Общие вопросы теории антропологического исследования категорий долг и желание

этого уже необходимо хорошо развитое воображение, которое способствует тому, чтобы быть в ином, как в себе.

Проявления механизма превращения в культуре и развитии человека многообразны. Понятия, которые отражают те или иные стороны превращения (имитация, подражание, заражение, идентификация, эмпатия, сочувствие и сопереживание, синтония, перевоплощение, вчувс-твование) необходимо рассматривать целостно с одних методологических позиций. Категория «превращение» как базовый концепт так или иначе включает в себя все вышеперечисленные понятия, которые подчеркивают различные аспекты, стороны и этапы полного превращения. Общим же является то, что при превращении «Я» человека настраивается на иное ценностно-смысловое пространство (внешнее или внутреннее), которое конструируется в его воображении, где он в процессах обживания конкретных ситуаций рефлексивно-регулятивно собирает себя как другого посредством изменения своей «Я-позиции». Вновь образованная «Я-позиция» выступает системообразующим и детерминирующим центром себя как другого, который определяет поведение, чувства и мысли. Другими словами, происходит децентрация «Я-позиции», исходя из которой человек уже рефлексивно-регулятивно собирает себя в иной реальности и как бы превращается в другого. Он чувствует и мыслит в конкретной ситуации, как другой, порой даже забывая о себе. Говоря в целом, формирование и развитие механизмов превращения направлено на становление человека в культуре, его адаптацию к окружающему миру, на познание и эффективное взаимодействие с другими людьми.

УДК 171

ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ТЕОРИИ АНТРОПОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ КАТЕГОРИЙ ДОЛГ И ЖЕЛАНИЕ

В статье рассматривается природа феномена долга и желания. Автор отмечает, что данная проблема исследования относится к числу наиболее значимых и одновременно наименее исследованных в философии. Также исследователь обращает внимание на то, что неосознанное или осознанное следование желанию представляет собой соблюдение или несоблюдение долга. Желание, по мнению автора статьи, - это страсть вожделения, а долг - необходимость выполнять какие-либо обязанности.

Ключевые слова: сознание, этика, философия, категория, долг, желание.

1. Канетти Э. Превращение // Проблема человека в западной философии. М. : Прогресс, 1988. С. 483-503.

2. Зайцев П. Л. Инициация: религиоведческие и куль-турфилософские контексты. Омск : Амфора, 2011. 268 с.

3. Финк Е. Основные феномены человеческого бытия // Проблема человека в западной философии. М. : Прогресс, 1988. С. 357-403.

4. Тэрнер В. Символ и ритуал. М. : Наука, 1983. 280 с.

5. Лапшин И. И. Философия изобретения и изобретение в философии: введение в историю философии. М. : Республика, 1999. 399 с.

6. Басин Е. Я. Художник и творчество. М. : Гуманитарий, 2008. 296 с.

7. Чехов М. А. Путь актера. М. : АСТ : Транзиткнига, 2006. 193 с.

8. Валлон А. Психическое развитие ребенка. М. : Просвещение, 1967. 196 с.

9. Шаров А. С. Психология культуры, образования и развития человека. Омск : Изд-во ОмГПУ, 2013. 300 с.

10. Запорожец А. В. Избранные психологические труды: в 2 т. Т. 1. Психическое развитие ребенка. М. : Педагогика, 1986. 320 с.

11. Лосев А. Ф. Диалектика мифа // Из ранних произведений. М. : Правда, 1990. С. 391-655.

12. Пропп В. Я. Исторические корни волшебной сказки. М. : Лабиринт, 2000. 336 с.

© Шаров А. С., 2014

E. A. UmexMaH E. A. Shtekhman

GENERAL ISSUES ON THEORY OF ANTHROPOLOGICAL RESEARCH OF THE CATEGORIES 'DEBT' AND 'DESIRE'

The article considers the nature of the phenomenon of duty and desire. The author notes that the research problem is one of the most important and at the same time the least studied in philosophy. Also the researcher draws attention to the fact that the unconscious or the conscious pursuit of desire is a compliance or noncompliance with debt. Desire, according to the author, is a passion of desire and duty is the necessity to perform any duties.

Keywords: consciousness, ethical, philosophy, category, owe, wish.

Проблема исследования феномена долга и желания относится к числу значимых философских проблем. Преобладающие в современной философии методологические подходы, как правило, относят феномен долга к этической сфере.

Природу феномена долга и желания как характеристики субъекта необходимо начать с анализа соотношения сознательного и бессознательного. Наличие сознательного и бессознательного компонентов свидетельствует о сложной природе феномена долга и желания в структуре

личностного бытия. С одной стороны, осознание индивидуумом чего-либо в качестве должной нормы позволяет превратить предмет осознания в конкретное содержание долга. С другой стороны, неосознанное или осознанное следование желанию представляет собой соблюдение/несоблюдение долга.

Долг - одна из категорий этики, которая отражает особое моральное отношение. Нравственное требование принимает форму долга в том случае, если оно переходит в личную цель индивида в конкретной ситуации. В таком случае личность рассматривается как активный субъект морали, который осознает и осуществляет моральные требования.

В философии стоиков идея долга занимала центральное место. Данное понятие приобрело категориальный статус и именовалось термином «ЬокаШакоп», т. е. надлежащее, подобающее.

Р. Декарт в «Метафизических размышлениях» полагал, что существует некая побудительная сила, которая стремится обмануть человека. Но если человек осознает данное явление, то он существует, когда постигает его умом. «Я есмь, я существую неизбежно истинно каждый раз» [1, с. 342]. Следовательно, сознание и осознание долга является характеристикой социального бытия личности. Генезис сознания субъекта связан с развитием самого феномена долга, и изменение его содержания и понимания связано не только с внешними социальными факторами, но и с трансформированием сознания. Феномен долга возникает в нашем сознании под влиянием социальных условий и отражает весь спектр условий нашего существования.

Для Р. Декарта «Я» есть «мыслящая вещь», или вещь, которая сомневается, понимает, утверждает, отрицает, желает, не желает, представляет и чувствует. Значит, сам я сомневаюсь, понимаю и желаю.

В немецком Просвещении долг рассматривался в качестве основной моральной категории. Эту линию продолжили И. Кант и И. Фихте. И. Кант в «Основах метафизики нравственности» и «Критике практического разума» заменил в этике модальность желания модальностью долженствования. Он считал, что «высокое достоинство долга не имеет никакого отношения к наслаждению жизнью; у него есть свой особый закон и свой особый суд; и если бы то и другое захотели встряхнуть так, чтобы смешать их и, как целебное средство, предложить больной душе, - они тотчас же сами собой отделились бы друг от друга» [2, с. 416].

Следовательно, модальность долженствования - это абсолютная категория, которая не зависит от опыта, а устанавливается чистым практическим разумом. Практический разум «имеет дело не с предметами с целью их познания, а со своей собственной способностью осуществлять эти предметы (сообразно с их познанием), то есть с волей, которая есть причинность» [2, с. 417]. Поэтому в воле заключается добро, а добро связано с модальностью долженствования.

Таким образом, этика И. Канта - это промежуточное направление между субъективно и объективно идеалистическими направлениями в этике. Он считал категорию долга основополагающей в системе категорий этики и, безусловно, не мог не рассмотреть источник нравственного долга.

Источником нравственного долга человека И. Кант провозгласил разум, добрую волю самого человека, не зависящую от действительных условий его жизни.

И. Кант полагал, что основным признаком нравственного долга является полное отсутствие личных склонностей. Он понимал, что идее долга постоянно противоречит другая потребность - удовлетворение своих желаний. Но эту дилемму философ решал путем полного пренебрежения к последним, считая их данью низменной, чувственной природе человека.

В своей работе «Основоположения к метафизике нравов» И. Кант разбирает три возможных случая взаимоотношения склонностей и долга:

1. Действия, противоречащие долгу, но отвечающие желаниям человека.

2. Действия, согласные с долгом, но исходящие из злых, эгоистических побуждений.

3. Действия, согласованные с долгом, но субъект имеет к ним еще неопосредованную склонность.

Анализируя подробно все три случая, И. Кант делает вывод, что все они не заслуживают высокой нравственной оценки. Иллюстрируя третий случай, исследователь считает, что долг каждого человека - сохранить свою жизнь. Люди сохраняют свою жизнь согласно с долгом, но не из долга. Источником нравственного долга человека И. Кант провозгласил разум, добрую волю самого человека, не зависящую якобы от действительных условий его жизни. Поскольку понятие долга априорно, не взято из практики, говорил он, то даже противоречие с практикой не отменяет его.

Следовательно, философ полагает, что человек может поступать так, чтобы законы его воли, желания могли быть базой для всеобщего законодательства. По его мнению, моральной будет лишь такая поведенческая ситуация, повторение которой людьми обеспечит гармонию во всем обществе.

Вслед за Кантом И. Фихте пришел к пониманию того, что наше осознание существования внешнего мира обусловлено осознанием своих восприятий как независимых от нашей воли и сопровождаемых «ощущением необходимости». «Откуда взялась система представлений, сопровождаемых ощущением необходимости?» - спрашивает Фихте и отвечает, что их источником является не «вещь в себе», а «действие интеллекта». «Действенным» здесь называется образование чувственного опыта «чистым» Я, которое, как и у Канта, подчиняется категориям. От «чистого» Я Фихте отличает «эмпирическое» Я, которое не осознает это «чистое» Я. Осознается «чистое» Я по его результатам, которые мы, однако, не осознаем. Если бы Я со своими восприятиями зависело от внешнего мира, то оно было бы подчинено миру, потому что ощущения побуждают наши желания. Каждая последующая историческая стадия свободы выступает как причина предыдущей.

Желание является мотивом практически всех действий субъекта. Оно занимает центральное положение в психике человека. Но категориальный статус желания до сих пор четко не определен, в связи с чем наблюдается несоответствие между разнообразными описаниями данного явления.

Для философов данная категория является сущностью человека в связи с тем, что желание есть то, что изменяет бытие. Благодаря желанию человек изменяет себя и окружающую действительность. Но все-таки в исследованиях нет точности в определении статуса желания. Желание исследовали Платон, Аристотель, Ф. Аквинский, Спиноза, Д. Юм, Д. Локк, Т. Гоббс, Г. Гегель, Ф. Ницше, Л. Витгенштейн, А. Ко-жев, И. Тэн, Р. Жирар, Ж. Делез, Ф. Гваттари и др.

Данный феномен, как правило, рассматривался, с одной стороны, как некоторое число аффектов и «страстей души» (Аристотель, Ф.Аквинский, Р.Декарт), с другой стороны, как психическое явление рациональной природы.

Вопрос о роли желания в жизни человека является центральным в европейской философии, начиная с Платона. Он рассматривает желание в контексте нехватки желаемого. Платон опирался на гипотезу, что человек несовершенен, потому что обладает природной неполнотой. Желание есть указание на данную неполноту. При этом оно является только знаком этой незавершенности. По мнению Платона, есть и положительные стороны желания, которые способствуют обретению завершенного бытия.

Аристотель полагал, что человек - совершенное животное, обладающее совершенным телом и совершенной душой. От всех существ человек отличается обладанием разумом и духом. По его мнению, все душевные способности и ощущения - воспоминание, желание, любовь - связаны с телом и постепенно формируют друг друга. Причиной желания всегда служит ощущение приятного, и наоборот, ощущение неприятного есть причина отвращения. Но желание, по Аристотелю, через согревание и охлаждение, которые физиологически следуют из живости чувства удовольствия или неудовольствия, вызывает целесообразные движения органов.

Фома Аквинский полагал, что местом пребывания страстей в человеческой душе является пассивная часть души, способность желания. По его мнению, классификация страстей основана на классификации желаний:

- желания, основанные на движении к желаемому объекту или удалении от желаемого объекта;

- желания, основанные на сопротивлении опасному предмету или на преодолении трудностей для обладания этим опасным объектом.

Следовательно, выделяются страсти вожделения и страсти пылкости. Страсти можно выделить по отношению к добру и злу. Во-первых, к страстям вожделения по отношению к добру относятся любовь, желание, радость, по отношению ко злу - ненависть, отвращение, печаль. Во-вторых, к страстям пылкости - надежда и отчаяние (по отношению к добру), страх и отвага (по отношению ко злу), гнев.

Р. Декарт определял желание в терминах временной модальности. Он полагает, желание всегда есть нужда в том, что отсутствует: «Страсть желания есть возбуждение души, вызванное духами, которые настраивают душу желать в будущем того, что представляется ей подходящим. Желают не только блага, которого в настоящий момент нет, но также и хранения того, которое имеется. Предметом желания бывает также и отсутствие зла - как того, которое уже есть, так и того, которое возможно в будущем» [1, с. 518].

Подобного представления о желании придерживается и Дж. Локк: «Беспокойство, испытываемое человеком при отсутствии вещи, владение которой вызывает идею наслаждения, мы называем желанием, которое бывает больше или меньше в зависимости от того, является ли это беспокойство более или менее сильным... беспокойство является главным, если не единственным побуждением человека к труду и действию. В самом деле, какое бы благо ни предполагалось, если его отсутствие не вызывает неприятности и страдания, если человек чувствует себя без него спокойным и довольным, то нет никакого желания блага, никакого стремления приобрести его, нет ничего, кроме простого слабого хотения ^еУе^) - это слово обозначает самую низшую степень желания, граничащую с полным его отсутствием, когда беспокойство от отсутствия вещи настолько слабо, что человек не испытывает ничего, кроме слабого желания вещи, и не прибегает к действенному или энергичному применению средств к ее достижению. Желание так же кончается или ослабляется мыслью о невозможности или недостижимости предполагаемого блага, поскольку из-за этого соображения беспокойство пропадает или утихает» [3, с. 282].

Итак, все рассмотренные исследования можно объединить, так как в них желание понимается как отсутствие чего-либо, которое позволяет человеку стремиться к осуществлению своей мечты.

В ХХ веке идея связи отсутствия и желания развивается и находит свое выражение в работах Ж. Лакана и Ж.-П. Сартра. По их мнению, желание - это нехватка чего-либо, присуще всему человечеству. Главной функцией желания, как считает Лакан, является «потребность - быть», вместе с тем психоанализ «вовлечен в эпицентр главной нужды/ нехватки человека, через которую или в которой человек постигает себя как желающего». Опираясь на представления Гегеля о желании в «Феноменологии духа», исследователь разрабатывает формулу, которая основывается на том, что «желание есть всегда желание Другого», при этом Другой - объект речи и объект потребности в одно время.

Ж.-П. Сартр соотносит желание со свободой, т. е. с бы-тием-для-себя. Для-себя определяется онтологически как недостаточность бытия. Для-себя выбирает, потому что нуждается; в действительности синонимом свободы является недостаточность. Фундаментально человек есть желание быть, и существование этого желания не устанавливается эмпирической индукцией; это результат априорного описания бытия-для-себя, коль скоро желание есть нужда, и коль скоро для-себя есть бытие, которое само в себе есть нехватка собственного бытия.

Итак, Сартр полагает, что желание - это способ бытия, в котором «мое желание - это особая форма моей субъективности» [5, с. 455].

Такой же точки зрения придерживается З. Фрейд, соотносящий желание с властью, при этом присутствует «хорошее желание» (инстинкты жизни) и «плохое желание» (инстинкты смерти). З. Фрейд считает, что желание - это нехватка, нужда, которую испытывает индивид. В труде «Недовольство культурой» Фрейд интерпретирует все социальные отношения как десексуализированные репрезентации бессознательного желания.

Таким образом, многие исследователи представляют желание как нехватку/нужду чего-либо, присущую только индивиду и являющуюся инструментом для свершения будущего.

Во втором направлении в исследовании желания главной является мотивация. Основные представители этого направления - Спиноза и Ницше.

Спиноза считает, что желание есть самая сущность человека, т. е. стремление человека пребывать в своем существовании. При этом сущность - активное стремление вещи пребывать в своем существовании: «Стремление вещи пребывать в своем существовании есть не что иное, как действительная (актуальная) сущность самой вещи <...> Душа, имеет ли она идеи ясные и отчетливые, или смутные, стремится пребывать в своем существовании в продолжении неопределенного времени и сознает это свое стремление» [6, с. 463-464].

Вызывает интерес тот факт, что воображение и желание, по мнению Спинозы, связаны, т. е. объект, воображаемый желанием, имеет признаки реальности: «...настоящее существование души и ее способность к воображению уничтожается, как только душа перестает утверждать настоящее существование тела» [6, с. 466].

Следовательно, вообразить - значит овладеть, желание - это признак полноты бытия, а не его нехватки. Желание есть власть действовать с пониманием самого действия. «Между влечением и желанием <...> существует только то различие, что слово желание большею частью относится к людям тогда, когда они сознают свое влечение, поэтому можно дать такое определение: желание есть влечение с сознанием его» [6, с. 464].

Таким образом, Спиноза первый из всех философов утверждал, что желание имеет потенциальное действие и что человек желает вещь потому, что она является объектом нашего желания: «...мы стремимся к чему-либо, желаем чего-нибудь, чувствуем влечение и хотим. потому считаем что-либо добром, что стремимся к нему, желаем, чувствуем к нему влечение и хотим его» [6, с. 464].

Как и многие исследователи, Спиноза утверждает, что желание индивидуально: «...желание всякого индивидуума отличается от желания другого настолько, насколько природа или сущность одного отличается от сущности другого. Далее, удовольствие или неудовольствие составляют страдательные состояния, которыми способность или стремление каждого пребывать в своем существовании увеличивается или уменьшается... Но под стремлением пребывать в своем существовании, поскольку оно относится вместе и к душе, и к телу, мы разумеем влечение и желание; следовательно, удовольствие или неудовольствие составляют самое желание или влечение, поскольку оно увеличивается или уменьшается, способствуется или ограничивается внешними причинами, т. е. они... составляют саму природу каждого индивидуума» [6, с. 504].

Исходя из вышесказанного, желание, по мнению Спинозы, есть некая форма познания мира, которая принадлежит только индивидууму и является главной в соотношении «желание - объект».

Вслед за Спинозой Ницше полагает, что ценность есть результат желания или воли. Благодаря нашей интерпретации вещь приобретает определенную ценность, т. е. воля придает ценность вещам как желаемым. При этом Ницше ведет речь о воли к власти.

Такое понимание желания присуще Жилю Делезу и Феликсу Гваттари. В их представлении желание есть активность, дающая исключительность, реальность, упорядочивающая и организующая тела.

Таким образом, в философии мы выявили два подхода к представлению о сущности желания: во-первых, желание есть отсутствие чего-либо, позволяющее человеку стремиться к осуществлению своей мечты, во-вторых, желание - это некая форма познания мира. Объединяет эти подходы то, что все философы утверждают, что желание присуще индивиду.

В современном психоанализе, по мысли Ж. Лакана, сформирована триада, составляющими которой являются потребность - запрос - желание. Потребность принадлежит биологической сущности человека, запрос является языковым выражением, а желание занимает положение, в котором запрос отделяется от потребности.

Исследуя сущность желания, мы можем разделить потребности человека на внешние и внутренние. Внешние потребности появляются в результате влияния на субъекта окружающей среды, социума. В таком случае актуализируется категория долга. Внутренние потребности определяются самим индивидом, и поэтому связаны с такими категориями, как воля, желание, хотение. Второй вид потребностей не может взаимодействовать с реальностью и получает самостоятельность только при вербальном запросе. Получая языковое выражение, желание может стать объектом изучения.

Итак, желание - страсть вожделения является неморальным действием, так как оно неразумно и, следовательно, несвободно, а долг есть необходимость выполнять какие-либо обязанности, подчиняться кому-либо, забывая о своих желаниях. Нравственный долг является долгом лишь в том случае, если соблюдается добровольно, вопреки желаниям и потребностям.

1. Декарт Р. Соч. : в 2 т. М. : Мысль, 1989. Т. 1. 654 с.

2. Кант И. Соч. : в 6 т. М. : Мысль, 1965. Т. 4, ч. 1. 544 с.

3. Локк Дж. Опыт о человеческом разумении // Локк Дж. Соч. : в 3 т. М. : Мысль, 1985. Т. 1. 623 с.

4. Общая психология: учеб. пособие для студентов пед. ин-тов / сост. В. В. Мироненко; под ред. А. В. Петровского. 2-е изд., перераб. и доп. М. : Просвещение, 1987. 447 с.

5. Сартр Ж.-П. Бытие и ничто: Опыт феноменологической онтологии / пер. с фр., предисл., примеч. В. И. Колядко. М. : Республика, 2000. 639 с.

6. Спиноза Б. Избранные произведения : в 2 т. М. : Изд-во полит. лит., 1957. 1356 с. Т. 1. 630.

© Штехман Е. А., 2014