НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ РЕАЛИЗАЦИИ ПРИНЦИПА ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЯ В ВИДЕ ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ В ОТНОШЕНИИ ЛИЦ ПОЖИЛОГО ВОЗРАСТА

УДК 343.8

https://doi.org/10.53993/2078-3914/2022/1(50)/30-43

Ю. М. Заборовская

НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ РЕАЛИЗАЦИИ ПРИНЦИПА ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЯ В ВИДЕ ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ В ОТНОШЕНИИ ЛИЦ ПОЖИЛОГО

ВОЗРАСТА

Предметом исследования является отечественная и зарубежная практика реализации принципа дифференциации исполнения наказания в виде лишения свободы в отношении лиц пожилого возраста. Актуальность исследования связана с ростом числа лиц, отбывающих уголовное наказание в виде лишения свободы, в возрасте старше 60 лет как в России, так и зарубежом. Увеличение численности данной категории осужденных требует модернизации исправительных учреждений с целью обеспечения потребностей данной категории осужденных с учетом их физиологических и психологических особенностей развития, связанных с естественным старением организма. В статье анализируются, во-первых, изменения и дополнения, внесенные в связи с проведением пенсионной реформы в России в уголовно-исполнительное законодательство (ст. 103 Уголовно-исполнительного кодекса России, далее — УИК РФ), во-вторых, делается вывод о том, что возраст, дающий право на получение пенсии, является основанием для применения дифференцированного подхода к такой категории осужденных, как мужчины старше 65 лет и женщины старше 60 лет, отбывающих уголовное наказание в виде лишения свободы (ранее — мужчины старше 60 лет, женщины старше 55 лет).

Увеличение возраста выхода на пенсию подразумевает, что дифференцированный подход, реализуемый на практике в отношении пожилых лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы, зависит от государственного пенсионного возраста, установленного в государстве. Исследование содержит ряд предложений, направленных на оптимизацию защиты прав пожилых осужденных (право на оказание паллиативной помощи), находящихся в исправительных учреждениях России, с учетом отечественной и зарубежной правоприменительной практики.

Ключевые слова: лишение свободы; лица пожилого возраста; исправление; принцип дифференциации; старость; тюремные хосписы; уголовно-исполнительная политика; паллиативная помощь.

Для цитирования: Заборовская Ю. М. Некоторые аспекты реализации принципа дифференциации исполнения наказания в виде лишения свободы в отношении лиц пожилого возраста // Вестник Кузбасского института. 2022. № 1 (50). С. 30-43. https://doi.org/10.53993/2078-3914/2022/1(50)/30-43.

© Заборовская Ю. М., 2022 © Zaborovskaya Yu. M., 2022

Ju. M. Zaborovskaya

CERTAIN ASPECTS OF THE IMPLEMENTATION OF THE PRINCIPLE OF DIFFERENTIATION IN THE EXECUTION OF IMPRISONMENT OF OLDER PERSONS

The subject of the study of the article is domestic and foreign practice of implementing the principle of differentiation of the execution of a sentence of deprivation of liberty in relation to older persons. The relevance of the study is associated with an increase in the number of people serving criminal sentences in the form of imprisonment for persons over 60 years of age both in Russia and abroad. The increase in the number of convicts in this category requires the modernization of penal institutions in order to meet the needs of this category of convicts, taking into account their physiological and psychological characteristics of development related to the natural aging of the body. The article analyzes, firstly, the changes and additions made in connection with the implementation of pension reform in Russia in criminal enforcement legislation (Art. 103 of the Penal Code of Russia), secondly, it is concluded that the age of eligibility for pension is the basis for a differentiated approach to such a category of convicts as men over 65 years old and women over 60 years old serving a criminal sentence of imprisonment (previously men over 60 years old, women over 55 years old). The increase in the retirement age implies that the differentiated approach implemented in practice for older persons serving a custodial sentence depends on the State pension age established in the State. The study contains a number of proposals aimed at optimizing the protection of the rights of older convicts (the right to provide palliative care) in correctional institutions in Russia, taking into account domestic and foreign law enforcement practices.

Keywords: deprivation of liberty; elderly; correction; differentiation principle; old age; prison hospices; penal policy; palliative care.

For citation: Zaborovskaya Yu. M. Certain aspects of the implementation of the principle of differentiation in the execution of imprisonment of older person. Vestnik Kuzbasskogo instituta [Bulletin of the Kuzbass Institute], 2022, no. 1 (50), p. 30-43. https://doi.org/10.53993/2078-3914/2022/1(50)/30-43.

Согласно официальной статистике ФСИН России, несмотря на закономерную тенденцию сокращения численности лиц, отбывающих уголовное наказание в виде лишения свободы, доля осужденных в возрасте старше 55 лет имеет тенденцию к росту. Так, в 2007 г. число таких осужденных в возрасте от 55 до 60 лет составило 13 434 чел., и максимальная численность была зафиксирована в 2018 г. — 30 956 чел. В то же время число осужденных в возрасте старше 60 лет, отбывающих наказание в виде лишения свободы, сохраняет положительную динамику роста. Так, согласно официальным данным ФСИН России, если в 2007 г. численность лиц

старше 60 лет, отбывающих наказание в виде лишения свободы, составляла 5 734 чел., то в 2020 г. — 9 381 чел. [21]. Положительная динамика роста осужденных в возрасте старше 56 лет и 60 лет (лиц пожилого возраста), во-первых, актуализирует проведение исследования реализации принципа дифференциации исполнения наказания в виде лишения свободы в отношении лиц пожилого возраста. Во-вторых, учет особенностей содержания отдельных категорий осужденных, в том числе лиц пожилого возраста, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, тесно связан с реализацией принципа дифференциации исполнения наказания. В-

третьих, организация отбывания наказания лицами пожилого возраста входит в предмет совершенствования и повышения эффективности деятельности учреждений уголовно-исполнительной системы согласно Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации на период до 2030 года, утвержденной распоряжением Правительства РФ от 29.04.2021 № 1138-р (далее — Концепция развития УИС). Так, учет особенностей содержания отдельных категорий осужденных, медицинское обеспечение лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-

исполнительной системы, обозначены в качестве основных направлений уголовно-исполнительной политики в целях ее гуманизации, а также дифференциации исполнения наказания в виде лишения свободы (раздел IV Концепции развития УИС).

Уголовно-исполнительное законодательство России предусматривает особенности исполнения наказания в отношении отдельных категорий осужденных (в силу пола, возраста, наличия инвалидности, беременности и др.). Во многом дифференцированный подход в отношении лиц, осужденных к лишению свободы, способствует эффективному достижению цели наказания — исправлению осужденных, а также реализации принципа индивидуализации и дифференциации исполнения наказания. Данный подход отражает сохранение интересов всех структур в механизме государственного аппарата (в том числе соответствует как интересам личности, общества, так и государства в целом) [27, p. 125]. Принцип дифференциации в отношении лиц пожилого возраста прослеживается в нормах Особенной части УИК РФ. Так, например, раздельное проживание лиц, осужденных к лишению свободы, в исправительном учреждении устанавливается в зависимости от пола и возраста (ч. 1 ст. 80 УИК РФ). В разделе IV «Исполнение наказания в

виде лишения свободы» УИК РФ принцип дифференциации исполнения наказания в отношении лиц, имеющих право на получение пенсии по старости, реализован следующим образом:

1. право на получение пенсии (ч. 7 ст. 12 УИК РФ);

2. приобретение продуктов питания и предметов первой необходимости за счет получаемой пенсии (ч. 1 и 2 ст. 88 УИК РФ);

3. выплата пенсии осуществляется через лицевой счет осужденного по месту нахождения исправительного учреждения (ч. 3 ст. 98 УИК РФ);

4. привлечение лиц, имеющих пенсию по возрасту, к труду осуществляется по желанию (ч. 2 ст. 103 УИК РФ);

5. привлечение к работе лиц, имеющих пенсию по возрасту, без оплаты труда осуществляется по желанию (ч. 2 ст. 106 УИК РФ) и др.

Подзаконные нормативные правовые акты также отражают принцип дифференциации исполнения наказания в отношении отдельных категорий осужденных к лишению свободы лиц при отбывании ими наказания. Так, например, Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений (далее — ПВР), утвержденные приказом Минюста России от 16.12.2016 № 295, выделяют в отдельном разделе особенности содержания осужденных, имеющих группу инвалидности (раздел XXVIII ПВР). Кроме того, в отдельных нормах ПВР прослеживается дифференцированный подход к инвалидам, отбывающим наказание в виде лишения свободы:

- п. 41 ПВР (освобождение от построения инвалидов первой или второй группы с учетом медицинских показаний);

- п. 104 (право на дополнительные посылки инвалидам первой или второй группы).

Анализ ПВР позволяет прийти к выводу, что хотя инвалидов и лиц, имеющих право на получение пенсии по воз-

расту, можно объединить по формальным признакам к маломобильным осужденным, в отношении лиц, имеющих право на получение пенсии по старости, законодателем не установлены дополнительные критерии дифференциации при исполнении наказания в виде лишения свободы в отношении престарелых осужденных.

Считаем, что в отношении лиц пожилого возраста законодателем должен быть реализован принцип дифференциации исполнения наказания в отдельных нормах ПВР. Принятие новых ПВР, содержащих специальный раздел XXVIII «Особенности содержания осужденных, являющихся инвалидами», и реализация в исправительных учреждениях программы «Доступная среда» оказали непосредственное влияние на изменение условий отбывания наказания как в отношении лиц, имеющих инвалидность, так и в отношении лиц пожилого возраста в результате выполнения показателей доступности среды (обустройство исправительных учреждений наряду с имеющимися лестницами лифтами, пандусами, строительство широких проемов для проезда на инвалидных колясках в места общего пользования (библиотека, столовая и т. д.), создание свободного пространства около столов в столовой для маневрирования на кресле-коляске осужденными инвалидами, в том числе инвалидов в возрасте старше 55 лет, обеспечение пожилых лиц ходунками, тростями, применение рифленого противоскользящего покрытия, дополнительная установка поручней, модернизация бортиков для инвалидов и лиц с недостатками зрения, в том числе и лиц пожилого возраста) [4].

Отметим, что совершенствование и гуманизация уголовно-исполнительной политики согласно Концепции развития УИС предусматривает «улучшение условий содержания инвалидов и лиц, не способных или ограниченно способных обслуживать себя самостоятельно» (раз-

дел V Концепции развития УИС) — к последним следует отнести и лиц пожилого возраста. Улучшение условий отбывания наказания, в том числе дальнейшее создание доступности объектов уголовно-исправительных учреждений, на практике будет являться реализацией принципа дифференциации исполнения наказания в виде лишения свободы.

В связи с проведением пенсионной реформы в Российской Федерации в УИК РФ были внесены дополнения и изменения. Внесение изменений в нормативные акты повлекло изменение правового положения лиц в возрасте старше 60 лет, отбывающих уголовное наказание в виде лишения свободы. Федеральным законом от 02.12.2019 № 392-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий"», вступившим в силу 13 декабря 2019 г., в ст. 103, 104, 106, 107, 108, 180 УИК РФ были внесены изменения. В перечисленных статьях УИК РФ, регламентирующих условия отбывания наказания в виде лишения свободы, а именно привлечение осужденных к труду, производство удержаний из их доходов, профессиональное образование и обучение, а также осуществление содействия осужденным при освобождении, положения о пенсионном возрасте осужденных (мужчины старше 60 лет и женщины старше 55 лет) заменены ссылками на достижение лицами возраста, дающего право на назначение страховой пенсии по старости в соответствии с законодательством Российской Федерации. Отметим, что постепенное повышение пенсионного возраста в отношении лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы, достигнет 65 лет для мужчин и 60 лет для женщин (ранее — 60 лет для мужчин и 55 лет для женщин). Согласно новой редакции ч. 2

ст. 103 УИК РФ мужчинам и женщинам в исправительном учреждении придется работать на 5 лет дольше. В связи с этим на практике возникают проблемы, связанные с обучением и трудоустройством пожилых осужденных, не достигших возраста, дающего право на назначение пенсии по старости [14].

Исправление осужденного, в том числе и в возрасте старше 60 лет, должно быть основано на изучении личности преступника, характеризующейся как совокупность социально значимых негативных свойств и психологических особенностей [23, с. 133]. Применение мер принуждения, средств исправления осужденных и стимулирования их пра-вопослушного поведения является основой для применения межотраслевого принципа дифференциации и индивидуализации исполнения наказания (ст. 8 УИК РФ). Реализация принципа дифференциации исполнения наказания в виде лишения свободы в отношении лиц пожилого возраста и лиц, имеющих определенную группу инвалидности, законодателем предусмотрена при применении к ним труда как средства исправления. В силу имеющейся у инвалидов первой и второй группы ограниченной физической способности указанные осужденные привлекаются к труду согласно ч. 2 ст. 103 УИК РФ по желанию. Для пожилых осужденных, которые не являются инвалидами, но получают страховую пенсию по старости, труд как средство исправления применяется также по желанию (ч. 2 ст. 103 УИК РФ). В случае если пожилой осужденный (лицо старше 55 лет) не достигло возраста, дающего право на назначение страховой пенсии по старости, то он обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений (ч. 1 ст. 103 УИК РФ). Труд как основное средство исправления обязателен также и для лиц, имеющих третью группу инвалидности, в силу ст. 9 УИК РФ и ч. 2 ст. 103 УИК РФ. Анализ норм

УИК РФ о применении труда как основного средства исправления позволяет сделать вывод о том, что обязательность труда как мера исправления применяется только к инвалидам, имеющим третью группу инвалидности, а также лицам пожилого возраста, не достигшим возраста, дающего право на получение пенсии по старости.

Принцип дифференциации исполнения наказаний, закрепленный в ст. 8 УИК РФ, означает, что при исполнении приговора к осужденным применяется разная сфера правовых ограничений в зависимости от пола, возраста, категории преступления, формы вины, прошлой преступной деятельности (дифференциация). Согласимся с мнением Л. Л. Кругликова и А. Л. Санташова, согласно которому «стержнем» дифференциации исполнения наказания является разбивка всей массы лиц, отбывающих лишение свободы, на отдельные категории для того, чтобы закрепить на законодательном уровне меры, применяемые к ним, с учетом различного объема карательного воздействия. Сущность же индивидуализации заключается в учете общественной опасности совершенного преступления, особенностей личности лица и его поведения в период реализации уголовного наказания в виде лишения свободы [9, с. 22].

Поскольку принципы дифференциации исполнения наказания и индивидуализации исполнения наказания в уголовно-исполнительном законодательстве Российской Федерации объединены в единый принцип (ст. 8 УИК РФ), данное закрепление в законодательстве дало возможность рассматривать и дифференциацию, и индивидуализацию в едином аспекте [7, с. 146]. В основном дифференциацию уголовного наказания и индивидуализацию уголовного наказания принято рассматривать не в уголовно-исполнительном, а уголовно-правовом аспекте [22]. Как верно отмечает А. В. Шеслер, данные принципы

являются важнейшими методами реализации уголовно-правовой политики [22, с. 123]. Индивидуализация уголовного наказания, действительно, осуществляется через смягчающие и отягчающие обстоятельства [22, с. 125]. Дифференциация осужденных к лишению свободы создает необходимые предпосылки для классификации условий содержания с учетом личности каждого осужденного и режима содержания в зависимости от степени общественной опасности совершенного деяния.

Как верно отмечает А. В. Бриллиантов, дифференциация исполнения наказаний представляет собой «совокупность уголовно-исполнительных институтов и норм, обеспечивающих применение различных объемов наказаний к осужденным разных категорий» [1, с. 138]. В свою очередь М. А. Кириллов указывает на «ступенчатое изменение условий отбывания наказания в пределах одной исправительной колонии обеспечивает достижение двух целей. Это, во-первых, дифференцируется исполнение наказаний для разных категорий осужденных на первоначальном этапе, то есть сразу же обеспечивается реализация принципа дифференциации исполнения наказаний, во-вторых, преследуется цель стимулирования их правомерного поведения, то есть предусматриваются дифференцированные условия отбывания наказаний на последующих его этапах» [6, с. 29]. Дифференциация исполнения наказаний является объективной необходимостью, без обеспечения которой достижение целей наказания было бы нереальным [6, с. 27]. В свою очередь И. В. Малышева рассматривает «принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний как производный от принципа справедливости ответственности и наказания несмотря на то, что этот принцип в УИК РФ не закреплен» [10, с. 56]. По мнению И. Н. Павлова, «принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний включает рацио-

нальное применение мер принуждения, средств исправления осужденных и стимулирование их правопослушного поведения как следствие дифференциации и индивидуализации самих осужденных» [13].

Проводимая государственная политика, направленная на применение альтернативных уголовных наказаний, не связанных с изоляцией от общества, приводит к концентрации в местах лишения свободы опасных категорий осужденных — лиц, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления, осужденных при опасном и особо опасном рецидиве [5, с. 5]. Данные лица будут отбывать наказание и стареть в исправительном учреждении, что потребует на практике создания условий и применения от администрации учреждения дополнительных мер, направленных на работу с такими лицами с целью достижения целей наказания — их исправления с последующим освобождением. Однако не все лица пожилого возраста окажутся на свободе после отбытия ими определенного срока наказания. Так, например, некоторые осужденные пожилого возраста требуют особого ухода в связи с возрастными изменениями и имеющимся заболеванием вплоть до их смерти в исправительном учреждении. Согласимся с мнением П. В. Тепляшина и Е. А. Тепляшиной, что реализация принципа дифференциации в свете идеи «сострадательного освобождения» требует законодательного закрепления и проработки [18, с. 93].

Применение досрочного освобождения в связи с болезнью (ст. 81 УК РФ) и необходимость оказания паллиативной помощи лицам пожилого возраста, отбывающим наказание в виде лишения свободы в лечебных исправительных учреждениях, а также в лечебно-профилактических учреждениях (больницы, специальные психиатрические и туберкулезные больницы), непосредственно влияет на реализацию принципа

дифференциации исполнения наказания. Организация паллиативной помощи (создание хосписа) [3] в учреждениях уголовно-исполнительной системы

впервые появилась в 2014 г. в Красноярском крае [2]. Для оказания паллиативной помощи неизлечимым больным осужденным была создана палата на 15 коек в рамках пилотного проекта на базе легочного туберкулезного отделения Краевой туберкулезной больницы № 1 ГУФСИН России по Красноярскому краю [2]. Обратим внимание, что в настоящее время отсутствует нормативная правовая база, в рамках которой предполагалось бы организация паллиативной помощи неизлечимым больным — лицам пожилого возраста, отбывающим наказание в местах лишения свободы. Кроме того, существует необходимость принятия межведомственного приказа с целью организации взаимодействия между медицинскими учреждениями уголовно-исполнительной системы и гражданского здравоохранения для обеспечения преемственности при оказании необходимой медицинской помощи таким лицам [12] как в период отбывания наказания, так и после реализации права на досрочное освобождение судом из исправительного учреждения по состоянию здоровья в связи с болезнью (ст. 81 УК РФ) [20].

Отметим, что современные пенитенциарные системы некоторых государств создают специальные условия для отбывания наказаний в отношении стариков и лиц, требующих специального ухода (тюрьмы-хосписы). Данная тенденция исходит из реализации принципа гуманизма при исполнении наказания, акцентируя внимание на индивидуальные особенности личности: учет возрастных изменений прежде всего с точки зрения здоровья таких осужденных, их жизненных ценностей и приоритетов, т. е. официально признанных особенностей пожилых осужденных. Следует обратить внимание на американскую мо-

дель «тюремных хосписов» для пожилых заключенных (в частности, калифорнийский тюремный хоспис) [11, с. 26]. В этой связи И. Н. Коробова обосновывает необходимость решения вопроса о будущем облике системы учреждений уголовно-исполнительной системы, о возможных вариантах дальнейшего реформирования исправительных учреждений [8, с. 59]. В свою очередь, В. А. Уткин указывает на необходимость трансформации структуры исправительных учреждений с целью углубления дальнейшей дифференциации условий отбывания лишения свободы [19, с. 108].

Концепция развития уголовно-исполнительной системы до 2030 года предполагает создание учреждений объединенного типа и предусматривает клиентоцентричный подход к созданию условий для содержания осужденных [16]. Данный подход, несомненно, соответствует реализации принципа дифференциации исполнения наказания в отношении лиц, отбывающих уголовное наказание в виде лишения свободы.

Еще одна проблема реализации принципа дифференциации исполнения наказания связана с отбыванием длительных сроков наказания и последующим старением лиц, приговоренных к пожизненному лишению свободы. Тенденция роста числа лиц, отбывающих наказание в виде пожизненного лишения свободы, наблюдается последние 12 лет. Согласно официальным данным ФСИН России, в 2007 г. отбывало наказание в виде пожизненного лишения свободы 1 432 чел., в 2020 г. — 1 976 чел. [21]. По данным Судебного департамента при Верховном Суде РФ, за первое полугодие 2021 г. было вынесено 24 приговора суда о назначении наказания в виде пожизненного лишения свободы [16]. Анализ возраста лиц, в отношении которых было назначено наказание в виде пожизненного лишения свободы в первой половине 2021 г., позволяет прийти к вы-

воду о том, что лицами предпенсионного возраста совершаются преступления, за которые судом назначается один из самых строгих видов наказаний — пожизненное лишение свободы. Однако согласно ч. 2 ст. 57 УК РФ мужчинам, достигшим к моменту вынесения судом приговора шестидесятипятилетнего возраста, наказание в виде пожизненного лишения свободы не назначается. Соответственно, лица в возрасте до 65 лет, в отношении которых судом было вынесено решение о назначении наказания в виде пожизненного лишения свободы, будут отбывать наказание пожизненно.

Считаем, что реализация пожизненного лишения свободы как отдельного вида наказания требует в последующем внесения изменений в условия отбывания наказания с учетом старения возраста заключенных. Как верно отмечает П. В. Тепляшин, согласно международным стандартам обращения с заключенными (Правило 4 Правил Манделы, 2015 г.) «администрация исправительного учреждения должна направлять свои усилия как на обеспечение безопасности и противодействие любой возможности совершения осужденными новых общественно-опасных деяний, так и на оказание им содействия в последующей успешной реинтеграции», поскольку длительное отбывание наказания в виде лишения свободы обладает объективной способностью отрицательно влиять на сохранение социально полезных связей, возможность дальнейшего трудоустройства и постпенитенциарную адаптацию практически в любых странах [17, с. 1920]. В России данные лица имеют право на досрочное освобождение после отбытия 25 лет лишения свободы, хотя на практике суды отказывают в реализации указанного права. Тем не менее в других странах данное право возникает после отбытия частичного срока пожизненного лишения свободы значительно раньше. Так, например, в Ирландии данное право до августа 2021 г. могло быть реализо-

вано после фактического отбывания наказания в течение 7 лет, однако данный срок был увеличен до 12 лет лишения свободы [26]. В Финляндии обсуждается вопрос о досрочном освобождении пожизненно заключенного после отбытия им 12 лет наказания в исправительном учреждении [17, с. 21]. Правительством Литвы возможность досрочного освобождения для таких лиц установлена после отбывания 20 лет лишения свободы [25]. В других странах это право возникает после отбывания наказания в течение 40 лет (Хорватия), 20 лет (Австрия), 30 лет (Бельгия), 16 лет (Греция), 15 лет (Германия), 12 лет (Дания) и т. д. [24] Анализ установленного в законодательстве срока, при отбытии которого возникает возможность реализации права на досрочное освобождение, позволяет прийти к выводу о том, что, во-первых, тюремное население будет продолжать стареть как в России, так и за рубежом; во-вторых, в местах изоляции будут отбывать наказание наиболее опасные преступники; в-третьих, условия отбывания наказания в отношении осужденных пожилого возраста должны значительно отличаться от условий, предоставляемых более молодым осужденным.

Таким образом, исследование реализации принципа дифференциации исполнения наказания в отношении лиц пожилого возраста позволяет прийти к следующим выводам.

Во-первых, поскольку последние 14 лет наблюдается динамика роста количества пожилых людей (лиц в возрасте старше 60 лет), отбывающих наказание в виде лишения свободы, существует потребность в исследовании проблемы реализации принципа дифференциации при исполнении наказания в виде лишения свободы в отношении лиц пожилого возраста (пенсионного и предпенсионного возраста), а также проблем, связанных с применением к осужденным в период отбывания нака-

зания и после освобождения мер исправительного воздействия с целью их дальнейшей реинтеграции в общество и снижения рецидива преступлений после освобождения.

Во-вторых, в связи с поэтапным повышением пенсионного возраста в действующем уголовно-исполнительном законодательстве — в УИК РФ исключено указание на конкретный возраст, по достижении которого осужденные могут реализовать право на пенсионное обеспечение. Возраст, позволяющий лицам получить право на назначение пенсии по старости, является фактором для изменения условий и режима отбывания уголовного наказания в связи с изменениями, внесенными в ст. 103, 104, 106, 107, 108, 180 УИК РФ и др. (принцип дифференциации).

В-третьих, реализация принципа дифференциации исполнения наказания в виде лишения свободы в отношении осужденных пожилого возраста включает в себя: 1) учет особенностей содержания рассматриваемой категории осужденных (физических и психологических изменений личности, связанных с естественным старением организма); 2) оказание необходимого медицинского обеспечения; 3) создание условий содержания с учетом международных стандартов, в том числе улучшение условий содержания лиц в возрасте

старше 60 лет, инвалидов и лиц, не способных или ограниченно способных обслуживать себя самостоятельно (в силу возраста или имеющихся физических ограничений).

В-четвертых, на основании изучения российского и зарубежного опыта оказания паллиативной помощи лицам пожилого возраста считаем необходимым реформирование условий отбывания наказания в исправительных учреждениях с учетом направлений, указанных в федеральной целевой программе «Развитие уголовно-исполнительной системы

(2018-2026)» [15]. Предлагаем предусмотреть реализацию цели «совершенствование медико-санитарного обеспечения» не только в отношении указанных в программе категорий (осужденные женщины, несовершеннолетние лица, лица с ограниченными возможностями здоровья), но в отношении лиц пожилого возраста.

В-пятых, тенденция старения осужденных, содержащихся в местах лишения свободы, является мировой и детерминирует внесение изменений в отечественное пенитенциарное законодательство, которое должно закреплять особые условия содержания лиц пожилого возраста, организацию специального социального и медицинского ухода (паллиативную помощь).

Литература

1. Бриллиантов, А. В. Дифференциация наказания: уголовно-правовые и уголовно-исполнительные проблемы: дис. ... д-ра юрид. наук. — Москва, 1998. — 439 с.

2. В колониях появятся хосписы для тяжелобольных заключенных // Российская газета. — 2019. — № 178 (7936). — 13 авг. — URL: https://rg.ru/2019/08/13/v-koloniiah-poiaviatsia-hospisy-dlia-tiazhelobolnyh-zakliuchennyh.html (дата обращения: 24.01.2022).

3. В Красноярске открылся единственный в России хоспис для осужденных // ФСИН России: официальный сайт. — URL: https://24.fsin.gov.ru/news/detail.php?month=8&year=2020&ELEMENT_ID=138913 (дата обращения: 24.01.2022).

4. Заборовская, Ю. М. Проблема формирования доступной среды в отношении осужденных инвалидов, отбывающих наказание в виде лишения свободы, в ис-

правительных учреждениях ФСИН России // Вестник Кузбасского института. — 2016. — № 2 (27). — С. 17-27.

5. Кириллов, М. А. Актуальные вопросы раздельного содержания осужденных в исправительных учреждениях России // Вестник Белгородского юридического института МВД России имени И. Д. Путилина. — 2021. — № 3. — С. 4-7.

6. Кириллов, М. А. Принцип дифференциации исполнения наказаний в уголовно-исполнительном законодательстве Российской Федерации // Вестник Владимирского юридического института. — 2015. — № 1. — С. 26-30.

7. Кириллов, М. А., Петрянин, А. В., Савельев, В. В. Реализация принципа дифференциации исполнения наказания в нормах уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации // Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России. — 2019. — № 4 (48). — С. 145-150.

8. Коробова, И. Н. К вопросу о создании комплексных исправительных учреждений в Российской Федерации // Вестник Кузбасского института. — 2020. — № 2. — С. 58-63.

9. Кругликов, Л. Л., Санташов, А. Л. Дифференциация исполнения наказания: понятие, основания, пределы и средства осуществления // Пенитенциарная наука. — 2008. — № 2. — С. 19-24.

10. Малышева, И. В. Проблема соотношения принципов равенства, дифференциации и индивидуализации при исполнении уголовных наказаний // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. — 2015. — № 3 (67). — С. 55-58.

11. Малышева, И. В., Заборовская, Ю. М. Сравнительно-правовое исследование содержания пожилых осужденных в отдельных зарубежных государствах: аналитический обзор / канд. юрид. наук, доц. И. В. Малышева, Ю. М. Заборовская. — Новокузнецк: ФКОУ ВО Кузбасский институт ФСИН России, 2021. — 48 с.

12. Минюст подготовил проект о паллиативной медпомощи в тюрьмах и СИЗО // Министерство юстиции Российской Федерации: официальный сайт. — URL: https://minjust.gov.ru/ru/events/47517/ (дата обращения: 24.01.2022).

13. Павлов, И. Н. Некоторые аспекты реализации принципа дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний в уголовно-исполнительном праве // Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление. — 2006. — № 6. — С. 25-28.

14. Пенсионный возраст для заключенных повысят. Порядок выплат пенсий осужденным // URL: https://informatio.ru/news/society/pensiya/pensionnyy_vozrast_dlya_ zaklyuchennykh/ (дата обращения: 24.01.2022).

15. Публичная декларация целей и задач Федеральной службы исполнения наказаний 2021 (утв. ФСИН России) // Справочно-правовая система «Консультант плюс» (локальная версия) (дата обращения: 24.01.2022).

16. Судебная статистика: сводные статистические сведения о состоянии судимости в России за 1 полугодие 2021 года. Форма № 11.1 «Отчет о демографических признаках осужденных по всем составам преступлений УК РФ» // Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации: официальный сайт. — URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=5895 (дата обращения: 24.01.2022).

17. Тепляшин, П. В. Пожизненное лишение свободы: компаративистский анализ проблем реинтеграции осужденных // Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление. — 2021. — № 5. — С. 18-22.

18. Тепляшин, П. В., Тепляшина, Е. А. Исполнение лишения свободы в отношении пожилых осужденных: перспективы расширения реализации принципа дифференциации // Вестник Кузбасского института. — 2019. — № 3. — С. 87-96.

19. Уткин, В. А. Назначение наказаний и уголовно-исполнительная система // Вестник Кузбасского института. — 2016. — № 4. — С. 104-109.

20. ФСИН приступила к обустройству хосписов в тюремных больницах // Коммерсантъ-История. — 2019. — 02 марта. — URL: https://www.kommersant.ru/doc/3899111 (дата обращения: 24.01.2022).

21. Характеристика лиц, содержащихся в исправительных колониях для взрослых. Характеристика осужденных по возрасту на момент совершения преступления (электронный ресурс) // ФСИН России: официальный сайт. — URL: http://fsin.su/structure/inspector/iao/statistika/Xar-

ka %20lic %20sodergahixsya %20v %20IK/ (дата обращения: 24.01.2022).

22. Шеслер, А. В. Дифференциация и индивидуализация уголовного наказания как методы реализации уголовно-правовой политики // Вестник Кузбасского института. — 2018. — № 3 (36). — С. 123-128.

23. Шеслер, А. В. Концептуальные подходы к изучению личности преступника в отечественной криминологии // Вестник Владимирского юридического института. — 2016. — № 3 (40). — С. 133-135.

24. Life imprisonment. — URL: https://en-academic.com/dic.nsf/enwiki/102372 (дата обращения: 21.01.2022).

25. Lithuanian government to consider early release of life prisoners // URL: https://www.delfi.lt/en/culture/lithuanian-govt-to-consider-early-release-possibilities-for-life-prisoners.d?id=78926807 (дата обращения: 24.01.2022).

26. Power to decide on release of life sentence prisoners taken from minister for justice. The Irish Times. — URL: https://www.irishtimes.com/news/crime-and-law/power-to-decide-on-release-of-life-sentence-prisoners-taken-from-minister-for-justice-1.4644658 (дата обращения: 24.01.2022).

27. Teplyashin P. V. Optimization principles of penal execution system of Russia in the context of European penitentiary practice // Journal of Siberian Federal University. Humanities and Social Sciences. — 2020. — Vol. 13. — No. 1. — С. 123-131.

References

1. Brilliantov A. V. Differenciaciya nakazaniya: ugolovno-pravovye i ugolovno-ispolnitel'nye problemy [Differentiation of punishment: criminal and penal problems]. Dr. of law thesis. Moscow, 1998. 439 p.

2. V koloniyah poyavyatsya hospisy dlya tyazhelobol'nyh zaklyuchennyh [In colonies, hospices for seriously ill patients of prisoners]. Rossijskaya gazeta [Russian Newspaper], 2019, no. 178 (7936), Aug, 13. URL: https://rg.ru/2019/08/13/v-koloniiah-poiaviatsia-hospisy-dlia-tiazhelobolnyh-zakliuchennyh.html (accessed 1/24/2022).

3. V Krasnoyarske otkrylsya edinstvennyj v Rossii hospis dlya osuzhdennyh [In Krasnoyarsk the only hospice in Russia for convicts]. The FPS of Russia official site. URL: https://24.fsin.gov.ru/news/detail.php?month=8&year=2020&ELEMENT_ID=138913 (accessed 1/24/2022).

4. Zaborovskaya Yu. M. Problema formirovaniya dostupnoj sredy v otnoshenii osuzhden-nyh invalidov, otbyvayushchih nakazanie v vide lisheniya svobody, v ispravitel'nyh uchrezhdeniyah FSIN Rossii [The problem of forming an accessible environment for convicted disabled persons serving a sentence of imprisonment in correctional institutions of the Federal Penitentiary Service of Russia]. VestnikKuzbasskogo instituta [Bulletin of the Kuzbass Institute], 2016, no. 2 (27), р. 17-27.

5. Kirillov M. A. Aktual'nye voprosy razdel'nogo soderzhaniya osuzhdennyh v ispravitel'nyh uchrezhdeniyah Rossii [Topical issues of separation of convicts in correctional

institutions of Russia]. Vestnik Belgorodskogo yuridicheskogo instituta MVD Rossii imeni I. D. Putilina [Bulletin of the Belgorod Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation ofI.D. Putilin], 2021, no. 3, p. 4-7.

6. Kirillov M. A. Princip differenciacii ispolneniya nakazanij v ugolovno-ispolnitel'nom zakonodatel'stve Rossijskoj Federacii [The principle of differentiation in the enforcement of sentences in the penal legislation of the Russian Federation]. Vestnik Vladi-mirskogo yuridicheskogo instituta [Bulletin of the Vladimir Law Institute], 2015, no. 1, p. 26-30.

7. Kirillov M. A., Petryanin A. V, Savel'ev V. V. Realizaciya principa differenciacii ispolneniya nakazaniya v normah ugolovno-ispolnitel'nogo zakonodatel'stva Rossijskoj Federacii [Implementation of the principle of differentiation of the execution of punishment in the norms of criminal enforcement legislation of the Russian Federation]. Yuridicheskaya nauka i praktika: Vestnik Nizhegorodskoj akademii MVD Rossii [Law Science and Practice: Bulletin of the Nizhny Novgorod Russian Interior Ministry Academy], 2019, no. 4 (48), p. 145-150.

8. Korobova I. N. K voprosu o sozdanii kompleksnyh ispravitel'nyh uchrezhdenij v Rossijskoj Federacii [On the establishment of integrated correctional facilities in the Russian Federation]. Vestnik Kuzbasskogo instituta [Bulletin of the Kuzbass Institute], 2020, no. 2, p. 58-63.

9. Kruglikov L. L., Santashov A. L. Differenciaciya ispolneniya nakazaniya: ponyatie, osnovaniya, predely i sredstva osushchestvleniya [Differentiation of the execution of punishment: the concept, grounds, limits and means of implementation]. Penitenciar-naya nauka [Penitenciary Science], 2008, no. 2, p. 19-24.

10. Malysheva I. V. Problema sootnosheniya principov ravenstva, differenciacii i individu-alizacii pri ispolnenii ugolovnyh nakazanij [The problem of the relationship between the principles of equality, differentiation and individualization in the execution of criminal penalties]. Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta MVD Rossii [The Bulletin of the St. Petersburg university Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation], 2015, no. 3 (67), p. 55-58.

11. Malysheva I. V., Zaborovskaya Yu. M. Sravnitel'no-pravovoe issledovanie soderzhani-ya pozhilyh osuzhdennyh v otdel'nyh zarubezhnyh gosudarstvah [Comparative legal study of the detention of elderly convicts in certain foreign countries]. Novokuznetsk, Kuzbass institute of the FPS of Russia, 2021. 48 p.

12. Minyust podgotovil proekt o palliativnoj medpomoshchi v tyur'mah i SIZO [The Ministry of Justice prepared the project about palliative medical aid in prisons and the pretrial detention center]. Ministerstvo yusticii Rossijskoj Federacii [the Ministry of Justice of the Russian Federation: official site]. URL: https://minjust.gov.ru/ru/events/47517/ (accessed 1/24/2022).

13. Pavlov I. N. Nekotorye aspekty realizacii principa differenciacii i individualizacii ispolneniya nakazanij v ugolovno-ispolnitel'nom prave [Some aspects of the implementation of the principle of differentiation and individualization of the execution of sentences in penal law]. Ugolovno-ispolnitel'naya sistema: pravo, ekonomika, upravlenie [Penal System: Law, Economics, Management], 2006, no. 6, p. 25-28.

14. Pensionnyj vozrast dlya zaklyuchennyh povysyat. Poryadok vyplat pensij osuzhdennym [The retirement age for prisoners will be raised. Order of payments of pensions to convicts]. URL: https://informatio.ru/news/society/pensiya/pensionnyy_vozrast_dlya_ zaklyuchennykh/ (accessed 1/24/2022).

15. Publichnaya deklaraciya celej i zadach Federal'noj sluzhby ispolneniya nakazanij 2021 [Public declaration of the purposes and tasks of the Federal Penitentiary Service of

2021]. Spravochno-pravovaya sistema «Konsul'tant plyus» (lokal'naya versiya) [Legal-reference system "Consultant Plus" (local version)] (accessed 1/24/2022).

16. Sudebnaya statistika: Svodnye statisticheskie svedeniya o sostoyanii sudimosti v Rossii za 1 polugodie 2021 goda / Forma № 11.1 «Otchet o demograficheskih priznakah osu-zhdennyh po vsem sostavam prestuplenij UK RF» [Judicial statistics: Summary statistical data on a condition of criminal record in Russia in 1 half-year 2021 Years / Forms No. 11.1 "The report on the demographic signs condemned on all corpora delicti of the Criminal Code of the Russian Federation"]. Sudebnyj Departament pri Verhovnom sude Rossijskoj Federacii: oficial'nyj sajt [Judicial Department at the Supreme Court of the Russian Federation: official site]. URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=5895 (accessed 1/24/2022).

17. Teplyashin P. V. Pozhiznennoe lishenie svobody: komparativistskij analiz problem re-integracii osuzhdennyh [Life imprisonment: comparative analysis of the problems of the reintegration of convicts]. Ugolovno-ispolnitel'naya sistema: pravo, ekonomika, up-ravlenie [Penal System: Law, Economics, Management], 2021, no. 5, p. 18-22.

18. Teplyashin P. V., Teplyashina E.A. Ispolnenie lisheniya svobody v otnoshenii pozhilyh osuzhdennyh: perspektivy rasshireniya realizacii principa differenciacii [Enforcement of deprivation of liberty for older convicts: prospects for expanding the implementation of the principle of differentiation]. Vestnik Kuzbasskogo instituta [Bulletin of the Kuzbass Institute], 2019, no. 3, p. 87-96.

19. Utkin V. A. Naznachenie nakazanij i ugolovno-ispolnitel'naya sistema [Sentencing and the penal system]. Vestnik Kuzbasskogo instituta [Bulletin of the Kuzbass Institute], 2016, no. 4, p. 104-109.

20. FSIN pristupila k obustrojstvu hospisov v tyuremnyh bol'nicah [FPS started arrangement of hospices in prison hospitals]. Kommersant-Istoriya, 2019, March, 02. URL: https://www.kommersant.ru/doc/3899111 (accessed 1/24/2022).

21. Harakteristika lic, soderzhashchihsya v ispravitel'nyh koloniyah dlya vzroslyh. Harak-teristika osuzhdennyh po vozrastu na moment soversheniya prestupleniya [Characteristic of the persons which are contained in corrective labor colonies for adults. Characteristic of convicts on age at the time of crime commission]. FSIN Rossii: oficial'nyj sajt []The FPS of Russia: official site]. URL: http://fsin.su/structure/inspector/iao/statistika/Xar-

ka %20lic %20sodergahixsya %20v %20IK/ (accessed 1/24/2022).

22. Shesler A. V. Differenciaciya i individualizaciya ugolovnogo nakazaniya kak metody realizacii ugolovno-pravovoj politiki [Differentiation and individualization of criminal punishment as methods of implementing criminal law policy]. Vestnik Kuzbasskogo instituta [Bulletin of the Kuzbass Institute], 2018, no. 3 (36), p. 123-128.

23. Shesler A. V. Konceptual'nye podhody k izucheniyu lichnosti prestupnika v otech-estvennoj kriminologii [Conceptual approaches to the study of the personality of a criminal in domestic criminology]. Vestnik Vladimirskogo yuridicheskogo instituta [Bulletin of the Vladimir Law Institute], 2016, no. 3 (40), p. 133-135.

24. Life imprisonment. URL: https://en-academic.com/dic.nsf/enwiki/102372 (accessed 1/24/2022)..

25. Lithuanian government to consider early release of life prisoners. URL: https://www.delfi.lt/en/culture/lithuanian-govt-to-consider-early-release-possibilities-for-life-prisoners.d?id=78926807 (accessed 1/24/2022).

26. Power to decide on release of life sentence prisoners taken from minister for justice. The Irish Times. URL: https://www.irishtimes.com/news/crime-and-law/power-to-

decide-on-release-of-life-sentence-prisoners-taken-from-minister-for-justice-1.4644658 ((accessed 1/24/2022).

27. Teplyashin P. V. Optimization principles of penal execution system of Russia in the context of European penitentiary practice. Journal of Siberian Federal University. Humanities and Social Sciences, 2020, vol. 13, no. 1, p. 123-131.

Сведения об авторе

Юлия Михайловна Заборовская: ФКОУ ВО Кузбасский институт ФСИН России (г. Новокузнецк, Российская Федерация), преподаватель кафедры государственно-правовых дисциплин; Красноярский государственный аграрный университет (г. Красноярск, Российская Федерация), аспирант. E-mail: dum333@bk.ru

Information about the author

Julia M. Zaborovskaya: Kuzbass Institute of the FPS of Russia (Novokuznetsk, Russia), lecturer of the Chair of State Legal Disciplines; Krasnoyarsk State Agrarian University (Krasnoyarsk, Russia), postgraduate student. E-mail: dum333@bk.ru