Мифические мотивы и образы башкирских эпосов в шежере и таварих XVI-XVIII вв

дистом, коллективным агитатором и коллективным организатором масс в осуществлении социально-экономических и культурных преобразований в районе. Публиковала газета сообщения о первых шагах небольших тогда колхозов, преимуществах коллективного труда перед единоличным, о тех новых изменениях, которые происходили в жизни горцев и страны в целом.

С первых дней Великой Отечественной войны на страницах рутульской газеты все чаще появлялись статьи, направленные на всемерное укрепление тыла Советской Армии. Девизом, её лозунгом стал призыв: «Всё для фронта! Всё для Победы!» [10, с. 16].

Библиографический список

После известных хрущевских преобразований в СССР газета «Гызыл чобан» два года не выходила в свет, как и газеты во всех других районах республики. Лишь в мае 1965 года рутульская районная газета вновь вышла в свет под новым названием «Животновод» и уже на русском языке. Тогда она выходила 3 раза в неделю на двух полосах формата А3, её тираж составлял около 1400 экземпляров. Газета «Животновод» в 1991 году была переименована в «Рутульские новости». В мае 1996 г. газета получила республиканский статус и в настоящее время издается один раз в неделю на восьми полосах формата А4.

1. Гамалей Т.В., Магомедов Г.А. Проблемы и перспективы развития этножурналистики в Дагестане. Современные проблемы мировой журналистики. Махачкала; 2011: 137.

2. ГАРД. Ф. 826; Оп. 2; Д. 53.

3. Шевченко В.Э. Визуальный контент как тенденция современной журналистики. В.Э. Шевченко. «Медиаскоп». 2014; №4. Available at: http://www.mediascope.ru/1654

4. Шилина М.Г. Интернет-гипертекст общественных связей: характеристики, особенности, тенденции развития. Электронный научный журнал «Медиаскоп». 2016; - № 3. Available at: https://ru.wikipedia.org/wiki

5. ГАРД. Ф. 826. Оп. 2; Д. 55.

6. ГАРД. Ф. 826. Оп. 2; Д. 14.

7. ГАРД. Ф. 826. Оп. 2; Д. 33.

8. ГАРД. Ф. 826. Оп. 2; Д. 34.

9. Алиханова А.А. Печать Дагестана. Махачкала: Дагкнигоиздат, 2009.

10. Ахмедов Д.Н. Подвиг прессы. Махачкала: Дагкнигоиздат, 2009.

References

1. Gamalej T.V., Magomedov G.A. Problemy i perspektivy razvitiya 'etnozhurnalistiki v Dagestane. Sovremennye problemy mirovoj zhurnalistiki. Mahachkala; 2011: 137.

2. GARD. F. 826; Op. 2; D. 53.

3. Shevchenko V.'E. Vizual'nyj kontent kak tendenciya sovremennoj zhurnalistiki. V.'E. Shevchenko. «Mediaskop». 2014; №4. Available at: http://www.mediascope.ru/1654

4. Shilina M.G. Internet-gipertekst obschestvennyh svyazej: harakteristiki, osobennosti, tendencii razvitiya. 'Elektronnyj nauchnyj zhurnal «Mediaskop». 2016; - № 3. Available at: https://ru.wikipedia.org/wiki

5. GARD. F. 826. Op. 2; D. 55.

6. GARD. F. 826. Op. 2; D. 14.

7. GARD. F. 826. Op. 2; D. 33.

8. GARD. F. 826. Op. 2; D. 34.

9. Alihanova A.A. PechatDagestana. Mahachkala: Dagknigoizdat, 2009.

10. Ahmedov D.N. Podvigpressy. Mahachkala: Dagknigoizdat, 2009.

Статья отправлена в редакцию 26.03.18

УДК 821.512.141.09

Mambetova V.M., postgraduate, Bashkir State University (Ufa, Russia), E-mail: bayven@mail.ru

MYTHICAL MOTIFS AND IMAGES OF THE BASHKIR EPIC POEM IN THE GENEALOGY AND CHRONICLES OF THE XVI-XVIII CENTURIES. The article describes reflection of the mythical traditions of the Bashkir epic poems in the genealogy and chronicles of the XVI-XVIII centuries. Bashkir genealogy and chronicles are of great value and are historical and literary monuments. The authors, using in their work mythical motifs, plots, images of epics, raised the ideological, artistic, aesthetic level of written monuments. This phenomenon can be considered as the influence of mythical traditions on written literature. Such traditional mythical images as cultural hero, winged horse, damask sword, bow, snakes, dragons, mythical motifs for the creation of the earth, eternal struggle of good and evil, the immortality of nature and man, the cult of great-grandfathers are presented in the Bashkir genealogy, "Tarihname-i Bulgar" by T. Yalsigul.

Key words: mythical motifs and images, mythical world outlook, genealogy, chronicles, epic poem, written literature, dragon.

В.М. Мамбетова, аспирант Башкирского государственного университета, г. Уфа, E-mail: bayven@mail.ru

МИФИЧЕСКИЕ МОТИВЫ И ОБРАЗЫ БАШКИРСКИХ ЭПОСОВ В ШЕЖЕРЕ И ТАВАРИХ XVI-XVIII ВВ.

В статье рассматривается отражение мифических традиций башкирских эпических поэм в шежере и таварих XVI-XVIII вв. Башкирские шежере и таварих имеют большую ценность и являются историко-литературными памятниками. Авторы, используя в своем творчестве мифические мотивы, сюжеты, образы эпосов, повышали идейно-художественный, эстетический уровень письменных памятников. Данное явление можно рассматривать как влияние мифических традиций на письменную литературу. Такие традиционные мифические образы, как культурный герой, крылатый тулпар, булатный меч, лук, змеи, драконы (аждаЬш), мифические мотивы сотворения земли, вечной борьбы добра и зла, бессмертия природы и человека, культа прадедов и др. нашли достойное звучание в башкирских шежере, «Тарихнаме-и булгар» Т. Ялсыгула.

Ключевые слова: мифические мотивы и образы, мифическое мировоззрение, шежере, таварих, эпос, письменная литература, дракон-аждаха.

Башкирской письменной литературе ХУ1-ХУШ вв. присущи традиции и мотивы мифических памятников. Связь авторов с мифическими эпическими традициями происходит через архети-пические и символические категории, посредством обращения к

известным им мифическим образам, сюжетам и мотивам. Мифические мотивы, претерпев некоторые изменения в шежере и таварих, сохранили свою смысловую сущность: мотив бессмертия природы и человека, борьба против злых сил и притеснителей,

образы аждахи-дракона, волшебного коня и меча, культурные герои и архетипы повсеместно присутствуют в них. Авторы в своем творчестве использовали мифические мотивы, сюжеты, образы, чем повышали идейно-художественный, эстетический уровень памятников.

Научные труды Г.Ф. Вильданова, И.Г. Галяутдинова, М.Х. Идельбаева, А. Инана, РГ. Кузеева, В.Р Мазитова, С.Г. Мря-сова, М.Х Надергулова, М.И. Уметбаева, А.И. Харисова, Г.Б. Ху-саинова внесли огромный вклад в изучение данной проблемы.

Шежере - письменные памятники, описывающие историю башкирских родов. Башкирский учёный Г.Б. Хусаинов пишет: «С древнейших времен сложился у многих народов обычай изустной передачи, а позже и письменной фиксации истории родов и племен. На этой основе возникли европейские хроники, скандинавские саги, славянские летописи, памятники тюркских и других восточных народов в виде исторических преданий, книг событий, шежере (родословной)» [1, с. 97]. Башкирские шежере имеют большую ценность и являются историко-литературными памятниками. Их бережно хранили, передавали из поколения в поколение. Некоторые шежере стали самобытным явлением литературы. А. Багаутдинов отмечает: «Шежере выступает в качестве системы героической мифологизации. Героический сюжет фиксируется в шежере как важнейший момент жизненного цикла или исторического движения времени вообще, в них присутствуют мотивы чудесного происхождения исторических личностей, описание их подвигов» [2, с. 150]. В содержании родословных можно найти элементы и традиции мифов. Конечно, в шежере мы не можем встретить целый набор мифических божеств и культурных героев-демиургов, но отсутствие их заменяется многочисленными сверхъестественными и мифическими элементами, которые сопровождают героев шежере. Также в эти историко-ге-неалогические летописи проникали образы и сюжеты эпосов, мифические мотивы, литературные фрагменты, фольклорные элементы, афористическое творчество, легенды и предания народа. Начало некоторых шежере имеет мифологический характер, в них переплетаются документальность и вымысел. Все это придает им народно-демократический дух и особое звучание. Например, в основу одного из башкирского шежере рода кара-гай-кыпсак заложен основной мотив и сюжет народного эпоса «Кусяк-бий»: «Каракулумбет, в надежде занять ханский престол, убивает Бабсака. Побоявшись кровной мести, он убивает и его сына Шыкманая. Жена Бабсака была беременной и скрыла свое положение от Каракулумбета. На свет появляется Кусяк-бей. Достигнув двенадцатилетнего возраста, он узнает, что его отец был убит Каракулумбетом и решает отомстить. Не в силах противостоять Кусяку, Каракулумбет бежит и скрывается в пещере Шульган. Кусяк находит его и убивает» [3, с. 245]. Этот сюжет описывается в шежере как реальные события. Возможно, Кара-кулумбет, Бабсак и Кусяк были историческими личностями, эти происшествия зафиксировались в шежере, затем обрели форму эпоса. В шежере упоминается пещера Шульган, по мифическому эпосу «Акбузат» нам известно, что она был пристанищем волшебного коня Акбузат.

Одна из версий башкирского шежере рода усерган полностью написана в форме кубаира. В нем упоминаются Урал, Яик, Сакмар, образ коня; а в шежере рода юрматы фигурирует мифический образ дракона-змея: «Потом на этой земле неожиданно появился дракон. Находился он на расстоянии одного дня и одной ночи. С тех пор прошли многие годы, с ним боролись. Много людей погибло. После этого дракон исчез. Народ остался в спокойствии» [3, с. 234]. Здесь события отражаются в мифологической форме. Данное явление можно рассматривать как влияние мифических традиций на письменную литературу. Также в этой родословной есть повествование о могиле святого (авлии), которое развивает традиционные мотивы мифических легенд. В ней также упоминаются реки Идель, Сакмар, Яик, Нугуш, присутствует образ белого коня - все они берут начало из мифического эпоса «Урал-батыр».

В шежере первым делом отмечается, от кого берет начало этот род. Некоторые роды свое происхождение связывают с Май-кы-бием, Чингиз-ханом, Лукманом Хакимом и др. Они в какой-то мере выступают культурными героями, наделенными сверхъестественными силами, превращаются в своеобразный мифический божественный дух и становятся объектом для подражания и поклонения для последующего поколения людей этого рода.

Художественную ценность имеют шежере и отдельные образцы историко-литературного жанра таварих. Например, «Де-фтер-и Чингизнаме», «Тарихнаме-и Булгар» Т. Ялсыгула облада-

ют сюжетностью и повествовательностью, в них мы можем найти древние мифы, легенды и предания. Нужно отметить, что язык этих памятников живой и эмоциональный, что делает тексты красочными и запоминающимися. Тажетдин Ялсыгул аль-Башкор-ди - башкирский ученый, историк; при создании «Тарихнаме-и Булгар» (1805 г.) использовал различные исторические сведения из «Чингизнаме», «Таварих-и даваир» и др. Всесторонне изучив таварих, Идельбаев М.Х. пишет, что: «это не чисто историческое сочинение, а своего рода проявление стихийного стремления автора к художественности, сопровождаемой вымыслом и фантазией» [4, с. 52]. В нем описываются общая булгарская история и башкирские шежере. В тексте также говорится о первых людях на земле - об Адаме и Еве, о пророках. Автор пишет о мироздании, упоминает о всемирном потопе, об «источнике жизни» и «стране мрака». Возможно, под источником жизни подразумевается Живой родник (Йэншишмэ); как нам известно, живая вода берет свое начало из мифических памятников. В эпосах «Урал-батыр» и «Акбузат» страну змей и подводный темный мир Шульгана называют «страной мрака».

В «Тарихнаме-и Булгар» говорится о дэвах (дейеY) и аждаха: «Потомок Нуха Тахмурат прожил 400 лет, подчинил себе дэвов», «Кинан, сблизившись с джиннами и дэвами, завладел Китаем», «Спустя три года, во времена Субай-хана в устье Зая появился дракон (аждаЬш). Опасаясь дракона, население Зая перебралось в устье Черемшана и основало там город» [5, с. 158, 160, 161]. Первичный образ аждахи берет свое начало из мифических памятников.

Мифические первопредки народа в данном историко-литературном памятнике проживают по 1000, 910, 800, 700, 620, 520 лет. Они являются представителями мифической эпохи - это эпоха первопредметов и перводействий: первый огонь, первое орудие труда, первый вид культуры. Например, «от Идриса в мире остались письменность, изготовление одежды, совершение набегов и обучение; возраст Хушанка был 700 лет, он творил в мире справедливость и правосудие, от него остались добывание золота и серебра, сооружение трона; Тахмурат прожил 400 лет; подчинил себе дэвов, от него остались седлание коней и изготовление оружия» [5, с. 172]. Время создания первопредками или культурными героями нынешнего состояние мира в «Тарих-наме-и Булгар» олицетворяет появление Космоса во Вселенной. Из этих перечисленных мифических событий строится мифическая модель мира.

В таварихе есть информация о мифическом мировоззрении и веровании народа. «Что касается Афлайуна, то до времен Джирджиса он был огнепоклонником». Как нам известно, огнепоклонники исповедуют культ огня и обожествляют природу. «Кара-муш в совершенстве владел магией и колдовством. Поклонялся культу Быка». В ряде мифологий культ священного быка был широко распространен. Многие народы почитали это животное, которое воплощало собой могущественную и божественную силу. Помимо культа быка в памятнике мы встречаем культ собаки: «Став убийцей и разбойником, этот Тахлаиш после пророка Су-леймана прожил 1б0 лет. Поклонялся собаке; Лахлаиш (потомок Тахлаиша) в начале своей жизни был приверженцем культа собаки». А некоторые герои «Тарихнаме-и Булгар» могли не иметь объектов поклонения: «Кинан был злым и жестоким безбожником. Сблизившись с джиннами и дивами, завладел Китаем». Образы джиннов и драконов прямо указывают на мифические традиции в памятнике Т. Ялсыгула.

В «Тарихнаме-и Булгар» есть удивительный рассказ о чудесном исцелении дочери Айдар-хана: «Пророк, избрав трех сподвижников, отправил их в Булгар проповедовать. Перед отправкой дал им три вещи: чернильницу, посох и чалму. Как только они прибыли в Булгар, начали врачевать. Любые болезни излечивали. Однажды дочь Айдар-хана разбил паралич. Ни один лекарь не мог ее вылечить. Один из везирей сказал: «О, мой Хан! В нашем городе есть три араба, им нет равных во врачевании. Они найдут средство от недуга этой девушки». Хан тотчас приказал, и позвали арабов. Хан спросил: «У меня есть дочь, уже семь лет как больна. Найдете ли ей исцеление?». Сподвижники осмотрели больную, сказали: «Это - паралич. От этого нужны листья дерева сарбан». Хан сказал: «Сарбан - что это за дерево?». Они ответили: «Это береза». Как только принесли березовые листья, арабы сказали: «Это старые березовые листья. Нам нужны только что сорванные с дерева». Хан сказал: «Где найти их зимой?». Один из них сказал: «Если Аллаху будет угодно, мы найдем их. Но при таком условии: если примете нашу веру». Хан сказал: «Если найдете свежие березовые листья и дочь моя исцелится,

я приму ислам». Эти асхабы поставили чернильницу на землю и воткнули в нее посох. Один из них, надев на голову чалму, совершил два ракагата намаза. Этот посох превратился в деревце, и достигло оно высоты ханского дома, разветвилось и покрылось листьями. Собрав их в веник, попарили эту девушку в бане. Тотчас девушка исцелилась и пришла домой совсем здоровой. Хан, увидев этот случай, принял ислам. После него прочие горожане - все приняли ислам и построили соборную мечеть» [5, с. 176]. Здесь присутствует мифический мотив «волшебной палки», который является одним из самых распространенных в мировой словесности. Яркий пример такой палочки содержится еще в Библии - жезл Моисея. Волшебная палочка - обязательный атрибут высших сил, символ магической власти, символ волшебства, чуда. В эпической литературе булатная или алмазная сабли, палочка с жемчужной головкой, золотой ключ, золотое яблоко, волшебная шкатулка, кольцо имеют символическое значение.

В таварих нашли отражение календарные мифы: «В 12-м году хиджры, в год овцы, в 26 день созвездия Рыбы, асхабы обратили булгарский народ в мусульман»; «его настигла смерть в возрасте 65 лет, в год овцы». «В 1220 году, в год овцы, в 20 день месяца сомболе и Раби ал-ахир, этот ничтожный раб, закончив составление сего «Рисала», дал ему название «Таварих-и Булгарийа». Двенадцатилетний животный цикл был известен у тюрков издревле. Одним из наиболее ранних памятников, свиде-

Библиографический список

тельствующих об использовании этого цикла тюрками, является Онгинская надпись в честь Ильтерес-кагана и его жены Ильби-ге-катун. Согласно надписи, каган умер в год дракона. Одну из легенд о возникновении двенадцатилетнего календаря животного цикла записал Махмуд Кашгари в XI веке. По легенде один тюркский хан предложил своему народу, основываясь на двенадцати месяцах и двенадцати созвездиях, установить двенадцатилетний круг и дать названия годам этого цикла. Затем хан повелел сгонять животных к большой реке. Её переплыли двенадцать животных. Хан назвал годы цикла по имени животных, переправившихся через реку. Словом, в «Тарихнама-и Булгар» включены мифы, легенды и предания, автор использовал их в художественных целях.

Таким образом, такие традиционные мифические образы, как булатный меч, лук, крылатый тулпар, змеи, драконы (аждаЬш), мифические мотивы вечной борьбы добра и зла, бессмертия природы и человека, культа прадедов и др. - все они нашли достойное звучание в башкирских шежере, «Тарихнаме-и булгар» Т. Ялсыгула. Авторы, используя в своем творчестве мифические мотивы, сюжеты, образы эпических текстов, повышали идейно-художественный, эстетический уровень памятников. Вероятно, они прямо или косвенно были знакомы с мифическими эпосами «Урал-батыр» и «Акбузат», о чем свидетельствуют содержание, форма, образная система башкирских шежере и та-варих.

1. Хусаинов Г.Б. Башкирская литература XI-XVIII вв. Уфа: Гилем, 1996.

2. Багаутдинов А. Шежере и предания башкир как историческая память. Ватандаш. Соотечественник. Compatriot. 2013; 7.

3. Антология башкирской литературы. Том I. XIII - XVIII вв. (на башкирском языке). Уфа: Китап, 1999.

4. Идельбаев М.Х. Башкирская литература XVIII в. и творчество Салавата Юлаева. Уфа: Издательство БашГУ, 2003.

5. Галяутдинов И.Г. «Тарихнама-и Булгар» Тажетдина Ялсыгула. 2-е переработанное и дополненное издание. Уфа: Китап, 1998.

References

1. Husainov G.B. Bashkirskaya literatura XI-XVIII vv. Ufa: Gilem, 1996.

2. Bagautdinov A. Shezhere i predaniya bashkir kak istoricheskaya pamyat'. Vatandash. Sootechestvennik. Compatriot. 2013; 7.

3. Antologiya bashkirskojliteratury. Tom I. XIII - XVIII vv. (na bashkirskom yazyke). Ufa: Kitap, 1999.

4. Idel'baev M.H. Bashkirskaya literatura XVIII v. i tvorchestvo Salavata Yulaeva. Ufa: Izdatel'stvo BashGU, 2003.

5. Galyautdinov I.G. «Tarihnama-iBulgar» Tazhetdina Yalsygula. 2-e pererabotannoe i dopolnennoe izdanie. Ufa: Kitap, 1998.

Статья поступила в редакцию 01.04.18

УДК 81'38; 801.6; 808

Avdonina L.N., Cand. of Sciences (Philology), senior lecturer, Department of Germanic and Romance Languages, Penza State University (Penza, Russia), E-mail: lionora50@mail.ru

Gordeeva T.A., Doctor of Sciences (Philology), Professor, Head of Department of Germanic and Romance Languages, Penza State University (Penza, Russia), E-mail: gordejewa@mail.ru

Tankov N.N., Cand. of Sciences (Pedagogy), senior lecturer, Department of Germanic and Romance Languages, Penza State University (Penza, Russia), E-mail: tankovnn@gmail.com

Bulatova A.O., senior lecturer, Department of Germanic and Romance Languages, Penza State University (Penza, Russia), E-mail: bulalol@mail.ru

ALEKSANDR BLOK'S TOPONYMS RELATED TO ST. PETERSBURG. The article is the first work to discuss the toponyms used by Blok to describe St. Petersburg. To analyze toponyms in literary texts, the researchers use their own methodology that aims to determine the functions of proper nouns in the poet's texts. The results of the study show that the functioning of toponyms in the poet's St. Petersburg-related texts is associated with themes, motifs and images in each period of Blok's creative work. During the first period of the poet's creative work, the Neva toponym participates in embodying the image of the Eternal Feminine. During the third period of the creative work, Senate Square shows the poet's eagerness to create realistic pictures of Russia's northern capital and allows the reader to understand St. Petersburg's historic events and spiritual life in Russia's fate. In Blok's St. Petersburg-related texts, proper nouns are perceived as aesthetically relevant informative signs showing the pattern of the world.

Key words: Aleksandr Blok, St. Petersburg-related text, toponym, world-modelling function, poetic function, making-up-the-plot function, symbolic function, biographic function.

Л.Н. Авдонина, канд. филол. наук, доц. каф. «Романо-германская филология», Пензенский государственный университет, г. Пенза, E-mail: lionora50@mail.ru

Т.А. Гордеева, д-р филол. наук, проф., зав. каф. «Романо-германская филология», Пензенский государственный университет, г. Пенза, E-mail: gordejewa@mail.ru

Н.Н. Таньков, канд. пед. наук, доц. каф. «Романо-германская филология», Пензенский государственный университет, г. Пенза, E-mail: tankovnn@gmail.com

А.О. Булатова, доц. каф. «Романо-германская филология», Пензенский государственный университет, г. Пенза, E-mail: bulalol@mail.ru