Особенности устойчивой и неустойчивойсамооценки

Имедадзе И.В. Проблема полимотивации поведения // Вопр. психол. 1984. № 6.

Кёлер В. Исследования интеллекта человекоподобных обезьян. М., 1930.

Леонтьев А.Н. Потребности, мотивы и эмоции. М., 1971.

Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М., 1975.

Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики. 4-е изд. М., 1981.

Леонтьев Д.А. Системно-смысловая природа и функции мотива // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. 1993. № 2.

Мешкова H.H. "Развитие психики" А.Н. Леонтьева — взгляд через шестьдесят лет // Традиции и перспективы деятельностного подхода в психологии: школа А.Н.Леонтьева / Под ред. А.Е. Войскунского, А.Н. Ждан, O.K. Тихомирова. М., 1999.

Небълицын В.Д. Актуальные проблемы дифференциальной психофизиологии // Вопр. психол. 1971. № 6.

Севастьянов О.Ф. Видоспецифичные механизмы референции // Поведение животных и человека: сходство и различия / Под ред. Е.Н. Панова, Л.Ю. Зыковой. Пущино, 1989.

Сепп Е.К. История развития нервной системы позвоночных: от бесчерепных до человека. М., 1949.

Симонов П.В. Эмоциональный мозг. М., 1981.

Симонов П.В. Лекции о работе головного мозга: потребностно-информационная теория высшей нервной деятельности. М., 2001.

Яковлева Е.Л. Эмоциональные механизмы личностного и творческого развития // Вопр. психол. 1997. № 4.

Поступила в редакцию 30.03.04

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 14. ПСИХОЛОГИЯ. 2005. № 3 Е. В. Зинько

ОСОБЕННОСТИ УСТОЙЧИВОЙ И НЕУСТОЙЧИВОЙ САМООЦЕНКИ

В психологических исследованиях последних десятилетий самооценке (СО) уделяется весьма значительное внимание. На сегодняшний день разработаны теоретические положения, указывающие место СО в структуре самосознания (Спиркин, 1972; Чеснокова, 1977; Кон, 1984; Бороздина, 1992, 1999 и др.), определена возрастная динамика СО (Бороздина и др., 1983; Бороздина, Молчанова, 1988, 1990, 1996—1999; Бороздина, 1999; Бороздина, Молчанова, 2001), делаются попытки выяснить ее структуру (Захарова, 1989; Бороздина, 1999), связь с личностными чертами, такими как тревожность, агрессивность и др. (Бороз-

35

дина, Залученова, 1993; Залученова, 1995; Былкина, 1995; Бороздина, Капник, 2002; Бороздина, Былкина-Михеева, 2002). Однако в широком спектре работ неоправданно малое место отведено изучению столь важного параметра СО, как устойчивость.

В своих работах Л.И. Божович (1995) дает феноменологическое объяснение стабильности СО. С ее точки зрения, характеристика устойчивости оценки себя предполагает равноудаление от двух полярных ее значений: 1) сверхгибкости, неустойчивости, зависимости от ситуации, частного успеха или неуспеха, оценок других и 2) ригидности, неподвижности, жесткости.

Многие исследователи экспериментально рассматривают факторы, влияющие на устойчивость СО: сложность выполняемого задания (Симоненко, 2000), значение неуспеха (Гульянова, 2001), ориентация на оценку окружающих (Савонько, 1972), изменение представлений о себе и трансформация иерархии шкал-ценностей, в системе которых производится оценивание (Соколова, Федотова, 1986).

Сложность задания и значение неудачи являются очевидными источниками, способными оказать влияние на стабильность СО, но недостаточными, поскольку у одних людей повышение уровня трудности задачи и значимый неуспех снижают устойчивость собственной оценки, а у других — нет. H.A. Гульянова (2001) отмечает, что у субъектов с высоким самопринятием при неуспехе сохраняется общая целостность Я-образа.

Весьма интересен клинический подход к проблеме устойчивости СО, определяемой как динамическое равновесие системы оценок и самооценок человека (Соколова, Федотова, 1986). Источниками нарушения равновесного положения системы и колебаний СО могут служить, по мнению авторов, конфликт ведущих мотивов, приводящий к борьбе ведущих личностных смыслов, и отсутствие дифференцировки смыслов. Данное исследование представляет ценность не только для клинической, но и для общей психологии, поскольку конфликтная мотивация, когнитивная недиф-ференцированность индивида и незрелость смысловых структур часто встречаются и в норме. Однако, к сожалению, не совсем ясно, к какому из конструктов относятся полученные результаты, поскольку авторы используют одну и ту же методику (КИСС) для измерения и самооценки, и самоотношения.

В попытке вскрыть причины возникновения флексибельной СО Е.И. Савонько (1972) обращается к экспериментальному исследованию устойчивости СО, рассматривая изучаемый параметр через соотношение ориентации субъекта на собственную оценку и оценку другими. Автор специально проверяет гипотезу о большей стабильности СО у людей, менее подверженных влиянию внешних 36

оценок, и вынуждена признать, что выдвинутое ею предположение подтверждается лишь частично, что свидетельствует о более сложном типе зависимости стабильности СО и ее ориентации на внешние оценки. Указывается, что потребность удерживать СО на определенном привычном уровне может быть устойчивой, тогда как сама эта оценка — лабильной.

Целью работы В.Ф. Сафина (1975) является уже не исследование причин неустойчивости, а проблема поддержания стабильной СО. В качестве механизмов сохранения относительно устойчивой СО автор описывает повышение общего ее уровня до среднего за счет: а) работы модели: "Я не хуже и не лучше других"; б) сочетания неадекватно высоких и адекватно низких позиций (модель: "Я хуже в этом, зато лучше в том"); в) переноса (генерализации) высокой, адекватной СО результатов в одном виде деятельности в другие сферы ("Если могу это, смогу и это"); г) неадекватного занижения оценки окружающих до уровня собственной СО ("Они не лучше меня"). Не считая какую-либо модель приоритетной, В.Ф. Сафин подчеркивает большое практическое значение исследования параметра устойчивости СО.

Еще более ясно значимость изучаемого измерения выступает в работе американских авторов (Кегтв, 1993; Кегтв, Огаппегшапп, МаШв, 1991; и мн. др.), которые показали, что устойчивость СО может служить фактором диагностики эндогенной депрессии, особенно в детском возрасте: чем стабильнее СО, тем меньше склонность к депрессивным состояниям.

Ввиду важности, достаточной сложности и малой освещенности проблемы возникновения неустойчивой СО и ее особенностей целью сообщаемого исследования было сравнение двух типов СО: устойчивой и нестабильной. Задача работы состояла в прояснении вопроса: имеются ли различия между стабильной и флексибельной СО по содержанию и высоте и если да, то в чем они выражаются?

Методика

В качестве техники для диагностики СО была использована модифицированная методика Дембо—Рубинштейн (Бороздина, Видинска, 1986). В точном соответствии с данной модификацией испытуемому предъявлялся буклет с набором из 14 шкал, представляющих собой вертикально ориентированные отрезки прямой длиной 12 см с едва заметной точкой посередине во избежание ошибок глазомера. В правом верхнем углу бланка обозначалось название шкалы. В задачу обследуемых входило локализовать себя на шкале в соответствии со своим представлением о степени выраженности у себя того или иного качества (обозначенного названием шкалы) по сравнению со "всеми людьми на свете".

Cтaндapтнaя инcтpyкция (там же) пpeдъявлялacь на шкале "го-чepк", данные го кoтopoй не учитывали^ в oбpaбoткe. Уcвoeниe инcтpyкции кoнтpoлиpoвaлocь экcпepимeнтaтopoм на этой — ней-тpaльнoй — шкале, ocтaльныe зaпoлнялиcь pecпoндeнгaми caмo-cтoятeльнo. Пpeдлaгaлcя cлeдyющий нaбop из 13 заданный шкал: пoчepк, здopoвьe, ум, xapaктep, yвepeннocть в ^бе, cчacтьe, aкaдeмичecкaя ycпeвaeмocть|пpoфeccиoнaльнoe мacтepcтвo, гаци-альные кoнтaкты, внeшнocть, взaимooтнoшeния в ^мье и poдcт-венные узы, мyжecтвeннocть|жeнcтвeннocть, oбщaя oцeнкa ceбя, будущее. Омедняя шкала № 14 была пустой, иcпытyeмым ^ед-лaгaлocь oбoзнaчить ее пo coбcтвeннoмy желанию, т.е. o^^ra ceбя пo любoмy качеству, вы^антому caмocтoятeльнo (Бopoзди-на, 2003).

Пo инcтpyкции на кaждoй из шкал oбcлeдyeмый пpocтaвлял тpи oтмeтки: oтpaжaющyю еш peaльнoe пoлoжeниe (peaл), желаемую гозицию (идеал) и дeйcтвитeльнo дocтижимyю (мoгy) (там же). Bыcoтa CO устанавливала^ в cooтвeтcтвии c pacпoлoжeниeм 2|3 и бoлee oтмeтoк в oднoм из тpex paвныx ceктopoв шкал: выcoкoм, cpeднeм или низтам. Пpи выpaжeннoй нecтaбильнocти, т.е. в стучае, ecли эти 2|3 гозиций пoпaдaли в paзныe ceктopы, выгата oпpeдeлялacь c yчeтoм oтнocитeльнoгo пpeимyщecтвa вы-бopoв pecпoндeнтa в кaкoй-либo из зoн. Ecли oтмeтки pacпoлaгa-лиcь в двyx cмeжныx cexropax, пpoфиль oцeнивaлcя как cpeднe-выcoкий или cpeднe-низкий. Cтaбильнocть CO oцeнивaлacь пo ее гpaфикy. Пpoфиль пpизнaвaлcя нeлoкaлизoвaнным, ecли oн pac-пoлaгaлcя так, чтo пpимepнo пo 113 oтмeтoк иcпытyeмoгo oкaзывa-лжь в кaждoм из paзныx ceктopoв. Heycтoйчивыми cчитaлиcь кpивыe c paзмaxoм на два ceктopa и бoлee, c peзкими и выга^ам-плитудными cпaдaми и пoдъeмaми. Heoбxoдимo oтмeтить, что пpи oпpeдeлeнии ycтoйчивocти учитывали^ пoзиции пo 12 шкалам: из oбpaбoтки иcключaлиcь "нулевая" шкала (пoчepк) и шкала, пpeдлoжeннaя caмим oбcлeдyeмым; в oтнoшeнии у^ед-ней aнaлизиpoвaлиcь лишь ее coдepжaниe и гозиция как тaкoвaя.

C целью вьючения apгyмeнгaции пoзиций CO пpoвoдилcя ceaнc клиничecкoй бeceды.

Для включен™ из выбopки pecпoндeнгoв c указателями нeвpoтизмa иcпoльзoвaлacь тexникa Хека—Xecc (Paйгopoдcкий, 1998).

B экcпepимeнтe пpиняли yчacтиe 20 мужчин и 20 женщин в вoзpacтe 18—21 гада, c нeoкoнчeнным высшим и cpeдним oбpaзo-ванием.

B дантом иccлeдoвaнии, как уже yкaзывaлocь, ocнoвным изучаемым пapaмeтpoм CO стужила ycтoйчивocть. Пo этoмy mpa-мeтpy вce ^птуемые пoдбиpaлиcь пo двум ^утам: I — cyбъeкты

с устойчивой СО: 10 женщин и 10 мужчин, всего 20 чел.; II — лица с неустойчивой СО: 10 женщин и 10 мужчин, всего 20 чел.

Результаты и обсуждение

Первым шагом анализа было сравнение усредненных профилей СО испытуемых I и II групп по параметру высоты. Оказалось, что СО при ее стабильности значимо выше, чем при неустойчивости, по реальной позиции (кр. Манна—Уитни, р = 0.01), достижимой (р = 0.01) и идеальной (р = 0.05) (Сидоренко, 2002). Как правило, у людей данного возраста профиль реальной СО проходит около верхней границы среднего сектора; график идеальной СО расположен несколько ниже верхних границ шкал; кривая "могу" располагается посередине между профилями реальной и идеальной СО (Бороздина и др., 1983; Бороздина, Молчанова, 1990, 2001). На усредненном графике испытуемых I группы (рис. 1, а) видно, что их СО соответствует возрастным нормам. Кривая реальной СО полностью расположена в верхнем секторе, за исключением небольшого спада на шкале "характер" (синхронного для всей структуры СО). График "могу" находится в полуинтервале между профилями идеальной и реальной СО, но несколько ближе к идеальной по ряду шкал (хотя статистически это не выходит на уровень достоверных различий). Идеалы испытуемых с устойчивой СО довольно высоки и, как правило, вполне осмысленны. У лиц II группы (рис. 1, б) профиль реальной СО располагается в средне-низкой зоне, что несвойственно людям возраста поздней юности и ранней взрослости. Идеалы также снижены, часто слабо разработаны по содержанию. Кривая достижимой СО приближается к идеальной по ряду шкал, однако это не выходит на уровень достоверности, по большей части шкал находится в полуинтервале между реальной и идеальной.

Таким образом, если субъекты I группы "работают" в свойственном им возрастном диапазоне, то обследуемые II группы оценивают себя гораздо ниже, причем, по обыкновению, неадекватно ниже. Яркой иллюстрацией этому может служить следующий пример. Красивая девушка считает себя очень некрасивой: "Мне все не нравится: мой рост, фигура. Когда кто-то говорит, что я красивая, я думаю, что он просто издевается".

Сравнение высоты профилей реальной, идеальной и возможной СО показало, что в случае устойчивости кривые располагаются компактно, в высоком или средне-высоком секторе; при нестабильности можно фиксировать не только снижение всех графиков, но и общую модификацию самооценочной конструкции: как видим, структура СО растянута за счет изменения ее локализации по большинству шкал. Хотя идеалы испытуемых II группы значи-

мо ниже, чем у респондентов I группы, они все же довольно высоки; но кривые реальной и достижимой СО лиц с флексибель-ной оценкой себя значимо ниже, нежели аналогичные профили обследуемых со стабильной СО, поэтому интервалы между графиками оказываются существенно больше. Особенно ярко это выступает в индивидуальных протоколах, когда кривая идеальной СО проходит в верхнем секторе, реальной — в нижнем. 40

о

5 к

п о ю о

к £ г?

в ё

к а

" к к

В ряде экспериментов, обобщенных авторами в виде монографии (Бороздина, Молчанова, 2001), фиксируются гендерные различия СО. Несмотря на то, что в пределах имеющейся статистики значимых различий по высоте СО между мужчинами и женщинами ни в одной из групп не обнаружено, следует все же более подробно остановиться на особенностях СО тех и других, отражающихся на графиках (рис. 2).

У мужчин с устойчивой СО ее реальный профиль располагается, в целом, несколько выше, чем у женщин, но он более изломан. Обнаруживается синхронный и резкий спад на шкале "характер" и некоторый спуск на шкале "внешность". Для женщин, напротив, характерно компактное расположение реальной СО, за исключе-

нием шкалы "будущее", позиция по которой значительно выше других, с понижениями по шкалам "здоровье", "характер" и "взаимоотношения в семье". Кривая "могу" в мужском профиле заметно приближается к графику идеальной СО по всем шкалам, кроме "здоровья" и "внешности". У женщин профиль достижимой СО располагается, в основном, в полуинтервале между реальной и идеальной. Идеалы у мужчин чуть снижены в отличие от очень высоких идеалов женщин.

Анализируя графики испытуемых II группы (рис. 3), невозможно не отметить у мужчин снижения реальной СО на шкале уверенности в себе, но еще заметнее этот спуск у женщин названной группы; у них наблюдается резкий спад на данной шкале не только по реальной СО, но и по достижимой. Надо сказать, что идеалы при этом остаются очень высокими, однако они далеко не всегда наполнены ясным содержанием.

Если у женщин с неустойчивой СО кривая "могу" локализуется, в основном, в полуинтервале между реальной и идеальной, то у мужчин она существенно ближе к профилю идеальной СО и ни по одной из шкал не приближается к реальной, что, по-видимому, можно рассматривать в качестве свидетельства более ранней зрелости женщин.

Интересно, что у испытуемых обеих групп наблюдается снижение позиций по шкале "характер", более ярко выраженное на графиках мужской субвыборки. Однако это резкое падение СО не является эмоционально отягченным. Респонденты, отмечая у себя такие черты, как лень, раздражительность, агрессивность, упрямство, неумение уступать и выслушивать других, вспыльчивость, отсутствие терпения и понимания, либо выражают надежду на то, что в будущем им удастся довольно легко искоренить в себе нежелательные и вполне извинительные, с их точки зрения, качества ("Просто больше усовершенствовать свой характер... надо просто сдерживаться больше"; "С годами я становлюсь более терпимой, лучше понимаю других"), либо указывают на то, что иметь хороший характер плохо, неудобно ("Нельзя иметь слишком мягкий характер, иначе тебе на голову сядут и будут использовать, как захотят"), поэтому у части выборки наблюдается инверсия, их спуск по сути означает подъем, поскольку люди с хорошим характером оказываются для них на нижнем полюсе шкалы ("На верхнем полюсе настойчивый, который способен утвердиться в жизни, невзирая на окружающих, диктатор. Сильный человек, властный, авторитет. По трупам пойдет к своей цели. А на нижнем полюсе добрые, отзывчивые, но слишком мягкие, уступчивые').

Анализируя профиль реальной СО обследуемых II группы в целом, необходимо обратить внимание на низкую позицию по

шкале уверенности в себе. Интересно отметить, что даже на усредненном графике по 20 испытуемым виден резкий спад профиля на данной шкале, что является некоторым интегральным следствием того, что все или почти все респонденты II группы испытывают неуверенность в себе, и большинство из них осознает это: "Я не уверена вообще в себе. Я краснею сразу, смущаюсь. Я, даже если задают вопрос, и я знаю на него ответ, всё равно боюсь, что не права, что на меня наорут". В отличие от спуска по шкале "характер" снижение СО по уверенности в себе эмоционально очень тяжело переживается испытуемыми, вплоть до попыток найти сочувствие и помощь у экспериментатора ([Надоело мне], "когда не могу твердо решить, как осел между стогами сена"; "Все это треклятая неуверенность в себе, все беды от нее"). В беседе по другим шкалам лица с неустойчивой СО часто спонтанно возвращаются к обсуждению уверенности в себе и связывают свои неудачи в разных сферах жизни именно с ее отсутствием. Обследуемые отмечают, что эта шкала является для них наиболее значимой или одной из самых важных, поскольку: " От уверенности в себе зависит, как жизнь сложится "; "Если я буду неуверенной в себе, кому я вообще нужна буду?", поэтому недостаток уверенности в собственных силах осознается ими как проблема. Однако на вопрос о том, что такое уверенность в себе, многие испытуемые затрудняются дать ответ, другие же объясняют, что это умение постоять за себя, уверенность в правоте собственных решений и отсутствие сомнений при их принятии, умение свободно общаться с людьми, это способность преодолеть комплексы; неуверенность для участников этой группы несет в себе гнетущее чувство наличия недостатков, неспособности от них избавиться.

Сточки зрения самих респондентов, источником неуверенности служат: неудовлетворенность собственной внешностью, общим развитием, характером, волевыми качествами, умением занять позицию лидера в группе. Часть испытуемых, объясняя отсутствие уверенности в себе жизненными обстоятельствами ("Моя уверенность сильно снижена вследствие длительного неудачного стечения жизненных обстоятельств"), не может сказать, в чем они состоят, при настойчивых расспросах указывая лишь на особенности взаимоотношений в семье; другие считают, что виной всему воспитание, хотя это мало проясняет ситуацию. При этом остается неясным, почему неудовлетворенность одними и теми же качествами характера, физическим обликом или условиями жизни резко снижает уверенность в собственных силах у одних людей, не влияя подобным образом на других.

Пытаясь преодолеть неуверенность в себе, одни обследуемые надеются на помощь окружающих ("Я сама, думаю, ничего не 44

должна делать... я живу среди людей... Они и будут развивать у меня это качество"), другие рассчитывают только на свои силы, не имея, однако, четких средств коррекции ("Может, надо заниматься аутотренингом: становиться утром перед зеркалом и говорить себе, что все будет хорошо, все получится"), третьи стараются развить уверенность в себе с помощью достижений ("Надо просто стараться чего-то достичь в жизни, тогда и уверенность в себе сама поднимется").

У субъектов II группы ярко выражены ориентация на оценку окружающих, зависимость от социума, конформность и желание соответствовать нормам, принятым в обществе, часто мнение других для них оказывается гораздо важнее собственного, что очень ярко выступает в протоколах клинической беседы: "Я ориентируюсь на массовость, на стандарт. Нет такого осознания, что ты личность, ты сам. Мне важно общественное мнение". Интересно, что, объясняя проставленные отметки на шкале "социальные контакты", испытуемые с неустойчивой СО обозначают свою позицию в группе и отношение к ним окружающих, в то время как для лиц со стабильной СО более значимыми являются удовольствие от общения и их собственное отношение к другим людям. На фоне этого еще более остро переживаются неудачи в социальных контактах, отмечаемые многими респондентами II группы: "Я люблю людей и хочу с ними общаться... Это умение сближаться, найти язык очень важно, это определяет будущее. В группе последнее слово не за мной, мое мнение мало что значит... Тяжело выразить и поставить мнение, когда оно есть... В основном, вокруг меня сильнее люди, у них есть мнение, воля. Следовательно, среди них я чувствую себя в более низком положении, у меня подавлено самовыражение". Нужно отметить, что темы неуверенности в себе и ориентировки на мнение социума звучат у многих респондентов при обсуждении большей части шкал, что указывает на некоторую ригидность, неумение переключаться и, безусловно, на высокую значимость "уверенности в себе" и "социальных контактов".

Важно отметить, что колеблющаяся кривая СО (обычно в пределах одного сектора) может наблюдаться и при высокой диф-ференцированности СО, но в таком случае испытуемые всегда могут дать ясную и однозначную аргументацию каждой позиции; при нестабильности СО обследуемые нередко практически не способны объяснить проставленные отметки ("Мне сложно объяснить, так вот я чувствую"; "Сам не понимаю, почему так поставил'), поэтому невозможно говорить о дифференцированности оценки себя у респондентов II группы, и резкие колебания профиля СО, отражающиеся в графиках, следует интерпретировать как выраженную неустойчивость. Субъекты I группы тоже иногда не могут

аргументировать проставленные ими отметки, однако гораздо реже, чем лица с флексибельной СО.

Сеансы клинической беседы позволяют уточнить механизм самооценивания. Примечательно, что обследуемые с устойчивой СО, невзирая на графические позиции, обсуждают вопрос: почему они не поставили отметку выше (что является отличительной особенностью данного возраста — см.: Бороздина, Молчанова, 2001), а лица с нестабильной СО, как правило, обсуждают вопрос: почему они не поставили ниже (за исключением шкал, по которым оценивают себя чрезвычайно низко).

Испытуемые I группы в большинстве случаев аргументируют только то, почему не могут пока оценить себя выше, но нередко затрудняются объяснить, что позволяет им сейчас оценивать себя на таком уровне (обычно довольно высоком): "Ну, вот так я о себе думаю. Никогда даже не задумывалась, почему я себя так оцениваю " или хорошо аргументируют позицию по одним шкалам и совершенно не способны раскрыть ее по другим. Респонденты с неустойчивой СО зачастую, комментируя свою позицию по одной из шкал, переходят на обсуждение уверенности в себе или социальных контактов, таким образом, снижая СО по другим шкалам за счет низких оценок по наиболее значимым. Интересной особенностью этих обследуемых является также то, что они с гораздо большей легкостью объясняют высокие позиции, нежели низкие ("В семье у меня все хорошо, мы друг друга понимаем, выслушиваем, помогаем. Конечно, бывают и ссоры иногда, но незначительные. Семья — это моя опора". <...> "Да не знаю, паршивый у меня характер — и все"). Это перекликается с исследованием Т. ИеаШейоп, N. ЛшЪагу (1993), в котором было обнаружено, что люди с высокой СО способны компенсировать угрозу одному измерению СО через подкрепление других, а субъекты с низкой оценкой себя переносят понижение СО в одной сфере на другие.

Небезынтересным представляется содержание шкал, вводимых испытуемыми самостоятельно: обсуждаемые группы резко отличаются не только предлагаемыми названиями шкал, но и высотой СО по ним. Большинство обследуемых I группы вводят шкалу "любовь" или отображают качества, которые считают своим достоинством (доброта, порядочность, отношение с друзьями, манеры поведения, творчество) и высоко локализуют себя на этих шкалах. Испытуемые II группы, как правило, низко оценивают себя по вводимой шкале, дают ей название того, чего им не хватает (внутреннее равновесие, аккуратность, сила, способность любить, личная жизнь, удача, отношение окружающих, любовь) и лишь изредка — того, в чем они превосходят других: "Я очень творческий человек, я пишу рассказы, мне нравится играть в театре, это у меня хорошо получается". 46

Проведенный анализ профилей СО показал, что между ее устойчивостью и неустойчивостью есть статистически значимые различия по высоте реальной, достижимой и идеальной СО: все три профиля лиц с нестабильной СО располагаются существенно ниже, чем кривые респондентов с устойчивой СО; структура флексибельной СО заметно снижена и растянута.

Если говорить о содержании СО, то при ее выраженной неустойчивости обследуемые демонстрируют отсутствие уверенности в себе и ориентацию на оценку социума, которая становится для них более важной, чем собственная оценка. Они не просто осознают собственную неуверенность, а осознают ее как проблему, указывают на ее возможные источники, но оказываются не в силах скорректировать ее и нередко до конца понять причины возникновения. При этом испытуемые с неустойчивой СО располагают отметки в зоне ниже характерной для их возраста и зачастую склонны недооценивать себя.

В случае стабильности СО респонденты, напротив, уверены в себе, коммуникабельны, вполне независимы от мнения окружающих; в социальных контактах главным для них является удовольствие от общения и их собственное отношение к людям, в то время как для субъектов с неустойчивой СО наиболее значимым оказывается мнение и отношение к ним других.

Заключение. Выполненный анализ указывает на наличие существенных различий СО по высоте и содержанию при ее устойчивости и неустойчивости. Существенным является вопрос о том, что стоит за ними, что их порождает. Проведенный эксперимент не столько претендует на описание конкретных различий и их источников, сколько задает зону поиска. Очевидно, что последний должен быть направлен не просто на расширение статистики, но и на увеличение возрастного диапазона исследуемого контингента, поскольку имеются данные о довольно ранних проявлениях особенностей СО, в частности ее устойчивости (см., напр.: Боязитова, 1998; Кегтв, 1993), и на детальное изучение полоспецифичности СО по анализируемому параметру. На основе полученного материала очевидно, что неустойчивость СО сопряжена с выраженной ориентацией на социум и неуверенностью в себе, однако зачастую не удается раскрыть содержание СО по другим измерениям, поскольку обсуждение указанных выше проблем, столь важных для респондентов, переходит со шкалы на шкалу, не позволяя получить более точные и глубокие данные по многим другим шкалам. Дальнейшее исследование должно быть направлено на получение более емкой информации по всем изучаемым измерениям СО.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Божович Л.И. Избранные психологические труды. М., 1995.

Бороздина Л.В. Что такое самооценка? // Психол. журн. 1992. № 4.

Бороздина Л.В. Теоретико-экспериментальное исследование самооценки: Дис. ... докт. психол. наук. М., 1999.

Бороздина Л.В. Самооценка и притязания: диагностика факторов риска психосоматических заболеваний. Авторская разработка психодиагностической схемы. М., 2003.

Бороздина Л.В, Былкина-Михеев а Н.Д. "Триада риска" у больных с дуоденальной язвой // Психол. журн. 2002. № 2.

Бороздина Л.В, Видинска Л. Притязания и самооценка // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. 1986. № 3.

Бороздина Л.В, Залученова Е.А. Увеличение индекса тревожности при расхождении уровней самооценки и притязаний // Вопр. психол. 1993. № 1.

Бороздина Л.В, Капник Т.М. Реакция на фрустрацию при несоответствии уровня самооценки и притязаний // Уч. зап. кафедры общей психологии ф-та психологии МГУ. Вып. 1. М., 2002.

Бороздина Л.Б, Молчанова О.Н. Особенности самооценки в позднем возрасте // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. 1988. № 1.

Бороздина Л.В, Молчанова О.Н. Самооценка в первой зрелости // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. 1990. № 2.

Бороздина Л.В, Молчанова О.Н. Самооценка в возрасте второй зрелости. Сообщение 1 // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. 1996. № 4; Сообщение 2 // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. 1997. № 1.

Бороздина Л.В, Молчанова О.Н. Самооценка в возрасте пожилых. Сообщение 1 // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. 1998. № 4; Сообщение 2 // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. 1999. № 1.

Бороздина Л.В, Молчанова О.Н. Самооценка в разных возрастных группах: от подростков до престарелых. М., 2001.

Бороздина Л.В, Рудова Е.В, Соломина Л.В. Самооценка и возраст // Категории, принципы и методы психологии. Психологические процессы / Тезисы науч. сообщ. советских психологов VI Всесоюзному съезду Общества психологов СССР. М., 1983.

Боязитова И.В. Взаимосвязь самооценки и волевой регуляции при переходе детей от дошкольного к младшему школьному возрасту: Авто-реф. дис. ... канд. психол. наук. М., 1998.

Былкина Н.Д. Соотношение самооценки и уровня притязаний в норме и при психосоматический патологии: Дис. ... канд. психол. наук. М., 1995.

Гульянова H.A. О связи самопринятия и осознания Я-образа в ситуации неуспеха // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. 2001. № 3.

Залученова Е.А. Соотношение самооценки и уровня притязаний и его влияние на личностные особенности: Автореф. дис. ... канд. психол. наук. М., 1995.

Захарова А.В. Структурно-динамическая модель самооценки // Вопр. психол. 1989. № 1.

Кон И. С. В поисках себя. Личность и ее самосознание. М., 1984.

Райгородский Д.Я. Практическая психодиагностика: методики и тесты. Самара, 1998.

Савонько Е.И. Возрастные особенности соотношения ориентации на самооценку и на оценку другими людьми // Изучение мотивации поведения детей и подростков / Под ред. Л.И. Божович. М., 1972.

Сафин В.Ф. Устойчивость самооценки и механизм ее сохранения // Вопр. психол. 1975. № 3.

Сидоренко Е.В. Методы математической обработки в психологии. СПб., 2002.

Симоненко И.А. Развитие адекватности и устойчивости самооценки младшего школьника в учебной деятельности: Дис. ... канд. психол. наук. СПб., 2000.

Соколова Е. Т., Федотова Е. О. Влияние мотивационного конфликта и когнитивной недифференцированности на устойчивость самооценки // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. 1986. № 1.

Спиркин А.Г. Сознание и самосознание. М., 1972.

Чеснокова И.И. Проблема самосознания в психологии. М., 1977.

Heatherton T.D., Ambary N. Self-Esteem, Self-Prediction and Living-up to commitments // Self-esteem: the puzzle of low self-regard / Ed. by R.F. Baumeister. N.Y., 1993.

Kernis M.H. The Roles of stability and level of Self-Esteem in Psychological Functioning // Self-esteem: the puzzle of low self-regard / Ed. by R.F. Baumeister. N.Y., 1993.

Kernis M, Grannermann B., Mathis L. Stability of self-esteem as a moderator of the relation between level of self-esteem and depression // J. of Personality & Social Psychology. 1991. Vol. 61, N 1.

Поступила в редакцию 05.03.04

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 14. ПСИХОЛОГИЯ. 2005. № 3

А. С. Науменко, А. Г. Шмелев

ТЕСТИРОВАНИЕ ДОСУГОВЫХ УВЛЕЧЕНИЙ: НОВЫЙ ПОДХОД К КОСВЕННОЙ ДИАГНОСТИКЕ ТРУДОВЫХ МОТИВОВ И УДОВЛЕТВОРЕННОСТИ ТРУДОМ

В современной организационной психологии проблематика изучения и управления мотивацией сотрудников занимает одно из ключевых мест (см., напр.: Психология..., 1995; Fincham, Rhodes, 1999). Вместе с тем и исследователи, и особенно специалисты-практики (кадровые менеджеры) отмечают острую нехватку методик косвенного выявления нежелательных (не соответствующих интересам организации) мотивов.

49

4 ВМУ, психология, № 3 у