Михаил Задорнов: "Еще раз повторяю: все зависит от МВФ"

Михаил Задорнов: "Еще раз повторяю: все зависит от МВФ"

       Спецпредставитель президента по связям с международными организациями Михаил Задорнов первое интервью в новой должности дал корреспонденту "Власти" Ирине Граник. По его мнению, экономическая ситуация в России в ближайшие годы полностью зависит от того, удастся ли правительству получить одобрение своей программы в МВФ.

       — Многие в России считают, что вопрос о кредите МВФ практически решен. Пошел даже слух, что деньги будут выделены 1 июля. Так ли это?
       — Все это не соответствует действительности. По принятой в МВФ процедуре после выполнения российской стороной предварительных мероприятий следует рассмотрение всей программы на совете директоров МВФ. Как правило, процедура подготовки документов внутри фонда, который является, естественно, определенным бюрократическим институтом, составляет две недели. Поэтому 1 июля, 4 июля — совершенно нереальные даты. Это может быть середина июля.
       — То есть сейчас от российских властей уже ничего не зависит, и все решается только в Вашингтоне?
       — Нет. Мы по-прежнему активно работаем с представителями фонда. Вот, например, в прошлый вторник прошла очередная встреча. У нас был очень подробный разговор и с представительством фонда в Москве, и с представительством Мирового банка по реализации программы предварительных действий. Могу сказать, что уже примерно половина программы выполнена. Это меры, которые зависели исключительно от правительства и Центрального банка и не требовали законодательных решений. И, конечно, правительство надеется, что законодательный пакет будет поддержан Госдумой. Готовится еще целый ряд решений правительства и ЦБ. Прежде всего в сфере реструктуризации банковской системы.
       — Закон о налоге на АЗС был одним из ключевых в правительственной программе, но Дума отказалась его принять. Возможен ли возврат к одному из первых вариантов меморандума, который предусматривал повышение акцизов на бензин? Ведь теперь об этом говорят и депутаты.
       — В этом есть определенное лукавство. При первоначальном обсуждении у Думы были совсем другие взгляды. Но если она все-таки это предлагает, правительство, безусловно, постарается воспользоваться этим предложением.
       Программа реализации меморандума идет уже два месяца; основа — достигнутые еще в апреле на переговорах в Вашингтоне устные договоренности. Но нельзя исключить и того, что в нее будут вноситься какие-то редакционные изменения.
       Правительство выполняет свои обещания, несмотря на то что в силу известных внутриполитических причин были определенные задержки с выполнением формальностей по подписанию документов и принятию тех или иных решений. В первых числах июля планируется завершить эту работу.
       Из-за непринятия Думой одного из ключевых законопроектов потребуются дополнительные переговоры. По результатам этих переговоров и будет определена перспектива вынесения всего пакета документов на совет директоров МВФ.
       — Теперь по поводу переговоров с Парижским клубом. Появилась информация, что в результате встречи в Кельне будет списана часть советского долга, чуть ли не 75%. Что происходит на самом деле?
       — Ситуация по внешнему долгу достаточно определенная. Правительство проводит одну линию начиная с сентября 1998 года — линию на четкое разделение накопленного внешнего долга на долг до 1 января 1992 года и после 1 января 1992 года. Эта позиция получила отражение в коммюнике по итогам саммита в Кельне, где было четко сказано, что будет решение проблемы долга советского периода. Теперь это уже официально признано "восьмеркой". Парижский клуб мы также убеждали, что должны быть разные подходы к разным категориям долга. По российскому долгу — платежи в срок и строго в полном объеме. Поэтому мы видим постепенный рост котировок российских бумаг и еврооблигаций на рынке. Скажу, что и с международными финансовыми организациями мы рассчитываемся без каких-либо задержек.
       Что же касается советского долга, то правительство сразу вступило в переговоры с Парижским и Лондонским клубами. Мы условились, что условием любой реструктуризации, любого действия по внешнему долгу станет наличие программы, согласованной с МВФ и МБ.
       Вопрос не стоит о новых заимствованиях, это неправильное понимание. Это прежде любое соглашение нужно было для того, чтобы получить большой объем денег, чтобы выплатить заработную плату к какому-то сроку и т. д. Сейчас ситуация изменилась, мы имеем первичный профицит бюджета и в принципе с текущими расходами справляемся. Но проблема в том, что на нас давит накопленный долг. Внутренний долг удалось реструктурировать, а по внешнему долгу требуется глобальное решение: как сказано в том же коммюнике кельнского саммита, "всеобъемлющее решение проблемы".
       Мы согласовали с фондом 18-месячную программу, кредит stand-by, поэтому пока можно говорить о решении проблемы на 1999-2000 годы. На этот период по советскому долгу приходится примерно $16 млрд выплат — за исключением той части процентов, которые мы будем платить. Мы рассчитываем на то, что Парижский и Лондонский клубы после решения совета директоров МВФ сразу рассмотрят наши предложения. Но потребуется, конечно, еще один-два месяца переговоров.
       — То есть речь идет о все тех же договоренностях, которые были достигнуты в апреле?
       — Прибавилось и принципиально новое. Например, подтвержденная на политическом уровне, на встречах "восьмерки" и двусторонних встречах, готовность рассматривать проблему не только на два года, а в целом. Какое будет решение — покажут переговоры. Но вопрос не только в двухлетней реструктуризации. Будет системное решение проблемы, на чем и настаивала российская сторона.
       — В апреле этого не было?
       — Не было. Вопрос обсуждался применительно к подготовке саммита в Кельне, и мы добились именно того, что хотели. А именно включения в итоговое коммюнике формулировки, которая позволяет нам и дальше политически работать над решением этой проблемы.
       — А как выглядит программа реструктуризации долгов после 2000 года?
       — У нас есть варианты бюджетов до 2002 года. На следующий год, конечно, более четкий расчет. На 2001-2002-й у нас только предложения — решения пока нет. На следующий год мы планируем выйти на обслуживание и погашение внешнего долга в размере примерно $10 млрд, то есть несколько выше, чем в текущем году.
       — Придется опять вести переговоры о кредитах?
       — Если говорить о 2000-м годе, то мы провели сейчас переговоры в рамках 18-месячной программы. То есть те 7,5 млрд, которые мы получаем, делятся между двумя годами, и около $4 млрд внешнего финансирования приходится уже на 2000 год.
       — А 2001-й и 2002 год? Там какие могут быть платежи?
       — Платежи планируются примерно в том же объеме, как и сейчас. Может быть, даже чуть меньше. То есть на пределе возможностей страны. Мы ведь сейчас, несмотря на ухудшение в целом, платим примерно столько, сколько платили и в 1997-1998 годах. Это достаточно серьезная нагрузка на экономику страны, на федеральный бюджет, и она не может быть чрезмерной. Хотя мы делаем все для того, чтобы обеспечить первичный профицит и часть своих доходов направлять на платежи по долгам — как внутренним, так и внешним.
       Поэтому здесь мы сделаем максимум возможного. Примерно в таких же параметрах будут распределяться платежи и следующего года.
       — Какая инфляция заложена в бюджет 2000 года?
       — 18-22%. О курсе доллара сейчас говорить преждевременно. Это зависит от того, как будет развиваться ситуация. Я бы не стал говорить о каких-то конкретных параметрах. Это будет плавающий курс рубля и его изменение примерно в темпах инфляции.
       — Вы оптимистически настроены, раз считаете, что удастся выдержать такую инфляцию.
       — На самом деле все зависит полностью от итогов переговоров с МВФ. После этого можно будет говорить более четко. Пока все расчеты бюджета 2000 года исходят из того, что мы договоримся. Расчеты строятся в рамках нашей программы, которую мы реализуем с осени 1998 года.
       Вообще, если будет программа, согласованная с фондом, то, даже несмотря на президентские и парламентские выборы, у нас будет достаточно большой запас. Тогда я буду спокоен за ближайшую перспективу. Хотя, конечно, политические действия зачастую бывают иррациональными. Их не всегда можно прогнозировать. Но для того и нужна программа, чтобы гарантировать население страны в значительной степени от политических ситуаций и событий.
       — Тогда откуда берутся прогнозы о неизбежности очередной девальвации чуть ли не в ближайшие месяцы?
       — Еще раз повторяю: все зависит от того, будет ли согласована программа с МВФ. Если нет, то ясно, что ту динамику макроэкономических показателей, которую мы наблюдаем сейчас, выдержать не удастся.
       
       "Нужно гарантировать население страны от политических ситуаций"