Модернизационный потенциал студенческой молодежи Беларуси: опыт эмпирического исследования

СОЦИАЛЬНЫЕ СТРУКТУРЫ И ПРОЦЕССЫ

Л. Г. ТиТАРЕНКО

модернизационный потенциал студенческой молодежи Беларуси: опыт эмпирического исследования

В статье рассматривается модернизационный потенциал студенческой молодежи Республики Беларусь на современном этапе развития. Для успешного включения будущих специалистов в процесс модернизации студенты должны обладать ценностями, соответствующими модернизационным целям белорусского общества. На эмпирических данных показано, что лишь часть студенчества обладает такими ценностями, т. е. может рассматриваться как модернизационный ресурс, остальные студенты являются приверженцами традиционных ценностей, не позволяющих стать авангардом модернизации.

Ключевые слова: модернизационный потенциал, труд, студенты, ценностные ориентации, инновация, развитие, Беларусь.

Государственная политика любой страны предполагает выдвижение привлекательных целей национального развития, которые указывали бы долгосрочные перспективы страны на будущее. В Республике Беларусь, вслед за Россией, одной из таких целей в последние годы объявили структурную модернизацию экономики. Эта цель была ориентирована на доказательство того, что Беларусь успешно входит в глобальный мир и соответствует основным тенденциям современного развития (Бабосов 2014). В свою очередь, высшее образование стало позиционироваться как инструмент подготовки кадров для всесторонней модернизации страны, для построения «общества знаний» или «информационного общества». В рамках этой концепции предполагается,

что белорусская наука и образование вносят весомый вклад в национальное развитие страны (Рыжков 2014). В нашей предыдущей статье мы показали, насколько состояние реальной белорусской экономики и рынка труда далеки от этих целей (Титаренко 2016). В данной статье наша цель — показать, в какой степени система высшего образования формирует модернизационные ценности у современного студенчества, т. е. в какой мере студенчество готово в скором времени влиться в рынок труда и занять в нем инновационные позиции.

Весь опыт мировой культуры показывает, что между целями и возможностями их реализации всегда имеется некоторая — иногда даже непреодолимая — дистанция, поскольку цели реализуются в деятельности большого числа людей — членов общества. Знаток человеческой природы Ф. М. Достоевский в повести «Двойник», появившейся в 1846 г., показал разрыв между ментальностью простого человека, его повседневными стереотипами и вызовами глобальных изменений, в которые втягиваются все страны, неизбежно требуя от человека соответствующих изменений в мышлении и поведении. Этот разрыв может не только вести к личным драмам, но и стать препятствием на пути развития страны. Подобные разрывы между сознанием людей, их повседневными интересами и объективными потребностями развития государства в динамичном мире во много раз возросли в современную эпоху. Для Беларуси сегодня быстрое проведение модернизации экономики является одновременно и одним из глобальных «вызовов», и насущной необходимостью сохранения своего социально-экономического потенциала, обеспечения социально-экономической стабильности страны. Существуя в постсоветском пространстве рядом с экономически более успешными странами-соседями, Беларусь неизбежно должна продвигаться вперед, чтобы не превратиться в придаток одной из них. Модернизация рассматривается как необходимое условие инновационности развития и поэтому становится важной государственной задачей.

В начале XXI в. для всех стран постсоветского пространства большую важность получили их успешная модернизация и переход на более высокий уровень постиндустриального развития. В полной мере это относится к белорусскому обществу, в котором приоритетным направлением развития официально признана технологическая и экономическая модернизация. В целом речь, как и прежде, идет о «догоняющей» модернизации, поскольку передовые западные страны уже давно достигли уровня информационного общества, характеризующегося

такими понятиями, как «сетевое общество», «четвертая технологическая революция», «постматериализм» и т. п. (Кастельс 2000; Инглхарт 2011). В то же время очевидно, что незападные общества не могут и не должны копировать западные образцы: они обязаны учитывать собственный исторический и социально-культурный опыт прошлого и конструировать иные модели модернизационного развития, с учетом западных образцов, но не следуя за ними (Amason 2003). Социально-культурное своеобразие путей и моделей проведения модернизации важно осознать и реализовать прежде всего в сфере ценностей. Поскольку аспекты научно-технического, экономического, политического и социально-культурного развития связаны между собой, весь модернизационный комплекс перемен должен быть адекватным для своего общества.

Беларусь находится в пограничной зоне между двумя конкурирующими между собой цивилизационными моделями: западной и российской. От каждой из них Беларусь получила некоторые черты, которые вместе образовали своеобразное культурно-историческое единство, одновременно похожее и не похожее на эти цивилизации. В настоящий момент по своему технико-экономическому потенциалу Беларусь ближе к России, хотя по потенциалу человеческого развития несколько обогнала своего восточного соседа и по отдельным показателям (например уровню образования) приблизилась к западным соседям.

Осуществление процессов модернизации невозможно без социальных субъектов, обладающих модернизационными ориентациями и ценностями, инновационным типом мышления. Место отдельной страны в глобализирующемся мире определяется качеством ее человеческого потенциала, способностью населения на микроуровне поддерживать модернизационные инициативы. Поскольку имеется связь между господствующими в обществе ценностями и эффективностью происходящих в нем модернизационных процессов, очень важно определить эти ценности и сделать их доминирующими в белорусском обществе.

Основными социальными субъектами, или агентами модернизации, называют те социальные группы, чьи интересы больше всего связаны с проведением изменений. Прежде всего, это те слои общества, которые заинтересованы в конкурентоспособном государстве и сами готовы конкурировать как внутри страны, так и за рубежом. Объективно более всего под эту характеристику подпадают предприниматели. Однако поскольку модернизация требует использования разнообразных инноваций, творческого подхода к реализации

поставленных задач, те группы, которые более других заняты творческим трудом, также могут быть агентами модернизации. Речь идет об ученых-исследователях в разных сферах науки, прежде всего связанных с экономической сферой. Эти социальные группы, по мнению теоретиков постиндустриального модернизационного развития, количественно расширяются вместе с успехами модернизации, тогда как группы, далекие от инноваций и творчества, типичные для прежней экономики, уменьшаются (Белл 1999).

Поскольку обе указанные социальные группы постоянно обновляются в процессе смены поколений, важной задачей общества становится их качественное пополнение. В этом плане интерес представляет молодое поколение, родившееся в Беларуси уже в период национальной независимости, т. е. люди в возрасте до 25 лет. Среди последних особо выделим студенчество — авангард молодежи, получающий высшее образование и готовящийся к профессиональной деятельности во всех сферах общественной жизни. Исследовательский вопрос состоит в выяснении, каковы базовые устремления этой группы населения и можно ли считать ее сегодня хотя бы потенциально активным агентом модернизации. Для этого необходимо изучить ценности студенчества, делающие эту группу молодежи заинтересованной в модер-низационных изменениях.

Под модернизационными ценностями в научной литературе, посвященной проблемам экономического развития, постсоветской трансформации, модернизации разных типов общества, понимают ценности открытости инновациям, стремление к саморазвитию и самореализации, гармоническое соединение заботы о человеке (обществе) и бережного отношения к окружающей среде. По мнению зарубежных и русскоязычных авторов, работающих над данной проблемой (Инглхарт 2011; Лапин 2015; Магун 1996), эти ценности, будучи массовыми, могут существенно ускорить социально-экономическое развитие страны и реализовать его более эффективно, с меньшими издержками, за счет формирования типа личности специалиста, ориентированного на инновации и модернизацию. Вслед за изменением условий жизни меняются ценности всех поколений, однако наиболее сильно это, как правило, проявляется среди молодежи, что и демонстрирует студенчество.

Исследование системы ценностей студентов в контексте инновационного развития страны имеет как научную, так и практическую значимость для совершенствования сферы социального управления, а также эффективной организации идеологической и воспитательной

работы в вузах; в работе молодежных организаций, нацеленных на повышение социальной активности студенческой молодежи.

В социологии имеется много методик измерения ценностей, способствующих модернизации экономики и общества в целом. Одна из них, хорошо обоснованная теоретически и методологически, использует классификацию ценностей Ш. Шварца, применяемую в международных сравнительных исследованиях — Мировом и Европейском исследовании ценностей, Европейском социальном исследовании (European... 2008). Модернизационные ценности, называемые Ш. Шварцем «ценностями роста», объединяют, с одной стороны, ценностную ориентацию на новизну и риск, а с другой — заботу о других людях и о природе. В странах с более высокими показателями экономического развития доля населения, у которой выражен такой ценностный комплекс, сравнительно выше, чем в постсоветских странах.

В Беларуси измерения по сокращенной шкале Шварца в рамках международного исследования ценностей были проведены в 2011 г. (данные в открытом доступе с 2014 г., но публикаций по теме не было). Студенческая молодежь тогда не выделялась отдельно. Поэтому для репрезентативной выборки собранные в этом исследовании общие данные по теме ценностей должны быть дополнены целевыми данными по студенческой молодежи. В настоящей статье использованы как данные международных исследований по Беларуси, так и результаты наших фокусированных исследований студенческой молодежи Минска, которые взаимно дополняют друг друга. Полученные результаты достаточны для разведывательного определения уровня модерниза-ционных ценностей белорусских студентов, рассматриваемых как динамичная социально-возрастная группа, ориентированная в целом на эффективное включение в модернизирующуюся экономику. Сравнительный анализ ценностей разных групп студенчества позволяет сделать вывод, что оно относится к категории населения, имеющей высокий потенциал инновационных ценностей, хотя в настоящее время этот потенциал раскрыт незначительно. В практическом аспекте изучение ценностей студентов помогает оптимизации путей и способов развития ценностного сознания молодежи, соответствующего целям модернизационного экономического развития Беларуси.

Эмпирическое исследование студенчества проводилось нами в 2016 г. Выборка включала 600 минских студентов разных вузов и специализаций. Методы исследования, кроме количественных (анкетный опрос), включали качественные (экспертные интервью, фокус-группы).

Для сопоставимости полученных данных с результатами международного исследования по Беларуси основные понятия получили интерпретацию, соответствующую теории модернизации Р. Инглхарта, лежавшей в основе исследований EVS/WVS.

Согласно данной теории, инновационные ценности в сфере труда включают открытость риску, рациональность, ориентацию на карьеру, ответственность и личную инициативность. Вместе взятые, эти ценности соответствуют высокому уровню модернизации и определяются общим термином «постматериализм», тогда как общество, еще не достигшее высокого уровня модернизации, характеризуется доминированием «традиционности», т. е. ценностей, ориентирующих на приоритет стабильности, несамостоятельности в труде, материального благополучия независимо от личной заинтересованности работника в работе, продвижении и т. п. (Инглхарт 2011). Сопоставление выявленных в исследовании ценностей студенческой молодежи с моделями постматериализма и традиционализма позволило сделать выводы, насколько теоретическая интерпретация перемен в трудовых ценностных ориентациях белорусской молодежи в рамках теории модернизации свидетельствует об инновационном потенциале молодежи и ее возможностях внести вклад в модернизационное развитие экономики страны.

В связи с возможной неопределенностью в понимании смысла модернизационных ценностей и статуса гражданских ценностей в контексте инновационного развития Беларуси были проведены экспертные интервью. По мнению белорусских экспертов, модернизаци-онные ценности могут существовать в рамках национальной традиции и не должны с неизбежностью противоречить друг другу. Иначе говоря, такие категории, как «традиция» и «модернизация», по мнению белорусских экспертов, нельзя трактовать как абсолютные противоположности. Модернизацию можно осуществить в рамках переосмысленной национальной традиции, с учетом своеобразия истории и культуры страны. Следовательно, в процессе модернизации экономики важно сохранять баланс между базовыми национальными ценностями и инновационными, соответствующими современной эпохе.

В теории Инглхарта существенными показателями модернизаци-онности и постматериализма выступают удовлетворенность трудом и степень свободы в принятии управленческих решений. Если оба показателя высокие, можно констатировать рост витальной ценности труда и степени свободы личности в обществе, если низкие — инстру-

ментализацию труда, что характерно для стадии индустриализма. Исследования выявили наличие непрямой зависимости удовлетворенности трудом от материальных факторов: мировая тенденция состоит в том, что социальный капитал, связанный с вовлечением в трудовую сферу, оценивается как более значимый фактор, чем материальное вознаграждение. Так, по данным исследований EVS/WVS в Беларуси, молодежь (респонденты 18—29 лет) поставила ценность работы на вторую по значимости позицию. Эта ценность несколько возросла за постсоветский период: в 1999 г. — 49%, в 2008 г. — 54% (European. 2008; World. 2014).

В отношении студентов аналогичным показателем удовлетворенности трудом может выступать удовлетворенность своим выбором специальности, а также ориентация на будущее трудоустройство по получаемой специальности. Эти критерии были взяты в повторном исследовании студенчества, проведенном в конце 2016 г. Как и прежде, в качестве базы проведения исследования был выбран БГУ — один из вузов Беларуси, имеющий высокий рейтинг среди вузов СНГ. Высокий рейтинг БГУ, особенно его наиболее престижных факультетов (юридического, факультета международных отношений), означает, в частности, что сюда поступают наиболее подготовленные абитуриенты, которые проходят сквозь сито «отбора», которое можно условно назвать конкурентным звеном на начальной стадии вхождения в вуз. В выборке были представлены студенты как социально-гуманитарных факультетов, так и других, чтобы включить все профили обучения. Всего было опрошено около 500 студентов старших курсов, что сопоставимо с первой выборкой.

По полученным новым данным, наиболее значимыми критериями выбора работы на рынке труда были названы следующие (в порядке убывания): интересная работа, возможность профессионального роста, хорошие условия труда, высокая заработная плата. Количество студентов, выбравших первые три критерия, оказалось незначительным, в то же время, вместе взятые, все четыре критерия имеют высокую важность. Однако и белорусская молодежь в целом, и студенчество выше всего ценят материальные аспекты труда (настоящего и будущего) — зарплату, стабильность, хороший коллектив, а не его инновационный творческий характер или карьерное продвижение. Видимо, инновационный потенциал студенчества и молодежи пока развит недостаточно, чтобы стать значимым субъектом модернизации общества.

Судя по результатам исследований Беларуси в рамках международных опросов EVS/WVS, у постсоветского поколения белорусов прослеживается рост индивидуализма, что соответствует мировым тенденциям изменения молодежных ценностей в современную эпоху глобализации и потенциальным возможностям ее активного включения в инновационное развитие экономики (European... 2011; World... 2014). Однако данная возможность не является гарантией того, что молодежный трудовой потенциал не будет направлен в другую сторону: все зависит от наличия у молодых людей адекватных ресурсов для реализации данного потенциала. Когда нынешняя молодежь в будущем займет ключевые позиции, очевидно, она будет проявлять намного больше инновационности и индивидуализма, чем поколение, занимающее ключевые посты сегодня и социализированное в советское время.

Среди мотивов получения высшего образования студенчества, выявленных в прежних исследованиях автора (Титаренко 2016), первое место занял личностный мотив (образование как основа личностного развития — 37%), второе — чисто прагматичный, связанный с мас-совизацией образования мотив («получить диплом о высшем образовании» — 28%). Самый важный, на наш взгляд, мотив получения высшего образования — получение востребованной в обществе специальности — отметили лишь 18%, т. е. менее пятой части респондентов (выпускников вуза). Вполне возможно, что при поступлении в вуз реальные мотивы молодых людей были несколько иные и что выпускники (при отборе первой позиции) руководствовались социально одобряемым вариантом ответа. Однако остается фактом, что ко времени выхода на рынок труда лишь немногие из молодых специалистов осознают важность полученной профессии, возможности трудоустройства в соответствии с профилем образования. Значит, они не ориентированы на полное раскрытие трудового потенциала, сформированного в вузе, что снижает «отдачу» их учебы.

В исследованиях 2016 г. нами были выявлены не только мотивы получения студентами высшего образования, но и их понимание, каким целям оно служит. Здесь на первый план вышли две материальные цели: 1) образование — это хорошая платформа для построения профессиональной карьеры; 2) образование — это залог успешной жизни. Первую из этих позиций отметили более двух третей опрошенных, вторую — менее 10%. Почти шестая часть опрошенных студентов высказалась негативно о высшем образовании, что представляется нелогичным: ведь получение образования — дело добровольное и не-

обязательное. Видимо, именно такие студенты в вопросе о мотивах поступления в вуз называли формальные мотивы (повышение статуса, получение диплома независимо от профессии, обеспечение материального достатка в будущем). И все же на первом месте у респондентов оказалось желание стать высококвалифицированными специалистами в избранной области. Здесь не указывалось, должна ли быть специальность высоко востребованной в обществе, но в любом случае главенство профессионального мотива среди образовательных мотивов студенчества можно оценить в аспекте развития их модернизацион-ного потенциала только позитивно. Лишь профессионалы своего дела смогут проявлять новаторство в своей деятельности и вносить вклад в модернизационное развитие страны.

Наши эмпирические исследования не были репрезентативными для белорусского студенчества в целом, однако они позволили провести типологизацию студенчества престижного вуза страны по критерию преобладающих ценностей, т. е. по ориентации студентов на модернизационные либо традиционные ценности. На основании полученных данных и выявления доминирующих ценностей респондентов они были разделены на три основные группы: «традиционалисты», «предприниматели» и «исследователи». Это разделение было проведено с использованием кластерного анализа базовых терминальных ценностей, характеризующих наиболее общие и фундаментальные устремления молодых людей. Для «традиционалистов» характерно доминирование коллективистских и семейных ценностей и политический консерватизм. Для «предпринимателей» — материалистичные и индивидуалистские ценности, а также инициативность, открытость новизне и готовность к риску. Для «исследователей» — индивидуалистические и интеллектуальные ценности в профессиональной карьере, а также самостоятельность, готовность к рискам, открытость новизне. К типу традиционалистов можно отнести около 32% студентов (практически одинаково среди юношей и девушек), к типу предпринимателей — 20% юношей и 52% девушек-студенток, к исследователям — более 36% юношей и только 10% девушек. Часть студентов не определилась со своими собственными ценностями и представляет потенциал для воспитательной работы в вузе. В количественном плане при повторном проведении исследования студентов через шесть месяцев на аналогичной выборке подтвердилось только соотношение юношей и девушек среди исследователей и традиционалистов, тогда как среди предпринимателей соотношение полов полностью

нивелировалось. Эти изменения требуют дальнейших исследований, однако важно, что подтвердилось доминирование среди студентов традиционалистов (их оказалось в этот раз чуть менее 50% опрошенных).

Что касается восприятия студенчества как движущей силы инновационного развития Беларуси, менее трети студентов поддержали такое мнение. Почти четверть опрошенных затруднились с ответом, а остальные высказали противоположную позицию. В то же время предпринимателей признает такой силой также лишь треть студенчества. Другими силами инновационного развития были признаны руководители и государственные чиновники (15%), работники науки (13%), творческая интеллигенция (8%). Среди тех, кто признал студенчество одной из главных сил инновационного развития, оказалось большинство «предпринимателей», что логически следовало из их собственного понимания гражданской роли студенчества. Половина «традиционалистов» и «исследователей» высказалась против, т. е. для них социальные роли студенческой молодежи, видимо, не включают в себя действий по инновационному развитию страны, либо они не задумывались об этом. Более глубокое выяснение причин невысокой самооценки студенчества как движущей силы инновационного развития предстоит провести в последующих исследованиях. В целом в социально-экономической и культурно-образовательной сферах жизни около половины респондентов высказали модернизационные взгляды, но лишь небольшая часть студентов высказала модернизационные взгляды в гражданско-политической сфере. Видимо, в этом вопросе и проявляется специфика национального баланса традиционализма и модернизма современного молодого поколения белорусов. Учитывая, что студенты БГУ относятся к числу лучших в Беларуси, можно считать, что полученные данные характеризуют авангард студенчества, тогда как в репрезентативной выборке результаты могут быть ниже.

В целом наши эмпирические исследования подтвердили результаты многих предыдущих исследований, что современная белорусская студенческая молодежь отличается высоким уровнем познавательной мотивации, работоспособностью, активным «поиском себя», а также сочетает качества социальной и интеллектуальной зрелости с коммуникативной и социальной активностью. Это подтверждает, что студенческая молодежь может стать одним из ресурсов модернизационного развития страны. Современное студенчество обладает модернизаци-онным потенциалом, особенно в предпринимательской сфере. Однако использование этого потенциала в реальности зависит во многом

от социально-экономических условий, имеющих место в обществе в конкретный исторический момент времени.

Полученные данные дают основание для разработки практических рекомендаций в воспитательной работе со студенческой молодежью. Вероятно, для развития молодежной активности необходимо предоставлять студенчеству больше самостоятельности, развивать студенческое самоуправление, стимулировать студентов к участию в общественно-политической жизни на разных уровнях.

Источники

Бабосов Е. М. Основные социально-политические факторы структурной модернизации экономики Республики Беларусь // Социологический альманах. Вып. 5. Минск: Беларуская навука, 2014. С. 17—28. Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. М.: Academia, 1999. Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, общество и культура. М.: ГУ ВШЭ, 2000.

Инглхарт Р. Модернизация, культурные ценности и демократия: последовательность человеческого развития. М.: Новое изд-во, 2011. Лапин Н. И. Социоэкономическая и социокультурная модернизация регионов

России // Социологические исследования. 2015. № 1. С. 5—10. Магун В. С. Революция притязаний и изменения жизненных стратегий молодежи. 1985-1995 // Социологический журнал. 1996. № 3-4. С. 29-48. Рыжков Н. И. Роль науки и образования в формировании национальной

идеи // Социология. 2014. № 2. С. 16-25. Титаренко Л. Г. Ценности труда молодежи в белорусском обществе: потенциал инновационности и традиционности // Социологический альманах. Вып. 7. Минск, 2016. С. 134-145. Титаренко Л. Г. Социальная политика Республики Беларусь в сфере труда и социальной модернизации: проблемы и достижения // Перспективы социологии. Ядовские чтения. Сборник научных докладов конференции, СПб., 14-16 декабря 2015 г. / Под ред. О. Б. Божкова, С. С. Ярошенко, В. Ю. Бочарова. СПб.: Эйдос, 2016. С. 126-135 Arnason J. P. Civilisations in Dispute: Historical Questions and Theoretical Traditions. Leiden; Boston: Brill, 2003. EVS. 2008. European Values Study 1981-2008 [Electronic resource]. URL: http://

www.europeanvaluesstudy.eu/ (date of access: 30.12.11). WVS. 2014. World Values Survey. Wave 6 (2010-2014) [Electronic resource]. URL: http://www. worldvaluessurvey. org/WVSDocumentationWV6.jsp (date of access: 05.01.17).