Ценностно-смысловая парадигма как основа построения обобщенной теории психологического консультирования

УДК 159.98

А. В. Серый

ЦЕННОСТНО-СМЫСЛОВАЯ ПАРАДИГМА КАК ОСНОВА ПОСТРОЕНИЯ ОБОБЩЕННОЙ ТЕОРИИ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО КОНСУЛЬТИРОВАНИЯ

В статье рассматривается возможность построения обобщенной теории психологического консультирования на основании ценностно-смысловой парадигмы функционирования личности. Излагаются основные принципы обобщенной теории консультирования. Выделяются точки соприкосновения и единицы анализа теоретических подходов к психологическому консультированию — ценностные ориентации и личностные смыслы. Анализируются психологические механизмы и факторы, определяющие жизненную ситуацию человека как психологическую проблему. Задачи консультирования рассматриваются в контексте ценностно-смысловой парадигмы.

Ключевые слова: ценностные ориентации, личностные смыслы, актуальное смысловое состояние, сложная жизненная ситуация, обобщенная теория психологического консультирования

A. V. Seriy

VALUE-SEMANTIC PARADIGM AS THE GROUND FOR THE FOUNDATION OF THE GENERALIZED THEORY OF PSYCHOLOGICAL CONSULTANCY

The article discusses the possibility of construction of the generalized theory of psychological consultancy on the basis of value-semantic paradigm of personality’s operation. It states the main principles of the unified theory of consultancy, defines the areas of common interest, and the units of theoretical analysis of psychological consultancy — value orientations and personal semantics. The article also analyses the psychological mechanisms and factors defining human life situation as psychological problems. The goals of consultancy are treated in the context of value-semantic paradigm.

Key words: value orientations, personal meanings, current semantic state, complicated life situation, generalized theory of psychological consultancy

Стремительное преобразования российского общества в экономической сфере, в системе социальных институтов, в межличностных отношениях повлекли за собой нарушение системы привычного для человека взаимодействия с фактами и явлениями социальной действительности. Современный человек живет в ситуации постоянного воздействия стрессовых факторов, обусловленных неопределенностью перспектив общественного и личностного развития, влекущих смену идеалов и жизненных ориентиров и, в то же время, требующих от него мобильности, конкурентоспособности, максимального использования своих ресурсов в различных видах социальной практики, постоянной готовности к адаптации и способности к интеграции в условия меняющейся действительности. Данное противоречие проявляется в ощущении человеком психологического дискомфорта на различных уровнях жизнедеятельности (витальном, социальном и экзистенциальном), зачастую влечет за собой нарушение психологического здоровья — динамического состояния внутреннего

благополучия (согласованности) личности, которое составляет ее сущность и позволяет актуализировать свои индивидуальные и возрастно-психологические возможности на любом этапе развития. Все это актуализирует проблему психологического консультирования как формы психологической помощи психически здоровым людям в адаптации к условиям изменяющегося мира и более эффективного функционирования личности как системы взаимодействий между человеком и окружающей его социальной действительностью.

В современной консультативной практике отчетливо выделяются три подхода: проблемноориентированное консультирование, направленное на анализ сущности и внешних причин проблемной ситуации и поиск путей ее разрешения; личностно-ориентированное консультирование, фокусирующее внимание на индивидуальных причинах проблемы и профилактике возникновения подобных проблем в будущем; решение-ориентированное консультирование, направленное на выявление ресурсов для решения проблемы. В обозначенных

подходах легко узнается теоретическая основа традиционных методов психотерапии — это поведенческая терапия, психодинамическое и когнитивно-бихевиоральное направления, представители которых в качестве объекта консультирования выделяют либо проблемную ситуацию клиента, определяя ее как объективную, либо особенности личности, определяющие отношение человека к проблемной ситуации, либо объектом выделяется некомпетентность (невозможность, неспособность или зачастую нежелание) человека в принятии решения для разрешения проблемы. Сложившаяся ситуация напоминает высказывание Г. Оллпорта, который еще в 1962 г. отмечал, что все консультанты «смотрят на своих клиентов через профессиональные очки с тремя видами линз» — люди как реагирующие существа (бихевиаризм), как существа, реагирующие глубоко в подсознании (психоанализ) и как существа в процессе становления (гуманистическо-экзистенциальная психология). Р. Нельсон-Джоунс добавляет к этому перечню когнитивные и когнитивно-бихевио-ральные подходы, определяющие стратегию консультативной практики [8].

Вместе с тем, традиционные методы психологического консультирования заимствованы из западной психологии и, соответственно, будучи ориентированными в основном на культурные стереотипы западного социума, не учитывают ментальность российского клиента (многонациональный состав населения, этническое разнообразие, неравномерность социально-экономического развития различных регионов). Социально-экономические и культурно-исторические предпосылки обусловили своеобразную установку у людей, обращающихся за помощью: большинство клиентов ориентированы не на обретение опыта решения проблемных ситуаций, а на приобретение конкретного «товара» — готового решения его проблемы, причем силами специалиста. Далеко не каждый нуждающийся в помощи человек обращается за ней к психологу, а тем более к психотерапевту, поскольку данный вид психологической практики до сих пор окружен множеством мифов и стереотипов, в силу чего большинством людей обращение за помощью к психологу консультанту или психотерапевту воспринимается как нечто постыдное и социально неодобряемое. Все это должно актуализировать у психолога консультанта вопрос: «Какие теоретические конст-

рукты следует применить в работе с этим клиентом?», поскольку далеко не каждый обращающийся за психологической помощью человек разделяет мировоззренческие взгляды консультанта на заявляемую им проблемную ситуацию, построенные на определенной теоретической концепции.

А. Е. Айви и соавторы рассматривают три варианта разрешения этого противоречия: приверженность одной теории, эклектизм и обобщенная теория [1].

Приверженность какой-либо теоретической школе или направлению, несомненно, будет полезна и продуктивна, если психолог достаточно компетентен и подходит к проблемной ситуации клиента дифференцированно. Сильная сторона такого подхода заключается в возможности «подстроить» теорию под индивидуальные потребности клиента. В то же время существует риск, что консультант не сможет адекватно оценить своеобразный взгляд клиента на мир и — сознательно или нет — будет навязывать клиенту свое мировоззрение, а нежелание клиента принять теоретические положения психолога могут быть истолкованы как сопротивление.

В противоположность приверженцам одной теории консультирования достаточно большое количество психологов-консультантов исповедуют эклектический подход, построенный на использовании методов различных теоретических школ и направлений. Как правило, эклектики подстраивают различные аспекты теоретических положений различных теорий под запросы клиента и, в соответствии с этим, используют методы и приемы психотерапевтического воздействия, ориентируясь на конкретную ситуацию процесса консультирования. Данный подход к консультативной практике имеет свои достоинства, поскольку позволяет охватить достаточно большой круг клиентов. Однако чрезмерная гибкость такого подхода лишает его системности и позволяет работать лишь с конкретными проблемными ситуациями. В случаях с глубинными проблемными жизненными ситуациями, имеющими комплексный характер, эклектизм малоэффективен.

Обобщенную теорию можно рассматривать как более общий концептуальный подход, чем эклектизм или приверженность одной теории, поскольку в ней на основе интеграции частей различных психологических теорий организуется определенная система, объясняющая феномен проблемной ситуаций конкретного

индивидуума. Дж. Келли отмечал, что обобщенная теория психолога отражает уважительное и позитивное отношение к различным теоретическим научным школам и направлениям и заключается в непротиворечивом, согласованном и систематическом построении частей различных теорий в единую концепцию психологической помощи. В отличие от эклектического подхода, сущность обобщенной теории заключается в изначальном допущении возможности интерпретации определенного феномена или явления одновременно с позиции нескольких теорий с целью выявления общих закономерностей [4].

Понимание обобщенной теории как интегративного подхода к психологическому консультированию требует более четкой опера-ционализации ряда понятий, и, прежде всего, таких как «личность» и «жизненная ситуация». Сегодня большинство психологических школ и направлений сходятся в понимании феномена личности как целостного образования, отражающего социальную природу человека. Выполняя функцию «психологического органа», личность объединяет в себе все сферы, обеспечивающие человеческую жизнедеятельность. Как системное свойство индивида, личность предполагает наличие определенного системообразующего фактора, в качестве которого, как показало наше исследование, выступает ценностно-смысловая сфера

[9]. Эта система, располагаясь на пересечении мотивационно-потребностной, эмоциональной и когнитивной сфер, обусловливает целостность самой личности и опосредует жизнедеятельность человека в целом.

В контексте ценностно-смысловой парадигмы личностного развития феномен личности невозможно рассматривать вне социокультурной среды человека, т. е. только как системное качество индивида, определяемое его включенностью в общественные отношения, формирующееся в совместной деятельности и общении, а человека — в качестве индивида как субъекта социальных отношений и сознательных действий. Несомненно, что человека как личность характеризует система обусловленных жизнью в обществе отношений, субъектом которых он является, но не всегда эта система отношений носит осознанный характер. Как показывает практика, сложные жизненные ситуации, с которыми человек обращается за консультацией к психологу, в большинстве случаев есть результат

его неинтернализованного выбора, т. е. неосмысленного, а зачастую и неосознаваемого, а сам человек не всегда ощущает себя субъектом жизненной ситуации. В этой связи феномен личности представляется скорее как некий психологический орган человека, функция которого заключается в регулировании взаимоотношений между человеком и социальным окружением, как определенная система взаимодействий между человеком и окружающей его социальной действительностью, определяющая отношение человека к себе, к другим, к миру. Сложная и уровневая организация данного феномена делает человека индивидуумом, а его личность уникальной,

а, следовательно, всякая ситуация, определяемая человеком как проблемная, есть уникальное отражение им действительности, т. е. человек воспринимает и реагирует на нее сквозь призму свойственной только ему системы ценностей и личностных смыслов.

Соответственно, личность обратившегося за психологической помощью человека невозможно рассматривать в отрыве от его жизненной ситуации. Само понятие «жизненная ситуация» достаточно объемлемо было определено Б. Ф. Ломовым как «система воздействий, не отдельное событие, а система событий», которая «должна рассматриваться соотносительно со свойствами и особенностями того, кто в этой ситуации действует, и с самой его деятельностью» [6, с. 121]. Существующую в современной психологии проблему отсутствия строгих критериев, способов и средств описания жизненных ситуаций мы предлагаем разрешить через выделение трех важнейших, обусловливающих ее контекст: личностные факторы, деятельность и условия социальной среды. Условия социальной среды сами по себе не являются прямыми детерминантами функционирования системы личностных смыслов, они опосредованно воздействуют на личностные факторы, которые, в свою очередь, отражают личностный смысл деятельности в определенной жизненной ситуации. Выступая в качестве условий и критериев эффективности деятельности, они тем самым опосредуют проявление личностных характеристик и стимулируют ее направленность и интенсивность. Личностные факторы, включающие в себя интернализованные ранее личностные смыслы различных уровней смысловой системы, определяют социальную установку индивида и задают направленность его

деятельности, которая, в свою очередь, обусловливает проявление определенных личностных черт и характерологических особенностей, выражающихся в поведении, направленном на взаимодействие с окружающей социальной средой. Деятельность подразумевает смысл этого взаимодействия, отражающий определенную жизненную перспективу, направленную на реализацию личностных ценностей и ориентированную на достижение жизненных целей.

Говоря о проблемной ситуации как кризисной, сложной жизненной ситуации человека, следует выделять два аспекта этого феномена. С одной стороны, данное понятие отражает субъективное видение клиентом заявляемой ситуации. Несомненно, что формулировка проблемы клиентом обусловлена его личностными особенностями и, соответственно, не может быть верифицирована как объективно существующая. С другой стороны, формулируемая клиентом проблема или проблемная ситуация характеризует клиента как субъекта взаимодействия с его социальным окружением и отражает его психическое состояние как познающей личности, включенной в объективную и противоречивую по содержанию среду. Ощущение или осознание человеком некоего противоречия в процессе своей жизнедеятельности в контексте данной ситуации порождает у человека потребность выйти из аверсивного для него психического состояния и получить новые знания о том, как разрешить возникшее противоречие. Таким образом, анализируя заявляемую клиентом проблему как сложную жизненную ситуацию, консультант сталкивается с такими психологическими факторами, ее обуславливающими, как отношение человека к ситуации и состояние, переживаемое им. В. Н. Мясищев, рассматривая эти понятия в тесной взаимосвязи, убедительно показал, как психическое состояние изменяет отношение человека к действительности, как отношение регулирует состояние и как нарушение отношений влечет за собой изменение состояний [7].

Обобщая опыт различных теоретических направлений относительно причин обращения человека за психологической помощью, С. А. Капустин выделил их универсальную причину — полярность оценочной позиции человека как пристрастное отношение человека к своей жизни, задающее ее целевую направленность, субъективную значимость реа-

лизации для самого человека тех или иных жизненных целей. Полярность оценочной позиции означает, что человек признает для себя реализацию только каких-то одних жизненных требований и обесценивает реализацию противоположных [3]. Следует согласиться с автором в том, что в основе так называемой «психологической» проблемы лежит отношение клиента к своей жизненной ситуации. Именно это отношение и определяет психическое его состояние. Вместе с тем, положение о том, что важнейшей характеристикой полярной оценочной позиции является то, что она навязана человеку его социальным окружением, а не является результатом его свободного самоопределения, является достаточно спорным. При анализе причинноследственных связей относительно личности человека и его социального окружения, определяя проблемную ситуацию как содержащее противоречие и не имеющее однозначного решения соотношение обстоятельств и условий, в коих разворачивается деятельность индивидуума, необходимо исходить из принципа реципрокного детерминизма. Поскольку личность человека есть продукт его социального окружения, но, в то же время, социальное окружение есть результат деятельности личности, т. е. эти два понятия являются взаимообусловленными и детерминируют друг друга на различных этапах жизнедеятельности человека.

Для объяснения механизмов и факторов, обуславливающих полярную, оценочную позицию человека, отражающую его отношение к социальной действительности и выраженную в определенном психическом состоянии, необходимо выделить единицы анализа ситуации. В рамках ценностно-смысловой парадигмы такими единицами выступают ценности и личностные смыслы. Ценности имеют двойственную природу, они социальны и индивидуальны, а личностные смыслы отражают степень принятия человеком социальных ценностей.

Актуализация смыслов и перевод их в категорию личностных представляет собой сложный, многоуровневый и длительный процесс. Прежде всего, личностный смысл, выражающийся в смысловом отношении, никогда не может быть безличным, он всегда связан с субъектом. Наличие субъекта смыслового отношения предполагает указание объекта — элемента или явления реальности, которому присваивается значение. Любой элемент объ-

ективной реальности получает свое смысловое содержание только благодаря тому, что ему сообщается (транслируется), присваивается смысл или раскрывается имманентный смысл вещи. Благодаря акту, сообщающему смысл, человек ставит воспринимаемую вещь в связь со своей субъективной реальностью. Данный процесс происходит в соответствии с нейропсихологической организацией восприятия, т. е. входящие стимулы мгновенно включаются в узнаваемые паттерны. Реагируя на явления объективной реальности, извлекая из них смысл, человек организует всевозможные молекулярные стимулы, молярные поведенческие и психологические данные в гештальты — в конфигурации, или паттерны, встраивает их в знакомую объяснительную структуру. В результате чего формируется интер-нализованное отношение человека к фактам и явлениям объективной реальности. Необходимо отметить, что этот процесс зависит от жизненного опыта субъекта и его отношения к ситуации, а, следовательно, является многоуровневым.

Это смысловое отношение характеризуется взаимосвязью временных компонентов субъектной реальности: значение (смысл) прошлого опыта, осмысленность настоящего (реальности «здесь-и-теперь») и осмысленность будущего (значение цели). Следовательно, факты и явления человеческой жизни имеют свое смысловое содержание в определенных временных локусах и опосредуют субъективную смысловую реальность индивида в целом — ее границы, ценностные компоненты и собственно направленность личностного смысла (к ситуации, себе, другим, жизни). Каждая вещь, форма или идея имеют свое место, свой локус, который является наиболее подходящим и адекватным для них, они находят наиболее идеальное, совершенное выражение своего значения.

Процесс осмысления какого-либо явления или объекта действительности осуществляется посредством синхронизации различных временных локусов субъективной реальности. Смыслы одного локуса перетекают в другие и генерализуются в смысл более высокого уровня. Данный процесс сопровождается определенным психическим состоянием, связанным с переживанием смыслов различных временных локусов. Данное состояние есть переживание актуальных в данный момент ценностей событий или ситуации, т. е. это

актуализация в сознании смыслов прошлого, настоящего, будущего или их совокупности. Исходя из вышеперечисленных положений, мы определили этот процесс как актуальное смысловое состояние.

Определяя актуализацию в сознании индивида личностных смыслов прошлого, настоящего, и будущего как переживание актуального смыслового состояния, мы опираемся на положения Н. Д. Левитова, В. М. Мясищева,

В. А. Ганзена, рассматривающих категорию состояния как центральную, системообразующую характеристику всего компонентного состава психического [2, 5, 7].

Исходя из вышеизложенных положений, мы рассматриваем актуальное смысловое состояние (АСС) как форму переживания совокупности актуализированных, генерализованных смыслов, размещенных во временной перспективе (опыт, реальность, цели) относительно конкретных условий действительности. Это своего рода переживание жизненной ситуации, выполняющее функцию перевода смыслов индивидуальной системы, локализованных в различных временных зонах, с более низкого уровня на качественно новый уровень функционирования системы. Таким образом, актуальное смысловое состояние выражает субъективное отношение индивида к элементам, фактам и явлениям действительности, данной в определенной ситуации.

Роль ориентировочной реакции в актуальном смысловом состоянии выполняет ценностно-смысловая ориентация личности — ин-тернализованное отношение человека к определенным группам ценностей (материальным, духовным), система его установок, убеждений, предпочтений и целей, выражающаяся в поведении. И ценности, и смыслы имеют двойственную природу происхождения и функционирования. Но природа двойственности различна у этих феноменов. Ценности являются критериями значимости и ориентирами деятельности индивида, они отражают личностные смыслы. Смыслы же выражают отношение субъекта к объективной реальности и собственно наделяют предметы ценностным статусом. Всякая ценность характеризуется двумя свойствами — значением и личностным смыслом. Личностный смысл ценностей — это отношение ценностей к потребностям человека. Значение ценности есть совокупность общественно значимых свойств, функций предмета или идей, которые делают их ценнос-

тями в обществе. В отношении к индивидуальному сознанию ценности отражаются в нем как значения, имеющие для индивида определенный смысл. Следовательно, в процессе восприятия и освоения объективной реальности смысл выступает в качестве фундамента формирования личностных ценностей, которые, в свою очередь, придают личностный статус смыслу. Кроме того, смыслы, в отличие от ценностей, могут быть неосознаваемыми (латентными), но относительно субъекта они всегда выступают как личностные, поскольку смысл любого элемента объективной реальности постигается только при актуализации его сущности в личностных структурах. Иначе говоря, ценность всегда обладает индивидуальным, личностным смыслом, а вопрос о ценности смысла уводит нас к емкой метафоре В. Франкла о гроссмейстере и самом лучшем ходе в его шахматной партии

[10]. Смысл складывается в возможном и реальном отнесении ценностей к любым проявлениям субъекта. В отличие от ценностной ориентации, выражающей отношение людей к ценностям, смыслы есть обратные отнесения, реализуемые субъектом, которые могут и не сознаваться. При этом, будучи включенными в материальные отношения, они — непосредственно не видимы и не осязаемы — и надстоят над материальными отнесениями, и представляют собой метаотношения.

Смысл, который сообщается объекту, не зависит от качественной ценности самого объекта, т. е. именно акт сообщения смысла и придает вещи некую ценность. Таким образом, качество смыслового содержания объекта зависит от индивидуальных особенностей субъекта, его системы ценностей. В данном случае речь идет об уровне ценностного отношения, где смыслы выполняют функцию включения объективных значений явлений в систему личностных ценностей и жизненных установок индивида. Здесь происходит процесс актуализации смысла и приобретение им личностного статуса. Ощущение смысла дает начало ценностям, которые, в свою очередь, синергетически усиливают ощущение смысла. Определением ценности вещи, объекта или явлений объективной реальности служит оценка. Человек оценивает действительность благодаря имеющимся в его распоряжении некоторым психологическим стандартам. Эти стандарты находятся в прямой зависимости от достигнутого уровня позна-

ния и опыта, а также от уровня мышления и эмоций в оценке ценностей. Таким образом, смысл складывается в возможном и реальном отнесении ценностей к любым проявлениям субъекта. Данное отношение можно назвать ценностным, поскольку направленность этого отношения детерминирована субъективным стандартом или идеалом воспринимаемого объекта. Следовательно, всякое целенаправленное отношение можно назвать ценностным и, соответственно, смысловым.

В результате смыслового отношения вырабатывается ценностная направленность личности к определенным явлениям объективной реальности, переживаемая на субъективном уровне, т. е. ценностная ориентация личности, сущность которой заключается в избирательном отношении человека к материальным и духовным ценностям, выражающаяся в поведении система индивидуальных установок, убеждений, предпочтений, опосредованных личностными смыслами. Ценностная ориентация, выполняя функцию ориентировочной реакции в поведении личности, отражает смысловую сторону направленности личности, ее внутреннюю, содержательную основу внешнего взаимодействия с различными явлениями объективной реальности. Это взаимодействие выражается в дифференцировании объектов по их значимости для индивида, выявлении личностного смысла различных объектов.

Адекватное осмысление реальности в настоящем возможно при критическом осмыслении прошлого опыта и относительно индивидуальной цели (т. е. будущего). «Настоящее» при этом не является отражением определенного психофизиологического момента, т. е. конкретной единицей времени, необходимой для различения двух сенсомоторных стимуляций. «Настоящее» понимается нами как осознание индивидом его собственной деятельности и внутреннего побуждения к этой деятельности. Именно в этом акте сознания, происходящем «сейчас», человек переживает смысл своего «прошлого», являющегося для него опытом, обладающим определенной ценностью, и проецирует в «будущее» личные представления, ожидания и планы, которые выступают в качестве ценностных ориентиров деятельности в «настоящем». Несмотря на то, что факты «прошлого» уже пережиты, а «будущее» не имеет определенного интер-нализованного статуса, данные области оста-

ются открытыми для сознания, а, следовательно, являются регионами, образующими субъективную реальность индивида. Доступные индивидуальному сознанию элементы временных регионов, тем не менее, носят ценностный характер и, взаимодействуя друг с другом, образуют личностные смыслы «прошлого», «настоящего» и «будущего». В норме прошлое, настоящее и будущее образуют структурное целое.

В силу ценностного характера отношения человека к ним все эти зоны переживаются по-разному. Однако любое переживание осуществляется в настоящий момент времени. Следовательно, для адекватного восприятия чувства времени в момент «здесь и теперь» необходима синхронизация временных локу-сов смысла, которая и структурирует взаимоотношения между ними. Посредством синхронизации смысловых локусов происходит расширение границ субъективной реальности, т. е. интеграция личности в новые условия жизни. Соответственно, процесс синхронизация временных локусов субъективной реальности индивида является необходимым условием переживания актуального смыслового состояния, а тип переживания этого состояния — важнейшим механизмом эффективной жизнедеятельности человека, поскольку в условиях объективной реальности более актуальным является вопрос не о том, «что» переживает человек, а вопрос — как он переживает это «что».

В определенных жизненных ситуациях, под воздействием объективных обстоятельств, механизм синхронизации временных смыслов может нарушаться. Между временными локу-сами смысла ужесточается граница, вследствие чего зоны ближайшего прошлого и будущего блокируются, а личностные смыслы локализуются в средних и удаленных регионах реальности. При этом происходит выпадение человека из контекста жизненной ситуации и его поведение может носить характер односторонней направленности: жить исключительно воспоминаниями или только надеждами или же респондентно реагировать на требования настоящего момента.

В качестве границ, определяющих временную локализацию смысла, выступают личностные конструкты, которые обладают перечисленными характеристиками. Элементы, составляющие конструкт, находясь в различных временных локусах, позволяют человеку

осознавать (осмысливать) свое отношение к фактам действительности в контексте определенной жизненной ситуации. Соответственно, чем больше элементов, находящихся в различных временных локусах, задействовано в процессе осмысления действительности (т. е. система личностных конструктов носит сложный, структурированный и в то же время гибкий характер), тем эффективнее протекает синхронизация смыслов прошлого, настоящего и будущего. Иными словами, проницаемость границ, определяется уровнем сложности индивидуальной системы личностных конструктов. Таким образом, можно сделать вывод о том, что между когнитивной сложностью индивида и степенью проницаемости границ его субъективной реальности существует обратнопропорциональная зависимость — чем выше уровень когнитивной сложности, тем менее жестки (более проницаемы) границы, определяющие временную локализацию личностных смыслов, и наоборот.

Следовательно, проницаемость границ между временными локусами смысла будет влиять на адекватность процесса идентификации себя в прошлом, настоящем и будущем, т. е. определять уровень субъективного контроля личности и способность человека ощущать себя относительно ситуации. Поскольку смысл — это нечто, что, скорее, нужно найти, обнаружить, а не придать или придумать, то результат актуализации личностного смысла (завершение процесса синхронизации) будет определять степень общего напряжения и уровень внутренней свободы, а, следовательно, и способность индивида принять на себя ответственность за решение в ситуации выбора. Именно чувствование себя как субъекта переживания и отношения позволяет человеку переосмыслить категории «хочется», «надо», «необходимо» в интенциональных понятиях «хочу», «могу», «буду», отражающими временную перспективу личности. Таким образом, проницаемость границ между временными локусами обуславливает процесс эффективной синхронизации личностных смыслов и позволяет человеку ответить на смысловые вопросы ситуации: «кто Я?» (настоящее), «какой Я?» (прошлое), «зачем Я?» (будущее).

Учитывая изложенное, можно определить процесс синхронизации временных локусов как механизм переживания особого состояния личности — актуального смыслового состояния, функция которого заключается в регуля-

ции интеграции личности в условия окружающей действительности, что во многом определяет адекватность субъективного действия относительно объективной реальности. А такие понятия как «идентичность», «когнитивная сложность» и «временная перспектива», интегрирующие положения различных психологических теорий, находятся в неразрывном единстве и обусловливают смысловое отношение человека к окружающей действительности. В то же время, данное отношение следует рассматривать в контексте конкретной жизненной ситуации. Любое изменение ситуации может изменить характер взаимосвязи между составляющими компонентами этого отношения.

Течение времени структурируется в необратимую последовательность прошлого, настоящего и будущего, каждое из которых переживается совершенно иным способом. При этом, как субъективное переживание автоматического структурирования времени в большей или меньшей степени искажается психическим состоянием, так и локализованный во времени смысл также может быть причиной состояния. Отношение человека к событиям прошлого или будущего сопровождается определенным эмоциональным контекстом. В кризисной ситуации, когда невозможно подвергнуть смысловой атрибуции какой-либо объект или ситуацию реальности, усиливается внутреннее напряжение, которое сохраняется до тех пор, пока ситуация не будет включена в более широкие паттерн осознавания и временную перспективу. Если человек не может извлечь смысл из ситуации или наделить ее смыслом, он наделяет ее не смыслом, но значением, относящимся к одному из временных локусов, что ведет к фиксации в этом временном локусе, а, следовательно, к своеобразному «смысловому десинхронозу». В крайних случаях человек может «вылететь» из всех временных локусов и полностью отгородиться от социальной действительности.

Длительность такого состояния вызывает неблагоприятные психологические последствия для любой, даже самой когнитивно простой личности. Человек испытывает состояние когнитивного диссонанса и фрустрационную напряженность. Как следствие, он занимает крайне поляризованную оценочную позицию по отношению к элементам объективной реальности и утрачивает (если имел) ощущение себя как субъекта смыслового отношения.

Одновременно происходит и деформация системы личностных смыслов.

Таким образом, можно сказать, что актуальное смысловое состояние, являясь механизмом функционирования системы личностных смыслов, регулирует процесс целостного переживания человеком себя относительно окружающей действительности и детерминирует адекватность поведения и эффективность деятельности индивида в конкретных жизненных условиях. Так же, как и личность, система личностных смыслов находится в непрерывной динамике. Смыслы нижележащих уровней не исчезают при переходе человека на более высокий уровень развития, они генерализуются в более сложные смысловые образования и включаются в более сложную смысловую систему отношений, что и обеспечивает развитие как самой системы, так и личности в целом.

В результате проведенного нами ранее исследования были выделены 8 типов актуального смыслового состояния [9]. В зависимости от типа локализации личностного смысла в каком-либо из временных локусов субъективной реальности человека (прошлое, настоящее, будущее) можно выделить следующие направления процесса консультирования, стратегической целью которых будет восстановление синхронизации временных локусов смысла:

1) работа с ценностями и смыслами субъективного прошлого клиента, связанными с психотравмирующей ситуацией, оказывающей влияние на его актуальную жизненную ситуацию;

2) работа с краткосрочными и долгосрочными жизненными целями клиента (инструментальными и терминальными ценностями), помощь в построении и интернализации различных вариантов развития жизненной ситуации, связанной с решениями, принимаемыми клиентом в актуальный момент времени;

3) работа с синхронизацией временных ло-кусов субъективной реальности, актуализацией ведущих личностных смыслов и их анализом относительно ситуации жизненных затруднений клиента, рассмотрение различных вариантов развития в перспективе жизни актуальных жизненных решений.

Поскольку система личностных смыслов имеет уровневую организацию, то и решаемые в ходе личностного консультирования задачи определяют направления работы консультанта, отражающие уровни проблемной

ситуации. Понимание проблемной ситуации как некоего «сбоя» в системе взаимоотношений человека и социальной действительности, вызванного нарушением функционирования системы ценностно-смысловых ориентаций и десинхронизацией временных локусов смысловой реальности человека, делает возможным дифференциацию целей и задач личностного консультирования и позволяет охватывать широкий спектр проблем на различных уровнях психологической помощи. Данное понятие, генерализуя в себе цели и задачи психотерапии и консультирования, позволяет охватывать широкий спектр услуг на различных уровнях психологической помощи.

В качестве системной (уровневой) организации можно прибегнуть к аналогии с понятием «психопрофилактика». Так, первым уровнем (направлением) может выступать работа по профилактике возможных психогенных ситуаций. На данном уровне основной задачей является повышение психологической компетентности человека через осмысление жизненных целей. Вторым уровнем является уровень профилактики имеющейся у клиента проблемной ситуации. В зависимости от сложности ситуации и глубины переживания ее человеком могут ставиться и соответствующие задачи: поиск путей ее разрешения или же коррекция и развитие определенных личностных характеристик, определяющих смысловое отношение к данной ситуации. В качестве третьего уровня личностного консультирования можно выделить работу по профилактике последствий пережитой человеком психотравмирующей ситуации (иными словами, реадаптация человека к новым для него условиям жизни). Соответственно здесь решаются частные задачи консультативной деятельности и психотерапии, направленные на оптимальное функционирование процесса синхронизации временных локусов смысла. Решаемые консультантом задачи выделяются в определенные категории, отражающие уровни восприятия и переживания клиентом проблемной ситуации.

В соответствии с уровневой организацией системы личностных смыслов первым уровнем глубины проблемной ситуации можно назвать «нормативный уровень», т. е. когда клиент в формулировании проблемы ориентируется на ценности социального окружения и оперирует социальными нормами. Такая формулировка укладывается в поляризованные

конструкты «нормально / ненормально», «правильно / неправильно», «хорошо / плохо» и т. д. В подобной формулировке человек пользуется ценностными представлениями о том, как подобная ситуация соотносится с ценностями его социального окружения, как в подобной ситуации поступает среднестатистическое большинство людей (норма), т. е. прибегает к неинтернализованным ценностям, не отражающим личностный смысл явления. На данном уровне личностные смыслы выполняет функцию индивидуальной интерпретации объективного значения явления. Здесь предметы объективной реальности получают объективацию в сознании субъекта, смыслы выполняют номинативную функцию и порождают ценностные представления об объектах. Представления формируются на личностном уровне и являются продуктом непосредственных контактов человека с окружающим миром. Это еще слабо расчлененные образования, сочетающие в себе элементы образа, знания, отношения, оценки. На уровне повседневной жизни обыденные представления являются своеобразными единицами опыта, выполняющими номинативную функцию. Усваиваемые в ходе формирования личности ценностные представления служат для индивида своеобразным эталоном, с которым он постоянно сопоставляет свои собственные интересы и личные склонности, испытываемые потребности и актуальное поведение. Как правило, данные представления выражены в достаточно размытых речевых конструктах, лишенных интенции, временной перспективы — «мне хотелось бы», «не очень», «да нет» и т. д. В подобном случае основной задачей консультанта является помощь в изменении системы оценок клиента, в расширении ракурса его отношения к ситуации за счет осмысления собственных, личностных ценностей.

Более глубокий уровень формулирования клиентом проблемной ситуации можно назвать «ценностно-смысловым», поскольку в данном случае клиент прибегает к оценке элементов и явлений действительности, основанной на интернализованной им системе ценностно-смысловых ориентаций, когда элементы и явления социальной действительности приобрели для клиента категорию значимости и зачастую выступают в роли смысложизненных ориентаций и предполагают моральнонравственный выбор. Это уже устойчивые личностные образования, опосредующие всю

жизнедеятельность человека. На этом уровне функционирования системы личностных смыслов их основная функция заключается в интегрировании личности в новые условия социальной жизни. В данном случае формулирования проблемы наблюдаются достаточно жесткие, слабопроницаемые и поляризованные конструкты «должен — не должен», «обязан — не обязан» и т. д., выражающие устойчивую позицию клиента относительно ситуации. Работа консультанта с подобного рода задачами предполагает демонстрацию условности ценностных критериев клиента и индивидуальность характера смыслового отношения к ситуации у различных людей. По своей сути эти два вида задач направлены на разрушение полярной позиции клиента, переформулирование заявляемой проблемной ситуации, в результате чего он становится способным увидеть свою ситуацию с другой стороны, т. е. переосмыслить.

Еще один вид задач, решаемых в процессе личностного консультирования, можно обозначить как смысловой уровень. Формулировка проблемы предъявляется в качестве смысловых вопросов «Что делать?», «Как быть?», «Почему это происходит?», «Для чего?», «Зачем?» и т. п. В данном случае клиент направлен на постижение смысла проблемной ситуации и ориентирован на приобретение опыта ее решения посредством восстановления синхронизации смыслов различных временных локусов субъективной реальности. Такой тип задач наиболее часто наблюдается при преодолении эффекта сопротивления, катарсичес-ком отреагировании и инсайте; предполагает тренинговую или обучающую фазу консультирования.

Решение подобного рода задач требуют от консультанта, помимо знания методов, техник и приемов консультирования, высокого уровня компетентности в социокультурном контексте. А. Е. Айви и соавторы основу компетентности психолога видят в единстве методологии, теории и практики, единство проявляется в осознании своего собственного мировоззрения и личностных особенностей, а также того, насколько они отличаются от мировоззрения других людей. Методология дает основу для теории и практики. Квалифицированный психолог знает, как построить творческую, плодотворную работу и как использовать свои научные знания, чтобы воздействовать на другого человека в нужном направлении. Теория

задает организующие принципы практической деятельности. Квалифицированный психолог должен иметь большой запас альтернативных теоретических подходов и способов общения с клиентом. Практика сочетает в себе методологию и теорию. Психолог должен быть компетентен в теории и методах и способен применять их как в целях исследования, так и в практической работе на благо обратившегося к нему за помощью человека. Следовательно, единство вышеперечисленных аспектов отражает личную концепцию профессионала относительно своей деятельности. Необходимым условием существования такой концепции является сам субъект профессиональной деятельности, который должен быть способен четко идентифицировать образ «Я — профессионал» в контексте целостной структуры «Я-концепции».

Таким образом, компетентность психолога зависит не только от уровня его теоретической принадлежности и практической подготовки. Эффективность его деятельности будет зависеть, прежде всего, от способности обобщить научное знание, на основе которого он строит собственную теорию консультирования, интегрирующую в себе различные психологические подходы к процессу личностного консультирования. Обобщенная теория консультанта дает ему возможность гибко ориентироваться на проблемные ситуации клиента в постмодернистском обществе. Независимо от приверженности консультанта какой-либо теоретической школе или направлению у него в ходе проработки проблемы обязательно возникают вопросы о природе изучаемого явления: «Почему?», «Как?» или «Зачем?», отражающие весь спектр жизнедеятельности человека. Несомненно, что решение этих вопросов возможно только через постижение смысла изучаемого явления.

Современные психологические школы и направления, демонстрируя различные аспекты категории «смысл», наделяют ее свойствами и атрибутами предмета своих концептуальных исследований: субъективный, объективный, личностный, биологический, социальный, смысл поведения, отношения, деятельности, жизни. Данный факт указывает, что категория «смысл» приобрела статус междисциплинарного и кросстеоретического понятия и активно используется или подразумевается в психологических исследованиях и практике. Данный факт указывает на универсальную

природу смысла, позволяющую использовать это понятие в качестве единицы анализа личности в сложной жизненной ситуации и всевозможных проявлений человеческой активности. Если рассматривать человека как открытую саморазвивающуюся и самоорганизующуюся систему, то такие понятия, как ценности и личностные смыслы будут выступать в качестве центральных конструктов, позволяющих обобщать различные теоретические направления и сферы психологической практики. Так, например, среди множества конкурирующих сегодня теорий и методов психотерапевтических практик (в каждой традиции вырабатывается свой подход к ситуации оказания психологической помощи) существует ряд общих принципов, приемов и базовых установок. В процессе психотерапии происходит переосмысление индивидом своего личностного опыта, объективной действительности, жизненных целей, следовательно, и осознание, и актуализация своих возможностей. Решение этой задачи в различных психологических подходах и направлениях выглядит по-разному, но в основе ее лежат сходные процессы смысловых трансформаций. Психоаналитик, работая с явным смыслом,

Библиографич

1. Айви А. Е., Айви М. Б., Саймек-Даунинг Л.М.

Психологическое консультирование и психотерапия: методы, теории и техники: практ. рук. / Психотерапевт. колледж. — М., 1999. — 487 с.

2. Ганзен В. А. Описание психических состоя-

ний человека // Психические состояния / сост. и общ. ред. Л. В. Куликова. — СПб.: Питер, 2000. — С. 60-73.

3. Капустин С. А. Поляризованная оценочная

позиция как универсальная причина проблем клиентов психологической консультации // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. — 1994. — № 1.

4. Келли А. Дж. Теория личности: психология

личностных конструктов. — СПб.: Речь, 2000. — 249 с.

5. Левитов Н. Д. Определение психического сос-

тояния // Психические состояния / сост. и

относящимся к образам и ценностям клиента, вскрывает латентный, находящийся на грани сознания смысл и соотносит его со скрытым аспектом символа, в итоге восстанавливает утраченный смысл вытесненного события, обуславливающего невротическое поведение. Целью гештальт-терапии является разблокирование сознания и обретение способности сознательного регулирования контактной границы, т. е. обретение человеком способности адекватно чувствовать и ощущать смысл, неповторимость и ценность ситуации «здесь и теперь». Бихевиорально ориентированные техники направлены на поиск и осмысление моделей поведения, адекватных выходу из сложившейся кризисной ситуации. Психотерапевты и психологи-консультанты экзистенциально-гуманистического направления нацелены непосредственно на осознание человеком смысла жизни и своей деятельности. Общим же принципом для представителей названых направлений является цель психологического консультирования — помощь человеку в ослаблении напряжения внутреннего конфликта и нахождение оптимального пути для дальнейшего развития.

е с кий с пис о к

общ. ред. Л. В. Куликова. — СПб.: Питер, 2000. — С. 44-47.

6. Ломов Б. Ф. Методологические и теоретиче-

ские проблемы психологии. — М.: Наука, 1984. — 448 с.

7. Мясищев В. Н. Психические состояния и от-

ношения человека // Психические состояния / сост. и общ. ред. Л. В. Куликова. — СПб.: Питер, 2000. — С. 52-59.

8. Нельсон-Джоунс Р. Теория и практика кон-

сультирования. — СПб.: Питер, 2000. — 464 с.

9. Серый А. В. Система личностных смыслов:

структура, функции, динамика / науч. ред. М. С. Яницкий. — Кемрово: Кузбассвузиз-дат, 2004. — 272 с.

10. Франкл В. Человек в поисках смысла: сб. / пер. с англ. и нем.; общ. ред. Л. Я. Гозман, Д А. Леонтьев. — М.: Прогресс, 1990. — 368 с.