Динамика русского населения в центральноазиатских странах

Н. С. Кулешова

ДИНАМИКА РУССКОГО НАСЕЛЕНИЯ В ЦЕНТРАЛЬНОАЗИАТСКИХ СТРАНАХ

В данной статье автором исследуются геополитическая и этносоциокультурная роль русского и русскоязычного населения в центральноазиатском регионе, а также проблемы, связанные с миграционными процессами в указанном регионе. В статье содержится достоверная информация о социально-экономическом положении русскоязычных в регионе, их политической активности, профессиональной мобильности, об их миграционных установках. Указанные вопросы рассматриваются в статье в социально-философском аспекте с социокультурной точки зрения и представляют интерес для исследователей этносоцио-культурных проблем современности. Ключевые слова: теория и история культуры, население, этнос, мигрант, переселенец, диаспора, адаптация, этнонационализм, гражданская интеграция.

Topical geopolitical, ethnic and socio-cultural roles of the Russian and Russian-speaking population as well as the migration issues in the Central Asian region are analyzed by the author in this article. The paper contains credible data on social and economic situation of the Russian-speaking population in the region, its political activity, professional mobility and migration attitudes. The social and philosophical aspects of these issues are addressed in the article from the socio-cultural perspective and may be of interest to the researchers of contemporary ethnic and socio-cultural phenomena. Keywords: theory and history of culture, population, ethnos, migrant, immigrant, diaspora, adaptation, ethnonationalism, civic integration.

Последняя Всесоюзная перепись, проведенная в январе 1989 года, накануне распада СССР, показала, что численность русских, проживающих в союзных республиках (кроме РСФСР) составляла примерно 25 млн. человек. Они представляли разные по численности группы, но их процент от общей численности населения каждой республики был достаточно высоким. Тогда на Украине русские составляли 22,1% совокупного населения республики, в Казахстане русские составляли 37,8% населения, 21,5% в Киргизии, 8,3% в Узбекистане, 13,2% в Белоруссии, 34,0% в Латвии, 13,0% в Молдавии, 30,3% в Эстонии, 5,6% в Азербайджане, 7,6% в Таджикистане, 9,4% в Литве, 6,3% в Грузии, 9,5% в Туркмении и всего 1,6% населения в Армении.

После распада СССР и образования на этих территориях независимых государств начался период, образно именуемый как «парад суверенитетов», когда наблюдалась достаточно массовая миграция русского и русскоязычного населения в Россию, на «историческую родину», подогреваемая как средствами мас-

совой информации многих стран, начавшими истерию по поводу «русских оккупантов», так и непродуманными действиями властных структур ряда новых государств. Все это существенно обострило отношения между русским населением и коренными этносами.

Для исследователей современных исторических процессов, происходящих на социальном пространстве бывшего СССР, достаточно очевидным является тот факт, что главным принципом политической деятельности новых суверенных государств является не столько либерально-рыночная идеология, сколько принципы этнического национализма. Этот вывод на основе ряда проведенных исследований на территории бывшего СССР был сделан С. С. Савоскулом еще в конце 90-х годов ХХ века (3).

Следует подчеркнуть, что в современном мире идеология этнического национализма с ее принципами равноправия народов, уважения к их национальному языку, культуре, конфессии и пр., была создана в Европе в конце XIX -начале XX века. Тогда она способствовала сохранению малых народов и наци-

ональных меньшинств на европейском континенте.

В середине ХХ века, когда начались процессы массовой миграции в Европу из разных стран и со всех континентов и этнополитическая ситуация резко изменилась практически во всех европейских странах, выявились и новые обстоятельства, связанные как с нежеланием со стороны этномигрантов быстрой ассимиляции в чуждые для них «культурные миры» Европы, так и с недоверием коренного населения ко всем мигрантам.

Практическая реализация принципов политики этнонационализма, созданных в том числе и для того, чтобы противостоять политике, построенной на классовой основе, оказалась не менее сложной и запутанной, потому что существует множество точек зрения на исходные определения этноса, народа, нации, даже на то, как определять пресловутое этническое меньшинство — по этническому, этнографическому, языковому, расовому, конфессиональному или какому-то другому признаку.

Реализация принципов политики, ориентированной на социальном пространстве бывших союзных республик СССР на преимущественное доминирование титульной нации в процессе становления суверенных государств, привела к складыванию в этих государствах атмосферы межэтнической напряженности, а нередко - и открытого межэтнического конфликта во всех сферах жизнедеятельности, что и привело к достаточно массовой миграции русского населения в Россию.

В начале нового тысячелетия этот процесс - возвращения русского населения на свою «историческую родину» — становится все малочисленнее, хотя за пределами Российской Федерации остаются миллионы и миллионы людей, достаточно обоснованно считающих себя русскими, так как они сформировали свою картину мира и системы базовых и индивидуальных ценностей в нормах и традициях русской культуры.

Для современных исследователей в области социально-гуманитарного знания, так же как для властных структур любого уровня очевиден тот факт, что начавшийся с 1992 года процесс депопуляции России, в силу объективных демографических обстоятельств будет продолжаться вплоть до середины XXI века. В связи с этим актуальным становится вопрос о добровольном переселении в Российскую Федерацию двадцати миллионов русских, живущих за пределами России, которые могли бы своим возвращением в страну не снять, но существенно смягчить сложную демографическую ситуацию, существующую в современной России.

В России несколько лет назад был создан Институт диаспоры и интеграции ((Институт стран СНГ), который осуществляет целый ряд эмпирических исследований, направленных на предметное изучение процессов, способствующих или препятствующих эффективной социокультурной адаптации русских мигрантов, переехавших в Россию, а также изучает их реальные возможности и желание переселения в Российскую Федерацию. Целевая основа большинства исследований определялась положениями Государственной программы по оказанию содействия добровольному переселению в Российскую Федерацию соотечественников, проживающих за рубежом. В одном из таких исследований в качестве главной исследовательской задачи выяснялась совокупность факторов, влияющих на миграцию в Россию из стран Центрально-Азиатского региона — Таджикистана, Узбекистана, Казахстана и Киргизии. Это предполагало не только определение общего количества потенциальных переселенцев-россиян в Россию, но и создание типового социального портрета переселенца, изъявившего желание переехать в Россию.

В октябре-ноябре 2008 года было проведено эмпирическое исследование в вышеназванных самостоятельных государствах, которым было охвачено око-

ло 4 тысяч соотечественников, в том числе и граждан России, постоянно проживающих в этих странах. Исследование включало массовый опрос и проведение по единому сценарию во всех странах в общей сложности 32 фокус-группы. При проведении опросов был использован метод личного интервью, потому что этот метод наиболее эффективен с точки зрения получения качества заполняемых анкет, куда вошло около 50 вопросов, преимущественно закрытого типа. Заполнение анкет в присутствии интервьюера занимало не более 40 мин. Руководителями социологических исследований непосредственно в центральноазиат-ских странах были В. Д. Курганская и Е. К. Шабаева.

По итогам исследования была опубликована коллективная работа «Мониторинг реализации государственной программы по оказанию содействия добровольному переселению в Российскую Федерацию соотечественников, проживающих за рубежом, в Центрально-Азиатском регионе (Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Узбекистан)». Научным руководителем являлся К. Ф. Зату-лин, а руководителем социологического проекта — Н. С. Кулешова, автор данной статьи.

Систематический анализ процессов, происходивших в новых самостоятельных государствах показывает, что за период 1989—2008 годов произошло существенное сокращение русского населения в этих странах. Так, если в 1989 году в Казахстане русские составляли 37,8% от совокупного населения, то в 2008 году их было уже всего 25,1%, общее сальдо миграции русских из Казахстана в Российскую Федерацию составляет 1729,5 тысяч человек. За это же время более чем в три раза сократилось русское население в Киргизии, составляя в 2008 году не более 9%. Русских стало вдвое меньше в Узбекистане, общее сальдо миграции русских из Узбекистана в Российскую Федерацию — более 820 тысяч. Русское население Узбекистана в настоящее вре-

мя составляет менее 4%. Особенно резко (в шесть раз!) сократилось русское население в Таджикистане, сейчас оно составляет не более 1%. За 1990—2007 годы в Россию из этой страны выехало более 390 тысяч человек.

Современные исследователи подчеркивают, что в качестве главного капитала во всех странах мира на сегодняшний момент рассматривается человеческий или, в другой терминологии, социальный капитал. Развитие человека, его здоровье и долголетие, профессиональные и социокультурные качества приобретают все большее значение для каждого общества, стремящегося к своему развитию. Именно поэтому человеческий капитал, а не материально-технический, финансовый и любой другой капитал в «грубо-вещной» физической форме, является главным богатством любого современного общества. Современные исследователи проблематики народонаселения планеты создали Индекс развития человеческого потенциала, который рассчитывается на основании учета свыше ста различных показателей, которые в течение ряда лет позволяют выявлять тенденции изменения развития человеческого капитала в той или иной стране. Индекс развития человеческого потенциала 174 стран, входящих в ООН, ежегодно под-считывается и публикуется в официальных изданиях ООН.

Экономические потрясения и радикальные социально-политические изменения в странах СНГ, превращение большинства из них из стабильных обществ в общества высоких социальных рисков и хаотической нестабильности во всех сферах социальной практики, существенным образом повлияли на рейтинг стран СНГ по индексу человеческого развития. Первое место среди всех стран СНГ занимает Беларусь. Однако это — всего лишь 60 место в мире, Россия существенно отстает от Беларуси, занимая лишь 71 место в мире, а центральноази-атские страны соответственно занимают: Казахстан — 76 место, Узбекистан — 92,

Киргизия - 97, а Таджикистан - 108 место в мире (1, с. 45-52).

Нет необходимости комментировать эти показатели. Они иллюстрируют те теоретические выводы, которые говорят о том, что стоимость человеческого капитала неизменно снижается в обществе с высокой неопределенностью, в условиях разнообразных - природных, техногенных и социальных рисков, при хаотическом воздействии на жизнь каждого человека множества экономических, политических и социокультурных и индивидуально-личностных факторов и обстоятельств.

Для центральноазиатских стран СНГ в последние десятилетия, так же как и для России, характерны как общее снижение суммарного коэффициента рождаемости, так и высокая смертность среди детей самого младшего возраста. По данным официальной медицинской статистики, эти показатели существенно выше, чем в большинстве развитых стран мира. Очевидным является и общее сокращение средней продолжительности жизни, главным образом за счет ранних смертей населения экономически активных возрастов.

Не следует забывать о разного рода локальных военных действиях, происходивших на территории всех этих стран, а также о существенных кризисных явлениях во всех сферах жизнедеятельности, которые, по преимуществу, особенно сильно сказываются на наименее защищенных слоях общества, в том числе и на русском населении этих стран.

Официальная статистика Российской Федерации, основанная на данных МФС, показывает, что процесс миграции русского и русскоязычного населения из центральноазиатских стран начиная с 2000 года сокращается только в Казахстане, а во всех других странах только усиливается. Так, число мигрантов в Россию, уезжающих на постоянное местожительство (ПМЖ) из Казахстана сократилось почти втрое (в 2000 году выехало 124903 чел., в 2007 году - соответ-

ственно 40258 чел.), в то время как в других странах этого региона оно постоянно увеличивается. Из Киргизии в 2000 году выехало 15,5 тыс. чел., а в 2007 году - 24,7 тыс.; из Таджикистана соответственно за эти же годы 11тыс. и 17,3 тыс.; из Узбекистана 40,8 тыс., а в 2007 году почти 53 тыс. чел. (2, с. 117).

Изменение принципов социальной политики практически во всех странах СНГ, становление либерально-демократической идеологии и насаждение принципов индивидуализма и эгоизма, характерных для общества потребления, постепенно превращают патерналистские ожидания граждан в отношении своего здоровья, удовлетворения своих материальных и социальных потребностей с помощью государства, сформированных еще в советское время, в новые системы ценностей, вырастающие на базе нового общества, основанного на частной собственности, высоких социальных депри-вациях и рыночных отношениях во всех сферах жизни.

В современных условиях существования человека в обществах, которые характеризуются высокой неопределенностью и многообразными социальными рисками, каждый человек имеет возможность поддерживать свою жизнедеятельность и сложившиеся стандарты образа жизни, главным образом, опираясь на свои собственные силы, желания и возможности, используя свои волевые качества и профессиональные умения, активизируя свои способности и направленность в достижении поставленных целей.

Резкая поляризация в социальной структуре населения стран СНГ существенно изменила ценностные ориентации и социальные предпочтения большинства населения, сделав для одной -сравнительно небольшой - части общества доминирующими ценности общества потребления, а для другой - принципы выживания в условиях агрессивной и непредсказуемой социальной среды. Исследование в центральноазиатских странах показывает, что социальная деп-

ривация характерна и для русского и русскоязычного населения, однако определенная склонность к миграции характерна отнюдь не для всех русских, проживающих в этих странах.

Рассмотрим данный тезис более подробно, опираясь на данные исследования.

По данным на 1 января 2008 года население Республики Казахстан составляло 15,5 млн. человек (из них: 58,9% казахи, 25,1% — русские, примерно еще 7% населения представлены другими этническими группами, которые относятся к национальностям Российской Федерации). Около половины опрошенных имеют среднее или среднее специальное образование, а 43% — высшее. Характерно, что большинство опрошенных родились в Казахстане, но проживают в стране не более, чем в двух поколениях (дети «целинников»). В исследовании отмечается, что в массовом сознании большинства респондентов преобладает этническая идентичность, однако уже очевидны сдвиги в сторону формирования у молодых людей гражданской идентичности и ощущения родины. У этой части респондентов главными причинами, которые заставляют отложить свой отъезд в Россию, выступают — наличие друзей и родственников, интересная работа и хорошие жилищные условия.

В целом почти 40% опрошенных хотели бы выехать в Россию на постоянное место жительства, однако 37% респондентов не хотят выезжать из Казахстана. Это — преимущественно обеспеченные люди, для которых условия переезда, предлагаемые Программой, в том числе и те регионы, которые предлагают для переселения, не приемлемы. Потенциальными переселенцами в Российскую Федерацию в своем большинстве, как показала обработка анкет, являются люди трудоспособного возраста с низким уровнем доходов, преимущественно из северных областей Казахстана. Однако и для них ха-

рактерны опасения, связанные с переселением в Российскую Федерацию. В первую очередь, они касаются трудоустройства и жилищной проблемы, равно как и решения других социальных проблем, связанных с детскими пособиями, здравоохранением, учебой. Не в меньшей мере их волнует регион предлагаемого проживания и отношение местного населения к мигрантам.

Учитывая сказанное, можно сделать вывод о том, что потенциально самое большое количество переселенцев можно ожидать из Казахстана, где больше всего численность русского населения изо всех центральноазиатских республик. Можно считать, что оно колеблется в пределах 2,2—0,7 миллиона человек, то есть не более половины проживающего в настоящее время в Казахстане русского и русскоязычного населения.

Несколько иначе складывается отношение к Программе в других государствах этого региона.

Так, например, в Киргизии 72,2% опрошенных заявили о своем желании переехать на постоянное место жительства в Россию, а в Узбекистане такое намерение имеют только 44% респондентов. В то же время в Таджикистане 63,3% опрошенных хотят стать участниками Программы переселения, причем примерно половина из них намерены осуществить переезд в самое ближайшее время, другие же пока не определились со сроками, однако считают, что у их детей, как и у всей русской молодежи, сейчас в стране нет никаких перспектив.

Исследование показало, что русское население центральноазиатских стран имеет достаточно высокий социальный потенциал и многие из них имеют четко выраженные намерения переселения в Россию. Этот потенциал оценивается демографами в диапазоне 1,4—3,2 млн. человек. Такой большой разброс объясняется тем, что на реализацию переезда в Россию влияет много объективных и субъективных факторов. Наиболее значимые из них: развитие ситуации в стра-

нах проживания, связанное с улучшением/ухудшением материально-бытовых условий и наличием/отсутствуем трудоустройства, а также с протеканием таких значимых социокультурных процессов, которые реализуют на практике как принципы этнонационализма, так и гражданскую интеграцию в повседневном поведении людей. Среди значимых мотиваторов деятельности, оказывающих влияние на решения потенциальных мигрантов, выступают и отношение к мигрантам, переехавшим в Российскую Федерацию, российских властных структур разного уровня, четкое выполнение российскими чиновниками всех пунктов Программы и понимание ими того, что социокультурный потенциал русских переселенцев из нового зарубежья достаточно значим: они способны и могут принести России несомненную пользу. Однако, как показывает десятилетний опыт русских переселенцев из новых самостоятельных государств, не только властные

Примечания

1. Народонаселение. - 2001. - № 2.

2. Российский статистический ежегодник. Официальное издание. - М., 2008.

3. См.: Савоскул С. С. Русские нового зарубежья. Выбор судьбы / С. С. Савоскул. -М.: Наука, 2001.

А. А. Гук

ЭСТЕТИЧЕСКИЕ ОРИЕНТИРЫ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ВИДЕОПРОИЗВЕДЕНИЙ РАЗЛИЧНЫХ ТИПОВ

В статье речь идет об эстетических ориентирах функционирования профессиональных, любительских и авангардно-экспериментальных видеопроизведений. Профессиональный тип видеотворчества развивает в контексте традиционной эстетики экранный реализм особого свойства - за счет усиления онтологической репрезентации предкамерной реальности. Любительский тип видеотворчества в его фольклорном варианте обнаруживает тесную связь с эстетикой повседневности. Видеоарт как экспериментальная форма экранного творчества ориентирован на эстетику повседневности. Ключевые слова: теория и история культуры, видеопроизведения, типология, видеолюбительство, видеоарт, эстетика повседневности, эстетика постмодернизма.

The question of aesthetic reference points of functioning of professional, amateur and avant-guard&experimental video products is considered in article. The professional type of video creativity develops screen realism of the special property arising at the expense of strengthening ontologic representation of a precamera reality in a context of a traditional aesthetics. The amateur type of video creativity in its folklore variant finds out close interrelation with a daily occurrence aesthetics. Videoart as the experimental form of screen creativity, it is focused on a daily occurrence aesthetics. Keywords: theory and history of culture, video products, typology, video amateur, videoart, a daily occurrence aesthetics, a postmodernism aesthetics.

структуры, но и все наше российское общество оказалось не готовым должным образом принять эту часть собственного народа.

Вместе с тем нельзя забывать и о том, что результаты исследования выявили и достаточно очевидное иждивенчески потребительское и даже инфантильное настроение ряда респондентов, считающих, что у России по отношению к ним есть только обязанности.

Государственная программа по оказанию содействия добровольному переселению в Российскую Федерацию соотечественников, проживающих за рубежом предполагает оказание содействия добровольному переселению соотечественников, но желание русских уехать в Россию или остаться в стране пребывания должно быть собственным выбором, и добровольное переселение соотечественников предполагает взаимную заинтересованность и ответственность за сделанный выбор.