"На производстве мы по-прежнему разгильдяи"

---

"На производстве мы по-прежнему разгильдяи"

---

Фото: ВАСИЛИЙ ШАПОШНИКОВ, "Ъ"

       С момента принятия нового Трудового кодекса прошло почти два года. За это время выяснилось, что 132 статьи этого федерального закона нуждаются в дополнениях и изменениях, а раздел, посвященный охране труда, необходимо дополнить новой статьей. Почему так получилось, корреспонденту "Денег" Елене Алеевой рассказал руководитель департамента условий и охраны труда Минтруда России Юрий Сорокин.

       — Вопрос охраны труда в последнее время стал приобретать все большую значимость. Чем это объясняется?
       — Должен сказать, что охрана труда всегда была важна и сейчас важна. Другой вопрос, как общество воспринимает эту проблему, или мы уже привыкли к тому, что у нас люди гибнут везде. Если говорить о ситуации в целом, то во всем мире на производстве ежегодно происходит 150 млн несчастных случаев, в результате которых гибнет 2 млн человек,— производственные риски существуют везде, даже в самых благополучных странах. У нас в стране ежегодно умирает от неестественных причин около 250 тыс. человек, в том числе на производстве около 6 тыс. человек. В прошлом году этот показатель снизился до 5,7 тыс. человек, но цифры все равно очень большие. То есть проблема очень серьезная, поскольку на предприятиях гибнут люди, как правило, самого работоспособного возраста. В 2000 году мы перешли на новую для России систему обязательного социального страхования от несчастных случаев и профессиональных заболеваний. Согласно закону 125-ФЗ каждое предприятие выплачивает в Фонд социального страхования соответствующий взнос. Из этих сумм Фонд социального страхования ежегодно выплачивает пособия пострадавшим, которые стали инвалидами или потеряли трудоспособность, а также семьям погибших в результате несчастных случаев на производстве. Закон этот был принят в 1998 году, но для того чтобы собрать все необходимые материалы и передать их фонду, ушло два года. Сама проблема тянется с давних пор, и человек, который десятки лет назад получил травму, сейчас может рассчитывать на выплату. В текущем году общее количество получателей этих пособий составило около 560 тыс. человек.
       Мы действительно стали уделять этой проблеме больше внимания. Одна из причин в том, что создана очень неплохая законодательная база. Сейчас с уверенностью можно сказать, что в России есть законодательная база европейского уровня. В принципе у нас всегда было неплохое законодательство и очень плохое его выполнение. Нам необходимо менять взгляд на собственную безопасность, потому что на производстве мы по-прежнему разгильдяи и не обращаем внимания на то, что наши неправильные действия могут привести не только к собственной гибели, но и тех людей, которые рядом работают. Может быть, правил у нас больше, чем нужно, но есть такие нормативные документы, которые написаны кровью. В их основе реальные тяжелые случаи на производствах. Общими усилиями всех тех, кто занимается проблемой охраны труда — управляющими структурами, правительством, которое сейчас значительно больше уделяет внимания этой проблеме, регионами,— удалось приостановить рост смертельного травматизма. Например, в 2002 году количество несчастных случаев уменьшилось на 12%, а за первое полугодие этого года еще на 12%. Потом наше федеральное законодательство очень здорово подкрепляется региональным с учетом специфики того или иного региона. Разумеется, сказать, что наше законодательство совершенно, пока нельзя, но то, что мы ежегодно что-то пытаемся улучшить,— вполне нормально.
       — Какие изменения в части охраны труда планируется внести в Трудовой кодекс?
       — Сразу после принятия Трудового кодекса у нас возникла непростая ситуация. Оказалось, что на уровне правительства или на уровне министерства мы не можем принять необходимые решения, чтобы реализовать все требования и нормы Трудового кодекса, имеющие отношение к охране труда. В частности, не удалось принять три очень важных решения, которые устанавливают порядок и нормы предоставления работникам, занятым в определенных условиях, сокращенного рабочего дня, дополнительного отпуска и соответствующих доплат. Сейчас такие изменения подготовлены, они приняты в первом чтении Госдумой и окончательно приняты будут уже только к концу первого полугодия следующего года. Хотя я должен сказать, что здесь никакой трагедии нет: действуют нормативные документы, которые были приняты ранее, и все, кто там поименован, имеют право получать все перечисленные компенсации.
       Но наши предложения по внесению изменений этим не ограничиваются. Дело в том, что до принятия нового Трудового кодекса действовал принятый в 1999 году 181-й федеральный закон об основах охраны труда в РФ. Он так законодателям понравился, что они решили его практически один к одному поместить в Трудовой кодекс. Возникает правовая коллизия, когда два закона регулируют один и тот же процесс. Но это еще не все, некоторые проблемы все же остались за бортом. И если сейчас отменить закон 181-ФЗ, мы получим тупиковую ситуацию по ряду вопросов, в частности, речь идет о государственной экспертизе условий труда. Поэтому с участием регионов, где экспертизы существуют, была подготовлена соответствующая статья, которая дополнит Трудовой кодекс. Мы очень рассчитываем, что принятие всех этих поправок поднимет на новый уровень всю систему управления охраны труда в РФ.
       — Но действующая система компенсаций для вредных производств все же нуждается в пересмотре?
       — Вся эта система компенсации — своего рода откуп, но не работодатели сегодняшние в этом виноваты. Ведь, положим, закон о льготных пенсиях был принят еще в 1956 году, право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день принимали Госкомтруд и ВЦСПС в 1978 году, лечебно-профилактическое питание тоже очень давно существует: молоко за вредность у нас выдают с 1920-х годов. Но все это было от нашей бедности, не было у нас денег для того, чтобы внедрить хорошие технологии. И такой сложной запутанной системы льгот и компенсаций нет нигде, только у нас и еще на постсоветском пространстве. Поэтому для того чтобы поправить положение, надо усиливать экономические рычаги: во-первых, повышать зарплату и, во-вторых, влиять на работодателя, чтобы он улучшал условия труда. А если он уже улучшил, то почему он еще должен кому-то чего-то доплачивать? Потому что в принципе все, включая работников, заинтересованы в том, чтобы этих льгот и компенсаций было меньше. Все это в конечном итоге ложится на себестоимость продукции, снижает конкурентоспособность.
       Раньше по каждой профессии составлялись огромные списки, которые учитывали, что кому полагается, сколько дней дополнительный отпуск, какая доплата, какой продолжительности рабочий день. Но тогда была такая возможность — у нас было 150 союзных министерств и ведомств. Сейчас возникли новые технологии, какие-то профессии ушли, следовательно, необходимо обновить все эти списки. В то же время отказаться от существующей системы тоже нельзя, мы просто обездолим очень многих людей. Поэтому идеология может быть только такой, что государство устанавливает какие-то минимальные стандарты компенсаций, а потом должна вступить в силу аттестация рабочих мест.
       — А что будет регулировать дополнительная статья о государственной экспертизе условий труда?
       — Государственная экспертиза условий труда занимается многими проблемами. Одна из них — это аттестация рабочих мест. Главная цель, которую преследует аттестация,— выявить на каждом рабочем месте те или иные отклонения от установленных норм, и параметров этих очень много: шум, вибрация, загазованность, запыленность, электромагнитное излучение и т. д. Аттестация рабочих мест — это не прихоть, а требование закона, и работодатель обязан ее проводить. Контроль за качеством проведения аттестации возлагается на орган исполнительной власти субъекта РФ, ведающего вопросами охраны труда, то есть на работников государственной экспертизы условий труда. Кроме того, они должны помогать работодателю организовать процесс аттестации рабочих мест, объяснять непосредственно на местах, что и как надо делать, и при необходимости помогать работодателю находить организации, которые имеют право этим заниматься. Должен вам сказать, что процесс аттестации рабочих мест идет достаточно активно: если три года назад, по некоторым оценкам, было аттестовано от 7% до 10% всех рабочих мест, то на начало этого года их уже было порядка 40%. Рабочие места с вредными или опасными факторами производства обязательно подлежат аттестации.
       Проведение аттестации стоит достаточно дорого, и для работодателя очень важно не выбросить эти деньги на ветер. В то же время разработан порядок, при котором 20% от взносов, которые каждое предприятие платит в Фонд социального страхования, предприятие имеет право оставить у себя для выполнения превентивных мер, в их число входит и аттестация рабочих мест. При этом предприятие должно доказать правомерность своих притязаний, а не просто попросить оставить им эти 20%.
       — Каким образом проверяется правильность проведенной аттестации?
       — Проверить, проведена или не проведена, очень просто. Есть положение о порядке проведения аттестации, утвержденное Минтрудом, и в соответствии с ним на каждое рабочее место должны быть заполнены соответствующие карты. Для того чтобы оценить, насколько качественно они заполнены, нужно провести пробные замеры. Конечно, еще раз проверить все невозможно: ни сил, ни средств на это нет. Экспертов у нас не так много, но это квалифицированные люди, и если они что-то находят, выдают рекомендацию провести аттестацию по-новому. Государственная экспертиза сама не обладает какими-то санкциями, но при необходимости привлекает федеральную инспекцию, а инспектор уже имеет право выдать предписание. Дальше все как обычно: не выполняешь предписание, не выполняешь законодательство, последуют санкции.
       — Какие санкции предусмотрены в отношении руководителей, не обеспечивающих безопасные условия труда для своих работников?
       — На сегодняшний день руководителю частного предприятия объявить выговор или снять его с работы, как это было раньше, никто не может. Но это не значит, что такой руководитель может оставаться безнаказанным, и санкций здесь достаточно много. Будет ли он привлечен к административной или уголовной ответственности, зависит от степени его вины. В рамках реализации закона об обязательном социальном страховании от несчастных случаев и профзаболеваний при расследовании страховых случаев необходимо предоставлять в медико-социальную экспертизу заключение государственной экспертизы условий труда об условиях труда, предшествующих наступлению страхового случая. Так, за шесть месяцев текущего года за нарушение законодательства в части охраны труда, в том числе за несоздание условий труда, отвечающих требованиям техники безопасности, государственными инспекторами было оштрафовано 36,5 тыс. должностных лиц на общую сумму 39,2 млн рублей. За несоответствие требованиям эксплуатация свыше 44 тыс. единиц оборудования была временно приостановлена, прекращено производство работ в 3,5 тыс. случаев.
       Кроме того, у нас все-таки появился экономический механизм. Он, может быть, еще недостаточно отшлифован, но он действует. И если у работодателя плохо с охраной труда, то Фонд соцстрахования может набросить ему к установленному тарифу до 40%, и ни на какие скидки уже рассчитывать будет нельзя. Если ты не проводишь соответствующие мероприятия по улучшению условий труда, могут оштрафовать за нарушение закона. Вместе с тем если у работодателя все хорошо, то ему те же 40% могут сбросить. И это очень серьезный стимул для того, чтобы он занимался охраной труда.