Историко-географическая периодизация освоения ландшафтов Карельского Поморья (Ч. 1)

УДК 913.1

ВАМПИЛОВА Людмила Борисовна, кандидат географических наук, доцент кафедры географии и туризма Ленинградского государственного университета имени А.С. Пушкина. Автор 80 научных публикаций, в т. ч. одной монографии

ИСТОРИКО-ГЕОГРА ФИЧЕСКАЯ ПЕРИОДИЗАЦИЯ ОСВОЕНИЯ ЛАНДШАФТОВ КАРЕЛЬСКОГО ПОМОРЬЯ

Историко-географическая периодизация, этапы освоения, временные срезы

В жизни общества существует множество проблем, решение которых в той или иной степени связано с использованием историкогеографического подхода. Обстоятельства вынуждают исследователя оперировать самым разнообразным историческим и географическим материалом по региону. Такой подход является предпосылкой к обобщению историко-географических методов исследования в многочисленных региональных работах и созданию современной концепции комплексного историко-географического анализа региона.

Для реконструкции исторического процесса освоения территории необходимо создать историко-географическую периодизацию с применением подходов и принципов, которые зависят от региональных особенностей, обусловленных многими причинами: географическим положением, спецификой истории заселения и освоения, особенностями ландшафтов, степенью их освоенности; составом

этнических групп, которые заселяли территорию в различные периоды времени; прочностью взаимосвязей этноса и ландшафта; характером природопользования; уровнем хозяйственного развития; специализацией хозяйства; системой природопользования и системой расселения. Перечисленные факторы оказали различное влияние на периодизацию. Одни из них были важными, доминирующими, другие - менее важны, однако их сочетание с первыми обусловило специфичность исторического процесса освоения.

Историко-географическая периодизация (ИГП) строится на сквозном анализе фактического материала, который позволяет выявить цикличность в освоении природных ресурсов, изменение структуры ландшафтов и последующую антропогенную перестройку геокомплексов. Главное назначение историко-географической периодизации - выявление временных границ в процессе хозяйственного освоения ландшафтов и заселения региона

любого таксономического ранга, выделение исторических срезов.

Одним из регионов Карелии, для которых автором создана историко-географическая периодизация, является Прибеломорье - часть Поморья.

Термин «поморье» применим к любой приморской территории. Поморье - это особый район России. Все исторические события нашей страны отразились на Беломорье. Процессы его освоения и заселения отличаются от других территорий Карелии, что связано с несколькими причинами: особенностями географического положения, спецификой природных условий и ресурсов, а также с тем, что данный регион являлся для Русского государства единственным морским бассейном и единственным выходом в мировой океан с середины XV до начала XVIII в. В русской литературе сложилось представление о поморе, жителе Поморья, как об особом типе русского человека, отличающемся такими чертами характера, как предприимчивость, смелость, ум, независимость [1]. У этнографов появляется научный термин «помор», определяющий особую группу северорусского населения: бытует мнение о поморах как о прямых потомках новгородцев, осваивавших Север и побережья морей с Х1-ХТТ вв.

Согласно схеме историко-географического районирования Карелии, созданной автором, территория относится к историко-географической провинции Поморье, включающей помимо Карелии прибеломорские территории Мурманской и Архангельской областей. Выделение Карельского Поморья в самостоятельную историко-географическую единицу связано с делением Поморья на «берега». Существенным отличием Карельского берега от других территорий Поморья является значительное участие в его заселении

и освоении торговой и ремесленной колонизации. От историко-географических округов соседних провинций Карельское Поморье отличается следующим: от Центрально-Карельской провинции - этническим составом населения (преимущественно русские); от Обонежья - основными направлениями хозяйственной деятельности и, в частности, преобладанием на ранних этапах развития сельского хозяйства, совершенно не свойственного Поморью. Однако Поморье и Обонежье имеют сходный этнический состав населения (преобладают русские). Наконец, в ландшафтном отношении Карельское Поморье полностью совпадает с подобластью Прибеломор-ской цокольной морской аккумулятивной и абразионной таежно-озерной низменностью, а также включает восточные участки Центрально-Карельской приподнятой цокольной экзарационно-аккумулятивной таежно-озерной равнины и части ландшафтных округов: Сумозерской ледораздельной возвышенности северотаежный; Ветренного Пояса денудационно-тектонических плато и гряд северотаежный; северные окраины Выгозерского холмисто-моренного равнинного северотаежного [2].

Многие современные проблемы пользования природной средой, современное состояние ландшафтов, классификация антропогенных и культурных ландшафтов, оценка природно-ресурсного потенциала могут быть объяснены с позиции регионального историко-географического анализа.

До появления славянского населения в Прибеломорье обитали различные этнические группы. Основным источником по истории этого отрезка времени могут служить археологические сведения, позволяющие проследить историю освоения человеком бореаль-ных районов.

В основу ИГП положены различные основания: временной фактор, этнический, социально-экономический. Всю историю освоения Прибеломорья можно разделить на две части: доисторическое и историческое время. В настоящей статье изложены особенности доисторического освоения и заселения ландшафтов Карелии, т.е. эпох мезолита, неолита, энеолита, бронзового и железного веков. Природопользование доисторического времени можно обозначить как археприродополь-зование. Историческое время начинается со средневековья, когда появились письменные источники - документальное подтверждение исторических явлений и событий, свидетельствующие о размещении средневековых культур, изменяющейся во времени и пространстве действительности. Сведения о событиях исторического времени исследователь получает из летописей, писцовых книг, региональных сборников и т.д.

Археологический фактор оказал наибольшее дифференцирующее значение в неолите: здесь проявляется культура сперрингс, культура ямочно-гребенчатой керамики, культура гребенчато-ямочной керамики, наскальные изображения (петроглифы). Каждая из названных культур привнесла свои особенности в процесс хозяйственного освоения и заселения как Беломорья, так и Карелии в целом. На основании сведений археологов приводим характеристику древних этапов заселения Поморья.

1. Мезолитический этап (нижняя граница датируется последней четвертью X тыс. до н.э.). В аллереде на большей части Карелии преобладали лесные ландшафты, т.е. существовали природные условия, пригодные для жизни человека. Здесь обитали небольшие коллективы древних охотников. Г.А. Панк-

рушев отмечает, что с улучшением климатических условий в пребореальное и бореаль-ное время (УШ—УП тыс. до н.э.) приток населения в Карелию усилился, что подтверждается десятками стоянок [3, с. 52, 87]. Древнее население Карелии формировалось за счет притока с востока (из Предуралья и Зауралья - самодийская языковая общность) и с юга (Волго-Окское междуречье - протофинноуг-ры). Протосаамы и протофинноугры, вероятно, имели контакты друг с другом, проживая на своих «родовых» территориях, и, возможно, существовало культурное взаимовлияние этих двух общностей друг на друга. На ранних этапах переселения наблюдается дифференциация в выборе мест для поселения: протосаамы осваивали северные ландшафты Карелии и Финляндии, а протофинноугры начинают проникать в Карелию с VII тыс. до н.э. Отмечается, что это родоплеменные группы с иной культурой - с кремневым инвентарем волго-окского облика, и селятся они в средней и южной части Карелии. Небольшие группы пришельцев растворялись в среде местного населения, их влияние на местную мезолитическую культуру проявилось только в южной части Карелии. Как отмечает Г.А. Панкрушев, в середине IV тыс. до н.э. в среде протосаамов Карелии и Финляндии кварцево-сланцевая культура достигла высокого развития, появилась керамика сперрингс. С этого времени начинается эпоха неолита -«эпоха наивысшего расцвета и заката прото-саамской самодийской культуры» [3, с. 91].

Археологические находки обнаружены в нескольких местах Беломорья: Авнепорог IV, X, XI, Подужемская II, на всех стоянках имеются кострища. Бедность инвентаря свидетельствует об их кратковременном существовании. Стоянки являлись стойбищами охот-

ников на северного оленя. Следов жилых и хозяйственных построек не обнаружено. Возраст стоянок варьирует от IX-VIII до VI тыс. до н.э. Вероятно, совершенствование орудий и способов охоты и рыбной ловли способствовало полукочевому образу жизни, позволяло дольше задерживаться на местах жительства. Жилищем могли служить чумы. Следы костров, которые горели в чумах, имеют мощность зольно-углистой прослойки 10-15 см, что свидетельствует об их длительном горении [3, с. 95].

Сведения, полученные археологами по первому, мезолитическому, этапу, позволяют констатировать факт территориальной дифференциации, связанной с различной этнической принадлежностью населения юга и севера Карелии. На севере обитали племена протосаамов, а на юге - протофинноугров.

2. В неолитический этап (IV - начало II тыс. до н.э.) на территории Карелии сосуществовали две культуры: каргопольская и беломорская. Отличительной чертой беломорской культуры является ландшафт морского побережья, где она сложилась. В Прибеломорские районы проникает население юга с ВолгоОкского бассейна, отличающееся мощным вторжением, оставившим значительное число поселений. Для этапа характерны процессы ассимиляции между поселенцами и пришельцами.

Суровый климат, тяжелая для обработки (каменистая) почва, большая отдаленность от южных земледельческих племен (отсутствие возможности обмена опытом природопользования), стоявших на более высокой ступени развития, препятствовали переходу к земледелию. Рыболовство требовало оседлости. Поселения располагались в непосредственной близости к богатым рыбой местам, были оби-

таемы человеком продолжительное время. Исследования археологов на неолитических стоянках свидетельствуют, что площадь, занимаемая поселением, составляла 800-900 м2, там могли располагаться 5-6 жилищ. Эти факты подтверждают малочисленность северной родовой общины.

В неолитическую эпоху рыболовство достигло расцвета и стало основой экономики, «определенной хозяйственной системой», благодаря которой произошли перемены в образе жизни, быте и мировоззрении людей. Развитие рыболовства повлекло за собой изобретение средств транспорта - лодок, изготовление которых, в свою очередь, привело к использованию лесных ресурсов. Рыболовство, получившее развитие как отрасль хозяйства в раннем неолите, «привело к усовершенствованию орудий труда, транспортных средств, навыков пребывания на воде и создало возможность для появления более прогрессивной формы присваивающего хозяйства - морскому промыслу» [4, 5].

В Прибеломорье формируется локальный вариант неолитической культуры, которая проявилась в петроглифах Беломорья (первая половина III - первая половина II тыс. до н.э.). Ценность наскальных полотен состоит в том, что они содержат «хозяйственную летопись» - годовой цикл хозяйства древних жителей побережья: сцены зимнего, весеннего, летнего и осеннего промысла. По сведениям Ю.А. Савватеева [6], хозяйственный год начинался весной, с прилетом лебедей, которых добывали в большом количестве самыми разными орудиями. С началом вскрытия водоемов охотники отправлялись на больших лодках промышлять лосей. Летом начинался рыболовный сезон, а затем промысел водоплавающей дичи, осенью - охота с помощью

капканов, зимой - индивидуальная охота на лосей, оленей и других животных. К.Д. Ла-ушкин называет места распространения петроглифов святилищем - одним из первых в истории человечества культовых мест, где совершались религиозные церемонии и обряды, имеющие важное значение в жизни древнего населения [7]. Согласно приведенным сведениям, петроглифы Беломорья свидетельствуют об особом типе природопользования, связанном с окружающим ландшафтом, - открытом, лежащим на основных водных магистралях, приморском. Наскальные рисунки, как утверждают археологи, всегда «привязаны» к урезу воды древних водоемов. Они выбивались в полосе прибоя, начиная от уреза и до высоты 2,5 м.

Петроглифы выполняли важную социальную функцию (обряды космического культа, охотничья магия и магия плодородия). Сведения с наскальных полотен осуществляют их современную познавательную функцию, особенно в сфере характера природопользования и образа жизни населения.

На побережье Белого моря с конца прошлого века известны группы памятников, которые были объединены археологами в беломорскую археологическую культуру эпохи неолита. Последующие исследования в Беломорье показали, что только часть стоянок беломорской культуры можно считать неолитическими, остальные - более поздние: от ранней бронзы до раннего железного века [8, с. 153].

Вышесказанное позволяет сделать вывод

о том, что на формирование беломорской культуры большое влияние оказали ландшафты морского побережья. На наш взгляд, не важно, какой этнос здесь поселился, на морском побережье характер хозяйственной дея-

тельности детерминировался ландшафтом. Ландшафтные условия, характер водоема оказывали влияние на способы рыболовства: одни ловили в реке, другие - на побережье крупных озер или Белого моря, где приходилось учитывать режим приливов и отливов. Ландшафты морского побережья отличаются богатым набором природных ресурсов, поскольку выполняют роль маргинальной, стыковой территории.

3. Этап энеолита (начало - середина II тыс. до н.э.). Как отмечает И.Ф. Витенкова [9, с. 151], на территории Карелии четкой границы между памятниками позднего неолита и энеолита нет, что связано с невозможностью принципиального улучшения каменных орудий. В связи с появлением меди каменный материал утратил значение единственного сырья для изготовления хозяйственного инвентаря. Ареал распространения керамики асбестовой и с ромбоямочным орнаментом, которая по времени соответствует энеолиту, отмечается на побережье Белого моря, в его юго-западной части и включает: Кемь I, низовья р. Выг (Бесовы Следки, Ерпин Пугас, Залавруга, Золотец, Шойрукша порог, Шой-рукшин остров). На других территориях Бе-ломорья памятники эпохи энеолита пока не выявлены. Карельской особенностью энеолита является слабое распространение металла на поселениях и относительная территориальная ограниченность поселений с признаками использования самородной меди. Медные изделия обнаружены лишь на 10% общего количества памятников. Отмечается увеличение числа памятников этого периода, что, возможно, было связано с ростом населения. К новшествам в хозяйственной деятельности следует отнести изменения в производстве керамики и орудий, новые черты в домостро-

ительстве, возрастание роли торгового обмена. На поселениях раннего энеолита основные виды изделий из камня унаследованы от позднего неолита [9, с. 159].

Существуют различные точки зрения археологов на первичность и вторичность роли рыболовства и охоты в жизни древних жителей. В Прибеломорье в занятиях населения эпохи энеолита характерно преобладание рыболовства и морского промысла, что объясняется влиянием ландшафта: преобладали водные (морские и речные), а также прибрежные ресурсы. В отличие от мезолита эпоха неолита и раннего металла характеризуется появлением нового вида деятельности -морского промысла, о чем свидетельствуют остеологические материалы раскопок. На поселениях Прибеломорья обнаружены кости нерпы, тюленя, морского зайца, белухи [10, с. 174].

Таким образом, дифференциация природопользования в разных областях хозяйства и быте населения, в частности «появление долговременных зимних, сезонных летних и кратковременных промысловых становищ» [10, с. 175], характеризует эпоху энеолита как период времени с усложнением культурно-хозяйственных типов.

4. Этап бронзы (середина II - начало I тыс. до н.э.). Большая часть беломорских стоянок относится к эпохе бронзы. На их местах найдены две группы вещей: тонкостенная пористая светлого цвета посуда со сложными узорами у горла, мелкими овальными углублениями и ямками неправильной формы; наконечники стрел ланцетовидной, треугольно-черешковой формы. Наряду с указанной встречается посуда с сетчатой поверхностью и выступающим краем венчика.

Многие археологи считают, что изготовление посуды с примесью асбеста и употреб-

ление кварцевых орудий появляется в неолите у древнего населения, на основе которого впоследствии сложилась саамская народность. В конце эпохи бронзы и до железного века в Беломорье существовали крупные долговременные поселения (Красная гора, Тами-ца, Сараиха, Вейга, Люлинка и др.) [8, с. 153, 244]. В более позднее время - в эпоху железа, средневековье и позже, сохраняется преемственность в приуроченности населенных пунктов к тем же местам, если этому не мешали палеогеографические условия.

Для эпохи бронзы характерно, что Северная Карелия населена протосаамами, а значительная часть занята прафинноуграми, в том числе Беломорье. Памятники древней живописи - петроглифы в низовьях р. Выг и ее притоков - свидетельствуют о высоком для того времени уровне общественного и религиозного сознания, это сокровища культуры, оставшиеся от древнего населения Поморья.

Для эпохи бронзы характерны такие памятники, как каменные лабиринты. Они получили распространение в Поморье и на восточном берегу Онежского озера. По результатам исследований, А.А. Куратов выделяет пять типов построек: подковообразные, круглоспиральные, биспиральные, круговые, прямоугольные [11]. О назначении лабиринтов существуют разные суждения, большей частью исследователи связывают их с главным занятием древних жителей побережий - рыболовством. Высказывается предположение, что лабиринты могли быть культовыми сооружениями, связанными с древними обрядами, посвященными в том числе и удачному промыслу. Этнокультурная принадлежность лабиринтов не определена, время их сооружения охватывает длительный период - И-Г тыс. до н.э.

Памятники эпохи бронзы - лабиринты -представляют одну из четырех групп памятников, соответствующую определенной археологической культуре. По утверждению С.В. Ошибкиной, памятники с асбестовой керамикой принадлежат предкам современных саамов. Кроме этого, среди памятников Бе-ломорья имеются принадлежащие предкам финноугров [8, с. 153]. Численность населения существенно увеличилась, и это видно по числу поселений и археологических находок.

5. Эпоха железа (середина I тыс. до н.э. -

I тыс. н.э.). О восприятии мира древним населением этого периода свидетельствуют находки скульптур зверей, птиц, ящериц, людей, которые обнаружены археологами на памятниках многократного заселения или в комплексах эпохи раннего металла. Практически все керамические изделия имеют рисунки на поверхности, напоминающие деревья, водоплавающих птиц, людей. В эпоху раннего металла наблюдается процесс деградации в украшении посуды: исчезают полностью орнаментированные сосуды, сложные композиции сменяются разреженным узором [10, с. 183].

В железном веке на территории Карелии сформировались четыре археологические культуры: позднекаргопольская, лууконсаа-ри, культура с керамикой «арктического» типа и позднебеломорская, среди перечисленных в Прибеломорье наиболее четко проявились две последние.

Культура с керамикой «арктического» типа характерна для территории Финляндии, однако в Карелии известны восемь пунктов: стоянки обнаружены археологами на скальных площадках и береговых склонах в низовьях р. Кемь, на озерных мысах и у истоков рек (Кереть), на островах (Пяозерская), по

берегам проток и проливов между озерами Пяозеро и Топозеро (Софьянга, Елменкоски). Открытые поселения кратковременны, отсутствуют следы стационарных жилищ и признаки оседлого образа жизни. На стоянках найдена керамика, орнаментика которой беднее, чем в других культурах каменного века Карелии и по ряду признаков ближе к культуре лууконсаари. Следы металлургического производства крайне редки из-за бедности редких поселений и их слабой археологической изученности. Хронологическая граница культуры с керамикой «арктического» типа не древнее культур ананьинского пласта древностей Карелии и находится в пределах второй половины I тыс. до н.э [12].

Культура лууконсаари имеет проявление на территории Северной Карелии фрагментарно. По водной системе р. Оулу проходила контактная зона между ареалом лууконсаа-ри и областью с керамикой «арктического» типа. В Беломорье посуда с примесями асбеста, слюды или органики отчасти имеет черты посуды «арктического» типа. По утверждению М.Г. Косменко, четкой границы между различными культурами нет, они условно разграничиваются озерно-речными системами [13].

М.Г. Косменко в юго-западном Беломорье проанализировал комплексы 33 поселений (компактная группа в приустьевой части р. Выг) и выделил позднебеломорскую археологическую культуру, отнеся ее к ананьин-скому культурно-хронологическому пласту древностей Карелии. Для поселений характерно изменение местоположения относительно устья р. Выг в связи с колебанием уровня Белого моря. Приуроченность поселений к порогам р. Выг объясняется занятием населения рыболовством. Следует отметить сезонность посещения указанного места различными

группами населения в течение железного века. Находки позднебеломорской культуры представлены глиняной посудой со сложным орнаментом (с формами восточного происхождения), каменными изделиями, глиняными тиглями для литья металла и металлическими предметами [14].

Для поселений Прибеломорья эпохи железа характерны косвенные признаки, указывающие на господство охотничье-рыболовец-ких форм хозяйства: тяготение к водоемам, удобным для рыбного промысла, расположение на древних водных путях, находки большого количества каменных наконечников для стрел, устройство зимнего стационарного жилья на берегах. Для жилья теперь не осваивают побережья глухих озерных заливов, как это было в эпоху бронзы, поскольку необходимо общение и коллективная охота при большом стечении людей на морского зверя.

Можно сделать вывод о том, что процессы дифференциации в пространстве и во времени продолжаются, о чем свидетельствует наличие нескольких культур, представители которых проживали на территории Прибело-морья в железном веке. Позднебеломорская культура отличается сочетанием типичных восточных элементов, указывающих на начало заселения Карелии с востока. Эпоха железа предшествовала формированию современных северных народов. Это последний временной срез доэтнического времени.

Таким образом, сведения, полученные в результате археологических исследований, в совокупности могут быть обозначены как археологический фактор территориальной дифференциации в период раннего освоения и заселения территории человеком. Археологические сведения служат источником для определения основных ветвей и направлений

в переселении древнего человека из одних регионов в другие. Обозначенные ветви и направления помогают определить предков существующих субэтносов, что объясняет отчасти современную историко-культурную и этнографическую дифференциацию. В зависимости от природных условий, датировки археологических памятников, находятся хозяйственно-культурные типы, которые сменяют друг друга и способствуют вовлечению в хозяйственный оборот все новых видов ресурсов. Для археприродопользования [15] характерно использование только биологических (животные, рыба, растения, грибы) и минерально-сырьевых ресурсов (каменный и глиняный материал) для производства орудий труда и посуды. Затем увеличивается число осваиваемых видов ресурсов и структура каждого из них. В энеолите начинается использование меди - первого металла, полученного путем холодной ковки, а уже в бронзовом и железном веке число химических элементов, применяемых человеком в хозяйстве, достигает 3-4. С появлением металлических изделий и их разнообразием нагрузка на ландшафты значительно возрастает, что вызывает первые экологические стрессы в природе.

Без сомнения, история природопользования любого региона должна включать сведения древнейшего этапа. Поскольку историческое природопользование - это последовательная смена форм эксплуатации природноресурсного потенциала, выраженная в смене типов природопользования и имеющая специфический региональный характер, то в основание природопользовательской диаграммы должно быть заложено природопользование древнейшего этапа, т.е. древнейший природопользовательский спектр (архиприродопользование).

Древнейший этап освоения сказался на дифференциации антропогенно-измененных ландшафтов. Мы не можем утверждать, что конкретно железный век или энеолит следует считать временем становления антропогенного фактора для современных ландшафтов, однако антропогенная нагрузка на местах стоянок и в их окрестностях сказалась на динамике восстановления природных комплексов.

Рассматриваемый этап дает положительные результаты при изучении истории экологических проблем, а также установлении стадий экологических проблем.

Наряду с изменениями в мировоззрениях населения и хозяйственной деятельности, эво-

люционирует и изобразительное искусство. Каждый этап освоения вносит свои изменения в искусство древних: в мезолите преобладает костяная скульптура с изображением крупных промысловых животных, на эпоху неолита приходится расцвет наскального искусства, в раннем металле появляются новые художественные формы - кремневая скульптура, зооморфные изображения на посуде и металлических изделиях. Изображения человека появляются в мезолите и остаются навсегда, но по количеству изображений преобладают зооморфные мотивы. Лунарные знаки, имеющие место в искусстве древних, связаны с мифологическими представлениями человека [10, с. 184].

Список литературы

1. Бернштам Т.А. Поморы. Формирование группы и система хозяйства. Л., 1978. С. 3.

2. Вампилова Л.Б. Региональный историко-географический анализ. Ландшафты Карелии. СПб., 1999. Кн. 1. С. 21-28, 102-108.

3. Панкрушев Г.А. Мезолит и неолит Карелии. Л., 1978. Т. I. Мезолит.

4. Гурина Н.Н. Рыболовство и морской промысел на Кольском полуострове // Рыболовство и морской промысел в эпоху мезолита - раннего металла. Л., 1991. С. 6.

5. Шмаков И.Н. Материалы для антропологии русских лопарей // Ежегодник русского антропологического общества при императорском Санкт-Петербургском университете: Сб. СПб., 1909. Т. III. С. 9-11, 15.

6. Савватеев Ю.А. Наскальные рисунки Карелии. Петрозаводск, 1983. С. 139-156.

7. Лаушкин К.Д. Новое Онежское святилище. Таллинн, 1959. Ч. I. (Новая расшифровка некоторых петроглифов Карелии). «Скандинавский сборник». Т. IV. С. 8-11; 1962. Ч. II. (Опыт новой расшифровки некоторых петроглифов Карелии). «Скандинавский сборник». Т. V. С. 177-298.

8. Ошибкина С.В. Энеолит и бронзовый век Севера Европейской части СССР // Эпоха бронзы лесной полосы СССР. Археология СССР / Под общ. ред. акад. Б.А. Рыбакова. М., 1987.

9. Витенкова И.Ф. Ранний период. Культура ромбоямочной керамики // Археология Карелии. Петрозаводск, 1996.

10. Витенкова И.Ф. Хозяйство и искусство каменного века - раннего металла // Там же.

11. Куратов А.А. Древние лабиринты архангельского Беломорья // Историко-краеведческий сб. Вологда, 1973. С. 63-64.

12. Косменко М.Г. Культура с керамикой «арктического» типа // Археология Карелии. С. 253-257.

13. Он же. Культура луукансаари // Там же. С. 238-251.

14. Он же. Позднебеломорская культура // Там же. С. 257-270.

15. Завьялова О.Г. Природопользование и развитие: этногеосистемный анализ (на примере Южного Зауралья). Тюмень, 2004. С. 18.

Vampilova Lyudmila

HISTORICAL AND GEOGRAPHICAL PERIODIZATION OF LANDSCAPE DEVELOPMENT OF KARELIAN POMORYE

The article covers the issues of historical and geographical periodization (HGP) theory which is based on the through analysis of facts. The aim of HGP is to define time confines in the process of the economic development of landscapes as well as historical events. The periodization is carried out for Karelian Pomorye.

Рецензент - Бызова Н.М., профессор Поморского университета