Особенности становления правового регулирования сделок слияния и поглощения в российской Федерации

6.3. ОСОБЕННОСТИ СТАНОВЛЕНИЯ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ СДЕЛОК СЛИЯНИЯ И ПОГЛОЩЕНИЯ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Демченко Антон Сергеевич, аспирант кафедры «Гражданского права»

Место учебы: Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ

das-212011@mail.ru

Аннотация: Становление правового регулирования сделок слияния и поглощения в Российской Федерации имеет специфическую историю развития. Данные особенности являются предметом исследования как отечественных специалистов [Гвардин, 2010], [Молотников, 2012], [Гохан, 2012], так и зарубежных [Rid, S.F.; Lazhu, A., 2007], [Grandi T., 2011]. В целях комплексного исследования сделок слияния и поглощения в Российской Федерации необходимо определить, каким образом формировалась нормативно-правовая база источников, регламентирующих порядок заключения и исполнения сделок слияния и поглощения. В работе проанализированы особенности российского рынка слияний и поглощений с точки зрения продолжающегося в стране процесса перераспределения собственности. Автором выделяется в качестве ведущей тенденции концентрация собственности в отечественной промышленности, при которой реализуются правовые механизмы сделок слияния и поглощения. Охарактеризованы территориальные и отраслевые аспекты их развития. Определяются основные направления оптимизации государственной политики в отношении защиты прав собственников и механизма их перераспределения. Положения и выводы проведенного исследования могут быть использованы для развития и совершенствования корпоративного законодательства и судебной практики в сфере сделок слияния и поглощения.

Ключевые слова: слияние, поглощение, структура собственности, права собственности

FEATURES OF FORMATION OF

LEGAL REGULATION OF TRANSACTIONS MERGERS AND ACQUISITIONS IN RUSSIA

Demchenko Anton S., graduate student

Study place: Kutafin Moscow State Law University

das-212011@mail.ru

Annotation: Formation of legal regulation of mergers and acquisitions in the Russian Federation has a specific history of development. Study of various types of incentive payments are engaged as domestic scholars [Gvardin, 2010], [Molotnikov, 2012], [Go-han, 2012], and a number of foreign [Rid, S.F.; Lazhu А, 2007], [Grandi T., 2011]. For the integrated study of mergers and acquisitions in the Russian Federation to determine how developed the legal framework of sources governing the conclusion and execution of mergers and acquisitions. The paper analyzes the characteristics of the Russian market of mergers and acquisitions in terms of the country's ongoing process of redistribution of property. The author identifies as the leading trends of ownership concentration and the formation of holding groups in the domestic industry, which is implemented through the mechanism of mergers and acquisitions. Characterized by territorial and sectoral aspects of their development. The main directions of optimization of public policy for the protection of the rights of owners and their mechanism of redistribution. Findings of the study can be used for

the development and improvement of corporate législation and judicial practice in the field of mergers and acquisitions

Keywords: merger, acquisition, ownership structure, ownership

Роль государства в процессах слияния и поглощения определяется не только его непосредственным участием в сделках. Другой элемент влияния на данную сферу деятельности - контроль и регламентирование. Каждая сделка способна серьезным образом отразиться на уровне концентрации в различных отраслях экономики и на структуре рынка в целом. В свою очередь государство заинтересовано в сохранении контролируемого уровня конкуренции в каждом секторе экономики.

С другой стороны, любая сделка по передаче корпоративного контроля всегда связана с переходом прав на владение компанией от одних лиц к другим, и здесь государство следит за соблюдением правомерности такого перехода. Соответственно вторым аспектом регулирования слияний и поглощений является политика государства в области корпоративного управления, которая должна обеспечить соблюдение интересов всех контрагентов сделки - акционеров, менеджеров, кредиторов, трудового коллектива.

В России государственный контроль над соблюдением антимонопольного законодательства в процессе сделок слияний и поглощений осуществляется в лице федерального антимонопольного органа, деятельностью которого руководит Правительство РФ.

В настоящее время основным нормативно-правовым актом, устанавливающим полномочия Федеральной антимонопольной службы (ФАС) и регламентирующим вопросы конкуренции и антимонопольной активности, является Федеральный закон №135-ФЗ «О защите конкуренции», который вступил в силу 26 октября 2006 г. До вступления в силу данного закона действовал Закон РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» №948-1 от 22 марта 1991 года. Глава 7 нового закона содержит перечень транзакций, которые могут быть совершены только с условием одобрения со стороны ФАС. В их числе процессы создания и реорганизации коммерческих организаций, сделки с акциями и имуществом, а также правами в отношении коммерческих организаций.

В настоящее время существуют две процедуры контроля ФАС при осуществлении слияний и поглощений коммерческих предприятий: предварительное согласование и последующее уведомление. Предварительный контроль осуществляется до совершения сделки и состоит в рассмотрении ФАС РФ ходатайств о получении разрешения на совершение действий, обозначенных в ходатайстве. Он обязателен для транзакций, участниками которых являются крупные юридические лица, а именно, продавцы и покупатели, удовлетворяющие хотя бы одному из следующих условий:

- суммарная стоимость активов по последним балансам превышает 3 млрд.руб. или их суммарная выручка от реализации товаров за последний календарный год превышает 6 млрд. рублей. При этом балансовая стоимость активов лица (группы лиц), продающего акции / имущество или в отношении которого приобретаются права, превышает 150 млн. руб., Статья 28 ФЗ №135-ФЗ «О защите конкуренции» от 26 октября 2006 г.;

- один из участников сделки включен в реестр хозяйствующих субъектов, имеющих долю на рынке определенного товара в размере более чем 35%. Если же в сделке M&A принимают участие менее крупные игроки, то применяется последующий тип контроля, представляющий собой рассмотрение ФАС РФ уведомлений об уже свершившихся транзакциях.

В этом случае компаниям достаточно уведомить антимонопольный орган в течение 45 дней после совершения сделки. Такой порядок распространяется на игроков, соответствующих следующим параметрам:

- суммарная балансовая стоимость активов или суммарная выручка от реализации товаров покупателя и продавца за предшествующий календарный год превышает 200 млн. руб., и при этом суммарная балансовая стоимость активов лица (группы лиц), продающего акции / имущество или в отношении которого приобретаются права, превышает 30 млн. руб.;

- одно из таких лиц включено в реестр.

Наличие согласия антимонопольного органа служит необходимым условием совершения сделки. Без разрешения антимонопольного органа налоговая инспекция не вправе регистрировать вновь образовавшиеся организации и вносить соответствующие записи в ЕГРЮЛ. ФАС РФ осуществляет контроль над сделками, в которых приобретается 25,50 и 75 % пакет акций в акционерных обществах и соответственно одна трети, половина или две трети акций в обществах с ограниченной ответственностью (ООО).

Приказ ФАС от 17.04.2008 № 129 «Об утверждении формы представления антимонопольному органу сведений при обращении с ходатайствами и уведомлениями, предусмотренными ст. 27-31 ФЗ «О 65 Статья 30 ФЗ №135-ФЗ «О защите конкуренции» от 26 октября 2006г. ФЗ №135-ФЗ «О защите конкуренции» от 26 октября 2006г. защите конкуренции» содержит перечень документов, необходимых для предоставления антимонопольному органу при осуществлении сделки М&А.

В их состав входят решение общего собрания акционеров (участников) каждого общества о реорганизации в форме присоединения, план присоединения с указанием планируемых изменений в деятельности компании после присоединения, проект договора о присоединении, проект передаточного акта, свидетельство о внесении в ЕГРЮЛ записи о прекращении деятельности присоединенного юридического лица.

Поскольку предварительное согласие получается, когда сделка еще не совершена, то возможно указание ее примерных параметров (например, количество приобретаемых акций, долей), предполагая, что лучше заявить большие параметры. В случае если все же хозяйствующий субъект придет к выводу о том, что совершаемая сделка выйдет за пределы заявленных параметров, то понадобится направление повторных ходатайств. Полученное в установленном порядке согласие антимонопольного органа на совершение сделки действительно в течение года с момента его получения. В случае непредставления всех документов или предоставления недостоверной информации, имеющей значение для принятия решения, антимонопольный орган отклоняет ходатайства.

Целью антимонопольных органов является предотвращение таких сделок, при которых вероятность ограничения конкуренции преобладает над положительным эффектом от М&А. Это, в свою очередь, делает антимонопольные органы не только арбитрами в сделках слияний и поглощений, но и дает им возможность влиять на происходящие процессы слияний и поглощений. Причем степень этого влияния не всегда оправдана с точки зрения динамичного развития отдельных отраслей экономики. Антимонопольная политика государства порой в значительной степени препятствует осуществлению сделок слияний и поглощений.

По мнению многих специалистов, «ни одна из сфер антимонопольного законодательства не вызывает такого пристального внимания к себе, как сфера, регулирующая

процессы M&A». В этой связи участникам сделок при выработке стратегии слияний и поглощений необходимо тщательно изучать антимонопольное законодательство как внутри России, так и за рубежом в случае экспансии на иностранный рынок. Замечу, что на практике юристами используются несколько легальных способов, способствующих получению положительного результата при рассмотрении антимонопольным органом ходатайств о совершении сделок слияний и поглощений.

Важным элементом анализа антимонопольным органом ходатайств о сделках слияний и поглощений является выявление реальных собственников активов (продаваемых и приобретаемых), поскольку именно обладание активами дает возможность реально управлять бизнесом, а целью слияний и поглощений является получение возможности управлять бизнесом другой компании. Закон «О защите конкуренции» предполагает предоставление информации о перечне лиц, входящих в одну группу лиц с заявителем, и перечне лиц, входящих в одну группу лиц с другим участником сделки.

Чтобы добиться одобрения со стороны ФАС и получить конкурентные преимущества, участники транзакций нередко заинтересованы в сокрытии реальных владельцев объединяемых предприятий. Многие компании разрабатывают и реализуют такую структуру владения активами, при которой реально заинтересованное в слиянии или поглощении лицо не будет входить в одну группу лиц ни с одним участником сделки.

В целом правовое регулирование рынка слияний и поглощений в России, на наш взгляд, остается в зачаточном состоянии. Данные процессы регламентируются всего четырьмя статьями Гражданского кодекса и рядом несогласованных норм в законах - «Об акционерных обществах», «О защите конкуренции» и т.д. В России отсутствует единый закон, описывающий полностью процесс слияний и поглощений и регламент поведения его участников - акционеров, совета директоров, менеджеров. Действующие нормы не обеспечивают защиту прав участников рынка и порой противоречат друг другу.

Так как процесс реорганизации сложен и описание его в деталях в рамках одной работы невозможно, я остановлюсь лишь на некоторых проблемных моментах регулирования этого рынка в России. Во-первых, отмечу незащищенность сторон по сделке при слияниях и поглощениях на отечественном рынке. Гражданский кодекс и отраслевые законы регулируют процесс реорганизации с момента, когда такое решение принято учредителями или исполнительным органом юридического лица. Риски, связанные с принадлежностью активов компании или неучтенными обязательствами в достаточной степени снижаются проведенным аудитом и due diligence. При этом существенным риском является вопрос о принадлежности долей в уставных капиталах закрытых акционерных обществ и обществ с ограниченной ответственностью.

Как нами уже было упомянуто ранее, в целях налоговой оптимизации и для защиты от возможных рейдерских захватов многие российские компании проводят структурирование бизнеса и активы «головной» компании выводят в 73 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08.02.1998 №14-ФЗ48 специально созданные юридические лица, сдающие ей в аренду свои основные средства и иные активы. При этом согласно действующему законодательству, владение долей в ООО переходит к приобретателю не с момента государственной регистрации, а с момента уведомления общества о состоявшейся уступке доли. Таким образом, всегда есть риск,

что в компании имеются документы о том, что произошла уступка доли иному лицу, и эти лица могут впоследствии предъявить свои права на активы компании.

В срок, установленный соглашением, и при предоставлении оговоренного пакета документов банк перечисляет денежные средства стороне по сделке. Нам кажется, что такая схема удобна при выявлении определенного количества рисков, обнаруженных в ходе проверки. Денежные средства будут получены продавцом, если риски не воплотятся в действительность, или покупателем, если риски оправдались и, например, налоговые органы предъявили претензии по неуплаченным долгам.

Между тем применение подобного механизма при слияниях и поглощениях в рамках того, как понимается этот процесс в российском праве, достаточно сложно - ведь это не обеспечение сделки. В России, на наш взгляд, систему эскроу можно заменить на аккредитивную систему расчетов. Подобный способ расчетов может побудить бывших владельцев не выводить из бизнеса активы, не уступать свои доли в уставных капиталах, не уводить клиентов компаний и т.д.

Однако существенным минусом российской модели является тот факт, что в качестве условия платежа по аккредитиву можно поставить только предоставление / непредставление каких-либо конкретных документов, но не действие сторон.

На наш взгляд, среди вопросов регулирования слияний и поглощений особого внимания требуют взаимоотношения компаний и их кредиторов. Согласно действующему законодательству, реорганизуемые общества должны «письменно уведомить своих кредиторов не позднее 30 дней с даты принятия решения о слиянии и удовлетворить их возможные требования». Кроме того, закон предоставляет кредиторам право потребовать во внесудебном порядке прекращения / досрочного исполнения своих обязательств или возмещения убытков должником.

Подобная норма закрепляет защиту прав кредиторов реорганизуемого общества и более того, наделяет их экономическим правом вето на осуществление реорганизации. Вместе с тем она серьезно затрудняет сделку и служит оружием в руках ее противников. Одновременное истребование долгов с реорганизуемого предприятия сразу всеми его кредиторами - по нашему мнению, один из самых явных рисков сделки М&А.

Самым лучшим вариантом защиты компании, могло бы стать закрепление необходимости оценки судом обоснованности заявляемых кредиторами требований в качестве условия принятия к производству исков о признании недействительной реорганизации. Согласно Федеральному закону «Об акционерных обществах» общества, осуществляющие слияние, должны заключить договор о слиянии. До принятия Федерального закона № 146-ФЗ от 27 июля 2006 г. «О внесении изменений в ФЗ «Об Акционерных обществах» закон предусматривал проведение совместного общего собрания акционеров обществ, участвующих в слиянии. На этом собрании среди прочего осуществлялось Гражданский кодекс Российской Федерации Статья 60 п.1 избрание органов управления вновь возникающего общества. В настоящий момент нормы закона о совместном общем собрании отменены, однако новых совместных корпоративных мероприятий обществ, участвующих в слиянии, не предусмотрено.

Учитывая специфику данного способа реорганизации, на наш взгляд, необходимо проводить совместные совещания акционеров и представителей обществ, участвующих в сделке. Другой важный вопрос, возникающий в

процессе слияний и поглощений, - конвертация акций компаний, участвующих в сделке М&А, в ценные бумаги организуемого общества.

Порядок конвертации и коэффициент конвертации устанавливаются договором о слиянии. Отечественное законодательство не устанавливает обязательных правил определения коэффициента конвертации, и не устанавливает показатель, на основании которого такой коэффициент может быть рассчитан.

На практике коэффициент конвертации рассчитывается на основе следующих показателей:

- соотношение рыночной стоимости акций каждой компании, участвующей в слиянии;

- соотношение рыночной стоимости каждой из таких компаний; стоимость чистых активов каждой компании;

- номинал акций компаний, участвующих в слиянии.

На наш взгляд, конвертация по номинальной стоимости нецелесообразна, так как номинальная стоимость не отражает реальной стоимости акций. Конвертация акций по рыночной стоимости экономически обоснована и наиболее рациональна, но только в тех случаях, когда акции участвующих в слиянии обществ котируются на организованном рынке ценных бумаг и сложившийся курс объективно отражает их реальную стоимость.

Стоимость чистых активов, приходящихся на одну акцию, принимает в расчет имущественную оценку акций, но не учитывает стоимость бизнеса. Закон не устанавливает, как правильно определить данную стоимость бизнеса (акций). Формально совет директоров может самостоятельно определить с учетом рынка указанные стоимости, однако, как следствие, могут серьезно пострадать права акционеров общества. Поэтому, во избежание корпоративных конфликтов и судебных тяжб, для оценки коэффициента конвертации и стоимости акций обществ, участвующих в сделках М&А, привлекаются консультанты и независимые оценщики.

Результатом движения в этом направлении явилось внесение многочисленных изменений в Федеральный закон «Об акционерных обществах», в том числе связанных с процессами реорганизации и консолидации обществ. В 2006 году закон был дополнен новой главой, которая регулирует порядок приобретения крупных пакетов акций в открытых акционерных обществах и определяет процедуры рассмотрения, а также принятие публичных предложений о покупке акций.

В частности, согласно закону, акционер, который приобрел более 30% голосующих акций, обязан направить акционерам обязательное предложение купить у них остальные акции по цене, не ниже рыночной. Аналогично обязательное предложение направляется при приобретении более 50 и более 75% голосующих акций оАо. Вместе с тем предусматривается и процедура направления добровольного предложения, когда лицо только намеревается приобрести крупный пакет акций.

В законе есть целый ряд норм, направленных на то, чтобы не допустить злоупотреблений как со стороны владельцев крупных пакетов акций, так и со стороны миноритариев. Таким образом, предложен Совет при Президенте Российской Федерации «Концепция развития законодательства о юридических лицах» / Протокол № 68 от 16 марта 2009 г. 53 легальный механизм поглощения.

В новой главе рассмотрены случаи, когда мажоритарный акционер контролирует уже более 95% от всего количества голосующих акций. В этом случае он должен направить остальным акционерам уже не обя-

зательное предложение, а уведомление о наличии у них права требовать выкупа принадлежащих им акций. Внесение этих изменений вызвало значительный резонанс среди предпринимательского сообщества, подвергалась сомнению целесообразность включения в закон нормы о выкупе крупным акционером акций ми-норитариев без их согласия.

Однако в результате многочисленных дискуссий была выработана позиция, согласно которой в современных экономических условиях наличие такой нормы является необходимостью. Но условиями наделения преобладающего акционера таким правом, на наш взгляд, должны являться обеспечение выкупа по справедливой рыночной цене, открытость и прозрачность вводимых процедур и надлежащий государственный контроль над ходом действий.

К особенностям отечественного рынка банковских М&А я отнесу то, что в России на сегодняшний день вместо слияний и поглощений кредитные учреждения «часто выбирают оформление сделок купли-продажи активов, а после добровольной ликвидации банка-цели». Такой подход существенно уменьшает сроки и стоимость слияний. Другой способ проведения банковских слияний и поглощений - это дополнительная эмиссия акций и обмен ценными бумагами аффилированных компаний.

Подводя итог вкратце описанной мною практике регулирования отечественных слияний и поглощений, отмечу, что, к сожалению, многие новшества в действующем законодательстве в силу недостаточной детализации и некоторой противоречивости требований не действуют. Ряд экспертов утверждает, что «до сих пор в России по всем правилам не прошло ни одно поглощение».

Уровень корпоративных отношений постоянно повышается, российские компании выходят на мировые рынки и необходимость совершенствования корпоративного законодательства растет.

На наш взгляд, можно выделить несколько тенденций, которые, будут характерны для дальнейшего развития отечественного корпоративного права в области регулирования слияний и поглощений:

- ужесточение требований «прозрачности» сделок -усиление контроля за органами управления акционерами в процессе слияний и поглощений Инструкция ЦБ РФ от 21.02.2007 № 130-И «О порядке получения предварительного согласия Банка России на приобретение и (или) получение в доверительное управление акций (долей) кредитной организации»

- увеличение судебного контроля за совершаемыми сделками;

- совершенствование законодательства по защите прав миноритарных акционеров в ходе реорганизаций компаний;

- развитие системы урегулирования взаимоотношений между участниками сделок и их кредиторами.

Политика поддержки конкуренции и регулирования монополистической деятельности реализуется в России по направлениям, которые в целом сходны с вырабатываемыми в ведущих зарубежных странах и перечисленными в начале статьи. Что касается сделок по слияниям и поглощениям, то эти меры, являясь в нашей стране составным направлением политики антимонопольного регулирования, осуществляются, прежде всего, в форме государственного контроля над экономической концентрацией. Этот контроль регулируются статьями, образующими главу VII Федерального закона «О защите конкуренции» [2].

С учетом проведенного ранее в литературе подробного анализа правового регулирования конкурентной политики в России [3; 4] сосредоточим далее с учетом ограниченных рамок статьи основные усилия на анализе внесенных в последние месяцы изменений и на оценке рос-

сийской практики с позиции наблюдаемых в зарубежных странах новых тенденций.

Прежде всего, определенные изменения, включая более четкое оформление процедурных вопросов, были внесены в конце 2009 г. в законодательство о слияниях, присоединениях и разделениях, в том числе в статьи 1518, новой редакцией Федерального закона «Об акционерных обществах» [2].

В рассматриваемую нами сферу были внесены существенные изменения и вступившими в силу 23 августа 2009 г. поправками в антимонопольное законодательство России, которые получили у специалистов наименование «второго антимонопольного законодательного пакета» [1].

В случае совершения сделок по слияниям и поглощениям к числу важных функций антимонопольных органов относится оценка воздействия данных сделок на конкурентную ситуацию на соответствующих товарных рынках. Эта оценка, как уже неоднократно подчеркивалось выше, имеет своими задачами предотвращение необоснованного роста концентрации, создающей благоприятные условия для устранения конкурентов, злоупотребления доминирующим положением, необоснованного повышения цен и т. п. С этой целью ФАС осуществляет контроль за наиболее крупными сделками, количественные параметры которых, как было отмечено, были существенно повышены «вторым антимонопольным законодательным пакетом».

Однако в данном случае есть все основания согласиться с критическими комментариями по этому вопросу экспертов. Как следует и из зарубежного опыта, критерием вмешательства государственных органов является не сам по себе размер компании, ее активы и выручка, а именно факт потенциальной опасности воздействия сделок (прежде всего, горизонтальных) на конкурентный баланс в отраслях с высоким (до и после сделки) уровнем концентрации.

Сопоставление опыта регулирования сделок М&А в РФ и в ряде зарубежных стран и регионов позволяет отметить в них существенно более высокий уровень теоретико-экономического обоснования политики поддержки конкуренции в целом, как и сделок М&А, в частности. Так, отправным моментом рассмотрения государственными органами любой горизонтальной сделки М&А в США (таковыми, напомним, являются Министерство юстиции и Федеральная торговая комиссия) является правильное определение соответствующего рынка с учетом его продуктовых и географических границ. Следующий этап обоснования исходит из концептуальных идей экономики благосостояния относительно необходимости приращения в результате сделки совокупного излишка общества, включая излишек производителя и потребителя (в США), или, по меньшей мере, излишка производителя (Канада). Значительное внимание также уделяется концепции эффективной конкуренции и необходимости поддержания на соответствующих отраслевых рынках конкурентного баланса. Соблюдение этих требований рассматривается как важное условие, предотвращающее занятие новой фирмой доминирующего положения, что, в свою очередь, создает условия для концентрации в руках одной компании существенной монопольной власти (ЕС).

Наряду с этим предусмотрен и мониторинг последствий сделок (по динамике курсовых акций, уровня цен), а также для обеспечения большей объективности возможно подключение к оценкам и обсуждению сделок, подлежащих дополнительному согласованию, конкурентов и потребителей.

Следует обратить внимание и на прозрачность самой процедуры согласования сделок, а также демократический контроль над этими трансакциями со стороны всех заинтересованных лиц, включая конкурентов и потребителей. Параллельно с этим в регионах с развитыми рынками М&А, в частности в ЕС, проводится анализ (в том числе эконометрический) вероятных ошибок, которые относятся к выносимым регулирующими органами решениям, с позиции их действительного воздействия на конкурентную ситуацию.

Изменения российской законодательной базы в области конкурентной политики находятся в процессе активного обсуждения и апробации принимаемых нормативно-правовых актов и вносимых инициатив. Эти процессы вызваны рядом факторов: вступление России в ВТО и задачи стимулирования оперативной реализации назревших структурных изменений в отраслевом составе экономики.

Мнение о том, что прогрессивные структурные изменения в экономике страны являются уделом лишь промышленной политики, а конкурентная политика, преимущественно выполняет пассивные функции [3], постепенно преодолевается прежними приверженцами этих взглядов. Все больше сторонников приобретает точка зрения, согласно которой структурные, ориентированные на инновационные сдвиги в отраслевом составе экономики поддерживаются инструментами конкурентной политики, что достигается путем применения «правил взвешенного подхода», в том числе при поддержке компаний, имеющих значительные доли рынков и выступающих национальными лидерами, которые определяют конкурентоспособность страны на глобальных рынках [4].

Законодательство РФ в области защиты конкуренции и конкурентной политики за последние годы претерпело ряд изменений в ходе последовательного принятия новых законов, включая ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации» [5] и ряда принципиальных изменений, внесенных в ныне действующие законы [2]. Эти изменения относятся в основном к модернизации регулирования картельных сговоров, а также к контролю за злоупотреблением крупными компаниями своим доминирующим положением.

Регулирование сделок слияний и поглощений осуществляется в России в рамках контроля за экономической концентрацией (Гл.7 Федерального закона № 135-ФЗ «О защите конкуренции»). Сама же конкурентная политика, наряду с контролем за экономической концентрацией, включает в себя также политику регулирования монополистической деятельности, объектами которой выступают злоупотребление доминирующим положением и сговоры (соглашения) компаний, а также, с учетом международного опыта, оценку структуры рынка и прозрачности рыночных процессов, анализ изменения благосостояния общества в результате заключения сделок и др.

Как уже отмечалось выше, применяемые в стране критерии вмешательства регулирующих органов в проведение сделок М&А в основном связаны с величиной их стоимости (ст. 26.1.1, Гл.7 Федерального закона № 135-ФЗ «О защите конкуренции») и не содержат законодательных норм по анализу конкурентной ситуации (до и после сделки) без подробного описания механизмов применения экономического анализа, что, однако, имеет принципиальное значение при анализе последствий проведения горизонтальных сделок.

Что касается России, то в ходе дальнейшей модернизации политики поддержки конкуренции в целом и регулирования сделок M&A, в частности, есть все основания учесть проанализированный в статье опыт. Его творческое освоение, по нашему мнению, будет служить формированию современной, научно обоснованной, верифицированной, исходящей из развитых экономико-математических методов и демократических прозрачных процедур, конкурентной политики, создающей необходимые рамочные условия для выращивания эффективных лидеров отечественного бизнеса.

Список литературы:

1. Бабкин С.И., Слияния и поглощения - уточнение терминологии. Бизнес в Законе № 5, 2013.

2. Гвардин С.В., Создание добавленной стоимости компании при сделках слияний и поглощений. Российский опыт. -М.: Эксмо, 2010.

3. Гохан П., Слияния, поглощения и реструктуризация компаний (пер. с англ. Шматова А.). - М.: Альпина, 2012.

4. Гранди Т., Слияния и поглощения. Как предотвратить разрушение корпоративной стоимости, приобретая новый бизнес. - М.: Издательство «Эксмо», 2011.

5. Ерахтина О.С., Система превентивных мер, направленных против злоупотреблений правом в акционерных правоотношениях. Бизнес в законе № 1, 2014.

6. Молотников А., Слияния и поглощения. Российский опыт. - М.: Вершина, 2012.

7. Рид, С.Ф.; Лажу А., Искусство слияний и поглощений - М.: Альпина Бизнес Букс, 2007.

Reference list:

1. Babkin S.I., Mergers and acquisitions-clarification of terminology. Business Law No. 5, 2013

22. Gvardin S.V., Sozdanie dobavlennoj stoimosti kompanii pri sdelkah slijanij i pogloshhenij. Rossijskij opyt. - M.: Jeksmo, 2010

3. Gohan P., Slijanija, pogloshhenija i restrukturizacija kompanij (per. s angl. Shmatova A.). - M.: Al'pina, 2012 44. Grandi T., Slijanija i pogloshhenija. Kak predotvratit' razrushenie korporativnoj stoimosti, priobretaja novyj biznes. -M.: Izdatel'stvo «Jeksmo», 2011

5. Erahtina O.S., System of preventive measures against abuse in public relations. Business Law № 1, 2014

6. Molotnikov A., Slijanija i pogloshhenija. Rossijskij opyt. - M.: Vershina, 2012

7. Rid S.F.; Lazhu A., Iskusstvo slijanij i pogloshhenij - M.: Al'pina Biznes Buks, 2007