Союзники и/или враги?: городские корпорации «Малой России» и процесс интеграции региона в состав российского государства (1654-1669 гг. )

УДК 94(477) «17/18»

Я. А. Лазарев

Союзники и/или враги?: городские корпорации «Малой России» и процесс интеграции региона в состав Российского государства

(1654-1669 гг.)*

Автор анализирует влияние политической активности городских корпораций, самоуправлявшихся по Магдебургскому праву, на российское военно-административное присутствие и процесс интеграции «Малой России» в состав России в 1654-1669 гг. Автор показывает, что, с одной стороны, политическая активность городских корпораций способствовала укреплению царской власти и, соответственно, разрушению казацкого проекта государственности. С другой стороны, в результате их действий, направленных на получение как можно большего количество налоговых привилегий, произошло сужение российского присутствия в регионе (после 1668 г.) и отказ от проведения налоговой реформы (вплоть до 1722 г.).

The author analyzes the impact of the political activity of municipal corporations, self-managed by the Magdeburg law to the Russian military and administrative presence and the integration of «Little Russia» in 1654-1669. The author shows that, on the one hand, the political activity of the municipal corporations contributed to the strengthening of tsar power and, consequently, the destruction of the Cossack state project. On the other hand, as a result of their actions, to obtain the largest possible number of tax benefits, had led to a narrowing of the Russian presence in the region (after 1668) and the refusal of the tax reform (until 1722).

Ключевые слова: Малая Россия, городские корпорации, Магдебургское право, украинская государственность.

Keywords: Little Russia, municipal corporations, magdeburg law, ukrainian statehood.

Фраза, вынесенная в заголовок статьи, отражает, на наш взгляд, ключевую проблему, с которой столкнулось Российское государство в процессе интеграции «Малой России» - наличие тонкой грани в действиях местных сословных групп, которые могли быть и союзниками, и врагами, и теми и другими одновременно в зависимости от политических конъюнктур. Это предопределило мучительный поиск российским правительством социальной опоры и политического баланса, необходимых для установления устойчивого контроля над территорией присоединенных украинских земель. Попытки выстроить отношения с местными корпорациями через силовые и/или договорные стратегии приводили к разным политическим последствиям, расширявшим или сужавшим военно-административное присутствие в «Малой России». Важную роль в этом процессе сыграли корпорации городов, самоуправлявшихся по Магдебургскому праву. Соответственно, в настоящей статье анализируется влияние политической активности этих городских корпораций на российское военно-административное присутствие и процесс интеграции «Малой России» в состав России в 1654-1669 гг.

История взаимоотношений с городскими корпорациями, самоуправлявшихся по Магдебургскому праву, начинается с вхождения «Малой России» в состав Российского государства в 1654 г. Городские корпорации были не единственной сословной группой, пополнившей число новых подданных московского царя. Изначально «Малая Россия» имела сложную социально-политическую структуру, включавшую также Войско Запорожское (Гетманская Украина), местную православную церковь и до некоторого времени немногочисленную православную шляхту, поддержавшую восстание Б. М. Хмельницкого. По этой причине царское правительство и его агенты на местах изначально были поставлены в сложную ситуацию, где переплетались интересы различных сословных групп. Впервые о себе корпорации городов с «магдебургиями» заявили в 1654 г. во время второго (московского) этапа переговоров царского правительства и казацких посланников Б. М. Хмельницкого.

Первоначально, в ходе первого (переяславского) раунда переговоров царское правительство признавало формат взаимоотношений, при котором исключительная роль в управлении регионом отводилась институтам казацкого самоуправления, а присутствие царских администраторов и их

© Лазарев Я. А., 2016

* Исследование выполнено при поддержке гранта РГНФ в рамках проекта проведения научных исследований «Украинские города в политической системе "Малой России" и казацкая государственность: практики интеграции и дезинтеграции (вторая половина XVII в. - 60-е гг. XVIIIв.)», договор № 15-31 -01308/16 от 20 апреля 2016 г. 64

функционал сводились к минимуму. Казацкие представители также становились посредниками в исполнении фискальных функций в пользу царской казны [1]. Уверенность в своей политической позиции позволяла казацким делегатам в Москве настаивать на законодательном закреплении в царских жалованных грамотах такой модели управления. Сначала 13 марта 1654 г. казацкие послы пошли на определенные уступки - признание наличия царских воевод только в «больших городах» (Киеве, Чернигове), где они не имели права судить мещан, казаков и шляхту. Однако 14 марта ими были поданы пункты, в которых не упоминалось вообще о присутствии царских воевод в Киеве и Чернигове, а право сбора податей следовало отдать «посланникам нашим», так как «воевода права бы ломати имел и установы какия чинил, и то бы быть имело с великою досадою» [2]. Свои претензии казацкая сторона пыталась подкрепить 17 марта документальными свидетельствами (списки привилеев польских королей, Зборовского договора и др.) [3]. Однако данные документы произвели обратный эффект. У царского правительства возникли сомнения в правомочности претензий казацкой стороны на власть в регионе. Сомнения укрепились, когда о своих правах заявили корпорации городов, самоуправлявшихся по Магдебургскому праву.

14 марта 1654 г. делегаты Переяславля, прибывшие в составе казацкого посольства, подали две челобитные. Первая из них содержала прошение о подтверждении городу привилегий по Магдебургскому праву (на независимое самоуправление и суд). Вторая касалась подтверждения прав городским цехам. Самым старым из привилеев, подданных в качестве доказательства, являлся привилей Сигизмунда III 1620 г. Согласно его содержанию, в самоуправлении города и решении судебных вопросов участвовали бурмистр, войт и лавники (все - выборные чины городского самоуправления), но не «казацкие урядники». Кроме того, в городе имелись представители коронной администрации, которые сидели в замке - укрепленной части города, отдельной от посада. 14 марта переяславские мещане были удостоены жалованной грамоты, в которой специально оговаривалось, что «своим прежним правам и вольностям» переяславским купцам разрешалось торговать свободно «безо всякие неволи во всем» [4]. О возможном влиянии переяславской делегации можно судить по решению, данному на казацкие предложения 14 марта. В вопросе о сборах податей указывалось: «...а быть урядникам - войтам, бурмистрам, райцам, лав-никам, и доходы денежные и хлебные и всякие на государя сбирать им и отдавать в государеву казну тем людям, кого для тоя сборныя казны государь пришлет, и тем людям над сборщики смотреть, чтоб делали правду» [5]. Об этом казацкие посланники были уведомлены 19 марта, когда были на государевом дворе. Относительно присутствия московских воевод в «Малой России» бояре заметили: «Воеводам чтоб быть в Киеве и в Чернигове». На это был дан ответ: «В том воля государева» [6]. Таким образом, московский царь полностью принимал на себя роль суверена, а городские корпорации обозначались в качестве социальной базы, на которую собиралось положиться царское правительство в «Малой России».

Подобная позиция царского правительства не устроила казацкую сторону. 21 марта 1654 г. казацкие послы подали «на письме» новые предложения царскому правительству, в которых настаивали на своей позиции, подразумевавшей отсутствие царских воевод в регионе [7]. На это царское правительство ответило категорическим отказом, настаивая на том, что сбор податей следует осуществлять через представителей городского самоуправления. Для этого также будут присланы «на то устроенные люди в Киев и Переяславль» [8]. Кто подразумевался под этими «людьми», можно только предполагать, но допустим, что под влиянием переяславской делегации царское правительство ухватилось за Переяславль, а не за ранее фигурировавший в переговорах Чернигов.

Таким образом, малороссийские города стали рассматриваться царским правительством в том качестве, в каком они находились в составе Речи Посполитой, т. е. изымались из компетенции Войска Запорожского. Вероятно, царскому правительству удалось понять тонкость социально-политического устройства «Малой России», в которой гетман и казацкая элита не представляли всего населения региона. Не случайно после столь непростых переговоров 27 марта 1654 г. казацким послам была вручена серия жалованных грамот корпорациям «Малой России», а не просто подтверждены гетманские «статьи».

Передачей 27 марта 1654 г. казацким послам жалованных грамот не прекратилась политическая активность делегации Переяславля. Вероятно, не удовлетворившись объемом подтвержденных прав и привилегий, переяславская делегация в конце марта и начале апреля выступает с тремя новыми челобитными. Они просили не просто подтвердить «права и привилеи» польского времени, а и вернуть часть территории, которая была отнята польской коронной (замковой) администрацией, а к 1654 г. оказалась под казацким управлением. Самым главным прошением была просьба «собинного привелея» для защиты от злоупотреблений любых военных командиров, так как, по их словам, «каков не приехав старший, или от какого старшего высланный, то розныя вымыслы чинят

65

и много кормов вынуждают и иныя многия тяготы накладают». Через получение такого «приви-лея» мещане смогут «ся защищати и болей панов имети не будем, толко твоему царскому пресвет-лому величеству (выделено нами. - Я. Л.) кланятися и тебе единому повиноватися будем» [9]. Царское правительство подтвердило все просьбы, кроме вопроса о землевладениях.

Стоит предположить, что киевские мещане, узнав об успехах переяславской депутации, также решили получить подтверждение своим правам. 3 мая 1654 г. они просили разрешения киевских воевод о пропуске до Москвы своей делегации во главе с киевским войтом Богданом Сан-ковичем. Перед организацией депутации киевские мещане заручились поддержкой гетмана Б. М. Хмельницкого, который 25 апреля дал соответствующую грамоту с обращением к Алексею Михайловичу «пожаловати <...> права и привилея и волности их древние». После прибытия 25 мая в Москву киевляне подали соответствующую челобитную на имя Алексея Михайловича, а также список статей, в которых они описывали права и привилегии. Помимо подтверждения старых привилегий, делегаты просили новых земельных пожалований к «граду» (т. е. посаду - территории проживания мещан). Во-первых, киевляне претендовали на 385 дворов, находившихся во владении казаков. Во-вторых, они просили о пожаловании мельницы «на речке Котыре», которая в то время находилась во владении киевского полковника. Киевляне получили подтверждение своих прежних привилегий. В отношении земель, занятых казаками, бояре отказали сразу же, приговорив: «Как служба минет, тогда государев указ будет; а ныне, для службы, полковника оскорбить нельзя». В качестве компенсации за жалованную грамоту сами мещане предлагали наложить на них налог, который собирался еще в польские времена в размере 3000 золотых, что и было принято [10]. Следуя примеру депутаций Киева и Переяславля, подтверждения своих челобитных в 1655 г. испросили мещане Чернигова и Козельца [11].

Политическая активность делегаций городов с «магдебургиями» продемонстрировала наличие центробежных сил, противодействовавших казацкому проекту государственности. Их наличие позволило московскому правительству пересмотреть первоначальную модель взаимоотношений с казацкой стороной и открыло возможность для расширения присутствия царской администрации в регионе и сбора налогов с крестьянского и городского населения. Тем не менее такая модель управления «Малой Россией» не получила дальнейшего развития, по крайней мере, до второй половины 1660-х гг. Реальность оказалась гораздо сложнее. Городские корпорации должны были учитывать силу казацкой власти, подкрепленную авторитетом гетмана Б. М. Хмельницкого.

В гетманство Б. М. Хмельницкого российское военно-административное присутствие было ограничено только замком Киева. Компетенция царских воевод заключалось в том, чтобы вести переписку с гетманом по военным вопросам, с ним же координировать свои действия, отслеживать изменения военно-политической ситуации в регионе, охранять внутренний порядок в крепости и окрестностях, контролировать взаимоотношения царских ратных людей с казаками и старшиной, обладая судебными полномочиям только в отношении вверенного гарнизона; с местным духовенством и войтом, строить и содержать крепости в городе [12]. В попытках улучшить условия пребывания ратных людей в Киеве царские воеводы должны были заручиться поддержкой гетмана и киевского полка, чья резиденция находилась в городе до 1669 г. [13] То же самое должны были делать и киевские мещане, хотя совсем недавно они просили царское правительство о содействии в изъятии в свою пользу владений киевских полковника и казаков. Политическая самостоятельность и авторитет Б. М. Хмельницкого являлись определяющими условиями, сдерживавшими амбиции городских корпораций, расширение российского военно-административного присутствия. Царское правительство оказалось зависимым от казацкой администрации в плане обеспечения обороноспособности «Малой России» и возможного сбора налогов. И уже в 1657 г. правительство было готово передать фискальные полномочия казацким институтам власти, а не представителям городского самоуправления, как это было в 1654 г.

Периодически в документах проскальзывает информация о желании городских корпораций опереться на московскую, а не казацкую власть. Например, в «статейном списке» молодого царского посланника И. А. Желябужского сообщалось, что стародубский войт К. Молявка (24 июня 1657 г.) был крайне недоволен мобилизациями, проводимыми гетманом Б. М. Хмельницким (увеличение запасов пороха, укрепление крепостных сооружений): «.а от кого крепимся, того мы не ведаем. А целовали де мы крест государю, а владеет нами гетман, и ныне мы от их владения в конец погибаем, а ожидаем де мы милости от государя воевод» [14]. Однако, скорее всего, московское правительство не хотело ссориться с гетманом Б. М. Хмельницким, так что до определенного времени предпочитало не обращать внимания на такие жалобы.

В гетманство И. Е. Выговского (1657-1659 гг.) на территории «Малой России» разразилась настоящая гражданская война, в результате которой изменивший гетман уступил гетманскую булаву сыну покойного гетмана Б. М. Хмельницкого - Юрию. Новый гетман Ю. Б. Хмельницкий во 66

время переговоров в Переяславле (октябрь 1659 г.) избрал тактику минимизации влияния царского правительства, чтобы «воевод по городах не насылано; только в одном самом Киеве». К этому добавлялось требование, чтобы прибывавшие ратные люди были в подчинении гетмана. Но в ходе переговоров в Москве Ю. Б. Хмельницкий был вынужден уступить и признать в итоговом соглашении 1659 г. присутствие царских воевод, помимо Киева, в Переяславле, Нежине, Чернигове, Брацлаве, Умани. По новым «статьям» воеводам запрещалось нарушать «войсковыя права и вольности» и вступать в «полковничьи поборы» [15]. К декабрю 1659 г. общая численность гарнизонных войск в «Малой России» достигла цифры в почти 15 тыс. чел. [16] Усиление российского военно-административного присутствия привело к активизации политической активности корпораций городов, самоуправлявшихся по Магдебургскому праву.

Уже 14 декабря 1659 г. черниговский воевода В. Новосильцев сообщал о просьбе городской верхушки выдать проезжую грамоту для отправки в Москву местных бурмистра и райцу для подтверждения своих «магдебургий» и прав владения на деревни, озер, мельницы и перевоза на Десне. Примеру черниговцев последовали мещане Нежина. При этом отметим, что в 1659 г. Нежин был на несколько месяцев занят поляками, что заставило мещан обратиться к ним за подтверждением привилегий, данных Сигизмундом III и Владиславом IV [17]. Резонно предположить, что обращения нежинцев в 1659 и 1660 гг. были продиктованы желанием городской корпорации обезопасить себя от возможных злоупотреблений представителей как польской, так и российской коронных администраций. Определенные трения в процессе взаимодействия царских воевод с городскими корпорациями возникли лишь в Киеве. Согласно позднейшему челобитью мещан (май 1661 г.) воевода В. Б. Шереметев не позволял владеть пожалованные им «в Киеве перевозами и сенными покосами и рыбными ловлями и всякими товары в городех торговать безпошлино». Сам киевский воевода не сообщал в столицу о каком-либо конфликте с мещанами. Он лишь сообщил в Москву, что завел государев «кружечный двор», который позволил собрать 3270 руб. дохода. Так или иначе, царское правительство не стало разбираться в деталях конфликта. Это было связано, скорее всего, с тем, что в 1660 г. В. Б. Шереметев попал в польский плен [18].

Сложная военная ситуация не повиляла на положение царских гарнизонов. Несмотря на измену гетмана Ю. Б. Хмельницкого и поражение под Чудновым и Кулишках (осень 1660 г.), в малороссийских крепостях по-прежнему оставались довольно крупные гарнизоны. Поддержка городским населением царских воевод в ходе длительных осад (октябрь - ноябрь 1661 г.) [19] позволила даже укрепить свое положение царским гарнизонам в некоторых малороссийских городах. В итоге сложился баланс, который позволял царскому правительству поддерживать контроль над частью «Малой Россией», а городским корпорациям - сохранять независимое положение по отношению к гетманской власти. По отношению к городам с «магдебургиями» гетманы смогли добиться также лишь статуса своеобразного покровителя. Это выражалось в выдаче универсалов, дававших дополнительные гарантии сохранения прав, указанных в царских жалованных грамотах на самоуправление, временный налоговый иммунитет и землевладения [20]. Отмеченный баланс позволял царскому правительству в условиях геополитического соперничества с Польшей также надеяться на проведение налоговой реформы согласно решениям 1654 г. Последнее дало бы новые ресурсы Российскому государству для компенсации сверх-издержек военного времени, которые в результате провала денежной реформы Алексея Михайловича 16541663 гг. (введение медных денег) привели к резкому ухудшению положения ратных людей в гарнизонах городов «Малой России» в 1662-1663 гг., испытывавших проблемы со снабжением [21]. Отмеченный баланс попытался нарушить новый казацкий гетман И. М. Брюховецкий (16631668 гг.). В прямой конфликт с ним решатся вступить корпорации городов, самоуправлявшихся по Магдебургскому праву.

Ради закрепления своей власти гетман И. М. Брюховецкий в ноябре - декабре 1663 г. подписал с царским правительством т. н. Батуринские статьи. Согласно п. 3 «статей», для содержания 60 тыс. реестра Войска Запорожского следовало провести описание владений казаков, мещан и селян, а также определить количество поборов, которые можно было бы собрать с разных групп населения, так как этого с 1654 г. не было сделано. Однако вплоть до октября 1665 г. гетман сопротивлялся проведению налоговой реформы [22]. Несмотря на это, царь и правительство продолжали доверять казацкому лидеру [23]. Это доверие казацкий гетман попытался использовать с выгодой для себя, а именно в целях расширения полномочий казацкой администрации накануне возможной налоговой реформы. Для этого в 1665 г. гетман предпринял попытку ликвидации прав и привилегий городов «Малой России», обладавших «магдебургиями», чтобы монопольно распоряжаться доходами с городов, отдавая только часть в казну Российского государства.

Для осуществления своего замысла гетман постарался использовать власть московского царя. В начале 1665 г. гетман наставлял посланника, направляемого в Москву, чтобы он склонил

67

царскую администрацию лишить мещан жалованных грамот, так как «в тех привилеях двоедушие в мещанах обретается», а также жаловался на киевского воеводу И. И. Чаадаева за то, что тот потакает местным мещанам. В феврале 1665 г. ему удалось получить царский указ, по которому предписывалось изъять жалованные грамоты городов на «магдебургии» и отослать их в Москву. Однако этому воспротивились не только мещане, но и киевский воевода, который запретил отправку грамот. С защитой интересов мещан в Москве выступил также малороссийский епископ Мефодий, который сообщал, что из-за опасений мер со стороны гетмана мещане не подали челобитную. Мефодий предлагал послать указы киевскому, нежинскому и переяславскому полковникам, чтобы они хранили и впредь права мещан и не давали гетману права вмешиваться в самоуправление. В итоге царское правительство 1 июня 1665 г. отменило февральское решение [24].

Несмотря на это, гетман не отступил от своего намерения. На переговорах в Москве 20 сентября 1665 г. он, отвечая на предложенные «статьи», связанные с проведением налоговой реформы, соглашался практически со всем. Рассчитывая на своеобразную политическую компенсацию, гетман сообщал об отобрании «магдебургии» у малороссийских городов и их передаче в Малороссийский приказ. Однако в ответ на это царское правительство дало городам подтвердительные жалованные грамоты, а также приняло решение разместить в крепостях Малой России 11.600 чел. Гетману отказали в подчинении городов с «магдебургиями» [25].

Как результат, осенью 1665 г. в массовом порядке царское правительство подтвердило жалованные грамоты депутациям от привилегированных городов (Киева, Чернигова, Нежина, Ста-родуба, Погара, Остра и Козельца). Последние подали ряд челобитных на имя московского царя, в которых обозначили свои позиции. В связи с этим остановимся на наиболее примечательной челобитной, поданной в ноябре 1665 г. от имени киевских мещан. В ней подробно описывались постигшие их несчастья в «льготные года» (1660-1665 гг.), когда они могли бы поправить свое положение и положенные в царскую казну 3000 золотых употребить на строительство земляного вала и изготовление «наряда», «где живем мы на Подоле». Необходимую сумму у мещан не получалось собрать из-за того, что «перевозы» киевский воевода не отдал местной ратуше. Терпеть притеснения мещанам приходилось также и от «изменника» бывшего наказанного гетмана Я. С. Самко, который «вымучил» 400 руб. от запорожских полковников Шульги и Чернеца, не выезжавших из «места» четыре недели, отчего «людей ратушных» до «разорения привели». К такому же разорению привело содержание царских ратных людей, размещенных на посаде для защиты от татарской опасности. Основным требованием депутации было, чтобы «никаких податей, яко люди украйные, от татар никогда смирения не имеючие, давать не имеем» и должны быть уволены «от давания и от платежа пошлин и тамги, яко люди войною разоренных и обеднялых». Вопреки жалобам на московских воевод и их подчиненных (постойная повинность, незаконное использование территорий), киевляне настоятельно просили освободить их «от казацких постоев», указать «бояром и воеводам Киевским нас от них оберегать и оборон чинить (выделено нами. - Я. Л.)». При этом депутация просила царя об уменьшении подати 1654 г. с 3 тыс. до 1 тыс. золотых, но в случае возвращения «перевозов» согласны были платить 1500. Описанная ими картина «разорений» заставила московское правительство привлечь к ответу на «статьи» киевских мещан воеводу И. И. Чаадаева. Его отписка была суха и лаконична. Спорные «перевозы» были устроены после разорения Киева, «как в начале войны разбежались мещане» (т. е. в 1665 г.), а ежегодный доход с них составлял всего 300 руб. О ратных людях Чаадаев замечал, что поставлены «по мещаном, по их челобитью, для обороны от неприятеля и кормить их обещались из воли», а подводы если и берутся, то только для государевых посланцев «по великой нужде взять подводы годом дважды, или по силу трижды» [26].

В итоге 11 ноября 1665 г. киевлянам была дана еще одна жалованная грамота [27], где уточнялось, что «перевоз» «отдавался» на «ранду в ратушу», за что они были обязаны ратных людей (общим числом 400 чел.) обеспечивать провиантом и одеждой.

Киевлянам вторил и нежинский войт Федор Константинович. Из его слов было видно, что лояльность царской власти была также желанием оградить город от злоупотреблений казацкой старшины, которая виделась большей бедой. В одном из своих писем войт писал, что «без пре-светлые руки» царя нежинский полковник «аще ли не злее, но подобно арехонтовой над нами учинят власть» [28].

Таким образом, мы видим демонстрацию своеобразного политического торга, который киевляне и нежинцы вели ради сохранения своего независимого положения от казацких институтов власти. В своих аргументах мещане использовали жалобы на царские гарнизоны, требуя налоговых льгот и дополнительных привилегий, но не собирались отказываться от их присутствия. Для царского правительства было важно найти компромисс в отношениях с мещанами, чтобы сохранить главные пункты контроля над «Малой Россией». Ради этого, например, Чернигов по 68

челобитию войта П. Клевцова был освобожден от повинности по содержанию крепостных укреплений, подводы с мещан разрешалось брать только по особой надобности [29].

Наряду с выстраиванием политического торга представители привилегированных городов заключают, по сути, отдельный от гетмана договор с царским правительством. Договор был заключен при непосредственном участии главы Малороссийского приказа (далее - МРП) боярина П. М. Салтыкова. В этом документе были определены суммы аренд с каждого из привилегированных городов, которые они должны были ежегодно платить в царскую казну. Предполагалось взимать с Киева 800 руб., Переяславля - 500 руб., Нежина - 400 руб., Чернигова - 200 руб., Старо-дуба - 150 руб., Козельца, Остра, Почепа и Погара - по 100 руб. [30] Также в договоре детально расписывались суммы откупов (аренд/ранд) и иных пошлин [31].

Таким образом, в условиях укрепления положения Российского государства в Левобережной «Малой России» и благодаря деятельному участию епископа Мефодия активизировались корпорации городов с «магдебургиями». Наличие такой поддержки городов, а затем и части казацкой элиты (киевский полковник В. Дворецкий) позволило царскому правительству настоять на необходимости реализации условий договоров 1654 г. о сборах налогов с неказацкого населения. Согласно сообщениям царских агентов в 1666-1667 гг., выбранная мещанами политическая позиция и согласие регулярно платить налоги вызывало возрастающее недовольство с казацкой стороны: «Во всех малороссийских городах казаки на мещан имеют злость за то, что они мещане, по окладом всякие подати в казну великого государя хотят давать с радостью и что казацких старшин и казаков ни в чем ныне не слушают и податей против прежнего давать им казакам не хотят, и говорят мещане в городах старшинам: что ныне де их бог освободил, впредь де они казаки, грабить и домов их мещанских разорять не будут» [32].

Наличие альтернативных центров силы в привилегированных городах склонило царское правительство к началу проведения налоговой реформы. В ее рамках территория Малой России, подконтрольная царскому правительству, разбивалась на 14 налоговых округов (уездов), с центрами в Батурине, Гадяче, Глухове, Киеве, Лубнах, Миргороде, Нежине, Остере, Переяславле, Полтаве, Прилуках, Сосницах, Стародубе, Чернигове [33]. Из этих городов только Прилуки и Сосницы не обладали «магдебургиями». При этом воеводы впервые наделялись фискальными полномочиями в отношении неказацкого населения «Малой России». Этот аспект их деятельности раскрывался не в воеводских наказах, а в отдельных царских грамотах. До появления таких документов фискальными полномочиями воевода обладал только в отношении городов, с которых следовало собирать стацею (продовольственное обеспечение) на содержание гарнизона. Единственным примером такого рода является гарнизон в Гадяче, на содержание которого по решению гетмана были в 1665 г. определены Опошня, Миргород, Ромны и Котельва [34].

В ходе проведения реформы специальная царская грамота устанавливала с 1 сентября 1666 г. следующий порядок сбора с «мещан и поселян и с таможен, и с ранд и с перевозов и с мельниц и со всяких угодий денежные и хлебные и иные всяких доходов». Для их сбора следовало выбрать из числа местных мещан «людей добрых и прожиточных». Этим должен был заниматься назначенный воевода. Сами подати сборщикам следовало собирать на основании окладов по переписным книгам. Собранные налоги свозились в центр налогового округа, часть собранных хлебных запасов следовало воеводе оставлять на содержание ратных людей [35]. Следовательно, главная административная нагрузка в реализуемой налоговой реформе отводилась выборным от городских корпораций, а не разветвленной сети московской администрации.

Примерно с июня 1666 г. царские посланники начали свою работу по проведению налоговой переписи в Малой России. В ее ходе царские посланники столкнулись с типичной ситуацией, характерной и для Российского государства, а именно с занижением численности податного населения и размеров облагаемого имущества со стороны городских верхов и казацкой администрации, заинтересованных в уменьшении налогов [36].

С введением новых царских гарнизонов и проведением налоговой реформы от воевод требовалось налаживать контакты с местными сословными группами, особенно городским населением, и стараться избегать каких-либо конфликтных ситуаций. К этому аспекту царское правительство относилось очень щепетильно. Наглядным примером этого является расследование (розыск), проводившееся стольником П. А. Измайловым (январь - середина июня 1666 г.) на основании жалоб мещан Котельвы, Гадяча, Миргорода, Ромен и Опошни, о которых царское правительство уведомляли гадяцкий воевода Ф. Протасьев и гетман И. М. Брюховецкий. Жалобы мещан касались конфликтов, возникавших между мещанами и ратными людьми в период с июля по декабрь 1665 г. Причины, их порождавшие, были типичными для того времени: 1) побои, нанесенные в пьяном виде; 2) воровство; 3) вымогательство; 4) неоплата услуг мещан (представители ремесленных цехов). Конфликтные ситуации решались не в пользу ратных людей. В их отноше-

69

нии применялись телесные наказания (битье батогами) и взыскивались денежные штрафы. Любопытно отметить, что практически все конфликты заканчивались примирением сторон. Пострадавшие местные жители сами просили о смягчении наказания для царских ратных людей. Этим, на наш взгляд, подчеркивался не экстраординарный характер отмеченных происшествий [37].

В новых для себя условиях городские корпорации пытались налаживать связи с царскими воеводами, а также использовать их политические ресурсы в своих целях. В то же время действия царских воевод могли приводить к интересным коллизиям.

Прежде всего, следует указать на киевского воеводу боярина П. В. Шереметева. В 1666 г. по его указанию были размещены рейтары «на посаде. на мещанских дворех», так как в «верхнем городе» было мало дворов. Городская верхушка была против этого. Тогда воевода выдвинул условие, чтобы мещане «дали 30 изб от себя, а рейтары те избы перевозят и поставят собою». Для решения проблемы через епископа Мефодия воеводе были дважды поднесены «в почесть» по 100 руб. Сам Шереметев сообщал в Москву, что все эти деньги употребил на строительство изб [38].

Для нежинских мещан киевский воевода выступал в качестве рычага давления на черниговского воеводу А. В. Толстого. С последним у нежинских мещан был спор относительно принадлежности Борозны и его владений. Ради разрешения спора в собственную пользу мещане пошли на подкуп киевского воеводы и добились желаемого [39]. Схожим образом налаживали коммуникацию с киевским воеводой стародубские мещане, которые в декабре 1667 г. сделали воеводе и его прислуге различные подношения на общую сумму в 291 злотый и 6 коп., а в январе 1668 г. - на 730 злотых и 5 коп. В отношении гетмана подобные суммы обозначались как траты «на поклоны» («па роИопу») [40]. Возможно, таким образом мещане хотели повлиять на решение по поводу возврата откупов, так как именно в это время их делегация подала челобитную о решении данного вопроса. В итоге воевода решил дело в пользу мещан [41]. К протекции киевского воеводы прибегали черниговские мещане. В июне 1667 г. воевода запретил кому-либо без царского указа или подорожных брать у них подводы и корм [42].

В практиках взаимоотношений царских воевод и городских корпораций имели место и случаи, когда царские администраторы превышали свои полномочия. Тот же киевский воевода П. В. Шереметев требовал от мещан Остра избрать нового войта под предлогом того, старый был неблагонадежным человеком, так как перешел на польскую сторону в 1663-1664 гг. [43] Помимо этого воевода позволял себе выносить судебные решения в отношении неподсудных ему мещан. Такой случай имел место в 1666 г., когда киевский воевода более 3 месяцев продержал под арестом в «приказной избе» нежинских бурмистра Я. Ж. Бутенко и райцу Г. Т. Подкупного. Поводом для этого послужила челобитная нежинского мещанина П. Сасимого, искавшего справедливости у воеводы по поводу якобы неправосудного решения городского суда. В течение 1667 и 1669 гг. Я. Ж. Бутенко и Г. Т. Подкупной трижды ездили в Москву с апелляцией на решение воеводы. Они доказывали, что из-за протеста против воеводского приговора были посажены «на чепь» и потратили 220 руб. на взятки. В итоге царское правительство приняло соломоново решение: в январе 1669 г. был отозван П. В. Шереметев (прибыл в Москву 14 июня), а 30 июля присудило выплатить нежинским бурмистру и райцу по 75 руб. «из полоняничных денег» [44].

Злоупотребляли властью и воеводы других украинских городов. Вопреки воеводским инструкциям полтавский воевода Я. Т. Хитрово или его порученцы могли присутствовать на решении дел в ратуше (например, о воровстве), а он сам - давать указания о начале следствия и суда. Также воевода играл важную роль в делах о купле-продаже, выступая своеобразным гарантом сделки, получая в случае неустойки оговоренную сумму штрафа. В качестве гаранта только уже судебных решений мог выступать стародубский воевода кн. И. Г. Волконский. Например, согласно одному из решений «уряда меского стародубовского» (апрель 1666 г.), любое лицо, которое назовет мещанина Л. Ивановича «злодеем», должно было уплатить 10 коп. «его милости пану воеводе» и по столько же местному полковнику, войту и на городской уряд [45].

Неизвестно, какое развитие получили отмеченные неписаные практики, если бы не рост волнений, вызванных проведением налоговой реформы. Среди тех, кто сопротивлялся ее осуществлению были и недавние союзники из числа городских корпораций, самоуправлявшихся по Магдебургскому праву.

Сборы, проведенные в течение 1667-1668 гг., выявили проблему недоимок, а также стремление городских корпораций к получению еще большего количества налоговых привилегий или налогового иммунитета на неопределенный срок [46].

Например, в Нежине мещане были недовольны привилегированным положением казачества, обладавшим правом беспошлинной торговли. Из-за этого местный воевода, «видя в людях великую шатость», прекратил сбор налогов до вышестоящих указаний. Схожим требованием было продик-70

товано недовольство мещан Киева. Реакцией воеводы П. В. Шереметева стала полная отмена каких-либо сборов. При этом киевский воевода опасался того, что примеру Киева и Нежина последуют другие малороссийские города. Так или иначе, в начале 1667 г. Киеву, Нежину и Переяславлю было дано освобождение от всех налогов, кроме откупов («аренд»). Пожалование налоговых льгот Киеву, Нежину и Переяславлю произвело эффект разорвавшейся бомбы. По сообщениям киевского воеводы, в Киев потянулись делегации других городов, требуя «с торговых их промыслов никаких пошлин» не брать, а также временной отсрочки от выплаты налогов из-за своей финансовой несостоятельности. На этом фоне малороссийские мещане стали саботировать проведение налоговой реформы, массово записываясь в казаки (Переяславль, Глухов, Сосницы и др.) [47].

Отмеченную ситуацию усугубляли тяготы военного времени, а именно постойная и подводная повинности со стороны казаков и царских ратных людей. Это вызывало недовольство местного населения: казацкой старшины и городских корпораций [48]. В результате действия суммы этих факторов в городах «Малой России» начинают происходить выступления против царской власти, чем воспользовался И. М. Брюховецкий и его окружение, подняв восстание. Из-за «казацкой измены» к январю 1668 г. значительные суммы перестали поступать в казну, а некоторые сборщики были убиты мятежниками [49]. В феврале 1668 г. казаки и мещане осадили замок с царским гарнизоном в Нежине. То же самое произошло и в Переяславле, Чернигове и Остре. Благодаря умелым действиям царских гарнизонов и приходу царских войск во главе с Г. Г. Ромо-дановским порядок был восстановлен [50]. Однако для его поддержания пришлось многим пожертвовать.

В переговорах с новым казацким гетманом Д. И. Многогрешным (1668/1669-1672 гг.) царское правительство отказалось от продолжения налоговой реформы и согласилось на ограниченное военно-административное присутствие в замках Киева, Нежина, Переяславля, Чернигова и Канева (до 1674 г.) [51]. Единственными денежными поступлениями из «Малой России», за сбор которых отвечали воеводы, остались: казенные кабаки в 4 крепостях, «мост» и «перевоз» через Днепр, сбор с киевской ратуши «вместо подвод и кормов» (всего ок. 3406 руб. в год) [52]. Доходы оставались в регионе и тратились, как правило, на нужды гарнизонов. Такой статус-кво сохранялся вплоть до 1722 г., когда была создана Малороссийская коллегия [53]. Пережив период конфронтации, мещане городов с «магдебургиями», недавно осаждавшие царские гарнизоны, как ни в чем не бывало снова потянулись в Москву за новым привилегиями. Весной 1669 г. нежинцы подали список «статей» царю [54]. В них нежинцы описывали свое «тяжкоупадное житие», на основании чего просили освободить город и принадлежащие ему «волости» от повинностей в пользу московских войск на пятнадцать и пять лет соответственно. К этому требованию депутация добавляла просьбы о подтверждении польских привилеев, по которым ряд деревень платил бы в пользу ратуши налоги, о беспошлинной торговле в «Черкасских городех во веки». Также мещане просили защиты города, пригородов и деревень силами царской власти от «от стоянья всякому козаку», а для «строения города великаго» следовало привлекать ратных людей воеводы И. И. Ржевского, «которые в верхнем городе застают». Практически все пункты челобития были одобрены. Ради поддержания устойчивого контроля в регионе царское правительство было готово забыть недавние измены мещан и оберегать городские права и вольности.

История взаимоотношений с городскими корпорациями, самоуправлявшимися по Магде-бургскому праву, начинается с вхождения «Малой России» в состав Российского государства в 1654 г. Она продемонстрировала зависимое положение городских корпораций от политических конъюнктур (гетманство Б. М. Хмельницкого, гражданская война после его смерти). С одной стороны, политическая активность городских корпораций способствовала укреплению царской власти, проведению налоговой реформы и, соответственно, разрушению казацкого проекта государственности. С другой стороны, в результате их действий, направленных на получение как можно большего количества налоговых привилегий, происходило саботирование налоговой реформы (укрывательство, отказ платить налоги, запись в казаки). В результате происходило общее нарастание напряженности в регионе, которым воспользовался гетман И. М. Брюховецкий. Политические последствия его выступления привели к сужению военно-административного присутствия в регионе (после 1668 г.) и отказу от проведения налоговой реформы (вплоть до 1722 г.). В изменившейся политической реальности 1665-1667 гг. городские корпорации стремились установить устойчивые связи с царскими администраторами. Важным элементом этого диалога становились подношения воеводам, что практиковалось населением и остальной части Российского государства. С их помощью мещане стремились решить разный спектр вопросов: защита имущественных и финансовых интересов, обжалование или получение дополнительной гарантии для выполнения решений городского суда, осуществления актов купли-продажи. Однако такие подношения «в почесть» и превышения полномочий правительством рассматривались как противо-

71

законные действия. Несмотря на выступления против царской власти, после 1668 г. мещане главных городов «Малой России» (Киев, Нежин) были заинтересованы в сохранении царских гарнизонов как гарантии независимого положения от казацкой власти. В свою очередь царское правительство в таких непостоянных союзниках продолжало видеть социальную опору для поддержания устойчивого контроля в регионе.

Примечания

1. Карпов Г. Ф. Переговоры об условиях соединения Малороссии с Великой Россией (начало) // Журнал министерства Народного Просвещения. 1871. № 11. С. 13-14; Карпов Г. Ф. Малороссийские города в эпоху соединения Малороссии с Великой Россией // Летопись занятий археографической комиссии. Вып. VI. СПб., 1877. С. 4.

2. Карпов Г. Ф. Переговоры об условиях соединения Малороссии с Великой Россией (начало)... С. 28-29.

3. Акты, относящиеся к истории Южной и Западной России (Акты ЮЗР). Т. X. СПб., 1878. Стб. 453-468.

4. Воссоединение Украины с Россией (ВУР). Т. III. М., 1953. С. 553.

5. Карпов Г. Ф. Переговоры об условиях соединения Малороссии с Великой Россией (начало)... С. 34.

6. Там же. С. 37-38.

7. ВУР. Т. III. М., 1953. С. 561; Карпов Г. Ф. Переговоры об условиях соединения Малороссии с Великой Россией (окончание) // Журнал Министерства Народного Просвещения. 1871. № 12. С. 232-233.

8. Карпов Г. Ф. Переговоры об условиях соединения Малороссии с Великой Россией (окончание)... С. 246; Карпов Г. Ф. Малороссийские города в эпоху соединения Малороссии с Великой Россией... С. 18-19.

9. Акты ЮЗР. Т. X. СПб., 1878. Стб. 515-518, 535-538.

10. Акты ЮЗР. Т. X. СПб., 1878. Стб. 605-610, 615-623, 625-626; ВУР. Т. III. М., 1953. С. 573-574.

11. Карпов Г. Ф. Малороссийские города в эпоху соединения Малороссии с Великой Россией. С. 19). Акты ЮЗР. Т. XIV. СПб., 1889. Стб. 782.

12. ВУР. Т. III. М., 1953. С. 533-534; Акты ЮЗР. Т. XV. СПб., 1892. Стб. 117-134.

13. Акты ЮЗР. Т. X. СПб., 1878. Стб. 388, 391, 405-407; Акты ЮЗР. Т. III. СПб., 1861 С. 579-580; Шевченко Ф. П. кторичш студи: збiрка вибраних праць i матерiалiв (До 100^ччя вщ дня народження). Ки'в, 2014. С. 137. Примеч. № 404.

14. Российская историческая библиотека. Т. VIII. СПб., 1884. Стб. 1239-1240.

15. Шевченко Ф. П. кторичш студи... С. 145-146.

16. Источники Малороссийской истории. Ч. I. М., 1858. С. 102. С. 110.

17. Бабулин И. Б. Борьба за Украину и битва под Конотопом (1658-1659 гг.). М., 2015. С. 292-294, 348-349.

18. Шевченко Ф. П. кторичш студи... С. 203-204; Городския поселения Российской империи. Т. 5. Ч. II. СПб., 1865. С. 330.

19. Акты ЮЗР. Т. V. С. 62-63; Шевченко Ф. П. кторичш студи... С. 206.

20. Шевченко Ф. П. кторичш студи... С. 208-210, 212.

21. Ушверсали укра'нських гетмашв вщ !вана Виговського до !вана Самойловича (1657-1687). Кш'в; Львiв, 2004. С. 156-157, 300-301, 321, 495-497, 534-535.

22. Базилевич К. В. Днежная реформа Алексея Михайловича и восстание в Москве в 1662 г. М.; Л., 1936. С. 9-63; Акты ЮЗР. Т. VII. СПб., 1872. С. 339.

23. Источники малороссийской истории. Ч. I. М., 1858. С. 133, 143-144.

24. Флоря Б. Н. Внешнеполитическая программа А. Л. Ордина-Нащокина и попытки ее осуществления. М., 2013. С. 82, 150, 160.

25. Романовский В. А. Перепись населения Левобережной Украины 1666 года: ее организация и критическая оценка. Ставрополь, 1967. С. 26-29.

26. Акты ЮЗР. Т. VI. СПб., 1869. С. 19. Источники малороссийской истории. Ч. I. М., 1858. С. 143-144, 148-149, 154-159.

27. Акты ЮЗР. Т. VI. СПб., 1869. С. 55-59.

28. Полное собрание законов Российской империи, повелением государя императора Николая Павловича составленное. Собрание первое (ПСЗ-1). Т. 1. № 378. С. 622; Акты ЮЗР. Т. VI. СПб., 1869. С. 59-60.

29. Романовский В. А. Перепись населения Левобережной Украины... С. 43

30. Доманова Г. С. Чершпвський мапстрат: статус, структура та основш напрями дiяльностi (друга половина XVII - XVIII ст.): дис... канд. ют. наук. Чершпв, 2006. С. 149.

31. Материалы для истории экономическаго, юридическаго и общественного быта Старой Малороссии. Вып. II. Чернигов, 1902. С. 191-201; Романовский В. А. Перепись населения Левобережной Украины. С. 44-45.

32. Шевченко Ф. П. кторичш студи... С. 250-251.

33. Акты ЮЗР. Т. VI. СПб., 1869. С. 148

34. Шевченко Ф. П. кторичш студи... С. 254-256, 261.

35. Переписш книги 1666 року. Ки'в, 1933. С. 331, 338, 341; Шевченко Ф. П. кторичш студи... С. 258.

36. Оглоблин Н. Розыск 1666 г. о злоупотреблениях московских ратных людей в Малороссии. Киев, 1895. С. 18, 20, 26, 30.

37. Акты ЮЗР. Т. VI. СПб., 1869. С. 214-229; Шевченко Ф. П. кторичш студи... С. 283-288.

38. Шевченко Ф. П. 1сторичш студи... С. 267-274, 291.

39. Оглоблин Н. Розыск 1666 г. ... С. 4-35.

40. Акты ЮЗР. Т. VI. СПб., 1869. С. 99-100.

41. Эйнгорн В. Киевский воевода П.В. Шереметев и нежинский магистрат (1666-1669) // Киевская старина. 1891. № 11. С. 256.

42. Модзалевский В. Л. Отрывки из Стародубской меской книги за 1664-1673 гг. // Труды Черниговской губернской ученой архивной комиссии (1909-1910). Вып. 8. Чернигов, 1911. С. 80.

43. Украшський архiв. Т. I. Кш'в, 1929. С. 323.

44. Труды Черниговскаго предварительного комитета по устройству ХГУ-го археологического съезда в г. Чернигове. Чернигов, 1908. С. 74-75.

45. Шевченко Ф. П. 1сторичш студи... С. 276-277.

46. Эйнгорн В. Киевский воевода П.В. Шереметев. С. 250, 253-258.

47. Модзалевский В. Л. Отрывки из Стародубской меской книги. С. 101.

48. Шевченко Ф. П. 1сторичш студи... С. 283-286, 288.

49. Шевченко Ф. П. 1сторичш студи... С. 280, 287-289.

50. Акты ЮЗР. Т. VI. СПб., 1869. С. 214-217; Акты ЮЗР. Т. VII. СПб., 1872. С. 51.

51. Алмазов А. С. Осада «верхнего земляного города» Нежина во время Украинского восстания 1668 г. // http://historians.in.ua/index.php/doslidzhennya/1883-aleksandr-almazov-osada-verkhnego-zemlyanogo-goroda-nezhina-vo-vremya-ukrainskogo-vosstaшya-1668-g

52. Источники малороссийской истории. Ч. I. М., 1858. С. 217

53. Российский государственный архив древних актов, Москва (РГАДА). Ф. 396. Оп. 3. Д. 19. Л. 10 об.,

45 об.

54. Лазарев Я. А. Российское правительство и украинская казацкая элита: особенности взаимоотношений в период функционирования Малороссийской коллегии (1722-1727) // Славяноведение. № 4. 2016. С. 41-51.

55. ПСЗ-1. Т. 1. № 447. С. 818-820.

Notes

1.The study is performed with financial support of RHSF within the project research «Ukrainian Cities in the political system "Little Russia" and Cossack statehood: the practice of integration and disintegration (second half of XVII-60-ies. XVIII century)», project № 15-31-01308/16.

2. Karpov G. F. Peregovory ob uslovijah soedinenija Malorossii s Velikoj Rossiej (nachalo) [Negotiations on Malorussia connection with the conditions of the Great Russian (the beginning)] / / Zhurnal ministerstva Narodnogo Prosveshhenija - Magazine of the Ministry of Public Education. 1871, № 11, pp. 13-14; Karpov G. F. Malorossijskie goroda v jepohu soedinenija Malorossii s Velikoj Rossiej [Little Russian city in the age of the connection Malorussia with Great Russia] // Letopis' zanjatij arheograficheskoj komissii - The chronicle classes archaeological commission. Vol. VI. St. Petersburg. 1877. P. 4.

3. Karpov G. F. Peregovory ob uslovijah soedinenija Malorossii s Velikoj Rossiej (nachalo)...[Negotiations on Malorussia connection with the conditions of the Great Russian (the beginning)] Pp. 28-29.

4. Akty, otnosjashhiesja k istoriiJuzhnoj i Zapadnoj Rossii (AktyJuZR) - Acts relating to the history of southern and Western Russia (the Acts of SWR). T. X. St. Petersburg, 1878. Col. 453-468.

5. Vossoedinenie Ukrainy s Rossiej (VUR) - The reunification of Ukraine with Russia (VUR). Vol. III. M. 1953. P. 553.

6. Karpov G. F. Peregovory ob uslovijah soedinenija Malorossii s Velikoj Rossiej (nachalo)... [Negotiations on Malorussia connection with the conditions of the Great Russian (the beginning)] P. 34.

7. Ibid. Pp. 37-38.

8. VUR. Vol. III. M. 1953. P. 561; Karpov G. F. Peregovory ob uslovijah soedinenija Malorossii s Velikoj Rossiej (okonchanie) [Negotiations on Malorussia connection with the conditions of the Great Russian (ending)] // Zhurnal Ministerstva Narodnogo Prosveshhenija - Magazine of the Ministry of Public Education. 1871, № 12, pp. 232-233.

9. Karpov G. F. Peregovory ob uslovijah soedinenija Malorossii s Velikoj Rossiej (okonchanie)... [Negotiations on Malorussia connection with the conditions of the Great Russian (the beginning)] P. 246; Karpov G. F. Malorossijskie goroda v jepohu soedinenija Malorossii s Velikoj Rossiej...[Little Russian city in the age of the connection Malorussia with Great Russia] Pp. 18-19.

10. Akty JuZR - Acts relating to the history of southern and Western Russia. Vol. X. St. Petersburg, 1878. Col. 515-518, 535-538.

11. Akty JuZR - Acts relating to the history of southern and Western Russia. Vol. X. St. Petersburg, 1878. Col. 605-610, 615-623, 625-626; VUR. Vol. III. M. 1953. Pp. 573-574.

12. Karpov G. F. Malorossijskie goroda v jepohu soedinenija Malorossii s Velikoj Rossiej.[Little Russian city in the age of the connection Malorussia with Great Russia] P. 19; Akty JuZR - Acts relating to the history of southern and Western Russia. Vol. XIV. St. Petersburg. 1889. Col. 782.

13. VUR. Vol. III. M. 1953. Pp. 533-534; Akty JuZR - Acts relating to the history of southern and Western Russia. Vol. XV. St. Petersburg. 1892. Col. 117-134.

14. Akty JuZR - Acts relating to the history of southern and Western Russia. Vol. X. St. Petersburg, 1878. Col. 388, 391, 405-407; Akty JuZR. Vol. III. St. Ptersburg, 1861 Pp. 579-580; Shevchenko F. P. Istorichni studii: zbirka

vibranih prac' i materialiv (Do 100-richchja vid dnja narodzhennja) [Historical studies: a collection of selected works and materials (the 100th anniversary of his birth)]. Kiiv. 2014. P. 137. № 404.

15. Rossijskaja istoricheskaja biblioteka [Russian Historical Library]. Vol. VIII. St. Petersburg. 1884. Col. 1239-1240.

16. Shevchenko F. P. Istorichni studii...[Historical studies: a collection of selected works and materials (the 100th anniversary of his birth)] Pp. 145-146.

17. Istochniki Malorossijskoj istorii [Sources of Little Russian history]. Ch. I. M. 1858. Pp. 102, 110.

18. Babulin I. B. Bor'ba za Ukrainu i bitva pod Konotopom (1658-1659gg.) [Fighting for Ukraine and the Battle of Konotop (1658-1659).]. M. 2015. Pp. 292-294, 348-349.

19. Shevchenko F. P. Istorichni studii...[Historical studies: a collection of selected works and materials (the 100th anniversary of his birth)] P. 203-204; Gorodskija poselenija Rossijskoj imperii [Urban settlements of the Russian Empire]. Vol. 5. Ch. II. St. Petersburg. 1865. P. 330.

20. Akty JuZR - Acts relating to the history of southern and Western Russia. Vol. V. Pp. 62-63; Shevchen-ko F. P. Istorichni studii... P. 206.

21. Shevchenko F. P. Istorichni studii...[Historical studies: a collection of selected works and materials (the 100th anniversary of his birth)] Pp. 208-210, 212.

22. Universali ukrains'kih getmaniv vid Ivana Vigovs'kogo do Ivana Samojlovicha (1657-1687) [Universals Ukrainian hetman from Ivan Vyhovsky to Ivan Samoilovych (1657-1687)]. Kiiv; L'viv. 2004. Pp. 156-157, 300-301, 321, 495-497, 534-535.

23. Bazilevich K. V. Denezhnaja reforma Alekseja Mihajlovicha i vosstanie v Moskve v 1662 g. [Monetary reform Alexei Mikhailovich and the uprising in Moscow in 1662]. M., L. 1936. Pp. 9-63; Akty JuZR. Vol. VII. St. Petersburg. 1872. P. 339.

24. Istochniki malorossijskoj istorii. Ch. I. M. 1858. Pp. 133, 143-144.

25. Florja B. N. Vneshnepoliticheskaja programma A.L. Ordina-Nashhokina i popytki ee osushhestvlenija [The foreign policy program of A. L. Ordin-Naschokin and attempts to implement it]. M. 2013. Pp. 82, 150, 160.

26. Romanovskij V. A. Perepis' naselenija Levoberezhnoj Ukrainy 1666 goda: ee organizacija i kriticheskaja ocenka [The population census of Left-Bank Ukraine in 1666: its organization and critical evaluation]. Stavropol', 1967. Pp. 26-29.

27. Akty JuZR - Acts relating to the history of southern and Western Russia. Vol. VI. St. Petersburg. 1869. P. 19. Istochniki malorossijskoj istorii. Ch. I. M., 1858. Pp. 143-144, 148-149, 154-159.

28. Akty JuZR - Acts relating to the history of southern and Western Russia. Vol. VI. St. Petersburg. 1869. Pp. 55-59.

29. Complete Collection of Laws of the Russian Empire, the command of Emperor Nicholas drawn up. The meeting first (FCL-1). Vol. 1. № 378. P. 622; Akty JuZR. Vol. VI. St. Petersburg. 1869. Pp. 59-60.

30. Romanovskij V. A. Perepis' naselenija Levoberezhnoj Ukrainy. P. 43

31. Domanova G. S. Chernigivs'kij magistrat: status, struktura ta osnovni naprjami dijal'nosti (druga polovina

XVII - XVIII st.): dis... kand. ist. nauk [Chernihiv's magistrat: the status, structure and key actions (second half XVII -

XVIII century): dis.... Cand. Historcal sciences]. Chernigiv. 2006. P. 149.

32. Materialy dlja istorii jekonomicheskago, juridicheskago i obshhestvennogo byta Staroj Malorossii [Materials for the history of economic, legal and social life of Old Malorussia]. Vol. II. Chernigov. 1902. Pp. 191-201; Romanovskij V. A. Perepis' naselenija Levoberezhnoj Ukrainy. Pp. 44-45.

33. Shevchenko F. P. Istorichni studii... [Historical studies: a collection of selected works and materials (the 100th anniversary of his birth)] P. 250-251.

34. Akty JuZR - Acts relating to the history of southern and Western Russia. Vol. VI. St. Petersburg. 1869.

P. 148.

35. Shevchenko F. P. Istorichni studii...[Historical studies: a collection of selected works and materials (the 100th anniversary of his birth)] Pp. 254-256, 261.

36. Perepisni knigi 1666 roku [The 1666 census books]. Kiiv. 1933. Pp. 331, 338, 341; Shevchenko F. P. Istorichni studii... P. 258.

37. Ogloblin N. Rozysk 1666 g. o zloupotreblenijah moskovskih ratnyh ljudej v Malorossii [The investigation of abuses in 1666 M. military men in the Ukraine]. Kiev. 1895. Pp. 18, 20, 26, 30.

38. Akty JuZR - Acts relating to the history of southern and Western Russia. Vol. VI. St. Petersburg. 1869. Pp. 214-229; Shevchenko F. P. Istorichni studii... Pp. 283-288.

39. Shevchenko F. P. Istorichni studii... [Historical studies: a collection of selected works and materials (the 100th anniversary of his birth)] Pp. 267-274, 291.

40. Ogloblin N. Rozysk 1666g. ... Pp. 4-35.

41. Akty JuZR - Acts relating to the history of southern and Western Russia. Vol. VI. St. Petersburg. 1869. Pp 99-100.

42. Jejngorn V. Kievskij voevoda P.V. Sheremetev i nezhinskij magistrat (1666-1669) [Kiev's voevoda P.V. Sheremetev and Nezhin city council (1666-1669)] / / Kievskaja starina - Kiev antiquity. 1891, № 11, p. 256.

43. Modzalevskij V. L. Otryvki iz Starodubskoj meskoj knigi za 1664-1673 gg. [Excerpts from the book Staro-dub city for 1664-1673 years] // Trudy Chernigovskoj gubernskoj uchenoj arhivnoj komissii (1909-1910) - Works of Chernigiv provincial scientific archival commission (1909-1910). Vol. 8. Chernigov. 1911. P. 80.

44. Ukrains'kij arhiv - Ukrainian archives. Vol. I. Kiiv. 1929. P. 323.

45. Trudy Chernigovskago predvaritel'nogo komiteta po ustrojstvu XlV-go arheologicheskogo s'ezda v Cher-nigove - Proceedings of the Chernigov preliminary committee on device XIV-th Archaeological Congress in Chernigov. Chernigov. 1908. Pp. 74-75.

46. Shevchenko F. P. Istorichni studii...[Historical studies: a collection of selected works and materials (the 100th anniversary of his birth)] Pp. 276-277.

47. Jejngorn V. Kievskij voevoda P.V. Sheremetev... Pp. 250, 253-258.

48. Modzalevskij V. L. Otryvki iz Starodubskoj meskoj knigi... [Excerpts from the book Starodub city for 1664-1673 years] P. 101.

49. Shevchenko F. P. Istorichni studii... [Historical studies: a collection of selected works and materials (the 100th anniversary of his birth)] Pp. 283-286, 288.

50. Shevchenko F. P. Istorichni studii.. [Historical studies: a collection of selected works and materials (the 100th anniversary of his birth)]. Pp. 280, 287-289.

51. AktyJuZR - Acts relating to the history of southern and Western Russia. Vol. VI. St. Petersburg, 1869. Pp. 214217; Akty JuZR - Acts relating to the history of southern and Western Russia. Vol. VII. St. Petersburg. 1872. P. 51.

52. Almazov A. S. Osada «verhnego zemljanogo goroda» Nezhina vo vremja Ukrainskogo vosstanija 1668 g. [Siege of "upper earthen city" Nezhin during the Ukrainian uprising in 1668] // http://historians.in.ua/index.php/ doslidzhennya/1883-aleksandr-almazov-osada-verkhnego-zemlyanogo-goroda-nezhina-vo-vremya-ukrainskogo-vosstaniya-1668-g

53. Istochniki malorossijskoj istorii. Ch. I. M. 1858. P. 217.

54. Russian State Archive of Ancient Acts, Moscow (RSAAA). F. 396. Inv. 3. File 19. Sh. 10 turn, 45 turn.

55. Lazarev I. A. Rossijskoe pravitel'stvo i ukrainskaja kazackaja jelita: osobennosti vzaimootnoshenij v period funkcionirovanija Malorossijskoj kollegii (1722-1727) [The Russian government and the Ukrainian Cossack elite: especially the relationship between the functioning of the Little Russian Collegium (1722-1727)] // Slavjanove-denie - Slavic studies. № 4, 2016, pp. 41-51.

FCL-1. Vol. 1. № 447. Pp. 818-820.