Государственная идеология российской Федерации: какой ей быть?

УДК 316

Мартюшов Л.Н.

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ИДЕОЛОГИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: КАКОЙ ЕЙ БЫТЬ?

Проанализированы основные этапы становления и развития государственной идеологии России. Автор приходит к выводу, что эта идеология находилась в постоянном изменении и развитии, многое заимствовала у других цивилизаций, но в то же время сохраняла свои основные черты, «цивилизационный код», «переваривая», переосмысливая чужие идеи, приспосабливая их к реалиям России. Противостояние России и Запада представляло из себя не противостояние идеологий, а противостояние цивилизаций. С крахом коммунизма оно не прекратилось, но лишь приняло новые формы. Автором делается вывод о том, что в современной России доминирующей идеей, консолидирующей общество, может быть только идея патриотизма.

Ключевые слова: государственная идеология, идеократическое государство, евразийство, либерализм, патриотизм.

* * *

Martushov L.N.

THE STATE IDEOLOGY OF THE RUSSIAN FEDERATION:

WHAT IT BE?

Analyzes the main stages of formation and development of the state ideology of Russia. The author comes to the conclusion that this ideology was in constant change and development, many borrowed from other civilizations, but at the same time retained their basic features, "civilization code", "digesting", reinterpreting the ideas of others, adapting them to the realities of Russia. The confrontation between Russia and the West was not a confrontation of ideologies and clash of civilizations. With the collapse of communism it has not stopped, but has only taken new forms. The author makes a conclusion that in modern Russia the dominant idea, consolidating a society can only be the idea of patriotism.

Key words: state ideology, ideocratic state, Eurasianism, liberalism, patriotism.

На протяжении всего постсоветского периода истории России как в научной, так и в публицистической литературе не прекращаются споры о том, какой должна быть государственная идеология постсоветской России и нужна ли единая государственная идеология современной России вообще. Цель данной статьи отнюдь не подвести итог этим спорам, что, на наш взгляд, невозможно, но лишь сформулировать точку зрения автора по данной проблеме.

Прежде всего необходимо дифференцировать само понятие «государственная иде-

ология». В «Википедии» дается следующее определение понятия «идеология»:

«Идеология (греч. l88oXoyía, от греч. гбеа) прообраз, идея; и Хсуо^ - слово, разум, учение) - совокупность системно упорядоченных взглядов, выражающая интересы различных социальных классов и других социальных групп, на основе которой осознаются и оцениваются отношения людей и их общностей к социальной действительности в целом и друг к другу и либо признаются установленные формы господства и власти (консервативные идеологии),

либо обосновывается необходимость их преобразования и преодоления (радикальные и революционные идеологии)» [13]. Другие известные нам определения в целом совпадают с приведенным.

Отсюда государственная идеология - это система взглядов, представлений, идей, выражающих интересы того или иного общества или социальной общности.

Идеология не наука, хотя она может включать научные знания. В отличие от науки идеология включает в себя не только знание о социально-политической жизни, но и ценностное отношение к политическим тенденциям и процессам, оценку соотношения политических сил, которая выражает интересы политической партии или социального движения. Каждая идеология стремится доказать правомерность своих взглядов, идей, ценностей и несостоятельность других.

Отсутствие в стране, в обществе доминирующей, способной объединить и мобилизовать людей на достижение общественных целей идеи делает общество и государство аморфным образованием, где каждый преследует свои личные или групповые цели и интересы, отвергая социальную ответственность за будущее страны.

Отсюда следует, что ни одна цивилизация, ни одно общество не может обходиться и гармонично развиваться без общей идеи, которую поддерживает большинство населения. Именно от идеологической подсистемы зависит развитие общества и его живучесть. В результате же отсутствия подобной системы в обществе образуется плодородная почва для поляризации взглядов различных социальных групп и даже радикализации этих сил, что ведет к дестабилизации общества.

Допустим ли идеологический плюрализм? Не только допустим. Это реальность, игнорировать которую было бы не только глупо, но и недальновидно. Общество неоднородно. Оно структуриро-

вано на социальные группы. Каждая такая социальная группа имеет свои групповые интересы. И если идеология отражает в аккумулированном виде интересы социальных общностей, то вполне естественно, что каждая из них имеет свою идеологию - стихийно сложившуюся или теоретически разработанную. Все это так. Но давайте поставим вопрос: это конгломерат разрозненных автономных социальных групп или при всей своей разнородности они все же образуют некую общность более высокого порядка, являются структурными элементами этой более высокой общности? Безусловно, допустимо и даже необходимо существование в демократическом обществе сразу же нескольких идеологий, так как именно в борьбе различных точек зрения достигается консенсус, но для предотвращения социальных катаклизмов необходима общая идеология, идеология, которую разделяли бы власти и поддерживало бы общество.

Таким образом, государственная идеология - это целостная, систематизированная совокупность идей, ценностей и представлений, в которых образующая данное государство общность людей (народ) осознает себя и свое положение в окружающей действительности, выражает свои потребности и интересы как единого целого, определяет формы организации своего бытия, формулирует и оправдывает свои цели и устремления. У каждой цивилизации присутствует свой цивилизационный код, в котором скрыт набор ценностных ориентиров того или иного общества.

В то же время идеология не является чем то неизменным, закостеневшим. Любая идеологическая схема трансформируется, видоизменяется в зависимости от конкретных задач, стоящих перед обществом на данном этапе. Рассмотрим этот вопрос на примере России. Российская государственная идеология в своем развитии прошла ряд этапов.

Первой официальной идеологией Руси было христианство в православном варианте. В период Средневековья любая идеология могла быть только религиозной, другой просто не существовало. Принятие христианства как государственной религии (988 г.) связано с именем великого князя киевского Владимира. Основной причиной принятия христианства была задача объединения славянских народов в единое государство. Однако каждое славянское племя поклонялось своему богу. Более того, уже изначально Русь создавалась как многонациональное государство. В летописях говорится, что в создании государственности Руси наряду со славянами равноправно участвовали чудь, весь, кривичи. В походах русских князей принимали участие европейцы - скандинавы, азиаты - печенеги, представители других тюркских и финно-угорских племен. У каждого народа были свои боги. Единое же государство требовало единой идеологии.

Первоначально Владимир пытался преодолеть это противоречие в рамках старой религии. Он поставил в Киеве близ княжеского двора кумиров всех языческих идолов, которым народы, населяющие Русь, приносили жертвы. Тем самым Владимир пытался превратить Киев в идеологический центр русских земель. Однако реформа закончилась неудачей - единой религии создать не удалось, каждый народ продолжал поклоняться своему богу. Решить эту проблему можно было, приняв одну из существующих к тому времени мировых религий. В отличие от национальных и национально-государственных религий, в которых вероисповедная связь между людьми совпадает с этническими и политическими связями, мировые религии объединяют людей общей веры независимо от их этнических, языковых или политических связей. Владимир решил заимствовать религию у соседей.

Принятие именно православия в качестве государственной религии обусловлено той ролью, которую играла в тот период право-

славная Византийская империя. Французский историк Ш. Диль писал: «Византия создала блестящую культуру, может быть, самую блестящую, какую только знали Средние века, бесспорно единственную, которая до XI в. существовала в христианской Европе. Константинополь оставался в течение многих столетий единственным великим городом христианской Европы, не знавшим себе равных по великолепию. Своей литературой и искусством Византия оказывала значительное влияние на окружавшие ее народы. Оставшиеся от нее памятники и величественные произведения искусства показывают нам весь блеск византийской культуры. Поэтому Византия занимала в истории Средних веков значительное и, надо сказать, заслуженное место» [4, с. 179].

Болгарский историк Николай Тодоров так оценивал христианизацию Руси: «Византия побудила Русь принять христианство. В результате этого акта племена и народности восточных славян приобщились к средиземноморской цивилизации, которая известна под названием «Византийской цивилизации» и которая утвердилась в Юго-Восточной Европе и на Ближнем Востоке в качестве синтеза античного и христианского наследия. Это обеспечило древнерусскому обществу доступ к плодам тысячелетнего развития философской мысли, социальных и естественных наук и т.п. Русь создала свои собственные институты в соответствии с моделью всего европейского сообщества от государства и до епископата, от школы и до суда».

В то же время принятие христианства из Византии способствовало в дальнейшем изоляции Руси от Западной Европы. Объясняется это достаточно просто. Византия была единственной соперницей Запада, причем вплоть до XIV- XV вв. Византия опережала Запад, что порождало неприязнь Запада, доходившую до прямых военных столкновений [5. с. 250 -252]. Резкие различия имелись и в государственном устройстве, и в идеологии.

Крещение Руси произошло до окончательного раскола Западной и Восточной церквей, но в период, когда он уже вполне вызрел и получил свое выражение как в вероучении, так и во взаимоотношении церковной и светской властей.

Во-первых, Византия была евразийским государством. В нее входили богатые и культурные области: Балканский полуостров с прилегающими островами, часть Закавказья, Малая Азия, Сирия, Палестина, Египет. Это было государство с очень разнообразным по происхождению, облику и обычаям населением. Все были равноправными гражданами империи. Никто не усматривал в людях, принадлежащих к народам Азии или Восточной Европы, «недочеловеков». Любой человек, исповедующий христианство, мог занять в империи любой пост, вплоть до самого высшего. Иначе обстояли дела на Западе. По мнению В.В. Кожинова, «Запад воспринимал и поныне воспринимает иные, даже самые высокоразвитые цивилизации планеты только как не обладающие собственной безусловной ценностью «объекты» приложения своих сил. Это присуще мироощущению и «среднего человека Запада, и крупнейших его мыслителей» [7, с. 45]. Эта идеология достаточно недвусмысленно изложена в работах практически всех западных авторов от Г. Гегеля до Ф. Фукуямы.

Во-вторых, в отличие от стран Западной Европы в Византии сохранялось единое государство с деспотической императорской властью. Император обладал огромной властью. Она передавалась по наследству. Он был верховным судьей, назначал военачальников и высших чиновников, принимал иностранных послов.

В-третьих, в византийском церковно-государственном правосознании изначально сложилось единство церкви и государства. А. Тойнби писал: «История отношений между церковью и государством указывает на самое большое и самое серьезное расхождение между католическим Западом и православным Востоком». На Западе эти отношения сложились в виде «системы подчинения множества местных государств единой вселенской церкви, пребывающей в Риме». В Византии имело место «подчинение церкви государству». Император (Басилевс) мыслился как Хранитель и Верховный Защитник православия (эпистимонарх), а следовательно, и единый самодержец (авто-кратор) всех православных народов. Правители прочих христианских народов (государств) получали от него титулы архонтов, князей, стольников. Таким образом, приняв крещение от Ромеев (византийцев), Владимир включил Русь в орбиту византийской государственности. Киевскому великому князю в XII веке в Константинополе присваивался скромный придворный титул стольника.

Византийскую империю можно определить как идеократическое государство (имея в виду власть православных идей)1, в то время как западные государства были номократиями (номократия - власть закона). Их задачей было установление строго упорядоченных отношений между людьми, между сословиями.

Россия единственная из государств унаследовала евразийскую природу Византии. (Евразийским государством была и татаро-монгольская империя, но она прекратила существование и в большей своей части вошла в состав Московского государства). Идеологией Московской Руси стала теория

1 Идеократия («власть идей, идеалов») термин для обозначения общественного строя, основанного не на предании и не на материальных интересах, а на сознательных идеях. Идеология нацелена на всеобъемлемость своего влияния, на тотальную всеохватность умов. Для идеократии характерны: пресечение инакомыслия; идейные соображения зачастую главенствуют над экономическими и социальными стимулами; вторжение и проникновение идеи, как правило, относящейся к философскому знанию, в иные виды знания бытовое и даже научное.

«Москва третий Рим», политическая теория XVI в. в России, обосновывавшая всемирно-историческое значение столицы Русского государства Москвы как политического и церковного центра. Эта теория, изложенная в характерной для средневекового мышления религиозной форме, утверждала, что исторической преемницей Римской и Византийской империй, павших, по мнению создателей этой теории, из-за уклонения от «истинной веры», является Московская Русь, «третий Рим» («Два Рима па-доша, а третий стоит, а четвертому не бысти»). Под углом этих последних воззрений воспитывалась и Россия. До XV века она считала себя покорною дочерью Константинопольского (Вселенского) патриарха, а в византийском императоре видела верховного блюстителя общественной правды. Константинополь стал в глазах русских как бы вторым Римом. Со второй половины XV века во взглядах русского общества произошла значительная перемена. Флорентийская уния (1439 г.) пошатнула в самом корне авторитет греческой церкви; обаяние Византии как хранительницы заветов православия исчезло, а с ним и право на главенство политическое. Новым, Третьим, Римом и является Москва.

Эта теория сыграла значительную роль в оформлении официальной идеологии Русского централизованного государства и определила в решающей степени особенности дальнейшего развития России, складывания российской цивилизации. Российская цивилизация это продукт самобытных корней Киевской Руси, Москвы, существенного византийского влияния и длительного монгольского правления.

В XVIII веке в Западной Европе начинают развертываться процессы модернизации. Одновременно складывается представление об однолинейности, однонаправленности процессов развития человечества, причем однозначно признавались эталонными для модернизации других стран наиболее развитые западные. Развитие всех стран и народов рассматривалось с универсалистс-

ких позиций оно должно происходить в одном направлении, иметь одни и те же стадии и закономерности. Эти идеи впервые были сформулированы Г. Гегелем.

Петр I стремился модернизировать страну, сделать Россию европейской державой. Он создал регулярную армию, мощный флот, современную промышленность, совершенствовал систему образования, активно насаждал западные обычаи, одежду, образ жизни и др. Вместе с тем он не только сохранил, но и укрепил существовавшее общественно-политическое устройство. Он ввел обязательную службу всего дворянства (тот не дворянин, кто не служит), Табель о рангах, ставивший во главу угла заслуги, а не происхождение. Все крестьяне были прикреплены к земле, Православная церковь была окончательно подчинена государству, по существу стала частью государственного аппарата. Русское общество стало своего рода гибридом европейской и византийской моделей с преобладанием традиционных византийских черт. Россия превратилась в «разорванную цивилизацию» (по терминологии С. Хантингтона). «Россия была разорванной страной со времен Петра Великого и перед ней стоял вопрос: стоит ли ей присоединиться к европейской цивилизации или она является стержнем самобытной евразийской православной цивилизации» [11, с. 127].

В конце X VIII в. в Россию начинают проникать идеи либерализма, первоначально сформулированные в работах французских философов-просветителей Вольтера, Руссо, Дидро, Монтескье. Либерализм стал исторически первой политической идеологией зарождавшейся буржуазии. Базовые ценности либеральной идеологии - священность и неотчуждаемость естественных прав и свобод личности (права на жизнь, свободу и частную собственность), их приоритет над интересами общества и государства. Индивидуализм при этом был главным социальным и экономическим принципом. В социаль-

ной сфере этот принцип воплощался в утверждении абсолютной ценности человеческой личности и равенстве всех людей. В экономической сфере пропагандировалась идея свободного рынка, ничем не ограниченной конкуренции. В политической сфере был сформулирован призыв признать права всех индивидов и групп на управление общественными процессами, осуществить разделение властей, идею правового государства с ограниченными возможностями вмешательства в жизнь общества. Впоследствии идеология либерализма получила завершение в трудах Дж. Локка и А. Смита. Либеральные идеи становятся идеологией складывающейся западной цивилизации.

В России эти идеи нашли отражение в «Наказе» Екатерины II, но они получили своеобразную трактовку. Если в Европе либеральная идеология стала идеологией буржуазных революций, то Екатерина II использовала ее для обоснования необходимости самодержавия. Она доказывала, что самодержавие может быть наилучшей формой государственного устройства, если самодержец достаточно умен, образован и ставит своей целью обеспечение интересов своих подданных, их «естественных прав». «В России же, с ее огромной территорией и разнообразным населением, только самодержавный государь, интересами сословными и национальными, может обеспечить гармонию интересов всех подданных. Всякое другое правление не только было бы России вредно, но и разорительно» [12].

В дальнейшем противостояние традиционализма и либерализма продолжалось. Это в первую очередь споры о путях развития России. Объем статьи не позволяет подробно осветить эти вопросы. Тем не менее постараемся выделить крайние точки зрения.

Стержнем консервативно-охранительного направления общественной мысли в России стало антизападничество, мысль об особом, отличном от Западной Европы,

пути развития России. Идейным выражением этого направления стала «теория официальной народности», ставшая официальной идеологией николаевской России. Основные принципы этой теории были сформулированы министром просвещения графом П.П. Уваровым и развиты профессорами Московского университета филологом С.П. Шевыревым и историком М.П. Погодиным. Эти принципы - самодержавие, православие, народность.

Самодержавие - гарант российской государственности, опора ее бытия, могущества, величия. В западных парламентах идет постоянная борьба между представителями различных классов, сословий. У нас самодержец стоит над классами. Все подданные ему одинаково дороги, он защищает интересы всего народа. «Царь и народ составляют одно неразрывное целое... Эта связь утверждена на взаимном чувстве любви и веры, на бесконечной преданности народа царю».

Православие - народ российский по природе религиозен. Мы получили религию от Византии, сохранили ее древние основы. Запад эти основы давно утратил, отошел от истинной веры. Православие основа самодержавия. «Нет власти, кроме как от Бога».

Народность - народ российский предан самодержавию, «един с царем», как и царь «един с народом». М.С. Погодин выводил эту черту из особенностей политического развития России, отличия ее от Запада. Там государства сложились из завоевания, у нас из избрания царя на Земском Соборе всем народом. Отсюда взаимно доверительные отношения между народом и призванной им властью, единение всех россиян вокруг престола.

Русский либерализм изначально носил западнический характер. Вместе с тем его особенностью было признание необходимости сильного самодержавного государства. Один из основоположников русского либерализма К.Д. Кавелин считал государство главной движущей силой в истории

России, не видел в России другой силы для проведения реформ, кроме самодержавия, и выступал против любого его ограничения. Отмену крепостного права провело правительство, помещики были против реформ. Если бы в России был парламент, большинство в нем составили бы дворяне, которые и помешали бы проведению реформ. «Русский царь есть воплощение верховной власти, и ее нельзя ставить ни в какие юридические рамки». Государство, по мнению К.Д. Кавелина, явилось высшей формой общественного бытия в истории России, а власть инициатором и гарантом прогресса. К.Д. Кавелин доказывал решающую роль самодержавного государства в русской истории, подчеркивал значимость самодержавия не просто в борьбе за независимость и существование Русского государства, сохранение российского народа, рассматривал самодержавие как основное, главное и необходимое условие существования на исторической карте мира самой России, самого русского народа. В этом была его принципиальная позиция.

Впервые идея о том, что противостояние России и Запада - это не противостояние идеологий, а противостояние цивилизаций, была выдвинута русским философом Н.Я. Данилевским в его книге «Россия и Европа». В этой работе он подверг критике европоцентризм, доминировавший в историографии XIX века и, в частности, общепринятую схему деления мировой истории на периоды древней, средней и новой истории. Н.Я. Данилевский считал, что подобное деление имеет лишь условное значение и совершенно неоправданно «привязывает» к этапам европейской истории явления совсем иного рода. По его мнению, общечеловеческой цивилизации нет и быть не может. Существуют лишь ее различные культурно-исторические типы, такие как египетский, китайский, ассиро-вавилоно-финикийский, еврейский, греческий, римский, германо-романский, славянский (русский). Все цивилизации равноценны. Каждая циви-

лизация имеет самобытный характер и развивается по собственным законам. «Человечество», по мнению Н.Я. Данилевского, - это абстракция, пустое понятие. Значение культурно-исторических типов состоит в том, что каждый из них выражает идею человека по-своему, а эти идеи, взятые как целое, составляют нечто всечеловеческое. Господство одного культурно-исторического типа, распространенное на весь мир, означало бы постепенную деградацию народов. «Всемирная ли монархия, всемирная ли республика, всемирное ли господство одной системы государств, одного культурно-исторического типа одинаково вредны и опасны для прогрессивного хода истории». Н.Я. Данилевский полагал, что ни один из культурно-исторических типов не может претендовать на то, что он представляет высшую точку мирового развития человечества. Воздействие, преемственность культурно-исторических типов имеют место. Но, знакомясь с ценностями другого культурно-исторического типа, новый тип может заимствовать только то, что «стоит вне сферы народности». Каждый культурно-исторический тип должен создавать свои собственные основы самостоятельно. «Дух», «природа» народов не заимствуется, ибо в противном случае они усваивают чужую культуру, утрачивая собственную. А это для народа означает обречь себя на подражательность, признать бессмысленным свое историческое прошлое и будущее [3].

В конце XIX в. в Россию начинают проникать идеи марксизма. Марксизм сформулировал учение о построении справедливого общества, в котором будет покончено с эксплуатацией человека человеком и преодолены все виды социального отчуждения человека: от власти, собственности и результатов труда. Такое общество было названо коммунистическим.

Базовые ценности при этом определялись следующие: общественная собственность на средства производства материальных благ; классовый подход к регули-

рованию социальных отношений (главная цель - защита интересов неимущих слоев в ходе классовой борьбы за искоренение частной собственности на средства производства; пролетарская революция - путь достижения этой цели); забота об общественных интересах взамен индивидуализма, труд на общее благо («кто не работает, тот не ест»); идеал равенства и принцип эгалитаризма, т. е. «равенство результатов» против «равенства возможностей» в либерализме.

Следует отметить, что марксизм возник как чисто западническая идеология. Его источниками были философские идеи Гегеля, экономические труды Смита и Ри-кардо, то есть тех, кто заложил основы либерализма. К. Маркс анализировал историю развития западного общества. Именно под нее был создан соответствующий понятийный аппарат. Для марксистской интерпретации исторического процесса также характерен европоцентризм, что значительно обедняет картину всемирной истории, так как не учитывает особенности существования и развития любых иных цивилизаций.

Страны, не укладывающиеся в его схему, К. Маркс относил к так называемому «азиатскому способу производства». Основа восточной структуры - полное поглощение личности коллективом и отсутствие личности как самоценной индивидуальной целостности. Следовательно, отдельный человек «раб того, в ком олицетворено единое начало общины». Отсутствие частной собственности «ключ к восточному небу». Наиболее существенная характеристика восточного общества «поголовное рабство» там. К. Маркс ни разу не употреблял понятие «класс» по отношению к Востоку. На передний план выходит государство как верховный собственник и высший суверен, т.е. как высшая абсолютная власть над подданными. Оно стоит над обществом, подавляя его. Подробного анализа этого вопроса К. Маркс не провел. Между тем большая часть неевропейских обществ раз-

вивалась именно в странах Востока, и для них не были типичны ни рабы, ни феодалы (по крайней мере в западноевропейском понимании этих классов). Таким образом, марксизм в его традиционном виде не отражает всего многообразия, многовариантности развития общества.

Идеи марксизма сразу же завоевали популярность в российском обществе.

Во-первых, идеи эгалитаризма были горячо поддержаны большинством населения, которое составляли крестьяне, чью основу мировоззрения составляла общинность.

Во-вторых, процессы обнищания населения, разрушения прежней социальной структуры и появления значительных маргинальных и люмпенских групп, развернувшиеся в ходе развития капитализма, обесценивали либеральные идеалы свободной личности, превращали их в пустую болтовню, не имевшую ничего общего с реальной действительностью.

В-третьих, идея прогрессивного развития человечества по пути к свободе не могла не вызвать поддержки, хотя сама свобода понималась различными слоями общества по-разному.

После революции и взятия власти большевиками традиционная идеология старой России рухнула, в значительной мере сознательно уничтожена, искоренялась, преследовалась. Новое общество нуждалось в единой организующей идеологии. Без нее оно не могло сложиться. Православие для этого не годилось. Оно было отброшено вместе с царизмом. Но на создание новой идеологии необходимы были время и благоприятные условия. Пришлось вновь заимствовать готовую идеологию - марксизм. Он соответствовал условиям послереволюционной России и целям нового общества. Россия осталась идеократическим государством, но место старой идеологии заняла новая - коммунистическая. Новой государственной идеологией официально стал марксизм, насаждавшийся большевиками в качестве единственной допустимой иде-

ологии. Но, во-первых, в силу крайне низкого образовательного уровня как населения, так и в определенной мере правящей верхушки идеи марксизма подавались и усваивались в упрощенной, зачастую вульгаризированной форме.

Во-вторых, в идеократическом государстве коммунистическая идеология фактически приняла форму религии, заняла место православия. Н.А. Бердяев писал: «Коммунизм не как социальная система, а как религия фанатически враждебен всякой религии и более всего христианской. Он сам хочет быть религией, идущей на смену христианству, он претендует ответить на религиозные запросы человеческой души, дать смысл жизни. Коммунизм целостен, он охватывает всю жизнь, он не относится к какой-либо социальной области. Поэтому его столкновение с другими религиозными верованиями неизбежны» [2, с. 129].

Если говорить конкретно о коммунистической идеологии, то многие постулаты марксизма были отвергнуты большевиками сразу же после взятия власти. Это, в первую очередь, положение о невозможности победы социалистической революции в одной стране, высказанное Ф. Энгельсом; положение о невозможности построения социализма в одной отдельно взятой стране, не обладающей к тому же достаточно высоким уровнем экономического развития: положение об отмирании государства по мере перехода к социализму и многое другое. В дальнейшем был сформулирован и ряд новых положений: о коммунистической партии, как «руководящей и направляющей силе советского общества», главном механизме интеграции элементов социальной структуры (для полной реализации этой функции партия должна срастись с государством); о превращении Коммунистической партии из партии рабочего класса в партию всего народа; о перерастании государства диктатуры пролетариата в общенародное государство, выража-

ющее интересы народа в целом, и др. Все эти положения в значительной степени повторяют основные идеи традиционной идеологии России как идеократического государства.

Славянофилы и западники вели споры о том, может ли Россия отличаться от Запада, не будучи при этом отсталой по сравнению с Западом. По мнению С. Хантингтона, «коммунизм нашел идеальное решение проблемы: Россия отличалась от Запада и находилась в принципиальной оппозиции по отношении к нему потому, что была более развитой, чем Запад. Она первой осуществила пролетарскую революцию, которая вскоре должна была распространиться на весь мир. Россия стала не воплощением отсталого азиатского прошлого, а прогрессивного советского будущего». «Мы другие, и скоро вы станете, как мы» [11, с. 282].

В первой половине XX в. западная цивилизация переживала кризис, вследствие этого у коммунизма нашлось много сторонников, в том числе и на Западе. Этому способствовали и экономические достижения СССР, и решающая роль Советского Союза в разгроме фашизма. Коммунистическая идеология наряду с либеральной стала претендовать на роль общечеловеческой. У этих идеологий много общего: либерализм так же космополитичен, как и коммунизм. Разница лишь в том, что функцию пролетарской солидарности в нем выполняют "общечеловеческие ценности". Стратегия глобализма, взятая на вооружение США, как раз и есть попытка политической реализации идеологии либерализма. Противостояние либерализма и коммунизма окончательно приняло характер противостояния двух цивилизаций.

Таким образом, на основе анализа этапов развития российской идеологии напрашивается вывод о том, что эта идеология находилась в постоянном изменении и развитии, многое заимствовала у других цивилизаций, но в то же время сохраняла свои основные черты, «циви-

лизационный код», «переваривая», переосмысливая чужие идеи, приспосабливая их к реалиям России.

В задачу данной статьи не входит анализ причин крушения Советского Союза и краха коммунизма. Это отдельная и очень болезненная тема, требующая специального обширного исследования. Попытаемся рассмотреть только эволюцию коммунистической идеологии. Выдающийся русский философ А. Зиновьев отмечал: «Чтобы та или иная совокупность идей стала идеологией какой-то категории людей или даже целого общества, она должна быть адекватна условиям жизни, потребностям, интересам этих людей (общества). Она должна в какой то мере подтверждаться самим ходом жизни. В жизни должны происходить какие то изменения, которые бы воспринимались как воплощение этих идей и как удовлетворение интересов носителей идеологии. Идеология должна играть какую то положительную роль в жизни людей и люди должны это как то осознавать» [6, с. 177].

Первоначально коммунистическая идеология достаточно успешно решала эти задачи. Но после Второй мировой войны на планете сложились два лагеря - коммунистический и западный. Между ними шла непримиримая борьба. Начался интенсивный процесс интеграции западных стран для противостояния мировому коммунизму. Интеграция стран Запада во главе с США в новое огромное единство стала доминирующей. И первой совместной западной операций глобального масштаба стала «холодная война». Она охватила всю планету, все сферы жизни человечества: экономику, политику, идеологию, культуру. Использовались все средства воздействия на людей радио, телевидение, культурный обмен и др. Эта борьба облекалась в идеологическую фразеологию: освобождения народов от ига коммунизма, борьбы за демократические свободы, права человека, приобщения к «общечеловеческим ценностям», под которыми подразумевались цен-

ности западной цивилизации, и др. Главным оружием в «холодной войне» были средства идеологии, пропаганды и психологии. На эти цели Запад мобилизовал колоссальные ресурсы.

Идеологи коммунизма первоначально были искренне убеждены в том, что коммунизм обладает неограниченными возможностями и быстро превзойдет капитализм в экономическом соревновании. В годы первых пятилеток, когда по существу начинали с нуля, это положение казалось бесспорным. В процентном отношении успехи страны производили ошеломляющее впечатление. Но в послевоенные годы ситуация изменилась. Потери страны в войне были огромны, надо было восстанавливать разрушенную экономику. Необходимо было преодолеть отставание от Запада в сфере науки и технологий, высочайшими темпами наращивать оборонную мощь страны. Необходимо было повышать жизненный уровень населения - здесь мы отставали от Запада на порядок. Все это требовало огромных средств. Соревноваться с единым Западом, превосходящим нас по всем параметрам, было невозможно. Западная пропаганда отлично использовала все эти факторы, утверждая, что они являются следствием несостоятельности коммунистической экономики, ее краха, превосходства экономики Запада. «Западная антисоветская пропаганда и сами советские люди, клюнувшие на нее, игнорировали различие конкретных условий Запада и Советского Союза, сравнивали их жизненный уровень просто по схеме: у них хорошо, а у нас хуже. И на вопрос «почему?» ответ видели там, куда указывали с Запада: виноват коммунистический социальный строй. Сбросьте коммунизм и установите западный строй, и у вас будет так же хорошо, как на Западе» [6, с. 506]. В Советском Союзе наметился экономический спад, тогда как на капиталистическом Западе наступило неслыханное процветание. Советские люди стали видеть там обещанный коммунистами земной рай.

Советская идеология имела единое канонизированное идеологическое учение, считавшееся государственной идеологией, -марксизм - ленинизм. Подобно тому как христианство сохранялось и навязывалось людям всей церковной организацией, марксизм навязывался советским людям как нечто обязательное, изучался в средних и высших учебных заведениях. Все это вызывало у людей раздражение, насмешки и даже ненависть к идеологии.

Между тем происходило нарастание неадекватности марксистского учения той реальности, которая формировалась. «Реальный коммунизм превращал в бессмыслицу, в объект насмешек многие положения марксизма, которые идеология раздувала и которые были всем известны с детства. Идеологическая картина советского общества стала восприниматься людьми, как вопиющая ложь, как жульническая маскировка неприглядной реальности» [6, с. 504]. Реальность не оправдала обещаний идеологов и руководителей страны.

Превращение марксизма в государственную идеологию обнаружило в глазах миллионов людей его вопиющее несоответствие реальности. «Даже в кругах самих идеологов и партийных деятелей, занятых в идеологии, стали стыдиться апеллировать к идеологии, ссылаться на нее». А.А. Зиновьев отмечал: «Тотальное идеологическое оболванивание порождало идеологический цинизм».

Усугубила ситуацию начавшаяся в хрущевские годы и принявшая небывалый размах при Горбачеве критика «сталинизма», которая постепенно переросла в критику советского коммунистического строя вообще. «Такую массовую эпидемию антипатриотизма, самоуничижения, пораженчества, холуйского низкопоклонства перед Западом, зависти к западным народам, подражания всему западному и прямого предательства, - писал А.А. Зиновьев, - не допустил бы ни один европейский народ» [6, с. 504].

Все эти факторы привели к краху коммунистической идеологии, что послужило одной из причин крушения Советского Союза и мировой системы социализма. Идеокра-тическое государство не могло существовать без единой государственной идеологии.

Все девяностые прошли под лозунгом деидеологизации, а людям доводили до ума то, что идеология - это нечто негативное, своего рода барьер и преграда на пути к светлому будущему, демократическому обществу и свободе. В Основном законе страны было прописано, что ни одна идеология не может считаться государственной. Согласно Конституции Российской Федерации «в Российской Федерации признается идеологическое многообразие. Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной» [1, ст. 13].

Однако крах коммунистической идеологии вовсе не означал победы либерализма и окончания противостояния России и Запада. Американский политолог Френсис Фукуяма высказал предположение, что с распадом СССР и крушением социализма либеральные ценности станут ценностями всего человечества, либеральная идеология утвердится в качестве единственной, наступит конец истории. «Либеральная демократия может представлять собой конечный пункт идеологической эволюции человечества» [10]. Но это предположение не оправдалось. На смену противостоянию идеологий пришло противостояние цивилизаций.

Хотя идеологии либеральной демократии и марксизма коренным образом различались, они обе имели общие корни, говорили на одном языке. С. Хантингтон писал: «Когдарусские перестали вести себя как марксисты и стали вести себя как русские, разрыв между ними и Западом увеличился. Конфликт между либеральной демократией и марксизмом-ленинизмом был конфликтом между идеологиями, которые несмотря на все свои основные отличия имели сход-

ство: обе были современными, светскими и якобы ставили своей конечной целью достижение свободы, равенства и материального благополучия. Западный демократ мог вести интеллектуальные споры с советским марксистом. А вот сделать это с русским православным националистом ему будет невозможно» [11, с. 119].

С другой стороны, на Западе именно русские рассматривались как носители коммунизма. Антикоммунизм принимал форму русофобии. После краха коммунизма идеологическим врагом для Запада стали русские. Русофобия постепенно превратилась в главный компонент западной идеологии.

Между тем Россия продолжала и продолжает оставаться в значительной мере «разодранной» страной. Распалась преемственность поколений, во многом разрушены межэтнические и социальные связи, объединяющие население России в единый народ. Отсюда и разговоры о необходимости новой государственной идеологии.

Итак, нужна ли единая государственная идеология? Дискуссии об этом ведутся продолжительное время. Аргументы в пользу ее необходимости изложены в начале статьи. Но достаточно убедительными представляются и другие точки зрения.

Во-первых, человеческое общество представляет из себя постоянно меняющийся, непрерывно развивающийся организм. Любая идеология - продукт определенной эпохи. С течением времени она устаревает, нуждается в коррективах, а то и в коренных изменениях. Идеология, определяя цели политики, формулирует ориентиры политической деятельности, осуществляет выбор средств ее реализации, мобилизует широкие слои для участия в осуществлении политики. Если идеология перестает соответствовать реалиям жизни, то политические лидеры не в состоянии адекватно реагировать на происходящие в обществе изменения и эффективно решать жизненно важные проблемы. Идеология превращается в доктринерство. Тем

самым создается вакуум идеологически обоснованных ориентаций и социальных действий. Почему в Западной Европе и в Северной Америке либерализм - идеология номер один? Потому что ни в одной западной стране эта идеология не стала государственной. Она по сути разделяется всеми, с некоторыми нюансами. То, что либерализм нигде не стал государственной идеологией, очень помогло ему сохранить свою доминирующую роль, обеспечило жизнеспособность. Невозможно сохраняться в неизменном виде со времен Адама Смита. Когда мы превращаем идеологию в государственную, мы подводим под ней черту. Далее происходит выхолащивание, поскольку развития нет, а какое-то реальное развитие воспринимается как ересь. С этой ересью начинают бороться. А с либералами ничего подобного не происходит. Потому что нет официального канона, молиться не на что. Есть общая система ценностей. Некоторые ценности отживают свое, на их место приходят другие. Но в целом система сохраняется. Точно так же и с идеологией. Она может меняться почти до неузнаваемости. Если, вообразим себе, сегодня бы встретились представители либерализма XVIII и XXI веков, то едва ли они признали бы друг друга за единомышленников. Это плата за открытую систему. Открытая система живет. Закрытая - умирает. Превращение идеологии в государственную - это отказ от открытости. Дальше - омертвление, разложение, гибель [9].

Во-вторых, как уже отмечалось, идеокра-тия («власть идей, идеалов») - термин для обозначения общественного строя, основанного не на материальных интересах, а на сознательных идеях. Идеократическое государство держится на вере народа в государственную власть, в правильность государственной идеологии, «единственно верного учения». Исчезает эта вера рушится государство. «Все восстания в нашей истории объяснялись прежде всего утратой народной веры в государственную власть» [8, с. 299].

Таким образом, представляется совершенно обоснованной точка зрения генерального директора ВЦИОМ Валерия Федорова: «Если идеология приобретает статус государственной, то это первый шаг к ее краху... Как только идеология фиксируется в качестве государственной, она становится, во-первых, общеобязательной, во-вторых, появляются жрецы этого идеологического культа, в-третьих, вводятся наказания за отступление от идеологии и, в-четвертых, сама идеология кодифицируется, застывает, теряет адекватность, превращается в мертвую букву и очень быстро перестает соответствовать изначальным посылам» [9]. Лучший способ уничтожить идеологию - это дать ей статус государственной. Это ни в коей мере не означает отказ от общей интегрирующей общество идеи. Речь идет только об официальной государственной идеологии, зафиксированной в Конституции, которую все граждане обязаны разделять. Если ты ее не разделяешь, значит, ты в каком-то смысле ущербный, ты не гражданин. Таким образом, когда мы говорим о необходимости единой идеологии, речь может идти не о государственной идеологии, а о доминирующей идеологии, которая не имеет государственного статуса.

Какой же должна быть эта доминирующая идеология, которую разделяли бы и правительство, и абсолютное большинство граждан? Прежде всего она не должна быть национальной. Россия складывалась как евразийское государство, объединяющее народы различных культур, различных языков, конфессий. Владимир Путин сказал: «Именно из модели государства-цивилизации вытекают особенности нашего государственного устройства. Оно всегда стремилось гибко учитывать национальную, религиозную специфику тех или иных территорий, обеспечивая многообразие в единстве». Конечно, нельзя игнори-

ровать тот факт, что именно русская культура явилась своего рода цементирующим фактором, основанием российской цивилизации. «Россия всегда формировалась как государство-цивилизация, скрепленное русским народом, русским языком, русской культурой, Русской православной церковью и другими традиционными религиями России». Русские составляют 80% населения Российской Федерации. Но при этом президент признал, что идентификация исключительно через этнос, религию в крупнейшем государстве с полиэтническим составом населения, безусловно, невозможна: «Для сохранения единства страны нужно формирование именно гражданской идентичности на основе общих ценностей, патриотического сознания, гражданской ответственности и солидарности, уважения к закону, сопричастности судьбе Родины».

По той же причине не может быть доминирующей идеологией и православие 2. Уже упомянутый Валерий Федоров отмечал: «Есть некая красная черта, которую не стоит переступать. У нас многонациональная и многоконфессиональная страна. И чтобы люди, живущие в России, чувствовали себя россиянами, они должны быть уверены, что вера - дело совести, а не государства. Если они увидят, что живут в стране, где государственная идеология носит православный характер, то в "Исламское государство" побегут уже не тысячи, а миллионы. Вот красная черта, где надо остановиться. Никто не отрицает роль православия в нашей истории, нашей культуре. Никто не покушается на первенствующее место РПЦ среди всех традиционных конфессий. Но гражданство - это все-таки светская характеристика, а не религиозная. Нельзя призывать к тому, чтобы все граждане России стали православными. Нельзя говорить, что если ты не православный, то ты не россиянин. Если будет предпринята попытка интегрировать элементы православия в государственную

2 С. Хантингтон считает религию основным определяющим признаком цивилизации, а российскую цивилизацию - православной.

практику, то мы встанем на очень опасный путь, ведущий к распаду России» [9].

Попытки заимствовать чужую идеологию также нельзя назвать удачными. Мы уже рассмотрели такие попытки и пришли к выводу, что Россия перерабатывала эти идеологии в соответствии со своим менталитетом, они приспосабливались к русской традиционной культуре, приобретали общие черты. Все, что не соответствовало этой культуре, в конечном счете отторгалось.

Таким образом, единственной доминирующей идеологией в России, способной кон-

солидировать общество, может быть только патриотизм. Патриотизм - нравственный и политический принцип, социальное чувство, содержанием которого является любовь к родине и готовность пожертвовать своими интересами ради нее. По данным опросов, все больше россиян считают себя патриотами: 69% - по данным «Левада-центр» (2013 г.), более 80% - по данным ВЦИОМ (2014 г.) [14].

Президент неоднократно заявлял: «У нас нет никакой и не может быть никакой другой объединяющей идеи, кроме пат-риотизма»[15].

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Конституция Российской Федерации // http://constitutionrf.ru

2. Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. М.: Наука, 1990. 224 с.

3. Данилевский Н.Я. Россия и Европа. М.: Книга, 1991. 574 с.

4. Диль Ш. Основные проблемы византийской истории. М.: Изд-во иностранной литературы, 1947. 33 с.

5. Заборов М.А. Крестоносцы на Востоке. М., 1989. 85 с.

6. Зиновьев А.А. Планируемая история: Запад. Посткоммунистическая Россия. Гибель русского коммунизма. [Сб.] М.: АСТ, 2009. 524 с.

7. Кожинов В.В. История Руси и русского слова. Современный взгляд. М.: «Школа», 1997. 528 с.

8. Кожинов В.В. Коренные различия России и Запада. Идея против Закона. М.: Алгоритм, 2014. 304 с.

9. Российская газета - Федеральный выпуск № 6749 (178).

10. Фукуяма Ф. Конец истории (любое издание).

11. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М.: АСТ, 2016. 640 с.

12. http:// studbooks.net/539510/istoriya/ nakaz_imperatritsy_ekateriny 13 . https://ru.wikipedia.org/wiki/Идеология

14. http:ru.wikipedia. org>/Патриотизм 15 http://tass.ru/politika/2636647

REFERENCE

1. Konstitutsiya Rossiyskoy Federatsii // http://constitutionrf.ru

2. Berdyayev N.A. Istoki i smysl russkogo kommunizma. M.: Nauka, 1990. 224 s.

3. Danilevskiy N.YA. Rossiya i Yevropa. M.: Kniga, 1991. 574 s.

4. Dil' SH. Osnovnyye problemy vizantiyskoy istorii. M.: Izd-vo inostrannoy literatury, 1947. 33 s.

5. Zaborov M.A. Krestonostsy na Vostoke. M., 1989. 85 s.

6. Zinov'yev A.A. Planiruyemaya istoriya: Zapad. Postkommunisticheskaya Rossiya. Gibel' russkogo kommunizma. [Sb.] M.: AST, 2009. 524 s.

7. Kozhinov V.V. Istoriya Rusi i russkogo slova, Sovremennyy vzglyad. M.: Shkola,1997. 528 s.

8. Kozhinov V.V. Korennyye razlichiya Rossii i Zapada. Ideya protiv Zakona. M.: Algoritm, 2014. 304 s.

9. Rossiyskaya gazeta - Federal'nyy vypusk №2 6749 (178).

10. Fukuyama F. Konets istorii (lyuboye izdaniye).

11. Khantington S. Stolknoveniye tsivilizatsiy. M.: AST, 2016. 640 s.

12. http:// studbooks.net/539510/istoriya/nakaz_imperatritsy_ekateriny

13. https://ru. wikipedia. org/wiki/Ideologiya

14. http:ru.wikipedia. org>/Patriotizm

15. http://tass.ru/politika/2636647

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ

МАРТЮШОВ Лев Николаевич, доктор исторических наук, профессор, профессор кафедры экономики Уральского технического института связи и информатики, филиал Сибирского государственного университета телекоммуникации и информатики. E-mail: lmartushov@yandex.ru

Рецензент:

Заслуженный работник высшей школы РФ, доктор исторических наук, профессор Личман Б.В. E-mail: 284815@mail.ru