Учет принципа вины в судебной практике Верховного Суда Российской Федерации по делам, возникшим из избирательных правоотношений в 2016 году

УЧЕТ ПРИНЦИПА ВИНЫ В СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО ДЕЛАМ, ВОЗНИКШИМ ИЗ ИЗБИРАТЕЛЬНЫХ ПРАВООТНОШЕНИЙ

В 2016 ГОДУ

Д.С. Рымарев

Анализ судебной практики по избирательным спорам, связанным с результатами прошедших выборов в единый день голосования 18 сентября 2016 года, еще раз подтверждает, что применение мер конституционно-правовой ответственности в избирательно-правовой сфере должно основываться на учете принципа вины как одного из основополагающих принципов любой юридической ответственности.

На значение этого принципа указал Конституционный Суд Российской Федерации (далее - Конституционный Суд) в своем постановлении от 25 января 2001 года № 1-П по делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. В нем он сформулировал принципиальную позицию по вопросу о необходимости учета виновного начала при привлечении к юридической ответственности: наличие вины - общий и общепризнанный принцип юридической ответственности во всех отраслях права, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, т. е. закреплено непосредственно [1].

В последующем данная правовая позиция получила развитие при рассмотрении других дел. В частности, в постановлении от 27 апреля 2001 года № 7-П Конституционный Суд указал, что при привлечении лица к мерам юридической ответственности суд не может ограничиваться формальной констатацией лишь факта нарушения соответствующих норм, не выявляя иные связанные с ним обстоятельства, в том числе наличие или от-Щ сутствие вины соответствующих субъектов, в какой бы форме она ни проявлялась и как

бы ни было распределено бремя ее доказывания [2].

В сфере избирательных правоотношений Конституционный Суд обращался к данным правовым позициям при рассмотрении дела о проверке конституционности подпункта «л» пункта 25 статьи 38 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» и пункта 10 части 9 статьи 41 Закона Вологодской области «О выборах депутатов Законодательного Собрания Вологодской области» в связи с жалобой общественного объединения «Политическая партия «Союз правых сил» (постановление от 11 марта 2008 г № 4-П) [3].

При этом в абзаце четвертом пункта 3.2 постановления от 11 марта 2008 года № 4-П он прямо указал, что данные правовые позиции, как интерпретирующие положения Конституции Российской Федерации, обладают такой же юридической силой и потому обязательны как для законодателя, так и для правоприменителей, в том числе судов.

Как можно заметить, указанный судебный орган конституционного контроля предложил определенную схему, как следует поступать правоприменителю при привлечении лица к мерам юридической ответственности, если соответствующее законодательство прямо не ставит вопрос об обязательности учета вины этого лица.

В этом отношении избирательное законодательство как раз и является таковым на протяжении достаточно продолжительного периода времени. На сегодняшний день оно допускает фрагментарность правового регулирования в вопросах ответственности, ничего не говоря о

том, нужно ли учитывать вину кандидата, например, при отказе в регистрации или отмене его регистрации, применяемых в качестве мер ответственности. Вместе с тем попытки урегулирования данного вопроса предпринимались в правотворческой деятельности Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, но, к сожалению, не увенчались успехом (проект федерального закона № 28717-6 [4]; проект федерального закона № 393082-5 [5]).

Исходя из соответствующей правовой неопределенности, Верховный Суд Российской Федерации (далее - Верховный Суд) неоднократно ссылался в своих решениях на данные правовые позиции Конституционного Суда (определения Верховного Суда от 11 апреля 2002 г № 45-Г02-11 [6], от 13 апреля 2002 г. № 45-Г02-14 [7], от 9 октября 2009 г. № 5-Г09-109 [8], от 19 августа 2014 г. № 5-АПГ14-27 [9]).

В 2016 году Верховный Суд рассматривал дело № 9-АПГ16-36 по апелляционным жалобам территориальной избирательной комиссии Нижегородского района Нижнего Новгорода, Нижегородского регионального отделения Всероссийской политической партии «Единая Россия» и А.Н. Тарасова на решение Нижегородского областного суда от 6 сентября 2016 года и при вынесении соответствующего определения также основывался на указанных выше положениях, сформулированных Конституционным Судом по вопросу учета виновного начала [10].

Решением суда первой инстанции было удовлетворено административное исковое заявление М.Ю. Гагарина об отмене регистрации кандидата в депутаты Законодательного Собрания Нижегородской области шестого созыва по одномандатному избирательному округу № 7 А.Н. Тарасова на том основании, что суд установил отсутствие в его заявлении о согласии баллотироваться по одномандатному избирательному округу № 7, представленном в избирательную комиссию, сведений о судимости и неуточнение А.Н. Тарасовым данных сведений до рассмотрения вопроса о его регистрации (с

учетом того, что сведения о судимости А.Н. Тарасова также не были известны избирательной комиссии на момент его регистрации кандидатом в депутаты).

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда посчитала указанный вывод неправильным, не соответствующим обстоятельствам административного дела и отменила решение Нижегородского областного суда. Основным доводом выступило то обстоятельство, что в материалы дела именно избирательной комиссией был представлен подлинный экземпляр заявления А.Н. Тарасова об уточнении ранее представленных сведений, содержащий в том числе сведения о судимости в установленном законом объеме, с отметкой о его принятии избирательной комиссией 19 июля 2016 года. При этом было указано, что представление достоверных сведений о своей судимости кандидатом до дня рассмотрения вопроса о его регистрации является правом кандидата на уточнение сведений о нем, реализуемым в порядке, установленном пунктом 11 статьи 38 Федерального закона от 12 июня 2002 года№ 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» (далее - Федеральный закон об основных гарантиях избирательных прав) [11].

Суд первой инстанции не учел, что признания избирательной комиссией в ходе судебного разбирательства получения 19 июля 2016 года данного заявления было достаточным для того, чтобы считать установленным факт исполнения А.Н. Тарасовым обязанности по представлению в избирательную комиссию достоверных сведений о своей судимости до принятия решения о его регистрации.

Действия членов избирательной комиссии, не зарегистрировавших заявление А.Н. Тарасова в журнале входящей корреспонденции, не выдавших кандидату документ в подтверждение его получения, не могли повлечь наступление для кандидата неблагоприятных последствий в виде отмены его регистрации, поскольку в неправомерном бездействии из- || бирательной комиссии нет его вины.

При этом Верховный Суд указал, что иные выводы приводили бы к нарушению основополагающего принципа наступления ответственности за виновные деяния и вступали в противоречие с позицией Конституционного Суда, который в своих постановлениях неоднократно отмечал, что наличие вины - общий и общепризнанный принцип юридической ответственности во всех отраслях права и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно (постановления от 25 января 2001 г. № 1-П, от 27 апреля 2001 г. № 7-П, от 30 июля 2001 г. № 13-П и от 11 марта 2008 г. № 4-П).

Необходимо заметить, что применение мер конституционно-правовой ответственности в избирательно-правовой сфере, прежде всего, направлено на то, чтобы отказать в реализации соответствующих прав или лишить субъекта избирательных правоотношений соответствующего статуса.

В этой связи особенно важно установить именно вину самого кандидата в совершении соответствующих противоправных деяний, поскольку именно он будет претерпевать непосредственное воздействие мер конституционно-правовой ответственности в виде отказа или отмены его регистрации.

Вынося соответствующие апелляционные определения в 2016 году, Верховный Суд как раз и придерживался данного правила. В качестве примера можно привести дело № 73-АПГ16-14, рассмотренное Судебной коллегией по административным делам 17 сентября 2016 года по апелляционной жалобе кандидата в депутаты Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации седьмого созыва М.В. Слипенчу-ка об отмене регистрации кандидата А.В. Дам-динова [12].

М.В. Слипенчук обратился в суд с заявлением об отмене регистрации кандидата А.В. Дам-динова, ссылаясь на следующие нарушения, допущенные, по его мнению, административным ответчиком: размещение наружной рекламы и аренда рекламных конструкций не были |2 оплачены из фонда кандидата А.В. Дамдинова; в школах республики среди несовершеннолет-

них лиц распространялся агитационный материал кандидата А.В. Дамдинова в виде «Расписания уроков»; кандидат А.В. Дамдинов, являясь министром образования и науки Республики Бурятия, использовал служебное положение и имел возможность через управления образования районов республики заниматься агитацией в пользу своей кандидатуры; в процессе агитации кандидат А.В. Дамдинов неоднократно угощал обедами избирателей, что является их подкупом; на листовке «За родную Бурятию» имеется фотография вертолета, но автор фотографии не указан, ссылки на источник фотографии нет, что является нарушением авторских прав.

Решением Верховного Суда Республики Бурятия от 12 сентября 2016 года в удовлетворении административного искового заявления М.В. Слипенчука было отказано. Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда также отказала в удовлетворении апелляционной жалобы и согласилась с выводами суда первой инстанции об отсутствии предусмотренных избирательным законодательством оснований для отмены регистрации. При этом в отношении довода заявителя о том, что А.В. Дамдинов использовал преимущества своего должностного положения, Верховный Суд указал, что для отмены регистрации по данному основанию необходимо установить виновное поведение самого кандидата, а не иных лиц.

Доказательств того, что имело место распространение в школах агитационного материала в поддержку кандидата А.В. Дамди-нова в виде «Расписания уроков», что оно осуществлялось по указанию А.В. Дамдинова, а также того, что начальник управления образования Прибайкальского района А.И. Ляхов по распоряжению А.В. Дамдинова направил письмо о необходимости его поддержки руководителям подчиненных образовательных учреждений, не представлено.

Аналогичную позицию о том, что для отмены регистрации кандидата необходимо установить его виновные действия, направленные на использование преимуществ своего должностного или служебного положения,

Верховный Суд выразил в своем определении от 28 сентября 2016 года по делу № 18-АПГ16-9 [13].

В отношении же доводов о подкупе избирателей кандидатом А.В. Дамдиновым Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда также согласилась с судом первой инстанции, который при рассмотрении дела не установил обстоятельств, подтверждающих, что кандидат А.В. Дамдинов, его доверенное лицо, уполномоченный представитель по финансовым вопросам или действующие по их поручению иные лица или организации осуществляли подкуп избирателей. Верховный Суд указал, что не может свидетельствовать о совершении таких действий факт чаепития А.В. Дамдинова с ветеранами, поскольку угощения на стол готовили сами ветераны, а А.В. Дамдинов был приглашенным лицом.

Исходя из того, как сформулировано основание для отмены регистрации кандидата за подкуп избирателей в подпункте «г» пункта 7 статьи 76 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав, можно сделать вывод о том, что действующее избирательное законодательство в этой части допускает случаи объективного вменения, когда за противоправные действия своих доверенных лиц (уполномоченных представителей по финансовым вопросам), совершенные без ведома и согласия кандидата, последний может быть привлечен к конституционно-правовой ответственности без установления его вины.

Данные случаи представляются нам недопустимыми по следующим причинам. Во-первых, в соответствии с изложенными выше позициями Конституционного Суда любые исключения из принципа вины должны быть выражены прямо и недвусмысленно, т. е. закреплены непосредственно в виде соответствующей формулировки, как, например, в гражданском законодательстве (статьи 1070, 1079, 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации). Во-вторых, в теории юридической ответственности справедливо отмечается, что подобные ис-

ключения допустимы, если ответственность выражается в компенсационных, а не карательных мерах. Однако меры конституционно-правовой ответственности в избирательно-правовой сфере имеют, прежде всего, наказательную (штрафную) направленность, поскольку они призваны либо не допустить лицо к реализации своего права быть избранным, либо лишить его соответствующего избирательно-правового статуса. В-третьих, обращает на себя внимание тот факт, что законодатель постепенно идет по пути отказа от конструкций, когда за действия третьих лиц кандидат может нести ответственность без установления его сознательно-волевого отношения к содеянному. В частности, в ранее действующем Федеральном законе от 19 сентября 1997 года № 124-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» [14] регистрация кандидата могла быть отменена не позднее чем в день, предшествующий дню голосования, не только в случае установления фактов подкупа избирателей доверенными лицами кандидата, но и за использование ими должностного или служебного положения в целях избрания кандидата (пункт 1 статьи 64).

В связи с этим представляется необходимым окончательно исключить из действующего избирательного законодательства возможность применения отмены регистрации кандидата (в том числе и отказа в регистрации кандидата) за противоправные действия своих доверенных лиц, уполномоченных представителей по финансовым вопросам без установления соответствующего сознательно-волевого отношения кандидата к содеянному.

Наиболее ярким примером соблюдения принципа виновной ответственности при разрешении избирательного спора, связанного с отменой регистрации кандидата, на наш взгляд, может служить административное дело № 10-АПГ16-9, рассмотренное Верховным Судом 17 сентября 2016 года [15].

Кандидат в депутаты Законодательного Собрания Кировской области шестого со-

14

зыва по Кирово-Чепецкому одномандатному избирательному округу № 18 А.И. Киселев обратился в суд с административным исковым заявлением об отмене регистрации своего оппонента - кандидата в депутаты К.Б. Мошуренко.

В обоснование своих требований А.И. Киселев ссылался на то, что агитационные предвыборные материалы К.Б. Мо-шуренко изготовлены с нарушением требований федерального законодательства об интеллектуальной собственности, поскольку фотоизображение достопримечательности г. Кирово-Чепецка (стела при въезде в город) использовано в агитационном печатном материале кандидата в депутаты К.Б. Мошуренко без согласия его автора и правообладателя - Кировской региональной общественной организации поддержки гражданских инициатив «ЧЕПЕЦК.РУ» в лице председателя А., что в силу подпункта «д» пункта 7 статьи 76 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав является основанием для отмены его регистрации.

Решением Кировского областного суда заявление А.И. Киселева было удовлетворено. Суд первой инстанции установил, что 16 августа 2016 года на основании заключенного между кандидатом в депутаты К.Б. Мошуренко и ООО «Элефант» договора об изготовлении печатных материалов был изготовлен печатный агитационный материал, представляющий собой листовку формата А4, на внутреннем развороте которой в нижней части представлено фотоизображение стелы при въезде в г. Кирово-Чепецк, использованное на основании представленного в материалы административного дела письменного согласия Э.Т. Варданяна от 1 августа 2016 года на безвозмездное использование его фотографических изображений (произведений). При этом Кировский областной суд пришел к выводу об обязанности К.Б. Мошуренко подтвердить, что именно это лицо является автором фотографии, используемой кандидатом в своих агитационных материалах.

Поскольку К.Б. Мошуренко, по мнению суда, авторство Э.Т. Варданяна не доказал, суд первой инстанции усмотрел в действиях кандидата в депутаты нарушение избирательного законодательства, являющееся основанием для отмены регистрации, и удовлетворил заявленные требования, одновременно сделав заключение о принадлежности А. авторских прав на спорный фотоснимок, копия которого размещена на сайте 11 мая 2013 года, и об идентичности данного снимка с фотографией, используемой в агитационном материале К.Б. Мошуренко.

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда не согласилась с данным выводом и указала на то, что, сделав заключение об авторстве спорного фотоснимка в порядке административного судопроизводства, Кировский областной суд фактически разрешил гражданский спор в области интеллектуального права, участником которого кандидат в депутаты К.Б. Мошуренко быть не может, как и не может нести ответственность за действия Э.Т. Варданяна. Более того, с учетом объяснений специалиста К. о невозможности без проведения компьютерной экспертизы достоверно ответить на вопрос, какая из представленных фотографий использовалась при изготовлении агитационного материала К.Б. Мошуренко, а также принимая во внимание, что на фотографиях содержится изображение стелы при въезде в г. Кирово-Чепецк, являющейся открытым для свободного доступа объектом, в том числе для фотосъемки любым лицом (а не изображение конкретного физического лица, являющегося родственником фотографа), Судебная коллегия по административным делам вывод суда первой инстанции о проведении К.Б. Мошуренко агитации с нарушениями законодательства Российской Федерации об интеллектуальной собственности нашла ошибочным. При этом было указано, что отмена регистрации кандидата является мерой публично-правовой ответственности за виновное нарушение законодательства о выборах, следовательно, может быть применена судом исключительно при доказанности

обстоятельств, указанных в подпунктах «б» -«и» пункта 7 статьи 76 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав, и совершения этих действий кандидатом в депутаты.

Между тем материалы административного дела не содержат доказательств виновного поведения К.Б. Мошуренко, использовавшего при изготовлении агитационного печатного материала предоставленный Э.Т. Варданяном фотоснимок стелы в г. Ки-рово-Чепецке, следовательно, решение суда об отмене его регистрации на основании подпункта «д» пункта 7 статьи 76 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав является незаконным, подлежит отмене с вынесением нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Таким образом, рассмотренные в настоящей статье судебные споры по административным делам, возникшим из избирательных правоотношений, по результатам проведенных 18 сентября 2016 года избирательных кампаний, еще раз доказывают, насколько необходимо правоприменительным органам соблюдать принцип виновной ответственности при принятии ими решений, влияющих на соответствующий правовой статус участников выборов. Вместе с тем особенно важно, чтобы положения, сформулированные Конституционным Судом в своих постановлениях по учету вины, нашли в ближайшее время свое отражение в избирательном законодательстве и позволили сформировать единый подход к данному вопросу у избирательных комиссий и судов.

1. По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И.В. Богданова, А.Б. Зернова, С.И. Кальянова и Н.В. Труханова : постановление Конституционного Суда РФ от 25 января 2001 г. № 1-П // Собрание законодательства РФ. 2001. № 7. Ст. 700.

2. По делу о проверке конституционности ряда положений Таможенного кодекса Российской Федерации в связи с запросом Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и

Ленинградской области, жалобами открытых акционерных обществ «АвтоВАЗ» и «Комбинат «Североникель», обществ с ограниченной ответственностью «Верность», «Вита -Плюс» и «Невско-Балтийская транспортная компания», товарищества с ограниченной ответственностью «Совместное российско-южноафриканское предприятие «Эконт» и гражданина А.Д. Чулкова : постановление Конституционного Суда РФ от 27 апреля 2001 г. № 7-П // Собрание законодательства РФ. 2001. № 23. Ст. 2409.

3. По делу о проверке конституционности подпункта «л» пункта 25 статьи 38 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» и пункта 10 части 9 статьи 41 Закона Вологодской области «О выборах депутатов Законодательного Собрания Вологодской области» в связи с жалобой общественного объединения «Политическая партия «Союз правых сил» : постановление Конституционного Суда РФ от 11 марта 2008 г. № 4-П // Собрание законодательства РФ. 2008. № 11 (ч. II). Ст. 1073.

4. Избирательный кодекс Российской Федерации : проект федерального закона № 28717-6. URL: http://www. duma.gov.ru/systems/law/ ?number=28717-6&sort=date (дата обращения: 14.11.2016).

5. О внесении изменения в статью 76 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» : проект федерального закона № 393082-5. URL: http:// asozd2.duma.gov.ru/mam.nsf/%28SpravkaNew%29?OpenAge nt&RN=393082-5&02 (дата обращения: 14.11.2016).

6. Определение Верховного Суда РФ от 11 апреля 2002 г. № 45-Г02-11. СПС «КонсультантПлюс».

7. Определение Верховного Суда РФ от 13 апреля 2002 г. № 45-Г02-14. СПС «КонсультантПлюс».

8. Определение Верховного Суда РФ от 9 октября 2009 г. № 5-Г09-109. СПС «КонсультантПлюс».

9. Определение Верховного Суда РФ от 19 августа 2014 г. № 5-АПГ14-27. СПС «КонсультантПлюс».

10. Определение Верховного Суда РФ от 16 сентября 2016 г. № 9-АПГ16-36. СПС «КонсультантПлюс».

11. Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации : Федеральный закон от 12 июня 2002 г. № 67-ФЗ (в ред. от 5 апреля 2016 г.) // Собрание законодательства РФ. 2002. № 24. Ст. 2253; СПС «КонсультантПлюс».

12. Определение Верховного Суда РФ от 17 сентября 2016 г. № 73-АПГ16-14. СПС «КонсультантПлюс».

13. Определение Верховного Суда РФ от 28 сентября 2016 г. № 18-АПГ16-9. СПС «КонсультантПлюс».

14. Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации : Федеральный закон от 19 сентября 1997 г. № 124-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 1997. № 38. Ст. 4339; СПС «КонсультантПлюс».

15. Определение Верховного Суда РФ от 17 сентября 2016 г. № 10-АПГ16-9. СПС «КонсультантПлюс».

15