Возможности и границы применения теории медиатизации к исследованию религии в публичном пространстве: опыт Скандинавских стран

УДК 2 : 316.77 : 001.8

Е. И. Гришаева

Возможности и границы применения теории медиатизации к исследованию религии в публичном пространстве: опыт Скандинавских стран1

В Скандинавских странах институциональная версия теории медиатизации, предложенная датским исследователем медиа Стигом Хьявардом, стала теоретическим основанием для исследования религии в публичной сфере. В данной статье рассматриваются генезис ключевых положений теории медиатизации Хьяварда и ее потенциал для изучения представленности религиозной тематики в медийной сфере скандинавских стран. Хьявард рассматривает институт медиа как фактор изменения религиозного ландшафта: общественные представления о религии в большей степени формируются под влиянием медиа, чем под влиянием религиозных организаций. Выводы, полученные в скандинавских странах, плохо объясняют процессы, происходящие в других контекстах, например на постсоветском пространстве. Сравнение процессов в различных исторических и культурных контекстах способно расширить границы применения теории медиатизации.

In Scandinavian countries, the institutional approach to mediatization theory suggested by the Danish scholar Stig Hjarvard became the core theoretical basis for analyzing the presence of religion in public sphere. This article examines the genesis of Hjarvard's mediatization approach and its potential for studying the presence of religion in the mediated sphere in Scandinavian countries. According to Hjarvard, the media become agents of religious changes: in Scandinavian countries the media rather than religious organizations shape public ideas about religion. The conclusions concerning Scandinavian countries, though, do not apply to other contexts, for instance, to post-Soviet ones. Comparison of processes in different historical and cultural contexts could make the mediatization theory applicable to other cultural contexts.

Ключевые слова: религия, медиа, теория медиатизации, социология медиа, cкандинавские страны.

Key words: religion, media, mediatization theory, sociology of media, Scandinavian countries.

© Гришаева Е. И., 2018

1 Исследование выполнено при поддержке гранта Российского научного фонда (проект) № 17-18-01194

В Скандинавских странах религиозная повестка широко пред-

1

ставлена в медиа1, несмотря на высоким уровень секуляризации. Транслируя богослужения, рассказывая о деятельности религиозных организаций, медиа играют важную роль в формировании общественных представлений о религии.

Тема религии и медиа все больше привлекает внимание ученых [8]. Американский исследователь Хейди Кампбелл выделяет три основных теоретических подхода к изучению религии в публичной сфере: медиатизация (mediatization), медиация смыслов (mediation of meanings) и религиозно-социальное форматирование технологий (religious-social shaping of technologies, RSST) [2; 3]. Эти подходы оформились в рамках определенных школ. Последние два определили исследовательское поле в США, а институциональная версия теории медиатизации, предложенная датским исследователем медиа Стигом Хьявардом [5; 6; 7], стала теоретическим основанием для исследования религии и медиа в Скандинавских странах.

ТЛ W __W

В данной статье рассматриваются генезис ключевых положений теории медиатизации Хьяварда и ее потенциал для изучения присутствия религии в медийной публичной сфере на примере исследований, проведенных в Скандинавских странах. В заключении рассматривается критика теории медиатизации и анализируются границы применения этой теории.

Предпосылки формирования теории медиатизации

Проникновение медиа во все сферы общественной жизни становится отличительной чертой обществ позднего модерна. Ф. Кротц определяет медиатизацию как глобальный паттерн, подобный индивидуализации, глобализации и коммерциализации [9]. Создавая новые технологические возможности для коммуникации (мобильные телефоны, интернет), замещая традиционные формы или объединяя уже существующие [17], медиа трансформируют способы социальных взаимодействий, и это приводит к изменению во всех сферах общественной жизни.

1 Медиа - это любое средство, выступающее как носитель информации, способный передавать ее широкой аудитории. К медиа относятся не только персональные и масс-медиа, но и книги, фильмы, компьютерные игры.

Теория медиатизации рассматривает то, каким образом медиа способствуют изменениям в различных сферах жизни общества, и как изменяется отношение индивидуумов к социальным и культурным практикам вследствие использования медиа. Емкое определение медиатизации предложил Сильверстоун1:

«Медиатизация требует от нас понимания того, каким образом процесс коммуникации изменяет социальные и культурные среды, внутри которых этот процесс происходит, а так же как меняются отношения акторов, институтов и индивидуумов, к этим средам и к друг другу» [18, с. 189].

Термин «медиация» был впервые предложен Ж. Бодрийяром в работе «Символический обмен и смерть» (1976), где он рассматривает труды Вальтера Беньямина о фотографии и американского исследователя медиа Маршалла МакЛюэна о телевидении. В своей книге «Понимание медиа» МакЛюэн отразил влияние телевидения на изменение способов взаимодействий между людьми. Особенностью его теории медиа (medium theory) является то, что она исследует влияние технологий, т. е. способов передачи информации при помощи медиа, оставляя в стороне содержательные аспекты. Маклюэновский подход вначале породил волну исследовательского энтузиазма, которая очень быстро сошла на нет. По мнению американского теоретика медиа Джошуа Мейровица, это произошло из-за того, что, в отличие от денег или средств производства, коммуникация - это нематериальный процесс, и вследствие этого исследователям сложнее распознать его результаты [16]. Мейровиц, стремясь реабилитировать теорию медиа МакЛюэна, провел исследование того, как появление телевидения изменило некоторые социальные практики, в частности, отношение между детьми и родителями, мужскую и женскую модели поведения. По сути, теория медиатизации, фокусируясь на том, как технологические и жанровые особенности медиа влияют на общество, выводит маклюэновский подход на новый уровень.

Ключевым тезисом теории медиатизации является то, что общественные институты и социальные практики меняются в соответствие с «логикой медиа». Например, под влиянием медиа политика становится зрелищем: политические дебаты уподобляются спортивному

1 Описывая изменения в обществе под влиянием медиа, Сильверстоун использует характерный для англоязычных исследователей термин 'медиация' ('mediation'). Приводя это определение медиатизации, Лундби отмечает, что оно описывает общие основания двух подходов, не затрагивая аспекты, в которых они различаются. Различие между медиацией и медиатизацией подробно описано в статье Кулдри [4].

состязанию, где не столько важно содержание сообщения, сколько умение держать удар и манера поведения [14]. Кроме того, политика персонализируется: подробности личной жизни политиков становятся достоянием общественности, это, а не только содержание политической программы, обеспечивает политику успех в глазах избирателей [16]. Термин «логика медиа» был предложен Дэвидом Алтейдом и Робертом Сноу в 1979 г. Этот термин, оставляя в стороне анализ контента, указывает на особенности формата медиа, на то, как организован материал, с помощью какого стиля он представлен. Анализируя «логику медиа», исследователи показывают, что на процесс коммуникации влияет не только содержание сообщения, но и его формат.

Концептуализируя влияние медиа на сложно устроенные общества позднего модерна, теория медиатизации формирует исследовательское поле и определяет группу феноменов, которые потенциально могут быть интересны в этом направлении [12, с. 9]. Согласно Шуль-цу, теория медиатизации имеет эвристическую ценность, когда предметом исследования становятся социальные трансформации, возникшие под влиянием медиа [17]. Она так же хорошо подходит для анализа репрезентаций социального, которые конструируют медиа.

Применение теории медиатизации к изучению религии в публичном пространстве

Датский исследователь медиа Стиг Хьявард предложил институциональную версию теории медиатизации. Его работы во многом сформировали исследовательское поле в Скандинавских странах и, в частности, стали теоретическим основанием для исследования репрезентации религии в медиа.

Согласно Хьяварду, к концу ХХ века медиа становятся самостоятельным институтом, обладающими особой логикой, к которой вынуждены адаптироваться другие социальные институты [6, с. 105]. С его точки зрения, медиатизация - это процесс, в котором медиа, становясь частью других социальных институтов, изменяют нормы и способы их деятельности. Внутри каждого социального института действуют особые формы рациональности, собственный modus operandi. Логика медиа или modus operandi опосредована технологическими возможностями (печатное, электронное или цифровое медиа), жанровой спецификой медиатекста и коммерциализацией, которая приводит к стандартизации медиатекстов. Выстраиваясь в другие социальные институты, медиа изменяют их modus operandi в соответствии со своей логикой.

Социальные институты попадают в зависимость от медиа, поскольку медиа формируют общественные представления (representations) об их деятельности1. В этой ситуации социальные институты все чаще выступают как «поставщики сырого материала, который медиа затем используют и изменяют в соответствии со своими целями» [7, с. 94]. Таким образом, в современных обществах дискурсы и практики, действующие в социальных институтах, частично изменяются под влиянием медиа.

Наряду с медиатизацией культур и политики, Хьявард рассматривает медиатизацию религиозных институтов. Он подчеркивает, что «медиатизация религии касается способов изменения религиозных организаций, практик и верований в связи с ростом воздействия медиа как внутри так и вне института религии» [7, с. 26]. Медиа изменяют общественные представления о религии [6, с. 111], привносят изменения в деятельность религиозных организаций и общин. Ссылаясь на результаты исследований присутствия религий в медийной сфере Скандинавских стран, Хьявард показывает, что медиа оспаривают авторитет традиционных религиозных институтов, публикуя критику их деятельности; они отчасти заменяют их функции, например, транслируя богослужения [5, с. 80-81]. Таким образом, присутствие религиозного института в публичной сфере формируется секулярной логикой медиа, и в этом смысле, медиа усиливают секуляризацию общественной жизни.

Хьявард выделяет следующие формы медиатизированной религии (mediatized religion): религиозные медиа, религиозная журналистика и банальная религия (banal religion). Религиозные медиа делятся на масс медиа, учреждённые религиозными организациями, социальные медиа (например, группы религиозных сообществ в социальных сетях) и персональные медиа, (аккаунты в социальных сетях, которые ведут верующие). Религиозные медиа ретранслируют конфессиональные представления религиозных организаций. Религиозная журналистика рассказывает о религиозных событиях, следуя

1 Это положение Хьявард иллюстрирует следующим образом. Политические лидеры в той или иной степени оказываются в фокусе медиа. Чтобы привлечь внимание и удержать интерес массовой аудитории, политикам необходимо придерживаться определенного сценария (делать запоминающиеся заявления, информировать зрителей о подробностях своей личной жизни и пр.). Медиатизация политики формирует у избирателей восприятие политики как шоу, и как следствие, происходит снижение политической активности, проблема репрезентативности интересов избирателей политическими лидерами уходит на второй план.

профессиональным критериям - интерес аудитории к тому или иному событию и достоверность источников [5, с. 88]. Банальная религия -это индивидуальные или коллективные представления о религии, которые формируются вне религиозных институтов или при минимальном влиянии с их стороны. Банальная религия состоит из элементов фольклора, имеет менее систематический характер, основана на эмоциональном приятии тех или иных идей. Современные медиа много внимания уделяют сверхъестественному, магии, мистике и различным суевериям. Медиа делают видимыми всегда существовавшие фольклорные представления, тем самым предлагая альтернативу официальным религиозным доктринам.

Анализ процессов медиатизации может происходить на различных уровнях: на микроуровне - анализ социальных взаимодействий, на макроуровне - выявление паттернов общественного развития.

На выявление общих тенденций взаимодействия религии и медиа был направлен социологический опрос, проведенный в Дании среди взрослого населения в 2005, 2006 и 2009 гг. [5, с. 96-99]. Согласно полученным данным, датчане чаще всего соприкасаются с религиозной/мистической проблематикой в беседах с близкими или друзьями (24,3 %), через просмотр телевизионных программ (22,6 %), чтение психологической и философской литературы (10,5 %), интернет (8,9 %). Посещение религиозных церемоний находится на пятом месте и составляет 6,7 %. Анализируя результаты опроса, Хьявард приходит к выводу, что общественные представления о религии в большей степени формируются под влиянием медиа, чем под влиянием религиозных организаций.

На микроуровне теория медиатизации позволяет проследить, как изменяется коммуникация внутри религиозных групп с появлением интернета. Например, исследование шведского социолога религии Мии Ловхейм направлено на анализ того, как скандинавские мусульманки используют блоги [11]. Автор анализирует посты, в которых женщины-блоггеры размышляют о религии и рассказывают, какие сложности они испытывают, когда сталкиваются с противоречием между секулярными и религиозными ценностями. Автор показывает, что обсуждение в блогах историй из личной жизни приводит к размыванию границ между частным и общественным. Кроме того, блогинг формирует новые формы авторитета: женщины, становятся авторитетом для своих читателей, влияют на сложившуюся в исламском сообществе систему авторитетов.

Критика теории медиатизации и границы ее применения

Вопреки своей популярности, теория медиатизации подвергается критике; научные дискуссии выявили недопустимость применения некоторых положений Хьяварда в несекулярных контекстах.

Первым и центральным аргументом против теории медиатизации является указание на то, что особенности взаимодействия институтов медиа и религии определяются культурными и историческими особенностями. Выводы, полученные в Скандинавских странах, плохо объясняют процессы, происходящие в других контекстах. Обращаясь к теории множественных модерностей, Ловхейм показывает, что в несекулярных контекстах медиа и религия могут взаимодействовать различными образами [10; 11]. Линч [13, с. 205] уточняет, что выводы Хьяварда релевантны только для контекстов, где:

(1) медиа транслируют нейтральную в конфессиональном отношении точку зрения и не существует религиозных медиа, имеющих высокую популярность;

(2) непосредственное взаимодействие между религиозными институтами и общественностью находится на низком уровне;

(3) на институциональном и индивидуальном уровнях очевидны секулярные тенденции.

Несмотря на свою эвристичность, теория Хьяварда ограничена географией высокосекуляризированных стран - Скандинавии и Западной Европы, - и, соответственно, имеет границы применимости. В менее секулярных контекстах логика взаимодействия медиа и религии меняется. Например, в России светские масс-медиа большое внимание уделяют религиозной проблематике, а религиозные медиа активно участвуют в обсуждении общественно-политических вопросов.

Критики теории медиатизации указывают на то, что не только медиа трансформирует социальные институты. Сами институты и акторы адаптируют медиа под свои нужды, тем самым привносят изменения в способы их функционирования. Согласно Сильверстону, «социальные и культурные среды в процессе восприятия и потребления [медийных сообщений] формируют институты, технологии и значения медиа, посредством которых осуществляется коммуникация» [18, с. 189]. Таким образом, функционирование медиа зависит от их социокультурной среды и контекста.

Кроме того, религиозные группы и отдельные пользователи интернета используют медиа, чтобы говорить о своей вере с другими. Таким образом, медиа становятся средством трансляции религиозных

смыслов [10]. Использование медиа религиозными группами указывает на обратный процесс: медиа становится ретранслятором религиозных смыслов. Религиозные сообщества не только адаптируются к логике масс-медиа, но и адаптируют масс-медиа к своим нуждам, вырабатывают собственные стратегии использования медиа.

Исследователи указывают и на то, что преувеличивается роль медиа в формировании общественных изменений [4; 13]. Логика медиа является не единственной логикой, которая форматирует социальные процессы. Например, глобализация, капитализм и индивидуализация являются значимыми факторами, меняющими положение религии в обществе.

Несмотря на критику, исследователи признают значимость теории Хьяварада [13]. К настоящему времени в научном сообществе сложился положительный консенсус в отношении следующих положений теории медиатизации: объяснение логики репрезентации религиозных символов в медиа; тезис о том, что в современных обществах знание о религии все больше опосредуется медиа; утверждение, что медиа подрывают публичный авторитет религии и обладают властью символически конструировать общественные представления о религии.

Продолжая идеи МакЛюэна, Алтейда и Сноу, Хьявард теоретически описал значимый тренд современности: влияние медиа на функционирование религиозных институтов и на присутствие религии в публичной сфере. Теория медиатизации Хьяварда хорошо применима для изучения репрезентаций религий в медиа, но не работает для выявления дополнительных факторов, влияющих на этот процесс: особенностей географического контекста, поведенческих и ценностных установок акторов, влияющих на процесс производства медиа. В менее секулярных контекстах логика взаимодействия медиа и религии меняется. Например, на постсоветском пространстве религиозные институты в ряде случаев стремятся формировать медиа повестку, а на институциональном уровне действуют десекулярные тенденции. Существующие различия открывают перспективы для дальнейших исследований: сравнение процессов в различных исторических и культурных контекстах способно уточнить теоретические основания теории и расширить границы ее применения.

Список литературы

1. Altheide D., Snow R. Media Logic. - Beverly Hills: Sage, 1979. - 256 p.

2. Campbell H. Surveying Theoretical Approaches within Digital Religion Studies // New Media and Society. - 2017. - Vol. 19. - Iss. 1. - P. 15-24.

3. Campbell H. When Religion Meets New Media? - London: Routledge, 2010. - 232 p.

4. Couldry N. Mediatization or Mediation? Alternative Understandings of the Emergent Space of Digital Storytelling // New Media and Society. - 2008. - Vol. 10. -Iss. 3. - P. 373-391.

5. Hjarvard S. The Mediatization of Culture and Society. - London: Routledge, 2013. - 173 p.

6. Hjarvard S. The Mediatization of Society. A Theory of the Media as Agents of Social and Cultural Change // Nordicom Review. - 2008. - Vol. 29. - Iss. 2. - P. 105-134.

7. Hjarvard S. Three Forms of Mediatized Religion. Changing the Public Face of Religion // Medialization and Religion: Nordic Perspectives / eds. Lovheim M., Hjarvard S. - Goteborg (Sweden): Nordicom, 2012. - P. 21-43.

8. Hoover S. Religion in the Media Age. - London: Routledge, 2006. - 342 p.

9. Krotz F. Mediatization. A Concept with Which to Grasp Media and Societal Change. // Mediatization: Concept, Changes, Consequences / ed. K. Lundby. - New York: Peter Lang, 2009. - P. 21-41.

10. Lovheim M. Mediatisation of Religion: A Critical Appraisal // Culture and Religion. - 2011. - Vol. 12. - Iss. 2. - P. 153-166.

11. Lovheim M. New Media, Religion, and Gender: Young Swedish Female Bloggers // Religion across Media: From Early Antiquity to Late Modernity / ed. K. Lundby. - New York: Peter Lang, 2013. - P. 153-168.

12. Lundby K. Introduction: 'Mediatization' as a Key // Mediatization: Concept, Changes, Consequences / ed. K. Lundby. - New York: Peter Lang, 2009. - P. 1-18.

13. Lynch G. What Can We Learn from the Mediatization of Religion Debate? // Culture and Religion. - 2011. - Vol. 12. - Iss. 2. - P. 203-210.

14. Mazzoleni G. Mediatization of Politics // The International Encyclopedia of Communication: Vol. VII / ed. W. Donsbach. - Malden, MA: Blackwell, 2008. -P. 3047-3051.

15. McLuhan M. Understanding Media: The Extensions of Man. - London; New York: Routledge, 1964. - 345 р.

16. Meyerovitz J. No Sense of Place. The Impact of the Electronic Media on Social Behavior. - Oxford University Press. - 605 р.

17. Schulz W. Reconsidering Mediatization as an Analytical Concept // European Journal of Communication. - 2004. - Vol. 19. - Iss. 1. - P. 87-101.

18. Silverstone R. Mediation and Communication // The International Handbook of Sociology / eds. C. Calhoun et al. - London: Sage, 2005. - P. 188-207.

Статья поступила: 03.12.2017. Принята к печати : 15.01.2018