Злоупотребление процессуальными правами: проблемы и пути решения

УДК 347.9

З.М. Готыжева

ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЕ ПРОЦЕССУАЛЬНЫМИ ПРАВАМИ: ПРОБЛЕМЫ И ПУТИ РЕШЕНИЯ

Введение: эффективность судебной защиты нарушенных и оспариваемых прав определяется целым рядом факторов, среди которых не последнюю роль играет то обстоятельство, как лица, участвующие в деле, пользуются принадлежащими им процессуальными правами. Цель: определить случаи злоупотребления процессуальными правами, пути решения выявленных проблем; проанализировать различные законодательные подходы к решению одной и той же проблемы судопроизводства в разных процессуальных кодексах. Методы: сравнительный, формально-логический и телеологический. Результаты: проанализировано большое количество судебных актов и литературы, обобщены научные мнения различных авторов по поводу злоупотребления лицами, участвующими в деле, своими процессуальными правами. Вывод: устранению существующих противоречий в оценке фактов злоупотребления процессуальными правами в значительной мере способствовала бы реализация унифицированного подхода в процессуальном законодательстве, а также формирование Верховным Судом РФ соответствующей судебной правовой позиции.

Ключевые слова: процессуальные права, злоупотребление, прецедент, судебная практика, судебный акт, процессуальные права.

Z.M. Gotyzheva

ABUSE OF PROCEDURAL RIGHTS: PROBLEMS AND SOLUTIONS

Background: the effectiveness of the judicial protection of violated and challenged rights is determined by a number of factors, among which not the least role is played by how the persons participating in the case enjoy their procedural rights. Objective: the main purpose of this research is to identify cases of abuse of the procedural rights, to identify ways of solving identified problems. One of the tasks of this study is to analyze various legislative approaches to solving the same problem of judicial proceedings in different procedural codes. Methodology: in doing the research the author used a comparative method of investigation, formal-logical and teleological. Results: as a result of the research, the author comes to the conclusion that the elimination of existing contradictions in assessing the facts of abuse of procedural rights would be greatly facilitated by the implementation of a unified approach in procedural legislation, as well as the formation of the corresponding judicial legal position by the Supreme Court of the Russian Federation.

Key-words: procedural rights, abuse, precedent, judicial practice, judicial act, procedural rights.

Эффективность судебной защиты нарушенных и оспариваемых прав определяется целым рядом факторов, среди которых не последнюю роль играет то, как

© Готыжева Зарина Мухамедовна, 2018

Помощник судьи Арбитражного суда Московского округа; e-mail: f05.zgotyzheva@arbitr.ru © Gotyzheva Zarina Mukhamedovna, 2018 166 Assistant judge of Arbitration court of Moscow district

лица, участвующие в деле, пользуются принадлежащими им процессуальными правами. Предполагается, что они должны руководствоваться принципом добросовестности, однако существующая судебная практика знает немало случаев злоупотребления процессуальными правами, являющегося одним из аспектов более серьезной проблемы, состоящей в определении сущности злоупотребления правом и требующей формирования соответствующих доктринальных подходов, поскольку неопределенность в этом вопросе привела к тому, что действующее процессуальное законодательство по-разному подходит к решению данной проблемы. Гражданский процессуальный кодекс РФ (далее — ГПК РФ) ограничивается указанием на то, что лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами (п. 1 ст. 35), хотя допускает возможность взыскания в пользу другой стороны компенсации в разумных пределах и с учетом конкретных обстоятельств за фактическую потерю времени со стороны, недобросовестно заявившей неосновательный иск или спор относительно иска либо систематически противодействовавшей правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела (ст. 99). Арбитражный процессуальный кодекс РФ (далее — АПК РФ) добавляет, что злоупотребление лицами, участвующими в деле, своими процессуальными правами влечет для них предусмотренные данным Кодексом неблагоприятные последствия в виде отнесения на таких субъектов судебных расходов (ст. 111), отказа в удовлетворении заявления или ходатайства (п. 5 ст. 159), наложения судебного штрафа на лицо, обратившееся в защиту прав и законных интересов группы лиц (п. 3 ст. 225.12).

В Кодексе административного судопроизводства РФ (далее — КАС РФ) законодатель идет еще дальше, предпринимая попытку определить возможные фор- е мы подобных злоупотреблений, относя к таковым недобросовестное заявление и неосновательного административного иска, противодействие, в т.ч. системати- а ческое, лиц, участвующих в деле, правильному и своевременному рассмотрению о и разрешению административного дела. К

Однако вопрос о возможных последствиях злоупотреблений правом практи- о

п

чески не решен. Законодатель ограничился указанием на то, что они предусмо- а трены самим Кодексом, который, однако, отчетливых предписаний на этот счет в не содержит, если не считать положения о возможности наложения судебного о штрафа в случае противодействия стороны своевременной подготовке админи- ю

Т5

стративного дела к судебному разбирательству, в т.ч. в случае непредставления |

или несвоевременного представления административным ответчиком возра- К

жений в письменной форме и необходимых доказательств в назначенный судом а

срок, невыполнения иных указаний суда (п. 5 ст. 135 КАС РФ). Несмотря на то, |

что штраф отнесен законодателем к одной из мер процессуального принуждения, ии

применяемых к лицам, препятствующим осуществлению административного №

судопроизводства, рассмотрение последних в качестве возможных мер реагиро- 11

вания на факты злоупотребления процессуальными правами представляется )

сомнительным, поскольку «основания применения мер процессуального при- 8 нуждения связаны с конкретными нарушениями процессуального регламента» и ... «лишь некоторые нормы о процессуальной ответственности можно интерпретировать как устанавливающие неблагоприятные последствия для лица, злоупотребляющего процессуальными правами» [1]. В связи с этим спорным представляется утверждение о том, что Верховный Суд РФ удачно восполняет

существующий в КАС РФ пробел, разъясняя в п. 32 Постановления Пленума 167

от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», что суд вправе отнести на лицо, злоупотребившее процессуальными правами, судебные издержки либо не признать понесенные им судебные издержки необходимыми, если это привело к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса, воспрепятствованию рассмотрению дела и принятию итогового судебного акта [2, с. 33]. Очевидно, что реакция суда на факты процессуальных злоупотреблений должна быть более конкретной.

Существование различных законодательных подходов к решению одной и той же проблемы судопроизводства не может быть ничем оправдано, в силу чего разработчиками Концепции единого Гражданского процессуального кодекса РФ, одобренной решением Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Государственной Думы Федерального Собрания РФ от 8 декабря 2014 г. № 124(1), были предприняты попытки унификации способов предупреждения и пресечения фактов злоупотребления процессуальными правами. Так, во избежание процессуальных злоупотреблений предлагалось, помимо существующей практики распределения судебных расходов и наложения штрафов: 1) предоставить право судье, которому повторно заявлен отвод, проверить наличие новых оснований и при их отсутствии отклонить заявление о повторном отводе; 2) реализовать положения доктрины эстоппель, ограничивающей возражения против неподведомственности или неподсудности дела со стороны ответчика моментом первого заявления по существу дела; 3) законодательно закрепить сроки проведения примирительных процедур и последствия искусственного заявления ходатайства о намерении провести примирительную процедуру; 4) определить исчерпывающий перечень категорий дел, по которым допускается использование группового способа судебной защиты с возможностью его расширения только в случаях, прямо предусмотренных федеральным законом.

Пока же суды на самых разных уровнях предпринимают попытки решения данной проблемы, рассматривая в качестве злоупотребления процессуальными правами следующие действия:

1) уклонение от получения судебных извещений1;

2) действия по изменению предмета спора (увеличению суммы иска)2;

3) подача заявления о фальсификации доказательств, в котором не указаны ни предмет фальсификации, ни доводы, положенные в обоснование заявления3;

4) непредставление предложений по выбору экспертов (экспертных учреждений);

5) представление новых доказательств, а также инициирование нового судебного процесса, если ответчик по делу об истребовании имущества аффилирован с ответчиком по ранее рассмотренному делу об истребовании того же имущества4;

S 1 См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 марта 2016 г. № 11. П. 43 «О не-

которых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2016. № 5.

2 См.: Определение Верховного Суда РФ от 30 декабря 2015 г. № 305-ЭС15-17048 по делу № А40-179041/2014. URL: // kad.arbitr.ru (дата обращения: 15.09.2017).

3 См.: Определение Верховного Суда РФ от 31 июля 2015 г. № 305-кг15-5805 по делу № А41-36402/12. URL: // kad.arbitr.ru (дата обращения: 15.09.2017).

4 См.: Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 26 марта 2013 г.

168 № 14828/12 по делу N А40-82045/11-64-444. URL: // kad.arbitr.ru (дата обращения: 15.09.2017).

6) заявление ходатайства об оставлении иска без рассмотрения более чем через год с момента его предъявления истцом5;

7) обращение после состоявшегося решения третейского суда в суд с аналогичными требованиями6 и т.п.

Верховный Суд РФ связывает злоупотребление субъективным правом с любыми негативными последствиями, явившимися прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Интерпретируя его позицию, выраженную им применительно к фактам злоупотребления права при совершении сделок7, можно прийти к выводу о том, что при установлении факта злоупотребления процессуальными правами необходимо установить:

1) наличие или отсутствие цели совершения процессуального действия, отличного от цели, обычно преследуемой при реализации соответствующего субъективного права;

2) наличие или отсутствие действий лиц, участвующих в деле, превышающих пределы дозволенного правом осуществления правомочий;

3) наличие или отсутствие негативных правовых последствий для производства по конкретному делу, а также прав и законных интересов других участников процесса.

Ранее Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ в Определении от 3 февраля 2015 г. № 32-КГ14-17 пришла к выводу о том, что злоупотребление правом состоит в осуществлении субъективного права в противоречии с его назначением, о чем свидетельствует тот факт, что «субъект поступает вопреки правовой норме, предоставляющей ему соответствующее право; не соотносит свое поведение с интересами общества и государства; не исполняет корреспондирующую данному праву юридическую обязанность».

Не вызывает сомнения то, что на практике бывает довольно трудно определить, представляет ли поведение конкретного субъекта злоупотребление правом или же оно является следствием некомпетентности в вопросах судопроизводства либо стечением обстоятельств, которые объективно привели к затягиванию процесса.

Очевидно, что данная проблема требует тщательной доктринальной проработки, однако формируемые в науке позиции иногда порождают больше вопросов, нежели содержат в себе ее решение. Учитывая межотраслевой характер проблемы злоупотребления правом, значимым представляется вопрос о том, является ли связанная с ней правовая доктрина общетеоретическим понятием или существует возможность ее определения с отраслевых позиций [3, с. 115]. Одно не исключает другого: формирование общетеоретических представлений о сущности и признаках злоупотребления правом должно получать свое развитие при анализе правоотношений, составляющих предмет различных отраслей права, специфика которых предопределяет различия в формах его проявления.

В этом смысле злоупотребление процессуальными правами представляет интерес с точки зрения определения его отраслевых характеристик, соотношения

5 См.: Определение Верховного Суда РФ от 26 декабря 2016 г. № 310-ЭС16-17806 по делу №А68-9008/2015. URL: // kad.arbitr.ru (дата обращения: 15.09.2017).

6 См.: Определение Верховного Суда РФ от 12 декабря 2016 г. № 305-ЭС16-16377 по делу № А41-77960/2014. URL: // kad.arbitr.ru (дата обращения: 15.09.2017).

7 См.: Определение Верховного Суда РФ от 14 июня 2016 г. № 52-КГ16-4. URL: // kad.arbitr.

ru (дата обращения: 15.09.2017). 169

с неисполнением процессуальных обязанностей, форм проявления и правовых средств его предупреждения и пресечения.

По мнению А.В. Юдина, оно представляет собой особую форму гражданского процессуального правонарушения, выражающегося в умышленных недобросовестных действиях участников гражданского процесса (а в отдельных случаях и суда), сопровождающихся нарушением условий осуществления субъективных процессуальных прав и совершаемых лишь с видимостью реализации таких прав, сопряженных с обманом в отношении известных обстоятельств дела, в целях ограничения возможности реализации или нарушения прав других лиц, участвующих в деле, а также в целях воспрепятствования деятельности суда по правильному и своевременному рассмотрению и разрешению гражданского дела, влекущих применение мер гражданского процессуального принуждения [4, ^ 15]. С таким подходом можно согласиться лишь отчасти.

Во-первых, вызывает возражение предложенный автором круг субъектов, чьи действия могут быть квалифицированы подобным образом, учитывая, что процессуальными правами, исходя из содержания норм процессуального законодательства, обладают только лица, участвующие в деле. В отношении суда можно говорить лишь о реализации предоставленных ему законом полномочий.

Во-вторых, дискуссионным является вопрос о рассмотрении действия как единственно возможной формы злоупотребления правом, учитывая то, что в судебной практике нередко происходит смешение таких понятий, как «злоупотребление правом» и «неисполнение процессуальных обязанностей», которые, впрочем, влекут одинаковые правовые последствия. В частности, злоупотреблением правом в равной мере признается непредставление или несвоевременное представление доказательств по неуважительным причинам, направленное на затягивание процесса8 и отказ или уклонение от участия в примирительной процедуре после вынесения определения об отложении проведения предварительного судебного заседания, определения об отложении судебного разбирательства в связи с обращением сторон за содействием к суду или посреднику, в т.ч. к медиатору, в целях урегулирования спора9.

Следует отметить, что в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 июня 2017 г. № 21 «О применении судами мер процессуального принуждения при рассмотрении административных дел» эти понятия фактически рассматриваются как синонимы. По крайней мере, к этому выводу можно прийти в результате синтаксического анализа содержащегося в нем положения. Очевидно, что подобная позиция суда, которая по сути отражает доктринальное толкование права, источником которого могут быть не только ученые, но и судьи [5, ^ 6], может существенно повлиять на правоприменительную практику.

Дискуссионным представляется и предлагаемый автором подход к определению целей, преследуемых лицом, допускающим злоупотребление. Между тем судебная практика свидетельствует о том, что они отличаются большим разнообразием. Так, суды квалифицировали как злоупотребление процессуальными

8 См. п. 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 20 декабря 2006 г. № 65. «О подготовке дела к судебному разбирательству»; Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18 июля 2017 г. по делу № А60-2949/2017. URL: // kad.arbitr. ru (дата обращения: 15.09.2017).

9 См. п. 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18 июля 2014 г. № 50. «О примирении сторон в арбитражном процессе» // Вестник экономического правосудия РФ.

170 2014. № 9.

правами действия по изменению предмета спора (цены иска), выразившиеся в уклонении от исполнения обязанности по уплате государственной пошлины10. Очевидно, что попытки сократить расходы по уплате госпошлины сами по себе не могут ограничить возможность реализации или нарушить права других лиц, участвующих в деле, либо воспрепятствовать деятельности суда.

В то же время представляется недопустимой упрощенная трактовка злоупотребления процессуальными правами как особого типа правонарушения, связанного с умышленным использованием управомоченным лицом допустимых законом процессуальных средств для достижения целей, несовместимых с целями и задачами гражданского (арбитражного) судопроизводства [6, с. 181; 7, с. 18]. Очевидно, что она не позволяет в полной мере раскрыть сущность данного явления, его влияние на развитие гражданско-процессуального правоотношения, достижение основной цели гражданского судопроизводства, а также отразить последствия, которые влечет за собой подобное поведение участников процесса. В этом смысле заслуживает внимания определение злоупотребления процессуальными правами как «осуществления лицом, участвующим в деле, процессуальных деяний, нарушающих обязанность добросовестного пользования процессуальными правами, выражающихся в намеренной реализации принадлежащих ему процессуальных прав вопреки их сущности и назначению в целях получения им и (или) другими лицами, участвующими в деле, процессуальных выгод, влекущих последствия в виде причинения процессуального вреда лицам, участвующим в деле, и (или) воспрепятствования деятельности суда по правильному и своевременному рассмотрению и разрешению гражданского дела, за совершение которых процессуальным законом предусмотрено наступление неблагоприятных последствий» [8, с. 53].

Вопрос о возможном злоупотреблении лицами, участвующими в деле, своими процессуальными правами должен рассматриваться судом. Игнорирование им соответствующих заявлений сторон может в последующем послужить основанием для отмены вынесенного судебного решения. Так, направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал на то, что при рассмотрении дела суды не исследовали вопрос о тождественности требований, заявленных истцом, и не дали оценку доводу ответчика о наличии в действиях истца злоупотребления процессуальными правами в части его намерений дважды получить оплату за один и тот же товар11.

Как представляется, устранению существующих противоречий в оценке фактов злоупотребления процессуальными правами в значительной мере способствовала бы реализация унифицированного подхода к решению данной проблемы в процессуальном законодательстве, а также формирование Верховным Судом РФ соответствующей судебной правовой позиции, которая должна отразить признаки злоупотребления права, обозначить возможные формы его проявления, а также определить возможные последствия его совершения.

10 См.: Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 мая 2015 г., Постановление Арбитражного суда Московского округа от 18 августа 2015 г. по делу № А40-158971/2014. URL: // kad.arbitr.ru (дата обращения: 15.09.2017).

11 См.: Определение Верховного Суда РФ от 18 августа 2016 г. № 308-ЭС16-11422 по делу

№ А32-2626/2015. URL: // kad.arbitr.ru (дата обращения: 15.09.2017). 171

Библиографический список

1. Комментарий к Кодексу административного судопроизводства Российской Федерации (постатейный, научно-практический) / под ред. В.В. Яркова. М.: Статут, 2016. 1295 с.

2. Щепалов С.В. Руководящие разъяснения Верховного Суда России о дис-креции суда в административном судопроизводстве // Российская юстиция. 2016. № 8. С. 32-35.

3. Зайцев О.В. Проблемные вопросы доктрины гражданского права // Вестник Пермского университета. 2014. С. 111-115.

4. Юдин А.В. Злоупотребление процессуальными правами в гражданском судопроизводстве: дис. ... д-ра юрид. наук, СПб., 2009. 537 с.

5. Зайцев В.В., Зайцев О.В. Правовые позиции: понятие и юридическое значение // Право и экономика. 2014. № 7. С. 4-8.

6. Аксенова О.В. Субъективные гражданские права и их осуществление в гражданском процессе: дис. ... канд. юрид. наук. Тверь, 2004. 202 с.

7. Боловнев М.А. Дефиниция злоупотребления процессуальными правами как предпосылка для эффективного противодействия недобросовестному поведению // Арбитражный и гражданский процесс. 2017. № 2. С. 14-18.

8. Зайков Д.Е. Понятие и содержание злоупотребления процессуальными правами в арбитражном и гражданском процессах // Арбитражный и гражданский процесс. 2014. № 9. С. 48-53.

References

со 1. The commentary to the Code of administrative procedure of the Russian Fed-

? eration (article-by-article, research and practice) / ed. by V.V. Yarkova. M.: Statute, | 2016. 1295 p.

g 2. Schepalov S.V. Guideline Explanations of the Supreme Court of Russia on the

i Discretion of the Court in Administrative Proceedings // Russian Justice. 2016. I N 8. P. 32-35.

i 3. Zaytsev O.V. Problematic Questions of the Doctrine of CivilL law // Bulletin of

§ Perm University. 2014. P. 111-115.

I 4. Yudin A.V. Abuse of Procedural Rights in Civil Proceedings: author's abstract. I Dis.....Dr. of law, St. Petersburg., 2009. 537 p.

5. Zaytsev V.V., Zaytsev O.V. Legal Positions: Concept and Legal Significance // i Law and Economics. 2014. № 7. P. 4-8.

ш

I 6. Aksenova O.V. Subjective Civil Rights and Their Implementation in the Civil

I Process: Dis .... cand. of law. 12.00.2015. Tver, 2004. 202 p.

'g 7. Bolovnev M.A. Definition of the Abuse of Procedural Rights as a Prerequisite

g for Effective Counteraction to Bad-conscience Behavior // Arbitration and civil

| process. 2017. N 2. P. 14-18.

1 8. Zaikov D.E. The Concept and Content of the Abuse of Procedural Rights in Ar-

i

§ bitration and Civil Proceedings // Arbitration and civil process. 2014. N 9. P. 48-53.