ГЕОПОЛИТИЧЕСКАЯ РОЛЬ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ РОССИИ И КИТАЯ В СОСТАВЕ ШОС И БРИКС В ФОРМИРОВАНИИ ИНТЕГРАЦИОННОГО КОНТУРА

А.В. Шумилов

ГЕОПОЛИТИЧЕСКАЯ РОЛЬ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ РОССИИ И КИТАЯ В СОСТАВЕ ШОС И БРИКС В ФОРМИРОВАНИИ ИНТЕГРАЦИОННОГО КОНТУРА

Аннотация

Работа посвящена определению факторов формирования геополитики России и Китая на пространстве Евразии в составе международных объединений. Чтобы разобрать сегодняшнее положение стран и уровень взаимоотношений России и Китая, стоит обратиться к взаимодействию государств посредством их участия в Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) и БРИКС. Разобрав основные этапы, можно выяснить - на основе чего выстраивались данные отношения, какие стадии они прошли. Евроазиатский регион стал определённой площадкой для осуществления совместной политической деятельности для России и Китая. Данный регион имеет огромную геополитическую значимость в изменившихся условиях международных отношений. Стал заметен новый вектор российской политики по формированию нового широко интеграционного контура евразийского пространства. Особенно важно отметить новые тенденции развития мировой системы с осени 2022 года, в результате открытия стран после пандемии и нового витка санкционной войны. Большинство исследователей склонны к мнению о том, что союз РФ и КНР может противостоять влиянию и господству США, что сказывается на геополитическом состоянии и на балансе сил. На сегодняшний день влияние американского фактора особо ясно и заметно, поскольку отражается на всем мировом сообществе . В этих условиях начинает меняться роль международных институтов. Государства начинают придавать большую

A. Shumilov

THE GEOPOLITICAL ROLE OF RUSSIA AND CHINA'S ACTIVITIES WITHIN THE SCO AND BRICS IN SHAPING THE INTEGRATION CONTOUR

Abstract

The work is devoted to determining the factors of the formation of the geopolitics of Russia and China in the Eurasian space as part of international associations. To analyze the current situation of the countries and the level of relations between Russia and China, it is worth turning to the interaction of states through their participation in the Shanghai Cooperation Organization (SCO) and BRICS. Having analyzed the main stages, you can find out what these relationships were based on, what stages they went through. The Eurasian region has become a certain platform for joint political activities for Russia and China. This region has great geopolitical importance in the changed conditions of international relations. A new vector of Russian policy on the formation of a new broadly integrated contour of the Eurasian space has become noticeable.

It is especially important to note the new trends in the development of the global system since the autumn of 2022, as a result of the opening of countries after the pandemic and a new round of the sanctions war. Most researchers tend to believe that the union of the Russian Federation and the People's Republic of China can withstand the influence and dominance of the United States, which affects the geopolitical state and the balance of power. To date, the influence of the American factor is particularly clear and noticeable, as it affects the entire world community.

In these circumstances, the role of international institutions is beginning to

значимость интеграционным проектам в рамках международных объединений, значимыми в этих условиях становятся ШОС и БРИКС. В результате исследования выявлены основные точки соприкосновения и наиболее эффективные направления сотрудничества в основных сферах двух государств в условиях новой геополитической обстановки.

Ключевые слова:

Россия, Китай, геополитика, БРИКС, ШОС, международные организации, международные отношения, Евразия.

change. States are beginning to attach great importance to integration projects within the framework of international associations, and the SCO and BRICS are becoming significant in these conditions. As a result of the study, the main points of contact and the most effective areas of cooperation in the main spheres of the two states in the context of the new geopolitical situation have been identified.

Key words:

Russia, China, geopolitics, BRICS, SCO, international organizations, international relations, Eurasia.

https://doi.org/10.24412/2227-1538-2024-1-155-165

Отношения между государствами в международной сфере в последние годы отличаются нестабильностью, идет процесс переформатирования мировой модели. Пандемия коронавируса, новый виток санкционного противостояния заставили как Россию, так и Китай предпринять новые несвойственные ранее действия в силу изменения национальных возможностей. В этих условиях удобным инструментов продвижения национальных интересов становятся международные институты, вероятно важную роль для России играют такие международные объединения как ШОС и БРИКС, а при важнейшей роли Китая, тандем Россия и Китай в международных организациях становится важным фактором переформатирования и консолидации мирового сообщества.

Россия и Китай в Шанхайской организации сотрудничества в постпан-демийных условиях

В настоящее время в состав ШОС входят восемь государств-членов (Россия, Китай, Индия, Казахстан, Кыргызстан, Пакистан, Таджикистан и Узбекистан). С момента своего создания в 2001 году ШОС уделяла основное внимание вопросам региональной безопасности, борьбе с терроризмом, этническим сепаратизмом и религиозным экстремизмом. На сегодняшний день в число приоритетов ШОС входит и региональное развитие.

За последнее десятилетие Шанхайская организация в значительной степени повысила свой международный авторитет, в ходе чего внимание Запада заметно усилилось, поскольку геополитика ШОС способна препятствовать западной политики по отношению к Центральной и Южной Азии, а США во многом обеспокоены потерей своего положения на Азиатско-Тихоокеанском регионе. По мнению многих исследователей, анализирующие геополитическую роль ШОС в современных условиях, данная организация

сотрудничества представляет собой международную организацию общей компетенции с заметным уклоном в вопросы обеспечения безопасности и поддержания мира в Евро-Азиатском регионе (поскольку богатство природных ресурсов государств, входящих в его состав, во многом превышают подобные данные в сравнении с другими организациями международного характера), явно ориентирующуюся на объединение государств континента Евразия с тем, чтобы продвигать их национальные интересы на мировой арене [2, с. 100]. Известно, что высокий уровень геополитического положения ШОС увеличивается благодаря природным ресурсам, основываясь на том факте, что проблемы регионального и локального типа приобретают международный характер, в том случае, когда активным образом возрастает течение, направленное на формирование близких интеграционных связей на основе одного или нескольких территориальных образований [14]. Помимо этого, значимость ШОС также распространяется на все сферы жизнедеятельности граждан евро-азиатских государств, принимая во внимание неординарную угрозу в сторону той или иной страны-участницы организации. Однако, ШОС принимает активные меры борьбы с подобными угрозами, в том числе касающиеся цифровой экономики, а также коммуникационных технологий.

На сегодняшний день сфера безопасности терпит сложные перемены, характерные в международной и региональной ситуации, ко всему прочему добавляются традиционные и нетрадиционные угрозы, в ходе чего в исполнение приходят законы, относящиеся к борьбе с терроризмом международного характера. Тем не менее, благодаря высокому уровню ответственности, касающиеся противостоянию внешней угрозы, ШОС в большей мере исключает проникновение агрессора на территорию стран-участниц. ШОС проводит общие антитеррористические боевые учения, которые бесспорно ограничивает третьи силы от отрицательного воздействия, а также гарантируют высокую степень борьбы с особо экстремистскими проявлениями агрессивных групп. Исходя из этого, российско-китайское сотрудничество нацелено на стремительное укрепление двухсторонних отношений, где Россия поддерживает тенденцию к интеграции единого мнения в странах Евразии для того, чтобы не дать внешним силам проникнуть в регионы и нарушить национальные интересы стран.

Стоит отметить, что «достижения организации во многом обусловлены совместной деятельностью России и Китая, которые с момента образования ШОС выступали драйверами ее развития. Общие представления Москвы и Пекина о ее приоритетах на текущем этапе отражены в Совместном заявлении о международных отношениях, вступающих в новую эпоху, и глобальном устойчивом развитии от 4 февраля 2022 г. Во-первых, необходимо все-

сторонне укреплять ШОС и повышать ее роль в формировании полицентрич-ного мироустройства. Во-вторых, важно последовательно реализовывать договоренности о совершенствовании механизмов противодействия вызовам и угрозам безопасности и расширять функциональные возможности Региональной антитеррористической структуры ШОС. В-третьих, следует способствовать приданию нового качества и динамики экономическому взаимодействию между государствами - членами ШОС, в том числе путем использования передовых, ресурсосберегающих, энергоэффективных и «зеленых» технологий. В-четвертых, Москва и Пекин должны поддерживать сотрудничество в рамках организации по обеспечению международной информационной безопасности. В-пятых, государствам-членам следует углублять сотрудничество в области культуры, образования, науки и техники, здравоохранения, охраны окружающей среды, туризма, контактов между людьми, спорта и в других связанных сферах» [6, с. 29].

Особое внимание в геополитике ШОС занимает расширение китайского влияния на евро-азиатские страны, благодаря своему статусу наикрупнейшего инвестора, однако данное распространение не имеет завоевательный характер, а скорее партнёрский, где Китай стремится к укреплению геополитического положения в сотрудничестве с Россией и действует в рамках организации сотрудничества. К сожалению, геополитическая структура институциональных достижений в развитии в ШОС ещё не до конца развита, хотя КНР во многом укрепляет экономические положение организации, посредством формирования зоны свободной торговли и хозяйственной интеграции, распространяющиеся на все заинтересованные в интеграционном процессе страны - участницы [11, р. 14].

После того, как РФ и КНР акционировали деятельность ШОС в развитие экономического статуса организации, выражающаяся в совместной координации системы «Один пояс, один путь» «и проекта Большого евразийского партнерства (БЕП) с участием стран Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), ЕАЭС и ШОС, а также других стран и региональных объединений. Хорошие возможности для этого открывает Меморандум о взаимопонимании между Секретариатом ШОС и Евразийской экономической комиссией (ЕЭК), подписанный в сентябре 2021 Документ предусматривает развитие контактов по различным направлениям — от экономики и финансов до внешней торговли и инвестиций. Российско-китайское практическое сотрудничество по сопряжению БЕП и ОПОП с привлечением ШОС может способствовать частичному прорыву экономической блокады РФ со стороны Запада. Взаимодействие в этих рамках придаст организации больший вес в региональном сотрудничестве» [6, с. 32]. Вероятно, геополитическое сотруд-

ничество между Россией и КНР фиксируют и развивают внутреннюю устойчивость ШОС в противовес Западу, а также в достойной степени обеспечивает экономическую стабильность Центральной Азии, развивая подходы к формированию евро-азиатской площадки международного характера.

Стоит отметить, что «в 2021-2022 гг. Россия и Китай продолжали использовать встречи на высшем уровне в ШОС для выдвижения собственных инициатив, которые позволяют увеличивать региональное значение организации. Так, президент России предложил параллельно с саммитами глав государств проводить мероприятия на высшем или высоком уровне в формате ШОС+ с привлечением наблюдателей и партнеров по диалогу. В рамках дальнейшего укрепления противоэпидемического сотрудничества российская сторона пригласила представителей членов организации подключиться к международным учениям специалистов, борющихся с опасными инфекциями. Эти учения прошли в октябре 2021 года в Казани» [6, с. 31].

Актуальной составляющей является то, что энергетическое сотрудничество в рамках ШОС в достаточной степени может повлиять на изменение геополитической модели, которая вирирует между крупными державами, где у России и Китая собственные планы. На основании того, что энергетика считается одной из значимых условий, влияющих на международные взаимоотношения, а также представляет стратегическую значимость в осуществлении национальной политики любой страны, по этой причине заинтересованность стран мира к вопросам энергетической безопасности также увеличивается [16]. Так, РФ является одной из крупнейших производителей энергии глобального уровня, она нуждается в устойчивом и константном рынке для обильных энергоресурсов страны [13, р. 136]. А КНР в свою очередь является той страной, где энергия потребляется в достаточно огромных количествах, именно поэтому она нуждается в устойчивых и константных поставщиков энергоресурсов. В следствие этого КНР и РФ осуществляют сотрудничество масштабного уровня, где продолжительные политические отношений, а также географическое положение способствуют доброжелательным условиям и обеспечению добрососедских отношений, где ШОС является неким инструментом взаимодействия и сотрудничества РФ с КНР.

Можно согласиться с мнением Е.А. Романовой о будущем энергетическом сотрудничестве между странами ШОС, которая главным образом выражается в трех аспектах, в-первых, расширение партнерства в области торговли нефтью и газом и закупок ресурсов, а также совместное стремление к ценовой безопасности; во-вторых, углубление сотрудничества между сторонами спроса и предложения на нефть и газ и стремление обеспечить безопасность энергоснабжения; в-третьих, развитие в таких областях, как экологически

чистые энергетические технологии и оборудование, для достижения взаимной выгоды и беспроигрышных результатов для обеих сторон» [5, с. 119].

Посредством Шанхайской организации сотрудничества РФ может активным образом защищать собственные интересы национального характера на пространстве Евразии, применяя свои весомые военные силы, а также твёрдо заявлять стратегию своих действий на международной арене. Кроме того, России необходимо усиливать процесс интеграции, в ходе чего на сегодняшний день идёт активный процесс противостояния вступлению Украины (Молдавии, Грузии) в состав Североатлантического Альянса (НАТО). Для этого следует вести соответствующую политику противостояния взаимодействий отдельных стран, входящих в Организацию Договора о коллективной безопасности, с Западом и препятствовать отклонению от согласованных с РФ геополитических целей.

Следует согласиться с озвученной идеей, что «перспективной задачей может также считаться создание зоны свободной торговли (ЗСТ) ШОС. Данную инициативу уже давно продвигает китайская сторона как на официальном уровне, так и в рамках встреч национальных координаторов. Пока основная трудность в создании ЗСТ заключается в неравенстве потенциалов внутренних рынков государств-членов и риски, связанные с расширением санкций США. Однако, по мнению Москвы, у организации появилась возможность перенести акцент в работе на торгово-экономическую сферу, чтобы через более рациональное гармоничное разделение труда, отраслевую и географическую специализацию отдельных стран преодолевать экономическое неравенство. В новых международных условиях Москве и Пекину следует скорректировать акценты и направления экономического взаимодействия в ШОС в контексте крайне жестких антироссийских рестрикций США и их союзников. РФ и КНР могли бы воспользоваться потенциалом организации, чтобы минимизировать последствия санкционного давления на обе страны» [6, с. 131].

Россия и Китай в новой геополитической реальности и БРИКС

Понятие «БРИКС» было образовано на основании международного геополитического сообщества, в состав которых входили страны — Бразилии, России, Индии, Китая и Южной Африки. Стоит отметить, что целью БРИКС не является процесс интеграционного объединения, в отличии от других подобного типа организаций. «... в рамках БРИКС сосуществуют и двусторонние, и многосторонние переговоры, организация уделяет важное значение диалогу и общению, применяет усилие к созданию единой позиции и урегулированию своих разногласий. Принцип работы БРИКС - гибкость, динамизм, акцент на точках совпадения, построение консенсусов, взаимо-

действие без жесткой оргструктуры, что предполагает "свободное плавание" для каждой из стран, возможность проводить собственную политику, выбирать собственных партнеров, а между собой сотрудничать лишь в случае неоспоримой и взаимной выгоды. Для такого свободного формата цивилиза-ционные различия не помеха» [3, с. 107]. Стремительное способствование развития экономического сотрудничества между странами БРИКС - является основным вопросом в повестке сегодняшнего дня. Формирование Нового Банка на базе БРИКС в 2021 году был признан одним из лучших многосторонних банков, которые в значительной степени смогли устоять на фоне кризиса, вызванной пандемией, в следствие чего данное сотрудничество во многом улучшилось, а БРИКС является значимой платформой для дальнейшего регулирования развивающихся отношений с достойным рынком [7]. Помимо этого, «в рамках обсуждения деятельности Нового банка развития (НБР), который прошёл 25 февраля 2022 года на первой встрече заместителей министров финансов и управляющих центральными банками БРИКС, участники приветствовали завершение «первой волны» расширения состава акционеров Банка и подчеркнули важность продолжения этой работы с учетом оценки вклада новых акционеров в работу НБР. Отмечен существенный прогресс в разработке проекта Генеральной стратегии Банка на период 2022 - 2026 гг., которая позволит улучшить внутренние процедуры по его управлению и в долгосрочной перспективе трансформировать НБР в многосторонний банк развития мирового класса» [8].

Национальные интересы и реализация сотрудничества в другими государствами-членами БРИКС в сфере экономики определяет основу значения России в ее составе. Однако, основной задачей присутствия РФ в БРИКС, как раньше, так и на современном этапе, является деятельность в сфере внешней политики, а именно противодействие господствующего положения Соединённых Штатов и Запада на ортодоксальных территориях российского влияния, в целях защиты национальной безопасности и независимости, где БРИКС в свою очередь является устойчивой площадкой для её реализации, как в экономике, так и в мировой политике.

Для Китая БРИКС представляет из себя площадку для формирования обновлённого мироустройства, где сотрудничество КНР со странами-участниками БРИКС на региональном уровне является важным составляющим в сфере внешней политики. Китай особо активно стимулирует развитие отраслевых платформ для содействия в рамках БРИКС, охватывая все сферы, что доказывает взаимодополняемость в сфере экономической деятельности [10, с. 256].

Развитие отношений РФ и КНР на базе БРИКС имеет достаточно крупную роль, поскольку грамотное ведение торгово-экономических отношений способствуют росту международной торговли, что позволяет данному межгосударственному объединению усилить своё положение на арене международного типа. Стоит отметить, что сотрудничество в сфере экономики и создание общей экономической стратегии на базе БРИКС расширяет пространство для развития торговых и экономических отношений России и Китая, что во многом укрепляет их геополитическое положение. Кроме того, «в настоящее время Китай и Россия активно совершенствуют структуру торговли, а предприятия двух стран используют площадку БРИКС для углубления практического сотрудничества» [15, р. 15]. Одним из главных стимулов развития укрепления сотрудничества в рамках БРИКС являются прямые и зарубежные международные инвестиции [11], отражённые в Стратегии экономического партнерства стран БРИКС до 2025 года. [9], Московской декларации XII саммита БРИКС. Кроме того, «Центральные банки стран БРИКС продолжат наращивать обмен данными о киберинцидентах в финансовом секторе, лучшими практиками и регуляторным опытом в сфере информационной безопасности. В качестве новой инициативы в 2022 году Народный банк Китая предложил провести два аналитических исследования центральных банков о цифровых валютах центральных банков (CBDC) и переходном финансировании» [8].

В свете сегодняшнего дня прошла встреча министров финансов и управляющих центральными банками стран БРИКС под председательством Китая, где с российской стороны участие принял Министр финансов РФ Антон Силуанов. Отмечалось, что «на встрече обсуждались приоритетные направления работы китайского председательства на текущий год, ситуация в мировой экономике и ключевые риски. Участники отметили существенное негативное воздействие текущего геополитического кризиса и ограничительных мер на восстановление мировой экономики, а также и то, что новая волна санкций против России разрушает фундамент существующей международной валютно-финансовой системы, основанной на долларе США» [8]. По этому поводу стоит отметить, что страны БРИКС стимулированы в приобретении экономической независимости, особенно с китайской и индийской стороны, где лидеры активным образом отказываются от долларовой валюты в пользу национальной. Более того, экономическая политика Китая активно ведёт внешнюю торговлю с основными партнерами в Юго-Восточной Азии в национальной валюте, а закупки Китая относительно ближневосточной нефти планируется также вести на основе китайской валюты.

Стоит отметить, что Россия, подобно Китаю, проводит активную политику внедрения рубля во внешнюю торговлю, где в рамках Евразийского экономического союза более половины расчетов производятся в национальной валюте. Учитывая, что посредством стран БРИКС проходит значительная доля товарооборота регионального типа не в долларовой валюте, статус данного межгосударственного объединения может приобрести особую геополитическую значимость.

Таким образом, исторически сложившаяся система совместной работы России и Китая и по сегодняшний день настроена на формирование равной модели мироустройства, где БРИКС выступает в качестве одного из рычагов давления на устройство порядка многополярного мира. Китайская и российская стороны активным образом пользуется БРИКС в качестве основы для развития торговых и экономических отношений, а также основательно способствуют развитию региональных отношений для повышения геополитического статуса. Как и в рамках БРИКС так и ШОС Россия нацелена на интеграционный процесс Евразийского пространства, с целью защиты национальных интересов стран-участниц. Цели Китая направлены на расширение китайского влияния за счёт своего экономического превосходства, имея не завоевательный характер, а партнёрский, где интересы Китая схожи с интересами России. Обе страны стремятся к увеличению геополитического влияния Евразии в противовес Западу. В последний год особо заметна тенденция внедрения национальных валют стран-участниц в торгово-экономических отношениях. Для поддержания статуса сильных держав, которым можно доверять, лидеры данных международных объединений посредством международных институтов могут вовлечь в сферу своего сотрудничества и влияния третьи страны, которые главным образом не вовлечены в санкционную сферу, а, следовательно, не несут рисков по ослаблению национальных экономик под давлением США. Россия и США в данном случае могут стать локомотивами консолидации международного сообщества на новой основе, укрепив международные институты, особо обратив внимание на новые векторы цифрового влияния как в коммуникациях, так и финансово-экономической сфере.

Литература

1. Гуселетов Б.П. Отношения между Евросоюзом и Китаем в постпандемийный период // PolitBook. 2023. №2. С. 6-22.

2. Кулинцев Ю.В. Сотрудничество России и Китая в интересах обеспечения безопасности геополитического пространства ШОС: проблемы и перспективы. Москва: Институт Дальнего Востока РАН, 2021. С. 176.

3. Ли Ю. Перспективы БРИКС и будущее сотрудничество Китая и России в рамках БРИКС // Актуальные научные исследования в современном мире. 2021. №4-5(72). С. 106-109.

4. О приоритетах работы китайского председательства на финансовом треке БРИКС в 2022 году восстановления / Официальный сайт Минфин России. URL: https://minfin.gov.ru/ru/press-center/?id_4=37780 (дата обращения 06.05.2023).

5. Романова Е.А. Российско-китайское стратегическое партнерство в рамках ШОС на примере энергетического сотрудничества: новые подходы в XXI в. // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Сер. 9: Востоковедение и африканистика. 2022. № 1. С. 114-120.

6. Российско-китайский диалог: модель 2022: доклад №78 / А.В. Кортунов, К.В. Бабаев, Чжао Хуашэн, Лю Хуацинь и др.; под ред. И.Н. Тимофеева, П.В. Бакулиной, Е.О. Карпинской и др.; РСМД. Москва: НП РСМД, 2022. 82 с.

7. Силуанов А.Г. Новый банк развития эффективно поддерживает страны во время восстановления // Минфин России. URL: https://clck.ru/37qtQP (дата обращения 06.05.2023).

8. О приоритетах работы китайского председательства на финансовом треке БРИКС в 2022 году / Минфин России. URL: https://minfin.gov.ru/ru/press-center/?id_4=37780 (дата обращения 06.05.2023).

9. Стратегия экономического партнерства БРИКС до 2025 года / БРИКС. URL: https://brics-russia2020.ru/images/ 114/81/1148133.pdf (дата обращения 06.05.2023).

10. Ян Чжэну. Перспективы развития торговли Китая со странами БРИКС в условиях действия антироссийских санкций // Вестник Челябинского государственного университета. 2022. №12(470). Экономические науки. Вып. 79. С. 253-259.

11. Peterson N. Russian Strategy Intentions. Department of Defense / U.S. Government. Washington DC. 2019. 167 p.

12. Reviving FDI's transformative power // Hinrich Foundation. Hong Kong. 2021. URL: https://clck.ru/37qtSe (дата обращения 06.05.2023).

13. An J., Dorofeev M., Zhu S., Development of energy cooperation between Russia and China // International Journal of Energy Economics and Policy. 2020. Т. 10. №1. P. 134-139.

14. Zhao H. Eurasian Integration: Adapting to New Realities (Чжао Хуашэн. Евразийская интеграция: адаптация к новым реалиям) / Valdai. URL: https://clck.ru/37qtTW (дата обращения 02.05.2023).

15. Zhou X., Fang W. Chinese-russian diplomatic healthcare relations during the new coronavirus infection (C0VID-2019) // World of Russian-speaking countries. 2021. №3. P. 5-33.

16. [Энергетическое сотрудничество между странами - членами ШОС: Китай и Россия подписывают крупные заказы в области ядерной энергетики с большим потенциалом для сотрудничества в нефтегазовой сфере] // Sina Finance. URL: http://finance.sina.com.cn/roll/2018-06-12/docihcufqih3791200.shtml (дата обращения 02.05.2023).

References

1. Guseletov B.P. Otnosheniya mezhdu Evrosoyuzom i Kitaem v postpandemiinyi period. PolitBook. 2023. №2. S. 6-22.

2. Kulintsev Yu.V. Sotrudnichestvo Rossii i Kitaya v interesakh obespecheniya be-zopasnosti geopoliticheskogo prostranstva ShOS: problemy i perspektivy. Moskva: Institut Dal'nego Vostoka RAN, 2021. S. 176.

3. Li Yu. Perspektivy BRIKS i budushchee sotrudnichestvo Kitaya i Rossii v ramkakh BRIKS. Aktual'nye nauchnye issledovaniya v sovremennom mire. 2021. №4-5(72). S. 106-109.

4. O prioritetakh raboty kitaiskogo predsedatel'stva na finansovom treke BRIKS v 2022 godu vosstanovleniya / Ofitsial'nyi sait Minfin Rossii. URL: https://minfin.gov.ru/ru/press-center/?id_4=37780 (data obrashcheniya 06.05.2023).

5. Romanova E.A. Rossiisko-kitaiskoe strategicheskoe partnerstvo v ramkakh ShOS na primere energeticheskogo sotrudnichestva: novye podkhody v XXI v. Sotsial'nye i gumanitarnye nauki. Otechestvennaya i zarubezhnaya literatura. Ser. 9: Vostokovedenie i afrikanistika. 2022. № 1. S. 114-120.

6. Rossiisko-kitaiskii dialog: model' 2022: doklad №78 / A.V. Kortunov, K.V. Ba-baev, Chzhao Khuashen, Lyu Khuatsin' i dr.; pod red. I.N. Timofeeva, P.V. Bakulinoi, E.O. Karpinskoi i dr.; RSMD. Moskva: NP RSMD, 2022. 82 s.

7. Siluanov A.G. Novyi bank razvitiya effektivno podderzhivaet strany vo vre-mya vosstanovleniya. Minfin Rossii. URL: https://clck.ru/37qtQP (data obrashcheniya 06.05.2023).

8. O prioritetakh raboty kitaiskogo predsedatel'stva na finansovom treke BRIKS v 2022 godu / Minfin Rossii. URL: https://minfin.gov.ru/ru/press-center/?id_4=37780 (data obrashcheniya 06.05.2023).

9. Strategiya ekonomicheskogo partnerstva BRIKS do 2025 goda / BRIKS. URL: https://brics-russia2020.ru/images/ 114/81/1148133.pdf (data obrashcheniya 06.05.2023).

10. Yan Chzhenu. Perspektivy razvitiya torgovli Kitaya so stranami BRIKS v uslovi-yakh deistviya antirossiiskikh sanktsii. Vestnik Chelyabinskogo gosudarstvennogo uni-versiteta. 2022. №12(470). Ekonomicheskie nauki. Vyp. 79. S. 253-259.

11. Peterson N. Russian Strategy Intentions. Department of Defense / U.S. Government. Washington DC. 2019. 167 p.

12. Reviving FDI's transformative power. Hinrich Foundation. Hong Kong. 2021. URL: https://clck.ru/37qtSe (data obrashcheniya 06.05.2023).

13. An J., Dorofeev M., Zhu S., Development of energy cooperation between Russia and China. International Journal of Energy Economics and Policy. 2020. T. 10. №1. P. 134139.

14. Zhao H. Eurasian Integration: Adapting to New Realities (Chzhao Khuashen. Ev-raziiskaya integratsiya: adaptatsiya k novym realiyam) / Valdai. URL: https://clck.ru/37qtTW (data obrashcheniya 02.05.2023).

15. Zhou X., Fang W. Chinese-russian diplomatic healthcare relations during the new coronavirus infection (COVID-2019). World of Russian-speaking countries. 2021. №3. P. 5-33.

16. ;fi^£ft;f£*[Energeticheskoe sotrudnichestvo mezhdu stranami - chlenami ShOS: Kitai i Rossiya podpisyvayut krupnye zakazy v oblasti yadernoi energetiki s bol'shim potentsialom dlya sotrudnichestva v neftegazovoi sfere]. Sina Finance. URL: http://finance.sina.com.cn/roll/2018-06-12/docihcufqih3791200.shtml (data obrashcheniya 02.05.2023).