Прецедентные феномены из сферы телевидения в содержании современного русского сравнения

ФИЛОЛОГИЯ

Вестн. Ом. ун-та. 2014. № 3. С. 139-142.

УДК 808.2 М.Н. Крылова

ПРЕЦЕДЕНТНЫЕ ФЕНОМЕНЫ ИЗ СФЕРЫ ТЕЛЕВИДЕНИЯ В СОДЕРЖАНИИ СОВРЕМЕННОГО РУССКОГО СРАВНЕНИЯ

Анализируется функционирование прецедентных феноменов из сферы телевидения в содержании сравнительных конструкций современного русского языка. Отмечается, что современная языковая личность не всегда является простым потребителем масс-культуры, о чём свидетельствует юмористический характер сравнений, неожиданность ассоциаций, переосмысление образов.

Ключевые слова: прецедентный феномен, прецедентный текст, прецедентное имя, телевидение, сравнительные конструкции.

Одним из существенных признаков развития современного русского языка является его интертекстуальность, т. е. активная апелляция в речи, в устных и письменных текстах к другим текстам. И.В. Высоцкая квалифицирует интертекстуальность как «универсальный "инструмент" тексто-порождения» [1, с. 115]. С лингвокультурологической точки зрения прецедент наполнен культурным смыслом и состоит в отсылке языковой личности в речи к тому или иному широко известному в данной языковой картине мира тексту, имени, ситуации. Прецеденты выступают как хрестоматийные, общеизвестные, неоднократно используемые знаки. М.В. Моисеев описывает формирование прецедентного феномена следующим образом: «Появление определённой единицы (текста, имени) и закрепление её, с последующими частыми обращениями (апелляциями) к ней носителей данного языка и культуры... <...> ...текст или имя становятся элементами когнитивной базы среднего представителя лингвокультуры» [2, с. 143].

Прецедентные феномены (далее - ПФ) включают в себя прецедентные тексты, прецедентные имена, прецедентные ситуации, прецедентные высказывания.

Нами исследованы более 6200 сравнительных конструкций, отобранных из современных текстов на русском языке, относящихся к разнообразным формам и жанрам языка. В сфере семантики сравнения мы наблюдаем выделение ПФ как некоторого класса объектов, обладающих эффектом устойчивого и символически значимого типизирования, примерно в 8,2 % примеров.

Для нас было важным обозначить приоритеты современной языковой личности при выборе прецедентной базы. В ходе исследования мы выяснили, что при создании сравнения она апеллирует в первую очередь к художественным фильмам [3], реже отсылает к литературным произведениям [4], прецедентные же феномены из сферы телевидения занимают третье место в рейтинге предпочтений современной языковой личности. Тем не менее телевидение занимает всё более значительное положение в современной жизни, и его влияние должно быть исследовано в разнообразных направлениях.

Исходя из этого, целью данной статьи является анализ особенностей функционирования ПФ из сферы телевидения в содержании сравнительных конструкций современного русского языка. Особенно интересовали нас источники, выбранные языковой личностью, так как прецеденты отсылают к общенациональному культурному фонду, и анализ источников

© М.Н. Крылова, 2014

прецедентности может способствовать оценке этого фонда. Нужно отметить, что на фоне значительного внимания учёных к ПФ из сферы кино и литературы проблема апелляции говорящего к прецедентам из сферы телевидения является недостаточно изученной.

Нами замечено, что к сфере телевидения говорящий апеллирует при создании таких разновидностей ПФ, как прецедентные тексты (ПТ) и прецедентные имена (ПИ). Рассмотрим их.

Среди ПТ наиболее популярны телесериалы: «Спрут», «Рабыня Изаура», «Секретные материалы» и т. п. Например: «Я не комиссар Катани. Если мне мафия предложит продать дело, я продам» (телесериал «Тайны следствия»). В первую очередь говорящего привлекают первые зарубежные телесериалы, транслировавшиеся в период перестройки и прочно вошедшие в жизнь народа. С эпизодами телесериалов сравниваются сложнейшие жизненные ситуации (пример выше) и самые обычные: «Что ж мы ходим в темноте, как Скалли с Мал-дером...»> (С. Лукьяненко. Последний Дозор).

Реклама, ставшая неотъемлемой частью современного телеэфира, также очень популярна как прецедент. Примеры: «Они обнялись и принялись молотить друг друга по спинам с энтузиазмом спятивших зайчиков из рекламы батареек») (С. Лукьяненко. Последний Дозор). Обычно в образной сфере встречается апелляция к рекламе, наиболее часто повторяемой, существующей в различных формах в течение ряда лет, в этом случае может даже цитироваться рекламный слоган, например: «С половины восьмого утра и до половины второго дня всё сходилось, как в рекламе банка "Империал", с точностью до минуты» (А. Ма-ринина. Посмертный образ).

Л.В. Балашова отмечает: «Рекламные прецедентные феномены значительно более подвижны по сравнению с другими аналогичными концептами. Обычно их регулярно употребляют до тех пор, пока соответствующие рекламные ролики "крутят" по ТВ» [5, с. 33]. Это утверждение справедливо по отношению к сравнениям, которые отсылают реципиента к конкретному рекламному ролику. Они действительно могут устареть и стать непонятными с выходом данного рекламного текста из активного использования. Спустя несколько лет мы уже с трудом можем определить, к какому именно рекламному ролику отсылала в своё время языковая личность, например: «Знаете, как в рекламе - пока мы работаем, они отдыхают»» (А. Андреев, газета «Завтра», 2003). Однако есть типы рекламной продукции, которые не устаревают, постоянно подкрепляются новыми роликами. Апелляция при сравнении к такой рекламе делает образ актуальным, например: «Оценить физические кондиции можно и в сравнении с авто-

мобилем предыдущей серии. Как в рекламе средств для похудения. Смотрите: вот Vectra "до" и "после"» (Х. Ганиев, журнал «Автопилот»).

Кроме того, склонные к языковой и логической игре, к парадоксам, изменениям смысла с целью привлечения внимания телезрителя, рекламные тексты допускают сравнение рекламы с самой рекламой: «Спрей от насморка "Ксимелин" начнёт действовать быстрее, чем закончится рекламная пауза». В большей части сравнений, оперирующих образами из данной сферы, ощущается подшучивание над рекламной продукцией, отражающее общее негативное отношение к рекламе. Именно рекламный ПТ помогает говорящему создавать яркие юмористические сравнения, например: ««Ты выглядишь как герой, только герой соцрекламы про вред пьянства» (телесериал «Возвращение Мухтара»); ««Не рожа, а реклама пива> (О. Маркеев. Чёрная луна).

Рекламные тексты при апелляции могут трансформироваться, демонстрируя одновременно и апелляцию к общим для автора и реципиента объектам, и творческое переосмысление готовых исходных текстов, например: «<То есть как в рекламе: сформируй рынок и... отойди» (Т. Панина, «Российская газета»).

Хотя чаще языковая личность цитирует рекламный слоган без изменений, легко его вспоминая, например: ««Это значит, что, несмотря на негодную конъюнктуру рынка, я берусь продать эту квартиру, как в рекламе "Аэрофлота", - быстро, выгодно, удобно» (А. Волос. Недвижимость), что лишний раз свидетельствует о том огромном влиянии, которое имеет реклама на каждого из нас, о том, как хорошо мы её запоминаем благодаря многократному повторению в СМИ.

Следующая группа ПТ, используемых при создании сравнения, - традиционные телепередачи: программы «Время», «Спокойной ночи, малыши» и т. п. В этом случае поводом для сравнения служит какой-то яркий отличительный признак данной передачи или именно традиционность её появления в эфире: «<Вы привыкли, как к программе "Время", чтобы вам в одно и то же время то же самое говорили.» (телепередача «Малахов + Малахов»).

Кроме того, в сфере прецедентных телетекстов сформировались свои общие, типовые образы: сериал, мексиканский телесериал, мыльная опера, реалити-шоу и подобное. Например: ««У нас страсти, как в мексиканском телесериале, кино можно снимать» (телепередача «Без комплексов»); ««Судебное заседание транслируется в прямом эфире и напоминает реалити-шоу» (телепередача «Сегодня»). Их появление связано с изменениями структуры телеэфира и

Прецедентные феномены из сферы телевидения..

141

особенно ярко отразило динамику прецедентной сферы культурного фонда языковой личности; невозможно представить себе такие образы как устойчивые в речи двадцать лет назад, до «эпохи телесериалов» конца ХХ века: «Сначала реклама, а потом они соединятся. Как в сериале» (телепередача «Без комплексов»).

При апелляции к данным объектам из сферы телевидения языковая личность часто демонстрирует своё отрицательное к ним отношение, например: «Когда ждешь, причем и сам толком не знаешь, чего именно ждешь, - время тянется, как мыльная опера»> (М. Баконина. Школа двойников).

Рассмотрим далее группы ПИ из сферы телевидения, используемых современной языковой личностью при создании сравнения.

Во-первых, это имена деятелей шоу-бизнеса - продюсеров, музыкантов, певцов, светских львиц, дизайнеров: Алла Пугачёва, Лев Лещенко, Сергей Пенкин, Максим Галкин, Александр Розембаум, Николай Басков, Сергей Зверев, «Тату», Дана Борисова, Кристина Орбакайте, Дэвид Копперфильд, Бритни Спирс, Майкл Джексон и т. п. Находясь на виду, эти личности составляют часть современной культуры, развлекают и эпатируют публику, привлекают к себе внимание любыми способами, поэтому реализация данных имён в сфере сравнения может быть оценена как показатель их популярности. Но носитель языка относится к популярности шоу-личностей критически, с насмешкой. Это проявляется в юмористическом характере большей части создаваемых сравнений, например: «<Мы, Настя, с вами будем как "Тату" в возрасте» (Лолита, телепередача «Без комплексов»); в неожиданности ассоциаций и сарказме: ««Да с твоим папой тебе геометрия нужна, как Розенбауму фен» (телесериал «Моя прекрасная няня»); «<...ИИгорь бы на ветру, как Сергей Зверев, качался» (телепередача «Сам себе режиссёр»); ««Сижу незаметный, как Сердючка без груди» (сатирический монолог М. Галкина).

Примыкают к данной группе имена артистов эстрады: Евгений Петросян, Елена Воробей и др., например: «Иногда ты спишь с настолько мученическим видом, как будто бы там тебе выступает Елена Воробей» (журнал «СовшороШап»).

Интересно, что среди имён музыкантов, певцов нередки имена серьёзных зарубежных артистов: Джон Леннон, Элвис Пресли, Мирей Матьё, Лучано Паваротти, Монсерат Кабалье и др. Например, если нужно показать с помощью сравнения, что герой прекрасно поёт, выбирается образ классического зарубежного исполнителя: ««Поёт, поёт, как Монсерат Кабалье!..» (телесериал «Большие девочки»).

М.А. Жилетежева отмечает, что ПИ данного типа «обладают какой-то яркой отличительной чертой, вызывают положительные ассоциации» [6, с. 132]. Так же, как нельзя не согласиться с первым, так нельзя и не поспорить со вторым утверждением в данной цитате. Примеры, рассмотренные выше, демонстрируют, что для языковой личности при выборе известного имени для создания прецедента положительная коннотация не важна, значительно важнее известность персонажа, в том числе скандальная, а отрицательное отношение в обществе к данному деятелю шоу-бизнеса вообще является идеальным условием для его выбора в качестве объекта шутливого, сатирического сравнения.

Вторая группа - имена спортсменов: Иван Поддубный, Шумахер, Кличко, (кстати, неизвестно, да и неважно, какой именно из братьев Шумахеров или Кличко), Николай Валуев, Сергей Бубка, Андрей Каряка и др. Излюбленным именем из мира спорта является Шумахер как символ скорости, например: «<В ходунках он просто как Шумахер двигается» (телепередача «Пока все дома»). Часто для говорящего важны не столько достижения спортсмена, сколько его популярность, именно она становится причиной прецедентности, например: «Вы не представляете, как я рада! - Как Кличко, когда выиграл чемпионат мира» (телесериал «Моя прекрасная няня»).

Третья группа - имена политических и общественных деятелей: Фидель Кастро, Саддам Хусейн, мать Тереза, Анатолий Чубайс, Сергей Шойгу и др. По обращению в сравнениях к политикам можно судить об их популярности: «<Мы придумали план, / Прямо как Саддам» (песня группы «ДаБац»); «<Ро-мантик-экстремал? Это, наверное, кто-то вроде Шойгу» (монолог С. Рожковой).

Итак, телевидение, вне всяких сомнений, является неотъемлемой частью нашей жизни, оно имеет сильное влияние на людей. Современная языковая личность не может представить свою жизнь без телевизионных программ. Однако анализ функционирования ПФ из сферы телевидения в качестве образов сравнительных конструкций показал, что современная языковая личность не является безропотным потребителем телевизионной культуры. Да, зачастую сравнение с образами данного типа создаётся автоматически, говорящий просто выбирает наиболее подходящий по смыслу, эмоциональности, значению объект из своего (и общего для всех говорящих) культурного фонда. Но часто мы отмечаем творческий характер введения прецедента в контекст сравнения, что ведёт к юмористическому звучанию, переосмыслению содержания прецедента.

Выбор прецедентного ПФ в качестве объекта сравнения чаще всего обусловлива-

ется стремлением сделать высказывание более ярким, привлечь к нему зрителя или слушателя. Этому часто способствуют и цинизм фразы, и юмористическая окраска, и неожиданность ассоциаций. При этом тот факт, что прецедентные ПФ из сферы телевидения включаются в современное сравнение реже прецедентов из сферы художественных фильмов и литературных текстов, может свидетельствовать о том, что окончательная победа телевидения над всеми остальными источниками информации ещё не состоялась.

ЛИТЕРАТУРА

[1] Высоцкая И. В. Прецедентные феномены в современной рекламе // Вестн. Нижегород. унта им. Н.И. Лобачевского. 2011. № 6. Ч. 2. С. 112-116.

[2] Моисеев М. В. Применение дефиниционного анализа в лингвокультурологическом исследо-

вании // Вестн. Ом. ун-та. 2010. № 3. С. 142148.

[3] Крылова М. Н. Кино как источник интертекстуальности (на материале сравнительных конструкций) // Язык и социальная динамика : матер. Всерос. науч.-практ. конф. с междунар. участием (Красноярск, 24 мая 2012 г.) : в 2 ч. / отв. ред. А.В. Михайлов, С.В. Волынкина; Сиб. гос. аэрокосмич. ун-т. Красноярск, 2012. Ч. 1. С. 355-361.

[4] Крылова М. Н. Художественный текст как прецедентный феномен (на материале сравнительных конструкций) // Русская словесность. 2010. № 1. С. 62-65.

[5] Балашова Л. В. Литературные и публицистические прецедентные феномены в современном сленге // Изв. Саратов. ун-та. Новая серия. Филология. Журналистика. 2010. Т. 10. № 2. С. 30-35.

[6] Жилетежева М. А. Прецедентные феномены в средствах массовой информации // Вестн. Костром. гос. ун-та им. Н.А. Некрасова. 2009. Т. 15. № 4. С. 131-133.