Внешняя экологическая функция государства в условиях глобализации

УДК 340

ВНЕШНЯЯ ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ ФУНКЦИЯ ГОСУДАРСТВА В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛИЗАЦИИ

© Юлия Алексеевна КНАЦ

Тамбовский государственный университет им. Г.Р. Державина, г. Тамбов, Российская Федерация, аспирант, кафедра теории и истории государства и права, e-mail: juliaknaz@mail.ru

По мере обострения экологических проблем и обретения ими глобального характера внешние экологические функции государств начинают приобретать все более заметную роль в межгосударственных взаимоотношениях. При этом современное межгосударственное экологическое сотрудничество характеризуется весьма противоречивыми тенденциями. С одной стороны - это общность экологических проблем, которая создает основу для интенсивного развития правовых механизмов сотрудничества. С другой стороны - это существенные отличия стран по объективным критериям (уровню развития, обеспеченности природными ресурсами, состоянию национальных экосистем) и субъективным критериям (основам и направлениям внутригосударственной политики, в т. ч. в вопросах природопользования и охраны окружающей среды). В данных условиях состояние и развитие внешней экологической функции государства выходит на первый план. Исследованы некоторые аспекты внешней экологической функции российского государства. Раскрыты проблемы в реализации внешней экологической функции, проанализировано их воздействие на правовой механизм регулирования экологической сферы. Сформулированы выводы о том, что современная экологическая функция государства, в т. ч. внешняя функция, находится в постоянном развитии. При этом глобализация становится ее оптимизирующим фактором. Данный фактор влияет не просто на трансформацию экологической функции как таковой, но и способствует эволюции самого комплексного феномена государственности.

Ключевые слова: экологическая функция государства; внешняя функция государства; экологическая политика; глобализация; международное сотрудничество.

DOI: 10.20310/1810-0201-2015-20-10-158-162

В юридической науке принято выделять внешние и внутренние функции государства (в зависимости от сферы - внутри самого государства или вне его пределов). Внутренние функции характеризуют деятельность внутри страны, а внешние раскрывают специфику интересов государства в межгосударственных отношениях. Но существуют и иные позиции. Так, некоторые ученые не разделяют функции на внешние и внутренние, а говорят только о внешней и внутренней сфере их распространения. Экологическая функция государства не является исключением. Разногласия в ее разделении на внешнюю и внутреннюю также существуют.

С учетом всех имеющихся научных разночтений следует отметить, что содержание внешней функции и содержание внешней сферы распространения функции зачастую имеет если не одинаковый, то существенно схожий аспект в различных научных воззрениях.

По справедливому замечанию Р.Х. Гиз-затуллина, «международное сотрудничество в области охраны окружающей среды - это объективная потребность всего мирового со-

общества в регулировании проблем экологического характера» [1]. Эта потребность определена во многих международных актах. Так, например, в преамбуле Стокгольмской декларации ООН по окружающей человека среде от 16 июня 1972 г. содержится положение о том, что возрастающее число проблем, связанных с окружающей средой, требует широкого сотрудничества между государствами и принятия мер со стороны международных организаций в общих интересах. В этом же документе указано: «Международные проблемы, связанные с охраной и улучшением окружающей среды, следует решать в духе сотрудничества всех стран, больших и малых, на основе равноправия. Сотрудничество, основанное на многосторонних и двусторонних соглашениях или на другой соответствующей основе, крайне важно для организации эффективного контроля, предотвращения, уменьшения и устранения отрицательного воздействия на окружающую среду, связанного с деятельностью, проводимой во всех сферах, и это сотрудничество следует организовать таким образом, чтобы в должной мере учитывались

КБЫ 1810-0201. Вестник ТГУ, т. 20, вып. 10, 2015

суверенные интересы всех государств» [2]. Положения о необходимости международного сотрудничества содержатся также в Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН от 29 октября 1982 г. № 37/7 «Всемирная хартия природы», Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву (Монтего-Бей, 10 декабря 1982 г.), Декларации по окружающей среде и развитию (Рио-де-Жанейро, 14 июня 1992 г.) и многих других документах. Толкование указанных норм во многом дает основание научным исследователям делать вывод о том, что международное сотрудничество в международно-правовом регулировании охраны окружающей среды является обязанностью государств.

Так или иначе, но современные государства стремятся закрепить указанные положения в своем законодательстве. И Российская Федерация здесь не является исключением. В Основах государственной политики в области экологического развития России на период до 2030 г., утвержденных Президентом РФ от 30 апреля 2012 г. в качестве одного из принципов государственной политики в области экологического развития, закреплено «развитие международного сотрудничества в решении глобальных экологических проблем и применении международных стандартов в области охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности» [3]. Также в Федеральном законе «Об охране окружающей среды» международное сотрудничество Российской Федерации названо в качестве одного из основных принципов деятельности государства в области охраны окружающей среды [4].

Полагаем, что в рамках международных отношений первостепенное место имеет обеспечение эффективных механизмов реализации международных правовых актов на государственном уровне. Так, если государство, подписавшее международное соглашение, не имеет работоспособного механизма по его реализации, соответствующих структур или действующей государственной правовой базы в этой области - результат мирового соглашения будет малоэффективным. К сожалению, сегодня приходится констатировать, что существенной проблемой реализации экологической функции является отсутствие связи между национальным законодательством и обязательствами, вытекающими

из членства в международных конвенциях и соглашениях.

Неоспоримым является вклад в российскую правоприменительную практику таких международных конвенций и соглашений, как: Конвенция о биологическом разнообразии, Конвенция о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения (СИТЕС), Конвенция о водно-болотных угодьях, имеющих международное значение, главным образом в качестве местообитания водоплавающих птиц, Международная конвенция по регулированию китобойного промысла, Конвенция о предотвращении загрязнения моря сбросами отходов и других материалов, Соглашение о сохранении белых медведей, Конвенция ЕЭК ООН о трансграничном загрязнении воздуха на большие расстояния, Конвенция ООН по борьбе с опустыниванием, Базель-ская конвенция о контроле за трансграничной перевозкой опасных отходов и их удалением, Венская конвенция об охране озонового слоя, Монреальский протокол по веществам, разрушающим озоновый слой, Рамочная Конвенция ООН об изменении климата, Конвенция о сохранении морских живых ресурсов Антарктики, Конвенция по защите морской среды района Балтийского моря, Конвенция о защите Черного моря от загрязнения и мн. др. Но в то же время нередко участие России в конвенциях носит формальный характер, а провозглашенный в Конституции РФ приоритет международных норм не всегда находит отражение в законотворческой деятельности. Отсутствует четкая регламентация процедур принятия нормативных актов, которые требуются для обеспечения выполнения обязательств конвенций. Примером может служить ситуация с Базельской конвенцией о контроле за трансграничной перевозкой опасных отходов и их удалением, которая неоднократно обсуждалась на экологических форумах. Так, центральный Секретариат Базельской конвенции разработал руководящие документы по сбору и обращению ряда объектов (отходов, содержащих ПХБ и ПХДФ; медицинских отходов; отработавших мобильных телефонов, судов, автомобильных шин и т. д.). Ими была выработана упрощенная методология оценки рисков опасных отходов на здоровье человека и окружающей среды [5]. Однако, по за-

мечаниям представителей научных кругов, российский секретариат Базельской конвенции не обеспечил должного доведения этой информации до сведения заинтересованной российской аудитории, и эти документы не были использованы в нормотворческой деятельности, направленной на совершенствование законодательной и нормативной базы в области обращения с отходами.

Также в качестве актуальной проблемы в рассматриваемой сфере можно отметить низкий уровень переводов официальных русских версий конвенций, ратифицированных Россией. В Базельской конвенции о контроле за трансграничной перевозкой опасных отходов и их удалением, Стокгольмской конвенции о стойких органических загрязнителях и других, ратифицированных Россией, специалистами отмечается низкий уровень переводов официальных русских версий (несоответствие нормам русского языка, терминологические несоответствия и др.) [6]. Такое несоответствие приводит к значительным трудностям при осуществлении международного сотрудничества, а также является препятствием к адаптации норм зарубежного экологического права к российским условиям.

Эффективность внешней экологической функции российского государства во многом зависит не только от факторов, имеющих место на территории России, но также от мировой системы в целом. В этом контексте особую роль приобретают следующие условия реализации внешней экологической функции:

1) признание и соблюдение международных правовых норм всеми членами международного сообщества. Полагаем, что для достижения этого условия необходимо выстроить международную правовую базу таким образом, чтобы любые субъекты международных отношений имели возможность и стимул к ее соблюдению;

2) развитие международной правовой базы в области охраны окружающей среды. Данное условие должно идти по пути создания единого международного экологического законодательства, обязательного для всех стран, которое могло бы стать основой нового международного порядка. Немаловажное значение в этом контексте имеет присоединение к международным правовым актам всех государств, т. к. выполнение общих условий системы экологической безопасности

лишь некоторыми странами существенно снижает ее эффективность. Также международной правовой системе необходим планомерный переход от рекомендательных международных правовых норм к нормам предписывающего характера.

Характеризуя содержание внешней экологической функции государства, нужно отметить то, что она носит более гибкий характер, чем национальная деятельность государства в экологической сфере. В этом контексте стоит согласиться с мнением Р.Х. Гизза-туллина, что международному экологическому сотрудничеству Российской Федерации во многом «присущ компромиссный характер, поскольку отношения с другими государствами и международными организациями строятся на началах равенства» [1]. Кроме того, на содержание внешней экологической функции государства оказывают влияние глобализационные процессы, происходящие в современном мире. В этом контексте отметим позицию М.Н. Марченко о том, что «глобализация воздействует на государство не только своей функциональной стороной (через систему факторов интеграционного характера), но и институциональной (через систему институтов, порождаемых и подпитываемых глобализацией)» [7]. Полагаем, это утверждение в полной мере можно применить также в отношении внешней экологической функции государства.

При этом, по нашему мнению, в условиях современных глобализационных процессов у государств, особенно развитых государств, в настоящее время нет и не может быть выбора входить ли в глобализирующийся мир, присоединяться ли к его международному политическому оформлению. Выбор должен быть принципиально иным: делать это в соответствии с собственной реально действующей программой, имея стабильную идеологическую основу, осознавая свои собственные интересы и цели, оценивая готовность страны к глобализационным преобразованиям, или же осуществлять вхождение в глобализацию силой обстоятельств и придавать судьбу страны внешним факторам и силам, имеющим как положительные, так и отрицательные стороны влияния.

При этом, по справедливому замечанию Н.Г. Рогожиной, развивающимся странам, которые по своим социально-экономическим

ISSN 1810-0201. Вестник ТГУ, т. 20, вып. 10, 2015

и политическим параметрам еще до конца не готовы к восприятию и реализации экологических ценностей развития, особенно необходим толчок извне, чтобы перейти к новой модели развития [8].

По справедливому замечанию А.В. Захарова: «создавая огромные блага для людей, научно-техническая революция одновременно с тем, неизбежно, связана с многократно возросшим вовлечением окружающей природной среды в общественное производство, что, в свою очередь, вызывает разного рода негативные последствия в экологических системах; ведет к загрязнению воздуха и водных источников, повышенной радиации, создает угрозу растительному и животному миру, здоровью и жизни человека» [9]. Безусловно, в указанных условиях экологическая функция государства не просто развивается, но и выходит на первый план как в пределах страны, так и в международном масштабе - на уровне межгосударственного взаимодействия.

Таким образом, современная экологическая функция государства, в т. ч. внешняя функция, находится в постоянном развитии, более того, глобализация становится ее оптимизирующим фактором, который влияет не просто на трансформацию функции как таковой, но и способствует эволюции самого комплексного феномена государственности.

1. Гиззатуллин Р.Х. Экологическая функция государства: теория и практика реализации: монография / под ред. М.М. Бринчука. М., 2014.

2. Стокгольмская Декларация ООН от 16.06.1972 г. Доступ из справочно-правовой системы «Гарант».

3. Основы государственной политики в области экологического развития России на период до 2030 г., утвержденные Президентом РФ от 30.04.2012 г. Доступ из справочно-правовой системы «Гарант».

4. Об охране окружающей среды: федеральный закон от 10.01.2002 г. № 7-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 2002. № 2. Ст. 133.

5. Базельская конвенция о контроле за трансграничной перевозкой опасных отходов и их удалением // Собрание законодательства РФ. 1996. № 18. Ст. 2066.

6. Основные проблемы федерального законодательства РФ в области охраны окружающей среды обсудят на форуме «РосПромЭко-

2013». URL: http://rospromeco.com/expertnoe-mnenie/28-analytic/expertnoe-mnenie/375-osnov-nye-prob-lemy-federalnogo-zakonodatelstva-ros-sij skoj -federatsii-v-oblasti-okhrany-okruzhayu-shchej-sredy-obsudyat-na-forume-rospromeko-2013 (дата обращения: 30.06.2015).

7. Марченко М.Н. Государство и право в условиях глобализации. М., 2015.

8. Рогожина Н.Г. Экологическая политика развивающихся стран. М., 2015.

9. Захаров А.В. Экологическая функция российского государства // Экологизация современного российского государства и права: монография / под ред. А.В. Захарова. М., 2015.

1. Gizzatullin R.Kh. Ekologicheskaya funktsiya gosudarstva: teoriya i praktika realizatsii: monografiya / pod red. M.M. Brinchuka. M.,

2014.

2. Stokgol'mskaya Deklaratsiya OON ot 16.06.1972 g. Dostup iz spravochno-pravovoy sistemy "Garant".

3. Osnovy gosudarstvennoy politiki v oblasti ekologicheskogo razvitiya Rossii na period do 2030 g., utverzhdennye Prezidentom RF ot 30.04.2012 g. Dostup iz spravochno-pravovoy sistemy "Garant".

4. Ob okhrane okruzhayushchey sredy: federal'nyy zakon ot 10.01.2002 g. № 7-FZ // Sobranie zakonodatel'stva RF. 2002. № 2. St. 133.

5. Bazel'skaya konventsiya o kontrole za trans-granichnoy perevozkoy opasnykh otkhodov i ikh udaleniem // Sobranie zakonodatel'stva RF. 1996. № 18. St. 2066.

6. Osnovnye problemy federal'nogo zakonodatel'stva RF v oblasti okhrany okruzhayushchey sredy obsudyat na forume "RosPromEko-2013". URL: http://rospromeco. com/expertnoe-mnenie/28-analytic/expertnoe-mnenie/375-osnov-nye-prob-lemy-federalnogo-zakonodatelstva-ros-sij skoj -federatsii-v-oblasti-okhrany-okruzhayu-shchej-sredy-obsudyat-na-forume-rospromeko-2013 (data obrashcheniya: 30.06.2015).

7. Marchenko M.N. Gosudarstvo i pravo v usloviyakh globalizatsii. M., 2015.

8. Rogozhina N.G. Ekologicheskaya politika razvivayushchikhsya stran. M., 2015.

9. Zakharov A.V. Ekologicheskaya funktsiya rossiyskogo gosudarstva // Ekologizatsiya sovremennogo rossiyskogo gosudarstva i prava: monografiya / pod red. A.V. Zakharova. M.,

2015.

Поступила в редакцию 27.07.2015 г.

UDC 340

EXTERNAL ECOLOGICAL FUNCTION OF STATE IN THE CONDITIONS OF GLOBALIZATION

Yuliya Alekseevna KNATS, Tambov State University named after G.R. Derzhavin, Tambov, Russian Federation, Postgraduate Student, Theory and History of State and Law Department, e-mail: juliaknaz@mail.ru

In process of an aggravation of environmental problems and finding global character by them external ecological functions of the states start playing more and more noticeable role in interstate relationship. Thus, modern interstate ecological cooperation is characterized by very contradictory tendencies. On the one hand, it is a community of environmental problems, which creates a basis for intensive development of legal mechanisms of cooperation. On the other hand, there are essential differences between the countries in objective criteria (a level of development, security with natural resources, a condition of national ecosystems) and in subjective criteria (bases and the directions of interstate policy, including questions of environmental management and environmental protection). In these conditions the state and development of external ecological function of the state comes to the forefront. Some aspects of the external environmental features of the Russian state are researched. Problems of realization of external ecological function are opened, their impact on a legal mechanism of regulation of the ecological sphere is analyzed. Conclusions that modern ecological function of the state, including external function, is in continuous development are formulated. Thus, globalization becomes its optimizing factor. This factor influences not simply transformation of ecological function as that, but also promotes evolution of the most complex phenomenon of statehood.

Key words: ecological function of the state; external function of the state; environmental policy; globalization; international cooperation.

DOI: 10.20310/1810-0201-2015-20-10-158-162