Татарские и русские предприниматели Поволжья и Приуралья в социально-экономической и культурной жизни страны (К. 19-н. 20 вв)

мораль, налицо замена героя (Мышь на Крысу), существенно изменено содержание: у Эзопа и Лафонтена Мышь выручает Льва, в Крылова и Тукая - нет; басня Крылова также развернута, напоминает русскую сказку, употреблены просторечные слова ("прочь, отсель"), идиомы ("след простыл", "попал в тенета"), присутствует диалог, прямой морали не выведено, она содержится в русской пословице, которой Крылов иллюстрирует свою басню.

Как видим, варианты Крылова и Тукая обрели признаки подлинно национальные, и стали выдающимися явлениями, прежде всего, русской культуры и, соответственно, татарской. Узреть французское в варианте Крылова, а французское и русское в варианте Тукая невозможно, тем более древнегреческого... Таким образом, они стали полноценной и органической частью русской и татарской литератур.

Литература

1. Бархударов Л.С. Язык и перевод. М.: "Международные отношения", 1975, - 239 с.

2. Татарская энциклопедия. К., Т.4. 2008, - 766 с.

3. Ганиева Р.К. Сатирическое творчество Г.Тукая. К.: ТКИ, 1964, - 83 с.

4. Система стихотворных жанров в дрвнетюркской и тюрко-татарской литературе VIII - XIV вв. (зарождение, становление и функционирование). Автореферат дисс. на соиск. уч. степени доктора филологических наук. К., 2001, - 81 с.

5. Эзоп. Басни. М.: "ЭКСМО-ПРЕСС", 2001, - 446 с.

6. Квятковский А.П. Поэтическая энциклопедия. (науч. ред. И.Роднянская). 1966, - 369 с.

7. Жан Лафонтен. Любовь Психеи и Купидона. Басни. М.: "ЭКСМО". 2007, - 543 с.

8. Габдулла Тукай. Эсэрлэр: 5 томда. К.: ТКН, 1986. Т.4. - 368 с.

9. Байрамова Л.К. Трансформация в переводах Тукая басен И.А.Крылова / / Тукай Иэм ХХ гасыр мэдэнияте. Шагыйрьнец 110 еллыгына багышланган халыкара конференция материаллары. К.: ТКИ, 1997, - 323 с.

УДК 334.7

Н.И.Таиров

ТАТАРСКИЕ И РУССКИЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОВОЛЖЬЯ И ПРИУРАЛЬЯ В СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ И КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ СТРАНЫ

В статье, опираясь на архивные материалы и другие источники, раскрывается сотрудничество татарских и русских предпринимателей Поволжья и Приуралья (конец XIX-начало ХХ вв.).

Ключевые слова: татарские и русские предприниматели Поволжья и Приуралья на рубеже ХК-ХХ вв., сотрудничество, торговля, производство, ярмарки.

Tairov N.I. TATAR AND RUSSIAN ENTREPRENEURS OF THE VOLGA AND URAL REGIONS IN SOCIOECONOMIC LIFE OF THE COUNTRY (THE END OF XIX - BEGINNING XX CENTURY).

One of the most important features of the development of Tatar business in Russia was the close cooperation with representatives of ethnical Russian business people. This cooperation was multifaceted. Tatar merchants and farmers often paid rent for using business of a Russian merchant or noble. Broad prospects for friendship and business relationships were created by numerous fairs and markets of the region and the country. Trade, accommodation and living expenses Tatar merchants in Russian and local Russian merchants at the Tartar homeowners during the all-Russia (Irbit, Menzelinsky) and other fairs served the convergence of multinational merchants. Part of Tatar merchants and traders at the Irbit fair was very significant in the early twentieth century. In the course of business cooperation between Russian entrepreneurs were in the process of folding culture of interethnic and interfaith relations. A similar process was between the representatives of the international detachment of the working class and clerks of Tatar merchants and Industrialists. A significant part of Tatar merchants and Industrialists were in very good relations with businessmen of other nationalities, primarily Russian.

Key words: Tatar and Russian entrepreneurs of the Volga and Ural at the turn of XIX - XX centuries, cooperation, trade, manufacturing, fairs.

Интернациональный характер торгово-промышленной деятельности в России и регионе приводил к более частым встречам, контактам, общению друг другом представителей разных народов, в том числе предпринимателей. Одной из важнейших особенностей развития татарского предпринимательства в России было самое тесное сотрудничество с представителями русских деловых людей.

Данное сотрудничество было многоплановым.

Татарские купцы и крестьяне часто брали в аренду предприятия русских предпринимателей, в большей части дворян. Данная практика получила весьма серьезное распространение в суконной, кожевенной, мукомольной и других отраслях промышленности. Свидетельство тому арендаторы суконных фабрик Поволжья Мангушевы, Акчурины, Дебердиевы, Агишевы, Терегуловы, Бахтеевы и

другие. Это явление имело распространение на протяжении всего рассматриваемого периода развития промышленности.

Без русских и татар невозможно представить и торговлю шерстью, главным сырьем суконной промышленности. Источники показывают, что татары и русские предприниматели выступали как продавцы, так и как покупатели названного сырья. Среди участников названного рынка были представлены практически все фабриканты сукна региона (Поволжья).

В рассматриваемой отрасли часть реализуемого товара татарских суконщиков шла через русских купцов и предпринимателей в Казани, Москве. (Пельцер).

Некоторые татарские предприниматели были членами акционерных обществ русских купцов (на паях). Х.Т.Акчурин входил в «Торгово-промышленное товариществ товарищество Пельцер и К», где имел к 1916 г. 20 паев по 2 000 руб., т.е. 40000 руб. [1]. Более того, представитель Акчуриных был избран одним из директоров правления товарищества.

В свою очередь в состав практически только семейного акционерного общества Акчуриных входил француз П.П.Моро.

Русские и татарские деловые люди выступали в качестве рекомендателей (в виде гарантов) тех своих коллег, которые стремились получить кредиты как в государственных, так и коммерческих банках. В качестве примера можно привести продавцов в основном шерсти татарских крестьян и купцов Старотимошкинской волости Симбирской губернии Шафеевых, Абдрезяковых и других. В качестве «гарантов» по отношении этих людей выступали симбирский русский купец Крупенников и симбирский татарский купец К. Абушаев.

Одновременно русские и татарские предприниматели в процессе торгово-промышленной деятельности выступали как получатели кредитов друг у друга. В качестве примера следует назвать Акчуриных, Абушаевых...

Между русскими и татарскими купцами сложились доверительные отношения. В связи с этим они нередко договаривались об отсрочках в платежах за приобретенные друг у друга товары. Нередко это делалась во время торгов на ярмарках.

Сюда можно отнести и работу, и службу у татарских и русских купцов и промышленников представителей татарского и русского и других народов.

В рассматриваемые годы заключались и межнациональные браки между предпринимателями региона. Но они были редкостью, скорее исключением из правил, чем обычная практика. (Айтугано-вы, Акчурины, Дебердиевы).

Основная часть татарских фабрикантов (Акчурины, Агишевы, Дебердиевы и др.) реализовы-вала свою продукцию через русских и нерусских людей России (Пельтцер и др.). В свою очередь, симбирский фабрикант сукна М.Степанов продавал свою продукцию через татарского предпринимателя Иманкулова в Казани. В рассматриваемый период сложились хорошие, дружественные отношения между симбирским фабрикантом М.Степановым и казанским купцом Б.Апанаевым. Шерсть, принадлежащая Б.Апанаеву и предназначенная для продажи на Симбирской ярмарке, хранилась у Степанова. Активным было сотрудничество татарских и русских предпринимателей во время проведения различных выставок продукции промышленных и сельскохозяйственных продукций. Казанский купец Б.Апанаев представлял интересы фабриканта М.Степанова (по просьбе последнего) в ходе подготовки и проведения международной казанской выставки 1909 г. На эту же выставку доставкой, транспортировкой и подготовкой продукции (экспонатов) екатеринбургских купцов братьев Агафуровых занимался М.А.Винтер. На этот предмет между ними было заключено соответствующее соглашение. Для доставки экспонатов в Казань крупнейшие татарские купцы Урала воспользовались услугами известной транспортной кампании братьев Каменских [2].

Широкие перспективы для дружбы, деловых отношений создавали, открывали многочисленные ярмарки и базары региона и страны. Торговля, размещение и проживание татарских купцов у русских местных и русских купцов у татарских домовладельцев во время всероссийских (Ирбитской, Мензелинской) и других ярмарок служили сближению многонационального купечества. Участие татарских купцов и торговцев на Ирбитской ярмарке было весьма значительным и в начале ХХ века.

Так, на ярмарке 1901 г. были представлены 532 фирмы Российской империи, из которых 52 фирмы принадлежали татарам. Таким образом, последние составили 9,7% числа участников. Данные фирмы были зарегистрированы в татарских регионах страны, как Казанская губерния, Петропавловск, Ирбит, Екатеринбург, Тюмень, Пермь, Москва и т.д.

Кроме фирм, устроители ярмарки взяли на учет и 666 отдельных предпринимателей. Из них татарами были 83 человека. Следовательно, они составляли 12,4% от общего числа торговцев. Гео-

графия данной группы предпринимателей-татар была намного шире, чем фирм: Казань и Казанская губерния - 15, Оренбургская - 12 , Московская - 2, Пермская - 3. Наиболее представленными на ярмарке были татары из Сибири и Степного края (Семипалатинск, Петропавловск и др.) - 36 человек [3].

На ярмарке 1910 года было заявлено 1062 фирмы и купцов, из них 174 татарина. Из Поволжья и Приуралья прибыло почти 60 торговцев татар, в том числе из Казанской губернии - 27 человек. Остальные по преимуществу представляли Сибирь и Степной край [4].

О месте и роли татар на Ирбитской ярмарке свидетельствует то, что половина членов и кандидатов в члены ярмарочного комитета от иногороднего купечества были татарами. Это З.Х.Агафуров, М.М.Давлет-Кильдиев, К.М.Муртазин, Л.С.Мусин, Г.А.Хусаинов, Х.М.Каримов и З.Исхаков.

Еще большим было участие татар (из 1369 фирм и торговцев 252 были тюрко-татарскими) на ярмарке 1911 года. Только из Казани было 30 фирм. Казанцы привезли с собой азиатскую обувь, кожевенные товары, пушнину, галантерею, бязь, фрукты и жировые товары. В свою очередь, на ярмарке их интересовали ковры и пушнина и другие товары [5].

Приемом и размещением участников ярмарки занимались и проживающие в Ирбите татары. В дни ярмарки 1915 г у домовладельцев Бикмуллина останавливались Г.Файзуллин и Н.-М.Хами-дуллин (Петропавловск), продающие пушнину.

Необходимо сказать и о том, что у татарских предпринимателей приказчиками, доверенными, служащими, служили русские, евреи, немцы, французы и представители других народов. Среди служащих Акчуриных в начале ХХ в. были: француз П.Моро, немец Г.О.Прокопек, И.Тумм, А.Фомм, П.И. Титов, братья Кузнецовы из г.Касимова Рязанской губернии и др[1,43].

Одновременно татары служили у русских и иностранных предпринимателей России. (Ахмето-вы, Мангушевы и др.).

Итогом данного делового, партнерского сотрудничества было взаимообогащение, сближение, вза имопонимание, взаимоуважение между предпринимателями многонациональной Российской империи.

Дружественные отношения между русскими и татарами складывались и в условиях общения. Они посещали друг друга, в частности, во время религиозных праздников. Семья приказчиков Фай-зуллиных, проживавших в Оренбурге, находилась в тесных дружественных, приятельских отношениях с приказчиками Ключаревыми. Именно во время посещения Файзуллиными Ключаревых состоялась первая встреча юношей, впоследствии двух замечательных композиторов Джауда Файзи и Александа Ключарева, составивших гордость татарского музыкального, песенного искусства [6].

В ходе делового сотрудничества между российскими предпринимателями шел процесс складывания культуры межнационального и межконфессионального отношений. Аналогичный процесс шел и между представителями интернационального отряда рабочего класса и приказчиков татарских купцов и промышленников. Значительная часть татарских купцов и промышленников находились в весьма хороших отношениях с предпринимателями других национальностей, в первую очередь, русских.

Литература

1. Таиров Н.И. Акчурины. - Казань, 2002. - с.59.

2. НА РТ ф.1092 оп.1б д.68, лл.30,86.

3. Справочная книжка Ирбитская ярмарка на 1901 год. Ирбит, 1901. сс.41, 46-197. Подсчеты фирм, торговых домов и торговцев сделаны нами.

4. Справочная книга Ирбитская ярмарка на 1910 год. Ирбит. Б.г. -сс.41, 80-197.

5. Справочная книга Ирбитская ярмарка на 1911 год. Ирбит. Б.г. -сс.63, 78-79., 88-89.

6. Таиров Н.И. Татарская буржуазия Поволжья и Приуралья: социальная деятельность, благотворительность и меценатство (60-е гг. Х1Х в.-1917 г.). - Казань, 2011. - С.115-116.

УДК 390.930.9

Л.Н.Бродовская, В.В Буравлева

МЕЖКУЛЬТУРНОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ В ПОЛИЭТНИЧЕСКОМ РЕГИОНЕ ПОВОЛЖЬЯ: ОТ XIX К XXI ВЕКУ

В статье раскрывается значение культурно-исторического опыта взаимодействия исламской и христианской культур в Поволжском регионе для формирования толерантных отношений и утверждения диалога культур на современном этапе.

Ключевые слова: межэтническое, межконфессиональное взаимодействие, межкультурный диалог, традиции, толерантность, поволжская провинция.

L.N.Brodovskaya, V.V.Buravleva INTERCULTURAL COOPERATION IN A MULTI-ETNIC VOLGA REGION: FROM XIX TO XXI CENTURY

The article reveals the significance of cultural and historical experience of interaction between Islamic and Christian cultures in the Volga region for the formation of tolerance and setting up a dialogue of cultures in the modern world. It demonstrates the potential of teaching the humanities as the means of harmonization of relations between ethnic and confessional denominations.

Key words: ethnic interaction of denomination, confessional interaction of denomination, intercultural dialogue, traditions, tolerance, Volga region.

Диалог культур и этносов в Поволжье имеет давнюю и противоречивую историю. Но, несмотря на все сложности во взаимоотношениях российского государства и его неправославных подданных, на протяжении многих поколений был накоплен опыт не только мирного соседства, но и служения единому Отечеству. Для современной России диалог культур - это возможность сохранения страны, это «залог динамичного социально-экономического развития, гарант сохранения единого культурного пространства и территориальной целостности страны» [7].

Одной из концепций, рассматривающих взаимодействие культур народов Поволжья, является концепция евразийцев, которые рассматривали русскую культуру, как синтетическую. Россия - это евразийская цивилизация, для которой характерны, с одной стороны, культурная целостность, а с другой - согласование двух культурных потоков - европейского и азиатского. Евразийцы также настаивали на том, что европейское и азиатское начало в формировании русской культуры равнозначны.

Н.С.Трубецкой сформулировал правила межкультурного диалога России-Евразии: «В своих отношениях к другим народам истинный националист лишен всякого национального тщеславия или честолюбия... Он всегда будет принципиально миролюбив и терпим ...Он будет чужд и искусственного национального обособления... он с особенной чуткостью будет улавливать и во всяком другом народе все черты, похожие на его собственные. И если другой народ сумел дать одной из этих черт удачное воплощение в виде той или иной культурной ценности, то истинный националист не задумается заимствовать эту ценность, приспособив ее к общему инвентарю своей самобытной культуры» [12]. Благодаря добровольному соблюдению правил межкультурного диалога, поскольку получены они в ходе глубокой самостоятельной работы, народы-соседи, находящиеся в процессе длительной межкультурной коммуникации, смогут образовывать культуры, схожие в основных своих чертах, но имеющие и свою специфику. Важным моментом, с точки зрения Трубецкого, является принципиальное отличие такого, органично сформированного, культурного объединения от искусственного смешения культурных традиций в результате «поработительских стремлений одного из сожительствующих друг с другом народов» [12]. Особенности развития русской культуры Трубецкой связывал с этнографическим составом и характером русского народа и соответственно с его соотношением с иноплеменной культурой. Славянский элемент как основной, составляющий русскую национальность подвергался праиндоиранским и западноевропейским влияниям. Лингвистический анализ позволил Трубецкому сделать вывод, что совпадение праславянского и праиндоиранского словарей значительны и касаются преимущественно религиозных переживаний. Совпадение же праславянского языка с западноевропейским касаются главным образом хозяйственной деятельности. «Душой», утверждал Трубецкой, славяне тянулись к индоиранцам, а «телом», в силу географических и материально-бытовых условий - к западным индоевропейцам.

Этнические изменения в дальнейшем стали основой культурных изменений. Дифференциация славянства на западную, южную и восточную ветви определила и их культурную ориентацию. Западные славяне усвоили романо-германскую культуру, южные - участвовали в создании «балканской» культуры. В культурной ориентации восточных славян возобладало византийское влияние. Органическое восприятие восточными славянами византийской культуры соответствовало «национальной психике» и особенно плодотворно было в области духовной культуры, религии и искусства. В этнографическом отношении русский народ, имея стержень в славянстве, вместе с угрофиннами и поволжскими тюрками составлял особую культурную зону, имеющую связь и со славянством, и с туранским востоком. Трубецкой подтверждал это близостью построения великорусских, финских и тюркских песен, ритмических танцев, орнамента (резьба, вышивка), сказок. В области материальной культуры он отмечал близость с западной, южнославянской и финской культурой, полагая, что эта сторона культуры требует серьезного изучения [12]. Евразийцы создали свою теорию взаимодействия славян с восточными племенами. «Сопряжение» восточного славянства с туранством Трубецкой признавал «основным фактом русской истории». Доказательство этого он видел в продвижении русских на Восток, «в сожительстве с туранцами и обрусении их» [12]. Евразийцев интересовал вопрос приобщения к культуре другого народа. Они связывали его с конкретно-историческими условиями и утверждали, что полного тождества культуры никогда не может быть, речь может идти лишь о сме-