Нейропластичность мозга и нейробика

Нейропластичность мозга и нейробика

Неврология

Яна Горонок

Врач-невролог, вертебролог, реабилитолог

Тамара Барковская:

Доброе утро, уважаемые зрители и слушатели! В эфире программа «Консилиум». Я представляю гостью студии – врача-невролога, вертебролога, реабилитолога, члена Всероссийского общества неврологов, участника российских и международных конференций по неврологии – Горонок Яну Игоревну. И сегодня мы говорим о нейропластичности головного мозга, о таком понятии, как нейробика. И сегодня вместе со мной, Тамарой Барковской, мы будем освещать эту тему подробно, детально и узнаем, как она способствует улучшению памяти и мыслительных процессов. Итак, что же такое нейропластичность головного мозга?

Яна Горонок:

Если мы говорим о нейропластичности, я бы хотела немножко зайти издалека – понять, откуда произошел этот термин и немножко его раскрыть. Изначально одно из понятий – это пластичность. Что такое пластичность? Это способность нервной системы изменять свою структуру, а также функции на протяжении всей своей жизни в ответ на многообразие окружающей среды. Мы можем влиять на многообразие окружающей среды, так и окружающая среда может влиять на нас. Таким образом, наши мыслительные процессы улучшаются за счет того, что мы взаимодействуем с окружающей средой.

Тамара Барковская:

Встречный процесс.

Яна Горонок:

В этом плане мы взаимодействуем напрямую. Этот термин используется для обозначения изменений, то есть это сейчас очень актуальная и интересная тема, и эти изменения происходят на различных уровнях. Эти могут быть молекулярные структуры, изменения экспрессии генов и даже поведения человека. Если мы говорим о нейрональной пластичности или нейропластичности, мы делаем акцент на головной мозг.

Тамара Барковская:

То есть мы подразумеваем клетки головного мозга – нейроны.

Яна Горонок:

Головной мозг сам по себе очень много захватывает, большое количество информации. У нас сейчас такой век развития, век достаточно быстрого темпа, и при этом у нас головной мозг не меняет своего размера. Но при этом информация увеличилась, и поэтому мы ее должны структуризировать в нашем головном мозге, чтобы не сойти с ума от того количества информации, которое мы воспринимаем.

Тамара Барковская:

Есть определенные защитные механизмы в головном мозге?

Яна Горонок:

Да. И чтобы это происходило, нам головной мозг необходимо тренировать так же, как тренируем свое физическое тело. Нейропластичность позволяет нейронам восстанавливаться как на анатомическом уровне, так и на функциональном, что немаловажно, а также создавать новые синоптические связи. В нашем организме все достаточно логично. Есть клетки, которые называются «нейроны», «дендриты». Они очень похожи на веточки деревьев, которые взаимодействуют друг с другом. Это называется синоптическая связь. Кстати, советую всем посмотреть, как выглядят нервные клетки, они невероятно красивые, особенно если мы посмотрим на саму клетку – как происходит взаимодействие. Я это вижу, как будто какие-то молнии, которые взаимодействуют друг с другом, причем они словно светятся.

Тамара Барковская:

Некоторые морфологическую и анатомическую картину под микроскопом связывают с аналогией космоса.

Яна Горонок:

Это невероятно красиво, поэтому я могу сказать, что у всех, у кого есть комплексы по поводу своей внешности – вы априори прекрасны, потому что наш организм просто невероятный.

Тамара Барковская:

Взгляните на себя изнутри.

Яна Горонок:

Нейропластичность позволяет восстанавливаться после травм. Достаточно клинических примеров, когда человек попадает в серьезную аварию, у него черепно-мозговая травма, и, казалось бы, эта травма несовместима с жизнью, или у человека могут быть какие-то нарушения в руках, в ногах, то есть в конечностях, и даже мыслительные, и человек посредством определенных занятий, посредством реабилитации восстанавливается.

Тамара Барковская:

Можно ли сказать, что на сегодняшний день эти моменты нейропластичности в какой-то степени недооценены?

Яна Горонок:

Да, есть. Дело в том, что об этом не совсем знает широкая аудитория.

Тамара Барковская:

Даже врачи не все знают, кто не имеет отношения к неврологии, психотерапии, психологии.

Яна Горонок:

Это некое нововеяние. Хотя уже с 1998 года об этом стали больше говорить. Американские ученые по этому поводу тоже проводили исследования. И необходимо больше раскрывать эту тему, больше вещать об этом, и в частности на приемах, потому что очень часто задают один вопрос: «Доктор, что мне делать с памятью?» Многие думают, что одной таблеткой мы можем улучшить память.

Тамара Барковская:

Это Вы сейчас о какой возрастной группе речь ведете?

Яна Горонок:

В основном, это люди трудоспособного возраста, у которых достаточно многозадачная работа. Это руководители, у них накладывается еще и стрессовый компонент. Поэтому если мы говорим о возрастной категории, то это от 40 и выше, а также это могут быть молодые, особенно те, которые учатся. У них тоже бывает из-за загруженности, из-за того, что большое количество информации, они просто иногда не выдерживают, с учетом того, что у них учеба и отдых бывают нерациональные, и не умеют иногда люди разгружаться и отдыхать, поэтому у головного мозга есть свойство тоже уставать. И поэтому не память плохая становится, а просто головной мозг перегружен. Давать ему отдых тоже необходимо.

Не память плохая становится, а просто головной мозг перегружен. Давать ему отдых тоже необходимо.

Тамара Барковская:

То есть на сегодняшний день это касается не только когорты возрастных пациентов, сейчас эта проблематика охватывает все возрастные группы.

Яна Горонок:

И я могу сказать, что это охватывает даже детей.

Тамара Барковская:

На детей вообще обрушивается бесчисленный объем информации на сегодняшний день.

Яна Горонок:

Невероятный, особенно в школах. Поэтому головной мозг необходимо тренировать, для того чтобы он был еще и стрессоустойчив, чтобы он смог выдержать ту нагрузку и ту информацию, которую нам дают, чтобы он умел фильтровать. Но когда мы начинаем решать задачи очень-очень много, не понимая, что нам надо в первую очередь сделать, организм начинает немножко сдаваться.

Я сказала про травмы. Это актуальная тема и при острых нарушениях мозгового кровообращения, в частности, это инсульты. Инсульт – это тоже сейчас очень распространенная тема. К сожалению, очень много инвалидизации, и очень тяжело адаптироваться людям с нарушениями в головном мозге к окружающему миру. И поэтому неврологи борются за эту зону. Она называется «зона пенумбры». Есть очаг катастрофы и очаг вокруг, то есть пенумбра. Вот эта зона, за которую борются, в которой нейроны еще могут восстановиться. Но они в полуживом состоянии.

Есть очень интересная тренировка, когда у человека есть левая сторона, она пластичная, и нужно ее тренировать, либо, наоборот, вялая. И, как правило, ставят зеркало. Это называется «зеркальные нейроны». Ставят зеркало со стороны той руки, которая хорошо двигается, закрывая ту сторону, которая мало двигается. Человек посредством отражения видит, и головной мозг начинает ему просто подавать сигнал. И это сейчас очень хорошо практикуется, так же, кстати, как и после инсульта сейчас стали чаще людей вертикализировать, то есть задавать им темп движения, потому что включается моторика, включаются ноги, то есть человек не залеживается. Человеку ни в коем случае после инсульта залеживаться нельзя. Его надо активизировать, вертикализировать в краткие сроки, даже это бывает и до суток.

Тамара Барковская:

Получается, что в реабилитационном периоде, в постинсультном состоянии это все имеет большой смысл. И мы плавно подошли к самому понятию нейробики. Насколько я понимаю, это комплексный термин. Из чего он состоит, чтобы было понятно, откуда он сформировался?

Яна Горонок:

Нейробика созвучно со словом аэробика. Аэробика – мы четко понимаем, что это такое. Это аэробные упражнения, которые мы делаем в группе людей, что тоже немаловажно, потому что взаимодействие с людьми – это тоже важный компонент. И мы можем обучаться от людей, и люди могут от нас, то есть взаимодействие – это важный компонент. Все происходит под хорошую музыку, достаточно энергичную, которая задает темп нашему организму. И это держит в тонусе наше тело, а также это дает здоровье. А когда человек здоров, он будет и трудоспособный, и счастливый, и жизнь будет казаться более яркой.

То же самое происходит с головным мозгом, просто приставка «нейро» – это мы говорим о непосредственных нейронных клетках, поэтому это называется «нейробика». То есть это комплекс упражнений, которые активизируют головной мозг, дает ему возможность включиться в тот или иной процесс и его натренировать. И таким образом мы можем получить хороший результат. Один из важных моментов – это улучшение памяти. И если говорить о памяти, я очень хорошо помню один случай из моей клинической практики, когда ко мне пациент пришел, и у него была одна из основных жалоб: «У меня память страдает». Конечно, память бывает разная, бывает, когда человек уже при Альцгеймере, к сожалению, когда они могут что-то сказать и тут же забыть. Это уже больше патология. Но когда человек говорит о том, что он иногда может забыть, где лежат ключи, или в работе что-то забыть, я спрашиваю: «Многозадачная ли работа?» Это очень важный момент. «Да, и какие-то моменты мне надо записать». На самом деле, это не так страшно. И когда мы проводим тестирование, я понимаю, что у человека как таковая память сильно не страдает. Возможно, он переутомился. Возможно, у него был какой-то стресс. И мы просто сели, поговорили об этом, я дала комплекс упражнений, которые даже очень простые. Например, математические – от 100 отнимаем 7.

Тамара Барковская:

Возвращаемся к курсу арифметики.

Яна Горонок:

Математика прекрасно тренирует память. Я бы хотела сразу же чуть-чуть задеть эту тему. Многие думают, что кроссворды тренируют память. К сожалению, это не так. Это наши базовые знания, которые мы применяем.

Многие думают, что кроссворды тренируют память. К сожалению, это не так. Это наши базовые знания, которые мы применяем.

А вот судоку, например, где нужно включить мыслительный процесс и расставить цифры в правильном порядке, где-то посчитать, включить голову – в этом неплохо. У меня даже некоторые пациенты говорят: «Нет-нет, в математике я совсем не понимаю». Но головной мозг начинает очень интенсивно в этот момент работать. И поэтому математические упражнения прекрасно тренируют.

Тамара Барковская:

Мы не просто вытаскиваем ту информацию, которая уже у нас есть, готовую, а прилагаем усилия, чтобы включить логическое мышление, в том числе алгебраическое.

Яна Горонок:

Так же, если мы ломаем шаблоны. Предположим, вы ходите на работу одним и тем же путем, постоянно проходя этот дом. Вы уже его даже не замечаете, сколько окон в этом доме, какого он цвета. Вы настолько привыкли к тому, что происходит вокруг, что даже не обращаете внимания. И мы начали с самого простого. Алгебраические упражнения. Я попросила каждое утро чистить зубы не правой рукой, а левой. И я попросила, что когда вы идете на работу, попробуйте немножко изменить маршрут и посмотрите, понаблюдайте. Вы не нацелены идти на работу, а посмотрите, что вокруг вас, что вы увидите нового. У меня был очень хороший пациент, и когда он пришел ко мне буквально через пару недель – результативность достаточно быстрая, но это будет зависеть от того, насколько вы к этому подойдете систематически и ответственно, – он мне сказал: «Я чищу зубы левой рукой, моюсь в ванне с выключенным светом и постоянно считаю примеры в голове». Я спросила: «Как ваша эффективность?» Он сказал: «Я даже не ожидал, что такие простые моменты, которые можно включить в нашу жизнь, могут так повлиять». У него даже улучшилось настроение. И плюс это его еще сподвигло на изучение нового языка. Он человек, достаточно в этом деле понимающий, и говорит: «Я просто почитал еще дополнительные статьи. Мне стало интересно: а что еще есть кроме того, что вы мне предложили? И я прочитал, что изучение нового языка».

Тамара Барковская:

Получается, что изучение любого нового языка уже сама по себе нейробика?

Яна Горонок:

Абсолютно. И мне понравился такой подход. Через месяц человек ко мне снова приходит и говорит: «Знаете, новый язык мне почему-то дался очень тяжело, но я отметил, что на работе я стал более продуктивным, память моя улучшилась». То есть он не выучил даже этого языка, но за счет того, что он приобрел новый навык, головной мозг начал работать совершенно по-другому. И это очень интересно, потому что таким образом мы можем свой головной мозг сподвигнуть на новые идеи.

Тамара Барковская:

Это не только интересно, но и практическая ценность. Кстати, я могу заметить немаловажную вещь, что сейчас даже во многие современные тренинги, и бизнес-тренинги включена вот эта рекомендация: делайте ежедневно что-то новое для себя – так вы увеличите и усилите свою продуктивность, соответственно, все вытекающее из этого.

Яна Горонок:

Я абсолютно с этим согласна, потому что когда мы делаем на автопилоте уже все, не замечая все вокруг – происходит какой момент? Предположим, вы не тренируете свое тело, свой организм. Человек ходит на работу, возможно, он дома делает легкие упражнения, что маловероятно. Но в целом он ведет гиподинамичный образ жизни. Что происходит с мышцами? У них снижается тонус. Для мужчин это не совсем бывает характерно, не для всех, но женщины на это реагируют сильнее. И они сразу: «Так, лето, я пойду в тренажерный зал», то есть они начинают заниматься собой. Мышцы приходят в тонус. Мы сразу видим рельеф тела. Конечно, у нас сразу улучшается настроение. Это приносит нам эстетическое удовольствие. То же самое с головным мозгом. Если вы не тренируете головной мозг, со временем он вам может просто сказать: «Ты мной не занимаешься, почему я должен дальше тогда что-то для тебя делать?» Потому что наш организм работает на нас 24/7, просто без остановки.

Очень хороший клинический пример, когда ко мне один пациент пришел и сказал: «Знаете, доктор, я очень сильно боюсь выступать перед аудиторией». Мы немножко отклонились тогда от темы – он пришел вообще лечить позвоночник. Но мы с пациентами развиваем другие категории мышления. И таким образом у нас на приеме происходит та же нейробика, то есть от меня пациенты узнают что-то новое, они включаются в этот процесс, и они могут, познав что-то новое, улучшить деятельность своего головного мозга. И я просто ему тогда сказала: «А вы просто попробуйте. Просто сделайте. Без лишних мыслей». И это так приятно, когда люди приходят к тебе с обратной связью, что я это смог, я это сделал, и сейчас меня не остановить, потому что человек просто попробовал. Если нам на что-то тяжело решиться, я всегда советую один момент: сделайте такую установку в голове, словно это эксперимент. Вот вы сейчас такой, какой вы есть, и какой вы будете даже через две недели. Что вам понравится больше: вы прошлый или вы сейчас, человек, который приложил какие-то усилия для того, чтобы поработать над своим головным мозгом. Почему нет?

Тамара Барковская:

Мне известно, что Вы работаете в тандеме с профессором Фединым Анатолием Ивановичем.

Яна Горонок:

С Анатолием Ивановичем мы работаем. К нам приходят, как правило, достаточно тяжелые случаи. Анатолий Иванович занимается еще и вопросами эпилепсии. Эпилепсия – это очень обширная тема. Она очень сложна. В Москве обычно у нас занимается отдельная структура – это врачи-эпилептологи. Но ранее все неврологи знали, что такое эпилепсия, как ее лечить. Сейчас ушло такое ответвление, есть узкий специалист, который называется эпилептолог.

Тамара Барковская:

Также совместно занимаетесь вопросами лечения позвоночника и связанных с этим уже патологических состояний, то есть восстанавливаете людей после травмы. Это входит в класс пациентов, с которыми Вы работаете совместно?

Яна Горонок:

Да, это все входит. Но мы беседуем с пациентом. Предположим, я спрашиваю: «Как с вашей памятью дела?» Если человек говорит: «Все нормально, все хорошо, я все помню», – я иногда все-таки не настаиваю на этом.

Тамара Барковская:

То есть зависит от степени выраженности травмы и как она повлияла на психические процессы, неврологические звенья цепи?

Яна Горонок:

Абсолютно. Потому что для некоторых людей это может быть даже некий стресс. Я считаю, что все должно делаться в удовольствие. Но это зависит еще и от нас, от докторов, как мы это донесем. Многие пациенты не хотят заниматься физкультурой. Их можно понять. Я нашла хороший подход в этом плане, и я многим советую: с утра, когда вы еще даже не открыли глаза, просто начните двигать руками и ногами. Как правило, это всегда работает.

Тамара Барковская:

Включает немного?

Яна Горонок:

И людям это нравится, они потом включаются в этот процесс, и уже им хочется это делать. Не надо человека вводить в стресс, ни в коем случае.

Тамара Барковская:

Давайте сейчас немножко структурируем и обозначим, какие есть четкие показания и какие есть противопоказания к гимнастике головного мозга – нейробике, и прежде всего при каких патологических процессах или заболеваниях мы используем нейробику и она дает хорошие результаты, и когда этого делать нельзя.

Яна Горонок:

Здесь самый удивительный и приятный момент, что никаких нет противопоказаний, а показания есть у всех.

Тамара Барковская:

Даже условно здоровые могут заниматься нейробикой абсолютно спокойно?

Яна Горонок:

Абсолютно, для того чтобы структурировать свое мышление, знания, улучшить память. Это один из моментов, который человека вдохновляет, то есть он может посредством этих упражнений, которые абсолютно не сложные, прийти к тому, что: ага, я вот это попробовал, а может быть, еще что-то? То есть он начинает включаться в процесс и сам даже придумывать что-либо, таким образом немножко и свою творческую сторону развивает.

Тамара Барковская:

Это действительно работает. Проверено на себе. Не вдаваясь в терминологию, какое-то время назад, я очень четко на себе увидела все необходимые эффекты от процессов внедрения каких-то новых действий в свою жизнь. Это действительно работает и дает высокую продуктивность во многом.

Яна Горонок:

Все верно. Это как выйти из зоны комфорта. Мы четко понимаем, что сейчас какая-то ситуация – мы должны действовать не так, как раньше. Вот в этом, кстати, есть и подводный камень, если мы говорим о людях более пожилого возраста, как правило, им немного сложнее.

Тамара Барковская:

Вот тут могу даже немножко поспорить с Вами с позиции своей специальности, поскольку все зависит еще от психотипа и от жизненных установок человека.

Яна Горонок:

Я не обобщаю ни в коем случае и согласна с Вами, потому что я знаю прекрасных женщин 65-75 и даже под 80 лет, которые ходят на танцы, которые поют в хоре, которые прекрасно выглядят, в отличной физической форме. Это все мы тоже видим в своей профессии.

Тамара Барковская:

Но если брать большинство, то здесь я соглашусь.

Яна Горонок:

Иногда людям определенной возрастной категории просто сложнее освоить компьютер, мобильные телефоны.

Тамара Барковская:

Цифровой век требует своих навыков и скорости, включения во все эти процессы, и она у всех разная.

Яна Горонок:

Раньше люди стояли в очередях и платили за квартиры. Может быть, кто-то помнит эти огромнейшие очереди. Сейчас достаточно ввести в мобильном телефоне – и квартира тут же может быть оплачена, то есть никуда не надо идти. Для кого-то это просто, для кого-то – как это можно в мобильном сделать быстро?

Тамара Барковская:

А кто-то по старинке оплачивает коммунальные услуги. Это больше возрастное поколение.

Яна Горонок:

Есть в Москве «Московское долголетие» – прекрасная программа, которая людей призывает к тому, чтобы встречаться, общаться, ходить на какие-то тренинги, танцевать, рисовать. Предположим, человек никогда не рисовал. И он думает: «Я плохо рисую». Я всегда задаю вопрос: «А почему вы думаете, что плохо рисуете?» – «Ну как же? Я же не могу нарисовать красивый пейзаж». А может быть, просто попробовать? Мы же не все художники с рождения. Это ведь тоже приобретение навыка. Предположим, когда-то я рисовала дом – это были просто линии, труба, окно со створками. А если я буду полчасика даже раз в неделю это совершенствовать, то я уже нарисую не четыре линии квадрата, а более объемно. Где-то я включу какой-то цвет, то есть здесь задействуется очень много зон.

Тамара Барковская:

Плюс еще арт-терапия психогенного свойства, также влияющая достаточно позитивно. И мы опять уклонились от вопроса показаний, противопоказаний. Давайте все-таки перечислим, потому что многие люди в процессе реабилитации не знают тех компонентов, которые не требуют особых сил, существенных денежных затрат. Какие категории в периоде реабилитации по заболеваемости очень хорошо идут в плане воздействия с помощью нейробики?

Яна Горонок:

Однозначно это люди после острых нарушений мозгового кровообращения. Но мы должны оценивать, потому что все-таки инсульт бывает разный. Мы можем наблюдать картину, когда человек просто лежит, и мы понимаем, что прогноз не совсем хороший. А есть такое, что человек как-то включается, быстро восстанавливается. Поэтому с моей точки зрения, нейробика актуальна будет для всех людей после инсульта.

Нейробика актуальна для всех людей после инсульта.

Тамара Барковская:

При любой выраженности постинсультной симптоматики, если постепенно включаться во все эти процессы, эффект однозначно будет. Другой вопрос, что у тех, кто с умеренно выраженной симптоматикой, быстрее положительную динамику мы отметим. Но те люди, которые находятся в тяжелом состоянии после инсульта, с высокой степенью обездвиженности, постепенно с помощью физических упражнений восстанавливается мышечный корсет, усиливается объем движений, и вслед за этим можно тренировать головной мозг.

Яна Горонок:

Я соглашусь по поводу того, что мы тренируем и физические навыки. Ведь физический навык тоже напрямую связан с головным мозгом. Даже у нас в реабилитационном центре есть специализированный стол для пациентов, у которых есть проблемы с мелкой моторикой. Среди своих это называется «пальцовка», когда мы определенными движениями задаем темп головному мозгу. И, кстати, для всех кофеманов очень хороший лайфхак, когда мы вместо кофе делаем упражнения посредством рук.

Тамара Барковская:

Вы должны будете меня научить после эфира этому.

Яна Горонок:

Даже самые простые, то есть когда мы давим в область пальцев, точечная стимуляция. Причем это мы можем делать очень быстро. Мы можем делать это сначала медленно. Но вы не представляете, когда начинаете тренироваться, вы видите, какой прогресс в этом. Это тоже всегда очень радует людей.

Тамара Барковская:

Какие эффекты я получу, как кофеман после этой тренировки?

Яна Горонок:

Вы взбодритесь. Это будет большая бодрость, чем Вы выпьете кофе.

Тамара Барковская:

Без внешних стимуляторов?

Яна Горонок:

Да. Причем такие упражнения, когда мы переставляем с одной стороны в другую, это бывает сложно. Честно сказать, даже я иногда не могу это быстро сделать. Но когда вы постоянно тренируетесь, это быстрее включает механизмы бодрости.

Тамара Барковская:

Кстати, школа скорочтения использует эти пальцевые техники для усиления скорости чтения.

Яна Горонок:

По методу Брайля ведь есть техника – жестовая техника. И в нейробике один из пунктов – как жестами можно передать какие-то слова, непосредственно буквенные обозначения. Это тоже очень важно. Глухонемые передают жесты, они в этом плане люди очень мудрые, у них головной мозг работает очень хорошо. Люди слепые постоянно водят руками и читают текст посредством рук – у них очень хороший слух, то есть это как компенсация.

Тамара Барковская:

Компенсаторно акценты смещаются и что-то концентрированно усиливается в навыках. Значит, первая категория – это с различной степенью нарушения мозгового кровообращения. Кто еще?

Яна Горонок:

Прекрасно идет даже и при Альцгеймере, но тут уже более глубокая патология. Понятное дело, нейробика не будет как панацея, это будет одно из составляющих упражнений. При болезни Паркинсона прекрасно тоже идет. Совсем недавно к нам прилетал пациент из Дагестана, у него наследственное, то есть у братьев, у отца – у всех был Паркинсон. Не часто ты сталкиваешься с пациентами, у которых симптоматика, как в учебнике. И я посмотрела, думаю: надо же, болезнь Паркинсона, 72 года, при этом прекрасно мыслит, отличная память. Единственное – тремор, поза просящего, очень часто бывает шаркающая походка. И я у него спросила: «Скажите, что вы делаете?» Он говорит: «У нас же горы». Он очень много двигается. Посредством этого человек смог еще задать и темп своему головному мозгу. Плюс посредством того, что он двигается, он созерцает. У них эта красота, горы, чистый воздух. И это тоже говорит о том, что кроме того, что мы тренируем головной мозг, мы еще тренируем и свою физическую составляющую. Не нужно забывать, что мы не голова отдельно, тело отдельно.

Тамара Барковская:

Мы функционируем, как единый организм. Что касается случаев с травмами (черепно-мозговые травмы, травмы позвоночника) – всех ли уровней показана нейробика? Немножко поясните здесь, потому что очень много и в зимний период травм встречается, никто не исключает аварии на дорогах, есть большая категория пациентов, которые связаны с травматическими процессами. Здесь в какой степени играет роль нейропластичность и как она восстанавливается?

Яна Горонок:

Мы не говорим про открытые и сложные черепно-мозговые травмы. Это в основном закрытые черепно-мозговые травмы, легкие, сотрясения головного мозга. Здесь будет актуально. Когда сотрясение головного мозга, кто это претерпевал, прекрасно знают, насколько не до нейробики, потому что у человека идет проявление тошноты и головокружения. Но уже в дальнейшем мы можем подключить, потому что после мозговых травм люди приходят с астеническими синдромами. У них часто бывает утомляемость, плохо усваивается материал, даже если молодежь, которые учатся в университетах. Вот здесь можно подключить, для того чтобы головному мозгу задать тот темп, который был, но очень аккуратно, не вводя в стресс.

Тамара Барковская:

А что касается основных травм по опорно-двигательному аппарату? Позвоночник – там же могут затрагиваться разные отделы.

Яна Горонок:

Если это спинальные травмы, даже возьмем банальные боли в спине, хроническую боль, как правило, здесь вступает и психологический момент. Человек постоянно испытывает боль. Она уже ушла не на периферию, а в центр. Можно попробовать задействовать нейробику – это немного человека разгрузит и отвлечет, потому что нейробика сама по себе повышает стрессоустойчивость. И человек уже к своей боли будет относиться по-другому, потому что хронизация – это искажение восприятия боли. Как правило, применяют антидепрессанты, для того чтобы разорвать этот порочный круг. Но можно попробовать избежать этого.

Тамара Барковская:

Мы подошли к очень интересным состояниям – к боли в спине на разных уровнях: откуда это все берется и как влияет на это все нейробика. Я думаю, что мы сделаем цикл программ по этой теме, чтобы охватить все показания, всех пациентов, которые нуждаются в этом немаловажном процессе и в этом тренинге, который для многих неизвестен, даже среди врачей. Поэтому я предлагаю еще раз встретиться и поговорить в последующих эфирах. Уважаемые зрители и слушатели, с вами были Тамара Барковская и Яна Горонок – врач-невролог, вертебролог, реабилитолог. Всего доброго!