Сравнительно-правовая и историческая характеристи- ки уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за незаконное предпринимательство

Чеботарев А.В.

Сравнительно-правовая и историческая характеристики уголовно-правовых норм, предусматривающих уголовную ответственность за незаконное предпринимательство

За последние пятнадцать лет в России изменился политический и экономический строй, а уголовное законодательство не всегда успевало реагировать на столь стремительные изменения. Уголовно-правовая норма, устанавливающая уголовную ответственность за незаконное предпринимательство, появилась в российском уголовном законодательстве в 1993 году. Законом РФ от 1 июля 1993 года были введены в УК РСФСР ст. 162-4 «Незаконное предпринимательство» и ст. 162-5 «Незаконное предпринимательство в сфере торговли». Проводимые на данной основе научные исследования потеряли свою актуальность в связи с принятием Закона РФ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса РФ» от 21 октября 1994 года, ст. 2 которого признает Закон РФ «О предприятиях и предпринимательской деятельности» от 25 декабря 1990 года. Ст. 2 нового ГК РФ дает иное понятие предпринимательской деятельности, имеющее некоторые принципиальные отличия от определения предпринимательской деятельности, даваемого ст. 1 Закона РФ «О предприятиях и предпринимательской деятельности». И как следствие этого, вступивший в законную силу с 1 января 1997 года новый Уголовный кодекс Российской Федерации устанавливает уголовную ответственность за незаконное предпринимательство в ст. 171 УК РФ «Незаконное предпринимательство» уже несколько иначе, чем ст. 162-4 и 162-5.

Принятые в последние годы законы и иные правовые акты значительно усиливают роль государства в становлении рыночной экономики. Контроль государства над состоянием и развитием рынка, предполагающий регулируемое воздействие на хозяйственную деятельность самостоятельных предпринимателей, определение оснований и пределов публичного вмешательства в нее, подразделяется на требования в области стандартов, ценового регулирования, официального статистического и бухгалтерского учета, свободы хозяйственной деятельности. Сюда же относится предварительный контроль над образованием субъектов предпринимательской деятельности. Путем государственной регистрации в качестве индивидуальных предпринимателей или предпринимателей - юридических лиц и дачи разрешений на занятие тем или иным видом деятельности государство осуществляет проверку законности учреждения предприятий и других коммерческих организаций, а также права некоммерческих организаций дополнительно заниматься предпринимательской деятельностью.

В условиях социального государства и гражданского общества происходит сближение, взаимопроникновение частных и публичных интересов. Государство отказывается от безраздельного властвования, подчинения воли предпринимателей, регулируя их деятельность с учетом, прежде всего, экономических закономерностей. Предпринимательские структуры, в свою очередь, не претендуют на неограниченную свободу, необузданный эгоизм, признавая за государством право на разумную часть прибыли (дохода), полученную ими в ходе хозяйствования. В итоге мы имеем дело с частнопубличной предпринимательской (хозяйственной) деятельностью, которая лежит в основе предпринимательских отношений, регулируемых законодательством, правового статуса субъектов хозяйственной деятельности, их взаимоотношений друг с другом и с государством [1, с. 44].

Характеристика правовой нормы в теории Общей части уголовного права представляет собой рассмотрение диспозиции, санкции статьи, предусматривающей ответственность за преступление. В теории уголовного права выделяют четыре вида диспозиций уголовно-правовой нормы: простые, ссылочные, описательные, бланкетные. В УК РФ 1996 года появилась совокупность статей, определение диспозиции которых представляет определенные трудности. Это относится к описательным и бланкетным диспозициям уголовно-правовой нормы.

О масштабах незаконной предпринимательской деятельности можно судить по данным уголовной статистики. В 1997 году в Российской Федерации было зарегистрировано 3882 факта незаконного предпринимательства, 1998 г. - 5306, в 1999 г. - 7659, в 2000 г. - 8538, в 2001 г. - 7428, в 2002 г. - 4972, в 2003 г. - 1999, 2004 г. - 1367, 2005 г. - 2716, 2006 г. - 3200 [2, с. 342] подобных преступления. Таким образом, с 1997 года количество ежегодно выявляемых органами внутренних дел случаев незаконной предпринимательской деятельности неуклонно возрастало в целом на территории Российской Федерации, за исключением периода, последовавшего за изменениями УК РФ 2003 года. Вместе с тем необходимо учитывать высокую латентность указанных криминальных проявлений. По оценкам опрошенных нами сотрудников правоохранительных органов, она достигает 80 %.

Существенными признаками, позволяющими отличать эти виды теневой экономической деятельности от нелегальной деятельности, связанной с производством и реализацией товаров (оказанием услуг),

запрещенных законом, являются: особенности, присущие субъектам, участвующим в теневом обороте; объекты (виды товаров и услуг); нормы, регулирующие отношения участников оборота; характер последствий существования данного типа оборота для общества и государства.

В частности, незаконная предпринимательская деятельность связана с оборотом товаров и услуг, не запрещенных законом, по своей природе необходимых и полезных для общества. Субъекты незаконного предпринимательства могут быть разделены на следующие группы: 1) предприятия, изначально создаваемые с целью занятия незаконной предпринимательской деятельностью. Они формируют своеобразный каркас теневой экономики в сфере малого предпринимательства и обладают достаточно мощными ресурсами, силой и влиянием. В перспективе это возможная основа среднего класса; 2) предприниматели без образования юридического лица - своего рода «солдаты» теневой экономики. Значительную часть этой группы составляют лица, для которых нерегистрируемая деятельность является вынужденной.

Общим для субъектов незаконного предпринимательства является то, что они осуществляют указанную деятельность с нарушением действующего законодательства (без регистрации, лицензии, с нарушением условий лицензирования). Таким образом, существенным признаком незаконной предпринимательской деятельности является выход оборота из-под контроля государства. Эта часть теневой экономики представляет угрозу экономической безопасности страны, во-первых, в виде уклонения от уплаты налогов, а во-вторых, в виде ухудшения конкурентных условий для субъектов легального оборота. Рост теневого оборота ведет к сокращению легального оборота. Заслуживает внимания в этой связи и то обстоятельство, что нелегальные предприниматели, по существу, перекладывают налоговое бремя на лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью в установленном законом порядке. Причем, по мнению В.О. Исправникова, «налоговая эксплуатация» «работяг» «теневиками» приближается к 125 %, то есть к беспрецедентному в мировой практике уровню [3, с. 108-114]. В России все указывает на то, что определяющую роль в резком росте масштабов теневой экономики сыграли явные просчеты и ошибки в проведении экономических преобразований. Теперь перейдем к анализу зарубежного законодательства.

Анализ положений УК Голландии позволяет сделать вывод, что в нем проводится разделение служебной, профессиональной и предпринимательской деятельности. В частности, в ст. 429 quatеr говорится: «Лицо, которое в ходе выполнения своих служебных, профессиональных обязанностей или в ходе предпринимательской деятельности проводит дискриминацию против лиц...» [4, с. 230].

Следует указать на то, что, хотя предпринимательская деятельность не требует обязательной регистрации, профессиональная деятельность нуждается в таковой. В пользу этого свидетельствуют формулировки некоторых статей УК Голландии, которые относятся к уголовно наказуемым проступкам. Так, в ст. 435 установлена уголовная ответственность, в том числе, за использование знания адвоката. Далее в соответствии со ст. 436а подлежит наказанию «лицо, которое утверждает или создает впечатление, что оно брокер, если оно таковым не является или отстранено от этой должности».

Наибольший интерес представляет содержание ст. 436 УК Голландии, которая относится к «проступкам, имеющим отношение к общественному порядку». К уголовной ответственности согласно ч. 1 ст. 436 привлекается «лицо, которое, не имея лицензии на право заниматься профессиональной деятельностью, на которую лицензия требуется по закону, занимается этой деятельностью, не будучи в нужде». Как осуществление профессиональной деятельности с нарушением лицензионных требований и условий следует расценивать ч. 2 ст. 436 - «Превышение ограничений, установленных лицензией». В ч. 3 установлена уголовная ответственность за рецидив вышеуказанных преступлений. Нетрудно заметить, что рассматриваемые уголовно-правовые нормы охватывают только профессиональную деятельность. Характерной особенностью является то, что виды деятельности, которые требуют лицензирования, могут устанавливаться только законом. Применительно к ч. 1 ст. 436 предусмотрено условие освобождения от уголовной ответственности - состояние нужды виновного лица.

Примечательно, что в качестве проступков расценивается не только профессиональная деятельность, осуществляемая с нарушением условий лицензирования, но и коммерческая (предпринимательская). Например, в ст. 437 к подобным нарушениям относятся: неведение документации в соответствии с положениями, установленными Общим Административным Приказом, обо всех бывших в употреблении или нестандартных товарах; непредставление по первому требованию своих документов для проверки публичному служащему, назначенному бургомистром, и т. д.

Уголовный кодекс Китайской Народной Республики 1997 года [5, с. 156] относит незаконную хозяйственную деятельность к преступлениям, связанным с дестабилизацией рынка (ст. 225). Под незаконной хозяйственной деятельностью понимается:

- безлицензионная хозяйственная деятельность, связанная с товарами, в отношении которых законом или административными правилами установлена монополия, а также с иными товарами, в отношении которых имеются ограничения;

- купля-продажа экспортно-импортной лицензии, необходимого для экспорта и импорта сертификата происхождения товара, а также иных хозяйственных лицензий и разрешительных документов, определенных законами и административными правилами;

- иная незаконная хозяйственная деятельность, серьезно дестабилизирующая рынок.

Указанным видам деятельности должны сопутствовать отягчающие обстоятельства, которые выступают оценочным признаком. Следует пояснить, что в рассматриваемой статье основной акцент делается не на нарушение правовых предписаний о регистрации и лицензировании. Более правильно говорить о запрете под угрозой уголовного наказания осуществлять запрещенные виды предпринимательской деятельности. На первый план выступают не последствия таковой (причиненный ущерб) или ее размах (размер незаконно полученных средств), а ее способность причинить вред (дестабилизировать рынок).

В то же время в китайском Уголовном кодексе присутствуют специальные нормы об ответственности за осуществление запрещенной предпринимательской деятельности. Рассматривать их все нецелесообразно, достаточно назвать лишь некоторые: незаконное производство и продажа приборов для скрытого прослушивания, скрытого наблюдения и другой специальной разведывательной аппаратуры (ст. 283); незаконный ввоз в страну из-за рубежа твердых отходов для их складирования, захоронения и размещения (ст. 339) и др.

В УК Польши мы не находим общей нормы от ответственности за незаконную предпринимательскую деятельность [6]. В соответствии со ст. 171 УК Польши подлежат привлечению к уголовной ответственности лица, без соответствующего разрешения или вопреки его условиям участвующие в обороте взрывчатых веществ и взрывных устройств, радиоактивных материалов, устройств ионизирующего излучения или иных предметов (веществ), которые могут вызвать опасность для жизни или здоровья многих людей и для имущества в больших размерах, то есть уголовно наказуемом обороте запрещенных товаров и продукции.

Проведенный анализ зарубежного законодательства требует подведения некоторых итогов.

В уголовных кодексах Испании, Австрии, Франции, ФРГ, Швеции не содержится уголовно-правовых норм, устанавливающих ответственность за нарушение порядка регистрации и лицензирования предпринимательской деятельности. При этом наказывается деятельность, изначально запрещенная для всех хозяйствующих субъектов, относящаяся к исключительной монополии государства, а также связанная с нарушением условий по ее осуществлению в отношении объектов повышенной опасности. Соответствующие уголовно-правовые нормы помещены в различные разделы уголовных кодексов и призваны охранять общественные отношения в конкретных сферах экономической деятельности.

В то же время в уголовных кодексах Дании, Швейцарии, Голландии имеются уголовно-правовые нормы, которые, по сути, тождественны уголовно-правовому запрету на осуществление незаконной предпринимательской деятельности. Речь идет об осуществлении деятельности без государственных полномочий (§ 131 УК Дании), нарушении правовых предписаний, относящихся к фирме (ст. 326-3 УК Швейцарии), осуществлении профессиональной деятельности без лицензии (ст. 436 УК Голландии).

Особого внимания заслуживает тот факт, что в уголовном законодательстве зарубежных стран проводится разделение профессиональной и предпринимательской деятельности. Под профессиональной принято понимать деятельность врачей, нотариусов, адвокатов, аудиторов, брокеров и некоторых иных лиц, которая регламентируется государством.

Характерно, что сложившиеся многовековые традиции хозяйствования обусловливают режим наибольшего благоприятствования для участников предпринимательской деятельности. В частности, в УК Голландии под предпринимателем понимается любое лицо, занимающееся предпринимательской деятельностью. Наше законодательство требует регистрации подобного статуса. Более того, большинство статей, снизанных с нарушением порядка осуществления предпринимательской или профессиональной деятельности, относится к проступкам.

Интересно, что уголовные законодательства Китая, Болгарии и Польши рассматривают осуществление незаконной хозяйственной деятельности в качестве запрещенной предпринимательской деятельности в совокупности с другими ее разновидностями: продажа предметов, свободный оборот которых запрещен, организация азартных игр и т.п.

Все без исключения уголовные кодексы стран, ранее входивших в состав СССР, содержат уголовно-правовые нормы об ответственности за незаконное предпринимательство. Однако соответствующий законодатель наделяет понятие «незаконное предпринимательство» различным содержанием. При этом нарушение условий лицензирования как форма незаконного предпринимательства встречается только в УК Азербайджанской Республики и Республики Казахстан. Впрочем, ряд государств пошел по пути расширения перечня деяний, составляющих незаконное предпринимательство: занятие видами деятельности, запрещенными законодательством (УК Молдовы); занятие запрещенными видами предпринимательской деятельности (УК Казахстана). Уголовные кодексы Латвии, Узбекистана, Украины со-

держат самостоятельные нормы, посвященные ответственности за занятие запрещенными видами предпринимательской деятельности.

При этом для привлечения виновного к уголовной ответственности в большинстве случаев требуется повторное нарушение им уголовного закона (УК Латвии) или наличие факта привлечения к административной ответственности за подобное нарушение (УК Республики Молдова, УК Узбекистана).

Только УК Республики Казахстан и Модельный кодекс для стран СНГ в качестве условий наступления уголовной ответственности за незаконное предпринимательство рассматривают причинение крупного ущерба и извлечение дохода в крупном размере. УК Узбекистана, Республики Молдова, Украины и Республики Беларусь отказались от использования крупного ущерба в редакциях соответствующих статей. Наряду с этим УК Латвии в ч. 2 ст. 207 рассматривает причинение существенного вреда государству или охраняемым законом правам и интересам лица в качестве квалифицирующего признака.

Необходимо отметить, что квалифицированные составы рассматриваемого преступления - не такая уж редкость в уголовном законодательстве государств ближнего зарубежья. Наиболее часто используемый квалифицирующий признак - организованная группа.

Вместе с тем УК Республики Молдова и Украины относят данное преступление к преступлениям небольшой тяжести. УК Узбекистана рассматривает «Занятие деятельностью без лицензии» (ст. 190) как преступление, не представляющее большой общественной опасности. При этом максимальное наказание по ч. 2 ст. 190 не превышает 6 месяцев ареста.

По нашему мнению, формулировка ст. 190 УК Узбекистана представляет повышенный интерес. Речь идет не только о предпринимательской, но и другой деятельности (естественно, экономической), требующей для своего осуществления специального разрешения.

Интересно содержание ст. 202 «Нарушение порядка занятия банковской и хозяйственной деятельностью» УК Украины. Примечательно, что отсутствие государственной регистрации может влечь уголовную ответственность в случаях, если предпринимательская деятельность связана с получением дохода в крупном размере либо деятельность осуществляется без лицензии или с нарушением условий лицензирования. Кроме того, ч. 2 ст. 202 УК Украины предусматривает ответственность за незаконное предпринимательство и банковскую деятельность на рынке ценных бумаг [7, с. 412].

На основании приведенных выше положений нами были сделаны следующие выводы. Уголовное законодательство развитых зарубежных стран пошло по пути предоставления максимально возможной свободы участникам экономической деятельности. Существующие нарушения порядка осуществления какой-либо деятельности в большинстве своем расцениваются в качестве несущественных уголовных деликтов (проступков). Тем не менее в уголовном порядке преследуются нарушения в отдельных, потенциально опасных сферах экономической деятельности.

Напротив, уголовное законодательство стран бывшего социалистического лагеря довольно полно регламентирует совершение рассматриваемого нами преступления. Уголовная ответственность предусмотрена не только за нарушение порядка регистрации и лицензирования предпринимательской деятельности, но и за осуществление запрещенных видов предпринимательской деятельности. Это доказывает, что в современных социально-экономических условиях российское законодательство не может пока отказаться от уголовной ответственности за незаконное предпринимательство. При этом следует исходить не только из экономических условий, но и из сущности такого явления, как предпринимательство. Опыт законотворчества стран ближнего зарубежья позволяет говорить о возможности самостоятельной регламентации форм незаконной предпринимательской деятельности в разных статьях или частях статьи уголовного закона в целях повышения эффективности применения уголовного закона. В то же время имеются основания для расширения перечня альтернативных способов совершения данного преступления: «причинение крупного ущерба гражданам, организациям, государству», «извлечение дохода в крупном размере».

Литература

1. Зинченко С.А., Бондарь Н.С. Собственность - свобода - право. Ростов н/Д, 1995.

2. Преступность, криминология, криминологическая защита / Под ред. А.И. Долговой. М.: Российская криминологическая ассоциация, 2007.

3. Исправников В.О. Теневая экономика под сенью власти // Предпринимательство. 1997. № 3.

4. УК Голландии // Юридический центр пресс. 2000.

5. УК КНР // Юридический центр пресс. 2001.

6. Уголовный кодекс Республики Польша. Минск, 1998.

7. Дудоров О.О. Злочини у сфер1 господарско1 д1ятельносп: криминально-правова характеристика. Киев, 2003.