Сопоставительное исследование топонимов русского и китайского языков

УДК 81'27

Ansimova O.K. CULTURAL LINGUISTICS AT THE PRESENT STAGE OF DEVELOPMENT OF LINGUISTIC SIENCE: AN ATTEMPT TO DEFINE DISCIPLINARY STATUS. Under active development on issues of language and culture in this paper an attempt is made a comparative analysis of the basic concepts of cultural linguistics and determine its place in a number of other sciences field claimed that presents a theoretical significance, since all that exists at the present stage of its development concepts are of controversial nature.

Key words: cultural linguistics, ethnolinguistics, lingvostranovedenie, sociolinguistics, language and culture.

О.К. Ансимова, аспирант НГТУ, г. Новосибирск, Е-mail: ansimova-ok@yandex.ru

ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЯ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ РАЗВИТИЯ ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ НАУКИ: ПОПЫТКА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ДИСЦИПЛИНАРНОГО СТАТУСА

В рамках активных разработок в области проблемы языка и культуры в данной статье осуществляется попытка сравнительного анализа основных концепций определения лингвокультурологии и ее места в ряде других наук заявленной области, что представляет теоретическую значимость, поскольку все существующее на современном этапе ее развития концепции носят дискуссионный характер.

Ключевые слова: лингвокультурология, этнолингвистика, лингвострановедение, социолингвистика, язык и культура.

На современном, антропоцентрическом, этапе развития лингвистической науки значимость проблемы взаимодействия языка и культуры не вызывает сомнений в научном сообществе. Необходимость обращения к лингвокультуроло-гии как к области исследования данной проблемы связано с тем, что, несмотря на активные разработки данной области научного знания (предпосылки формирования - труды В. фон Гумбольдта и его последователей; активно исследуемая теория вопроса - современные работы В.Н. Телия, В.В. Воробьева, В.А. Масловой и др.), общепринятое определение лингвокультурологии, единое мнение относительно ее статуса, предметов, методов и т.д. еще не сформировано в научном сообществе. Иными словами, практически все существующие концепции описания данной научной дисциплины носят дискуссионный характер, часто не имея точек соприкосновения, что видится ущербным и представляет определенную проблему для дальнейших теоретических изысканий. В предлагаемой статье осуществляется попытка сопоставления основных концепций определения дисциплинарного статуса лингвокультурологии, необходимого для формирования проблемного теоретического поля данной области знания.

При отмеченной выше дискуссионности вопросов, связанных с лингвокультурологией, единственной проблемой, не вызывающей сомнений у исследователей, является изучение языка в неразрывной связи с культурой. Позиции исследователей относительно этого вопроса хорошо видны в формулировках определений лингвокультурологии, так, в большинстве случаев она определяется как научная дисциплина «о связи языка и культуры», что не дает четкого представления о ее специфике. Не способствует этому и отсутствие критериев разграничения или, наоборот, интеграции нескольких фундаментальных научных направлений, исследующих проблему связи языка и культуры: помимо лингвокультуро-логии к ним принято относить этнолингвистику, лингвостра-новедение, социолингвистику, а также межкультурную коммуникацию и др. Отметим, что авторитетный теоретик языка Е.Д. Поливанов проблему «язык и культура» относил к компетенции филологии, с той оговоркой, что филология определялась им как «совокупность дисциплин (дисциплин общественных наук), изучающих явления культуры, отраженные в памятниках слова, т.е. в языке и в памятниках литературы, а также (поскольку другие искусства, в свою очередь, тесно прилегают к литературе) и в памятниках других искусств. Следовательно, история литературы (именно как история культуры в памятниках литературы) и история искусства входят в понятие филологии, но лингвистика (= наука о языке) входит сюда лишь частично» [1, с. 444]. Наличие

нескольких дисциплин, в область исследования которых включена проблема «язык и культура», объясняется много-аспектностью заявленной проблемы, а их недостаточно четкое разграничение - стремлением современной науки в целом к интеграции различных областей знания, имеющих общий или схожий объект исследования.

В подтверждение дискуссионности многих вопросов лин-гвокультурологии отметим, что даже появление обозначающего лингвокультурологию термина не находит единого мнения среди исследователей: западные ученые полагают, что первым о лингвокультурологии заявил в своей статье американский лингвист, антрополог и литературовед П. Фридрих; Л.А. Городецкая приписывает первенство употребления данного термина Е.М. Верещагину и В.Г Костомарову [2, с. 68]; по мнению Е.О. Опариной, появление этого термина связано с разработками фразеологической школы, возглавляемой В.Н. Телия. Таким образом, современный этап развития лингвокультурологии можно обозначить как стадию становления теоретико-методологической базы данной научной дисциплины, откуда возникает необходимость рассмотрения и, что важно, попытки систематизации и классификации исследователями существующих теорий/концепций понимания лингвокультурологии.

За основу классификации нами принято определение статуса лингвокультурологии, поскольку выявление ее места в ряде других гуманитарных наук, исследующих проблему связи языка и культуры, видится первоочередной базовой задачей.

Среди существующих концепций относительно дисциплинарного статуса лингвокультурологии можно выделить следующие: а) понимание лингвокультурологии как самостоятельной научной дисциплины (В.В. Воробьев, В.А. Маслова и др.); б) понимание привативного характера взаимодействия: линг-вокультурология как часть той или иной науки, изучающей язык и/или культуру (Г.В. Токарев, Е.Е. Коптякова, Л.А. Городецкая, В.И. Карасик; В.В. Красных, Г.Г. Слышкин и др.); в) интеграция заявленных подходов (В.Н. Телия и др.).

Как самостоятельную «исследовательскую парадигму движения научной мысли о языке и культуре» лингвокульту-рологию понимают В.В. Воробьев и В.А. Маслова. Подобной позиции также придерживается Е.О. Опарина, но ввиду ее следования определению и большинству воззрений В.А. Масловой практически во всех методологических основаниях лингвокультурологии [3], отдельное рассмотрение ее подхода не представляется необходимым.

Самостоятельность лингвокультурологии раскрывается заявленными исследователями в сопоставлении ее с другими направлениями изучения связи языка и культуры, в част-

29б

ности с лингвострановедением (оговоримся, что, несмотря на разграничение В.В. Воробьевым лингвокультуроогии и лингвострановедения, он, а также Ю.Е. Прохоров, занимаются изучением взаимодействия языка и культуры в целях национально-ориентированного обучения, что позволяет Н.Ф. Алиференко обозначать тенденцию постепенного вытеснения лингвокультурологией страноведения в дидактическом плане [4, с. 268-283]). По мнению В.В. Воробьева, линг-вострановедение, являясь, в отличие от лингвокультуроло-гии, аспектом обучения языка, а не научной дисциплиной филологической области, может трактоваться как «практическая реализация лингвокультурологии в процессе преподавания русского языка иностранцам» [5, с. 37]. При этом необходимо обратить внимание на то, что, в понимании Е.М. Верещагина и В.Г. Костомарова, лингвострановедение представляет собой методический, лингводидактический аналог социолингвстики, с той разницей, что при всей общности «их объективной базы» «социолингвистика изучает экстралинг-вистический план языка как таковой с сугубо познавательными целями», а лингвострановедение - экстралингвисти-ческий план языка с точки зрения учебного процесса, т.е. с прикладными целями» [6, с. 16]. Отсюда возникает необходимость разграничения лингвострановедения и социолингвистики. Обратимся к определению социолингвистики: «научная дисциплина, развивающаяся на стыке языкознания, социологии, социальной психологии и этнографии и изучающая широкий комплекс проблем, связанных с социальной природой языка, его общественными функциями, механизмом воздействия социальных факторов на язык и той ролью, которую язык играет в жизни общества» [7, с. 481], из которого ясно, что одна из основных проблем, изучаемых социолингвистикой, - проблема социальной дифференциации языка.

Так, если В.В. Воробьев рассматривает лингвострано-ведение как методический аналог лингвокультурологии, то, по мнению В.А. Масловой, лингвострановедение - составная часть лингвокультурологии. Разграничение же данных дисциплин В.А. Маслова видит в том, что «лингвострановедение изучает собственно национальные реалии, нашедшие отражение в языке» [8, с. 12]. Попытаемся не согласиться с подобным пониманием, поскольку Е.М. Верещагин и В.Г. Костомаров, помимо изучения безэквивалентных языковых единиц, предложили понятия лексического фона / фоновых знаний, которые продолжают развиваться уже во «всеобъемлющей лингвострановедческой концепции ло-гоэпистемы», что предполагает более широкие исследования, нежели изучение безэквивалентной лексики.

Помимо разногласий во взглядах на соотношение лин-гвокультурологии и лингвострановедения, значительные отличия концепций заявленных авторов заключаются в определении временного аспекта объекта лингвокультурологии: при схожести самого объекта (взаимосвязь и взаимодействие культуры и языка в процессе его функционирования) В.В. Воробьев интерпретирует его только как современные языковые факты (синхронный подход), В.А. Маслова - как современные и исторические (синхронный и диахронный подходы).

Частично соотносятся с концепциями В.В. Воробьева и В.А. Масловой научные воззрения В.Н. Телия, поскольку, согласно ее концепции, лингвокультурология рассматривается как самостоятельная дисциплина, с одной стороны, и как часть этнолингвистики, - с другой.

Как самостоятельная научная дисциплина лингвокуль-турология исследует «воплощенные в живой национальный язык материальную культуру и менталитет и проявляющиеся в языковых процессах в их действенной преемственности с языком и культурой этноса» [9, с. 216]. Обратим внимание на то, что, используя в данном определении сочетание «культура этноса», В.Н. Телия поясняет, что «лингвокультуроло-гия призвана исследовать и описывать взаимодействие языка и культуры не только и не столько в ее этнических формах

<...>, сколько в формах национальной и общечеловеческой культур» [9], т.е. В.Н. Телия, в отличие от В.А. Масловой, не ограничивает объект лингвокультурологии национальной культурой, расширяя его до культуры межнациональной / интернациональной - и далее «в их современном состоянии или в определенные синхронные срезы этого взаимодействия» [9]. Приведенный тезис используется В.А. Масловой как один из аргументов для противопоставления своей концепции и концепции В.Н. Телия, поскольку, как отмечено выше, по мнению В.А. Масловой, лингвокультурологии свойственны как синхронные, так и диахронные исследования. Но поскольку В.Н. Телия под синхронными срезами понимает «определенные периоды эпохи жизни народа в целом или каких-либо его социальных групп, оказавших заметное воздействие на формирование ментальности народа» [9], думается, что данное противопоставление не имеет основания и может быть снято.

Как часть этнолингвистики лингвокультурология «посвящена изучению и описанию корреспонденции языка и культуры в синхронном их взаимодействии [9], а ее глобальные задачи в основном совпадают с теми, которые были выдвинуты Н.И. Толстым при определении программы этнолингвистики [10, с. 182].

К особенностям научных взглядов В.Н. Телия можно отнести то, что при изложении заявленных концепций она не делает обобщений и не приводит доводов в пользу какой-либо из них, поскольку это не является для ее исследования первостепенной задачей. В научном сообществе большую популярность получила та концепция В.Н. Телия, в которой лингвокультурология раскрывается как часть этнолингвистики. Так, например, Г.В. Токарев [11] и Е.Е. Коптякова [12] во многом опираются на данную концепцию, беря ее за основу собственных исследований.

Обратимся к другим концепциям, в которых лингвокуль-турология рассматривается как часть какой-либо другой научной дисциплины.

Позиционирование научно-методологической базы лин-гвокультурологии как части, «особого раздела» культурологии представлено в монографии Л.А. Городецкой. Автор, основываясь на разделении А.Я. Флиером культурологии на гуманитарную (культуроведение) и социально-научную (собственно культурология) [13], понимает лингвокультурологию как антропологическое направление социально-научной культурологии [2, с. 70-71], исследующее «культурное бытие людей на уровне, приближенном к их повседневной социальной практике, нормативные образцы поведения и сознания, непосредственные психологические мотивации и пр.» [13, с. 13]. Отметим то, что позиционирование лингвокультуро-логии как части культурологии характерно для некоторых культурологов, например, А.И. Арнольдова [14] и С.П. Мамонтова [15].

Не оспоривая подобный подход и считая его возможным выбранным аспектом для решения определенных задач, а также отмечая близость данных наук, обусловленную изучением ими культуры, обозначим разницу лингвокультурологии и культурологии.

Культурология - это наука, задачей которой является осмысление культуры как целостного (общественного) явления, для чего необходимо исследование взаимодействия человека и всех возможных сфер его бытия (природа, социум, физической и духовное бытие) [16, с. 3; 17, с. 6], в то время как лингвокультурология изучает взаимосвязь языка и культуры.

Понимание лингвокультурологии как «прикладной стороны лингвистического знания» прослеживается в работах В.И. Карасика. Заявленный подход основывается на понимании языка как «составной части культуры» вследствие акцентуации его кумулятивной функции: язык - «важнейшее хранилище коллективного опыта». Так, с позиции культурологически ориентированной лингвистики» язык - это «средство концентрированного осмысления коллективного опыта,

который закодирован во всем богатстве значений слов, фразеологических единиц, общеизвестных текстов, формульных этикетных ситуаций и т.д.». Отсюда и альтернативное название лингвокультурологии - «культурологическая лингвистика» [18, с. 3-5].

Важно отметить то, что в концепции В.И Карасика линг-вокультурология рассматривается не только как часть лингвистики, но и как дисциплина, объединяющая, включающая в себя этнолингвистику и социолингвистику: основываясь на тезисе Н.И. Толстого о том, что «этнолингвистика и социолингвистика могут расцениваться как два основных компонента (раздела) одной более общей дисциплины, с той лишь разницей, что первая учитывает прежде всего специфические - национальные, народные, племенные - особенности этноса, в то время как вторая - особенности социальной структуры конкретного этноса (социума) и этноса (социума) вообще, как правило, на более поздней стадии его развития применительно к языковым процессам, явлениям и структурам [19, с. 27-28], В.И. Карасик делает вывод о том, что «этой более общей дисциплиной, по-видимому, и является линг-вокультурология» [20, с. 73-74].

Вероятно, это единственная концепция, где не только лингвокультурология понимается не как часть той или иной науки, а этнолингвистика и социология видятся как части лингвокультурологии.

Объединение подходов, в которых лингвокультурология является либо частью культурологии, либо частью лингвистики, отличает работы В.В. Красных и Г.Г. Слышкина.

В.В. Красных выделяет двойной объект данной дисциплины: «язык как отражение и фиксация культуры», с одной стороны, и «культура сквозь призму языка» - с другой [21, с. 12], что логично предполагает два разных научных направления: лингвокультурология как часть культурологии и культурологическая лингвистика как часть лингвистики. Похожая идея прослеживается в работах Г.Г. Слышкина, который называет два направления в лингвокультурологии: от единицы языка к единице культуры и от единицы культуры к единице языка [22].

Некоторая попытка снятия проблемы определения статуса лингвокультурологии в ряде других изучающих взаимодействие языка и культуры дисциплин с помощью обращения к лингвокультуроведению прослеживается в работах А.Т. Хроленко. Он рассматривает лингвокультурологию как самостоятельную дисциплину и в то же время - как неотделимую часть некоего комплекса дисциплин, полагая, что «вся совокупность культурно-языковой проблематики может быть обозначена как лингвокультуроведение» (как известно, разграничение лингвокультурологии и лингвокультуроведения было обозначено Ю.В. Рожденственским [23, с. 3]. В концепции А.Т. Хроленко лингвокультуроведение определяется как «междисциплинарная наука, которая выясняет, как в слове аккумулируются культурные смыслы и как слово способствует функционированию культуры» [24, с. 26-27]. В рамках линг-

Библиографический список

вокультуроведения прослеживается иерархия дисциплин, критерием разграничения которых является степень обобщенности их основного предмета исследования. Наибольшей степенью абстракции отличается лингвокультурология: «лин-гвокультурология - это философия языка и культуры. <...> Есть все основания полагать, что лингвокультурология в пределах лингвокультуроведения соответствует статусу общего языкознания в системе наук о языке. Подобно общему языкознанию, лингвокультурология призвана выявлять и описывать наиболее общие закономерности взаимообусловленности, взаимодействия языковой и культурной практики человека и общества. Эта аналогия помогает понять, что лингво-культурология, как и общее языкознание, возможна только в системе других, более конкретных по предмету и иных по методологии исследования, научных дисциплин» [24, с. 31]. Так, сравнивая лингвокультурологию, например, с этнолингвистикой, А.Т. Хроленко делает вывод о том, что они соотносятся так же, как частное и общее языкознание: этнолингвистика может быть русской, английской, польской и любой другой, а лингвокультурология национальной быть не может. Отметим, что данная позиции исследователя относительно определения объекта изучения лингвокультурологии одно/ меж-национальной культурой может быть соотнесена с позицией В.Н. Телия и противопоставлена положениям В.А. Масловой соответственно.

Высокая степень абстракции относительно лингвокуль-турологии также отличает работы Ю.В. Прохорова, по мнению которого в лингвокультурологии задается более высокий и абстрактный уровень описания проблемы соотношения языка и культуры.

Итак, на основе рассмотрения современных концепций относительно определения дисциплинарного статуса линго-культурологии и определения ее места в ряде других наук, изучающих язык и культуру, видится актуальной попытка ее определения как интегративной самостоятельной научной дисциплины, изучающей взаимодействие языка и культуры, выраженное в языковых единицах, содержащих культурный компонент. Поясним, что, вслед за большинством исследователей, мы понимаем лингвокультурологию как научную дисциплину, еще только стремящуюся к оформлению в фундаментальную науку, поскольку на данном этапе ее метаязыко-вая база видится нам не полностью сформированной. Линг-вокультурология определяется нами как самостоятельная дисциплина, поскольку, изучая взаимосвязь языка и культуры в рамках филологической науки, лингвокультурология отличается от лингвострановедения как аспекта преподавания языка, от социолингвистики как науки, исследующей социальное расслоение общества, от этнолингвистики как науки, в основе исследований которой находится народное творчество в его диахронном аспекте и т.д. Отметим, что при заявленном самостоятельном статусе лингвокультурологии, данная научная дисциплина интегративна, так как основывается на достижениях всех вышеперечисленных смежных наук.

1. Поливанов, Е.Д. Избранные работы: труды по восточному и общему языкознанию. - М., 1991.

2. Городецкая, Л.А. Лингвокультура и лингвокультурная компетентность: монография. - М., 2009.

3. Язык и культура: сб. обзоров / РАН. ИНИОН / отв. ред. О.Е. Опарина [и др.]. - М., 1999.

4. Алиференко, Н.Ф. Современные проблемы науки о языке: уч. пособие. - М., 2005.

5. Воробьев, В.В. Лингвокультурология (теория и методы): монография. - М., 1997.

6. Верещагин, Е.М. Язык и культура: лингвострановедение в преподавании русского языка как иностранного / Е.М. Верещагин, В.Г. Костомаров. - М., 1990.

7. Социолингвистика // Языкознание. Большой энциклопедический словарь. - М., 2000.

8. Маслова, В.А. Лингвокультурология: уч. пособие для студ. высш. учеб. заведений. - М., 2001.

9. Телия, В.Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический и лингвокультурологический аспекты. - М., 1996.

10.Толстой, Н.И. О предмете этнолингвистики и ее роли в изучении языка и этноса // Ареальные исследования в языкознании и этнографии. Язык и этнос. - М., 1983.

11. Токарев, Г.В. Проблемы лингвокультурологического описания концепта (на примере концепта «трудовая деятельность»). - Тула, 2000.

12.Коптякова, Е.Е. Германия в национальных стереотипах русских и американцев // Политическая лингвистика. - Екатеринбург, 2008. -Вып. 1 (24).

13.Флиер, А.Я. Культурология для культурологов. - М., 2000.

14.Арнольдов, А.И Введение в культурологию (новая расширенная редакция): учебное пособие. - М., 1993.

15.Мамонтов, С.П. Основы культурологи. - М., 1994.

16.Соколов, Э.В. Понятие, сущность и основные функции культуры: уч. пособие. - Л., 1989.

17.Культурология: уч. пособие для вузов / ред. Маркова А.Н. - М., 2007.

18.Карасик, В.И. О категориях лингвокультурологии // Языковая личность: проблемы коммуникативной деятельности: сб. науч. трудов. -Волгоград, 2001.

19.Толстой, Н.И. Язык и народная культура. Очерки по славянской мифологии и этнолингвистике. - М., 1995.

20.Карасик, В.И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. - Волгоград, 2002.

21.Красных, В.В. Этнопсихолингвистика и лингвокультурология. - М., 2002.

22.Слышкин, Г.Г. От текста к символу: лингвокультурные концепты прецедентных текстов в сознании и дискурсе. - М., 2000.

23.Рождественский, Ю.В. Введение в культуроведение. - М., 1996.

24.Хроленко, А.Т. Основы лингвокультурологии. - М., Наука, 2006.

Bibliography

1. Polivanov, E.D. Izbrannihe rabotih: trudih po vostochnomu i obthemu yazihkoznaniyu. - M., 1991.

2. Gorodeckaya, L.A. Lingvokuljtura i lingvokuljturnaya kompetentnostj: monografiya. - M., 2009.

3. Yazihk i kuljtura: sb. obzorov / RAN. INION / otv. red. O.E. Oparina [i dr.]. - M., 1999.

4. Aliferenko, N.F. Sovremennihe problemih nauki o yazihke: uch. posobie. - M., 2005.

5. Vorobjev, V.V. Lingvokuljturologiya (teoriya i metodih): monografiya. - M., 1997.

6. Verethagin, E.M. Yazihk i kuljtura: lingvostranovedenie v prepodavanii russkogo yazihka kak inostrannogo / E.M. Verethagin, V.G. Kostomarov.

- M., 1990.

7. Sociolingvistika // Yazihkoznanie. Boljshoyj ehnciklopedicheskiyj slovarj. - M., 2000.

8. Maslova, V.A. Lingvokuljturologiya: uch. posobie dlya stud. vihssh. ucheb. zavedeniyj. - M., 2001.

9. Teliya, V.N. Russkaya frazeologiya. Semanticheskiyj, pragmaticheskiyj i lingvokuljturologicheskiyj aspektih. - M., 1996.

10.Tolstoyj, N.I. O predmete ehtnolingvistiki i ee roli v izuchenii yazihka i ehtnosa // Arealjnihe issledovaniya v yazihkoznanii i ehtnografii. Yazihk i ehtnos. - M., 1983.

11. Tokarev, G.V. Problemih lingvokuljturologicheskogo opisaniya koncepta (na primere koncepta «trudovaya deyateljnostj»). - Tula, 2000.

12.Koptyakova, E.E. Germaniya v nacionaljnihkh stereotipakh russkikh i amerikancev // Politicheskaya lingvistika. - Ekaterinburg, 2008. -Vihp. 1 (24).

13. Flier, A.Ya. Kuljturologiya dlya kuljturologov. - M., 2000.

14.Arnoljdov, A.I Vvedenie v kuljturologiyu (novaya rasshirennaya redakciya): uchebnoe posobie. - M., 1993.

15.Mamontov, S.P. Osnovih kuljturologi. - M., 1994.

16.Sokolov, Eh.V. Ponyatie, suthnostj i osnovnihe funkcii kuljturih: uch. posobie. - L., 1989.

17.Kuljturologiya: uch. posobie dlya vuzov / red. Markova A.N. - M., 2007.

18.Karasik, V.I. O kategoriyakh lingvokuljturologii // Yazihkovaya lichnostj: problemih kommunikativnoyj deyateljnosti: sb. nauch. trudov. -Volgograd, 2001.

19.Tolstoyj, N.I. Yazihk i narodnaya kuljtura. Ocherki po slavyanskoyj mifologii i ehtnolingvistike. - M., 1995.

20.Karasik, V.I. Yazihkovoyj krug: lichnostj, konceptih, diskurs. - Volgograd, 2002.

21.Krasnihkh, V.V. Ehtnopsikholingvistika i lingvokuljturologiya. - M., 2002.

22.Slihshkin, G.G. Ot teksta k simvolu: lingvokuljturnihe konceptih precedentnihkh tekstov v soznanii i diskurse. - M., 2000.

23.Rozhdestvenskiyj, Yu.V. Vvedenie v kuljturovedenie. - M., 1996.

24.Khrolenko, A.T. Osnovih lingvokuljturologii. - M., Nauka, 2006.

Статья поступила в редакцию 11.11.11

УДК 801.3

Sokolnikova S.N. THE COMPARATIVE ANALYSIS OF PLACE NAMES IN RUSSIAN AND CHINESE. In this article the classification of the principles of place names nomination and its analysis are represented. The author concludes that place names in Russia and China are nominated in the same ways.

Key words: place names, principles of nomination, categories of classification, analysis, similarities and differences.

С.Н. Сокольникова, аспирант ФГБОУ ВПО «АГАО», г. Бийск, E-mail: sokolnikovas@rambler.ru

ШОСТАВИТЕЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ТОПОНИМОВ РУССКОГО И КИТАЙСКОГО ЯЗЫКОВ

В статье представлены классификация топонимов по принципу номинации и интерпретация полученных результатов, делаются выводы о идентичности типов наименования городов в китайском и русском языках.

Ключевые слова: топонимы, принципы номинации, рубрики классификации, исследование, сходства и различия.

Целью данной статьи является представление результатов сопоставительного исследования, выполненного в рамках диссертационной работы. Любые наименования отражают в той или иной степени способ номинирования и мышления. Взятые в современной форме они представляют собой срез языковой диахронии и синхронии одновременно, являясь продуктом человеческой жизнедеятельности, они служат объектом исследования для многих наук. В психолингвистике, в частности, весьма популярным является подход к изучению языкового сознания через систему топонимических единиц в целом и на примере конкретных регионов.

Данная статья посвящена классификации топонимического материала, представленного на территории Московской области Российской Федерации, с одной стороны, и на территории провинции Хэбэй Китайской Народной Республики, с другой. Выбор данной провинции не случаен и вполне ло-

гичен, поскольку Хэбэй является столичным регионом так же, как и Московская область.

Для отбора топонимов использовались географические карты Китая и России, а также материалы Интернет-ресурсов, в частности, Википедия [1] и др. Таким образом, для исследования были взяты 80 топонимов населенных пунктов Московской области и 100, входящих в состав провинции Хэбэй.

На первом этапе ойконимы независимо от языка были распределены согласно принципу, положенному в основу номинации, на 11 групп: отантропонимическое наименование, воинская слава, номинация по гидрониму, топографическая характеристика местности, качественная характеристика селения, духовная культура, географическая соотнесенность, номинация по фитониму, род занятий, вторичное использование номинации, смешанный тип номинации. Само наименование некоторых рубрик требует пояснений.