Языковые элементы современного казахского языка в средневековых письменных памятниках

und politische Identitat in fruhen Hochkulturen. - Munchen: C. H. Beck, 1992. - 333 S.

14. Яблоков Е. А. Михаил Булгаков и мировая культура: Справочник-тезаурус. - СПб.: ДМИТРИЙ БУЛАНИН, 2011. - 623 с.

15. Булгаков М. А. Мастер и Маргарита. - Санкт-Петербург: Азбука, 2011. - 413 с.

16. Bulgakov M. The Master and Margarita. Translated by Mirra Ginsburg. - New York: Grove Weidenfield, 1987. - 402 p.

17. Bulgakov M. The Master and Margarita. Translated by Diana Burgin and Katherine Tiernan O’Connor. - London: Picador, 1995. - 367 p.

18. Bulgakov M. The Master and Margarita. Translated by Hugh Aplin. - London: One World Classics, 2008. - 460 p.

19. Bulgakov M. The Master and Margarita. Translated by

Michael Karpelson. - London: Wordsworth Classics, 2011. -416 p.

20. Разумовская В. А. Культурная память в романе

М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита» и археология перевода // Проблемы перевода, лингвистики и литературы: Сборник научных трудов. Серия «Язык. Культура.

Коммуникация». Выпуск 15. Том I. - Нижний Новгород: Нижегородский государственный университет им. Н. А. Добролюбова, 2012а. - С. 151-166.

21. Разумовская В. А. Семантика художественного образа в оригинале и в переводе: кот Бегемот // Проблемы истории, филологии, культуры. -Магнитогорск: Магнитогорский государственный университет, 2012. - № 3. -С. 268-278.

УДК 93

М. Б. Сабыр

ЯЗЫКОВЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ СОВРЕМЕННОГО КАЗАХСКОГО ЯЗЫКА В СРЕДНЕВЕКОВЫХ ПИСЬМЕННЫХ ПАМЯТНИКАХ

Представлен сравнительный анализ лексики современного казахского языка и лексики языка письменных памятников золотоординского периода. Показана тесная лексико-семантическая связь между языками двух эпох. Сравнительноисторический анализ языков доказывает, что среднетюркский литературный язык является источником современного казахского языка.

Ключевые слова: казахский язык, письменные памятники, историческая лексикология, тюркология, кипчак, этнос, фонетика, языковой фактор, лексические параллели, литературная норма.

САБЫР Мурат Букенбаевич - д. филол. н., профессор Западно-Казахстанского инженерно-гуманитарного университета, проректор по науке и международным связям. E-mail: Sabir_uralsk@mail.ru

M. B. Sabyr

The linguistic elements of the modern Kazakh language in medieval written records

The comparative analysis of the modern Kazakh language lexis and the written records lexis of the Golden Horde period is represented. The close lexical-semantic connection between the languages of two eras is shown. The comparative-historical analysis of the languages proves that the medium Turkish literary language is an origin of the modern Kazakh language.

Key words: Kazakh language, written records, historical lexicology, study of Turkic languages, Kipchak, ethnos, phonetics, linguistic factor, lexical parallels, literary norm.

Развитие любого этноса, проходя этапы рода, племени, народа и нации, не проходит вне языкового фактора. Исследуя кипчакский язык и посредством него историческую судьбу казахского языка внутри этой группы, мы опираемся на язык памятников средневековья, в частности, на произведения Кутба «Хусрау и Ширин», С. Сарайи «Гулистан бит-турки», Хорезми «Мухаббат-наме», Махмуд-бин Али «Нахдж аль-фарадис» (далее ХШ, Г, Мн, НФ), всесторонне изученные известными тюркологами Э. Наджип, А. Керимовым, Б. Сагындыкулы. Целью данного исследования является сравнение двух языков на основе вышеуказанных произведений, выявление их сходств и различий, а также признаков родства языков двух эпох.

Общеизвестно, что, начиная с XI по XIV вв., различные тюркские роды и племена применяли единый общепонятный язык. Мнение А. Зайончковского о том, что «в XIII - XIV вв. сложился единый тюркский литературный или письменный язык», по-прежнему остается актуальным [1, с. 93]. В языкознании язык данного временного периода называют еще «среднеазиатским литературным языком» и «среднеазиатским тюркским языком». Но вместо этих двух узкоспециальных терминов ученые А. Курыш-жанов и А. Ибатов предложили термин «среднетюркский письменный литературный язык». «Среднетюркский литературный язык», являясь общим литературным языком, был распространен на территории не только Средней Азии, но и на территории современного Казахстана среди тюркских народов северных районов, народов Крыма и Дешт-и - Кипчака, охватывал письменные памятники всех мамлюкских кипчаков территории Египта и Сирии [2, с. 10].

Именно руководствуясь языком письменного наследия XIV в. и рассматривая этот язык как «среднетюркский», мы проводим изучение взаимосвязи лексики казахского и среднетюркского языков.

Безусловно, богатая лексика казахского языка не является результатом одной эпохи. Казахский язык на протяжении многих веков на пути превращения языка

родов и племен средних веков в национальный язык пережил множество исторических языковых процессов. Различные изменения языка наиболее заметны в его лексике, нежели в грамматике или фонетике. Источником для исследования лексики казахского языка является сам словарный состав данного языка.

При сравнительном анализе лексики письменных памятников XIV в. и казахского языка сходства наблюдаются чаще, чем различия. Выяснить, в какой степени язык данных письменных памятников можно считать источником возникновения казахского языка, нам поможет наиболее глубокое изучение изменений отдельных слов и их сравнительно-исторический анализ, начиная с современности к среднему веку, от среднего - к древнему периоду, ибо в истории каждого слова отражена жизнь этноса.

Основным объектом изучения лексикологии является отдельное слово. По словам В. А. Ларина, «далекая цель исторической лексикологии - выяснение таких компонентов словарной системы языка, которые в истории его развития эволюционируют единым фронтом, т. е. обнаруживают прочные, устойчивые связи» [3, с. 12]. И если каждое слово является отображением такой историко-языковой взаимосвязи, то язык вышеуказанных четырех памятников, в котором обнаруживаются до 70-80 процентов слов, встречающихся и в современном казахском языке, является этому полным подтверждением.

Данные слова можно классифицировать по следующим группам:

- слова, полностью совпадающие по семантике, и по форме;

- слова, совпадающие по семантике, но имеющие некоторые отличия по форме;

- слова, имеющие полное совпадение по форме, но немного отличающиеся по семантике;

- слова, различные и по семантике, и по форме.

Изучая данные слова в диахроническом аспекте,

можно обнаружить кипчакские следы, встречающиеся в казахском языке, и установить первоначальную форму лексики казахского языка в письменном наследии средних веков.

При глубоком анализе лексики среднетюркского языка между современными языками кипчакской группы и казахским языком обнаруживаются лексические параллели как по форме, так и по значению. Например: адым-адым (шаг), азьц-азыц (пища), ай-ай (луна), ала-ала (пестрый), ацсац-ацсац (хромой), тврт-тврт (четыре), алты-алты (шесть), айыр-айыр (разделить), кул-^л (смеяться), ец-ец (самый), анда-анда (там), ара-ара (между), орта-орта (средний) и др. По нашим расчетам, в языке вышеуказанных четырех памятников имеется более 420 слов, эквивалентных словам в казахском языке. Это древние, но вечно молодые лексические единицы, являясь историческими свидетелями, дошли до нас, не подвергаясь каким-либо семантическим изменениям.

Встречается и большое количество слов, лексическое значение которых полностью совпадает, но при этом подвержено некоторым фонетическим изменениям. Данные слова образуют промежуточные звуковые соответствия обеих эпох. Например, слова, начинающиеся в казахском языке со звука ж, в средневековых памятниках начинаются со звука й: жаз-йаз (писать), жазыл-йазы л (подписать), жаратцан-йаратцан (создатель) и др. Начальный звук ж является особым звуком, который отличает современный казахский язык от одной группы тюркских языков и соединяет его со второй группой тюркских языков. Вследстие этого возникает вопрос об источнике происхождения начального звука ж. Как нам известно, Орхоно-Енисейская письменность отличается использованием звука й в начале слова. Данная письменная норма дошла до средних веков. Согласно мнению известного ученого А. Н. Бернштама, «в конце VI века тюрки Западно-тюркского каганата употребляли в речи звук «дж» [4]. Из этого следует, что современные казахи, употребляющие ж в начале слова, являются «наследниками» языка древних тюрков. В среднетюркском языке можно выявить некоторые признаки звука ж. Например: жаллад-жендет (палач), жат-тус квру (видеть сон), жек (не обожженный), жубрж (ткань), журкэ (заворачивать) и др.

Кроме того, в среднетюркском и казахском языках выявляются совпадения звуков ч~ш. Слова памятников, которые начинаются со звука ч, передаются в казахском языке звуком ш. Например: чапан-шапан, сакчы-сацшы (сторож), ач-аш (открыть) и др. Звук ч в средневековье как литературная норма применялся в любой словарной позиции. Однако некоторые авторы в своих произведениях выходили за границы литературной нормы, а писали на своем диалекте, употребляя звук ш. Например, в поэме Кутба «Хусрау и Ширин» такие слова, как «кашты, шсе (убежал, если выпить)» встречаются очень часто. Замена звука ч на ш в памятниках, написанных на

древнекипчакском языке, делает его на шаг ближе к казахскому языку. По словам С. Е. Малова, употребление звука ш вместо ч является одной из главных особенностей фонетики казахского языка.

При сравнении материалов среднетюркского и казахских языков соответствия звуков ш~с в начале слов встречаются очень редко: шол-сол (тот), шункар-суццар (сокол), шум-сум, (зловредный). Наблюдается и обратное соответствие этих звуках: сач-шаш (волос), сырча-шыны (зеркало), сучу-шашу (раскидывать), сучун-шешт (раздеться) и др. Таким образом, явление взаимозамены звуков с ~ ш в словах наблюдается еще с древних времен. В Орхоно-Енисейской письменности часто встречаются формы к1с1-к1ш1 (человек), болмыс-болмыш (бытие). По лингвистическим исследованиям различных звуков, с ~ ш считается диалектным различием [5, с. 47]. Взаимозамена данных звуков, происходившая во многих словах языков тюркских племен, территориально близко находившихся друг от друга, дошла до современности как диалектная языковая борьба. Звук с является основной особенностью языков племен, которая дошла и до современного казахского языка.

Еще одной из особенностей языков двух эпох является соотнесенность начальных звуков д ~ т. К тому же следует отметить, что в языке памятников звук т употребляется чаще звука д. Например, таб-табу (найти), табан-табан (ступня), табшур-тапсыр (поручать), тавуц-тауыц (курица) и др. Данное явление - еще одно доказательство родства среднетюркского и казахского языков. В языке памятников Х1У в. в начале слова глухой т употребляется в 10 раз чаще звонкого аналога -звука «д». В толковом словаре казахского языка количество слов, начинающихся с согласного т, в три раза превышает количество слов, начальным звуком которых является звонкий согласный д. Такое явление наблюдается и в диалектных словарях.

Лексику казахского языка можно разделить на следующие пласты:

1. общетюркский пласт (У-Х вв.),

2. среднетюркский (кипчакский) (Х-ХУвв.),

3. собственно национальный пласт (ХУ-ХХ вв.).

Язык каждого последующего исторического

периода наследует определенные языковые элементы как в грамматическом строе, так и в словарном составе предшествующего. При исследовании развития собственно национального пласта, от древности до современности и наоборот, можно обнаружить ответы на многие вопросы в области исторического языкознания. Лексические уровни подвергались влиянию внешних, т. е. экстралингвистических факторов. Исторический подход является не только необходимым, но и обязательным для анализа состояния лексики определенного временного периода и изуче-

ния ее с научной точки зрения. Лексика казахского языка, развиваясь, переняла многие элементы среднетюркского (кипчакского) языка. При противопоставлении лексики среднетюркского и собственно национального пластов обнаруживаются следы языковой эволюции, что позволяет нам сделать вывод, что данные пласты лексики являются показателем двух периодов одного языка. Данное явление между современным казахским и среднетюрским языками особо четко наблюдается в лексико-семантических различиях и сходствах, нежели в фономорфологических изменениях. Изменение лексического значения слова в процессе языкового развития приводит либо к расширению, либо к сужению этого значения. Изменение лексического состава языка, а также изменение значений слова в языке - это непрерывный и бесконечный процесс любого языка. Согласно мнению С. Кенесбаева, под воздействием времени значение слова постоянно меняется, развивается: оно либо расширяется,

либо сужается, либо дополняется различными оттенками и либо меняется их значение [6]. При тщательном изучении многих слов тюркского языка в их развитии, начиная с исторического источника до современности, обнаруживается большое количество слов, первоначальное значение которых не подверглось изменениям. Например: в средневековых письменных памятниках лексическое значение слова «кYЛYк» является только ишак, мул: «кулук бар йокму тартсун йа тэгирмен» - обязан ли мул поднимать воз и крутить мельницу ( ХШ, 46621). Слово кулук, или в современном казахском языке келік, имеет несколько «расширенное» понятие, его используют для обозначения любого вида скота, предназначенного для перевозки грузов (лошадь, ишак, верблюд) и любого транспортного средства. Наиболее глубокие корни слова «квлік» восходят к слову квл, что обозначает «запрягать, упряжка». В памятниках древнетюркского языка есть тому подтверждение: еки вкузуг бир буцаршъща квлміш «два быка были запряжены в одну телегу» (ДТС, с. 314).

Некоторые слова в современном казахском языке обрели новое значение, т. е. лексическое значение слов с одной стороны расширяется, с другой сужается. За счет таких процессов происходит качественное развитие лексики. Например, слово «томага» в языке письменных источников носит значение «украшение»: лагыл сыргалар кулакта, бврігінді інжу томага

- рубиновые серьги в ушах, на головном уборе -жемчужные украшения (ХШ,112а18). В современном казахском языке данное значение полностью утеряно и в настоящее время употребляется в значении «кожаный чехол для надевания на голову сокола в период соколиной охоты». Таким образом, в современном языке наблюдается сужение значения слова в

отличие от среднетюркского. Сужение значения слова в таких случаях зависит не от языкового фактора, а от склонностей человека выделять из общего частное.

Язык памятников очень богат. Встречается большое количество полисемичных слов. В некоторых значениях слова они мало употребляются, что впоследствии привело к полному исчезновению данных значений в современном казахском языке. Например, слово тары имело несколько значений: зерно, семя, злак, мука, ячмень, растение и др. Видимо, это слово применялось по отношению к разным злакам до появления названий зерновых культур. В настоящее время во многих тюркских языках слово тары обозначает лишь одно название зерновой культуры - просо. Например, в киргизском языке слово торуу, в узбекском языке - торыц, в башкирском, каракалпакском, ногайском и татарском языках тары и т. д.

При сравнительном анализе языков двух эпох было выявлено, что пути изменения значений слов имеют различный и разноуровневый характер. Таким образом, в некоторых словах за счет выпадения одного из значений полисемичного слова произошло сужение его значения, другие же слова, имевшие широкое значение, приобрели более частное значение.

Слова, которые подверглись и лексическим, и грамматическим изменениям, в языке памятников встречаются нечасто. Некоторые слова встречаются как в казахском языке, так и в языках других тюркских племен. Наблюдается очень тесная лексикосемантическая связь между казахским и тюркскими языками. В языке памятников с разной частотностью встречается до 420 слов, полностью совпадающих и по грамматическим свойствам, и лексическим значениям со словами современного казахского языка, что является прямым доказательством глоттогенети-ческого и этногенетического родства казахского и среднетюрского языков.

Формирование среднетюркского языка произошло, несмотря на наличие большого количества диалектных изменений в языке средних веков.

Но под влиянием экстралингвистических и интралингвистических факторов наблюдаются иногда огузские, иногда кипчакские варианты данного языка.

Причем вклад кипчакского варианта является более весомым, что связано с высокой политической ролью кипчаков на исторической арене. Исходя из вышесказанного, можно утверждать, что памятники ХШ, Г, Мн, НФ были написаны на кипчакском, а именно на древнекипчакском варианте среднетюркского языка. Исторически невозможно четко различить древний и современные кипчакские языки, так как они взаимосвязаны. На самом деле, это отражение одного языка в разных социальноисторических, этнографических, культурных и эко-

номических условиях.

Л и т е р а т у р а

1. Зайончковский А. К изучению средневековых памятников тюркской письменности (XI - Х1Увв). // Вопросы языкознания. -1967. - № 6.

2. К¥рышжанов Э., Ибатов А. Ежелп тYркі жазба-ескерткіштері жайында Казак эдеби тшшщ калыптасу

тарихы мен даму жолдары. - Алматы: Гылым, 1981.

3. Ларин Б. А. История русского языка и общее языкознание. - Москва: Просвещение, 1977.

4. Бернштам А. Н. О древнейших следах джекания в тюрских языках Средней Азии Сборник института языка и мышления. АН СССР. - М. - Л., 1938.

5. Батманов Н. А., Арагачи З. Б., Бабушкин Г. Ф. Современная и древняя Енисейка. - Фрунзе: АН Кирг.ССР. - 1962.

6. Кецесбаев С. Казак тшшщ тYсіндірме сездт. Алматы: Гылым, 1959. Т. I.