Корпусное исследование информационной структуры и границы клаузы в хеттском языке (на материале среднехеттских писем)

М. А. Молина, А. В. Сидельцев

КОРПУСНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ИНФОРМАЦИОННОЙ СТРУКТУРЫ И ГРАНИЦЫ КЛАУЗЫ

В ХЕТТСКОМ ЯЗЫКЕ

В статье рассматриваются случаи неканонического порядка слов в хеттском языке и связанные с этим вопросы границы клаузы, позиции энклитического противительного союза -ma в начале клаузы и причины его смещения вправо. Также на материале, полученном с помощью корпусного анализа среднехеттских писем, изучается вопрос полноударности/ неполноударности частиц man, kasa (kasma), nasma, namma и случаи клитизации к ним -ma. В статье выдвигается гипотеза их факультативной неполноударности.

Ключевые слова: хеттский язык, информационная структура, фокус, топик, энклитические местоимения, границы клаузы.

Коммуникативная структура хеттского языка в последние годы всё больше привлекает внимание хеттологов (Goede-gebuure 2014, Sideltsev 2014, Widmer 2009, Rizza 2007, 2008, 2009, 2011; Bauer 2011, Rieken 2011, Luraghi 1990, 2012, forthcoming). Есть исследования, описывающие отдельные явления хеттского синтаксиса (Huggard 2011, 2013; Melchert 2009; Goedegebuure 2009; Sideltsev 2014). Однако на сегодняшний момент фактически нет ни одной работы в области хеттского синтаксиса, которая была бы основана на корпусном подходе и статистических методах, охватывала бы достаточно широкий гомогенный материал1 и предоставляла бы однозначные данные относительно того, как статистически частотны те или иные черты хеттской информационной структуры/синтаксиса. Это представляется тем более важным, что во многих работах последних лет особое внимание обращается на частотность/ред-

1 Работа Goedegebuure 2014 основывается на корпусе, однако (1) ее корпус разнороден, он принципиально составлен так, чтобы включать тексты разных жанров и эпох; (2) собственно статистическая составляющая не является основным методом исследования. Ближе всего по методологии работа П. Видмера (Widmer 2009), которая анализирует практически тот же корпус, что и мы. Однако и в данной работе статистические методы не являются основными.

кость исследуемых явлений в различных текстах, делаются далеко идущие выводы о происхождении и развитии отдельных явлений хеттского синтаксиса (Bauer 2011; Rieken 2011; Sideltsev 2014), при этом полноценной статистики работы не представляют.

Данная работа основывается на статистическом исследовании подготовленного нами корпуса среднехеттских писем. Объектом статьи послужат границы клаузы в хеттском и связанный с этим вопрос неканонического порядка слов. Известно, что хеттский язык имеет нейтральный порядок слов SOV (Hoffner, Melchert 2008; Luraghi 1990; Luraghi forthcoming; Sideltsev 2002). Но какова частотность и насколько регулярны случаи отклонений от этого порядка в линейной структуре клаузы? На эту тему существует значительная литература, отметим лишь последние работы: Bauer 2011; Rizza 2011; Sideltsev 2014; Luraghi forthcoming, однако строгие статистические подсчеты отсутствуют. В подавляющем большинстве языков изменение порядка слов маркирует информационную структуру предложения. Интуитивно понятно, что в хеттском это крайне редкое, однако регулярное явление. С. Лураги (Luraghi 2012) оценивает, к примеру, количество клауз с глаголом в начальной позиции (V-initial clauses) как ~1%, постглагольные отрицания как < 1%. Но это приблизительные оценки, а точных данных в литературе на сегодняшний момент не существует. Между тем корпусный подход позволяет продемонстрировать точные параметры как редкости, так и регулярности рассматриваемых явлений.

К примеру, замена порядка слов на OSV, считающаяся вариантом нормы для хеттского языка (Goedegebuure 2014) и связанная с фокусом на субъекте, происходит на материале среднехеттских писем всего в 0,92% случаев - это значительно меньше интуитивно ожидаемого результата. Таким образом, порядок SOV оказывается жестче, чем предполагалось.

Еще один вариант неканонического порядка слов - подъем глагола в начало (V-initial clauses) предложения и подъем глагола из конечной позиции в середину предложения (V-internal clauses), в последнем случае справа остаются составляющие в постглагольной позиции (Sideltsev 2014) или списки (Sideltsev 2010). На материале среднехеттских писем глагол занимает начальную позицию всего в 0,46% случаев. Количество клауз, в которых после глагола присутствует заполненная (постглагольная) позиция, - 1,3% от общего количества (цифры

отражают текущее состояние работы с материалом и могут незначительно измениться после завершения работы над базой данных). Любопытно посмотреть, с какой частотой в хеттском языке глагол оказывается за пределами фокуса (т.е. находится в топике): таких случаев крайне мало - всего 3,92% от общего числа клауз. С помощью корпусного подхода мы можем также пронаблюдать частоту перемещения отрицания и преверба от глагола в начало предложения.

После этого краткого введения перейдем к основной проблеме нашей статьи - границам клаузы. Основной маркер начала предложения в хеттском языке - фразовый соединительный союз пи (п=) - на нашем материале встречается в 49,15% случаев. Количественная оценка позволяет нам сделать вывод, что при такой частотности (почти половина клауз) он вряд ли может нести какую-либо информационную нагрузку, как предполагается в статье П. Видмера ("^ёшег 2009).

Любопытные данные об информационной структуре хеттского языка показывает корпусный анализ встречаемости противительных энклитических союзов -а/-та, сигнализирующих о смене топика и/или контрасте. Союз -та обычно клитизируется к первому полноударному слову (ваккернагелевская позиция)2. До сих пор ни одно исследование не показало, насколько регулярно -та появляется именно в этой позиции. Нам удалось выяснить любопытную деталь: на материале среднехеттских писем отклонений от этой позиции практически нет. Единственное исключение составляет предложение, где -та маркирует узкий фокус в клаузе с сопоставительным выделением, редким для материала в принципе:

(1) МН (СТН 186) НКМ 25 оъу. 6-8

Ьи.КиЯ=и>а {ращагк Ирапйаъ kuwapi г6 МЕ Ьи.КПЯ kuwapi=ma г4 МЕ Ьи.КПЯ Чаиап

'Враг, мол, большим числом под покровом ночи там (группой в) 600 человек, там же (группой в) 400 человек передвигается'

Принято считать, что -та клитизируется к первому полноударному слову в клаузе (Но1¥пег, Ме1еЬей 2008), при этом давно и хорошо известно, что при выборе ударного слова-хозяина для -та не учитываются неполноударные частицы: -та

2 Ср.: Ме1еЬег1 2009, где отмечаются крайне редкие случаи постановки -та не в ваккернагелевской позиции.

стандартно сдвигается вправо за цепочки энклитик в ваккерна-гелевской позиции после фразового союза nu (неполноудар-ного)3, но не пропускает энклитические местоимения после полноударных слов. Это хорошо демонстрируют примеры из корпуса среднехеттских писем:

(2) MH (CTH 186) HKM 17 obv. 26-27 nu=wa URUKapapahsuwan=ma fwalhuwani 'Мол, город Капапахсуву же (мы) атакуем'

(3) MH (CTH 190) HKM 84 rev. 4' n=as fU-UL=ma [...]

'Он же не [...]'

(4) MH (CTH 190) HKM 75 obv. 24 nu kinun=ma fnutarnutten

'Теперь же поторопитесь'

(5) MH (CTH 186) HKM 36 obv. 33 kun=ma=wa [ERIN.MES] [...]

'Это же, мол, [войско] [...]'

(6) MH (CTH 186) HKM 36:37-l.e.4 obv. 44-46 tuel=ma=an=kan mahhan maniyahantes fISTU ZiD.DA arha dayaer 'Твои же управляющие когда ее с пшеницей взяли'

Также отмечены в литературе случаи, когда -ma последовательно пропускает влево частицы man, kasa (kasma), nasma, namma, прикрепляясь к следующему за ними во второй позиции полноударному слову. В нашем корпусе это можно видеть на следующих примерах:

(7) MH (CTH 190) HKM 65b l.e.1 nasma=wa zig[g=a]=ma fehu 'Или, мол, и ты (=сам) же приди'

(8) MH (CTH 190) HKM 66 obv. 26 man=as fnaui=ma paizzi 'Если же он еще не ушел'

3 Что назависимо подтверждается спорадическими древнехеттскими написаниями пи слитно с последующим словом, а также фонетическим развитием пи > п- при присоединении клитик, начинающихся с гласного. Как представляется, подобное фонетическое развитие (пи > *nw > п-) возможно только при безударности пи.

(9) MH (CTH 190) HKM 84 rev. 14' män fselis=ma ku[iski]

'Если зерна же (запасы) какие-нибудь'

(10) MH (CTH 199) ABoT 65 rev.16'-rev.18'

[män=w]a=kan mHattusili=ma ANA [...] [o o o ]x-radantannan [...] fpaun 'Если, мол, Хаттусили же к [...], [...] (я) пришел'

(11) MH (CTH 186) HKM 45 obv. 25 [k]äsa UD=m[a...]

'Вот, год же [...]'

(12) MH (CTH 200) ABoT 60 obv. 25'

[n]amma ANSE.KUR.RA.HI.A=ma=mu [...] fkisari 'Далее, колесницы же мои [.] становятся'

Оба этих факта получают объяснение только в том случае, если мы не рассматриваем -ma как чисто вакернагелевскую кли-тику, в отличие от остальных клитик. В то же время, в отличие от частицы -pat, которое не имеет линейных ограничений на употребление в клаузе, -ma явным образом демонстрирует тяготение к началу клаузы и именно к первому ударному слову. Как объяснить данное противоречие? Первое из возможных объяснений состоит в том, что частицы man, kasa (kasma), nasma, namma являются неполноударными4. При этом, как хорошо известно, их неполноударность не мешает остальным клитикам присоединяться к ним. Собственно, в нашем корпусе тоже есть три случая (13, 14, 15), когда -ma ведет себя как обычная вакернагелевская клитика:

(13) MH (CTH 188) KUB 31.79 obv. 21

namma=ma=mu kuit ammel BELI-YA SA mZid[asdu hatraes] 'Далее же мне поскольку, мой господин, о Цидасду (ты) написал'

(14) MH (CTH 186) Or 90/1400 obv. 4

käsa=ma mHaswaras kuit fSA HURSAGHaluna tuppi udas 'Вот же, Хасвара, которую о горе Халуна табличку принес'

4 См.: 31ёе118еу 2002; 2014, который также приводит в качестве аргумента относительные и неопределенные местоимения, для которых таи, кат (ката), иа$та не являются первым ударным словом.

(15) MH (CTH 186) HKM 6 obv. 9 namma=ma=war=as fkuwapi pait

'Далее же, мол, он куда пришел'

Чикагский словарь (CHD L-N:143-161) также приводит ряд клауз, начинающихся с man=ma, например (CHD L-N:157):

(16) NH (CTH 563.1.A) KUB 5.3 i 1-4, oracle question ma-a-an-ma-kán kuitman dUTU-5/ uruKU.BABBAR-í/ ser 'Если пока Его Величество (находится) наверху в Хаттусе'

Надо, однако, отметить, что все приведенные в (CHD L-N) примеры либо новохеттские, либо записаны в новохеттское время.

Очевидно, что слова, позволяющие -ma присоединяться к следующему слову в нарушение правила Ваккернагеля, ведут себя двойственно5. В большинстве случаев они выступают так же, как и проклитика nu, то есть как неполноударное слово. Но в очень редких (по крайней мере, на среднехеттском материале) случаях они ведут себя как полноударное слово. Можно сделать предположение, что они обладали неполной ударностью, средней между nu и полноударными словами.

Наиболее интересным результатом работы для синтаксиса хеттского языка стали данные, демонстрирующие последовательно безударный характер союза man в корпусе среднехет-тских писем. В этом материале он никогда не присоединяет к себе -ma, при том что согласно примерам в (CHD L-N: 143-161) man все-таки может выступать носителем ударения при -ma. На это обстоятельство исследователи раньше не обращали внимания. Возможно, данные корпуса писем позволют склониться к гипотезе об идиолектном характере полной/ неполной ударности man.

При таком объяснении вторых позиций в хеттском языке будет две. (1) - после неполноударных слов nu, man, kasa (kasma), nasma, namma. Эта позиция ваккернагелевская, в нее помещаются энклитики. (2) - после полноударного слова, даже если ему предшествуют неполноударные слова. Эта позиция не является ваккернагелевской, но является второй. В нее помещаются относительные местоимения в определительных относительных клаузах, неопределенные местоимения и -ma (Sideltsev

5 Альтернативно можно предположить, что двойственный характер проявляет man.

2002; 2014). См. также пример из (CHD L-N:160), где и -ma, и относительное местоимение (функционирующее как неопределенное) располагаются не после man, а после первого полноударного слова.

(17) MH/NS (CTH 261.B) KUB 13.2 iii 21-22 ma-a-an DINU-ma kuis ... udai

'Если иск кто-то... принесет'

Неполноударный характер man, kasa (kasma), nasma, namma, вероятно, был факультативным и действовал лишь для части носителей/ идиолектов хеттского языка. Nu оставалось неполно-ударным или проклитикой для всех носителей хеттского языка.

Следует обратить внимание на редкие случаи, когда -ma оказывается внутри NP или DP. На нашем материале удалось найти один такой пример:

(18) MH (CTH 190) HKM 72 obv. 9-11

n=asta fGlsmurta tuel=ma karassandu(s) karsten

'Деревья-murta твои же обрезанные срубите'

Мы видим, что -ma закрепляется не на первом полноударном слове, а в середине именной группы, при этом энклитика разделяет два определения в именной группе. В приведенном примере -ma маркирует не топик, а фокус, причем узкий фокус, который выделяет не целую именную группу, а ее часть (не просто деревья-murta, а «твои срезанные» murta), т. е. определения, к первому из которых и клитизируется -ma. Учитывая информационную специфику контекста (фокус на определениях), которая в свете просодических исследований фокуса в предложении говорит об ударении на фокусированном элементе, позицию -ma можно предложить интерпретировать следующим образом. В NP ударение не попадает на первое слово; оно приходится на второе и третье и, следовательно, -ma свидетельствует о расстановке фразового ударения, маркирующего узкий фокус в клаузе. См. аналогичное объяснение, которое предлагает Мелчерт для KUB 22.70 Ro 51-53 (Melchert 2009: 189):

(19) NH (CTH 566) KUB 22.70 Ro 51-53

n=at panzi ANA DINGIR-LIM ISTU NA4 pianzi... n=at ANA DINGIR-LIM ISTU KU.GI=ma pianzi

'Им следует продолжать давать это богам с (драгоценными) камнями. или это они дадут богам золотом?'

В этом двойном вопросе из запроса к оракулу он объясняет внутреннюю позицию -ma тем, что клитика маркирует вторую альтернативу из двух в контрастивном фокусе.

Конечно, анализ контекста (18) несколько ослабляется тем фактом, что письмо HKM 72 содержит значительное количество ошибок (см. указание на этот факт в Hoffner 2009: 232). По мнению Хоффнера, писец, написавший это письмо, не очень уверенно владел хеттским языком. Впрочем, пародоксальным образом, наше объяснение контекста вовсе не противоречит предположению ошибки: оно предлагает сценарий, по которому ошибка стала возможной именно в данном случае. В то же время надо отметить, что сама по себе внутриклаузальная позиция -ma совсем не так исключительна, как полагает Хоффнер, который автоматически описывает рассматриваемое нами употребление как ошибку. Так, некоторое количество употреблений -ma внутри клаузы в непереводных хеттских текстах отмечает (Melchert 2009: 189), хотя и не дает им объяснения.

Литература

CHD L-N - The Hittite Dictionary of the Oriental Institute of the University of Chicago. Ed. by H. Guterbock, H. Hoffner, T. van den Hout. L-N. The Oriental Institute of the University of Chicago, 1989. P. 143-161. Goedegebuure 2009 - Goedegebuure P. Focus in Hittite and the stressed pronoun apa-: in search of a method // E. Rieken, P. Widmer (eds.), Pragmatische Kategorien. Form, Funktion und Diachronie. Akten der Arbeitstagung der Indogermanischen Gesellschaft 24.-26. September 2007, in Marburg. Wiesbaden: Reichert 2009. P. 93-112. Goedegebuure 2014 - Goedegebuure P. The use of demonstratives in Hittite: deixis, reference and focus // StBoT 55. Wiesbaden: Harrassowitz, 2014. Hoffner, Melchert 2008 - Hoffner H. A. Jr. and Melchert, C. A Grammar of the Hittite Language. Part 1: Reference Grammar. Winona Lake, Indiana: Eisenbrauns, 2008. Hoffner 2009 - Hoffner H. A. Letters from the Hittite Kingdom. Atlanta:

Society of Biblical Literature, 2009. Huggard 2011 - Huggard M. On Wh-(Non)-Movement and Internal Structures of the Hittite Preposed Relative Clause // S. W. Jamison, H. C. Melchert, B. Vine (eds.). Proceedings of the 22nd Annual UCLA Indo-European Conference. Bremen: Hempen, 2011. P. 83-104. Huggard 2013 - Huggard M. More on kuit: Causal clauses in Hittite //

ECIEC XXXII. Poznan, June 21-24, 2013 (handout). Luraghi 1990 - Luraghi S. Old Hittite Sentence Structure. London; New

York: Routledge, 1990. Luraghi 2012 - Luraghi, S. Opposite tendencies of placement rules for P2 clitics and the position of the finite verb. Paper read at SWL V, 1-4 Octobre 2012. Dubrovnik. (Handout).

Luraghi forthcoming - Luraghi S. Anatolian syntax: The simple sentence // J. Klein and M. Fritz (eds.). Comparative Indo-European Linguistics. Berlin; New York: Mouton de Gruyter.

Melchert 2009 - Melchert H. Craig. Discourse Conditioned Use of Hittite -ma. // E. Rieken, P. Widmer (eds.). Pragmatische Kategorien. Form, Funktion und Diachronie. Akten der Arbeitsteigung der Indogermanischen Gesellschaft 24.-26. September 2007, in Marburg. Wiesbaden: Reichert 2009. P. 187-195.

Rieken 2011 - Rieken E. Verbanfangsstellung in den hethitischen Übersetzungstexten // Th. Krisch et al. (eds.). Indogermanistik und Linguistik im Dialog. Akten der XllI. Fachtagung der Indogermanischen Gesellschaft 21.-27. September 2008, in Salzburg, Wiesbaden: Reichert 2011. P. 498-507.

Rizza 2007 - Rizza, A. I pronomi enclitici nei testi etei di traduzione dal hattico, Studia mediterranea 20, Pavia: Italian University Press, 2007.

Rizza 2008 - Rizza A. «Cercato in traduzione»: su di un passo problematico della bilingue «SIR para tarnum(m)as» // Traduzione di traduzioni e tradizioni di traduzione. Atti del IV incontro «Orientalista -Associazioni Orientalisti». Pavia, 19-21 aprile 2007. Ed. by B. Bellucci, E. Jucci, A. Rizza et B. M. Tomassini Pieri. Milano: Qu.A.S.A.R., 2008.

Rizza 2009 - Rizza A. Left and Right Periphery in Hittite. The case of the translations from Hattic // E. Rieken, P. Widmer (eds.). Pragmatische Kategorien. Form, Funktion und Diachronie. Akten der Arbeitstagung der Indogermanischen Gesellschaft 24.-26. September 2007, in Marburg. Wiesbaden: Reichert, 2009.

Rizza 2011 - Rizza A. The ritual for the Royal Couple CTH 416. Syntax of non verbal predicates and numerals // Anatolistica, indoeuropeistica e oltre nelle memorie dei seminari offerti da Onofrio Carruba (anni 19972002) al Medesimo presentate. Milano 2011. P. 13-37. (=Antiqui Aevi Grammaticae Artis Studiorum Consensus. Series maior I).

Bauer 2011 - Bauer A. Verberststellung im Hethitischen // Th. Krisch et al. (eds.). Indogermanistik und Linguistik im Dialog. Akten der XIII. Fachtagung der Indogermanischen Gesellschaft 21.-27. September 2008, in Salzburg. Wiesbaden: Reichert 2011. P. 39-48.

Sideltsev 2002 - Sideltsev A. Inverted Word Order in Middle Hittite // V. V. Shevoroshkin, P. J. Sidwell (eds.). Anatolian Languages, Canberra, 2002. P. 137-188. (= Association for the History of Language Studies in the Science & History of Language 6).

Sideltsev 2010 - Sideltsev A. The Syntax of Middle Hittite Lists // Acts of the VIIth International Congress of Hittitology. Corum, August 25-31, 2008, Vol. II, Ankara.

Sideltsev 2014 - Sideltsev, A. Clause internal and clause leftmost verbs in Hittite. // AoF 2014 forthcoming.

Widmer 2009 - Widmer P. Hethitisch nu als Mittel der informationsstrukturellen und syntaktischen Verknüpfung // E. Rieken, Paul Widmer (eds.). Pragmatische Kategorien. Form, Funktion und Diachronie. Arbeitstagung der Indogermanischen Gesellschaft 24.-26. September 2007, in Marburg. Wiesbaden: Reichert 2009. P. 323-335.

M. A. Molina, A. V. Sideltsev. Corpus Study of Information Structure and clause borders in Hittite

This paper is part of the project applying corpus method to the block of the Middle Hittite letters. We carried out a quantitative analysis dedicated to the problems of non-canonical word order in Hittite. It focuses on the question of clause borders, specifically the position allowed for certain clitics, such as proclitic phrase connecting conjuction nu and enclitic adversative conjunction -ma. Their position is leftmost within the clause, however, there are also some rare cases when -ma is clitisized to the first verb in the clause. The paper discusses possible causes for this placement. We also consider other constituents which also behave in a non-canonical way in relation to the left edge of the clause, such as man, kasa (kasma), nasma, namma. The results from the analysis led us to belief that these constituents are non fully stressed. The paper further discusses a hypothesis of the optional non-stressability of these particles.

Keywords: Hittite, non-canonical word order, enclitic conjunction -ma.