Динамика концепта «Верность» в англосаксонской культуре: лингвоэтнический аспект

УДК 398.01

Л.Р. Лаврентьева

L. Lavrentyeva

ДИНАМИКА КОНЦЕПТА «ВЕРНОСТЬ» В АНГЛОСАКСОНСКОЙ КУЛЬТУРЕ: ЛИНГВОЭТНИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

«LOYALTY» CONCEPT DYNAMICS IN ANGLO-SAXON CULTURE: LINGUISTIC-ETHNICAL ASPECT

Статья касается проблемы развития концептов в определенной культуре. Предполагается, что внутреннее содержание наиболее важных для данной культуры концептов со временем изменяется, но оно всегда соответствует типу этой культуры в определенный исторический и этический период ее развития. В данной работе автор делает попытку доказать этот факт путем анализа динамики концепта «верность» в англосаксонской культуре. Анализ проводится в лингвоэтническом аспекте, что позволяет увидеть влияние этнического фактора на формирование духовной культуры и ее актуализацию в языке

The article is about the problem of concepts development in a certain culture. It is proposed that the gut of the most important concepts in a certain culture gradually changes, but it always corresponds to the type of this culture in a certain historical or ethic period of its development. The author makes an attempt to prove this fact by an analysis of «loyalty» concept dynamics in Anglo-Saxon culture. The analysis is made in linguistic-ethnic aspect, it allows to see the influence of the ethnic element on formation of spiritual culture and its actualization in the language

Ключевые слова: культурный концепт, лингвоэтниче- Key words: cultural concept, linguistic-ethnical aspect, eth-ский аспект, этногенез nogenesis

В современной лингвистике приоритетное внимание уделяется концептологическим исследованиям, что объясняется появлением в науке двух ориентирующих исследователя парадигм - когнитивной и антропоцентрической. Первая из них представляет собой новую теорию познания, объясняющую способы хранения накопленной информации и оперирования ею в сознании людей. Одним из таких способов является концепт, или ментальная структура, вмещающая

в себя все знания, связанные с определенным фрагментом действительности. Концепт объективирует себя в различных семиотических системах, в том числе и в языке (см.: Кубряко-ва, 1996; 1997). Так, в лингвистике появился новый объект исследования, позволяющий судить о ментальности и мышлении человека и формах их фиксации в языке.

Вторая научная парадигма тесно связана с первой, так как в центре ее внимания Человек со всеми его психологическими и мен-

тальными особенностями, формами существования и культурными ценностями. Анализ концептов отвечает требованиям антропоцентрического направления в науке, ибо он позволяет связать взаимодействие языка, культуры и мышления человека, поскольку «Концепт -единица, призванная связать воедино научные изыскания в области культуры, сознания и языка, так как он принадлежит сознанию, детерминируется культурой и опредмечивается в языке» (Слышкин, 2000: 9). Концепты можно анализировать под различным углом зрения. В статье приводится образец анализа культурного концепта (константы культуры) в его динамике в лингвоэтническом аспекте. Данный подход, как мы считаем, приоткрывает еще одну специфическую форму взаимодействия языка, мышления, культуры и общества (этноса).

Лингвоэтнический подход к изучению языка предполагает рассмотрение языковых явлений сквозь призму духовной культуры и психологию народа (этноса). Традиция данного подхода идет от этнолингвистики, целью которой является изучение взаимосвязи и взаимовлияния языка, духовной культуры, менталитета, народного творчества в исторической ретроспективе. Как составляющая современной семиотики данная наука тесно соприкасается с мифологией и религией, историей языка и культуры, а в последнее время и с теорией этногенеза. Данная теория, разработанная Л.Н. Гумилевым, объясняет возникновение и развитие этнических систем стихийными природными процессами, в ходе которых рождаются и сменяются в историческом времени различные этнокультурные типы людей со свойственными для каждого возраста этноса стереотипами поведения (подробнее об этом см.: Гумилев, 1973, 1997а, 1997б; Шапошникова, 1997, 1999, 2003; Садохин, 2000). Это -новое направление в этнолингвистике, связанное с постижением сущностных процессов в этногенезе и их проявлений в языке.

Соотношение языка и процессов этногенеза в рамках лингвоэтнического подхода исследовалось И.В. Шапошниковой (1999). В

данной работе, посвященной анализу взаимодействия языковых и этнокультурных факторов в трансформации структурного типа английского языка в ходе его истории, использовался понятийный аппарат теории этногенеза Л.Н. Гумилева, определившего критерий, на основе которого можно отследить этнические процессы в их динамике в историческом времени. Таким критерием являются доминирующие стереотипы поведения людей на определенном этапе их этнического развития, связанные с явлением пассионарности - особой энергии биосферы. Доминирующие стереотипы поведения понимаются как относительно устойчивые (но динамичные во времени) преобладающие модели поведения людей, характерные для каждой ступени развития этноса. Смена этнических стереотипов связана с постоянной переоценкой ценностей и изменением господствующих императивов эпохи, определяющих взаимоотношения между отдельным человеком и сообществом (см.: работы Гумилева).

Этнические стереотипы неизбежно отражаются в языке и прежде всего в текстах, написанных на нем. Однако прямой зависимости между текстовыми особенностями и этническими стереотипами не существует. О последних можно судить лишь косвенно, путем наблюдения за фрагментами поведения людей в конкретную этническую эпоху, которая соответствует определенному типу культуры, поскольку этнические и культурные процессы протекают в истории параллельно, взаимодействуя друг с другом. Одним из проявлений такого взаимодействия является формирование этнокультурной доминанты - совокупности важных для данного этапа развития этноса концептов, постоянно ассоциирующихся в сознании людей (Шапошникова 1999). Такие кон-цептосферы динамичны. Их смена означает переход этноса на новый этап развития и преобразование предыдущего типа культуры, который будет основываться на иных поведенческих критериях. Следовательно, анализировать этнические стереотипы можно путем ис-

следования динамики подобных концептов в конкретной культуре с учетом процесса этногенеза.

В нашей работе в этом аспекте рассматривается динамика концепта «верность» в англосаксонской культуре (У-Х! вв.), соответствующей двум периодам англосаксонского этногенеза - периоду этнического расширения (V-V! вв.) и периоду господства христианского мировоззрения (У!!!-Х вв.). Как показывают исследования, V!! в. явился переходным от одного мировоззрения к другому, а вторая половина X в. и первая половина X! в. стали временем надлома англосаксонского этногенеза. В соответствии с данными периодами этнической жизни англосаксов И.В. Шапошникова выделяет две этнокультурные доминанты - (1) «воинственность во имя славы и богатства» и (2) «христианскую доминанту» (об этом см.: Шапошникова, 1999: 62-65), которые представляют сущность германской героической и англосаксонской христианской моделей мира.

Основываясь на посылке данного исследователя о принадлежности концепта «верность» к концептосфере этнокультурной доминанты англосаксов периода их этнического расширения, а также на положении о том, что изменение последней влияет на преобладающую мотивацию поведения (там же), мы предполагаем, что смена этнокультурных доминант найдет свое отражение в представлениях о верности, а следовательно, и ее проявления в жизни людей будут другими. Для подтверждения нашей гипотезы попытаемся пронаблюдать за моделями поведения англосаксов на разных этапах их этнического развития, которые нашли свое отражение в исторических документах и поэтических памятниках.

Нужно отметить, что оба из указанных этапов относятся к фазе пассионарного подъема, в которой люди отличаются особой активностью. Их деятельность по отношению к собственному этносу носит созидательный характер. Это - период территориального расширения (войн), создания нового государства, а иногда и религии. Все интересы людей подчи-

нены одной общей цели, для достижения которой они идут на любые жертвы. Такое поведение считается нормой. Всякое отклонение от нее осуждается сообществом и жестоко наказывается независимо от социального статуса.

В период этнического расширения одним из таких наказаний являлось изгнание из общества, означавшее лишение человека всяких прав и обречение его на жизнь дикого зверя, которого каждый мог преследовать и безнаказанно убить. Пример этого находим в Англосаксонской хронике:

(1) Her Cynewulf benam Sigebrihte his m^ge his rice. 7 (этим знаком обозначается союз «and») .W^st Seaxna witan for unrihtum dffidum buton Hamtungscyre. 7 he hafde )a об he ofsloh 6one ealdorman )e him lengst wunode. 7 hine )a Cynewulf on Andred adrefede. 7 )ar wunode of) )at an swan hine ofslang ^t Pryftes-flodan. Sffi swan wr^c 6one ealdorman Cumbrian (Chr. 757).

- В этом году Кюневульф и англосаксонский совет старейшин лишили их человека Зигебрихта королевства за его несправедливые действия, за исключением Хэмпшира, и он владел им, когда убил эрла, который был с ним дольше всех. Затем Кюневульф изгнал его в Вэальд, где он жил, пока свинопас ни убил его в Приветстриме. Так был отмщен эрл Кумбра'. (Здесь и далее перевод текстов «Англосаксонской хроники» наш с учетом перевода на современный английский язык, выполненный А. Савадж (см.: The Anglo-Saxon Chronicle. ... / Transl. and collated by A. Savage. - CLB, 1997. - 288 p)).

Данный пример свидетельствует о нарушении принципа германской верности, в соответствии с которым взаимоотношения между основными социальными единицами того времени - вождем (лордом) и воином (человеком на службе) строились на основе взаимности: воин должен был верно служить вождю в обмен на его благосклонность, защиту и поддержку. Таким, вероятно, и был эрл Кумбра, поскольку, как сообщается, он был со своим лордом «дольше всех» ()e him lengst wunode).

Однако Зигебрихт убил верного ему человека, что расценивается в германском мире как нарушение закона, несправедливость (unrihtum dtedum), достойная самого сурового наказания

- изгнания со всеми вытекающими из этого последствиями.

Данный сюжет имеет продолжение, являющееся яркой иллюстрацией основных поведенческих стереотипов в германской героической модели мира. Через 31 год, как повествуется в хронике далее, король Кюневульф решил изгнать брата Зигебрихта - вождя Кю-нехерда. О причинах этого намерения не сообщается. Возможно, эти люди находились в состоянии вражды, так как закон кровной мести требовал отмщения со стороны Кюнехерда, который следил за действиями короля и однажды напал на него со своими воинами, когда тот был без свиты. Кюневульф храбро защищался (ba unheanlice hine werode), но был убит (ofsltegen htefdon).

Несколько воинов Кюневульфа, узнав об этом, поспешили к месту события «так быстро, как только они могли» (swa hwilc swa 6onne gearo wear б hra6ost), чтобы отомстить за его смерть. Кюнехерд предложил им богатство и жизнь (feoh und feorh), если они встанут на его сторону. Хотя силы были неравными, воины короля отвергли это предложение (heo ntenig bicgan noldan) и предпочли верную гибель в сражении, что и произошло с каждым из них (heo symle feohtende wteron. o) hig eale ofsla-gene wteron).

Наутро расстановка сил поменялась. Другие воины из свиты короля окружили Кюнехерда, чтобы отомстить за смерть вождя. Это событие описывается в хронике следующим образом:

(2) )a on morgen gehyrdon bat bes ciniges begnas be him btefton wteron )at se cining of-slagen wtes. )a ridon hi b ider... 7 bone tebeling on btere byrig gemetton bter se cining ofslagen teg... 7 )a bead he heom heora agene dom feos. 7 landes gif heo him btes rices ubon. 7 heom cydde btet heora maga him mid wteron ba be him fram noldon. 7 )a cwedon hig. btet heom ntenig

mteg leofra ntere bone heora hlaford. 7 heo ntefre his banan folgian noldon. 7 )a budon hi heora magon bat hi heom gesunde fram eodon. 7 hi cwtedon btet btet ilce heora deferum geboden wtere )е ter mid bam cininge wteron. )a cwtedon hi )at bat hi btes ne gemundon bonne ma be heora geferen be mid bam cininge wteron ofsla-gene. Hi )a ymb )a gatu feohtende wteron ob hi bar in flugon. 7 bone tebeling ofslogen. 7 )a men be mid him wteron... (там же).

- 'Утром, когда таны короля (воины из его свиты) (здесь и далее вставка наша), которых он оставил поблизости, узнали, что король был убит, поспешили в тот город, где король лежал убитым... Там они встретили этелинга (вождя - убийцу)... Тот предложил им богатство и землю, если они гарантируют ему королевство, и он заметил, что среди его воинов есть их родичи, которые не покинут его. Тогда они (таны короля) ответили, что ни один их родич не дороже им, чем их собственный лорд, и что они никогда не последуют за его убийцей, но они предложили своим родичам уйти невредимыми оттуда. Те ответили, что такие же условия предлагались и их товарищам по оружию, которые были убиты вместе с королем, и что это предложение для них «значит не более, чем для тех, которые полегли рядом с ним». Тогда они стали сражаться у ворот того города до тех пор, пока они ни ворвались в него и ни убили того этелинга и тех людей, которые были с ним».

Из данного эпизода можно заключить, что в героическом мире верность своему вождю для воина была превыше родственных связей и дороже собственной жизни. Последний факт подтверждается другими примерами хроники. Так, в сообщении от 626 года повествуется о неком тане Лилле и воине Фортере, прикрывшими своими телами короля Эдвина:

(3) Her com Eomer fram Cwichelme West Seaxna cinige. bohte btet he wolde ofstingan Eadwine cinige. ac he ofstang Lillan his begn. 7 Forbere. 7 bone cining gewundode (Chr. 626). -В этом году Эомер - западно-саксонский ко-

роль пришел из Квикхельма; он хотел убить короля Эдвина, но убил Лиллу, его тана и Фортере. Король был ранен'.

В сообщении от 687 года рассказывается о смерти вождя Мула в плену, когда он был сожжен заживо. Эту участь разделили с ним его 12 воинов:

(4) Her Mul wterb on Cent bterned. 7 obre xii men mid him (Chr. 687).

- В этом году в Кенте был сожжен Мул и двенадцать человек вместе с ним' (там же: 58).

Подобные примеры находим в анналах 603, 654, 685 и других.

О моделях поведения в воинственном германском мире также свидетельствует англосаксонская героическая поэзия. В поэме «Беовульф» верный воин и родич вождя Бео-вульфа - Виглаф пытается защитить его, когда тот сражается с драконом (Beow. 2662):

(5) Wod_ba burh wtel-riec, wig-hafolan bter frean on fultum...

- 'Туда поспешил он сквозь чад ядовитый вождю на помощь

(6) Ic him lif-wrte6e lytle meahte tetgiefan tet gu6e and ongann swa- beah

ofer min gemet mteges helpan (Beow. 2877 - 2879; см. также: 1830).

- 'Едва ли я мог защитить его в битве,

и все же я пытался помочь родичу сверх моих сил'.

Также поступает и дружина Беовульфа, когда он вступает в единоборство со злым чудовищем Гренделем:

(7) bter geneahhost brtegd eorl Beo-wulfes ealde lafe, wolde frea-dryhtnes

feorh ealgian, mteres beodnes, bter hie meahton swa (Beow. 794-797).

- 'Там изо всех сил махали воины Бео-вульфа старыми мечами,

хотели жизнь своего вождя защитить, как только они могли'.

Вождь, в свою очередь, платит воину своей щедростью - beag-giefu - дарением завоеванных в военных походах богатств и зе-

мель, а также особым расположением к нему -благосклонностью - hyldo:

(8) ealde hira gehwte6erum hund busenda landes and locenra beaga.And ba Eofore forgeaf angan dohtor, ham-weor6unge, hylde to wedde (Beow. 2994-2998). - '... каждому из них он дал сто тысяч мер земли и витых колец.затем в знак благосклонности отдал Еофору свою дочь единственную - дом украсить'.

В поэме «Беовульф» можно найти установки культуры или образцы правильного, с точки зрения ранних англосаксов, поведения для воина, вождя и дружины, которые являются нормой (обычны) и на которые нужно (должно) равняться:

(9) ba ic tet bearfe [gefrtegn] beod-cyninges andlangne earl ellen cy6an...

Swelc scolde secg wesan, begn tet bearfe (Beow. 2694-2699).

- 'Тогда, я слышал, в минуту трудную к нему подоспел дружинник,

родом знатный и мужеством известный...

таким и должен быть воин, (верный) тан в минуту сражения'.

(10) Swa sceal geong guma gode gewyr-can, framum feoh-giftum on fteder bearme btet hine on ielde eft gewunien will-gesI6as, banne wig cume, leode geltesten. Lof-dtedum sceal on mteg6a gehwtem man gebion

(Beow. 20-25).

- ’С детства наследник добром и дарами дружбу дружины должен стяжать, дабы, когда возмужает, соратники стали с ним о бок, верные долгу, если случится война, ибо мужу (вождю) должно достойным делом в народе славу снискать' (Пер. В. Тихомирова, вставка наша).

(11) Wtes beaw hira btet hie oft wteron an-wig-gearwe ge tet ham

ge on herge ge gehwte6er bara efene swelce mtela swelce hira

mann-dryhtne bearf gestelde. Wtes sio beod tilu (Beow. 1246-1250).

- 'Таков обычай был у них, всечасно

готовых к сече: и в дальнем

походе, и в доме отчем - везде, где опасность грозит владыке,

стоит на страже дружина добрая!'

(ibid.).

Таким образом, в период этнического расширения англосаксов, связанного с войнами, большое значение имела верность дружины своему вождю. Их высокая пассионарность проявлялась не только в яростной доблести на поле боя, но и в стремлении к соблюдению традиций верности вплоть до самопожертвования. Такое поведение являлось средством для успешного достижения основных целей данного этнического периода - захвата земель и военной добычи (накопления богатств), а также создания новых англосаксонских королевств на территории Британии.

С принятием христианства (VII в.) этнокультурная доминанта ранних англосаксов постепенно (к VIII в.) преобразуется в христианскую. На этом этническом этапе на первый план выдвигается новая система отношений -«Бог - человек», изменяются представления о мире и о преобладающих ценностях в нем. Об этом свидетельствуют исторические документы, а также христианская поэзия, образы которой воплощают героев другого времени. Понаблюдаем за поведением этих героев и попытаемся сделать заключение о поведенческих нормах, пришедших на смену традиций героического мира.

Так, записи Англосаксонской хроники VII в. сообщают о принятии христианства, крещении (601, 604, 626, 646, 648), строительстве церквей и монастырей (641, 653, 656), где получались новые для англосаксов знания, которые учили тому, что главные трагедии и триумфы человека связаны не с героическими подвигами на земле, а с его душой после смерти. Новая вера давала надежду на спасение и вечное блаженство в мире ином, поэтому вожди и простые люди стали уходить в монастыри на службу к Богу:

(12) Her tebelred Pending Mircena cining ofeng munuchade. 7 bet rice heold xxix wintra. ba

feng Kenred to (Chr. 704; см. также: УЗУ).

- 'В этом году Этельред, сын Пенды, который был королем Мерсии двадцать девять лет до Кенреда, принял монашество'.

Прежде чем принять христианство, люди сомневались и сначала хотели убедиться в способности нового Бога помогать им в борьбе с врагами:

(13) Pa gehet se cining Pauline Pat he wolde his dohter gesyllan Gode. gif he wolde abiddan at Gode. Pat he moste his feonde afyl-lan. Pe Pone scaPan Pider ar sende. У he Pa for on West Seaxum mid fyrde. У afylde Par v cinin-gas. У Pas folces mycel ofsloh. У Paulinus geful-lade his dohtor... У se cining binnan xii monaP aas gefullod on Eastrum mid eallum his dugoPe (Chr. 626). - 'Тогда тот король обещал Пау-лису (аббату), что он отдаст свою дочь Богу, если он (Паулис) своими молитвами к Нему сделает так, что он сможет поразить своего врага, который привел к ним убийц. После этого он отправился в Уэссекс со своими войсками, разбил там пять королей и убил много людей. Паулис крестил свою дочь... Через двенадцать месяцев на Пасху сам король был крещен вместе со всеми своими последователями'.

Уверовав в могущество Бога, христиане стали верно Ему служить, соотнося все свои поступки с законом Божьим, исполнение которого, как им представлялось, способствовало их успешной деятельности на земле. Вот как описывается деятельность одного из конунгов в середине X века:

(14) Her Eadwig cyning forPferde. У feng Eadgar his brothor to rice. On his dagum hit godode georne; 7God him geuPe, Pat he wunode on sibbe, Pa hwile P e he leofode, У he dyde, swa him Pearf wes, earnode Pes georne. He arerde Godes lof wide, У Godes lage lufode, У folces friP bette, swiPost Para cyninga, Pe ar him gewurde, be manna gemynde. У God him eac fylste, Pat ciningas У eorlas georne him to bugon, У wurden underPeodde to Pam Pe he wolde, У butan gefeohte eal he gewilde, Pet he sylf wolde (Chr. 959). - 'Король Эдвиг умер, и Эдгар, его

брат, принял королевства... В его дни все дела шли хорошо, и Бог даровал ему жить в мире, и он поступал так, как следует (по закону Бога), и всегда стремился к этому. Он широко возносил славу Бога и отдавал честь Его закону, обеспечил людям мир больше, чем любой другой король до него, поэтому короли и эрлы с готовностью поклонялись ему, и он правил ими так, как он того желал; и без сражений он завоевал все, что сам хотел'.

Однако дела земные для христиан-англосаксов со временем становятся второстепенными, поскольку их основная цель на данном этническом этапе - спасение и вечное блаженство на небе с Богом. Главными героями являются теперь не вожди и воины, а добровольные изгнанники (отшельники) и святые мученики, которые, живя в миру или в уединении, готовятся к жизни вечной. Отрекаясь от всего земного и усердно исполняя закон Божий, они готовы к самопожертвованию ради Христа и веры. Эти идеи наиболее ярко отражены в англосаксонской христианской поэзии (см. пример далее: Gut. B1-BB):

(15) Sume ba wuniaб on westennum, se-caб ond gesM sylfra willum hamas on heol-strum. Hy бas heofoncundan boldes bidaб. Oft him ... eah^ anbuendra.

- 'Некоторые живут в отдаленных местах, ищут в них прибежища по воле своей. Они ждут дома небесного. Часто их ... -отшельников преследуют'.

(16) Swa soбfastra sawla motum in ecne geard up gestigan rodera rice,

ba be га^б her wordum ond weorcum wuldorcyninges lare longsume, on hyra lifes tid earniaб on eo^an ecan lifes, hames in heahbu (Gut. У9^У96).

- 'Так души праведных могут подняться в мир вечный, царство небесное, те, кто словом и делом исполняет завет Бога; живя здесь на земле, они заслуживают жизнь вечную, дом на небе'.

О христианском отшельничестве -anseld повествует поэма «Гутлак», в которой герой борется за царствие небесное вдали от

мирской жизни. Добровольное изгнание - удел наиболее верных Богу, поэтому в христианской модели мира, в отличии от героической, оно приобретает положительный смысл. Такой сдвиг в сознании - gelimp (Gut. 26B) понимается неверующими как неслыханная гордость, нарушающая традиции предков, поэтому они постоянно нападают на отшельника, подвергая его оскорблениям и истязаниям, которые Гут-лак покорно выносит. Такое поведение считалось позорным в героическом мире, где всякое оскорбление требовало отмщения (Gut. 4BG-49G). Однако в христианской модели мира месть, как средство восстановления справедливости, отрицается. На смену ей приходит терпение, смирение и прощение. Гутлак обвиняет своих мучителей за неспособность смиренно и терпеливо ждать милости Божьей, потому что смирение, в контексте христианской идеологии, это не слабость, а сила духа:

(1У) Ne cunnon ge dryhten dugube biddan, ne mid eaбmedum are secan

... ne ge bat gebyldum bicgan woldan ... (Gut. 479-483).

- Вы не можете молить Бога о добром деле, искать его милости

со смирением, ... вы не хотите принимать этого терпеливо ...'

(1B) He was on elne ond on eaбmedum ... (Gut. 32B).

- 'Он (Гутлак) имел силу и смирение...' Тема прощения затрагивается в поэме

«Елена», в которой иудейский мудрец рассказывает о святом мученике, забитом камнями за его новую веру. Страдалец просит Бога не мстить врагам за свою смерть (El. 491-495):

(19) ba for lufan dryhtes Stephanus vas stanum vorpod,

ne geald he yfel yfele, ac his ealdfeon-

dum...

bad brymcyning, bat he him ba veadad to vrace ne sette ...

-'Затем из-за любви к Богу Стефанус был забит камнями,

но он не ответил злом на зло, а ... просил не мстить

своим врагам за их злое дело...'

Новым стереотипом поведения для хри-стиан-англосаксов становится жизнь в страдании - browung, через которое Христос искупил грех всех людей и дал им шанс к спасению. Поведение Христа для верных - образец, которому нужно следовать. Так, в поэме «Христос» Бог говорит грешникам:

(20) Hvat! ic bat for vorulde gebolade!... yrm6u geafnede,

arleas licsar, bat ic burh ba vtere be gelic and bu meahte minum veor6an mtegvlite gelic mane bidteled, ...

bat bu of deofles burh bat nydgevalde genered vyrde (Cri. 1424-1451).

- 'Истинно, я терпел это ради людей! ... испытал страдания,

жестокие муки, чтобыi через это быть как ты, и чтобы ты,

очищенный от грехов, возрастал по образу моему,

... и мог получить спасение от оков дьявола’.

О страданиях за веру рассказывает поэма «Юлиана», героиня которой посвящает свою жизнь Христу, за что принимает от язычников жестокие муки и смерть. Однако для истинно верующих смерть не страшна, поскольку для них она означает освобождение души и конец борьбы на земле за жизнь вечную, а страдания за веру есть доказательство верности Богу (Jul. 607-612):

(21) ba wear6 btere halgan hyht geniwad ... sibban heo gehyrde

htele6 eahtian inwitrune, btet hyre endesttef

of gewindagum weorban sceolde, lif

alysed.

- 'Тогда святая возрадовалась ..., услышав приговор людей,

потому что дни ее борьбы близились к

концу,

и душа ее получит освобождение'.

На данном этапе новые стереотипы поведения проявляются в вере в Христа, ради которой люди покорно идут на муки и самопожертвование. Так, в поэме «Андрей» Бог говорит герою-мученику о его долге отдать свою жизнь в войне с язычниками - врагами веры, и Андрей готов к этому:

(22) bu scealt ... bin feorh beran in gramra gripe, bter be gu6gevinn

burh hte6enra hildevoman ... geboden vyr 6e б (And. 216-219).

- 'Ты должен ... свою жизнь отдать в схватке с врагами;

там тебе звук битвы, война с язычниками ... предстоит'.

(23)... he vas ... gearo gu6e fram to godes campe (And. 232-234).

- '... он был ... готов к битве, к войне за Бога'.

Такое поведение, свидетельствующее о большой внутренней силе людей (и вероятно, высокой пассионарности), позволило англосаксам довольно быстро принять новую для них религию, в результате чего их героическая этнокультурная доминанта постепенно преобразуется в христианскую. Эти изменения отразились на представлениях о верности и ее проявления в жизни людей стали другими, соответствующими новым ценностным ориентирам.

Таким образом, наблюдая модели поведения людей на разных этапах их этнической жизни, мы имеем возможность судить о динамике конкретной культуры, которую может представлять важный для нее концепт, ибо как в капле воды отражается мир, так в подобном концепте отражается тип данной культуры.

Литература

1. Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера Зем- 2. Гумилев Л.Н. Конец и вновь начало / Л.Н.

ли: автореф. дис. ... д-ра географ. наук: 07.00.10 / Гумилев // Сост. и общ. ред. А.И. Курчи. - М.: Ин-Л.Н. Гумилев. - Л.: ЛГУ, 1973. - 33 с. ститут ДИ-ДИК, 1997а. - 541 с.

3. Гумилев Л.Н. Поиски вымышленного царства / Л.Н. Гумилев // Сост. и общ. ред. А.И. Курчи.

- М.: Институт ДИ-ДИК, 19976. - 480 с.

4. Карасик В.И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс / В.И. Карасик. - Волгоград: Перемена, 2002. - 477 с.

5. Кубрякова Е.С. Краткий словарь когнитивных терминов / Е.С. Кубрякова, В.З. Демьянков, Ю.Г. Панкрац, Л.Г. Лузина. - М., 1996. - 245 с.

6. Кубрякова Е.С. Части речи с когнитивной точки зрения / Е.С. Кубрякова. - М.: ИЯ РАН, 1997.

- 245 с.

6. Садохин А.П. Этнология / А.П. Садохин. -М.: Гардарики, 2000. - 256 с.

6. Степанов Ю.С. Константы. Словарь рус-

ской культуры. Опыт исследования / Ю.С. Степанов. - М.: Школа «Языки русской культуры», 1997.

- 824 с.

7. Шапошникова И.В. Системные диахронические изменения лексико-семантического кода английского языка в лингвоэтническом аспекте / И.В. Шапошникова. - Иркутск: ИГЛУ, 1999. - 243 с.

8. Шапошникова И.В. Этнолингвистический анализ текста в курсе истории английского языка: учеб. пособие для студентов и аспирантов лингвистических университетов / И.В. Шапошникова. -Новосибирск: НГПУ, 2003. - 253 с.

9. Shaposhnikova I.V. A History of the English Language. The Early Period (Linguo-ethnic Approach) / I.V. Shaposhnikova. - Irkutsk, 1997. - 207 p.

Список источников примеров и их сокращенные обозначения

1. And. - Andreas // Bibliothek der Angelsach-sischen Poesie / Hrsg. v. C.W.M. Grein. - Goettingen: G. H. Wigand, 1858. - B. II. - S. 9-52.

2. Beow. - Beowulf // Beowulf and Judith / Ed. by F. Magoun. - Cambridge - Massachusetts, 1966. -P. 1-90.

3. Chr. - Anglo-Saxon Chronicle // www.lonestar.texas.net/~jebbo/asc/frame.html

4. Cri. - Cynevulfs Christ // Bibliothek der An-gelsachsischen Poesie / Hrsg. v. C.W.M. Grein. -

Goettingen: G. H. Wigand, 1857. - B. I. - S. 149-191.

5. El. - Cynevulfs Elene // Bibliothek der Angel-sachsischen Poesie / Hrsg. v. C.W.M. Grein. - Goettingen: G. H. Wigand, 1858. - B. II. - S. 105-137.

6. Gut. - Guthlac // The Exeter Book / Ed. by G. P. Krapp and E.V.K. Dobbie. - N.York: Columbia Univ. Press, 1936. - P. 49-88.

7 Jul. - Juliana // The Exeter Book / Ed. by G. P. Krapp and E.V.K. Dobbie. - N.York: Columbia Univ. Press, 1936. - P. 113-133.

Список использованных переводов письменных памятников

1. Беовульф / Пер. В.Г. Тихомирова // Беовульф. Старшая Эдда. Песнь о Нибелунгах. - М.: Художественная литература, 1975. - С. 29-1BG.

2. The Anglo-Saxon Chronicles. The Authentic Voices of England, from the time of Julius Caesar to

the Coronation of Henry II / Transl. and collated by Anne Savage. - CLB, 1997. - 228 p.

3. Gordon R.K. Anglo-Saxon Poetry / R.K. Gordon. - London: J. M. Dent & Sons Ltd., 1930. -367 p.

Коротко об авторе____________________________________

Лаврентьева Любовь Романовна, к. филол. н., доцент кафедры иностранных языков, Читинский государственный университет

Научные интересы: концептологические исследования в лингвоэтническом аспекте, предполагающем изучение взаимосвязи и взаимовлияния языка, духовной культуры, психологии этноса и народного творчества в исторической ретроспективе

___________________________Some facts about author

Lavrentieva Lubov', Candidate of Philology, associate professor of Foreign Languages Department, the Chita State University

Scientific interests: conceptological research in linguistic-ethnical aspect, including the study of interaction and interference of a language, spiritual culture, ethnos psychology and folklore in historical retrospective review