Вероисповедная политика государства и церкви в Марийском крае в начале XX века

Марийский юридический вестник

Выпуск 9

УДК 2

Н. С. Попов

ВЕРОИСПОВЕДНАЯ ПОЛИТИКА ГОСУДАРСТВА И ЦЕРКВИ В МАРИЙСКОМ КРАЕ В НАЧАЛЕ XX ВЕКА

В статье на примере Марийского края раскрывается вероисповедная политика Российского государства и Русской православной церкви по отношению к нерусскому населению, к иноверческим народам империи, к их религиозным воззрениям в начале XX века, работа написана на основе обширного архивного материала.

Ключевые слова: церковь, религия, язычество, дохристианские верования, вероисповедание, вероисповедная политика, межконфессиональные отношения, секуляризация, христианизация.

В России вероисповедная политика как часть внутренней политики страны была подчинена решению важнейших социально-политических задач. Она преследовала цели обеспечения единства и целостности государства, поддержания межконфессионального согласия и разрешения национальных противоречий. Светская власть, ссылаясь на то, что христианское государство обязано уважать религиозную самобытность народов, декларировала свою веротерпимость, в то же время первенствующей религией и идеологической опорой страны считала православие.

В начале ХХ века православная церковь играла важную роль в развитии общественных отношений. Она не только санкционировала общественное устройство, определяла мораль и поступки людей, открывала человеку свои духовные истины, наполняя повседневную жизнь определенным смыслом, но и, признавая себя единственной хранительницей божественной истины, активно боролась против других вероучений, «влекущих людей к погибели вечной». Церковь стремилась навязывать свое господство в многоконфессиональном обществе, добивалась религиозной и культурно-языковой унификации россиян, безжалостно обличала любые проявления вероотступничества, инаковерие и дохристианские традиции, составляющие неотъемлемую часть ментальности многих нерусских народов. Утверждение религиозной веры политическими методами, ущемление прав неправославных верующих и религиозная нетерпимость по отношению к ним негативно влияли на межконфессиональные отношения, порождая предпосылки для возникновения конфликтов на религиозной почве.

Перемены в общественно-политической и культурной жизни страны, развитие буржуазного права, утверждавшего идею религиозной свободы личности, рост правового сознания в обществе привели в начале ХХ века к пересмотру религиозного законодательства. Манифестом от 26 февраля 1903 года была обещана свобода вероисповеданий. Высочайшим Указом от 12 декабря 1904 года «О предначертании и усовершенствовании государственного порядка» предписывалось укрепить «основы веротерпимости» и устранить «религиозные стеснения». 17 декабря 1905 года вышел манифест «Об усовершенство-

44

2012

1. Вопросы теории и истории государства и права

вании государственного порядка», в котором декларировалось предоставление свободы совести. Населению предоставлялись широкие права на определение своей конфессиональной принадлежности1. 7 марта 1917 года Временное правительство в своем «Обращении к гражданам» провозгласило отмену «сословных, вероисповедных и национальных ограничений», предоставило право на свободный переход из одного вероисповедания в другое, узаконило внеконфессиональное состояние1 2.

В ходе принятия этих решений постепенно осуществлялся переход к более осмысленной христианско-просветительской деятельности. В это же время росла политическая активность мусульманского населения, усилилось влияние других христианских конфессий. Укреплялось религиозное и этническое самосознание нерусских народов, исповедующих дохристианские верования и культы, что вызывало неоднозначную реакцию в обществе. Складывалась качественно новая религиозная ситуация, в которой своеобразно переплелись не только политические, социальные проблемы, но и этнокультурные запросы нерусских народов страны.

Под религиозной ситуацией современные исследователи понимают сложившуюся обстановку в характере и интенсивности религиозных проявлений, состояние государственно-конфессиональных и межконфессиональных отношений в стране или регионе, уровень сохранения, развития традиционной и распространения новой религиозной практики3.

Межрелигиозные отношения в поликонфессиональном обществе могли приобретать характер конфликта, индифферентного отношения, сотрудничества или диалога. В процессе установления межрелигиозных отношений играют роль не только доктринальные разногласия, но и представляемые религиозными объединениями в качестве образца этнокультурные парадигмы и стереотипы. Для многих народностей России было характерно отождествление религиозной принадлежности с этнической. Поэтому их можно назвать этно-конфессиональными общностями. В силу этого взаимоотношения религий нередко носили межэтнический характер.

Религиозная ситуация в Марийском крае в начале ХХ века определялась влиянием культур славянских, тюркских, финно-угорских народов, сосуществованием православия, ислама и дохристианских культов. Государственная и местная власти свои отношения с этими религиями устанавливали в соответствии с историческими реалиями и на основе существующего в стране законодательства.

1 Православный вестник. - 1903. - № 46. - 27 февр.; 1904. - № 283. - 14 дек.; 1906. -№ 87. - 21 апр.

2 Сафонов А. А. Свобода совести и модернизация вероисповедного законодательства Российской империи в начале XX века. - Тамбов, 2007.

3 Лопаткин Р. А. Конфессиональный портрет России: к характеристике современной религиозной ситуации. - М., 2001. - С. 3; Лопаткин Р. А. Современная религиозная ситуация в России: социологический анализ // От политики государственного атеизма - к свободе совести: материалы семинара-совещания. - М., 2000. - С. 4; Главацкая Е. М. Классификация религиозных изменений среди хантов // Обские угры. - Тобольск; Омск, 1999. - С. 131.

45

Марийский юридический вестник

Выпуск 9

Главную роль в формировании религиозного сознания населения края, установлении и налаживании религиозно-конфессиональных отношений играла Русская православная церковь. Она олицетворяла национальные традиции Российской империи, выступала в качестве базовой основы русской (славянской) культуры. В 1905 году в Казанской епархии, из 2,4 миллионного населения края 68,45 % составляли православные, более 704 тысяч (28,8 %) - мусульмане суннитского толка, более 25 тысяч - отступившие от православия крещеные татары, 23 тысячи - раскольники, 14,6 тысяч - язычники1. В соседней Вятской епархии в 1896 году число некрещеных превышало 25 тысяч человек (из них около 8 тысяч - марийцы), мусульман - 15 тысяч1 2, раскольников - 11 тысяч (данные 1901 года)3. В 1906 году доля православных и единоверцев в этой епархии составляла 92,1 %, мусульман - около 4, старообрядцев - 3,2, некрещеных - 0,3 %4.

Таблица 1

Численность православных, старообрядческих и мусульманских религиозных общин в Марийском крае в начале ХХ века5

Епархии и уезды Число церковных приходов В них священников Число православных монастырей Кол-во старообрядческих общин Кол-во мусульманских общин

Казанская епархия

Казанский 2 2 - - -

Козьмодемьянский 32 34 4 2 -

Царевококшайский 32 37 2 - 4

Чебоксарский 10 10 - - -

Вятская епархия

Уржумский 38 58 1 5 20

Яранский 15 16 - - -

Нижегородская епархия 9 11 - 2 -

Итого: 138 169 7 9 24

В пределах современной территории Марийского края в 1915 году насчитывалось 138 церковных прихода6, 7 монастырей, в том числе 4 женских. Одним из показателей доступности церковного влияния на население является соотношение числа храмов к единице площади. В Марийском крае в среднем

1 Адрес-календарь Казанской губернии на 1905 год. - Казань, 1904. - С. 346.

2 ГАКО. - Ф. 811. - Д. 496. - Л. 9.

3 Там же. - Ф. 237. - Оп. 74. - Д. 2481. - Л. 130-149 об.

4 Памятная книжка Вятской губернии и календарь на 1908 год. - Вятка, 1908. - С. 64-65.

5 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 1. - Д. 119152. - Л. 20-26, 64-67, 82-84; Оп. 131. - Д. 8. - Л. 111 об., 291-293; Оп. 138. - Д. 25. - Л. 337-443; ГАКО. - Ф. 237. - Оп. 76. - Д. 1208. - Л. 41-49; ГАРМЭ. - Ф. 172. - Оп. 1. - Д. 628; Ф. 317. - Оп. 5. - Д. 50. - Л. 7; Ф. Р-250. - Оп. 5. - Д. 32. -Л. 1-41; Ф. Р-317. - Оп. 1. - Д. 255. - Л. 1-6.

6 Храмов было несколько больше. В это число не включены две городские тюремные, кладбищенская и монастырские церкви.

46

2012

1. Вопросы теории и истории государства и права

одна церковь охватывала 148,8 кв. километров. По сравнению с аналогичными показателями по Нижегородской, Вятской и Казанской епархиям (соответственно: 34,1; 51,2; 83,1)' показатель доступности храмов в крае был значительно ниже. В Уржумском уезде было 38 православных общин, в Царевококшай-ском - 32. Марийская часть Козьмодемьянского уезда по территории была в два раза меньше Царевококшайского уезда, однако здесь имелись 32 прихода,

4 черемисских монастыря, учрежденные по инициативе самих мари1 2. Все это свидетельствовало о том, что на правобережье Волги Марийского края православие занимало прочные позиции. Достаточно отметить, что горные марийцы с инициативой открытия своего монастыря выступили еще в 60-ые годы XIX века. В 1904 году в трех марийских монастырях уезда насчитывалось 10 иеромонахов, 7 иеродьяконов, 29 монахов и 49 монахинь, а также 23 рясофорных послушника и послушниц. В монастырях проживали по письменным видам 482 послушницы и 98 послушников3. В 1907 году_в Козьмодемьянском | уезде открывается Аштывай-Нырская Николаевская мужская община. В Царе-вококшайском уезде в 1904 году насчитывалось 6 иеромонахов, 3 иеродьякона,

2 монаха и 10 монахинь, 35 облаченных в рясофор послушниц и более 150 человек, живших по паспорту4. В Уржумском уезде в 1901 году учреждена женская обитель в Куженере. В 1908 году здесь проживали 20 монахинь и 108 послушниц5.

Большое внимание стало уделяться строительству новых храмов. В 19001917 годах в Уржумском и Яранском уездах открываются 12 приходов в деревнях: Елембаево, Шанер. Куприаново, Большой Шокшем, Токтамыж, Русский Кугунур, Сабанур, Алексеевское, При речке Большой Пиштанке (Уржумский уезд), Русский Кадам, Табашино, Килемары (Яранский уезд)6. За эти же годы в Царевококшайском уезде учреждаются 7 приходов в деревнях: Карамас (околодок Полат Энер), Кинер, Крутой Овраг, Кутюк Кинер, Чкарино, Шекля-нур, Шойбулак. В Козьмодемьянском уезде открылись две приходские церкви в деревнях Аксаево и Паратмары. Всего за эти годы на территории края были учреждены 23 прихода.

Службу в церквах вели 178 священников, получившие образование в местных семинариях или духовных училищах, Казанской учительской семинарии. Некоторые священники на эту должность поступали после многолетней службы в церквах в качестве дьяконов или псаломщиков. Занять священническую должность можно было после обучения в миссионерских курсах и сдачи испытательного экзамена. В целом, можно отметить, что образованных, знающих марийский язык священнослужителей в крае было мало. Так, по данным 1904 года, из служащих в церквах Марийского края 83 священников Казанской

1 Бабкин М. Духовенство Русской Православной Церкви и свержение монархии (начало ХХ в.- конец 1917 г.). - М., 2007. - Табл. 7.

2 На одну церковь в среднем приходилось по 109,6 кв. км.

3 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 1. - Д. 119097. - Л. 4, 17, 49.

4 Там же. - Л. 15, 40.

5 ГАКО. - Ф. 237. - Оп. 74. - Д. 2967. - Л. 1.

6 Там же. - Д. 2817. - Л. 83 об., 110, 117 об.; Д. 2860. - Л. 97; Д. 2927. - Л. 43 об.

47

Марийский юридический вестник

Выпуск 9

епархии богословское образование имели лишь 43 человека (51,8 %). Среди дьяконов ни один не имел законченного богословского образования.

Таблица 2

Численность православного духовенства Марийского края (Казанская епархия, 1904 год)1

Уезды Священников Имеют богословское образование Дьяконов Псаломщиков

Козьмодемьянский 36 25 10 30

Чебоксарский 8 4 3 8

Царевококшайский 39 14 14 39

Итого 83 43 27 77

Доля священников с полным богословским образованием из года в год сокращалась. С началом Первой мировой войны эта проблема приобрела еще более острый характер. В 1917 году в четвертом благочинном округе Уржумского уезда богословское образование имели лишь 24,2 % священников1 2. Примерно такая же картина наблюдалась во втором благочинном округе Царе-вококшайского уезда.

Большинство приходских клириков составляли выходцы из духовного сословия. Священнослужителей из числа мари было немного, но их численность постепенно росла. Так, если в 1906 году в Царевококшайском, Чебоксарском уездах работали всего 7 священников-мари, один дьякон, два псаломщика3, то в 1915 году только в первом благочинии Царевококшайского уезда марийцев в числе священников было 5, дьякон - 1, псаломщиков - 34. В Уржумском уезде в это же время было семь священников-мари5. В основном это были окончившие Казанскую учительскую семинарию, имевшие опыт работы в школах.

Марийские приходы отличались большим количеством прихожан. Расстояние между приходским селом и деревнями нередко превышало 5 верст, что существенно затрудняло деятельность духовенства. В первом благочинии Царевококшайского уезда в 1911 году на каждого священника в среднем приходилось по 2216 прихожан6. Во втором округе этого же уезда один священник духовно окормлял в среднем более 2900 человек7. В Уржумском уезде нагрузка на священников была еще больше.

Труд священнослужителей был нелегким. Обширность территорий прихода, разбросанность селений, противодействие старообрядцев, стремление ма-

1 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 1. - Д. 119152. - Л. 20-84.

2 ГАКО. - Ф. 237. - Оп. 74. - Д. 3338. - Л. 6 об.-11.

3 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 138. - Д. 25. - Л. 336-697.

4 ГАРМЭ. - Ф. 80. - Оп. 1. - Д. 213. - Л. 1-112 об.

5 ГАКО. - Ф. 237. - Оп. 70. - Д. 1535.

6 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 1. - Д. 127811. - Л. 78; В Казанской епархии на одну церковь приходилось 2166 верующих, в Вятской епархии - 3542; См.: Бабкин М. Духовенство Русской Православной Церкви и свержение монархии (начало ХХ в.- конец 1917 г.). - М., 1997. - Табл. 6.

7 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 1. - Д. 127811. - Л. 236-509.

48

2012

1. Вопросы теории и истории государства и права

рийцев сохранить свои традиционные верования, обычаи и обряды, отсутствие богатых спонсоров, недостаточное материальное вознаграждение за труд удручающе действовали на жизнь и быт священников. Их будни были заполнены регулярными богослужениями, чтениями проповедей, исполнениями треб прихожан. Большое значение придавалось проведению праздничных, высокоторжественных дней. Периодически проводились крестные ходы, молебны с иконами по домам и на полях. Священник должен был следить за состоянием храма, его оформлением, обеспечением всем необходимым для совершения каждодневной службы и т. д. Он руководил деятельностью церковноприходского попечительства.

Духовенство обязано было активно участвовать в защите государственного самодержавного строя, совершать публичные молитвы о государе и членах царской семьи, своевременно информировать население о высочайших указах и манифестах, помогать местной власти сохранять в обществе мир и спокойствие. Священник нес ответственность за своих прихожан, следил за их религиозной нравственностью, вразумлял и увещевал нарушающих нормы православной жизни, помогал налаживать деятельность школ духовного ведомства (церковно-приходских, миссионерских, братских и школ грамоты). Кроме того, духовенство вело уроки Закона Божьего в земских или министерских училищах.

В школах духовного ведомства главное внимание обращалось на религиозно-нравственное воспитание детей в духе учения православной церкви и христианского благочестия, укрепление религиозных начал в народе. Для подготовки учителей школ грамоты были открыты двухклассные церковноприходские школы. Деятельностью церковных школ руководил Епархиальный училищный совет. В каждом приходе была создана сеть духовных учреждений. Она давала возможность для проведения миссионерской работы среди детей, помогала воцерковлять молодежь.

Одной из обязанностей приходского духовенства была борьба со старообрядчеством. В части Марийского края, входящей в Нижегородскую и Вятскую губернии, старообрядчество получило сильное распространение на территории. В Уржумском уезде, например, старообрядцы встречались в селениях 39 приходов, в том числе и на территории 17 приходов Марийского края. В Ма-ныловском, Шорском, Хлебниковском, Алексеевском, Биляморском, Косола-повском, Мари-Турекском, Илетском, Елеевском, Мари-Солинском, Токтай-Белякском, Староторъяльском, Новоторъяльском, Верхоушнурском, Толмань-ском, Тумью-Мучашском, Юледурском приходах насчитывалось около 8 тысяч старообрядцев. Численно преобладали беспоповцы (федосеевцы - 3442 и даниловцы - 2972 человека)1. Известными центрами старообрядчества были деревни Кушко Билямор, починок Скрябинский, село Косолапово, деревни Черная Грязь, Долбачи и Онодур. Существовала Сосновогорская единоверческая община. В Царевококшайском уезде жила небольшая группа (до 20 семейств) последователей беспоповского направления старообрядчества - бегу-

1 ГАКО. - Ф. 237. - Оп. 14. - Д. 2482. - Л. 19-78.

49

Марийский юридический вестник

Выпуск 9

ны (подпольники)1, в Козьмодемьянском уезде - в селах Большая Юнга, Малая Юнга, Троицкий Посад и в самом городе выделялись группы поповцев и беспоповцев1 2.

Православное духовенство оказалось неспособным пересилить влияние старообрядческих проповедников, которые, несмотря на преследования, продолжали тайно проводить свои богослужения, вовлекая на свою сторону православных прихожан. Поэтому чаще всего старались пресечь деятельность раскольников административно-репрессивными мерами. Однако в начале ХХ века суды стали отказываться удовлетворять требования православного духовенства, ссылаясь на отсутствие состава преступления в действиях раскольников. Поэтому Святейший Правительствующий Синод 3 ноября 1894 года вынужден был призвать духовенство не обращаться в административные органы управления с просьбой принять репрессивные меры против них. В секретном указе говорилось о долге пастырей «зорко и бдительно следить за религиозным состоянием своей паствы и особенный бдительный надзор иметь за действиями вожаков раскола и пропагандистов магометанства»3. Указ констатировал, что преследуется не раскол сам по себе, а «действия его, направленные во вред православной вере». Поэтому следует различать преследуемых законом совратителей и распространителей раскола от людей, уклонившихся в раскол. Последние не должны подвергаться уголовному наказанию, их следует лишь увещевать и вразумлять. Точно также предлагалось поступать в отношении лиц, отпавших в мусульманство: действовать на их убеждения и совесть «живым словом, проникнутым духом кротости, любви и искреннейшего сожаления к заблудшему, но нимало не прибегая к каким-либо укоризнам и угрозам преследования...»4. Подобную нормативную установку на терпимое отношение к приверженцам других конфессий, пусть даже если она изложена в секретном документе, можно расценить как своеобразный сигнал начавшегося пересмотра межконфессиональных отношений в стране.

После выхода указа «Об укреплении начал веротерпимости» (апрель 1905 года) старообрядцы получили право на пропаганду своей веры, возведение молитвенных домов. Они были открыты в деревнях Коряковцы, Черная Грязь, Онодур, Большая Ключевская, Скрябино (Уржумский уезд), Липовка, Анчу-тино (Нижегородская епархия). В городе Козьмодемьянске стал функционировать Преображенский собор5. Начало расти число последователей старообрядчества.

Православное духовенство активно боролось против распространения идеи пантюркизма, стремилось не допустить исламизации нерусских народов Поволжья и Приуралья. За это встречало постоянное скрытное противодействие со стороны мусульман. В Марийском крае их было немного. Новокрещеные татары считали себя православными лишь номинально. После объявления ука-

1 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 131. - Д. 8. - Л. 295-296.

2 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 1. - Д. 120729 за 1905 год.

3 ГАРМЭ. - Ф. 38. - Оп. 1. - Д. 16. - Л. 30.

4 Там же. - Л. 30.

5 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 1. - Д. 120953. - Л. 108 об.

50

2012

1. Вопросы теории и истории государства и права

за о веротерпимости татары Казанской, Симбирской, Пензенской, Уфимской губерниях массами стали переходить в ислам. За 1905-1909 годы число отпавших в магометанство составило 40730 человек, из них около 39 тысяч -татары Казанской губернии1. В Марийском крае после 1905 года действовали 24 мечети, при которых открывались мектебы, велись занятия с детьми.

Серьезную проблему для духовенства представляли марийцы. На территории современной Республики Марий Эл в начале ХХ века насчитывалось более 5 тысяч некрещеных мари. Некрещеными оставались 4,4 процента мари Уржумского , 13,3 - Малмыжского, 20,2 - Елабужского и 38,8 - Сарапульско-го уездов1 2. В Царевококшайском уезде число некрещеных мари в 1906 году превышало 2500 человек3.

Четких, законодательно закрепленных нормативов в отношении марийских язычников не было. Государственная власть терпимо относилась к ним, предоставляла с согласия местных властей возможность исповедовать свою веру и исполнять обряды. Но некрещеным воспрещалось проводить крупные коллективные моления, вовлекать в свои ряды православных марийцев.

В крае сложились непростые отношения православного духовенства с некрещеными и придерживавшимися традиционных верований крещеными марийцам. Церковь утверждала свое монопольное право на духовную жизнь народа, стремилась освятить духом учения Христа жизнь местного населения и таким образом интегрировать его в общероссийское сообщество. При этом зачастую не учитывались интересы и религиозные потребности самих марийцев. Последователей марийской религии, называемой язычеством, долгое время относили к числу народов, стоящих на низшей ступени развития4. Неудовлетворительные результаты миссионерской деятельности расценивались как следствие неспособности марийцев к восприятию основ христианского вероучения.

Между тем, сами марийцы по-разному относились к православному учению. У них, как образно заметил протоиерей Г. Флоровский, «слагались две культуры»5: православная и синкретизированная. Православная культура легче всего закрепилась у горных мари. Они в начале ХХ века фактически все считались воцерковленными, регулярно посещали церковь, соблюдали таинства. В отличие от них марийцы Уржумского уезда, как отмечал миссионер Сергий Громов, «не понимая того, что совершается в церкви на непонятном для них церковно-славянском языке... весьма редко посещают храм Божий... Вследствие чего у них знание основных истин православной веры, таинства и важнейших обрядов и священнодействий православной церкви самое скудное» 6. Такая же картина наблюдалась и у значительной части мари Царево-кокшайского, Яранского уездов.

1 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 1. - Д. 127480. - Л. 18.

2 ГАКО. - Ф. 237. - Оп. 74. - Д. 2481. - Л. 20 об.-36.

3 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 1. - Д. 120953. - Л. 245.

4 ГАКО. - Ф. 237. - Оп. 76. - Д. 1170. - Л. 12 об.

5 Прот. Георгий Флоровский. Пути русского богословия. - Ymca-Press, 1983. - С.3.

6 ГАКО. - Ф. 811. - Оп. 1. - Д. 493. - Л. 3 об.

51

Марийский юридический вестник

Выпуск 9

Но крещеные марийцы в большинстве своем не отказывались от православия, время от времени посещали храмы, исполняли таинства, ежегодно делали взносы на содержание духовенства и т. д. В то же время они сохраняли древнемарийские обычаи и традиции, при неурожаях, засухах организовывали общедеревенские, общинные и общенародные моления. В конце XIX века центрами традиционных культов являлись деревни: Кукмари Староторъяльского, Торешкювар и Коклала Юледурского, Яндемирово Куракинского приходов Уржумского уезда и деревня Большой Китяк Новобурецкого прихода Мал-мыжского уезда. Большую известность среди марийцев получила роща возле деревни Купран-Сола Сернурского прихода1.

Непримиримую позицию в отношении православной церкви занимали члены религиозной секты «Кугу сорта» (Большая свеча)1 2. В 1890-х годах их было немного (около 90 человек)3. Сектанты отказывались признавать троичность Бога, считали, что Бог-Отец выше Сына-Бога и Святого Духа. Поэтому они предлагали поклоняться лишь истинному всевышнему Богу-Отцу. Христа они не считали богом, потому что «имел плоть, страдал и умер, что не характерно Богу»4.

По мнению кугусортинцев, Бог-Отец благословил держать языческую веру праведникам, один из которых - Авраам был марийцем. Отсюда делали вывод, что их вера восходит к временам праотца Авраама5. Сектанты считали, что после Вавилонского столпотворения бог создал 77 языков, дав каждому языку по особой вере. Поэтому каждому народу следует жить по своей, богом назначенной вере, сохранять ее чистоту6. Они предлагали пользоваться лишь созданными своими руками орудиями труда, носить только марийскую одежду, воздерживаться в пище, отказаться от кровавых жертвоприношений. Богам они приносили в жертву большие самодельные восковые свечи7.

Сектанты призывали не верить попам, которые якобы испортили Библию, «чтобы обрусить черемис для своей наживы»8. Они отказывались признавать истинность христианских догматов, ссылаясь на то, что эти истины никто из людей не может знать. В своих проповедях верующие апеллировали к национальным чувствам марийцев, утверждая идеи самосохранения, этнического единения и сохранения независимой от церкви традиционной религии, говорили, что все народы, как и деревья в лесу, имеют равные права на суще-

1 ГАКО. - Ф. 811. - Оп. 1. - Д. 549. - Л. 1-5.

2 Секта сформировалась в 70-ые годы XIX века. Согласно преданиям самих сектантов начало молению с большой свечой было положено еще в годы Крымской войны 1853-1856 годов. См.: ГАКО. - Ф. 811. - Оп. 1. - Д. 350. - Л. 7 об.

3 ГАКО. - Ф. 811. - Оп. 1. - Д. 332. - Л. 112 об.

4 Там же. - Д. 335. - Л. 2 об.

5 Там же. - Д. 496. - Л. 13.

6 Кугусортинцы уделяли большое внимание изучению ветхозаветных преданий. За это некоторые дореволюционные авторы относили их к числу православных сектантов. См. Булгаков С. В. Кугу Сорта // Православие. Ереси. Секты. Западные вероисповедания. Соборы. - М., 1994. - С. 342-343.

7 ГАКО. - Ф. 811. - Оп. 1. - Д. 335. - Л. 3.

8 Там же.

52

2012

1. Вопросы теории и истории государства и права

ствование. Кугусортинцы выступали против ассимиляторской политики, объявляли виновниками этнической дезинтеграции приходское духовенство и окружающих русских людей. Их они презрительно называли «черными». Секта выступала против навязывания русского языка и русской культуры, обучения детей в школах на русском языке, употребления алкоголя, табака и чая. Все это якобы вело к «превращению марийца в русского». Кугусортинцы и объявляли тяжким грехом как этнокультурное сближение марийцев с русскими, так и слияние «марийской и русской веры» в культовой практике наро-даПоэтому они гневно обличали и самих марийцев за их отступничество и увлечение «русской верой».

Большую проблему для духовенства и местных властей представляли коллективные моления марийцев, устраиваемые в священных рощах. Местная власть пыталась бороться с проявлениями традиционных культов путем административного давления. В 1897 году, например, благодаря принятым полицейским мерам, удалось предотвратить моления, намеченные жителями Сер-нурской волости Уржумского и села Войского Яранского уездов1 2. Однако, несмотря на запреты, марийцы Куракинского и Староторъяльского приходов сумели провести в том году тайно 4 моления3.

Священники приходских церквей и миссионеры стремились искоренить почитание пятничного дня, проведение марийских праздников, поминок усопших на последней неделе великого поста, призывали крестьян уничтожить мольбища4. В ответ на такие действия почитатели традиционных культов во всех регионах компактного проживания марийцев начали сплачиваться между собой и активно отстаивать свои права на сохранение своей народности и культуры.

31 августа 1901 года в деревне Илнеть Елабужского уезда состоялось открытое выступление марийцев против произвола местного духовенства, которое намеревалось при поддержке понятых - более 70 крестьян соседних деревень - вырубить священную рощу в деревне. Начало кампании по борьбе со священными рощами было положено викарным епископом Сарапульским Владимиром (Благоразумов), который 17 августа в деревне Большая Ерыкса уничтожил молитвенное место марийцев5. Через 10 дней такой же «подвиг» совершил священник Козьмодемьянской церкви села Кураково Константин Ергин. По его указанию были срублены пять мольбищ, до 500 деревьев6, вместо которых были сооружены 6 столбовых часовенок со святыми иконами7. Это было грубым нарушением прав некрещеных мари, вызовом по отношению к ним.

1 ГАКО. - Ф. 583. - Оп. 604. - Д. 137. - Л. 1.

2 ГАКО. - Ф. 811. - Оп. 1. - Д. 517. - Л. 4 об.

3 Там же. - Д. 493. - Л. 10.

4 Там же. - Д. 341. - Л. 8; ГАРМЭ. - Ф. 38. - Оп. 1. - Д. 14. - Л. 48.

5 РГИА. - Ф. 797. - Оп. 71. - Д. 303. - Л. 13 об.

6 Там же. - Л. 9 об. Вятский губернатор писал, что вырублено было до 50 деревьев.

7 РГИА. - Ф. 797. - Оп. 71. - Д. 303. - Л. 13 об.

53

Марийский юридический вестник

Выпуск 9

Поняв, что марийцы никак не реагируют на это, кураковские священники решили 31 августа срубить рощу деревни Илнеть. Узнав об этих намерениях духовенства, крестьяне взбунтовались. Началось избиение понятых, в ходе которого пострадало до 20 человек. Беспорядки удалось приостановить лишь через два часа прибывшим в деревню урядником.

По мнению Вятской духовной консистории, причиной беспорядков стали «бестактные и неразумно ревностные распоряжения и действия священника К. Ергина - недостаточно образованного, молодого и неопытного»1. После разбора происшедшего Вятская консистория строго предписала: «не совершать никаких насильственных действий для миссионерских целей». Крестьяне же написали жалобу на Высочайшее имя и просили дать разрешение «беспрепятственно совершать по обрядам их языческой веры богомоления в роще».

Другое противостояние марийцев с духовенством произошло 25 мая 1901 года в роще деревни Кюр-Сола Царевококшайского уезда. О собравшихся в роще для жертвоприношения 500 человек первыми узнали полицейский урядник Данилов и помощник волостного старшины Иванов. Днем члены волостного правления и духовенство Покровской церкви села Ронга никаких действий против участников жертвоприношения не предприняли. Они направились туда в сопровождении 50 крестьян села Ронга поздней ночью, чтобы разогнать участников обряда и окончательно расстроить этим моление. По словам священника Антония Темина, он намеревался прекратить «пагубное языческое моление» и вразумить духовных чад, обратиться с проповедью к находящимся в роще православным и язычникам. На месте моления прибывшие застали около 30 человек, занятых приготовлением жертвенной пищи. Верующие, узнав о внезапном нападении в роще, вооружились палками и дубинками и стали изгонять непрошеных гостей. Во время короткой стычки урядник защищался шашкой. Особенно активное сопротивление прибывшим оказал 47 летний некрещеный Изерге Чумаев1 2.

27 мая отец Антоний организовал в поле деревни Кюр-Сола моление с иконами. Но во время проповеди крестьяне стали дерзко перебивать его, «подняли шум и крик», обозвали священника и всех нагрянувших вместе с ним в рощу «разбойниками»3.

Желая добиться справедливости, верующие от имени некрещеного Изерге Чумаева написали жалобу царю. Обер-прокурор Святейшего Синода, препровождая 19 июня это прошение архиепископу Казанскому и Свияжскому Арсению, просил представить свое объяснение происшедшему.

Из материалов дознания, проведенного представителями светской и духовной властей, видно, что активными организаторами моления были исповедующие православие крестьяне Ронгинской и частью Конганурской волостей. Некрещеным был лишь один Изерге Чумаев.

1 РГИА. - Ф. 797. - Оп. 71. - Д. 303. - Л. 4 об.

2 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 133. - Д. 20. - Л. 12.

3 Там же. - Л. 42.

54

2012

1. Вопросы теории и истории государства и права

Решение о необходимости проведения жертвоприношения было принято в год коронования Николая II по настоянию сновидца Сидора Г аврилова. Поводом для этого послужил пророческий сон - человек в белой одежде призвал во имя обеспечения «благополучия всех черемис» совершить жертвоприношение богу Европейского Государя (Европа Кугыжан Юмылан)»1. Через семь лет, в январе 1901 года, С. Гаврилов снова увидел во сне этого человека, который напомнил о молении и сказал, что «непременно надо молиться, тем более, что и Государь не здоров»1 2. Обряд решили провести в мае3. По совету сновидца для жертвоприношения приобрели двух лошадей, столько же коров, баранов, большое количество домашней птицы4.

Отставной унтер-офицер М. Г. Калинин (житель деревни Шуйбеляк Кон-ганурской волости) убеждал, что царь не будет возражать против моления и разрешит им его провести, если выслать на его имя прошение. После отправления письма царю был распущен слух, что разрешение получено. В качестве такового крестьяне демонстрировали почтовую расписку об отправлении прошения, а Калинин говорил также об ожидаемом приезде не моление Великого князя Михаила Александровича или какого-нибудь знатного генерала5.

Высшая власть неодобрительно отнеслась к поведению представителей местной власти и духовенства, призвала уважать права некрещеных мари. По мнению К. П. Победоносцева, действия о. Антония были не совсем благоразумными, и предложил проводить внушения и наставления «нетвердых в православии черемис» не «на языческом собрании», а отдельно, в более удобные к тому времена6.

Коллективные моления чаще всего проводили жители Уржумского и Яранского уездов Вятской губернии. В 1899 году моления прошли в Марисо-линском (30 мая), Сернурском (18, 21 сентября, 15, 20 октября), Староторъяль-ском (29 октября), Юледурском (30 июля, 12 октября, 5 ноября) приходах7. Среди марийцев получил распространение слух о том, что «Царь и Правительство будто бы не препятствуют ... молиться по язычески». Такие слухи, по мнению миссионера С. Громова, обострили отношения марийцев к своим священникам и усилили предубеждения их против пастырских увещеваний и вразумлений.

Моления в рощах устраивались в ночное время, втайне от местного начальства и окружающих русских крестьян, что вызывало немало слухов и кри-

1 Под Европейским Государем, по словам Изерге Чумаева, марийцы имели в виду Императора Николая II. См.: НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 133. - Д. 20. - Л. 35 об., 42.

2 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 133. - Д. 20. - Л. 46 об.

3 Возможно, этот месяц выбран не случайно. Крестьяне знали, что Николай II родился 6 (по новому стилю 19) мая 1868 года.

4 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 133. - Д. 20. - Л. 35, 41.

5 Там же. - Л. 40 об. Во время допроса М. Г. Калинин отрицал свою причастность к подаче прошения, распространению слухов о получении официального разрешения на проведение моления и о предстоящем приезде Государя Наследника. См.: НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 133. - Д. 20. -Л. 59

6 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 133. - Д. 20. - Л. 38 об.

7 ГАКО. - Ф. 237. - Оп. 76. - Д. 1142. - Л. 2-2 об.

55

Марийский юридический вестник

Выпуск 9

вотолков. Так, в одном из сообщений уржумского уездного исправника Вятскому губернатору в апреле 1903 года отмечалось, что марийцы собираются принести в начале июля этого года в жертву жеребенка и мальчика1. Такой же слух в августе этого года был распространен в Царевококшайском уезде1 2. Священник с. Упши Решетов 19 октября официально известил пристава 3 стана о том, что 20 октября в роще возле деревни Косонаково Великореченской волости Яранского уезда пройдет «коллективное моление по языческому обряду с человеческой жертвой»3. Распространители подобных слухов и клеветы надеялись дискриминировать организаторов коллективных молений, унизить их достоинство. Необоснованность такого обвинения была очевидна не только представителям местной светской власти, но и приходскому духовенству. Тем не менее, было проведено дотошное расследование, которое показало несостоятельность измышлений миссионера.

Многолюдные моления, проведенные в 1903 году в марийских уездах, показали, что «духовенство бессильно бороться с такой языческой армией...»4. Представители светской власти тоже не решались принимать какие-либо меры против коллективных сборищ, на которых участвовало от 500 до 2000 верующих. Местная власть могла лишь наказывать штрафами организаторов жертвоприношений. Всего в этом году только в Уржумском уезде было наложено 254 штрафа на сумму 4370 рублей5.

После выхода указа о веротерпимости, марийцы стали подавать прошения о переходе в «Кугу сорта», «Адам-илянскую веру», веру предков и т. п. Были удовлетворены лишь просьбы членов секты «Кугу сорта». Из отчетов вятских миссионеров за 1912 год видно, что в Великопольском приходе кугусортинцем считал себя 261 человек, а в селе Упша - 12 верующих6. В 1910 году официально перешедшими в «Адам Иланскую» веру считались 8 жителей деревни Кюр-Солы Царевококшайского уезда7. Число некрещеных мари в Уржумском уезеде (в пределах Марийского края) за 1901-1912 годы возросло с 3146 до 35588.

Происшедшие перемены в религиозной ситуации вынуждали пересмотреть направления, способы и методы миссионерской деятельности. В Казанской епархии для борьбы с исламом и раскольниками были определены два епархиальных миссионера и 12 уездных и участковых миссионеров. В числе миссионеров упоминались настоятель Мироносицкой пустыни Пантелеймон и священник села Шиньшей Царевококшайского уезда Гавриил Яковлев9.

1 ГАКО. - Ф. 582. - Оп. 144. - Д. 268. - Л. 1.

2 ГАКО. - Ф. 582. - Оп. 144. - Д. 268. - Л. 21.

3 Там же. - Л. 38.

4 ГАКО. - Ф. 582. - Оп. 144. - Д. 268. - Л. 25.

5 Там же. - Л. 42 (подсчеты автора).

6 ГАКО. - Ф. 237. - Оп. 74. - Д. 2955. - Л. 49, 77.

7 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 1. - Д. 127432. - Л. 55-90.

8 ГАКО. - Ф. 237. - Оп. 74. - Д. 2953. - Л. 1-73; Там же. - Д. 2481. Л. 16 об.-21.

9 НАРТ. - Ф.4. - Оп. 132. - Д. 5. - Л. 54 об.-55.

56

2012

1. Вопросы теории и истории государства и права

Активизировалась работа на местах. Игумен Пантелеймон «с целью выработки мер и средств к скорейшему и лучшему вразумлению и отвращению черемис от их язычества»1 составил «Проект правил миссионерского общества». Автор предлагал назвать общество Царевококшайским миссионерским отделением Братства святителя Гурия. Совет отделения, по его мнению, должен включать двух благочинных уезда, председателя отделения епархиального училищного совета, уездного наблюдателя церковно-приходских школ и самого участкового миссионера. Членами миссионерского отделения могли стать духовенство уезда, учителя школ, распространители православия. На заседаниях совета предполагалось обсуждать пути и способы развития миссионерского дела в уезде, расширения катехизаторской деятельности в приходах, учебных заведениях и по месту жительства верующих. 22-26 сентября 1901 года епархиальное начальство поддержало предложение миссионера1 2.

26 марта 1902 года на заседании совета Царевококшайского миссионерского отделения было решено образовать общество ревнителей православия. В целях усиления работы среди почитателей традиционных культов предлагалось «священникам приходов, в которых есть керемети, уничтожить оные»3.

Царевококшайский отдел Братства Святителя Гурия добивался открытия в приходах кружков ревнителей православия, распространял брошюры религиозно-нравственного содержания на марийском и русском языках, организовывал публичные и частные беседы с последователями древнемарийской веры, проводил катехизические поучения, открывал библиотеки, поддерживал деятельность Царевококшайского комитета Казанского общества трезвости4.

20-21 января 1910 года в Седмиозерской пустыни состоялся съезд духовенства марийских приходов, на котором приняли участие 10 священников-мари Царевококшайского и Казанского уездов. Съезд призвал приходское духовенство активнее проводить миссионерскую работу5. В условиях возросшего национального самосознания народов Поволжья духовенство стало открыто отмежевываться от политики русификации. Епископ Андрей прямо писал, что он никогда не согласится поддержать обрусительную политику, тем более призывы к насильственному обрусению, которое, по его словам, может нравственно искалечить инородцев, вызвать в них чувство оскорбленного самолю-бия6.

Вятская духовная консистория, изучив дела о сборищах христиан и язычников Уржумского и Яранского уездов в 1897-1900 годов, вынуждена была констатировать, что «дух язычества еще глубоко коренится в сердцах и умах

1 ГАРМЭ. - Ф. 80. - Оп. 1. - Д. 193. - Л. 148.

2 ГАРМЭ. - Ф. 80. - Оп. 1. - Д. 193. - Л. 192-194.

3 НАРТ. - Ф. 4. - Оп. 134. - Д. 23. - Л. 2.

4 Там же. - Оп. 1. - Д. 127811. - Л. 245 об.

5 Съезд духовенства черемисских приходов Казанского и Царевококшайского уездов Казанской епархии 20-21 января 1910 года // Известия по Казанской епархии, - 1910. - № 7-8, 9. -С. 236-241, 268-270.

6 Епископ Андрей. Об обрусении(по поводу заметок в «Церковном Вестнике» на эту тему // О просвещении поволжских инородцев. - Казань, 1910. - С. 60.

57

Марийский юридический вестник

Выпуск 9

черемис - христиан Вятской епархии, и не только он не умирает, но силится сохранить свою жизнь от влияния христианства и даже отстоять ее, с поношением последнего»1.

Консистория во избежание всевозможных выступлений со стороны «язы-чествующих христиан-инородцев» призвала духовенство остерегаться от насильственных действий1 2. Епархиальное начальство предлагало следовать примеру святого Григория (Двоеслов, папа Римский), посоветовавшего епископу Августину вместо разрушения «кумирниц поганских, которые добро созданы суть» очищать и освящать их святою водою. Григорий не возбранял и устройство кущей во время праздников при церквях, чтобы в них «с благоговением беседовали, ядуща мяса, яже прежде Диаволом жряху, и пиюще без козлогла-сования, хвалящее же истинного Бога... Тако и со Иерусалимом творил Господь Бог, жертвы и скоты Диаволом закалаемыя на свою хвалу приносити и закалати повелел»3.

Наконец, инородческим миссионерам, благочинным и приходскому духовенству было поставлено в обязанность пасторски сближаться с язычниками и магометанами, постоянно заботиться «о преподавании им Евангелия путем мира и любви, с христианским дерзновением и долготерпением . воодушевляя себя многочисленными примерами великой ревности и неусыпных подвигов в деле распространения и насаждения христианства, изложенными в четьи-минейных сказаниях о жизни святых»4.

В «Новогодних пожеланиях деятелям Казанской православной миссии» 1916 года инородческий миссионер В. Н. Эсливанов писал: «Казанский край стал русским, христианским; но справедливость требует отметить, что и по настоящее время он все еще представляет широкое поле деятельности для разностороннего приложения миссионерско-просветительского труда, не говоря о сотне тысяч сплоченных мусульман - деятельных агентов своей веры, здесь есть еще тысячи язычников, проявляющих свое суеверие в самой грубой форме, есть много двоеверцев, т. е. придерживающихся или мусульманства, или язычества»5.

Рост численности приверженцев этнической религии, по мнению миссионера, произошел за счет естественного прироста. «Язычество ... заявляет о себе «временными вспышками в виде окружных молений с обильным кровавым жертвоприношением и с участием в них двоеверов. Он предупреждал о возможности отпадения двоеверов в мусульманство или язычество, считал, что язычники от пассивной защиты себя перед лицом наступающего на него христианства могут перейти «к активной защите всего населения языческой ста-рины»6. В то же время миссионер призывал проявлять к ним христианскую любовь и милосердие. «Они, несмотря на свою некультурность, темноту и да-

1 ГАРМЭ. - Ф. 156. - Оп. 1. - Д. 92. - Л. 12 об.

2 ГАРМЭ. - Ф. 156. - Оп. 1. - Д. 92. - Л. 16 об.

3 Там же.

4 Там же. - Л. 16 об.-17.

5 Эсливанов В. Новогодние пожелания деятелям Казанской православной миссии // ИКЕ. -1916. - № 1. - С. 20.

6 Там же. - С. 21.

58

2012

1. Вопросы теории и истории государства и права

же иногда дикость, заслуживают снисхождения и самого близкого к себе участия»1.

Изучение религиозной ситуации в Марийском крае наглядно показывает, что она носит динамический характер, зависит от многих факторов. Немаловажную роль в переменах религиозной ситуации играли не только религиозноконфессиональные, но и этноконфессиональные отношения. В начале ХХ века межконфессиональные отношения в крае определялись главным образом политикой государства, деятельностью православного духовенства и миссионеров, позицией верующих марийцев, которые упорно не хотели отказываться от традиционных верований. Религиозная политика государства в крае стала носить взвешенный, прагматический характер. В начале ХХ века оно было вынуждено окончательно отказаться от политики религиозной унификации, а православное духовенство - от культурно-языковой ассимиляции нерусских народов.

N. S. Popov

DENOMINATION POLITICS OF THE STATE AND CHURCH IN MARI REGION AT THE BEGINNING OF THE XX CENTURY

On the example of Mari region the article reveals the religious policy of the Russian State and the Russian Orthodox Church in relation to non-Russian population, to the peoples of other religious groups of the empire, to their religious views at the beginning of the 20th century, the work is written on the basis of an extensive archival material.

Keywords: church, religion, paganism, pre-Christian beliefs, religion, religious policy, interfaith relations, secularization, Christianization.

ПОПОВ Никандр Семенович - кандидат исторических наук, заведующий отделом этнологии Марийского научно-исследовательского института языка, литературы и истории, г. Йошкар-Ола.

E-mail: law@marsu.ru

POPOV Hikandr Semyonovich - Candidate of Historical Sciences, the Head of the Department of Ethnology of Mari Scientific Research Institute of Language, Literature and History, Yoshkar-Ola.

E-mail: law@marsu.ru

1 Эсливанов В. Новогодние пожелания деятелям Казанской православной миссии // ИКЕ. -1916. - № 1. - С. 21.

59