Жестокое обращение с детьми в семье: проблемы определения и перспективы исследований

Н.Г. Осадчая

ЖЕСТОКОЕ ОБРАЩЕНИЕ С ДЕТЬМИ В СЕМЬЕ: ПРОБЛЕМЫ ОПРЕДЕЛЕНИЯ И ПЕРСПЕКТИВЫ ИССЛЕДОВАНИЙ

Нравственная обстановка в семье в решающей степени определяется характером взаимоотношений между ее членами, но прежде всего взрослой ее части и детей. Хуже всего, если ребенок ощущает себя чужим и беспомощным в семейном окружении, тем более, когда понимает, что это окружение ему враждебно. Отвергаемый семьей ребенок или подросток ощущает себя ненужным и неприятным. Так закладывается основа их дезадаптации в будущем.

Крайней стадией семейного неблагополучия, перечеркивающей возможность нормального нравственного формирования личности ребенка, подростка в семейной среде, является прямая агрессивность родителей по отношению к ребенку. А между тем это явление в последние годы особенно распространено: по данным Комитета РФ по делам молодежи, в 57 % семей дети становятся жертвами агрессии, а в 17 % агрессивность проявляется в грубой форме.

«Насилие», «жестокое обращение с детьми в семье» - понятия, которые только на первый взгляд кажутся простыми и ясными. На самом деле в специальной литературе существует множество определений, и все они, по сути, будут различными, причем различия эти подчас существенны. Сторонники широкого толкования включают в систематическое невнимание к ним со стороны, прежде всего, родителей. С другой стороны, ряд авторов, считают, что проявление жестокости, насилия - это лишь действия, предусмотренные уголовным законом.

Более приемлемой представляется трактовка А.Е. Волковой, согласно которой «понятие жестокого обращения с детьми включает в себя физическое и психическое насилие обязательно с элементами жестокости, в том числе и нуждами ребенка, в результате чего возникает угроза его жизни, здоровью, психическому и социальному развитию» [1, с. 12].

Как указано в постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 27 мая 1998 г. № 10 «О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей», жестокое обращение - это прежде всего физическое или психическое насилие, применяемое в отношении несовершеннолетнего (нанесение побоев, умышленное причинение легкого вреда здоровью, совершенное без хулиганских побуждений, связывание, систематические угрозы причинения вреда здоровью, сексуальные домогательства и т.п.), издевательство над его личностью (лишение пищи, тепла, воды). Жестокое обращение с детьми может проявляться и в применении к несовершеннолетним недопустимых способов воспитания (в грубом, пренебрежительном, уничижающем человеческое достоинство обращении с детьми, оскорблении или эксплуатации детей) [2].

Одна из главных причин столь различного понимания феномена жестокости в отношении несовершеннолетних состоит в том, что трудно найти четкие критерии и дать всеобъемлющее определение такому сложному явлению. Тем более нелегко определить его на законодательном уровне. Однако такая норма нужна, и потребность в ней объясняется многими очевидными резонами. Среди них стоит выделить хотя бы то, что отсутствие нормативной трактовки понятия семейной жестокости по отношению к детям имеет прямым следствием тот факт, что общество не располагает полными официальными сведениями о масштабах фактической распространенности явления, о котором идет речь. Исходя из статьи 65 Семейного кодекса РФ жестоким обращением с несовершеннолетним следует признавать:

а) само по себе невыполнение или ненадлежащее выполнение обязанностей по воспитанию ребенка, совершенное как путем действия, так и путем бездействия, которое по своему характеру и причиняемым последствиям носит жестокий характер: лишение питания, обуви, одежды, грубое нарушение режима дня, обусловленного психофизиологическими потребностями ребенка определенного возраста, лишение сна и отдыха, невыполнение элементарных гигиенических норм (влекущее за собой, например, педикулез, чесотку и пр.), невыполнение рекомендаций и предписаний врача по профилактике заболеваний и лечению ребенка, отказ или уклонение от оказания ребенку необходимой медицинской помощи и др.;

б) активные действия, грубо попирающие основные обязанности субъекта воспитательной деятельности, состоящие в применении к ребенку недопустимых (в правовом и нравственном смыслах) методов воспитания и обращения и включающие все виды психического, физического и сексуального насилия над детьми.

В научной литературе также высказано мнение, что жестокость может выразиться в непредоставлении несовершеннолетнему питания, запирании в помещении одного на долгое время, в

систематическом унижении его достоинства, издевательствах, нанесении побоев и т.п. [3, с. 107; 4, с.235].

Статистика по отношению к детям носит ведомственный характер, касается в основном крайних случаев жестокого обращения, когда ребенок получил тяжкие физические повреждения или произошли необратимые изменения психики [5, с. 54].

Для создания же более полной картины масштабов насилия в отношении детей приходится полагаться на материалы выборочных исследований. Одно из них было осуществлено в 2003 г. Т.П. Пашковой и стало частью ее кандидатской диссертации. Она провела специальный опрос несовершеннолетних, доставленных в ЦВСНП (Центр временного содержания несовершеннолетних правонарушителей) Москвы. Всего было охвачено 176 несовершеннолетних в возрасте от семи лет. Опрос выявил, что в качестве одной из причин бегства из дома или государственного учреждения несовершеннолетние прямо называют совершенное в отношении них насилие со стороны взрослых (84 % опрошенных). При этом 71 % респондентов указали на то, что насилие было как физическим (побои, истязание, лишение пищи, наказания, связанные с физическими страданиями, и т.д.), так и психическим (оскорбление, унижение достоинства и т.д.). Значительная часть опрошенных (81 %) указали, что насилие носило систематический характер. Чаще всего среди субъектов, совершающих акты насилия (физического или психического), назывались: отчим (мачеха) - 63 %; отец (мать) - 49 %; персонал детского учреждения, в котором находился ребенок, - 31 %. Интервьюирование позволило установить, что в большинстве случаев физическое насилие выглядело «мерой воспитания» со стороны родителей и лиц, обязанных нести заботу о ребенке в силу своего служебного положения (воспитателей и т.д.). Характерно, что субъектами физического насилия чаще выступали мужчины (на это указывали 79 % опрошенных).

Кроме того, изучение документов несовершеннолетних, доставленных в ЦВСНП Москвы, в сочетании с интервьюированием и анкетированием детей позволило выявить структуру семей, в которых дети подвергались систематическому насилию. Как и следовало ожидать, значительную их часть составили неполные семьи (36 %), а также семьи, где наряду с одним из родителей присутствовал сожитель (сожительница), - 49 %. Это обстоятельство подтверждает наблюдение о том, что личная неустроенность и социальные проблемы взрослых продуцируют их агрессию в отношении детей. Юридическая практика свидетельствует, что нарушение прав несовершеннолетних в разных областях их жизни - один из главных источников их дальнейшего конфликта с законом [6, с. 96]. Несомненно, насилие в отношении детей вызывает ответную агрессию, приобретающую формы неправового поведения.

О росте жестокости и невнимания к детям свидетельствует увеличение числа детей и подростков, погибающих от неестественных причин (травмы, убийства, самоубийства, несчастные случаи), а также общий рост насильственной преступности. Ежегодно от травм и несчастных случаев погибает более 14 тыс. детей, при этом около 10 % приходится на убийства. Анализ объема и уровня помощи таким детям показал, что ввиду отсутствия ненадлежащего механизма выявления ситуаций, чреватых опасностью, помощь оказывается слишком поздно, чаще всего, когда детям нанесен непоправимый вред, а семью спасти невозможно [7]. Поскольку понятие жестокого обращения с несовершеннолетними в самом законе сформулировано неопределенно, можно согласиться с замечанием, высказанным А. Дьяченко и Е. Цимбал в работе «Актуальные проблемы защиты детей от жестокого обращения в современной России», о необходимости большей конкретизации определения жестокого обращения с ребенком и выработки дефиниций его отдельных форм (физического, сексуального, психического насилия) [8].

Таким образом, жестокое обращение - это прежде всего физическое или психическое насилие, применяемое в отношении несовершеннолетнего (нанесение побоев, умышленное причинение легкого вреда здоровью, совершенное без хулиганских побуждений, связывание, систематические угрозы причинения вреда здоровью, сексуальные домогательства и т.п.), издевательство над его личностью (лишение пищи, тепла, воды). Жестокое обращение с детьми может проявляться и в применении к несовершеннолетним недопустимых способов воспитания (в грубом, пренебрежительном, унижающем человеческое достоинство обращении с детьми, оскорблении или эксплуатации детей) [9, с. 11].

В тех случаях, когда жестокое обращение с ребенком совершается способами, характерными для истязания (например, систематические побои либо длительное лишение питья, пищи и сна, сечение, удушение, вырывание волос, связывание конечностей и т.д. ), и заведомо для виновного причиняет потерпевшему особые мучения и страдания, обязательным представляется применение совокупности преступлений, предусмотренных ст. 156 и 117 ч. 2 п. «г». В случаях, когда подобные действия сопровождаются причинением ребенку фактического вреда здоровью любой степени тяжести, также требуется дополнительное применение ст. 111, 112 или 115 УК РФ соответственно. Если в результате жестокого с ним обращения несовершеннолетний погибает, то содеянное должно квалифицироваться не только по ст. 156, но и ст. 105 УК РФ.

Понятие «здоровье ребенка» следует рассматривать в данном контексте очень широко: это и физическое развитие в соответствии с возрастом, и душевное здоровье, и социальная зрелость. Важно обратить внимание на то обстоятельство, что отсутствие требовательности и контроля со стороны родителей оценивается не только как пренебрежение, но и как жестокое обращение [10].

При изучении форм и видов жестокого обращения с детьми в семье необходимо обратить внимание на следующие вопросы:

- сексуальные злоупотребления в отношении детей до 5 лет. Как отмечают западные исследователи, такое насилие приобрело широкое распространение во всем цивилизованном мире. Для жертв оно чревато тем, что осознание страшных событий детства через много лет может привести (и приводит) человека к «кризису субъективной идентичности», который надолго выводит его из полноценной социальной и личной жизни, а зачастую обусловливает и уход в разные формы девиантного поведения;

- сексуальные злоупотребления в отношении детей со стороны женщин. Очевидно, что такие злоупотребления имеют место быть. Вместе с тем они, как и другие виды девиантного и преступного поведения женщин, часто остаются вне поля зрения исследователей и правоохранительных органов;

- распространенность жестокого обращения с детьми в процессе педагогического воздействия. Как показывают данные медицинской статистики, в амбулаторной практике педиатров встречается значительное число больных детей и подростков, нуждающихся в разрешении их психологических проблем: более чем у 40 % детей обнаруживались соматогенные психические расстройства; в 20 % случаев была разнообразная соматовегетативная симптоматика, преимущественно психогенного происхождения; у 10 % обнаружены психосоматические расстройства; 14 % детей составили группу риска, так как они находились в неблагоприятных семейных условиях или неадекватно воспитывались; в настоящее время ежегодно регистрируются с диагнозом психосоматических расстройств свыше 8 млн детей [11, с. 16]. Очевидно, что такое положение дел напрямую связано с жестокостью в семье - ее физическими и психологическими проявлениями.

Пока не нашли достаточного методологического обоснования и не получили широкого распространения исследования по изучению последствий неявного насилия против детей в семье. Например, имеются данные о том, что существует зависимость между стилем воспитания в семье, психологическими изменениями личности ребенка и поведенческими переменными [12, с. 262-268].

Зарубежные исследователи приводят аналогичные данные:

- примерно 65 % детей, подвергающихся жестокому обращению, имеют нарушения в поведении (39 % - в контрольной группе); эти нарушения чаще всего проявляются в виде проблем в школе, а также проблем, связанных с интеграцией в социальную среду;

- эмоциональное насилие или изнасилование ведет к отказу от пищи (21 % опрошенных взрослых, подвергшихся в детстве этим формам насилия, в контрольной группе - 8 %), нанесению себе какого-нибудь вреда (соответственно - 34,1 % в контрольной группе), воровству (26,6 % в контрольной группе);

- женщины, подвергшиеся в детстве сексуальному злоупотреблению, позже гораздо чаще становятся жертвами новых изнасилований.

Однако эти последствия еще не исчерпывают негативного влияния жестокого обращения с человеком в семье в детском возрасте. Очевидно, требуются долгосрочные исследования влияния факторов насилия в семье на судьбу человека, поколения и социума в целом в плане распространения в нем установок на использование насилия при решении различных ситуаций и в процессе достижения намеченной цели.

И последнее, что следует отметить о направлениях исследований по данной теме, - это серьезное и конструктивное изучение потенциала общества по изменению ситуации с насилием против детей на уровне официальных (государственных) и неофициальных (общественных) социальных институтов. Здесь следует в первую очередь обратить внимание на анализ законодательства о семье, попечительстве и опеке, социальной поддержке нуждающихся категорий семей. И законодательство, и помощь до сих пор остаются ориентированными не на превенцию, а на наказание, на изъятие ребенка из семьи в случае насилия над ним. Думается, что такой подход лишь усугубляет ситуацию жертвы насилия, поскольку деривация в виде лишения семьи скорее приведет к новому витку в процессе социального исключения, послужит еще большей стигматизации и, следовательно, лишь ускорит процесс развития девиантной или преступной карьеры (разумеется, некоторые случаи насилия над ребенком, когда его жизнь находится в опасности, безусловно, требуют изоляции его от негативного воздействия окружения родственников).

Другой вопрос - наличие системы помощи жертвам насилия в семье. Как свидетельствует, например, опыт Германии, эффективная помощь детям, пострадавшим от насилия в семье, зачастую несовместима с применением правоохранительных мер в отношении родителей. Такая помощь может строиться лишь на добровольном желании всей семьи исправить ситуацию. Но одного желания тоже оказывается мало. Требуется поддержка и квалифицированное консультирование профессионалов-

психологов, социальных педагогов, медиков, социальных работников и т.д. Понятно, что эти специалисты должны пройти специальную подготовку и иметь стимул для реализации поставленных перед ними целей. Но готовы ли социальные работники в России к оказанию подобного рода помощи, и готово ли государство поддерживать эту деятельность? Очевидно, что эти вопросы требуют дополнительного изучения, всестороннего общественного обсуждения и организационной проработки [13, с. 27, 210].

При расследовании уголовных дел, возбужденных по ст. 156 УК РФ, а также при квалификации возникают трудности, связанные с необходимостью установления признака систематичности неисполнения или ненадлежащего исполнения обязанностей по воспитанию несовершеннолетних и жестокого обращения с ними. Судебная практика, испытывая трудности в связи с неопределенностью понятия жестокого обращения с несовершеннолетним, исходит из того, что оно должно свидетельствовать об определенной системе, линии поведения виновного. Поэтому единичные случаи физического насилия, имевшие место в отношении детей со стороны родителей, педагогов и иных лиц, на которых возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетних, не признаются в качестве преступления, предусмотренного ст. 156 УК РФ.

В ряде регионов суды указывают на необходимость установления не менее трех фактов причинения именно телесных повреждений, а также установления дат их причинения, что не всегда возможно сделать [14]. Лица, наделенные по закону обязанностями по воспитанию и надзору за детьми и уличенные в их истязании, нанесении им побоев, систематическом унижении их чести и достоинства, причинении серьезного вреда их физическому и психическому развитию, часто остаются вне сферы уголовного преследования.

Анализ конструкции нормы ст. 156 УК РФ позволяет, на наш взгляд, сделать вывод о том, что для оконченного состава преступления достаточно одного единственного акта жестокого обращения с ребенком, связанного с родительским или педагогическим произволом, переходом границ допустимых методов воспитания. По мнению О.В. Пристанской, по отношению ко второму обязательному признаку объективной стороны рассматриваемого вида преступления - неисполнению (ненадлежащему исполнению) субъектом своих обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего обязательно должен быть доказан признак систематичности. На наш взгляд, следует согласиться с точкой зрения Н.В. Гуль [15] о необязательности установления систематического характера неисполнения обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего. В законе текстуально отсутствует такое требование, то есть криминальным может быть и однократное исполнение указанного деяния. При этом следует иметь в виду, что само по себе неисполнение (ненадлежащее исполнение) субъектом своих обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего как разновидность жестокого обращения, как правило, воплощается в форму продолжаемого преступления.

Литература

1. Волкова А.Е. Криминологическая характеристика и профилактика преступлений, связанных с жестоким обращением с детьми: Дис. ... канд. юрид. наук. М.: ВНИИ МВД РФ, 1996.

2. Свиридова Ю.В. Защита детей // Вопросы ювенальной юстиции. 2006. № 1.

3. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. М., 1996.

4. Кибальник К., Соломоненко И.Г. Лекции по уголовному праву. Ставрополь, 2000.

5. Сафонова Т.Я., Цымбал Е.И. Государство и дети. Реальность и Россия. М., 1995.

6. Мельникова Э.Б. Дети-подростки - жертвы негативных явлений // Правозащитник. 2000. № 1.

7. Ильяменко А.Н. Криминологическая характеристика жертв насилия в семье // Российский следователь. 2005. № 5.

8. Дьяченко А., Цимбал Е. Актуальные проблемы защиты детей от жестокого обращения в современной России // Уголовное право. 1999. № 4.

9. Пункт 11 постановления № 10 Пленума Верховного суда Российской Федерации от 27 мая 1998 г. «О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей» // Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. 1998. № 7.

10. Брусницин Л.В. Насилие в семье // Закон. 2004. № 4.

11. Бойко В.В., Оганян К.М., Копытенкова О.И. Социально защищенные и незащищенные семьи в изменяющейся России. СПб., 1999.

12. Гурвич И.Н. Социальная психология здоровья. СПб., 1999.

13. Никитина А.А. Криминологическая характеристика предупреждения бытового насилия в отношении несовершеннолетних: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Ростов н/Д: РЮИ МВД России, 2005.

14. Шерстнева Н. Защита прав детей, проживающих в асоциальных семьях // Законность. 2006. №

15. Гуль Н.В. Уголовная ответственность за неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего // Журнал российского права. 2005. № 3.