Моя внутренняя девочка

Моя внутренняя девочка

Психиатрия

Екатерина Бярбина

медицинский психолог ГКБ им Ф. И. Иноземцева

Юлия Каленичина:

Здравствуйте, дорогие друзья, вновь в эфире программа «Точка приложения», и с вами мы, ее ведущие, Оксана Михайлова и Юлия Каленичина. Сегодня у нас гостях психолог, и говорить мы будем о женских проблемах, впрочем, мужчинам это тоже будет полезно. Итак, гость нашей программы Бярбина Екатерина Сергеевна, медицинский психолог городской клинической больницы имени Иноземцева. Что значит любить себя? В последнее время очень много с большого экрана говорится – любите себя, надо любить себя. Что это значит?

Екатерина Бярбина:

Я часто задаю пациенткам вопрос: «Вы любите себя? – Да, конечно, люблю. – А как это проявляется?» Здесь всегда идет пауза, потому что кажется, это же стопроцентная вещь, как не любить себя. Проще этот вопрос разложить на то, как я себя люблю, что я делаю для себя. Поэтому я спрашиваю: «Вы себя любите. А что вы для себя сегодня сделали?» И человек начинает говорить: «Встала, накрасилась, детей в школу завела, пошла на работу». А для себя? Не для других, не для общества, не потому, что так надо, а для себя? И обычно тут пауза – ничего не сделала.

Любить себя – прежде всего быть в контакте с собой. Чем старше мы становимся, тем больше отрываемся. Ребенок всегда знает про свои потребности, чем он младше, тем больше в контакте с собой, что я хочу.

Юлия Каленичина:

Это про эго в том числе.

Оксана Михайлова:

Любить себя – это про эгоизм.

Юлия Каленичина:

Нас в советской стране учили, что это эгоизм, на самом деле, если ты себя не любишь, почему тебя должен любить кто-то другой.

Оксана Михайлова:

Как понять, что я люблю себя достаточно?

Екатерина Бярбина:

Есть хорошая техника, чтобы оценить, достаточно ли мы себя любим, и чтобы спокойно отойти ко сну, техника благодарности к себе. Каждый вечер перед тем, как ложитесь, надо хотя бы за пять вещей сказать себе, что вы молодец, похвалить себя, ведь любить – это еще всегда про благодарность, похвалу. В детстве мы это получаем от близких, от тех, кто нас любит: похвалили родители, сказали, какой я хороший. А во взрослом возрасте нас меньше хвалят со стороны, и мы себе не даем эту прекрасную часть любви. Поэтому каждый вечер надо за пять вещей сказать себе – какой я молодец. Иногда пациентки говорят: «Сначала очень тяжело шло, но я всегда ложилась и думала – я не забыла сделать технику, я молодец, осталось еще четыре».

Юлия Каленичина:

Про любовь к себе у психологов есть тест, они просят пациента выписать на листочек, что самое важное в его жизни или кто самый важный в его жизни. Выписывается семья, работа или возлюбленные, родители, а себя забывают.

Екатерина Бярбина:

Есть большое количество тестов на самооценку, любовь к себе, которые можно найти в свободном доступе, и проективные тесты. Хороший тест «Кто я?», когда мы просто берем лист бумаги и пишем про себя, любимого, 10 существительных кто я. Обычно к пятому слову создается пауза – написать про себя 10 слов дается с трудом.

Оксана Михайлова:

Мать, жена, любимая, хороший работник.

Юлия Каленичина:

А женщина может оказаться на последнем месте или вообще не быть, или слово человек.

Екатерина Бярбина:

Человек обычно популярное слово, а дальше можем называть социальные роли. Единственный случай в моей практике в психиатрии, когда человек взял листик, потом сказал: «Сейчас я буду писать». Проходит пару минут: «А можно еще листик? – Вы что-то испортили? – Нет, он закончился».

Юлия Каленичина:

Что значит самооценка и как ее определить?

Екатерина Бярбина:

Самооценка – это самоценность, само слово все открывает. То, насколько человек ценен для себя прежде всего. В детстве самоценность безусловная, то есть если у детей 3 лет спросить, кто самый красивый, поднимут руку все, или когда детки играют в прятки – ребенок до 3 лет может закрыть глаза, потому что точно уверен, что он центр мира: если он не видит мир, значит мир не видит его, совершенно нормальное качество. Ценность изначально у ребенка всегда высокая. Постепенно, со временем, – все же из детства, я, как психолог, не мгла не сказать, что все идет из детства – наша семья, потом социум меняет нашу самооценку, причем не в лучшую сторону.

Как изначально определить свою самоценность? На каждом возрастном этапе есть свои вещи. Если мы говорим про ребенка и хотим узнать про самооценку своего ребенка, то это очень легкий тест «Лесенка». Рисуем лесенку из 5-7 ступенечек и спрашиваем – куда бы ты себя поставил? Если он ставит себя на самую верхнюю ступенечку или вторую, то это говорит об адекватной возрастной самооценке, самоценность хорошая. Если в середину или низ, то надо помочь.

Во взрослом возрасте, если мы не говорим про тесты, как легко оценить, насколько у меня хорошая самооценка, это то, когда окружающее мнение не влияет на вашу ценность, обидеть или задеть может только то, что мы в себе сами не приняли. Был интересный опыт, когда ходили на мастер-класс, психолог спрашивает у женщины: «Я скажу две вещи, и две из них будут неправда, но в одну вы точно поверите. У вас зеленые волосы и вы самый непонимающий из всех, кто когда-либо приходил на мои тренинги. – Я же блондинка, конечно, у меня не зеленые волосы, это неправда. А как вы измерили, что степень моего непонимания самая высокая? Может быть, кто-то не понимал еще больше». То есть он сказал вещи, которые не соответствуют действительности, но у нас всегда триггерит, влияет на нашу самооценку, если мы сами в этом внутри не уверены.

Оксана Михайлова:

Получается, самооценку во взрослом возрасте не я себе выставляю, а окружающие.

Екатерина Бярбина:

Если мы реагируем на окружающих, если у нас не установлена наша самооценка, это как фундамент, она не плотная, как желе, это про то, что надо добавить туда цемент.

Оксана Михайлова:

Я сейчас нарисую лесенку из 7 ступенек, и если вы обе ставите меня на верхнюю ступеньку, то отлично, а если на вторую, третью ступеньку, то есть не наверх – вообще все равно, это значит, что я состоялась, самооценка нормальная.

Юлия Каленичина:

Это твоя лесенка, куда ты сама себя поставишь. А завышенная самооценка – хорошо или плохо, это кому-то мешает или не мешает?

Екатерина Бярбина:

То, что мы считаем завышенной самооценкой в окружающих людях, в основе лежит пониженная самооценка, человек внутренне в себе много чего не принимает или боится, что это заметят другие, очень часто это поддается компенсации. Нельзя любить себя слишком сильно, мы же не можем слишком сильно любить своего ребенка, родителя, любовь же не делает хуже. Чем больше мы наполнены любовью к себе, к принятию себя, чем больше заботимся о себе, тем больше можем дать это окружающим людям. То, что мы часто принимаем за завышенную самооценку, как раз проявление низкой самооценки, непринятие себя.

Оксана Михайлова:

Самооценка и самодостаточность, в чем разница, ведь самодостаточность и есть то, что я сама себя устраиваю, поэтому мне фиолетово на то, как обо мне думают другие люди, я же себя устраиваю, на мой взгляд, это самодостаточность.

Екатерина Бярбина:

Самодостаточно больше не про то, как себя оценивать, а про функциональность, то есть можно быть с хорошей уверенной самооценкой, но при этом не строить карьеру, то есть все-таки разные понятия. Самодостаточность – это когда нет потребности в других людях, мы закрываем потребности во всех сферах сами. Но можно быть самодостаточным человеком и при этом иметь низкую самооценку: я настолько не уверен, что кто-то будет меня любить, кто-то мне что-то даст, я полностью могу закрыть все потребности, чтобы меньше контактировать с людьми, но это не значит высокая самооценка. Самодостаточный не всегда равно хорошая самооценка.

Юлия Каленичина:

В каком возрасте формируется самооценка?

Екатерина Бярбина:

Она формируется в том возрасте, когда ребенок осознает себя отдельно, примерно к 3 годам. До 3 лет ребеночек часто в слиянии с мамой и осознает себя как часть. И первая самооценка, когда мы помогаем ребеночку, если мы даем ему делиться, стать отдельным, когда начинается кризис 3 лет: я сам, хороший, плохой, первая оценка его самостоятельных действий. Поэтому здесь очень важно, когда мы помогаем простроить ребенку границы, не оцениваем его плохим или хорошим, а поступки: поступок плохой, потому что иногда даже из любви бабушка скажет: «Ой, ты мое наказание». Ребенок думает: наказание – это плохо, я наказание, значит я плохой. И то, что мы часто можем говорить с улыбкой, от любви в детстве, негативно сказывается на самооценке, и она начинает строиться. На самом деле самооценка формируется не только в детстве, а вплоть до 20-25 лет, когда идет конечная установка личности. Но и как мы себя всю жизнь можем развивать, так и самооценка всю жизнь меняется.

Юлия Каленичина:

Как тогда правильно выстроить взаимоотношения с ребенком, чтобы помочь ему сформировать адекватную самооценку?

Екатерина Бярбина:

Мы всегда боимся перехвалить ребенка, хотя не понимаем, что это единственная база безусловной любви, больше мы уже ни в школе от учителей, ни от воспитателей, ни от друзей не получим стопроцентного принятия того, насколько я красивый, важный, ценный. Важно хвалить, как говорится, на одно наказание надо 10 раз похвалить, если одно замечание сделали, то 10 раз похвалили.

Хороший голливудский фильм «Прислуга», там служанка девочку расчесывала и каждый день говорила: «Ты ценная, ты красивая, ты уникальная, ты самая лучшая». Атмосфера любви – это как раз то, что мы из детства должны принести, и этого не будет слишком много, потому что всегда будет перекрываться тем, что кто-то скажет на площадке, что у тебя косички некрасивые, мальчиком песочком кинет и так далее, то есть внешняя среда всегда будет влиять на ухудшение самооценки. Поэтому в детском возрасте хвалить, хвалить и хвалить, а во взрослом хвалить себя.

Оксана Михайлова:

Я поняла, что нужно хвалить себя всю жизнь.

Екатерина Бярбина:

Это же очень приятная вещь, а мы ругаем себя в течение всего времени.

Оксана Михайлова:

Одни женщины считают себя красивыми, другие – некрасивыми. Мне кажется, в современном обществе мало женщин, которые считают себя некрасивыми: косметика, куча салонов, можно сделать все что угодно. Почему одни считают себя совершенством, другие нет?

Екатерина Бярбина:

С одной стороны, у каждой женщины бывают такие дни, что встала, посмотрела в зеркало – ну, красавица, а в какой-то день – ужас, я тебя не знаю, но я тебя накрашу, непринятие себя. Каждая женщина в определенный момент будет чувствовать так или иначе, это зависит и от физиологических особенностей, и от гормональных, потому что каждая фаза цикла будет на это влиять. Женщина по своей природе больше зависима от внешнего мнения, чем мужчина, самооценка по-разному формируется. Поэтому чем больше в нашем окружении людей, которые нас любят и принимают, тем больше женщина будет считать себя красивой, достойной. Первое правило любви к себе во взрослом возрасте – не окружать себя людьми, которые вас не ценят.

Оксана Михайлова:

А, может, полезнее человеку сказать правду, что же, из него делать идиота всю жизнь – косой, кривой, пойди, подправь?

Екатерина Бярбина:

На каждого писателя найдется свой читатель. Всем нам нравятся разные качества в людях. Красота, как и любовь, бывает внешняя и внутренняя, и хорошо убирать из окружения людей, для которых вы не являетесь образцом, и самим избегать такого общения.

Юлия Каленичина:

Право на счастье имеет каждый человек, и если ему большинство людей будет говорить, что он некрасивый, кривой, косой – а как же счастье?

Оксана Михайлова:

Нужно подбирать себе друзей, которые будут тебе говорить, какой ты хороший.

Юлия Каленичина:

Как же полюбить свое отражение в зеркале, если действительно что-то не так?

Екатерина Бярбина:

Мы всегда себе нравимся в зеркале меньше, чем нравимся нашему окружению, это известный факт. Конечно, надо выбрать хорошее зеркало, хороший свет, а полюбить себя – это постоянная работа, нет такой волшебной техники или таблетки, как в фильме «Самая обаятельная и привлекательная», подошел к зеркалу, сказал аффирмацию 10 раз и полюбил себя.

Из основные легких методов, которые можно использовать, это убирать негативные мысли. Мы часто видим себя в течение дня в отражении – не в зеркале, а, например, в витрине, – и здесь важна хотя бы минутка осознанности. Мы останавливаемся, подумали: ой, какая-то сутулая идет, что у меня на голове. В этот момент главное включать осознанность, на секунду замереть и найти хоть что-то хорошее: зато улыбка огонь – хотя бы что-нибудь, чтобы мозг привыкал искать что-то хорошее. Мы же в других людях стараемся найти что-то положительное, не обидеть, а себя хотим поругать.

Почему людям со стороны мы кажемся красивее, потому что когда на нас смотрит другой человек, он видит нас в комплексе, вместе с движениями, с интонациями, смотрит на весь образ, а мы же знаем, какие вещи нам не нравятся, и пристально в зеркале их выискиваем. Хорошая техника – надо в идеале дойти до того, чтобы смотреть на себя безоценочно хотя бы минуты две, а начинать с секунд пяти, это долгий путь. Если каждый день смотреть на себя полностью во весь рост, в идеале без одежды, это сначала кажется тяжело, начнем с лица. Засекаем таймер и смотрим без оценочности просто как на человека, которого мы не знаем: волосы, глаза, лоб. Как только пришла негативная мысль, таймер выключили, закончили.

Оксана Михайлова:

Я пробовала эту технику, ужасные впечатления. Я так и сделала: разделась, подошла к зеркалу – какие 5 секунд? Я посмотрела на себя пристально и через пару секунд сказала: «Боже, мой муж святой». Так что я не готова к такой технике.

Юлия Каленичина:

Как все-таки научиться справляться с критикой, потому что она неизбежна?

Екатерина Бярбина:

Естественно, критика неизбежна, но если мы построили свои границы и знаем свою ценность, то она не болезненная. Конструктивная критика – это даже хорошо. К критике мы готовы только тогда, когда наша самооценка сформирована, а если мы болезненно реагируем на критику, то это уже звоночек к тому, что мы что-то в себе не приняли, не поняли. Основа того, как справляться с критикой – принять себя. Надо понимать, что самооценка – это не считать себя идеальным, лучшим, самым красивым, самым умным, а принять себя, что я ценный, уникальный, единственный у себя возможный, принять свою уникальность. И про любовь к себе – это не принять, что у меня косоглазие, ничего не буду менять, меня все устраивает. Если мы знаем, что есть то, что мы можем исправить, лучше сделать, потому что любить себя и ценить – это стараться сделать для себя хорошо. Детей и родителей мы любим в любом случае, несмотря на их недостатки, но всегда стараемся, если это в наших силах, помочь сделать что-то лучше. И самооценка – это когда мы с собой делаем то же самое. Я себя ценю и принимаю так, но я могу сделать еще лучше. Посмотрели, там целлюлит, прекрасно, значит, пора на процедуры, массаж, я могу все это сделать.

Оксана Михайлова:

Вы сейчас рассказываете о том, как договориться со своим внутренним критиком.

Екатерина Бярбина:

Внутренний критик самый страшный, он же возникает в детстве. Когда нам родители или кто-то что-то говорит, в совсем детском возрасте критики нет: бант в бок, нарисовал каляки-маляки – все отлично. А потом из-за того, что появляется внешняя критика, начинает расти внутренний критик. И мы его, особенно в подростковом возрасте, начинаем кормить, он вырастает большой-большой, и с ним уже тяжело справляться. Для того чтобы справиться со своим внутренним критиком, а договориться с ним сложно, это как раз к теме внутреннего ребенка, что надо защитить своего внутреннего ребенка от критика внутренним взрослым. Как мы защищаем ребенка, если кто-то подойдет и скажет: «Ты страшный, у тебя уши большие», – мы оберегаем своих близких от этой критики. Так же важно бороться со своим внутренним критиком. Начинает он нам что-то говорить: «Это не получится, да точно это не сделаешь», – и надо вступать даже в диалог: «А что ты предлагаешь?» Защищать себя, потому что внутренний критик не конструктивный, то есть он помогает только отказаться от каких-то проектов, допустим, мы боимся ошибиться. Никто нам не делает так нехорошо во взрослом возрасте, как мы сами. На внешнюю критику часто нет никакого воздействия, потому что какая разница, я сам себя так наказываю и обижаю, что то, что кто-то другой скажет, уже не имеет никакого значения. Внутренняя критика – главный враг самооценки, нужно договариваться.

Оксана Михайлова:

Как можно договориться с самим собой? Косоглазие – окей, какие варианты? Пойти в клинику. Это больно, это дорого, ну и пусть будет так, я себя и такую полюблю.

Юлия Каленичина:

Вопрос – какие цели ставит человек.

Екатерина Бярбина:

Этот процесс может быть очень долгим, не всегда это возможно сделать самостоятельно.

Юлия Каленичина:

Мы же говорим не только о каких-то органических моментах, и если у человека одно ухо торчит, это можно вполне скрыть прической. А есть еще черты характера, которые мне нравятся, но все другие от меня уходят.

Оксана Михайлова:

Полюбите меня такой, но в конце концов ты приходишь к выводу, что можно остаться и одной.

Юлия Каленичина:

Тут нужно трезво оценить свои черты, может быть, поработать над собой.

Екатерина Бярбина:

Не всегда можно работать только с собой, особенно если внутренний критик очень сильный. Хотя бы на первых порах надо работать со специалистом.

Юлия Каленичина:

Мы сейчас говорим о врожденных особенностях, приобретенных, а если ближе к женщине? Женщина в течение своей жизни проживает несколько серьезных этапов, которые связаны с формированием девочки в девушку, затем в женщину, потом роды, беременность, тело меняется, после родов вообще черти что происходит, то есть жизнь меняется кардинально, и не только в том, что у тебя появился на руках еще один человек, за которого ты отвечаешь и максимально ему принадлежишь какое-то время, а еще ты сама перестаешь быть собой: ты себя не узнаешь ни в зеркале, ни тактильно. Как в этот момент принять себя, потому что я уверена, что много людей хотят именно это услышать?

Екатерина Бярбина:

Здесь три основных направления. Во-первых, быть готовыми к изменениям, мы обладаем информацией, что со мной, с моим телом будет происходить в каждый момент, что я могу сделать, то есть не должно быть бессилия. Для формы груди должна быть поддержка, все время менять белье, чтобы животик быстрее восстановился после родов, надо обязательно подвязывать живот таким-то способом, вернуться к упражнениям через такой-то период. И когда есть алгорит, нет бессилия, нет ощущения непринятия, потому что есть понятный набор действий, то есть мы знаем, что изменения будут, мы это понимаем.

В современном мире женщина сразу готовится к тому, чтобы что-то сделать. Я работала с клиенткой, которая очень переживала за грудь, и она сразу решила – буду делать грудь, доктор такой-то, сумма такая-то, все это наклеила на зеркало и каждый раз, если переживала, понимала, что если что-то не устроит, у нее есть решение. Очень важно иметь этот алгоритм принятия, что я буду делать, если я себя не приму.

Вторая часть про то, что важно не уйти в то, что вы перестаете быть ценностью для себя. Счастливая мама – счастливый ребенок, час для мамы никто не должен забирать, то есть тот час в день, когда мы сделали хоть что-то для себя. Это залог того, что не будет чувства опустошения. Почему еще принятие не идет в этом периоде? Дело даже не во внешних изменениях, а в том, что нет эмоционального ресурса, не остается сил, поэтому мы начинаем внешне еще больше не принимать. Все равно всегда опора на себя.

Оксана Михайлова:

А если старость? В молодости хотя бы есть ребенок, ты знаешь, за что страдаешь, а тут за что?

Юлия Каленичина:

Женщина входит в климактерический период, и опять все меняется.

Екатерина Бярбина:

И здесь опять алгоритм, мы готовимся к тому, что может произойти, что я могу сделать. Все зависит от отношения, это же неизбежно, еще не придумали, как жить вечно, поэтому здесь два пути: не принимать и жить долго и несчастливо или принимать и жить долго и счастливо. Все зависит от внутренней самоценности. У меня была есть женщина, которая в 65 считала себя в глубокой старости, и была пациентка, которая в бусах, накрасится, куда-то бежит, очень радостная: «Вы такая сегодня красивая. – Да, у меня сегодня день рождения. – И сколько Вам?» Я думала, лет 75: «94 годика», – и побежала дальше. Это же всегда изнутри.

Юлия Каленичина:

Мы поговорили о возрастном эпизоде, а когда девочка становится девушкой, это тоже психологически непростой момент, и не всегда родители готовят девочку к этому.

Екатерина Бярбина:

Очень важно маме говорить с девочкой, что будет происходить с ее телом. В подростковом возрасте просыпается свой внутренний критик, и именно семья, мама, единственная, кто может удержать очень сильно качающуюся самооценку. Часто девочка, которая была моей принцессой, превращается в колючего ежа из леса, и здесь важно дальше продолжать поддерживать внутреннюю принцессу, направить в те увлечения, где будет похвала, то есть где будет получаться, скорректировать свободное время. Нужно, чтобы в этот момент девочка оказалась в той среде, где она не чувствовала бы себя не такой, как все, такое место безопасности обязательно должно быть.

Юлия Каленичина:

Я больше про биологические процессы. Моей внучке 10 лет, и я ей говорю: «Ты такая большая стала, прямо девушка уже», – и она так испугалась: «Что ты, я вообще не девушка, я девочка, не надо меня называть девушкой». Ее это шокировало.

Екатерина Бярбина:

Момент непринятия изменений в своем теле – это тоже про то, что мы не настаиваем на них. Поэтому подростки часто носят бесформенную одежду, и на каком-то этапе мы не провоцируем этот момент, даем ребенку в этом побыть, не говорим постоянно, что тело меняется, надо что-то другое носить – нужно соблюдать баланс.

Оксана Михайлова:

Все-таки кто такая внутренняя девочка, как с ней подружиться, и эта девочка по жизни живет или умирает раньше нас?

Екатерина Бярбина:

Внутри всегда остается детская составляющая, просто у кого-то это девочка, которой не хватает взрослого, взять ее в оборот, а у многих она не подающая голос, потому что внутренний критик, большое количество давления нашу внутреннюю девочку задавили, мы сами во многом задавили. Почему так важно найти ее и с ней подружиться, потому что это основа любви к себе. Мы можем включить приятную музыку, закрыть глаза и просто представить любую картину, где мы находимся, – у кого-то будет море, у кого-то поляна, и постараться представить свою маленькую внутреннюю девочку, какая она: маленькая, открытая миру, с бантиком, в платье или очень серьезная, с рюкзаком куда-то прыгает, то есть найти ее. Борьба с внутренним критиком и борьба с негативами – это сострадание, жалость, а к ребенку нам всегда проще испытать сострадание, жалость, и через это принять ее. Если мы представим эту девочку, обнимем и скажем: «Тебя никто не обидит, я всегда буду с тобой, я тебя всегда буду любить, что бы ни случилось». И если мы примем это, из этого начнет расти дерево самооценки.

Оксана Михайлова:

Помните, был мультик, где говорили: «Любить себя, чихать на всех, и в жизни ждет тебя успех». Я так понимаю, что это примерно то, о чем мы сегодня говорили.

Юлия Каленичина:

Не задали только один вопрос – если вдруг люди захотят к Вам попасть, Вы работаете в больнице имени Иноземцева, а конкретно где?

Екатерина Бярбина:

В женской консультации.

Оксана Михайлова:

И женщинам можно прийти и записаться к Вам на прием, Вы поможете найти внутреннюю девочку и ее полюбить. Спасибо большое, будьте здоровы, до новых встреч.