Вера и личность в свете устойчивого развития

Вера и личность в свете устойчивого развития*

Р. К. Омельчук

(Восточно-Сибирская государственная академия образования, г. Иркутск)**

В статье рассмотрена онтологическая модель личности, позволяющая определить веру как характеристику человеческого бытия. Онтология веры анализируется в связи со становлением личности и устойчивым развитием общества.

Ключевые слова: онтология веры, истина бытия, устойчивое развитие, онтологическая модель личности, адекватность, неадекватность, культура.

Согласно диалектическому реализму диалектика — это не просто метод мышления, а закон Вселенной, пронизывающий ее единством противоположностей. Этот дух диалектики выражает понятие устойчивого развития. В этом смысле диалектический реализм и есть философия устойчивого развития, через призму которого мы попытаемся рассмотреть веру и личность.

В соответствии с используемым нами методом бэккастинга апогеем становления личности является сама личность. Глазами онтологии личность представляется как человек истинный, адекватно вписывающийся в истинное бытие. Ясно, что истинный человек и сама истина являются неким бытийным идеалом. Идеализация в данном случае и является тем решающим фактором, под воздействием которого реализм уступает место утопии. Под влиянием этого фактора долгое время вера рассматривалась либо как религиозный феномен, либо как феномен теории познания. Если в первом случае идеализация была сопряжена с Богом, то во втором — со знанием (в первом случае вера отвергает разум, во втором — разум отвергает веру). Диалектический реализм исключает идеализацию, однако предполагает реализацию истины бытия, включающей в себя и человека истинного, и саму истину. Бытийная вера, рассматриваемая как фундамент становления человека истинным, также гармонично

вписывается в концепцию диалектического реализма, однако нуждается в соответствующей интерпретации.

Начнем с того, что идеальное по-разному воспринимается в свете науки, философии, религии: в первом случае идеалом является знание, во втором — истина, в третьем — Бог. Философия примиряет науку и религию: здесь и знание о Мире, и Бог как Другой, онтологически сливаясь воедино, предстают как Истина. К таким выводам приходит и П. А. Флоренский, однако он исходит из прямо противоположной логики: «...к понятию истины, в русском ее разумении. это «пребывающее существование»; — это — «живущее», «живое существо», «дышащее», т. е. владеющее существенным условием жизни и существования. Истина, как существо живое по преимуществу, — таково понятие о ней у русского народа» (Флоренский, 1990: 17). Личностное отношение к истине есть своеобразная и самобытная характеристика русской философии, имеющая своей обратной стороной глубоко укоренившуюся в русском человеке веру и правду, верность и преданность. Диалектичность веры и истины одновременно раскрывает и обосновывает такую закономерность, ведь аксиома о божественности истины должна подразумевать аксиому о человечности веры.

Вера, понятая онтологически, есть характеристика человеческого бытия. Конеч-

* Статья подготовлена при поддержке гранта РГНФ (проект № 11-33-00111а2 «Междисциплинарное исследование социокультурных механизмов преемственности ценностей»).

** Омельчук Роман Константинович — кандидат философских наук, старший преподаватель гуманитарного факультета Восточно-Сибирской государственной академии образования, г. Иркутск. Тел.: +7 (395) 24-08-47. Эл. адрес: R.Om@list.ru

ность, наличность и одиночество являются теми экзистенциальными характеристиками, которые диалектически противопоставляют человека Миру, Истине, Другому и в то же время дополняют такого наличного человека, стремящегося к полноте бытия. Бесконечность и разнообразие проявлений Мира, совершенство Истины и личностные качества Другого являются теми бытийными ценностями, на стремление к которым настраивает вера.

Итак, идеальную сущность можно представить посредством таких аспектов, как Мир, Истина, Другой, человеческая же сущность есть вера.

Мир, Истина, Другой посредством веры как бы включаются в саму личность, становятся ее неотъемлемой частью. Это происходит благодаря своеобразному механизму функционирования веры, который заключается в постепенном отождествлении наличного (субъект веры) с истинным (объект веры). Посредством веры осуществляется становление личности, которое выражается в постепенном качественном уподоблении личности тем экзистенциальным, бытийным ценностям, в которые она верит. Идеальная сущность Мира, Истины, Другого становится тем образом подобия, в соответствии с которым формируются представления об адекватности сущности самого человека. Адекватность нужно отличать от идентичности: идентичность подразумевает полное тождество, полное равенство (по сути, идентичность может быть только в отношении самого себя), а адекватность подразумевает качественное подобие определенному образу, количественное тождество которому может быть недостижимым в принципе.

Итак, говоря об адекватной личности, мы не подразумеваем человека истинного, совершенного или идеального. Основной признак адекватной личности — естественность, натуральность, природность. Сознание адекватной личности проявляется через четко определенные цели, ценности, мировоззрение и смысл, которые реализуются

в адекватных им мышлении, ощущениях и желаниях. Иными словами, адекватный человек мыслит в соответствии с целями, ценностями, мировоззрением и смыслом; ощущения и желания адекватной личности также находятся в полном соответствии с его сознанием. Эта идея находит выражение в следующей структуре: Я — Сознание — Интеллект — Ум — Чувства. Такая личность способна осознанно со-пере-живать Мир, Истину, Другого внутри себя. Только адекватная личность способна жить и быть, будучи свободной от разделения своего бытия на материальное и духовное, поскольку внутренний мир адекватной личности соответствует ее поведению и действиям.

Использование диалектического подхода требует с постановкой вопроса об адекватности определить ее противоположность. По нашему мнению, переход от адекватности к неадекватности связан с проблемой эгоизма. В этом случае онтологическая модель личности принимает следующий вид: Я — Сознание — [Эгоизм] — Интеллект — Ум — Чувства. Если в первом случае уникальные качества индивидуального Я (эго) посредством сознания имеют функциональное продолжение в интеллекте, уме и чувствах, то во втором случае индивидуальное Я с его проявленными в сознании целями, ценностями, мировоззрением и смыслами оказывается скрытым эгоизмом. Если для адекватной личности вполне естественно мыслить, ощущать и желать сознательно, т. е. в соответствии с целями, ценностями, мировоззрением и смыслом индивидуального Я, то неадекватная личность также естественно мыслит, ощущает и желает исключительно эгоистически. В таком состоянии разрыва с самим собой личность, даже полностью признавая правильность и истинность тех или иных целей, ценностей, мировоззрения, смысла в отношении собственной индивидуальности, в своих поступках действует иначе, полагаясь на эгоизм.

Противоположность Эго и эгоизма находила разные интерпретации в истории философии: от ставших классическими —

«Истина и ложность», «Естество и искусственность» до оригинальных «Смысл и меональность» (А. Ф. Лосев), «Бытие и временность» (М. Хайдеггер), «Любовь и похотливость» (П. А. Флоренский). Так или иначе, абсолютно справедливо, что «преодолеваться надлежит в первую очередь эгоизму» (Киселев, 2008: 9). Бытийная вера в этой связи является основным инструментом, методом преодоления связанных с эгоизмом сомнений, заблуждений, невежества в отношении как самого себя, так и Мира, Истины, Другого. Если эгоизм сковывает, ограничивает, обусловливает, то вера как особого рода трансцендирование есть способность человека выходить за рамки любой культуры, любой нации, любого общества и находить основания своего бытия, которые не зависят от того, что случится с ними во времени (там же: 15). Поскольку «эта сила забвения — сила всепожирающего времени» (Флоренский, 1990: 18), важно подчеркнуть, что вера как стремление к истине бытия неподвластна времени и обстоятельствам, поскольку является непосредственным присутствием Мира, Истины, Другого. Важно не то, что с веры начинается становление наличного человека истинным, а то, что даже в состоянии неадекватности человек может опереться на бытийную веру любого уровня и посредством слушания, послушания, служения полностью восстановить адекватность.

Вообще неадекватность — это ситуация потери веры, в которой человек перестает стремиться к собственной полноте и естеству. Особенность феномена бытийной веры состоит в том, что человек не может потерять веру вообще, поскольку без веры нет человека. Благодаря вере человек приобретает ценное качество — становится устойчивым. Говоря о бытийной вере как процессе становления, мы подразумеваем, что вера есть устойчивое развитие личности. Такое утверждение небезосновательно. «Известно, что слово «дхарма» произошло от корня йЪгг, который означает «носить, переносить, поддерживать, утверждать». Собственно,

речь идет о принципе сохранения бытия, а следовательно, и об устойчивости» (Генон, 2003: 362). В буддийской литературе «дхарма» — это учение Будды, хотя в добуд-дийской литературе это понятие истолковывалось как опора, закон, религия, долг, добродетель, душа, традиция, как некий дар, открывающийся провидцам. Современное понимание понятия «дхарма» сводится к процессу и в итоге к состоянию вверения себя (Ело Ринпоче, 2006: 69). Приведенные выше слова Р. Генона позволяют заключить, что между понятиями «вера» и «дхарма» действительно существуют и формальные, и содержательные тождества.

Интересно заметить, что философски дхарма личности соответствует личностной самоидентификации. Так, например, один и тот же человек, по-разному идентифицируя себя, выходит на разные уровни дхармы: Я как мужчина, Я как сын, Я как муж, Я как отец, Я как преподаватель, Я как россиянин, Я как человек, Я как философ, Я как вечная духовная частица. По сути дела, речь идет о разных уровнях бытийной веры, один из которых является доминантой и качественно характеризует личность. Потеря веры на этом уровне связана с переоценкой ценностей, изменением жизненных целей и мировоззрения, нахождением нового смысла. Такие внутренние преобразования обеспечивают переход на какой-то другой уровень бытийной веры с сохранением устойчивости, необходимой для дальнейшего развития личности. Устойчивость бытийной веры является гарантом преодоления эгоизма, поскольку механизмы веры призваны возвратить личности ее утраченный статус адекватности.

Однако в целом неадекватность характеризуется тем, что человек устойчив только в своем эгоизме. Очевидно, что такое положение дел только усугубляет положение как отдельного человека, так и культуры в целом. Если вера — это фундамент становления личности, то личность — это фундамент культурного развития. Подобно тому, как без веры нет личности, можно сказать, что

без личности нет культуры. «Современное информационное общество характеризуется глобальной мобильностью и беспрецедентной интенсивностью всех социальных процессов, поэтому главной проблемой развития становится поддержание устойчивости человеческого бытия» (Мантатов, Мантато-ва, 2007: 20). Неадекватный эгоизм одного человека порождает тотальный субъективизм, отвергающий Мир, Истину, Другого как объективные экзистенциальные ценности. Мысль Г.-П. Мартина и Х. Шуманна о том, что «страны, до сих пор наслаждавшиеся процветанием, сейчас уничтожают социальную составляющую своей структуры даже быстрее, чем они уничтожают окружающую среду» (Мартин, Шуманн, 2001: 22), можно истолковать более широко. Культура, в которой Мир, Истина, Другой эксплуатируются, уже изжила себя, поскольку потеряла свою основную структурную единицу — адекватную личность.

В условиях глобальной информатизации потеря личностной адекватности в перспективе оборачивается потерей адекватных целей, ценностей и смыслов. Проблема, однако, состоит не в том, что будут потеряны адекватные цели, ценности и смыслы, а в том, что неадекватные цели и программы станут всеобщими ценностными ориентирами. Без всяких сомнений, проблема устойчивого развития есть проблема человека и уровня его бытийной веры, устремляющей к соответствующим этому уровню бытийным ценностям.

Мир, Истина, Другой являются теми бытийными ценностями, которые олицетворяют ориентиры устойчивого развития как отдельной личности, так и культуры в целом. Так, Мир, являясь онтологическим олицетворением всего сущего, предполагает гармонию человека с природой, а значит, и защиту окружающей среды; Другой, являясь онтологическим олицетворением личности, предполагает гармонию человека с социумом, а значит, и субъектно-субъектный диалог; Истина, являясь онтологическим олицетворением идеального бытия, предполагает

гармонию человека с самим собой, а значит, и обретение смысла жизни и счастья. Очевидно, что ориентирами устойчивого развития являются объекты бытийной веры. Раскрывая смыслы, сконцентрированные в идеальных ориентирах устойчивого культурного развития, мы одновременно раскрываем качественные характеристики устойчивой личности. Так, гармонизация личности с окружающим миром — путь развития с-мирения человека перед лицом природы, гармонизация личности с социумом — путь развития субъектно-субъектных взаимоотношений с другими личностями, гармонизация человека с самим собой — путь становления наличного человека истинным. Философы всегда обращали внимание на то обстоятельство, что самореализация человека зависит от его приобщения к тому, что его превосходит. Так Мир, Истина, Другой посредством веры раскрываются в личности как смирение, самосовершенствование и взаимоотношения.

«...Мы не просто являемся пассивными жертвами метапатологии, вызываемой внешней ценностной депривацией, — пишет А. Маслоу, — мы боимся высших ценностей как в нас самих, так и вне нас. Они нас не только влекут — они нас также пугают» (Маслоу, 1999: 307). Отрицание идеала и идеальных целей — главный мотив мировоззрения материальной цивилизации. Современная массовая культура демонстрирует непростительное пренебрежение к духовным ценностям, к идеалам Истины, Добра и Красоты. Она представляет людей такими, какие они есть в стихии жизни, т. е. эгоистами и гедонистами, по сути, уничтожая человеческое в человеке. Такая позиция отражает частную экзистенцию человека, но не его сущность, не его предназначение.

Каждый человек есть одновременно его эмпирическая индивидуальность и его идеальная возможность, или даймон. В соответствии с философией устойчивого развития первейшей обязанностью каждого человека является распознавание, открытие своего даймона, а затем устройство своей жизни по

его законам. Человек как «вопрошающее бытие» таит в себе «Мысль Бытия» (М. Хайдеггер), и чтобы раскрыть ее, человеку необходимо «быть послушным бытию, не только говорить, но и слушать» (История современной., 1997: 86-87). Такова, на наш взгляд, формула веры как устойчивого отношения, которая выполняет важную роль в процессе перехода человека извне внутрь. М. Хайдеггер обозначил такое отношение как «вслушивание в бытие», К. Ясперс — как «слушание трансценденции», Х. Ортега-и-Гассет — как «вслушивание в жизнь».

Каждый человек является проводником истины в той степени, в которой он верит в абсолютную реальность истинного бытия. Как мы уже отметили выше, Мир, Истина, Другой потенциально присутствуют внутри личности. Более того, человек как личность не просто ставит цели, но «в основе своего существа... охвачен желанием “стать тем, что он есть”» (Хайдеггер, 2007: 109). М. Хайдеггер вводит понятие «образование», которое понимается им в качестве процесса становления человека истинным. Вера как стремление личности к истине бытия и есть образование, понимаемое в качестве становления, «образования» личности.

Жизненная активность экзистенции проявляется в ее устремленности к трансцен-денции, поскольку становление человека подразумевает постоянный выход за пределы того, кем он себя осознает. На последней глубине личностного бытия становится возможным восприятие нравственных, культурных, религиозных ценностей и заложенных в них смыслов. В таком опыте открывается человеку вся полнота его собственной природы. Так постепенно внутренний мир личности становится благоприятной почвой для образования веры. Что же касается образования личности, то в данном случае такое становление неизменно сопряжено с постоянным изменением внутренней ориентации человеческого бытия, постоянной корректировкой направленности бытийной веры на осознаваемые в качестве реальности бытийные ценности.

«Быть человеком — значит быть постоянно открытым запросам жизни, а жить — значит давать ответ на ее запросы» (Лэнгле, 2003: 120). В этой связи вера является не слепым признанием истинного бытия, которое доступно наличному человеку, но осознанным и решительным стремлением преобразовать свой жизненный мир до масштаба целостного истинного бытия. Нам представляется, что не наличие заранее данных ценностей делает жизнь осмысленной, поскольку главная предпосылка осмысленной жизни возникает внутри человека и заключается в его внутреннем отношении к жизни. Такое изменение внутреннего отношения к жизни позволяет личности увидеть совершенно иные ценности, чтобы быть устойчивым в своем развитии от солипсизма как крайней формы эгоизма до межличностного единения, соборности, общинности вокруг Мира, Истины, Другого как идеалов устойчивой развития культуры в целом.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Генон, Р. (2003) Избранные сочинения: Царство количества и знамения времени. Очерки об индуизме. Эзотеризм Данте. М. : Беловодье.

Ело Ринпоче. (2006) Краткое объяснение сущности Ламрима. Улан-Удэ : Изд-во БЦ Рин-поче-багша.

История современной зарубежной философии: компаративистский подход (1997) / А. С. Колесников и др. СПб. : Лань.

Киселев, Г. С. (2008) «По образу и подобию» // Вопросы философии. № 1. С. 3-18.

Лэнгле, А. (2003) Жизнь, наполненная смыслом. Прикладная логотерапия. М. : Генезис.

Мантатов, В. В., Мантатова, Л. В. (2007) Революция в ценностях: философские перспективы цивилизационного развития. Улан-Удэ : Изд-во ВСГТУ.

Мартин, Г.-П., Шуманн, Х. (2001) Западная глобализация: атака на процветание и демократию. М. : Альпина.

Маслоу, А. (1999) Новые рубежи человеческой природы. М. : Смысл.

Флоренский, П. А. (1990) Столп и утверждение Истины: Опыт православной теодицеи. М. : Правда. Т. 1 (I).

Хайдеггер, М. (2007) Что такое метафизика? М. : Академический проект.

FAITH AND PERSON IN THE LIGHT OF SUSTAINABLE DEVELOPMENT R. K. Omelchuk

The article considers the ontological model of person that allows to define faith as a characteristic of human entity. The ontology of faith is analyzed in the connection with achievement of personhood and sustainable development of society.

Keywords: ontology of faith, truth of being, sustainable development, ontological model of person, adequacy, inadequacy, culture.

BIBLIOGRAPHY

Genon, R. (2003) Izbrannye sochineniia: Tsar-stvo kolichestva i znameniia vremeni. Ocherki ob induizme. Ezoterizm Dante. M. : Belovod’e.

Elo Rinpoche. (2006) Kratkoe ob’iasnenie sushchnosti Lamrima. Ulan-Ude : Izd-vo BTs Rin-poche-bagsha.

Istoriia sovremennoi zarubezhnoi filosofii: komparativistskii podkhod (1997) / A. S. Kolesnikov i dr. SPb. : Lan’.

Kiselev, G. S. (2008) «Po obrazu i podobiiu» // Voprosy filosofii. № 1. S. 3-18.

Lengle, A. (2003) Zhizn’, napolnennaia smys-lom. Prikladnaia logoterapiia. M. : Genezis.

Mantatov, V. V., Mantatova, L. V. (2007) Re-voliutsiia v tsennostiakh: filosofskie perspektivy tsivilizatsionnogo razvitiia. Ulan-Ude : Izd-vo VSGTU.

Martin, G.-P., Shumann, Kh. (2001) Zapadnaia globalizatsiia: ataka na protsvetanie i demokratiiu. M. : Al’pina.

Maslou, A. (1999) Novye rubezhi chelovech-eskoi prirody. M. : Smysl.

Florenskii, P. A. (1990) Stolp i utverzhdenie Istiny: Opyt pravoslavnoi teoditsei. M. : Pravda.

T. 1 (I).

Khaidegger, M. (2007) Chto takoe metafizika? M. : Akademicheskii proekt.

Научная жизнь

В Московском гуманитарном университете создана психофизиологическая лаборатория, оснащенная самым современным оборудованием. Руководит лабораторией доктор медицинских наук, профессор, известный специалист в области психофизиологии труда и обеспечения психофизиологической надежности человека в экстремальных условиях, врач-психотерапевт высшей квалификации В. М. Зво-ников. 13 сентября 2011 г. состоялась презентация лаборатории. Присутствовали ректор МосГУ профессор И.М. Ильинский, проректоры А. И. Ковалева и Е. А. Белый, декан факультета психологии и социальной работы Ю. Н. Олейник, сотрудники лаборатории. В. М. Звоников представил направления исследований, рассказал о новых психофизиологических методах диагностики и коррекции функционального состояния, продемонстрировал уникальное оборудование лаборатории.