Неолитические жилища Южного Урала

НЕОЛИТИЧЕСКИЕ ЖИЛИЩА ЮЖНОГО УРАЛА

На территории Южного Зауралья в настоящее время исследовано более 50 неолитических памятников. Однако до последнего времени данных, относящихся к домостроительству населения региона, практически не было. В последние годы на стоянках каменного века было раскопано и исследовано три котлована, характеризующих разные типы жилищ. Памятники расположены в разных ландшафтных зонах: степной, лесостепной и лесной.

В степной зоне раскопаны остатки постройки на стоянке Черников Брод I (рис. 1, сх. 1). Памятник расположен на реке Малый Кизил (правый приток реки Урал) [1, с. 43—53]. Жилище было сооружено в карстовой воронке и имело форму искривленного

овала. Котлован ориентирован по линии запад-вос-ток, параллельно руслу реки, имеет длину 6,6 м, ширину 3,8 м, площадь около 25 кв. м. В средней части северной стены был устроен длинный коридорообразный выход, ориентированный по направлению север—юг. Котлован углублен в материк на 35—45 см, понижение ступенчатое со всех сторон, кроме южной, где зафиксирован крутой спуск в котлован непосредственно от скального выхода, который одновременно является стеной жилища. Наиболее глубокая часть жилища — центральная. Основой фундамента по всему периметру, кроме северо-запад-ной части, выступали естественные выходы известняка, представленные разборной скалой. При со-

щМЩ* II

ь

* . ^

Х°'ф*'¥

I л

-V

Рис. 1.

1. Стоянка Черников Брод 1, тан жилища. 2. Стоянка Краснокоменка, план жилища

оружении котлована края скальных выходов, вероятно, подрубались для придания стенам более вертикальной формы. Особенно хорошо это фиксировалось в юго-восточной части постройки. Северо-западная стена жилища была сложена из необработанных камней средних и мелких размеров, которые были уложены непосредственно на разборную скалу. Развал данной стены начал фиксироваться уже с самых верхних горизонтов. Он имел ширину 150— 200 см. Искусственная кладка фиксировалась также вдоль восточной стенки выхода из жилища. Вдоль южной стены сооружения отмечены два канавообразных углубления, сделанные в разборной скале. Длина этих углублений составляет 160 и 130 см, ширина 20—25 см, глубина 15—20 см.

После полной выборки грунта и зачистки по материку в пределах жилищного котлована было выявлено пять столбовых ямок и пятно прокала. Столбовая ямка № 1 располагалась в районе выхода из жилища, сверху была частично перекрыта камнем. Диаметр ее составил 22 см, глубина 12 см от уровня материка. Ямка имела прямой разрез, незначительно сужающийся книзу. Ямка № 2 располагалась в центральной части жилища. Диаметр — 16 см, глубина — 21 см от уровня материка. Разрез ямки прямой, клиновидно спускающийся книзу. Столбовая ямка № 3 располагалась на границе наиболее глубокой части жилищного котлована. Диаметр ямки составил 20 см, глубина 20 см от уровня наиболее глубокой части котлована. Она имела прямой разрез, незначительно сужающийся книзу. Ямка № 4 зафиксирована в северо-восточном углу жилища. Диаметр ее составил 18 см, глубина — 20 см от уровня материка. Ямка имела профиль, наклонный к центру жилища, и округлое дно. Ямка № 5 находилась на границе понижения в центральную часть котлована. Диаметр—21 см, глубина—22 см, профиль — наклонный к центру жилища, дно округлое. Таким образом, две ямки (№ 4 и 5) имели наклонные профили, так что столбы, вкопанные в них, должны были быть установлены по диагонали относительно периметра жилища, вершинами наклонно к его центру. Пятно прокала располагалось у южной стены, напротив входа, оно имело округлую форму, диаметр около 40 см, мощность прокала составляла 3—5 см.

Другое жилище было исследовано на стоянке Краснокаменка (рис. 1, сх. 2). Памятник располагается в лесостепной зоне Южного Зауралья на реке Увельке (левый приток реки Уй). Жилище имело неправильную трапециевидную форму, ориентировано по направлению север-северо-восток—юг-юго-запад параллельно руслу реки. Ширина в самой широкой части 6,3 м, длина 6,5 м. Общая площадь составляет около 30 кв. м. В северной стенке был устроен длинный коридоробразный выход. Котлован жилища углублен в материк на 35—45 см, в центральной части глубина составляет 50 см. С восточ-

ной стороны понижение в котлован плавное, ступенчатое. С западной стороны стенки более крутые, отвесно опускаются непосредственно от скального выхода, который здесь выступает в качестве основания стены жилища. В центральной части отсечено углубление размерами 2x1,3 м. С западной и северо-западной сторон основой фундамента выступали естественные выходы скалы. Вдоль восточной и южной стен котлована фиксируется большое количество камней средних и крупных размеров. Они залегают как по одиночке, так и группами. Некоторые камни сползли в котлован.

На материке в пределах жилищного котлована было расчищено 4 столбовых ямки и очаг. Столбовая ямка № 1 располагалась в центре жилища, в центральном углублении. Диаметр ее составил 25 см, глубина 23 см от уровня наиболее глубокой части котлована. Ямка имела прямой разрез, незначительно сужающийся книзу. Столбовая ямка № 2 находилась в южной части котлована на его границе. Диаметр — 15 см, глубина—20 см от уровня материка. Ямка имела профиль, наклонный к центру жилища. Столбовая ямка № 3 зафиксирована вдоль восточной стенки на границе ступенчатого понижения. Диаметр ямки составил 20 см, глубина 20 см. Профиль, наклонный к центру жилища, дно — округлое. Столбовая ямка № 4 находилась в районе выхода. Диаметр — 15 см, глубина — 15 см. Таким образом, две столбовые ямки (№ 2 и 3) также имели наклонные профили, что заставляет предполагать установку столбов, аналогичную жилищу на стоянке Черников Брод. Очаг был расчищен у южной стены, напротив входа. Он располагался в небольшом углублении овальной формы, заполненном мелкими обожженными камнями и золой. Размеры очага 75x30 см, мощность прокала до 12 см.

Каменный инвентарь, полученный в ходе раскопок жилища, представлен микропластинчатой техникой с разнообразными орудиями на пластинах. Керамика характерна для развитого неолита Южного Урала [2, с. 21].

Третье жилище было раскопано на стоянке Ша-танов 3 (рис. 2). Памятник находится в лесной зоне, на озере Иртяш, занимает островное положение. Жилище располагалось в центральной части стоянки, на относительно ровной площадке, между скальными выходами. Оно имело неправильную овальную форму, размеры 13x7,5 м, площадь около 95 кв. м. Жилище представляло собой слабоуглубленную в материк постройку, местами котлован не прослеживался. В южной короткой стене был устроен выход в виде небольшого тамбура. На материке он читался в виде овального пятна, образовавшегося вследствие вытоптанности. После зачистки по материку в пределах постройки были зафиксированы 16 столбовых ямок, 2 очага, 3 хозяйственные ямы, 2 кольцевые каменные выкладки. Кроме того, в центральной части жилища, ближе к восточному

История

краю располагался останец скального выхода. Он имел вытянутую форму, размеры 3x2 м, ориентирован параллельно длинной оси жилища. Края обтесаны. Останец возвышался над уровнем пола на 35—40 см.

Хозяйственные ямы располагались в южной части жилища. Две из них имели небольшие размеры и незначительную глубину. Самая крупная (яма 1) имела овальную форму, размеры 2,3x1,6 м, глубину 65—80 см от уровня пола. Яма была вырублена в скальной породе. На дне была обнаружена полукруглая каменная выкладка, являвшаяся подставкой для сосуда. Еще одна каменная выкладка находилась рядом с юго-восточным краем ямы. Она превышала по размерам первую и, скорее всего, предназначалась для хранения нескольких сосудов. Недалеко от нее располагался кухонный очаг (очаг 2). Он имел округлую форму, с одного края обложен камнями.

Еще один очаг (очаг 1) находился у северной стенки жилища. Это был большой очаг, диаметром около 2 м, устроенный в округлом углублении. Разрез показал наличие трех мощных линз прокала по 10—15 см каждая, частично наслаивающихся друг на друга. В северной части очага прослеживались следы вкопа, разрушившего около 2/3 площади конструкции. Судя по стратиграфическим наблюдениям, данный вкоп не являлся поздним.

Десять столбовых ямок располагались по периметру жилища вдоль продольных стен. Три ямки находились перпендикулярно продольной оси постройки и представляли собой следы перегородки, делившей жилище на две части. Еще четыре столбовые ямки были зафиксированы вокруг большой хозяйственной ямы.

Материалы, полученные в ходе раскопок жилища, дают основание датировать постройку поздним неолитом.

Описанные выше постройки разделяются на два типа. К первому были отнесены жилища на стоянках Краснокаменка и Черников Брод I (рис. 1). Это небольшие по площади полуземлянки с вертикальными стенками котлованов и углубленной центральной частью. Основой фундамента в обоих случаях выступают естественные выходы скалы, причем если на стоянке Черников Брод I жилище было сооружено в карстовой воронке, удобной для этой цели, то на стоянке Краснокаменка котлован был приурочен к гребню скального выхода таким образом, чтобы площадь соприкосновения со стальником была максимальной. Это, на мой взгляд, показывает, что использование скалы в качестве фундамента является оригинальным конструктивным решением. В местах, где котлованы не соприкасаются со скалой, фиксируются остатки каменной кладки. Расположение столбовых ямок свидетельствует о сходной конструкции перекрытия, основой которой был конический столбовой каркас. Длинные коридорообразные выходы, устроенные в виде тамбуров,

снабжены вертикально стоящим столбом при входе в жилище.

В интерьере также отмечается определенное сходство, которое прослеживается в наличии специфических аморфных ниш по краям построек, а также в расположении очагов у противоположной от выхода стены. Последний факт может быть принят с определенной долей условности, поскольку в жилище на стоянке Черников Брод I очаг представлял собой незначительное пятно прокала и по всей видимости постоянного места для него не было.

Для реконструкций данного типа жилищ наиболее информативны материалы раскопок стоянки Черников Брод I (рис. 1, сх. 1). Основой стен жилища служили естественные выходы известняка, только с одной стороны (северо-западный угол) отмечена каменная кладка. Камни здесь уложены непосредственно на скалу, и судя по площади развала, кладка достигала в высоту 70—80 см от уровня пола жилища, что в целом соответствует высоте скальных выходов по всему периметру котлована. Исходя из расположения столбовых ямок и канавок в южной стенке, конструкция перекрытия реконструируется как шалашеобразная. В центральной части был установлен один несущий столб, на который опирались, как минимум четыре деревянные лаги. Другим концом они крепились непосредственно у основания стен, образуя каркас постройки. В районе коридорообразного выхода для укрепления перекрытия был установлен еще один вертикальный столб.

Таким образом, первый тип жилищ представлял собой шалаш, окруженный по периметру скальными выходами и каменным набросом. В качестве перекрытия могли использоваться шкуры животных, либо растительный материал (ветки деревьев, тростник, солома). Подобные жилища достаточно широко известны в сибирской этнографии как переносные жилища, углубленные в землю [3, с. 131—133].

Второй тип представлен постройкой, остатки которой были зафиксированы на стоянке Шатанов 3 (рис. 2). Она представляет собой наземное жилище большой площади с каркасно-столбовой конструкцией стен. Организация внутреннего пространства отличается значительной сложностью по сравнению с жилищами первого типа. Здесь достаточно четко выделяются две зоны: хозяйственная и жилая. В первой размещаются очаг для приготовления пищи (очаг 2), хозяйственные ямы, каменные выкладки, предназначенные для хранения сосудов, большой монолит каменного останца, подработанный со всех сторон и являющийся, скорее всего, столом. В жилой части, отделенной от хозяйственной перегородкой, центральное место занимал крупный очаг (очаг 1). Он располагался у северной стены помещения и, по всей видимости, не был связан с приготовлением пищи, а предназначался для обогрева помещения и возможно каких-либо ритуальных дей-

История

ствий. Судя по разрезу очага, огонь в нем разводился как минимум три раза с перерывом на значительные промежутки времени. В последствии зола и прокаленные слои из него были выбраны, а сам очаг засыпан желтым материковым грунтом, возможно олицетворявшим символический огонь.

Реконструкция жилища представляется следующим образом: основу конструкции стен составлял каркас из столбов, установленных по периметру постройки. Внутри прослеживается линия столбов, образующая перегородку, делившую помещение на две зоны. Столбовые ямки, находящиеся вокруг наиболее крупного хозяйственного углубления, являются, по всей видимости, остатками связанной с ней конструкции. На основе имеющихся данных затруднительно говорить о характере перекрытия. Возможно лишь сделать предположение о том, что оно было комбинированным. Выход был устроен в виде тамбура в короткой торцевой стене жилища. Он хорошо читался на раскопе по вытоптанности материка.

Жилища первого типа, кроме описанных выше, на Южном Урале пока неизвестны. Фрагменты жилищ второго типа исследовались неоднократно, однако из-за того, что неолитические материалы на большинстве памятников залегают в смешанных нео-энеолитических слоях, проследить границы построек практически не удавалось. На стоянке Са-быкты III Г.Н. Матюшиным была зафиксирована слегка углубленная в грунт аморфная площадка среди скальных выходов, в пределах которой было расчищено два очага. Контуры прослеживались с трудом. Длина составляла около 10 метров, ширина 5— 6 метров. Основная масса находок на раскопе находилась внутри этой площадки, из чего был сделан вывод о том, что это жилище [4, с. 18—20]. К сожалению, больше никаких сведений автором не приводится, поэтому возможно лишь предполагать особенности конструкции данной постройки. На стоянке Кораблик в нижнем неолитическом горизонте Л.Я. Крижевской были исследованы три очага, расположенных по одной линии, которые составляли, по мнению автора, жилой комплекс. Рядом с одним из очагов находилась столбовая ямка [5, с. 23—25]. Однако проследить границы жилища не удалось из-за ограниченности участка стратифицированного культурного слоя. По всей видимости, в качестве остатков жилищ этого же типа можно рассматривать обнаруженные на других памятниках кострища и очаги, кольцевые каменные выкладки, как подставки для посуды, столбовые и хозяйственные ямы, где фиксируется концентрация керамики и каменного инвентаря.

Итак, рассмотренный материал позволяет говорить о наличии в эпоху неолита на Южном Урале двух типов жилых построек. Первый представляет собой небольшие полуземлянки, площадью около 30 кв. м, с каркасно-столбовой конструкцией стен и длинным коридорообразным выходом. Второй —

крупные наземные жилища, площадью около 100 кв. м, разделенные на две части: жилую и хозяйственную.

При сопоставлении южноуральских жилищ с близкими в культурно-хронологическом отношении постройками сопредельных территорий, обнаруживается ряд общих черт. Для территории Среднего Зауралья (ареал распространения полуденской культуры) ведущим типом жилищ являются полуземлянки подпрямоугольной формы, углубленные на 0,3—-

0,7 м, площадью до 45 кв. м (Козлов Мыс I, Полуден-ка I, Чащиха, Исетское Правобережное, Дуванское V и др.). Подавляющее большинство этих построек имело каркасно-столбовую конструкцию, также распространен выход в виде удлиненного коридора [6, с. 45; 7, с. 170—180; 8, с. 90—103]. Интересен тот факт, что на стоянке Исетское Правобережное из трех опубликованных жилищ в двух основой стен частично выступали монолиты скальных выходов [9, с. 47— 49]. Известно одна овальная постройка на стоянке Нижняя Макуша (нижнее жилище) площадью 25 кв. м, а также несколько двухкамерных построек на стоянках Юрьинская и Сосновый остров (нижние жилище) [7, с. 172—173; 8, с. 94].

В. Ф. Старков приводит следующие реконструкции. Основу прямоугольных полуземлянок составлял каркас из бревен толщиной 20—40 см, к которому крепилось перекрытие. Наличие центрального столба указывает, что крыша, скорее всего, была четырехскатной. Вход находился, видимо, выше котлована в стене. Несколько особняком стоит жилище стоянки Бичили I, где не зафиксировано следов от столбовых ям. Возможно, это связано с конструкцией типа сруба. Подобную конструкцию стен и коническую крышу имело жилище со стоянки Нижняя Макуша. Двухкамерные жилища представляют собой два помещения (большое и малое), соединенные коридором [7, с. 172]. По представлениям В.Ф. Старкова эти помещения имеют разное назначение: большее является жилым, малое — сенями. Однако подобная характеристика функционального назначения представляется спорной, поскольку обе постройки частично разрушены. Поэтому возможно характеризовать помещения как жилое и хозяйственное.

На территории Западной Сибири (район распространения кокуйской культуры) выделены следующие основные типы жилищ: полуземлянки площадью 25—40 кв. м и слабоуглубленные однокамерные, либо двухкамерные постройки площадью до 60—180 кв. м [10, с. 27; 8, с. 108—109]. Жилища первого типа исследованы на памятниках Артын, Ир II, Кокуй I (жилище 2), Тух-Сигате IV, Окунево VI и др. Они характеризуются подпрямоугольной формой, каркасной конструкцией стен и наличием входа, оформленным в виде тамбура. Очаг в жилище располагался, как правило, в центре, но иногда у стены напротив выхода. В некоторых постройках

фиксируются канавки по периметру котлована, в них расположены столбовые ямки, имеющие наклон к центру котлована [8, с. 109].

Постройки второго типа имеют округлую либо подпрямоугольную форму и каркасно-столбовую конструкцию стен. Они исследованы на стоянках Екатериновка I, II, Ямыса VIII, XII, Венгерово 3, Кокуй I (жлище 3) и др. Различаются одно- и двухкамерные жилища. Вход оформлен в виде короткого тамбура. Конструкция стен и перекрытия крепилась на наклонные столбы, установленные по периметру котлована, и на вертикальные столбы в центре [8, с. 108].

Таким образом, рассмотренные материалы свидетельствуют о значительном сходстве домостроительных традиций в эпоху неолита на обширной территории Урала и Западной Сибири. Прежде всего, оно проявляется в повсеместном распространении первого типа жилищ, который является ведущим. Ближайшие аналоги южноуральским жилищам обнаруживаются в материалах построек лесного Тоболо-Ишимья (кокуйская культура): площадь и глубина котлована, конструкция стен и перекрытия, устройство выходов, интерьер. Любопытную картину дает сопоставление материалов неолитических памятников Южного и Среднего Урала. Материальная культура этих территорий чрезвычайно близка, тогда как в традициях домостроения наблюдается существенное различие, которое касается способов сооружения стен и перекрытия: на Южном Урале это одночастные постройки шалашеобразной формы, где стены являются продолжением крыши, на Среднем Урале — двучастные постройки с наличием стен и перекрытия. Однако все же нельзя считать эти домостроительные традиции принципиально разными. По своим основным характеристикам (площадь, глубина котлована и т. д.) это близкие постройки. Яркой чертой сходства является использование естественных скальных выходов при сооружении котлованов.

Жилища второго типа также известны на рассматриваемой территории, однако наблюдаются различные варианты их сооружения. Ни Южном Урале это крупные однокамерные постройки наземные или слабоуглубленные в землю. На Среднем Урале аналогом этого типа выступают двухкамерные жи-

лища, а в Западной Сибири встречен и тот, и другой вариант построек. Главным фактором, позволяющим отнести эти постройки к одному типу, является наличие двух хорошо выделенных зон в пределах одной конструкции. В однокамерных постройках двучастность может быть оформлена с помощью внутренних перегородок либо условным разграничением пространства, когда объекты хозяйственного назначения концентрируются строго в одной половине жилища.

Литература

1. Мосин, B.C. Стоянки эпохи неолита. Каменный век / B.C. Мосин, В.А. Куприянов // Археология Южного Урала. Степь. — Челябинск : Рифей, 2006, —С. 41—62.

2. Мосин, В. С. Вмещающий ландшафт и реальные границы уральских культур в неолите-энеолите / B.C. Мосин // Вопросы археологии Западного Казахстана. — Актобе : Изд-во Актюбинского ГУ — 2005, —Вып. 2,—С. 17—22.

3. Историко-этнографический атлас народов Сибири. — М. : Прогресс, 1961. — 261с.

4. Матюшин, Г.Н. Неолитические стоянки Таш-булатово I и Сабыкты III в Башкирском Зауралье / Г.Н. Матюшин // СА. — 1988. — № 3 — С. 12—36.

5. Крижевская, Л.Я. Раннебронзовое время в Южном Зауралье / Л.Я. Крижевская. — Л. : Изд-во Ленинградского ун-та, 1977. — 159 с.

6. Ковалева В.Т. Неолит Среднего Зауралья / В.Т. Ковалева. — Свердловск : Изд-во УрГУ, 1989. — 63 с.

7. Старков, В.Ф. Мезолит и неолит лесного Зауралья / В.Ф. Старков. — М. : Наука, 1980. —219 с.

8. Матющенко, В.И. Поселения и постройки эпохи камня / В.И. Матющенко // Очерки культуроге-неза народов Западной Сибири — Томск : Изд-во Томского ун-та, 1994. — С. 90—113.

9. Кернер, В.Ф. Поселение Исетское Правобережное / В.Ф. Кернер // Неолитические памятники Урала — Свердловск : Изд-во УрО РАН, 1991. —

С. 46—68.

10. Зах В. А. Хронология неолита и раннего металла лесного Тоболо-Ишимья. Автореферат дисс. ... докт. ист. наук — Новосибирск : Изд-во СО РАН, 2006 — 55 с.