Становление института переговорщиков с преступниками за рубежом (историко-психологический аспект)

СТАНОВЛЕНИЕ ИНСТИТУТА ПЕРЕГОВОРЩИКОВ С ПРЕСТУПНИКАМИ ЗА РУБЕЖОМ

В.О. ЗВЕРЕВ

На сегодняшний день, подразделения переговорщиков с преступниками в большинстве силовых ведомств России находятся в стадии своего формирования. И если в ФСБ России они уже созданы и совершенствуют свою деятельность не только в ролевых играх (практических тренингах), но и в реальных ситуациях захвата заложников, то в штатном расписании МВД России их нет. Хотя, справедливости ради, отметим, что на базе Академии МВД России, а также Новосибирского межрегионального центра УФСИН Минюста России организованы краткосрочные курсы по подготовке переговорщиков. Специалисты аналогичного профиля отсутствуют и в службе спасения МЧС России. Между тем, именно они, люди без оружия, не отождествляемые с такими категориями, как «закон», «лишение свободы», «казенный дом» и т. п., должны находить «общий язык» с преступниками, к примеру, прибывающими в состоянии временного душевного расстройства или длительного психического заболевания, склоняя их к отказу от действий насильственного характера.

Совершенно иначе дело переговоров с преступниками поставлено за рубежом. В странах Западной Европы и США накоплен богатый опыт использования профессиональных переговорщиков (полиции) в экстремальных ситуациях, связанных с захватом заложников. Причем поиск и достижение компромисса с преступниками рассматривается не столько первичной, сколько основной фазой операции по освобождению людей, что в случае успеха позволяет не допустить эскалации конфликта и избежать кровопролития [1].

Возникновение института переговорщиков, как самостоятельного подразделения органов правопорядка многих стран мира, участвующих в переговорах с преступниками в «ситуации заложничества», прошло ряд этапов:

I. Теоретический анализ важности и значимости переговорщиков (тактики переговоров) в правоохранительной сфере (побудительный фактор - трагедия 1972 г. в Мюнхене).

II. Формирование групп переговорщиков и последующее совершенствование их профессионализма.

III. Создание гражданских структур по урегулированию спорных и конфликтных ситуаций путем диалога.

Остановимся на подробном осмыслении лишь первых двух этапов зарождения, становления и развития института переговорщиков органов правопорядка, на примере отдельных стран Европы и США.

I. Теоретический анализ важности и значимости переговорщиков

Всю сложность и драматичность террористических актов в условиях захвата заложников, несовершенство международно-правовой системы борьбы с проявлениями террора, а также назревшую актуальность научного подхода к исследованию подобных ситуаций в мировой практике впервые поняли во время и после мюнхенских событий 1972 г., инициировавших становление и последующее развитие института переговорщиков во многих странах мира.

Захват заложников в Мюнхенской Олимпийской деревне во время проведения ХХ-х летних Олимпийских игр в Германии: краткая хронология событий [2, с. 39]:

Утром 5 сентября 1972 г. в окрестностях Мюнхена группа членов экстремистской организации «Черный сентябрь» захватила в заложники 11 спортсменов из Израиля. Палестинцы были одеты в черные маски, вооружены автоматами «Калашников» и ручными гранатами (по подсчетам полиции, в их распоряжении было 8 автоматов, 900 патронов и 24 гранаты).

Они потребовали немедленно освободить и отправить в одну из арабских стран 234 палестинца, отбывавших наказание в израильских тюрьмах (все они были осужденные за терроризм) и 16 заключенных-европейцев, среди них двое немцев - ультралевые террористы, союзники палестинцев.

Вскоре в административном блоке Олимпийской деревни был сформирован антикризисный штаб, в состав которого вошли: шеф полиции Мюнхена М. Шрайбер (руководитель штаба), земельный министр Б. Мерк, федеральный министр внутренних дел Г.-Д. Геншер, бургомистр Олимпийской деревни и генеральный секретарь Национального олимпийского комитета В. Трегер, подполковник пограничной полиции У. Вегенер, глава организационного комитета ХХ-х Олимпийских игр В. Дауме, а также экс-обер-бургомистр Мюнхена и вице-президент оргкомитета Олимпиады Г.-Й. Фогель.

Террористы предупредили, если их требования в течение двух часов не будут выполнены, они начнут убивать заложников.

В начавшихся переговорах со стороны органов местной власти участвовали непрофессиональные переговорщики - сотрудницы полиции Р. Лаутенбах и А. Грэс, последняя из которых отличалась

«мягкой манерой разговаривать, природной контактностью, умением ладить с людьми и располагать их к себе».

К переговорщикам вышел руководитель боевиков Исса. Он был одет в обычный костюм, традиционный палестинский платок-куфия на голове, лицо вымазано черной краской. В ходе разговора переговорщики пояснили, что они не в силах выпустить из израильских тюрем боевиков. В ответ на это Исса напомнил, что в случае невыполнения его требований начнут гибнуть люди.

В поисках выхода из возникшего конфликта была налажена дипломатическая связь с официальным Тель-Авивом. Премьер-министр Израиля Г. Меир заняла принципиальную позицию, и заявила: «Ни при каких условиях не поддаваться на шантаж террористов и не выполнять их требования». Она твердо считала, что уступки террористам только порождают новый террор.

Немцы затягивали переговоры, сетуя на прервавшуюся телефонную связь с Тель-Авивом, а также на то, что Меир якобы не может собрать всех членов израильского кабинета министров, что израильским и западногерманским чиновникам не удается найти всех заключенных, указанных в списке.

Немцы не знали, как быть в ситуации, когда ни израильтян, ни палестинцев не получалось склонить к компромиссу. Переговоры зашли в тупик.

Убедившись, что бескровные варианты решения кризиса отсутствуют, Шрайбер приказал своему заместителю Г. Вольфу продумать силовые варианты освобождения заложников.

Было решено предоставить преступникам «воздушный коридор» в любую страну мира, и во время осмотра ими самолета провести силовую операцию.

В это время, план силовой операции, который должен был быть реализован в аэропорту, «почти рухнул». Полицейские, которые должны были нейтрализовать преступников в салоне самолета, отказались выполнить приказ.

Не оставалось времени ни придумывать новый план, ни искать более смелых полицейских, которые бы рискнули остаться в самолете. В распоряжении зам. начальника мюнхенской полиции Вольфа оставались только снайперы.

Жизнь заложников полностью зависели от точности выстрелов пяти снайперов, которые не имели специальной подготовки и соответствующего опыта. Их выбрали только потому, что они «увлекались стрельбой и в выходные дни, вместо пивной - ходили в тир».

Последующего разворота событий не мог предсказать никто. В момент осмотра преступниками «Боинга 737» полицейские снайперы открыли по ним несанкционированный огонь, спровоцировав их на ответные насильственные действия и лишив заложников последней надежды на спасение. Во время начавшегося боя все заложники погибли, также были убиты пять преступников, пилоты вертолетов и один полицейский, трое полицейских получили ранения...

Вскоре, проводя комплекс следственно-оперативных мероприятий, прокуратура ФРГ указала ряд причин, вследствие которых операция по освобождению заложников в Мюнхене закончилась неудачей. Главными из них были:

- отсутствие практического опыта освобождения заложников и научно-теоретических разработок в

области противодействия терроризму у правоохранительных органов Германии;

- неимение специальных подразделений быстрого реагирования по борьбе с терроризмом в

условиях захвата заложников;

- отсутствие продуманного и единогласного плана действий антикризисного штаба;

- низкая организация и координация действий по ликвидации преступников в момент штурма;

- не использование всех возможностей переговоров с преступниками;

- отсутствие квалифицированных специалистов по переговорам.

Позже, размышляя о ходе и результатах мюнхенской операции, аналитики и эксперты-психологи многих стран мира пришли к следующим заключениям. Во-первых, в схожих ситуациях применение адекватных силовых мер со стороны государства требует особой рассудительности. Во-вторых, тактика действий групп спецназа должна быть согласованной и осуществляться в рамках единой руководящей линии оперативного штаба. И, в-третьих, единственной альтернативой силовой операции или ее обязательной первичной фазой должны стать переговоры с преступниками, как единственный способ поиска согласий и безнасильственного урегулирования возникшего противоречия. Особое значение при этом было отведено усилиям специальных посредников в переговорах.

После событий 1972 г., как в Германии, так в других странах, человека, уполномоченного на ведение переговоров с террористами - переговорщика, стали рассматривать ключевой фигурой при разрешении любого инцидента с захватом заложников. Ведь именно его опыт, знания и квалифицированные действия дают самые высокие шансы заложникам на выживание.

С этой точки зрения представляет значительный интерес система организации переговоров с преступниками, сложившаяся в ФРГ, Франции, Чехии и Соединенных Штатах Америки в последние десятилетия.

II. Формирование групп переговорщиков и последующее совершенствование их профессионализма

Обратимся к рассуждениям крупного специалиста по теории и практике переговоров В.П. Илларионова, ознакомившегося с инструкцией полиции земли Северный Рейн-Вестфалия ФРГ по переговорам с преступниками [3, с. 65].

Он указывает, что в Германии переговоры с преступниками в целях освобождения заложников, предупреждение террористических актов, взрывов, поджогов, массовых отравлений и других тяжких преступлений стали самостоятельным направлением оперативно-профилактической деятельности правоохранительных органов, в первую очередь, полиции. В связи с этим решены вопросы оргштатного, методического, технического и иного их обеспечения. Практически во всех подразделениях полиции выделены сотрудники, владеющие навыками психолого-педагогического воздействия на правонарушителей, умением вести диалог в экстремальной ситуации, наделенные «силой личного убеждения». С ними проводятся занятия в системе служебной подготовки. Их деятельность регламентируется инструктивными указаниями и методическими пособиями, выпущены учебные кинофильмы, разработаны сценарии ролевых игр на основе конкретных фактов ведения переговоров, смоделированы криминальные ситуации, при которых их возможности могут быть использованы полицией. Определен круг ведомств и лиц, которые привлекаются к переговорам в качестве участников либо консультантов (советников).

На уровне полиции земель (соответствующем нашим МВД, УВД) созданы специализированные группы переговорщиков, подчиненные непосредственно начальнику полиции и действующие под его руководством и контролем. В их штате кроме начальника подразделения, предусмотрено необходимое число переговорщиков; техник, обеспечивающий видео- и аудиофиксацию переговоров, использование средств связи и др., секретарь, отвечающий за ведение делопроизводства и решение других вопросов, а также специалист-психолог. Группа обеспечена транспортом, дающим возможность вести переговоры на месте происшествия, на маршруте передвижения группы в зависимости от складывающейся оперативной обстановки. На нее возложены обязанности установления контактов с преступниками, психологического воздействия на них в целях склонения к отказу от противоправного поведения, сохранения жизни и здоровья жертв преступления, их освобождение, получение необходимой оперативной и криминалистически значимой информации, позволяющей наметить стратегию и тактику ведения переговоров, обеспечить подготовку других акций, в том числе пресечение преступных действий силой. В документе подробно перечислены ведомства и лица, на поддержку которых опирается полиция в своей работе по переговорам с преступниками, взаимодействует с ними.

Дополняя В.П. Илларионова, заметим, что наряду со специальными группами по ведению переговоров, в правоохранительной системе ФРГ функционирует спецподразделение пограничной охраны - «080-9», толчком к образованию которого стали все те же события 1972 г. в Мюнхене. Оно оказывает помощь не только пограничникам, но и федеральной и земельной (субъекты федерации) полиции. Главной задачей «080-9» является борьба с терроризмом. Наряду с силовиками в этом подразделении имеются и переговорщики. За годы своего существование «080-9», официально созданное для спасения человеческих жизней в случаях совершения особо опасных насильственных преступлений, провело более 1400 операций. При этом лишь в четырех инцидентах спецназовцы применяли оружие [4, с. 42].

Волна терроризма и тяжких насильственных преступлений захлестнувшая Западную Европу стала поводом для создания во Франции в 1985 г. спецподразделения полиции «РАЮ», в компетенцию которого вошло и противодействие терактам с захватом заложников. Численность спецназа 60 человек, каждый из которых распределен по четырем группам. Состав групп: специалист по переговорам, снайпер, подрывник и другие профессионалы.

Накопленные знания и опыт западноевропейских полицейских был положен в основу создания подразделения контртеррора в Чехии - «иРЫА». Подчиненное непосредственно министру внутренних дел, структурно оно включает три штурмовые группы, состоящие из 20 человек каждая, специальной группы из 25 человек (снайперы, связисты и специалисты по переговорам) и группу управления и материальнотехнического обеспечения [4, с. 50-51].

Как видно, в каждом из вышеупомянутых подразделений спецназа в обязательном порядке присутствуют переговорщики - сотрудники правоохранительных органов. И это не удивительно, ведь любой эксцесс с участием невинных жертв начинается с попыток мирного выхода из конфликта, даже если их предпринимают переговорщики спецназа. Все они проходят всесторонний отбор на должность, участвуют в переговорных тренингах и ролевых играх, обмениваются практическим опытом и знаниями с такими же специалистами из аналогичных подразделений других стран.

В США также накоплен ценный опыт решения национальных проблем, относящихся к различным сферам социально-политической жизни, включая вопросы безопасности. Вначале, - указывает В.П. Илларионов [5, с. 64-65], - четко формулируется предмет общественно значимой проблемы как цели-задания, ее понятие, содержание, связи и опосредствования с тем, чтобы максимально точно определить направление путей «что делать», как решать составляющие ее задачи. Для разработки средств достижения цели привлекаются наиболее авторитетные ученые и практики, причем федеральное устройство государства предполагает, что каждый штат, если он нуждается в решении задачи, займется этими вопросами на своем уровне. Там не боятся параллелизма исследований, чем больше дельных

предложений, тем лучше. К работе подключаются университеты, лаборатории, научно-исследовательские учреждения корпораций и частных фондов. Когда разработана методика решения проблемы и ее организационные управленческие формы, изыскиваются финансовые, материально-технические, кадровые ресурсы, причем в размерах, соответствующих цели, которую предполагается достигнуть.

Так было и с проблемой переговоров с преступниками, возникшей в начале 70-х годов прошлого века. Началось с потока научных публикаций на эту тему, появились энтузиасты, создавшие экспериментальные подразделения переговорщиков в Нью-Йорке, Чикаго, Сан-Франциско и других городах. Они развертывались в имеющейся системе полицейских действий быстрого реагирования, их возглавили опытные практические работники.

Как же сегодня действует система ведения переговоров в США? Отвечая на этот вопрос, обратимся к интервью, полученному В.П. Илларионовым у начальника специального подразделения городского управления Чикаго по переговорам с преступниками в условиях захвата заложников Джона Р. Кеннеди.

«Полиция на уровне дистриктов (районов) города обеспечивает первоначальные меры безопасности и реагирования, производит оцепление, вступает в первоначальные контакты с лицами, захватившими заложников. Во многих случаях именно на этом уровне удается ликвидировать инцидент, убедить преступников отказаться от намерения продолжать преступные действия, нормализовать оперативную обстановку. Наше участие оказывается излишним. Но бывают и сложные случаи, групповые акции, не идущая на компромисс другая сторона. Тогда приходится подключаться нам. У нас в подразделении работают весьма опытные сотрудники, специализация и уровень подготовки которых стоит весьма высоко. Выехав на место и получив информацию от полицейских дистрикта, мы оцениваем ситуацию. При необходимости подключаем дополнительные силы, обеспечивающие безопасность населения. Наши переговорщики вступают в контакт с преступниками, подключают психологов, врачей-психиатров, чтобы разобраться с кем имеют дело, определяют стратегию и тактику дальнейшей работы, оценивают приемлемость условий, выдвигаемых лицами, захватившими заложников, в частности допустимую сумму выкупа (имеется специальный фонд, из которого черпаются необходимые средства). Бывает, что на нас ложится и бремя принятия решения о применении оружия, сигнала к атаке. Двухзвенная система реагирования на захват заложников себя оправдывает. Можно привести много примеров, когда переговоры проходят успешно, а когда это неизбежно, - и «силовые» акции. Но последних немного. Мы убеждены в эффективности переговоров. Они оправдали себя на практике. У нас работают истинные мастера своего дела. Они обеспечивают действенность профилактических мероприятий подобного рода.

Но у нас в США переговорами с преступниками занимаются не только представители власти, полиции, министерства юстиции, ФБР, службы Маршала, нередко их ведут общественные организации, которые создают для этой цели свои комитеты (комиссии). Они привлекают полицейских к участию в их деятельности в качестве консультантов, сил обеспечения безопасности. Нередко, в случаях похищения людей, переговоры ведут корпорации, а похищения детей - сами семьи, частные лица, разумеется, консультируясь у нас и других юристов.

Потом мы проводим разбор. Каждый случай неповторим, пищу для размышления дает большую. «Хостач ситуэйшен» - ситуация с заложниками - дело ответственное. Мы к нему готовы... В Чикаго имеется учебный центр полиции. Здесь мы проводим и ролевые игры по «хостач ситуэйшен», смотрим учебные фильмы, записываем свои занятия на пленку, анализируем...» [4, с. 62-64].

Подытоживая, отметим, что безуспешное освобождение заложников в Мюнхене (1972 г.), в ходе которого все они погибли, стало серьезным поводом для обобщения накопленного опыта борьбы с террористами и отправной точкой в создании самостоятельного института переговорщиков в ряде стран мира. В Европе и США были проанализированы психологические, тактические, правовые, нравственные и другие аспекты ведения переговоров и созданы специальные подразделения переговорщиков из числа наиболее подготовленных сотрудников полиции. Ведь человеческая жизнь в цивилизованном обществе по-прежнему считается абсолютной ценностью.

Литература:

1. Однако заметим, что в отдельных государствах и, прежде всего, в Израиле, за десятилетия борьбы с террором, в том числе, в ситуациях с захватом заложников, сложилась категоричная позиция правительства и обусловленная ею правоохранительная практика - с преступниками переговоров не вести, а предпринимать активные действия по их уничтожению.

2. Млечин Л.М. Мюнхен 1972. Кровавая Олимпиада. - М., 2005.

3. Илларионов В.П. Переговоры с преступниками / правовые, организационные, оперативнотактические основы/. - М., 1994.

4. Полиция и борьба с преступностью за рубежом. - Выпуск 6. - М., 2007.

5. Илларионов В.П. Указ. соч