М. Д. Александрова - выдающийся ученый-психолог, педагог, человек (к 100-летию со дня рождения)

2014 ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА Сер. 16 Вып. 2

НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ

УДК 159.922

Л. А. Головей, О. Ю. Стрижицкая

М. Д. АЛЕКСАНДРОВА — ВЫДАЮЩИЙСЯ УЧЕНЫЙ-ПСИХОЛОГ,

ПЕДАГОГ, ЧЕЛОВЕК

(К 100-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ)*

Статья посвящена основателю ленинградской и российской психогеронтологической школы Марии Даниловне Александровой.

В начале своей научной деятельности М. Д. Александрова увлеченно работала над проблемами зрительного восприятия. На примере развития зрительных функций ею было продемонстрировано действие основных законов онтогенеза — гетерохронности и неравномерности. Результатом этих исследований стала серия публикаций, посвященных развитию зрительных функций: восприятию формы, определению границ цветового зрения, а также возрастным особенностям отражения времени. Затем, выступив против рассмотрения старения как обратного развития, как возраста потерь, М. Д. Александрова перешла к исследованию и определению возрастных лимитов трудоспособности.

Развивая идеи психогеронтологии, М. Д. Александрова в 1970-е годы обращается к социально-психологическим проблемам и исследованиям личности. Она указывает на значение теории отношений В. Н. Мясищева для социальной геронтологии, проводит исчерпывающий анализ состояния исследований в области социальной геронтологии за рубежом. В своей следующей работе она подробно анализирует социальные, демографические аспекты постарения населения планеты, рассматривает задачи, которые этот процесс ставит перед социальными институтами и перед наукой. Сама Мария Даниловна, обладая активным характером и стремлением помочь людям, постоянно взаимодействовала с различными организациями, решающими научные и жизненные проблемы пожилых людей.

Головей Лариса Арсеньевна — доктор психологических наук, профессор, Санкт-Петербургский государственный университет, Российская Федерация, 199034, Санкт-Петербург, Университетская наб., 7/9; lgolovey@yandex.ru

Стрижицкая Ольга Юрьевна — кандидат психологических наук, старший преподаватель, Санкт-Петербургский государственный университет, Российская Федерация, 199034, Санкт-Петербург, Университетская наб., 7/9; o.strizhitskaya@psy.spbu.ru

Golovey L. A. — Doctor of psychological Sciences, professor, St. Petersburg State University, 7/9, Universitetskaya nab., St. Petersburg, 199034, Russian Federation; lgolovey@yandex.ru

Strizhitskaya O. Yu. — Ph.D. of psychological sciences, St. Petersburg State University, 7/9, Universitetskaya nab., St. Petersburg, 199034, Russian Federation; o.strizhitskaya@psy.spbu.ru

* Кафедра психологии развития и дифференциальной психологии факультета психологии СПбГУ и авторы статьи выражают глубокую признательность за предоставленную информацию и материалы близким, друзьям и коллегам Марии Даниловны Александровой: Л. Н. Кулешовой, И. И. Рожкову, Т. В. Костыревой, Н. Н. Киреевой, В. Н. Панферову и многим другим.

72

Являясь первопроходцем в области психогеронтологии, М. Д. Александрова разработала и ввела в образовательный процесс учебный курс «Психогеронтология». Среди множества ее талантов и личных качеств нельзя не отметить незаурядное чувство юмора и нестандартный взгляд на мир. Мария Даниловна Александрова была не только выдающимся ученым, но и выдающимся человеком, вдохновлявшим коллег и учеников. Библиогр. 7.

Ключевые слова: М. Д. Александрова, юбилей, психогеронтология.

L. A. Golovey, O. Yu. Strizhitskaya

M. D. ALEXANDROVA, AN OUTSTANDING PSYCHOLOGIST, SCIENTIST, TEACHER, PERSONALITY

The paper is dedicated to an outstanding soviet and Russian scientist — M.D. Alexandrova — the founder of Leningrad and Russian psychogerontological school. In the beginning of her scientific career Maria Danilovna was passionately investigating problems of visual perception. She joined a scientific group whose main focus was on investigation of sensations, perceptions and secondary images, sensory organization of a human. The general laws of ontogenesis were first shown on visual functions: hetero-chronia and unevenness. These studies resulted in a series of publications dedicated to development of visual functioning: form perception, definition of thresholds of color vision, and characteristics of time reflection. Later M. D. Alexandrova moved to the research and definition of age limits of professional capacities. M. D. Alexandrova started criticism of aging as a process of regressive development, as an age of losses. Developing ideas of psychogerontology, M. D. Alexandrova in 1970s turns to social and psychological research and personality studies. She points out importance of attitude theory by V. N. Myasischev for social gerontology, gives an extraordinary analysis of gerontological studies abroad. In her next work she makes a detailed analysis of social, demographical aspects of ageing population in the world, describes problems that such aging puts for social institutions. Maria Danilovna, having an incredibly active personality, strove to help people and interacted with different organizations, solving scientific and life problems of aging people. Being a founder in psychogerontology, Alexandrova developed and instituted a new teaching course entitled Psychogerontology. Among the variety of her talents and qualities, everyone who knew her would point out her extraordinary sense of humor and unusual vision of life. She was not just an outstanding scientist but also and outstanding personality, inspiring colleagues and students. Refs 7.

Keywords: M. D. Alexandrova, psychogerontology.

В 2014 г. исполнилось бы 100 лет со дня рождения Марии Даниловны Александровой — выдающегося ученого-психолога и педагога. Большую часть своей жизни она посвятила работе в Санкт-Петербургском государственном университете и стала основателем ленинградской и российской психогеронтологической школы.

Мария Даниловна Александрова родилась 13 января 1914 г. в Петербурге в дворянской семье физика Даниила Александровича Александрова и заслуженной учительницы Елизаветы Иосифовны. Все члены семьи были чрезвычайно одаренными людьми. Старшая сестра Вера Даниловна — полярный биолог, ученый с мировым именем, академик Канадской академии наук, брат Александр Данилович — выдающийся математик, ставший впоследствии ректором Ленинградского государственного университета. Ее мама владела несколькими иностранными языками, декламировала стихи на французском и других языках. Сама Мария Даниловна увлекалась поэзией, сочиняла стихи. Так, в память о своей сестре она написала венок сонетов, который получил высокую оценку в кругу близких. Перед войной Мария Даниловна окончила Педагогический институт им. А. И. Герцена, ее научным руководителем был классик и методолог психологической науки С. Л. Рубинштейн. Вернувшись после войны из эвакуации, она задает своему учителю вопрос: «Куда идти?» — и получает ответ: «Конечно, к Ананьеву!» Так Мария Даниловна пришла в Ленинградский государственный университет (ЛГУ), где тогда еще не было психологического

73

факультета, и закончила там аспирантуру психологического отделения философского факультета. После аспирантуры с 1952 по 1956 г. она работала в Тартуском государственном университете старшим преподавателем кафедры логики и психологии. В 1954 г. защитила кандидатскую диссертацию «О пространственной динамике зрительного восприятия формы». С 1956 г. являлась сотрудником кафедры педагогики философского факультета ЛГУ, с 1957 по 1966 г. — сотрудником кафедры психологии философского факультета, а с момента образования факультета психологии в 1966 г. и до 1981 г. — доцентом кафедры общей психологии психологического факультета Ленинградского университета.

В начале своей научной деятельности Мария Даниловна увлеченно работала над проблемами зрительного восприятия. Она влилась в научный коллектив, одним из направлений работы которого было изучение ощущений, восприятий и представлений, сенсорной организации человека. Задачей коллектива, которым руководил профессор Б. Г. Ананьев, было изучение развития сенсорно-перцептивных функций человека на протяжении всего жизненного цикла. В этом коллективе Е. Ф. Рыбалко в течение многих лет изучала возрастные изменения зрительных функций у детей и подростков, М. Д. Александрова же направила свои усилия на изучение более поздних периодов развития. Фактически эти исследования послужили моделью, в которой был реализован сравнительно-генетический подход ко всему жизненному циклу человека. На примере развития зрительных функций было продемонстрировано действие основных законов онтогенеза — гетерохронности и неравномерности. Результатом этих исследований стала серия публикаций, посвященных развитию зрительных функций: восприятию формы, определению границ цветового зрения, а также возрастным особенностям отражения времени (см. об этом: [1, с. 50-52, 70-71, 77-82]).

Очень скоро от этих частных исследований когнитивного развития в поздних возрастах Мария Даниловна переходит к изучению возрастных лимитов трудоспособности. Она исследует возрастную структуру занятости и показывает, что занятость остается на высоком уровне вплоть до 60 лет и старше. Впервые в отечественной науке М. Д. Александрова демонстрирует комплексный подход к выявлению и объяснению факторов трудоспособности, анализируя социально-экономические (потребность в кадрах), психофизиологические (состояние сенсорно-перцептивной, психомоторной и других сфер), психологические (мотивы, навыки, черты личности и др.) факторы [1, с. 57-58; 2]. В этих работах она убедительно показывает, что ведущими факторами трудоспособности являются пригодность к труду (связанная с состоянием здоровья и развитием психофизиологических функций, их сохранностью), трудовая направленность, опыт и привязанность к избранной профессии.

М. Д. Александрова выступает против рассмотрения старения как обратного развития, как возраста потерь [1, с. 9-14]. Эту точку зрения она смело высказывала и отстаивала в то время, когда в науке господствовали дефицитарные теории и клинические подходы к старению. Имея широкий круг интересов и философский склад ума, М. Д. Александрова возглавила новое для отечественной психологии направление изучения человека на поздних этапах онтогенеза — психосоциальную геронтологию. В 1965 г. выходит в свет ее монография «Очерки психофизиологии старения» [3]. В ней автор определяет место геронтологии в системе научного знания и указывает на основные процессы, характерные для геронтологии того времени —

74

дифференциацию, комплексирование, гуманизацию. Это была первая систематизированная монография, посвященная проблемам психогеронтологии в нашей стране. Мария Даниловна отмечает, что только благодаря возникновению наряду с медико-биологическим личностного подхода к онтогенетическому развитию человека психология старения (психогеронтология) смогла, во взаимодействии с медицинской, биологической, социальной составляющими, превратиться в новую комплексную область изучения человека. В предисловии к этой монографии Б. Г. Ананьев отмечает позицию автора, согласно которой развитие человека представляет собой процесс всевозрастного развития. Он характеризует процесс всевозрастного развития как сложное переплетение процессов инволюции и эволюции: «Возрастные особенности взрослого человека (от юности до старости) тем и характерны, что сложное взаимопереплетение эволюционных и инволюционных процессов определяется доминированием то одних, то других из них в зависимости от конкретно-исторических условий жизни человека и состояния его собственной деятельности (трудовой, коммуникативной, гностической)» [4, с. 5]. Мария Даниловна выявляет и описывает проявления законов онтогенеза в поздние периоды развития. Она демонстрирует факт усиления гетерохронности, проявляющейся на разных уровнях организации человека, полагая при этом, что гетерохронность играет огромную роль в оптимизации его потенциалов, особенно в поздние периоды развития.

М. Д. Александрова выявила феномен стабилизации психических и психофизиологических функций в условиях старения, что способствует долголетию и поддерживает общую и творческую активность. Это явление она продемонстрировала на примере динамики зрительных функций в различных видах профессиональной деятельности, прежде всего в транспортных профессиях. Описанные ею феномены нашли отражение в представлениях Б. Г. Ананьева о двухфазности развития функций и об операциональных преобразованиях функций как фактора развития. В развитии психофизиологических функций, как полагал Б. Г. Ананьев, есть две фазы: функциональная и операциональная. Первая фаза является показателем онтогенетической эволюции и отражает индивидные свойства человека, для нее характерен прогресс в развитии функций в процессе их созревания от рождения до возрастов зрелости. Вторая фаза характеризуется дальнейшим развитием и достижением оптимума в более поздние периоды развития под влиянием специализации функций в процессе деятельности. Характеристики этой фазы являются отражением развития человека как субъекта деятельности [5]. М. Д. Александрова в большом количестве эмпирических исследований показала справедливость этого предположения.

Отметим большой интерес исследовательницы к человеку труда: М. Д. Александрова проводила полевые исследования профессионалов в самых разных организациях — в трамвайных парках, автоколоннах, на заводе электронной аппаратуры, на машиностроительном заводе. В этих исследованиях ею были получены уникальные эмпирические данные о характере старения психических процессов и функций человека, о показателях трудоспособности в поздние периоды жизни. Из этих исследований она делает выводы об индивидуальных особенностях старения: «Сохранность психических процессов, а также моторики человека, общая сохранность в период геронтогенеза и связанная с ней пригодность к труду находятся под воздействием многих факторов, которые, сложно переплетаясь между собой, создают ту индивидуальную картину старения», которую автор называет «почерком старения»

75

[1, с. 124]. Замечая, что каждый человек стареет по-своему, М. Д. Александрова формулирует закон разнообразия, отражающий всё большую индивидуализацию людей в период старения. Она пишет о возрастающей по мере взросления человека и его старения индивидуальной вариативности, усложнении индивидуальности, об увеличении роли личности в сохранении трудоспособности. Из этого Мария Даниловна делает заключение о недостаточности чисто статистических подходов к исследованию стареющего человека, полагая, что ведущую роль должен играть индивидуально-монографический подход.

Этот подход она с блеском применила при исследовании творчества великих деятелей искусства и науки. Проведя анализ возрастной динамики творческой продуктивности великих музыкантов, живописцев, писателей, юристов, М. Д. Александрова выделила некоторые общие закономерности. Она показала, что для наиболее выдающихся деятелей искусства характерен относительно ранний или относительно поздний расцвет творчества, но непременно с сохранением высокой продуктивности до старческого возраста. Были выделены также общие черты, отличающие великих творцов: поливалентность (разносторонность проявлений таланта), оригинальность, стремление к разнообразию, поиску, сохранение высокой духовной активности и высокой потребности в творчестве. Нужно отметить, что саму Марию Даниловну эти качества отличали в полной мере. На материале индивидуально-монографического анализа ею было выявлено преобладание дивергентного типа старения у творцов [1]. Впоследствии она развивает идеи типологии старения в статье, которая не увидела свет при ее жизни и которую мы предлагаем вниманию читателей в данном номере журнала. Значение активности личности для сохранения работоспособности в процессе старения была впоследствии подтверждена в индивидуально-монографическом исследовании жизненного пути лиц в возрасте 61-75 лет, проведенном ученицей М. Д. Александровой Л. Н. Кулешовой совместно с Е. Ф. Рыбалко [6]. На примере людей разных специальностей они показали, что в этот период жизни рефлексивные свойства личности, тесно связанные с целями жизни и деятельности, ценностными ориентациями и установками, выполняют функции саморегулирования и самоконтроля развития личности, способствуя сохранности одной из важнейших характеристик субъекта деятельности — трудоспособности.

Развивая идеи психогеронтологии, в 1970-е годы М. Д. Александрова обращается к социально-психологическим исследованиям и исследованиям личности. Она указывает на значение теории отношений В. Н. Мясищева для социальной геронтологии [7], проводит исчерпывающий анализ состояния исследований в области социальной геронтологии за рубежом [1]. Результатом этой большой работы явились подготовка и опубликование монографии «Проблемы социальной и психологической геронтологии», главной задачей которой стало «раскрытие содержания социальных и психологических аспектов геронтологии» [1, с. 4]. В своей монографии М. Д. Александрова подробно анализирует социальные, демографические аспекты постарения населения планеты, рассматривает задачи, которые этот процесс ставит перед социальными институтами и перед наукой. Ее продолжают интересовать проблемы трудоспособности пожилых людей, их готовность и желание трудиться. Мария Даниловна объединяет в своей работе и рассматривает в тесном единстве психологические и социальные проблемы, справедливо полагая, что только комплексирование исследований разных наук поможет продуктивному решению

76

проблем стареющего населения. Отличительной особенностью ее научного подхода является опора на широкие междисциплинарные связи психологии с социологией, биологией старения, гериатрией, герогигиеной. В структуре геронтологии она выделяет две ветви — теоретическую и прикладную. Сама Мария Даниловна, обладая активным характером и стремлением помочь людям, постоянно взаимодействовала с различными организациями, решающими научные и жизненные проблемы пожилых людей и инвалидов, такими как Ленинградский научно-исследовательский институт экспертизы трудоспособности и трудоустройства инвалидов (ЛИЭТИН), Дом ветеранов для ученых, Дом ветеранов сцены и др.

В своих работах «Очерки психофизиологии старения» и «Проблемы социальной и психологической геронтологии» М. Д. Александрова сформулировала основные положения нового научного направления, сделав акцент на сложности и нелинейности процесса становления старости. Она подчеркивала многогранность процесса старения, роль творческого и профессионального потенциала в процессах старения, а также высокую вариативность и индивидуальность развития в период геронто-генеза. Хочется привести слова автора, которыми она заканчивает последнюю монографию: «Мы сделали попытку показать, какие проблемы социальной и психологической геронтологии решаются в науке сегодняшнего дня, но есть еще задачи завтрашнего дня — это поиски путей активного управления биологической, психологической и социальной жизнью человека» [1, с. 126]. Думается, что Мария Даниловна имела в виду психологическое сопровождение развития человека, психологическую помощь ему, работу, направленную на раскрытие потенциалов и ресурсов развития, создание условий для самореализации и психологического благополучия личности, продления активного, трудоспособного периода жизни, творческого долголетия. На это были направлены ее усилия и как ученого, и как человека.

В настоящее время проблемы психогеронтологии активно разрабатываются в Санкт-Петербургском государственном университете. Некоторые из этих исследований представлены в настоящем выпуске журнала. Они посвящены анализу современных работ в области психологии старения в европейских странах, проблемам субъективной картины мира пожилых людей, изучению личностных факторов сохранения трудоспособности в периоды поздней взрослости и старения, ресурсам личности в преодолении трудностей, связанных со здоровьем и условиями проживания в поздних возрастах. Следует отметить, что в настоящее время активно развиваются и проблемы прикладной психогеронтологии. Открывается широкая сеть так называемых «школ третьего возраста», к занятиям в которых привлекаются лица пожилого возраста и где при помощи психологов и с опорой на данные психогеронтологии реализуются идеи активного, творческого долголетия.

Являясь первопроходцем в области психогеронтологии, М. Д. Александрова разработала и ввела в образовательный процесс учебный курс «Психогеронтология», который впервые был включен в программу подготовки психологов в нашей стране в Ленинградском университете в начале 1970-х годов. В настоящее время уже невозможно представить себе профессиональную подготовку психолога без знания основ психогеронтологии. На факультете психологии СПбГУ традиции чтения этого курса продолжают и развивают ученики и последователи М. Д. Александровой.

Хотелось бы несколько слов сказать о личности Мария Даниловны, ибо она была не только выдающимся ученым, но и выдающимся человеком, вдохновлявшим

77

коллег и учеников. Одному из авторов данной статьи посчастливилось слушать ее лекции, принимать участие в семинарах, которые она проводила. Нужно отметить ее творческий, нестандартный подход. Например, в то время — а это был конец 60-х годов — материальная оснащенность психологического практикума на факультете была довольно слабой. А нужно было провести занятие по теме «Воображение». Мария Даниловна для демонстрации воображения выполняла следующее: она брала лист бумаги, произвольным образом его сжимала, мяла, затем показывала студентам и просила ответить: «На что похоже?». Дальше она сама вместе со студентами разрабатывала критерии оценки ответов с точки зрения их оригинальности. Заметим, что в ту пору методик Торренса, Гилфорда или других исследователей творческого процесса в России еще не знали. Для Марии Даниловны как для педагога было характерно пристальное внимание к студентам. Она очень точно подмечала настроение студентов, видела их проблемы, а самое главное — всегда пыталась расспросить их и помочь. Среди множества ее талантов и качеств, пожалуй, все, кто ее знал, выделяют незаурядное чувство юмора и нестандартный взгляд на мир.

Из воспоминаний учеников: «Мария Даниловна читала нам "Основы геронтологии", это был курс тогда новый, читался нестандартно, и все мы были под большим впечатлением. Она всегда вызывала восхищение и уважение своей широтой интересов вообще и особым доброжелательным и искренним интересом к разным людям, который она сохранила до последних дней. И ещё: Мария Даниловна заражала своим жизнелюбием, рядом с ней становилось легко и весело. Она любила и умела устраивать из жизни праздник при любых обстоятельствах»1.

Вспоминая Марию Даниловну, ученики и коллеги отмечают ее открытость, доступность для общения и сотрудничества. «Будучи исключительно харизматичным человеком, Александрова была открыта для диалогов, готова выслушать любые размышления и "изыскания" своих учеников. Многие из ее учеников отмечают, что она отличалась исключительной манерой изложения материала, ее лекции буквально завораживали студентов и привлекали очень широкую аудиторию слушателей. Мария Даниловна была открыта для общения не только профессионального, но и личного. Благодаря общению с ней студенты знакомились с интересными учеными, каждая из таких встреч была не только важной с научной точки зрения, но и оставляла неизгладимый отпечаток на них как на личностях»2.

А вот какой помнит Марию Даниловну доктор психологических наук, профессор В. Н. Панферов: «В 1961 г. М. Д. Александрова проводила занятия по экспериментальной психологии. Я был студентом первого курса в числе ещё пятерых однокашников. Небольшое помещение нашей кафедры, где проводились эти занятия, переполнялось энергией этой женщины. Её темперамент трансформировался в добрые и заботливые отношения к нам. Это проявлялось в организации дружеских посиделок для нас на её квартире. Она придумывала для нас игры вплоть до стихотворных импровизаций. В ней чувствовался практический психолог, опыт которого сложился в период расцвета педологии в нашей стране. С её слов она была доктором педологических наук и в этом статусе оппонировала Б. Г. Ананьеву, когда он защищал свою кандидатскую диссертацию. В процессе нашего обучения она представила

1 Из воспоминаний кандидата психологических наук, доцента Д. Х. Гизатулиной.

2 Из воспоминаний психолога, выпускницы факультета психологии СПбГУ Т. В. Костеревой.

78

нам всю последовательность экспериментальной процедуры — от формы протокола для занесения наблюдаемых эмпирических проявлений психической деятельности человека до математической обработки измеренных реакций, действий и поведения испытуемых. Я до сих пор пользуюсь алгоритмом научно-исследовательской деятельности, по которому она проводила иллюстративные опыты на наших занятиях. Большое внимание она уделяла инструкции, обращённой к испытуемым. По её убеждению, инструкция является важнейшей независимой переменной, определяющей направленность психического отражения к интересующему исследователя предмету или от него, если в инструкции неточно сформулирована задача опыта для испытуемых. Поэтому инструкция должна представляться испытуемым в письменном виде и включаться в протоколы и отчёты исследования. Я намеренно останавливаюсь на этом компоненте научного исследования, так как в современных исследованиях это требование к инструкции часто не соблюдается. Её занятия представляли какой-нибудь опыт — простой, но очень показательный относительно наших индивидуальных особенностей, которые она раскрывала перед нами, интерпретируя наши действия в экспериментальной процедуре. Например, она рассыпала спички на столе и предлагала собрать их в коробок. Она наблюдала за нами с секундомером в руках и по результатам наших действий рассказывала нам об особенностях нашей сенсомоторики, темперамента, эмоциональной саморегуляции и даже о характере. Я до сих пор чувствую в себе следы её профессионально важных знаний и человеческой теплоты, на которую скуповата была наша жизнь. Свой жизненный путь Мария Даниловна закончила в Павловском доме ветеранов науки и образования. На прощании с ней было много признательных ей учеников и коллег».

До последних дней Мария Даниловна оставалась исключительно жизнерадостным и активным человеком, проявляла искренний интерес к жизни и чувство юмора. Благодаря ей в Дом ветеранов на практику постоянно приходили студенты-психологи, она встречала их, знакомила с жизнью людей, которые там находились, проводила беседы-занятия. Студенты очень ценили эти встречи. Мария Даниловна не прекратила и своей научной работы. К ней приходили преподаватели, сотрудники, аспиранты, обсуждали планы своих исследований. Она сама продолжала научные изыскания, вела систематические наблюдения за жизнью пожилых людей — обитателей Дома ветеранов.

Результатами этого научного поиска стали статьи — последние работы Марии Даниловны, написанные ею в 1990-х годах. Эти материалы впервые публикуются в настоящем выпуске журнала. Они не потеряли своей актуальности и сегодня. Разработки, представленные в этих последних статьях, не имеют аналогов ни в отечественной, ни в зарубежной литературе. Можно смело утверждать, что этими работами М. Д. Александрова указывает направления для дальнейших исследований в области социальной и психологической геронтологии.

Литература

1. Александрова М. Д. Проблемы социальной и психологической геронтологии. Л.: Изд-во ЛГУ, 1974. 135 с.

2. Александрова М. Д. О возрастных лимитах трудоспособности // Возрастная психология взрослых. Тезисы докладов к науч. конф. 27-29 октября 1971 г. / под ред. Б. Г. Ананьева. Вып. 2. Л.: АПН СССР, 1971. С. 123-127.

79

3. Александрова М. Д. Очерки психофизиологии старения. Л.: Изд-во ЛГУ, 1965. 112 с.

4. Ананьев Б. Г. Предисловие // Александрова М. Д. Очерки психофизиологии старения. Л.: Изд-во ЛГУ, 1965. С. 3-14.

5. Развитие психофизиологических функций взрослых людей / под ред. Б. Г. Ананьева, Е. И. Степановой. М.: Педагогика, 1972. 248 с.

6. Рыбалко Е. Ф., Кулешова Л. Н. Психологические проблемы трудоспособности // Вестн. Ленингр. ун-та. 1983. № 5. С. 53-59.

7. Александрова М. Д. Значение теории отношений В. Н. Мясищева для социальной геронтологии // Экспериментальная и прикладная психология. Вып. 8. Психология личности и малых групп / под ред. Е. С. Кузьмина, И. П. Волкова, А. В. Ярмоленко. Л.: Изд-во ЛГУ, 1977. С. 30-33.

Статья поступила в редакцию 9 января 2014 г.

80