Энергетическая безопасность Калининградской области: ключевые проблемы и пути их решения

РЕГИОН В НАЦИОНАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКЕ

УДК 338.24

ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ КАЛИНИНГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ: КЛЮЧЕВЫЕ ПРОБЛЕМЫ И ПУТИ ИХ РЕШЕНИЯ

Артур Николаевич Усанов,

аналитик,

Гаагский центр стратегических исследований, Гаага, Нидерланды агишБапоу^сББ. п1

Александр Геннадьевич Харин,

кандидат экономических наук, доцент кафедры финансов и кредита, Калининградский государственный технический университет, Калининград, Российская Федерация agkharin@yandax.ru

Предмет/тема. Статья посвящается одной из ключевых проблем Калининградской области — российского региона, изолированного от остальной территории Российской Федерации, — энергетической безопасности. Существенные геополитические и экономические изменения, происходящие в настоящее время в мире, обусловливают актуальность поиска оптимальных способов решения этой проблемы.

Цели/задачи. Цель — критический анализ возможных вариантов минимизации энергетических угроз экономике региона.

Методология. На основе методов факторного и статистического анализа, логического моделирования изучены ключевые аспекты экономической безопасности региона, выявлены угрозы и критически оценены различные варианты решения этой проблемы. Информационной базой исследования послужили данные Федеральной службы государственной статистики и международной статистики (IEA), аналитические материалы и публикации по проблемам глобальной и региональной энергетической безопасности.

Результаты. Изучен потенциал энергетических ресурсов Калининградской области, и исследованы вопросы потребления и производства различных видов энергии в регионе. Были выделены основные

особенности и слабые места в обеспечении энергетической безопасности области, проанализированы планы и проекты, направленные на устранение выявленных недостатков.

Разработаны рекомендации о наиболее эффективных направлениях обеспечения энергетической безопасности, которые могут быть использованы при разработке стратегических планов развития региона.

Выводы/значимость. Сделан вывод о том, что принципиальное решение проблемы энергетической безопасности региона лежит не в технической или экономической плоскости, а в политических интересах.

Оптимальным решением будет являться компромиссный вариант интеграции области в общий энергетический рынок стран Балтийского моря и Европы, не противоречащий интересам всех стран региона.

Ключевые слова: региональная энергетика, стратегия региона, энергетическая безопасность, региональные энергетические проекты, инвестиции

Введение

Одной из основ экономической и геополитической мощи Российской Федерации выступают

ее энергетические ресурсы. Страна обладает крупнейшими в мире запасами углеводородного сырья, входит в число лидеров по добыче газа и нефти, производству электроэнергии. Это дает основание называть Россию «энергетической сверхдержавой», способной играть ведущую роль в глобальной экономике и политике. Однако у «энергетической сверхдержавы» есть уязвимые места с точки зрения энергетической безопасности. Одним из таких мест является Калининградская область.

Эта область — один из самых небольших субъектов Российской Федерации с населением около 960 тыс. чел., окруженный территориями стран — членов Европейского союза (Польша и Литва), через которые проходят все сухопутные связи с другими российскими регионами. Эксклавное положение Калининградской области таит в себе потенциальную угрозу ее социально-экономической стабильности, приобретающую вполне зримые черты на фоне резкого ухудшения отношений между Российской Федерацией и странами ЕС, происходящего в последнее время.

Следует отметить, что проблемы, связанные с российским транзитом в Калининградскую область, носят перманентный характер. Они неоднократно возникали и решались на протяжении всего постсоветского периода развития области. Однако нынешний кризис в отношениях со странами ЕС, а также «кристаллизация» нового экономического курса Российской Федерации на обеспечение самодостаточности обусловливают повышенное внимание вопросам дальнейшего функционирования Калининградской области в новых геополитических условиях.

Среди критичных проблем, связанных с экс-клавным положением региона, находится ее энергетическая безопасность. Актуальность этой проблемы определяет рост интереса к ней в последнее время как со стороны ученых-регионалистов, так и со стороны практиков — представителей органов власти федерального и регионального уровней, бизнеса. Но, несмотря на ряд интересных публикаций по проблемам энергетической безопасности области и обеспечения устойчивого развития ее экономики, до настоящего времени не найден ответ на вопрос: каков должен быть вектор развития региональной энергетики?

По мнению авторов, следует определить наиболее действенный путь минимизации энергетических угроз экономике региона. Для этого на основе крат-

кого описания потенциала энергетических ресурсов Калининградской области необходимо выявить основные особенности и слабые места в обеспечении ее энергетической безопасности, проанализировать планы и проекты, направленные на устранение этих недостатков.

Состояние энергетики Калининградской области

Калининградская область, хотя и зависит от внешних поставок энергоносителей, располагает определенным собственным потенциалом энергоресурсов по отношению к внутреннему потреблению. Важнейшим из энергетических ресурсов области является нефть, месторождения которой расположены на суше и на шельфе Балтийского моря. Данные о величине запасов калининградской нефти разнятся. Так, согласно Стратегии социально-экономического развития Калининградской области1, принятой в 2012 г., суммарные запасы нефти в регионе оцениваются в 55 млн т2. Однако существуют мнения, что эти объемы завышены. Например, компания «ЛУКОЙЛ», добывающая более 95% калининградской нефти, оценивает свои доказанные запасы в регионе лишь в объеме 6,2 млн т3.

Нефтедобыча, ведущаяся в регионе со средины 1970-х гг., получила новый импульс в 2004 г., когда компания «ЛУКОЙЛ» начала эксплуатацию морского месторождения «Кравцовское», расположенного на континентальном шельфе Балтийского моря. Благодаря этому добыча нефти достигла своего пика — более чем 1,4 млн т в год в 2006-2008 гг., однако с тех пор она неуклонно снижается на 9-11% в год (рис. 1).

Перспективы нефтедобычи в Калининградской области связаны с разработкой морских месторождений, поскольку запасы нефти на суше области близки к исчерпанию: даже по оптимистичным прогнозам, в ближайшем десятилетии они будут давать не более 0,2-0,3 млн т нефти в год. Компенсация падения добычи нефти возможна за счет дальнейшего освоения шельфовых месторождений,

1 О Стратегии социально-экономического развития Калининградской области на долгосрочную перспективу: постановление правительства Калининградской области от 02.08.2012 №583.

2 Оценка включает запасы нефти категорий A+B+C1, т.е. запасы достоверные, установленные и оцененные.

3 Analyst Databook, 2013. URL: http://www.lukoil.com/ materials/doc/DataBook/2014/DB_Book_eng.pdf.

Регион в национальной экономике Region in National Economy - 24 -

1996 1997 1998 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013 1 Добыча, всего - - Добыча на месторождении «Кравцовское» Источник: данные Калининградстата.

Рис. 1. Добыча нефти в Калининградской области в 1996-2013 гг., тыс. т

расположенных в российском секторе Балтийского моря, с оцениваемыми запасами до 35 млн т [16]. Но эта оценка очень приблизительна, поскольку она не подкреплена должными геологическими изысканиями и инженерными расчетами.

Вся добываемая в Калининградской области нефть вывозится. Высокое качество (низкое содержание серы) обеспечивает ее высокую цену на международном рынке. Это, а также низкие издержки на логистику делают калининградскую нефть очень привлекательной для экспорта, поэтому она является главным экспортным товаром области (в силу особенностей распределения доходов в Российской Федерации вклад нефтедобычи в региональное благосостояние не столь заметен).

Хотя нефть (вместе с попутным газом) и занимает значительную долю (более 97%) добываемых в области первичных энергетических ресурсов, она не вносит сколько-либо заметного вклада в обеспечение энергетической безопасности Калининградской области, так как в настоящее время все необходимые региону нефтепродукты привозные. В регионе отсутствует собственное нефтеперерабатывающее производство, так как целесообразность его создания и строительства была признана экономически невыгодной.

Другими видами топливных ресурсов, имеющихся на территории Калининградской области, являются запасы бурого угля (около 80 млн т) и

торфа (более 300 млн т). Однако значимость этих ресурсов в качестве топлива сомнительна из-за их низкой энергетической ценности, а также по экологическим причинам. Торф используется в ограниченных масштабах для производства тепловой энергии в нескольких небольших населенных пунктах области.

В регионе имеется определенный потенциал возобновляемых источников энергии (гидроэнергия и энергия ветра), но масштабы его использования пока незначительны. Так, суммарная установленная мощность трех действующих в регионе гидроэлектростанций не превышает 1,7 МВт, хотя есть основания полагать, что потенциал местных гидроресурсов гораздо выше. В начале ХХ в. на территории Калининградской области, бывшей в то время частью Восточной Пруссии, действовало более 30 малых и микро-ГЭС, инфраструктура многих из них сохранилась до настоящего времени. По оценке областного правительства, общая мощность всех гидроэлектростанций (в случае их восстановления и оснащения современным оборудованием) может достигать 17-20 МВт4.

Калининградская область является пионером развития российской ветроэнергетики. На ее тер-

4 Схема и программа перспективного развития электроэнергетики Калининградской области на 2013-2018 годы: приказ Министерства развития инфраструктуры Калининградской области от 30.04.2013 № 45.

23 (398) - 2015

РЕГИОНАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА: REGIONAL ECONOMICS:

теория и практика theory and practice

ритории расположен один из первых в России и крупнейший в стране ветропарк — Куликовская ВЭС. Электростанция была построена в 2002 г. при поддержке датского правительства. В ее состав входит 21 ветроэнергетическая установка суммарной мощностью 5,1 МВт. Существуют амбициозные планы строительства в области нескольких крупных ветропарков, в том числе морского базирования. Однако эти планы не выглядят реалистичными с экономической точки зрения. Повышение инвестиционной привлекательности альтернативной энергетики — пока не разрешенная для Российской Федерации проблема, и Калининградская область не является исключением.

В 2012 г. собственное производство первичных энергетических ресурсов покрывало 36% от потребностей Калининградской области: при внутреннем потреблении 4,37 млн т усл. топл. добыча энергоресурсов составляла 1,56 млн т усл. топл. Исключая добываемую в регионе нефть (она полностью экспортируется), собственные энергоресурсы обеспечивают менее 2% потребности Калининградской области в энергии. По существу, все необходимые области энергоресурсы (природный газ, нефтепродукты, уголь) ввозятся из-за ее пределов. Причем в большинстве случаев эти поставки осуществляются из других регионов Российской Федерации через территории Белоруссии и Литвы, что создает дополнительную угрозу надежности снабжения области жизненно необходимыми ресурсами.

Энергодефицитность региона обусловливает особую остроту проблем в электроэнергетике, которая является основой его экономики и одновременно выступает главным потребителем первичных энергоресурсов. По оценке авторов, на электроэнергетику и теплоснабжение приходится более 57% всех потребляемых в области топливных ресурсов.

До 2005 г. собственное производство электроэнергии обеспечивало менее 10% ее потребления в Калининградской области, а дефицит покрывался за счет поставок из других регионов Российской Федерации транзитом через Литву. Подобная ситуация вызывала беспокойство центральных органов власти еще задолго до распада Советского Союза, поэтому первое правительственное решение о строительстве в Калининградской области крупной электростанции было принято еще 1990 г., однако последовавший экономический кризис надолго задержал реализацию этого масштабного проекта.

Активное строительство новой электростанции, получившей название «Калининградская ТЭЦ-2», началось только в 2002 г. Ее первый блок был введен в эксплуатацию в октябре 2005 г., а второй — в декабре 2010 г.

Калининградская ТЭЦ-2 — одна из самых современных в Российской Федерации, работающая на основе парогазовой технологии. Она имеет установленную электрическую мощность 875 МВт и в настоящее время обеспечивает более 98% производства электроэнергии в области. Благодаря ей область стала не только самодостаточной в производстве электроэнергии, но и с 2011 г. экспортирует ее излишки в соседнюю Литву (рис. 2).

Другой, еще более масштабный, энергетический проект в Калининградской области — строительство Балтийской АЭС — оказался куда менее успешным. В апреле 2008 г. государственная корпорация «Росатом» объявила о начале строительства в регионе атомной электростанции с двумя реакторами мощностью по 1 200 МВт каждый. Первый реактор этой станции планировалось ввести в эксплуатацию в 2016 г., второй — в 2018 г. Проект стал неожиданностью для общественности и бизнеса, поскольку заявленная мощность даже одного реактора значительно превышала потенциальный спрос на электроэнергию в Калининградской области на многие годы вперед.

Но главным мотивом, лежащим в основе этого проекта, было вовсе не решение задач энергобезопасности области, а поставка электроэнергии на экспортные рынки. В декабре 2009 г. под давлением ЕС Литва остановила работу Игналинской АЭС, в результате чего страна столкнулась с дефицитом электроэнергии. Потенциальными рынками для электроэнергии, вырабатываемой на Балтийской АЭС, также могли стать другие страны региона Балтийского моря, включая Польшу и Германию. С тем чтобы увеличить шансы на экспорт электроэнергии Балтийской АЭС, «Росатом» впервые предложил иностранным инвесторам до 49% акций проекта, что необычно для российской атомной отрасли, куда допуск иностранных инвесторов ограничен законодательно.

Строительство станции началось в 2010 г., но уже в июне 2013 г. оно было приостановлено, поскольку так и не удалось найти ни инвесторов, ни потенциальных потребителей, готовых заключить соглашения о покупке электроэнергии. Для адаптации проекта к имеющимся реалиям рассматрива-

8 000 7 000 6 000 5 000 4 000 3 000 2 000 1 000 0

2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013

1 Потребление — - Производство

Источник: данные Росстата.

Рис. 2. Производство и потребление электроэнергии в Калининградской области в 2000-2013 гг., млн кВт-ч

лась возможность установки на станции реакторов малой и средней мощности, но и эта идея оказалась несостоятельной, так как подобные реакторы еще не сертифицированы. Следует отметить, что проект строительства в Калининградской области столь масштабной (по меркам региона) электростанции, полностью ориентированной на экспорт, изначально выглядел довольно авантюристично, поскольку не был подкреплен политическими договоренностями со странами Балтии, которые крайне чувствительно относятся к вопросам своей энергетической зависимости от Российской Федерации.

Строительство ТЭЦ-2, а также реализация программы газификации жилого сектора и коммунального хозяйства области привели к значительному росту потребления природного газа (рис. 3).

В результате, природный газ приобрел роль доминирующего энергетического ресурса Калининградской области. Сейчас на его долю приходится 57% потребления топлива в регионе, а для электро-и теплоэнергетики природный газ стал, по существу, единственным видом топлива (в этом секторе его доля превышает 90%). Вместе с тем рост значения природного газа для калининградской экономики происходит на фоне того, что единственным вари-

антом его поставки в область был и остается газопровод, проходящий через Белоруссию и Литву.

Анализ состояния энергетики Калининградской области позволяет сделать вывод, что хотя регион и обладает существенным в масштабах местной экономики потенциалом собственных энергетических ресурсов (в основном нефти), он почти полностью зависит от внешних поставок топлива. Практически безальтернативным в настоящее время вариантом поставок всех видов топлива в область является транзит через Белоруссию, Литву. Такая зависимость обусловливает возникновение специфических рисков для энергетической безопасности области, которых нет у большинства других российских регионов.

Ключевые проблемы энергетической безопасности Калининградской области и подходы к их решению

Принципы обеспечения энергетической безопасности области. Риски энергетической безопасности Калининградской области не являются гипотетическими и носят вполне реальный характер. Приведем лишь один эпизод из недавней

2 500

2 000

1 500

1 000

500

0

2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011 2012 Ф Потребление, всего —" Потребление ТЭЦ-2 Источник: правительство Калининградской области.

Рис. 3. Потребление природного газа в Калининградской области в 2000-2012 гг., млн м3

истории, наглядно демонстрирующий ее энергетическую уязвимость. После неудачных переговоров с Белоруссией по газовым вопросам, которые проходили 18.02.2004, ОАО «Газпром» полностью прекратил поставку газа в эту страну, а так как Калининградская область получала природный газ транзитом через Белоруссию, то и поставки газа в этот регион были прекращены. Отсутствие в области сколько-либо значимых запасов газа и холодная погода поставили энергетику на грань коллапса. И хотя газовая блокада длилась только 19 часов (на следующий день Белоруссия согласилась с российскими условиями, и поставки были возобновлены), это событие показало явные риски энергоснабжения Калининградской области. С тех пор в регионе был реализован ряд мер, направленных на развитие энергетической инфраструктуры и решение отдельных вопросов энергетической безопасности.

Так, постройка ТЭЦ-2 обеспечила электроэнергетическую самодостаточность региона. Для снабжения этой электростанции топливом в 2009 г. была увеличена мощность газопровода Минск — Вильнюс — Калининград до 2 500 млн м3 в год. В сентябре 2013 г. была введена в эксплуатацию первая очередь подземного газохранилища емкостью 52 млн м3 (примерно на девять дней потребления в области) с перспективой его расширения до 260

млн м3. Однако перечисленные масштабные и очень затратные проекты так и не привели к решению коренных проблем энергетической безопасности Калининградской области. Для лучшего понимания этих проблем и путей их решения необходимо кратко изложить суть современных взглядов на обеспечение энергетической безопасности.

Энергетическая безопасность — довольно широкая концепция, имеющая различные трактовки и толкования. Обычно считается, что в ее основе лежит идея непрерывности (т.е. надежности в широком смысле) предоставления энергетических услуг. В определении Международного энергетического агентства (1ЕА) энергетическая безопасность рассматривается как «непрерывная доступность источников энергии по доступной цене» [15, р. 13], т.е. подчеркивается не только надежность энергопоставок, но и их стоимость для потребителей. Еще более широкие определения энергетической безопасности приведены в обзорных научных статьях [17, 20, 21]. Отечественными авторами проблематика энергетической безопасности исследуется в основном с прикладной точки зрения, при этом имеется немного фундаментальных трудов, посвященных теоретических аспектам данного понятия [1, 5, 10, 12-14].

Энергетическая безопасность какого-либо субъекта в отношении необходимого ему любо-

го вида топлива или энергоносителя зависит от множества факторов, два из которых заслуживают особого внимания:

1) стоимость транспортировки ресурса и гибкость инфраструктуры его поставок;

2) затраты на хранение этого ресурса.

Первый фактор определяет круг потенциальных поставщиков энергоресурса для конкретного рынка. Если затраты на транспортировку низки и имеется развитая логистика, то на любой географический рынок этот ресурс может поставляться многими производителями, что в конечном счете приводит к выравниванию цен в различных регио-нах5. Напротив, отсутствие перечисленных условий приводит к значительным ценовым диспропорциям на региональных рынках, цены на которых могут различаться в разы (наблюдается в настоящее время для природного газа).

Еще одна составляющая этого фактора — гибкость транспортной инфраструктуры, имеющая особое значение для энергетических рынков. Так, поставки природного газа и электричества полностью зависят от узкоспециализированной инфраструктуры — газопроводов и линий электропередач. Так как поставки нефти и угля в значительной степени осуществляются за счет использования универсальной транспортной инфраструктуры (автомобильные и железные дороги, порты и т.п.), это обеспечивает большую альтернативность поставок, следовательно, эти ресурсы более привлекательны с позиций энергетической безопасности.

Другой ключевой фактор энергетической безопасности — затраты, связанные с хранением энергоресурсов. Создание резерва позволяет компенсировать временные перебои в поставках, а значит, снизить прямые экономические потери. Запасы также помогают уменьшить рыночную власть поставщиков (транзитеров), которые могут использовать угрозу прекращения поставок в своих политических или экономических целях. С позиций этого фактора электроэнергия и природный газ также подвержены более существенным рискам энергетической безопасности по сравнению с нефтью и углем, причем, если хранение запасов

5 Ценовые различия между странами могут также существовать из-за различий в налогах и из-за субсидирования, однако если элиминировать эти факторы, оптовые цены на энергоресурсы в регионах различаются только по причине разных затрат на их транспортировку, либо из-за разницы в их качестве (так называемый закон одной цены — the law of one price).

природного газа просто более затратное, то хранение электроэнергии в больших количествах просто технически невозможно).

Таким образом, можно сделать общий вывод о том, что ориентация экономики изолированного региона на использование электроэнергии и природного газа приводит к более значительным проблемам в сфере энергетической безопасности, чем при использовании угля и нефти. Этот вывод в полной мере относится к Калининградской области. Учитывая географические особенности, в случае нарушения традиционных сухопутных путей транзита энергоносителей уголь и нефть относительно легко могут быть доставлены в регион альтернативным морским путем. Хотя этот вариант и потребует дополнительных инвестиций в портовую инфраструктуру (в регионе уже имеются морские нефте- и угольные терминалы) и приведет к росту стоимости транспортировки, однако вряд ли станет серьезной проблемой для региональной экономики.

Поскольку снабжение Калининградской области природным газом и электроэнергией является критически слабым местом ее энергетической безопасности, вектор государственной политики в сфере энергетики в последнее время сосредоточен на решении этой проблемы.

Можно выделить две основные составляющие проблемы энергобезопасности области, которые в настоящее время являются предметом внимания федеральных и региональных органов власти:

— во-первых, это ожидаемый выход энергосистем стран Балтии из объединенной энергосистемы «Балтийское кольцо» (БРЕЛЛ6);

— во-вторых, обеспечение альтернативных вариантов поставок природного газа в Калининградскую область.

Очевидно, что это далеко не полный перечень проблем в энергетике области. Например, в их число входят значительная изношенность энергетической инфраструктуры области, приводящая к большим потерям электроэнергии (18% от потребления в 2012 г.), неразвитость и неоптимальность распределения по территории области энергетической инфраструктуры и многое др. Однако эти вопросы

6 Энергосистема БРЕЛЛ — электрическое кольцо, образованное сетями Белоруссии, Российской Федерации, Эстонии,

Латвии и Литвы. Соглашение о параллельной работе энерго-

систем этих стран, подписанное в 2001 г., устанавливает общие принципы организации совместной работы электрического кольца, образованного сетями этих стран.

носят локальный характер и не являются жизненно важными для области.

Проблемы, вызванные распадом энергетической системы, и их решения. Благодаря энергосистеме БРЕЛЛ, все электростанции, в электрическое кольцо, работают в синхронном режиме, обеспечивающем простоту трансграничных перетоков электроэнергии и позволяющем сглаживать последствия колебания спроса на нее путем обмена между странами резервными мощностями. Являясь частью системы БРЕЛЛ, Калининградская область балансирует работу своей энергосистемы, продавая или покупая электроэнергию в других странах энергосистемы.

Однако все три балтийских государства планируют перейти к 2020 г. на синхронную работу с европейскими странами. Высказываются серьезные сомнения в выгодности такого шага для стран Балтии. В частности, исследование, проведенное шведской консалтинговой компанией Gothia Power AB, показало, что хотя цель интеграции с европейскими энергосистемами и осуществима с технической точки зрения, «нет ни одного традиционного технического или экономического аргумента, обосновывающего изменение» существующего режима синхронизации7. Тем не менее политические и стратегические соображения оказались для стран Балтии важнее, чем экономические аргументы. В июне 2012 г. парламент Литвы принял законопроект об интеграции национальной энергосистемы страны в европейские энергосети8. Первыми шагами по его практической реализации стали проекты создания двух энергомостов с Польшей (LitPol Link) и с Швецией (NordBalt).

Распад энергетической системы БРЕЛЛ фактически превратит Калининградскую область в «энергетический остров», поскольку исключит возможность трансграничных потоков электроэнергии между Калининградом и Литвой, используя имеющуюся инфраструктуру9. В этом случае в целях кри-

7 Executive summary of Project «Feasibility study on the interconnection variants for the integration of the Baltic States to the EU internal electricity market». URL: http://www.ast.lv/files/ ast_files/files/documents/Executive%20summary%20of%20FIS-BIS%20project.pdf.

8 Synchronizacija. URL: http://www.litgrid.eu/index.php?act=js/ synchronization&item=137

9 Существенные проблемы с обеспечением электроснабжения возникнут и в других регионах Северо-Запада Российской Федерации (см. Докунина К. Прибалтика выключает свет: разрыв «Энергокольца» обойдется России в 50 млрд рублей.

тического снижения надежности электроснабжения области предлагается несколько вариантов решения указанной проблемы.

Во-первых, одним из них могла бы стать синхронизация работы энергосистемы Калининградской области с энергетической системой континентальной Европы вместе со странами Балтии. В упомянутом ранее исследовании Gothia Power говорится о технической возможности такого решения. Данный вариант обладает существенными преимуществами:

— он наименее затратный, чем любые другие варианты, способ обеспечения надежности работы региональной энергосистемы;

— он повышает привлекательность для потенциальных клиентов и инвесторов незавершенного проекта Балтийской АЭС10. Однако барьером на пути его реализации является негативный политический контекст, поскольку соседние страны (в первую очередь Литва) пока не видят выгод от сотрудничества, предпочитая проводить курс на изоляцию Калининградской области11. Ситуация усугубляется еще и тем, что отношения между ЕС и Российской Федерацией в настоящее время находятся в самой «низкой точке» со времен распада СССР.

Поскольку будущее Калининградской области в качестве «энергетического острова» сейчас выглядит наиболее реалистичным вариантом развития событий, возникает вопрос о параметрах энергосистемы области, обеспечивающих надежность ее работы в изолированном режиме. Несмотря на то, что калининградская энергосистема в настоящее время является самодостаточной и ее генерирующие мощности превышают на 11% пиковый спрос на электроэнергию (общая установленная мощность электростанций составляет 949 МВт), имеющийся резерв явно недостаточен12.

Но главная проблема состоит не в отсутствии требуемого резерва мощностей, а в почти абсо-

URL: http://www.forbes.ru/sobytiya/ekonomika/260963-pribaltika-vyklyuchaet-svet-razryv-energokoltsa-oboidetsya-rossii-v-50-mlr.

10 Dolzer M. How the Russian nuclear plant in Kaliningrad can help Baltic States integrate with EU power grid. URL: http://www. energypost.eu/russian-nuclear-power-plant-kaliningrad-help-baltic-states-integrate-eu-power-grid

11 Nuclear Power in Lithuania updated. URL: http://www.world-nuclear.org/info/Country-Profiles/Countries-G-N/Lithuania/.

12 Значения резервных электромощностей, характерные для других российских регионов, в среднем составляют около 20%, а для небольшой изолированной области резерв должен быть еще выше.

лютной зависимости области от одного источника электроэнергии — ТЭЦ-2, на которую приходится 92% всех генерирующих мощностей в регионе. Опасность такой зависимости зримо проявила себя в августе 2013 г., когда спровоцированное грозой аварийное срабатывание системы защиты на ТЭЦ-2 привело к веерному отключению электричества на большей части территории области. Региональный блэкаут продолжался около 90 мин, и энергоснабжение в области удалось нормализовать только за счет поставок из Литвы. Этот случай прямо определил проблему неустойчивости электроэнергетики области в случае ее работы в изолированном режиме. Стандартным критерием надежности таких энергосистем является требование безболезненной потери своего крупнейшего компонента (так называемый N-1 критерий), в соответствии с которым Калининградская область нуждается как минимум в 800 МВт дополнительных генерирующих мощностей.

Очевидно, что столь масштабную задачу сложно решить даже в более благоприятных, чем в существующих общеэкономических условиях. По оценке специалистов, создание 800 МВт генерирующих мощностей, работающих на газе или угле, потребует не менее 1 млрд евро инвестиций13. Эта сумма составила примерно 2/3 от общего объема инвестиций в основной капитал в калининградской экономике в 2013 г. При этом не совсем понятно, кто может быть потенциальным инвестором, поскольку в нормальных условиях дополнительные мощности будут излишними для региона, их загрузка будет низкой, а использование — убыточным. Инвестиции в новые мощности в таких условиях вряд ли возможны без государственной поддержки в виде, например гарантированных тарифов на электроэнергию или субсидий на строительство14. Однако общественная целесообразность таких преференций не очевидна и требует отдельного изучения.

Неопределенность в стратегии развития энергетики Калининградской области нашла отражение в генеральном плане развития энергосистемы, утвержденном правительством Калининградской области в апреле 2013 г. План содержит два сценария:

— согласно первому — «базовому сценарию» — ожидается небольшое снижение установ-

13 Эта сумма довольно точно соответствует затратам на незавершенное строительство Балтийской АЭС.

14МилинаА. Энергонезависимый эксклав. URL: http://peretok.

ru/strategy/energonezavisimyy-eksklav-.html.

ленной мощности областной энергосистемы до 940 МВт в 2019 г.;

— второй сценарий предполагает, что в течение ближайших пяти лет установленная мощность удвоится и достигнет 1 880 МВт., при этом предусмотрено строительство шести новых газовых и угольных электростанций в разных городах области.

В обоих сценариях развития энергетики отсутствует план строительства АЭС.

Во-вторых, вариантом решения проблемы энергоснабжения области может стать создание прямого соединения Калининградской области с энергосистемами Российской Федерации и Белоруссии путем сооружения линии постоянного тока высокого напряжения, не подключенной к энергосистеме Литвы. Однако этот вариант не только не решает упомянутой ранее проблемы транзита, но и довольно затратен15, поэтому любые проекты получения электроэнергии из-за пределов области не выглядят оптимальными.

Новые варианты поставок природного газа. Любые планы наращивания генерирующих мощностей в регионе неизбежно сталкиваются с необходимостью решения вопроса снабжения топливом. Организация поставок одних видов топлива (уголь, нефтепродукты), хотя и связана с определенными трудностями, однако выглядит реальной и с технической, и с экономической точек зрения. Так, снабжение топливом новой угольной электростанции вряд ли будет серьезной проблемой, поскольку регион в настоящее время уже получает около 300 тыс. т угля в год из Российской Федерации по железной дороге. Препятствием росту объема его поставок может стать ограниченная пропускная способность железной дороги, однако дополнительным маршрутом транспортировки угля могут быть морские перевозки (они также позволят при необходимости диверсифицировать поставщиков).

Газоснабжение региона представляет куда более сложную проблему с точки зрения гарантиро-ванности поставок. Наиболее очевидным и самым малозатратным вариантом обеспечения растущих потребностей энергетики области в газе является дальнейшее расширение существующего газопровода Минск — Вильнюс — Калининград. Однако такое решение ведет к усилению зависимости области от транзита через Литву и лишь усугубит про-

15 Похожий проект строительства линии LitPol (1 000 МВт) оценивается в 340 млн евро. Можно предположить, что энергомост Калининград — Беларусь вряд ли обойдется дешевле.

блему ее энергетической безопасности. Оставляя этот вариант в качестве потенциально возможного в случае устойчивой нормализации отношений между Российской Федерацией и Литвой, остановимся на следующих двух альтернативных вариантах, находящихся на стадии обсуждения, это:

— ответвление в Калининградскую область от морского газопровода «Северный поток»;

— морской терминал для приема и регазифи-кации сжиженного природного газа.

Реализация идеи создания ответвления от газопровода «Северный поток», проложенного по дну Балтийского моря из Ленинградской области в Северную Германию, позволила бы Калининградской области получать природный газ, не пересекая транзитных стран. Эта идея возникла еще на этапе проектирования газопровода и в последние 2-3 года активно лоббируется правительством Калининградской области. По поручению Президента Российской Федерации ОАО «Газпром» в 2012-2013 гг. рассматривало целесообразность такого проекта. Была подтверждена его техническая осуществимость, и отмечено, что окончательное решение должно быть согласовано с иностранными (в основном немецкими) акционерами «Северного потока», для которых его коммерческая сторона пока не выглядит привлекательной16. Поэтому в настоящее время в качестве альтернативы газопроводному проекту активно прорабатывается идея организации поставок в область сжиженного природного газа.

В сентябре 2013 г. ОАО «Газпром» и правительство области подписали протокол о намерениях по строительству в Калининградской области терминала для приема и регазификации сжиженного природного газа. Терминал, строительство которого планируется завершить в конце 2017 г., будет иметь мощность 9 млн м3 в день (3 300 млн м3 в год), что существенно выше, чем текущее потребление газа в области17.

В настоящее время ОАО «Газпром» проводит технико-экономическое обоснование этого проекта. Предполагается, что источниками поставок сжиженного природного газа в Калининградскую

16 Russian President Vladimir Putin entrusts Gazprom with getting back to Yamal — Europe-2 and gas branch to Kaliningrad Region projects. URL: http://www.gazprom.com/press/news/2013/april/ article159568/.

17 First LNG supply to Kaliningrad Region scheduled for late 2017. URL: http://www.gazprom.com/press/news/2013/november/

article178509/

область должны стать либо Балтийский завод сжиженного природного газа под Санкт-Петербургом, либо завод «Ямал-СПГ», которые планируется построить в 2017-2018 гг. Однако «слабым местом» проекта регазификационного терминала является его коммерческая сторона. При нынешнем уровне внутренних цен такое газоснабжение будет для поставщиков газа убыточным. Ежегодные потери оператора проекта, возникающие из-за разницы между рыночной стоимостью сжиженного природного газа и действующими тарифами на природный газ в Калининградской области, оцениваются аналитиками в сумме 400 млн долл. в год18. Кроме того, вызывают сомнения крайне сжатые сроки реализации этого проекта, учитывая, что до сих пор отсутствует даже определенность в его местоположении.

Заключение

Проблема энергетической безопасности Калининградской области — одна из наиболее острых и постоянно обсуждаемых тем в стратегии развития региона. Она в значительной степени политизирована, поскольку многие ключевые аспекты энергетической безопасности области носят не экономический или технический, а скорее геополитический характер. Вместе с изменением политического климата вокруг области меняются и подходы к решению проблемы обеспечения ее энергетической безопасности. Так, если в начале 2000-х гг. в дискуссиях о будущем Калининградской области в качестве основного пути решения фигурировал сценарий развития региона в качестве территории экономического сотрудничества Российской Федерации и стран ЕС, в том числе в энергетической сфере, то в последние несколько лет в планах развития энергетики преобладающим стал подход, рассматривающий область как «энергетический остров».

По мнению авторов, анализ различных сторон безопасности энергоснабжения Калининградской области показал, что стратегия развития этого важнейшего сектора региональной экономики формируется под влиянием геополитических и экономических целей, баланс между которыми носит конъюнктурный характер и опосредованно соотносится с базовыми принципами энергетической безопасности. Однако простой факт, что

18 БарсуковЮ. «Газпром» возьмет Калининград с моря. URL: http://www.kommersant.ru/doc/2351889.

требуется удвоить производство электроэнергии и вложить в эту отрасль крупные, но неокупаемые инвестиции только для того, чтобы обеспечить надежность работы региональной энергосистемы на современном уровне, ясно показывает «стоимость энергетической независимости» Калининградской области для Российской Федерации.

С другой стороны, страны Балтии, реализуя собственную политику энергетической независимости от Российской Федерации, также вынуждены идти на значительные издержки, сомнительные с экономической точки зрения, лишь для того, чтобы изолировать свои энергосистемы от энергосистемы Калининградской области.

Таким образом, принципиальное решение проблемы энергетической безопасности Калининградской области, на взгляд авторов, лежит не в технической или экономической, а в политической плоскости. Отсутствие доверия и нежелание сотрудничать стран региона с Российской Федерацией вынуждает стороны принимать меры по снижению зависимости друг от друга и обусловливает инвестиции, единственной целью которых является минимизация внешнеполитических рисков, представляющих во многом искусственный характер. Такое поведение подобно дилемме безопасности в международных отношениях: если одна сторона принимает меры по укреплению своей безопасности, то другая сторона, расценивая их как недружественные намерения, реализует контрмеры, что приводит к дальнейшей эскалации конфликта, в то время как наилучшим решением для обеих сторон была бы остановка эскалации. В случае рассматриваемой проблемы обеспечения энергетической безопасности Калининградской области оптимальным решением будет выработка Российской Федерацией совместно с ее соседями по региону компромиссного варианта интеграции области в общий энергетический рынок стран Балтии и Европы, не противоречащего интересам всех сторон.

В случае принятия альтернативного варианта обеспечение энергобезопасности региона потребует создания в области значительных генерирующих мощностей. Если рассматривать их строительство исключительно с точки зрения энергетической безопасности, то угольная генерация является предпочтительной по ряду рассмотренных ранее причин. Однако стоимость и экологические последствия такого варианта будут менее предпочтительными по сравнению с любыми другими.

Список литературы

1. Бушуев В.В. Энергетика России: в 3 т. М.: Энергия, 2012. Т. 2: Энергетическая политика России (энергетическая безопасность, энергоэффективность, региональная энергетика, электроэнергетика). 616 с.

2. Денчев К. Мировая энергетическая безопасность: история и перспективы // Новая и новейшая история. 2010.№ 2. С. 39-58.

3. Емельянова Н.Н. Организационно-правовой механизм обеспечения международной энергетической безопасности // Евразийский юридический журнал. 2011. № 7. С. 21-27.

4. Жаворонкова Н.Г., Шпаковский Ю.Г. Энергетическая безопасность в системе национальной безопасности современной России // Право и безопасность. 2012. № 1. С. 70-75.

5. ЗеркаловД.В. Энергетическая безопасность. Киев: Основа, 2012. 920 с.

6. Кокошин А.Д. Международная энергетическая безопасность. М.: Европа, 2006. 71 с.

7.МазурИ.И. 2008. Глобальная энергетическая безопасность // Век глобализации. 2008. № 1. С. 57-69.

8. Миронов Н.В. Международная энергетическая безопасность. М.: МГИМО (У), 2004. 155 с.

9. Сорокин В.П. Регуляторные вопросы энергетической стратегии и политики Евросоюза до 2020 года. М.: Энергия, 2011. 36 с.

10. Симонов К. Энергетическая сверхдержава. М.: Алгоритм, 2006. 250 с.

11. Станислау Д. Конкуренция или сотрудничество: изменение парадигмы поведения энергопроизводителей и энергополучателей // Экономические перспективы. 2004. Т. 9. № 2. С. 19-24.

12. Фортов В.Е., Макаров А.А., Митрова Т.А. Глобальная энергетическая безопасность: проблемы и пути решения // Вестник Российской академии наук. 2007. Т. 77. № 2. С. 99-114.

13. Чиж А.М. Теоретическая составляющая понятия энергетической безопасности // Актуальные проблемы международных отношений и современного мира. Минск: Центр международных исследований ФМО БГУ, 2012. С. 103-112.

14. Шульгина Л.В. Управление экономически устойчивым развитием ТЭК на основе энергетической безопасности. Воронеж: ВГТА, 2010. 164 с.

15. Energy Supply Security: Emergency Response of IEA Countries 2014. Paris: IEA, 2014. 606 p.

16. Igorev V. The Oil of the Amber Land // Oil of Russia. 2012. № 4. P. 40-43.

17. Mansson A., Johansson B., Nilsson L. Assessing energy security: An overview of commonly used methodologies // Energy. 2014. № 73. P. 1-14.

18. Projected Costs of Generating Electricity, 2010 Edition. Paris: IEA, 2010. 216 p.

19. Russia 2014. Paris: OECD/IEA, 2014. 316 p.

20. Sovacool B., Brown M. Competing dimensions of energy security: An international perspective // Annual Review of Environment and Resources. 2010. № 35. P. 77-108.

21. Winzer C. Conceptualizing energy security // Energy Policy. 2012. № 46. P. 36-48.

Regional Economics: Theory and Practice Region in National Economy

ISSN 2311-8733

ENERGY SECURITY OF THE KALININGRAD REGION: KEY ISSUES AND SOLUTIONS

Artur N. USANOV, Aleksandr G. KHARIN

Abstract

Importance The article considers the energy security of the Kaliningrad region, one of the key problems of the Russian exclave region. Geopolitical and economic changes occurring in the world today urge to find the best way to solve this problem. Objectives The article aims to critically analyze the possible options to minimize energy threats to the economy of the region.

Methods Using the methods of factor and statistical analyses, logical modeling, we explored key aspects of the region's economic security, identified the threats and critically assessed various options for addressing the issue. As a research database, we used the data of the Federal State Statistics Service and International Energy Agency statistics, analytical materials and publications on global and regional energy security.

Results We studied the energy resource potential of the Kaliningrad region and investigated the consumption and production of different types of energy in the region. We identified the major features and weaknesses in the energy security field, and examined the plans and projects to address the identified deficiencies. We submit recommendations on the most effective ways of ensuring the energy security of the Kaliningrad region, which can be used in the development of strategic development plans for the region. Conclusions and Relevance We conclude that the fundamental solution to the problem of energy security of the Kaliningrad region is rather of political nature than technical or economic one. The best solution will be a compromise: all the area's countries interest-rated

integration of the Kaliningrad region into the common energy market of the Baltic States and Europe.

Keywords: regional, energy industry, strategy, region, energy security, energy projects, investment

References

1. Bushuev V.V. Energetika Rossii. Energetiches-kaya politika Rossii (energeticheskaya bezopasnost', energoeffektivnost', regional'naya energetika, elek-troenergetika). V3 t. T. 2 [Power engineering of Russia. In: Russian energy policy (energy security, energy efficiency, regional energy, electricity). In 3 vol]. Moscow, Energiya Publ., 2012, vol. 2, 616 p.

2. Denchev K. Mirovaya energeticheskaya bezopasnost': istoriya i perspektivy [The global energy security: history and prospects]. Novaya i noveishaya istoriya = Modern and Current History Journal, 2010, no. 2, pp. 39-58.

3. Emel'yanova N.N. Organizatsionno-pravovoi mekhanizm obespecheniya mezhdunarodnoi energet-icheskoi bezopasnosti [An organizational and legal mechanism for ensuring the international energy security]. Evraziiskii yuridicheskii zhurnal = Eurasian Law Journal, 2011, no. 7, pp. 21-27.

4. Zhavoronkova N.G., Shpakovskii Yu.G. Energeticheskaya bezopasnost' v sisteme natsional'noi bezopasnosti sovremennoi Rossii [Energy security in the national security system of modern Russia]. Pravo i bezopasnost' = Law and Security, 2012, no. 1, pp.70-75.

5. Zerkalov D.V. Energeticheskaya bezopasnost' [Energy security]. Kiev, Osnova Publ., 2012, 920 p.

6. Kokoshin A.D. Mezhdunarodnaya energet-icheskaya bezopasnost' [International energy security]. Moscow, Evropa Publ., 2006, 71 p.

7. Mazur I.I. 2008. Global'naya energetiches-kaya bezopasnost' [2008. Global energy security]. Vek globalizatsii = Age of Globalization, 2008, no. 1, pp. 57-69.

8. Mironov N.V. Mezhdunarodnaya energetiches-kaya bezopasnost' [International energy security]. Moscow, MGIMO(U) Publ., 2004, 155 p.

9. Sorokin V.P. Regulyatornye voprosy energet-icheskoi strategii i politiki Evrosoyuza do 2020 goda [The regulatory issues of energy strategy and policy of the European Union up to 2020]. Moscow, Energiya Publ., 2011, 36 p.

10. Simonov K. Energeticheskaya sverkhderzhava [The Energy Superpower]. Moscow, Algoritm Publ., 2006, 250 p.

11. Stanislau D. Konkurentsiya ili sotrudnichestvo: izmenenie paradigmy povedeniya energoproizvoditelei i energopoluchatelei [Competition or cooperation: a behavioral paradigm change of power producers and power consumers]. Ekonomicheskie perspektivy = Economic Prospects, 2004, vol. 9, no. 2, pp. 19-24.

12. Fortov V.E., Makarov A.A., Mitrova T.A. Global'naya energeticheskaya bezopasnost': problemy i puti resheniya [Global energy security: problems and solutions]. VestnikRossiiskoi akademii nauk = Vestnik of Russian Academy of Sciences, 2007, vol. 77, no. 2, pp. 99-114.

13. Chizh A.M. Teoreticheskaya sostavlyayush-chaya ponyatiya energeticheskoi bezopasnosti. V kn.: Aktual'nye problemy mezhdunarodnykh otnoshenii i sovremennogo mira [A theoretical component of the notion of energy security. In: Actual problems of

international relations and modern world]. Minsk, Centre for International Studies SIR BSU Publ., 2012, pp.103-112.

14. Shul'gina L.V. Upravlenie ekonomicheski ustoichivym razvitiem TEK na osnove energeticheskoi bezopasnosti [Management of the economically sustainable development of the FEC based on energy security]. Voronezh, VSTA Publ., 2010, 164 p.

15. Energy Supply Security: Emergency Response of IEA Countries 2014. Paris, IEA, 2014, 606 p.

16. Igorev V. The Oil of the Amber Land. Oil of Russia, 2012, no. 4, pp. 40-43.

17. Mansson A., Johansson B., Nilsson L. Assessing energy security: An overview of commonly used methodologies. Energy, 2014, no. 73, pp. 1-14.

18. Projected Costs of Generating Electricity, 2010 Edition. Paris, IEA, 2010, 216 p.

19. Russia 2014. Paris, OECD/IEA, 2014, 316 p.

20. Sovacool B., Brown M. Competing dimensions of energy security: An international perspective. Annual Review of Environment and Resources, 2010, no. 35, pp. 77-108.

21. Winzer C. Conceptualizing energy security. Energy Policy, 2012, no. 46, pp. 36-48.

Artur N. USANOV

Hague Centre for Strategic Studies, Hague, The Netherlands arturusanov@hcss.nl

Aleksandr G. KHARIN

Kaliningrad State Technical University, Kaliningrad, Russian Federation agkharin@yandex.ru