Гельмут Шмидт и политика личных контактов с руководством ГДР

А. А. Кириленко

Гельмут Шмидт и политика личных контактов с руководством ГДР

Единственной и ненаглядной Наташе

Исследуется политика Федерального канцлера Гельмута Шмидта за весь период его нахождения у власти, направленная на установление личных контактов с руководством Германской Демократической Республики и приведшая в конечном итоге к первому официальному визиту руководителя Федеративной Республики Германии в ГДР.

Федеральный канцлер Гельмут Шмидт (1974—1982), несмотря на скандал вокруг «аферы Гийома» и последовавшими за этим осложнениями в отношениях с ГДР, не только смог продолжить германскую политику Вилли Брандта, но и привнести в нее новые аспекты.

Важным шагом в германской политике Гельмута Шмидта стала попытка активизировать отношения между ФРГ и ГДР путем личных контактов между двумя руководителями немецких государств. Безусловно, это решение далось Г. Шмидту непросто,

так как в Бонне хорошо помнили шпионский скандал и последствия, которые он имел для предыдущего канцлера.

Сразу после своего избрания Федеральным канцлером Гельмут Шмидт предпринял ряд мер в направлении развития связей между ФРГ и ГДР. Изначально первые личные контакты держались в тайне не только от западногерманской общественности, но и от политического руководства ФРГ. О них был извещен лишь один из лидеров СДПГ, бывший министр по внутригерманским отношениям (1966—1969) Герберт Венер, который еще при В. Брандте вел тайные переговоры с верхушкой СЕПГ. В ходе переговоров между Хонеккером и Венером председатель Госсовета Германской Демократической Республики заявил «о своей готовности содействовать развитию добрососедских отношений на более широкой основе» [10, Б. 92].

Западногерманский историк Хайнрих Поттхофф, оценивая этот шаг Г. Шмидта, писал:

Достигнутый Федеральным правительством результат позволял с оптимизмом смотреть на будущие отношения между двумя странами. Этот шаг заложил основу будущей политики в отношении ГДР. С одной стороны, принималась во внимание заинтересованность Восточной Германии к торговле, валюте и экономической кооперации с ФРГ, обусловливавшая ее шаги по облегчению туристических поездок и улучшению сообщения с Западным Берлином. С другой — в расчет принималось явное стремление СЕПГ вести переговоры с Федеративной Республикой в обход Советского Союза. В результате идеологические различия старались отодвинуть на второй план1 [8, Б. 50—51].

Первая официальная встреча Гельмута Шмидта и Эриха Хонеккера состоялась в Хельсинки во время подписания в 1975 г. Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ). Причем на заседаниях СБСЕ руководители ГДР и ФРГ сидели рядом друг с другом — согласно государственному алфавиту. Как потом сказал Шмидт Хонеккеру, «это символизировало достижение нормализации в отношениях между ФРГ и ГДР» [10, Б. 94]. Во время двух бесед, 31 июля и 1 августа, лидеры германских государств обсудили все проблемы, которые

1 Здесь и далее перевод автора.

1

существовали в германо-германских отношениях : туристическое движение, минимальный объем обмена валюты, семейные контакты, вопросы Берлина, строительство автобанов и распределение соответствующих издержек, паушальные (общие) суммы транзита, дорожные сборы, экономическая кооперация и даже необходимость более тесных консультаций по международным вопросам [10, Б. 94]. Оба лидера сошлись во мнении, что нормализация отношений требует большого терпения и способности обоих государств находить компромиссы друг с другом для блага людей.

В целом две встречи Шмидта и Хонеккера имели положительный характер, так как они проходили в открытой, деловой и конструктивной форме. В результате Гельмут Шмидт увидел в Хонеккере надежного партнера по договору, в связи с чем выразил желание провести новую германо-германскую встречу в 1977 г. [10, Б. 95].

Оба немецких лидера также договорились о телефонных контактах между собой при возникновении сложных ситуаций.

Там же, в Хельсинки, произошла встреча главы МИД ФРГ Ганса-Дитриха Геншера с главой МИД ГДР Оскаром Фишером и членом политбюро СЕПГ Германом Аксеном. Позже Геншер вспоминал:

Наш обмен мнениями не был достаточно серьезным, но все-таки мы сошлись в том, что подписание Заключительного акта в Хельсинки будет иметь положительное значение для развития германо-германских отношений [4, Б. 310].

Первого августа руководители двух германских государств поставили свои подписи под Заключительным актом по безопасности и сотрудничеству в Европе, хотя каждая сторона оценивала этот акт по-своему. Для Восточной Германии важны были статьи, которые закрепляли политические и территориальные итоги Второй мировой войны, нерушимость границ и обязательство невмешательства во внутренние дела других государств, так как этими положениями ограничивались возможности Федеративной Республики проводить более активную германскую политику. ФРГ

1 Германо-германские отношения, или внутригерманские отношения, — политические, экономические, культурные, человеческие контакты между ФРГ и ГДР в период разделения Германии с 1945 по 1990 г.

же уделяла внимание таким положениям, как право народов на самоопределение и возможность мирного изменения границ, вопросам прав человека и основных свобод, в том числе свободе передвижения, контактов, информации, культуры и образования, что позволяло расширить возможности активизации контактов с ГДР, открывавших перспективы будущего воссоединения германского народа.

Следующий контакт между руководителями двух государств состоялся 20 марта 1977 г. во время телефонного разговора. «Инициатива этого телефонного разговора исходила от Г. Шмидта, который намеревался привести в движение переживающие застой германо-германские отношения» [7, Б. 245]. В ходе беседы канцлер ФРГ коснулся интервью Э. Хонеккера, которое тот дал главному редактору «Саарбрюкецайтунг» Эриху Фолтме-ру 17 февраля 1977 г. В этом интервью лидер ГДР заявил:

Для развития дальнейших отношений между нашими странами ФРГ нужно исходить из неопровержимого факта, что сегодня имеется два суверенных, независимых друг от друга германских государства. С учетом этого международно-правового и политического положения должны совершаться все дальнейшие шаги. Существующие сейчас соглашения дают хорошую основу для дальнейшего развития наших отношений. Мы основываемся на принципах мирного сосуществования, в частности на суверенитете и невмешательстве во внутренние дела. Мы будем положительно реагировать на все шаги Федеративной Республики, если они будут выглядеть реалистичными, благоразумными и в интересах мира [5, Б. 148].

Г. Шмидт в телефонном разговоре подчеркнул, что в своем интервью Хонеккер привел «огромное количество пунктов», с которыми он полностью согласен. Федеральный канцлер также предложил Хонеккеру встретиться во время работы Генеральной Ассамблеи ООН в сентябре 1977 г. в Нью-Йорке. Хонеккер согласился на встречу, но оставлял открытым вопрос о времени и месте ее проведения. В ходе беседы оба руководителя договорились об активизации официальных и неофициальных каналов связи между собой. Так, Шмидт инициировал проведение своей встречи с ад-

вокатом Вольфгангом Фогелем1, доверенным лицом Хонеккера. Также обсуждались выборы в Гессене и экономическое положение в Федеративной Республике. В заключение оба политика поблагодарили друг друга за состоявшийся между ними разговор [8, Б. 362].

Улучшение отношений между двумя германскими лидерами было недолгим — с конца 1979 г. начинается новый период охлаждения. Это было вызвано рядом внутренних и внешних факторов. В 1979 г., в ходе празднования 30-й годовщины образования ГДР генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев объявил о размещении на территории Восточной Германии ракет средней дальности РСД-10 «Пионер» (в западной классификации — 8Б-20). В ответ на этот шаг США и Североатлантический альянс (НАТО) приняли так называемый «двойной план довооружения Европы», предусматривавший размещение 572 ракет на территории европейских государств — членов НАТО, в частности в ФРГ. Это привело к резкому ухудшению отношений между НАТО и Организацией Варшавского договора (ОВД).

Изменение политической ситуации в мире привело к отмене визита Г. Шмидта в ГДР в феврале 1980 г., так как советское руководство не согласилось с его сроками. Это объяснялось тем, что поездка Федерального канцлера в ГДР должна была состояться раньше, чем его визит в Советский Союз. Руководство же СССР пыталось удержать связи между ФРГ и ГДР под своим контролем. Это свидетельствует о том, что отношения между двумя Германи-ями оставались нормальными, их лидеры хотели встретиться, но помешала позиция СССР.

Вместо запланированного визита Гельмута Шмидта в ГДР член политбюро СЕПГ Гюнтер Миттаг в апреле 1980 г. посетил Федеративную Республику. В ходе поездки он побывал на ярмарке в Ганновере и встретился в Бонне с федеральным канцлером, министром экономики графом Ламбсдорфом, а также с лидерами партий СДПГ и СвДП Гербертом Венером и Вольфгангом Миш-ником. В ходе этих встреч стороны договорились о новых сроках визита Федерального канцлера в ГДР, который должен был состояться после его поездки в Москву.

1 Фогель Вольфганг (1925—2008) — адвокат, общественный деятель ГДР, выступал посредником в операциях по обмену шпионами и политическими заключенными во время холодной войны.

Восьмого мая 1980 г. во время похорон президента Югославии И. Броз Тито в Белграде состоялась встреча между президентом ФРГ Карлом Карстенсом и председателем Госсовета ГДР Эрихом Хонеккером, во время которой стороны договорились о проведении новой двусторонней встречи. Результатом всех переговоров стало озвученное 11 августа 1980 г. официальное приглашение Федерального канцлера посетить с рабочим визитом ГДР. Но уже 22 августа Г. Шмидт во время телефонного разговора с Э. Хонеккером отменил поездку в ГДР, мотивируя это решение предстоящими 5 октября 1980 г. выборами в бундестаг и забастовкой в Польской Народной Республике.

Вечером 5 октября 1980 г., после выборов в бундестаг, Гельмут Шмидт направил письмо генеральному секретарю СЕПГ, в котором отмечал:

Я очень сожалею о том, что наша запланированная встреча в августе не состоялась. Вы знаете о причинах такого решения, о которых я Вас уведомил по телефону из Гамбурга 22 августа. Также я убежден, что перенесение встречи на более поздний срок положительно скажется в свете нашей общеевропейской ответственности. Я считаю очень важным, чтобы мы могли вести дальнейшие консультации как о развитии отношений между нашими государствами, так и по актуальным международным вопросам. С моей точки зрения, подготовка встречи должна занимать короткий срок. Необходимые договоренности должны будут обсудить наши личные уполномоченные [8, Б. 546].

Историк Карл Зайдель писал:

Отказ Федерального канцлера от встречи на высшем уровне был большой политической ошибкой. Объяснение отказа от визита положением в Польше и возможным вводом туда советских войск являлось хоть и очевидным, но абсолютно ошибочным [9, Б. 259].

Осложнение международной обстановки привело к ухудшению отношений между двумя германскими государствами и изменению политики СЕПГ в отношении Федеративной Республики Германии. Так, 13 октября 1980 г. в городе Гера Эрих Хонеккер в своей программной речи «Об актуальных вопросах внутренней и внешней политики» выдвинул четыре требования к

правительству ФРГ, выполнение которых рассматривалось как необходимая предпосылка развития нормальных отношений между двумя германскими государствами.

1. Признание гражданства Германской Демократической Республики.

2. Преобразование постоянных представительств в обоих государствах в посольства.

3. Ликвидация центрального ведомства по учету нарушений прав человека в ГДР, находящегося в Зальцгиттере.

4. Урегулирование прохождения границы по Эльбе в соответствии с международным правом [6, Б. 76—77].

По поводу воссоединения Восточной и Западной Германии Эрих Хонеккер заявил, что «капиталистическую ФРГ и социалистическую ГДР соединить невозможно». Также в своей речи он подчеркнул:

Неделю назад в ФРГ проходили выборы в бундестаг, в ходе которых победила прежняя коалиция СДПГ/СвДП. Этот факт нужно оценивать очень положительно, так как Гельмут Шмидт выразил стремление продолжить свою восточную политику, начатую ранее [6, Б. 76—77].

Без сомнения, «Герские требования» Хонеккера были вызваны отказом Федерального канцлера ФРГ Г. Шмидта от посещения ГДР с рабочим визитом. Другим немаловажным фактором стало то, что они служили прямой демонстрацией лояльности руководству Советского Союза, которое испытывало постоянное беспокойство и недоверие к проводимой западногерманской политике Э. Хонеккера. Оценивая «Герские требования», А.М. Фи-литов писал:

Кризиса, однако, на этот раз не последовало. Более того, о «Герских требованиях» руководство ГДР «забыло» еще быстрее, чем советское — о предложениях по Западному Берлину и по германскому мирному договору [1, с. 202].

В Бонне прекрасно понимали формальность данных требований и поэтому не придали им большого значения. Первого февраля 1981 г. произошла смена главы постоянного представительства Федеративной Республики Германии в ГДР — Клаус Беллинг сменил Гюнтера Гауса. Во время аккредитации Беллинг передал

председателю госсовета Э. Хонеккеру устное послание Федерального канцлера Г. Шмидта о возможности их встречи:

Я по-прежнему считаю важным обсудить с Вами дату встречи для обмена мнениями по отношениям между двумя нашими государствами и по актуальным международным вопросам [8, Б. 562].

Через три дня состоялась встреча Шмидта с адвокатом Вольфгангом Фогелем, который сообщил о готовности Хонеккера встретиться и передал его просьбу о неразглашении на данном этапе этой информации.

Таким образом, обе стороны продемонстрировали приверженность прагматическому подходу в отношениях между собой. Несмотря на всю сложность международного положения и конфронтацию между Соединенными Штатами и Советским Союзом, председатель Госсовета ГДР пытался вывести контакты с ФРГ за рамки блоковой политики и по возможности поддерживать их на высоком уровне, хотя и делал иногда жесткие политические заявления. Гельмут Шмидт также ожидал, что эта «встреча откроет новый этап в германо-германских отношениях» [2, Б. 136], который позволит снять напряженность и облегчить взаимопонимание между двумя государствами.

С 22 по 25 ноября 1981 г. Федеративную Республику посетил с рабочим визитом генеральный секретарь ЦК КПСС Л.И. Брежнев, который выразил свое одобрение проведению встречи руководителей ФРГ и ГДР. Лидерам обоих германских государств нелегко далось согласие на встречу со стороны своих военно-политических союзов — НАТО и ОВД.

Встреча Эриха Хонеккера и Гельмута Шмидта состоялась 11—13 декабря 1981 г. северо-восточнее Берлина, в местечке Вербеллинзее. Необходимо отметить, что переговоры проходили в сложной международной обстановке, поскольку на территории Польши было введено военное положение из-за движения «Солидарность», а на границе по Одеру и Нейсе Национальная народная армия ГДР была приведена в состояние повышенной боеготовности, чтобы иметь возможность в любой момент перейти границу с Польшей для наведения там порядка. Стоит упомянуть также, что министр иностранных дел Г. -Д. Геншер не поехал со Шмидтом в ГДР, объясняя это тем, что его «участие в этой встрече нарушило

бы нашу государственно-правовую точку зрения об особенном характере германо-германских отношений» [4, Б. 310].

Несмотря на всю сложность международного положения, оба руководителя в личных беседах обсудили вопросы, касавшиеся контроля за вооружением в Центральной Европе и отношений между двумя германскими государствами. В ходе этих бесед не было достигнуто каких-либо конкретных соглашений, да это и не являлось целью встречи. Федеральный канцер Гельмут Шмидт хотел своим визитом прежде всего продемонстрировать, что фаза осложнений в германо-германских отношениях прошла. «Наши беседы, — отмечал он, — направлены на выработку диалога между двумя государствами, который должен строиться на принципах добрососедства и равноправия на базе 1 -й статьи Основного договора» [3, Б. 17]. Отметив наличие принципиальных разногласий между двумя германскими государствами и выразив сожаление по поводу того, что отношения между ними пока далеки от добрососедских, Г. Шмидт заявил, что, по его «глубокому убеждению, мысль о единстве нации живет у всех немцев. Мы установили в Основном договоре открытость национального вопроса — и парламенты обоих государств с этим согласились» [3, Б. 19].

В то время как Гельмут Шмидт подчеркивал особое значение «Договора об основах отношений между ФРГ и ГДР», акцентируя внимание на том, что этот документ заложил фундамент дальнейших контактов между двумя странами, Эрих Хонеккер сделал упор на суверенитете ГДР и значении разоружения в Центральной Европе. В ответном слове он сказал:

В целом наши совместные беседы служат развитию обоюдных связей, хотя между нами до сих пор имеется много затруднений. Мы считаем, что любые отношения между нами могут строиться как между суверенными, независимыми и равноправными государствами.

Германская Демократическая Республика и Федеративная Республика Германия находятся в центре Европы, на линии раскола между двумя мировыми системами и обоими военно-политическими блоками, соответственно, мы особо нуждаемся в мире и разрядке. Одновременно мы несем большую ответственность за то, чтобы война никогда больше не исходила с немецкой земли. Оба государства должны действовать со всей решимостью, чтобы мировое положение улучшилось и стало продолжением разрядки» [3, Б. 14—15].

По итогам встречи лидеры двух стран подписали совместное коммюнике, в котором подтверждали свое намерение улучшать добрососедские контакты в интересах мира и безопасности в Европе, а также на благо людей в обоих германских государствах. Они обязались продолжать беседы и переговоры между собой по различным вопросам с целью преодоления трудностей и развития новых отношений. Оба руководителя констатировали, что рост взаимопонимания между ГДР и ФРГ выступает существенным элементом разрядки и способствует миру в Европе. Шмидт пригласил Хонеккера посетить с ответным визитом Западную Германию, на что председатель Госсовета ГДР ответил согласием [3, Б. 5].

Перед самым отъездом из Вербеллинзее, 13 декабря 1981 г., Гельмут Шмидт дал пресс-конференцию, в которой подвел итоги состоявшей встречи с Хонеккером:

Я могу сказать, что эти беседы не только дополнили существующее состояние отношений между обоими германскими государствами, но и создали атмосферу доверия между нами. Эта встреча явилась одним из самых интенсивных политических обменов мнениями, которые я вел в течение моего канцлерства. Мы тщательно обсудили друг с другом как международное положение, в частности вопросы разоружения и усиление контроля за вооружением и другие, так и проблемы, которые стоят между двумя германскими государствами. Я покидаю Вербеллинзее с хорошим чувством, что наши беседы имеют позитивный характер. Вы знаете, что мы не вели переговоров о новых соглашениях и договорах, это не было целью обеих сторон. Нашей целью была выработка качественно новых подходов, которые бы позволили развивать и улучшать в будущем отношения между обоими германскими государствами в интересах их граждан. Наконец, я пригласил Эриха Хонеккера посетить с ответным визитом Федеративную Республику, на что он ответил согласием. Я приветствую этот его шаг, так как он показывает, что обе стороны имеют желание продолжать такие встречи и сделать их регулярным [3, Б. 28—31].

Действительно, встреча имела важные положительные результаты для развития германо-германских отношений. Среди них западногерманский историк Вильгельм Брунс выделяет следующие:

Несмотря на ухудшение международного положения, стороны показали свою готовность продолжать политику нормализации отношений между двумя германскими государствами. Другим важным результатом являлось то, что Хонеккер явно смягчил свои «Герские требования». Так, например, во время бесед не поднимался вопрос о гражданстве ГДР [2, Б. 139—140].

И все же можно констатировать, что визит канцлера в ГДР произвел не совсем хорошее впечатление. Оба лидера говорили, не понимая и не слушая друг друга, вопреки утверждению Шмидта о том, что встреча способствовала росту доверия и внесла предсказуемость в двусторонние отношения. Конечно, для Хонек-кера визит Г. Шмидта означал фактическое признание равенства и повышение престижа ГДР. Шмидт же подписал заключительное коммюнике, в котором не было ни единого намека на гарантии прав человека и возможность свободного передвижения, но всего лишь содержалась констатация успехов в развитии двусторонних отношений. Единственным весомым результатом встречи стало подписание документа, в котором говорилось, что с немецкой земли никогда больше не должна исходить угроза войны. Тем самым оба руководителя признали свою ответственность за мир в Европе.

По возвращении в ФРГ, 18 декабря 1981 г. Федеральный канцлер Шмидт выступил в бундестаге с заявлением о встрече в Вербеллинзее. Его выступление подверглось резкой критике со стороны оппозиции. Позицию ХДС/ХСС выразил председатель партии ХДС Гельмут Коль1, который упрекнул канцлера в том, что тот не проявил твердости и настойчивости в вопросах соблюдения прав человека в ГДР, снижения минимального объема обмена валюты, расширения контактов между разделенными семьями и туристических послаблений. Г. Коль так резюмировал свое выступление:

...Я хочу выразить позицию фракции ХДС/ХСС, которая сводится к достижению единства немецкой нации, это главное направление нашей политики. Нашей целью остается: расширение

1 Коль Гельмут (1930—2017) — немецкий государственный деятель, политик, член ХДС. В 1973 г. становится председателем партии ХДС. С 1976 по 1982 г. возглавлял фракцию ХДС/ХСС в бундестаге, а с 1982 по 1998 г. — Федеральный канцлер ФРГ.

человеческих контактов, облегчение туристического движения в обоих направлениях, ликвидация стены, колючей проволоки и минных полей [11, Б. 4300].

В поддержку Федерального канцлера выступил его одно-партиец Герберт Венер. Не согласившись с жесткой критикой Гельмута Коля, он выделил положительные моменты этой двусторонней встречи:

Социал-демократическая партия выражает свою поддержку Федеральному канцлеру за то, что в это трудное время он пошел на контакт с руководством ГДР для достижения мира в Европе и для дальнейшего развития отношений между двумя германскими государствами на благо живущих в них людей. Социал-демократическая политика в германском вопросе ориентируется на необходимость укрепления чувства сплоченности у немцев в обеих частях Германии. Соответственно, целью нашей политики является ослабление европейской напряженности, для чего необходима разрядка между двумя германскими государствами. <.. .>

Я разделяю мнение действующего бургомистра Берлина Рихарда фон Вайцзеккера (ХДС), который заявил, что «никто бы нас не понял, если бы наша поездка в ГДР была внезапно прекращена из-за событий в Польше. Это имело бы тяжелые последствия для германо-германских отношений, это разрушило бы доверие между нами». Хотя, безусловно, эти слова отражают специфические интересы Берлина, но и свидетельствуют о важности этой встречи [11, Б. 4301, 4303].

В защиту действий Шмидта выступил также Уве Роннебург (СвДП), который представил позицию свободных демократов:

Социал-либеральная коалиция едина в своем мнении, что данная встреча послужит сигналом к нормализации отношений между двумя германскими государствами. Мы особо приветствуем то, что Федеральный канцлер пригласил генерального секретаря ЦК СЕПГ посетить в ближайшем будущем с ответным визитом Федеративную Республику. Я очень надеюсь, что за это время нам удастся разрешить множество еще не решенных вопросов. Фракция СвДП считает, что только малыми, постепенными шагами возможно улучшить ситуацию людей в разделенной Германии [11, Б. 4305].

Несмотря на резкую критику со стороны оппозиции, депутаты бундестага в целом положительно оценили посещение ГДР Шмидтом, рассматривая визит как большой вклад в нормализацию международного положения и отношений между двумя германскими государствами. Безусловно, определяющую роль в такой оценке сыграла позиция фракции СвДП в бундестаге, которая следовала в русле проводимой германской политики правящей коалиции.

Оценивая личные контакты Г. Шмидта с руководством ГДР, можно констатировать, что данная политика вывела двусторонние отношения на новый политический уровень и придала им новый импульс. Гельмут Шмидт стал первым из Федеральных канцлеров, кто посетил Восточную Германию с официальным визитом, тем самым еще раз подчеркнув важность для Федеративной Республики Германии отношений с ГДР. Именно при нем германская политика ФРГ стала все больше зависеть от внутренних факторов двусторонних отношений, хотя, бесспорно, внешний аспект все еще играл определенную роль в них. Результатами данных шагов в полной мере предстояло воспользоваться следующему Федеральному канцлеру — Гельмуту Колю, которому и суждено было объединить Германию.

Список источников и литературы

1. Филитов А.М. Германский вопрос: от раскола к объединению. М., 1993.

2. Bruns W. Deutsch — deutsche Beziehungen. Prämissen, Probleme, Perspektiven. Opladen, 1984.

3. Das Deutsch-Deutsche Treffen am Werbellinsee. Dokumentation zum Treffen des Deutschland, Helmut Schmidt, mit dem Generalsekretär des ZK der SED und Vorsitzenden des Staatsrates der DDR, Erich Honecker, vom 11. Bis 13. Dezember 1981. Bonn, 1982.

4. Genscher H.-D. Erinnerungen. Berlin,1995.

5. Honecker E. Reden und Aufsätze. Berlin,1978. Bd. 5.

6. Innerdeutsche Beziehungen. Die Entwicklung der Beziehungen der Bundesrepublik Deutschland und der Deutschen Demokratischen Republik 1980—1986. Eine Dokumentation. Bonn, 1986.

7. Nakath D. Deutsch-deutsche Grundlagen. Zur Geschichte der politischen und wirtschaftlichen Beziehungen zwischen der DDR und der Bundesrepublik in den Jahren von 1969 bis 1982. Schkeuditz, 2002.

8. Potthoff H. Bonn und Ost-Berlin 1969—1982. Bonn, 1997.

9. Seidel K. Berliner — Bonner Balance. 20 Jahre deutsch-deutsche Beziehungen. Berlin, 2002.

10. Steininger R. Deutsche Geschichte. 1974 bis zur Gegenwart. Frankfurt a/ M, 2002.

11. Verhandlungen des Deutschen Bundestages. 1976—1990. Bonn, 1990.

Об авторе

Александр Александрович Кириленко — кандидат исторических наук (Калининград).

E-mail: alexsandr-tilsit@mail.ru