Криминологическая характеристика преступности в местах лишения свободы

6.2. КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ

ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПНОСТИ В МЕСТАХ ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ

Устинов Андрей Анатольевич, канд. юрид. наук, подполковник внутренней службы. Должность: старший преподаватель. Место работы: ФКОУ ВО Пермский институт ФСИН России. Подразделение: кафедра уголовного и уголовно-исполнительного права. E-mail: ustin33@mail.ru

Титанов Михаил Юрьевич, майор внутренней службы, адъюнкт. Место учебы: Академия права и управления ФСИН России. Должность: начальник цикла специальных дисциплин. Место работы: Учебный центр ГУФСИН России по Свердловской области. E-mail: titanov76@mail.ru

Аннотация

Задача. Статья посвящена криминологической характеристике преступности в местах лишения свободы, анализу статистики преступлений, совершаемых в исправительных колониях по Свердловской области и Российской Федерации в целом. Кроме того, задачей настоящей статьи является анализ различных трактовок понятия «пенитенциарная преступность» и основных видов преступлений, совершаемых в местах лишения свободы.

Модель. В ходе исследования авторами применялся общефилософский диалектический метод, общенаучные методы анализа и синтеза, индукции и дедукции, частнонаучные криминологические методы -интервьюирование, статистический метод.

Выводы. Пенитенциарная преступность является наиболее опасной формой пенитенциарной девиант-ности. В настоящее время уровень пенитенциарной преступности имеет тенденцию к снижению. Основными характеристиками пенитенциарной преступности являются ее рецидивный характер, зависимость от дисциплинарной практики в исправительном учреждении, высокая латентность, повышенный характер общественной опасности. В структуре пенитенциарной преступности наиболее распространенным преступлением является побег (ст. 313 УК РФ). Среди латентных пенитенциарных преступлений встречаются хулиганство, насильственные действия сексуального характера, незаконный оборот наркотиков и т.д. Наиболее высокий уровень пенитенциарной преступности отмечается в колониях-поселениях, что требует специальных профилактических мер.

Рамки исследования/возможность последующего применения научной работы. Фактические данные и выводы, опубликованные в настоящей статье, могут быть использованы в качестве основы для дальнейшего исследования проблем пенитенциарной преступности, в том числе ее латентной части.

Практическое значение. Полученные авторами выводы могут быть использованы при совершенствовании системы противодействия пенитенциарной преступности, в частности, для обоснования изменений уголовного законодательства, для разработки методических рекомендаций попрофилактик преступности в учреждениях уголовно-исполнительной системы.

Социальные последствия.Результаты настоящего исследования при внедрении в практическую дея-

тельность органов и учреждений уголовно-исполнительной системы позволят повысить эффективность противодействия пенитенциарной преступности.

Оригинальность/ценность. Статья представляет собой оригинальное научное исследование, произведенное на основании не только статистических данных, но и осуществленного автором конфиденциального интервьюирования в целях определения состояния латентной пенитенциарной преступности. На основании исследования авторами получены выводы, обладающие научной новизной и самостоятельностью.

Ключевые слова: девиантное поведение, дезорганизующее действие, социальное явление, пенитенциарная преступность, уголовный закон, дифференциация, пенитенциарное учреждение, исправительное учреждение, колония-поселение.

CRIMINOLOGICAL CHARACTERISTICS OF CRIMINALITY IN PRISON

Ustinov Andrei Anatolyevich, PhD at Law, lieutenant-colonel of interior service. Position: Senior lecturer. Place of employment: Perm Institute of the Federal Penal Service. Department: Criminal and Penal Law chair. E-mail: ustin33@mail.ru

Titanov Mikhail Yurievich, major of interior service, adjunct. Place of study: Academy of Law and Administration of the Federal Penitentiary Service of Russia. Position: Head Special Disciplines Cycle. Place of employment: Training Centre of Penitentiary Service of Russia in Sverdlovsk region. Email: titanov76@mail.ru

Annotation

Aims. The article deals with studying criminological characteristics of penal crimes, analysis of statistical data on penal crimes in Sverdlovsk Region and in the Russian Federation in general. Besides, the aims of the study are to analyse various definitions of the concept of penal crime and the main types of penal crimes.

Model. In their study the authors apply the general philosophical dialectical method, the general scientific methods of analysis and synthesis, induction and deduction, and specific scientific criminological methods of interviewing and statistical analysis.

Conclusions. The authors argue that penal crime is a type of the most dangerous deviant activity in places of imprisonment. At present the level of penal crimes has a tendency to decrease. The most important characteristics of a penal crime are its repeat character, its dependency on discipline in a particular penal institution, its highly latent nature, and its being highly dangerous for public security. The most widespread penal crime is escape (Art. 313 of the Criminal Code of the Russian Federation). Such crimes as hooliganism, sexual abuse, illegal drug trafficking, etc. are the most widespread latent penal crimes. The highest level of penal crimes is observed in correctional settlements. This fact requires taking special measures.

Possibilities of further development of the study. Factual data and conclusions drawn in this study might be used as a basis for further research of the problem of penal crimes including latent penal crimes.

Practical application of the results. Conclusions drawn in this study can be used for further elaboration of the system of countermeasures against penal crimes. In particular, it may be useful for grounding some changes of criminal legislation, for elaboration of methodological recommendations on preventive measures against penal crimes.

Social results.In case of implementation of the results of the study in legal practice and everyday activity of penal

institutions the effectiveness of counteractions against penal crimes will increase.

Original value. The article is an original research based on confidential interviewing of respondents aimed to reveal latent penal crimes as well as on statistical data on that problem. The research of the problem of penal crimes allowed the authors to draw substantive and new conclusions.

Keywords: deviant behavior, disruptive activity, a social phenomenon, prison, crime, criminal law, differentiation, penitentiary, correctional facility, colony-settlement.

Преступность, представляя собой наиболее опасную форму девиантного поведения, требует к себе пристального внимания со стороны не только правоохранительных органов, но и научного сообщества. В настоящее время борьбе с преступностью в целом и отдельными ее видами уделяется серьезное внимание на всех уровнях государственной власти. Однако, наряду с общеуголовной преступностью, особую опасность представляет преступное поведение лиц, в соответствии с приговором суда отбывающих наказание в виде лишения свободы на определенный срок или пожизненного лишения свободы. Наличие такой преступности усложняет оперативную обстановку в учреждениях, исполняющих наказания, оказывая дезорганизующее действие.

В связи с этим вполне оправданным представляется всестороннее изучение пенитенциарной преступности с целью минимизации ее негативного влияния. В частности, настоящая статья представляет собой попытку уголовно-правового и криминологического осмысления данного социально-правового явления.

Являясь одним из проявлений пенитенциарной де-виантности, преступность в местах лишения свободы получила название «пенитенциарной преступности». В литературе встречаются различные трактовки данного понятия. Так, О.В.Старков и С.Ф.Милюков считают, что пенитенциарная преступность - это общесоциальное явление, порождаемое противоречиями общественного бытия и сознания в сфере отбывания наказаний и проявляющееся в массе повторных преступлений осужденных, а также в возрождении противоречий этой же сферы [12, с. 74]. Тем самым акцентируется внимание на двойственном влиянии общественного сознания на личность во время отбывания наказания, которое может как способствовать исправлению осужденного, так и детерминировать совершение им новых преступлений.

О.В.Филиппова, определяя понятие пенитенциарной преступности, ограничивает место совершения данных преступлений территорией исправительных учреждений [16, с. 225].По ее мнению, пенитенциарная пре-ступность-это исторически изменчивое, негативное социально-правовое явление, выраженное в совокупности запрещенных уголовным законом деяний, совершенных осужденными, отбывающими наказание за предыдущее преступление в исправительных учреждениях, в течение определенного периода и на конкретной территории [16, с. 226-227].Близка к этому определению позиция К.К.Горяинова, который под пенитенциарной преступностью понимает объективно существующее социально негативное явление в местах отбывания наказания виде лишения свободы или в местах содержания под стражей, обусловленное условиями общественной жизни внутри и вне этих мест,

состоящее из совокупности уголовно наказуемых действий и поступков [5, с. 163].

Особенностью преступности в местах лишения свободы является то, что само понятие «пенитенциарная преступность»-это термин, используемый в девианто-логических, социологических, криминологических и уголовно-правовых работах, но отсутствующий в нормах уголовного закона. В связи с этим ряд авторов говорят о необходимости выделения пенитенциарных преступлений в особую группу преступлений в Уголовном кодексе РФ [2] (далее - УК РФ) наряду с преступлениями против безопасности движения и эксплуатации транспорта, экологическими преступлениями и т.д. Подобная точка зрения вполне имеет право на существование, особенно в рамках развивающегося в теории уголовного праваучения о дифференциации уголовной ответственности. Термин «дифференциация» происходит от латинского слова «различие» и в наиболее общем плане означает «выделение различающих моментов по единому принципу, исходя из одной отправной точки». Поэтому выделение пенитенциарной преступности в качестве самостоятельной группы преступлений в рамках Особенной части УК РФ будет проявлением дифференциации уголовной ответственности. Так, видный отечественный деятель науки, специалист в области дифференциации уголовной ответственности Л.Л.Кругликов отмечал, что, «классифицируя деяния в рамках Особенной части уголовного права, располагая их в определенной последовательности (в том числе относительно друг друга), законодатель преследует цель не только упорядочить нормативный материал, но и о существить в пределах возможного дифференциацию уголовной ответственности [10, с. 308].Это касается не только «глобальной» дифференциации-исходя из приоритетов в триаде «личность-общество-государство»,но и конструирования отдельных разделов, глав, вычленения в пределах каждой главы конкретных групп преступлений и-далее-расположения составов преступлений одной классификационной группы относительно друг друга по мере убывания или возрастания уровня общественной опасности».

Поэтому проблему выделения пенитенциарных преступлений в рамках Особенной части действующего Уголовного Кодекса РФ следует, по нашему мнению, рассматривать с позиций такого направления уголовной политики, как дифференциация ответственности. В целях более тщательной дифференциации ответственности и индивидуализации наказания, особенно с учетом специфического субъекта пенитенциарных преступлений, повышенной общественной опасности подобной преступности, необходимы существенные и действенные меры по ее предупреждению, одной из которых вполне может стать выделение специальной группы общественно опасных деяний, совершаемых в условиях изоляции от общества. Как отмечается автором, «появившаяся в результате изменений законодательства возможность более углубленной дифференциации ответственности за различные по тяжести преступления порождает ряд теоретических и практически сложных проблем» [10, с. 309].Думается, что одной из таких проблем и является рассматриваемая нами пенитенциарная преступность.

Одной из сложных и опасных характеристик пенитенциарной преступности является то, что она представляет собой специфическую разновидность уголовного рецидива. Поэтому есть все основания гово-

рить о ее повышенной общественной опасности, так как общественно опасные деяния, совершенные непосредственно в процессе исполнения наказания за предыдущее преступление, в условиях осуществления администрацией исправительного учреждения превентивных мер по предупреждению преступлений и других правонарушений, свидетельствуют о нежелании встать на путь исправления, активном противопоставлении себя обществу, пренебрежении к общечеловеческим ценностям и моральным нормам.

Кроме того, преступления, совершенные во время отбывания наказания, «перечеркивают» исправительную направленность пенитенциарных учреждений и дают негативный пример (возможно, пример для подражания) наиболее незащищенной части населения-молодежи, у определенной части которой еще популярны «романтические» представления о «зоне».

Еще одной характеристикой пенитенциарной преступности является ее зависимость от состояния дисциплинарной практики в исправительном учреждении, т.е. можно говорить о том, что не преступные формы пенитенциарного девиантного поведения являются благоприятной средой для развития преступлений. Так, К.К. Горяинов, изучая пенитенциарную преступность, выявил «жесткую корреляцию» между уровнями совершения злостных нарушений и преступлений, совершенных в различных видах исправительных учреждений, т.е. злостные нарушения порождают преступления [5, с. 164].По его мнению, в среднем из 12 злостных нарушений «вырастает» одно преступление. А.З. Ирисханов также полагает, что существование преступности в исправительных учреждениях-следствие повышенной опасности поведения злостных правонарушителей из среды лишенных свободы [7, с. 39].Исходя из сказанного, можно сделать вывод о том, что злостные нарушители установленного порядка отбывания наказания - это потенциальные пенитенциарные преступники.

Еще одной важной характеристикой пенитенциарной преступности является латентный характер ряда преступлений, совершенных в условиях лишения свободы. Например, А.П. Стуканов пишет, что «преступность в «местах не столь отдаленных» не только достаточно велика по масштабам, но и опасна по характеру и отличается своей жестокостью, регистрируется лишь незначительная часть из них» [15, с. 207].

Кроме того, по мнению некоторых специалистов, чем ниже категория преступлений (по тяжести), тем выше их латентность в местах лишения свободы. Практика и данные исследований, проводимых среди осужденных, свидетельствуют о том, что за определенной частью перечисленных фактов (факты суицида, бытовой и производственный травматизм, телесные повреждения, нанесенные себе самим и осужденными) скрываются завуалированные преступления, которые не были подвергнуты официальной регистрации. Из конфиденциального интервьюирования известно, что в исправительных учреждениях совершаются следующие преступления, официальной фиксации которых не происходит: хулиганство (ст.213 УК РФ), насильственные действия сексуального характера (ст.132 УК РФ), понуждение к действиям сексуального характера (ст.133 УК РФ), преступления, связанные с наркотическими средствами и психотропными веществами (ст.228, 228.1, 229, 230 УК РФ), умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью (ст.112 УК РФ), умышленное причинение легкого вреда здоровью (ст.115 УК РФ), побои (ст.116 УК РФ) и др. Исследова-

ния показали, что официальной регистрации подлежат только те преступления, о совершении которых будет известно, в том числе и широкому кругу общественности (родственникам, адвокатам, руководству и т.д.), а те преступления, которые «не выходят за границы» исправительного учреждения, относят либо к разряду нарушений порядка отбывания наказания, либо к злостным нарушениям.

О подобном говорят и иные авторы. Так, А.П.Некрасов и К.И.Сазонова отмечают:«На наш взгляд, официальная статистика преступности в местах лишения свободы не соответствует действительности и является во многом заниженной» [13, с. 142].Они также пишут о том, что некоторыми сотрудниками обнаруженные факты не воспринимаются как преступления ввиду их массовости, повседневности и юридической безграмотности таких сотрудников и того негативного влияния, которое может оказать наличие фактов преступлений в исправительном учреждении при оценке его деятельности.

Официальные статистические данные о зарегистрированных преступлениях в исправительных учреждениях Российской Федерации говорят о тенденции к некоторому снижению количества таких преступлений. Так, в 2010г. было зарегистрировано 944 преступления, в 2011г. - 800, в 2012г. - 887, в 2013г. - 865, в 2014 г. - 754 [14].Одной из причин такого снижения может быть сокращение общей численности осужденных в связи с реализацией Концепции реформирования уголовно-исполнительной системы до 2020 г. [4] и смягчением практики назначения наказаний. Так, в 2010 г. в исправительных колониях отбывали уголовные наказания 694486 человек, в 2011 г. - 639626, в

2012 г. - 585088,в 2013 г. -559938, в 2014 г. - 551133 и в 2015 г. - 524848 [14].Однако стоит иметь ввиду, что это далеко не главная и не единственная причина. Снижение количества преступлений, совершаемых в исправительных учреждениях, происходит на фоне снижения общего числа зарегистрированных преступлений в Российской Федерации. Кроме того, не стоит забывать и о высокой латентности этих преступлений. Также стоит иметь в виду, что при гуманизации практики назначения наказаний в места лишения свободы направляются наиболее криминализированные осужденные, социально запущенные личности, для которых нарушение норм и запретов - это основа жизни, сущностная черта их поведения.

Что касается зарегистрированных преступлений в исправительных учреждениях Свердловской области, то здесь ситуация выглядит следующим образом: в 2010 г. зарегистрировано 9 преступлений, причем 5 из них - в колониях-поселениях, в 2011г. - 13 преступлений, 7 из них- в колониях-поселениях, в 2012 г. -13преступлений, из них 3-в колониях-поселениях, в

2013 г. - 12 преступлений, из них 4 - в колониях-поселениях [6]. В связи с той ролью, которая возлагается осуществляемым реформированием уголовно-исполнительной системы России на исправительные учреждения открытого типа, к которым будут отнесены колонии-поселения с обычными усиленным наблюдением, необходимо иметь в виду, что в настоящее время колонии-поселения являются наиболее криминогенным видом исправительных учреждений.

В структуре преступности в местах лишения свободы главенствующее положение занимают побеги (ст. 313 УК РФ). Так, из всех зарегистрированных преступлений в исправительных учреждениях Свердловской области за последние шесть лет (в период с 2010 по

2015 г.) наибольший процент (63,3) приходится на побеги из мест лишения свободы. Подобная ситуация наблюдалась и в предыдущие годы [6].

Характеризуя данный вид пенитенциарных преступлений, следует отметить, что большинство побегов на территории Свердловской области было совершено без предварительной подготовки, вместе с тем встречались и тщательно спланированные побеги. Большая часть побегов совершается осужденными в одиночку. Групповые побеги встречаются значительно реже.

Характеризуя социальный облик осужденного, совершившего одиночный побег без предварительной к нему подготовки, стоит отметить следующее. Как правило, к таким осужденным во время отбывания наказания не было претензий из-за отсутствия с их стороны нарушений установленного порядка отбывания наказания, они добросовестно относились к труду, нередко имели поощрения со стороны администрации колонии, в связи с чем трудоустраивались для выполнения работ на выездных рабочих объектах. Данные осужденные зачастую находились в облегченных условиях отбывания наказания, контроль и надзор при этом за ними осуществлялся минимальный. Ощущение неконтролируемости, наличие мнимой свободы нередко способствовали совершению данными лицами побега.

Лица, совершившие побег, особенно которые не были разысканы и задержаны, создают отрицательный пример для других осужденных, продолжают преступную деятельность, вызывают озабоченность и тревогу у населения.

В равных долях (по 10,2%) в структуре пенитенциарной преступности представлены следующие составы преступлений: дезорганизация деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества (ст.321 УК РФ) и уклонение от отбывания лишения свободы (ст.314 УК РФ).

Под дезорганизацией понимаются действия, выразившиеся в применении насилия, не опасного для жизни или здоровья осужденного, либо угрозе применения насилия в его отношении с целью воспрепятствовать исправлению осужденного или из мести за оказанное им содействие администрации учреждения или органа УИС; те же действия, совершенные в отношении сотрудника места лишения свободы или места содержания под стражей в связи с осуществлением им служебной деятельности либо его близких; те же действия, совершенные организованной группой либо с применением насилия, опасного для жизни или здоровья. Особенностью данного преступления является то, что потерпевшими выступают как осужденные, так и сотрудники исправительных учреждений и (или) их близкие.

Поведение потерпевших осужденных при этом может быть как пассивным, так и активным. Что касается активного поведения, то оно заключается во взаимных противоправных действиях между осужденными.

Далее среди официально зарегистрированных преступлений на территории исправительных учреждений Свердловской области находятся: покушение на убийство (ч.3ст.30, ст.105 УК РФ) и причинение смерти по неосторожности (ст.109 УК РФ) - по 6,1%); умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (ст.111 УК РФ) и убийство(ст.105 УК РФ) - по 2,05%) [6].

Убийство в структуре пенитенциарной преступности является одним из самых опасных преступлений. В убийствах, совершаемых в местах лишения свободы,

проявляются различные конфликтные противоречия в среде осужденных. В исправительных учреждениях Свердловской области во всех случаях мотивом совершения преступления выступили внезапно возникающие ссоры, как правило, на основе неприязненных отношений между осужденными-так называемый мотив «синдрома решетки» (понятие встречается в работах Г.Ф.Хохрякова [17, с. 241]).

Вместе с тем, отбывание наказания виде лишения свободы предполагает соблюдение определенных правил поведения осужденным и в зависимости от режима исправительного учреждения, который устанавливается Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации [3], правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и другими ведомственными нормативными актами. Однако, несмотря на это, на территории органов и учреждений, исполняющих наказания, совершаются преступления, сообщения о которых требуют проверки уголовно-процессуальными средствами. По данным ФСИН, на территории учреждений, исполняющих наказания виде лишения свободы, в 2008г. выявлено 1043 преступления и вынесено 16709 решений об отказе возбуждении уголовного дела; в 2009г. - 980 преступлений и 13538 решений об отказе возбуждении уголовного дела; в 2010г. - 1023 и 14270 соответственно; в 2011г. - 867 преступлений и 11743 решения об отказе в возбуждении уголовного дела; в 2012г. - 961 преступление и 782 решения об отказе в возбуждении уголовного дела; в 2013г. - 793 преступления и 5873 решения об отказе в возбуждении уголовного дела, а за 8месяце в 2014г. выявлено 234 преступления и вынесено 3866 решений об отказе в возбуждении уголовного дела [14]. Приведенное исследование показывает, что в учреждениях, исполняющих наказания, осуществляется значительный объем уголовно-процессуальной деятельности. При этом из приведенных цифр следует тот факт, что латентность пенитенциарной преступности является весьма высокой, т.к. в среднем примерно по 90% сообщений о происшествиях, имеющих признаки состава преступления, были вынесены решения об отказе в возбуждении уголовного дела.

Подводя итог, следует отметить, что пенитенциарная преступность является наиболее опасной формой пенитенциарной девиантности, в связи с чем требует к себе пристального внимания и изучения, а также организации превентивных и профилактических мер. Одной из таких мер может служить предлагаемая некоторыми авторами идея выделения пенитенциарных преступлений в особый раздел Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации. Основными характеристиками пенитенциарной преступности являются ее рецидивный характер, зависимость от дисциплинарной практики в исправительном учреждении, латентность ряда совершаемых преступлений, повышенный характер общественной опасности. Самым распространенным преступлением в структуре пенитенциарной преступности исправительных учреждений Свердловской области является побег. Велико число преступлений, совершенных в колониях-поселениях, что требует изменения условий содержания, совершенствования режимных составляющих, организации воспитательной работы с осужденными в исправительных учреждениях открытого типа.

Список литературы

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ, от 21.07.2014 № 11-ФКЗ) // Собрание законодательства РФ. - 2014. - № 31. - ст. 4398.

2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 21.07.2014) (с изм. и доп., вступ. в силу с 04.08.2014) // Собрание законодательства РФ. - 1996. - № 25. - ст. 2954.

3. Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации от 08.01.1997 № 1-ФЗ (ред. от 23.06.2014) // Собрание законодательства РФ. - 1997. - № 2. - ст. 198.

4. О Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года: Распоряжение Правительства РФ от 14.10.2010 № 1772-р (ред. от 31.05.2012) // Собрание законодательства РФ.

- 2010. - № 43. - ст. 5544.

5. Горяинов К.К. Криминологическое измерение / Кондратюк Л.В., Овчинский В.С.; Под ред.: Горяинов К.К. - М.: Норма, 2008. - 272 с.

6. Официальный сайт ГУФСИН России по Свердловской области [Электронный ресурс] - Режим доступа: www.66.fsin.su/.

7. Ирисханов А.З. Особенности личности и статуса осужденных как факторы пенитенциарной преступности / Вестник Владимирского юридического института. № 4 (9) - Владимир: Изд-во ВЮИ ФСИН России, 2008. -С. 37-42.

8. Косулина Л.Г. Криминологический рецидив как фактор пенитенциарной преступности //Бизнес в законе. 2011. №1. С. 145-148

9. Кривенцов П.А. Детерминация латентности преступности //Пробелы в российском законодательст-ве.2013. №6. С. 225-228.

10. Кругликов Л.Л. Понятие, основания и виды дифференциации ответственности за преступления и иные правонарушения / LexRussica. № 3 - М.: Изд-во МГЮА, 2014. - С. 305-313.

11. Курников В.А. Причины и условия искусственной латентности пенитенциарной преступности //Пробелы в российском законодательстве. 2011. №2. С. 174-175

12. Милюков С.Ф. Наказание: уголовно-правовой и криминопенологический анализ / Милюков С.Ф., Старков О.В. - С.-Пб.: Юрид. центр Пресс, 2001. - 461 с.

13. Некрасов А.П. Особенности незаконного оборота наркотических средств в местах лишения свободы / Место и роль уголовно-исполнительной системы в механизме Российского государства: материалы межвузовской научно-практической конференции (10 марта 2011 г.) / Под общ.ред.: Ромашов Р.А. - Самара: Изд-во Самар. юрид. ин-та ФСИН России, 2011. - С. 141143.

14. Статистические данные ФСИН России [Электронный ресурс] - Режим доступа: лгалл/^ п ^иМа^^/.

15. Стуканов А.П. Институт реабилитации в Российском законодательстве. Возникновение, развитие, понятие, перспективы / Захарцев С.И., Миронов М.А., Рохлин В.И., Стуканов А.П. - С.-Пб.: Юрид. центр Пресс, 2007. - 409 с.

16. Филиппова, О.В. К вопросу о детерминантах преступности в местах лишения свободы / О.В. Филиппова // Вестник Томского государственного университета.

- 2007. - № 297. - С. 226-229.

17. Хохряков Г.Ф. Социальная среда, личность и правосознание осужденных (теория и методика криминологического исследования). Дис. ... докт. юрид. наук: 12.00.08 / Хохряков Г.Ф. - М., 1987. - 311 с.

Рецензия

на статью старшего преподавателя кафедры уголовного и уголовно-исполнительного права ФКОу ВО Пермский институт ФСИН России, кандидата юридических наук Устинова А.А., адъюнкта Академии права и управления ФСИН России Титанова М.Ю. «Криминологическая характеристика преступности в местах лишения свободы»

Представленная на рецензирование статья обладает достаточной актуальностью, т.к. в настоящее время одним из направлений уголовной и уголовно-исполнительной политики Российской Федерации является обеспечение безопасности органов и учреждений уголовно-исполнительной системы, в частности, противодействие преступности в местах, обеспечивающих изоляцию от общества.

В статье авторы, опираясь на мнения ведущих ученых-криминологов и данные собственного исследования, раскрывают понятие и особенности пенитенциарной преступности в Российской Федерации и, в частности, в учреждениях ГУ ФСИН России по Свердловской области, приводят данные о характере латентной преступности в учреждениях уголовно-исполнительной системы.

Статья характеризуется самостоятельностью и научной новизной, ранее не публиковалась. Оригинальность статьи по системе «Антиплагиат» составляет 79%. Несомненными достоинствами статьи является то, что она подготовлена на основе актуальных статистических данных и результатов опроса сотрудников учреждений уголовно-исполнительной системы, исходя из которых авторами были сделаны выводы о состоянии пенитенциарной преступности в учреждениях ГУ ФСИН России по Свердловской области, в том числе ее латентной части.

Учитывая сказанное выше, следует отметить, что статья Устинова А.А., Титанова М.Ю. «Криминологическая характеристика преступности в местах лишения свободы» отвечает критериям актуальности и научной новизны, выполнена на достаточно высоком научном уровне и может быть направлена для публикации в открытой печати, а именно в издании, рекомендованном ВАК при Министерстве образования и науки Российской Федерации.

Доцент кафедры уголовного и уголовно-исполнительного права ФКОУ ВО Пермский институт ФСИН России, кандидат юридических наук, полковник внутренней службы О.А.Буркина