За сценой постоим

В области балета лишь два произведения имеют глубокое влияние на нашу жизнь. Два сокровища русской культуры — «Лебединое озеро» и «Щелкунчик». Первое обычно завершает долгий политический цикл, второе — один короткий год.

Фото: Алексей Тарханов, Коммерсантъ

В качестве доброго новогоднего обычая «Щелкунчик» окончательно заменил баню из «Иронии судьбы», которую с маниакальным упорством и без малейшего успеха все продолжают и продолжают переснимать, словно надеясь этой нехитрой магией вернуться во времена «Голубых огоньков», где Ширвиндт такой молодой. Но жизнь невозможно повернуть назад, как справедливо пела нам Пугачева. Среди доказательств — как раз то, что в этом году мы не услышим ее с новогодних экранов.

А «Щелкунчик» по-прежнему с нами и превратился в золотой стандарт декабрьского театра. Не увидеть на сцене Большого «Танец снежинок» — это как будто бы лишиться зимой снега, а также Шоколада, Чая и Кофе и прочих заморских сладостей. Не порадоваться тому, как будет посрамлен гадкий Крысиный король, затеявший войну с елочными игрушками. Не насладиться па-де-де Феи Драже и Принца Оршада и не всплакнуть о том, что сказка останется в новогодней ночи, а Мари проснется со своим новым другом-щелкунчиком в мире утренних спа-процедур и алка-зельтцера. Но, похоже, в этом году всем хочется проснуться, да поскорее. И даже не надо сказок, в которых, конечно, ложь, но есть намек.