Семантика слова мужик в дискурсе В. П. Астафьева

Раздел 2 ФИЛОЛОГИЯ

Редакторы раздела:

ДМИТРИЙ НИКОЛАЕВИЧ ЖАТКИН - доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой перевода и переводоведениия Пензенской государственной технологической академии

УДК 81'37

Bashkova I.V. THE SEMANTICS OF A WORD MUZHIK ("A MAN, A PEASANT" - RUS.) IN V. P. ASTAFIEV'S DISCOURSE. The article is devoted to the meaning of a word muzhik in V. P. Astafiev's discourse. There are three meanings of this word: 'a man'; 'a village man, a peasant'; 'a husband'. This word has no negative connotations in Astafiev's works, because a social rating of peasants is high in his picture of the world.

Key words: V. P. Astafiev, muzhik, semantics, semantic language personality, gender stereotypes.

И.В. Башкова, канд. филол. наук, доц. каф. русского языка и речевой коммуникации Сибирского

федерального университета, г. Красноярск, E-mail: bbashkova@mail.ru

СЕМАНТИКА СЛОВА МУЖИКВ ДИСКУРСЕ В.П. АСТАФЬЕВА

В статье анализируется семантика слова мужик в художественном дискурсе В.П. Астафьева. Выделяется три значения слова мужик: «мужчина»; «деревенский мужчина, крестьянин»; «муж». Отмечается, что в произведениях В.П. Астафьева это слово не обладает отрицательными коннотациями, так как в картине мира автора наблюдается высокая социальная оценка мужика.

Ключевые слова: В.П. Астафьев, мужик, семантика, семантическая лингвоперсонология, тендерные стереотипы.

Лингвоперсонология - наука о языковой личности - одна из активно развивающихся междисциплинарных наук [1, с. 4-5]. В её рамках возникают все новые и новые направления: социологическое, психологическое, когнитивное, культурологическое, коммуникативное, гендерное, дидактическое, соционическое [2, с. 28-83]. Наряду с другими, в настоящее время формируется такое направление, как семантическая лингвоперсонология, что во многом обусловлено развитием авторской лексикографии [3, с. 210-274], поскольку толкование слова неразрывно связано с семантикой. Семантическая лингвоперсонология изучает семантический уровень языковой личности и ставит своей целью рассмотрение авторской картины мира через семантику языковых единиц, прежде всего слов и предложений, входящих в созданные языковой личностью тексты.

Достижения современной семантики, которые проявляются в её повышенном интересе к языковой картине мира и системным явлениям в лексике, дают эффективные инструменты для исследования языковой личности. На наш взгляд, наиболее серьезными исследованиями в области семантики являются работы Московской семантической школы под руководством Ю.Д. Апресяна, ориентированные на отражение «наивной», или языковой, картины мира. В предисловии к «Новому объяснительному словарю синонимов русского языка» он отмечает: «<...> при описании очередного синонимического ряда мы пытаемся увидеть в нем определенный фрагмент некоего общего взгляда на мир, присущего данному языку. Это особое мировидение может отличаться как от научной картины мира, так и, возможно, от способов видеть мир, присущих другим языкам. При реконструкции таких фрагментов (наивной этики, наивной анатомии, наивной психологии, наивной телеологии, наивной физики пространства и времени, наивной риторики и т. п.) используются только языковые данные» [4, с. IX].

Нам представляется, что этот опыт может быть весьма полезным и для исследователей русской языковой личности при описании авторской картины мира. Под авторской картиной мира в данной статье понимается система представлений о мире, отраженная в языке писателя. Авторская картина мира - это один из вариантов языковой картины мира.

В соответствии с антропоцентрической направленностью современной лингвистики мы рассматриваем, как представлен человек в картине мира В.П.Астафьева, через анализ семантики слова. «Антропоцентрическая лексика уникальна как по разнообразию и полноте представленных в ней лексикографических типов, так и по своей фундаментальности. Нет никаких других концептов, которые могли бы конкурировать с антропоцентрическими в этом отношении» [4, с. XI].

В XXI веке возрастает интерес к проблеме российской маскулинности, «появившиеся исследования характеризуются междисциплинарным и теоретическим разнообразием. Типы маскулинности в России анализировались с точки зрения литературоведения и cultural studies, истории, искусствоведения, гендер-ных штудий, антропологии, политологии, социологии и психологии» [5, с. 324-325]. Проблема маскулинности интересует и тендерную лингвистику (см.: [6; 7; 8; 9]). Одним из способов решения данной проблемы является анализ функционирования слов, обозначающих человека мужского пола.

В настоящей статье анализируется семантика слова мужик в художественном дискурсе В.П. Астафьева: в книгах «Последний поклон» и «Царь-рыба», в романе «Прокляты и убиты», в повести «Пастух и пастушка».

Это слово неоднократно привлекало к себе внимание лингвистов в связи с интересом к выражению гендерных стереотипов (см., например: [10-14]).

В художественном дискурсе В.П. Астафьева существительное мужик относится к числу наиболее частотных. Так, в книге «Последний поклон» оно употреблено 231 раз, в книге «Царь-рыба» - 103 раза, в романе «Прокляты и убиты» - 94 раза, в повести «Пастух и пастушка» - 11 раз. Другие лексемы с корнем «муж», в том числе и слово с наиболее общим значением мужчина, встречаются в астафьевских текстах значительно реже. В «Последнем поклоне»: муж - 68, муженёк - 1, мужичище - 1, мужичок - 3, мужичонка - 10, мужичьё - 3, мужчина - 6, мушши-на - 1. В «Царь-рыбе»: муж - 17, муженёк - 1, мужичок - 5, мужичонка - 24, мужичьё - 2, мужчина - 13. В романе «Прокляты и убиты»: муж - 31, мужичок - 2, мужичьё - 3, мужчина - 12, мушшина - 3. В повести «Пастух и пастушка»: мужичонка - 2, мужчина - 7.

Таким образом, в художественном дискурсе В.П. Астафьева взрослый человек мужского пола чаще всего обозначается словом мужик, и для реконструкции авторской картины мира писателя, входящих в неё гендерных стереотипов анализ семантики этого слова важен.

Словари русского языка дают следующие толкования рассматриваемого слова.

Словарь Д.Н. Ушакова: «МУЖИ'К, ам, м. 1. В устах «господ» (прежде), а также в крестьянском быту - крестьянин <...> 2. В том же языке «господ» - грубый, невоспитанный человек вообще (разг. пренебр. устар.) <...> 3. Мужчина (обл. и просто-реч. фам.) <...> 4. Муж (обл.) <...> [15, стб. 274-275].

Малый академический словарь: «1. Устар. Крестьянин <...> || Прост. устар., бран. О грубом, невежественном человеке <...> 2. Прост. Мужчина <...> || Достигший зрелости, преимущественно женатый мужчина <...> 3. Прост. Муж, супруг <...> 4. с определением. Устар. Работник, выполняющий грязную, грубую работу по дому <...>» [16, с. 309].

Большой толковый словарь русского языка: «1. Трад.-нар. Деревенский (обычно женатый) мужчина, крестьянин <...> 2. Разг.-сниж. О любом мужчине <...> 3. Разг.-сниж. Муж, супруг; сожитель <...> 4. Разг.-сниж. О грубом, невежественном, невоспитанном, неопрятном мужчине» [17].

В художественных произведениях В.П. Астафьева слово мужик употребляется в трех значениях:

1. Мужчина, достигший зрелости. После танцев мужики и парни, как и прежде, водили девушек по лесу, прижимая их спиной к деревам [18, т. 5, с. 73]; Да-а, вот бы поскорее бы вырасти да с мужиками бы на охоту да на рыбалку бы [18, т. 5, с. 26].

2. Крестьянин, деревенский мужчина: Существовал закон, защищающий интересы крестьян. Но мужики закона того не знали [18, т. 4, с. 232]. Н-да, гладко ты баешь, а мужика-то, крестьянина, они охомутали, извели [18, т. 6, с. 108].

3. Муж, супруг, сожитель: Бабы грохнули, и каждая из них, выпив рюмочку, сказала про своего мужика такое, чего в другой раз не только сказать, но и помыслить не посмела б [18, т. 4, с. 136]; Все свое имущество он оставил Михрютке-лярве, и она, с домом, с картошкой, с Васькиным и мужниным барахлом, скоро нашла себе другого мужика и тоже донимала его хныканьем насчет ребенка, которого у нее, как выяснилось, не было и быть не могло [18, т. 5, с. 155].

В.П. Астафьев не использует существительное мужик для выражения пренебрежительной оценки, указанной в качестве одного из значений этого слова в словарях. Картина мира, представленная в художественном дискурсе писателя, во многом совпадает с диалектной языковой картиной мира, в которой своя система координат.

В мире, изображенном В.П. Астафьевым, слово мужик является наиболее общим, нейтральным обозначением взрослого человека мужского пола, а слово мужчина оказывается в большинстве контекстов (кроме повести «Пастух и пастушка») стилистически маркированным - указывает на высокий стиль, иронию или речь городского интеллигентного человека: <...> но главное - пример родителей Доната Аркадьевича, Татьяны Илларионовны, пример святого отношения мужчины к женщине, верный до гроба их союз должен же был когда-то и где-то отозваться [18, т. 10, с.251]; Тучнеющий, несмотря на гимнастики, юноша-мужчина упорхнул на палубу, резво пробежал мимо окна с выводком девиц, жужжа кинокамерой [18, т. 6, с. 72]; <...> она закуривала и, когда я снова принялся за еду, еще спросила: - Не знаешь, что ли, мужчине женщину бить не полагается?.. [18, т. 4, с. 410].

В дискурсе В.П. Астафьева слово мужик чаще всего употребляется в первом значении, в сочетаемости этого слова отражены мужские стереотипы, свойственные русской сибирской деревне 30-70-х годов XX века, особенно ярко эти стереотипы представлены в книге «Последний поклон», где мир изображен с позиции мальчика, мечтающего стать мужиком.

Наиболее распространенные коннотации, связанные со словом мужик в дискурсе В.П. Астафьева, следующие:

1. Мужик выполняет тяжелую физическую работу, он хозяин: Мужик Миша, совсем мужик, в годах не таких бы и больших, да рано в работе распочатых - на лесозаготовках, на сплаву да на реке изъезженных [18, т. 5, с. 263]; Суровы ликом сибирские деревни, и на нашем селе, придавленном снегами и морозом, еще и скорбь какая-то невыносимая - нет мужиков, стало быть, и лошадей нету, не звенят пилы, не стучат колуны по дворам <...> [18, т. 5, с. 100]; <...> должником жить на селе не полагается, из должника не выйдет и хозяина-мужика [18, т. 4, с. 224].

2. Мужик занимается охотой и рыбалкой: Мужики все на Мане из ружей палят да рыбачат, еще кедровые орехи добывают, продают в городе добычу [18, т. 4, с. 96]; <...> к шест-надцати-семнадцати годам шурышкарский пареван умел уже все: ходить на лодке, управляться с сетями и на сенокосе, промышлять в тайге, пить водку, любить и бить бабу. Оттого и жил шурышкарский мужик на белом свете недолго, но уж зато наполненно, в большом удовольствии [18, т. 10, с. 188].

3. Мужик - воин, защитник Родины, многие мужики не вернулись с войны: Молодые мужики за Родину, за народ жизни положили, стало быть, и за них, за баб, тоже <...> [18, т. 5, с. 173]; <...> почти все наши мужики ушли той дорогой на войну, многим из них не суждено было изведать счастья возвратного пути [18, т. 5, с. 255].

4. У мужиков суровый характер, они не любят нежностей, мужики смелые, гордые, сильные, ловкие: Мы - мужики, пусть в игре, но мужики, и суд наш молчалив, а приговор суров: не брать хлюзду в игру! [18, т. 4, с. 230]; Не принято у нас, у дураков, никаких нежностей. Маленькие еще, куда ни шло, можем приласкаться, но как в возраст вошел - шабаш, бука букой! Особенно если ты парень или мужик [18, т. 5, с. 185]; <...> но я - мужик, охотником буду, зверовиком, стало быть, мне никак не полагается расти трусом [18, т. 4, с. 341]; Под вечер мужики с громким говором, возбужденные предчувствием рыбалки, требующей ловкости, сметки и быстроты, отправились на реку <...> [18, т. 4, с. 180]; Вот это мужик! Сила! [18, т. 4, с. 330]; Терпенья у степенных мужиков мало, гордости и дел много [18, т. 4, с. 382].

5. Мужики пьют спиртные напитки: Я схватил бутылку, задержал дыхание, остановил всякое движение в теле и в широко растворенный рот вылил спирт - так пьют настоящие умельцы, слышал я, так пьют ходовые мужики, покорители морей, воздушных, арктических пространств <...> [18, т. 4, с. 403]; Там вразброс спали и набирались сил самые прыткие на выпивку мужики [18, т. 4, с. 194].

Слово мужик является социальной номинацией человека, обозначает социальное лицо. По определению И.Е. Кима, «социальное лицо объединяет в себе натурального человека и его знаковую ипостась, содержанием которой в принятой социологической терминологии является социальный статус, который определяют как «соотносительное положение человека в социальной системе, включающее права и обязанности и вытекающие отсюда взаимные ожидания поведения. Статус - это нормативная категория, и, следовательно, изучая статусные отношения, мы изучаем принципы общественного устройства, закодированные во всем богатстве нюансов естественного языка» [19, с. 3]. Именно соединение «физической сущности» лица и его социального статуса является социальным лицом» [20, с. 48].

В.П. Астафьев показывает соотносительное положение мужика в социальной системе через оппозиции, в которые входит слово мужик. Их члены противопоставлены по признаку пола (мужики - бабы, женщины), возраста (мужики - ребятишки, подростки, парни, старики), месту в политической системе управления (мужики - государство, органы власти), месту жительства (мужики - горожане).

Наиболее детально В.П. Астафьев рассматривает тендерную оппозицию, прежде всего в книге «Последний поклон». Эксплицитным способом выражения сопоставительных отношений являются конструкции с союзом а: От его музыки бабы плачут, а мужики напиваются и буйствуют... [18, т. 4, с. 16].

В сложносочиненных предложениях с союзом но выражается несоответствие ожидаемому ходу событий: Мужикам в эту избу доступа сегодня не было и быть не могло. Проник было дядя Левонтий под тем видом, что не может найти нужную позарез вещь в своем доме, но женщины так зашумели, с таким удальством поперли на него, замахиваясь сечками и ножиками, что он быстренько, с криком: «Сдурели, стервы!» - выкатился вон [18, т. 4, с. 136]; По всем статьям мужик, если он истинный гробовоз, должен бабу шугануть, столкнуть ее с кровати, но он послушно подвигается, пускает жену под одеяло да еще и подтыкает под спину, чтоб теплее и мягче жене было [18, т. 4, с. 181].

На уровне простого предложения оппозиция мужики - бабы выражена актантным распределением ролей, это преимущественно субъектно-объектные отношения: <...> бабы <...> все чепляют, чепляют друг дружку, в особенности мужика [18, т. 4, с. 181]; <...> высоким голосом кого-то пушит баба. Мужика, конечно, кого сейчас еще бабам пушить? [18, т. 5, с. 278]; Севши на бережок, мужики курят табак, обмениваются впечатлениями, поругивают баб <...> [18, т. 5, с. 22]; <...> бабу свою заодно утопил бы - не скалила чтоб зубы, когда мужик подыхает без курева!.. [18, т. 5, с. 270].

Особое внимание писатель обращает на разрушение традиционного уклада жизни и традиционного распределения ролей мужчины и женщины:

Нынешняя баба-женщина не пылила бы, не бранилась, взяла бы лом, топор и пошла бы лед долбить. Но в те годы равноправие утвердилось еще не полностью и бабы не делали мужицкую работу, мужики - бабью [18, т. 5, с. 22].

- Раз уж баба с ножиком на мужика, это уж все, это уж, парень, полный переворот, последний, стало быть, предел наступил. Остается только молиться о спасении. Вот у меня сам-то черта самого самовитее, и поругаемся когда, но чтоб с топором, с ножиком на мужа?.. Да Боже сохрани нас и помилуй. Не-эт, товаришшы дорогие, крушенье укладу, нарушение Богом указанного порядку [18, т. 4, с. 73].

Не менее значима, хоть и не столь частотна в дискурсе В.П. Астафьева оппозиция мужики - государство, представители власти, поскольку тема уничтожения крестьянства - одна из главных тем его творчества: Посадили кормильца, обозвали «элементом», да еще и «вредным», вот и пусть с четырнадцати лет кормит и содержит этот «элемент» мордатых и беспощадных дядей с наганами. Мудрая ж политика - уничтожат, а потом спохватятся: «Ах ты, разахты, опять перегиб! Опять нас, наставников, охранителей передовой морали и строгого порядка, кормить некому! Сыскать мужика! Куда-то спрятался, хитрован? Мы за него работать должны?!» [18, т. 5, с. 141].

В приведенном выше фрагменте текста (отсылающем к «Повести о том, как один мужик двух генералов прокормил» М.Е. Салтыкова-Щедрина) люди, находящиеся в оппозиции к мужику, эксплицитно репрезентированы существительными и определяющими их прилагательными (они выделены жирным шрифтом). Однако часто В.П. Астафьев использует неопределенно-личные предложения, в которых никак не называет представителей власти, тех, кто уничтожает мужиков: Позднее мужиков просто скороспешно уничтожали и задним числом чохом составляли списки подсудимых [18, т. 5, с. 335]; Когда упрямого, загнанного в самое болото мужика пришли кула-чить в пятый раз - он повесился [18, т. 5, с. 344].

Определения, характеристики мужика, которые дает В.П. Астафьев в рассматриваемых произведениях, свидетельствуют о том, что для писателя важны и физические, и психоментальные, и поведенческие, и социальные особенности людей, называемых данным словом. Так, в книге «Последний поклон» В.П. Астафьевым выбираются следующие параметры для характеристики мужиков:

1) внешность: большой, до костей изработанный мужик; плотный мужик в долгополом армяке, в рубахе из домотканого холста, в древних, залиселых сапогах; квадратный мужик с квадратным лицом, с руками квадратными, с носом квадратным, со лбом квадратным; мужик, присадистый, с толстыми жилами на шее, глубокими складками у рта и в узлы завязанными ревматизмом пальцами рук; высокий, грузный, с виду вяловатый мужик; заморенные мужики; одинакового ростика, даже лицами схожие, что родные братья, мужики; мужик в милицейской фуражке; голый мужик; мужик на деревянной ноге; хромой мужик; кривоногий мужик;

2) физические свойства: сильные мужики; здоровые мужики; силой не обделены;

3) возраст: молодые мужики; еще молодой мужик; совсем мужик, в годах не таких бы и больших, да рано в работе рас-початых; взрослые мужики;

4) психические свойства или состояние: гордые мужики; отчаянные мужики; мужики неробкого десятка; угрюмый мужик; остывающие мужики; истомившиеся мужики;

5) интеллектуальные качества: умный мужик; смекалистый мужик; степенные мужики;

6) умение трудиться, вести хозяйство: умелые мужики; трудяга мужик; хозяин-мужик; мастеровой, домовитый мужик;

7) поведение: боевые мужики; мужики, такие боевые в драках, неистовые при лупцовке баб своих, лошадей и всякой другой беззащитной скотины; непутевые мужики; мужик путевый, не шарпачня; еще не разбалованные, не извольничавшиеся, не разболтанные мужики; разболтанный, безалаберный мужик; хваткий мужик; ходовые мужики;

8) отношение к спиртным напиткам: пьющие мужики; пьющий мужик; самые прыткие на выпивку мужики; самые стойкие мужики; пьяный мужик; давно спиртного не пившие мужики; давно «не причащавшиеся» мужики;

9) социальное положение: рабочие мужики; мужики-лишенцы; мужик из современных новопровозглашенных хозяев жизни и радетелей перестройки;

10) образование: грамотный мужик;

11) модальность: позарез нужные заполярной стройке мужики;

12) отношение автора: славный мужик;

13) именование: мужик под названием Евланя, Евлампий, значит; мужик Федоран Фокин; мужик Кирила Мефодьевич Зимин; мужик по фамилии Девяткин; мужик Михаил Луконин.

14) социальная локализация: мужики у Потылицыных; деревенский мужик; деревенские мужики; истинно русский мужик; овсянские мужики; сидоровские мужики; мушковские мужики;

15) социальная актуализация (отношение сопричастности): наши мужики, мой мужик; свой мужик; знакомый мужик; мужик искони здешний.

Два последних параметра выделены И.Е. Кимом и определяются следующим образом: «Социальная локализация представляет собой включение социального субъекта в состав другого социального субъекта, имеющего точное и независимое от участников коммуникативной ситуации или других индивидов расположение на «социальной карте» мира. Социальная актуализация связывает носителя социального статуса с участниками прагматической ситуации или людьми, входящими в их личную сферу» [20, с. 50].

Таким образом, главные темы творчества В.П. Астафьева: война, сибирская деревня и тайга - предопределяют значимость мужского начала в его авторской картине мира. Анализ семантики и синтагматики слова мужик позволил выявить мужские стереотипы, представленные писателем. Большинство мужиков В.П. Астафьева много физически работают, охотятся и рыбачат, воюют, защищая Родину, гибнут на войне, мужики много пьют, любят и бьют баб, мужиков уничтожает собственное государство, поэтому, чтобы выжить, они должны быть сильными. Слово мужик в художественном дискурсе В.П. Астафьева употребляется в трех значениях: «мужчина»; «деревенский мужчина, крестьянин»; «муж». Стилистическая окраска этого слова нейтральная, у него нет отрицательных коннотаций. На его фоне нейтральное в литературном языке слово мужчина в произведениях В.П. Астафьева воспринимается как стилистически окрашенное, в большинстве контекстов сопровождается иронической оценкой. Смещение стилистических акцентов в языке В.П. Астафьева указывает на особую шкалу оценок в его авторской картине мира, где мужику дается самая высокая социальная оценка: И малая частица мира сего, зовущаяся солдатом, должна противостоять двум страшным силам, тем, что впереди, и тем, что сзади, исхитриться должен солдатик, устоять, уцелеть, в огне-полыме, да еще и силу сохранить для того, чтобы в качестве мужика ликвидировать последствия разрушений, ими же сотворенных, умудриться продлить род человеческий, ведь не вожди, не цари его продляют, обратно мужики [18, т. 10, с. 325].

Библиографический список

1. Иванцова, Е.В. Лингвоперсонология: Основы теории языковой личности. - Томск, 2010.

2. Башкова, И.В. Изучение языковой личности в современной российской лингвистике. - Красноярск, 2011.

3. Шестакова, Л.Л. Русская авторская лексикография: Теория, история, современность. - М., 2011.

4. Апресян, Ю.Д. Предисловие // Новый объяснительный словарь синонимов русского языка. - М., 2003.

5. Коннор, Д. Рецензия на книги: Мужской сборник. Вып. 1, 2, 3 // Антропологический форум. - 2010. - № 9.

6. Горошко, Е.И. Особенности мужского и женского вербального поведения (психолингвистический анализ): автореф. дис. ... канд. филол. наук. - М., 1996.

7. Малишевская, Д.Ч. Базовые концепты культуры в свете гендерного подхода (на примере оппозиции «Мужчина/Женщина») // Фразеология в контексте культуры. - М., 1999.

8. Прокудина, И.С. Гендерная идентификация языковой личности // Лингвоперсонология и личностно-ориентированное обучение языку: учеб. пособие / под ред. Н.В. Мельник. - Кемерово, 2009.

9. Фомин, А.Г. Психолингвистическая концепция гендерной языковой личности: автореф. дис. ... д-ра филол. наук. - Барнаул, 2004.

10. Гайфуллина, А.Н. Мужчина VS. Мужик в интернет-дискурсе // Вестник Вятского государственного университета. - 2008. - Т. 2. - № 4.

11. Ефремов, В.А. Номинации мужчины в русском языке: от мужа к мужику // Мир русского слова. - 2009. - № 1.

12. Жаданова, Н.И. Стереотипы маскулинности в лингвистическом и политическом дискурсе // Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. - 2012. - № 2. - Сер. «Общественные науки».

13. Кувшинова, Е.А. Лексема мужик как стилистически маркированная единица в языке произведений А.С. Пушкина // Вестник Московского государственного областного университета. - 2010. - № 4. - Сер. «Русская филология».

14. Лян Сюдзюань. Новые семантические оппозиции «мужик - мужчина» и «баба - женщина» // Современные гуманитарные исследования. - 2009. - № 4.

15. Толковый словарь русского языка / под ред. Д.Н. Ушакова: в 4 т. - М., 1938. - Т. 2.

16. Словарь русского языка / под ред. А.П. Евгеньевой: в 4 т. - М., 1999. - Т. 2.

17. Большой толковый словарь русского языка / гл. ред. С.А. Кузнецов. - 2009 [Э/р]. - Р/д: www.gramota.ru/slovari/dic

18. Астафьев, В.П. Собрание сочинений: в 15 т. - Красноярск, 1997. Ссылки на это издание даются в тексте с указанием тома и страницы в скобках.

19. Карасик, В.И. Язык социального статуса. - М., 1992.

20. Ким, И.Е. Социальные субъекты: принципы номинации // Вестник Новгородского гос. ун-та. - 2010. - № 57. - Сер. «Филология. История».

Bibliography

1. Ivancova, E.V. Lingvopersonologiya: Osnovih teorii yazihkovoyj lichnosti. - Tomsk, 2010.

2. Bashkova, I.V. Izuchenie yazihkovoyj lichnosti v sovremennoyj rossiyjskoyj lingvistike. - Krasnoyarsk, 2011.

3. Shestakova, L.L. Russkaya avtorskaya leksikografiya: Teoriya, istoriya, sovremennostj. - M., 2011.

4. Apresyan, Yu.D. Predislovie // Novihyj objhyasniteljnihyj slovarj sinonimov russkogo yazihka. - M., 2003.

5. Konnor, D. Recenziya na knigi: Muzhskoyj sbornik. Vihp. 1, 2, 3 // Antropologicheskiyj forum. - 2010. - № 9.

6. Goroshko, E.I. Osobennosti muzhskogo i zhenskogo verbaljnogo povedeniya (psikholingvisticheskiyj analiz): avtoref. dis. ... kand. filol. nauk.

- M., 1996.

7. Malishevskaya, D.Ch. Bazovihe konceptih kuljturih v svete gendernogo podkhoda (na primere oppozicii «Muzhchina/Zhenthina») // Frazeologiya v kontekste kuljturih. - M., 1999.

8. Prokudina, I.S. Gendernaya identifikaciya yazihkovoyj lichnosti // Lingvopersonologiya i lichnostno-orientirovannoe obuchenie yazihku: ucheb. posobie / pod red. N.V. Meljnik. - Kemerovo, 2009.

9. Fomin, A.G. Psikholingvisticheskaya koncepciya gendernoyj yazihkovoyj lichnosti: avtoref. dis. ... d-ra filol. nauk. - Barnaul, 2004.

10. Gayjfullina, A.N. Muzhchina VS. Muzhik v internet-diskurse // Vestnik Vyatskogo gosudarstvennogo universiteta. - 2008. - T. 2. - № 4.

11. Efremov, V.A. Nominacii muzhchinih v russkom yazihke: ot muzha k muzhiku // Mir russkogo slova. - 2009. - № 1.

12. Zhadanova, N.I. Stereotipih maskulinnosti v lingvisticheskom i politicheskom diskurse // Izvestiya vihsshikh uchebnihkh zavedeniyj. Severo-Kavkazskiyj region. - 2012. - № 2. - Ser. «Obthestvennihe nauki».

13. Kuvshinova, E.A. Leksema muzhik kak stilisticheski markirovannaya edinica v yazihke proizvedeniyj A.S. Pushkina // Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo oblastnogo universiteta. - 2010. - № 4. - Ser. «Russkaya filologiya».

14. Lyan Syudzyuanj. Novihe semanticheskie oppozicii «muzhik - muzhchina» i «baba - zhenthina» // Sovremennihe gumanitarnihe issledovaniya.

- 2009. - № 4.

15. Tolkovihyj slovarj russkogo yazihka / pod red. D.N. Ushakova: v 4 t. - M., 1938. - T. 2.

16. Slovarj russkogo yazihka / pod red. A.P. Evgenjevoyj: v 4 t. - M., 1999. - T. 2.

17. Boljshoyj tolkovihyj slovarj russkogo yazihka / gl. red. S.A. Kuznecov. - 2009 [Eh/r]. - R/d: www.gramota.ru/slovari/dic

18. Astafjev, V.P. Sobranie sochineniyj: v 15 t. - Krasnoyarsk, 1997. Ssihlki na ehto izdanie dayutsya v tekste s ukazaniem toma i stranicih v skobkakh.

19. Karasik, V.I. Yazihk socialjnogo statusa. - M., 1992.

20. Kim, I.E. Socialjnihe subjhektih: principih nominacii // Vestnik Novgorodskogo gos. un-ta. - 2010. - № 57. - Ser. «Filologiya. Istoriya».

Статья поступила в редакцию 30.07.14

УДК 81'37

Bashkova I. SEMANTICS OF A WORD BABA ("A WOMAN, A PEASANT WOMAN" - RUS.) IN V. P. ASTAFIEV'S DISCOURSE. The article is devoted to the meaning of a Russian word baba in V. P. Astafiev's discourse. There are seven meanings of this word: 'a woman'; 'a village woman, a peasant woman'; 'a wife'; 'a fancy woman'; 'an uncivil woman'; 'a granny'; 'an old woman'. This word has both negative and positive connotations in Astafiev's works.

Key words: V. P. Astafiev, a Russian word baba, semantics, semantic language personality, gender stereotypes.

И.В. Башкова, канд. филол. наук, доц., доц. каф. русского языка и речевой коммуникации Сибирского

федерального университета, г. Красноярск, E-mail: bbashkova@mail.ru

СЕМАНТИКА СЛОВА БАБА В ДИСКУРСЕ В.П. АСТАФЬЕВА

В статье анализируется семантика слова баба в художественном дискурсе В.П. Астафьева. Выделяется семь значений слова баба: «женщина»; «деревенская женщина, крестьянка»; «жена»; «женщина, находящаяся в интимных отношениях с кем-л.», «бабушка», «старая женщина». Отмечается, что в произведениях В.П. Астафьева это слово обладает отрицательными и положительными коннотациями.

Ключевые слова: В.П. Астафьев, баба, семантика, семантическая лингвоперсонология, тендерные стереотипы.