Стресс и лимфоциты

ОБЗОРЫ ЛИТЕРАТУРЫ

© Коллектив авторов, 2011

Н.М. Киселева1 Л.Г. Кузьменко2, М.М. Нкане Нкоза2 СТРЕСС И ЛИМФОЦИТЫ

1ГБОУ ВПО РНИМУ им. Н.И. Пирогова Минздравсоцразвития России, 2Российский университет дружбы народов, Москва

В статье на основании литературных и собственных данных обсуждается проблема взаимосвязей нервной, эндокринной и иммунной систем. При этом тимус рассматривается не только с позиции работы иммунной системы, но и как железы внутренней секреции, позволяющей осуществлять нейроиммуноэндокринные взаимодействия. Полипептиды тимуса оказывают влияние не только на систему иммунитета, но и проявляют стресспротекторное действие.

Ключевые слова: стресс, лимфоциты, нейроиммуноэндокринная система, пептиды тимуса.

In this article the problem of interrelations of the nervous, endocrine and immune systems is discussed on the basis of literary and own data. At the same time thymus is examined not only from the position of operation of the immune system but also as a gland of the internal secretion, making it possible to carry out neuroimmunoendocrine interactions. Polypeptides of thymus influence not only on the immunity system, but also show stress-protecting actions.

Key words: stress, lymphocytes, neuroimmunoendocrine system, peptides of thymus.

Понятие «стресс» введено в литературу в 1936 г. канадским ученым Гансом Селье. В настоящее время проблема стресса волнует не только специалистов, но и общество в целом. Особую актуальность она приобрела во второй половине прошлого века, когда на фоне ошеломляющих темпов научно-технического прогресса значительно расширилась производственная деятельность человека и стали доступными для освоения зоны с экстремальными условиями - Арктика и Антарктида, морское и океаническое дно, пустыни и высокогорье, ближний космос.

В современных условиях под стрессом (англ. stress - напряжение) понимают состояние, возникающее при действии на организм чрезвычайных или патологических раздражителей, называемых стрессорами, и приводящее к напряжению его неспецифических механизмов [1, 2]. Однако Г. Селье и его последователи полагали, что факторы любой природы, дестабилизирующие гомео-стаз, вызывают длительную ответную реакцию организма - стресс. Физиологический смысл ука-

занной реакции заключается в адаптации организма к стрессору [3]. Г. Селье показал, что стрессоры различной природы (физические факторы, химические соединения, биологические воздействия) вызывают сходную динамику ответной реакции организма, на который они направлены. В число обязательных участников стресса включаются гипоталамус, гипофиз, надпочечники и вегетативная нервная система (ВНС) [4].

На стресс организм отвечает триадой симптомов: увеличением коркового слоя надпочечников с повышением его активности, уменьшением тимуса и лимфатических узлов, появлением точечных кровоизлияний, эрозий и язв на слизистой оболочке желудка и кишечника. Если стрессор недостаточно силен, а резистентность организма высокая, то указанные патологические изменения могут не выявляться [4]. При длительном воздействии стрессора возникает адаптивная реакция организма, названная Г. Селье общим адаптационным синдромом, который стереотипно протекает в три стадии: тревоги, резистентности и истощения [3].

Контактная информация:

Кузьменко Лариса Григорьевна - д.м.н., проф., зав. каф. педиатрии Российского университета дружбы народов

Адрес: 117198 г. Москва, ул. Миклухо-Маклая, 8 Тел.: (499) 237-18-51, E-mail: kuzmenko39@mail.ru Статья поступила 31.08.11, принята к печати 28.09.11.

Первая стадия (тревоги) развивается в течение 6 ч и продолжается 1-2 суток. В этой стадии благодаря вовлечению в процесс гипоталамо-гипо-физарно-надпочечниковой системы срабатывают срочные механизмы адаптации. Высшим регулятором, координирующим систему эндокринных органов и обмена веществ с работой ВНС и интегративными эмоционально-поведенческими реакциями, является гипоталамо-гипофизарный нейросекреторный комплекс.

А.Ш. Зайчик и А.П. Чурилов [4] полагают, что есть все основания считать гипоталамус главным элементом, координирующим биологически целесообразное поведение; именно здесь формируется аффективный компонент ощущений и реакций. В латеральных отделах гипоталамуса вблизи центров голода и жажды находится центр ярости (гнева), раздражение которого провоцирует агрессивную эмоционально-двигательную реакцию и сильнейший стресс. Недалеко от него в перивент-рикулярных ядрах расположен центр наказаний, раздражение которого провоцирует страх, неудовольствие, вызывает сильную боль и активную реакцию избегания; при длительных воздействиях возникает истощающий стресс, способный привести к гибели организма. Центр наказаний передает активирующие воздействия в центр ярости, что делает возможной ответную активную внешнюю реакцию животного - оборону и избегание. Если ответная внешняя двигательно-эмоциональная реакция, координируемая центром гнева, оказывается невозможной или ограниченной, то это приводит к патологическим изменениям во внутренних органах по типу истощения или «болезни адаптации» [5]. В гипоталамусе находится также центр удовольствий (или награды, удовлетворения). Он располагается в вентромедиальных и латеральных ядрах по ходу центрального пучка нервных волокон и представлен норадренергическими волокнами. Центр удовольствий успокаивает стресс. Он тесно связан с центрами насыщения и полового влечения. Имея возможность осуществлять самостимуляцию этого центра, животные испытывают к этому непреодолимое влечение [4].

При стрессе гипоталамус, активированный факторами, поступающими как гуморальным путем (интерлейкины и др.), так и холинергичес-кими и серотонинергическими влияниями, исходящими из лимбических и других отделов ЦНС, уже в начале стадии тревоги приводит к увеличению выработки кортиколиберина. Последний, попадая в аденогипофиз через местную портальную систему, стимулирует продукцию АКТГ. В свою очередь кортиколиберин и короткий пептид из состава АКТГ стимулируют центр тревоги и страха в лимбической системе, создавая характерный эмоциональный фон. АКТГ стимулирует надпочечник, способствуя продукции катехоламинов - гормонов борьбы и бегства [4].

Однако наряду с ними в кровь поступает большое количество глюкокортикостероидов (ГКС), в ЦНС повышается метаболизм РНК, белков и других веществ. В этой стадии расход энергии организма в значительной степени обусловлен возбуждением ЦНС и симпатоадреналовой системы. По сравнению с затратами энергии при физической работе, энерготраты при стрессе существенно выше. Стадия тревоги отличается ярко выраженными эмоциями (чаще отрицательными); в обмене веществ преобладают процессы диссимиляции [1, 2].

Следующая стадия - стадия резистентности является одним из видов долговременной адаптации к постоянно действующему стрессору. В ее основе лежат клеточные механизмы адаптации и формирования соответствующей функциональной системы. Длительность стадии резистентности может исчисляться днями и неделями. Элементами увеличения резистентности при длительном действии стрессора являются повышение синтеза РНК и некоторых белков, мобилизация иммунной системы (ИС), увеличение выработки ГКС, стимулирующих глюконеогенез [2]. Стадия резистентности может отсутствовать при наличии функциональной недостаточности гипоталамо-гипофизарной или симпатоадреналовой систем (например, у лиц с лимфатико-гипопластическим диатезом). При обратимом характере гормональных и метаболических сдвигов, возникающих в стадии резистентности без выраженного истощения, возможно развитие стресса по пути нормализации состояния [1].

При непрекращающемся воздействии стрессора на организм адаптация угнетается, и наступает последняя стадия - стадия истощения. Она выявляется далеко не во всех случаях, а только при воздействии очень сильного или длительном действии слабого раздражителя, превышающего функциональные резервы нейроэндокринного аппарата индивида. В случае прекращения действия стрессора на организм исходом этой фазы является нормализация состояния, при продолжающемся воздействии - наиболее вероятным исходом является гибель [1, 2].

Таким образом, Г. Селье и его последователи при изучении стресса обратили внимание, что стресс связан с механизмами гомеостаза, и ведущую роль в реализации данного процесса играет кортикотропин.

На сегодняшний день в реализации стресса неплохо изучены деятельность сердечно-сосудистой системы, системы органов дыхания, желудочно-кишечного тракта, но явно недостаточно уделяется внимания ИС. Вместе с этим с самого начала исследования стресса Г. Селье, наряду с увеличением надпочечников, наблюдал уменьшение массы и размеров тимуса [3]. Здесь, однако, нужно заметить, что за 30 лет до работ Г. Селье немецкий морфолог J. Нашшаг описал у детей уменьшение

тимуса под влиянием инфекций, назвав данное состояние акцидентальной, т.е. случайной (лат. ае^епив - случайность), инволюцией тимуса [6]. В последующем и сам J. Нашшаг, и другие исследователи наблюдали явление инволюции тимуса как при инфекционных заболеваниях, так и в результате целого ряда воздействий на человека и животных (травм, голодания, переохлаждения, физической нагрузки, сильных эмоций, нарушения обмена веществ, гипоксии, терапии ГКС и цитостатиками, рентгеновском облучении и др.) [7-14]. В конечном итоге стало ясно, что указанный процесс развивается не случайно, а закономерно, случайной же является только причина, вызвавшая инволюцию тимуса. Наиболее ярко такая реакция тимуса выражена у детей.

Нужно отметить, что в тот период, когда начала развиваться теория адаптационного синдрома, еще отсутствовали сведения о тимусе как центральном органе ИС. В настоящее время никем не отрицается факт, что тимус - это орган, в котором происходит размножение и созревание Т-лимфоцитов - клеток, осуществляющих реакции клеточного иммунитета. Центральной фигурой ИС является лимфоцит. Лимфоциты относятся к числу древнейших клеток многоклеточных организмов, предшественники которых на эволюционной лестнице появились около 2 млрд лет назад [15].

Во второй половине ХХ века было твердо установлено, что лимфоциты - это гетерогенная группа клеток, включающая В-, Т- и МК-клетки. Все они и их субпопуляции различаются между собой только с помощью специальных (иммунологических) методов исследования. Однако, несмотря на интенсивное развитие иммунологии и методов иммунологического исследования, проведение анализов периферической крови с определением основных типов лейкоцитов в окрашенных мазках, внедренное в практику еще в 30-х годах ХХ века, до настоящего времени не теряет актуальности. Этот доступный, дешевый и мало инва-зивный метод может использоваться в качестве скрининг-теста для определения показаний к проведению специального иммунологического обследования пациента.

При этом следует иметь в виду, что в постнео-натальном периоде в крови человека содержится не более 0,2 % лимфоцитов от их общего количества в организме [16]. Однако лимфатическая система напрямую связана с венозным руслом, в связи с чем периферическая кровь отражает изменения, происходящие в системе лимфоидных органов. Это позволяет расценивать периферическую кровь как индикатор уровня лимфоцитов в организме.

Тем не менее, возможность объективного деления лимфоцитов на классы и подклассы (или популяции и субпопуляции) появилась только после получения с помощью гибридомной технологии моноклональных антител. Это позволило

различать лимфоциты по мембранным антигенам и привело к созданию их единой классификации. Для обозначения антигенов используют аббревиатуру CD (от англ. Cluster of Differentiation - класс дифференцировки). Т-лимфоциты распознают не антиген как таковой, а «измененное свое».

Т-лимфоциты развиваются из пре-Т-лимфо-цитов (пре-тимоцитов), поступающих в тимус из костного мозга. В тимусе они приобретают Т-кле-точный рецептор (TCR) и поверхностные маркеры. Небольшая часть пре-тимоцитов, не имеющих необходимых рецепторов или имеющих рецепторы к антигенам собственного организма, погибает в тимусе путем апоптоза [17]. Как известно, Т-лимфоциты (Th) делятся на несколько субпопуляций: Th0 - «наивные», недифференцированные Т-хелперы; Th1 - клетки, способствующие развитию клеточного иммунного ответа; Th2 -активируют В-лимфоциты, способствуя развитию гуморального иммунного ответа. Основные цито-кины, продуцируемые Th-клетками: интерферон у (ИФН) (продукт Th1); интерлейкины (ИЛ) 4, 5, 13 (продукты Th2) [18].

На этапе индукции толерантности в вилочко-вой железе из тимоцитов, которые несут два диф-ференцировочных антигена CD4 и CD8 и являются так называемыми CD4+/CD8+ клетками, образуются две субпопуляции Т-лимфоцитов: Т-хелпе-ры (CD4+/CD8- клетки) и Т-киллеры/супрессо-ры (CD4-/CD8+ клетки); CD4+/CD8+ тимоциты относятся к числу наиболее чувствительных к кортизолу клеток, в то время как периферические CD4+/CD8- и CD4-/CD8+ лимфоциты являются относительно кортизол-резистентными [19, 20].

В условиях стресса акцидентальная инволюция тимуса отражает подавление его функции. Обобщение имеющихся сведений позволяет представить этот процесс в виде последовательной смены 5 фаз.

1-я фаза первоначально представлялась как покоящийся тимус, однако работами М.П. Ель-шанской [8], Н.А. Юриной и Л.С. Румянцевой [9], а также рядом других исследователей было показано, что она характеризуется увеличением массы органа по сравнению с возрастной нормой на 50% и более [11, 12, 14]. Это связывают с накоплением в субкапсулярной зоне тимуса значительного количества лимфобластов (что, вероятно, обусловливается антигенной стимуляцией). Данное состояние можно расценивать как попытку компенсации начинающегося нарушения функции органа. Помимо этого в самом начале указанного процесса возникают усиленное кровенаполнение тимуса и его отек. Все это вместе взятое приводит к увеличению органа.

2-я фаза знаменует собой начало инволютив-ных изменений и характеризуется миграцией в корковую зону тимуса макрофагов, которые осуществляют фагоцитоз продуктов распада Т-лим-

фоцитов. Электронно-микроскопически это документируется выявлением в цитоплазме макрофагов, фрагментов разрушенных клеток, фаголизо-сом и накоплением в ней РАв-положительных и суданофильных включений; на световом уровне выявляется налипание лимфоцитов на поверхность макрофагов [12]. Возникновение в тимусе подобных явлений указывает на 2-ю фазу акци-дентальной инволюции. При световой микроскопии в этой фазе выявляется картина так называемого «звездного неба» [9, 12, 19, 20]. В целом 2-я фаза характеризуется началом развернутых инво-лютивных изменений, но масса тимуса в эту фазу заметно не уменьшается. Последнее связано с еще не совсем затухшим процессом пролиферации лимфоцитов, усиленным притоком макрофагов, а также с отеком стромы и выраженным полнокровием органа. Подобные изменения встречаются, например, у детей, страдающих молниеносной формой менингококкцемии, острой быстротекущей пневмонией, сепсисом, погибающих в первые 24-48 ч заболевания [12].

3-я фаза акцидентальной инволюции документируется процессами нарастания инволюции. Самой характерной чертой этой фазы является инверсия слоев, возникающая в результате значительного опустошения коры тимуса, и увеличение количества тимических телец, которые локализуются не только в мозговой зоне, но и распространяются за ее пределы.

В 4-й фазе происходит опустошение не только корковой, но и медуллярной зоны; на светоопти-ческом уровне для этой фазы характерно исчезновение инверсии слоев. Тимические дольки принимают вид однородных образований, состоящих из эпителиальных клеток. Сохраняются лишь немногочисленные лимфоциты, которые, вероятно, относятся к кортизол-резистентной популяции. В пределах внутридольковых периваску-лярных пространств увеличивается количество В-лимфоцитов и плазматических клеток.

В 5-й фазе нарастают огрубение и коллагениза-ция стромы; капсула и крупные сосуды, как правило, склерозированы. В междольковой строме развивается липоматоз. В целом 4-я и 5-я стадии близки и отличаются степенью склероза стромы тимуса и обратимостью процесса [12].

С внедрением в медицинскую практику ультразвукового метода исследования тимуса [21] появилась реальная возможность прижизненного определения его параметров. Это позволяет не только определять массу или объем органа у ребенка любого возраста, но и наблюдать изменение параметров тимуса, например, в динамике патологического процесса [22].

Следует, однако, отметить, что деление акци-дентальной инволюции тимуса на фазы отражает в схематической форме динамику его изменений в процессе инволюции, но при этом следует иметь

в виду, что процессы гибели и миграции Т-лим-фоцитов в разных дольках идут неравномерно. Поэтому морфологические критерии указанных фаз акцидентальной инволюции не должны восприниматься буквально [12]. Отсутствие строгого параллелизма изменений в дольках тимуса, скорее всего, является фактом, указывающим на существование надежности биологической системы.

Вместе с этим, несмотря на стереотипность развития акцидентальной инволюции тимуса, характер ответа этого органа зависит от вида чрезвычайного раздражителя. Так, например, первая фаза акцидентальной инволюции тимуса, возможно, отсутствует при стрессе, не связанном с антигенной стимуляцией; акцидентальная инволюция, развившаяся после воздействия ионизирующего излучения, рентгеновского облучения, больших доз цитостатиков или ишемии тимуса имеет свои морфологические особенности [11, 23, 24]. В частности, в ранние сроки после воздействия высоких доз ионизирующей радиации опустошение тимуса обусловлено гибелью тимоцитов. После прекращения действия данного стрессора может произойти регенерация, однако она сменяется повторно развивающейся атрофией, вызванной прогрессирующей недостаточностью тимусного эпителия [25].

Изменения в тимусе, аналогичные вышеописанным, исследователи находили у разных видов экспериментальных животных при физической нагрузке, гипокинезии, эмоциональных воздействиях [26-36]. Более того, было установлено, что эмоциональный стресс может индуцировать в половых и соматических клетках млекопитающих генетические повреждения, сходные с таковыми после физических и химических воздействий [35, 36].

Сопоставив достижения иммунологии с теорией общего адаптационного синдрома при стрессе, N. Dourov предложил к рассмотрению следующую концепцию формирования акцидентальной инволюции тимуса [37]. Ведущее значение в развитии акцидентальной инволюции, с точки зрения этого исследователя, играют ГКС, вызывающие нарастающую альтерацию кортизол-чувствительных лимфоцитов, составляющих 70-80% от общего числа тимоцитов. К их числу прежде всего относятся субпопуляции малых незрелых Т-лимфо-цитов, локализующихся в субкортикальной зоне тимуса в клетках-«няньках». Под влиянием ГКС в таких лимфоцитах активируются определенные ферментные системы, что приводит либо к гибели большей части лимфоцитов путем апоптоза, либо к быстрой дифференцировке и уменьшению чувствительности к стероидным и тимическим гормонам [38- 41]. Под влиянием ГКС уже в остром периоде инфекционного процесса в тимусе развивается акцидентальная инволюция.

Если сопоставить стадии развития общего адаптационного синдрома с фазами акциденталь-

ной инволюции тимуса, то стадия тревоги, вероятно, соответствует 1-й и 2-й фазам, стадия резистентности - 3-й фазе, стадия истощения - 4-й и 5-й фазам акцидентальной инволюции тимуса.

Проблема взаимоотношения стресса с состоянием ИС в целом нуждается в серьезном обсуждении. На сегодняшний день таких работ явно недостаточно. Одной из первых была публикация Ю.И. Зимина [42], установившего повышенную склонность животных, подвергшихся воздействию стрессоров, к заболеваниям, обусловленных вирусами Herpes simplex, полиомиелита, Кокса-ки В, полиомы и возбудителями других инфекций. Более того, у этих животных наблюдались удлинение экспозиции реакции гиперчувствительности замедленного типа и снижение резистентности к опухолевому росту. Это указывает на то, что стресс сопровождается формированием у индивида иммунодефицита. В большинстве случаев иммуносупрессию при стрессе связывают с увеличением концентрации в крови ГКС и перераспределением лимфоцитов [43].

Имеющиеся к настоящему времени сведения о взаимоотношениях между корой надпочечников и тимусом позволяют утверждать, что снижение сопротивляемости организма при воздействии различных стрессоров связано не столько с повышением уровня ГКС, сколько с недостаточностью функциональной активности тимуса. ГКС и функциональные возможности тимуса находятся в антагонистических отношениях. Морфологи, например, хорошо знают о существовании такого сочетанного врожденного порока развития как анэнцефалия+врожденная тимомегалия+тяже-лая врожденная гипоплазия надпочечников. Однако у многих детей с тимомегалией без анэнцефалии наблюдаются недостаточность ГКС-функции надпочечников (документируемая по концентрации кортизола в крови) и функциональная недостаточность тимуса (документируемая по уровню сывороточной тимической активности в крови) [11]. Введение таким детям комплексного полипептидного препарата тимуса Тактивина существенно повышает сопротивляемость их организма инфекции [11]. Таким образом, иммунная недостаточность в данном случае обусловлена функциональной недостаточностью центрального органа ИС.

Исследование периферической крови при стрессе выявило в стадию тревоги наличие нейтро-фильного лейкоцитоза и лимфоцитопении. При этом принято считать, что указанные изменения обусловливаются перераспределением клеточных элементов между лимфоидными органами, циркулирующей кровью и костным мозгом [43, 44]. Причиной возникновения измененного состава крови является общая мобилизация организма для противодействия повреждающему фактору.

Количество клеточных элементов отдельных

популяций лейкоцитов, а именно лимфоцитов и нейтрофилов при остром и хроническом стрессе в крови различно. При хроническом стрессе количество нейтрофилов и лимфоцитов не выходит за пределы их референтных значений [45]. При остром стрессе в стадии тревоги отмечаются повышенная пролиферация клеток миелоидного ряда и увеличение количества нейтрофилов в единице объема крови. Это связано с поступлением в кровоток зрелых костномозговых клеток, а также в результате выхода в кровеносное русло нейтрофи-лов из расположенного в сосудах пристеночного пула [46]. Лимфоцитопения при остром стрессе, как правило, бывает относительной [47].

Нейтрофильный лейкоцитоз при остром стрессе может также развиваться в силу действия других причин. Выше было указано, что функция надпочечников контролируется АКТГ. Этот гормон гипофиза, усиленно синтезируемый в условиях стресса, стимулирует надпочечники, приводя к увеличению в крови концентрации как кате-холаминов, так и ГКС. Последние способствуют апоптозу кортизол-чувствительных лимфоцитов. Другими словами, уменьшение в крови количества лимфоцитов при остром стрессе может быть не только относительным.

Лимфоцитопения сопровождает стресс практически в течение всего процесса, но наиболее ярко она выражена в стадии тревоги и (особенно) в стадии истощения. Стадия истощения характеризуется практически полной атрофией тимуса. Как было указано выше, в таком случае в тимусе выявляется сеть ретикулоэпителия, не заселенная лимфоцитами. Это состояние по своей сути аналогично генетически детерминированному тяжелому первичному иммунодефициту, встречающемуся при тяжелом комбинированном иммунодефиците, дефиците аденозиндезаминазы или пуриннук-леозидфосфорилазы, дефиците молекул II класса главного комплекса гистосовместимости, ретикулярной дисгенезии, в ряде случаев - при синдроме Di George [48, 49].

Существует две группы факторов, способных вызвать индуцированное стрессом подавление иммунитета. Во-первых, такая ситуация способна возникнуть при прямой активации нейроэндок-ринной оси из-за увеличения продукции гипоталамусом кортикотропин-высвобождающего гормона (CRH). К этой группе принадлежит воздействие на организм токсических веществ и эмоционального стресса. Во-вторых, возможно возникновение косвенной активации нейроэндокринной оси, что, например, может произойти при инфекционных болезнях и несбалансированном питании [50].

Из токсических стрессовых влияний лучше других изучен эффект опиатов. Установлено, что хроническое введение экспериментальным животным морфия приводит к инволюции тимуса и характеризуется увеличенным апоптозом CD4+/

CD8+ тимоцитов. Это происходит вследствие увеличения продукции CRH гипоталамусом, в результате чего активизируется продукция АКТГ гипофизом и кортизола надпочечниками [23, 51]. Однако ГКС ингибируют продукцию ИЛ2 и ИФНу, в связи с чем полагают, что физиологическая функция ГКС состоит в ограничении активности эндогенных медиаторов воспаления в угрожающих жизни ситуациях [24]. Увеличение продукции кортизола ведет к подавлению клеточных иммунных реакций, регулируемых Т-лимфоци-тами, что в свою очередь повышает восприимчивость к инфекциям, вызываемых условно-патогенной флорой.

В начале 90-х годов прошлого века было показано, что продукция цитокинов активизированными лимфоцитами является управляемым процессом. Митоген- или антиген-стимулируемые лимфоциты из лимфоидных органов в области слизистых оболочек продуцируют главным образом ИЛ4, лимфоциты из других органов продуцируют главным образом ИЛ2 [52, 53]. Полагают, что решающей для управления производством цитокинов является продукция стероидных гормонов. В этом процессе как антагонист кортизола, вероятно, центральную роль играет продуцируемый корой надпочечников дегидроэпиандростерон (DHEA), который из всех стероидных гормонов содержится в крови в самой высокой концентрации в виде сульфатированной неактивной формы (DHEAS). DHEAS десульфатируется стероидной сульфатазой и преобразуется в активную форму. В лимфоцитах активный DHEA ответственен за

продукцию ИЛ2 и ИФНу, но не ИЛ4. Содержание стероидной сульфатазы в разных тканях различно. В лимфоидной ткани единственными клетками, содержащими DHEA, являются макрофаги [50]. Помимо этого антагонистическое действие по отношению к ГКС, видимо, проявляют гормоны и пептиды тимуса [54].

При реакции на стресс изменяется отношение ТИ1-профиля CD4-лимфоцитов к ТИ2-профилю, вероятно, вследствие того, что симпатикотоничес-кое адренергическое кортикоидное смещение метаболизма изменяет баланс кортизол^НЕА и корти-зол/пептиды тимуса в пользу кортизола. Согласно этой гипотезе, при стрессе гуморальные иммунные реакции, направленные против экзогенных («не своих») структур, усиливаются, а клеточные иммунные реакции, направленные против эндогенных («своих измененных»), ослабевают [50]. По поводу прямого эффекта гиперпродукции корти-зола на лимфоциты следует обратить внимание на то, что уменьшение в крови числа CD4-лимфоцитов при фактически постоянном уровне CD8-лимфоци-тов характерно для реакции стресса [50, 55].

Таким образом, контроль за уровнем лимфоцитов может способствовать диагностике стресса в целом и его стадии в частности. В качестве скрининг-теста целесообразно оценивать лейкоцитарную формулу хотя бы в первые, 2-3-и и 7-10-е сутки после воздействия стрессора, а в последующем - определять количество и соотношение CD4/ CD8-лимфоцитов. Выявление грубых нарушений, вероятно, можно корригировать с помощью полипептидов тимуса.

ЛИТЕРАТУРА

1. Гризонтов П.Д., Бобкова Ю.Г., Вартанян М.Е. Стресс. БМЭ. 3-е изд. М.: Медицина. 1985; 24: 309-316.

2. Нормальная физиология. Под ред. В.М. Смирнова. М.: Изд. дом «Академия», 2010: 452-453.

3. Селье Г. Очерки об адаптационном синдроме: Пер. с англ. М.: Медгиз, 1960: 255 с.

4. Зайчик А.Ш., Чурилов Л.П. Патофизиология. Т.1. Общая патофизиология (с основами иммунопатологии). 3-е изд. С.Пб.: Элби - С-Пб., 2005: 520- 575.

5. Меерсон Ф.З. Физиология адаптивных процессов: Руководство по физиологии. М.: Наука, 1986: 639 с.

6. Hammar JA. Histogenese und Involution der Thymusd-ruse. Anat. Anz. 1905; 27: 23-30, 41-89.

7. Селье Г. На уровне целого организма: Пер. с англ. М.: Наука, 1972: 121 с.

8. Ельшанская М.П. Гистопатология тимуса при туберкулезной инфекции: Автореф. дисс. ... докт. мед. наук. М., 1984.

9. Юрина НА, Румянцева Л.С. Особенности микро- и ультраструктуры тимуса и его реактивность в постнатальном онтогенезе. Конференция «Физиология и патология тимуса». Под ред. В.В. Серова. М., 1986: 4-7.

10. Muller-Hermelink H. The Human Thymus. Berlin: Springer Verlag, 1986: 207-269.

11. Синдром увеличенной вилочковой железы у детей. Под ред. М.И. Мартыновой, Л.Г. Кузьменко, Н.А. Тюрина. М.: Изд-во РУДН, 1993: 200 с.

12. Зайратьянц О.В., Бершанская А.М. Акцидентальная инволюция вилочковой железы. В кн.: Болезни вилочковой железы. Харченко В.П., Саркисова С.Д., Ветшева П.С. и др. М.: Изд-во Триада Х, 1998: 46-58.

13. Dourov N. Thymus Atrophy und Immune Deficiency in Malnutrition. In: The Human Thymus. Berlin: Springer Verlag, 1986: 127-150.

14. Ивановская Т.Е., Зайратьянц О.В., Леонова Л.В. и др. Патология тимуса у детей. С-Пб.: Сотис, 1996: 272 с.

15. Langlet C, Bierne J. The immune system of Nemertini. Develop. Comp. Immunol. 1983; 7: 617-620.

16. Сапин М.Р., Этинген Л.Е. Иммунная система человека. М.: Медицина, 1996: 7.

17. Yoffey J, Courtice F. Lymphatic, lymph and lymphoid tissue. London: Univ. Press, 1970: 107 p.

18. Ярилин АА. Основы иммунологии. М.: Медицина, 1999: 17-71.

19. Cohen JJ. Glucocorticoid-induced apoptosis in the thymus. Sem. Immonol. 1982; 4: 363.

20. Cruber BF, Sgonic R, Hu YH, et al. Thymocyte apoptosis induced by elevated endogenous corticosterone levels. Eur. J. Immunol. 1994; 24: 1115-1121.

21. Воеводин С.М. Возможности эхографического исследования тимуса у новорожденных. Вопр. охр. матер. и детства. 1989; 4: 38.

22. Кузьменко Л.Г., Тюрин НА., Петру к Н.И. и др. Структурные изменения тимуса и иммунный статус в динамике осложненного течения острых респираторных заболеваний у детей раннего возраста. Детские инфекции. 2005; 4 (1): 25-29.

23. Fuchs BA, Pruett SB. Morphine produces аpoptosis in murine thymocytes in vivo but not in vitro. J. Pharmacol. Expl. Therapeutics. 1993; 266: 652.

24. Munck A, Guyre PM, Holbrook NJ. Physiological Fun-rtions of glucocorticoids in Stress and their relation to

Pharmacological Actions. Endocrine Reviews. 1984; 5: 25.

25. Yarilin AA. In: Consequences of the Chernobyl catastrophe on Humanhealth. Nova Science Publishers, Inc., Commal, New York, 1999: 81-104.

26. Сапин М.Р., Никитюк Д.Б. Иммунная система, стресс и иммунодефицит. М.: АПП «Джангар», 2000: 141 с.

27. Невзоров В.И. Влияние физической нагрузки на лим-фоидную систему: Автореф. дисс. ... канд. биол. наук. М., 1981.

28. Харлова Г.В., Ли С.Е. Митотическая активность тимуса при гипокинезии и в период восстановления. Бюлл. эксп. биол. 1979; 10: 480-481.

29. Jacobs A. Цит. по Cапин М.Р., Никитюк Д.Б. Иммунная система, стресс и иммунодефицит. М.: АПП «Джангар», 2000: 157.

30. Вихрук Т.И., Ткачук М.Г. Морфологические изменения вилочковой железы белых крыс, подвергнутых возрастающей физической нагрузке. Архив анат., гистол. и эмбриол. 1986; 11: 45-50.

31. Вихрук Т.И., Ткачук М.Г. кроение тимуса, селезенки и паховых лимфатических узлов белых крыс при иммунокор-рекции в процессе адаптации к физическим нагрузкам. Архив анат. 1991; 93 (6): 56-61.

32. Волкова Л.В. Влияние хронических стрессовых воздействий на выделение фактора, ингибирующего миграцию клеток селезенки в ответ на аутоантигены. Изв. АН РМ. Cер. «Биол. и хим. науки». 1994; 5: 29-32.

33. Дурнова Г.Н., Капланский А.С. Изменение структуры лимфоидных органов крыс при длительной гипокинезии. Архив анат. 1983; 85 (8): 17-20.

34. Григоренко Д.Е., Ерофеева Л.М. Гистологическая структура и цитоархитектоника лимфатических узлов обезьян макак-резус в условиях гипокинезии. 2-й Рос. конгресс по патофизиологии. М., 2000: 143-144.

35. Ингель Ф.И., Бодягин ДА, Геворкян Н.М. и др. Модификация психоэмоциональным стрессом мутагенных свойств ксенобиотиков. Токсикологический вестн. 1995; 3: 5-9.

36. Ингель Ф.И., Прихожан Л.М., Геворкян Н.М. и др. Длительный психоэмоциональный стресс как индуктор мутаций у млекопитающих и модификатор мутагенеза. Бюлл. эксп. биол. и мед. 1993; 9: 307-309.

37. Dourov N. Thymus Atrophy und Immune Deficiency in Malnutrition. In: The Human Thymus. Berlin: Springer Verlag, 1986: 127-150.

38. Чеботарев В.Ф. Эндокринная регуляция иммуногенеза. Киев: Здоров'я, 1979: 159 с.

39. Петров Р.В., Хаитов Р.М., МанькоВ.М. и др. Контроль и регуляция иммунного ответа. М.: Медицина, 1981: 311 с.

40. Bogaert Р, Naessens T, De Koker, et al. Inflammatory

signatures for eosinophylic, neutrophylic allergic pulmonsry inflammation reveal critical regulatory checkpoints. Am. J. Phisiol. Lung Cell. Mol. Phisiol. 2011; 300 (5): 679-690.

41. Papp G, Horvath IF, Barath S, et al. Altered N-cell and regulatory cell repertoire in patients with diffuse cutaneous systemic. Scand. J. Rheumatol. 2011; 40 (3): 205-210.

42. Зимин Ю.И. Иммунитет и стресс. В кн.: Иммунология. Под ред. Р.В. Петрова. М.: Медицина, 1979: 173.

43. Горизонтов Н.Д., Белоусова О.П., Федотова М.И. Стресс и система крови. М.: Медицина, 1983: 224 с.

44. Воробьев А.И., Чертков И.Л. Кроветворение. БМЭ. 3-е изд. 1980; 12: 48-54.

45. Булгакова О.С., Баранцева В.И. Общий клинический анализ крови как метод определения постстрессорной реабилитации. Фундаментальные исследования. 2009; 6: 22-27.

46. Долгушин И.И., Бухарин О.В. Нейтрофилы и гомео-стаз. Екатеринбург: УрОРАН, 2001: 9.

47. Верхоглядова Л.М., Курганова Л.В., Качур А.Ю. Интерпретация гематологических исследований. Ветеринарный госпиталь. «Фауна-сервис». 2005; 1: 35-40.

48. Первичные иммунодефицитные состояния. Практическое руководство по детским болезням. Под ред. В.Ф. Ко-колиной и А.Г. Румянцева. Т. 8. Иммунология детского возраста. Под ред. А.Ю. Щербина и Е.Д. Пашанова. М.: Медпрактика, 2006: 103-122, 135-138.

49. Бакли Р.Х. Иммунная система и ее нарушения. В кн.: Педиатрия по Нельсону. 17-е изд. Пер. с англ. М.: МИА, 2009: 43-77.

50. Hassig A, Wen-Xi L, Stampflil K. Stress-induced suppression of the cellular immune reactions: on the neuroendocrine control of the immune system. Med. Hypotheses. 1995; 46 (6): 551-555.

51. Bryant HU, Berton EW, Kenner JR, et al. Role of adrenal cortison activation in the immunosupressive effects of chronic morphine treatment. Endocrinology. 1991; 128: 3253-3258.

52. Daynes RA, Araneo BA, Dowell TA, et al. Regulation of Murine lymphokine production in vivo. III. The Lymphoid Tissue microenvirenment exerts Regulatory Influence over T Helper Cell functions. J. Exp. Med. 1990; 171: 979-996.

53. Hennebold JD, Daynes RA. Regulation of Macrophage Dehydroepiandrosteron; Sulfate Metabolism by Inflammatory Cytokins. Endocrinology. 1994; 135: 67.

54. Киселева Н.М., Иноземцев А.Н. Возможная роль тимуса в работе стресс-лимитирующей системы. Иммунопатология, аллергология, инфектология. 2010; 3: 13-20.

55. Haynes BF, Fauci AS. The differencial effect of in vivo hydrocortisone on the kinetics of subpopulations of human peripheral blood thymus-derived lymphocytes. J. din. Invest. 1978; 61: 703.

4