Исследовательские университеты США. Противоречие между «Академическим капитализмом» и поиском «Истины»

Научные работники обязаны соблюдать устав высшего учебного заведения.

Права и обязанности административно-хозяйственного, инженерно-технического, производственного, учебно-вспомогательного и иного персонала высшего учебного заведения определяются законодательством о труде Российской Федерации, уставом высшего учебного заведения, правилами внутреннего распорядка высшего учебного заведения и должностными инструкциями.

Отдельно хочется сказать про испытание. Согласно части первой ст. 70 ТК целью испытания является проверка соответствия работника поручаемой работе.

Отсутствие в трудовом договоре условия об испытании означает, что работник принят на работу без испытания. В период испытания на работника распространяются положения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора соглашений, локальных нормативных актов.

Испытание при приеме на работу, в частности, не устанавливается для:

- лиц, избранных по конкурсу на замещение соответствующей должности,

FEATURES OF THE EMPLOYMENT

- лиц, избранных на выборную должность на оплачиваемую работу;

- лиц, приглашенных на работу в порядке перевода от другого работодателя по согласованию между работодателями;

- лиц, заключающих трудовой договор на срок до двух месяцев.

Срок испытания не может превышать трех месяцев, а для руководителей организаций и их заместителей, главных бухгалтеров и их заместителей, руководителей филиалов, представительств или иных обособленных структурных подразделений организаций — шести месяцев, если иное не установлено федеральным законом.

Помимо условий труда трудовой договор должен также содержать следующую информацию:

- фамилию, имя, отчество работника и наименование работодателя,

- сведения о документе, удостоверяющим личность работника,

- идентификационный номер налогоплательщика (только для работодателей),

- сведения о представителе работодателя, подписавшем трудовой договор, и основание, в силу которого он наделен соответствующими полномочиями;

- место и дата заключения трудового договора.

Frantsuzova L. V. CONTRACT WITH THE TEACHERS

The article describes the features of the employment contract with the teachers.

Keywords: teachers, labor law, labor contracts, labor contracts, labor relations, employment.

УДК 378

Неборский Е. В. ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЕ УНИВЕРСИТЕТЫ США. ПРОТИВОРЕЧИЕ МЕЖДУ «АКАДЕМИЧЕСКИМ КАПИТАЛИЗМОМ» И ПОИСКОМ «ИСТИНЫ»

В статье идет речь о проблеме«академического капитализма», который является основой конфликта между задачей исследовательского университета, как социального института служения обществу, и практической исследовательской деятельностью университета, связанной с созданием конкурентного преимущества для частного бизнеса.

Ключевые слова: исследовательский университет, образование, академический капитализм, социальный контракт, частный бизнес.

Если при индустриальной модели общества глав- постиндустриальному обществу требуются не

ными были три компонента: земля, труд и капитал, столько дисциплинированные исполнители, сколь-

то при постиндустриальной главным становится зна- ко создатели, творцы. Решающую роль приобрета-

ние и интенсивность его использования. Возникает ют высококвалифицированные специалисты,

так называемая экономика знаний. Таким образом, способные к самообучению и непрерывному

126

© Неборский Е. В., 2012

производству знаний. Их подготовка есть новая задача, стоящая перед современной системой высшего и профессионального образования.

В США, как и во всех странах Запада, университет рассматривается как особый социальный институт, который является механизмом социальной кооперации и который стоит над социальными группами и отдельными личностями и определяет правила и стереотипы их поведения. Как показывает исторический опыт, университеты в этом качестве гораздо более стабильны, чем государства, их создавшие. Известно, что со времен Реформации сохранились и продолжают действовать в рамках принятых в то время уставов более 60 ведущих западноевропейских университетов [1]. В то же время университеты относятся к формальным институтам, которые создаются государством для удовлетворения общественных нужд. Как организации высшего образования они были заимствованы молодой американской демократией из Старого Света и в силу этого переняли многое из того, что было накоплено европейской историей.

И хотя модель европейского университета, перенесенная на американскую почву, сохранила свое содержание, само понимание задач, стоящих перед университетом как социальным институтом, радикально изменилось. Практически с самого момента образования американского государства была поставлена задача: сделать высшее образование доступным для детей фермеров и рабочих. В европейском университете имели право учиться только выходцы из благородных сословий, и даже набор студентов и преподавательского состава должен был быть одобрен церковью. Собственно, право на получение образования и было зафиксировано в Конституции США и Билле о правах. Практически это решение было обеспечено принятием в 1862 г. Закона о «земельных» университетах [2].

Стоит отметить тот факт, что перенесение акцента на исследовательскую деятельность и формирование собственно самих исследовательских университетов произошли только после второй мировой войны, когда в США был создан эффективный механизм производства знаний и их последующего расширенного воспроизводства. В основе лежало взаимодействие триады: правительство, университеты, бизнес. Каждому элементу этой модели была отведена особая роль. При этом обучение остается основной функцией, которая определяет место каждого из 250 исследовательских университетов. Именно с этой функцией связано предоставление различных льгот, включая статус бесприбыльности и освобождения от налогов.

До недавнего времени наука всегда играла второстепенную роль в образовательном процессе. Это означало, что в университетах могли осуществляться только те исследования, результаты которых мог-

ли бы быть использованы в учебном процессе. Университеты избегали проведения работ, связанных с различными видами секретности (коммерческой или связанной с национальной безопасностью), поскольку с их результатами нельзя было ознакомить студентов. Но открытость всех исследований позволяла университетам активно привлекать к их выполнению студентов, за счет чего повышалось качество подготовки кадров науки и ускорялись процессы передачи научных результатов в практику, что давало существенные конкурентные преимущества национальному бизнесу.

Государство, признавая роль и значение этих функций для общества, взяло на себя обязательство поддерживать их статус и финансировать выполнение обеих функций - образования и науки, а бизнес предоставил арену для практической поверки результатов исследований. Таким образом, между высшей школой и обществом сформировались отношения, определяемые социальным контрактом. Университеты должны были готовить квалифицированные кадры, искать истину и служить обществу.

Признавая факт того, что человек по сути является единственным производителем знаний и самым эффективным каналом их распространения, американское общество наделило исследовательские университеты статусом общественных корпораций, т.е. корпораций, обеспечивающих достижение общественно необходимых целей, в качестве которых выступает формирование и расширение воспроизводства главного субъекта, производящего знания, а именно: образованного человека. Но это приводит к ограничениям в участии университетов в тех видах деятельности, которые формируют прибыль, поскольку в данном случае неизбежно идет потеря статуса общественной корпорации и, как следствие, потеря льгот, в том числе по налогообложению. Это неизбежно накладывает ограничения на инновационную и предпринимательскую деятельность университетов. Получаемые университетами результаты исследований должны быть доступны всему обществу, любому налогоплательщику, а не формировать рыночные преимущества отдельных частных лиц и коммерческих структур.

Подобное распределение функций признано всеми участниками научно-технического процесса. Оно особенно плодотворно для науки, поскольку позволяет использовать потенциал молодых исследователей. Университеты, связанные с развернутой программой исследований, тесно сопряженной с учебным процессом, получили название исследовательских университетов и стали объектом подражания во всех промышленно развитых странах. Европейские страны, где в начале XX в. в организации исследований доминировала альтернативная германская система, основанная на создании специализированных институтов, к концу того же века

стала переходить на американскую систему исследовательских университетов.

Главным приоритетом в области образования в течение всего послевоенного периода в США выступала необходимость обеспечения развития всего научно-технического комплекса, в котором будут воспроизводиться условия для эффективного и расширенного воспроизводства научных знаний и новых кадров, являющихся носителями новых знаний. Разумеется, ядром этой системы выступал исследовательский университет. Но, как известно, уровень накопленных научных знаний еще не является достаточным условием для занятия лидирующих позиций как в экономике, так и в других сферах общественной жизни. На первый план выходят неявные знания.

Неявными знаниями называются неформали-зуемые знания, которые достигаются в ходе практического освоения окружающей действительности, но не поддаются вербальному изложению в виде текстов. Именно они играют решающую роль в порождении инноваций, которые в новой инновационной экономике стали определяющим фактором конкурентоспособности [3]. Неявные знания нельзя передать с помощью лекций, семинаров, учебников. Они в большей степени связаны с контекстом, в котором находятся и применяются. Их можно передать только в ходе совместной деятельности и в условиях того контекста, где эти неявные знания возникли и существуют.

По своей природе они радикально отличны от научных знаний, новизна которых относительна: научные знания лишь представляют человечеству то, что оно не знало, но что объективно уже существовало в природе. Неявное знание связано с творчеством, в результате его применения возникают объекты, которые природа не может создать сама без участия человека, например самолет, автомобиль, компьютер и т.д. В прежние времена неявные знания приобретались выпускниками университетов по окончании учебы уже в процессе их работы в компаниях. Этот процесс находился за пределами систем высшего образования. Сегодня стоит вопрос о том, что приобретение неявных знаний должно происходить в самом университете параллельно с получением формальных, кодифицируемых знаний, которые заключены в учебниках. Это, в свою очередь, должно привести к существенному изменению в самом образовательном процессе.

Расцвет исследовательских университетов в США пришелся на вторую половину XX в. и был связан с Политикой активной поддержки фундаментальных исследований федеральным правительством. Ситуация резко изменилась в 1990-х гг., когда федеральное правительство в связи с обострившимся бюджетным дефицитом взяло курс на ограничение своего участия в развертывании университетских исследований. Бремя финансирования последних было

переложено на бюджеты штатов и местный бизнес, которые, в отличие от федералов, потребовали большего участия университетов в развитии региональной экономики и решении практических задач. В политических кругах США формируется устойчивое мнение, что университеты представляют собой недоиспользованный ресурс американской экономики в борьбе за мировые рынки и экономический рост [4, р. 363-373].

Таким образом, ограничения на финансирование за счет федерального бюджета и особенно сокращение «блоковых» грантов подвигнули преподавателей и ученых на поиск средств на свободном рынке. Возникла ситуация острой конкуренции.

С одной стороны, учитывая возрастающую роль исследований в экономике знаний и используя льготы, которые предоставило правительство, значительно увеличил свои инвестиции в науку и разработки бизнес. Но, создавая материальную базу для внутрифирменной науки, бизнес одновременно выступил и какглавный конкурент университетов. Он отобрал у университетов значительную долю «рынка» фундаментальных исследований, а вместе с ним и часть федеральных средств, идущих на эти цели. Если в 1995 г. университеты выполняли 62% фундаментальных работ в национальном масштабе, то к концу XX в. эта доля снизилась до 50%. Доля промышленных фундаментальных исследований за тот же период, наоборот, выросла с 19,5 до 31,4% [5, р. 253271].

С другой стороны, крупные промышленные участники научно-технического комплекса расширили свои внутрифирменные исследования, но это не привело к соответствующему увеличению с их стороны заказов на исследования в университетах. Соображения контроля интеллектуальной собственности, коммерческой тайны и промышленной безопасности не позволяют крупным фирмам делать науку «на стороне». Университетам остается лишь рынок среднего и малого бизнеса, у которого нет возможности содержать внутрифирменные научные подразделения.

В данной связи университеты были вынуждены искать источники существования в коммерциализации результатов своих работ. Речь идет, главным образом, о лицензировании прав на использование принадлежащей университетам интеллектуальной собственности и о венчурном предпринимательстве, участии университетов в создании новых бизнесов на базе принадлежащих университетам изобретений. В совокупности эта деятельность исследовательских университетов получила название «академический капитализм» [6].

Здесь, собственно, и возникает противоречие между «академическим капитализмом» и поиском «истины». С одной стороны, политики и администраторы науки весьма приветствуют движение уни-

верситетов в данном направлении. Политикам оно помогает решить проблемы дефицита бюджета, а администраторам - проблемы их статуса внутри университетского сообщества. Дело в том, что в американских университетах традиционно определяющую роль в решении всех вопросов внутриуни-верситетской жизни играют представители профессорско-преподавательского состава. Все исследователи и администраторы остаются на вторых ролях. Переход же на рыночные отношения выдвигает на первый план тех, кто приносит финансирование, а в новых рыночных условиях это исследователи и администраторы. Хронометраж рабочего дня профессора показал, что он сегодня длится более 10 часов при средней рабочей неделе 57 часов. Из них 43% тратится на преподавание, 31% - на исследование и оставшееся время - на выполнение административных и общественных обязанностей, куда, в том числе, входит лоббистская деятельность по привлечению финансирования. При этом доля времени, необходимая для преподавания, неуклонно сокращается, а для исследований и администрирования -растет [7, р. 261-277].

С другой стороны, замена «истины» на «рыночную полезность» как основной критерий оценки деятельности привела к радикальной перестройке всех процессов в университете. В теории менеджмента это называется фактором зависимости от источника ресурсов. На практике это выливается в эрозию базовых научных ценностей: исследователь больше не стремится добиться истины, его целью теперь становится удовлетворение потребности заказчика, как и во всех рыночных трансакциях, что, в свою очередь, отражается на структуре тех задач, которые он перед собой ставит, и приводит к снижению качества исследований. Все это, в конечном счете, низводит университеты до уровня коммерческих фирм, которые предлагают на свободном рынке научно-технические услуги.

По аналогии с военно-промышленным комплексом был даже введен специальный термин научно-промышленный комплекс (academic-industrialcomplex) для обозначения сращивания государственной бюрократии, промышленности и научных администраторов. Интересно, что «академический капитализм», который продвигается политиками в качестве средства ускорения темпов нововведений в национальной экономике, эту задачу в действительности не решает. Исследования данного вопроса показали, что по сравнению с исследовательскими командами в коммерческих структурах университетские научные группы требуют меньше финансирования, но слабее подвержены влиянию рынка и значительно позже приводят процесс к коммерчески значимому результату [8].

Выход из этого положения специалисты видят в увеличении государственного участия в финансировании науки и восстановлении системы блоковых

грантов. Идея, стоящая за этим, проста: если государство - главный финансист образования, то оно имеет право требовать отчета об эффективности расходования средств. Но реализация этой программы порождает обширную сферу конфликта интересов, связанную с интеллектуальной собственностью, поскольку бизнес, тем не менее, продолжает принимать активное участие в финансировании университетов.

Направляя инвестиции в университеты, бизнес рассчитывает на то, что все открытия и изобретения будут переданы в эксклюзивное пользование инвесторам, которые смогут превратить их в конкурентные преимущества. Такая деятельность противоречит статусу университетов как бесприбыльных корпораций, работающих на благо общества. Во-первых, как уже отмечалось, результаты исследований должны быть доступны для их использования в учебном процессе, и, во-вторых, они должны быть открыты для всех. Поэтому часто университеты вписывают в контракты условие, согласно которому права на интеллектуальную собственность сохраняются за университетами, а ученые-разработчики получают возможность публиковаться в научных журналах.

В XXI в. задача служения обществу снова выходит на первый план. Причем акценты сместились в сторону необходимости повышения конкурентоспособности национальной экономики и ускорения темпов освоения нововведений в условиях экономики, основанной на знаниях [9, р. 129-131]. Борьба идет за эксклюзивный контроль над самими достижениями науки, а процесс распространения находится в руках частных компаний. Фактически ставится задача установления монополии на результаты научно-технической деятельности и создания условий для получения за счет этого монопольной сверхприбыли. Университеты как бесприбыльные корпорации, действующие во имя обеспечения общественных интересов, по определению не могут участвовать в этом процессе. В этом состоит суть наблюдаемого конфликта поиска «истины» (служения обществу) и «академического капитализма».

Инновационная экономика требует кадров, которые способны к порождению новых идей и последующему их внедрению. Это означает, что должна быть расширена и преобразована та часть учебного процесса, которая связана с передачей неявных знаний и с практикой. Образцом в данном случае может стать модель технического университета, в которой предпочтение отдается «практическим наукам». В отличие от науки, труд инженера или практика-профессионала всегда связан с созданием новизны, инновации. Но если раньше понятие, например, «инженерия» относилось только к машинам и механизмам, то на современном этапе оно применяется ко всем процессам, в результате которых создаются артефакты. Например, к таким, как

биология или генетика. В результате говорят о «биоинженерии», «генной инженерии» и т.д.

К работе в таких университетах возможно привлечение практических работников из бизнеса и промышленности и, прежде всего, инженеров и профессионалов разных направлений специализации, и одновременно происходит расширение практики участия студентов и преподавателей в работе государственных и общественных организаций, предприятий бизнеса. Такие университеты могут выполнять функцию инновационныхо бразователь-ных учреждений.

Для решения же проблемы вывода нового продукта на рынок необходимы кадры, которые бы обладали особыми практическими навыками в области управления и предпринимательскими способностями. Подготовка предпринимателей отлична от подготовки «новаторов» или ученых. Предпринимательство требует других навыков и знаний по сравнению с теми, которые нужны изобретателям и ученым. Университеты, занимающиеся обучением студентов, понимающих суть научных открытий и умеющих создавать на их основе рыночные продукты, могут выполнять функцию предпринимательских образовательных учреждений. Иными словами, подготовкой кадров вполне способны заниматься два разных по своим целевым критериям типа университетов [4].

Введение в академическую систему двух новых категорий университетов необратимо изменит систему распределения бюджетного финансирования высшей школы. Действующая система построена на конкурсном распределении бюджетных средств на основе экспертных оценок, где в качестве экспертов выступает научно-техническое сообщество страны. Но в силу многих причин эти эксперты не могут оценивать новаторские и предпринимательские проекты. Для таких проектов необходимо формировать специфичные системы оценок, использующие в качестве экспертов преподавателей действующего бизнеса.

Дело в том, что инновационные и предпринимательские университеты объединяют в одной структуре научно-образовательные функции, которые должны работать на благо всего общества, и инновационные функции, в результате осуществления которых преимущества, как правило, получают конкретные заинтересованные круги, а не все общество. Это означает, что инновационные виды деятельности не могут претендовать на те же льготы, которые сейчас имеют исследовательские университеты. В настоящее время регулирование этих функций осуществляется с помощью других механизмов. Поэтому основным направлением в формировании инновационных и предпринимательских университетов остается укрепление различных каналов связи между учебным процессом и исследо-

ваниями, с одной стороны, и промышленностью, бизнесом, с другой.

В действующей в США модели университета связь с практикой осуществляется через ряд каналов: консультативную деятельность преподавателей, выполнение контрактных работ по заказу бизнеса, венчурного предпринимательства, в котором университет участвует своей интеллектуальной собственностью. Этого недостаточно, по мнению экспертов, и в США сегодня идут широкое экспериментирование и наработка опыта взаимодействия по передаче технологий из университетов в практику и одновременное формирование обратных связей, с помощью которых происходит коррекция целевых установок в системе университетского образования и науки.

Анализ причин высокой стабильности университетов как социального института показывает, что в основе этого лежат два фактора: твердая приверженность первоначальной системе ценностей (служение обществу, поиск «истины», открытость и гласность научных дискуссий, академические свободы) и высокая адаптивность к изменяющимся условиям. Только неукоснительное следование этим принципам позволило университетам завоевать и в течение столь длительного времени сохранять то доверие общества, которое существует в США и странах Западной Европы. Современное общество по-прежнему рассматривает университеты как место, где одаренные его члены имеют достаточно свободы и поддержки для поиска истины и где они достаточно защищены от возможных негативных влияний, которые могут оказать воздействие на результаты их размышлений.

В происходящих в настоящее время в США процессах поиска путей развития университетской системы по-прежнему участвуют три основных «игрока»: государство, университеты и бизнес. Но каждый из них, разумеется, отстаивает свои интересы и трактует происходящие изменения в свою пользу.

Бизнес приветствует «академический капитализм». Для него это расширение рыночного пространства на ту сферу, которая до этого регулировалась государством и научным сообществом на основе других принципов. Бизнес рассматривает университеты лишь как еще один источник услуг, как поставщика идей и нововведений, над которым желательно установить стратегический контроль. У бизнеса отсутствует стимул осуществлять инвестиции в университетскую инфраструктуру, пока она находится под контролем научного сообщества и государства. Для него это непроизводительные, малоэффективные расходы, и ему предпочтительнее оставаться с университетами в рамках модели купли-продажи уже готовой интеллектуальной собственности. При этом бизнес всячески подчеркивает, что «академический капитализм» расширяет

финансовую базу университетов в целом и фундаментальной науки, в частности, посредством периодических «покупок» изобретений.

Университеты, безусловно, заинтересованы в компенсации сокращающегося потока финансирования из федерального бюджета за счет внешних источников. Но это не единственный их интерес. Для них важнее сохранить и развить дальше сам механизм «производства и распространения» знаний, который сформировался в их стенах и доказал свою эффективность.

Представители научного сообщества видят все опасности «академического капитализма», связанные с разрушением традиционных для науки систем ценностей, изменением статуса организаций , науки и образования и падением доверия со стороны общества, превращением университетов в еще одну отрасль коммерческих услуг. Поэтому университеты, как это уже неоднократно было в истории США, предлагают развернуть широкое и гласное обсуждение проблем «академического капитализма», чтобы выработать приемлемые для всех участников процесса пути ограничения этого явления и постановки его под собственный контроль.

Государство, с одной стороны, заинтересовано в сохранении потенциала национального научнотехнического комплекса и его способности выпол-нятьсоциальный контракт, т.е. создавать новое знание, рождать изобретения и распространять их. Но, с другой стороны, оно не менее заинтересовано в повышении конкурентоспособности национального бизнеса. Налицо явный конфликт интересов, который может быть разрешен только на политическом уровне. Государство должно в каждый конкретный момент решать, что в большей мере соответствует его интересам: поддержка национальной науки или национального бизнеса. Например, в период правления Дж.Буша-младшего предпочтение отдавалось исключительно бизнесу.

Следует иметь в виду, что сотрудничество науки и бизнеса - это взаимодействие двух различных социальных институтов, имеющих свои целевые установки, внутреннюю организацию, мотивацию персонала и критерии успеха. Обществу нужны оба этих института, каждый из которых должен решать свои специфические задачи с максимально возможной эффективностью. Поэтому сотрудничество науки и бизнеса не должно приводить к слиянию или поглощению одного социального института другим и, как следствие, к потере первоначальных качеств. Так, взаимодействие университетов и бизнеса должно лишь развивать их сильные стороны, не нарушая внутреннюю структуру и организацию исследовательского процесса в университетах.

Именно поэтому, чтобы система образования могла удовлетворять перечисленным выше требо-

ваниям, нужно, чтобы она обеспечивала выполнение следующих задач:

1) обучение кадров для экономики, основанной на знаниях. Производство высокотехнологичных, сложных, с высокой долей добавленной стоимости товаров и услуг невозможно безсоответствующим образом подготовленной рабочей силы. Среди прочего такая система должна объединять: ученых (способных генерировать новое знание), инженеров (обладающих необходимым опытом и методами превращения новых знаний в полезные технологии), техников (которые непосредственно переносят эти технологии в общественное производство), менеджеров (умеющих организовать весь этот процесс) и преподавателей (обладающих современными методами обучения и воспитания). При этом между новой системой образования и частным сектором экономики, который является главным потребителем кадров нового типа, должны поддерживаться постоянные тесные связи, с помощью которых происходит корректировка целей образования;

2) производство новых, экономически востребованных знаний. Академическая наука должна выйти за пределы только фундаментальных исследований и активно включаться в прикладные работы и конкретные разработки. Университетская наука должна в большей мере участвовать в решении реальных проблем местного делового сообщества и не пренебрегать даже науками «низкого» уровня, если с их помощью могут быть решены местные проблемы и повышен уровень жизни местного населения;

3) использование уже существующих знаний и технологий для повышения конкурентоспособности местной экономики. Технологии, которые используются в мировой экономике сегодня, базируются на открытиях 10-20-летней давности, а те технологии, которые еще только преобразуют экономику, в ближайшие десятилетия будут основаны на изобретениях, которые уже сделаны. Проблема состоит в том, чтобы страны и регионы могли правильно отбирать необходимые им технологии, основываясь на мировом опыте развития региона;

4) прогнозирование научно-технического развития и участие в процессе выработки политических решений. Система образования остается основным производителем знаний и обладает необходимым пониманием этого процесса. Никто не может лучше самих ученых спрогнозировать развитие как науки, так и областей и способов ее применения. Академическая наука должна быть органически включена в принятие политических решений, связанных с наукой и техникой.

Эти задачи в своей основе сохранились со времен появления первых университетов, но их наполнение менялось в соответствии с требованиями времени. В этом смысле именно консерватизм университетов стал своеобразным заслоном на пути

попыток некоторых политиков и администраторов провести такие реформы, которые не обусловлены природой наукии образования, а служат лишь текущим политическим целям.

Библиографический список

1. Atkinson R. The future of the Research University.-URL: http:// www.ucop.edu/pres/ comments/rufuture.html

2. Bonnen J. Land Grant Universities Are Changing.-URL: http:// www.adec.edu/clemon/

3. Advancing Knowledge and the Knowledge Economy. The Transformation of Knowledge.-URL: http:// advancingknowledge/com.

4. Florida R. The Role of the University: Leveraging Talent, Not Technology // AAAS Science and Technology Policy Yearbook 2000 / A. Teich, S. Nelson, C. McEnaney,

S. Lita (ed.). - Wash. (DC): AAAS, 2000.

5. MoweryD. The Changing Role of Universities in the 21st Century US R&D System j I AAAS Science and Technology Policy Yearbook 2002 //A.Teich, S.Nelson, S.Lita (ed.).- Wash. (DC): AAAS, 2002.

6. Slaughter Sh., LeslieL. Academic Capitalism: Politics, Policies, and Entrepreneurial University. - Baltimore, MD.: The John Hopkins University Press, 1997.

7. Leslie L., Oaxaca R., Rhoades G. Technology Transfer and Academic Capitalism // AAAS Science and Technology Policy Yearbook 2001 / A. Teich, S. Nelson, C. McEnaney,

S. Lita (ed.).- Wash. (DC): AAAS, 2001.

8. Lacetera N. Can «Academic Capitalism» Forster Innovation? Multiple Missions and the Commercialization of Academic Research.-URL: http: // faculty.haas.berkeley.edu/ wakeman/CCC/ Lacetera.pdf

9. Crow M. linking Scientific Research to Societal Outcomes // AAAS Science and Technology Pdlicy Yearbook 2001 / A. Teich, S. Nelson, C. McEnaney, S. Lita (ed.). -Wash. (DC): AAAS, 2001.

Neborsky E. V.

U.S. RESEARCH UNIVERSITIES. THE CONTRADICTION BETWEEN THE «ACADEMIC CAPITALISM» AND THE SEARCH FOR «TRUTH»

The article deals with an issue of «academic capitalism», which is the basis of conflict between objective of a research university as a social institution of public service and practical research activities of this university related to the creation of competitive advantage for private businesses.

Keywords: research university, education, academic capitalism, social contract, private business.

УДК 347

Гребнев Л. С. ВЫСШАЯ ШКОЛА В НОВОМ ЗАКОНЕ «ОБ ОБРАЗОВАНИИ»: ХОТИМ КАК ЛУЧШЕ?

В статье критически анализируются некоторые положения новой редакции (де-кабрь 2010 г.) проекта Федерального Закона «Об образовании ». Вносятся предложения концептуального характера, направленные на улучшение содержания документа.

Ключевые слова: высшая школа, институционализация образования.

В 2010 г. проект закона «Об образовании» дважды выносился на публичное обсуждение, в том числе в Интернет-формате. Первое, предписанное процедурой прохождения законопроектов, заняло две недели (с 1 июня), второе, ввиду особой значимости именно данного законопроекта - дополнительное, предполагается уложить в два месяца (с 1 декабря). Третье обсуждение вряд ли состоится, поэтому у нас сейчас есть последняя возможность внести конструктивные предложения и оценить ожидаемые последствия принятия закона.

Ниже пойдет речь о некоторых сюжетах, касающихся образования вообще и высшей школы в особенности. Для начала сравним формулировки(оп-ределения), содержащиеся в разных версиях документа и относящиеся соответственно к июню и декабрю 2010 г.

Июнь: «образование - общественное и частное благо, под которым в системе образования понимается целенаправленный процесс воспитания и обучения в интересах человека, общества, государства, а также совокупность приобретаемых знаний, умений, навыков и компетенций определенных объема и сложности ».

Декабрь: «образование - общественно значимое благо... (далее по тексту полное совпадение)» (zakonoproekt2010.ru).

Заметим, что июньская формулировка представляет собой значительную модификацию (в нескольких направлениях) понятия «образование», используемого в преамбуле действующего закона «Об образовании», а именно:

«Под образованием в настоящем Законе понимается целенаправленный процесс воспитания

132

© Гребнев Л. С., 2012