Механизмы обеспечения единства судебной практики в уголовном процессе

Право

Илья ДИКАРЕВ

МЕХАНИЗМЫ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ЕДИНСТВА СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

Статья представляет собой научное исследование актуального вопроса, связанного с обеспечением единства судебной практики в уголовном судопроизводстве. Автор проводит анализ изменений, внесенных в УПК РФ федеральным законом от 29 декабря 2010 г. № 433-Ф3.

The article represents the scientific research of the topical question concerned with the providing of judiciary practice unity in the criminal procedure. The author analyzed amendments made in the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation by Federal Law No. 433-FZ of December 29,2010.

Ключевые слова:

единство судебной практики, обжалование, кассация, надзор, надзорная инстанция; judiciary practice unity, appeal, cassation, supervision, court with supervisory authority.

Важнейшей обязанностью государства, определяющей смысл его существования и ценность для общества, является признание, соблюдение и защита им прав и свобод человека и гражданина. Однако реализация этой обязанности становится возможной только в условиях, когда на всей территории государства имеет место единообразное толкование и применение законов, когда достигнуто единство судебной практики. В этом смысле единство судебной практики выступает в качестве гарантии закрепленного в ч. 1 ст. 19 Конституции РФ принципа равенства всех перед законом и судом.

Без обеспечения реального единства судебной практики теряет свою эффективность и государственное управление. В конечном счете единообразное толкование и применение закона всеми государственными органами, должностными лицами и гражданами является необходимым условием поддержания режима законности.

Под единством судебной практики, по нашему мнению, следует понимать состояние правоприменительной практики, характеризующееся едиными подходами к толкованию и применению судами норм права. К достижению этого состояния должна стремиться судебная система во имя обеспечения законности и защиты конституционных прав и свобод личности.

Понятие единства судебной практики является общим для всех видов судопроизводства. Однако надо заметить, что в гражданском и арбитражном процессах предусмотрены специальные механизмы обеспечения единства судебной практики. Так, в порядке гражданского судопроизводства жалобы, представления прокурора на определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ и Военной коллегии Верховного Суда РФ, вынесенные ими в надзорном порядке, могут быть поданы в Президиум Верховного Суда РФ только при условии, что такие определения нарушают единство судебной практики (ч. 3 ст. 377 ГПК РФ). При этом Председатель Верховного Суда РФ и его заместитель наделяются полномочием в целях обеспечения единства судебной практики вносить в Президиум Верховного Суда РФ представления о пересмотре в порядке надзора судебных постановлений, нарушающих права, свободы или законные интересы неопределенного круга лиц, иные публичные интересы либо принятых с нарушением пра-

ДИКАРЕВ

Илья

Степанович — к.ю.н., доцент; доцент кафедры уголовного процесса и криминалистики ВолГУ

dikarew@mail.ru

вил подведомственности или подсудности (ч. 1 ст. 389 ГПК РФ).

В арбитражном процессе нарушение единообразия в толковании и применении арбитражными судами норм права также рассматривается в качестве одного из оснований изменения или отмены в порядке надзора судебных актов, вступивших в законную силу (ст. 304 АПК РФ). Такая регламентация вовсе не свидетельствует о том, что в гражданском или арбитражном процессе единство судебной практики приобретает значение какой-то особо охраняемой ценности. Законодатель упоминает о единстве судебной практики (единообразии в толковании и применении норм права) тогда, когда речь заходит о пересмотре судебных постановлений, вступивших в законную силу. Отмена или изменение таких судебных актов требует веских оснований, поскольку это всегда сопряжено с отступлением от принципа правовой определенности. Единство судебной практики в данном случае используется законодателем в качестве критерия, который позволяет ранжировать нарушения закона, служащие основаниями отмены или изменения судеб -ных решений, как более существенные и менее существенные в зависимости от их последствий.

Общее представление о том, в чем может выражаться нарушение единства судеб -ной практики, было дано Президиумом Верховного Суда РФ, который в постановлении от 23 марта 2005 г. № 25-ПВ04 указал, что нарушением единства судебной практики может считаться вынесение судебных решений, противоречащих: постановлениям Пленума Верховного Суда РФ, содержащим разъяснения по вопросам судебной практики; постановлениям Президиума Верховного Суда РФ, определениям Судебной коллегии по гражданским делам и Кассационной коллегии Верховного Суда РФ по конкретным делам, содержащим толкования норм материального и процессуального права; а также материалам официально опубликованных Верховным Судом РФ обзоров судебной практики и ответов на возникшие у судов вопросы в применении зако-нодательства1.

Думается, что судить о существенности

1 Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 23 марта 2005 г. № 25-ПВ04 // Бюллетень Верховного Суда РФ, 2005, № 9, с. 1.

допущенного нарушения, исходя лишь из того, было ли ранее Верховным Судом РФ дано разъяснение по поводу толкования и применения нарушенных норм, представляется не всегда продуктивным. Очевидно, что нарушение далеко не всякого разъяснения Пленума Верховного Суда РФ приводит к неправосудности вынесенного решения и может рассматриваться как достаточное основание для отмены вступившего в законную силу судебного акта. В связи с этим в юридической литературе высказываются суждения о необходимости формального закрепления тех разъяснений по вопросам судебной практики и толкований закона, отступление от которых должно расцениваться как нарушение судебной практики.

В частности, Л.А. Терехова отмечает, что допущенное нарушение норм материального или процессуального права, для того чтобы его устранение было необходимым для обеспечения единства судебной практики и законности, должно отвечать следующим критериям: при таком нарушении судебная защита не получена вообще либо защиту получил не тот, кто в ней нуждается. Единство судебной практики, по мнению автора, должно быть закреплено определенным актом, и суд надзорной инстанции обязан ссылаться на этот конкретный акт при вынесении своего постановления2.

Надо заметить, что всякое нарушение закона (материального или процессуального) посягает на единство судеб -ной практики. Однако далеко не всякое нарушение закона является достаточным основанием для пересмотра судебного акта, вступившего в законную силу. Как представляется, неправильное применение закона судом должно служить основанием для отмены или изменения вступившего в законную силу судебного решения не столько потому, что оно уже привело к нарушению единства судебной практики (это, как было сказано, происходит всякий раз, когда нарушается закон), сколько из-за того, что оставление данного судебного акта без изменения будет оказывать негативное влияние на единство судебной практики в будущем. Другими словами, отступление от принципа правовой

2 Терехова Л.А. Надзорное производство в гражданском процессе: проблемы развития и совершенствования. — М.: Волтерс Клувер, 2009, с. 125-126.

определенности должно быть «меньшим злом» по сравнению с оставлением в силе не соответствующего требованиям закона судебного акта.

Как отмечается в литературе, значение судебной практики определяется тем, что она приобретает общий и нормативный характер для широких кругов правоприменителей. В отличие от гражданского процессуального законодательства, в Уголовно-процессуальном кодексе РФ термин «единство судебной практики» даже не встречается. Закон не предусматривает ситуаций, когда правоприменительным органам приходилось бы оценивать, насколько те или иные судебные решения соответствуют сложившейся практике. Возможно, данное обстоятельство послужило одной из причин того, что в работах последних лет по уголовному процессу проблеме обеспечения единства судебной практики должного внимания не уделялось.

Надо сказать, что в советский период основная роль в обеспечении единства судебной практики в уголовном процессе отводилась судам надзорной инстанции. По УПК РСФСР пересмотр в порядке надзора вступивших в законную силу приговора, определения и постановления суда осуществлялся по инициативе должностных лиц суда и прокуратуры, которые были уполномочены, не дожидаясь обращения заинтересованных лиц, приносить надзорные протесты на незаконные и необоснованные, по их мнению, судебные решения. Тем самым обеспечивалось «точечное» реагирование на случаи отклонения судов от единых подходов в толковании и применении законов.

В настоящее время об обеспечении судами надзорной инстанции единства судебной практики вспоминают нечасто. Высказывается даже мнение о том, что решения судов надзорной инстанции лишь в известной степени стабилизируют судебную практику, но не обеспечивают ее единство: принятые судами надзорной инстанции решения, отражающие вопросы судебной практики, являются основанием для вынесения постановлений Пленума Верховного Суда РФ, в которых на основе закона эти вопросы разъясняются. Именно таким способом, полагают некоторые авторы, достигается единообразие судебной практики, а вовсе не путем пересмотра судебного решения в порядке

надзора, тем более что надзорная практика не так стабильна, как постановления Пленума Верховного Суда РФ1.

Согласиться с такой позицией нельзя. Общая нормативная основа судебной деятельности (уголовное и уголовно-процессуальное законодательство) может обеспечить единообразное применение закона только при условии, что судьи одинаково понимают смысл применяемых ими правовых норм. Эта задача и решается посредством дачи Пленумом Верховного Суда РФ разъяснений (в связи этим рассматриваемая деятельность Пленума, несомненно, представляет собой один из механизмов обеспечения единства судебной практики в уголовном процессе).

Вместе с тем такие разъяснения могут сыграть в процессе правоприменения стабилизирующую роль лишь в условиях функционирования комплекса контрольных механизмов, обеспечивающих отмену или изменение судебных решений, вынесенных вразрез с тем толкованием закона, которое дано высшей судебной инстанцией страны. Следовательно, разъяснения Пленума Верховного Суда РФ — лишь элемент в механизме обеспечения единства судебной практики. Другим элементом этого механизма, не уступающим по своей значимости первому, являются предусмотренные уголовно-процессуальным законом контрольные процедуры, одной из которых и является производство в суде надзорной инстанции. Систематическая деятельность вышестоящих судов, направленная на обеспечение законности, обоснованности и справедливости приговоров, определений и постановлений, имеет определяющее значение для формирования судебной практики в соответствии с требованиями закона и разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ. Говоря иначе, в условиях ныне действующего уголовно-процессуального законодательства именно суды надзорной инстанции проводят в жизнь даваемые в постановлениях Пленума разъяснения, гарантируют их исполнение нижестоящими судами.

Федеральным законом от 29 декабря 2010 г. № 433-ФЗ «О внесении измене-

1 Давыдов В.А. Пересмотр в порядке надзора судебных решений по уголовным делам: производство в надзорной инстанции : науч.-практ. пособие. — М. : Волтерс Клувер, 2006; Система ГАРАНТ.

ний в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» порядок производства в проверочных стадиях уголовного судопроизводства был существенно изменен. Ряд исследователей, обращая внимание на сходство (даже тождество) процедур кассационного и надзорного производства, ставят вопрос: с какой целью в системе судебного пересмотра оставлен надзорный порядок проверки судебных решений (осуществляемый Президиумом Верховного Суда РФ)1?

Как представляется, такая организация порядка пересмотра судебных решений, вступивших в законную силу, обеспечивает реализацию ст. 126 Конституции РФ, возлагающей на Верховный Суд РФ осуществление функции судебного надзора за деятельностью нижестоящих судов. При этом одной из задач судебного надзора является обеспечение единства судебной практики. Исключение Верховного Суда РФ из системы судебных органов, осуществляющих проверку судебных решений, привело бы к образованию в России множества изолированных судебных систем (и судебных практик) по числу субъектов Федерации. В каждом регионе суд областного уровня занял бы главенствующее положение в судебной иерархии, вырабатывая собственные подходы к толкованию и применению правовых норм. В новых условиях единство судебной практики на региональном уровне будет

1 Попов В. Кассационное и надзорное производство: общее и особенное в контексте законодательных новелл от 29 декабря 2010 г. // Уголовное право, 2011, № 2, с. 102.

обеспечиваться судом кассационной инстанции, а на федеральном — Президиумом Верховного Суда РФ.

Для обеспечения единства судебной практики большое значение имеет информирование судей и иных участников правоприменительной деятельности о складывающейся судебной практике, о наиболее верных подходах к толкованию и применению закона. Отчасти данная задача решается посредством дачи разъяснений высшими судебными органами по вопросам судебной практики и их опубликования в соответствующих печатных органах, в частности в Бюллетене Верховного Суда РФ. В федеральном законе «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» содержится требование о размещении в сети Интернет текстов судебных актов, сведений об их обжаловании и о результатах такого обжалования.

Таким образом, в сфере уголовного судопроизводства действует комплекс механизмов, обеспечивающих единство судебной практики, под которым следует понимать состояние правоприменительной практики, характеризующееся едиными подходами к толкованию и применению судами правовых норм. К числу таких механизмов относятся: система проверки судебных решений вышестоящими судебными инстанциями, дача Верховным Судом РФ разъяснений по вопросам судебной практики, а также информирование нижестоящих судов и иных лиц, участвующих в правоприменительной деятельности, о складывающейся судебной практике путем публикации решений высших судебных инстанций.