезно за-

няться наукой, возобновились контакты с европейскими учеными. Старый профессор

Карл Вейерштрасс души не чаял в своей ученице.

Между тем жили Ковалевские бедно. Владимир Онуфриевич окончательно разорился, наследство жены частью ушло за долги, частью было растрачено, и кончилось все тем, что он застрелился. Это случилось в апреле 1883-го.

Европейское признание

В Париже летом 1878 года Максим Ковалевский встречался с известным русским мыслителем П.Л. Лавровым и вскоре уехал в Лондон. Там профессор Ковалевский при личной встрече с К. Марксом рассказал ему о полемике, развернувшейся в России вокруг первого тома "Капитала". В ответ на статью Ю. Жуковского "Карл Маркс и его книга о капитале" (сент. 1877) появились статьи

Н. Зибера и Н. Михайловского, а также Чичерина. И еще статья Зибера "Б. Чичерин contra Маркс" (фев. 1879). В Лондоне Максим Ковалевский бывал ежегодно, чтобы пользоваться сокровищами библиотеки Британского музея.

В конце лета 1879 года он опубликовал часть I "Общинное землевладение в колониях и влияние поземельной политики на его разложение" своей главной книги "Общинное землевладение, причины, ход и последствия его разложения". Эту работу русский ученый послал Марксу с дарственной надписью. Маркс внимательно ее изучал, делал подробные выписки о характере общины, о месте и социально-экономической роли ее в различные эпохи и у разных народов.

М. М. Ковалевский являлся членом Юридического научного общества. В 1879-1980 годах был одним из издателей и редактором журнала "Книжное обозрение". В 1880 году он защитил докторскую диссертацию “Общественный строй Англии в конце средних веков”.

Софья Васильевна Ковалевская, оказавшись без средств после смерти мужа, больная и измученная, намеревалась вернуться в Россию, но в это самое время ей последовало предложение занять должность приват-доцента и читать лекции по математике в Стокгольме. О ее приезде в ноябре 1883 года писали в газетах. Ей было всего 33 года.

Важнейшая черта характера С. Ковалевской - стремление приносить общественную пользу - в Стокгольме нашла полную реализацию. Кроме преподавательской работы она была редактором математического журнала и не только давала оценку присылаемых работ, но и отвечала на вопросы авторов, консультировала. Она приложила немало сил, чтобы журнал нашел своего читателя в Париже, в Берлине и в России.

Лекции С. Ковалевской начались в феврале 1884 года. Она тщательно готовилась, текст писала заранее. Завершился этот курс лекций триумфально, ее благодарили и хвалили. Но не все было просто и гладко: сопротивление консервативной части общества было очень сильно, хотя Швеция в конце XIX века была одним из самых демократических государств в Западной Европе. Тем не менее чтение лекций С. Ковалевская продолжала в течение семи лет (1884-1890).

У шведов выработался спокойный логический, рациональный подход к жизни. Для общения интеллигентных людей на досуге было образовано общество "ИДУН".В его уставе определена цель: "Общаться друг с другом для отдыха и подъема сил в борьбе с трудностями, сохранения свежести и молодости чувств, и чтобы приучать молодое поколение сохранять традиции и творчески совершенствоваться”. Членами общества были ученые, писатели, художники, финансовые деятели. Женщины Швеции создали общество "Новая ИДУН", на котором заслушивались сообщения на самые различные темы, например "Деловая активность шведских женщин XVII столетия", "Княгиня Дашкова" и ... "Модели реформ платья", читались лекции о шведских худож-

никах с демонстрацией репродукций.

В Стокгольме устроилась жизнь Софьи Ковалевской и в бытовом плане, у нее было вполне приличное жилье - четырехкомнатная квартира на третьем этаже особняка (с маленькой пятой комнаткой для прислуги). Правда, все познается в сравнении. Стокгольмские дамы говорили, что у Ковалевской более чем скромная квартира. Анна-Шарлотта Леффер, которая была дружна с Софьей, считала, что квартира "имела оттенок чего-то случайного, готового распасться в любой момент". А дочке

С. Ковалевской Фуфе, с детства знакомой с житейскими трудностями, квартира казалась роскошной. В гостиной мебель красного дерева, покрытая красным атласом (привезенная из России), высокое зеркало в золоченой раме, множество комнатных растений. Здесь бывали знаменитости, профессора, астрономы, писатели.

С. Ковалевская продолжала заниматься наукой. В истории науки, более других, получила широкую известность задача о вращении твердого тела вокруг неподвижной точки. Заслуги Ковалевской в этой области высоко ценил отец русской авиации Н.Е. Жуковский. Он дал геометрическое истолкование решения этой задачи.

Поздняя встреча

Максим Максимович Ковалевский летом 1881 года отдыхал в Ницце. Затем он в Барселоне усердно изучал арагонские архивы. Летом следующего года в парижском журнале "Academy" было сообщение, что Ковалевский вернулся из Америки в Париж. А к началу учебного года он уже был в России.

Со времени защиты магистерской диссертации Максим Ковалевский преподавал в Московском университете и был в центре духовной жизни московской интеллигенции. Артистичный, страстный, энциклопедически образован - на его лекциях зал всегда был переполнен.

Но в 1887 году за политическую деятельность он был отстранен от преподавания. Мотивировка: “за

отрицательное отношение к русскому государственному строю", за критику состояния правовых отношений в России. В том же году Ковалевский уехал из России и в последующие годы жил и работал за границей. Читал лекции во многих европейских столичных вузах: в Англии, Франции, Швеции, на Балканах. В этот период и произошла его встреча с Софьей. Они были почти ровесники, и им обоим было уже под сорок.

Годом раньше С. Ковалевская решила принять участие в конкурсе, который был объявлен в Париже на присуждение премии физика Шарля Борд° и математика Пьера Лорана "за дальнейшее усовершенствование задачи о вращении в каком-нибудь существенном пунк-

те". Но из-за переутомления она не успевала закончить работу к назначенному сроку - 1 июня

1887 года. А работа действительно представляла несомненный интерес. И все же она успела и победила!

Достигнутые результаты были достойно оценены, получено высокое признание. Ей вручили премию, которую ради этого случая увеличили с 3 до 5 тысяч франков. В декабре

1888 года состоялось торжественное заседание Парижской Академии наук. На этом торжестве рядом с нею в ложе находился Максим Ковалевский.

Фонд Лорана в Швеции пригласил профессора Ковалевского для чтения лекций студентам, и в начале 1888 года он прибыл в Стокгольм. На первую лекцию пришло более 200 слушателей, и завершилась она овацией. Он сразу понравился Софье Васильевне. И не мудрено: богатырская фигура, высокий лоб, окладистая борода, добрые глаза. Ей все нравилось в нем. После его лекций, которые она посещала, они подробно разбирали сказанное. Эти споры, по заверениям самого Макси-

ма Максимовича, были очень полезными для него.

По ее словам, в течение месяца его пребывания в Стокгольме она очень мало занималась своей математической работой, т.к. в его присутствии не могла думать ни о чем другом, кроме него. Его натура была многогранна и интересна.

Они посещали театры, брали с собой и дочь Ковалевской Фуфу.

По воспоминаниям шведской писательницы Элен Кэй, близко знавшей Ковалевскую, на концерте, где исполнялась 9-я симфония Бетховена, Софья сидела рядом с Максимом Максимовичем, светлое спокойствие отражалось на ее обычно нервных чертах. На ней было элегантное шелковое платье с кружевом. Она преобразилась. Выглядевшая значительно моложе своих лет, она была стройной миниатюрной женщиной, предпочитала одежду светлых тонов и носила короткую стрижку в завитках. Ковалевский, несомненно, был очарован. Позже свою книгу, изданную в 1890 году, он посвятит Софье.

Ей на роду было написано войти в историю как знаменитый математик Ковалевская. В юности она сама спутала карты своей судьбы, вступив в фиктивный брак с Владимиром Ковалевским, а по жизни ей предназначался совсем другой Ковалевский. Но встретилась она с ним слишком поздно. Любовь с первого взгляда, говорят в таких случаях. Они сразу узнали друг в друге суженого. Наконец-то!

Максим Ковалевский оказал влияние на Софью Васильевну в направлении развития ее литературного таланта. Он советовал и настаивал на том, чтобы она записала свои рассказы - воспоминания о детстве. Так и случилось: она издала книгу воспоминаний.

Но главное, что их объединяло, -это чувство любви к своей неуст-

роенной Родине и боль за нее. Их силы и талант не находили там применения. И она, и он гонимы -вынужденная эмиграция и шумный успех за границей. Знания, высокий поток энергии этих людей нашел признание в Европе, во всем мире и только потом в России. Эти прекрасные выдающиеся люди были признаны самой историей.

И тем не менее в союзе двух звезд сразу появились неразрешимые противоречия. Софья не могла дать обещание, что навсегда оставит науку и кафедру и станет только женой. И хотя огромное чувство любви и счастья наполняло ее, она была в отчаянном положении. Ссоры и ожесточенность сменялись приступами невероятной нежности. Но обстоятельства были против них.

Она страдала, не находя выхода. У нее стали сдавать нервы, приступы ревности были ужасными, разрушающими и любовь, и здоровье. Она ревновала Макси-

ма Максимовича к его работе, к его успехам. В ней говорили не просто чувства женщины, но конкурента по успеху, по месту в науке. Она хотела быть первой во всем. Ей были необходимы преклонение и восхищение. Ее не устраивала роль опекаемой жены, не она при муже, а он всегда рядом, всегда при ней. Она боялась потерять себя, свое "я", свой интерес к науке и к работе. Все это трудно было понять Максиму Максимовичу, ведь ему была нужна жена, преданная женщина, хозяйка дома, а ему предлагали "богиню математики" на троне.

Ковалевские решили взять time out -на время расстаться и успокоиться. Но письма с упреками и обвинениями в непонимании отнимали время и силы. Тоска не проходила.

Перед поездкой к Максиму в Ниццу С. Ковалевская свои сомнения выразила в письме к подруге, написав, что уезжает, "но на радость или на горе - не знаю сама, вернее на последнее.".

В конце 1B90 года она выехала на юг Франции. Максим Максимович жил на своей вилле в Ницце. Эти дни были "ковалевским раем". Они наслаждались жизнью, душевным теплом, разумно избегая нерешенных вопросов. Свадьба была назначена на лето будущего года. Новый год встречали вместе в Генуе...

Но счастье их было недолгим. Преждевременная смерть оборвала жизнь Софьи Ковалевской. Она простудилась по дороге из Италии в Швецию. Тяжелое воспаление легких, болезнь усиливалась. О смерти говорила постоянно, была сторон-

ницей индусской традиции - кремации тела, боялась быть похороненной заживо, полагала самым важным благодеянием, которое должна дать наука, - умирать скоро и легко.

Но умирать не хотелось, она задумала новую научную работу, а для этого понадобилось бы никак не меньше пяти лет жизни. Кроме того, начала сочинять философскую повесть - "Когда не будет больше смерти".

Агония началась внезапно. Ее последние слова: "Слишком много счастья". Она скончалась

10 февраля 1891 года. С тех пор прошло более ста лет, но мы помним эту гениально одаренную русскую женщину и словно бы слышим посвященные ей строки:

Душа из пламени и дум,

Пристал ли твой корабль воздушный К стране, куда парил твой ум,

Призыву истинно послушный?

В тот звездный мир так часто ты На крыльях мысли улетала,

Когда, уйдя в свои мечты,

О мирозданье размышляла.

Максим Максимович Ковалевский после 1891 года

В августе 1892-го он собирался прибыть в Лондон. В письме к Энгельсу сообщал: ".Не утруждайте себя, пожалуйста, встречать меня на вокзале. Я надеюсь сам найду дорогу". Его письма ярко характеризуют, какого масштаба личность был профессор Ковалевский. Свое близкое знакомство с Энгельсом он использовал для покровительства молодым российским ученым. "Беру на себя смелость, - писал он в

сентябре того же года, - направить к Вам одного из моих бывших учеников г-на Миклашевского. Он занимается политической экономией и находится в Лондоне с научной целью". А в мае 1894-го писал: "Дорогой г-н Энгельс, разрешите мне представить Вам моего старого друга г-на Боборыкина, хорошо известного русского романиста."

В 1895 году Ковалевский напечатал в журнале "Русская мысль" (№ 1) свои литературные воспоминания, которые являются интересным дополнением к его биографии.

В издательстве же самого Ковалевского вышел в свет главный труд П.Л. Лаврова (под псевдонимом С.С. Арнольди) "Задачи понимания истории". Ковалевский также издал в 1903 году обстоятельное исследование Лаврова (под псевдонимом А. Доленги) "Важнейшие моменты истории мысли". Проблемы, изложенные Лавровым в этих работах, были созвучны исследованиям М.М. Ковалевского. О дружеских отношениях этих незаурядных людей свидетельствует упоминание в письме П.Л. Лаврова из Лондона от 16 апреля 1882 года: "В эти дни моя жизнь совсем изменилась, так как один хороший приятель на проезде из Франции в Нью-Йорк заглянул в Лондон на три дня, и мы все свободное от работы время проводили вместе". "Хорошим приятелем" являлся М. М. Ковалевский, которого пригласили в США для чтения лекций.

Ковалевский читал лекции в Бельгии, Швеции, Италии, Франции. В 1901 году он совместно с французским ученым А. Роберти основал в Париже Русскую вольную школу общественных наук и работал в ней до 1905 года. Известны его работы "Современные социологи" (1905) и "Социология" (1910).

Его заслуги были высоко оценены научной общественностью, и он был избран вице-председателем

Международного института социологии, а с 1907 года стал его председателем.

После возвращения в Россию в 1906 г. Ковалевский создал "Партию демократических реформ" и был избран депутатом

I Государственной Думы (от Харьковской губернии). Он являлся также членом Государственного Совета.

Максим Максимович вел активную издательскую и общественную деятельность: в 1906-1907 годах издавал газету "Страна", с 1909-го стал владельцем и редактором журнала "Вестник Европы"; возглавлял русское отделение Общества мира, участвовал в работе Вольного экономического общества; продолжал преподавательскую деятельность во многих высших учебных заведениях, создал частный Петербургский университет, читал лекции на Высших женских курсах.

Во время первой мировой войны был интернирован в Карлсбаде (Австро-Венгрия). В начале 1915 года намеревался создать "Прогрессивный блок", для чего участвовал в переговорах между Госдумой и Госсоветом.

Скончался М. М. Ковалевский в марте 1916 года в Петрограде.

В истории русской социальноэкономической мысли

М.М. Ковалевский занял почетное место благодаря своим работам, посвященным важнейшим проблемам и судьбам общины. Он вел

теоретические исследования в области истории общины в разных странах и у разных народов. С поиском особого пути развития России связана главная работа Ковалевского "Общинное землевладение, причины, ход и последствия его разложения". Среди его трудов надо отметить "Очерк истории распадения общинного земледелия в кантоне Ваадат" (1876). Авторитет Ковалевского в этой области признавал Ф. Энгельс в работе "Происхождение семьи, частной собственности и государства".

Свое обоснование распада общин Ковалевский сделал на основе сравнительного исторического изучения западноевропейских, славянских, а также кавказских народов. Он участвовал в нескольких экспедициях (1883, 1885, 1887) по Кавказу, в которых собрал материал об осетинах и других народах, что подробно описал в ряде работ: "Современный обычай и древний закон. Обычное право осетин в историко-сравнительном освещении” (1886), “Закон и обычай на Кавказе" (1890) и др.

Свои научные труды он постоянно публиковал в журналах и газетах "Русская мысль", "Вестник Европы", "Юридический вестник"; в Париже сотрудничал в журнале "Revue internationale de sociologie".

Но важнейшим достижением М.М. Ковалевского стало учение о социальном развитии общества. Ему принадлежат исследования общего

закона прогресса. Закон прогресса он трактовал как рост социальной солидарности. Классовая борьба, в его представлении, была признаком незрелости общества. Обострение же классовой борьбы, по его мнению, может означать и вырождение того или иного общества. Причину революций он видел в крайнем обострении социальных противоречий, поэтому стремился раскрыть и показать всю трагическую опасность социального неравенства в обществе.

Он ратовал за мирный, конституционный путь развития. Был сторонником установления конституционной (или народной) монархии. Считал, что только она сможет выполнить миссию верховного посредничества между классами и защитить интересы народа.

В то же время М.М. Ковалевский поднял проблему социальноюридических норм как условия развития экономических отношений, а также формирования демократии. Общественное и государственное устройство он связывал с историческими условиями перехода от "родового быта" в прошлом к новым современным отношениям в семье, обществе. В этом плане были выполнены исследования: "Происхождение современной демократии" (1895-1897), "От прямого народоправства к представительному и от патриархальной монархии к парламентаризму" (1906).

Литература

Из истории русской литературы и общественной мысли 1860-1890-х годов.

М., 1977.

К. Маркс, Ф. Энгельс и революционная Россия. М., 1967.

Кордемский Б.А. Великие жизни в математике. М., 1995. Отечественная история. Энциклопедия. Т. 1, 2. М., 1994.