Танцы для отличницы

Выступления премьеров мировых театров в спектаклях Мариинского театра можно уподобить выставке одной картины, такие проводят ведущие музеи мира. Выставку одной балерины — выступление Яны Саленко в "Дон Кихоте" Мариинского театра — посетила ОЛЬГА ФЕДОРЧЕНКО.

Подобные "экспозиции" в Санкт-Петербурге проводят регулярно. Репутация Мариинского театра как "танцевального Эрмитажа" позволяет зрителям доверять авторитету профессиональных отборщиков: раз кого-то пригласили выступить в главной партии на одной из лучших сцен мира, значит, эксперты гарантируют. В этот раз петербургской публике рекомендовали Яну Саленко, которую сайт Мариинского театра презентовал прима-балериной Берлинского государственного балета и "желанной гостьей на многих сценах мира". Петербуржцы знают эту танцовщицу не понаслышке: госпожа Саленко регулярно выступает в программах авторитетного фестиваля Dance Open и в 2013 году даже удостоилась приза в номинации "Мисс Виртуозность". Таким образом, приглашение станцевать спектакль на сцене Мариинского театра явилось чуть запоздалым комплиментом и признанием за госпожой Саленко незаурядных технических достоинств.

Репутацию "мисс Виртуозности" Яна Саленко подтвердила в полной мере. Миниатюрная хрупкая балерина обладает неиссякаемой энергией. Она способна выдавать серию уверенных вращений, постепенно наращивая темп и усложняя обороты, демонстрировать незаурядный апломб — ее длительное балансирование на пуанте в позе аттитюд в финальном па-де-де оживило зал одобрительными аплодисментами. Танцевальное воспитание госпожи Саленко отменно: каноны академического исполнительства не были нарушены неточными позициями рук, развязным корпусом или расхлябанными несобранными ногами. Ни дать ни взять — диплом отличницы учебы. Что называется — хоть сейчас вставляй в рамочку и под стекло! Вопрос только в том, есть ли смысл устраивать выездную экспозицию красного диплома.

Партнер Яны Саленко Ким Кимин, легконогий и улыбчивый, весьма успешно конкурировал с балериной в плане виртуозности. В его танце не было никакой технологичной отсебятины — только каноническая версия академически выверенного текста. Но его "произношение" — очаровательная авторская интерпретация с собственными интонациями. В вариации первого акта господин Кимин завязывался морскими узлами в эффектнейших ранверсе, легко и непринужденно исполнил в финале подряд три двойных тура в воздухе. Залихватски вознеся балерину на вытянутых руках, он непринужденно прочесал "змейкой" сцену по всем направлениям в эпизоде похищения Китри (кто бы мог предположить в хрупком на вид танцовщике такую недюжинную силу?!). Свадебные торжества новобрачный провел элегантно и непринужденно, искрясь, словно шампанское в хрустальном фужере, и наполняя сердце радостью созерцания эстетически безупречного танца. Его актерское взаимодействие с партнерами по сцене и со зрителями было более чем очевидным, а придирчиво подготавливаемый плацдарм для "умирания" в сцене самоубийства можно считать актерской находкой артиста Кимина.

Актерский ансамбль мариинского "Дон Кихота" показался неоднородным: в назначении исполнителей зачастую не соблюдены элементарные пропорции. Подружки Китри весьма разнокалиберны по фактуре; Амурчик, прелестно станцованный ученицей Академии русского балета Ренатой Шакировой, оказался намного крупнее Китри-Дульсинеи; обладающая весьма ограниченным прыжком и испытывающая проблемы с вращениями Кумико Исии танцует противопоказанную ей вставную вариацию. Зато в спектакле есть настоящий Дон Кихот — Владимир Пономарев, ветеран балетной сцены. Его герой никогда не будет находиться на периферии действия, а порой случаются удивительные переключения: мы видим танцующих героев словно бы глазами этого странного старого чудака, способного разглядеть Прекрасную даму в стандартной отличнице.