Обзор отечественной литературы по историографии за 1998 год

Обзор отечественной литературы по историографии

за 1998 год

Корноухова И. А. (andreyk@ccas.ru) Исторический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова

Историографический процесс детерминируется событиями общественной жизни. Сознание историографа так же исторично как и сознание историка. В течение нескольких лет конца 80-х - начала 90-х годов, совпавших с важнейшими общественно-политическими событиями, историки характеризовали состояние отечественной исторической науки как кризис. Именно в эти годы произошла смена идеологии историографии, повлиявшая на теоретические подходы в оценке историками прошлого исторической науки. Это отразилось прежде всего на характеристиках исторической науки советского периода1, проявилось в усилении внимания исследователей к научным судьбам историков этого периода2. Возрос интерес и к историографам XIX века, вызвав ряд актуальных переизданий . Впервые в России была издана работа по историографии Г. Вернадского, в 1920 году эмигрировавшего из России4. Появление этих изданий в конце 90-х годов является свидетельством большого интереса к историографии, возникшей как специальная дисциплина во второй половине XIX века. Библиографический обзор - одна из форм эмпирического наблюдения за изменениями, происходящими в историографии. Она позволяет увидеть напрвления развития исторической науки, выявить темы, на исследование которых направлены силы историков.

Задача данного обзора - это выявление проблемно-тематического среза вышедшей в 1 998 году отечественной литературы и анализ теоретико-методологического уровня исследований на примере некоторых монографических

1 Советская историография. Под ред Ю.Н. Афанасьева М., РГГУ. 1996

2 Историческая наука России в XX веке. М., ИРИ РАН, 1997

3 В частности впервые после 1901 г. была переиздана работа М.О. Кояловича История русского самосознания (Минск., 1997), выдержевшая в свое время три переиздания.

4 Вернадский Г. Русская историография М., 1998

работ. Информация о недавно опубликованных работах позволяет оперативно отследить актуальные темы историографии, уловить новые направления, не только развивающиеся, но и те, которые возможно не найдут в будущем сочувствия историографов5.

В 1998 году в журнальной периодике было опубликовано около пяти десятков статей. Выпущены тезисы по четырем конференциям. Историографическим аспектам исторической науки посвящены пять сборников. Вышли очередные выпуски в семи периодических изданиях. Изданы одиннадцать монографий по истории исторической науки и еще семь посвященных проблемной историографии. В вузовских издательствах разных городов страны вышли пять учебно-методических пособий.

Тематика работ распределилась по следующим направлениям: состояние исторической науки на современном этапе развития, персоналии, историческая наука русского зарубежья, теоретические проблемы отдельных периодов отечественной исторической науки, историософия, инфраструктура исторической науки, дискуссии в исторической науке.

По количеству публикаций на первом месте тема современного состояния и перспектив развития исторической науки (около 20-ти ). Она вытеснила со страниц журналов статьи и дискуссии о кризисе исторической науки. Историков больше не пугает ситуация методологического плюрализма. Работы в рамках этой темы посвящены поиску новых теоретических подходов к изучению прошлого6. К этому

5 Основной массив сведений выявлен по библиографическим указателям литературы ИНИОН РАН (Новая литература по социальным и гуманитарным наукам. История. Археология. Этнография), КЛ и ЛЖС за 1998- 1999 гг. Дополнительно включены издания, отслеженные по картотекам новых поступлений ГПИБ, РГБ, Научной библиотеки при МГУ, но не вошедшие в библиографические указатели указанного периода.

6 Бутенко А.П. Общая концепция истории и современность// Социально-политический журнал 1998 №2 С. 18-41; Овсянников В.И. В поисках новой парадигмы социально-гуманитарных наук // Социально-политический журнал 1997 №4 С.65-78; 1998 №1 С.54-62; Смоленский Н.И. Проблемы теоретического плюрализма (в историграфии) // Новая и новейшая история 1998 №1 С.6-8; Пивоваров Ю.С. , Фурсов А.И. О нынешней ситуации и проблемах изучения русской истории (на путях к россиеведению)// Русский исторический журнал 1998 Т.1 №1. С.5-71; Синицина Л.Н. Парадигмы исторического познания// Историко-экономический научный журнал 1998 №5 С. 19-22; Согрин В.В. Теоретические подходы к российской истории конца XX века// Общественные науки и современность 1998 №4 С. 124-134 Троицкий Ю.Л. , Шатин Ю.В. Историографическое письмо как дискурсивная практика // Дискурс №5/6 1998 С.60-65

историографическому направлению относятся и работы о новых методологических направлениях, возникших в зарубежной историграфии, но оказывающих все большее влияние на отечественных исследователей. Это работы об истории повсе-

7 8

дневности7, гендерных исследованиях8. Продолжаются публикации о математиче-

9 ту

ском моделировании и квантитативной истории . К этому же направлению примыкают и статьи о перспективах научного исторического знания10. Они вызывают отклики в журнальной периодике, что является свидетельством интереса к этой теме11. Дискуссию вызывает разное представление о пути развития исторического профессионального знания, о возможности существования в будущем истории как науки.

Тема профессионализма в историческом познании прозвучала и в публика-

12

циях о "новой хронологии" . В разработке целого комплекса проблем связанных с "новой хронологией" историографы идут по пути от критики идей этой теории к их вписанию в историографию, поиска историографических истоков теории13.

В 1998 году была продолжена разработка такого традиционного для историографии направления, как исследование творчества отдельных ученых. Их количество примерно совпадает с первым направлением. Среди персоналий есть как хорошо знакомые исследователям, так и мало известные14. Решение персоналий в

7 Румянцева М.Ф. Опыт из лепета: повседневность как прорастание исторических смыслов: беседа с доц. каф. источниковедения Историко-архивного института М.Ф. Румянцевой // Знание - сила 1998 №2 С.22-26

8 Пушкарева Н.Л. Гендерные исследования: рождение, становление, методы и перспективы // Вопросы истории 1998 № 6 С. 76-86; Шапинская Е.Н. Гендерные проблемы в современном социогума-нитарном знании.// Полигнозис 1998 №1 С. 134-138

9 Бородкин Л.И. Квантитативная история в системе координат модернизма и постмодернизма // Новая и новейшая история 1998, №5, С.3-16.

Нахушев А.М., Кенетова Р.О. К проблеме математического моделирования социально-экономических процессов // Доклады Адыгейской (Черкесской ) международной АН 1998 Т.1 №1 С.60-61

10 Экштут С.А. Манифест историософского маньеризма // Вопросы философии 1998 №1 С.180-181

11 Самченко В.Н. Очередные сумерки Минервы // Вопросы философии 1998 №10 С. 134-135; Горфункель А.Х.(Бостон, США) Манифест торжествующего дилетантизма// Вопросы философии №10, 1998 С.133-134

12 Данилевский И.Н. Традиционное летоисчисление и "новая хронология" // Вопросы истории 1998 №1 С.16-29

13 Бронштэн В.А. Н.А. Морозов -предтеча творцов "новой хронологии" // Отечественная история 1998 №1 С. 16-29

14 Рогалина Л.Н. Борис Бруцкус - историк народного хозяйства М, 1998; Емельянов Ю.Н. С.П. Мельгунов: в России и эмиграции М., 1998 Обрезкова А.П. Казанский краевед К.Ф. Фукс и его фин-

основном традиционно - это анализ всего творчества ученого и вписание его в историографическую ситуацию эпохи или какой-то частный сюжет его творческой деятельности. Новым направлением является изучение персоналий историков советского периода. Изданы сборники, посвященные отечественным историкам XX века 15. Большая часть персоналий издания Историки России XVШ-XX вв. - историки рубежа XIX -XXвв.16

Продолжается разработка темы " историческая наука русского зарубежья". Ее особенность состоит в преимущественном осмыслении сложившихся в зарубе-

17

жье историографических направлений . Это отличает ее от историографии отечественной истории, где внимание исследователей в большей степени отдается пер-

18

соналиям. Работ по персоналиям "русского зарубежья" значительно меньше .

ский гость Матиас Александр Кастрен Казань., 1998 Сеятель и воитель : книга памяти Юрия Серафимовича Мелентьева М., 1998;Щавлев С.П. Историк русской земли: Жизнь и труды Д.Я. Самоквасова. Курск., 1998;Шохин В.К. Ф.И. Щербатский и его компаративистская философия. М., ИФ РАН; Ростиславцев Д. А. Историк Николай Иванович Кареев (1850-1931)// Преподавание в школе 1998 №2 С.58-63; Приймак Н.И. А.С.Лаппо-Данилевский и С.Н. Валк: учитель и ученик // Вестник Сант-Петербургского университета Сер.2 История, языкознание, литературоведение 1998 Вып.1 С.8-16;Коваленко В.И. Василий Никитич Татищев// Вестник Московского университета Сер. 12 Политические науки. 1998 №3 С.53-96; Гришаев В. Его знал Пушкин (об историке и филологе Г.И. Спасском (1783-1864) // Барнаул. 1998 № 3/4 С. 137-139; Айплатов Г.Н., Сануков К.Н. Профессор В.Ф. Пашуто и его вклад в развитие исторической науки// Марийский археологический вестник 1998 №8 С.4-7; Китаев В. А. А. Н. Пыпин в Вестнике Европы (1860-1870) Вестник Волгоградского университета. Сер. 4 История, Философия 1998 Вып. 3 С.5-15;Федоскина И.В.К. Д. Кавелин о русской общине // Вестник Волгоградского университета Сер.4 История Философия 1998 Вып.3 С. 16-21; Смирнов В. Ф. Высокое призвание: профессор Бороздин и его деятельность в Воронежском университете // Вестник Воронежского университета Сер. 1 Гуманитарные науки 1998 №1 С.50-63; Российские востоковеды: Страницы памяти. Сб. ст., М., 1998; Егоров А.А., Казиров С.С. А.К. Дживилегов - историк, искусствовед и педагог (1875-1952) // Вопросы истории 1998 №8 С. 159-165; Артизов А.Н. М.Н. Покровский: финал карьеры - успех или поражение? // Отечественная история 1998 №1 С. 7794; Николаев П.А. Эпизод из псковской ссылки Н.А. Рожкова в 1923-1924 гг. // Отечественная история 1998 №3 С. 146-147; Щербань Н.В. Невостребованые традиции: В.О. Ключевский - педагог // Отечественная история 1998 №6 С.65-81; Пушкин А. С. А.С. Пушкин о русской истории // Преподавание истории в школе 1998 №8 С.45-48

15 П.А. Зайончковский 1904-1983 г.: Статьи, публикации и воспоминания о нем. М., 1998;Историки о времени и о себе. (Приложение к журналу "Исторический архив") Вып.11 М., 1998; Историки России XVШ-XX веков (Приложение к журналу "Исторический архив") Вып.5 М., 1998;

16 Историки России XVШ-XX веков (Приложение к журналу "Исторический архив") Вып.5 М., 1998;

17 Вилента И.В. Идея самобытности России в исторической концепции евразийцев. // Вестник Московского университета. Серия 8. История № 1. С.27-42; Гогохия Е.А. Евразийская мысль об истоках русской революции.// Вестник Московского университета. Серия 8. История. №5. С.54-66

18 Емельянов Ю.Н. С.П. Мельгунов : в России и эмиграции. М., 1998

Из хронологических периодов развития исторической науки по-прежнему

привлекает XIX век, особенно его вторая половина19. Продолжается разработка

20

истории советской исторической науки" .

Привлекает историографов философия истории. Сохраняется интерес к философам "серебряного века", появляются публикации об историософских концеп-

21

циях авторов XX века .

Исследование инфраструктуры исторической науки можно отнести к традиционным темам историографии. Своеобразие ее разработки заключается в том, что она редко привлекает новых исследователей. Сложился круг имен авторов, постоянно занимающихся этой темой, что еще раз подтвердилось в выпущенном под редакцией В.И. Чеснокова очередном выпуске периодического издания "Российские университеты в XVШ-XX вв.".

Тема "дискуссии в исторической науке" мало исследована. Она нашла отражение в тематике работ 1998 года. Прошла публикация о полемике вокруг книги

22

Н.Я. Данилевского "Россия и Европа" и о дискуссиях по вопросам социально-экономического развития России рубежа XIX -XX вв. в отечественной историогра-

23

фии 20-х - нач. 90-х гг.

Историография историографии является одной из наиболее сложных проблем, так как требует от исследователя одновременно знания историографического среза определенного периода или историографической темы и знания об общих закономерностях историографического процесса. Один из вариантов таких работ

1 9 Иллерицкая Н. В. Историко-юридическое направление в русской историграфии второй половины

XIX века М., 1998; Синицын О.В. Неокантианская методология истории и развитие историографической мысли в России в XIX - нач. XX вв. Казань 1998

20 Сидоров А.В. Марксизм и историографическая мысль 20-х гг.М. - Симферополь 1998; Ганелин Р.Ш. Сталин и советская историография предвоенных лет // Новый часовой 1998 №6/7 С. 100-117; П.А.Зайончковский 1904-1983 г.: Статьи, публикации и воспоминания о нем. М., 1998;

21Корецкая А.Ф. Русские философы о смысле истории (И.Федоров, Н. Бердяев, С. Франк)// Истори-ко-экономический журнал. Иркутск, Чита, 1998 №"3 С.54-65; Страхова Н.П. История России в интерпретации Даниила Андреева // Вестник Волгоградского государственного университета. Сер. 4 История, Философия. 1998 Вып.3 С.54-65

22 Швляков А.И. Книга Н.Я. Данилевского "Россия и Европа" в полемике 80-х годов XIX века // Социологические исследования 1998 № 12 С. 126-129

23 Смирнова О. А. Дискуссии по вопросам социально-экономического развития России рубежа XIX -

XX столетий в отечественной историографии (20-е - нач. 90-х гг.) // Вестник Оренбургского педагогического университета. 1998 № 2 С.62-72

- обобщение опыта проблемной историографии. Разработанность некоторых аспектов темы "русское зарубежье", позволила выйти на уровень историографических

24

обобщений, понять этапы формирования проблемной историографии этой темы .

Столичная наука сохраняет приоритет в издании монографических работ по общим проблемам историографии а в издательствах других городов (Пермь, Омск, Тула, Харьков) публикуются историографические работы по проблемной историо-

графии25.

На сегодняшний день сохранились и активно действуют историографические центры бывшего СССР: Москва, Санкт-Петербург, Воронеж, Брянск, Саратов, Томск, Омск. Появляются новые центры. Организаторы некоторых из них ставят задачу изучения исторической памяти своего региона. В частности начата работа по персоналиям историков, родившихся в Курском крае26. Периодические издания демонстрируют специализацию центров. Так издание Воронежского государственного университета сохраняет тематическую направленность27. Отдельные выпуски очередных изданий в целом не историографического характера являются показателем интереса к историографическим аспектам со стороны смежных дисци-

24Селунская В. М. Проблема интеграции эмигрантов в российском зарубежье между двумя мировыми войнами в отечественной историографии. Вестник Московского университета Сер. 8. История. №1. С.3-27

25 Не претендуя на полноту списка трудов по проблемной историографии, обзор которой не входит в задачи данной работы, приведем лишь некоторые работы: Бордюгов Г.А. и др. Белое дело: идеология, основы, режимы власти: Историографические очерки., М., 1998; Козерод О.В. Историографические проблемы белого движения на Украине., Харьков, 1998; Самарцева Е.И. Историографический эскиз проблемы генезиса отечественной интеллигенции (Россия. Русское зарубежье. XX век) Тула., 1998; Самосудов В.М. Современная отечественная историография коллективизации (1980-е середина 90-х годов) Омск., 1998; Кузинова Н.Т. Отечественная историография 1917 года в России. М., 1998; Абакаров М.И. Российский рабочий класс: проблемы методологии и историографии Махачкала, 1998; Непомнящий А.А. Очерки развития исторического краеведения Крыма в XIX- начале XX века. Симферополь, 1998

26 Историки Курского края. (авторы-сост. Стародубцев Г.Ю., Щавелев С.П.) Вып. 1.Курск., 1998

27 Российские университеты в XVШ-XX вв. Сб. научн. ст. Вып. 3. Воронеж, 1998 (отв. ред. В.И. Чесноков).

плин, таких как философия28. Те же особенности характерны и для тематики сбор-

29

ников.

Расширилась география изданий учебно-методических пособий ( Пенза, Волгоград, Тюмень, Псков), что свидетельствует о внимании к историографии как учебной дисциплине30. Интересно, что в некоторых работах раскрытие историо-

31

графической проблематики происходит на материале местной истории . Внимание авторов пособий сосредоточено на общих схемах развития исторической науки, особенно XX -го века, а не на проблемной историографии.

Из четырех конференций, материалы которых были опубликованы в 1998 году одна проходила в Петербурге, одна в Коврове и две в Москве, причем обе по инициативе Российского Государственного Гуманитарного университета. Издательство Гуманитарного университета лидирует по числу монографических работ, посвященных теоретическим аспектам историографии. В 1998 году РГГУ, наряду с ИРИ РАН является наиболее активным центром распространения историографического знания.

В 1998 году были опубликованы монографические работы, теоретико-методологический уровень и эмпирическая разработка которых дает представление об уровне современной историографии. Для анализа выбраны три работы. Это монография Ю.Н. Емельянова о С.П. Мельгунове, Н.В. Иллерицкой об историко-юридическом направлении русской историграфии и М.П. Мохначевой о взаимосвязи и взаимовлиянии журналистики и исторической науки. Они решены в разных историографических жанрах, что дает возможность составить представление о теоретико-методологическом уровне каждого в отдельности.

28Проблемы отечественной и зарубежной истории и историграфии Ученые записки Казанского университета. Т. 134, Казань, 1998; Философский век. Альманах Вып.5. Идея истории в российском просвещении Спб., 1998

29 Историческая мысль и история идей: Межвузовский сб. труд. Брянск 1998; Россия в XIX-XX веке. Сборник статей к 70-летию со дня рождения Рафаила Шоломоновича Ганелина. Спб., 1998

30 Отечественная историография в XX веке: методологическое пособие. Волгоград., 1998;Отраднов А.М. Проблемы методологии и историографии XX столетия: уч. пособие. Пенза, 1998; Герасименко Г.А. История Российской исторической науки (дооктябрьский период). Уч. пособие М., 1998; Филимонов А. В. Историография Псковского края (Послеоктябрьский период): уч. - метод. пособие по спецкурсу. Псков., 1998

В 1998 году вышло в свет монографическое исследование Ю.Н. Емельянова "С.П. Мельгунов: в России и эмиграции", написанное в жанре научной биографии.

Для Емельянова эта книга является итогом работы над темой о Мельгунове (1879-1956) - историке и публицисте, редакторе журнала "Голос минувшего", основателе первого в России издательского товарищества "Задруга", принудительно

32

покинувшего страну в 1 922 году .

В монографии его творческая деятельность делится на два периода: в России и в эмиграции. Это деление легло в основу книги, не столько определив ее структуру, сколько повлияв на методологический подход автора, исследовавшего деятельность Мельгунова в сравнении этих двух периодов его жизни. Эмиграции Мельгу-нова он придает значение перелома, изменившего тематику его работ, хотя и не повлиявшего ни на его творческую активность, ни на личность ученого. Раскрытие деятельности через личность являющаяся главным мотивом темы книги, не является открытием для современной историографии. Актуальность этого методологического приема в данной монографии состоит в использовании Емельяновым характеристики личности как объяснительного принципа его деятельности. Автору удалось, очертив весь спектр многообразной деятельности историка, показать центральный, стержневой характер его личности, детерминировавший его деятельность как на родине так и вдали от нее.

Источниковая база, являющаяся одним из главных достоинств работы, позволила показать все аспекты разнообразной творческой деятельности ученого: общественно-политической, научной и издательской, раскрыть основные черты личности историка. К исследованию привлекались опубликованные работы Мель-гунова, рецензии на его труды, подписки журнальных изданий, которые он редактировал. Материалы лондонского фонда вводятся в научный оборот впервые. К сожалению автора осталась невостребованной часть колоссальной переписки ученого, хранящаяся в частных архивах США. Эти материалы пока недоступны исто-

31 Филимонов А.В. Историография Псковского края (Послеоктябрьский период) уч.-метод. пособие по спецкурсу Псков, 1998

32 Емельянов Ю.Н. Издательская деятельность русского зарубежья (С.П. Мельгунов) // Россия в XX веке: Судьбы исторической науки М., 1996; Предисловие к публикации Мельгунова С.П. Осада Зимнего Дворца// Вопросы истории М., 1993 №1 С. 109-128 и др.

рикам. Можно уверенно сказать, что в монографии исследован основной массив архива Мельгунова.

Высланные из России, оторванные от исторических корней люди, чьей профессией было исследование и сохранение исторической памяти были обречены на вырождение. По- разному сложились их судьбы. Интересно сравнение Емельяновым политического аспекта в творчестве периода эмиграции у ученого академической школы П. Н. Милюкова и Мельгунова, никогда не принадлежавшего к ней. Если Милюков окончательно перешел от научной к публицистической деятельности, то Мельгунов совершил поворот к научной деятельности, взяв за основу строгую фактологичность и эмпирическую аргументированность выводов. Профессиональное знание оказалось для него той путеводной нитью, которая привела его к пониманию сложнейшей эпохи России и помогла сохранить живое историческое сознание. Отметив, что Мельгунов никогда не был "академическим " ученым, автор доказывает, что секрет его успеха в том, что работу над своими "не научными" сюжетами он повел в строгом согласии с методами, приемами и техникой научного исследования, выработанными поколениями отечественных историков. В оценке Емельянова именно эмигрантский период творчества Мельгунова принес ему известность среди историков.

Книга Емельянова на сегодняшний день является единственной монографией о Мельгунове. Широкая источниковая база, продуманная структура книги делает ее ценной для дальнейших исследований. Решенная в традиционном жанре, она демонстрирует новые возможности изучения биографий ученых через призму личности. Работа выходит за рамки жанра, создавая интеллектуальное поле для широких исследований исторической науки "русского зарубежья".

Значительно реже, чем монографические работы по персоналиям появляются книги по общим теоретическим проблемам историографии. Это не свидетельствует о слабом интересе к этим проблемам. При анализе общего списка изданных в 1998 году работ было показано, что наибольшее число тем посвящено именно эти сюжетам. К ним относятся и работы о современном состоянии исторической науки,

и работы о направлениях и течениях в историографии, работы по историософии. Редким является разработка этих проблем на уровне монографии.

Монография Н.В. Иллерицкой "Историко-юридическое направление в русской историграфии второй половины XIX века" содержит интересный материал для решения классификационных вопросов историографии. Она посвящена выявлению характерных особенностей историко-юридического направления в отечественной историграфии второй половины XIX века.

На выбор источников оказало влияние представление автора о структуре исторического знания. Исходя из того, что "историографический факт всегда несет в себе историографическую новизну", автор сосредоточивает внимание на процессе формирования новых идей. Это определяет и иерархию источников исследования. В первую очередь анализируются работы, в которых проблема ставилась впервые, а затем прослеживается ее развитие в других трудах и в последнюю очередь в обобщающих работах, где она получила окончательное завершение. Как мы видим, в ракурсе внимания автора оказываются все традиционные для историографического анализа источники, но основой анализа служат именно статьи, где чаще всего впервые высказываются новые идеи, а не монографии.

Основной метод, примененный автором - сравнительный. Н.И. Иллерицкая сопоставляет основные позиции трудов избранных историков между собой с целью поиска общих связывающих их в единое направление черт. Этот же метод используется и для выявления связи историко-юридического направления с государственной школой.

Для раскрытия основных черт новой специализации автором выбраны три персоналии - В.И. Сергеевич, А.Д. Градовский и Ф.И. Леонтович. Актуальность разработки творчества этих авторов была отмечена еще в начале 89-х33. За последующее десятилетие мало что изменилось. В начале 90-х годов был разработан аспект публицистической деятельности Градовского. Литература о Сергеевиче и Ле-онтовиче ограничивается несколькими еще прижизненными статьями. Главный же научный вклад этих крупных представителей государственно-исторической школы

до работы Иллерицкой не исследовался. Монографическое исследование Н.В. Ил-лерицкой впервые уделяет подобное внимание этим трем персоналиям. Разработка их творчества на уровне методологии и концепций, особое внимание к оценке новаторства ученых представляют новый вклад в исследование трудов каждого из историков.

Немаловажным является и разработка автором теоретических подходов к выявлению направлений в историографии. С отказом от старых схем деления историографии, где наиболее распространенным был принцип по интересам определенного общественно-политического движения (демократического, либерального, монархического, марксистского), актуальным стал поиск критериев для новых схем исторической науки. Деление на исторические школы, течения и направления на основании концептуального сходства трудов, близости теоретико-методологических позиций хотя и проводилось в традиционных исследованиях, но эти критерии не являлись единственно значимыми. Автор монографии продемонстрировала возможности именно такого подхода.

В то же время главная теоретическая проблема - выяснение характеристик направления в историографии автором не решена. В работе мало обобщений, теоретических выводов, которые были заявлены в качестве исследовательской задачи во введении. Работа представляет собой по-существу подробную разработку персоналий, связанных единым хронологическим периодом, похожей проблематикой и используемыми методами исследования.

Проблематика монографического исследования лежит в рамках обновленного подхода к историографии. В этом направлении исследований видимо еще рано строить теоретические обобщения. Как показывает работа Иллерицкой разработка ведется на эмпирическом уровне. Монография скорее дает пищу для размышлений над сложной теоретической проблемой классификации историографии, чем окончательный вариант ее решения.

Книга М.П. Мохначевой "Журналистика в контексте наукотворчества в России XVIII -XIX вв." является первой частью задуманной монографии

33 Шикло А.Е. Современная советская литература по истории отечественной исторической науки

"Журналистика и историческая наука" и представляет собой теоретическое обоснование подхода автора к исследованию роли журналистики в истории российской исторической науки. По замыслу в первой книге характеризуются гносеологический, семантический, историко-культурологический аспекты источниковедения журнальной периодики, а вторая книга "Журналистика и историческая традиция в России в 30-е - 70-е гг. XIX века" будет представлять практическое решение указанной задачи, где журнальная периодика будет рассмотрена как один из вариантов "бытования исторической мысли" на материале 30-х - 70-х годов XIX века.

Источниковая база исследования представлена прежде всего широким кругом журнальных изданий: сборников, альманахов, журналов, справочно-библиографических пособия. Кроме того автором были использованы различные виды документов официального происхождения: цензурное законодательство (распоряжения и циркуляры), делопроизводственная документация центральных и местных цензурных органов, межведомственные уведомления, справки, отчеты, переписка по цензурным вопросам, а также личного происхождения. Часть из них впервые вводится в научный оборот. Источником семантических исследований автора послужили словари, изданные в XVIII - первой половине XIX веков.

В качестве методологии исследования автор выбрала междисциплинарный подход, основанный на библиографической, историографической и источниковедческой "парадигмах журналистики". Автором широко используются наработки в смежных с библиографией, историографией и источниковедением отраслей знания: семантики, филологии и лингвистики, философии. Вместо обычного для современного науковедения термина "научный процесс", возникновение которого автор относит к концу XIX века, предлагается ввести термин "наукотворчество", как наиболее соответствующий лексике источников середины XIX века. Этот прием, несущий значительную методологическую нагрузку позволяет раскрыть системность исследуемого объекта как части историографического процесса данного периода. М.П. Мохначева определяет "знаковость" этого термина для истории исторической науки.

эпохи капитализма.// История СССР №5, 1983 С. 114

Все четыре раздела монографии посвящены теоретическим вопросам историографического источниковедения. Учитывая слабую разработанность всего направления, проделанная М.П. Мохначевой работа, в которой использован историографический комплекс сложившихся на сегодняшний день наработок как классического источниковедения так и новейших кажется особенно ценной.

Интересен раздел посвященный семантике знаковых систем журналистики и исторической науки России в XVIII-XIX вв. Автор прослеживает процесс рождения языка науки, полно отразившийся на страницах журнальной периодики. В этом процессе журнал играет роль основного коммуникативного канала.

На фоне лексических изменений показано различное соотношение литературы и истории в XVIII и первой половине XIX вв. Предметные области литературы и истории в этот период не успели "конституировать" сферы творчества, поскольку не обладали еще специальными приемами и методами освещения событий. Постепенно происходило превращение научного, в том числе и исторического гуманитарного знания в отраслевое, параллельно которому происходило формирование социального статуса ученого.

Анализ семантических движений понятий "журналистика", "наука", "историческая наука" на страницах журналов позволяет сделать автору вывод о значительной роли журнала в формировании в общественном сознании "историографического компонента".

Уделено внимание журналу как совокупности "текст-источников", фиксирующих развитие исторической науки и исторического самосознания индивида и общества, а так же как субъекту историографического процесса. Журнал выступает как одна из форм сосредоточения наукотворчества, формализованная самоорганизация науки.

Рассмотрен типогенез исторической журналистики. Вопросу типологии журналистики посвящено большое количество исследований. М. П. Мохначева, опираясь на существующий опыт проводит собственное исследование истоков и хода формирования отраслевой исторической периодики.

Историографические исследования органично вписываются в контекст нау-коведческих исследований. Сегодняшний уровень этой возрождающейся дисциплины учитывает особенности гуманитарных наук с одной стороны и неоднозначность научных процессов в естественных науках с другой. Это приводит к формированию единого методологического поля, позволяющего описать и объяснить многие процессы исторической науки. В частности это касается использования науковедческих моделей применительно к историографическому процессу. Осознавая собственные методологические подходы или следуя традиции историографы чаще всего использовали кумулятивную модель развития науки. С 70-х годов, после публикации и переиздания работы Т.Куна "Структура научных революций" не менее популярной стала парадигмальная модель. Исследование М.П. Мохначевой демонстрирует возможности синергетической модели, которая только начинает использоваться историографами.

Контекст монографии настолько широк, что отнести ее только к науковедению значило бы существенно заузить и обеднить исследование. Возможность применения автором синергетической модели стала возможной только благодаря широкому общекультурному охвату, вобравшему в себя наработки почти всех текстовых методологий. Это придает работе некоторый привкус постмодерна, но доказывает возможность научных, эмпирических и главное исторических разработок в сегодняшней общекультурной ситуации.

Несмотря на применение разных методологических подходов главным для всех монографий является опора на эмпирический материал в его конкретном прочтении. Высокий теоретико- методологический уровень монографических работ является показателем общего уровня современных историографических исследований, существующих в рамках историографии как научно самостоятельной области исторических исследований. Решенные в разных жанрах, они открывают возможности для каждого - научных биографий, обобщающих работ классификационного характера, открытии новых методологических аспектов историографических исследований, ведущих к расширению теоретического арсенала техники историографии.

В сравнении с 70-ми - 80- ми годами, как это видно и на примере 1998 года, произошли изменения в тематике исследований. Ряд тем ушел из поля зрения ис-следователей34. Это такие как "критика буржуазных концепций истории", "В.И. Ленин и развитие исторической науки", "историческая наука в бывших республиках СССР". Часть тем, такие как "инфраструктура исторической науки", "персоналии", "научные школы в историографии" остались. Появились новые: "историческая наука русского зарубежья". Происходит изменение акцента в некоторых темах, таких как "история исторической мысли". Сегодня она несколько размывается методологией и часто звучит как историософия.

В связи с небольшим числом публикаций (около 90 наименований) при широком тематическом спектре предлагаемый вниманию обзор дает возможность представить панораму тем, привлекших внимание исследователей в 1998 году. Эмпирическое наблюдение в течение несколько лет позволяет выявить общие направления развития проблематики и определить перспективы ее развития. Но уже по результатам данного обзора можно констатировать, что в 1 998 году нашла отражение общая тенденция отечественной литературы, характерная для конца 90-годов - воссоединение трех направлений единой историографической традиции -дореволюционной исторической мысли, советской историографии, историософского и исторического наследия русского зарубежья.

34 Сравнение проводится с использованием данных о публикациях КЛ и ЛЖС 1970-х - 1980-х гг., собранных И. М. Галимзяновой