ПРАКТИКИ ОСОЗНАННОСТИ В РОССИИ: МЕЖДУ ВОСТОКОМ И ЗАПАДОМ

Вестник Омского университета. Серия «Психология». 2022. № 3. С. 55-63. УДК 159.9.01

DOI: 10.24147/2410-6364.2022.3.55-63

ПРАКТИКИ ОСОЗНАННОСТИ В РОССИИ: МЕЖДУ ВОСТОКОМ И ЗАПАДОМ

Р. Р. Ярмолюк

Тюменский государственный университет

Приведен обзор групповых программ, тренингов и интервенций, использующих медитацию для развития осознанности. Показано, что применение техник медитации позволяет решать ряд проблем в образовании, тренинговой и консультационной практике, а методы интервенций на основе осознанности и медитации имеют доказанную пользу в аффективной, когнитивной и клинической сферах. Представлены результаты исследования влияния медитации на развитие осознанности на русскоязычной выборке. Показано, что медитация является рабочим инструментом для развития осознанности, а также выявлены значимые различия в уровне осознанности у людей до и после прохождения тренинга с использованием медитации.

Ключевые слова: осознанность; медитация; интервенции на основе осознанности; Пятифак-торный опросник осознанности; Шкала оценки осознанности и внимательности.

MINDFULNESS PRACTICES IN RUSSIA: BETWEEN EAST AND WEST

R. R. Yarmolyuk

University of Tyumen

The possibility of developing mindfulness with the help of meditation practices on a Russian-speaking sample is considered. In the format of an educational experiment, training with the use of meditation is applied. Degree of the mindfulness factor is measured using the methods that have been adapted - the Five-Facet Mindfulness Questionnaire and the Mindful Attention Awareness Scale.

Keywords: mindfulness; meditation; mindfulness-based interventions; Five-Facet Mindfulness Questionnaire; Mindful Attention Awareness Scale.

Географическое и ментальное «между»

Важным вопросом в текущей повестке являются отношения между странами Запада и Востока и геополитический статус современной России. Особое положение страны в дихотомии Востока и Запада сохранялось на всем протяжении ее истории. Действительная же принадлежность России тому или иному полюсу является неопределенной. Об этом свидетельствует и Конституция, гласящая, что на территории Российской Федерации признаётся идеологическое многообразие и что никакая идеология не может устанавливаться в качестве обязательной.

В данный момент конкретизируются основные аспекты настоящего самоопределения России на исторической и геополитической арене. Как никогда раньше в связи с актуальными вызовами и перспективой ра-

© Ярмолюк Р. Р., 2022

дикальной поляризации мира вопрос принадлежности России к тому или иному полюсу (или поиску своего уникального -третьего - пути) стоит особенно остро.

Перед современными политиками, историками, философами и учеными стоит важная задача выявления новой культурной и философской парадигмы, которая способствовала бы включенности и гармоничному развитию страны в текущих условиях неопределенности. Многие авторы предпринимали усилия по освещению данного вопроса [1-8].

Другой немаловажный вопрос - определение параметра, который может использоваться для определения, к какой из условных граней спектра «Запад - Восток» тяготеет российский менталитет. Научная и философская традиции обычно выделяют такие полюсы, как индивидуализм - коллективизм,

материалистичность (технологичность) -духовность, либерализм - авторитаризм, рационализм - интуитивность, модернизация -традиция. Важно заметить, что степень герметичности условных Востока и Запада для этих характеристик неизвестна [9].

Неоднозначность такого деления видна на примере Японии. Будучи страной - представителем восточной цивилизации, она тем не менее является одним из мировых лидеров технологического прогресса. В то же время Восток в виде набора духовных и культурных ценностей широко интегрируется на разных уровнях в современную западную культуру [10].

Одновременно с этим подавляющее большинство стран Запада и некоторые восточные страны, не исключая Россию, похоже, прямо сейчас переживают кризис национальной, идеологической и политической идентичности. Результаты этого мы видим в сложностях миграционной политики, с которыми сталкивается Европа, выходе Великобритании из состава Евросоюза, очевидном кризисе демократии (на примере движения BLM в США), политических процессах в России, Украине, Беларуси, странах Ближнего Востока и ряде других государств.

Истоки исследования медитации

Особое звучание проблематики «поиска особого пути» открывается в связи с современными тенденциями, связанными с проникновением восточных психопрактик и связанных с ними идей в западную науку и культуру. Экспоненциальный рост количества публикаций по теме медитации / осознанности (mindfulness) наблюдается с конца 1990-х гг. и продолжается по настоящий момент (всего 3 публикации в научных журналах в 1996 г., в 2016-м - уже 667) [11].

По состоянию на 2015 г. в США около 80 % медицинских образовательных учреждений включают в свои программы элементы тренировки осознанности, также достаточное число зарубежных институтов предлагает образовательные программы, включающие в себя практику медитации [12]. В США терапия с использованием медитации предлагается в более чем 250 медицинских учреждениях [13], а метод «снижения стресса на основе осознанности» включен в программу обучения на медицинских факультетах в таких университетах, как Стэнфорд и Гарвард [14].

Через применение методик, связанных с медитацией, специалисты-психологи решают ряд проблем в образовании, тренинговой и консультативной практике. Интервенции на основе осознанности и медитации имеют доказанную пользу в увеличении позитивного эмоционального ответа, снижении стресса и тревоги, улучшения эмоциональной регуляции [15; 16].

Методики с использованием медитации позволяют достигать целей организационной психологии и педагогики, включая развитие концентрации внимания, улучшение памяти и способности к нестандартному, креативному мышлению, формирование просоци-ального поведения [14].

В клинической сфере данные интервенции позволяют достигать улучшений в случаях депрессии, тревожных расстройств, химических зависимостей, пищевых расстройств, хроническом болевом синдроме, синдроме дефицита внимания и гиперактивности, бессоннице и т. д. [16].

В ряде европейских стран имеются институты и ассоциации, занимающиеся тренингами и подготовкой преподавателей осознанности, такие тренинги включены в программы от дошкольного до высшего образования [14].

В исследованиях показана польза медитации осознанности для здоровья (на основе 20 исследований) [17], для стресс-менеджмента у здоровых людей [18], при тревоге и депрессии [19]. В 2013 г. был проведен обширный метаанализ исследований терапии на основе медитации осознанности [20] (209 исследований общим числом участников 12 145 чел.), который подтвердил эффективность медитации для помощи с большим спектром психологических проблем, в особенности для снижения тревожности, депрессии и стресса.

Другие метаисследования (см.: [16; 2123]) показали эффективность практики медитации и программ снижения стресса и когнитивной терапии на основе осознанности для снижения и превенции хронической боли, депрессии, тревожных расстройств.

Осознанность и подходы на основе осознанности

Высокий интерес научного сообщества к осознанности привел к появлению программ на основе осознанности (Mindfulness-based programs, MBP), направленных на широкую

публику, и интервенций на основе осознанности (Mindfulness-based interventions, MBI), предназначавшихся, в первую очередь, для помощи в клиническом контексте.

Самой известной для широкой публики программой на основе осознанности стала «Программа снижения стресса на основе практики осознанности» (Mindfulness-based stress reduction, MBSR). Стандартная модель светской осознанности, разработанная Дж. Кабат-Зинном, была сосредоточена на помощи популяции с диагностированными клиническими состояниями. Однако очень быстро связанная с MBSR практика распространилась на неклиническую среду (так называемое «условно здоровое население»), где она использовалась как способ ослабить симптомы дезадаптивного стресса и тревоги [24].

В свою очередь на основе MBSR возникла одна из первых интервенций, применяющих осознанность как ключевой процесс, - «Когнитивная терапия на основе осознанности» (Mindfulness-based cognitive therapy, MBCT). Сейчас подход MBCT имеет убедительную доказательную базу и широко признаётся в клинической и страховой сферах ряда стран как избранный метод лечения рекуррентной депрессии и других нозологий.

Как MBSR, так и MBCT включают в себя ряд формальных практик медитации, таких как сканирование тела, сосредоточение на дыхании, медитация при ходьбе, упражнения на осознанные движения, такие как растяжка, йога или цигун.

Для интеграции осознанности в повседневной жизни оба подхода - клинический и неклинический - включают неформальные практики, такие как осознанный прием пищи, внимательность к приятным и неприятным ощущениям и внимательное выполнение различных рутинных ежедневных занятий, таких как чистка зубов, завязывание шнурков и т. д.

Относительно недавно осознанность стала применяться в других самостоятельных и интегративных терапевтических подходах, таких как диалектико-поведенческая терапия (ДПТ), терапия принятия и ответственности (ТПиО), схема-терапия и др.

Распространенность осознанности в России

В России десяток институтов и организаций предоставляют образовательные услуги и курсы по обучению видам терапии,

включающим осознанность как основной терапевтический элемент (включая подходы так называемой III волны когнитивно-психологической терапии). Как минимум три организации занимаются подготовкой и сертификацией преподавателей осознанности на русском языке - украинский центр Mindspot (две ступени), онлайн-программа подготовки преподавателей осознанности и медитации от проекта «Школа осознанности» и инструкторская программа проекта «Жить внимательно». В 2020 г. ВОЗ было выпущено иллюстрированное пособие «Важные навыки в период стресса», включающее в себя техники осознанности, которое также было переведено на русский язык [25].

Всплеск интереса и учебных публикаций на русскоязычном пространстве переживают и другие подходы, глубоко интегрирующие осознанность как практику и процесс изменений - диалектико-поведенческая терапия, терапия принятия и ответственности, терапия, сфокусированная на сострадании, и т. д. Десятки тренеров, институты, организации и ассоциации предоставляют образовательные программы по подходам, включающим осознанность. Русскоязычные терапевты, консультирующие и клинические психологи уже давно интегрировали вышеуказанные подходы и методики в свой практический арсенал.

Как становится видно из обзора выше, одна из ключевых точек роста, связанных с переносом опыта использования психотехник с Востока на Запад, - это осознанность. Ввиду растущей популярности и применимости осознанности на территории стран бывшего СССР, а также возможного наличия упомянутых культурных различий и особого положения Российской Федерации между Востоком и Западом встает вопрос - насколько правомерным является такой перенос без предварительной апробации методик на русскоязычной выборке?

В то же время большая часть этих методик не прошла должное апробирование на русскоязычной выборке. На территории бывшего СССР еще только предстоит показать схожую статистику по включению в исследования техник осознанности и интегрирующих их программ / подходов. До момента, когда будет проведена тщательная апробация и валидизация методик и подходов на основе осознанности, их применение на русскоязычной выборке не является целиком

правомерным. Это особенно важно в контексте научно обоснованных методов лечения.

Правильный же способ «переноса» опыта и практических методик предусматривает перевод и их апробацию на той культурной / социальной группе, где будет происходить дальнейшее применение указанных техник и подходов. Цель данной работы - определить правомерность практического применения осознанности и включающих ее подходов, определение валидности исследовательских методик (тестов, опросников) и их применения для выявления влияния методов развития осознанности, таких как медитация.

Организация исследования

Данное исследование в формате формирующего эксперимента позволит оценить групповое формирование осознанности методом медитации и инструменты для оценки осознанности: (1) Пятифакторный опросник осознанности (Five Facet Mindfulness Questionnaire, FFMQ) и (2) Шкала оценки осознанности и внимательности (Mindful Attention Awareness Scale, MAAS) - на русскоязычной выборке.

Ожидается, что получится произвести дополнительную валидизацию и проверку соответствия конструкта «осознанность», заложенного в переводные версии опросников, реальной, формируемой в результате занятия медитацией осознанности как навыка.

Полученные данные о результативности медитации как инструмента развития осознанности при использовании на русскоязычной выборке помогут сделать выводы об эффективности медитации в современных российских социокультурных условиях. Это в свою очередь позволит обеспечить дальнейший перенос и адаптацию на русскоязычное научное и тренинговое пространство новых тренинговых и исследовательских методик.

Цель исследования - оценить возможность развития осознанности с помощью практики медитации на русскоязычной выборке.

Методы исследования: для решения поставленных задач используется формирующий эксперимент - тренинг с использованием медитации на основе программы «Развитие эмоционального равновесия» (Cultivating Emotional Balance).

Выборка. В выборку испытуемых вошел 21 человек (7 мужчин и 14 женщин) в воз-

расте от 23 до 46 лет. Все испытуемые были посетителями школы йоги в Тюмени, которые выбрали прохождение тренинга по медитации на основе программы «Развитие эмоционального равновесия» в формате открытой группы.

«Открытая группа» означает, что наполнение тренинговых занятий построено таким образом, что участники могут присоединяться к группе и покидать ее на любом этапе. Такой формат тренинга может быть использован для данного исследования, так как отслеживается индивидуальный, а не групповой эффект.

Контрольную группу составил 21 человек, не практикующий медитацию. Контрольная группа выравнена с экспериментальной по параметрам возраста и пола.

Ход работы. Формирующий эксперимент (тренинг) проводился на базе школы йоги в Тюмени. Периодичность занятий -один раз в неделю, продолжительность -1 ч 15 мин. На каждом тренинговом занятии участники группы участвовали в совместной практике одного из видов медитации осознанности, таких как медитация осознавания дыхания, сканирование телесных ощущений, внимательность к звукам и мыслям. Вторая половина занятия посвящалась ответам на вопросы, обратной связи и дополнительной сессии медитации. У участников проводились замеры уровня выраженности осознанности до начала программы и после прохождения заданного количества встреч.

Обязательным условием для включения в экспериментальную группу было прохождение как минимум четырех занятий на протяжении не более чем шести недель. Каждому участнику допускалось до двух пропусков еженедельных занятий по личным причинам, при этом общее количество посещенных занятий должно было составлять четыре сессии.

Методы сбора данных: Пятифакторный опросник осознанности (ПФОО) и Шкала оценки осознанности и внимательности (ШОВ). Данные исследовательские методики считаются одними из наиболее эффективных методов оценки уровня психологического конструкта осознанности [26]. Анкеты заполнялись перед первым посещенным занятием для каждого нового участника и после последней сессии.

Средства и способы обработки данных. Была проведена проверка на наличие статистически значимых изменений показателя осознанности у участников, прошедших тренинг с использованием медитации. Был проведен статистический анализ с использованием Г-критерия Уилкоксона для зависимых выборок и ^-критерия Манна - Уитни для независимых выборок. Сравнивались средние баллы осознанности до и после прохождения тренинга.

Согласно табл. 1, статистически значимые различия на высоком уровне были обнаружены для шкал осознанности (р = 0,003), наблюдения (р = 0,008), описания (р = 0,005), безоценочности (р = 0,006) и нереагирования (р = 0,004), на обычном уровне - для шкалы осознанности действий (р = 0,024). Таким образом, действительно обнаружено статистически значимое увеличение уровня осознанности, полученное в результате прохождения тренинга. Следовательно, получает поддержку первая гипотеза исследования -практика медитации способствует развитию осознанности.

Содержательный анализ результатов исследования

Медитация, по Дж. Кабат-Зинну, - это безоценочное осознание в каждый момент времени через проявление внимания [26]. Наибольшее развитие в результате прохождения тренинга в исследуемой группе получили факторы безоценочности (изменение -0,36) и наблюдения (проявления внимания; изменение - 0,38) через способность к нереагированию (изменение - 0,48) (см. табл. 1).

Это свидетельствует о том, что, во-первых, тренинг с использованием медитации действительно способствует развитию осознанности, во-вторых, исследовательские

Оценка эффекта тренинговых занятий на развитие осознанности

В табл. 1 указаны средние баллы экспериментальной группы до и после прохождения тренинга, количественная оценка изменений и статистическая значимость. Видно, что по всем шести шкалам наблюдается рост уровня осознанности у испытуемых после прохождения тренинга с использованием медитации. Размах шкалы показывает количество градации той или иной шкалы.

методики адекватно отражают изменение уровня осознанности. В свою очередь, это означает, что полученные результаты могут служить косвенной валидизацией тренинго-вой и исследовательских методик, используемых в данном исследовании.

Шкала ПФОО, по которой группа продемонстрировала минимальные изменения, -осознанность действий (изменение - 0,23). Скромный эффект был ожидаем, авторами методики он объясняется тем, что чем более осознанным становится человек (в результате занятий медитацией), тем больше он начинает понимать, осознавать, что многие из его действий совершаются неосознанно, машинально [25].

Сравнение с данными контрольной группы. Чтобы оценить эффективность тренинга с использованием медитации, результаты экспериментальной группы сравнивались со значениями, полученными в контрольной группе.

Как видно из табл. 2, участники контрольной группы не показали статистически значимых различий (р > 0,05) ни по одной из шести шкал (осознанность, наблюдение, описание, осознанность действий, безоце-ночность, нереагирование) по прошествии четырех недель.

Таб л иц а 1

Показатели изменения уровня осознанности (по шести шкалам) и статистическая значимость изменений

Шкала Средние значения Значение Т-критерия Значимость Размах шкалы

до тренинга после тренинга

Осознанность (ШОВ) 3,66 3,99 0,34 0,003 1-6

Наблюдение 3,39 3,77 0,38 0,008 1-5

Описание 3,15 3,50 0,35 0,005 1-5

Осознанность действий 3,00 3,23 0,23 0,024 1-5

Безоценочность 2,77 3,14 0,36 0,006 1-5

Нереагирование 2,73 3,21 0,48 0,004 1-5

Т аб л и ц а 2

Статистическая значимость изменений уровня осознанности в контрольной группе по прошествии четырех недель

Шкала Значение Т-критерия Значимость

Осознанность (ШОВ) 0,879 > 0,05

Наблюдение 0,876 > 0,05

Описание 0,445 > 0,05

Осознанность действий 0,872 > 0,05

Безоценочность 0,163 > 0,05

Не-реагирование 0,613 > 0,05

До прохождения тренинга не было выявлено статистически значимых различий между контрольной и экспериментальной группами (р > 0,05). По шкале наблюдения различия находятся на уровне статистической погрешности (р = 0,051).

При сравнении значений уровня осознанности между испытуемыми после прохождения тренинга и контрольной группой (после четырех недель) статистически значимые различия между группами были обнаружены для пяти из шести шкал (см. табл. 3).

Т аб л и ц а 3

Статистическая значимость различий между контрольной и экспериментальной группами по уровню осознанности

Шкала Значимость различий (р) между группами

до тренинга после тренинга

Осознанность (ШОВ) 0,457 0,004

Наблюдение 0,051 0,001

Описание 0,391 0,002

Осознанность действий 0,440 0,026

Безоценочность 0,146 0,173

Нереагирование 0,658 0,021

Таким образом, у контрольной группы по прошествии четырех недель не было значимых изменений уровня осознанности. Также показатели осознанности у участников экспериментальной группы в результате прохождения тренинга оказались выше по сравнению с участниками контрольной группы. Это позволяет сделать вывод о том, что прохождение тренинга с применением техник медитации позволило обеспечить статистически значимый рост уровня осознанности в экспериментальной группе.

Оценка устойчивости изменений. Чтобы минимизировать эффект искажений данных в результате ожиданий, а также оценить устойчивость изменений уровня осознанности в группе испытуемых, мы изучали отставленный эффект тренинга по прошествии четырех недель после окончания занятий (8-10 недель после первого занятия). Для этих целей были выделены три подгруппы, где испытуемые:

1) продолжали посещать занятия по медитации;

2) более не посещали занятия, но продолжали практиковать медитацию регулярно дома;

3) более не посещали занятия и прекратили регулярную практику медитации.

Для подгруппы продолжающих ожидалось, что рост показателей осознанности будет сохраняться, но уже не такой выраженный, как в результате первых четырех занятий.

Для второй подгруппы, в которой люди продолжили практику медитации самостоятельно, ожидалось, что показатели осознанности останутся зафиксированы на уровне четвертой недели (на момент окончания тренинга) и, таким образом, испытуемые в этой группе не покажут значимого отката уровня осознанности.

Для подгруппы тех, кто прекратил практику (как самостоятельно, так и в группе), ожидался некоторый откат уровня осознанности, но также ожидалось, что конечный уровень осознанности окажется выше, чем до момента первого занятия.

В табл. 4 указаны средние показатели изменений по шести шкалам за срок с первой по четвертую, с пятой по восьмую и с первой по восьмую неделю.

Таблица 4

Показатели изменений у разных подгрупп испытуемых

Подгруппа Неделя Уровень Изменения

осознанности с 1-й по 4-ю неделю с 5-й по 8-ю неделю общие за 8 недель

Продолжившие занятия 0 3,06 0,45 - -

медитацией в группе 4 3,51 - 0,39 -

8 3,90 - - 0,84

Практикующие медита- 0 3,16 0,24 - -

цию самостоятельно 4 3,40 - 0,10 -

8 3,50 - - 0,34

Прервавшие практику 0 3,13 0,42 - -

4 3,55 - -0,11 -

8 3,44 - - 0,31

Как видно из табл. 4, у медитирующих, продолжающих посещать занятия по медитации после четырех недель, продолжался рост показателей осознанности, хоть и в меньшей степени, чем в течение первого месяца с начала занятий. Тем не менее наибольший прирост осознанности наблюдался именно в первые четыре недели прохождения тренинга.

В результате те, кто продолжил практику медитации в тренинговой группе, показали наибольшие изменения в уровне осознанности по прошествии восьми недель.

Во второй подгруппе участники более не посещали занятия по медитации по прошествии четырех недель, но продолжали практиковать медитацию самостоятельно. Их уровень осознанности не только сохранился на достигнутом уровне, но и даже слегка вырос за четыре недели после тренинга.

В подгруппе оставивших практику медитации после четырех недель наблюдалось легкое снижение уровня осознанности. Однако в общем зачете за восемь недель они всё равно показали рост уровня осознанности, который был устойчивым.

Выводы

По результатам эмпирического исследования были выявлены значимые различия в уровне осознанности у людей до и после прохождения тренинга с использованием медитации, было показано, что медитация является рабочим инструментом для развития осознанности.

В формате формирующего эксперимента впервые применялись инструменты для оценки осознанности, недавно прошедшие валидизацию на русскоязычной выборке -Пятифакторный опросник осознанности и Шкала оценки осознанности и внимательности. Фактически была произведена дополни-

тельная валидизация и проверка на соответствие конструкта «осознанность», заложенного в переводные версии опросников.

Важный фактор, влияющий на доступность тренингов, - его длительность. В нашем исследовании обнаружены статистически значимые изменения уровня осознанности в результате тренинга с использованием медитации с продолжительностью всего четыре недели. При этом наибольший эффект был достигнут в течение первых четырех недель занятий. Полученные данные позволяют планировать будущие программы с использованием медитации с учетом их эффективной продолжительности.

Применяемый в интервенциях с использованием медитации формат закрытой группы не всегда удобен и накладывает большое количество ограничений для конечного пользователя. В нашей работе удалось показать, что тренинг с использованием медитации эффективно способствует развитию осознанности и в формате открытой группы.

Вероятно, были обнаружены первые признаки того, что существует связь между содержанием тренинга и настройкой техники медитации для развития определенных типов направленности осознанности. В качестве теоретической базы были взяты факторы осознанности из пятифакторной модели. Поэтому требуется дальнейшая работа по изучению механизмов и типов направленности осознанности, что позволит создать «дорожную карту» техник медитации для использования под конкретные тренинговые задачи.

Таким образом, можно заключить, что перенос западных методик, связанных с развитием осознанности, в русскоязычное пространство, включая формирование осознанности методами медитации и измерение выраженности осознанности с применением

методик, прошедших адаптацию (ПФОО и ШОВ), является правомерным.

Теоретический обзор статьи позволяет заключить, что перенос тренинговых методик с использованием медитации и осознанности на территории России и стран бывшего СССР уже происходит в настоящий момент. Экспериментальная часть исследования, изложенного в статье, снабжает русскоязычное научное сообщество необходимыми данными, что такой перенос является правомочным. Всё выше перечисленное указывает на то, что медитация и осознанность могут выступать в качестве необходимого связующего звена между условными восточной и западной парадигмами, а также традиционными и научными методами познания и практики.

В то же время требуется дальнейшая исследовательская работа по дополнительной валидизации тренинговых и исследовательских методик, связанных с медитацией и осознанностью. В целом изучение медитации и осознанности представляется перспективным для дальнейшего исследования и применения в практической работе.

ЛИТЕРАТУРА

1. Шелковая Н. В. Культуры Запада и Востока: смена парадигмы // Ученые записки Таврического национального университета им. В. И. Вернадского. Серия «Философия. Культурология. Политология. Социология». - 2012. - Т. 24 (65), № 1-2. -С. 196-205.

2. Бенедиктов Н. А., Базурина Е. Н. Запад: социально-философские аспекты противостояния // Вестник Нижегородского университета им. Н. И. Лобачевского. -2012. - № 1 (3). - С. 119-125.

3. Пономарев А. Д. Дихотомия «Восток - Запад» в российской политической культуре // Концепт. - 2018. - № 10. - С. 243249. - 11Щ-: http://e-koncept.ru/2018/1830 65.htm.

4. Рябченко Н. П. От глобализации к глобальной цивилизации. - Владивосток : Даль-наука, 2012. - 262 с.

5. Гузенина С. В. К вопросу о формировании образа Востока в России // Теория и практика общественного развития. - 2011. -№ 2. - С. 112-114.

6. Никитина И. В. Менталитет в цивилизации и культуре Востока и Запада // Глобализация: полемика цивилизаций. - 2009. -№ 2 (11). - С. 72-78.

7. Носоченко М. А. Восток-Запад: проблема диалога культур // Ученые записки (Алтайская государственная академия культуры и искусств). - 2020. - № 2 (24). - С. 40-45. -DOI: 10.32340/2414-9101-2020-2-40-45.

8. Серебренникова А. В. Восток - Запад: гармония и дихотомия // Вестник Университета им. О. Е. Кутафина (МГЮА). - 2021. -№ 5. - С. 162-168.

9. Кореневский А. В., Сень Д. В. Восток и Запад: «...Вместе им не сойтись»? // Новое прошлое. - 2018. - № 1. - С. 214-222.

10. Рысакова Л. Е. Средневековый Восток и Запад: материальная и духовная культура, кросскультурные связи // Успехи современной науки. - 2016. - Т. 1, № 6. -С. 140-143.

11. Kabat-Zinn J. Too Early to Tell: The Potential Impact and Challenges - Ethical and Otherwise - Inherent in the Mainstreaming of Dharma in an Increasingly Dystopian World // Mindfulness. - 2017. - Vol. 8, Iss. 5. -P. 1125-1135.

12. Buchholz L. Exploring the Promise of Mindfulness as Medicine // JAMA. - 2015. -Vol. 314, iss. 13. - P. 1327-1329. - DOI: 10.1001/jama.2015.7023.

13. Stahl B., Goldstein E., Santorelli S., KabatZinn J. Mindfulness-Based Stress Reduction Workbook. - Oakland : New Harbinger Publications, 2010. - 240 p.

14. Cullen M. Mindfulness-Based Interventions: An Emerging Phenomenon // Mindfulness. -2011. - Vol. 2. - P. 186-193.

15. Segal Z., Williams J. M. G., Teasdale J. Mind-fulness-Based Cognitive Therapy for Depression / foreword by J. Kabat-Zinn. - Second Edition. - New York : Guilford Press, 2018. -471 p.

16. Gotink R. A., Chu P., Busschbach J. J., Benson H., Fricchione G. L., Hunink M. G. Standardized mindfulness-based interventions in healthcare: an overview of systematic reviews and meta-analyses of RCTs // PLoS One. - 2015. - Vol. 10, Iss. 4. - P. 1-35.

17. Grossman P., Niemann L., Schmidt S., Walach H. Mindfulness-based stress reduction and health benefits: A meta-analysis // Journal of Psychosomatic Research. -2004. - Vol. 57. - P. 35-43.

18. Chiesa A., Serretti A. Mindfulness-based stress reduction for stress management in healthy people: a review and meta-analysis // Journal of integrative and Complementary Medicine. - 2009. - Vol. 15, no. 5. - P. 593600. - DOI: 10.1089/acm.2008.0495.

19. Hofmann S. G., Sawyer A. T., Witt A. A, Oh D. The effect of mindfulness-based therapy on anxiety and depression: A meta-analytic review // Journal of Consulting and

Clinical Psychology. - 2010. - Vol. 78, Iss. 2. - P. 169-183. - DOI: 10.1037/ a0018555.

20. Khoury B., Lecomte T., Fortin G., Masse M., Therien P., Bouchard V., Chapleau M. A., Paquin K., Hofmann S. G. Mindfulness-based therapy: a comprehensive meta-analysis // Clinical Psychology Review. - 2013. -Vol. 33, Iss. 6. - P. 763-771. - DOI: 10.1016/j.cpr.2013.05.005.

21. Zenner C., Herrnleben-Kurz S., Walach H. Mindfulness-based interventions in schools -a systematic review and meta-analysis // Frontiers in Psychology. - 2014. - 30 June. -DOI: 10.3389/fpsyg.2014.00603.

22. Klingbeil D. A., Fischer A. J., Renshaw T. L., Bloomfield B. S., Polakoff B., Willenbrink J. B., Copek R. A, Chan K. T. Effects Of Mindfulness Based Interventions On Disruptive Behavior: A Meta Analysis Of Single Case Research // Psychology in the Schools. - 2017. - Vol. 54, Iss. 1. - P. 7087.

Информация о статье Дата поступления 6 июля 2022 Дата принятия в печать 15 сентября 2022

Сведения об авторе

Ярмолюк Роман Романович - магистрант кафедры общей и социальной психологии Тюменского государственного университета (Тюмень, Россия). E-mail: rangdrolrigpa@gmail.com.

Для цитирования

Ярмолюк Р. Р. Практики осознанности в России: между Востоком и Западом // Вестник Омского университета. Серия «Психология». - 2022. - № 3. - С. 55-63. - DOI: 10.24147/2410-6364.2022.3.55-63.

23. Mesmer-Magnus J., Manapragada A., Viswesvaran C., Allen J. W. Trait mindfulness at work: A meta-analysis of the personal and professional correlates of trait mindfulness // Human Performance. - 2017. - Vol. 30, Iss. 2-3. - P. 79-98.

24. Kabat-Zinn J. Mindfulness meditation: What it is, what it isn't, and its role in health careand medicine // Comparative and Psychological Study on Meditation / Eds. Y. Haruki, Y. Ishii, M. Suzuki. - Delft : Eburon, 1996. - P. 161-170.

25. Важные навыки в периоды стресса : иллю-стрир. пособие. - Женева : Всемир. орг. здравоохранения, 2020. - 126 с. - URL: https://www.who.int/docs/default-source/me ntal-health/sh-2020-rus-3-web.pdf

26. Юмартова Н. М., Гришина Н. В. Осознанность (Mindfulness): психологические характеристики и адаптация инструментов измерения // Психологический журнал. -2016. - Т. 37, № 4. - С. 105-115.

Article info

Received July 6, 2022 Accepted

September 15, 2022 About the author

Yarmolyuk Roman Romanovich - Master's degree student at the Department of General and Social Psychology, University of Tyumen (Tyumen, Russia). E-mail: rangdrolrigpa@gmail.com.

For citations

Yarmolyuk R.R. Mindfulness Practices in Russia: between East and West. Herald of Omsk University. Series "Psychology", 2022, no. 3, pp. 55-63. DOI: 10.24147/2410-6364.2022. 3.55-63 (In Russian).