Нематериальные блага юридического лица

НЕМАТЕРИАЛЬНЫЕ БЛАГА ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА

Г.В. Алексеев

Одной из ключевых проблем частного права является социальная природа такого феномена, как юридическое лицо. Под юридическим лицом гражданский кодекс понимает организацию, которая имеет в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении имущество и отвечает по своим обязательствам этим имуществом, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде. Из какой бы теории юридического лица ни исходил законодатель (предположим, что, скорее всего, он исходит из теории фикции), очевидно признание способности нести личные неимущественные права, а следовательно, и наличие такого феномена, как личность юридического лица. Личность между тем - понятие философское и определяется как "человек со своими обусловленными и индивидуально выраженными качествами: интеллектуальными, моральными, волевыми". Психология, в свою очередь, касаясь личности, определяет ее как особенности характера человека.

Нам кажется логичным, что при наделении юридического лица таким комплексом черт, как личность (а она, как мы увидели, и характеризуется через моральные качества), признание получило и право на защиту этой личности. С другой стороны, перед нами личность, не обладающая честью и достоинством. Хотя мы практически полностью разделяем такой взгляд на честь коммерческих организаций в силу того, что она полностью замещена деловой репутацией, наличие достоинства отрицать мы не будем даже у них. Самооценка, каковой является достоинство, может и присутствовать, однако не защищается ст.152 ГК РФ от неправомерных посягательств.

Неимущественное право на деловую репутацию - не единственное неимущественное право юридического лица, оно так же обладает правом на имя и т. п. В соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности и ст. 138 ГК РФ оно может обладать правами на результаты интеллектуальной деятельности, обладать интеллектуальной собственностью, если так можно сказать, однако исключительно имущественными правами. Таким образом, юридическое лицо наделено широким кругом прав, нарушение которых по отношению к физическому лицу влечет причинение вреда чести, достоинству и деловой репутации, а также способствует претерпеванию морального вреда.

Доктрина частного права исходит из того посыла, что юридическому лицу свойственна лишь деловая репутация и не свойственны честь и достоинство. 1 В отношении претерпевания морального вреда положение с юридическим лицом в целом достаточно сложно и вызывает некоторые разногласия даже в органах судебной власти.

Анализируя существующую на сегодняшний день ситуацию с гражданско-правовой защитой нематериальных благ участников электорального процесса, мы пришли к выводу, что применение общих норм, исключающих применение института защиты чести и достоинства по отношению к юридическому лицу, создает ряд проблем с защитой прав отдельных категорий юридических лиц, в частности, с защитой прав политической партии.

Для лучшего понимания вопроса необходимо кратко осветить правовое регулирование правового положения политических объединений граждан. Сущность большинства некоммерческих объединений граждан такова, что существующий унифицированный подход к любой организации как к фиктивному юридическому лицу

1 3. Гражданский Кодекс Российской Федерации. Научно-практический комментарий под ред. Т. Е. Абова., ч.1 и 2; М., Бек, 1996., ст. 152 ГК РФ

применим к ним весьма условно. Мы продемонстрируем сущность проблемы на примере политических объединений, поскольку именно здесь проблема, как нам видится, стоит особенно остро.

Правовое положение политического объединения граждан нашло свое отражение в Федеральном законе от 19 мая 1995 г. № 82-ФЗ "Об общественных объединениях" (с изменениями от 17 мая 1997 г., 19 июля 1998 г.). Хотя первоначальная редакция данного закона и не содержала никаких специальных норм относительно политических объединений граждан, с 1995 г. и до принятия нового закона о политических партиях партийное строительство регулировалось именно данным законам. Несовершенство законодательства проявлялось в том, что появлялись такие партии, как "Женщины России" и даже "Партия любителей пива", причем создавались они непосредственно перед выборами. Отрицательный эффект состоял в невозможности объединения общества под лозунгами данных партий, пропаганде социальных противоречий, отсутствии стабильности на политическом рынке. Серьезная попытка устранить очевидные недостатки была предпринята Государственной Думой в 1998 г. Федеральным законом от 19 июля 1998 г. № 112-ФЗ данный Федеральный закон был дополнен статьей 12.1, посвященной политическим общественным объединениям.

Политическим общественным объединением, в соответствии с данной статьей, является общественное объединение, в уставе которого в числе основных целей должны быть закреплены участие в политической жизни общества посредством влияния на формирование политической воли граждан, участие в выборах в органы государственной власти и органы местного самоуправления посредством выдвижения кандидатов и организации их предвыборной агитации, участие в организации и деятельности указанных органов. Т.е. было произведено выделение особого субъекта права. По тексту статьи видно, что политическое объединение - это юридическое лицо в форме некоммерческой организации с особыми целями деятельности.

Важно и то, что политическим общественным объединением не может быть признано: объединение, зарегистрированное в соответствии с законодательством Российской Федерации в качестве профессионального союза, религиозной, благотворительной организации, национально-культурной автономии, а также в качестве общественного фонда, общественного учреждения, органа общественной самодеятельности; объединение, устав которого допускает членство в нем или принадлежность к нему в иной форме иностранных граждан, иностранных или международных организаций; объединение, устав которого предусматривает членство в нем или принадлежность к нему граждан только по профессиональному, национальному, этническому, расовому или конфессиональному признаку (признакам); объединение, устав которого предусматривает членство в нем или принадлежность к нему лиц, не имеющих права быть членами политических общественных объединений или принадлежать к данным объединениям; объединение, преследующее цели извлечения прибыли посредством осуществления предпринимательской деятельности и распределения полученной прибыли (имущества, собственности) между своими членами и (или) учредителями; объединение, созданное для реализации любительских и иных неполитических интересов; объединение, неполитический характер которого специально оговорен в Федеральном законе. Требования закона таковы, что политическое объединение должно быть создано так, чтобы обеспечить возможность участия в политической партии любого гражданина, имеющего избирательные права без каких-либо ограничений, кстати, по всей видимости, и по половому признаку также, и исключить возможность участия в политических объединениях лиц, не имеющих права голоса, в особенности иностранных граждан.

Необходимость принятия закона о политических партиях привела к принятию такового в июле 2001 г. Федеральный закон "О политических партиях" от 11 июля 2001

г. № 95-ФЗ2 установил общие принципы партийного строительства в РФ. На данном этапе трудно судить об эффективности данного закона, и мы рассмотрим лишь его общие положения.

Статья 2 говорит о содержании права граждан РФ на объединение в политические партии. Данное право включает в себя право создавать на добровольной основе политические партии в соответствии со своими убеждениями, право вступать в политические партии либо воздерживаться от вступления в политические партии, право участвовать в деятельности политических партий в соответствии с их уставами, а также право беспрепятственно выходить из политических партий. Это есть не что иное, как легальное толкование пункта 1 статьи 30 КРФ, именно так законодатель понимает "свободу на объединение".

Статья 3 посвящена понятию политической партии и ее структуре. Законодатель отмечает, что политическая партия - это общественное объединение, созданное в целях участия граждан Российской Федерации в политической жизни общества посредством формирования и выражения их политической воли, участия в общественных и политических акциях, в выборах и референдумах, а также в целях представления интересов граждан в органах государственной власти и органах местного самоуправления.

Политическая партия должна отвечать определенным требованиям, гарантирующим полноценное представительство всех регионов России. Так, политическая партия должна иметь региональные отделения более чем в половине субъектов Российской Федерации, при этом в субъекте Российской Федерации может быть создано только одно региональное отделение данной политической партии; в политической партии должно состоять не менее десяти тысяч членов политической партии, при этом более чем в половине субъектов Российской Федерации политическая партия должна иметь региональные отделения численностью не менее ста членов политической партии. В остальных региональных отделениях численность каждого из них не может составлять менее пятидесяти членов политической партии в соответствии с пунктом.

Руководящие и иные органы политической партии, ее региональные отделения и иные структурные подразделения должны находиться на территории Российской Федерации, вероятно, чтобы максимально уменьшить иностранное давление на политические партии.

Пункт 4 статьи 3 определяет цели и задачи функционирования политической партии. " Основными целями политической партии являются: формирование общественного мнения; политическое образование и воспитание граждан; выражение мнений граждан по любым вопросам общественной жизни, доведение этих мнений до сведения широкой общественности и органов государственной власти; выдвижение кандидатов на выборах в законодательные (представительные) органы государственной власти и представительные органы местного самоуправления, участие в выборах в указанные органы и в их работе".

Несмотря на наметившийся прогресс в партийном строительстве, участие политических партий непосредственно как "кандидатов" на выборах прямо в отечественном законодательстве не предусмотрено. Однако на практике ситуация складывается таким образом, что политические объединения не ограничиваются лишь выдвижением кандидатов и агитацией за них, но и сами посредством списков участвуют в выборах.

2 "Российская газета", 133(2745), 14.07.01.

Основанием для голосования за ту или иную политическую организацию (вероятнее всего, после принятия закона "О политических партиях" такими организациями станут именно партии), следуя логике данного исследования, служит информация о личности партии, ее информативные блага. Данные блага сведены в руководящем постановлении Пленума Верховного суда РФ к деловой репутации.

Для дальнейшего анализа важно определить доктринальную характеристику природы юридического лица, поскольку именно общие правила о защите личности юридического лица применяются в соответствии с действующим законодательством к политической партии.

Первый подход характеризуется противостоянием юридического лица и физических лиц, являющихся органами управления данного юридического лица. В соответствии с этой концепцией у юридического лица имеется деловая репутация, на основании которой физические лица принимают решения в своих интересах. Основными теориями, исходящими из этой концепции, является "теория фикции", выдвинутая еще в середине Х1Х в.4, и ее современная идеологическая преемница -"теория персонифицированного имущества", которая активно развивалась в двадцатом веке.5

Второй подход, напротив, строится на участии в деятельности юридического лица физических лиц как неотъемлемой его части. В соответствии с данной теорией некоторые личные неимущественные блага физических лиц становятся тесно связанными с нематериальными благами собственно юридического лица, более того, здесь правильнее, на наш взгляд, было бы говорить о передаче необходимой части интеллектуального ресурса. Мы считаем, что теоретически возможна лишь передача тех благ, которые мы называем информативными. Теориями, создающими предпосылки для юридической конструкции такого рода, служат: "теория коллектива", предложенная академиком

А.В. Венедиктовым6, "теория директора", разработанная профессором Ю.К. Толстым.7

Следует отметить, как нам кажется, что существующие в рамках первого подхода теории во многом рассчитаны на регулирование юридической личности коммерческой организации, причем крупной. Теория персонифицированного имущества вообще как будто специально рассчитана для описания акционерных обществ и государственных предприятий. Наше мнение основывается на том, что юридическими лицами является широкий перечень организаций, среди которых и воинские части, и благотворительные организации, и непосредственно интересующие нас политические партии. Сообщение командиру воинской части о том, что он командует персонифицированным имуществом, не имеющим чести и достоинства, вряд ли способно вызвать у него понимание, ведь коммерческая деятельность для воинской части вообще не является основной, а наличие чести подтверждается способностью данного юридического лица быть награжденным орденами, например. Также обстоят дела и у политических партий.

Базовые институты гражданского права тем и отличаются от институтов коммерческого права, которое в советский период именовалось хозяйственным, что предназначены для применения их исключительно ко всем участникам хозяйственного оборота.

3 подробнее смотри постановление пленума ВС РФ «О некоторых вопросах по защите чести достоинства и деловой репутации»

4 см. подробнее Savigni. System des heutiger romischen Rechts 1840.

5 Вольфсон Ф. Учебник гражданского права. М., 1930, Суханов А.Е. Правовые основы предпринимательства. М., 1993, с. 14 - 15.

6 Венедиктов А.В. Государственная социалистическая собственность, М.-Л., 1948.

7 Толстой Ю.К. Содержание и гражданско-правовая защита права собственности в СССР. Л., 1955

Мы считаем, что политические решения принимаются не на основании анализа деловой репутации партии партийными органами, как утверждает современная доктрина, а на основании представлений о способностях (прежде всего, как нам видится, чести и достоинства) политической партии, неотъемлемой частью которой и являются политические лидеры, принимающие то или иное решение. Нам представляется, что противопоставлять политическую партию и ее членов было бы некорректно. Соответственно, мы приходим к выводу, что на уровне закона необходимо закрепить наличие чести и достоинства у политической партии как у юридического лица, для чего необходимо пересмотреть воспринятый законодателем с 1995 г. фиктивный подход к юридическому лицу в части, касающейся избирательного процесса.

Возможность претерпевания морального вреда юридическим является наиболее сложной проблематикой в отечественном частном праве. Причиной тому служит неоднократно сменившийся подход к вопросу о правомерности компенсации морального вреда в адрес юридического лица.

Действующий Гражданский кодекс РФ 1995 г. определяет моральный вред в ст. 151 как "физические и нравственные страдания, причиненные гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, и в других случаях, предусмотренных законом".

Прежде всего интересно, может ли юридическое лицо претерпевать физические и нравственные страдания. Гражданский кодекс занимает неоднозначную позицию. Ст.

151 начинается со слов: "Если гражданину причинен моральный вред...", затем п. 5 ст.

152 говорит, что "гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство и деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением". Пока, мы видим, ничто, кроме возможности расширительно толковать правило ст. 151 ГК РФ, не наводит нас на мысль о том, что институт морального вреда признает возможность признания юридического лица потерпевшим.

Но имеется еще и пункт 7 ст. 152, который говорит, что "правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица". Гражданский кодекс, не признавая наличия чести и достоинства у юридического лица, наделяет его таким свойством, как деловая репутация. Существенной частью компенсации вреда деловой репутации является и компенсация сопутствующих такому вреду нравственных страданий. Распространяя правила о защите деловой репутации на юридические лица в полном объеме, Гражданский кодекс фактически признает возможность претерпевания страданий юридическими лицами. Возможность претерпевать страдания порождает вопросы о толковании норм статей 151, 152 ГК РФ.

Пленум Верховного суда разъясняет, что "в силу п. 5, 7 ст. 152 первой части Гражданского кодекса РФ гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию, а также юридическое лицо, в отношении которого распространены сведения, порочащие его деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещение убытков и морального вреда".8

8 1- п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года №10 " Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда." в ред. постановлений Пленума ВС РФ от 25 октября 1996 года №10 и от 15 января 1998 года №1

Позиция Пленума сведена к буквальному толкованию положений, закрепленных в гражданском кодексе. Она состоит в том, что юридическое лицо имеет право на компенсацию морального вреда только в случае нарушения такого личного неимущественного права, как право на деловую репутацию. Такой подход к вопросу не совсем удачен, и прежде всего потому, что вряд ли теории права под силу обосновать некую уникальность права на деловую репутацию.

Профессор Ю.К. Толстой, освещая данную проблему, дважды обращает внимание на то, что "моральный вред может быть причинен только физическому лицу, поскольку физические и нравственные страдания может испытывать лишь психофизиологическая особь, но никак не социальная общность, каковой является юридическое лицо ". Далее, несмотря на позицию Пленума ВС РФ, которую мы осветили выше, отмечается, что "в последнее время чаша весов склоняется в пользу того, что моральный вред юридическому лицу, исходя из самой категории морального вреда как причинения физических и нравственных страданий, причинен быть не может."9

В литературе высказывается позиция, что в пункте 5 ст. 152 "законодатель имел в виду право гражданина ...требовать возмещения убытков и компенсацию морального вреда". Далее, останавливаясь на позиции Пленума и отмечая тот факт, что Пленум ограничился лишь грамматическим толкованием ст. 152 ГК РФ, автор переходит к анализу п. 7 ст. 152 и отмечает оборот "соответственно применяются", который им толкуется как применение правил, которые соответствуют статусу и природе юридического лица. Выводом концепции является тезис о невозможности применения института морального вреда в отношении юридических лиц и предложение "скорректировать редакцию п. 7 ст. 152 ГК РФ, определенно исключив применение компенсации морального вреда к защите деловой репутации юридического лица.10

Позицию, близкую к обозначенной нами доктринальной, по всей видимости, исповедует и Высший арбитражный суд РФ, который неоднократно подтверждал, что "моральный вред может быть причинен только гражданину".11 При всей последовательности позиции кажется странным отсутствие какой-либо ее аргументации. В частности, положения ст. 151 ГК РФ никак не соотносятся с п.п. 7 и 5 ст. 152 ГК РФ, что по меньшей мере странно.

Нам видится, что положение, сложившееся в 1995 г. (а до этого времени за юридическим лицом существовало право на компенсацию морального вреда), также как и проблема с возмещением вреда чести, достоинству и деловой репутации является прямым следствием не совсем удачного, по нашему мнению, универсального подхода к юридическому лицу как к своего рода фикции.

Справедливости ради мы считаем необходимым отметить, что имеющиеся в теоретических статьях12 и судебных решениях13 утверждения о том, что моральный вред юридическому лицу все-таки причиняется либо может быть причинен, не выдерживают критики, поскольку, как правило, полностью отсутствует аргументация

9 Гражданское право. Учебник. Часть 1 третье издание под ред. Сергеева А. П. Толстого Ю. К., М., Проспект, 1998. с 323 - 325.

10 Эрделевский А. М. "Моральный вред как компенсация за страдания." М., Бек , 1997 стр 9-11

11 Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 декабря 1998 г. N 813/98; Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 5 августа 1997 г. N 1509/97

12 С. Ключихина. Порядок компенсации морального вреда юридическому лицу., Комментарий законодательства РФ №14. 1997

13 Постановление апелляционной инстанции от 12.11.97 Арбитражного суда Тюменской области по делу N А-70-1806/5-97 и Постановление Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 12.01.98.

подобных позиций. Отсутствие аргументации позволяет противникам подобной конструкции возражать по существу проблемы без каких либо контраргументов14

На практике действительно может сложиться впечатление, что п. 7 ст. 152 случайно распространил действие института морального вреда на юридические лица. Подтверждением тому может служить то, что, во-первых, статьи Гражданского кодекса, посвященные непосредственно моральному вреду, о компенсации такого вреда юридическим лицам не говорят, во-вторых, и сам п. 7 ст. 152 ГК РФ содержит отсылочную норму к иным пунктам этой же статьи, касающимся деловой репутации, и основной целью пункта 7 является наделение юридического лица деловой репутацией, а не комплексом эмоций, и, в-третьих, наконец, наделение юридического лица эмоциональной сферой только по отношению к деловой репутации есть неконституционное умаление иных неимущественных прав, которыми способно обладать юридическое лицо.

Позиция находит поддержку среди юристов, и прежде всего среди судей, которые формируют судебную практику. В мотивировочной части решения они достаточно дружно копируют фразу о том, что "поскольку закон предусматривает возмещение морального вреда лишь гражданину, определив моральный вред как физические и нравственные страдания, суд не находит оснований для удовлетворения требований юридического лица о возмещении морального вреда."15

Позиция достаточно понятна и основана на простом и в целом бесспорном аргументе о том, что физические и нравственные страдания как результат деятельности центральной нервной системы человека могут быть присущи только такому субъекту права, который этой центральной нервной системой обладает. Сторонниками данной позиции либо отрицается возможность юридического лица оценивать свои действия, либо, во всяком случае, переживания считаются явно не свойственными социальной общности. Нас в этом плане заботит один вопрос: как вообще юридическое лицо принимает какие-либо решения, если ему не свойственна высшая нервная деятельность? Ответ лежит в той плоскости, что людской субстрат ведет активную работу по постановке целей, определению направлений деятельности и т.п.

Восприятие осуществляется посредством органов юридического лица. Для принятия решения необходимо оценить внешнее воздействие, здесь опять работает людской субстрат. Деятельность юридического лица неразрывно связана с мышлением человека. От оценки эффективности работы часто зависит судьба юридического лица. Формальная невозможность юридической личности испытывать страдания, однако, сомнений не вызывает.

Неоднозначным является тот факт, что индивидуальный частный предприниматель может претерпевать страдания по поводу своей коммерческой деятельности, а вот члены полного товарищества нет, так как их личные права ничем не нарушены, а их страдания по поводу юридического лица, за которое они в полном ответе, не компенсируются вообще никак.

Юридическое лицо не может испытывать страдания. Оно вообще многого само не может, не может, например, реально быть истцом и ответчиком в суде, так как в судебном процессе необходимо личное присутствие, а юридическое лицо - это некая нематериальная субстанция, сложный комплекс единения имущества,

14

см. приведенные выше примеры

15 В литературе приводятся такие цитаты со ссылками на Архивы Савеловского райнарсуда г. Москвы,

Федеральный суд Красносельского района г. СПБ, такие же соображения судей зафиксированы и в архиве Федерального Фрунзенского районного суда г. СПБ.

неимущественных прав и людских ресурсов. В практических целях законодатель вынужден был найти в структуре юридического лица тех людей, которые будут представлять данное лицо.

Любая организация во всем зависит от учредителей (акционеров) и руководителя. Очевидно, что юридические лица не берутся ниоткуда, они создаются посредством принятия решения о создании одним или несколькими людьми путем объединения капиталов. Но одних имущественных средств мало для создания личности, нужно, чтобы каждый из учредителей вложил часть своего интеллекта для создания общего интеллектуального ресурса - собственно личности юридического лица. В акционерных обществах личность во многом дополнена, а иногда и полностью сводится к фигуре директора, людей, входящих в органы управления.

Интеллект не передается по частям, передать его вообще достаточно сложно, его передача выражается в том, что часть высшей нервной деятельности посвящается юридическому лицу в полном объеме, люди мыслят от имени юридического лица. Мышление от имени юридического лица и есть мышление самого юридического лица, поскольку ни на какое другое мышление оно не способно. Мышление людей в интересах юридического лица, очевидно, может приобретать и форму нравственных страданий.

Таким образом, при определенном подходе к природе юридического лица причинение ему нравственных страданий возможно. Возможность их причинения порождает и необходимость компенсации по аналогии с компенсацией физическим лицам. Проблема в том, что, если бы законодатель исходил из подобных соображений, то необходимо было признавать за юридическим лицом и возможность к самооценке -наличие достоинства.

На наш взгляд, правильным было бы признание возможности претерпевать моральный вред юридическим лицом и соответственно получать компенсацию такого вреда, хотя мы находим более обоснованной позицию о недопустимости такой компенсации в ныне действующем Гражданском кодексе.

Однако мы выражаем несогласие с теоретическими воззрениями на моральное благополучие как на состояние, свойственное исключительно физическому лицу. Такой взгляд, прежде всего, обусловливается тем, что неимущественные права должны пользоваться одинаковой защитой. Переходя полностью от физического лица к юридическому и наоборот, оно не может меняться ни по существу, ни в объеме, сохраняться должен и объем защиты этого права.

Нам также видится, что в отношении некоммерческих, в особенности политических, объединений граждан необходимо использовать не только понятие "деловая репутация", но и понятие "честь", и соответственно компенсировать моральный вред.