Н. А. Рубакин о понятии «Социальная память» применительно к книжной и библиотечной культуре

Заключение

Обучение иностранным языка без обучения культуре данного языка невозможно, но следует заметить, что при обучении культуре данного языка из-за серьёзных разниц национальной культуры студентов и культуры изучаемого языка может возникать культурный шок. Чтобы избежать культурного шока, преподаватель должен подобрать учебные материалы таким образом, чтобы уменьшать культурные конфликты и делать акцент на сходстве двух культур. В мусульманских странах, с учетом исламских традиций, вопрос обучения культуре иностранных языков еще важнее. В мусульманских странах, преподаватели при подборе учебных материалов должны пользоваться комбинированным подходом и одновременно использовать материалы с исламским содержанием и источники-оригиналы. Список используемой литературы

1. Гальскова Н.Д., Гез Н.И. Теория обучения иностранным языкам. -М. 2004.

2. Mary Frances Hyde. Practical Lessons in the Use of English. - London. 1889.

3. Maurice Mulenga Chishimba. English language. -University of Illinois. 1984.

4. National Standards in Foreign Language Education Project . Standards for Foreign Language Learning in the 21st Century, New York. 1996.C. 27.

5. Krasner I. The Role of Culture in Language Teaching. // Dialog on Language Instruction/1999, Vol. 13, No. 1-2

6. Tomalin Barry. Culture-the fifth language skillhttp. http//www.teachingenglish.org.uk/think/articles/culture-fifth-language-skill

© Сейд Хасан Захраии, Муса Абдоллахи, 2015

УДК 026.06

Харьковская Елена Владимировна,

канд. пед. наук, доцент Белгородского государственного института искусств и культуры, г. Белгород, РФ E-mail: Elena.xarkovskaya@mail.ru Заманова Ирина Федосеевна канд. филол. наук, доцент Белгородского государственного института искусств и культуры, г. Белгород, РФ E-mail: ira-zamanova@rambler.ru Фоменко Ирина Григорьевна, преподаватель Белгородского государственного института искусств и культуры, г. Белгород, РФ Irina_lomatschen@mail.ru

Н.А. РУБАКИН О ПОНЯТИИ «СОЦИАЛЬНАЯ ПАМЯТЬ» ПРИМЕНИТЕЛЬНО К КНИЖНОЙ И

БИБЛИОТЕЧНОЙ КУЛЬТУРЕ

Аннотация

В статье анализируются понятие «социальная память» относительно книжной культуры и библиотечно-библиографической деятельности. Трактуется понятие «социальная память» с точки зрения известного просветителя, библиографа, библиотековеда Н.А. Рубакина.

Ключевые слова

Социальная память, индивидуальная память, канал коммуникации, читатель, коннотативное сознание,

библиопсихология, мнема

В науке всегда возникают ситуации, когда требуется обратиться к мыслям, которые уже были высказаны когда-то, но забыты или недостаточно в силу разных обстоятельств востребованы. Сегодня книжная, библиотечно-библиографическая наука, развивающаяся в контексте более широкой социально -коммуникативной области знания, все чаще обращается к концепту социальной памяти при решении как теоретических, так и практических проблем [2, ^97-137; С.42, 201,249,332,453; 3. С.18-19 - о связи понятия «ценность» с понятиями «социальная память», «связь времен»; С.27-29,С.68.- о законе сохранения социальной памяти; С.117. об утрате социальной памяти]. Между тем понятие социальной памяти и его значение для книжно-библиографической деятельности довольно обстоятельно рассматривалось известным просветителем, библиографом, библиотековедом Н.А. Рубакиным.

В свете новых задач, которые стоят перед современной библиотечно-библиографической наукой, многим мыслям, высказанным им в связи с этим понятием, важно придать новое звучание и использовать их для дальнейшего развития теории и практики этой области научной деятельности.

Следует сразу же отметить, что Н.А. Рубакин обратился к понятию социальной памяти для поиска фундамента для решения задач библиопсихологии, направления, которое он активно развивал долгие годы. Исходной основой для раскрытия этого понятия применительно к задачам книжного, библиотечно-библиографического дела для него послужили учение Р. Семона о мнеме, закон Гумбольдта-Потебни и закон И. Тэна. Вслед за Р. Семоном Н.А. Рубакин стал использовать термин «мнема», так как считал, что термин «память» устарел и употребляется только в старой психологии [1, ^47]. Поэтому в дальнейшем здесь будет использоваться термин «мнема», только при необходимости уточняя, что речь идет о понятии «память». Опираясь на теорию Р. Семона, Н.А. Рубакин под мнемой понимает процессы получения, сохранения и оживания раздражений [1, ^47]. Им активно используется понятие Семона «энграмма», обозначающее запись раздражения из внешней среды. Совокупность энграмм записей, по мнению Н.А. Рубакина, и образует мнему (то есть память). Другое важное понятие, которое характеризует мнему, называется «экфория» и означает оно оживление энграмм - записей посредством вынесения их в сознание [1, ^49]. Видя определенное сходство с понятием «ассоциация», Н.А. Рубакин все-таки разделяет его с понятием «экфория», полагая, что ассоциация - это нечто длительное, постоянное, так как она представляет собой связь между отдельными частями одного и того же комплекса энграмм [1, ^32]. Помимо энграмм, вызванных раздражением, им выделяются и энграммы, вызванные экфорией. Именно такие энграммы, по Семону и Н.А.Рубакину, являются мнематическими (то есть поддерживающими память). Следовательно, ими выделяются как бы два вида памяти: память, основанную на внешних раздражениях, и память, вызванную оживлением. Н.А. Рубакин особо подчеркивает, что большинство человечества пользуется энграммами мнематическими, а не первоначальными [1, ^54]. Но в целом мнема рассматривается им как поток энграмм (записей, основанных на раздражении) и экфорий (записи, основанные на оживлении энграмм посредством их определенного утверждения в сознании).

При этом Н.А. Рубакин особое значение придавал первоначальным энграммам в воздействии на человека. Именно их использование могло помочь, по его мнению, в решении библиопсихологических задач. Заостряя внимание на первоначальных энграммах, которые могут глубже возбуждать людей, в том числе и в процессе чтения, Н.А. Рубакин обратил внимание на объективирование мнематических энграмм, на процесс идеализации разных объектов. Идеалы он определял как проекции. Проецируются отвлеченные слова, понятия, идеализируются мнематические энграммы не только интеллектуального типа (образы, понятия, ощущения), но и эмоционального. При том, что объективируется все, что есть в реальности (на современном языке это называется денотативное сознание), Н.А. Рубакин выделил значимость коннотативного сознания,

отклоняющегося от объективированного денотативного. Одно и то же слово, подчеркивал он, экфорирует в разных мнемах разные элементы. Например, объективированное слово «собака» вызывает у разных людей разные образы: овчарки, болонки и т.д. [1, с.56].

Теория мнемы, как считал Н.А. Рубакин, заставила изменить распространенный взгляд на книгу, на печатную, рукописную и устное слово вообще. Им был сделан парадоксальный вывод, который и сейчас вызывает неоднозначные трактовки. Сколько у книги читателей, столько у нее и содержаний. Сходство содержаний обусловлено не тождественностью книг у разных читателей, а сходством читательских мнем. Одно и то же слово - печатное, рукописное или устное действует по-разному на людей с несходными мнемами [1, с.59]. Для более глубокого обоснования своих теоретических взглядов по теории мнемы Н.А. Рубакин обращается к закону Гумбольдта-Потебни, формулировку которого он стремится дать сам. В краткой формулировке Н.А. Рубакина он звучит так: «слово, фраза, книга суть не передатчики, а возбудители психических переживаний в каждой индивидуальной мнеме» [1, с.61]. Надо отметить, что данная формулировка в определенной степени противоречит достаточно широко распространенным сегодня представлениям о коммуникации как передаче информации (смысла), поскольку в определении закона упор делается на возбуждение того, что есть в индивидуальной памяти. В этой же связи Н.А. Рубакиным подчеркивается, что между писателем и читателем и слушателем - пропасть. По его мнению, ее устранить можно только тогда, когда мнема слушателя и читателя имеет те же энграммы, как мнема оратора или писателя. Поэтому лучше говорить не о передаче, а о возбуждении [1, с.61].

Таким образом, в трактовке Н.А. Рубакина - индивидуальная память потребителя информации - это тот канал, который необходимо возбуждать, чтобы коммуникация состоялась. Опираясь на закон В. Гумбольдта-Потебни и культивируя в некотором роде потребителя информации, Н.А.Рубакин ставит следующие задачи исследования: 1) процесса чтения; 2) читателей, то есть разные типы мнем; 3)книгу как источник раздражений; 4) авторства и авторов как конструирования и конструктов разных текстов. Вывод, который был сделан библиопсихолог: примат содержания в теории книги должен уступить примату читателя, примат вещи - примату той психики, которую так или иначе возбуждают данные письмена, то есть книга [1, с.65]. Он считал, как и авторы закона, что если в силу каких-либо причин слова и фразы книги не экфорируют таких-то энграмм в читателе, он и не найдет их в содержании книги. Чего нет в читательской памяти, того не будет и в проекции книг, этой памятью построенной, - полагал библиотековед [1, с.64]. То, что вложено в книги их авторами, отнюдь не переходит в читателя и слушателя, а лишь возбуждает в них те или иные психические переживания [1, с..66]. Поэтому можно сказать, что он выбрал логику диагностических исследований для понимания процессов коммуникации. Н.А. Рубакиным был сделан дифференцированный анализ состава мнемы. Для этого, он, опираясь на идею И. Тэна о накоплении энграмм в мнеме, дал собственную формулировку закона: «энграммы, непрерывно притекающие в мнему и обусловливающие собою качественную и количественную сторону экфорий, всегда находятся в функциональной зависимости, во-первых, с расой, во-вторых, с окружающей средой и, в третьих, с моментом» [1, с.67]. Состав мнемы (памяти), зависит, по мнению Н.А.Рубакина, от трех источников: 1) наследственности; 2) социальной среды, или социального опыта; 3) личного опыта индивида. В каждый отдельный момент мнема каждого индивида содержит первоначальные энграммы как наследственного, так и социального, индивидуального происхождения. Соответственно им были выделены три вида мнемы: наследственная, социальная и индивидуальная [1, с.67-68].

Список использованной литературы:

1.Рубакин Н.А. Биологические основы библиопсихологии, теории рефлексов и мнемы как естественный фундамент книжного дела / Н.А. Рубакин // Психология читателя и книги: Краткое введение в библиологическую психологию / Н.А. Рубакин. - М. : Книга, 1977. - С.47-66.

2.Соколов А.В. Социальная память / А.В.Соколов // Общая теория социальной коммуникации : учеб. пособие / А.В.Соколов. - СПб. : Изд-во Михайлова В.А., 2002. - 461с.

З.Сафиуллина З.А. Социальная коммуникация-культурно-знаниевая структура-информационная культура: грани общего и особенного: монография / З.А. Сафиуллина - Белгород, 2009. - 236 с.

© Е.В. Харьковская, И.Ф. Заманова, И.Г. Фоменко, 2015