Лингвокультурологический анализ топонимов и катойконимов боливийского национального варианта испанского языка

ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ТОПОНИМОВ И КАТОЙКОНИМОВ БОЛИВИЙСКОГО НАЦИОНАЛЬНОГО ВАРИАНТА ИСПАНСКОГО ЯЗЫКА

М. Радович

Российский университет дружбы народов ул. Миклухо-Маклая, 8, Москва, Россия, 117187

В статье анализируются боливийские топонимы и катойконимы — деноминативные имена прилагательные, получившие значение существительных или оттопонимические номинации. Систематизируются значения топонимов боливийского департамента Потоси через их морфологический анализ и связь с местными индейскими языками, в первую очередь с языками кечуа и аймара. Также рассматривается образование боливийских катойконимов посредством суффиксации, выделяются как наиболее распространенные, так и менее частотные суффиксы. Установлено, что в боливийском национальном варианте испанского языка лидирующую позицию в образовании катойконимов занимает суффикс «-eño». Также анализируются топонимические прозвища.

Ключевые слова: катойконим, Боливия, национальные варианты испанского языка, топонимика, продуктивность суффиксов

Как справедливо отмечала академик Н.М. Фирсова, Боливия — одна из латиноамериканских стран с самой большой долей индейского коренного населения, в силу чего языковая ситуация в этой стране характеризуется сложностью контактов испанского и автохтонных языков. Поэтому закономерно, что индейские языки внесли присущие им фонетические и лексико-грамматические элементы в испанскую речь двуязычного населения страны. Влияние коренных языков аймара, кечуа и группы тупи-гуарани четко прослеживается в боливийской топонимической системе — предмете нашего исследования.

О.С. Чеснокова разделяет латиноамериканские топонимы согласно формально-этимологическому признаку на три основные группы:

1) автохтонные топонимы, происходящие из языков коренных народов;

2) топонимы испанского происхождения;

3) топонимы-гибриды, смесь испанских и индейских элементов [Chesnokova, 2011].

Как показывает наш материал, эта классификация может быть применена к топонимии Боливии. Вот примеры:

1) в названиях департаментов: Cochabamba, Chuquisaca, Oruro, Potos , Tarija, Beni, Pando, а также в названиях провинций: Inquisivi, Camacho, Chayantas, Yamparaes;

2) La Paz, Villamontes, Trinidad, Perseverancia;

3) Gran Chaco — chacra: «деревенский, глупый, тупой»; Cercado de Cochabamba, Cercado de Beni, и т.д.: cercado — «общественное поле; пастбище, примыкающее к селу».

Важно подчеркнуть, что немалое количество боливийских топонимов относится к антропотопонимам, в том числе названия самой страны, официальной столицы страны (Sucre), департамента Санта Крус и его столицы (Santa Cruz, Santa Cruz de la Sierra), провинций (San Esteban, Velasco, Modesto Omiste, José Alonso de Ibáñez, Germán Jordán, Bernardino Bilbao или General Bilbao, Cornelio Saavedra), муниципалитета San Ignacio de Velasco и других населенных пунктов. Рассмотрим характерные примеры.

Sucre. Антонио Хосе де Сукре жил в первой половине XIX в. и был одним из самых выдающихся освободителей Боливии от конкистадоров и одним из руководителей Войны за независимость Америки. В 1813 году он присоединился к Симону Боливару. Сукре был вторым президентом Боливии с 1826 по 1828 г., был убит политическими противниками.

Santa Cruz. Андрес де Санта Крус был государственным деятелем, маршалом и следующим, после Сукре, президентом Боливии. На посту президента страны он провел ряд административных реформ и был главным учредителем Перуанско-боливийской конфедерации в 1836 г. После объявления войны со стороны Чили, конфедерация распалась, и Санта Крус вынужден был покинуть территорию американского континента.

Языковая ситуация Боливии является следствием диалектной неоднородности страны. Н.М. Фирсова приводит разделение К. Коэльо Вила Боливии на диалектные зоны А, B и C [8. С. 33—34]. В зону А (в которую входят центральный и югозападный районы Анд) включены департаменты Кочабамба, Ла-Пас, Оруро, Потоси и Чукисака. Влияние распространенных в этой зоне индейских языков аймара (в Ла-Пасе и Оруро) и кечуа (в Кочабамбе, Потоси и Чукусаке) на испанский язык пришедших европейцев несомненно велико, а результаты смешанных браков привели к появлению многочисленного слоя метисов. Для зоны А, вне зависимости от района, характерен официально признанный билингвизм — жителями используются две пары языков: испанский-аймара и испанский-кечуа. Так как до завоевания испанцами данный регион назывался Кольясуйо (Collasuyo) и его населяли индейцы кольяс (collas), для наименования жителей зоны А в наши дни используется топонимическое прозвище collas.

Что касается зоны B (район Северных и Восточных равнин и департаменты Пандо, Бени и Санта Крус), местные языки (тупи-гуарани и другие) получили название камбас (cambas), которое со временем стало топонимическим прозвищем для жителей региона.

В зону C входит департамент Тариха, расположенный в районе Центральных равнин Юга. Для зоны Ц характерно большее влияние кечуа и употребляемое топонимическое прозвище для проживающих в этом регионе — чапако ^hapaco).

Н.М. Фирсовой неоднократно отмечалось, что боливийский национальный вариант испанского языка отличается высоким процентом индихенизмов. Узуальные в Боливии лексические единицы индейского происхождения Н.М. Фирсова объединила в следующие группы: интернациональные (condor, maíz), общеиспанские (quechua, coca), панамериканские (papa, pampa), региональные или зональные (например champa в в Боливии, Парагвае, Чили и Аргентине), нацио-

нальные (или вариантизмы, по Виноградову В.С., которые вместе с региональными являются наиболее многочисленными — imilla, asna-chaki).

Рассматриваемые индихенизмы далее были классифицированы по семантическому признаку: 1) топонимы (Cochabamba, Chiquisaca, Oruro, Titicaca) 2) индейские этнические группы (movima, guarayo, chimán) 3) флора (motacú, ñuñuma, joco) 4) фауна (quirquincho, cata, aguará) 5) названия этнических блюд (charqui, hallulla, locro) 6) названия напитков (chabela, huiro) 7) обозначения бытовых предметов и понятий (poro, turril, aguayo) 8) названия танцев (palla-palla, auki-auki) 9) названия музыкальных инструментов (charango, sicu, tarca) 10) религиозные индихенизмы, т.е. наименования языческих богов и религиозных праздников (Pachamama, Supay, Wari) [8. С. 46—48].

Эти выводы Н.М. Фирсовой важны для нашего исследования топонимического и оттопонимического корпуса Боливии.

Следы языка аймара и его традиций наименования населенных пунктов явно заметны в катойконимах департамента Потоси. Обратимся к типичным примерам из нашей картотеки.

Антакауа (Antacahua) — серебряный рудник в старой провинции Порко. В аймара anti означает «розовый цвет», khawa — это накидка из тигровой кожи, которую носит танцор кена-кена.

Карикари (Carícari) — также рудник серебра в той же провинции. Как в языке аймара, так и в кечуа carícari означает «тот, кто режет», «скотобоец». Примечательно, что из этой лексической единицы происходит имя легендарного персонажа Карисири из боливийского фольклора. По верованиям, Карисири — злое невидимое существо, которое высасывает жир из своих спящих жертв и вызывает изнуряющие болезни, а по ночам ходит в капюшоне, из которого видно только его смертельно бледное лицо, унылое как ночь. Носил он с собой и небольшой колокольчик, зловещие удары которого раздавались время от времени.

Кольома (Colloma) — область в провинции Алонсо де Ибаньес. В аймара khollo обозначает холм, гору, в то время как uma — это вода. Соответственно, в переводе на русский название данной области прозвучало бы как «горная вода».

Кучо Инхенио (Cucho Ingenio) — топоним в провинции Линарес, население пользуется как испанским, так и своими индейскими языками. Здесь прослеживаем гибридный топоним — первый его элемент cucho в кечуа и аймара означает одно и то же — «угол». Вместе с испанской составляющей название приблизительно переводится как «угол талантливого, изобретательного человека».

Чагуа (Chagua) — область в потосийской провинции Модесто Омисте. В аймара и кечуа ch'awa означает «доить».

Чарка (Charca) — топоним, называющий не только область в провинции Алонсо де Ибаньес, но еще и именующий регион в провинции Корнелио Сааведра. На языке аймара charka — это разновидность ящерицы отвратительной внешности. Отсюда название Чарка Макави (makhawi — «дорога, тропинка животного»), еще одного кантона в провинции Генераль Бильбао, означающее «дорога ящерицы».

Катарикагуа (Kataricagua) — рудник в провинции Бустильос. На кечуа katari означает «гадюка, ядовитая змея», khawa — «смотреть». Таким образом, данный топоним интерпретируется как «смотрящий на гадюку».

Малькокота (Mallcocota) — рудник серебра в провинции Чайанта. На аймара mallku означает «начальник, глава», khota — «озеро».

Потоси (Potosí) — название департамента, города и горы. Топоним происходит из языка аймара: pfutuc — это ономатопейя, подражающая звуку лопания, в то время как siwa переводится как «сказал». Наш вариант перевода названия звучал бы приблизительно: «Бац! И сказал».

Сокоча (Sococha) — кантон в провинции Модесто Омисте. На кечуа sukucha — это «скрытый, спрятанный». Происхождение данного топонима некоторые приписывают лексической единице sokho, обозначающей вид местного бамбуса.

Титиойо (Titihoyo) — область в провинции Суд Чичас. Топоним состоит из двух морфем, происходящих из аймара: titi («тигр») и uyu («место, огороженный участок земли»).

Туписа (Tupiza) является столицей провинции Суд Чичас. Некоторые источники утверждают, что именно конкистадор Луис де Фуэнтес и Варгас дал испа-низированное название поселку под названием Tucpiza или Topejza, которое населяло индейское племя чичас (los chichas). Де Фуэнтес обосновался в миролюбивой и плодородной долине Туписа, навязал власть Леона из Испании и провозгласил себя исполнителем судебной власти.

Уюни — столица старой провинции Порко. На языке аймара uyu обозначает («место, огороженный участок земли»), ni («обладающий, имеющий»).

Вакуйо (Vacuyo) — кантон в провинции Фриас. На языке аймара этот топоним обозначает «святое место», поскольку wa-ca переводится как «святой», а uyu как «место, огороженный участок земли».

Йура (Yura) — область в провинции Кихарро, принадлежащая раньше провинции Порко. Топоним происходит из кечуа yuraj («белый»), и считается, что является усечением названия народа йуракаре (yuracare) из группы уру.

Боливийские катойконимы обобщим в виде таблицы.

Таблица

Боливийские топонимы и катойконимы

ТОПОНИМ КАТОЙКОНИМ

Bolivia boliviano

Sucre sucrense, capitalino

La Paz paceño

Apolo apoleño

Arani araneño

Arque arqueño

Ayopaya ayopayeño

Beni beniano

Camiri camireño

Campero aiquileño

Capinota capinoteño

Carrasco totoreño

Cercado de Cochabamba cochabambino

Cobija cobijeño

Cochabamba cochabambino

Chapare chapareño

Окончание таблицы

ТОПОНИМ КАТОЙКОНИМ

Chuquisaca chuquisaqueño

El Alto alteño

Esteban Arce tarateño

Germán Jordán cliceño

Gran Chaco chaqueño

Huanuni huanunense

Llallagua llallagueño

Mizque mizqueño

Oruro orureño

Pando pandino

Potosí potosino

Puna puneño

Punata punateño

Riberalta riberalteño

Quillacollo quillacolleño

San Ignacio de Velasco ignaciano

Santa Cruz de la Sierra cruceño

Tapacarí tapacareño

Tarija tarijeño

Tiraque tiraqueño

Trinidad trinitario

Tupiza tupiceño

Uyuni uyunense

Viacha viacheño

Villazón, Potosí villazonense

Villamontes villamonteño

Yacuiba yacuibeño

В таблице представлены 44 важнейших боливийских катойконима по алфавитному порядку соответствующих им топонимов. Катойконим boliviano, относящийся к самой стране, находится на первом месте в списке, а за ним следуют катойконимы sucrense и paceño, обозначающие жителей официальной и фактической столиц Боливии. Все приведенные катойконимы образуются с помощью суффиксации от самих топонимов.

Картина продуктивности суффиксов в Боливии более гомогенная, чем в соседних странах (частотность суффиксов в Аргентине, Чили, Парагвае, Уругвае и Колумбии нами уже анализировалась [Радович 2014, 2016]), так как в качестве лидирующего суффикса выступает «-eño», встретившийся нам 32 раза (aiquileño, alteño, apoleño, araneño, arqueño, ayopayeño, camireño, capinoteño, cliceño, cobijeño, cruceño, chapareño, chaqueño, chuqisaqueño, llallagueño, mizqueño, orureño, paceño, punateño, puneño, quillacolleño, riberalteño, sacabeño, tapacareño, tarateño, tarijeño, tiraqueño, totoreño, tupiceño, viacheño, villamonteño, yacuibeño). Значительно менее употребительными оказались суффиксы «-ino» с пятью примерами (capitalino, cochabambino (обозначающий жителя департамента Кочабамба, а также жителя Серкадо-де-Кочабамба), pandino, potosino), третьим по распространенности ока-

зался суффикс «-ense» (в четырех случаях: huanunense, sucrense, uyunense, villazonense). Четвертое место занимает суффикс «-ano» (с тремя примерами: beniano, boliviano, ignaciano), в то время как обнаружен лишь один катойконим, оканчивающийся на «-ario» (trinitario).

Топонимические прозвища, которые нередко возникают в испаноговорящих латиноамериканских странах с целью подчеркнуть некоторые психологические или культурологические особенности групп людей, проживающих в определенных местностях, городах или регионах, также встречаются в Боливии. Катойконим movima произошел от наименования коренного языка мовима и обозначает жи-тела города Santa Ana del Yacuma. Кроме того, уроженцев кантона Бетансос (Betanzos), из провинции Корнелио Сааведра (Cornelio Saavedra) называют bartolos, в связи с тем, что с роскошью и большим воодушевлением празднуют день св. Варфоломея, местного покровителя.

Итак, топонимы Боливии относятся по морфологическому составу к автохтонным топонимам, топонимам испанского происхождения и топонимам-гибридам. В топонимии страны четко прослеживается индейский топоформант, проявляющийся как в изолированных топонимах индейского происхождения, дошедших до наших дней, так и в топонимах-гибридах. Боливийские антропо-топонимы содержат важную для боливийцев культурологическую информацию о выдающихся деятелях страны и Латинской Америки: Bolivia, Sucre, Santa Cruz. Катойконимы Боливии обнаруживают как лексико-семантическую связь с относящимся к ним топонимам, так и оказываются топонимическими прозвищами. С морфологической точки зрения наиболее продуктивен суффикс «-eño».

ЛИТЕРАТУРA

[1] ВиноградовВ.С. Лексикология испанского языка: учебник. 2-е изд., испр. и доп. М.: Высш. шк., 2003. 244 с.

[2] Иберо-романистика в современном мире: научная парадигма и актуальные задачи: тезисы конференции: Москва, МГУ им. М.В. Ломоносова, Филологический факультет, 20-21 ноября 2008 г. М.: МАКС Пресс, 2008. 145 с.

[3] Мурзаев Э. М. Очерки топонимики. М.: Мысль, 1974. 382 с.

[4] Радович М. Лингвистический анализ катойконимов на материале аргентинского и чилийского национальных вариантов испанского языка // журнал X Международной научно-практической конференции «Современные исследования социальных проблем». Красноярск: Научно-исследовательский центр, 2014. С. 12—29.

[5] Радович М. Семантика и стилистика катойконимов на материале южноамериканских национальных вариантов испанского языка // Иберо-романистика в современном мире: научная парадигма и актуальные задачи: материалы VII Международной конференции, Москва, МГУ им. М.В. Ломоносова. М.: МАКС Пресс, 2014. С. 96—97.

[6] Радович М. Los top nimos y gentilicios de Colombia y Chile: su etimología y morfología (Чилийские и колумбийские катойконимы: этимология и морфология) // Колумбия и Чили: наука, мышление и коммуникация: сб. материалов I Международного междисциплинарного семинара (на исп.яз.). М.: КДУ, Университетская книга, 2016. С. 54—61.

[7] Радович М. Los gentilicios en las variantes nacionales sudamericanas de la lengua española (Катойконимы в южноамериканских национальных вариантах испанского языка) // Ибе-роамериканский мир: традиции и современные тенденции: приложение к журналу «Ибе-роамериканские тетради». Вып. 1.: материалы VII Международной научной конференции

испанистов «Homo loquens в ибероамериканском лингвистическом пространстве: исследования и преподавание» (на исп.яз.). М.: ИМИ МГИМО МИД России, 2016. С. 353— 359.

[8] Фирсова Н.М. Испанский язык и культура Боливии: учеб. пособие. М.: РУДН, 2008. 98 с.

[9] Чеснокова О.С. Основы лексикологии испанского языка: учеб. пособие. М.: РУДН, 2008. 79 с.

[10] Чеснокова О.С. Колумбия в мире испанского языка: монография. М.: РУДН, 2011. 118 с.

[11] Alvar Manuel — Quilis Antonio. Atlas Lingüístico de Hispanoamérica. Cuestionario, Madrid, Instituto de Cooperación Iberoamericana, 1984. pág. 15.

[12] Casares Julio. Apéndice de nombres gentilicios, parte integrante del Diccionario Ideológico de la Lengua Española, 1a edición, cuarta tirada (Editorial Gustavo Gili, S.A., Barcelona, 1954).

[13] Chesnokova O. Toponimia latinoamericana: un enfoque semiótico. Forma y Función vol. 24, núm. 2 (julio-diciembre) del 2011. Bogotá, Colombia, ISSN 0120-338x, pp. 11—24.

[14] Diccionario de la Lengua Española — (Vigésima segunda edición de la Real Academia Española). www.drae.es

[15] www.educa.com.bo/folklore/toponimia

Статья поступила в редакцию 24 апреля 2016 г.

LINGUOCULTURAL ANALYSIS OF TOPONYMS AND DEMONYMS

IN BOLIVIAN SPANISH

M. Radovich

Peoples' Friendship University of Russia Miklukho-Maklaya str., 6, Moscow, Russia, 117198

The present article analyses the complex system of toponyms and demonyms in Bolivian Spanish. The author describes etymology of toponyms from the department of Potosí by providing the explanation of their morphological structure and connections with local indigenous languages, such as quechua and aymara. Furthermore, special attention is paid to the formation of demonyms via suffixation, as the author offers the table with the analyzed examples and singles out the most expanded suffixes, as well as those that are rarely used. The results have shown that the suffix "-eño" has the leading position, therefore it can be considered the most productive one in Bolivia. The article also analyzes Bolivian toponymic nicknames.

Key words: demonyms, Spanish, Bolivian Spanish, toponymy, linguistic geography, linguistic analysis, suffixes

REFERENCES

[ 1] Vinogradov V.S. Lexikologiya ispanskogo yazyka [The Lexicology of Spanish]. Moscow: Higher School Publ., 2003. 244 p.

[2] Ibero-romanistika v sovremennom mire: nauchnaya paradigma i aktual'nye zadachi: Tezisy konferentsii [Ibero-romanistics in the modern world: the scientific paradigm and current tasks: reports of the conference]. Moscow, Moscow State University, Faculty of Philology, MAKS Press Publ., 2008. 145 p.

[3] Murzayev E.M. Ocherki toponimiki. Moscow: Mysl' Publ., 1974. 382 p.

[4] Radovich M. Lingvisticheskii analiz katoikonimov na material argentinskogo i tchiliiskogo natsional'nikh variantov ispanskogo yazyka [The Linguistic Analysis of Demonyms]. Zhurnal X Mezhdunarodnoi nauchno-prakticheskoi konferentsii "Sovremennye issledovaniya sotsial'nikh problem" [The X Int. Sci. and Pract. Conf. Journal "The Modern Investigations ofSocial Issues"]. Krasnoyarsk: Nauchno-issledovatel'skiy Tsentr Publ., 2014. Pp. 12—29.

[ 5] Radovich M. Semantika i stilistika katoikonimov na materiale yuzhnoamerikanskikh natsional'nikh variantov ispanskogo yazyka [Semantics and stylistics of demonyms in Latin American Spanish]. Ibero-romanistika v sovremennom mire: nauchnaya paradigma i aktual'nye zadachi: Materialy VII Mezhdunarodnoi konferentsii [Contemporary Iberian Romance studies: scientific paradigm and current topics: the materials ofthe VII Int.Conf.]. Moscow, Moscow State University, MAKS Press Publ., 2014. Pp. 96—97.

[6] Radovich M. Los topónimos y gentilicios de Colombia y Chile: su etimología y morfología [The Chilean and Columbian demonyms: etymology and morphology]. Kolumbiya i Chili: nauka, myshlenie i kommunikatsiya. Sbornik materialov i Mezhdunarodnogo mezhdistsiplinarnogo seminara [Columbia and Chile: science, thinking and communication. The materials of the I Int. Interdisciplinary Seminar]. Moscow: KDU Publ. Universitetskaya kniga, 2016. Pp. 54—61.

[7] Radovich M. Los gentilicios en las variantes nacionales sudamericanas de la lengua española [The demonyms in the South American national variants of Spanish]. Iberoamerikanskii mir: traditsii i sovremennie tendentsii: prilozhenie k zhurnalu "Iberoamerikanskie tetradi". Vypusk 1. Materialy VII Mezhdunarodnoi nauchnoi konferentsii ispanistov "Homo loquens v iberoamerikanskom lingvisticheskom prostranstve: issledovaniya i prepodavanie" [The Ibero-American world: traditions and contemporary tendencies: supplement to the journal "Ibero-American Notebooks". The materials of the VII Int. Sci. Conf. of hispanists "Homo loquens in the Ibero-American linguistic area: investigations and teaching"]. Moscow: MGIMO Publ., 2016. Pp. 353—359.

[8] Firsova N.M. Ispanskiy yazyk i kul'tura Bolivii [The Spanish Language and Culture in Bolivia]. Textbook. Moscow: PFUR Publ., 2008. 98 p.

[9] Chesnokova O.S. Osnovy lexikologii ispanskogo yazyka [The Spanish Lexicology Basics]. Textbook. Moscow: PFUR Publ., 2008. 79 p.

[10] Chesnokova O.S. Kolumbiya v mire ispanskogo yazyka [Columbia within its Spanish]: monography. Moscow: PFUR Publ., 2011. 118 p.

[11] Alvar Manuel — Quilis Antonio. Atlas Lingüístico de Hispanoamérica. Cuestionario [The Linguistic Atlas of Hispanoamerica. The Survey], Madrid, Instituto de Cooperación Iberoamericana, 1984. P. 15.

[12] Casares Julio. Apéndice de nombres gentilicios, parte integrante del Diccionario Ideológico de la Lengua Española, 1a edición, cuarta tirada [The Appendix of Demonyms, the integral part of the Ideological Spanish Dictionary, the 1st edition, the 4th impression]. Barcelona, Editorial Gustavo Gili, S.A. Publ., 1954.

[13] Chesnokova, O. Toponimia latinoamericana: un enfoque semiótico [Latin American Toponymy: A Semiotic Approach]. Forma y Función vol. 24, núm. 2 (julio-diciembre) del 2011. [Form and Function Journal, vol. 24, number 2, (july-december) 2011]. Bogotá, Colombia, ISSN 0120-338x, Pp.11—24.

[14] Diccionario de la Lengua Española [The Spanish Language Dictionary] — Vigésima segunda edición de la Real Academia Española [The XXII Edition ofthe Royal Spanish Academy]. Available at: www.drae.es

[15] www.educa.com.bo/folklore/toponimia