Молекулярно-генетические аспекты папиллярного рака щитовидной железы

© КОЛЛЕКТИВ АВТОРОВ, 2004

МОЛЕКУЛЯРНО-ГЕНЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПАПИЛЛЯРНОГО РАКА

ЩИТОВИДНОЙ ЖЕЛЕЗЫ

ХОДЬКОВ К. А.*, КОСИНЕЦ А.Н.*, ХЕССМАН У**

УО «Витебский государственный ордена Дружбы народов медицинский университет»*,

Уппсальский университет, Швеция**

Резюме. Исследования последних 10 лет позволили частично распознать молекулярно-генетические механизмы развития папиллярного рака щитовидной железы. Выявлено, что мутации генов RAS, RET, TRK играют ведущую роль в развитии папиллярного рака щитовидной железы. Мутации гена TP53 свидетельствуют о дедифференциации опухоли и указывают на более злокачественное течение заболевания, требуя более радикальных методов лечения. Данные сведения играют все возрастающую роль в плане диагностики, лечения и прогноза патологии щитовидной железы.

Ключевые слова: папиллярный рак щитовидной железы, онкогены, патогенез.

Abstract. The results of experiments during the last 10 years have partly discovered molecular-genetic basis of papillary thyroid cancer. RAS, RET, TRK genes mutations have been identified to be involved in the pathogenesis of papillary carcinoma of the thyroid gland. TP53 gene mutations are indicative of tumor dedifferentiation and are associated with bad prognosis. Discovery of TP53 mutations should be a cause for a more aggressive treatment. These data play the increasing role for diagnosis, treatment and prognosis of thyroid tumor pathology.

Папиллярный рак щитовидной железы является наиболее часто встречающейся злокачественной патологией щитовидной железы в странах с недостаточным потреблением йода.

После аварии на Чернобыльской АЭС наблюдается рост заболеваемости именно папиллярным раком щитовидной железы, особенно среди пострадавших детей. В последние годы накоплено значительное количество данных о молекулярно-генетических механизмах папиллярного рака щитовидной железы. Знание механизмов канцерогенеза уже сейчас позволяет улучшить методы диагностики, лечения и прогнозирования онкопатологии. Это в полной степени относится и к папиллярной карциноме щитовидной железы.

Гены, принимающие участие в канцерогенезе, обычно подразделяются на широкие функциональные группы, в том числе и гены, участвующие в образовании опухолей щитовидной железы.

Адрес для корреспонденции: 210023, г. Витебск, пр.

Фрунзе, 27,Витебский государственный медицинский университет,кафедра госпитальной хирургии, тел.

226072, е-mail: khodkov@tut.by -Ходьков К.А.

Онкогены активируются в результате мутаций или гиперэкспресии протоонкогенов вследствие их неконтролируемой активации. Прогоонкогены имеют обычную функцию внутри клетки, многие из них кодируют рецепторы поверхности клетки или компоненты путей трансдукции сигнала. Опухольсупрессорные гены или антионкогены наиболее часто выявляются в исследованиях по потере гетерозиготы (LOH). Геномная и опухолевая (соматическая) ДНК сравниваются по специфическим хромосомным локусам на наличие или потерю одной аллели в паре. Затем предполагается, что утраченный сегмент хромосомы может содержать опухоль супрессорный ген. Примером может служить ген множественной эндокринной неоплазии типа 1 (MEN-1) и недавно идентифицированный ген PTEN.

Большинство мутаций, обнаруживаемых в опухолях щитовидной железы, происходят в соматической (выделенной из опухоли) ДНК. Наследуемые мутации, напротив, характерны для наследственных заболеваний, таких, как синдром множественной эндокринной неоплазии тип II (MEN-II). В патогенезе некоторых из этих

синдромов наследственные мутации предрасполагают к развитию злокачественных опухолей, способствуя развитию дополнительных соматических мутаций в опухолевой ткани.

На рост опухолей щитовидной железы также оказывают влияние факторы роста, такие как тиреотропный гормон (ТТГ, TSH), подобный инсулину фактор роста (IGFs), трансформирующий фактор роста b (TGFb) [1].

Онкоген RAS

Продуктом членов этого семейства онкогенов (H, Ki и N - RAS) являются 21 кД протеины (p21) с нуклеотид связывающей активностью, участвующие в процессе передачи информации от поверхности клетки к ядру. Все эти гены онкогенно активируются в результате замены 1 аминокислоты в кодонах 12, 61 и реже в кодонах 13 или 59 [2]. Активация RAS онкогенов в результате точечной мутации была найдена приблизительно в 30% спонтанных эпителиальных опухолей щитовидной железы, по данным различных лабораторий, и является наиболее частым генетическим изменением при этом типе опухолей. Мутации, которые в спонтанных опухолях щитовидной железы являются транзициями и трансверсиями, распределены между 3 RAS генами с одинаковой частотой (11-15%).

Мутации RAS встречаются в фолликулярных аденомах, папиллярных и фолликулярных карциномах с приблизительно одинаковой частотой. Щитовидная железа также, как и толстая кишка, является тканью, в которой мутации RAS наблюдаются и в доброкачественных опухолях [3]. По сравнению с другими исследованиями, H.G. Suarez et al. [4] нашли более высокую частоту RAS мутаций в спонтанных папиллярных карциномах. Это объясняется различным потреблением йода в странах мира. Изучение опухолей щитовидной железы у пациентов после лучевой терапии показало, что активирующие мутации генов RAS встречаются в 30% случаев и они сходны с наблюдаемыми мутациями в спонтанных доброкачественных или злокачественных опухолях [5, 6]. В опухолях у детей после Чернобыльской катастрофы Nikiforov et al. [7] выявили точечные мутации RAS в фолликулярных карциномах и аденомах, но не обнаружили в па-

пиллярных карциномах. По всей видимости, мутации RAS не играют важной роли в развитии папиллярных карцином у детей, пострадавших от Чернобыльской катастрофы.

Challeton et al. [6] показали, что все три RAS гена мутируют с одинаковой частотой в злокачественных радиационно-обусловленных опухолях так же, как и в случае спонтанных опухолей. Между тем механизм, в результате которого происходит мутация RAS, по всей видимости, различен между спонтанными и радиационно-обусловленными опухолями. В спонтанных опухолях щитовидной железы были обнаружены трансверсии и транзиции в RAS генах [2, 8, 9], а в радиационно-обусловленных доброкачественных и злокачественных опухолях были обнаружены только трансверсии (в основном G T) [6]. Возможно, что мутации в радиационно-обусловленных опухолях могут происходить в результате поражения ионизирующей радиацией с продукцией 8-ОХО-dG (производное гуанина), который может связываться с А (аденином) во время репликации ДНК.

Считается, что мутации RAS, которые обнаруживаются в спонтанных и радиационно-обусловленных аденомах или карциномах с приблизительно одинаковой частотой, являются ранним событием в процессе карциногене-за в щитовидной железы. В поддержку этой гипотезы свидетельствуют экспериментальные данные, в которых мутантный ген RAS был введен методами генной инженерии в нормальные фолликулярные клетки щитовидной железы in vitro и in vivo [3]. Также доказано, что продукт мутантного гена RAS, ras протеин, стимулирует рост и ингибирует дифференциацию эпителиальных клеток щитовидной железы [2, 8, 10].

Генетические повреждения, активирующие гены семейства тирозинкиназы

После открытия тирозинкиназ около десяти лет тому назад, это семейство генов постоянно росло, достигнув современного размера - около 50 членов [11]. С-ret и члены семейства trk (группы) (trk, trkC, trkB и trkD), играющие ключевую роль в канцерогенезе щитовидной железы, принадлежат к этой группе.

TRK - онкоген

Человеческий N-trk ген, локализованный в первой хромосоме, кодирует протеин поверхности клетки, являющийся одним из рецепторов фактора роста нервов (NGF). В результате хромосомных перестроек trk 5' домен удаляется и замещается последовательностями одного из трех активирующих генов [3]. Получающиеся химерные гены постоянно экспрессированы и в результате чего продуцируется активный домен тирозинки-назы, возможно, обладающий свойствами трансформирующей активности. Перестройки дают 4 химерных гена: три из них являются внутрихро-мосомными (TRK, TRK-T1 и TRK-T2) и один из них - межхромосомной перестройкой. В опухолях щитовидной железы активация N-TRK про-тонкогена была выявлена только в малой доле (12%) спонтанных и радиационно-обусловленных карцином со схожей частотой [9, 12, 13]. Только TRK форма наблюдается в радиационно-обусловленных опухолях щитовидной железы. Считается, что TRK онкогены играют инициирующую роль в развитии части спонтанных и радиационно-обусловленных опухолей щитовидной железы [3].

Онкоген RET/PTC

Протоонкоген RET локализован в сегменте хромосомы 10q11.2 и кодирует протеин, структурно относящийся к трансмембранным рецепторам с тирозинкиназной активностью [14, 15]. Недавно было показано, что его лигандом явля-

ется нейротрофный фактор (GDNF) и неуртурин (neurturine) [16]. В эпителиальных опухолях щитовидной железы были выявлены восемь форм он-когенной активации RET протоонкогена, которые были обозначены как RET/PTC1 до RET/PTC8 [17]. Все эти активированные формы протоонкогена появляются в результате специфических он-когенных перестроек, соединяющих тирозинки-назный домен ret с 5' доменом различных генов (рис. 1). 5' домен чужеродных генов, действуя как промотер, постоянно активирует тирозинкиназ-ную активность RET, в нормальных условиях не-регистрируемую в фолликулярных клетках щитовидной железы. Недавно были описаны 2 новых активирующих гена, ELKS и PCM-1, участвующих в перестройках RET/PTC [18, 19].

Частота активации RET в спонтанных папиллярных карциномах щитовидной железы широко варьирует между различными исследованиями от 2,5 до 35% [3, 14]. Предполагается, что эта вариабельность может быть результатом различного географического происхождения групп исследуемых больных, их возрастом, потреблением ими йода или чувствительностью экспериментальных методов, используемых для выявления генных перестроек. В спонтанных опухолях все RET/PTC гены были обнаружены только в папиллярных карциномах. Исключением служат данные Ishizaka et al. [20] о выявлении активного RET онкогена в 4 из 16 фолликулярных аденом. Так как в японской популяции процент выявления спонтанных карцином щитовидной железы весьма высокий, предполагается, что эти RET/PTC

   ШИ

с

Рис. 1. Схематическая структура RET протоонкогена и химерных онкогенов в результате генных перестроек. СП - сигнальный пептид, Кад - кадхерин подобная часть, Цис - богатая цистеином часть, TM - трансмембранный домен, TK - тирозинкиназный домен.

позитивные образцы доброкачественных опухолей были результатом наличия необнаруженной спонтанной карциномы щитовидной железы.

Есть много сообщений, что у человека наружное облучение в результате ядерных аварий или в результате лучевой терапии может быть прямым индуктором активирующих RET перестроек с относительно высокой частотой [14, 21, 22, 23]. Исследования опухолей щитовидной железы у лиц, пострадавших после аварии на Чернобыльской АЭС, выявили RET/PTC перестройки в 55-85% опухолей, все они были папиллярными карциномами [21, 22, 23]. RET/ PTC3 был наиболее частым химерным геном во всех исследованиях, большинство остальных генных перестроек были RET/PTC1 и RET/ PTC2. В спонтанных папиллярных карциномах частота RET/PTC1 и RET/PTC3 была приблизитeльно одинаковой (48% и 45% соответственно).

При исследовании 19 карцином и 20 аденом от пациентов, получивших лучевую терапию в анамнезе, общая частота RET/PTC перестроек не отличалась значительно от наблюдаемой в постчернобыльских опухолях (около 64%). Между тем, наиболее часто выявляемым химерным геном был RET/PTC1 (78%), а не RET/PTC3. Более того, 45% радиационно обусловленных (в результате лучевой терапии) фолликулярных аденом содержали RET/PTC1 ген. Отмечено также, что RET/PTC1 наиболее часто обнаруживается у пациентов после наружного облучения [24], а RET/PTC3 - наиболее часто у пациентов с папиллярным раком щитовидной железы, пострадавших от Чернобыльской катастрофы в течение первых десяти лет [25]. На данный момент неизвестно, почему различны химерные гены, наиболее часто обнару-

живаемые в опухолях после лучевой терапии и вследствие воздействия радиации в результате Чернобыльской катастрофы. Результаты, полученные в различных лабораториях, позволяют предположить, что в папиллярных карциномах из Чернобыля RET/PTC3 ассоциируется с агрессивным ростом и гистологически с солидным типом строения. Наоборот, большинство папиллярных карцином после лучевой терапии имеют классические биологические и гистологические свойства, как и спонтанные опухоли

такого же типа [14].

Онкоген MET

Ген MET кодирует трансмембранный белок с тирозинкиназной активностью, являющийся рецептором фактора роста гепатоцитов (HGF), который обладает сильным митогенным действием. Гиперэкспрессия рецепторного белка met-HGF обнаруживается в 70% случаев папиллярного рака щитовидной железы, возможно, обуславливая рост и метастазирование опухоли [26, 27].

Е-кадхерин

Фактор адгезии клеток е-кадхерин не является классическим антионкогеном, но играет важную роль в инвазии и распространении карциномы щитовидной железы. Экспрессия е-кад-херина снижена в низкодифференциированных карциномах щитовидной железы [28].

Регуляторы клеточного цикла и антионкогены

Протеины, регулирующие клеточный цикл деления объединены под названием «циклины». Одним из них является циклин D1. Антионкогены, регулирующие активность циклина D1 и участвующие в процессе канцерогенеза в щитовидной железы, являются TP53, p15 (INK4b), p16 (INK4a) [29, 30].

Мутации антионкогена TP53, кодирующего протеин p53, достаточно часто встречаются в опухолях человека. Роль протеина p53 заключается в остановке, «аресте» клеточного цикла деления в фазе G1, что позволяет репарировать поврежденную ДНК. В случае невосстановимых, больших повреждений генома запускается процесс апоптоза клетки. Протеин p53 является фактором транскрипции и наиболее частыми мутациями, которые связаны с развитием рака, касаются домена, который связывается с ДНК. Потеря одной аллели с точечной мутацией в остающейся аллели наиболее характерны для инактивации p53. При опухолях щитовидной железы инактивация p53 играет роль в процессе потери дифференциации или трансформации в анапластический фенотип. Мутации TP53 при папиллярном раке щитовидной железы выявляются от 0 до 75%, в зависимости от

типа опухоли [31]. Мутации TP53 часто встречаются при недиференциированных и низкодиф-ференциированных карциномах [32, 33, 34], в культурах клеток рака щитовидной железы [32, 35], но редко, менее 10%, в дифференцииро-ванных карциномах [36]. Поэтому мутации TP53 связываются с плохим прогнозом заболевания и их выявление при раке щитовидной железы должно быть основанием для более радикального лечения. Отмечено также, что мутации гена TP53 могут вызываться наружным облучением и выявляются более часто в папиллярном раке щитовидной железы у пациентов, которые пострадали от Чернобыльской катастрофы [37, 38].

Антионкогены p16 (INK4a, MTS1) и p15 (INK4b, MTS2) являются регуляторами клеточного цикла, которые вовлечены в процесс канцерогенеза щитовидной железы. В то же время их повреждение более характерно для культуры клеток рака ЩЖ и менее характерно для опухолей щитовидной железы [39].

Натрий йод симпортер как возможный антионкогент при дифференциированных опухолях щитовидной железы

Большая часть опухолей щитовидной железы выявляется как «холодные» узлы с низким или полностью отсутствующим захватом йода [40, 41]. Специфический для щитовидной железы ген натрий йод симпортера (SIS) был недавно клонирован, и есть данные о его роли в развитии зоба и дифференциированного рака щитовидной железы. Сниженная экспрессия SIS иРНК (информационной РНК) была выявлена при раке щитовидной железы, но мутации в гене SIS пока не были выявлены [42, 43]. Поэтому проводятся дальнейшие исследования по выявлению причин низкой экспрессии протеина SIS при раке щитовидной железы.

Таким образом, развитие папиллярного рака щитовидной железы является сложным многостадийным процессом, в котором принимает участие большое количество механизмов дисрегуля-ции жизнедеятельности клеток щитовидной железы под влиянием наружных и внутренних факторов. Мутации генов RAS, RET, TRK играют ведущую роль в развитии как спонтанного, так и радиационо-обусловленного папиллярного рака щитовидной железы. Активирующие мутации гена

RAS являются наиболее частым генетическим нарушением в спонтанных доброкачественных и злокачественных опухолях щитовидной железы. Генетические перестройки RET/PTC играют ведущую роль в развитии радиационно-обусловленных аденом и папиллярного рака щитовидной железы. Выявление мутации RET/PTC3, как правило, связано с более злокачественным фенотипом опухоли и требует более радикальной терапии. Мутации гена TP53 при папиллярном раке щитовидной железы свидетельствуют о дедифференциации опухоли и указывают на более злокачественное течение заболевания, требуя более радикальных методов лечения. Данные примеры свидетельствуют о растущем значении молекулярно-генетических исследований при всех видах опухолевых заболеваний, включая папиллярный рак щитовидной железы. Это поможет в скором будущем в плане диагностики и лечения больных с опухолевой патологией щитовидной железы. Следует также отметить, что часть онкогенов уже сейчас являются мишенями в экспериментах по генной терапии и в данном направлении уже получены положительные результаты.

Литература

1. Farid N.R., Shi Y., Zou M. Molecular basis of thyroid cancer. Endocr. Rev., 1994, Vol. 15 (2), P. 202- 232.

2. Lyons I., Landis C.A., Harsh G. et al. Two G protein oncogenes in human endocrine tumors. Science, 1990, Vol. 249, P. 655659.

3. Suarez H. G. Genetic alterations in epithelial human thyroid tumours. Clin. Endocrinol., 1998, Vol. 48, P. 531-546.

4. Suarez H.G. Molecularbasis of epithelial thyroid tumorigenesis.

C.R.Acad.Sci., 2000, Vol. 323, P. 519-528.

5. Wright P., Williams E.D., Lemoine N.R., Wynford-Thomas D.

Radiation associated and ‘spontaneous’ human thyroid carcinomas show different pattern of ras oncogene mutation. Oncogene, 1991, Vol. 6, P. 471-473.

6. Chaletton C., Bounacer A., Du Villard J.A. et al. Pattern of ras and gsp oncogene mutations in radiation-associated human thyroid tumors. Oncogene, 1995, Vol. 11, P. 601-603.

7. Nikiforov Y.E., Nikiforova M.N., Gnepp D.R., Fagin J.A. Prevalence of mutations ofras and p53 inbenign and malignant thyroid tumors from children exposed to radiation after Chernobyl nuclear accident. Oncogene, 1996, Vol. 13, P. 687693.

8. Russo D., Arturi F., Wicker R. et al. Genetic alterations in thyroid hyperfunctioning adenomas. J. Clin. Endocrinol. Metab.,

1995, Vol. 80, P. 1347-1351.

9. Said S., Schlumberger M., Suarez H.G. Oncogenes in human

epithelial thyroid tumorigenesis. J.Endocrinol.Inv., 1994, Vol. 6, P. 53-56.

10. Wynford-Thomas D. Molecularbasis of epithelial tumorigenesis:

the thyroid model. Crit.Rev. Oncog., 1993, Vol. 4, P. 1-23.

11. Wicker R., Suarez H.G. Le facteur de croissance des hepatocytes HGF-SF et son recepteur c-Met: Fonctions biologiques et activation oncogenique. Medecine/Sciences,

1996, Vol. (3)12, P. 313-322.

12. Bongarzone I., Pierotti M., Monzini N. et al. High frequency of

activation of tyrosine kinase oncogenes in human papillary thyroid carcinoma. Oncogene, 1989, Vol. 4, P. 1457-1462.

13. Bongarzone I., Fugazzola L., Vigneri P. et al. Age-related activation of the thyrosine kinase receptor protooncogenes RET and NTRK1 in papillary thyroid carcinoma. J.ClinEndocrinol. Metab., 1996, Vol.81, P. 2006-2009.

14. Bounacer A., Wicker R., Caillou B. et al. High prevalence of activating ret protooncogene rearrangements, inthyroid tumors from patients who had received external radiation. Oncogene,

1997, Vol. 15, P. 1263-1273.

15. Santoro M., Carlomagno F., Hay I.D. et al. Ret oncogene activation in human thyroid neoplasms is restricted to the papillary cancer subtype. J.Clin.Invest., 1992, Vol. 89, P. 15171522.

16. Sarasin A., Bounacer A., Lepage F. et al. Mechanisms of mutagenesis in mammalian cells: application to human thyroid tumors. C.R.Acad.Sci., 1999, Vol. 322, P. 143-149.

17. Gimm O. Thyroid cancer. Cancer Letters, 2001, Vol. 163, P.

143-156.

18. Nakata T., Kitamura Y., Shimizu K. et al. Fusion of a novel gene, ELKS, to RET due to translocation t(10;12)(q11;p13) in a papillary thyroid carcinoma. Genes Chromosomes Cancer, 1999, Vol. 25, P. 97-103.

19. Corvi R., Berger N., Balczon R. et al. RET/PCM-1: a novel fusion gene in papillary thyroid carcinoma. Oncogene, 2000, Vol. 19, P. 4236-4242.

20. Ishizaka Y., Kobayashi S., Ushijima T.et al. Detection of ret/ PTC transcripts in thyroid adenomas an adenomatous goiter by an RT-PTC method. Oncogene, 1991, Vol.6, P. 16671672.

21. Fugazzola L., Pilotti S., Pinchera A. et al. Oncogenic rearrangements of the RET protooncogene in papillary thyroid carcinomas from children exposed to the Chernobyl nuclear accident. Cancer Res., 1995, Vol. 55, P. 5617-5620.

22. Klugbauer S., Lengfelder E., Demidchik E.P. Rabes H.M. High prevalence of RET rearrangement in thyroid tumors of children from Belarus after the Chernobyl reactor accident. Oncogene, 1995, Vol. 11, P. 2459-2467.

23. Nikiforov YE., Rowland J.M., Bove K.E. et al. Distinct pattern

of ret oncogene rearrangements in morphological variants of radiation induced and sporadic thyroid papillary carcinomas in children. Cancer Res., !997, Vol. 57, P. 1690-1694.

24. Mizuno T., Iwamoto K.S., Kyoizumi S. et al. Preferential induction of RET/PTC1 rearrangement by X-ray irradiation. Oncogene, 2000, Vol. 19, P. 438-443.

25. Nikiforov YE, Rowland J.M., Bove K.E. et al. Distinct pattern

of ret oncogene rearrangements in morphological variants of radiation-induced and sporadic thyroid papillary carcinomas in children. Cancer Res., 1997, Vol. 57, P. 1690-1694.

26. Di Renzo M.F., Olivero M., Ferro S. et al. Overexpression of the c-Met/HGF receptor gene in human thyroid carcinomas. Oncogene, 1992, Vol. 7, P. 2549-2553.

27. Dremier S., Taton M., Coulonval K. et al. Mitogenic, dedifferentiating, and scattering effects of hepatocyte growth factor on dog thyroid cells. Endocrinology, 1994, Vol. 135, P.

135-140.

28. Wasielewski R., Rhein A., Werner M. et al. Immunohistochemical detection of e-cadherin in differentiated thyroid carcinomas correlates with clinical outcome. Cancer Research, 1997, Vol. 57, P. 2501-2507.

29. Zedenius J., Larsson C., Wallin G. et al. Alterations ofp53 and

expression ofWAF1/p21 in human thyroid tumors. Thyroid, 1996, Vol.6 (1), P. 1-9.

30. Kamb A., Gruis N.A., Weaver Feldhaus J. et al. A cell regulator

potentially involved in genesis of many tumor types. Science,1994, Vol. 264 (5157), P. 436-440.

31. Zou M., Shi Y, Farid N.R. p53 mutations in all stages ofthyroid

carcinomas. J. Clin. Endocrinol. Metab., 1993, Vol. 77 (4), P. 1054-1058.

32. Fagin F.A., Matsuo K., Karmakar A. et al. High prevalence of

mutations ofthe p53 gene inpoorly differentiated humanthyroid carcinomas. J. Clin. Invest., 1993, Vol. 91 (1), P. 179-184.

33. Ito T., Seyama T., Mizuno T. et al. Unique association of p53 mutations with undifferentiated but not with differentiated carcinomas of the thyroid gland. Cancer Res., 1992, Vol. 52 (5), P. 1369-1371.

34. Donghi R., Longoni A., Pilotti S. et al. Gene p53 mutations are

restricted to poorly differentiated and undifferentiated carcinoma ofthe thyroid gland. J. Clin. Invest., 1993, Vol. 91 (4), Vol. 1753-1760.

35. Jossart G.H., Epstein H.D., Shaver J.K. et al. Immunocytochemical detection of p53 in human thyroid carcinomas is associated with mutation and immortalization of cell lines. J. Clin. Endocrinol. Metab., 1996, Vol. 81 (10), P. 3498-3504.

36. Herrmann M., Baunoch D.A., Maliarik M. et al. P53 gene alterations in differentiated thyroid cancers. Oncol. Rep.,

1995, Vol. 2, P. 741-748.

37. Fogelfeld L., Bauer T.K., Schneider A.B. et al. P53 gene mutations in radiation induced thyroid cancer. J. Clin. Endocrinol. Metab., 1996, Vol. 81 (8), P. 3039-3044.

38. Hillebrandt S., Streffer C., Reiners C. et al. Mutations in the p53 tumour suppressor gene in thyroid tumours of children from areas contaminated by the Chernobyl accident. Int. J. Radiat. Biol., 1996, Vol. 69 (1), P. 39-45.

39. Jones C.J., Shaw J.J., Wyllie F.S. et al. High frequency deletion of the tumour suppressor gene p16(Ink4a) (Mts1) in human thyroid cancer cell lines. Mol. Cell. Endocrinol.,

1996, Vol. 116 (1), P. 115-119.

40. Smanic P.A., Liu Q., Furminger T.L. et al. Cloning of human sodium/iodine transporter and mechanism of the loss of radioiodine uptake activity in thyroid tumors. Thyroid, 1997, Vol. 7, P. 312-318.

41. Kohrle J., Schmutzler C. Wie kommt Jod in die Schilddruse? Internist (Berl), 1998, Vol. 39 (6), P. 560-565.

42. Smanik P., Ryu K.Y., Theil K. et al. Expression, exon-intron organization, and chromosome mapping of the human sodium iodine symporter. Endocrinology, 1997, Vol. 138 (8), P. 3555-3558.

43. Park H.J., Kim J.Y., Park K.Y. et al. Expression of human sodium iodine symporter mRNA in primary and metastatic papillary thyroid carcinomas. Thyroid, 2000, Vol. 10(3), P. 211-217.

Поступила 30.12.2004 г. Принята в печать 30.12.2004 г.