Некоторые особенности расследования преступлений против жизни и здоровья, совершенных лицами, страдающими психическими расстройствами, не исключающими вменяемости

Современная концепция уголовного судопроизводства признает правовую категорию ограниченной вменяемости, согласно которой вменяемые лица, страдающие во время совершения преступления психическим расстройством, не позволяющим им в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия), подлежат уголовной ответственности. Наличие данного психического расстройства учитывается судом при назначении наказания (ст. 22 УК РФ). В специальной юридической литературе под психическим расстройством, не исключающим вменяемости, понимается расстройство психической деятельности вменяемого лица, при котором оно не способно в полном объеме осознавать характер и значение своих действий (бездействия).

Типичными психическими расстройствами, не исключающими вменяемости, выступают такие заболевания, как олигофрения в форме дебильности (т.е. легкой степени врожденного слабоумия), психопатия (патология эмоционально-волевой сферы), эпилепсия, шизофрения в состоянии ремиссии, маниакально-депрессивный психоз, психологический инфантилизм и др. При этом выраженность психического расстройства не должна достигать психотического уровня [1, с. 13]. Кроме того, к психическим расстройствам, не исключающим вменяемости, относят акцентуации характера, неврозы, наркоманию, алкоголизм.

Некоторые авторы считают, что в качестве данных психологических аномалий следует воспринимать также меланхолический и холерический типы темперамента, а также в отдельных ситуациях и такие факторы, как погодные аномалии, смену времен года и климатических поясов, соматические заболевания, состояние беременности и т.п. (формирующие «дисбаланс сил возбуждения и торможения, оказывающий влияние на поведенческие реакции») [2, с.73].

Уважая точки зрения различных исследователей, вместе с тем отметим, что, на наш взгляд, такое толкование психических расстройств, не исключающих вменяемости и охватываемых содержанием ст. 22 УК РФ, является чрезмерно расширенным. Думается, что не сами по себе погодные условия, смена времен года и иные факторы повлияли на возникновение психического расстройства, способствовавшего совершению преступления, а, скорее всего, изначально присутствующее у определенного лица психическое расстройство с наибольшей очевидностью проявилось именно при возникновении указанных факторов. Полагаем, что по подобным причинам не может признаваться в качестве фактора, влияющего на характер и размеры наказания, также и сам по себе холерический или меланхолический темперамент, ибо в таком случае особым условиям назначения наказания может быть подвергнут неоправданно широкий круг обвиняемых. В любом случае установление взаимосвязи дисбаланса психики и указанных факторов, их взаимовлияние на совершение преступления должны осуществляться только экспертным путем, с привлечением специалистов в сфере психологии и психиатрии. И если в каком-либо конкретном случае данное влияние будет установлено, то будет установлено и конкретное психическое расстройство, явившееся первопричиной, а не катализатором. И в этих случаях судам надлежит принимать во внимание соответствующее психическое расстройство.

Специфические криминалистически значимые особенности субъектов преступлений против жизни и здоровья, страдающих психическими расстройствами, не исключающими вменяемости, неизбежно вызывают у правоприменителей сложности в установлении обстоятельств совершения преступлений лицами, обладающими ограниченной вменяемостью, а также в разрешении основного вопроса по уголовному делу [3]. Рассмотрим некоторые особенности расследования преступлений насильственной направленности, совершенных указанной категорией субъектов.

На момент поступления информации о признаках преступления в сфере жизни и здоровья субъекту проверки далеко не всегда доступна достоверная информация о наличии у лица, причастного к совершению преступления, определенного психического расстройства. Поэтому на первоначальном этапе расследования организационно-тактической основой для установления данного обстоятельства должны служить следственные версии, касающиеся психического состояния лица, совершившего данное преступление.

Традиционно основанием для выдвижения таких версий являются: серийный характер совершения преступлений на сексуальной почве, безмотивный характер преступления либо, напротив, алогичная мотивация виновным своих действий, необъяснимая рационально особая жестокость по отношению к

жертве. В иных случаях лицо, напротив, стремится симулировать психические заболевания, преследуя цель избежать уголовной ответственности.

Поэтому на первоначальном этапе расследования преступлений указанной категории следователем в зависимости от конкретных результатов предварительной проверки должны быть разработаны следующие типичные частные версии, связанные с определением психического состояния лица, совершившего преступление:

- деяние совершено лицом в состоянии невменяемости;

- психическое расстройство наступило после совершения преступления;

- деяние совершено в период нахождения лица в состоянии временного психического расстройства;

- преступление совершено в состоянии временного психического расстройства, не исключающего вменяемости;

- преступление совершено лицом психически здоровым, но симулирующим состояние невменяемости;

- деяние совершено лицом, имеющим психическое расстройство, но в то же время симулирующим состояние невменяемости;

- деяние совершено лицом, имеющим психическое расстройство, но скрывающим этот факт.

В частности, как показывают эмпирические источники, попытки скрыть факт психического расстройства чаще других присущи лицам, страдающим слабоумием в форме дебильности, что, очевидно, вызвано причинами этического характера.

Разумеется, что версии, ставящие под сомнение психическую полноценность лица, совершившего преступление, должны быть тщательно и всесторонне проверены. Ибо в зависимости от установленной степени психической неполноценности данного лица разрешается вопрос о его способности нести ответственность за свои действия, иными словами - о наличии состава преступления в форме субъективной стороны.

Правила проверки следственных версий предусматривают использование различных уголовно-процессуальных средств и способов, вытекающих из процессуальных условий и тактико-криминалистических приемов производства отдельных следственных действий.

Одним из высокоинформативных следственных действий, в том числе и в части проверки вышеуказанных версий, являются допросы потерпевших, различных категорий свидетелей, а также подозреваемых, обвиняемых (если они способны и готовы давать показания).

Допрос потерпевшего, помимо выяснения объективных обстоятельств совершенного преступления, характера и размера причиненного вреда, должен также акцентировать внимание на детальном выяснении следующих аспектов:

- какие поведенческие особенности подозреваемого (обвиняемого) наблюдались до совершения им преступления, непосредственно в момент совершения, а также после его совершения, какие из них особенно обратили на себя внимание окружающих; отличались ли данные действия какой-либо алогичностью (например, Д. Виноградов, проходящий по резонансному уголовному делу об убийстве семи человек, накануне массового убийства разместил на своей странице в социальных сетях человеконенавистный манифест. В момент убийства, войдя в один из офисов компании, он имел в каждой руке по единице огнестрельного оружия. Однако «героически» стрелять из двух рук реально он не мог, поскольку дорогостоящее и культовое итальянское ружье «Бинелли» после каждого выстрела необходимо было перезаряжать, что было невозможно сделать одной рукой в данной ситуации. Поэтому, оказывая сильный психологический эффект на окружающих, на самом деле оно мешало убийце);

- какие действия или события явились непосредственным побудительным мотивом для противоправных действий виновного;

- каким образом подозреваемый (обвиняемый) реагировал на просьбы, уговоры отказаться от совершения преступления;

- каким образом реагировал на действия по пресечению его преступной деятельности;

- что именно он говорил, требовал, просил и т.д. до, в момент, а также непосредственно после совершения преступления (например, ранее упоминаемый Д. Виноградов, расстрелявший своих

коллег, когда был обезврежен в момент перезарядки им оружия, просил выстрелить ему в голову); имели ли какие-либо особенности его мимика, интонация, речь;

- каково мнение допрашиваемых о психическом состоянии виновного, чем обосновано данное мнение.

Допрашивая в качестве свидетелей коллег, родственников, знакомых подозреваемого (обвиняемого), помимо обстоятельств, непосредственно связанных с преступлением, лично воспринимаемых данными допрашиваемыми, необходимо установить максимум информации, характеризующей психическое состояние подозреваемого (обвиняемого). В предмет допроса указанного лица входят образ жизни данного лица, его интересы, пристрастия, круг общения, симпатии, антипатии, а также испытываемые им страхи, комплексы, иные негативные состояния; его ближайшие и стратегические цели, намерения и т.д. Немаловажными являются также сведения о том, какие болезни и травмы оно перенесло, в том числе в детском возрасте (поскольку именно в данный период закладываются многие черты характера, а также неудовлетворенность чем-либо, психологические комплексы и т.д.), какое лечение, когда, в каком медицинском учреждении проходил подозреваемый, каков итог лечения, заключительный диагноз, совершал ли он ранее общественно опасные деяния, какие именно.

Если подозреваемый способен давать показания, то допрос его позволяет получить весьма ценную информацию относительно характеристики данного субъекта и его образе жизни, а также непосредственно об обстоятельствах преступления. В процессе допроса необходимо выяснить, имеются ли у него какие-либо болезненные проявления, какие именно и в чем они выражаются, с какой продолжительностью; состоит ли по данному поводу на учете, в каком медицинском учреждении и с каким диагнозом и т.д. Иная группа выясняемых у допрашиваемого обстоятельств связана непосредственно с совершением им деяния. К ним относятся следующие данные: каким образом он может пояснить факт совершения им общественно опасного деяния; когда и в связи с чем у него возник умысел на его совершение; каковы были мотивы преступления; оказывал ли на него кто-либо влияние, побуждая совершить преступление; каким образом и при каких обстоятельствах осуществлял подготовительные мероприятия (приобретал оружие, получал на него лицензии, приобретал иные предметы, продумывал сценарий и т.д.); какие непосредственно были обстоятельства совершения преступления: каковы были его действия, действия иных лиц и т.д. Третий блок информации, содержащейся в показаниях данного допрашиваемого, может быть посвящен его действиям и психологическому состоянию, а также иным значимым обстоятельствам после совершения преступления. Например, упоминаемый ранее Д. Виноградов пояснил, что он всего лишь хотел, чтобы его возлюбленная видела, до чего она его довела, хотел убить как можно больше людей у нее на глазах.

Учитывая специфичность данного контингента допрашиваемых, следует выразить рекомендацию о целесообразности видеозаписи допроса данного лица. Во-первых, видеозапись позволит не только дословно зафиксировать содержание показаний допрашиваемого, что поможет осуществить их глубокий психологический анализ, но и интонацию, мимику, что может явиться ценным материалом для комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы. Во-вторых, это в дальнейшем позволит исключить конфликтные ситуации между стороной защиты и стороной обвинения по поводу того, что якобы следователь, перефразировав речь допрашиваемого, исказил ее подлинный смысл. Правда, практика показывает, что лица, страдающие психопатией, могут негативно отнестись к самому решению следователя о применении видеозаписи. Однако знание данной особенности, присущей лицу, имеющему признаки психопатии, позволяет учесть это обстоятельство в процессе установления психологического контакта, в ходе которого необходимо корректно и психологически грамотно убедить лицо в целесообразности применения данного средства фиксации, в том числе и в целях защиты его прав и законных интересов.

Литература

1. Антонян Ю.М., Бородин С.В. Преступность и психические аномалии. М.: Наука, 1987.

2. Иванов Н.Г. Уголовная ответственность лиц с аномалиями психики // Государство и право. 1997. № 3.

3. Цымбал Е. Вопросы, подлежащие постановке перед экспертами при возникновении сомнений во вменяемости обвиняемого // Уголовное право. 2010. № 4.