Не время есть

Опубликованная Росстатом предварительная оценка экономического спада в РФ в 2020 году — 3,1% — существенно лучше консенсус-прогнозов и ожиданий госведомств. И хотя оценка динамики ВВП во время эпидемии может быть позже ухудшена, Россия, видимо, действительно прошла коронавирусный спад лучше большинства крупных экономик мира — возможно, в силу того, что потенциал ее докризисного роста был несколько недооценен. Вместо спада в ряде крупных отраслей, в том числе в промышленности, наблюдалась стагнация. Основной же удар кризиса 2020 года приняли на себя домохозяйства, снизившие и конечное потребление на 8,6%, и валовое накопление. Напротив, масштабы будущего восстановления экономика, судя по возросшим в конце года запасам, склонна была переоценивать.

Экономика России в 2020 году выглядела относительно бодрой с поправкой на обстоятельства — но домохозяйствам было сложнее, чем промышленности

Фото: Александр Казаков, Коммерсантъ / купить фото

По предварительным данным Росстата, снижение экономики России в 2020 году оказалось максимальным за последние одиннадцать лет — 3,1%. Тем не менее текущая оценка оказалось заметно лучше прогнозов ЦБ (минус 4–5%), Минэкономики (минус 3,9%) и консенсус-прогнозов информагентств Reuters (минус 3,7%), Bloomberg (минус 3,6%) и «Интерфакса» (минус 3,6%) на конец года.

Столь неожиданно хороший результат, вероятнее всего, связан с улучшением Росстатом внутриквартальной динамики ВВП в 2020 году, так как по данным за январь—сентябрь экономика снизилась на 3,4% и, исходя из текущей динамики, в четвертом квартале спад должен был замедлиться до 2,5%. В то же время, судя по слабой динамике частного потребления (см. “Ъ” от 28 января) и резкому сжатию чистого экспорта в конце года (см. “Ъ” от 27 января), это кажется маловероятным. «В целом динамика промышленности в четвертом квартале 2020 года удержала показатели ВВП от ухудшения, но дальнейшее восстановление в первом квартале 2021 года будет более медленным»,— считает Дмитрий Полевой из «Локо-инвест».

Динамика элементов использования ВВП, в постоянных ценах, % год к году

2019
2020
Валовый внутренний продукт
2
-3,1
в том числе:
расходы на конечное потребление
2,9
-5,2
— домохозяйств
3,2
-8,6
— госуправления
4
2,4
— некоммерческих организаций, обслуживающих домохозяйства
2,5
-0,2
Валовое накопление
3,2
-4,2
в том числе валовое накопление основного капитала
1,5
-6,2
Экспорт
0,9
-5,1
Импорт
3,5
-13,7

Александр Исаков из «ВТБ-Капитала» полагает, что показатель ВВП, оказавшийся лучше ожиданий в 2020 году, и недавнее повышение оценки роста экономики до 2% в 2019 году могут свидетельствовать о том, что базовый потенциальный рост российской экономики может оцениваться в 2%, а не в 1,5%, как это принято было считать в течение 2020 года. Впрочем, Олег Засов из Института исследований и экспертизы ВЭБа не исключает, что с появлением актуальных данных от малого и среднего бизнеса оценка динамики ВВП в 2020 году может ухудшиться. «Несмотря на то что цифра в 3,1% еще может корректироваться как вверх, так и вниз после анализа поступающих данных, уже очевидно, что Россия прошла 2020 год лучше, чем большинство других крупных экономик»,— отметила замглавы Минэкономики Полина Крючкова, добавив, что этому послужили меры поддержки правительством граждан и бизнеса, смягченные бюджетная и денежно-кредитная политики и свобода регионов в выборе реакций на вторую волну пандемии.

В пользу пересмотра в сторону повышения квартальных оценок Росстатом свидетельствуют итоговые данные о производстве ВВП, согласно которым производство добавленной стоимости в госуправлении, здравоохранении, науке и прочих услугах оказалось заметно выше, чем по итогам девяти месяцев, отмечает господин Засов.

Между тем и текущая годовая оценка производства добавленной стоимости свидетельствует, что основной удар «коронакризиса» пришелся на домохозяйства и отрасли, ориентированные на частный внутренний спрос.

Так, самое заметное снижение добавленной стоимости обнаруживается в деятельности домохозяйств как работодателей и производителей товаров и услуг — на 26%. За ней следует деятельность гостиниц и общепита, где спад был на уровне 24%, а закрывают тройку наиболее пострадавших отраслей услуги культуры и спорта (спад на 11%). В относительном выигрыше оказались финансовый и страховой сектор (по итогам года прибавил 7,9%), а также госуправление, обеспечение военной безопасности и социальное обеспечение, выросшие на 2,5%. В промышленности, здравоохранении, строительстве и сельском хозяйстве обнаруживается стагнация по итогам года — главным результатом эпидемии для них является отсутствие роста или падения выпуска.

О заметных экономических потерях населения в кризисе свидетельствует и статистика использования ВВП. Снижение расходов домохозяйств на конечное потребление составило 8,6%. Конечное же потребление сектора госуправления и НКО, обслуживающих домохозяйства, выросло по сравнению с 2019 годом на 3,9%, «прежде всего из-за увеличения расходов на здравоохранение и другие виды деятельности, связанные с борьбой с пандемией COVID-19», отмечают в Росстате. Заметный вклад в снижение ВВП внесло и опережающее сокращение импорта на 13,7% по сравнению с менее значительным спадом экспорта — на 5,1%, хотя уже в четвертом квартале 2020 года, как уже отмечал “Ъ”, восстановление импорта оказалось очень быстрым, а сам он фактически сравнялся с показателем соответствующего квартала 2019 года.

Отдельный интерес вызывают данные о валовом накоплении, которое сократилось на 4,2% за счет накопления основного капитала, включая ценности (минус 6,2%), тогда как доля запасов в структуре использования ВВП выросла с 1,7% в 2019 году до 2,1% в 2020 году. «Прирост запасов материальных оборотных средств увеличился в основном за счет производственных запасов на предприятиях, экономическая активность которых в условиях введенных ограничений снизилась»,— отмечают в Росстате, что свидетельствует о переоценке промышленностью уровня восстановительного спроса, на что указывали и опросы Института Гайдара в конце года.

«Большинство предпринимателей сумели адаптироваться к новым условиям и перестроить свою работу,— считает Полина Крючкова.— Показатель российского ВВП в 2021 году будет зависеть от выполнения Общенационального плана восстановления экономики, а также от скорости вакцинации».

В ЦМАКП при этом в конце года отмечали «явные риски перерастания эпидемического кризиса в общеэкономический — судя по тому, что в розничной торговле и по платным услугам, опирающимся на потребительский спрос, провал не преодолен». Январские данные о потреблении пока не фиксируют явных улучшений, а некоторый рост производственной активности в январе, которую фиксирует индекс PMI, по мнению аналитиков центра, «имел во многом конъюнктурный характер, так как преимущественно был обусловлен крайне слабым выездным турпотоком в новогодние праздники на фоне многократного (не менее чем впятеро) снижения зарубежных новогодних поездок при ощутимом росте внутренних (на десятки процентов для наиболее популярных городов России)».

По мнению Дмитрия Долгина из ING, дальнейшее восстановление будет зависеть от способности правительства улучшить настроения в частном секторе, с чем соглашаются и другие аналитики. «В целом наши основные опасения по-прежнему связаны с потреблением и рынком труда»,— заключает Дмитрий Полевой. Как отмечал “Ъ”, сейчас граждане пока предпочитают сбережения в наличной валюте и банковские депозиты кредитам и потреблению. Олег Засов, в свою очередь, не исключает, что приближающиеся выборы смогут заставить государство увеличить выплаты гражданам. В любом случае, сценарий выхода из кризиса во многом будет зависеть от психологических факторов — в «постковидную идею» экономического роста поверят или не поверят.