Семантическое освоение русизмов в карачаево-балкарском языке

ского на отзыв цензора, но и в не меньшей степени святителю Филарету Московскому. Не будь его во главе всего предприятия, такой цензорский отзыв, как отзыв архимандрита Иоанна, мог вполне погубить все дело. Поручая К.И. Невоструеву преподнести митрополиту первую часть «Описания», Горский писал: «Прошу покорнейше представить ее от нас Святителю, который указал нам этот труд и постоянно руководил нас своими советами и ободрял милостивым вниманием. Мы помним, и будем помнить, что без его сильного слова не видать бы нашей книге света. Представляя книгу, прошу все изъяснить нашему Покровителю смелым голосом чистой, искренней благодарности, чтобы он видел в этом не один формальный обряд, но чтобы в душе его ясно сказались наши чувства» [7, с. 492]. И это искреннее чувство благодарности к святителю Филарету за защиту «Описания», выраженное А.В. Горским, должно быть близко всякому, кто переживает и дорожит успехами русской науки.

Библиографический список

1. Иконников В. С. Опыт истории русской историографии. - Киев, 1891-1892. - Т. 1.

2. Горский А.В., Невоструев К.И. Описание славянских рукописей Московской Синодальной

библиотеки. - М., 1855. - Т. 1. - Отд. 1. Священное Писание.

3. Глубоковский Н.Н. Русская богословская наука в ее историческом развитии и новейшем состоянии. - М., 2002.

4. Горский А.В., Невоструев К.И. Описание славянских рукописей Московской Синодальной библиотеки. Отд. 2. Писания святых отцов. Ч. 2. -М., 1859.

5. Кириллин В. Александр Горский и русская археография // Историческая газета. - 1996. - N° 0.

6. ВоробьевМ.Н. А.В. Горский и К.И. Невоструев (к вопросу о соавторстве) // Богословский сборник. - М., 1997. - N° 1. - Вып. 1.

7. Эпизод из истории описания славянских рукописей Московской Синодальной Библиотеки // Богословский вестник. - 1900. - № 11.

8. Рецензия на «Описание славянских рукописей Московской Синодальной библиотеки» // Богословский вестник. - 1900. - № 11.

9. Черновой вариант см.: ОР РГБ, ф. 78. к. 9, ед. хр. 2.

10. Апология «Описания славянских рукописей Синодальной библиотеки» и Слово обличительное на отца Иоанна (ныне Казанской Духовной Академии ректора) // Богословский вестник. -1900. - № 11.

Л.Х. Мисирова

СЕМАНТИЧЕСКОЕ ОСВОЕНИЕ РУСИЗМОВ В КАРАЧАЕВО-БАЛКАРСКОМ ЯЗЫКЕ

Балкарский народ в своей истории устанавливал разнообразные связи со многими народами. Результатом этих связей явились многочисленные слова, заимствованные карачаево-балкарским языком из языков самых различных систем. Так, в карачаево-балкарском языке имеются заимствования из арабского, монгольского, кабардинского, осетинского, персидского и др. языков. Но ни один из указанных языков не оказал того влияния на карачаево-балкарский язык, которое оказал и продолжает оказывать великий русский язык.

Известно, что один лишь факт употребления тех или иных заимствований в родном языке еще не означает полного их освоения, во всем совпадающего с функционированием их в языке-источнике. Среди часто употребительных заимствований имеется масса слов, звучание которых силь-

но изменено приближено к карачаево-балкарской фонетике, но при этом остаются не освоенными многие стороны их семантики, стилистические оттенки, различные нюансы.

Как показывают материалы карачаево-балкарского языка, при заимствовании обычно происходит сужение семантического значения слова, т.е. карачаево-балкарский язык, заимствуя какое-то слово, берет его с каким-то одним или редко с двумя значениями. С одной стороны, это обогащает язык, в нем появляется слово для закрепления того или иного понятия, но с другой стороны, многословие в языке не поощряется, так как трудно бывает воспринять количество слов. Поэтому и существует многозначность слов, часть из которых имеет до десятка значений. Однозначных слов в языке мало, и те являются в основном терминами. Из русского языка главным образом

© Л.Х. Мисирова, 2007

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 2, 2007

127

заимствуются слова, связанные с развитием и обогащением словарного запаса из научно-технической, общественно-политической, экономической и культурной области.

Как уже говорилось, при заимствовании карачаево-балкарский язык берет из русского языка слово с одним стержневым значением, а другие побочные значения воспринимаются им редко. Так, слово «участок» в русском языке имеет пять значений: отдельная часть какой-нибудь поверхности, земельной площади; административно-территориальное подразделение чего-нибудь - избирательный участок, врачебный участок, участок службы пути; часть фронта - зона действий какой-нибудь воинской части; область, отрасль какой-нибудь общественной деятельности; в царской России: подразделение, отделение городской полиции. Из всех этих значений карачаево-балкарский язык усвоил лишь два: жер участка - земельный участок и айырыу участок - избирательный участок.

Или возьмем слово «звено», которое имеет четыре значения: кольцо, являющееся составной частью цепи; переносно-составная часть чего-нибудь; небольшая организационная ячейка или воинское подразделение; венец в деревянном срубе. Карачаево-балкарский язык заимствовал лишь одно значение - небольшая организационная ячейка (звено башчы - звеньевая (ой). В карачаево-балкарском языке это слово приобрело новые оттенки - деятельность звеньевого или выполняет обязанности, замещает звеньевого (звеночулукъ этеди).

Слово «бригадир» имеет значения: руководитель бригады; в старину военный чин выше полковника. Карачаево-балкарский язык воспринял его только с одним значением - руководитель бригады (бригадир келеди - бригадир идет, бри-гадирлик этеди - руководит бригадой).

Слово «станок» употребляется в трех значениях: машина для обработки металла, дерева и т.д.; основание, на котором укрепляют тело орудия, пулемета; отгороженное место в конюшне, коровнике для одного животного. В карачаево-балкарский язык оно заимствовано со значением - машина для обработки металла, дерева (те-мир чыбыкъланы чыгъаргъан станок - станок, делающий проволоку).

Из двух значений слова «цех» (отделение фабрики или завода; сословная организация ремесленников в Западной Европе) карачаево-балкарский язык воспринял одно - отдел фабрики или

завода (цехни таматасы - начальник цеха).

Слово «завод» имеет три значения: промышленное предприятие; предприятие для разведения животных (конный завод); приспособлебние для приведения в действие механизма. Карачаево-балкарский язык заимствовал это слово со всеми значениями (алмаз завод - алмазный завод, конзаводха барама - иду на конзавод, сагъ-атны заводу иги ишлейди - часовой завод хорошо работает).

Карачаево-балкарский язык заимствовал слова «класс» в его основных значениях: большая общественная группа с историческим определенным положением в системе общественного производства; группа учеников; комната для занятий (ишчи класс - рабочий класс; биринчи классны окъуучулары - ученики первого класса).

Слово «член» используется с одним значением - лицо, входящее, в состав какой-нибудь организации (Бирикген профсоюзланы комитетини члени - член комитета объединенных независимых профсоюзов). Остальные значения этого слова (одна из составных частей целого, орган тела, значения в грамматике) встречаются редко.

Карачаево-балкарский язык заимствует слова «смена» с двумя значениями: промежуток рабочего времени (биринчи смен бошалды - кончилась первая смена) и группа людей (экинчи смен ишин бир сагъатдан бошарыкъды - вторая смена закончит работу через час).

Остальные значения этого слова не зафиксированы.

«Район» употребляется со значением административно-территориальной единицы (Чегем район - Чегемский район), а со значением местности это слово в карачаево-балкарском языке не зафиксировано.

Из двух значений слова «ферма» карачаево-балкарский язык воспринял одно-отдельное специализированное хозяйство в колхозах и совхозах (къой ферма - овцеводческая ферма, тауукъ ферма - куриная ферма и др.) [4, с. 77-80].

Таким образом, одной из особенностей семантического освоения русских заимствований в карачаево-балкарском языке является сужение их смысла или сокращение количества значений. Кроме приведенных, можно назвать еще такие слова, как урок, вечер, совет, доска и мн. др.

Правда, в речи интеллигенции, хорошо владеющей русской и родной речью имеют место случаи полного освоения ряда многозначных рус-

128

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 2, 2007

ских слов, всесторонне не охваченных ни литературным, ни народным карачаево-балкарским языком. Такие слова, как урок, партия, копия, сухарь, совет и многие др. могут быть употреблены в устной карачаево-балкарской речи учащейся и рабочей молодежи, а также интеллигенции во всех присущих им в русском языке значениях. Это происходит в речи карачаевцев и балкарцев, двуязычных в полном смысле этого слова

Другим семантическим процессом, имеющим место в освоении заимствуемых слов, как отмечает М.Л. Апажев, является расширение их смысла или увеличение количества значений. Своеобразному переосмыслению подверглось слово «коридор», которое обозначает в карачаево-балкарском языке не только «коридор», но вмещает в себя и значения слов «крыльцо», «терраса», «веранда». В народном языке подобных примеров встречается больше. Так, карачаево-балкарский «кюпес» употребляется для обозначения «купец» и «большая шелковая шаль» (такие шали продавались русскими купцами). Также «гыранча» «женский головной платок с длинной бахромой» от русского граница (такие платки обычно привозились из заграницы). Слово «пассажир» в народной речи употребляется в значении «автобус», но редко в смысле «пассажир» [3, с. 87].

Третий вид изменения смысла в заимствованиях связан с потерей первоначального значения и приобретением ими необычной для русского языка семантики. Примерами подобного явления могут служить слова: «матушко», «кастум» и др., употребляющиеся в народном языке в значениях, которые не совпадают с их семантикой в русском языке. Так, «матушко» - от русского матушка - в карачаево-балкарском языке означает «русская девушка, женщина» [1, с. 58]. Имеют место случаи употребления слова кастум - от русского костюм - в значении «пиджак». Следует отметить, что подобные слова исключительно редки в современном карачаево-балкарском литературном языке.

Таким образом, из приведенных примеров становится ясно, что семантические изменения, происшедшие в заимствованиях, различны по своему характеру. Исходя из особенностей освоения смысла русских слов, М.Л. Апажев выделяет четыре категории заимствований.

К первой категории относится самая многочисленная группа слов, семантической особенностью которых является сужение смысла при заимствовании их карачаево-балкарским языком. Данная группа объединяет различные как по сфере употребления, так и по историческому происхождению слова. Ср. участка, звено, загон, бригадир, станок и многие др.

Вторую группу составляют слова, имеющие в карачаево-балкарском языке те же значения, что и в русском языке, ср. тетрадь, парта, картоф, колхоз, математика, культура и др.

Третья группа объединяет слова, семантика которых расширяется в процессе бытования в карачаево-балкарском языке, где, как правило, употребляется также одно или несколько из значений, активно функционирующих в источнике: ср. ка-лидор, милийса, власт и др.

Наконец, к четвертой категории относится самая немногочисленная группа слов, употребляющихся в карачаево-балкарском языке в необычном для русского языка значении. Ср.: матушко, кастум, мыжыкъ и др. [2, с. 230].

Библиографический список

1. Апажев М.Л. Вопросы влияния русского языка на кабардинский. - Нальчик, 1963. - 152 с.

2. Апажев М.Л. Современный кабардино-черкесский язык: Лексикология, Лексикография. -Нальчик: Эльбрус, 2000. - 408 с.

3. Отаров И.М. Лексикология карачаево-балкарского языка. - Нальчик: Эльбрус, 1996. - 219 с.

4. Текуев М.М. Некоторые вопросы семантического освоения русизмов в карачаево-балкарском языке // Проблема обучения родному и русскому языкам в балкарской школе. - Нальчик, 1994. - С. 77-81.

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 2, 2007

129