Теоретические составляющие фразеографии

ФРАЗЕОГРАФИЯ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА

© 2009

А.М. Чепасова

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ ФРАЗЕОГРАФИИ

Лексикография и фразеография имеют одинаковую вторую часть основы. На этом кончаются наши знания о фразеографии. Слово фразеография отсутствует в справочной литературе ([ЛЭС 1990: 258—259], [Ахманова: 1966]) и, что самое печальное, в практических фразеографических трудах. Если термин лексикография имеет определение, сложное содержание, пусть краткую, но историю развития [ЛЭС 1990, 258—259], хотя бы краткий список литературы, то термин фразеография, насколько мне известно, не имеет ничего подобного. Фразеоло-гам предстоит заняться широким кругом вопросов, связанных с понятием фразеография.

Для возникновения, существования и развития фразеографии необходимы научные исследования фразеологического состава и картотека, или фразеологический фонд.

В настоящей статье мы попытаемся в краткой форме изложить наше понимание фразеографии как раздела фразеологии и показать отличие фразеогра-фии от лексикографии.

Объектом описания лексикографии является, как известно, лексема, цель-нооформленная единица, объектом описания фразеографии является фразеологизм, раздельнооформленная единица, состоящая из компонентов, имеющих словный характер. Фразеологизм как объект фразеографии — всегда синтаксическая конструкция. Следовательно, фразеография принципиально отличается от лексикографии качеством описываемых единиц, это отличие сохраняется постоянно.

Фразеологизм как языковая единица представляет собой сложное явление, он не открывает своих тайн легко и быстро, поэтому, несмотря на то, что в течение вот уже более полстолетия фразеологизм активно изучается, нельзя сказать, что все его фундаментальные стороны исследованы, хотя сделано очень многое. Отсутствие надежных знаний о фундаментальных сторонах фразеологизма прямо сказывается на качестве описания этих единиц в специальных фразеологических собраниях, сборниках, «словарях». О фразеологии нередко говорят, что это молодая наука, еще более молодой, просто «юной» является фразеография.

Несовершенство фразеографических трудов объясняется, на мой взгляд, действием, скорее всего, трех причин, — первую я назвала выше, вторая — мощное влияние, даже давление лексикографии, которое начало осуществляться

через наших крупных фразеологов, которые одновременно являлись крупнейшими лексикографами. Проявлением давления лексикографии считаю нелогичное, но настойчивое, всеобщее употребление терминов лексикографический, словарный, словарь вместо фразеографический, фразеологический, свод, сборник, собрание. Напр., Лексикографическая разработка русской фразеологии [Бабкин 1964а], его же Фразеология и лексикография [Бабкин 1964б], лексикографическая разработка фразеологического материала, словарная разработка индивидуально-авторских употреблений фразеологических единиц (ФЕ), Лексикографическое описание индивидуально-авторских трансформаций, лексикографирование ФЕ [Мелерович, Мокиенко 2000], лексикографическое описание значения и употребления фразеологизмов [Телия 2006]. Статью, в которой описывается фразеологизм, называют словарной, фразеологический труд, в котором характеризуются фразеологизмы, называется словарем.

Третьей причиной несовершенства фразеографических трудов, думаю, следует назвать личные качества ученого-фразеографа, у которого отсутствует строгое отношение к терминам создаваемой прикладной науки, что проявляется в том, что ученый не проверяет, соответствует ли содержание употребляемого им термина из лексикографии содержанию понятия из фразеографии, и автоматически, аналогично тому, как употребляли до него, использует термин науки, главной единицей описания в которой является слово.

Современная фразеология между тем разработала и продолжает разрабатывать теории, определенные положения которых, будучи использованными, сделают совершенно молодую практическую дисциплину — фразеографию — строгой стройной наукой, покоящейся на системе научных истин.

Первой теоретической составляющей фразеографии является сложнейшая теория компонентного состава фразеологизма. Начиная с 60-х гг. ХХ в. она разрабатывается отечественными фразеологами. Главной частью этой теории является положение об обязательных (облигаторных) и факультативных компонентах, которые, сохраняя словный характер, не являются словами в полном значении этого слова, а лишь компонентами данной фразеологической единицы.

Для фразеологии и фразеографии неважно, словами какой части речи считаются обязательные компоненты фразеологизма, главное — то, что они являются фразообразующими, без такого компонента фразеологизма нет. Обязательные компоненты занимают определенное место в каждой данной единице. При фразеографировании необходимо сохранять тот порядок следования компонентов, с которым эта единица известна в языке. Это правило первого компонента, каким бы он ни был — знаменательным или служебным. Последовательно применил это правило В.П. Жуков [Жуков 1980: XVI]. В современных фразеографических трудах очень часто наблюдается необъясняемый произвол. Так, А.И. Молотков пишет: «Каждый фразеологизм помещается в словаре столько раз, сколько имеется в его составе компонентов, включая все лексические и видовые варианты. Исключение составляют компоненты, являющиеся генетически служебными словами»: вилами вилами по воде писано. См. писано [Молотков 1967: 68]; пуще глаза. См. пуще [Там же: 105]; завеса как будто завеса падает с глаз чьих. См. пелена [Там же: 160]; клюква вот так клюква. См. вот [Там же:

199]; куличках у черта на куличках. См. черта [Там же: 217]; печали не было печали. См. было [Там же: 310]; разуме на разуме [Там же: 383]; сват ни сват ни брат [Там же: 411]; третьего третьего дня. См. дня [Там же: 481].

Следующей теоретической составляющей фразеографии является учение о значении, точнее, о содержательных свойствах фразеологического состава. Относительно давно, еще в 60-х годах ХХ в., установлено, что фразеологический состав делится на три части: номинативную фразеологию, грамматическую и модальную. Внутри каждой части выделяются классы с одним категориальным значением; класс, в свою очередь, состоит из семантических субкатегорий, а эти субкатегории состоят из семантических групп и подгрупп, которые состоят из ФЕ, имеющих индивидуальные значения. Уральские фразеологи не одно десятилетие исследуют и описывают фразеологический состав русского языка как цельную, сложную, открытую семантико-грамматическую систему, используя классификацию А.М. Чепасовой [Чепасова 1974, 2006]. Теоретические положения названной классификации позволяют точнее определять и описывать индивидуальное значение единицы во фразеологической статье.

Насколько мне известно, современные фразеографы посвящают свои изыскания только номинативной части фразеологического состава, описывая лично отобранные единицы. Грамматическая и модальная фразеология современного русского языка совсем не представлена в русской фразеографии, хотя по названным частям имеются надежные исследования.

Теорией, необходимой для строго научного развития фразеографии, мы считаем учение о грамматических свойствах фразеологизмов. Лексикография русского языка пользуется развитой национальной грамматикой. Сила и совершенство лексикографии связаны с учением о классах слов, о грамматических категориях изменяемых и неизменяемых частей речи. Фразеография вообще и ФЕ в частности также органично связаны с учением о грамматических свойствах фразеологизма, на что обращалось очень мало внимания учеными. В результате содержательные свойства фразеологизмов оказались более изученными, чем грамматические. Думаю, глубокой причиной такого положения оказались универсальные законы самой грамматики, которая обслуживает слово до тех пор, пока оно остается отдельным при кажущейся независимости его (слова) от семантических изменений. В действительности же при фразеологизации изменяется не только значение синтаксической конструкции, но и ее грамматические, морфологические и синтаксические, свойства. Ученые челябинской фразеологической лаборатории не только обнаружили связь грамматики с изменяющейся (изменившейся) семантикой сочетания, но уже в течение нескольких десятилетий изучают эту связь, в целом ряде работ выявили и описали специфику грамматических категорий и форм, функционирующих во фразеологизмах разных классов. Учет грамматических свойств фразеологизма при фразеографировании позволяет делать толкование ФЕ более точным.

В современных фразеографических трудах грамматическая часть статьи или отсутствует [Молотков 1967] или выглядит неоправданно бедной [Телия 2006].

На качестве фразеологической статьи отчетливо сказывается уровень разработки теории динамичности и диалектичности фразеологизмов. В свою очередь, уровень развития этой теории жестко связан с объемом выявленного фразеоло-

гического корпуса — чем больше зафиксировано фактов употребления фразеологизмов в живой звучащей и письменной речи, тем отчетливей видны способности данной единицы к семантическим и структурным изменениям или проявления ограничений в выборе переменных. Подтверждением объективности высказанного положения является фундаментальный труд А.А. Мелерович и В.М. Мокиенко «Фразеологизмы в русской речи. Словарь». Авторы во Введении пишут: «Основным источником Словаря послужила фразеологическая картотека (свыше 60 тысяч карточек), которая собиралась авторами более 20 лет. Выборка производилась из произведений более чем 800 авторов (художественная, публицистическая, мемуарная, эпистолярная, научно-популярная литература). Широко использовались периодические издания (газеты, литературно-художественные журналы)» [Мелерович, Мокиенко 2001: 7].

Названная картотека позволила авторам охарактеризовать семантические и структурные преобразования отобранного «фразеологического ядра» с такой глубиной, с какой русские фразеологизмы еще не описывались в русской фразеографии.

Еще одной теорией, необходимой для глубокой характеристики фразеологизма в идеографическом справочнике (собрании, сборнике, своде), является теория стилистических свойств единиц. Фразеографии она нужна так же, как и лексикографии. Во фразеографии должна быть разработана строгая система функционально-стилистических и эмоционально-оценочных помет. Справедливости ради следует сказать, что в имеющихся довольно многочисленных «словарях» названные характеристики присутствуют, хотя и не во всех случаях они кажутся убедительными.

Все, что сказано выше о теоретических составляющих фразеографии, связано с современным состоянием фразеологии, вызывается и объясняется современным состоянием общества, говорящего и пишущего на русском языке.

Активно создаваемые в настоящее время фразеологические труды, основанные на больших или малых личных или групповых картотеках, объективно готовят базу для полного фразеологического свода фразеологизмов русского языка, в котором, подобно тому как в Словаре современного русского литературного языка (ССРЛЯ), будут грамотно расположены, полно семантически, грамматически и стилистически истолкованы фразеологические единицы, собранные в одном месте при Академии наук.

ЛИТЕРАТУРА

Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов. — М.: Сов. энцикл., 1966.

Бабкин А.М. Лексикографическая разработка русской фразеологии. — М.; Л.: Наука, 1964.

Бабкин А.М. Фразеология и лексикография // Проблемы фразеологии: материалы и исследования / АН СССР, Ин-трус. яз. - М.; Л.: Наука, 1964. - С.7—36.

Жуков В.П. Школьный фразеологический словарь русского языка. — М.: Просвещение, 1980.

ЛЭС: Лингвистический энциклопедический словарь. — М.: Сов. энцикл., 1990.

Мелерович А.М., Мокиенко В.М. Фразеологизмы в русской речи. Словарь. — Изд. 2-е. — М.: Рус. словари; Астрель, 2001.

Фразеологический словарь русского языка / под ред. А.И. Молоткова. — М.: Сов. энцикл., 1967.

Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий / под ред. В.Н. Телия. — М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА, 2006.

Чепасова А.М. Семантико-грамматические классы русских фразеологизмов. — Челябинск: Изд-воЧеляб. гос. пед. ин-та, 1974.

Чепасова А.М. Семантико-грамматические классы русских фразеологизмов. — Изд. 2-е. — Челябинск: Изд-во Челяб. гос. пед. ун-та, 2006.

THEORETICAL CONSTITUENTS OF PHRASEOGRAPHY A.M. Chepasova

The article characterizes phraseological entry constituents on the basis of component structure, content and grammatical properties of fixed phrases, their dynamism and stylistic character.

© 2009

В.Т. Бондаренко

ОТВЕТНЫЕ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИЕ РЕПЛИКИ РУССКОЙ РЕЧИ КАК ОБЪЕКТ ЛЕКСИКОГРАФИЧЕСКОГО ОПИСАНИЯ

Несмотря на впечатляющие в целом масштабы развития теории и практики словарного дела и стремление к созданию максимально достоверной картины жизни языка как социально-психологического явления, большое множество активно используемых в живой речи лексических и фразеологических единиц до сих пор остается не зафиксированным в словарях. К числу таких единиц, не ставших еще объектом отдельного словарного описания, относится класс ответных фразеореплик.

Данный класс объединяет фразеологические единицы коммуникативного типа, выражающие реакции на «чужое» слово (реплику) собеседника. Ответными они называются потому, что их общее коммуникативное значение заключается в том, чтобы быть ответами на вопросительные и невопросительные слова (реплики): Кто? — Конь в пальто; Куда? — На кудыкину гору; Стыдно? — Стыдно, у кого видно.

В литературе по фразеологии имеются лишь отдельные наблюдения, касающиеся коммуникативного назначения устойчивых словесных комплексов этого типа. Предлагались и термины для их обозначения: контекстуальные устойчивые фразы [Архангельский 1964], контекстуальные пословицы и поговорки [Жуков 1967] и [Лепешев 2007], устойчивые фразы с конкретной ситуативной на-