Суициды в российской армии разберут в Страсбурге

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) начал рассмотрение жалобы Валентины Лузяниной против РФ, коммуницировав уже восьмое за этот год дело о не связанной с боевыми действиями гибели призывников в российской армии. Родители оспаривают выводы властей о самоубийстве солдат и отсутствие мер по предотвращению суицида в военных частях. Призывники находятся под полным контролем государства, ответственность властей за их жизнь и здоровье очевидна, считают эксперты. Минюст заявил, что не видит в этих делах системной проблемы.

ЕСПЧ адресовал правительству РФ жалобу Валентины Лузяниной из Североморска на неэффективное расследование причин смерти ее сына, служившего по призыву в военной части Ленинградской области. В 2009 году он был найден застреленным в карауле. Возбудить уголовное дело следствие, прокуратура и суды отказались, признав по итогам проверки факт самоубийства. Экспертиза отпечатков пальцев на оружии и обнаруженных на стене надписей "Кс, я люблю тебя", "Семья, прости меня" и "Я не хочу жить" не проводилась, опрошенные об уголовной ответственности за дачу ложных показаний не предупреждались. Заявление матери солдата, что он подвергался насилию и вымогательству, было проигнорировано.

Не позже 7 марта 2017 года правительство должно сообщить в Страсбург, нарушена ли, по его мнению, РФ ст. 2 Конвенции по защите прав человека (право на жизнь), которую ЕСПЧ толкует как обязанность государства принимать надлежащие меры защиты жизни лиц, находящихся под его юрисдикцией. Об этом говорится в уведомлении, полученном юристами правозащитной организации "Солдатские матери Санкт-Петербурга" Виктором Андреевым и Александром Передруком.

ЕСПЧ, по словам юристов, видит проблему в том, что случаи дедовщины и смертей (в том числе самоубийства) зачастую не расследуются, а система психологической поддержки в воинских частях фактически не способна выявить суицидальные наклонности молодых людей. Только в этом году Страсбургский суд коммуницировал еще семь аналогичных жалоб россиян. Пять из них объединены в деле "Васильева и другие против РФ" — о самоубийствах в 2005-2006 годах четверых солдат срочной службы и выпавшего из окна казармы 17-летнего курсанта Академии ФСО Алексея Павлова. В деле одного из погибших прокуратура выявила дедовщину, виновные были осуждены. Но все уголовные дела по статьям "Доведение до самоубийства" и "Халатность" были прекращены за отсутствием состава преступления. ЕСПЧ задает властям вопросы, имеются ли в России эффективная независимая судебная система (обеспечивающая оперативное установление фактов, привлечение к ответственности виновных и возмещение вреда потерпевшим) и система предотвращения самоубийств в армии. Минюст на запрос "Ъ" ответил, что позиция властей по этим делам "формируется с учетом мнения компетентных госорганов, в том числе Генпрокуратуры и судов", но "предоставление комментариев до вынесения постановления ЕСПЧ нецелесообразно".

Такие постановления ЕСПЧ уже принимал: в деле Валентины Лузяниной судьи ссылаются на решение 2014 года по жалобе родителей призывника Михаила Переведенцева. Новобранец был найден повешенным на псарне, куда был откомандирован из артиллерийской батареи после угроз отвечавшего за собак сержанта отправить его обратно. В процитированных ЕСПЧ письмах солдат сообщал родственникам о "дедовщине": вымогательствах денег, издевательствах и избиениях, приводивших половину его товарищей в санчасть с травмами. "Наш командир не может ничего с этим поделать",— говорилось в письме. Психологи заключили, что погибший мог совершить самоубийство "под влиянием незрелой психики, трудности с адаптацией к новым условиям и склонности драматизировать события". Уголовное дело о его гибели было прекращено, родителей потерпевшими не признали. ЕСПЧ признал отсутствие надлежащего расследования, присудив компенсацию заявителям €46,4 тыс. В постановлении были обобщены данные докладов европейских и российских правозащитников, в том числе тогдашнего омбудсмена в РФ Владимира Лукина о злоупотреблениях в армии и отказах командования и прокуратуры расследовать многочисленные случаи смерти призывников.

В Минюсте заявили "Ъ", что это решение ЕСПЧ "не поднимает какой-либо системной проблемы". Однако господин Передрук считает, что ЕСПЧ в этом деле уже создал прецедент, признав, что ответственность за самоубийство солдата-срочника несут власти, которые не выполнили обязанность по защите его жизни.

"Рассмотрение коммуницированных дел в Страсбурге может внести в национальную практику презумпцию вины военных частей. Призывники, как, например, заключенные, находятся под полным контролем государства, ответственность властей за их жизнь и здоровье очевидна",— полагает юрист правозащитной организации "Сутяжник" Антон Бурков. Если ЕСПЧ переложит бремя доказывания на власти, поток аналогичных жалоб будет предотвращен, уверен он.