«Что могли бы кочевники сказать об Овидии». Рецензия на книгу А. В. Коровашко о М. М. Бахтине

Долгорукова Н. М. «Что могли бы кочевники сказать об Овидии» : рецензия на книгу А. В. Коровашко о М.М. Бахтине // Философия. Журнал Высшей школы экономики. — 2017. — Т. I, № 3. — С. 183-190.

Наталья Долгорукова*

«Что могли бы кочевники сказать об Овидии»**

рецензия на книгу А.В. Коровашко о М.М. Бахтине

Коровашко А. В. Михаил Бахтин. — М. : Молодая гвардия, 2017. —

Многим западным ученым не-славистам русская гуманитарная наука XX века представляется (и не без оснований) как взаимодействие двух больших явлений: формалистов и М.М. Бахтина (1895-1975). Это — основной вклад русской науки в мировую гуманитаристику. Из формализма, благодаря посредничеству Романа Якобсона, родился французский структурализм; из Бахтина, благодаря посредничеству Юлии Кристевой, родился Барт с его концепцией «смерти автора».

Слава и признание, которых Бахтин поначалу был удостоен на Западе1, постепенно проходили, или, вернее, дискурс Bakhtin industry из хвалебного все чаще переходил в разоблачительный. Что касается исследователей Бахтина, то если раньше они делились на славистов, читающих М. М. Бахтина в оригинале, и тех, кто читал его в переводах (благо в шестидесятые годы основные труды Бахтина были переведены на основные европейские языки), то теперь появилась третья группа: Бахтина эти исследователи уже не читают — они его разоблачают.

* Долгорукова Наталья Михайловна, к. филол. н., старший преподаватель школы филологии факультета гуманитарных наук, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики» (Москва), ndolgorukova@hse.ru.

**© Долгорукова, Н.М. © Философия. Журнал Высшей школы экономики. Статья подготовлена в ходе проведения работы (№ 16—05—0031) в рамках Программы «Научный фонд Национального исследовательского университета „Высшая школа экономики" (НИУ ВШЭ)» в 2017 г. и в рамках государственной поддержки ведущих университетов Российской Федерации «5—100».

1В Англии при Шеффилдском университете существует центр по изучению трудов Бахтина, первое собрание сочинений Бахтина вышло в Японии на японском языке, первая биография Бахтина вышла в Америке на английском языке (Clark, Holquist, 1984), в Сорбонне изучение Рабле не обходится без книги Бахтина, его любят представители квир- и феминистских исследований (см., например: Barsky, 1994: 135—141)...

Так, если прежний директор Бахтинского центра в Шеффилде Клайв Томсон прекрасно говорил и читал (Бахтина, но не только) по-русски, то нынешний — Крег Брендист—по-русски даже не говорит. Он занимается марксизмом, и только из-за этого Бахтин попал в сферу его интересов — хотя, заметим, марксистская идеология была наиболее чуждой для Бахтина.

Что же касается посвященных Бахтину книг, появившихся в последние годы на Западе, достаточно привести название последней — очень толстой и вышедшей в престижном швейцарском издательстве: «Бахтин без маски. История лжеца, мошенничества и всеобщего помешательства» (Bronckart, Bota, 2011)2. Итак, Бахтин — выдумщик и вор, сфальсифицировавший свою биографию, пытавшийся украсть книги своих рано умерших друзей, прославиться за их счет, а также заработать по-легкому. Вот краткое резюме швейцарской книги и тренд бахтинской индустрии, который нашел своих адептов и на родине философа.

Алексей Коровашко, считающий вышеназванную книгу «примечательной» (Коровашко, 2017: 230)3, является представителем этого же тренда. Уже в аннотации книги читатель находит обещание реконструировать «бахтинскую биографию, чрезвычайно богатую авантюрными сюжетами, загадками и мистификациями», в первой главе — утверждение, что Бахтин постоянно подправлял «текст собственной судьбы в беседах, анкетах и воспоминаниях» (там же: 7), «потчевал Дувакина побасенками» (там же: 38) и «быличками» (там же: 42) (сказывается любовь Коровашко к русскому фольклору), а также прямые оскорбления и обвинения: так, Бахтин назван «самозванцем» (там же: 47), не упускающим «случая вставить в монографию немецкий термин» (там же: 275), «неудачником, и, как бы сейчас сказали, лузером» (там же: 24), «фэнтезийным собеседником» (там же: 45) Дувакина — и даже оказывается заподозрен в курении гашиша (там же: 35).

Однако досталось не только Михаилу. Так, старший брат «Коля Бахтин» (там же: 30) представлен как начинающий поэт, надеющийся «проскочить во взрослое шоу „Поэтический Голос", минуя обязательное квалификационное выступление в проекте „Поэтический Голос. Дети"»

2См. нашу рецензию: Махлин, Долгорукова, 2013.

3Отметим, что библиография к книге Коровашко включает всего пять (!) написанных на английском языке работ о М.М. Бахтине, причем самой свежей из них—почти двадцать лет.

(Коровашко, 2017: 29). Дальше—больше. Посмотрим, как «литературовед» Коровашко анализирует стихи тринадцатилетнего Николая Михайловича Бахтина, сравнивая их с элегией Владимира Соловьева: «Набор образов, которыми гимназист Коля Бахтин нашпиговал свой рифмованный „аусвайс" в дивный мир толстожурнальной поэзии, органично смотрелся бы и в стихотворениях многочисленных эпигонов русского символизма [...]. В появившейся годом позже „Фантазии" Константина Бальмонта лунарность впрыскивается в сознание читателя уже не пристойно-диетическими, а разнузданно-лошадиными дозами» (там же: 30). Сделав подобный разнузданно-непристойный «литературоведческий анализ», довольный Коровашко, цитируя Владимира Высоцкого, обращается к «Коле Бахтину»: «Значит, нужные книги ты в детстве читал!» (там же: 31). Нас уже не удивит, что несколькими строчками ниже возникнет и Тимур Кибиров, и Эдуард Дымный (кто это?), и свинка, и корь (там же).

В оглавлении Коровашко хватает наглости называть М. М. Бахтина «второгодником», а подзаголовки его безвкусной книги пестрят безвкусными цитатами: «Мещанин во дворянстве, или Домби и внук» (там же: 7), «Между молотом и избой-читальней» (там же: 79), «Циклоп Полифон, или Как нам уконтрапунктить Достоевского» (там же: 258), «Если рукописи не сгорают, их эксгумируют» (там же: 118), «Пацан сказал — пацан сделал, или Инструкция по борьбе с живыми мертвецами» (там же), «Ах, карнавал! Удивительный мир.» (там же: 372). Кстати сказать, истоки бахтинской карнавальной теории, поныне вызывающие живейший исследовательский интерес и спорные толкования, найдены господином Коровашко. в гимназическом туалете, где «Коля Бахтин» с другими мальчиками пел «Интернационал», «Варшавянку» и другие революционные песни (там же: 32-33). И, видимо, только врожденная скромность г-на Коровашко не позволяет ему «говорить о прямом влиянии гимназического туалетного опыта на формирование бахтинской концепции карнавала» (там же: 33). Профессор Коровашко милостиво предоставляет такую лакомую тему «кому-нибудь другому, из племени младого, незнакомого» (там же). Возможно, речь идет об учениках профессора? Однако карнавал господин Коровашко находит не только в туалете, но и, например, в Одессе. Цитируя бахтинское описание города, Коровашко не может заткнуть свой фонтан: «Ну, вообще Одесса — город прекрасный. Прекрасный. Очень солнечный, очень веселый (так и хочется добавить: карнавальный. — А. К.)» (там же: 48).

Полуторастраничное же введение в книгу содержит одно определение («индустрия Бахтина — специфическая научная парадигма, обладающая всеми признаками массового культа», Коровашко, 2017: 5), одно сравнение (Бахтин сравнивается с Марксом и Энгельсом, там же: 6), один противоречивый тезис (с одной стороны, Коровашко утверждает, что «пик развития „индустрии Бахтина"» уже пройден, и, тут же, что она «переживает „кризис перепроизводства"», там же) и один лозунг («Назад, к Бахтину!», там же). О качестве этих определений, сравнений, тезисов и лозунгов читатель, думаю, может судить сам.

Вообще, сравнение—любимый прием Коровашко. То «Михаил Бахтин» сравнивается с Маяковским, погибшим дважды — когда он пустил себе пулю в лоб и «когда его стали насаждать, как [сравнение в сравнении!— Н.Д.] картошку при Екатерине» (там же: 5), — то с Бартом, ведь у него тоже был «туберкулез, пусть и не костный, но от того не менее опасный» (там же: 21); то ссылка М.М. Бахтина в Кустанай сравнивается со ссылкой «Александра Меншикова в Березов, Ивана Худякова в Верхоянск или Владимира Богораза-Тана в Среднеколымск» (там же: 295), то книга о Достоевском—со Священным Писанием, «каждая буква которого должна вызывать немое восхищение» (там же: 294). Но что там Владимир Богораз-Тан. Коровашко не останавливается на достигнутом и сравнивает М. М. Бахтина с... Хлестаковым! И добавляет: «Если бы Бахтин вознамерился составить официальную справку о своем имущественном положении, то вполне бы мог не растекаться цифрами по древу столбцов и клеток, а высказаться в духе Хлестакова: „имения, имения, имения—тридцать пять тысяч одних имений!"» (там же: 10-11).

Еще два сравнения, которые вызовут удивление даже у самых искушенных читателей трудов Коровашко: бахтинскую рукопись «К философии поступка» господин Коровашко сравнивает с «черепом без виска и основания» (там же: 122) Ивана Грозного (я не шучу!), а самого ученого — с вампиром: «Как вампир не может существовать без регулярных порций человеческой крови, так и Бахтин был не в состоянии жить, не утоляя вечные приступы книжного голода» (там же: 321).

Есть в опусе нижегородского профессора и более классическое сравнение М. М. Бахтина с формалистами. Однако вовсе не содержательная сторона спора Бахтина с формальной школой волнует г-на Коровашко. Бахтин в разговоре с Дувакиным утверждал, что в ОПОЯЗе не было «веселого критического отношения ко всем явлениям жизни и совре-

менной культуры». Коровашко, защитник формалистов4, восклицает: «И это говорит человек, от которого не сохранилось ни одной шутки, остроумной реплики, связанной с розыгрышем смешной истории и т.п.» (Коровашко, 2017: 53) — и, снова сравнивая, добавляет пассаж о Евгении Поливанове, «в котором карнавальность была сгущена до такой степени, что Бахтин в сопоставлении с ним начинает казаться пересушенным экземпляром антропоморфного гербария» (там же: 54).

Однако наш автор может не только сравнивать. Он может давать рецепты:

.относиться к ней [к книге Бахтина о Достоевском. — Н. Д.] нужно так, как относятся к обычному литературоведческому труду [à la труды Коровашко?— Н. Д.], имеющему свои достоинства и свои недостатки [по-видимому, исследователи со всего мира, переводя книгу о Достоевском, закрывали на ее недостатки глаза — иначе чем объяснить ее немеркнущую славу и на Западе, и у нас? — Н. Д.]. Было бы чрезвычайно полезно принимать исследование Бахтина «внутрь» не в виде отдельного филологического блюда, способного полностью захватить сознание [может, все-таки желудок? — Н. Д.] доверчивого читателя, а вместе с противоядием, изготовленным, например, тем же Комаровичем. Его [Комаровича? — Н. Д.] вкусовые качества при такой «сервировке» только улучшатся (там же: 294).

А еще он может, как и многие другие «ученики» М. М. Бахтина, применять его раблезианскую карнавальную теорию к текстам классической русской литературы. Хотя, пожалуй, такого анализа «Героя нашего времени» мы еще не видели. Приведем его полностью:

Печорин после участия в боевых действиях против непокоренных горцев приезжает для отдыха и лечения в Пятигорск. Руководствуясь методикой Бахтина, мы можем сказать, что он временно покинул царство смерти, образованное пространством военных экспедиций и полномасштабных сражений, и переместился на территорию, идентичную по своей функции островам блаженных европейской мифологии, где герои легендарных сказаний имели обычай исцелять свои раны и наслаждаться женским обществом. Главное средство восстановления сил, предлагаемое пятигорским курортом, — это минеральные воды. Минеральные воды, бьющие из подземных источников,— это, как сказал бы Бахтин, моча земли [...]. Таким образом, Печорин, подобно многочисленным персонажам «Гаргантюа и Пантагрюэля», оказывается буквально потоплен в потоках мочи. Но это, как легко догадаться, амбивалентное событие: захлебываясь в земных испражнениях, Печорин не теряет жизнь, а, наоборот, всячески увеличивает ее витальный потенциал. (там же: 393).

4См. подробнее: Коровашко, 2001.

Проделав свой «анализ», Коровашко заключает: «.методика, примененная Бахтиным в „Творчестве Франсуа Рабле.", может быть использована для анализа любого произведения любого времени и с абсолютной неизбежностью приведет к одним и тем же выводам» (Коровашко, 2017: 395).

Видимо, это и есть «новый взгляд на философско-литературоведче-скую концепцию ученого», обещанный нам в аннотации книги — стоящей, кстати, почти тысячу рублей. Очень жаль, что для славной в прошлом серии «ЖЗЛ» биографию главного российского мыслителя XX в. пишет «расчленитель»5, который не владеет грамотной русской речью и позволяет себе выражения типа: «тяга к высокопробному нон-фикшну» (там же: 37); «золотой фонд философии на языке оригинальных сочинений» (там же); «Михаил продолжил увеличивать свою философскую начитанность» (там же: 38); «способность мгновенно угадывать ^ собеседника» (про М. М. Бахтина, там же); «ас духовного маркетинга» (про Мартина Бубера, там же: 39); «вживание в роль Колумба кирке-горовых философских земель — еще один рецидив столь свойственной Бахтину „хлестаковщины"» (там же); Бахтин, «который никогда не упускал возможности помахать перед носом собеседника виртуальными „корочками"» вузовского диплома (там же: 41); «срубить немного бабла» (о статье «Современный витализм», которую Бахтин написал для Кана-ева, там же: 222); «под „вывеской" Медведева» (там же: 225), «селфи» Вагинова (там же: 245); «сиквел» (о «Слове в романе», там же: 298); «коэффициент полезного действия Бахтина» (там же: 326); «раблези-стика» (там же: 432); «вбегающий в науку с радостным бахтинячьим визгом аспирант» (там же: 436) и т. д.

Книга Коровашко кончается «коридором перехода»: «Память о трудах и днях Бахтина—это широко распахнутая дверь в коридор такого перехода» (там же: 447) и цитатой из обожателя Бахтина Георгия Гачева, который, описывая похороны философа, вспоминал, что «речей не было. Ни у кого не поднималась рука разверзнуть пасть свою и выплеснуть слово» (там же). Действительно, наиболее приближенные к М. М. Бахтину люди (В. В. Кожинов, С. Г. Бочаров, Г. Д. Гачев, В. Н. Турбин и другие) писали о нем очень мало и очень неохотно. Они, скорее, пытались сохранить для истории слова Бахтина (см.: Аверинцев,

5Так в шекспироведении называют антистретфордианцев.

lg76; Бахтин, 2002; Бочаров, lgg3). Коровашко пишет о Бахтине много и охотно: книги, статьи, интервью6.

В своей единственной опубликованной при жизни статье о Бахтине «Овидий среди кочевников. По поводу одной реплики M. M. Бахтина» почитатель и ученик Бахтина Владимир Турбин рассказывал:

Mbi [Гачев, Бочаров и др. — Н. Д.] педавпо собрались — те, кто был с Бахтиным с начала 60-х годов до конца его жизни, до 7 марта lg76 года. И в который раз пытались мы определить Бахтина, найти образ, хоть сколько-нибудь адекватный ему. Лучше всех, полагаю, Георгий Гачев изрек: «А, да что там! Был Овидий среди цыган. Что могли бы цыгане сказать об Овидии?» (Турбин, lg8g: lg).

С выходом книги Коровашко риторический вопрос Георгия Гачева неожиданно получил красноречивый ответ.

ЛИТЕРАТУРА

Аверинцев С. С. Личность и талант ученого // Литературное обозрение. —

lg76. — № lo. — С. 58-6l. Бахтин М. М. Беседы с В. Д. Дувакиным. — M. : Согласие, 2002. Бочаров С. Г. Об одном разговоре и вокруг него // Новое литературное обозрение. — lgg3. — № 2. — С. 7o-8g. Ефремова Д. Алексей Коровашко: «Бахтин был вызывающе неточным» / Газета «Культура». — l3 июля 20l7. — URL: http://portal-kultura.ru/articles/books /164824-aleksandr-korovashko-bakhtin-byl-vyzyvayushche-netochnym/ (дата обр. l8 сент. 20l7).

Коровашко А. В. Бахтин и формальная школа: к современным дискуссиям // Наука о литературе в XX веке / сост. А. А. Ревякиной. — M., 2ool. — С. 48-58. Коровашко А. В. Mихаил Бахтин. — M. : Mолодая гвардия, 20l7. — (Жизнь

замечательных людей ; l852/l652). Махлин В. Л., Долгорукова Н. М. Ресентимент одураченных // Вопросы литературы. — 20l3. — № 6. — С. 444-450. Турбин В. Н. Овидий среди кочевников. По поводу одной реплики M. M. Бахтина // Кино. — lg8g. — № 6. — С. l8-2o. Barsky R. F. Making Love With Bakhtin // A Journal of Lesbian and Gay Studies. —

lgg4. — Vol. i. — p. l35-l4l. Bronckart J.-P., Bota C. Bakhtine démasqué. Histoire d'un menteur, d'une escroquerie et d'un délire collectif. — Genève : Droz, 20ll.

6См., например: Ефремова, 20x7. Также в сети можно найти множество других интервью и выступлений Коровашко, посвященных Бахтину.

Clark K., Holquist M. Mikhail Bakhtin. — Cambridge (Mass.), London : Belknap Press of Harvard Univ. Press, 1984.

Dolgorukova, N.M. 2017. "'Chto mogli by kochevniki skazat' ob Ovidii' ['What Could Nomads Make of Ovid']: retsenziya na knigu A.V. Korovashko o M.M. Bakhtine [A Review of the Book on M. M. Bakhtin by A. V. Korovashko]" [in Russian]. Filosofiya. Zhurnal Vysshey shkoly ekonomiki [Philosophy. Journal of the Higher School of Economics] I (3), 183-190.

Natal'ya Dolgorukova

PhD in Philology; Senior Lecturer at the School of Philology, Faculty of Humanities, National Research University Higher School of Economics, Moscow

"What Could Nomads Make of Ovid"

A Review of the Book on M. M. Bakhtin by A.V. Korovashko

Korovashko, A.V. 2017. Mikhail Bakhtin [Mikhail Bakhtin] [in Russian]. Zhizn' zamechatel'nykh lyudey [Lives of Remarkable People], 1852/1652. Moskva [Moscow]: Molodaya gvardiya

REFERENCES

Averintsev, S. S. 1976. "Lichnost' i talant uchenogo [Personality and Talent of a Scholar]" [in

Russian]. Literaturnoye obozreniye [Literature Review], no. 10: 58-61. Bakhtin, M.M. 2002. Besedy s V.D. Duvakinym [Conversations with V. D. Duvakin] [in

Russian]. Moskva [Moscow]: Soglasiye. Barsky, R. F. 1994. "Making Love With Bakhtin." A Journal of Lesbian and Gay Studies

1:135-141.

Bocharov, S.G. 1993. "Ob odnom razgovore i vokrug nego [Around and About One Conversation]" [in Russian]. Novoye literaturnoye obozreniye [New Literature Review], no. 2: 70-89. Bronckart, J.-P, and C. Bota. 2011. Bakhtine démasqué. Histoire d'un menteur, d'une

escroquerie et d'un délire collectif [in French]. Genève : Droz. Clark, K., and M. Holquist. 1984. Mikhail Bakhtin. Cambridge (Mass.) and London: Belknap Press of Harvard Univ. Press. Yefremova, D. 2017. "Aleksey Korovashko: 'Bakhtin byl vyzyvayushche netochnym' [Alek-sey Korovashko, 'Bakhtin Was Provocatively Inaccurate']" [in Russian]. Gazeta "Kul'tu-ra" [Culture]. July 13. Accessed Sept. 18, 2017. http://portal-kultura.ru/articles/books /164824-aleksandr-korovashko-bakhtin-byl-vyzyvayushche-netochnym/. Korovashko, A.V. 2001. "Bakhtin i formal'naya shkola: k sovremennym diskussiyam [Bakhtin and the Formalist School: to the Current Discussions]" [in Russian]. In Nauka o literature v XX veke [Study of Literature in the Twentieth Century], comp. A. A. Revyakina, 4858. Moskva [Moscow].

— . 2017. Mikhail Bakhtin [Mikhail Bakhtin] [in Russian]. Zhizn' zamechatel'nykh lyudey

[Lives of Remarkable People], 1852/1652. Moskva [Moscow]: Molodaya gvardiya. Makhlin, V. L., and N. M. Dolgorukova. 2013. "Resentiment odurachennykh [Resentment of

the Duped]" [in Russian]. Voprosy literatury [Questions of Literature], no. 6: 444-450. Turbin, V.N. 1989. "Ovidiy sredi kochevnikov. Po povodu odnoy repliki M.M. Bakhtina [Ovid among the Nomads. On Some Bakhtin's Remark]" [in Russian]. Kino [Cinema], no. 6: 18-20.