История восприятия книги рассказов «Записки охотника» И. С. Тургенева в США в конце xix начале XX вв

Филология

Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского, 2014, № 2 (2), с. 224-227

УДК 82

ИСТОРИЯ ВОСПРИЯТИЯ КНИГИ РАССКАЗОВ «ЗАПИСКИ ОХОТНИКА» И.С. ТУРГЕНЕВА В США В КОНЦЕ XIX - НАЧАЛЕ XX вв.

© 2014 г. Е.В. Макарова

Владимирский госуниверситет им. А.Г. и Н.Г. Столетовых lama2 8 @mail. т

Поступила в редакцию 30.04.2014

Рассматривается история восприятия книги рассказов «Записки охотника» И.С. Тургенева в США в конце XIX начале XX века, прослеживается влияние русского классика на американских писателей рубежа веков, в том числе на творчество Ш. Андерсона и его книгу рассказов «Уайнсбург. Огайо».

Ключевые слова: Тургенев, книга рассказов, «Записки охотника», Генри Джеймс, У.Д. Хоуэллс, Т.С. Перри., Ш. Андерсон, «Уайнсбург. Огайо».

Знакомство американских писателей с русской классической литературой началось с творчества И.С. Тургенева: первым произведением, переведенным и опубликованным в США, был роман «Отцы и дети». Интерес к писателю начал возрастать в конце 60-х годов, именно в это время Юджин Скайлер (Eugene Schuler) переводит роман «Отцы и дети» (1867), уже в 70-х издаются романы «Дым» (Smoke, 1872), «Дворянское гнездо» (Liza), «Рудин» (Rudin), повесть «Вешние воды» (Torrents of Spring, 1873), роман «Новь» (Virgin Soil, 1877). Не случайно в связи с этим первый этап русско-американских литературных связей (конец 60-х - 70-е гг. XIX в.) был назван «англо-тургеневским» [1, c. У].

Подробно исследованным является вопрос о восприятии американским читателем романов русского классика, история же публикации «Записок охотника» в настоящее время остается малоизученной. Важно отметить тот факт, что отрывки из книги появились одновременно и в Европе, и в США. Первым опубликованным произведением Тургенева были рассказы из «Записок» в немецком переводе, появившиеся в воскресном приложении к немецкой газете «New Yorker Herold: Morgenblatt» - «New Yorker Revue» [2, с. 78]. Дата публикации устанавливается по письму А.И. Герцена к М.Н. Рейхель от 29-30 октября 1853 г., в котором Герцен сообщал о том, что в «Америке в Revue немецком переведены Тургенева рассказы охотника» [2, с. 78]. Однако данный факт не имеет документального подтверждения, с большей степенью уверенности можно вести отсчет с 1854 года, когда отрывки из рассказов «Хорь и Калиныч», «Бурмистр», «Два помещи-

ка», «Певцы», «Бежин луг», переведенные на французский язык, появились в американских журналах «The Eclectic Magazine of Foreign Literature, Science and Art» и «Graham's American Monthly Magazine of Literature and Art» [3, с. 631]. Рассказы были перепечатаны из британского «Fraiser's Magazine» вместе с предисловием переводчика Э. Шаррьера под заголовком «Фотографии русской жизни» («Photographs of Russian Life») [3, с. 631].

Тургенев негативно относился к свободному переводу, сделанному Шаррьером, книга использовалась в политических целях и должна была служить иллюстрацией угнетенного положения крестьян в Российской Империи. Первые упоминания о «Записках» в США также носили социально-политический характер, что было обусловлено исторической ситуацией 5060-х гг. XIX в. - временем Гражданской войны и Реформации Юга. В периодике в это время обнаруживается всего две статьи, в которых фигурирует имя Тургенева: Е. Робинсон (E. Robinson) «Рабство в России» («Slavery in Russia») (North American Review, 1856); «Крепостное право и законы об отмене крепостничества в России» («Serfdom and the Emancipation Laws in Russia») (North American Review, 1867) [3, с. 631]. Как видим, обе они посвящены теме крепостного права в России.

«Пик восприятия» творчества русского писателя пришелся на 70-е годы XIX века. Главными пропагандистами его романов выступили ведущие американские (новоанглийские) литераторы Т.С. Перри, У.Д. Хоуэллс, Х.Боейсен, Дж. П. Лэтроп и, конечно же, Г.Джеймс. Тургенев стал для них образцом нового стиля, его творчество «представлялось золотой серединой

между пресным многосюжетным английским романом и французской прозой, требующей... чрезмерного умственного напряжения» [4, с. 82]. Американские критики Тургенева, одновременно являвшиеся редакторами или сотрудниками национальных журналов, были обеспокоены как воспитанием вкуса читающей публики, так и формированием нового стиля американской литературы, в романах русского автора они искали образец для подражания.

По воспоминаниям У.Д. Хоуэллса, «в те дни на Атлантическом побережье все молодые писатели читали Тургенева. Этот русский писатель ... открыл ... новый мир - и это был единственный реальный мир» [5, с. 41]. Генри Джеймс, испытывавший влияние русского писателя на протяжении всего творческого пути, провозгласил его «романистом для романистов» («novelist for novelists») [6, с. 131] - подобный подход к творчеству русских как к определенной литературной школе будет сохранен и в начале XX века.

По всей вероятности, в середине XIX века в США Тургенев был более популярен, чем в Англии, на что указывает Роял Геттман, сравнивая количество опубликованных произведений автора в двух странах [6, с. 37]. Именно в Нью-Йорке Генри Холтом было выпущено первое зарубежное собрание сочинений Тургенева в восьми томах (1867-1885), о чем находим упоминание в письме самого автора к П.В. Анненкову от 26 января 1874 года, где он сообщает о неожиданном успехе, пришедшем к нему в Америке: «.некий издатель Холт, который вот уже лет пять печатает переводы моих вещей. Так как между Россией и Америкой никакой литературной конвенции не существует, Холт не подумал попросить у меня никакого полномочия.. .вчера получаю от Холта письмо, в котором он сообщает, что сначала продажа моих вещей шла худо, но теперь он настолько получил от них барыша, что может выслать мне в виде вознаграждения 1000 франков» [7, с. 425].

Волна всеобщего увлечения Тургеневым уже в 80-е годы заметно схлынула, писатель уступил позиции соотечественникам - Л.Н. Толстому (которого открыл для себя Хоуэллс), Ф.М. Достоевскому, Н.В. Гоголю, а в начале XX века список популярных в США русских авторов пополнился именами А.П. Чехова и М. Горького [7, с. 906]; однако влияние Тургенева не было полностью исчерпано, скорее, оно прочно вошло в общий поток русской литературы.

Р. Геттман отмечает, что после 1885 года в США русские романы, равно как и сама русская

культура, были крайне популярны, называет этот период манией («craze») на все русское: в салонах звучала славянская музыка, в одну из зим существовала мода сервировать обеденные столы «a la russe» [4, с. 110]. В многотомной «Истории литературы США» отмечается, что новая волна увлечения русской культурой приходилась на первые десятилетия XX века [8, с. 906]. Более широкие хронологические рамки времени активного восприятия русской культуры указывает в своей статье Пол У. Миллер, называя период с 1890 по 1940 годы «периодом великого русского влияния» [9, с. 207].

В это время в США и появился полный перевод книги рассказов «Записки охотника». Перевод, выполненный Констанс Гарнетт, вероятнее всего, вошел в собрание сочинений, изданное в Нью-Йорке в 1906 году [10, с. 429]. Позднее появление полного текста тургеневской книги в США становится для нас принципиально важным - восприятие «Записок» отодвинулось к рубежу XIX-XX веков.

Появление перевода тургеневской книги рассказов в США совпало с важным этапом формирования национальной американской традиции. На рубеже веков поменялись «литературные акценты»: от Новой Англии движение происходило в сторону Среднего запада, который уже в начале XX века будет провозглашен «подлинной Америкой» [11, с. 216]. Исторические культурные процессы, происходившие в это время в США, обнаруживают сходство с Россией 40-50 гг. XIX века, - в обоих случаях актуальность приобрела проблема национального характера.

Пытаясь обобщить мнения американских писателей, критиков середины XIX - начала XX века о Тургеневе, мы остановимся на тех ключевых чертах, которые выделялись американскими читателями. Несомненно важной для нас будет фигура Генри Джеймса, который и в критических работах о Тургеневе, и в своем творчестве, намечал новые принципы изображения действительности, которые получили развитие уже в XX веке.

Книга рассказов в меньшей степени интересовала его в качестве документального источника, раскрывающего жизнь далекой России (что зачастую пытались увидеть западные читатели). Скорее Джеймса привлекла поэтичность произведения, лирический стиль писателя. Наиболее примечательными в этом отношении очерками он считал «Бежин луг» и «Певцов». Схожую точку зрения на «Записки» высказывал и Т.С. Перри. Он же первым обратил внимание на повествовательную манеру Тургенева - от-

226

Е.В. Макарова

метил невмешательство автора в произведение [6, с. 48]. Впоследствии Джеймс использовал данный прием в своем творчестве: сначала устранив «навязчивого автора» («intrusive author») из произведения, впоследствиии ввел повествование с точки зрения какого-либо субъекта - воспринимающего сознания.

Тургеневский способ изображения действительности назван и Г. Джеймсом, и У.Д. Хоуэл-лсом драматическим («dramatic fiction»). С устранением подробных описаний и «навязчивого автора» внимание сосредоточивается на персонаже, характер становится более «выпуклым», возрастает роль диалога, жеста, а также воспринимающего сознания. В понимании Хо-уэллса именно этот метод позволял следовать «правде жизни» («the truth to life» [6, с. 60]). В «Записках охотника» перед читателем одна за другой раскрываются новые сцены. Задача художника - сделать их максимально характерными; тургеневский охотник лишь вводит в действие главных героев и, как правило, самоустраняется. При этом зачастую сцена насыщена драматическим напряжением (см. обед в рассказе «Мой сосед Радилов»). Можно предположить, что подтекст зарождается уже в «Записках», так как возникающая недосказанность - «оборван-ность» рассказов, равно как и «вырванность», «выхваченность» историй героев - всегда влечет за собой множество трактовок. Сюжет каждого из рассказов книги американского писателя начала XX века Шервуда Андерсона «Уайнс-бург. Огайо» также развивается до ключевой сцены, полной максимального напряжения, когда «прорываются» желания гротескных героев; например, сцена на вокзале Уайнсбурга в рассказе «Чудак», когда Элмер Каули вместо того, чтобы сказать Уилларду желанные слова, просто набрасывается на ничего не понимающего героя с кулаками. Андерсон перенимает драматический метод - ядро его рассказов составляет сцена, полная драматического напряжения («Руки», «Приключение», «Благопристойность», «Учительница» и др.).

Подобно тургеневским очеркам, центром каждого рассказа книги «Уайнсбург, Огайо» является персонаж и связанная с ним история. Нацеленность на изображение героя, движение от сюжетных перипетий в сторону раскрытия характера было замечено американскими исследователями у Тургенева [6, с. 14, 58, 131]. Сюжетная ослабленность, отсутствие запутанной, сложной интриги стали ключевыми для творчества Андерсона, реформировавшего жанр короткого рассказа. Писатель называл интригу

«ядовитой» («poison plot»), строил свои рассказы на событиях, которые «так и не происходят».

В центре каждого из тургеневских очерков стоят один или несколько персонажей, автор создает близкий психологическому портрет, подчеркивая те или иные черты характера своего героя. Странность и необычность, непохожесть на окружающих - те черты, которые выделяют в персонажах вслед за Тургеневым и Джеймс, и Андерсон. Писатели сходным образом описывают сам творческий процесс. Тургенев говорил о том, что сначала возникает некий смутный образ, уже вокруг него выстраивается окружение героя, сюжетная линия. Г. Джеймс поясняет в «Предисловии к роману «Женский портрет»»: «.Мне ясно, что в основе его <замысла> лежала отнюдь не хитросплетенная «интрига»., а нечто совсем иное: представление о неком характере и облике привлекательной девушки, одной-единственной, вокруг которой предстояло выстроить все обычные элементы сюжета и, разумеется, фона» [12, с. 82]. Схожий процесс описывается в первом эпизоде книги рассказов «Уайнсбруг, Огайо»: к старому писателю в полусне приходили разные люди-видения и каждый из них обладал какой-либо одной гротесковой чертой - эти образы легли в основу его «Книги о гротескных людях». В результате от Тургенева к Андерсону намечается отход от сюжетной основы короткого рассказа в сторону психологической коллизии, служащей раскрытию характера героя.

Неудивительно поэтому внимание писателей к разного рода человеческим странностям. Джеймс обращал внимание на то, что все герои Тургенева имеют странные черты, в каждом из них есть нечто необычное, что отличает их от общей массы: «Его персонажи всегда представляют собой только портреты; каждый из них имеет что-то особенное, что-то необычное, что-то, чего нет ни у одного из их соседей, что-то, что спасает их от неопределенности всеобщего» [13, c. 271]. Подобную нацеленность на изображение человеческого характера сохраняет Андерсон: его интересуют искаженные герои, герои-гротески, как пишет сам автор, испорченные какой-либо одной правдой.

Важно отметить, что Ш. Андерсон и Г. Джеймс в своем восприятии творчества Тургенева двигались параллельно. На Андерсона в процессе написания книги рассказов «Уайнс-бург, Огайо» в большей степени влияли «Записки охотника» Тургенева, а Джеймс ориентировался на крупную эпическую форму, разрабатываемую русским писателем. Тем не менее оба американских автора наследовали схожие чер-

ты, которые в дальнейшем были преобразованы в новой эстетике, эстетике модернизма.

Список литературы

1. Милославская К.С. Тургенев в оценке своих американских современников // Литература США: сб. ст. / под ред. Л.Г. Андреева. М.: МГУ 1973. С. 338.

2. Николюкин А.Н. Взаимосвязи литератур России и США: Тургенев, Толстой, Достоевский и Америка. М.: Наука, 1987. 351 с.

3. Болховитинов Н.Н. История США. Т. 1. М.: Наука, 1983. 688 с.

4. Феклин Б.М. Тургенев в Англии первые полвека. Н. Новгород: ННГУ, 2005. 240 с.

5. Howells W.D. European and American Masters. New York: Collier Books, 1963. 225 p.

6. Gettman R.A. Turgenev in England and America. Urbana: University of Illinois Press, 1941. 196 p.

7. Тургенев И.С. Полн. собр. соч. и писем: в 28 т. Т. X. М.-Л., 1965. 731 с.

8. История литературы США / под ред. Я.Н. За-сурского. М.: ИМЛИ РАН, 2009. Т. 5. 986 с.

9. Miller Paul W. Willa Cather, Sherwood Anderson - and Ivan Turgenev // Ivan Turgenev. Ed. and with Intr. by Harold Bloom. Chelsea House Publishers, 2003. P. 205-215.

10. Цейтлин А.Г. Примечания // Тургенев И.С. Полн. собр. соч. и писем: в 30 т. Т. 3. М.: Наука, 1979. С. 397-445.

11. Shortridge J.R. The Emergence of "Middle West" as an American regional Label // Annals of the Association of American Geographers. Vol. 72. No. 2 (Jun., 1984). С. 209-220.

12. Джеймс Г. Иван Тургенев // Женский портрет. Сер. Литературные памятники. М.: Наука, 1984. С. 493-502; 507-530.

13. James H. Ivan Turgeneff // James H. French Poets and Novelists. London: Macmillan and Co, 1878. Pp. 269-321.

THE PERSEPTION OF THE BOOK OF SHORT STORIES SPORTSMAN'S SKETCHES IN THE AMERICAN LITERATURE FROM THE END OF XIX TO THE BEGINNIG OF XX CENTURY

E. V. Makarova

The research is dedicated to the problem of perception of the I. Turgenev's book of short stories Sportsman's Sketches in the American literature from the end of XIX to the beginning of XX century. The author tries to pick out such elements which American critics and readers of the Turgenev's book were inherited.

Keywords: I. Turgenev, the book of short stories, Sportsman's Sketches, W.D. Howells, H. James, T.S. Perry, Sh. Anderson, Winesburg, Ohio.

References

1. Miloslavskaya K.S. Turgenev v ocenke svoix amerikanskix sovremennikov // Literatura SShA: sb. st. / pod red. L.G. Andreeva. M.: MGU 1973. S. 3-38.

2. Nikolyukin A.N. Vzaimosvyazi literatur Rossii i SShA: Turgenev, Tolstoj, Dostoevski) i Amerika. M.: Nauka, 1987. 351 s.

3. Bolxovitinov N.N. Istoriya SShA. T. 1. M.: Nauka, 1983. 688 s.

4. Feklin B.M. Turgenev v Anglii pervye polveka. N. Novgorod: NNGU, 2005. 240 s.

5. Howells W.D. European and American Masters. New York: Collier Books, 1963. 225 p.

6. Gettman R.A. Turgenev in England and America. Urbana: University of Illinois Press, 1941. 196 p.

7. Turgenev I.S. Poln. sobr. soch. i pisem: v 28 t. T. X. M.-L., 1965. 731 s.

8. Istoriya literatury SShA / pod red. Ya.N. Zasur-skogo. M.: IMLI RAN, 2009. T. 5. 986 s.

9. Miller Paul W. Willa Cather, Sherwood Anderson - and Ivan Turgenev // Ivan Turgenev. Ed. and with Intr. by Harold Bloom. Chelsea House Publishers, 2003. P. 205-215.

10. Cejtlin A.G. Primechaniya // Turgenev I.S. Poln. sobr. soch. i pisem: v 30 t. T. 3. M.: Nauka, 1979. S. 397-445.

11. Shortridge J.R. The Emergence of "Middle West" as an American regional Label // Annals of the Association of American Geographers. Vol. 72. No. 2 (Jun., 1984). S. 209-220.

12. Dzhejms G. Ivan Turgenev // Zhenskij portret. Ser. Literaturnye pamyatniki. M.: Nauka, 1984. S. 493502; 507-530.

13. James H. Ivan Turgeneff // James H. French Poets and Novelists. London: Macmillan and Co, 1878. Pp. 269-321.