Аксиологический и семантический статус отыменных наречий в “Повести временных лет”

Том 155, кн. 5

УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ КАЗАНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

Гуманитарные науки

2013

УДК 811.161.1

АКСИОЛОГИЧЕСКИЙ И СЕМАНТИЧЕСКИЙ СТАТУС ОТЫМЕННЫХ НАРЕЧИЙ В «ПОВЕСТИ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ»

И.В. Ерофеева Аннотация

В статье рассматриваются функциональные и семантические особенности отыменных наречий в тексте древнерусского памятника - «Повести временных лет». Анализ проводится с учётом аксиологической составляющей, характеризующей употребление наречных форм. Исследуется словообразовательная структура отыменных наречий и определяется специфика их употребления в контекстах разной содержательной и идейной направленности. Установлено, что наречия содержат в своей смысловой структуре разные виды оценок, важные для сознания средневекового человека.

Ключевые слова: отыменные наречия, семантика, аксиология, словообразование.

Наречие как часть речи по происхождению связано с именем. Оно восходит к древнему синкретичному образованию, которое функционировало как нерас-членённое имя. Образование наречий тесно связано с формированием частереч-ной самостоятельности прилагательного, которое стало выразителем синтаксических отношений определения. «Оформление понятия о признаке с помощью особой грамматической категории признакового имени является основой для ещё большего обособления признака от субстанции, что проявляется сначала в активно устанавливающихся связях признакового имени определённой формы с глагольными и отглагольными формами на уровне текста, в синтагме, а затем и в категориальном переходе определительных имён в разряд примыкающих имён - наречий» [1, с. 257]. В результате обособления признака от субстанции стало возможным установление связей признакового имени с глагольными и отглагольными формами в тексте и как следствие - образование наречий на базе определительных имён. Постепенно именно позиция той или иной формы в контексте стала фактором, обусловливающим её отнесённость к прилагательным или наречиям.

Формирование наречия как самостоятельной грамматической категории слов связано с развитием абстрактного мышления и необходимостью выражения отвлечённых значений времени, места, образа действия, цели, причины, степени и меры.

Наречия используются для выражения семантической характеристики действия, отличаясь от определяемых изменяемых слов своей неизменяемостью. В качестве производящих основ для наречий выступают основы слов различных частей речи. По мере изменения грамматического строя языка происходит увеличе-

ние словообразовательной базы наречия, что усиливает его позиции в кругу слов другой частеречной принадлежности. По мнению многих исследователей, наречие отличается отсутствием форм словоизменения, а потому представляет интерес с точки зрения исторической только в плане словообразовательной структуры [2, с. 306].

В результате образования наречия как самостоятельной части речи, выражающей признак действия или признак признака, у него появляются такие морфологические, синтаксические и семантические свойства, которые отсутствуют у производящих слов. Так, базой для образования ряда наречий послужили несогласованные определения: «Примкнув в синтаксическом и семантическом отношении к глаголу, они утратили способность изменяться по падежам и приобрели значение признака, приписываемого объекту или субъекту только при посредстве другого признака - действия или состояния, что в целом означает переход таких прилагательных в наречия» [3, с. 235].

Таким образом, к началу формирования письменности основные словообразовательные и семантические группы наречий представляют собой сформировавшиеся типы слов, нашедшие отражение в начальных русских летописях в различных видах.

Наиболее многочисленную группу в летописных текстах составляют наречия на -о/-^. Большинство из них являются качественными наречиями, образованными от соответствующих имён прилагательных. Семантика подобных образований достаточно однородна: они в основном выступают как наречия образа и способа действия. Наиболее древнюю группу наречий представляют формы, образованные от качественных прилагательных, позже появились наречия от относительных прилагательных. Наречия, мотивированные качественными прилагательными, используются для характеристики/оценки действия или признака. При этом они сохраняют в своей семантике основные компоненты значения производящего адъектива. Выражая признак действия, а не предмета, многие наречия с качественным значением включают и количественный компонент, предполагающий указание на интенсивность действия.

Поскольку наречия характеризуют действие или признак, в них содержится указание на степень значимости для человека соответствующего действия или признака. Для характеристики ряда наречий, мотивированных прежде всего качественными прилагательными, важным параметром оказывается содержащаяся в их семантике дополнительная оценочность. В значении целой группы наречий, обнаруженных в летописном тексте, можно выявить этическую оценку, относящуюся к группе сублимированных, или абсолютных, оценок, которые включают категории эстетических и этических оценок [4, с. 14]. Использование наречий данной группы отражает нравственные ориентиры древнего человека, позволяет реконструировать его духовную организацию.

Рассмотрим функционирование наречных образований в самом значительном памятнике русского летописания - «Повести временных лет» (I). Одним из частотных наречий, содержащих этическую оценку, в летописном тексте является форма достойно. Во фрагменте «Сказания об обретении грамоты словенской» оконьчавъ же достойно хвалу и славу Богу въздасть (898 г.) данное наречие определяет не просто глагол-сказуемое, а устойчивое словосочетание

въздати хвалу и славу Богу в целом. То же самое наречие при глаголе речевого воздействия хвалити употребляется и в «Сказании об убиении Бориса и Глеба»: Мы должны есмы хвалити достойно страстотьрпьца Христова. молящееся прилежно к нима (1015 г.). При этом в наречии реализуются такие семантические компоненты производящего прилагательного, как 'соответствующий кому-либо, чему-либо по своим достоинствам, качествам'1.

В летописях отмечается не только адвербиальная форма данного слова, но и предикативная, послужившая в дальнейшем базой для образования категории состояния. В договоре 945 г. (Аще ли ключится оукрасти Русину отъ Грекъ что или Грьчину отъ Руси, достойно есть да възворотити е не точью едино, но и ц^ну его) реализуется значение 'следует, подобает', вследствие чего утрачивается аксиологический компонент, свойственный наречной форме. Подобная же функция отмечается в приведённом образовании и в случае употребления его в качестве однородного члена с формой праведьно, также содержащей этическую оценку: Яко на хрестьяньст^род^ страхъ и колебанье и б^да оу-пространися, праведно и достойно есть тако да накажаемься (1092 г.).

В одном смысловом ряду в древнерусских текстах могут отмечаться наречия, эксплицирующие эстетические и этические оценки. «Первые связаны с удовлетворением чувства прекрасного, вторые - с удовлетворением нравственного чувства, "органом" которого является совесть» [4, с. 14]. В качестве примера можно привести образования добро и красно, которые используются в «Сказании о Борисе и Глебе» для описания фактов религиозного характера: Се коль добро и коль красно еже жити братома вкуп& оканьнии же възвратишася въспять (1015 г.). Наречие добро омонимично соответствующему существительному и употребляется наряду с ним. Наречие красно соотносится с прилагательным красныи в значении 'красивый, прекрасный'. Данные образования представляют пример древнего синкретизма грамматических форм. Они выступают как переходные формы, развивающиеся в направлении от выражения наречного значения к предикативному. Наречие красно, реализующее эстетическую оценку, отмечается в «Сказании о Борисе и Глебе» дважды: Каплями кровными святыми очервивша багряни-цю славная. ту же красно носяща съ Христомь царствуета всегда (1015 г.).

Наречие любо, так же как и добро, омонимично соответствующему существительному и способно реализовывать этическую оценку. Оно выступает в летописном тексте в роли слова состояния в предикативном значении 'хорошо, угодно кому-то'. При этом данное состояние может относиться как к высшей сущности, так и к конкретным историческим персонажам: Яко Господеви любо бысть тако и бысть (1093 г.); Рече Святославъ къ матери своеи и къ боля-ромъ своимъ. не любо ми есть в Киев^ быти. хочю жити в Переяславци в Ду-наи (969 г.). Смысловая и содержательная наполненность контекста определяет необходимость использования данного образования.

Наречия, подобно именам, от которых они образованы, способны к реализации различных лексических отношений. Они вступают в отношения синонимического и антонимического взаимодействия. Антонимические связи реализуются

1 Семантика наречий описывается с опорой на «Словарь русского языка XI - XVII вв.» (II) и «Материалы для Словаря древнерусского языка» И.И. Срезневского (III).

в группах наречий, мотивированных прежде всего качественными прилагательными, в виде однокоренных и разнокоренных антонимов. Так, в летописи отмечается образование нелюбо, которое также фиксируется в предикативной функции.

Наряду с однокоренным антонимом наречие любо и синонимичные ему наречия имеют и разнокоренной антоним - зълк. Данная форма представлена в летописи с суффиксом -к, который использовался в наречном словообразовании наряду с суффиксом -о. «Аффикс -о по происхождению является окончанием среднего рода ед. числа вин. падежа, а -к- окончанием местного падежа» [5, с. 225]. По значению наречия на -о и -к не различались, однако в летописи отмечается только форма зъл к, что, видимо, связано с омонимией наречия зъло с соответствующим существительным. Содержащаяся в семантике наречия зълк отрицательная этическая оценка может быть соотнесена с действиями различного характера. Данное наречие употребляется при глаголе перемещения от-верзати, характеризуя явления природы и реализуя значение 'плохо, дурно': Да того ради затворяется небо. ово ли зл к отверзается градъ. вожа м ксто пуская. ово ли мразомь плоды оузнабляя (1068 г.).

Отрицательное значение данной лексемы усиливается в случае реализации семантики 'зло, жестоко, мучительно'. В данном значении оно выступает при глаголе отрицательного воздействия на объект испроврещи, в смысловой структуре которого 'уничтожить, отнять, извергнуть' также содержится яркий оценочный компонент: Испроверже зл к животъ свои в томъ м ксте егоже по правдк. яко неправедну суду нашедшю на нь (1019 г.). В семантике наречия зъл к может быть представлен и религиозный компонент в случае реализации значения 'греховно, неправедно, еретически'.

К качествам морального характера относится в Средневековье честность. Прилагательное честьныи выступало с целым рядом значений: 'почтенный', 'достойный, пользующийся уважением' и др., обнаруживая тесную взаимосвязь со значением производящего существительного чьсть. Поэтому в данном прилагательном, а также образованном от него наречии явно выражена внутренняя форма, связанная с репрезентацией этических оценок. Наречие честьно употребляется в религиозном контексте в «Житии Феодосия Печерского» в значении 'достойно, как подобает': Проводивше с пксньми. с свкщами честно. на хвалу Богу нашему Иисусу Христу (1074 г.).

Представление о прекрасном находит выражение в различных адвербиальных формах. Так, наречие дивьно выражает эстетическую оценку, представленную в значении производящего прилагательного дивьныи 'удивительный, необыкновенный'. Оно отмечается при описании землетрясения: В Сурии же бысть трусъ великъ. земли раскдшися трии поприщь. изиде дивно и-землк. мъска человечскымь голосомь глаголющи (1065 г.). Наряду с данным наречием употребляется и префиксальное производное с аффиксом пре-, указывающим на высокую степень проявления признака. Наречие предивьно мотивируется прилагательным предивьныи в значении 'вызывающий удивление и восхищение'.

О высокой степени качественности данного наречия свидетельствует возможность его употребления с негативирующим префиксом - недивьно. Данное образование, соотнесённое с прилагательным недивьныи в значении 'не вызывающий

удивления, неудивительный', употребляется в предикативной функции: Аще и брата моего убилъ еси то есть недивьно в ратех бо и цари и мужи погыбають (1096 г.). Другим образованием, реализующим наряду с эстетической этическую оценку, является вышедшее из употребления в современном русском языке наречие лФпо в значении 'надлежащим образом, хорошо, красиво'. В «Повести об ослеплении Василька Теребовльского» оно выступает в отрицательной конструкции: Се же в е мщенье створи. его же не бяше лЁпо створити (1097 г.).

В древнейших наречиях могут реализовываться разные виды оценок. Наречие право относится к образованиям, представляющим нормативные оценки. Как и многие другие наречия, оно омонимично соответствующему достаточно частотному имени существительному. Данное образование отличается синкретичной семантикой, способностью реализовать различные оттенки значения в зависимости от смыслового окружения и характера глагола, к которому оно примыкает. Первичное значение данного наречия 'прямо, по прямой' расширяется до более абстрактного 'правильно, верно', которое реализуется в случае отнесённости наречия к глаголу интеллектуальной деятельности подполя познания съвФдФти: Не свФдуще право глаголеть яко крестилъся есть в Киев(987 г.). Оно может определять глагол речевой деятельности повФдати и реализовывать значение 'честно, правдиво': Ирече има Янь. то ти вам право поведали (1071 г.); Да аще право глаголеши Богъ ти буди послух. да аще ли завистью молвишь Богъ будет за т^мъ (1097 г.). В соотнесении с глаголом речевого общения просити образование право актуализирует значение 'воистину, действительно, в самом деле', что отмечается в «Сказании о мести Ольги деревлянам»: Да аще мя просити право то пришлите мужа нарочиты. да в велиц чти приду за вашь князь (945 г.).

Сходная семантическая судьба характерна для антонимичного к наречию право наречия криво. Оно употребляется в значении 'неправильно, неверно, ложно', отражая семантическое переосмысление производящего прилагательного, которое наряду с первичным значением 'кривой, изогнутый' развивает отвлечённую семантику 'несправедливый, неправильный, ложный'. Данное наречие отмечается в договоре Игоря 945 года: Аще кто от Руси или от Грекъ створи криво. да оправляеть то (945 г.).

В значении древнерусского наречия может отражаться и интеллектуальная оценка. Она представлена в наречиях хитро и чюдьно: Придоша Грьци хуляше вси законы. свои же хваляше. и много глаголаша сказающе. от начала миру о бытьи всего мира. суть же хитро сказающе. и чюдно слышати их (987 г.). Прилагательное хытрыи отличалось синкретизмом семантики, способностью реализовывать целый комплекс значений, среди которых такие, как 'учёный, мудрый'. Именно данная семантика актуализирована в наречии хитро, которое выступает в значении 'со знанием, мудро'. Наречие чюдьно, мотивированное прилагательным чюдьныи в значении 'достойный удивления', отмечается в текстах с семантикой 'удивительно, возбуждая удивление'.

Интеллектуальная оценка актуализируется также в наречии смыслено в значении 'разумно', которое отмечается в словах Соломона о жёнах при перечислении качеств, присущих настоящим жёнам: Оуста же свои отверзе смыслено. в чинъ молвить языкъмь своимъ (980 г.).

Наряду с оценочным смыслом в семантике наречия может отражаться и символическое значение. Особое представление о свете в библейской традиции находит отражение в семантике наречия с данным корнем - свктьло. Символическое восприятие света определялось спецификой мировоззрения человека той эпохи. В лингвокультурном пространстве человека Средневековья представление о свете тесно связано с библейской традицией, в которой свет ассоциируется с такими явлениями, как свечение, чистота, святость. Данное обстоятельство определяло появление морального компонента в значении наречия свктьло. Оно развивает ряд непрямых значений, выступая как когнитивная метафора, используемая для оценивания окружающей действительности. Например, при описании религиозных празднеств свктьло реализует семантику 'торжественно, приподнято, проникновенно': Истворше праздникъ праздноваша свктло. и преложиша я в новую церковь (1072 г.); В няже дни очистившися душа. празднуеть свктло на Воскресенье Господне веселящися о Бозк (1074 г.) и др. В летописи наречие свктьло употребляется в составе устойчивой ситуативной формулы праздновати свктло, где адвербиальный компонент определяет глагол с семантикой религиозного действия.

Ряд наречий в летописном языке выступает с социальной семантикой. К ним относится наречие мирьно в значении 'в мире, без войны'. Оно соотносится с одним из омонимичных прилагательных мирьныи в значении 'спокойный, тихий', 'связанный с прекращением войны, с заключением соглашения о мире', через посредство которого реализуется связь с существительным миръ в значении 'покой, тишина', 'отсутствие войны': Молящася къ Владыцк Богу нашему. мирно пребы-вати в совокуплении и въ сдравии избавяща от оусобныя рати и от пронырьства дьяволя (1015 г.). В погодной записи исторического характера социальный компонент семантики ещё более актуализирован: И начаста жити мирно и в брато-любьствки оуста оусобица и мятежь. и бысть тишина велика в земли (1026 г.). Образование мирьно выступает в контексте в противопоставлении с антонимич-ным наречием ненавидьно в значении 'несогласно, во вражде, ненависти', причём оба наречия употребляются при глаголе существования жити: Аще будете в любви межю собою. Богъ будеть в васъ. и покоривыть вы противныя подъ вы. и будете мирно живущее. аще ли будете ненавидно живущее в распряхъ и кото-рающеся то погыбнете сами и погубите землю отець своихъ (1054 г.).

С практической деятельностью и повседневным опытом человека связаны рационалистические оценки. Характерной чертой таких оценок является выполнение определённой функции, связанной с достижением конкретной цели. Подобные оценки заложены в семантике наречия кркпъко, смысловая структура которого наследует смысловую структуру производящего прилагательного кркпъкыи. Развитие значения адъектива кркпъкыи, как и многих других качественных прилагательных, происходит в направлении от конкретной семантики к более отвлечённой. Таким образом осуществляется вовлечение в его смысловую сферу новых областей окружающей действительности, позволяющее использовать наречие кркпъко для номинации признаков разнообразных действий и их характеристики. Системы значений прилагательного кркпъкыи и наречия кркпъко находятся в отношениях корреляции: первичное значение

прилагательного крФпъкыи 'твёрдый, прочный' отражается в семантике наречия крФпъко 'прочно, крепко', вторичные значения также взаимообусловлены: 'физически сильный, выносливый', 'могущественный, непобедимый, сильный' > 'стойко, непоколебимо, мужественно'; 'надёжный, прочный, нерушимый' > 'надёжно, прочно, нерушимо'; 'строгий, суровый' > 'строго, сурово'; 'настойчивый, исполненный упорства' > 'упорно, настойчиво, напряжённо'; 'проявляющийся в сильной степени' > 'сильно, очень, весьма' и даже 'громкий' > 'громко'.

Реализация того или иного компонента значения находится в зависимости от содержания контекста. В погодных статьях военной тематики наречие кр Фпъко с семантикой 'стойко, непоколебимо, мужественно', как правило, употребляется наряду с формами глаголов боротися, битися: А Деревляне затворишася въ град& и боряхуся крепко изъ града (946 г.). Гораздо реже наречие крФпъко отмечается в контекстах религиозного характера. В таких случаях реализуется его значение 'строго, сурово', ср. в «Житии Феодосия Печерского»: А во ины дни пребываше в постои в молитвах. вздержася крепко (1074 г.). В другом религиозном отрывке реализуется иной компонент семантики той же наречной формы -'стойко, непоколебимо': И на заоутреню входя преже всФх стояше крепко и неподвижимо (1074 г.). В данном контексте значение наречия актуализируется в соотнесении с выступающим в качестве однородного члена наречием неподви-жимо 'неподвижно', образованным от страдательного причастия.

К рационалистическим относятся, как известно, также и утилитарные оценки. Они могут реализовываться в переносных значениях наречий. Так, у наречия сладъко представлен именно такой вид оценки в случае актуализации значения 'приятно'. Оно употребляется при глаголе восприятия послушати: Володимеръ же слоушаше ихъ . б^ бо самъ любя жены и блуженье многое. послушаше сладко (986 г.).

Немногие наречия, содержащие рационалистическую оценку, используются в древнерусских текстах для характеристики религиозных действий. Образ религиозного действия обозначает наречие прилежьно в «Сказании о Борисе и Глебе», где оно имеет семантику 'усердно, старательно': Хвалити достоино стра-стотьрпьца Христова. молящееся прилежно к нима (1015 г.). В рассуждении летописца о книжном просвещении наречие прилежьно актуализирует значение 'внимательно': Аще бо поищеши въ книгахъ мудрости прилежно. то обрящеши велику ползу души своеи (1037 г.). Совокупность словоупотреблений данной лексемы репрезентирует связанность с сакральной сферой, поскольку качества, выражаемые прилагательным прилежьныи и производным от него наречием, имеют отнесённость именно к этой области и проявляются прежде всего в ней.

Оценка не содержится в семантике наречий места и времени. Некоторые из них совмещают различные типы собственно обстоятельственных значений и качественно-характеризующих значений. Так, наречие разьно, употребительное в тексте «Повести временных лет», выступает как со значением места 'врозь, в разные стороны, в разные места', так и со значением образа действия 'порознь, отдельно' или 'по-разному'. Значение места актуализируется в отрывках фольклорного происхождения: Печен Фзи же мн Фша князя пришедша. поб£гоша разно от града (968 г.). При этом наречие разьно обычно употребляется при глаголах

перемещения в пространстве: Да воюемь за три лкта. и разидостася разно (992 г.). Значение образа действия также актуализируется в контекстах военного содержания: И ста Святополкъ с своею дружиною. а Давыдъ и Олегъ с своею разно кромк собе (1100 г.).

Наречие разьно можно обнаружить и в отрывках религиозного характера, в которых оно примыкает к глаголам других лексико-семантических групп, в том числе выступающим в метафорическом значении. В контексте Възмутиша Италию всю. скюще оученье свое разно (988 г.) наречие разьно в значении 'повсюду' отмечается при устойчивом словосочетании сеяти ученье. При глаголе расположения объектов в определённом пространстве расыпатися это наречие выражает особое значение, связанное с распространением чего-либо во все стороны: Тако и по сего смерти все имкньерасыпасяразно (1075 г.).

К числу малоупотребительных в тексте летописи необходимо отнести наречия времени с суффиксом -о. Образование вкчьно в значении 'вечно, нескончаемо, пожизненно' используется при причастии от глагола мучити со значением отрицательного воздействия на объект. Оно фиксируется в авторском отступлении о наказании за убийство Бориса и Глеба, где тема вечности сопряжена с представлением о загробной жизни: Въ смерть немилостивно въгна. и по смерти вкчно мучимъ есть (1019 г.). Другим примером подобного рода является наречие скоро в значении 'быстро, вскоре', которое также указывает прежде всего на время совершения действия. Оно отмечается в религиозном контексте традиционного содержания в рассказе об испытании вер Владимиром: Приближается скоро правда моя и изидеть. и на мышцю мою страны уповають (986 г.).

Значение времени у наречий с суффиксом -о может быть, как известно, семантически производным, возникшим на базе значения образа действия. Так, наречие легъко, соотносимое с синкретичным по семантике прилагательным легъкыи, обозначает признак, проявляющийся в незначительной степени. Оно реализует значение 'так, что нетрудно поднять, держать', от которого семантически производным является второе значение 'быстро', которое и отмечается в летописи в «Сказании о мести Ольги деревлянам»: Ольга же поимши малы дружины. легъко идущи. приде къ гробу его (945 г.). Наречие легъко употребляется здесь при причастии от глагола перемещения в пространстве ити, что согласуется с семантикой времени действия, которую оно реализует. Другим наречием времени является достаточно употребительное в летописи наречие часто.

К количественным наречиям, обозначающим меру или степень проявления действия/признака, относятся наречия мъного и мало, достаточно частотные в летописном тексте. Они лишены каких-либо дополнительных компонентов значения, кроме собственно количественных параметров.

В качестве производящих основ для наречий на -о выступают разные в структурном отношении и в плане частеречной принадлежности формы. Так, наречие въздержаньно характеризуется соотнесённостью с причастием въздержаньныи с широкой семантикой 'исполненный воздержания', обусловленной значением производящего глагола въздержатися 'воздерживаться, отказываться от чего-либо'. Данное наречие употребляется в историко-этнографическом введении при описании нравов разных народов: Безаконья яко законъ отець творять. независтьно ни въздержаньно (I, с. 16).

Наречие велегласьно в значении 'громогласно', образованное от сложного прилагательного велегласьныи, отмечается в тексте с семантикой образа действия, которая осложняется количественной характеристикой, так как качество, названное производящим прилагательным, проявляется в высокой степени: Рц Фмъ велегласно праведенъ еси Господи и прави суди твои (1093 г.).

Целый ряд наречий выступает в исследуемых текстах с префиксальным элементом не-. Так, образование невидимо в значении 'скрытно, таинственным образом' используется при описании бесовского действия (Аще кто вылФзяше ис хоромины. хотя видФти. абье оуязвенъ будяше невидимо от бФсовъ (1092 г.)), образование независтьно в значении 'без ревности, без зависти, соперничества' -в историко-этнографическом введении при характеристике нравов иноязычных племён (Безаконьная яко законъ отець творять независтьно ни въздержаньно (I, с. 16)), образование нелицемерно в значении 'нелицеприятно, справедливо' -в «Похвальном слове Феодосию Печерскому» при описании качеств его человеческой личности (Се же сбысться прореченье блаженаго отца нашего Феодо-сья. доброго пастуха. иже пасяше словесныя овця. нелицемерно с кротостью и срасмотреньемь (1091 г.)), образование немилостивно в значении 'безжалостно, беспощадно' - при изображении наказания Бога за убийство братьев (Показо-ваше явЪ посланная пагубная рана. въ смерть немилостивно въгна (1019 г.)), образование неразм^сно в значении 'без смешения, слияния' - в Корсунской легенде при характеристике Божественной сущности (РаздЬяеть бо ся нераз-д^лно и совкупляется неразм^сно (988 г.)).

Следующий структурный тип отыменных наречий, нашедших отражение в летописном тексте, представлен формами, образованными от прилагательных с суффиксом -ьск-. Они образуются при помощи аффикса -ы и выступают со значением образа действия. Важным фактором, определяющим значение данной группы наречий, является семантическая специфика производящих прилагательных. Адъективы на -ьск- сами являются производными формами, а следовательно, обозначают признак опосредованно через отношение к предмету, признаку или действию, названному производящим словом. Суффикс -ьск- имел семантическую специализацию, так как осложнял прежде всего основы личных имён существительных. Вот почему образованные с его помощью прилагательные часто обозначали принадлежность, приближаясь к образованиям посессивной семантики.

Прилагательные с суффиксом -ьск- образовывались от именных основ, называющих лиц по полу, возрасту, социальному положению, званию, сану, религиозным признакам. Первоначальное значение принадлежности у подобных имён постепенно утрачивалось, поскольку некоторые из них (например, людь-скыи и человФчьскыи) могли соотноситься с существительными с обобщённым значением лица, что приводило к развитию в их пределах более отвлечённого и качественного значения.

В летописном тексте представлены различные образования от прилагательных на -ьск-, функционирующие как с прямыми, так и с переносными значениями. В одних случаях наречия на -ы выступают с семантикой, обусловленной прямым значением производящего прилагательного. Так, наречие волчьскы имеет значение 'по-волчьи': И вставъ Бонякъ отФха от вои и поча выти волчьскы и волкъ

отвыся ему (1097 г.). Другие наречия мотивируются прилагательными на -ьск-, которые подверглись процессам переосмысления и развили качественные значения. Например, мужьски уже имеет значение 'мужественно, как подобает мужчине', соотносимое с более широким и отвлечённым значением прилагательного мужьскыи 'мужественный, храбрый': Ирече Святославъ воемъ сво-имъ. оуже намъ сде пасти. потягнемъ мужьски братья и дружино (971 г.). Данное значение развилось на базе прямого 'относящийся к мужчине, мужской', обусловленного соотнесённостью с существительным со значением лица по полу. Употребление наречия мужьскы в контексте воинской повести связано со спецификой летописного повествования, в котором присутствуют элементы идеализации того или иного события и художественной изобразительности. К единичным случаям относится употребление наречий, производящей основой которых является прилагательное с этнонимическим значением, например печен кжьски в значении 'по-печенежски': И ристаша сквозк Пече-нкги глаголя. не видкли коня никтоже. бкбоумкя Печенкжьски (968 г.).

В «Поучении о казнях Божиих» употребляется наречие поганьскы 'по-язычески, не по-христиански', обладающее яркой отрицательной коннотацией, обусловленной соотнесённостью с прилагательным поганьскыи в значении 'языческий, иноверческий, нехристианский': Не словомь нарицающеся хрестья-ни. а поганьскы живуще. се бо не погански ли живемъ. аще оусрксти вкрующе (1068 г.). В качестве производящей основы данного прилагательного выступает существительное поганъ или поганинъ в значении 'язычник, иноверец', отсюда и его приведённая выше семантика.

В «Легенде о сотворении мира» употребляется наречие скотьски в значении 'как животное, по-скотски', которое также подвергается семантическому переосмыслению и приобретает качественные оттенки: Исполнишася блуда. и всякоя нечистоты. и оубииства. и завивисти живяху скотьски человкци (986 г.).

Отдельную группу в летописном тексте составляют отыменные наречия типа досуха, издавна. Существуют разные точки зрения по поводу происхождения данных наречий. Традиционно они рассматриваются как падежные формы кратких прилагательных с предлогами. Однако прилагательное, как известно, не могло употребляться с предлогом, так как являлось определением, предлог же функционировал при формах с общим предметным значением. Оригинальная и обоснованная точка зрения на происхождение подобных форм была высказана В.М. Марковым, который возводил их к предложно-падежным формам имён существительных. В качестве доказательства В.М. Марков приводит многочисленные примеры существительных типа сухо, право, лево, мало, ровно и под. По мнению учёного, «все они возникали в результате закономерной адвербиализации субстантивно-предложных сочетаний и, таким образом, между наречиями типа докрасна и наречиями типа доверху с исторической точки зрения принципиальные различия отсутствуют» [6, с. 144].

Наречия, связанные по происхождению с предложно-падежными формами существительных, в тексте летописей составляют отдельную группу отыменных образований. В семантике таких форм значительную роль играет лексическое значение производящего существительного. В данной группе образований чаще всего отмечаются формы со значением места и времени действия. По своему

значению они отличаются от отадъективных наречий, которые выступают в тексте преимущественно со значением образа и способа действия.

Особенно продуктивен в образовании подобных отыменных наречий препозитивный элемент из-. С его помощью образуется целый ряд форм данного структурного типа. Это прежде всего наречия со значением времени действия, в основе которых представлены существительные с временным значением. Наречия с этимологически родственными корнями реализуют сходную семантику, ср.: изначала 'искони, изначально' и искони 'вначале, сначала'. Близкое значение имеет и наречие исперва - 'сначала, сперва'. Наречие изнова 'снова, сызнова' также связано с указанием на время действия. Подобное же указание на временной отрезок представлено в наречии издФтьска 'с детства, с детских лет'. Использование наречий времени согласуется с характером летописного повествования, в котором изложение исторических событий часто сопровождается указанием на время их протекания. Другие наречные образования используются для указания на меру и степень, например: исполнь - 'сполна, в полной мере', излиха - 'очень, особенно сильно', повелику - 'много, значительно по силе, степени проявления' и антонимичное ему наречие помалу - 'понемногу'.

В летописном тексте можно обнаружить и наречия времени на -Ф, осложнённые различными префиксами. Так, наречие въскор Ф частотно в тексте летописи в значении 'немного времени спустя, вскоре'. Другим образованием данного структурного типа является наречие времени въборзФ 'быстро, скоро, без промедления', синонимичное наречию борзо и заменённое им в дальнейшем. Наречие на - Ф с препозитивным элементом на- надолз Ф отмечается в значении 'долго' и также вытесняется в более поздних текстах наречием на -о долго. При этом в формах с приставками гораздо ярче выражен эмоционально-усилительный смысл. О возможности таких форм выражать особые оттенки значения говорит Н.В. Чурмаева в своей работе, посвящённой истории наречий: «Начальный элемент мог вносить дополнительный оттенок в значение основного слова» [7, с. 22]. Для указания на заключительный временной отрезок используется наречие времени наконець 'в конце концов, в конечном итоге, напоследок'.

Если в качестве производящей основы наречия выступает существительное с пространственным значением, то наречие актуализирует значение места действия: вънизъ - 'по направлению к низу, вниз', назади - 'сзади, позади'. Наречия места въслФдъ 'вслед' и посредФ'в середине' могли выступать также в функции предлога, если примыкали к существительному.

Если в производящей основе наречия представлено существительное абстрактной семантики, наречие, как правило, используется в религиозных контекстах и реализует значение образа действия. Например, образование вътаинФ в значении 'тайно, втайне' фиксируется в близких идейно и содержательно текстах - в «Сказании о Печерском монастыре» (И моляшеся ту Богу втаин Ф (1051 г.)) и в «Сказании о первых черноризцах» (И аще кого видяше в помыш-леньи. обличаше и втаинФи наказаше блюстися от дьявола (1074 г.)). Наречие воистину также отмечается в значении образа действия 'воистину, действительно' и имеет в основе отвлечённое существительное истина: Въистину в того вФруемъ. тФхъ бо пророци прорФ цаху (983 г.). Синонимическое наречие

поистин к в сходном значении образовано от той же производящей основы, но с помощью иного препозитивного элемента. При этом оно выступает в разнообразных контекстах, в том числе исторического содержания, ср.: Володимеръ расплакавъся и рече. поистинк отци наши и дкди наши зблюли землю Русь-скую (1097 г.).

Таким образом, наречия, будучи связанными по происхождению с именными образованиями, заключают в себе различные виды оценок, важных для сознания средневекового человека. Оценочные компоненты в семантике адвербиальных форм свидетельствуют об отражении в их значениях определённых правил и заповедей, в соответствии с которыми была организована жизнь человека той эпохи. К числу наиболее актуальных относятся сублимированные и рационалистические оценки. Сублимированные оценки связаны с удовлетворением нравственных потребностей, чувства прекрасного, что составляет ядро духовного начала человека с древнейших времён. Рационалистические оценки отражают практическую деятельность человека и предназначены для её упорядочения и регулирования.

В летописном тексте наречия на -о/- к выступают в основном со значением обстоятельства образа и способа действия, реже - со значением места и времени действия. Семантика данной группы наречий определяется значением производящего имени прилагательного. Чем шире семантический объём мотивирующего имени, тем большей многоплановостью отличается значение производного наречия. Заимствуя смысловую структуру производящих слов, наречия на -о/-к сохраняют и присущие им оценочные компоненты, от характера которых зависит употребление таких форм в тексте летописи. В религиозных контекстах, отличающихся морализмом и нравоучительностью, представлены наречия, реализующие преимущественно этические, эстетические и интеллектуальные оценки. В контекстах исторического, документального и фольклорного характера, имеющих иную идейную и эстетическую направленность, чаще отмечаются формы, реализующие рационалистические оценки, включая нормативные и утилитарные.

Особую группу наречий представляют формы на -ьскы. Значения, с которыми эти наречия выступают в летописных текстах, отражают общеязыковую тенденцию развития семантического потенциала данной группы производных имён. Они подвергались семантической специализации и использовались для обозначения способа поведения, свойственного какому-либо лицу или животному. В летописном тексте образования на -ьскы представлены в основном формами, мотивированными прилагательными на -ьск-, подвергшимися переосмыслению и развившими качественные значения.

Наречия, связанные по происхождению с предложно-падежными формами существительных, способны реализовывать весь комплекс значений, свойственный адвербиальным образованиям. При этом, как и в других группах наречий, их семантика напрямую связана с лексическим значением производящего имени существительного. В «Повести временных лет» подобные формы чаще всего выступают со значением времени, места, меры и степени, реже - образа и способа действия.

Summary

I.V. Erofeeva. Axiological and Semantic Status of Denominative Adverbs in "The Primary Chronicle" (The Tale of Bygone Years).

The paper discusses the functional and semantic features of denominative adverbs in the text of an Old Russian monument, "The Tale of Bygone Years". The analysis is carried out taking into account the axiological component that characterizes the use of adverbial forms. The article studies the derivational structure of denominative adverbs and determines the specificity of their use in different content and ideologic contexts. It is found that the semantic structure of adverbs contains various types of evaluation, which were important for the consciousness of a medieval man.

Keywords: denominative adverbs, semantics, axiology, word formation.

Источники

I - Повесть временных лет. Лаврентьевский список летописи // Полн. собр. русских лето-

писей. - М.: Языки слав. культуры, 2001. - Т. 1: Лаврентьевская летопись. - С. 1-286.

II - Словарь русского языка XI - XVII вв. (Продолжающееся издание). - М.: Наука,

1975-2008. - Вып. 1-28.

III - Срезневский И.И. Материалы для Словаря древнерусского языка: в 3 т. - М.: ГИС,

1958.

Литература

1. Баранов В.А. Формирование определительных категорий в истории русского языка. -Казань: Изд-во Казан. гос. ун-т, 2003. - 390 с.

2. Борковский В.И., Кузнецов П.С. Историческая грамматика русского языка. - М.: Изд-во АН СССР, 1963. - 512 с.

3. Янович Е.И. Историческая грамматика русского языка. - Минск: Университетское, 1986. - 320 с.

4. Арутюнова Н.Д. Аксиология в механизмах жизни и языка // Проблемы структурной лингвистики 1982. - М.: Наука, 1984. - С. 5-23.

5. ХабургаевГ.А. Старославянский язык. - М.: Просвещение, 1986. - 288 с.

6. Марков В.М. О формах наречий, соотносимых с основами кратких прилагательных // Марков В.М. Избранные работы по русскому языку. - Казань: ДАС, 2001. -С. 142-145.

7. Чурмаева Н.В. История наречий в русском языке. - М.: Наука, 1989. - 176 с.

Поступила в редакцию 16.07.13

Ерофеева Ирина Валерьевна - доктор филологических наук, доцент кафедры истории русского языка и славянского языкознания, Казанский (Приволжский) федеральный университет, г. Казань, Россия. E-mail: erofeeva89@mail.ru