ЦЕННОСТНЫЕ ОРИЕНТАЦИИ ЖУРНАЛИСТОВ КНР В КОНТЕКСТЕ ИДЕЙ КОНФУЦИАНСТВА

Ценностные ориентации журналистов КНР в контексте идей конфуцианства

Ольга Смирнова Фан Ван

В статье представлены результаты первого этапа исследования, задачей которого стал анализ роли конфуцианских ценностей в профессионально-этических кодексах и практической деятельности журналистов в Китае. Выдвигается тезис о том, что роль иерархии общепризнанных ценностей и их объективной значимости в процессе деятельности журналиста является ключевой, и ценностная ориентация общества в таких условиях - важнейший фактор, формирующий и базовые профессиональные установки.

Ключевые слова: профессиональная этика журналиста, КНР, этические кодексы, журналистика и китайская культура, конфуцианство.

РО!: 10.30547/теС1аа1тапа11.2.2022.1625

© Смирнова Ольга Владимировна

кандидат филологических наук, доцент,

зав. кафедрой цифровой журналистики факультета

журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова

(г. Москва, Россия), smirnova.olga.msu@yandex.ru

© Ван Фан

аспирантка кафедры цифровой журналистики

факультета журналистики

МГУ имени М.В. Ломоносова

(г. Корла, КНР), liliya_wang@163.com

Теоретические подходы и методология исследования

Как отмечают эксперты, «проблематика профессиональной этики сегодня, в эпоху экзистенциальных разрывов, в период интенсивных поисков сущностных опор любой созидательной деятельности, в ситуации оживления информационных войн, актуален более чем когда-либо ранее», а журналист, как представитель социально ответственной профессии, «всегда находится в ситуации морального выбора, который он совершает самостоятельно в соответствии с собственными представлениями о профессиональном долге и чести» (Фролова, 2018: 163-164). Но при этом его профессиональные действия направляются и обществом, в том числе посредством норм и правил, выработанных в результате анализа соотношения общественных интересов и реальной журналистской практики и последующей кодификации этого опыта в этических кодексах. На формирование этих норм и правил ключевое влияние оказывают ценностные предпочтения и отношения в обществе, на которых в значительной степени базируется связь между журналистским сообществом и обществом в целом (Вартанова, 20^). Журналист осуществляет выбор ценностей, на которые «человек ориентируется как

на центр притяжения или отталкивания при организации взаимодействия с другими людьми» (Смирнова, Лазутина, Денисова, 2021: 33). Представление о значимости тех или иных духовных и материальных реалий, их субъективный выбор формируют ценностную ориентацию страны в целом, позволяя определить место, которое общество отводит той или иной ценности в их общей структуре. Опираясь на нормы, противоречащие преобладающим в социуме представлениям, журналист рискует не стать таким «центром притяжения», не найти должного отклика у аудитории, и в конечном счете результаты его деятельности могут оказаться неэффективными. Таким образом, можно говорить о ключевой роли иерархии общепризнанных ценностей и их объективной значимости в процессе деятельности журналиста. Ценностная ориентация общества в таких условиях становится важнейшим фактором, формирующим базовые профессиональные установки (Вартанова, 2018 б). Ученые также обращают внимание на важность понятия «ценностное ориентирование», трактуя его как возможность для расширения кругозора человека «с помощью внешней активности, направленной на обогащение возможностей личности для осознанного ценностного самоопределения» (Смирнова, Лазутина, Денисова, 2021: 33).

Настоящее исследование посвящено анализу особенностей кодексов профессиональной этики журналистов в Китае, присутствия в их содержании базовых установок, отсылающих к фундаментальным основам китайского общества и его культуре. Впервые в российском академическом дискурсе предпринята попытка описания профессиональных кодексов журналистов КНР и анализа их содержания в контексте идей конфуцианства. В качестве эмпирической базы исследования использованы основные документы, кодифицирующие деятельность журналистов

в КНР, которые были приняты Ассоциацией журналистов Китая в период с 1991 по 2019 г. Всего проанализировано пять документов: кодекс «Кредо репортера» (1991), «Кодекс профессиональной этики журналиста КНР» (1994), а также три его последующие редакции (1997, 2009 и 2019 гг.). Задачей контент-анализа выбранных документов стало выявление базовых установок и их сопоставление с ключевыми тезисами конфуцианства. При проведении исследования учитывалось то, что в КНР всегда большое внимание уделялось системе государственного контроля за деятельностью журналистики и СМИ. Однако основной задачей на данном этапе стало определение влияния фундаментальных общественных ценностей на саморегулирование китайской журналистики. Было выдвинуто предположение, что в содержании кодексов профессиональной этики значительное место занимают морально-этические принципы конфуцианства, доминирующие в ментальности китайского общества в целом.

Роль традиций в мире повседневности Китая

Исследователи считают, что влияние национальных культурных традиций на модернизацию китайского общества тесно связано с конфуцианством, составляющим фундамент традиционной культуры страны (Делюсин, 2003). Жизненный мир и культура Китая имеют выраженные национальные черты, что непосредственно связано с многовековым устойчивым уважением и соблюдением китайских культурных традиций во всех сферах жизни, прежде всего в образовании. Так, в древнекитайской системе воспитания и образования национальной элиты особое внимание уделялось формированию высоких моральных качеств и стремлению к постоянному духовно-нравственному совершенствованию. Такой подход опирался на постулаты

конфуцианства о «служивых людях», в которых главенствовали идеи служения и долга перед государством, приоритета долга перед личными потребностями. Можно утверждать, что в значительной степени такой подход остается приоритетным и в современном китайском обществе, он также оказывает значимое влияние и на формирование культуры различных профессиональных сообществ. Так, исследователи отмечают, что в формировании ценностей китайской деловой культуры («цзячжи ти-си», ^ШЩ отразилось «конфуцианство, даосизм, буддизм, а также весь сложный комплекс китайских синкретических религий» (Лунь, 2004: 13-27). Безусловно, комплекс китайских синкретических религий не мог не оказать влияния и на сущностные основы и ценностные ориентации китайской журналистики как важнейшей общественной сферы. При этом исследователи полагают, что именно традиции религиозного синкретизма, опирающиеся на конфуцианство, позволяют китайским ценностям более мягко взаимодействовать с западными (Терехова, Трофимова, Терехова, 2021).

Следует напомнить, что конфуцианство возникло на основе учения древнекитайского философа Конфуция (551 до н. э. - 479 до н. э.), чьи идеи и основанная на них педагогическая деятельность заложили морально-нравственные, социальные и политические каноны общества. Идеи совершенствования человека на основе целого комплекса норм, определяющих поведение в системе отношений правитель - подданный, отец - сын, муж - жена и т.п., были призваны объединить государство и народ и обеспечить стабильность в обществе (Фролова, 2017). Так, одной из важнейших представляется идея гуманности («жэнь»), которая связана с учением о трансформации обычного человека в «совершенного мужа» в результате внутренней работы. В процессе самоусовершенствования

особое значение имеет сила воли чело-

века: «Стойкость и твердость, простота и I немногословие приближают человека к | гуманности» (Лунь, 2004: 13-27). Основ-I ные постулаты конфуцианства апеллиру-I ют к приоритетной значимости общест-

венного долга и личной ответственности

каждого человека.

Конфуцианство как многоаспектное

I этико-политическое учение оказало и про-

I должает оказывать непосредственное влия-

ние на все уровни повседневности. Китай, ские исследователи считают, что именно I «конфуцианство создает баланс между

традиционными и инновационными си, лами», подчеркивая: социально-полити-

ческие нормы конфуцианства по-прежне-

му являются «стержнем, вокруг которого I формируется современная модель обще-I ственного и государственного устройст-

ва Китайской Народной Республики» (Гэн,

2011: 3). В связи с этим отмечается также, I что понимание современного состояния I и развития социально-политической сис-

темы страны необходимо рассматривать , не только в контексте глобальных геополитических процессов, но и через призму

ключевых идей этого древнекитайского

философского учения.

Обращается внимание на то, что ло-

I зунг «древность на службе современности»

(«гу вэй цзииь юн», Л^^Д) «демонстри-! рует преданность традициям, свойствен-I ную китайскому менталитету» (Гэн, 2011: 3). ! Также подчеркивается, что в стремлении : соблюдать баланс между традиционны-

ми и инновационными силами Китай не I стремится к копированию западных идей

модернизации общества, формируя само-I стоятельный путь, который в значительной I степени основывается на современном пе-

реосмыслении конфуцианских традиций. | В качестве примера можно привести акту-

альную политическую установку, переда-I ющую особенности китайского политиче-I ского уклада - «западные новшества на

китайской основе» («чжун ти си юн», МД) (Цзян, 2003: 20-23).

Важно при этом отметить, что на протяжении истории Китая отношение к конфуцианству не всегда было однозначным. В последней трети XX в. в связи с началом в стране эпохи «реформ и открытости» произошел всплеск интереса к конфуцианству, обозначенному в его современной ипостаси как «новое конфуцианство (Сущенко, 2015: 116). Считается, что в этот период впервые стали обсуждаться проблемы глобализации: «новое конфуцианство первым выдвинуло тезис о том, что модернизация не синонимична вестернизации, а культуры разных народов в равной степени обладают современными и универсальными ценностями» (Сущенко, 2015: 118). Таким образом, прозвучала идея, что именно традиции призваны обогащать новые модели модернизации в Китае и конфуцианство в XXI в. должно сыграть важнейшую роль в осмыслении места человека в условиях глобализации. Любопытно в связи с этим, что в условиях пандемии COVID-19 появилось также понятие «цифрового конфуцианства», суть которого заключалась в доверии властям, призывавшим применять цифровые технологии для контроля за распространением коронавируса.

Китайские исследователи в целом уделяют большое внимание осмыслению влияния конфуцианских традиций на общество (Ду, 1992; Фан, 2008; Ли, 1998; Ван, 1998; Вэй, 1990; Го, 2009; Линь, 1997; Лю, 2010; Мяо, 1998; Се, 2008; Цзи, 2006; Цзян, 2003; Чжан Т., 2009; Чжан Я., 1995; Чэнь, 2010; Юй, 1998; Ян С., 2002; Ян Ч., Сун, 2009 и др.). В контексте представляемого здесь исследования нам кажется важным также понимание того, какое место занимают конфуцианские ценности в профессионально-этических кодексах и в практической деятельности китайских журналистов. Следует отметить, что в этой сфере общественной жизни, несмотря на активное взаимодействие КНР

с другими странами, по-прежнему заметно влияние национальных культурных особенностей на функционирование и на содержание журналистики и СМИ. Китайская журналистика принимает во внимание международный опыт, в том числе тенденции, связанные с унификацией базовых общественных ценностей и их отражением в СМИ. В частности, учитывается западное понимание гуманитарных ценностей. Имеются в виду «не только ценности жизненного пространства, наиболее тесно и близко сопряженные с миром повседневности, но и такие общественные установления, которые отдают приоритет человеческому развитию, - в соответствии с ними складываются гуманистические социальные практики и технологии» (Фролова, 2017: 48). Однако учитывая западный контекст, журналистика в КНР не спешит полностью принять, к примеру, западное понимание свободы слова. В КНР профессиональная этика журналиста тесно связана с традиционными для национальной культуры установками на самодисциплину, внутреннюю цензуру и ориентацию на государственные интересы. В отличие от западных и росий-ских исследований по свободе слова (см., напр.: Маккуэйл, 1995; Сиберт, Шрамм, Пи-терсон, 1998; Шомова, 2016 и др.), где это право считается неотъемлемым и важным для функционирования СМИ, анализ научных работ показывает, что в китайском исследовательском дискурсе преобладает критическая оценка западных концепций, в частности концепции социальной ответственности прессы и теории журналистской элиты. В критических исследованиях можно увидеть и отношение к западному пониманию гуманистических подходов и гуманитарных ценностей, а также их отражение в СМИ (Кан, 2012; Лю М., 2008; Су, 2014; Чжоучон, 2010; Пан, 2017; Ху, 2018 и др.).

Безусловно, в современных условиях цифровизации китайского медиапро-странства происходят изменения, которые

19

также влияют на общественные ценности и на иерархию профессиональных ценностей журналистов. Появление социальных сетей, активное развитие пользовательского контента создают условия как для позитивных, так и для негативных тенденций, в том числе повышенной сенсационности и фейкизации контента. Эти явления требуют анализа, в дальнейшем мы также уделим им внимание.

Тем не менее современный Китай демонстрирует стремление справляться с наступательным воздействием внешних факторов, призванных оказать влияние на внутренние общественные процессы. Это связано в том числе с реформами в образовательной системе, ориентированной на минимизацию противоречий между личными и общественными интересами. При этом одним из важнейших условий для успешного развития Китая признается конфуцианская этика (Гэн, 2011).

Результаты исследования

В качестве эмпирической базы исследования, как уже указывалось выше, были использованы документы, которые в период с 1991 по 2019 г. были подготовлены и приняты Ассоциацией журналистов Китая: кодекс «Кредо репортера»

(1991), «Кодекс профессиональной этики журналиста КНР»

^Ш^Т) (1994), а также три его последующие редакции 1997, 2009 и 2019 гг.

Информационное бюро Центрального отдела пропаганды и Ассоциация журналистов Китая в 1986 г. разработали проект «Профессиональная этика китайских журналистов», который впоследствии получил название «Кодекс репортера» и был официально принят в январе 1991 г. на съезде ассоциации. В этом документе акцент сделан на том, что политическая этика важнее профессиональной. Кроме того, влияние экономических реформ нашло отражение

в том, что в Кодексе 1991 г. были, по мнению китайских экспертов, впервые заложены стандарты для профессиональной деятельности, обозначена необходимость соблюдения законов и правил, обеспечения достоверности новостей, соблюдения принципов объективности и справедливости и другие важные постулаты. При этом ключевые установки в документах касались идей общественного служения и духа единства китайской нации.

В ходе анализа текстов кодексов 1991 и 2019 гг. была поставлена задача по выявлению присутствия в них ключевых понятий конфуцианской философии, базовых конфуцианских ценностей, формирующих стержень профессиональной культуры журналиста в Китае. В их числе: «гуманность, благожелательность» («жэнь», «благожелательность» («хэ ци», «благожелательность ведет к процветанию» («хэ ци шэн цай», ^П^^М); «ритуал» («ли», Ш); «долг, справедливость» («и», Ш); «выгода» («ли», ЭД); «покорность, послушание» («шунь», ); «сыновняя почтительность, благочестие, уважение и почитание старших» («сяо ти», «верность, доверие, преданность, великодушие» («синь», {§).

Развернутые примеры ключевых понятий конфуцианства в некоторых статьях «Кредо репортера» (1991) и Кодекса профессиональной этики журналиста КНР (2019) отражены в таблице.

Сравнительный анализ кодексов 1991 и 2019 гг. показал, что в целом, несмотря на изменения в формулировках, базовые этические подходы сохранились. В каждой из статей действующего Кодекса профессиональной этики журналиста КНР содержатся установки, соответствующие ключевым конфуцианским тезисам. Среди них: ст. 1. Беззаветное служение народу

ст. 2. Стремление придерживаться правильной ориентации общественного мнения ст. 3. Сохранение достоверности новостей (ЩЯ

Таблица. Ключевые понятия конфуцианства в кодексах профессиональной этики журналистов КНР

Ключевые понятия конфуцианства Кредо репортера

Служение людям Не делай людям того, чего не желаешь себе

Важность соблюдения традиций Обуздать себя и вернуться к «ли»

Стремление к постижению истинного состояния вещей Если на рассвете познаешь Дао, то на закате солнца и умереть не жалко Учиться, не размышляя над изученным, значит ничего не усваивать; размышлять, не учась ничему новому, значит тратить силы впустую ЖШ^Я'Ш

21

Таблица

Важность усердия и добросовестности Настоящим знающим человеком считается тот, кто говорит только то, что он знает, и искренне признается, когда он чего-либо не знает

Прилежание и стремление кучебе Когда я вижу добродетельного и талантливого человека, я учусь у него, надеясь быть с ним наравне Из троих обязательно найдется один, у кого можно чему-либо поучиться.

Не стремиться извлекать личную выгоду Небо бескорыстно покрывает все сущее, земля бескорыстно несет все сущее, солнце и луна бескорыстно освещают все сущее. Следуй за этими тремя бескорыстными духами, чтобы усердно убеждать мир. Это называется тремя бескорыстиями.

Таблица

Стремление к процветанию

Мир принадлежит народу; мир один, как одна большая семья

Проводить политику по принципу «пусть расцветает сто цветов и соревнуются сотни школ мысли», уважать науку, уважать практику

ШШ , ПШЩ" я

т

Я ,1

тт . я-

Укреплять обмены и сотрудничество с национальными СМИ и международными (региональными) новостными организациями, улучшать

взаимопонимание и углублять дружбу, а также делать больше для продвижения создания сообщества единой судьбы для человечества

ШШШШЯЙХЙ

^ЙЭДЖ^Й); ст. 4. Развитие хорошего стиля ст. 5. Стремление к

улучшениям и инновациям ст. 6. Соблюдение законности и дисциплины ст. 7. Продвижение положительного имиджа Китая в мире Шж^М^Ш); ст. 8. Уважать суверенитет и национальные традиции каждой страны

Таким образом, результаты представленного в данной статье исследования

показали, что в содержании этических кодексов журналистов КНР идеи конфуцианства занимают важное, даже ключевое место. В целом подтвердилось предположение, что морально-этические принципы конфуцианства являются определяющими в деятельности китайских журналистов. Это предположение будет верифицироваться на следующих этапах исследования, предполагающих опросы журналистов и другие процедуры.

Исследование выполнено при поддержке Междисциплинарной научно-образовательной школы Московского университета «Сохранение мирового культурно-исторического наследия».

Библиография

Ван Цзюньжэнь. Гуманитарный дух конфуцианства и его традиционная сущность и современный смысл. Шанхай: Народное изд-во, 1998 (на китайском языке).

Вартанова Е.Л. (а) Медиа в контексте общественных трансформаций: к постановке проблемы. Меди@льманах. 2018. № 1 (84). С. 8-12.

Вартанова Е.Л. (б) Теория медиа как перекресток научных подходов и методов. Вопросы теории и практики журналистики. 2018. Т. 7. № 1. С. 165-176.

Вэй Чжэнтун. Конфуцианство и современный Китай. Пекин: Народное изд-во, 1990 (на китайском языке).

23

Го Циюн. Дух китайского конфуцианства. Шанхай: Изд-во Фуданьск. ун-та, 2009 (на китайском языке).

Гэн Хайтянь. Конфуцианство и его влияние на социально-политическую жизнь современного Китая: автореф. дис. ... канд. полит. наук. Владивосток, 2011.

Делюсин Л.П. Дэн Сяопин и реформация китайского социализма. М.: Муравей, 2003.

Ду Вэймин. Конфуцианская традиция в современной модернизации. Пекин: Народное изд-во, 1992 (на китайском языке).

Кан Сыцзя. Важность права на свободу мнения, руководство свободой прессы // Все о СМИ. 2012. № 12. С. 346-349 (на китайском языке).

Ли Цзэхоу. Лунь Юй в современном прочтении. Хэфэй: Народное изд-во, 1998 (на китайском языке).

Линь Госюн. Анализ неоконфуцианской экономической мысли в государстве. Гонконг: Народное изд-во, 1997 (на китайском языке).

ЛюДунчао. Честность в мировозрении конфуцианства // Научный журнал - исследование Конфуция. 2010. № 2. С. 26-30 (на китайском языке).

Лю Мин. Развитие западной либеральной теории прессы. Пекин: Экономика знаний, 2008 (на китайском языке).

Лунь юй (Аналекты Конфуция). Цзянси: Народное изд-во, 2016 (на китайском языке).

«Лунь юй». Суждения и беседы: Конфуцианское «Четверокнижие» («Сы шу»). М.: Восточная лит., 2004.

Ли цзи (Записки о правилах благопристойности). Цзянсу: Фен Хуан чубаньшэ, 2018 (на китайском языке).

Маккуэйл Д. Свобода печати // Вестн. Моск. ун-та. Сер.10: Журналистика. 1995. № 2. С. 54-59.

Мяо Жуньтянь. История китайского конфуцианства. Гуанчжоу: Гуандунское образование, 1998 (на китайском языке).

Мэнцзы (Записка о беседах и рассуждениях философа Мэнцзы). Цзянси: Народное изд-во, 2017 (на китайском языке).

Пан Ифань. Эпоха СМИ: новая экология медиа // Вестн. Ун-та журналистики. 2017. № 3. С. 54-59 (на китайском языке).

Се Сяодун. Современное неоконфуцианство и либерализм. Пекин: Восточное изд-во, 2008 (на китайском языке).

Сиберт Ф., Шрамм У., Питерсон Т. Четыре теории прессы. М.: Нац. ин-т прессы; Ваг-риус, 1998.

Смирнова О.В.,Лазутина Г.В.,Денисова И.Н. Международные конфликты в контексте ценностных отношений общества: особенности участия СМИ // Меди@льманах. 2021. № 3. С. 32-40. DOI: 10.30547/medialmanah.3.2021

Су Чжань. Разработка новой медиасреды, понятие свободы прессы // Новости мира. 2014. № 8. С. 395-396 (на китайском языке).

Сущенко М.А. «Новое конфуцианство» в общественно-политической жизни современного Китая // Вестн. КемГУКИ. 2015. № 32. С. 116-118.

Терехова Т.А., Трофимова Е.Л., Терехова Н.В. Психолого-культурологический анализ отношения к предпринимательству в России и Китае // Russian & Chinese Studies. 2021. Т. 5. № 4. С. 250-261. DOI: 10.17150/2587-7445.2021.5(4).250-261

Фан Кэли. Современное неоконфуцианство и модернизация Китая. Чанчунь: Народное изд-во, 2008 (на китайском языке).

ФроловаТ.И. Гуманитарные ценности как основание для принятия актуальных решений: теоретические истоки общественной повестки дня // Социально-гуманитарные знания. 2017. № 8. С. 42-54.

Фролова Т.И. Журналистская этика: особые ситуации и особые теории // Вестн. Волж. ун-та имени В.Н. Татищева. 2018. Т. 1. № 1. С. 162-172.

Ху Шу. Текущая реальность СМИ, выполняющих социальную ответственность // Юный репортер. 2018. Окт., 18 (на китайском языке).

Цзи Баочэн. Управление страной в древности Китая. Пекин: Изд-во Кит. нар. ун-та, 2006 (на китайском языке).

Цзян Цин. Политическое конфуцианство. Пекин: Сань лянь шу дянь, 2003 (на китайском языке).

Чжан Тао. Конфуций в США - полезно для всего человечества // Научный журнал -исследование Конфуция. 2009. № 4. С. 17-21 (на китайском языке).

Чжан Яньцяо. Политическое образование и традиционная культура // Научный журнал - политическое образование. 1995. № 3. С. 50-53 (на китайском языке).

Чжоучон Сон. О свободе прессы и журналистской ответственности. Хэбэй: Изд-во Хэбэйск. педагог. ун-та, 2010 (на китайском языке).

Чэнь Лай. Моральная политика - сущность конфуцианской политической философии // Научный журнал - Тяньцзинская гуманитарная наука. 2010. № 1. С. 27-31 (на китайском языке).

Шомова С.А. Новые медиа и «новая этика»: к вопросу о ценностных трансформациях журналистской профессии // Меди@льманах. 2016. № 4. С. 12-20.

Юй Инши. Современное конфуцианство. Шанхай: Народное изд-во, 1998 (на китайском языке).

Ян Сяньцзюй. Управленческая наука Конфуция. Пекин: Изд-во Кит. нар. ун-та, 2002 (на китайском языке).

Ян Чаомин, Сун Лилин. Гуманитарное чувство и открытое состояние души конфуцианства // Исследование Конфуция. 2009. № 5. С. 33 (на китайском языке).

Дата поступления в редакцию: 01.04.2022 Дата публикации: 21.04.2022