Маяковский в татарском звучании

Л.Т. ИДИАТУЛЛИНА

МАЯКОВСКИЙ В ТАТАРСКОМ ЗВУЧАНИИ

«Десятая муза» - так называют искусство перевода поэзии.

Одним из сложных вопросов теории и практики перевода является воссоздание звукописи подлинника, которая содержательна и эстетически значима. «Впечатление, производимое поэзией, обусловлено гармонией смыслового образа и звучащей строки» [8].

Задача переводчика поэзии в том, «чтобы созданная им копия оказывала на воспринимающего точно такое же действие, какое оказывает оригинал, написанный на чуждом языке» [4].

Однако вести разговор о звуковых совпадениях перевода и оригинала можно лишь условно, поскольку не может быть абсолютного совпадения между эстетическими функциями одних и тех же звуков в разных языках. Путь переводчика - не повторение звуков подлинника, а поиск соответствий. Как пишет Е. Поливанов: «Это принцип повтора фонетических представлений. При этом - в различных случаях - материалом повтора могут быть фонетические представления самого различного порядка и состава» [9]. Тем или иным звукам или их сочетаниям в одном языке, имеющим эстетические функции, могут быть найдены эквиваленты в других языках. Поэтому перевод, как правило, отличается от оригинала по физическим параметрам звуков и их сочетаниям, воспроизводящим звуковые представления оригинала. При переводе стихотворного текста переводчик, опираясь на свойства иного, чем оригинал, языка, создает новую звуковую организацию текста.

Звукопись обладает различными функциями в тексте, которые уже не раз подвергались исследованиям. В некоторых из этих функций звукопись, по мнению большинства из них, обязательна для воспроизведения при переводе; в других - представляет собой инвариантно-вариабельный компонент содержания и может быть изменена. К примеру, И. Алексеева пишет: «Фонетические особенности, отраженные с помощью графики, являются частью системы художественных средств, передают эстетическую информацию и входят в инвариант перевода» [1]. Обязательны с ее точки зрения передача звуковых повторов с учетом их места и функций, рифм и некоторых других звуковых особенностей текста. Однако звукоизобразительные повторы (стоящие ближе к понятию звукообраза) при переводе не обязательно могут быть переданы, здесь многое зависит от интерпретации текста переводчиком, который может пожертвовать звукописью «во имя других важных средств оформления поэтического текста» [1].

Ф. Мико утверждает, что при переводе «вовсе не обязательно подчинять единому звуковому образу все стихотворение, но в соответствии с принципом избирательности значения достаточно нескольких наиболее характерных сигналов» [8].

Я. Либерман считает главное для переводчика уяснить цель, которую ставит перед собой поэт, организуя определенным образом звучание стиха. «Цель эта, - пишет Либерман создание того или иного впечатления, возбуждение у читателя определенных эмоций. Слушая иноязычное произведение, читатель получает «эмоциональный заряд», обусловленный звучанием чужого языка». И, при переводе стихотворения, переводчик должен добиваться того, чтобы у читателя при чтении переводного текста возникло если не такое же, то близкое впечатление, способствовать созданию такого же эмоционального

настроя. «И вовсе не обязательно для этого воспроизводить частотность тех или иных букв». И «передача звучания оригинала в переводе сводится к оценке и передаче впечатления, производимого на иноязычного читателя. А это, по-видимому, вполне осуществимо» [3].

Звуковая организация поэзии Маяковского исследована в науке достаточно. Изучены ее истоки, индивидуальное своеобразие и эстетические функции [10, 11].

Свое отношение к звуковой организации стиха Маяковский выразил своей статье «Как делать стихи?»: «К технической обработке относится и звуковое качество поэтической вещи - сочетание слова со словом. Это «магия слов», это -«быть может, все в жизни лишь средство для ярко певучих стихов», это звуковая сторона кажется также многим самоцелью поэзии, это опять-таки низведение поэзии до технической работы. Переборщенность созвучий, аллитераций и т.п. через минуту чтения создает впечатление пресыщенности. Например, Бальмонт:

Я вольный ветер, я вечно вею,

Волную волны и т.д.

Дозировать аллитерацию надо до чрезвычайности осторожно и по возможности не выпирающими наружу повторами. Пример ясной аллитерации в моем есенинском стихе - строка:

Где он, бронзы звон или гранита грань...

Я прибегаю к аллитерации для обрамления, для еще большей подчеркнутости важного для меня слова. Можно прибегать к аллитерации для простой игры словами, для поэтической забавы, старые (для нас старые) поэты пользовались аллитерацией главным образом для мелодичности, для музыкальности слова, и поэтому применяли часто наиболее для меня ненавистную аллитерацию - звукоподражательную.» [7]

«Отношение Маяковского к звуковой стороне слова, - пишет Н. Харджиев,

- во многом определяются эстетикой футуристов. Установке символистов на музыкальную аллитерацию футуристы противопоставили свое понимание «фактуры слова» и начали широко применять аллитерацию шумовую (со звуками ж, ш, х, ц, ч)» [10].

По словам Харджиева «уже в раннем творчестве Маяковского система звуковых повторов строилась на принципах диаметрально противоположных аллитерационной системе Бальмонта - Северянина и приближалась к системе звуковых метафор, которую разрабатывал.Велемир Хлебников» [10].

М.П. Штокмар в книге «Рифма Маяковского» пишет о звуковых повторах внутри стихотворных строк поэта: «Они (звуковые повторы) выделяют слова, объединенные звуковыми соответствиями, служат своего рода звуковым курсивом для вложенного в них смысла, а иногда рождают новые, неожиданные ассоциации между значениями слов [11].

Штокмар, таким образом, выделил существенный элемент в звуковой поэтике Маяковского. Созвучия внутри строки часто оказываются у него звуковой подготовкой рифмы. Решающие элементы рифменного созвучия намечаются уже в словах, предшествующих рифме, вследствие чего звучание рифмы усиливается. О том, насколько был важен для Маяковского отмеченный поэтический прием и как он добивался его конкретной реализации, поэт говорил в своей известной статье «Как делать стихи?»

Переводчики поэзии В. Маяковского на татарский язык сталкивались практически со всеми переводческими проблемами, отмеченными выше. Именно перевод звукового своеобразия стихотворений русского поэта оказался, пожалуй, наиболее сложной и не часто решаемой задачей.

В научной литературе проведено подробное сопоставительное исследование фонетических систем русского и татарского языков. Выявлены их сходства и отличия.

В каждом из этих языков имеются звуки, которые отсутствуют в другом. Некоторые звуки имеются только в русском (ц, щ), а некоторые только в татарском языке (э, е, ^, 4, ^ Y). Важное отличие - количественное. В татарском языке 12 гласных фонем, в русском вдвое меньше - 6, система татарских согласных фонем насчитывается 28, а система русских фонем всего 22 единицы.

В системе гласных фонем в татарском языке четко выделяются гласные заднего ряда а, о, у, и гласные переднего ряда э, е, Y, что составляет специфику татарского языка, а система согласных, состоящая из парных мягких и твердых фонем, - специфику русского языка в области фонетики.

Фонетические системы татарских и русских языков также имеют значительные расхождения. Одним из основных различий является наличие в татарском языке фонем, отсутствующих в русском языке. Система гласных фонем в татарском языке более поляризирована, т.е. гласные фонемы переднего и заднего ряда резко противопоставлены друг другу. С этим явлением связан один из основных законов фонетики татарского языка - закон сингармонизма. Второе важное отличие систем гласных фонем - количественное. В татарском языке 12 гласных фонем, в русском вдвое меньше - 6. Третье различие качественное. За исключением заимствованных из русского языка фонем, все остальные не совпадают и качественно различаются между собой, несмотря на их кажущуюся близость. В системе согласных фонем также имеются принципиальные отличия. Во-первых, более широкий диапазон образования татарских согласных фонем по сравнению с русскими. Во-вторых, количественное различие, которое заключается в том, что система татарских согласных фонем насчитывает 28, а система русских фонем всего 22 единицы.

Одним из наиболее характерных особенностей тюркских языков вообще и татарского языка в частности является гармония гласных, или сингармонизм.

В татарском языке в одном слове могут сочетаться только звуки однородные, т.е. или исключительно гласные переднего ряда и мягкие согласные, или исключительно гласные заднего ряда и твердые согласные. Согласно закону сингармонизма в собственно татарских словах невозможны такие сочетания звуков, как в русских словах пила, пальма, где употребляются, как твердые и мягкие, так и гласные переднего и непереднего ряда [2].

Существующие различия в фонетических системах двух языков создают трудности для передачи звучания поэзии Маяковского на татарском языке.

Анализ переводов произведений поэта показывает, что звуковая организация оригинала далеко не всегда находит адекватное отражение в них, в частности не передаются звуковые повторы внутри стиха, звукоподражание и некоторое другие. Правда, встречаются и удачные в этом плане переводы.

А. Схак переводит стихотворение Маяковского «Хорошее отношение к лошадям» [5], воспроизводит звукопись оригинала средствами фонетики татарского языка.

Били копыта. Тояклар бэрэлэр.

Пели будто: щырлыйлар, эйтерсец:

- Гриб. - Кырып.

Грабь. Карап.

Гроб. Кырык.

Груб. - Карак.

И С. Баттал при переводе поэмы «Владимир Ильич Ленин» [4] находит звуковые соответствия

Город грабил, Шэhэр кассалар корсагын

греб, пултайтып

грабастал Иаман талавында,

глыбил кврэвендэ,

пуза касс кармалавында

Нередко татарские переводчики передают «шумовую» аллитерацию Маяковского повторяя в своих текстах звуки оригинала.

Мы распнем Кэгазь битендэ

карандаш на листе, корбан итербез

карандашны.

чтобы шелест страниц, Кэгазь битлэре кыштырдавы,

как шелест знамен, байрак кыштырдавыдай,

надо лбами еллар мангае встендэ

годов шелестел. кыштырдасын

При анализе переводов произведений Маяковского на татарский язык нами был выявлен целый спектр приемов, использованных переводчиками для воспроизведения звуковых особенностей оригинала.

1. Повтор звуков оригинала или части из них (А. Давыдов - «Сергею Есенину»).

2. Повторы, основанные на фонетических закономерностях татарского языка и представляющие собой лишь аналогии повторов в текстах Маяковского. Они основаны на том, чтобы вызвать в сознании татарского читателя примерно такие же «фонетические представления» (по терминологии Е. Поливанова), какие звуковые повторы Маяковского вызвали у русских читателей. Такого типа повтор имеется в большинстве татарских переводов Маяковского (С. Баттал - «Владимир Ильич Ленин», А. Файзи - «Казань» и др.).

3. Усиление повторов при переводе

4. Возникновение повтора там, где в оригинале их нет, а также перемещение повторов с мест, занимаемых ими в оригинале (А. Давыдов - «Облако в штанах»).

Однако нередки случаи, когда переводчик не обращается к звуковым эффектам оригинала.

В. Маяковский широко использовал богатые звуковые ресурсы русского языка. Он одновременно выступил новатором в области стихотворной техники, предложил новые пути активизации звука в стихе, повышения его эстетических функций. Переводы Маяковского на татарский язык, рассмотренные на основе звукового их сопоставления, позволяет расширить представления и взаимодействии татарской и русской литературы.

Литература

1. Алексеева И.С. Введение в переводоведение: учеб. пособие для студ. филол. и лингв. фак. высш. учеб. заведений / И.С. Алексеева. СПб.: Филологический факультет СПбГУ; М.: Издательский центр «Академия», 2004. 352 с.

2. Валиуллина З.М. Сопоставительная грамматика русского и татарского языков / З.М. Валиуллина. М.,1968. 126 с.

3. Либерман Я.Л. Как переводят стихи (заметки о переводе еврейской и не только еврейской поэзии) / Я.Л. Либерман. Екатеринбург: Изд-во Уральского гос. ун-та. 1995. 90 с.

4. Лозинский М. Искусство стихотворного перевода / М. Лозинский // Перевод - средство взаимного сближения народов. М.: Прогресс, 1987. С. 91-106

5. Маяковский В.В. Владимир Ильич Ленин (на тат. яз.) / В.В. Маяковский. Казань: Татгос-издат, 1947. 124 с.

6. Маяковский В.В. Избранные стихи и поэмы (на тат. яз.) / В.В. Маяковский. Казань: Таткни-гоиздат, 1968. 219 с.

7. Маяковский В.В. Как делать стихи // Сочинения: в 2 т. / В.В. Маяковский. М.: Художеств. лит., 1988. Т. 2. С. 664-703.

8. Мико Ф. Передача звучания при переводе лирической поэзии / Ф. Мико // Поэтика перевода. М.: Радуга, 1988. С. 124-136.

9. Поливанов Е.Д. Общий фонетический принцип всякой поэтической техники / Е.Д. Поливанов // Вопросы языкознания.1963. № 1. С. 99-112.

10. Харджиев Н.И. Статьи об авангарде: в 2 т. / Н.И. Харджиев. М.: РА, 1997. Т. 2. 320 с.

11. Штокмар М.П. Рифма Маяковского / М.П. Штокмар. М.: Советский писатель,1958.148 с.

ИДИАТУЛЛИНА ЛЕЙСАН ТАГИРОВНА родилась в 1982 г. Окончила Казанский государственный университет. Аспирантка кафедры сопоставительной филологии и межкультур-ной коммуникации Казанского университета. Область научных интересов - сопоставительное литературоведение и переводы. Автор 8 научных публикаций.