Сравнение питания дроздов-деряб Turdus viscivorus в разных местностях, сильно удалённых друг от друга

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2007, Том 16, Экспресс-выпуск 340: 45-49

Сравнение питания дроздов-деряб Turdus viscivorus в разных местностях, сильно удалённых друг от друга

И. В. Прокофьева

Российский государственный педагогический университет, Набережная реки Мойки, д. 48, Санкт-Петербург, 191186, Россия

Поступила в редакцию 29 октября 2006

Ареал дрозда-дерябы Turdus viscivorus довольно обширный. В разных его частях условия существования далеко не одинаковы, и дерябы вынуждены к ним приспосабливаться. В частности, это касается их питания. Поэтому интересно знать, какой пищей они питаются в различных местностях.

Материал по питанию деряб был собран в трёх удалённых друг от друга географических точках. Во-первых, мы работали в 1952 г. в Са-вальском лесничестве Балашовской области. Во-вторых, под наблюдение были взяты птенцы деряб в урочище Железо Ленинградской области в 1977 и 1981 гг. В-третьих, в заповеднике Кивач в Карелии с птенцами этого дрозда в 1976 и 1978 гг. работала студентка Санкт-Петербургского педагогического университета Н.А.Карпунина, которой руководил автор настоящей статьи.

В общей сложности за всё время работы было получено 70 порций корма, включавших 153 экз. животной пищи в 1 экз. растительной. Кроме того, было проанализировано содержимое желудка одной взрослой птицы, добытой в Ленинградской области.

Как видно из таблицы, птенцов дерябы выкармливают очень разнообразной пищей, которая состоит из различных беспозвоночных и позвоночных животных, а также и ягод.

Везде, где мы работали, излюбленным кормом деряб были жуки Coleoptera. В заповеднике Кивач на их долю приходилось 53.1% от всех экземпляров животного корма, в Савальском лесу 64.7%, в Ленинградской области — 54.7%. В литературе тоже можно найти указания на то, что, например, в Испании жуки составляют основную часть животной пищи птенцов (Perez-Gonzalez, Soler 1990). Тем не менее, рацион деряб не всегда таков. Так, желудки этих дроздов, кормившихся в полезащитных лесных полосах в степи, содержали исключительно клопов-черепашек Eurygaster sp. (Мальчевский 1949). Во время же работы в Карелии было выяснено, что птенцы получали там в основном гусениц из семейства бражников Sphingidae (Нейфельдт 1961).

Встречаемость различных кормов в рационе птенцов дерябы Тигбиз viscivorus

в разных частях ареала

Объекты питания

Число экземпляров

Заповедник Кивач

Савальский лесхоз

Ленинградская обл.

Insecta

Coleoptera Scarabaeidae Cerambycidae Mephidae Curculionidae Staphilinidae Elateridae Chrysomelidae Coreidae Carabidae Coleoptera indet.

Lepidoptera Arctiidae Lasiocampidae Noctuidae Tortricidae Geometridae Lepidoptera indet.

Orthoptera Acrididae

Diptera Bibionidae Tipulidae Larvivoridae Diptera indet.

Insecta indet.

Aranei Lumbricidae Mollusca Amphibia Reptilia

Ягоды Уасап'шт vitis-idaea

27 25 3 2 2 3

1 личинка 11 + 1 личинка 1 1

1

1 гусеница

2 1

1

12 6 2

29 11

4 + 2 личинки

1 + 1 личинка

1 1 2

1

1 гус.

2 1 1

80 52

13 + 9 личинок

1

15 + 2 личинки

1 + 1 лич.инка

2 + 8 гусениц

1 гусеница 1 + 4 гусеницы

1 гусеница

2 гусеницы

1

2 личинки 2 личинки 7 + 2 личинки

1 1

5 + 2 личинки 1 9 1

3 2

ВСЕГО:

47 + 1 ягода

17

95

2

1

Что касается других беспозвоночных, поедаемых дерябами, то они не идут ни в какое сравнение с жуками, если говорить об их количестве в рационе птенцов. Например, в Ленинградской области, где мы больше всего собирали материала, чешуекрылые Ъер1^р1ега составляли всего 10.5% от всех изъятых у птенцов пищевых объектов. То же

самое можно сказать и о пауках Aranei. А на долю двукрылых Diptera приходилось 16.8%. В заповеднике Кивач в Карелии чешуекрылые составляли 2.1% рациона птенцов, двукрылые 4.4%, но зато пауки значительно больше — 25.5%. В Савальском лесничестве на долю чешуекрылых приходилось 11.7%, пауков 5.9%, двукрылых — 11.7%. Остальных же видов животного корма в рационе птенцов было ещё меньше. Таким образом, нельзя не признать, что везде жуки были основными видами корма в питании птенцов дерябы.

Следует ещё сказать о хищнических наклонностях деряб. В материале, полученном в Ленинградской области, в урочище Железо, мы обнаружили 3 обыкновенных тритонов Triturus vulgaris и 2 живородящих ящериц Lacerta vivípara. Однако в других местностях нам не удалось отметить добывание дерябами позвоночных животных.

Мы уже писали о том, что в Ленинградской области один раз был зарегистрирован принос дерябами в гнездо 1 дождевого червя Lumbri-cus sp. (Прокофьева 2003). К этому следует добавить, что ещё 6 дождевых червей оказались в материале, полученном в заповеднике Кивач. Это, однако, совсем немного. Ведь дрозды других видов добывают дождевых червей гораздо чаще. Дерябы же, видимо, являются исключением среди них, т.к. нередко случается, что они совсем игнорируют эту пищу (Прокофьева 2001).

Известно, что дерябы наряду с животной пищей поедают и растительную (Hartley 1954; Нейфельдт 1961; Мальчевский, Пукинский 1963). Растительный корм — это различные ягоды и плоды, которые созревают во второй половине лета и осенью. В пище птенцов деряб мы только однажды обнаружили ягоду, которая оказалось ягодой брусники Vaccinium vitis-idaea (в заповеднике Кивач). Да ещё в желудке одного дерябы, убитого 3 сентября 1956 в Ленинградской области, обнаружили ягоды рябины Sorbus aucuparia.

Дерябы собирают корм в различных местах. Мы наблюдали, что везде они искали его чаще всего на земле. То же самое отмечали и другие исследователи (Perez-Gonzalez, Soler 1990). Однако в литературе есть сведения и о том, что в населённых пунктах эти дрозды собирают пищу на растениях вдоль улиц (Gloe 1970). Иногда они охотятся и у воды, добывая, например, тритонов.

В одной и той же местности в разные годы пища птенцов была не совсем одинаковой. Основные группы кормов были одни и те же, но если говорить, например, о видах насекомых, то в один год предпочтение отдавалось одним видам, а в другой — другим. Так, в Ленинградской области в 1977 г. птенцы часто получали полевых хрущиков Anomala dubia, тогда как в 1981 г. мы ни разу не обнаружили этих жуков в их пище. И, наоборот, в 1981 г. часто поедались пилоносые щелкуны Corymbites sjaelandicus, которых в 1977 г. родители совсем

не приносили птенцам. Таким образом, если в одной и той же местности, но в разные годы, имеют место определённые различия, то в разных местностях они не могут не быть.

Обращает на себя внимание, что дерябы везде охотились в основном за крупными и средней величины животными. Самыми крупными были, конечно, позвоночные, а среди насекомых — гусеницы длиной до 7 см. У некоторых насекомых дерябы отрывали жёсткие части тела (надкрылья и т.п.) перед скармливанием птенцам (Прокофьева 2003).

Где бы дерябы ни обитали, но, добывая корм, они ловили какое-то количество вредных насекомых. Достаточно сказать, что их обычной пищей были пластинчатоусые Scarabaeidae, щелкуны Elateridae, совки Noctuidae и некоторые другие, среди которых много вредителей сельского и лесного хозяйства. Выше уже говорилось о том, что желудки деряб, добытых в полезащитных лесных полосах в степи, содержали исключительно клопов-черепашек, являющихся вредителями пшеницы (Мальчевский 1949). Этих насекомых в лесополосах было так много, что дерябы изменили своему обычному правилу добывать в основном жуков и переключились на охоту ха черепашками. О том, что дрозды истребляют вредных насекомых, пишут и другие исследователи. Так, одни считают, что эти птицы полезны главным образом в период гнездования, когда их пища состоит в основном из насекомых (Béres, Mol-nár 1962-1963). Другие же обращают внимание на то, что дерябы добывают много зимующих в почве и лесной подстилке вредных насекомых, таких как клопы-черепашки, сосновые совки Panolis flammea, пяденицы Geometridae и шелкопряды Endromididae (Марисова 1955).

Таким образом, питание дроздов-деряб в разных местностях имеет много общего. Конечно, какие-то различия бывают, но большей частью, видимо, не очень значительные.

Литература

Мальчевский А.С. 1949. Изучение фауны птиц и млекопитающих полезащитных лесных полос и других искусственно возникших в степи лесонасаждений // Тр. Лесотехн. акад. им. Кирова 66: 189-200. Мальчевский А.С., Пукинский Ю.Б. 1983. Птицы Ленинградской области сопредельных территорий: История, биология, охрана. Л., 2: 1-504. Марисова И.В. 1955. Хозяйственное значение, биология и распространение

дроздовых УССР. Автореф. дис. ... канд. биол. наук. Киев: 1-15. Нейфельдт И.А. 1961. Питание воробьиных птиц в южной Карелии // Зоол. журн. 15, 3: 416-426.

Прокофьева И.В. 2001. Сравнительная характеристика питания птенцов пяти видов дроздов, населяющих Ленинградскую область // Актуальные проблемы изучения и охраны птиц Вост. Европы и Сев. Азии. Казань: 513-514. Прокофьева И.В. 2003. К питанию птенцов дерябы Turdus viscivorus и чёрного дрозда Turdus merula на юге Ленинградской области // Рус. орнитол. журн. 12 (219): 423-424.

Beres J., Molnar P. 1962-1963 (1964). Adatok egyes tali madarvendegeink taplalko-

zasahoz es dinamikajahos kolozsvaron (Clui) es kornyeken //Aquila: 57-70. Gloe P. 1970. Beobachtungen zum Brutund Zugvorkommen der Misteldrossel (Turdus

viscivorus) in Dithmarschen // Ornithol. Mitt. 22, 5: 101-102. Hartley P.H.T. 1954. Wild fruits in the diet of British thrushes. A study in the ecology of closely allied species // Brit. Birds 47, 4: 97-107. Perez-Gonzalez J.A., Soler M. 1990. Le regime alimentaire en automuchiver de la grive draine Turdus viscivorus dans le Sud-est de l'espagne // Alauda 58, 3: 195202.

Ю ^

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2007, Том 16, Экспресс-выпуск 340: 49-54

Причина появления черноголовой чайки Larus melanocephalus на гнездовании в Краснодарском, Ставропольском краях и на Каспии

Т. Б. Ардамацкая

Второе издание. Первая публикация в 1991*

В конце второй половины XX века рост численности чайковых птиц, расширение их гнездовых ареалов, увеличение экологической пластичности, значительное изменение поведения и т.д. отмечаются почти повсеместно. Характерно это и для Азово-Черноморского региона, где сосредоточены тысячные колонии различных видов чаек и крачек, а также для Предкавказья и прилежащих территорий.

Мы рассмотрим причины расширения гнездового ареала одной из интереснейших птиц Причерноморья — черноголовой чайки Larus melanocephalus, древнего, автохтонного обитателя моря Тетис. В XIX веке её ареал захватывал северо-восточное побережье Чёрного моря, а также северное. Кроме того,— район Эгейского моря (Бутурлин, Дементьев 1934; Дементьев 1951; Шстяювський 1957; Воинственский 1960; и др.). Однако исследования, проведённые на северо-эгейских островах и в Македонии, не подтвердили существования там гнездовых колоний (Makatsch 1963). В 1966 г. одно поселение было обнаружено лишь у Porto Lagos (Mauersberger 1970). Г.П.Дементьев (1951) приводит данные о гнездовании черноголовой чайки на островах восточного Сиваша

* Ардамацкая Т. Б. 1991. Причина появления черноголовой чайки на гнездовании в Краснодарском, Ставропольском краях и на Каспии // Кавказ. орнитол. вестн. 2: 3-9.