«Состояние его здоровья таково, что решение надо принимать как можно скорее»

Экс-директор «Гоголь-центра» Алексей Малобродский продолжает находиться в реанимации 20-й городской клинической больницы Москвы. В четверг его доставили туда на «скорой» из Басманного суда. СМИ сообщили, что после того, как Алексей Малобродский оказался в отделении кардиореанимации, его приковали наручниками к больничной койке, правда, потом их сняли. Глава президентского Совета по правам человека Михаил Федотов прокомментировал ситуацию в беседе с «Коммерсантъ FM» Максимом Митченковым.

— Насколько известно, именно вы добились того, чтобы с Малобродского сняли наручники. Расскажите, пожалуйста, как об этом стало известно? И что нужно было сделать для того, чтобы наручники сняли?

— Важно не то, кто добился, а важно, что сняли наручники. Получилось это следующим образом: мне позвонил член Общественной наблюдательной комиссии Москвы, рассказал, что правозащитники посещали Малобродского в больнице и увидели, что он прикован наручниками к кровати. На мой взгляд, это действительно безобразие. Хотя я скажу, что в данном случае благодарен судьбе за то, что такой пример мы сейчас имеем в реальной практике.

Потому что слухи о том, что осужденных и подследственных приковывали наручниками к кроватям в больницах, уже ходили, но никогда не было конкретных доказательств.

В данном случае такие доказательства есть. Отсюда следует, что нужно разбираться в этой истории — то ли это жесткость конкретных отдельных конвоиров, то ли это жестокость ведомственной инструкции. В любом случае, этим надо заняться и это исправить.

— Пока неизвестно, кто именно принимал решение о том, что Малобродского нужно приковать?

— Нет, неизвестно. В этом надо разбираться, это серьезный вопрос. Подобная жестокость совершенно никак и ничем не оправданна. Я действительно уже за полночь позвонил начальнику ГУ МВД России по Москве, генералу Олегу Баранову, рассказал ему об этой ситуации. Он был не в курсе, конечно, но сказал: «Хорошо, Михаил Александрович, сейчас мы быстро разберемся». И утром в пятницу мне сообщили из больницы, что у Малобродского состояние здоровья стабильное, но, насколько я понимаю, все равно достаточно тяжелое, и им занимаются врачи в кардиореанимационном отделении, и что наручников на нем нет. Я так понимаю, что наручники сняли ночью. Но подробности расскажут или адвокат, который его посетит, или члены ОНК. Может быть, я сам успею добежать до этой больницы.

— Доступ родственников к Малобродскому есть сейчас, известно вам?

— Думаю, что нет, это было бы нарушением закона. Потому что родственники могут посетить его только с согласия следователя. При этом членов ОНК не могут не пустить в больницу, точно так же, как и адвоката.

— Насколько вам известно, в полной ли мере оказывают помощь Малобродскому сейчас?

— Мне сообщили, что ситуация под контролем, что ему по максимуму оказывается вся необходимая помощь. Вот здесь у меня нет вообще никаких сомнений, я абсолютно убежден в том, что наши врачи делают все, что от них зависит, чтобы человек поправился.

— Можно ли предположить, сколько он будет находиться в больнице?

— Это вопрос к врачам. Сейчас было бы важно, на мой взгляд, чтобы Мосгорсуд перенес срок апелляционного рассмотрения вопроса о продлении срока содержания под стражей Малобродскому хотя бы на понедельник, 14 мая. Потому что, насколько я знаю, сейчас апелляционная инстанция назначила рассмотрение на 21 мая.

Но состояние здоровья Алексея Малобродского таково, что решение надо принимать как можно скорее.

И я надеюсь, что московские судьи слушают «Коммерсантъ FM» и подумают о том, что можно сделать, потому что речь идет о жизни человека.

Как развивалось дело «Седьмой студии»

— СПЧ как-то может повлиять на то, чтобы рассмотрение дела перенесли на ближайшее время? Как совет планирует дальше действовать в такой ситуации?

— СПЧ — не участник процесса, как вы понимаете. В Мосгорсуд с таким ходатайством может обратиться адвокат, я думаю, что он так и сделает. А СПЧ может только поддержать это ходатайство, безусловно. Я сейчас публично говорю, что мы поддерживаем такое ходатайство и просим Мосгорсуд ускорить рассмотрение дела о продлении срока содержания под стражей Малобродскому в апелляционной инстанции. Можно сейчас рассмотреть этот вопрос немножко пораньше, на недельку, речь идет о жизни человека.

Ответственный секретарь московской Общественной наблюдательной комиссии Иван Мельников в эфире ''Ъ FM''

Как долго Алексей Малобродский будет находиться в реанимации, могут определить только врачи. Но на данный момент, конечно, он должен оставаться в больнице. Если суд вынесет постановление о переводе под домашний арест, то, соответственно, после лечения Алексей Малобродский сможет уже находиться дома. Ему на ногу наденут специальный браслет и фактически будут постоянно следить за его местонахождением по GPS.