Когерентность системы права

ТЕОРИЯ ПРАВА

Ю.А. Свирин*

Когерентность системы права

Аннотация. В представленной статье автор анализирует проходящие одновременно в системе права два противоположных процесса: дивергенции и конвергенции. В частности, отмечается, что в современных условиях происходит конвергенция частного и публичного права. На процессы конвергенции в правовой материи указывает также проходящая в настоящее время реформа процессуального права. Одновременно с процессами конвергенции в праве происходит и дивергенция (разделение существующих уже отраслей на иные самостоятельные отрасли права). Так, к настоящему времени, по мнению автора, из таких отраслей, как гражданское процессуальное и арбитражное процессуальное право, выделяется отрасль административного процессуального права. Система права есть подвижная правовая категория, с одной стороны, объединяющая нормы права, а с другой стороны, разделяющая их на взаимосвязанные части. Автор определяет систему как некий юридический инструмент, посредством которого распределяются правовые нормы по институтам и отраслям права.

Ключевые слова: система права, сущность права, конвергенция, дивергенция, когерентность системы права, критерии деления системы права.

Прежде чем перейти к вопросу о когерентности, необходимо хотя бы в общих чертах сформулировать и определить, что представляет собой сама система права. Прежде всего, она есть правовая категория, отражающая внутреннее строение действующего права. Система права, с одной стороны, объединяет нормы права, а с другой стороны, разделяет их на взаимосвязанные части. Иными словами, систему можно определить как некий юридический инструмент, посредством которого распределяются правовые нормы по институтам и отраслям права. В теории права многие исследователи систему права определяют как внутреннюю форму права, которая имеет научно обоснованные критерии, посредством которых распределяется законодательство, то есть внешняя форма права.

В юридической литературе также существует мнение о том, что систему права нельзя искусственно построить, сконструировать, создать, она складывается исторически объективно, представляет реальное социальное образование и не может строиться по произволу законодателя1. И действительно, объективную основу системы права

1 См.: Макеева Е.М. Системный подход как способ познания права // Государственная власть и местное самоуправление. 2009. № 6. С. 22.

составляют существующие общественные отношения (предмет правового регулирования), закономерности развития которых предопределяют применение к ним особых отраслевых режимов правового регулирования. При этом нельзя забывать об известной условности применения термина «объективный» к любым жизненным процессам, в том числе к праву2. Если всей системе права придать объективную основу (независящую от воли и сознания людей) станет непонятно, как функционирует и существует право в англо-саксонской семье права, где, как известно, в системе права не существует отраслей. Вместе с тем право в США является эффективным регулятором общественных отношений. Следовательно, объективность системы права имеет довольно условный характер.

На наш взгляд, в праве сегодня одновременно проходят два тектонических процесса, с одной стороны, разделение на взаимоисключающие друг друга новые отрасли права. Данный процесс представляет собой дивергенцию в праве. С другой стороны, как плюс и минус, процесс, объединяющий правовую материю в единое целое и именуемый конвергенцией. Согласованное протекание двух вышеназванных волновых процессов в системе права представляет собой когерентность системы права.

2 См.: Там же.

© Свирин Ю.А., 2015

* Свирин Юрий Александрович — доктор юридических наук, профессор кафедры гражданского и административного судопроизводства Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина, академик РАЕН, академик Академии фундаментальных наук. [usvirin@mail.ru]

123995, Россия, г. Москва, ул. Садовая-Кудринская, д. 9..

Следует заметить, что размежевание в праве на составные части мы можем наблюдать еще в римском праве, где нормы права делились на уголовные (карательные) и гражданские (диспозитив-ные). Однако сами римские юристы еще не знали понятие системы права и не выделяли ее элементы. Деление права на уголовное и гражданское происходило в силу сложившихся традиций и, скорее всего, представляло собой деление не системы права, а системы законодательства. Однако римские юристы вполне осознанно делили право на частное и публичное, что, по сути, и есть первые попытки построения системы права. Так, известный римский юрист Д. Ульпиан под публичным правом понимал все то, что относится к положению государства и приносит пользу публичную; а под частным — все то, что относится к пользе отдельных лиц и приносит пользу частную3. Такое деление права римские юристы делали в зависимости от регулируемых общественных отношений.

В науке имеют место довольно оригинальные вариации восприятия частного и публичного права. В частности, по мнению М.П. Караевой, деление права на публичное и частное относится не к систематике и не к систематизации, а к сущности права. По мнению вышеуказанного автора, сама суть права такова, что оно всегда сочетает в себе общественные и индивидуальные (личностные) интересы. В зависимости от преобладания регламентируемой заинтересованности правовые предписания могут быть подразделены на два блока, которые и именуются публичным и частным правом. Таким образом, вопрос о дуализме права должен быть вынесен за рамки обсуждений системы права (ибо предметом последних является разграничение норм позитивного права).

Многие правоведы, разделяя теорию позитивизма, считают, что структура права, его система, однажды сформированная, есть постоянная, объективная и не подлежащая никакой трансформации субстанция. Позитивисты отрицают саму идею расширения системы права, появление в ней новых отраслей права, то есть ими отрицается сама возможность отличать реально существующую (фактическую) систему права от системы права, существующей уже многие десятилетия. Подобными взглядами, как справедливо указывает В.А. Четвер-нин, «отрицается возможность познания сущности права»4. Такие абстрактные теории права отрываются от жизни и становятся бесполезными.

На наш взгляд, только в антологическом аспекте естественно-правового мышления можно ответить на вопросы: «какова система права?», «что есть отрасль права?» и «каковы происходящие процессы в системе права?». По мнению О.Г. Данильяна,

естественно-правовое мышление выполняет функцию объяснения сущности и понимания смысла права и его системы5. К пониманию смысла права, его системы и происходящих процессов в праве необходимо подходить не как к чему-то догматическому, однажды данному социальному явлению, а как к живому саморазвивающемуся правовому организму, опирающемуся на такие понятия, как справедливость, неотвратимость, функциональность, целесообразность.

Также обосновывая систему права с позиции объективизма, нельзя получить ответ на вопрос о целесообразности трансформации права, поскольку из-за отождествления должного и фактического невозможно занять никакой ценностной позиции, сказать, например, насколько целесообразно в настоящий момент построение именно такой системы права. По нашему мнению, только с позиции субъективизма можно подойти к выявлению природы и сущности права, и его структуры, поскольку правовой субъективизм побуждает творческую активность субъекта.

Л.И. Дембо совершенно справедливо обосновывал необходимость научной разработки системы права в зависимости от ее исторической обуслов-ленности6. Вышеуказанный автор утверждал, что система права есть совокупность заложенных в ней правовых принципов, и система права обусловлена этими принципами. Соглашаясь с позицией вышеназванного ученого, отметим, что принципы права отражают взгляды законодателя (а следовательно, государства) на правовую материю на определенном этапе своего развития. Следовательно, принципы права, являясь детерминантом развития права, лежат в основе когерентности системы права.

Система права, с одной стороны, возникает объективно внутри надстройки. Элементы системы права появляются постепенно в праве, причем не только индивидуализировано в каждом государстве, но и могут видоизменяться вместе с изменениями в базисных отношениях по истечении времени в одном и том же государственном образовании. Задача исследователей права увидеть эти зародившиеся новые элементы внутри системы права с тем, чтобы исследовать их и закрепить в последующем в объективном праве.

Г.Ф. Шершеневич справедливо указывал, что теоретическая, педагогическая и практическая причины приводят к необходимости разделить действующее право по отделам7. Если следовать вышеуказанной логике, то система российского права состоит из отдельных отраслей права, между которыми постоянно проходят тектонические

3 См.: Кофанов Л.Л. Дигесты Юстиниана. М.: Статут, 2004. С. 13.

4 Четвернин В.А. Современные концепции естественно-

го права. М.: Наука, 1988. С. 13.

5 См.: Данильян О.Г. Философия права. М.: Эксмо. 2007. С. 39.

6 См.: Дембо Л.И. О принципах построения системы права // Советское государство и право. 1956. № 8. С. 91-93.

7 См.: Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. М.: Юрид.

колледж МГУ, 1995. Т. 2. Вып. 4. С. 446.

процессы, одни отрасли права умирают, но появляются другие отрасли.

Определяя систему права, В.М. Чхиквадзе и Ц.А. Ямпольская справедливо замечают, что это не простая сумма отдельных элементов, из которых составляется нечто целое, это сложная взаимосвязь и взаимозависимость различных элемен-тов8. Примерно такой же точки зрения придерживался и Д.А. Керимов, который также видел систему права как множество связанных друг с другом юридических норм, дифференцированных по отраслям права9.

Система романо-германского права состоит из взаимосвязанных между собой элементов, таких как отрасль, подотрасль, субинститут, институт, норма права. В США действующая система права состоит из законодательства 50 штатов и одного федерального законодательства. В каждом штате имеется своя конституция и свое законодательство, которое может и входить в противоречие с законодательством других штатов. Несмотря на отсутствие отраслей в системе права, сложившаяся система права в США более динамично приспосабливается к изменениям в базисных отношениях и способна к изменениям в более короткие сроки в целях более эффективного регулирования.

Следует заметить, что решить задачу разделения не только системы права, но и юридических дисциплин призывал еще А.Я. Вышинский в 1938 г., когда предлагал построить систему советского права таким образом, чтобы, во-первых, систематизировать принципы; во-вторых, классифицировать юридические дисциплины; в-третьих, дать исчерпывающее описание и определение тех задач, которые стоят перед каждой дисциплиной в отдельности и перед всей наукой в целом10.

Искусственное эклектическое смешение качественно неоднородных общественных отношений ведет к диффамации учения о праве, его системе, девальвирует критерии индивидуализации отраслей права, замедляет развитие фундаментальных теоретических исследований, что в конечном счете сказывается на качестве правового регулирования общественных отношений. Соответствующим примером может служить отрицание объективной необходимости формирования отрасли исполнительного законодательства, изолированное развитие уголовно-исполнительного и гражданского исполнительного законодательства. При наличии отрасли уголовно-исполнительного права в науке отрицается самостоятельность отрасли гражданского исполнительного права, последнее, кроме того,

необоснованно фактически отожествляется с институтом исполнительного производства гражданского процессуального права. В последние десятилетия в научных исследованиях обосновываются новые отрасли права, такие как спортивное, муниципальное, хозяйственное, корпоративное, налоговое. Так, на самостоятельность налогового права указывает Ю.А. Крохина11. Поэтому особенно важно в настоящее время изучить и выявить те процессы, которые приводят к трансформации системы права. И, по нашему мнению, в российском праве одновременно проходят два процесса: конвергенции и дивергенции системы права. С одной стороны, появляются самостоятельные отрасли в системе права, они появляются постепенно и объективно, в силу развития экономики, самого государства, социальных процессов. С другой стороны, некоторые отрасли права утрачивают свою самостоятельность, сливаясь с другими отраслями права.

В последнее время в правоведении становится популярной теория конвергенции или, иными словами, теория сближения, схождения структурных элементов правовой материи. Как нам представляется, такие рассуждения не лишены логики. В условиях глобализации правовой формы, комплексности предмета правового регулирования грань между элементами системы права постепенно будет стираться. Данное положение актуализирует либо возникновение комплексных отраслей права, либо отказ от отраслевого деления системы права. Через призму теории конвергенции уже сегодня можно по-новому взглянуть на государственно-правовую материю. Как справедливо отмечает Н.М. Коршунов: «в рамках сближения происходит взаимообогащение, взаимопроникновение права в различных ареалах, когда соединяются в единые правовые образования, в целостные юридические конструкции преимущества и достижения различных сфер права и различных правовых систем»12. О дальнейшей конвергенции права как процессе взаимодействия отдельных элементов национальной правовой системы, а также отдельных правовых систем в форме повышенной степени связанности и согласованности говорили многие исследователи права (например, О.Д. Третьякова13, С.С. Алексеев14 и др.).

Сегодня мы можем наблюдать, как происходит конвергенция частного и публичного права. Грань между ними постепенно стирается. В сферу, регулируемую публичным правом, постепенно приходят

8 См.: Чхиквадзе В.М., Ямпольская Ц.А. О системе советского права // Советское государство и право. 1967. № 9. С. 32.

9 См.: Керимов Д.А. Философские проблемы права. М.: Мысль, 1972. С. 288.

10 См.: Вышинский А.Я. Основные задачи науки советского социалистического права // Советское государство и право. 1938. № 1. С. 30.

11 См.: Крохина Ю.А. Влияние правовых позиций Конституционного Суда РФ на формирование налогового права. Вопросы правоведения. 2014. № 1. С. 125.

12 Коршунов Н.М. Конвергенция частного и публичного права: проблемы теории и практики. М.: Норма, 2011. С. 22.

13 См.: Третьякова О.Д. Когеренция правовых систем (на примере Конституции США, Афганистана и Филиппин) // Российский следователь. 2008. № 10. С. 37.

14 См.: Алексеев С.С. Восхождение к праву: Поиски и ре-

шения. М.: Норма, 2001. С. 436-446.

частные правоотношения, и наоборот, сфера частного права может охватывать публичные правоотношения. В подтверждение вышесказанного следует привести такой пример. Исполнительное право является публичным правом, в котором возникают властные правоотношения между судебным приставом-исполнителем и иными субъектами, в том числе отношения, связанные с хранителем арестованного имущества. С одной стороны, это частные правоотношения, и возникают они на основе гражданско-правового договора хранения. С другой стороны, это и публичные правоотношения, поскольку помимо договора возникают на основании постановления судебного пристава-исполнителя. Хранитель также предупреждается об уголовной ответственности за сохранность полученного имущества должника. Как справедливо указывает Н.М. Коршунов, «право едино в своем основании, охватывает всю социальную жизнь и дает содержание как публичному, так и частному праву. Именно поэтому догматическое различие между тем и другим может быть лишь условным и приводимым исключительно в учебных и практических целях»15. На процессы конвергенции в правовой материи указывает также проходящая в настоящее время реформа процессуального права. Мы видим, как проходит объединение гражданского процессуального и арбитражного процессуального права в единую отрасль гражданского процессуального права.

Долгие годы правоведы полагали, что существуют только два блока отраслей права: материальный и процессуальный. Были выработаны критерии «деления права по горизонтали» (материальное и процессуальное право). Материальный сектор права объединяет отрасли права, содержащие в себе материальные нормы и закрепляющие статику в правообладании той или иной формой собственности. В то время как процессуальный сектор права состоит из процессуальных отраслей права, которые, в свою очередь, состоят из процессуальных норм, закрепляющих динамику, движение по восстановлению нарушенных прав и свобод. Такие нормы решают процедурные вопросы по номинальному восстановлению нарушенного права. В частности, Н.И. Матузов выделял пять процессуальных отраслей права: гражданское, уголовное, административное, арбитражное и конституционное16. В последнее десятилетие в правоведении появились научные исследования, обосновывающие третий блок отраслей права — исполнительное право, к которому можно отнести следующие отрасли: уголовно-исполнительное право, гражданское исполнительное право, административное исполнительное право17.

Некоторые исследователи в настоящее время выделяют в системе права и такой ее элемент, как комплексная отрасль, более крупное правовое образование, чем отрасль права. Такой точки зрения придерживался, в частности, М.К. Юков, который еще в 1975 г. предлагал рассматривать гражданское исполнительное право в качестве комплексной отрасли права18.

С развитием государства и общества появляется все больше специфических общественных отношений, регулируемых нормами различных отраслей права, поэтому все сложнее выделить самостоятельные отрасли права, которые не имеют комплексных институтов. Как нам представляется, термин «самостоятельность отрасли» имеет условное значение. И об этом справедливо писал еще Ю.К. Толстой, указывая, что «чистых» отраслей не бывает. Одни и те же отношения могут входить в предмет правового регулирования нескольких отраслей19. Дальнейшее развитие науки, изучение более глубоких структурных связей в правовой материи позволяет расширить закономерности развития как самой системы права, так и ее структурных элементов. Расширение и изменение системы права, конечно, должно идти не в хаотичном порядке. Структурные элементы в любом случае должны обеспечивать единство всей правовой материи, ее согласованность, внутреннюю связь с государством. Таким образом, одновременно с процессами конвергенции в праве происходит и дивергенция (разделение существующих уже отраслей на самостоятельные отрасли права). Так, к настоящему времени можно констатировать, что из таких отраслей, как гражданское процессуальное и арбитражное процессуальное право, выделилась отрасль административного процессуального права. В 2015 г. принят впервые в нашей стране Кодекс административного судопроизводства (КАС).

Главным здесь, по мнению Т.Н. Радько, является единство системы права, которое обеспечивается: во-первых, непротиворечивостью содержания правовых норм; во-вторых, системой конкретного государства, которое заинтересовано в единстве и устойчивости; в-третьих, единством целей и задач; в-четвертых, самим внутренним единством системы20.

Небезынтересно, что в развернувшейся дискуссии по вопросам системы права в 1982 г. ряд ученых встали на путь отрицания отраслей права (Ц.А. Ямпольская, Р.З. Лившиц, И.А. Танчук). Представители данного направления в науке предлагали отойти от отрасли права и признать систему законодательства и отрасль законода-

15 Коршунов Н.М. Указ. соч. С. 26.

16 См.: Матузов Н.И., Малько А.В. Теория государства и права: курс лекций. М.: Юристь, 2002. С. 398.

17 См.: Свирин Ю.А. Исполнительное право в системе российского права: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2012. С. 79.

18 См.: Юков М.К. Самостоятельность норм, регулирующих исполнительное производство // Проблемы совершенствования ГПК РСФСР: науч. тр. Свердловск: изд-во СЮИ, 1975. Вып. 40. С. 94.

19 См.: Толстой Ю.К. Теория права. М., 1998. С. 136.

20 См.: Радько Т.Н. Теория государства и права. М.: Проспект. 2010. С. 386.

тельства21. Однако данное направление не нашло своего закрепления в науке и большого числа его последователей.

Многие исследователи права уделяли внимание такой правовой категории, как отрасль права. Именно отрасли права играют определяющую роль в системе права, несмотря на то, что первичным элементом выступает норма права. В науке до настоящего времени нет единых универсальных критериев разделения системы права по отраслям. И здесь известны различные точки зрения.

Так, Д.А. Керимов характеризовал отрасль права как объективно сложившуюся внутри единой системы права в виде ее обособленной части группу правовых институтов и норм, регулирующих качественно однородные общественные отношения на основе определенных принципов и специфических методов, в силу этого приобретающих относительную самостоятельность, устойчивость и автономность функционирования22. Таким образом, в основе деления всех отраслей права Д.А. Керимов различал следующие критерии: общественные отношения (предмет), метод и принципы.

Несмотря на разный подход к определению отраслей и критериев деления системы права, в науке давно замечено, что все отрасли права разграничиваются в силу объективно присущих качеств каждой отрасли. Многие отрасли взаимно исключают друг друга, однако некоторые отрасли подвержены влиянию конвергенции, то есть сближению или даже пересечению.

Кроме того, в развернувшейся в 50-е гг. прошлого века дискуссии о концепции хозяйственного права предлагалось рассматривать хозяйственное законодательство как комплексное образование, выражающее форму сложного взаимодействия норм различных отраслей права. Хозяйственное право понималось в виде совокупности норм и институтов различных отраслей права, функционально взаимодействующих в регулировании однородных общественных отношений. Так, сторонники монистической теории (академик В.В. Лаптев) считали хозяйственное право самостоятельной отраслью права, со своим предметным единством. Пред-

ставители другого направления, так называемого дуалистического (профессор Е.А. Суханов), рассматривали хозяйственное право как комплексную отрасль, в которой присутствуют частноправовые отношения и административные.

В настоящее время из гражданского права отпочковалась и стала самостоятельной отрасль корпоративного права, представляющая собой не только самостоятельную субстанцию в системе права, но также и самостоятельную отрасль законодательства, самостоятельное направление научного исследования и научную специализацию.

Ввиду отсутствия универсального объективного подхода к понятию отрасли права и критериям деления системы права на части, в последние годы все больше исследователей делают попытки отождествить отрасль права и отрасль законодательства, систему права и систему законодательства. Однако, как нам представляется, данный подход является схоластическим, ненаучным и представляет собой не что иное, как попытку уйти от разрешения назревших проблем. При анализе вышеописанных процессов, происходящих сегодня в праве, прежде всего необходимо познание сущности права. Н.И. Козюбра предлагал исследовать сущность права посредством его взаимного влияния на экономические и социальные процессы23. По нашему представлению, сущность каждой отрасли права заключается не только в ее предмете (правоотношения) и методах правового регулирования (воздействие права на социальные, экономические процессы и на субъекты правоотношений). Сущность отрасли права есть некая внутренняя индивидуальная устойчивая субстанция. Проанализировав отрасли права, можно заметить, что у каждой отрасли имеется индивидуальный субъектный состав правоотношений, свой предмет правового регулирования, свои источники права, система отраслевых принципов, функции, цель отрасли, отраслевой режим. Перечисленные субстанции имеют устойчивую связь между собой. Именно в этом проявляется сущность отрасли, именно по этим критериям можно структурировать систему права и определить процессы, происходящие сегодня внутри правовой материи.

Библиография:

1. Алексеев С.С. Восхождение к праву: Поиски и решения. М.: Норма, 2001. 752 с.

2. Вышинский А.Я. Основные задачи науки советского социалистического права // Социалистическая законность. 1938. № 8. С. 1-34

3. Дембо Л.И. О принципах построения системы права // Советское государство и право. 1956. № 8. С. 88-98.

4. Данильян О.Г. Философия права. М.: Эксмо, 2007. 416 с.

5. Кофанов Л.Л. Дигесты Юстиниана. М.: Статут, 2004. 584 с.

6. Керимов Д.А. Философские проблемы права. М.: Мысль, 1972. 472 с.

7. Коршунов Н.М. Конвергенция частного и публичного права: проблемы теории и практики. М.: Норма, 2011. 240 с.

21 См.: Лившиц Р.З. Система советского права и перспектива ее развития // Советское государство и право. 1982.

№ 6. С. 94-95; № 8. С. 56-57. _

22 См.: Керимов Д.А. Методология права. 2-е изд. М.: 23 См.: Козюбра Н.И. Некоторые тенденции развития

Аванта, 2001. С. 267. права. М.: Изд-во ИГиП АН СССР, 1982. С. 110.

8. Крохина Ю.А. Влияние правовых позиций Конституционного Суда РФ на формирование налогового права // Вопросы правоведения. 2014. № 1. С. 214—224.

9. Козюбра Н.И. Некоторые тенденции развития права зрелого социализма // XXVI съезд КПСС и проблемы теории государства и права. М.: Изд-во ИГиП АН СССР, 1982. С. 110-114

10. Лившиц Р.З. Система советского права и перспектива ее развития // Советское государство и право. 1982. № 6. С. 95-97.

11. Матузов Н.И., Малько А.В. Теория государства и права: курс лекций. М.: Юристь, 2001. 776 с.

12. Макеева Е.М. Системный подход как способ познания права // Государственная власть и местное самоуправление. 2009. № 6. С. 4-7.

13. Радько Т.Н. Теория государства и права. М.: Проспект, 2010. 176 с.

14. Свирин Ю.А. Исполнительное право в системе российского права: дис. ... д-ра.юрид. наук. М., 2012. 375 с.

15. Третьякова О.Д. Когеренция правовых систем (на примере Конституции США, Афганистана и Филиппин) // Росийский следователь. 2008. № 10. С. 37-40.

16. Четвернин В.А. Современные концепции естественного права. М.: Наука, 1988. 144 с.

17. Чхиквадзе В.М., Ямпольская Ц.А. О системе советского права // Советское государство и право. 1967. № 9. С. 31-40.

18. Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. М.: Юрид. колледж МГУ, 1995. Т 2. Вып. 4. 362 с.

19. Юков М.К. Самостоятельность норм, регулирующих исполнительное производство // Проблемы совершенствования ГПК РСФСР: науч. тр. Свердловск: Изд-во СЮИ, 1975. Вып. 40. С. 94-97.

References (transliteration):

1. Alekseev S.S. Voshozhdenie k pravu: Poiski i reshenija. M.: Norma, 2001. 752 s.

2. Vyshinskij A.Ja. Osnovnye zadachi nauki sovetskogo socialisticheskogo prava // Socialisticheskaja zakonnost'. 1938. № 8. S. 1-34

3. Dembo L.I. O principah postroenija sistemy prava // Sovetskoe gosudarstvo i pravo. 1956. № 8. S. 88-98.

4. Danil'jan O.G. Filosofija prava. M.: Jeksmo, 2007. 416 s.

5. Kofanov L.L. Digesty Justiniana. M.: Statut, 2004. 584 s.

6. Kerimov D.A. Filosofskie problemy prava. M.: Mysl', 1972. 472 s.

7. Korshunov N.M. Konvergencija chastnogo i publichnogo prava: problemy teorii i praktiki. M.: Norma, 2011. 240 s.

8. Krohina Ju.A. Vlijanie pravovyh pozicij Konstitucionnogo Suda RF na formirovanie nalogovogo prava // Voprosy pra-vovedenija. 2014. № 1. S. 214-224.

9. Kozjubra N.I. Nekotorye tendencii razvitija prava zrelogo socializma // XXVI sezd KPSS i problemy teorii gosudarstva i prava. M.: Izd-vo IGiP AN SSSR, 1982. S. 110-114

10. Livshic R.Z. Sistema sovetskogo prava i perspektiva ee razvitija // Sovetskoe gosudarstvo i pravo. 1982. № 6. S. 95-97.

11. Matuzov N.I., Mal'ko A.V. Teorija gosudarstva i prava: kurs lekcij. M.: Jurist', 2001. 776 s.

12. Makeeva E.M. Sistemnyj podhod kak sposob poznanija prava // Gosudarstvennaja vlast' i mestnoe samoupravlenie. 2009. № 6. S. 4-7.

13. Rad'ko T.N. Teorija gosudarstva i prava. M.: Prospekt, 2010. 176 s.

14. Svirin Ju.A. Ispolnitel'noe pravo v sisteme rossijskogo prava: dis. ... d-ra. jurid. nauk. M., 2012. 375 s.

15. Tret'jakova O.D. Kogerencija pravovyh sistem (na primere Konstitucii SShA, Afganistana i Filippin) // Rosijskij sledo-vatel'. 2008. № 10. S. 37-40.

16. Chetvernin V.A. Sovremennye koncepcii estestvennogo prava. M.: Nauka, 1988. 144 s.

17. Chhikvadze V.M., Jampol'skaja C.A. O sisteme sovetskogo prava // Sovetskoe gosudarstvo i pravo. 1967. № 9. S. 31-40.

18. Shershenevich G.F. Obshhaja teorija prava. M.: Jurid. kolledzh MGU, 1995. T 2. Vyp. 4. 362 s.

19. Jukov M.K. Samostojatel'nost' norm, regulirujushhihispolnitel'noeproizvodstvo // Problemysovershenstvovanija GPK RSFSR: nauch. tr. Sverdlovsk: Izd-voSJuI, 1975. Vyp. 40. S. 94-97.

Материал поступил в редакцию 20 марта 2015 г.

Coherence of the legal system

SVIRIN, Yury Aleksandrovich — Doctor of Legal Sciences, Professor of the Department of Civil and Administrative Judicial Proceedings of the Kutafin Moscow State University, Full Member of the Russian Academy of Natural Sciences, Academician of the Academy of Fundamental Sciences. [usvirin@mail.ru]

123995, Russia, Moskva, ul. Sadovaya-Kudrinskaya, 9.

Review. The said article provides analysis of the currently ongoing oppositely directed processes within the legal system: divergence and convergence. It is noted that in the current conditions there is a convergence of the private and public law. At the same time with the processes of convergence in law, there is divergence (separation of the existing branches of law into new branches). For example, in the opinion of the author the administrative procedural law is now being separated from civil procedural law and arbitration procedural law. The system of law is a flexible legal category, on one hand, it unites norms of law, and on the other hand it divides them into interrelated groups. The author defines system as a legal instrument, by which the legal norms are sorted into institutions and branches of law.

Keywords: system of law, nature of law, convergence, divergence, coherence of the system of law, criteria for distinction in the system of law.