Параметры политической системы как средовой фактор развития субъектности Российской элиты

ПОЛИТИЧЕСКАЯ РЕГИОНАЛИСТИКА. ЭТНОПОЛИТИКА

УДК 323.2

ПАРАМЕТРЫ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ КАК СРЕДОВОЙ ФАКТОР РАЗВИТИЯ СУБЪЕКТНОСТИ РОССИЙСКОЙ ЭЛИТЫ

И. А. Батанина, О.В. Парамонова

На основе результатов мониторингового социально-политического исследования рассматриваются параметры политической системы как среды развития субъектности российской элиты в контексте трансформационного процесса на рубеже ХХ-ХХ1 вв.

Ключевые слова: политическая элита, политическая система, институционализированные и неинституционализированный субъекты политического процесса, рекрутирование политической элиты, взаимодействие элитных и массовых групп.

Воспроизводство системных характеристик политического процесса рассматривается, с одной стороны, в качестве основного средового фактора, определяющего качество элитного сообщества, поскольку, с одной стороны, механизм рекрутирования во многом зависит от запросов социума и государства, аккумулируемых в политической системе, с другой, является следствием развития элиты как субъекта принятия политических решений.

В процессе операционализации в качестве индикаторов переменной «воспроизводство системных характеристик» определены: «уровень гибкости», «характер рискогенности», «уровень открытости». Результаты исследования реализованы на базе лаборатории социально-политических исследований ТулГУ (объем выборочной совокупности составил 80 человек). В исследовании приняли участие представители экспертного сообщества из политического, экономического, социального и культурного сегментов региональных элит ЦФО (распределение равномерное). Территориальное распределение (регионы-лидеры и регионы-аутсайдеры) определено выявленной в процессе проведения предыдущих этапов исследования дифференциацией позиций участников опроса, что позволяет выявить устойчивость обозначенных тенденций, а так же степень влияния групп факторов. 71,8 % респондентов - работники государственного сектора (преимущественно политический и социальный сегменты), 28,2 % - частного (преимущественно экономический и культурный сегменты). В экспертном опросе приняли участие руководители и заместители руководителей предприятий, депутаты региональных и местных законодательных собраний, представители исполнительных региональных и

местных органов власти, интеллигенция, индивидуальные предприниматели, руководители общественных организаций, которые показали, что в отличие от данных 2012 г.[1], оценки элитного сообщества носят более однозначный характер и тяготеют к левому полюсу «надежность, стабильность» (распределение по шкалам семантического дифференциала «надежность -рискогенность», «стабильность - изменчивость»): если в 2012 г. медианное значение составляло 3, мода - 2, то в 2015 г. при моде 2 медианное значение равно 2. Данное обстоятельство подтверждает гипотезу относительно большей интенсивности мнений представителей регионов-лидеров и аутсайдеров. При этом оценка экономической составляющей системы (шкала «ориентация на рыночную экономику - ориентация на плановую экономику») на протяжении последних лет стабильна (мода и медиана совпадают - значение 2).

Вместе с тем, определенный дисбаланс в позициях экспертов наблюдается по вопросу открытости системы - доминирует сегмент неопределившихся (мода 3), при медианном значении 2. Аналогичная ситуация выявлена и в отношении оценки такого индикатора, как «свобода слова» (значения моды и медианы совпадают и равны 3). Выявленная неоднозначность оценок связана со значительной дифференциацией мнений у различных сегментов элитного сообщества (рис. 1), что, с одной стороны, указывает на абстрактность категорий для экспертного сообщества, а с другой, свидетельствует о невостребованности ряда характеристик.

Рис. 1. Характеристики системы управления: распределение по сферам деятельности

На шкалах выберите позиции, в большей степени соответствующие характеристикам системы управления в Вашем регионе, в абсолютных величинах

Результаты социально-политического исследования, проведенного в 2012 г., показали, что направленность и интенсивность экспертных оценок разграничения функционала исполнительной и законодательной властей характеризуются как нейтральные (показатели моды и медианы совпали и составили 3 при распределении шкальных значений от 1 до 5) и во многом обусловлены возможностями, предоставляемыми системой управления региона для сохранения / улучшения конкретного сегмента элитного сообщества. Данная тенденция сохранилась в 2015 г. При этом наименее устойчивое положение занимают элитные группы из социальной сферы, что находит отражение в росте скептических настроений - индексологическое значение индикатора «распределение функционала исполнительной и законодательной ветвей власти» составило Ис=26 против Ип=40 для политического сегмента - и объясняется наименее благоприятными условиями для самореализации социальной элиты.

Конкретизировать восприятие распределения функционала исполнительных и законодательных ветвей власти региона позволяет анализ переменной «изменения состава органов власти».

Дцро* к ¿ЭДЕДО

ВЯДОХЕШ КгЗДУГШЦШ

К&ЯЕЭТН ЮЭТЕПДОДОБСШ! К

федфмдакоаяанв* НЕкта

: ПГТЩЦП К

'АИ!' ^МШШЗЙЦЩЛ

гажн

0 20 -Ю #

Рис. 2. Факторы обновления состава органов государственной власти региона

С чем Вы связываете обновление кадрового става региональных органов власти? (Выбор вариантов ответа не ограничен), в % от общего массива опрошенных

Среди факторов обновления законодательных органов власти эксперты называют, прежде всего, обстоятельства, связанные с функционированием исполнительных структур («смена главы региона» (50 %)), в свою очередь, кадровые перестановки в исполнительных органах детерминируют экономические факторы («изменение экономической ситуации» (28,4 %), «вскрытие фактов коррупции во властных структурах региона» (39,2 %)) - рис. 2. Кроме того, обращает на себя внимание тот факт, что сложившаяся система государственного управления оценивается элитным сообществом как недостаточно респонсивная в силу низкой чувствительности как к институциональным, так и к неинституциональным формам влияния граждан на систему, что сопряжено с политической эксклюзией граждан: легальным способом обновления власти признается только электоральное участие граждан,легитимация власти в других формах не рассматривается как обязательное условие сохранения властных позиций.

Степень сенситивности системы управления к внутренним и внешним факторам определяет стабильность состава властных структур и, как следствие, способствует воспроизводству системных характеристик. Мнение экспертов относительно обновления кадрового состава исполнительной ветви власти отличается большей интенсивностью, что свидетельствует о высоком уровне консолидации позиций. Вместе с тем, безусловным фактором ее обновления является лишь смена главы регион, что свидетельствует о восприятии данной ветви как менее прозрачной. Последнее подтверждается разбросом мнений респондентов о частоте обновления данных структур (46,9 % участников опроса на вопрос «Какова частота обновления основного состава региональных органов власти в Вашей области?» выбрали позицию «3-5 лет», 25,9 % - «1-2 года», 16,0 % - «6 лет и более»).

В свою очередь, законодательные органы власти рассматриваются как более подверженные внешнему влиянию, в том числе со стороны исполнительных органов власти, что указывает на ранее сделанный вывод об ее подчиненном положении (табл. 1). Сроки ротации, по мнению большинства (60,5 %), в соответствии с периодичностью выборов составляют 3-5 лет.

Обращает на себя внимание значительный сегмент затруднившихся обозначить интервал кадрового обновления исполнительных и законодательных структур (11,1 %). Кроме того, перекрестный анализ обозначенных переменных позволяет констатировать факт меньшей вовлеченности культурного и социального сегментов в политический процесс.

Различаясь по оценке уровня респонсивности политической системы, представители различных сегментов элитного сообщества по разному оценивают сложившийся тип рекрутирования элиты: если для политических элитных групп характерно определять систему в большей степени как антрепренерскую, то для экономических - как систему гильдий. Социальный и культурный сегменты противоречивы в своих взглядах, последнее объясняется низким уровнем политической компетентности.

Таблица 1

Факторы обновления состава органов государственной власти региона: распределение по сферам деятельности

С чем Вы связываете обновление кадрового состава региональных органов власти? (Выбор вариантов ответа не ограничен), в абсолютных величинах

Факторы

Законодательные органы власти Исполнительные органы власти

политическая экономическая культурная социальная политическая экономическая культурная социальная

8 10 9 9 17 16 8 7

12 3 6 6 1 5 5 1

2 3 2 1 4 8 4 5

1 7 3 3 6 6 3 1

9 6 3 3 4 9 2 3

4 6 0 2 9 4 5 0

8 11 2 3 12 7 5 5

3 2 2 0 2 4 6 1

0 2 7 1 1 3 8 2

Смена главы региона

Электоральный цикл

Изменение экономической ситуации в регионе

Изменение состава федеральных органов власти

Изменение расстановки политических сил в регионе

Снижение уровня доверия населения представителям властных структур

Вскрытие фактов коррупции во властных структурах региона

Рост протестных настроений в регионе

Другое

Следует отметить, что в каждом из выделенных кластеров присутствуют носители несистематизированных представлений на процесс элитогенеза в регионе.

Таблица 2

Базовые принципы кадрового отбора претендентов в органы исполнительной власти: распределение по сферам деятельности

Каковы, на Ваш взгляд, базовые принципы кадрового отбора претендентов в органы исполнительной власти? (Допускается выбор не более пяти вариантов ответа), в абсолютных величинах

Принципы Исполнительные органы власти

политическая экономическая культурная социальная

Закрытый и неконкурентный характер отбора представителей 5 9 3 5

Открытый и конкурентный характер отбора представителей 10 8 7 5

Узкий круг лиц, определяющих состав политической элиты 6 9 6 6

Ограниченный круг социальных / политических групп, из которых осуществляется отбор 4 5 3 5

Широкий круг социальных / политических групп, из которых осуществляется отбор 4 3 2 4

Наличие множества формальных требований, предъявляемых к представителям элиты 3 2 3 2

Окончание табл. 2

Принципы Исполнительные органы власти

политическая экономическая культурная социальная

Компетентность как основное условие включения в состав элитных групп 7 4 1 7

Наличие рекомендаций партийных органов при определении претендентов 2 5 3 4

Приверженность официальной идеологии как необходимое условие для включения в элиту 5 2 4 1

Приверженность официальной идеологии как необходимое условие для включения в элиту 5 9 3 5

В оценках тенденций развития элитных групп также присутствует неоднозначность, демонстрируется запрос на сочетание авторитарного (приверженность официальной идеологии (34,8 %), предсказуемость и приверженность курса (27,3 %)) и демократического (выборы как основной способ формирования политической элиты (39,4 %), регулярность обновления элиты (37,9 %), демократизм как основной способ реализации политических решений (27,3 %)) трендов, что значительно расходится с позицией экспертов, полученной в 2012 г., когда в среднесрочной перспективе среди базовых черт политической элиты назывались клановость (49,2 %), лояльность к вышестоящему начальнику (43,1 %). При этом результаты исследования 2015 г. показали, что эклектичность мнений в большей степени присуща представителям политической и социальной элит при значительной интенсивности мнений первых, в то время как экономическая и культурная элиты затруднились представить однозначные позиции.

Указанный факт объясняется при анализе переменной «взаимовлияние институциональных и неинституциональных субъектов». Сравнительный анализ результатов исследований 2012 и 2015 г.г. показал расширение круга активных участников политического процесса.

Помимо традиционно выделяемых в качестве значимых (устойчивые политико-экономические группы (кланы) (Мо=5), парламентские партии (Мо=5), бизнес-структуры (Мо=5), силовые структуры (Мо=5), СМИ (Мо=5)) обозначены инициативные группы граждан (Мо=5), Общественная палата РФ (Мо=5). Кроме того, отмечается рост потенциала влияния молодежных проправительственных организаций (Мо=3 в 2015 г., Мо=1 в 2012 г.) и волонтёрских движений (Мо=2 в 2015 г., Мо=1 в 2012 г.). Вместе с тем, степень институционализированности и ресурсообеспеченности (финансовый, силовой, информационный, административный) акторов, их отношение к существующему режиму, уровень легитимности и наличие неформальных связей с представителями органов власти по-прежнему являются доминирующими детерминантами субъектности. При этом наибольший потенциал влияния имеется у бизнес-структур, парламентских политических партий и силовых структур (средняя балльная оценка составила 3,8, 3,8 , 3,7 из 5 соответственно). Не признаются в качестве значимых политических акторов внепарламентские политические партии, женские проправительственные движения, экологические движения, церковь, протестные движения, профсоюзы (Мо=1, где 1 означает влияние на процесс принятия решений). Обращает на себя внимание низкий потенциал влияния такого института представительства интересов, как внепарламенские политические партии, что позволяет авторам подтвердить выдвинутую гипотезу относительно деформации политических партий в силу выполнения ими функционала, ограниченного парламентской деятельностью. Таким образом, политика либерализации партийной системы не способствовала не только усилению партийной системы, но и политической мобилизации граждан.

Наибольшая интенсивность негативной направленности мнений при ответе на данный вопрос проявляется среди экспертов экономической сферы (табл. 3). Крайний скептицизм демонстрируется в отношении политической субъектности экологического, волонтерского, профсоюзного и протестного движений, церкви, молодежных и женских проправительственных организаций. Представители элитного сообщества политического сегмента, в свою очередь, отличаются завышенными оценкими лоббистских способностей Общественной палаты РФ на фоне отрицания протестных движений. Достаточно оптимистично воспринимается активность правозащитных движений со стороны культурной элиты.

Выше было отмечено, что среди неиституционализированных субъектов значительный ресурс представительства принадлежит инициативным группам граждан (средняя балльная оценка составила 3,5). При этом активность участия граждан в данной форме оценивается экспертным сообществом достаточно высоко. Среди предпочтительных и реализуемых, с точки зрения элитного сообщества, форм участия в политической жизни страны создание инициативных групп по решению местных проблем (ТСЖ, «обманутые дольщики» и т.д.) занимает 5-е и 3-е места соответственно. При этом более высоко перспективы использования данной формы оцениваются представителями экономической и политической сегментов.

Таблица 3

Потенциал влияния институционализированных и неинституционализированных субъектов: распределение по сферам деятельности

Оцените по пятибалльной шкале возможности влияния на процесс принятия решений следующих общественно-политических субъектов (1 - не оказывают влияния на процесс принятия политических решений, 5 - являются активными участниками процесса принятия политических решений), значение моды

Сфера деятельности

Общественно-политические субъекты ая к с е ая к с е ч ая н р ая н ь

ч к ити л о п к о н о к э Р ь л кул ч Й и ц о с

Инициативные группы граждан 5 5 5 3

Устойчивые политико-экономические группы 5 5 5 4

Внепарламентские политические партии 1 2 1, 4 1

Правозащитные организации 2 2, 5 5 1

Молодежные проправительственные организации 2 1 4, 5 2, 3, 5

Женские проправительственные организации 1, 2 1 1 2

Экологические движения 2 1 1, 3 1

Церковь 2, 4 1 4 3

Общественная палата РФ 5 3 4 4

Бизнес-структуры 4 4, 5 5 5

Силовые структуры 5 3 5 4

СМИ 3,4,5 5 5 4

Волонтерские движения 2 1 2 1

Протестные движения 1 1,2 3 3

Профсоюзы 1 1 1 1

Таким образом, в условиях неопределенности, вызванной очередной волной мирового экономического кризиса, изменением геополитической ситуации, противоречивостью институциональных и социокультурных аспектов функционирования системы, элитные группы стремятся позиционировать себя как лояльных политических акторов, выбирая преимущественно позитивные индикаторы при оценке общих параметров политической системы. При этом конкретизация обозначенных позиций не позволяет констатировать консолидацию элитного сообщества; наиболее уязвимой является социальная элита.

Список литературы

1. Политическое участие как фактор урегулирования конфликтов в системе «власть - общество» в условиях трансформации современной России / И.А. Батанина, Ю.Б. Киняшева, А.А. Лаврикова, О.Е. Шумилова. Тула: Изд-во ТулГУ, 2013. 248 с.

References

1. Politicheskoe uchastie kak faktor uregulirovaniya konfliktov v sisteme «vlast' - obshhestvo» v usloviyakh transformatsii sovremennoj Rossii / 1.А. Batanina, YU.B. Kinyasheva, А.А. Lavrikova, O.E. SHumilova. Tula: Izd-vo TulGU, 2013. 248 s.

Батанина Ирина Александровна, д-р полит. наук, проф., директор Института социальных и гуманитарных наук, hataninaamail. ru, Россия, Тула, Тульский государственный университет,

Парамонова Ольга Владимировна, аспирант, _foruma tsu.tula.ru, Россия, Тула, Тульский государственный университет

PARAMETERS OF THE POLITICAL SYSTEM AS AN ENVIROMENTAL FACTOR OF THE DEVELOPMENT OF SUBJECTIVITY OF THE RUSSIAN ELITE

I.A. Batanina, O. Paramonova

Based on the results of the social and political research, the parameters of the political system as environment for the development of subjectivity of the Russian elite in the frame of the transformation process at the turn of XX-XXI centuries.

Key words: political elite, political system, institutionalized and non-institutionalized subjects of the political process, recruiting of the political elite, interaction of the elite and mass groups.

Batanina Irina Alexandrovna, EamaHUHa, doctor of Political Sciences, professor, director of the Institute of Humanitarian and Social Sciences, hatanina a mail. ru, Russia, Tula, Tula State University,

Paramonova Olga Vladimirovna, postgraduate student, foruma tsu. tula.ru, Russia, Tula, Tula State University