К вопросу о подготовке Голландской экспедиции 1799 г. Союзных войск Великобритании и России

Зарубежная история

Н.В. Шимонова

К вопросу о подготовке Голландской экспедиции 1799 г союзных войск Великобритании и России

В статье рассказывается о подготовке английской и русской сторон к военной экспедиции в Голландию в 1799 г., разработке планов нападения, количестве войск, предоставляемом каждой стороной, и поиске военного союза со Швецией. В работе используются неопубликованные документы из фондов Архива внешней политики Российской империи. Автор приходит к выводу, что планы Англии и России при подготовке к Голландской экспедиции были сходны, а разработка различных планов нападения сыграла свою роль впоследствии, когда военная кампания уже была развернута.

Ключевые слова: Голландская экспедиция 1799 г., остров Валхерен, лорд У. Гренвилл, Чарльз Уитворт, Павел I, Георг III, внешняя политика России и Великобритании конца XVIII в., вторая антифранцузская коалиция.

В 1799 г., в рамках второй антифранцузской коалиции, состоялась совместная англо-русская экспедиция в Голландию (Батавскую республику), к этому времени полностью попавшую под контроль Франции. Предыдущие попытки союзников по коалиции вторгнуться во Францию с юго-запада, со стороны Италии и Швейцарии, окончились неудачей.

И в 1799 г. была предпринята еще одна попытка сломить сопротивление французских войск на северо-западном участке фронта.

Основными силами, которые должны были нанести удар в этом направлении, были английские и русские войска. «Король и Император Российский замыслили конвенцию между собою», сообщал британский военный министр Генри Дандас в одном из своих писем от 27 июля 1799 г. Русский двор обязался поставить 17 тыс. солдат «для употребления в такие операции, о каких могут условиться договаривающиеся стороны» [13, л. 10].

Британия была настолько заинтересована в военной поддержке России, что министр иностранных дел Великобритании лорд У. Гренвилл в своих письмах считал нужным уверять: король Георг III готов безотлагательно начать военную операцию только силами английских войск и подвергнуть их «трудностям и опасностям первой атаки» [9, л. 36 об.].

Щедрость российского императора Павла I в вопросе предоставления войск Англии простиралась очень далеко. К примеру, «в знак дружбы» Павел предлагал королю Англии в случае неудачи в Голландии использовать русские войска «для обороны берегов Великобритании, или Ирландии противу покушений французских, или же предпринять что-либо с оными на берега Французские в пол[ь]зу шуанов или роялистов» [12, л. 51-51 об.]. В то же время Павел I высказал сомнение в удачном окончании грядущей экспедиции, на что лорд У. Гренвилл ответил, что в Англии «не отчаиваются о успехе Голандской Експедиции» и намерены в связи с этим «употреблять вышереченный корпус войск согласно первоначал[ь] ному онаго назначению» [Там же, л. 51 об. - 52]. Наступление планировалось вести в двух направлениях: на о. Валхерен и на о. Тексель.

С сентября 1799 г. боевые действия развернулись в районе городов Берген, Гельдер, Алькмаар (между Амстердамом и Текселем) на полуострове Северная Голландия.

Проект же наступления на о. Валхерен подробно рассматривался английской и русской сторонами. Один из таких проектов хранится в Архиве внешней политики Российской империи (АВПРИ). Это «Рассуждение о завоевании Голландии, представленное на благорассмотре-ние г. Дундаса...» [13, л. 1] анонимного русского автора от (предположительно) июня 1799 г., адресованное Дандасу (Дундасу). В нем подробно изложен возможный план военной кампании. Данный источник впервые вводится в научный оборот. Он интересен, прежде всего, тем, что демонстрирует всю сложность подготовки Лондона и Петербурга к совместной экспедиции в Голландию. «Рассуждение.» показывает разнообразие подходов британской и русской сторон к разработке плана войны.

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Зарубежная история

Документ, скорее всего, был написан высокопоставленным русским военным чиновником, имевшим право личного доклада Павлу I [13, л. 4]. В нем излагается план совместного наступления русских и британских войск на позиции французов со стороны провинции Зеландия (Zeeland, юго-запад Нидерландов) и Южная Голландия, в районе о. Валхе-рен. Предполагалось вести военные действия на территории нескольких островов в устье р. Шельда. «Нужно отрядить Ескадру в Схельду (так в тексте. - Н.Ш.) с двумя бомбардирскими судами, коей и [следует] стать на якорь прямо напротив Флуминга, но вне пушечного выстрела, и оттоль бомбардировать сей Город» [Там же, л. 3], - говорилось в записке.

Планом предусматривался следующий состав союзной армии: русских войск 10 тыс. чел., английских - 6 тыс. чел., шведских, предположительно, - 8 тыс. чел. (Шведам отводилась роль вспомогательных войск, «для гарнизона и на оборонительные действия назначающимися, доколе не возбудится ревность их успехом, коего, по всему видимому, в сём предприятии ожидать можно» [Там же, л. 1].) Таким образом, в общей сложности в боевых действиях должны были принимать участие 24 тыс. солдат [Там же]. В реальности в сентябре 1799 г. в Голландии высадились: 31 тыс. чел. под командованием британского генерала Ральфа Аберкромби и 17 тыс. русских солдат под командованием генерал-лейтенанта И.И. Германа [2].

В стратегические задачи плана включались пункты о необходимости ведения активной антифранцузской пропаганды среди местного населения. Предполагалось, что на островах существует устойчивая тенденция к поддержке свергнутого французскими войсками в 1795 г. правительства штатгальтера (статхаудера) принца Вильгельма Оранского. По мнению автора записки, о. Зюд-Бевеланд «из всех владений Голландских сделался известным благомысленностию обывателей его, кои одни только во все время не позволяли воздвигнуть древа вольности» [13, л. 1 об.]. Предполагалось направить эскадру к Эверсдику и там вооружить голландцев из числа сторонников свергнутой Оранской династии (оранжистов) для совместной с британцами и русскими обороны острова. Остров Валхерен также «существенно» необходимо было «приобрести», т.к. он не только «господствует [над] Схелдою», но и «расположение умов жителей его видам нашим благоприятно» и «большую из них можно набрать партию, сколь только будут они уверены в подкреплении» [Там же, л. 2].

Валхерен рассматривался как исключительно важный пункт. Считалось, что французы «все силы употребят [для того, чтобы] не допустить нас до оного [острова]. Следовательно, должно ожидать, что приморская

сторона от Денстаака на восточном берегу, к Ост-Каппелю, Домбергу, Вест-Каппелю и до Флуминга сколь возможно сильнее укреплена будет» [13, л. 2], т.е. речь шла об укреплении французами западного побережья

о. Валхерен.

В «Рассуждении...» много внимания уделялось именно сотрудничеству с оранжистами («необходимо чтобы. жители их [островов. - Н.Ш.] к намерениям нашим [были] наклонны» [Там же, л. 2 об.]), что позволит избежать лишней потери людей. Автор документа настаивал на постепенной высадке солдат на берег (опять-таки, чтобы избежать потерь) и предлагал «занять столько мест, сколько силы наши морские защищать нам позволят» [Там же]. В конечном итоге, предлагалось «не атаковать» приморскую сторону о. Валхерен, но занять позиции в следующих пунктах: «Броверс-Ставен, Ромпотской канал. Овер-Флакк, Дунвеланд, Шовен, Норд[-Бевеланд] и Зюд-Бевеланд, что все исполнить можно, не потеряв ни одного человека» [Там же]. Таким образом, план предусматривал полный захват островов провинций Зеландия и Южная Голландия.

Войска в данной позиции предполагалось распределить следующим образом: 7 тыс. чел. направить в Оверфлакк, 2 тыс. - в Дунвеланд и Шовен, 3 тыс. чел. - в Зюд-Бевеланд и 4 тыс. - в Норд-Бевеланд. Отсюда предполагалось идти к г. Миддельбургу (Middelburg), «и таким образом овладеть Островом Валхерен правильным наступлением, вместо усиленной высадки на укрепленные берега» [Там же, л. 3]. Эскадра, как уже было сказано, должна была находиться возле устья р. Шельда. В ее состав предлагалось включить два бомбардирских судна, которые предназначались для бомбардировки Флуминга (приморской стороны о. Валхерен). Эскадра должна была обеспечить блокаду местности. Такое положение было важно также и потому, что автор документа полагал: все эти острова легко и удобно можно защитить «от моря» и «на них легко набрать большой корпус». Такие действия «ободрят» всех в Голландии, Брабанте и Фландрии, и это, «без сомнения, произведет повсеместное и решительное народа восстание, так что немедленно можно будет, по меньшей мере, сто тысяч человек преобразовать в регулярные полки» [Там же, л. 3-3 об.]. Однако в сентябре 1799 г. надежда союзников на активную поддержку их усилий со стороны местного населения окажется несостоятельной, ибо его антифранцузский порыв был явно переоценен. Тяготы военного положения, легшие на плечи местных жителей, не добавляли им энтузиазма. Англо-русские войска рассматривались отнюдь не как освободители: нередкими были случаи грабежей, мародерства, насилия со стороны войск, а потому и отношение жителей Голландии было соответственным.

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Зарубежная история

Император Павел I в июне 1799 г. писал генералу Герману: «Предмет сего вооружения есть завоевание Голландии, возмущение и покорение Нидерландов.» [1]. Под словом «возмущение» имелась в виду надежда на рост антифранцузских настроений среди голландцев. Современный исследователь А.А. Егоров указывает, что во время кампании 1799 г. «сотрудничество с недовольными французским господством голландцами казалось им [союзникам - Н.Ш.] одной из главных гарантий успеха», но, в конечном итоге, «мы обнаружили едва ли одного друга в [этой] стране, - вспоминал впоследствии адъютант главнокомандующего британской сухопутной армией герцога Ф.А. Йоркского, - очень мало голландских джентльменов прибыло в нашу армию.» [13, л. 3-3 об.].

Возвращаясь к вопросу об эскадре, следует добавить, что, кроме двух-трех бомбардирских судов, в нее предполагалось включить один 50-пушечный корабль, четыре или пять фрегатов, четыре военные шлюпки. В «Рассуждении.» сказано: «Морские силы, на сие завоевание потребные, исключая нескольких Канонерских судов, будут весьма малозначущи» [Там же, л. 3 об. - 4].

По словам автора «Рассуждения .», Павел I сомневался, что атака Вал-херена будет успешной, т. к. «остров сей укреплен еще более и превосходные [т.е. более значительные. - Н.Ш.] на нем находятся силы, нежели я по последним оттоль известиям заключаю, отчего может произойти неудача в котором-либо из пунктов атаки» [Там же, л. 4]. Но на лежавшей на столе перед императором карте «я немедленно представил, что, сведав точно

о положении того Острова, можем мы легко занять Норд- и Зюд-Беве-ланд и Воолверсуик, победа (так в тексте. - Н.Ш.) коих без всякой потери приобретена быть может; а с сих уже островов и имея на Схелде Ескадру, Волхерен отрезан будет от всякого сообщения и взят быть может регулярным приступом, при весьма вероятном содействии недовольных жителей, коих мы найдем там готовыми на сие предприятие» [Там же]. Павел I счел этот план «весьма благоразумным» [Там же].

Тот же самый план обсуждался в письме Гренвилла британскому посланнику в России Чарльзу Уитворту. Предполагалось назначить «два пункта атаки», для чего армию необходимо было поделить на две неравные части. Английское командование сомневалось в том, какую часть (большую или меньшую) следует предназначить для атаки на Валхерен. Надежда на успех в Зеландии в некоторой степени основывалась «на вероятности возмущений, и на образовании Голландской Армии, что вместе содействовало бы с внешнею силою, которая с тем намерением назначена была захватить разные пункты коммуникаций». Средства, предназначенные для экспедиции, на тот момент существенно увеличи-

лись благодаря принятым парламентом мерам, вследствие чего Гренвилл сообщал, что Георг III «гораздо превзойдет желания Своего Союзника, и условия намереваемого трактата» [9, л. 34 об. - 35]. Вместо корпуса от 8 до 13 тыс. солдат Англия поставит для экспедиции в Голландию от 20 до 25 тыс. человек пехоты и не менее 6 тыс. конницы. К этой силе должны были присоединиться 17 тыс. солдат русской армии и 8 тыс. - шведской. «Можно ожидать совершенного успеха» от всей операции с таким количеством солдат, «не полагаясь ни мало на сомнительные действия внутренних возмущений [выделено мной. - Н.Ш.], ни даже на продолжение побед, которые в сие время столь существенно ослабили французскую силу в той стороне» [Там же]. Эта цитата дает нам возможность увидеть, что расчет на помощь и сочувствие местного населения был не таким уж большим и совсем не основополагающим. Не на нем базировалось ожидание побед в Голландии, ибо эта материя организаторам представлялась «сомнительной».

Считалось, что все вышеуказанные военные силы невозможно соединить одновременно в одном месте. А потому необходимо было выработать план, по которому первые части «оной дивизии» смогут выступить раньше, и потом «распространять наши операции по мере, как подкрепления приходить будут» [Там же, л. 35].

Изучив карты берегов Соединенных Провинций «от Шелды до Дол-ларта», организаторы военной кампании пришли к выводу, что овладение островами в устье р. Маас (Мессы, Меузы, Meuse), т.е. именно Валхере-ном и другими, обещает много выгод. Это откроет возможности для навигации по р. Маас, а также обеспечит надежную и безопасную гавань, где можно будет высадить солдат и потом регулярно присылать все необходимое для армии. Здесь же имелась возможность прикрыть отступление войск в «невероятном случае <...> неожиданного несчастия» (все-таки поход предполагался как победоносный), если вдруг французы смогут привести туда свою армию, «которая бы с какою-нибудь надеждою успеха действовала против корпуса, состоящего почти из 60 000 человек» [Там же, л. 35 об.].

Считалось, что завладение островами в устье р. Шельды даст союзникам возможность в один миг и крепко («легко и скоро») утвердиться на материке «в провинции Голландии» [Там же]. И так как именно здесь находится центр всех военных и гражданских учреждений, то «революция в оной [провинции] будет по всей <. > вероятности решительна и для прочих провинций» [Там же, л. 36].

Для армии в смысле выгодности позиции это место также было важно. Находясь там, союзники имели бы с правой стороны р. Ваал, которая

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Зарубежная история

защищала бы их от возможной атаки французских войск, а с тыла -р. Эйссел (Иссель) и р. Греб. Таким образом, для флота будет открыт вход в гавань Текселя. Главное - «единодушно» произвести всю военную операцию [9, л. 36]. Чтобы достичь этого, план предлагался следующий.

10 тыс. человек британской пехоты должны были отправиться после

1 августа 1799 г. на судах к о. Горей (Гуре-Оверфлакке) и о. Ворн (Ворне), где захватят ряд городов, в т.ч. и Гелветслюс. Второй корпус, т.е. первая дивизия российских войск числом 8 тыс. человек, должна быть в Ярмуте в двадцатых числах августа. Их высадка на голландские берега после военных успехов англичан на означенных островах будет спокойной. Англичане обеспечат безопасность русскому корпусу, что особо подчеркивалось: ему окажут поддержку британская пехота, численностью в 10-15 тыс. человек, и конница.

Вторая русская дивизия и 8 тыс. шведов также должны прибыть в Ярмут, а после того частями перемещаться на захваченный английскими силами берег, в г. Гелветслюс (Неііеуоеієішз), откуда будут вести военные действия и овладеют о. Амеланд, высадка на который считалась более трудной и длительной по времени. В Амеланд должен был быть послан корпус в 3 тыс. человек. Овладение Амеландом считалось «вторичной» операцией, но полезной «как для диверсии», так и для «доставления нашим приятелям в Гренингене, Оверисселе и Фризландии оружия, амуниции и офицеров» [Там же, л. 37].

Время атаки Амеланда зависело от общего положения дел в Голландии, но лучшим было бы, как считалось, если бы это произошло между прибытием первой и второй дивизий российских войск. Прибытие первой дивизии ожидалось между 20 и 25 августа 1799 г., а второй - в тех же числах сентября. Корпус для атаки Амеланда предполагалось взять из второй дивизии британской пехоты генерал-лейтенанта Дж. Палтни. Подкрепить его при необходимости следовало из второй дивизии русских или из шведских войск [Там же, л. 37 об. - 38]. Главная армия должна была следовать вдоль р. Ваал, и ей необходимо было поставить бомбардирские лодки и другие вооруженные суда в нужном количестве. Правый фланг армии, таким образом, будет защищен морем и английским флотом, левый - землями, «в прусском нейтралитете заключенными» [Там же, л. 38]. Также нужно было принять меры и доставить недовольным новым режимом в Нидерландах оружие и деньги. Считалось, что таким образом местные жители смогли бы оказать помощь армии против неприятеля.

Одним союзническим ударом английская сторона надеялась еще до зимы овладеть голландскими провинциями на северной стороне р. Ваал, восстановить законное правительство и повести победное наступление по

всей Фландрии вплоть до границы с Францией. Гренвилл писал Уитворту, что надеется на его помощь, а также на содействие представителя английской стороны в Санкт-Петербурге капитана 1-го ранга Х.Р. Попхэ-ма (Попгама) и генерала Стамфорда в оказании влияния на императора Павла I в пользу предложенного плана. Но Россия должна немедленно поставить 8 тыс. солдат, чтобы начать боевые действия в Голландии, не дожидаясь прибытия второй русской дивизии. Необходимо было действовать скорее, т.к. время года было неподходящим и не позволяло откладывать военную операцию, к тому же победа в Голландии вызвала бы большой резонанс в Европе, ведь острова в устье р. Шельды находились очень близко от столицы «Голландского Правительства» [9, л. 39-40].

Именно в этот период Наполеон Бонапарт завоевал Египет, потерпел поражение у Сен-Жан-де-Акр от английского адмирала Сиднея Смита и в августе возвратился в Париж, узнав о потерях в Италии и падении престижа Директории. Ситуация могла бы сложиться в пользу союзников, и расчет на европейский резонанс был вполне оправданным.

Гренвилл писал, что если вдруг император Павел I откажется принять изменения в плане, выраженные в распределении войск, то это будет сочтено в Англии «великим несчастием», и Уитворт может в таком случае согласиться, чтобы вторая русская дивизия и шведские войска были высажены в Гронингене, «дабы действовать оттуда» [Там же, л. 40]. Т.к. данный план мог быть подвергнут изменениям после представления его Павлу I, в Стокгольм о нем еще не сообщали. Тем более что план этот следовало держать в тайне как можно дольше.

Как сказано выше, в июле 1799 г. обсуждалась готовность шведского военного контингента присоединиться к экспедиции в Голландию. Если позволят «обстоятельства и состояния соединенных провинций», то первая русская дивизия и английский корпус, подкрепленные «шведскою силою», могут начать «намереваемые действия» (военную кампанию), оставив «вторую дивизию Россиян за собою» как резерв [7, л. 8]. 2 июля 1799 г. Гренвилл писал Уитворту, что выгоды от присоединения к Голландской экспедиции шведского корпуса несомненны, а наличие в распоряжении Готенбургского порта «весьма ощутительно», поэтому на предложения Павла об участии Швеции следует согласиться, т.к. это даст еще 8 тыс. человек шведской армии на тех же условиях, что и российские войска [8, л. 16]. Но союз не состоялся. Камнем преткновения стали английские субсидии, которых ожидала Швеция и которых не дала Великобритания.

Желая получить шведских солдат, Великобритания не хотела давать корабли для снаряжения этих войск, т.к. польза от линейных кораблей, по мнению английской стороны, была меньше издержек по их приготовлению

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Зарубежная история

к походу. «Из-за нынешнего состояния флотских сил неприятелевых» линейные корабли не годятся. Поэтому Его Величество Георг III должен «уклониться от подания на то денежной помо[щ]и». Эти корабли были бы полезны только для перевозки солдат, но не для вооружения армии [8, л. 16

об.]. Полномочий на подписание формального трактата со Стокгольмом Гренвилл не счел нужным дать ни Уитворту, ни чрезвычайному посланнику Англии в Швеции Дэниэлу Хейлсу до тех пор, пока не станет ясен приблизительный результат переговоров. Однако он предлагал им дать противоположной стороне уверения в согласии Георга III «на изъясненныя здесь условия» по вопросу союзнических отношений, если это понадобится. Министр писал, что «не должно терять из виду того, что согласие России в [ходе] переговоров является весьма важным для прочности принятых обязательств» [it must never be lost sight of that the concurrence of Russia in the negotiation is on much importance to the stability of the engagements to be taken] [Там же, л. 13]. Гренвилл с самого начала не желал субсидировать Швецию, оговаривая это в том же письме Уитворту, в котором писал, что желал бы получить военную помощь от Швеции.

Однако, с другой стороны, если переговоры со Швецией прервутся или союз не состоится, союзники теряли 8 тыс. солдат. Поэтому перед Уитвортом ставилась задача убедить Павла I восполнить недостаток военной силы, дав еще 10 тыс. солдат на прежних условиях. В случае получения согласия императора капитан Попхэм должен был доставить этих солдат в Ярмут [11, л. 55].

Вопрос об английских субсидиях шведскому королю решался следующим образом. Русский посол в Англии граф С.Р. Воронцов в донесении Павлу I от 23 сентября / 4 октября 1799 г. подробно обсуждал этот вопрос. Проект трактата со Швецией по поводу субсидий Воронцов называет «самым тайным» повелением императора [12, л. 49]. Его привез в Голландию генерал Герман. Распоряжение императора по вопросу субсидий для Швеции относится к 21 июля 1799 г. Субсидии Швеции не были даны в силу ряда причин, которые Воронцов подробно излагает в своем донесении Павлу.

«В ответ на предложение в оном о взятии на субсидии Англии Корпуса Шведских войск» Гренвилл сказал: «Министерство здешнее ни под каким видом не посмеет взять на себя платить субсидии каким-либо державам, кроме тех, коих войска даются в безпосредственное (т.е. непосредственное. - Н.Ш.) здешнее распоряжение». Парламент не только не согласится на подобное предложение, но и «не преминет винить в оном Министерство», которое «не может отважиться» отвечать «за подобную, неприятную для всей нации меру». Еще одной причиной отказа является

то, что «не предвидят здесь большой выгоды в оном, поелику за расстоянием мест оное употреблено быть не может, как, по меньшей мере, чрез шесть месяцов». К тому же «.решено уже здесь взять на платеж Англии 10 000 человек Баварского войска, которое находится уже в готовности и по близости мест немедленно может быть употреблено в Швейцарии и с курфюрстом Баваро-Пфальцским уже заключен субсидный трактат по этому поводу». Шведский же король Густав IV Адольф «как будто нарочно выдумывает все способы, чтобы оказать свое презрение к аглицкой короне», из-за чего английскому посланнику было «приказано... оставить Швецию», ибо Англия «не может сносить без взаимнаго презрения то, что ей оказывается от Швеции» [12, л. 49]. В данном случае («презрение») речь шла о карусели, устроенной в Стокгольме, на которую был приглашен весь дипломатический корпус, кроме английского посланника. Таким образом, из-за отказа в деньгах военный союз со Швецией не состоялся.

Союзным командованием были определены главные направления атак позиций французов. Это были, в первую очередь, острова Валхерен, Аме-ланд, Горси, на которые нападение должно было вестись с моря. В конечном итоге, однако, было сочтено, что одним нападением на эти острова, «без стечения благоприятнейших обстоятельств» [6, л. 8-8 об.], «освобождение» Голландии невозможно. Возможно, российская сторона предполагала, что ограничиваться только атакой этих островов было нельзя: Гренвилл писал Уитворту, что необходимо, чтобы «операции Российских войск были распоряжаемы по тому военному плану [утвержденному генералитетом], а не ограничивались атакою разных вышеозначенных островов» [Там же, л. 9]. «Объяснить» составленный план Павлу I должен был генерал Стамфорт, «и я крепко надеюсь, - продолжал Гренвилл, -что представление генерала Стамфорта в подкрепление ваших по сему случаю натурально произвели надлежащее действие» [Там же]. Но если вдруг Павел I не захочет следовать изложенному плану, то Уитворту не следует решительно возражать «против употребления Российских войск к вышепомянутым ограниченным предметам». Следует «сделать в предложенном плане перемену». В таком случае «нападение на берега» должно быть перепоручено российским войскам, а операцию «на Гренниген» (Гронинген [Огопіп^еп]) надо поручить британской армии и шведским войскам, чье присутствие на голландском театре военных действий в тот момент еще предполагалось [Там же, л. 9-9 об.].

Почему же этой местности (Валхерену и соседним с ним островам) придавалось такое большое значение? Устье р. Шельды имело особое стратегическое значение, т.к. именно этот путь давал возможность кораблям укрываться от нападения, минуя путь севернее Британских островов,

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Зарубежная история

а, значит, давало возможность обезопасить себя от британского флота, т.е. было на руку врагам Британии [3, с. 435].

Чем же закончилась разработка планов атаки на Валхерен? Согласно дипломатической переписке Гренвилла и Уитворта, из-за позднего времени года решено было перенести наступление в один пункт (а именно, в район Северной Голландии) и отложить атаку Валхерена до тех пор, «пока успех других операций сделает то предприятие удобнее». Гренвилл уточнял: «теперь почитается, что Зеландия столько отдалена от других провинций, а особливо от места и столицы их правительства, что не можно ожидать важного действия от завладения тою провинциею» [9, л. 34].

Таковы были планы Англии в отношении Голландии в июле 1799 г.? Они, как сообщалось в дипломатической переписке, были «сообразны» намерениям Павла I [10, л. 46]. Более того, Гренвилл в письме Уитворту прямо писал, что Георг III считает союз с Россией «основанием политической своей системы» [Там же]. Фраза, на наш взгляд, важна для понимания дальнейших политических событий, для осознания всей важности последовавшего разрыва союзнических отношений между Англией и Россией для обеих стран.

В конечном итоге планы атаки на Валхерен сыграли свою роль, ибо, когда в августе 1799 г. Аберкромби отправился к Гелдеру, было известно, что основной французский корпус был собран именно в ожидании атаки англичан на Валхерен, и переместить его в Северную Голландию было достаточно непросто [4, л. 70].

Библиографический список

1. Егоров А.А. Конфуз союзного войска. Секретная экспедиция русских к голландским берегам // Родина. 1996. № 6. С. 37-42.

2. Керсновский А.А. История русской армии: В 4 т. М., 1992. Т. 1.

3. Черняк Е.Б. Система международных отношения в Европе в XVIII в. (до 1789 г.) // История Европы / Под ред. А.О. Чубарьяна. Т. 4. М., 1994.

4. Депеша министра иностранных дел Великобритании лорда У. Гренвилла к Ч. Уитворту от 17 августа 1799 г., № 55 // Архив внешней политики Российской империи. Ф. 35 (Сношения России с Англией). Оп. 6. Д. 665.

5. Письмо британского военного министра Г. Дундаса от 27 июля 1799 г. // Архив внешней политики Российской империи. Ф. 35 (Сношения России с Англией). Оп. 6. Д. 666.

6. Письмо министра иностранных дел Великобритании лорда У. Гренвилла от 2 июля 1799 г., № 250 // Архив внешней политики Российской империи. Ф. 35 (Сношения России с Англией). Оп. 6. Д. 665.

7. Письмо министра иностранных дел Великобритании лорда У. Гренвилла от 15 июля 1799 г., № 47 // Архив внешней политики Российской империи. Ф. 35 (Сношения России с Англией). Оп. 6. Д. 665.

8. Письмо министра иностранных дел Великобритании лорда У. Гренвилла от 15 июля 1799 г., № 48 // Архив внешней политики Российской империи. Ф. 35 (Сношения России с Англией). Оп. 6. Д. 665.

9. Письмо министра иностранных дел Великобритании лорда У. Гренвилла от 15 июля 1799 г., № 55 // Архив внешней политики Российской империи. Ф. 35 (Сношения России с Англией). Оп. 6. Д. 665.

10. Письмо министра иностранных дел Великобритании лорда У. Гренвилла от 15 июля 1799 г., № 57 // Архив внешней политики Российской империи. Ф. 35 (Сношения России с Англией). Оп. 6. Д. 665.

11. Письмо министра иностранных дел Великобритании лорда У. Гренвилла от 1 августа 1799 г., № 64 // Архив внешней политики Российской империи. Ф. 35 (Сношения России с Англией). Оп. 6. Д. 665.

12. Письмо министра иностранных дел России графа С.Р. Воронцова от 23 сентября / 4 октября 1799 г., № 250 // Архив внешней политики Российской империи. Ф. 35 (Сношения России с Англией). Оп. 6. Д. 514.

13. Рассуждение о завоевании Голландии, представленное на благорассмо-трение г. Дундаса, сокращенное, поколику позволило его содержание, 1799 г. // Архив внешней политики Российской империи. Ф. 35 (Сношения России с Англией). Оп. 6. Д. 674.

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова