РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА В УСЛОВИЯХ ПАНДЕМИИ COVID-19: ДИНАМИКА И СТРУКТУРНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ

Вестник Института экономики Российской академии наук

6/2020

ЭКОНОМИКА И УПРАВЛЕНИЕ

Н.Ю. АХАПКИН

кандидат экономических наук, ведущий научный сотрудник ФГБУН Институт экономики РАН

РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА В УСЛОВИЯХ ПАНДЕМИИ СОУГО-19: ДИНАМИКА И СТРУКТУРНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ

В статье рассматриваются изменения, которые произошли на российском рынке труда в 2020 г., прежде всего под воздействием ограничительных мер, связанных с пандемией СОУГО-19. Представлена характеристика развития занятости населения в период 2016-2019 гг. и раскрыты механизмы, обеспечивающие высокие адаптационные возможности российского трудового рынка как в этот период, так и ранее. Рассмотрено движение российской экономики с начала введения ограничительных мер. Приведены результаты анализа основных показателей рынка труда во 11-м квартале 2020 г., когда снижение экономической активности достигло максимальных значений. Показана динамика этого рынка во второй половине 2020 г. Дана оценка перспектив выхода российского рынка труда на этап развития.

Ключевые слова: безработица, занятость, рабочая сила, рынок труда, структура рынка труда, экономическая активность, экономические последствия пандемии.

1БЬ: 121,142,164.

ЭО1: 10.24411/2073-6487-2020-10069.

Российская модель развития рынка труда в своих основных характеристиках сформировалась к концу 90-х годов XX в. Впоследствии она приобрела устойчивость, что позволяло с большой долей вероятности оценивать развитие этого рынка и системы занятости населения в целом по меньшей мере на 1-3 года вперед. Даже в условиях периодически переживаемых российской экономикой шоков, вызываемых в основном внешними факторами, динамика ключевых показателей оставалась предсказуемой. Но в 2020 г. эта ставшая устойчивой предсказуемость сменилась неопределенностью. Пандемия коронавируса нового типа и связанные с ней ограничительные меры, приведшие к резкому падению экономической активности не только существенно усилили напряженность на рынке, но и привели к таким его структурным изменениям, которые еще в начале года не рассматривались как возможные даже в самых пессимистических прогнозах.

Как и почему произошли стремительные изменения на российском трудовом рынке, на какие его сегменты пришелся основной удар и когда можно рассчитывать, что положение начнет выправляться? Некоторые первые, не претендующие на полноту ответы на эти вопросы представлены в настоящей статье. Для анализа были использованы оперативные официальные данные Росстата о ситуации на рынке труда и сфере занятости, в том числе по регионам России, получаемые по результатам проведения выборочного обследования рабочей силы, формирования баланса трудовых ресурсов и оценки затрат труда.

Российский рынок труда на пороге пандемии

В декабре 2019 г. уровень безработицы в России составил 4,6%. Таким же оказался и среднегодовой показатель. Это минимум за весь период после 1991 г. Численность зарегистрированных в службе занятости безработных составила на конец года 700 тыс. человек - 0,9% по отношению к рабочей силе. На минимальном уровне находился в 2019 г. и показатель среднего времени поиска работы - 6,9 месяцев. Снижение безработицы продолжилось и в 1-м квартале 2020 г. По отношению в I-му кварталу предыдущего года она сократилась на 0,2 процентных пункта.

Такая динамика напряженности рынка труда на национальном уровне явилась естественным ответом этого рынка, который уже почти двадцать лет действует как система, имеющая развитую внутреннюю институциональную структуру и обладающая механизмами адаптации, на общую экономическую динамику. Считается, что российская занятость слабо чувствительна как к высоким темпам экономического роста, так и к макроэкономическим шокам1. Можно, например, вспомнить и 2008-2009 гг., и 2014-2015 гг., когда критического роста безработицы не было [1; 2; 3]. Но «слабость» этой чувствительности (не пропорциональный относительно роста или падения индекса ВВП рост или падение индекса безработицы) не говорит о ее отсутствии. Российский трудовой рынок быстро реагирует на изменения общей экономической динамики. И в 2017-2019 гг. экономический рост, хотя темпы его были невысоки, формировал условия для стабильности трудового рынка, и движение основных его показателей в целом было предсказуемо (см. табл. 1).

1 Российский рынок труда: тенденции, институты, структурные изменения. Доклад Центра трудовых исследований (ЦеТИ) и Лаборатории исследований рынка труда (ЛИРТ) НИУ ВШЭ. Центр стратегических разработок. 2017. www.csr.ru/wp-content/ ир1оаа5/2017/03/Бок1аа_^и<1ра£ 2017. С. 11.

Таблица 1

Динамика темпов роста ВВП и основных показателей российского рынка труда в период с 2017 г. по 1-й квартал 2020 г.

2017 2018 2019 2020

Темпы роста ВВП (в постоянных ценах, в % к предыдущему году) 101,6 102,3 101,3 101,6

Уровень безработицы, % 5,2 4,8 4,6 4,6

Уровень зарегистрированной безработицы, % 1,0 0,9 0,9 1,0

Уровень участия в составе рабочей силы, % 62,8 62,8 62,3 61,9

Уровень занятости, % 59,5 59,8 59,4 59,0

Источник: составлено автором по: «Россия в цифрах. 2020». rosstat.gov.ru/bgd/regl/ Ь20_11/Мат.Ь1т; Валовой внутренний продукт. квартальные данные. rosstat.gov.ru/ free_doc/new_site/vvp/kv/tab8.htm; Итоги выборочного обследования рабочей силы. II квартал 2020 г. rosstat.gov.ru/folder/11110/document/13265.

Наблюдаемая на национальном уровне высокая степень гибкости рынка, отсутствие на нем «широко распространенных в других странах патологий» [3, с. 17] определяется его структурными особенностями и характеристиками институциональной среды, формирующими основные модели трудовых практик. Действительно, на российском рынке труда нет таких свойственных большинству развитых стран «патологий», как высокий и защищенный уровень зарплат, жесткие и реально, а не номинально (на уровне упоминаний в трудовом законодательстве) действующие механизмы защиты от увольнений, развитая система поддержки безработных, позволяющая сохранять на период поиска подходящей работы социально приемлемый уровень дохода и самих безработных и их семей, активное и масштабное участие профсоюзов в отстаивании интересов наемных работников. И конечно, важно учитывать, что структура этого рынка крайне неоднородна - многослойна. Его сегменты, уклады, сектора и сферы, имеющие ярко выраженные территориальные и национальные особенности, переплетаясь, конечно, образуют единство, но единство сложно структурированное, мозаичное. В условиях относительной экономической и социальной стабильности идет процесс сглаживания этих разрывов. Например, за период с 2010 по 2019 гг. сократился общий уровень пространственных различий по показателям безработицы, экономической активности и занятости [1, с. 38]. Но идет этот процесс очень невысокими темпами.

Не только общая в целом позитивная динамика российского трудового рынка, наблюдаемая после 2015 г., когда безработица все же немного - на 0,4 процентных пункта - выросла, но, главное, его структурно-институциональная модель, важной характеристикой которой продолжала оста-

ваться гипертрофированно развитая периферия2, позволяли надеяться, что рынок готов к любым испытаниям и что, как это всегда бывало ранее, государству не придется по настоящему вкладываться в сохранение занятости и наращивать финансовые ресурсы, необходимые для поддержки безработных. Но в 2020 г. развитие событий пошло по такому пути, что традиционные неформальные институты, в основном и формирующие адаптационные возможности российского трудового рынка, оказались недостаточными для обеспечения его стабильности и задача поддержки занятости со стороны государства встала в полный рост.

Рынок труда в марте - июне 2020 г.: шок от первой волны пандемии

Весной 2020 г. ситуация в экономике, которою стало принято определять как «новую нормальность» [4], характерную для большинства развитых и части развивающихся экономик, когда рост идет, но темпы его невысоки, осталась в прошлом. Жесткие карантинные меры в сочетании с резким и существенным падением мировых цен на нефть и другие энергоресурсы, а также снижение объемов экспорта сформировали условия для значительного сокращения совокупного спроса. В самый первый период кризиса (март - начало апреля 2020 г.) наиболее пострадавшими оказались « ... виды деятельности, предполагающие активное социальное взаимодействие и одновременное присутствие большого количества людей в одном месте». Об этом оперативно можно было судить по данным проводимого Банком России мониторинга отраслевых финансовых потоков, когда оценивается отклонение объема входящих платежей вниз от «нормального» уровня3. Впоследствии, начиная с мая, потери стали нести, хотя и в разной степени, почти все отрасли и сферы российской экономики - от микро- и малого бизнеса до крупнейших корпораций. Например, по данным Минэкономразвития РФ, объем строительных работ в мае, если считать год к году, снизился на 3,1%, тогда как общее снижение промышленного производства составило 9,6%4. Таким образом, экономика совершенно неожиданно оказалась на этапе глубокого нециклического системного спада5.

2 Периферия трудового рынка, или вторичный рынок труда, включает в себя рабочие места, не обеспечивающие устойчивую занятость и достойные заработки. Но в кризисных условиях именно эта периферийная часть рынка играла важную роль в сохранении его устойчивости.

3 cbr.ru/Collection/Collection/File/27842/finflows_20200427.pdf.

4 Минэкономразвития РФ. Картина деловой активности за май 2020 года. www. economy.gov.ru/material/file/0a16c1bc10412bb6dcabfc834301154b/200618_.pdf.

5 См.: Доклад ИЭ РАН «Предложения по мероприятиям в сфере экономической и социальной жизни страны после завершения активной фазы борьбы с коронави-русом». inecon.org/docs/2020/publications/Report_IE%20RAS_20200526.pdf.

По сравнению с предыдущими кризисами снижение экономической активности произошло очень быстро. Если в 1-м квартале 2020 г. индекс физического объема ВВП составил 101,6% (на 1,4 процентных пункта превысив уровень 2019 г.), то уже во 11-м он упал до 92% (см. рис. 1). Также резко обострилось положение и на рынке труда. Пик падения пришелся на апрель. Всего за месяц численность занятых в экономике сократилась на 1,2 млн человек, уровень занятости - на 1,0 процентный пункт, а численность безработных увеличилась на 800 тыс. Численность рабочей силы снизилась сразу на 400 тыс. человек. Соответственно упал и уровень участия населения в рабочей силе (экономическая активность населения) - на 0,3 процентных пункта6.

Источник: составлено автором по: данные Росстата: Валовой внутренний продукт. Квартальные данные. rosstat.gov.ru/bgd/free/B09_03/Main.htm.

Рис. 1. Индексы физического объема валового внутреннего продукта по кварталам 2018-2020 гг.

Уже в марте кадровые агентства стали фиксировать сокращение предлагаемых работодателями вакансий, а в апреле это сокращение стало набирать темпы. По данным компании «HeadHunter», по отношению к февралю в апреле число вакансий в целом по России снизилось на 3%, в мае - на 26%, а в Москве снижение составило соответственно 39% и 57%7. Уровень безработицы в апреле 2020 г. по отношению к марту вырос на 1,1 процентных пункта, составив 5,8%. В мае и июне рост продолжился, но уже не такими высокими темпами (см. рис. 2).

6 Нужно отметить, что обследования Росстата зафиксировали падение экономической активности населения еще в ноябре 2019 г. Это падение проявилась как тенденция несколько ранее, чем ожидалось (см.: [1, с. 31; 5, с. 19]). Но в условиях наступившего кризиса, усилившего падение доходов, эта тенденция закрепления в ближайшие месяцы скорее всего не получит. Сыграет роль «эффект дополнительного работника», когда люди даже в условиях высокой безработицы в поисках заработка вынуждены выходить на рынок труда, а апрельское снижение экономической активности было ответом на введенные в связи с распространением коронавируса ограничительные меры.

7 СОУГО-19: влияние пандемии на российский рынок труда. Служба исследований hh.ru. hh.ru/article/27329.

о :

чьвэрь февраль март апрель мак1 уюнь июль август сеьтчбрь

—*—Уровень

безработицы

—— Уровень эарегистргрзБаьной безработицы

Источник: составлено автором по: Итоги выборочного обследования рабочей силы. III квартал 2020 г. М.: Росстат. 2020. (по данным выборки лиц в возрасте от 15 лет и старше). rosstat.gov.ru/folder/11110/document/13265.

Рис. 2. Уровень безработицы (МОТ) и уровень зарегистрированной безработицы в январе-сентябре 2020 г.

Как видим, официальная статистика зафиксировала существенный рост напряженности на трудовом рынке. Но если оценивать его только по приведенным показателям безработицы, назвать этот рост экстремальным нельзя. Индекс безработицы не достиг не только максимума 90-х годов - в 1998 г. он составил 13,3%, но и оказался ниже, чем в 2009 г., когда он был равен 8,3%. Пока вряд ли можно дать обоснованный ответ, почему при столь значительном и резком падении экономики в апреле и мае 2020 г., показатели безработицы не выросли критически. Ведь многие прогнозы относительно по меньшей мере удвоения безработицы, носили не алармистский характер, а имели под собой реальную основу. Возможно, весной этого года мы столкнулись с такими формами безработицы, которые официальная статистика просто не могла учесть. Но то, что фактическая ситуация на рынке приобрела угрожающий характер и сотни тысяч людей столкнулись с отсутствием подходящей работы, стало видно, и в этом уникальность событий нынешнего года, по росту обращений в службу занятости. Только с марта по май уровень безработицы, регистрируемой этой службой, повысился почти втрое. Стал сокращаться и разрыв между показателем безработицы, определяемым по критериям МОТ, и показателем, получаемым по данным службы занятости, что в таких масштабах случилось впервые за весь постсоветский период.

Весной 2020 г. на рынке произошли и довольно значительные структурные изменения. Прежде всего обратим внимание на структуру занятости по видам экономической деятельности. Динамика здесь оказалась разнонаправленной. Основной удар пришелся на рыночный сегмент сферы услуг. В среднем за 11-й квартал 2020 г. численность

занятых торговлей, на предприятиях общественного питания, ремонтом автотранспортных средств и в гостиничном бизнесе по отношению ко 11-му кварталу 2019 г. упала на 652,8 тыс. человек (см. табл. 2). Более 570 тыс. человек потеряли работу в строительстве и 432 тыс. -в обрабатывающих производствах.

. Но были и виды деятельности, где в абсолютном выражении занятость заметно выросла. Это прежде всего профессиональная, научная, техническая и административная деятельность, где рост составил 281,2 тыс. человек, государственное управление, обеспечение военной безопасности и социальное обеспечение - 199,1 тыс., деятельность в финансовой, страховой сферах и по операциям с недвижимым имуществом - 119,6 тыс. человек. По удельному весу занятых максимальные потери за год понесла строительная отрасль - снижение на 0,7 процентных пункта. Но здесь нужно учитывать, что во 11-м квартале 2019 г. доля занятых здесь была на пике, а затем началось ее снижение. Что касается доли занятых в рыночном сегменте сферы услуг, то во 11-м квартале 2020 г. произошло самое значительное ее падение по отношению к предыдущему кварталу этого года по сравнению с другими видами экономической деятельности - на 0,6 процентных пункта.

Российский рынок труда характеризуется высоким уровнем региональных различий, что является «естественным отражением структурных и институциональных характеристик российской экономики и размещения производительных сил» [1, с. 34]. Но постепенное снижение этих различий по показателям безработицы, экономической активности и занятости до 2020 г. было устойчивой тенденцией. Наибольшими темпами снижение безработицы шло в регионах, где ситуация на рынках труда была самой напряженной. Это прежде всего Республики Ингушетия и Тыва и Чеченская Республика. Однако во 11-м квартале региональная динамика изменилась.

Рост безработицы по отношению к 1-му кварталу 2020 г. произошел в большинстве российских регионов. Статистически значимое снижение было отмечено только в Астраханской области - на 0,3 процентных пункта, Смоленской области - 0,6, Еврейской автономной области - 0,7 и в Алтайском крае - 1,2 процентных пункта. Но в отличие от прежних кризисов, когда при общем росте безработицы в большей части регионов, во 2-м квартале 2020 г. самый значительный прирост пришелся как раз на те субъекты Федерации, в которых напряженность на трудовых рынках выше средней по стране. Это, в частности, Республики Ингушетия, Тыва, Северная Осетия-Алания, Дагестан, Кабардино-Балкарская Республика. Такая динамика обусловила усиление региональных различий по уровню безработицы, что статисткой не фиксировалось уже десять лет. Стандартное отклонение выросло с 3,52 до 4,23, а размах (разница между минимальным и максимальным значениями) -соответственно с 25,1 до 28,1 (см. табл. 3).

о п н

К> Я о а

ё*

Пи  п

СЛ Н

а

^

ел н м ш я о и о £ а

я =

о п п

а а<

п я о а<

м я м

ь го ¡2 а а в

м

"С я

Таблица 2

Распределение занятого населения в возрасте 15 лет и старше по отдельным видам экономической деятельности на основной работе

Численность занятых Структура занятости по видам эко-

Виды экономической деятельности II кв. 2019 I кв. 2020 II кв. 2020 Разница между II кв. 2020 г. и II кв. 2019 г. II кв. 2019 I кв. 2020 II кв. 2020 Разница между II кв. 2020 г. и II кв. 2019 г.

Сельское, лесное хозяйство, охота, рыболовство и рыбоводство 4427 4096 4319 -107,8 6,2 5,7 6,2 -0,02

Добыча полезных ископаемых 1634 1590 1592 —42,1 2,3 2,2 2,3 -0,01

Обрабатывающие производства 10198 10140 9766 -432,5 14,2 14,2 13,9 -0,31

Строительство 5056 4720 4485 -570,6 7,1 6,6 6,4 -0,66

Торговля оптовая и розничная; ремонт автотранспортных средств и мотоциклов, деятельность гостиниц и предприятий общественного питания 12992 12957 12333 -658,2 18,1 18,2 17,6 -0,54

Деятельность финансовая и страховая, деятельность по операциям с недвижимым имуществом 2825 2858 2944 119,6 3,9 4,0 4,2 0,26

Деятельность профессиональная, научная и техническая; деятельность административная 4098 4303 4379 281,2 5,7 6,0 6,2 0,53

Государственное управление и обеспечение военной безопасности, социальное обеспечение 4950 4953 5149 199,1 6,9 6,9 7,3 0,43

Образование 6787 6750 6537 -250,3 9,5 9,5 9,3 -0,15

Деятельность в области здравоохранения и социальных услуг 5642 5535 5522 -119,9 7,9 7,8 7,9 0,0

Источник: составлено автором по: Итоги выборочного обследования рабочей силы. I квартал 2019 г. и П квартал 2020 г.. (по данным выборки лиц в возрасте от 15 лет и старше), rosstat.gov.ru/folder/11110/document/13265.

сл

ЧО

Таблица 3

Основные показатели описательной статистики, характеризующие региональные различия в уровне безработицы в I и II кварталах 2020 г.

Стандартное отклонение Дисперсия Размах Минимум Максимум

1-й кв. 2020 г. 3,52 12,4 25,1 1,2 26,3

11-й кв. 2020 г. 4,23 17,9 28,1 2,0 30,1

Источник: рассчитано автором по: Итоги выборочного обследования рабочей силы. I квартал 2019 г. и II квартал 2020 г. (по данным выборки лиц в возрасте от 15 лет и старше). rosstat.gov.ru/folder/11110/document/13265.

Региональные различия безработицы среди сельского населения традиционно более значительны, чем среди городского. В городах показатели безработицы сильнее сгруппированы вокруг среднего значения. В 2019 г. стандартное отклонение здесь составило 2,86, тогда как на селе - 4,15. Во 11-м квартале 2010 г. эти различия, до этого, как и городах сокращающиеся, выросли. С апреля среди сельского населения стала снижаться численность занятых и соответственно расти численность безработных. В июне 2020 г. безработных на селе насчитывалась на 379 тыс. человек больше, чем годом раньше - в относительном выражении это на треть больше, а уровень безработицы среди сельских жителей в апреле-июне 2020 г., несмотря на то что сельское хозяйство оказалось одной из наименее пострадавших от пандемии отраслей, рос несколько быстрее, чем среди горожан (см. рис. 3).

Источник: составлено автором по: Итоги выборочного обследования рабочей силы.

II квартал 2020 г. (по данным выборки лиц в возрасте от 15 лет и старше). rosstat.gov.

ru/folder/11110/document/13265.

Рис. 3. Динамика уровня безработицы сельского и городского населения России в январе - июне 2020 г.

Динамика рынка труда во 2-й половине 2020 г.: начало

восстановления или стагнация

После смягчения ограничительных мер, которое началось еще в июне, темпы снижения экономического роста замедлились и появились надежды, что экономика в ближайшие месяцы начнет восстанавливаться. Отдельные ключевые экономические показатели, рассчитываемые по отношению к предыдущему периоду, вышли в положительную зону. Например, индекс промышленного производства с исключением сезонного и календарного факторов в июле 2020 г. по сравнению с июнем, по данным Росстата, составил 100,5%, и примерно на этом же слабо положительном уровне он оставался до ноября 2020 г.8 Но важно учитывать, что наметившийся рост был восстановительным - экономика только начинала отыгрывать потери. При этом по отношению к соответствующим периодам предыдущего года показатели оставались в отрицательной зоне. Тот же индекс промышленного производства в июле 2020 г. по отношению к июлю 2019 г. был ниже на 8%.

В основе восстановительного роста летних месяцев 2020 г. лежало наращивание внутреннего потребления, на которое существенное влияние оказывала реализация отложенного спроса9. Но это был кратковременный фактор роста. И уже в августе наметилось замедление темпов восстановления экономики. В условиях, когда реальные доходы населения даже не приблизились к уровню 2019 г.10, никаких предпосылок для хотя бы сохранения спроса, без чего рост невозможен, не было. Конечно, сказалось и начавшееся осенью ухудшение эпидемиологической обстановки, еще более ограничивающей и деловую, и потребительскую активность. В результате с сентября отставание по большинству ключевых показателей экономического развития от докризисного уровня вновь стало нарастать. В октябре 2020 г. в отрицательной зоне оказался даже прирост производства сельскохозяйственной продукции - минус 6,6%11.

Оценивая динамику экономики в целом за второе полугодие, можно определенно говорить, что повышательная тенденция не сфор-

8 Официальный сайт Росстата. Срочные информации и справки по актуальным вопросам. rosstat.gov.ru/bgd/free/B09_03/Main.htm.

9 Экономика. 2020. Август. № 8 (56). Информационно-аналитический комментарий. Банк России. С. 1. cbr.ru/collection/collection/file/29317/ec_2020-08.pdf.

10 В 3-м квартале 2020 г. реальные располагаемые денежные доходы населения, по предварительным данным Росстата, составили 95,2% от уровня Ш-го квартала 2019 г. rosstat.gov.ru/folder/13397.

11 Экономика. 2020. Октябрь. № 10 (58). Информационно-аналитический комментарий. Банк России. С. 1.cbr.ru/Collection/Collection/File/31593/EC_2020-10.pdf.

мировалась. Движение было неустойчивым, основные его показатели быстро переходили от слабо отрицательных к слабо положительным значениям и наоборот. И такая неустойчивая, пульсирующая динамика сформировала условия развития российского рынка труда во втором полугодии и предопределила уже его динамику и характер процессов в сфере занятости.

Темпы прироста безработицы стали сокращаться в июне 2020 г. -рынок труда быстро откликнулся на первые признаки экономического восстановления. Но снижения безработицы и снижения показателей недоиспользования рабочей силы не было. В июле численность безработных составила 4,7 млн человек, ее уровень - 6,3% (см. рис. 2). И после заметных изменений не происходило. С учетом данных за октябрь и первых оценок за ноябрь можно ожидать, что годовая безработица окажется на уровне 5,7-5,8%, а за II-IV кварталы 2020 г. - 6,2-6,4%.

Динамика показателей безработицы, регистрируемой службой занятости, была иной. Рост продолжался и в III квартале, хотя меньшими темпами, чем во II квартале. Пик пришелся на сентябрь. Численность безработных составила на конец месяца 3,7 млн человек, а уровень регистрируемой безработицы вышел на исторический для страны максимум - 4,9%. Такая динамика была обусловлена реализуемыми Правительством России мерами по поддержке безработных. Уже в апреле 2020 г. стало ясно, что значительная часть самозанятых и тех миллионов людей, которые работают в неформальном секторе и который в условиях прежних российских кризисов служил фактором стабилизации трудового рынка, оказываются под ударом. И прежде всего именно эти люди, почти полностью потеряв доходы, будут нуждаться в государственной помощи, которая как раз и может быть оказана службой занятости при условии корректировки ее деятельности. И надо сказать, что необходимые решения были оперативно приняты [6]. Были расширены возможности получения статуса безработного, получения пособия по безработице и повышен размер этого пособия12.

Снижение численности зарегистрированных безработных и уровня такой безработицы было впервые за год отмечено в октябре. В ноябре снижение продолжилось. Численность зарегистрированных безработных, по данным Минтруда РФ, составила 3,2 млн человек - на 0,5 млн

12 Постановление Правительства РФ от 10 июня 2020 г. № 844 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации». base.garant. ru/74250108/#ixzz6fYj1TQG4.

меньше, чем в сентябре13. Причиной послужило изменение порядка выплаты пособий с октября 2020 г., из-чего, по расчетам Банка России, численность получающих пособие сократилась сразу на 1,6 млн человек14. Такое решение конечно приведет к дальнейшему снижению уровня регистрируемой безработицы, но в условиях складывающейся экономической ситуации напряженность на рынке труда, как и социальную напряженность только усилит.

Что касается структурных характеристик рабочей силы, занятых и потенциальной рабочей силы, то во втором полугодии принципиальных изменений они не претерпели. Но можно обратить внимание на рост занятости в неформальном секторе. По данным Росстата, в III квартале ее доля в общей численности занятых по отношению к предыдущему кварталу 2020 г. увеличилась на 1,6 процентных пункта, приблизивших к докризисному уровню. Хотя и косвенно, но это говорит о том, что периферия трудового рынка начинает оправляться от шока первой коронавирусной волны. В III квартале 2020 г. вернулась к докризисным значениям и численность лиц трудоспособного возраста, не входящих в состав рабочей силы. Произошло это в основном за счет уменьшения числа людей которые не искали работу, хотя были готовы к ней приступить, резко выросшего во II квартале 2020 г. Также отметим, что изменения в структуре занятости по видам экономической деятельности отразили текущую отраслевую экономическую динамику. Снятие в III квартале ограничений с работы обрабатывающих производств обусловило рост доли занятых этим видом деятельности. И немного вырос удельный вес занятых в рыночном сегменте сферы услуг, хотя докризисного уровня он не достиг15.

Измеряемая уровнем безработицы динамика напряженности на рынке труда в разрезе регионов оказалась в III квартале разнонаправленной. В 37-ми субъектах Федерации безработица по отношению ко II кварталу снизилась. Причем в отдельных из них существенно. Например, в Республике Северная Осетия-Алания на 2,4, Еврейском АО - на 2,0 и в Дагестане - на 1,7 процентных пункта. Только в 15-ти регионах уровень безработицы вырос более чем на 1 процентный пункт. Отметим, что опережающими средние по стране темпами росла безработица и в ряде регионов, где напряженность на рынке

13 Официальная безработица в России снизилась до 3,2 млн человек. www.kommersant. ru/doc/4594774.

14 Экономика. № 10 (58). Октябрь 2020 года. Информационно-аналитический комментарий. Банк России. С. 8. сbr.ru/Collection/Collection/File/31593/EC_2020-10.pdf.

15 Оценки даны по итогом выборочного обследования рабочей силы за Ш-й квартал 2020 г. rosstat.gov.ru/folder/11110/document/13265.

труда традиционно была невысока. Это, например, Москва. За квартал безработица здесь увеличилась на 1,3 процентных пункта и город уступил лидерство как регион с минимальным ее уровнем Ямало-Ненецкому АО. Но несмотря на такую разнонаправленную динамику, общий уровень региональных различий продолжил расти -стандартное отклонение увеличилось с 4,23 до 4,45, а размах уровней безработицы - с 28,1 до 28,6.

Подводя итоги, нужно отметить, что, давая общую оценку ситуации, сложившейся на российском рынке труда в 2020 г., будет неверно все свести к указанию на рост безработицы и усиление структурных, в том числе региональных, диспропорций. Дело этим не ограничивается. Сейчас, когда год подходит к завершению, становится ясно что У-образной траектории восстановления экономики не будет. При этом в 2020 г. были потеряны ориентиры дальнейшего развития. Пока преждевременно говорить, что рынок оказался на этапе стагнации, но вероятность этого высока. И в любом случае стартовые условия восстановления в силу существенного падения спроса и крайне ограниченных возможностей его стимулирования окажутся хуже, чем во время ранее пережитых российской экономикой кризисов.

ЛИТЕРАТУРА

1. Ахапкин Н.Ю. Структурные изменения на российском рынке труда (региональный аспект) // Вестник Института экономики Российской академии наук. 2019. № 6. С. 26-41.

2. Гимпельсон В.Е., Капелюшников Р.И. Российская модель рынка труда: испытание кризисом // Журнал НЭА. 2015. № 2(26). С. 249-254.

3. Гурвич Е. Российский рынок труда на свету и в тени // Журнал «Коммерсантъ Наука». 2019. № 47. www.kommersant.ru/doc/4134738.

4. Рязанов В. Т. Неустойчивый экономический рост как «новая нормальность»? // Вестник Санкт-Петербургского университета. 2013. Сер. 5. Вып. 4. С. 3-35.

5. Коровкин А.Г., Долгова И.Н., Единак Е.А., Королев И.Б. Динамика занятости и рынка труда РФ: демографические ограничения, текущая ситуация, перспективные оценки // Прикладные демографические исследования: сборник статей /

Под ред. В.В. Елизарова, Н.Г. Джанаевой. М.: Экономический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова. 2018. Вып. 28. С. 9-30.

6. Бондаренко Н.Е. Российский рынок труда в условиях пандемии новой коронавирусной инфекции: тенденции, вызовы и государственное регулирование // Инновации и инвестиции. 2020. № 7. С. 63-69.

ABOUT THE AUTHOR

Akhapkin Nikolay Yurievich - Candidate of Economic Sciences, Leading Scientific Associate of the Federal State Budgetary Institution of Science - the Institute of Economics of the Russian Academy of Sciences (the RAS) Moscow, Russia ng-a@yandex.ru

RUSSIAN LABOR MARKET IN THE CONTEXT OF THE COVID-19 PANDEMIC: DYNAMICS AND STRUCTURAL CHANGES

The article examines the changes that occurred in the Russian labor market in 2020, primarily under the influence of restrictive measures, associated with the COVID-19 pandemic. The characteristic of the development of employment of the population in the period 2016 -2019 was presented. and the mechanisms were disclosed that provide, both during this period and earlier, high adaptive capabilities of the Russian labor market. The movement of the Russian economy, since the beginning of the introduction of restrictive measures, was considered. The results of the analysis of the main indicators of the labor market in the second quarter of 2020, when the decline in economic activity had reached its maximum values, were presented. The dynamics of this market in the second half of 2020 was shown. The prospects of the Russian labor market, entering the development stage, were assessed. Key words: unemployment, employment, labor force, labor market, labor market structure, economic activity, economic consequences of the pandemic. JEL: J21, J42, J64.