Инсулиновая помпа: вопрос-ответ

Инсулиновая помпа: вопрос-ответ

Эндокринология

Людмила Ибрагимова

Эндокринолог. Старший научный сотрудник центра «Диабет и беременность» Эндокринологического Научного Центра. К.м.н.

Вероника Георгобиани

Пациент

Анастасия Плещёва:

С вами программа «Гормоны под прицелом». Её ведущая я, Плещёва Анастасия, врач эндокринолог-диетолог. Сегодня у нас новая программа. Я сейчас участвую в новом проекте, который показывает, как легко и непринуждённо можно жить в XXI веке, имея сахарный диабет I типа. Сегодня мы будем разбирать, как вообще можно быть «сладким человечком», вести активный образ жизни, быть замечательными родителями и жить очень качественно. Мы будем разбирать, что же позволяет нам в XXI веке жить более качественно с сахарным диабетом I типа, а именно, мы будем разбирать вопросы инсулиновой помпы. Сегодня у нас вопрос – ответ.

У меня в гостях не только врач, который уже всем вам знаком, это моя замечательная подруга, коллега Людмила Ибрагимова, эндокринолог, старший научный сотрудник центра «Диабет и беременность» эндокринологического научного Центра, кандидат медицинских наук. Также в гостях ещё и моя пациентка, которая также является участником проекта, Вероника Георгобиани. Не просто человек на инсулиновой помпе, «сладкий человек». Она закончила физический факультет МГУ имени Ломоносова, является учителем физики и математики. В принципе, с инсулиновой помпой вроде бы должна дружить, но, к сожалению, есть вопросы, который будем задавать Людмиле и мне, и мы будем разбираться, в чём сложности помпы, её плюсы, то есть будут вопросы и ответы. В конце я ещё скажу, почему Людмила была выбрана из всех моих друзей, которые занимаются инсулиновыми помпами. Людмила занимается установкой помпы, но не всё просто так: Людмила ведёт беременных. Это очень важно, потому что беременным, как никогда, нужно компенсировать свой сахарный диабет. На самом деле, инсулиновая помпа здесь помогает, или усложняет жизнь беременным?

Людмила Ибрагимова:

Помогает, конечно. Облегчает, значительно облегчает этот сложный, ответственный период. Конечно, мы рекомендуем на этапе планирования беременности перевод на инсулиновую помпу, для того чтобы пройти 9 месяцев. Да, не просто, но чуть-чуть будет полегче в компании с инсулиновой помпой.

Анастасия Плещёва:

Людмила, тогда первый вопрос. Мы все хотим стать мамами, кто-то ими уже является, и наша дорогая Вероника, я очень надеюсь, что в ближайшее время будет готовиться к беременности. Поэтому сегодня из всех участниц была выбрана Вероника. Как вы видите на первый взгляд, и ваш опытный, какие есть вопросы вообще к Веронике, кроме того, что по-хорошему надо заблаговременно подойти к вопросу о помповой инсулинотерапии? Помпа у Вероники стоит, у неё Акку-Чек Комбо. У нас сегодня ещё есть макет Медтроника, но есть вопросы к Веронике. Я думаю, что все догадались, потому что на этапе планирования беременности нужно не только компенсироваться, но и снизить вес, неважно, есть у тебя сахарный диабет или нет, потому что резистентность, которая появляется во время беременности, наверное, свойственна и I-му типу в том числе. Многие об этом почему-то забывают, почему-то считают, что, если у человека нет сахарного диабета, то есть резистентность, если есть сахарный диабет I типа на инсулине, то какие проблемы? Колешь и колешь, какая ерунда. В чём разница? Отличается ли резистентность у человека с I-м типом и человеком, не болеющим сахарный диабетом, когда наступает беременность? Насколько дозы могут возрасти?

Людмила Ибрагимова:

Инсулинорезистентность возрастает с развитием беременности. Чем больше срок, тем выше инсулинорезистентность, и это физиологично, естественно, поскольку происходят изменения в гормональном фоне. Но, у девочек с сахарным диабетом I типа, мне кажется, это даже ярче видно, потому что сами регулируем подачу инсулина. Мы руководим, мы управляем, шприц-ручки ли это, помпа ли, но мы видим, как меняется доза инсулина. Во 2-ой половине беременности в связи с изменением гормонального фона будет нарастать и инсулинорезистентность, и тут важно вовремя сориентироваться, вовремя изменить настройки инсулиновой помпы. В этом отношении плюс помпы в том, что мы можем сделать достаточно оперативно, не дожидаясь вечера, когда можно поменять дозу пролонгированного инсулина, поменять в любой момент подачу инсулина. 20 – 22 недели, 30 – 32 недели, плюс-минус неделя, всё индивидуально, у кого-то может быть чуть раньше – это переломные моменты, когда мы ожидаем, что начнётся изменение доз инсулина. Мы в ожидании именно в этот период. После 36-ой недели потребность в инсулине снижается, опять-таки, это физиологично, потому что плацента, практически, созрела, она вырабатывает меньше гормонов, организм готовится к родам, поэтому потребность в инсулине снижается. Тут тоже помпа нам в помощь, потому что есть тенденция гипогликемия, можно достаточно оперативно зайти в настройки и поменять подачу инсулина, не дожидаясь вечера, когда можно поменять дозу пролонгированного инсулина, и поменять не один раз, может быть, за день, осознавая, что недостаточно снизили.

Анастасия Плещёва:

Спасибо, Людмила. Когда нужно начинать готовиться? Если у человека нет инсулиновой помпы, и планируется беременность, за сколько месяцев стоит заняться данным вопросом? А может быть, лет.

Людмила Ибрагимова:

За 4-6 месяцев, как минимум. Это время, необходимое для компенсации, если выражена декомпенсация диабета. Чем выше гликирование, тем дольше мы будем готовиться к беременности. Всё зависит от уровня гликирования гемоглобина, от наличия осложнений, их выраженности, может быть, потребуется лазерная коагуляция сетчатки. Это может занять чуть больше времени, но, минимум, за 4-6 месяцев надо начинать готовиться.

Анастасия Плещёва:

Людмила, на вашей практике: самый длительный срок, за который компенсировался пациент?

Людмила Ибрагимова:

Бывало, что вообще не компенсировался. Но, если говорить о подготовке к беременности – примерно, год; год – полтора.

Анастасия Плещёва:

4-6 месяцев – это рекомендуемые сроки, но, на самом деле, ситуация может занять намного, намного более длительный срок. Наверное, зависит от того человека, который носит помпу, и вообще от отношения, от приверженности рекомендациям врача. А самое главное, что помогает нам, врачам, компенсировать человека на помпе? Мотивация – раз, и, на мой взгляд, тщательное ведение дневника питания, вы меня здесь поддержите. Чем более тщательно он ведётся, тем более досконально это позволит нам, врачам, компенсировать пациента. Вероника молодец, она ведёт хорошо.

Вероника, слово вам. Какой основной, первый вопрос, который вам хочется задать Людмиле?

Вероника Георгобиани:

Самый актуальный на данный момент для меня вопрос следующий. Я пользуюсь помпой уже полгода, и в принципе, какие-то аспекты уже знаю, знаю технические стороны. Но мне до сих пор интересно, насколько помпа устойчива к экстремальным условиям? Сейчас скоро лето, отпуска, поездки на море. Насколько помпа реагирует на экстремально высокие температуры, или если в неё попадёт вода? Заявлено, что она водонепроницаема, по крайне мере, Акку-Чек. Насколько это правда, насколько стоит рисковать, скажем так?

Людмила Ибрагимова:

Хороший вопрос. Экстремальные ситуации случаются в жизни. Сама по себе помпа высоких температур не боится, боится инсулин, который находится в помпе, поэтому мы должны придерживаться рекомендаций, которые есть в инструкции. Не нужно перекрывать инсулин. Мы тут больше заботимся об инсулине. Если планируется поездка в жаркие страны, отдых на пляже, то нужно озаботиться тем, чтобы взять с сбой термочехол. Сейчас есть различные вариации, гели, которые опускаются в воду, и они долго хранят низкую температуру. Возможно, помпу нужно будет поместить в термочехол, пока вы загораете, чтобы не перегреть инсулин, не саму помпу. Если вы поедете, например, в пустыню в Арабских Эмиратах, то тоже позаботьтесь о том, чтобы на помпу не попадали прямые солнечные лучи, чтобы не перегревался именно инсулин. То же самое касается и низких температур – может, кто-то пойдёт покорять Эверест и так далее. Что касается водонепроницаемости. Она действительно водонепроницаема, но она не боится брызг воды. Но, если вы её будете топить в бассейне, она, все-таки, утонет. Если вы попали под дождь, если вас обрызгали из детского водного пистолета – ничего страшного с ней не случится, конечно. Протрите её, и с ней ничего не будет.

Анастасия Плещёва:

Наверное, самый стандартный вопрос, который я, позвольте, задам: вопрос перелёта. Обычно в перелёте образуются пузырьки воздуха. Как вести себя? Может быть, поменять канюлю, когда набрали высоту или опустились? Как действовать в данной ситуации, потому что пузырьки, наверное, самый частый случай у наших пациентов.

Людмила Ибрагимова:

Универсальных рекомендаций нет, потому что не всегда у всех случается такое. Что мы рекомендуем? В полёте следить, смотреть катетер, резервуар с инсулином, не появились ли пузырьки. Если появились, то их нужно выпустить. Когда мы переводим на помпу, мы обучаем пациентов, как это правильно сделать, ничего сложного в этом нет. Но нет правил – отключать, не отключать, менять систему при взлете или посадке, и так далее. Все как обычно, стандартно, просто последить, посмотреть.

Анастасия Плещёва:

Пациенты задают частый вопрос: какой инсулин чаще пузырится? «Может быть, мне нужен другой, может быть, есть намного лучше?»

Людмила Ибрагимова:

Нет, нет. Нет никаких данных, ни клинических исследований, которые бы сравнивали инсулин и показывали, что какой-то инсулин пузырится больше, какой-то меньше.

Вероника Георгобиани:

В тему разговора. Например, у меня в помпе Акку-Чек пузыри появляются довольно часто. Я вроде стараюсь этого избегать, но, тем не менее, зависит ли от самой помпы? Я знаю ребят с Медтроникой, которые никогда на это не жалуются.

Людмила Ибрагимова:

На самом деле, в Медтронике такое случается, пузыри появляются. Поэтому одна из рекомендаций – заправлять инсулин в резервуар комнатной температуры. Это один из пунктов, который поможет избежать образования пузырей. И отслеживать. Могут образовываться. Из-за чего появляются – сложно сказать, нет чётких причин, что именно приводит к образованию пузырей. Моя рекомендация всегда: каждый вечер перед сном обязательно просматривать резервуар и катетер с инсулином, нет ли там пузырей. Если есть, то выпустить их. Почему мы боимся пузырей, как думаете?

Вероника Георгобиани:

Потому что даже если небольшая доза базального инсулина не поступит, сразу поднимается сахар.

Людмила Ибрагимова:

Совершенно верно. К сожалению, воздух не обладает сахароснижающим действием. Никаких воздушных эмболий, конечно же, не будет, чего некоторые боятся, что воздух попадёт и случится что-то страшное. Часто боятся, говорят, что будет что-то страшное. «В кино же показывают, как воздух вводят».

Анастасия Плещёва:

Ещё вопрос, который меня тоже волнует. Что нужно для того чтобы передать данные на компьютер и можно было отправить врачу, чтобы он мог всё посмотреть?

Людмила Ибрагимова:

Нужна программа, которая должна быть установлена на вашем персональном компьютере. Для помпы Акку-Чек программа называется «Акку-Чек 360»; у компании Медтроник есть в интернете страничка carelinkpersonal.eu, можно туда скачивать данные там формируется отчёт. Либо обратиться к представителю, попросить установить на персональной компьютер. Как правило, это профессиональная версия, но для меня, как для специалиста, она более удобная, более читабельная и содержит больше информации. Это программа компании Медтроник. Если программа установлена и есть специальный инфракрасный порт, он похож на флешечку.

Анастасия Плещёва:

Он выдаётся пациенту, когда ему ставят помпу?

Людмила Ибрагимова:

Они продаются. Они не входят в комплект помпы. По-моему, CareLink 3500 рублей стоит, когда я видела последний раз. Кто-то заказывает, кто-то покупает. Нужно обратить внимание на это.

Вероника Георгобиани:

У Акку-Чек ещё есть связь Bluetooth. Помпа Спирит, которая должна быть с пультом. На компьютер пультом никак нельзя передать информацию?

Людмила Ибрагимова:

У них передаётся через инфракрасный порт. Если вы посмотрите на помпу, там на пульте есть красненькая штучка. У Акку-Чек инфракрасный порт, у Медтроник через радиоволны. К сожалению, без программки, без специального порта данные не передать.

Анастасия Плещёва:

Может быть, поднимали эти вопросы в институте эндокринологии: насколько высока вероятность того, что рано или поздно будут оплачиваться пациенту все расходные материалы на помпу?

Людмила Ибрагимова:

Инсулиновая помпа, как я думаю, большинство знает, выдаётся в рамках программ ОМС ВМП бесплатно. Она выдаётся навсегда, безвозмездно. По поводу расходных материалов. В Москве есть постановление правительства Москвы, согласно которому пациенты с сахарным диабетом и при наличии инвалидности обеспечиваются расходными материалами. В регионах, к сожалению, пока этого нет. Я надеюсь, что это временная ситуация, но прогнозы дать не могу, потому что такой информации нет и никто ничего пока не обещает. Но, надеемся, ведь начали выдавать помпы бесплатно, хотя ещё года 3-4 назад, когда к нам приходили пациенты, спрашивали про инсулиновую помпу, мы категорически говорили «нет» в полной уверенности, что никогда такого не будет.

Анастасия Плещёва:

Единицы получали помпу, потому что действительно было очень дорого. Сейчас всё больше и больше таких пациентов, это здорово. Вопрос, вытекающий из предыдущего. Помпу отдают в пожизненное пользование – это хорошо. Были у вас в практике вопросы к помпам? Бывают ли поломки, есть ли гарантия на помпу, можно ли потом её поменять по ВМП?

Людмила Ибрагимова:

На помпы есть гарантия, обязательно, 4 года, по-моему, на Медтроник 4 года, на Акку-Чек тоже 4, не помню, может и 6. Надо уточнить. Гарантия точно есть. Несмотря на то, что помпа не куплена, а выдана бесплатно, гарантия есть. Если с помпой случилась техническая неисправность, вы звоните в компанию производителя, описываете проблему, и с гарантийным письмом, которое прилагается к помпе, отправляете на электронную почту все вопросы, фотографию помпы, которая высвечивает проблему, и номер проблемы. Если случай гарантийный, то обменивается.

Вероника Георгобиани:

Вы говорите, гарантия 4 года, на Акку-Чек, если я правильно помню, 5 или 6 лет. А если с помпой что-то случится после этого срока?

Людмила Ибрагимова:

Тогда уже не гарантийный случай. Вам нужно будет приобретать, либо по квоте ставить новую.

Анастасия Плещёва:

Получается, если выдаётся пожизненно, то производитель говорит, что прибор будет работать 100 лет, условно? То есть бесплатно ставят только 1 раз в жизни.

Людмила Ибрагимова:

Не обязательно. В законе, который предусматривает установку помпы по квоте, нет ограничений, что помпу можно поставить 1 раз, что квота может быть использована только 1 раз. Если это средство введения инсулина, и если это средство технически неисправно, этот метод лечения, мы это описываем. Соответственно, мы можем подать документы на новую квоту

Анастасия Плещёва:

Как часто мы можем подавать на квоты?

Людмила Ибрагимова:

У меня такого не было, чтобы одному пациенту несколько раз ставили.

Анастасия Плещёва:

Может быть ситуация: поставили помпу, и началась другая жизнь. А хотелось бы ещё получить квоту, пообщаться с доктором ещё раз, просто лечь.

Людмила Ибрагимова:

Да пожалуйста! Конечно, школа диабета, освежить знания, что-то новое узнать. Квота на высокотехнологичную помощь обычно даётся 1 раз в год, но есть ещё программа ОМС по направлению из поликлиники. Тут ограничений нет, естественно, в разумных рамках. Сколько необходимо, 2 раза в год, 3 раза, подкорректировать терапию столько, сколько нужно.

Анастасия Плещёва:

В общем, дверь всегда открыта.

Какие вопросы есть ещё у Вероники?

Вероника Георгобиани:

Вопросов довольно много, в том числе потому что в связи с проектом я сейчас кардинально меняю свою жизнь, начала заниматься спортом. Соответственно, мы стараемся подобрать временную базальную скорость на спорт. Если человек никогда спортом не занимался, и вдруг пошёл в зал, начал давать своему организму непривычные нагрузки. Как тут поступить человеку в начале? За какое время выставлять временную базальную скорость и с какой начать?

Людмила Ибрагимова:

Временную базальную скорость выставляем за час-полтора. Напомним, что базальная скорость, базальный фон формируется благодаря пикам действия инсулина, а пик наступит через час-полтора. Соответственно, если мы хотим зайти в спортзал уже с меньшим количеством инсулина в организме, мы должны включить эту функцию за час-полтора-два, раньше не имеет смысла, потому что начнут повышаться показатели. За час-полтора включаем и выбираем 50 % смело.

С инсулиновой помпой можно смело посещать спортзал и вести активный образ жизни, так как есть всегда возможность регулирования подачи инсулина.

Анастасия Плещёва:

А если оставить 30 % и всё равно гипует человек?

Людмила Ибрагимова:

Ещё убираем. Выставляем 10 %, у меня пациентки, которые выставляли 8 %.

Анастасия Плещёва:

То есть, методом проб и ошибок. Ещё вопрос: очень разный подход у людей с аэробной и анаэробной нагрузкой. Кто-то на анаэробную повышает, а у нас в проекте все понижают. У нас анаэробная нагрузка у всех понижает сахара.

Вероника Георгобиани:

Можно мне, как человеку, который только что пошёл в зал, человеческим языком объяснить, что значит «аэробная» и «анаэробная»?

Анастасия Плещёва:

Анаэробная – это силовая нагрузка, аэробная – это то, что делаете вы. У нас многие накачивают попки, у нас очень замечательный тренер, который любит тренировать женщин и хочет из них делать фотомоделей. Он даёт им анаэробную нагрузку изначально и потом кардио, или наоборот. Тут тоже сложность, потому что изначально одна нагрузка, потом другая нагрузка, и получается, с ВБС надо творить чудеса. Я хочу услышать от вас о навыках, я-то делаю всё методом проб и ошибок. Как делаете вы, Людмила? Может, какие-то хитрости нам расскажете?

Людмила Ибрагимова:

Чётких инструкций и рекомендаций нет, действительно, методом проб и ошибок. Есть общие правила, которые помогут сориентироваться изначально. Понятно, известно физиологически, что анаэробная, силовая нагрузка привет к повышению показателей гликемии, а аэробные, кардио – к снижению. Опять-таки, комбинация нагрузок, соответственно, может совсем по-другому привести к показателям гликемии, тут нужно следить. Я всегда рекомендую, и все эндокринологи рекомендуют брать с собой в спортзал глюкометр, средство для купирования гипергликемии, проводить контроль гликемии перед началом занятий и каждые полчаса отслеживать. Идеально, конечно, когда есть возможность проводить непрерывный мониторинг гликемии. Если помпа поддерживает эту функцию, или использовать другие средства для непрерывного мониторинга, то можно идеально увидеть, потому что вы видите, когда какую нагрузку вы выполняли, как вёл себя уровень глюкозы, соответственно, на будущее делать выводы. Только методом проб и ошибок. Смотреть, корректировать в ту или иную сторону. После спортзала, конечно, ещё какое-то время, до 12 часов может оставаться эффект от физнагрузки, помнить об этом, что, возможно, временную базальную скорость ещё нужно будет на несколько часов включить, возможно, не 50 %, а убрать 20-30 % на ближайшие 2-3-4-5-6 часов. Иногда мне пациенты говорят, что была вечерняя тренировка, на всю ночь оставил временную базальную скорость 80 %. Всё индивидуально. Кто-то говорит: выхожу из спортзала и забываю, что у меня была физнагрузка, дальше всё идёт, как обычно, я ничего не меняю.

Вероника Георгобиани:

Пока мы далеко не отошли от темы спорта, вопрос может показаться странным, но разбавим немного наш серьёзный эфир. Канюля, как правило, ставится на живот. Если мы в зале активно занимаемся, потеем, двигаем всеми частями тела, ещё и пресс качаем, то не загнется ли она, не слетит?

Людмила Ибрагимова:

Можно подбирать места, конечно. Это бока, которые реже всего дают загибы, можно ставить на ягодицы, на места, которые не подвергаются физическому воздействию. Не ставить на места сгибов; там, где сгибается, туда не должны ставить канюлю, потому что она действительно либо вообще отклеится, либо загнётся.

Вероника Георгобиани:

То есть, это не праздный вопрос.

Людмила Ибрагимова:

Нет, не праздный абсолютно. Особенно это видно у хорошо тренированных людей, молодых, кто уже накачал мышечный торс. Действительно, даёт часто загибы, куда бы ни ставил. У меня был один пациент, звонил, стал каждый день менять места инфузионной системы, это невозможно. Что тогда? Тогда выбираем инфузионные системы, которые не дают загибы. Есть инфузионные системы с металлическими канюлями, они точно не загнутся. Есть инфузионные системы с канюлями, которые устанавливаются под углом 45°. Они длиннее, у них угол идёт так, что загиб невозможен. Для активных людей, спортивных, нужно выбирать инфузионную систему, которая будет им больше подходить. Всё индивидуально. У меня есть пациенты, которые ходят с обычной системой, под углом 90°. Прислушивайтесь к себе, наблюдайте, находите закономерность.

Анастасия Плещёва:

Спасибо, Людмила! У меня, наверное, глупый вопрос, с одной стороны, но хотела бы, чтобы вы поделились. Что делают ваши пациенты, когда у них бурная сексуальная жизнь?

Людмила Ибрагимова:

Помпа отсоединяется от тела.

Анастасия Плещёва:

Все запомнили? Это не потому, что мы кого-то стесняемся. Это вопрос комфорта. А если продолжительно? Если прелюдии часовые?

Людмила Ибрагимова:

Помпу безопасно отключать от тела на 2 часа.

Анастасия Плещёва:

В общем, больше 2-х часов вести сексуальную жизнь не стоит. Это очень частый вопрос, мне его задают иногда чуть ли не с порога.

Вероника Георгобиани:

Анастасия, я вас слушаю по поводу времени и думаю: секс ведь, практически, как тренировка. Почему вы не считаете его? Отсоединили помпу и ведите прелюдии, мы на час же перед залом отсоединяем – нормально. То же самое, активный процесс, как в зале.

Анастасия Плещёва:

Я поэтому задаю вопрос Людмиле, чтобы она нам самые интересные моменты рассказала. А заканчивается всё, действительно, тем, что у каждого секс идёт по-разному. У кого-то это аэробные нагрузки, у кого-то иначе. Надо ориентироваться конкретно на определённого пациента. Никаких общих правил нет. Инсулиновая помпа очень индивидуальна для каждого. Мы, врачи, можем только помочь, но изучить себя больше и лучше можете только вы сами.

Инсулиновая помпа очень индивидуальна для каждого. Мы, врачи, можем только помочь, но изучить себя и подобрать параметры может только сам пациент.

Людмила Ибрагимова:

Опять-таки, вести дневник самоконтроля.

Анастасия Плещёва:

Однозначно. Чем более тщательно вы ведёте, даже если не имеете никакого математического склада ума, рано или поздно станет всё понятно.

Людмила Ибрагимова:

Всё логично. Я всегда говорю, что в диабете всё логично. Надо лишь найти закономерность. Если сложно разобраться самому, вы не видите, так бывает, задачи тоже все по-разному видят – прийти к доктору с дневником. Без дневника нам разговаривать не о чем, мы не умеем, к сожалению, сканировать. Всё записывать в дневнике. Я всегда прошу за последние хотя бы 3-4 дня, в идеале – за неделю, где будет прописано всё – и показатели гликемии, и количество съеденных хлебных единиц, а в идеале – с едой, как как вы их посчитали.

Анастасия Плещёва:

А то выясняется, что хлебные единицы не умеют просчитывать. Люди болеют сахарный диабетом по 20-25 лет, а хлебные единицы не умеют считать. Кстати, у меня вопрос по поводу хлебных единиц: какими приложениями пользуются ваши пациенты?

Людмила Ибрагимова:

Их великое множество. Самые распространённые это приложение «Диабет» и Diabet SM.

Анастасия Плещёва:

Diabet SM удобен тем, что можно делиться с врачом, но его нужно купить. А «Диабет»?

Людмила Ибрагимова:

В «Диабете» формируется отчёт, который мне присылают пациенты. Там сколько-то записей идёт бесплатно, потом нужно докупить возможность ещё вносить записи. Но это не безумные деньги. Самое главное – удобно. Как бы ни вёлся дневник, лишь бы он был.

Анастасия Плещёва:

Очень частая ситуация. Вроде, всё умеешь и знаешь, но все-таки ошибся и неправильно рассчитал болюс. Есть 2 варианта исхода: через час пошло уже слишком низко, либо слишком высоко. Какие действия?

Людмила Ибрагимова:

В зависимости о ситуации. Если пошло, начал падать, мы, соответственно, едим.

Анастасия Плещёва:

На сколько разница? Многие пациенты не понимают, что такое «падать». Например, сахар был 8, а через час стал 5. Это упал, или нормально?

Людмила Ибрагимова:

Через час – очень низкий. Надо учитывать всё. Надо учитывать и время активности инсулина, помнить, что пик действия инсулины приходится через 2 часа, и коррекцию разумно вводить, помня о том, что ещё есть активный инсулин. В чём плюс помпы – она считает активный инсулин. Она вам не даст сделать коррекцию.

Вероника Георгобиани:

Акку-Чек не считает.

Людмила Ибрагимова:

Я вам скажу, почему. Вы используете пульт? У вас нет пульта. Помпа считает активный инсулин, когда вы пользуетесь калькулятором болюса. У помпы Акку-Чек калькулятор болюса в пульте.

Вероника Георгобиани:

Когда мне устанавливали помпу, пульт не дали, сказали: «Не предусмотрен». Хотя, в коробке было место под пульт. Я потом узнала, что многим давали с пультом, но, тем не менее.

Людмила Ибрагимова:

Это всё зависит от больницы, в какой комплектации они закупали помпу. Всё по-разному. В ЭНЦ помпы закупаются в полной комплектации с пультом, даётся выбор: Акку-Чек или Медтроник. В других больницах нет такого выбора. Я думаю, что имеет смысл обговаривать детали тем, кто только собирается переходить на помпу по квоте. Если в той больнице, куда вы обратились, изначально не устраивает модель помпы или комплектация, обратитесь в другую. Сейчас очень много центров, где устанавливают, и в Москве, и в регионах. Этот вопрос обсудить заранее. В помпе Акку-Чек активный инсулин считается в пульте, потому что там калькулятор. В помпе Медтроник калькулятор в самом корпусе.

Анастасия Плещёва:

Стоит ли вообще пользоваться калькулятором? Многие почему-то совсем не верят и верят только себе. Но помпа — это компьютер, по большому счёту, и калькулятор изменяет в зависимости от того, какие данные вы вносите.

Людмила Ибрагимова:

Конечно. Рекомендуем, настоятельно рекомендуем пользоваться калькулятором. Даже были проведены исследования на эту тему. У людей, кто пользуются калькулятором, лучше компенсация, потому что калькулятор учитывает тот же активный инсулин: стоит ли вводить его на коррекцию, или не стоит. Где-то недовведёт, где-то предложит коррекцию даже через 2 часа, пусть небольшую дозу, 0,3-0,5 единиц, но это поможет.

Анастасия Плещёва:

Может ли он ошибаться?

Людмила Ибрагимова:

Ошибается не калькулятор. Калькулятор работает, исходя из настроек, которые внесли мы в помпу. Я всегда помпу сравниваю с автомобилем. Механика есть, есть автомат. В моём сравнении, шприц-ручки — это механика, а помпа — это автомат. Автомобилем управляем мы. Если мы не знаем правила дорожного движения, если мы нарушаем их – мы попадаем в ДТП. То же самое с помпой. Она не знает, что вы неправильно посчитали хлебные единицы, она не знает, что мы подвигались и не учли эту физическую нагрузку, соответственно, получили гипогликемию. Она не знает, что вы неправильно посчитали тортик и ввели 3, а не 5 хлебных единиц, поэтому поучим повышение. Калькулятор работает, исходя из введённых данных. Меняется наша потребность в инсулине, особенно у девушек, в зависимости от дней менструального цикла – это тоже нужно учитывать, помпа этого не знает. Поэтому заходим в настройки, там можно очень многое поменять. В помпе много дополнительных возможностей, которые позволяют нам подстроиться под наш ритм жизни.

Анастасия Плещёва:

Остановимся на тортике, буквально, на 1 минуту. Просили задать вопрос именно вам. Нужно сделать суперболюс 2 единицы, база стоит 0,5 в час. Как поступить с базой? На сколько её отключать с учётом того, что планируется суперболюс на 2 единицы?

Людмила Ибрагимова:

Чем выше гликемический индекс (замудрёное слово, не все понимают, что под этим подразумевается), соответственно, тем на меньшее время мы отключаем. Примерно на час. Этот час недовведённой базы мы добавим в болюс, это будет суперболюс. Опять-таки, всё индивидуально, кто как реагирует на какой продукт. Кому-то это не даст сильного повышения, кому-то даст. Чем больше будете пробовать, тем быстрее и чётче подберёте для себя определённые функции помпы.

Анастасия Плещёва:

А пробовать нужно обязательно через призму самоконтроля. Поэтому глюкометр всегда с собой, если есть другие возможности самоконтроля, то мы их тоже используем.

Большое спасибо, Вероника, большое спасибо, Людмила! К сожалению, наше эфирное время подошло к концу. Мы обещаем вернуться ещё к разбору инсулиновых помп, потому что вопросов очень много. Я думаю, у Людмилы есть много ответов, потому что практики много. Я думаю, в следующий раз поговорим, на ваш выбор, про беременных либо послеродовый период.

До новых встреч!