2007. 03. 017. Борисёнок Е. Феномен советской украинизации, 1920-1930-е годы / Ин-т славяноведения РАН. - М. : Европа, 2006. - 256 с

2007.03.017. БОРИСЁНОК Е. ФЕНОМЕН СОВЕТСКОЙ УКРАИНИЗАЦИИ, 1920-1930-е годы / Ин-т славяноведения РАН. - М.: Европа, 2006. - 256 с.

Ключевые слова: СССР, Украина, 1920-1930-е годы, национальная политика, украинизация.

Монография историка-слависта Е. Борисёнок посвящена национальной политике властей Украинской ССР в межвоенный период, которая именуется в научной литературе «украинизацией». Книга написана на основе обширной источниковой базы, включающей неопубликованные архивные материалы из Центрального государственного архива общественных организаций Украины, Центрального государственного архива высших органов власти Украины, Российского государственного архива социально-политической истории и Государственного архива Российской Федерации. Она состоит из введения, трех глав и заключения.

В первой главе рассматриваются особенности положения Украины накануне украинизации, политика большевиков в отношении Украинской Народной Республики в 1917-1922 гг. Особое внимание уделяется ситуации на Украине в период образования СССР и XII съезда РКП(б) (апрель 1923 г.).

Украинская Народная Республика (УНР) находилась в сложных условиях Гражданской войны, внутриполитической нестабильности и т.д. Тем не менее проблема поддержки украинской культуры привлекала внимание всех общественных и политических сил. Как отмечает автор, правительства УНР придавали особое значение «статусу украинского языка, который должен был стать языком законодательства, администрации, армии» (с. 41). Уже в 1919-1920 гг. высшие украинские органы власти обозначили основные направления политики в отношении украинской культуры: «Введение обучения на украинском языке, выпуск печатных изданий, обучение государственных служащих украинскому языку и т.п.» (с. 62). Однако не все эти распоряжения были реализованы на практике. Украинизация стала активно проводиться местными властными структурами только после XII съезда РКП(б), провозгласившего политику коренизации партийного и государственного аппарата в национальных республиках. Главным инициатором ко-ренизации, пишет автор, был И.В. Сталин, а ее основные направле-

ния разрабатывались в соответствии с признаками нации в ее понимании Сталиным (общность языка, территории и др.). Однако полного единства по национальному вопросу в СССР еще не было. Так, украинские руководители Х.Г. Раковский и Н.А. Скрыпник «стояли за подлинную независимость союзных республик, указывая на их национальные права» (с. 80), а Г.Ф. Гринько считал национальный вопрос «пройденным этапом» (там же). В дискуссиях о правах республик и центра лозунг коренизации партии отходил на второй план. Автор отмечает, что необходимость коренизации в то время не вызывала сомнений, но «на ее характер существенное влияние должны были оказать взаимоотношения республик и центра, не до конца выясненные на XII съезде партии» (с. 81).

Ситуация изменилась после ареста в мае 1923 г. татарского политика М.Х. Султан-Галиева, который резко критиковал план «автономизации» советских республик. Совещание национальных работников исключило его из партии и одновременно наметило ряд мер по национальному вопросу, которые должны были способствовать искоренению национального сепаратизма. Особое внимание уделялось Украине. Речь шла об обязательном преподавании национальных языков во всех учебных заведениях национальных республик, о предоставлении мест на рабфаках вузов национальных республик и областей представителям «коренной национальности» и т.д. (с. 84-85).

Во второй главе разбирается сущность украинизации. По определению автора, украинизация была «методом реализации советской политики национального строительства» (с. 99). Она началась с решения вопроса о границах Украинской ССР, коснулась системы управления, просвещения, науки и культуры, Красной армии. Для осуществления коренизации вышло несколько директив, самой известной из которых было постановление от 1 августа 1923 г. «О мерах обеспечения равноправия языков и о помощи развитию украинского языка». Украинский язык был выбран «в качестве преимущественного для официальных сношений...» (с. 107). Кроме того, политика коренизации должна была выравнить экономический и социальный уровень разных наций. В целом большевики создали серьезную базу для развития украинской культуры в УССР, что вело к «вытеснению культуры русской и русскоязычной и изменяло облик Украины как таковой» (с. 152).

Третья глава посвящена тактическим маневрам большевиков вокруг украинизации. Советские власти понимали, что относительно УССР дезинтегрирующим фактором могут стать украинские земли, оказавшиеся в составе Польши, Чехословакии и Румынии. Поэтому к этим странам относились с особым вниманием, особенно к Польше. Кроме того, в 1925-1928 гг. на характер украинизации повлияли и другие факторы: это «и расстановка сил в центре, и национальные устремления украинской интеллигенции» (с. 185).

На рубеже 1920-1930-х годов в УССР продолжался курс ко-ренизации. Однако ввиду осложнения международной ситуации и опасений по поводу появления в СССР «пятой колонны» руководство страны начало репрессии против национальной интеллигенции и небольшевистских партий. В этот период было развернуто массированное наступление на историческую науку. Уже в 1930 г. ученые-немарксисты подвергались арестам и ссылкам. Самой громкой была кампания по разоблачению концепции историка Грушевского и его журнала «Украина». Пленум ЦК и ЦКК КП(б)У 18-22 ноября 1932 г. отнес историка к числу «контрреволюционеров-националистов». Был взят курс на свертывание украинизации, что было следствием установления «сталинского тотального контроля за всеми областями жизни во всей стране» (с. 206).

Тем не менее полное свертывание украинизации произошло позже, в 1930-е годы. Так, в 1933 г. после февральского пленума ЦК КП(б)У начинает разворачиваться «широкая кампания против националистических элементов, проникших в партийные и государственные органы, научные и культурные учреждения вследствие недостатков украинизации» (с. 216). В июле 1933 г. из Политбюро ЦК КП(б)У был выведен Н.А. Скрыпник, объявленный «классовым врагом». В 1933-1934 гг. была проведена масштабная «чистка» школ УССР от «антисоветских элементов». В конце 1930-х годов репрессии обрушились на партийных вождей Украины П.П. Постышева и С.В. Косиора. Стало ясно, что большевистское руководство больше не нуждалось в украинизации и украинизато-рах. С 1 сентября 1938 г. русский язык стал обязательным предметом во всех нерусских школах Украины.

В то же время нельзя говорить о приоритете политики русификации национальных областей и республик СССР. По мнению Е.Ю. Борисёнок, определяющими были «прежде всего тенденции

централизаторские, направленные на создание новой, социалистической культуры, одной из характерных черт которой был интернационализм» (с. 232).

В Заключении автор рассуждает о судьбах украинизации в межвоенный период и утверждает, что дальнейшая история Украины «развертывалась в условиях конкуренции между интернационально и национально настроенными силами, причем и те и другие пристально контролировались из Кремля» (с. 241).

О. В. Бабенко