БРИКС - транснациональный геополитический институт современных международных отношений

ГУРИНОВИЧ Дмитрий Федорович — аспирант факультета национальной безопасности Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ

БРИКС - ТРАНСНАЦИОНАЛЬНЫЙ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ СОВРЕМЕННЫХ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ

Аннотация. Рассматриваемое в статье формирующееся транснациональное объединение государств БРИКС имеет геополитическое значение. Как геополитический институт оно представляет собой новый политический формат в развитии многомерности условий современной глобализации. Обосновывается, что механизм развития БРИКС зависит не только от экономической заинтересованности, но и от политических условий стабильности регионального взаимодействия входящих в него стран. Ключевые слова: БРИКС, экономическое объединение, политический институт, новая форма международных отношений.

В XXI в. перед человечеством встала проблема коренных изменений комплекса глобальных проблем, в т.ч. связанных с международными отношениями, содержание которых со всей очевидностью характеризует новый этап мирового развития.

Современный экономический мировой порядок традиционно характеризируется доминированием западных экономик во главе с США и европейскими государствами, которые обладают решающим весом в глобальных финансовых структурах — группе Мирового банка (МБ) и МВФ.

Однако в начале XXI в. в мире утвердился относительно молодой экономический блок пяти крупных быстро развивающихся экономик: Бразилии, России, Индии, Китая и Южно-Африканской республики (БРИКС), способный в ближайшее время внести существенные коррективы в архитектуру мировой экономики.

В своей статье «Россия и меняющийся мир» В. Путин подчеркивает: «Придаем и будем придавать приоритетное значение взаимодействию с партнерами по БРИКС. Эта уникальная структура, созданная в 2006 году, нагляднее всего символизирует переход от однополярности к более справедливому мироустройству. Она объединяет пять стран с населением почти в три миллиарда человек, обладающих наиболее крупными развивающимися экономиками, колоссальными трудовыми и природными ресурсами, огромными внутренними рынками.

С присоединением Южной Африки БРИКС приобрел в полном смысле глобальный формат, и уже сейчас на него приходится свыше 25% мирового ВВП. Мы еще только привыкаем работать в таком составе, притираемся друг к другу. В частности, предстоит наладить более тесную координацию по внешнеполитическому досье, плотнее работать на площадке ООН.

Но когда "пятерка" БРИКС развернется по-настоящему, ее влияние на международную экономику и политику будет весьма весомым» [Путин 2012].

БРИКС в настоящее время представляет собой своего рода неформальный финансово-экономический клуб, расширение политического компонента которого, вероятно, является вопросом весьма недалекого будущего. Модель БРИКС представляется, на первый взгляд, довольно искусственной, нарочитой и противоречивой, но, собственно, таков и современный мир — фрагментарный, контрадикторный и эклектичный.

Вклад БРИКС, уже сделанный, но в основном потенциальный — в форматировании многополярности. И это не воспроизведение баланса сил в классическом смысле, а скорее способ увеличения адаптивности к мировым реалиям; не навязывание своего взгляда на вещи, но в то же время — стремление к усилению влияния на мировые и региональные процессы. Здесь не заложен вектор контрадикции: речь почти исключительно идет об инструментарии «мягкой силы». Идея, которая

изначально была заложена в концепции БРИК, то есть анализ возможных конфигураций новых центров влияния в мире, развивается дальше. Так, все чаще говорят о группе «Следующие одиннадцать» (Next 11), в которую входят «перспективные рынки», о группе «Восточная семерка» (East 7) — расширенный первоначальный состав БРИК плюс Турция, Индонезия и Мексика [Громыко 2012].

Необходимо подчеркнуть, что БРИКС — это не просто механизм взаимодействия развитых государств, но уже и средство трансрегионального, межконтинентального сотрудничества, охватывающее три континента — Евразию, Латинскую Америку и Африку.

Россия и Китай, создав неформальную структуру Россия — Индия — Китай (РИК), а затем расширив ее до БРИК за счет Бразилии, еще позже — до БРИКС за счет Южной Африки, фактически продемонстрировали миру мини-модель многополюсного неамериканского мира.

БРИКС с течением времени становится своеобразным пространством дипломатической активности стран-участниц.

Бразилия и ЮАР начинают играть все более заметную роль в международных отношениях, особенно в контексте событий весны 2011 г. в Ливии. Россия, Китай, Индия, Бразилия выступили против войны в Ливии, Южная Африка также выступила в поддержку общего мнения, высказанного странами — участницами БРИК [Шарко 2011].

Вполне возможно предположить, что БРИКС представляет собой концептуально новый тип международного института, порожденный и развиваемый глобализацией. Во-первых, БРИКС — не оформленная официально группа, которая не является политическим или экономическим блоком в прямом смысле этого слова. Во-вторых, основанием для объединения стран в БРИКС стал не географический фактор, а сходство показателей экономического развития. В-третьих, происходит постепенная активизация деятельности этих стран на мировой арене, усиление их экономического и политического влияния.

Следует заметить, что политические эксперты, изучающие стратегии развития БРИКС, говорят о возможном дальнейшем присоединении к альянсу исламских государств, что свидетельствует о расширении не только территориальных и экономических, но и культурных границ БРИКС.

По прогнозам Pricewater-House Cooper — крупнейшей в мире международной сети компаний в области консалтинга и аудита — значимыми мировыми экономиками к 2050 г. станут: Китай, США, Индия, Бразилия и Япония. Данное консалтинговое агентство провело в начале 2013 г. расширенное исследование «Мир в 2050 году. БРИК и другие страны: перспективы, проблемы и возможности».

Полученные данные свидетельствуют, что страны с развивающейся экономикой в последующие четыре десятилетия совершат мощный скачок в своем развитии, очевидно перемещение центра тяжести мировой экономики, однако развивающиеся страны столкнутся со сложными проблемами. Китай, например, будут тревожить быстро растущее неравенство доходов и высокая социальная напряженность.

Бразилия и Индия столкнутся с высоким бюджетным дефицитом. Позиции России в будущем может сильно поколебать чрезмерная зависимость бюджета от доходов от продажи нефти и газа. К концу первой четверти XXI в. Россия может преодолеть планку в 80% современного уровня развития стран Западной Европы, а к середине века — превзойти нынешний уровень США. По общей величине ВВП Россия в 2025 г. сравняется с Италией, а к 2050 г. войдет в первую десятку стран вслед за Китаем, Индией, США, Японией, Бразилией и Германией [Шарко 2011].

На этом основании допустимо утверждать, что группа БРИКС становится одной из таких организаций, которая объединила государства с различными моделями экономического и политического развития для формирования благоприятной конкурентной среды.

Однако БРИКС является только намечающимся проектом в плане полноценной консолидации сил в политической и экономической плоскостях. В политическом дискурсе событие зарождения и становления БРИК не имело активной исследовательской реакции, практически никто не предполагал, что впоследствии страны

БРИК образуют экономический блок и торговое объединение с внутренней координацией экономических политик.

Но постепенно встречи стран БРИК преобразовывались в политический форум: они объединялись не только по критериям динамично развивающихся экономик, но и исходя из желания полноценно влиять на мировую экономическую политику и развивать полноценную конкуренцию в глобальном пространстве.

Вполне закономерно, что проявляемая Западом озабоченность возрастанием глобальной роли БРИКС связана во многом с «претензией на запрос» реальной способности группы позитивно влиять на стабильность, а не выступать источником региональных флуктуаций.

Риск «непредсказуемого развития» геополитических интересов Китая и Индии связывается с их долгосрочными программами военно-технологической модернизации.

Признавая, что опасения возникновения гонки вооружений в «духе времен холодной войны излишне преувеличены», Запад, однако, настроен настаивать на том, что суммарные военные расходы БРИКС нарушают геополитическую стабильность, являющуюся условием «устойчивого развития самих этих держав» [Ве!^ 2012].

Очевидно, что геостратегические подходы БРИКС анализируются западными экспертами в сдержанно-осторожных или субверсивных формулах. Преобладают рассуждения, согласно которым в глобальной проекции позиции, занимаемые странами БРИКС, являют собой полный набор «рычагов собственной мощи, от искушенной дипломатии до внушительного военного потенциала, постоянно наращиваемого динамикой экономического роста». Основная линия международного поведения «пятерки БРИКС» воспринимается как соблюдение «серой зоны» между конфронтацией и компромиссами с Вашингтоном и имеет целью избежать фронтальных столкновений в сферах влияния и национальных интересов.

В качестве вероятного последствия такого развития ожидается изменение соотношения сил в полицентрической игре в различных частях мира [Faujas 2012].

Таким образом, ключевым пунктом дискурса относительно «пятерки БРИКС» выступает предположение о роли БРИКС как системы, назначение которой имплицитно состоит в соблюдении собственных государственных интересов и, соответственно, интересов объединения, базирующихся на консенсусном взаимодействии с прочими акторами международных отношений, в первую очередь с ЕС и США.

При этом степень консенсуса или диссенсуса напрямую зависит от возможности реализовать собственные интересы, учитывая интенции и возможности контрагентов.

Западные прогностические выводы в отношении реального политического влияния «форума БРИКС» и растущих военных потенциалов каждого участника «пятерки» носят неоднозначный и многоаспектный характер.

Зарубежные аналитики настаивают на том, что их прогрессирующий финансово-экономический рост создал устойчивые предпосылки для новой глобальной роли БРИКС и соответствующих перспектив в области региональной и глобальной безопасности.

Наряду с признанием определяющего воздействия БРИКС на мировую экономику в натовских анализах присутствует установка на мистификацию оценки БРИКС как виртуальной политической структуры.

В условиях первой четверти ХХ1 столетия БРИКС — это специфический международно-политический механизм, осуществляющий свою деятельность в процессе переговоров неформального типа при отсутствии институционализации внутри.

В этом смысле значительную актуальность приобретает тезис о том, что сотрудничество в неформальных институтах, таких как группа БРИКС, является возможностью решения вопросов без координирующей и контролирующей функций наднациональных органов.

Допустимо предположить, что страны БРИКС могут рассматриваться как эффективный механизм политической координации и экономического сотрудничества без жестко формализованной структуры. Поскольку деятельность БРИКС все же организована и скоординирована определенным образом, то есть основания полагать, что объединение БРИКС все же институционализировано, но лишено контр-

продуктивной в данном случае «заорганизованности». Данный механизм обеспечивает гибкость и динамизм деятельности группы в деле выработки общих позиций по наиболее важным международным вопросам — без ущерба для собственной повестки дня каждой страны и принимая во внимание, что каждое государство по-разному представлено в различных международных организациях.

Объединение БРИКС стало одним из ключевых факторов современной системы международных отношений.

Более того, речь должна идти об объективных предпосылках возвышения его позиций в мировой иерархии, поскольку в этом формате сочленяются интересы и представления новых центров мировой экономики и мировой политики. Проект БРИКС — продукт переходной эпохи, предполагающей постепенный перевод мирового порядка на полицентричную основу.

По мере расширения группы БРИКС возрастают ее возможности и влияние на международные события, расширяется поле взаимодействия по вопросам глобальной и региональной политики.

Кроме того, усиливается потенциал БРИКС как существенного фактора в области структурирования современных международных отношений, продвижения к более рациональному политическому и экономическому миропорядку; в сфере поиска адекватных реакций на традиционные и стохастично возникающие вызовы, включая влияние кризиса и те негативные проявления, которыми, наряду с позитивными, сопровождается процесс глобализации.

Но следует подчеркнуть, что расширенный формат — это не только реальные возможности, но и потенциальные вызовы. Речь идет не только о том, что в сферу деятельности БРИКС могут быть интегрированы самые разнообразные проблемы современности, но и о возникающих обертонах в дискуссиях относительно общих признаков и особенностей стран, входящих в БРИКС, и, соответственно, о перспективах их дальнейшего развития.

Список литературы

Громыко Ал.А. 2012. Изменяющаяся геометрия полицентричности. — Сравнительная политика. Т. 3. № 2(8). С. 59-63.

Путин В.В. 2012. Россия и меняющийся мир. — Московские новости. 27.02. Доступ: http://www.mn.ru/politics/20120227/312306749.html

Шарко С.В. 2011. Геополитические аспекты БРИКС. — Китай в мировой и региональной политике. История и современность. № 16. С. 75-84.

Bellais R. 2012. Le rearmement des BRICS est le reflet de leur poids économique croissant. — Le Monde. 29.02. Accès: http://www.lemonde.fr/idees/article/2012/02/29/isad-le-rear-mement-des-brics-est-le-reflet-de-leur-poids-economique-croissant_1649414_3232. html#

Faujas A. 2012. La fausse unite des BRICS - Le Monde. 04.04. Accès: http://www. lemonde.fr/idees/article/2012/04/04/la-fausse-unite-des-brics_1680260_3232.html

GURINOVICH Dmitriy Fedorovich, postgraduate student of the Faculty of National Security, Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration

BRICS - TRANSNATIONAL GEOPOLITICAL INSTITUTE OF MODERN INTERNATIONAL RELATIONS

Abstract. The transnational merger of the states of BRICS, considered in the article has a geopolitical value. As a geopolitical institution it represents a new political format in development of multidimensionality of conditions of modern globalization. It is proved that the mechanism of the development of BRICS depends not only on economic interest, but also on political conditions of stability of regional interaction of the countries, entering it. Keywords: BRICS, economic association, political institute, new form of international relations