Особенности объекта преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ «Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров, продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности»

А.В. Нечаева,

Следственное управление при УВД по г. Воронежу

ОСОБЕННОСТИ ОБЪЕКТА ПРЕСТУПЛЕНИЯ, ПРЕДУСМОТРЕННОГО СТ. 238 УК РФ «ПРОИЗВОДСТВО, ХРАНЕНИЕ, ПЕРЕВОЗКА ЛИБО СБЫТ ТОВАРОВ, ПРОДУКЦИИ, ВЫПОЛНЕНИЕ РАБОТ ИЛИ ОКАЗАНИЕ УСЛУГ,

НЕ ОТВЕЧАЮЩИХ ТРЕБОВАНИЯМ БЕЗОПАСНОСТИ»

PROBLEMS OF THE OBJECT OF CRIME, DESCRIBED IN THE ARTICLE 238 OF CRIMINAL CODE OF THE RUSSIAN FEDERATION, “IN MANUFACTURING SPHERE, STORING OF GOODS OR PRODUCTION DISTRIBUTION, WORK DELIVERY OR SERVICES THAT DO NOT MEET THE SAFETY REQUIREMENTS” REGARDED AS A PROBLEM OF CRIME

PREVENTION

Данная статья посвящена анализу правовых пробелов и коллизий норм права в сфере установления и регулирования уголовной ответственности за производство, хранение либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, а именно определения объекта преступлений, предусмотренных ст. 238 УК РФ, и путей их преодоления.

This article analyses some legal gaps and conflicts of laws in the sphere of establishment and regulation of criminal responsibility for manufacturing, storing of goods or production distribution, work delivery or services that do not meet the safety requirements. Its special focus is on the determination of the target of crime described in the Article 238 of Criminal Code of the Russian Federation and on the ways of overcoming the problems mentioned above.

Проблема объекта преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ, «производства, хранения, перевозок либо сбыта товаров, продукции, вы -полнения работ или оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности», является одной из основных в борьбе с преступлениями данного вида, так как ее решение, дает возможность оп -ределить юридическую и в целом социальную природу этого преступления, характер общественно опасных последствий, правильно решить вопросы о квалификации деяния и об отграничении его от смежных общественно-опасных дея-ний (как преступлений, так и административных и гражданских правонарушений).

В связи с этим справедливо замечание С. Мокринского о том, что «описать состав престу -пления, прежде всего, определить объект последнего» [1], так как точное определение объекта преступления позволит выявить возможные правовые пробелы и коллизии норм права в его регулировании с целью их устранения и уточнения, выявления причин и условий совершения данного вида преступлений, разработать ком -плекс мероприятий по их предупреждению и пресечению на всех уровнях.

На разных этапах развития юридической науки проблема объекта преступлений, связан -

ных с выпуском недоброкачественной (не отвечающей требованиям безопасности) продукции, решалась всегда по-разному, не всегда бесспорно и однозначно.

Решая вопрос об объекте анализируемого преступления, необходимо иметь в виду, что и сама проблема качества продукции является комплексной, что, в свою очередь, объясняет и характер последствий (ущерба) при выпуске продукции, не отвечающей требованиям безопасности.

Изучение и анализ современной научноправовой литературы показывает, что объект преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ, разработан недостаточно, в том числе и законодательно, и налицо пробелы в его изучении. А официальная законодательная точка зрения раскрывает проблему объекта преступления данного вида только с одной стороны, «однобоко».

На наш взгляд, это связано с тем, что в современной иерархии ценностей, приоритетным является направление защиты прав конкретной личности, а отношения собственности отодвину -ты на второй план.

Однако, как показывает цивилизационный опыт, закон (особенно уголовный) не должен содержать крайностей в подходе к защите тех или иных общественных интересов, в нем должен быть найден оптимальный баланс защиты

всех интересов как конкретной личности, так и государства в целом.

В настоящее время в науке принята официальная позиция законодателя, согласно которой в качестве непосредственного объекта преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ, выделяется «здоровье населения» [2].

При этом очень неопределенно высказываются современные авторы относительно содержания основного, дополнительного и факультативных объектов состава преступления производства, хранения, перевозок либо сбыта товаров, продукции, выполнения работ или оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности.

В частности, в юридической литературе указывается, что дополнительным объектом может быть жизнь и здоровье конкретного человека, права потребителей на безопасность приобретаемых товаров и услуг. Факультативный объект определяется как имущественные права потребителя, установленный законом порядок сертификации продукции [3]. Однако такой подход очень узкий и также не лишен перегибов, только теперь в другую сторону. Он не охватывает всех тех общественных отношений, которым причиняет непосредственный ущерб совершение данного преступления.

Если обратиться к анализу отрицательных последствий производства, хранения, перевозки либо сбыта товаров и продукции, выполнения работ или оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности, то необходимо заметить, что эти деяния не только причиняют физический, имущественный вред интересам отдельной лич -ности, но и наносят существенный вред интересам государства.

В частности, на наш взгляд, затрагиваются имущественные интересы государства (например: умышленное нарушение технологии с целью уменьшения затрат на производство для сокрытия налогооблагаемой базы, результатом чего является выпуск опасной для здоровья населения продукци-ия; совершенные до этого присвоение и растрата на предприятии также влекут за собой изменение технологии и как следствие — выпуск опасной для здоровья продукции), порядок управления в области сертификации и законности данной деятельности, а также национальная безопасность нашего государства (например, ввоз на территорию РФ, либо производство генно-модифицированной пищевой продукции), что проявляется еще и в том, что при совершении преступлений данного вида от государства укрывается огромная прибыль, которая вкупе с возможностью быстрого оборота этих денежных средств привлекает к этой сфере «черного рынка» хорошо организованные криминальные структуры.

Кроме того, необходимо отметить, что подкупающая большинство потребителей дешевизна такой продукции нарушает нормальное функционирование легальной предпринимательской сферы.

Здесь же нельзя не учитывать риски и свя -занные с ними проблемы, возникающие в связи с происходящими в мировом сообществе процессами глобализации экономики и связанные с ни -ми: снижение торговых барьеров, свободное движение капиталов и развитие технологий, что

способствует интеграции международной фи -нансовой системы и созданию в перспективе единого мирового рынка [4]. В частности, акти -визируется и организованная преступность, дея -тельность которой все в большей степени приобретает международный характер; в свою очередь, возросшее число международных банковских операций и появление новых методов перевода денег, в частности с использованием электронных средств связи, значительно облегчают кри -минальным образованиям проведение комплекса мероприятий по отмыванию капиталов, полу -ченных незаконным путем, которые впоследствии инвестируются в развитие преступной дея -тельности (в том числе идут на расширение кри -минальных высокодоходных производств, фи -нансирование террористической и экстремисткой деятельности). В данном случае речь идет уже об угрозе национальной безопасности Российской Федерации [4].

В связи с изложенным нам видится непосредственный объект преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ, в социально -

экономических, политических интересах каждо-го конкретного физического лица, выступаю ще -го в качестве потребителя; различных социаль -ных групп; хозяйствующих субъектов различных форм собственности, а также Российской Феде -рации и ее государственных институтов, которые определяются их потребностью в выпуске това -ров, продукции и оказании услуг надлежащего качества, способных удовлетворить жизненно важные интересы общества.

Такой «имущественный» подход к определе -нию объекта преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ, обоснован и с точки зрения субъективной стороны его совершения. Как указано в диспозиции настоящей статьи, основная цель совершения преступных действий, которая определяет корыстный мотив совершения преступле -ния, — сбыт. И это верно, так как если бы основной целью субъекта преступления было бы причинение вреда здоровью человека, а не корысть, то аналогичные его действия квалифицировались бы уже не по ст. 238 УК РФ, а по ст. ст. 105, 111, 112 УК РФ и т.д. Однако при определении объекта преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ, данный факт не учтен законодателем. В этом нам видится несоответствие между объектом, объективной стороной и субъективной стороной состава данного преступления.

Кроме того, следует, на наш взгляд, обратить внимание на то, что согласно ст. 2 ФЗ №184 от

27.12.2002 г. «О техническом регулировании» [5], «...безопасность продукции, процессов производства, эксплуатации, хранения, перевозки реализации и утилизации — состояние, при ко -тором отсутствует недопустимый риск, связан -ный с причинением вреда жизни или здоровью граждан, имуществу физических или юридических лиц, государственному или муниципально -му имуществу, окружающей среде, жизни или здоровью животных и растений ...»

Действующим же уголовным законом, на наш взгляд, необоснованно в рассматриваемой ст. 238 предусмотрена уголовная ответственность за не-

безопасность продукции, товаров, работ и услуг только для жизни и здоровья потребителей.

Объект преступного посягательства всегда конкретизируется через его предмет.

Предметом правоотношений, находящихся под уголовно-правовой защитой ст. 238 УК РФ, на наш взгляд, является только такая продукция, которая отвечает требованиям безопасности, а это означает, что производимая, хранимая, перевозимая или распространяемая продукция, а также оказываемые услуги должны соответствовать предъявляемым к ней требованиям по качеству, ведь именно на обеспечение выпуска именно такой продукции направлены общественные отношения, которые являются объектом данного преступления. Продукция, товары и услуги, не отвечающие требованиям безопасности, о которой в диспозиции ст. 238 УК РФ идет речь, являются не предметом правоотношений, а предметом преступления.

Здесь следует обратить внимание на то, что законодатель проводит различие между понятиями «товары» и «продукция», однако нигде в законе не раскрывается содержание у казанных понятий.

Пленумы Верховного Суда РФ, не давая толкования данным терминам и не разъясняя свя -занные с этим особенности квалификации, также не решают эту проблему.

Для разъяснения этих понятий целесообразно обратиться к экономической теории.

Анализ работ по исследованию указанной проблемы показал, что наиболее обобщенным и в то же время емким и точным, на наш взгляд, является определение видного ученого Ф. Котле -ра, который в своей книге « Основы маркетинга» определяет «товар» как «все, что может удовле -творить нужду или потребность и предлагается рынку с целью привлечения внимания, приобретения, использования и потребления» [6].

Продукция же определяется в экономической теории как «все количество продуктов, производимое за определенное количество времени (в мире, в стране, отрасли, на предприятии или отдельными рабочими)» [6].

Экономическая теория исходит из того что стоимость продукции оценивается по ее факти -ческой себестоимости, что положено в основу одного из критериев различия данных понятий, которое заключается в том, что товары, в отли -чие от продукции, уже выведены на рынок и в их стоимость заложена сумма прибыли.

Изготавливаемая на предприятии продукция на разных стадиях технологического процесса находится в виде незавершенного производства, полуфабриката или готового изделия.

Указанные понятия определяются в экономической теории следующим образом: готовая продукция — это изделия промышленного предприятия, которые завершены производством, соответствуют госстандартам или техническим условиям, приняты отделом технического контроля (далее — ОТК), снабжены документами, удостоверяющими качество и готовы для реализации на рынке; полуфабрикаты — это полупродукты, техническая обработка которых закончена в одном из производств (цехов) предприятия, но требует доработки или

переработки в смежном производстве (другом цехе) этого же предприятия или которые могут быть переданы для дальнейшей обработки на другие предприятия; незавершенное производство — это продукция, не получившая законченного вида в пределах производства, а также продукция, не проверенная ОТК и не сданная на склад готовой продукции [7].

Из смысла указанных определений следует, что полуфабрикаты и незавершенные производством продукты труда не подлежат стандартизации и сертификации, однако они могут на разных условиях передаваться для дальнейшей обработки и переработки на другие предприятия либо в другие цеха. А сама, в целом, продукция не предполагает ее выхода на рынок товаров и услуг.

Данная позиция находит свое законодательное подтверждение в той же ст. 2 ФЗ №184 от

27.12.2002 г. «О техническом регулировании», согласно которой «продукция — результат деятельности, представленный в материально-вещественной форме и предназначенный для дальнейшего использования в хозяйственных и иных целях».

Однако, согласно смыслу закона, непосредственным объектом уголовно-правовой охраны ст. 238 УК РФ является здоровье потребителей, то есть данная норма регулирует правоотношения и правопорядок в условиях потребительско -го рынка. Продукция же не может влиять на здо -ровье граждан, в связи с тем что она еще не вы -пущена в товарный оборот.

Возникает правомерный вопрос о том, может ли продукция, которая по своим характеристи -кам не отвечает требованиям безопасности, не участвующая в товарном обороте и, например, хранящаяся на складе предприятия или в его производственных цехах (что и характеризует продукцию вообще), которая, таким образом, не несет непосредственной угрозы жизни и здоровья потребителю, являться предметом данного преступления и определять наличие состава преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ, в действиях виновных лиц. Очевидно, что продукция, в своем экономическом определении, выпа -дает из сферы уголовно-правового регулирования в том виде, в котором его закрепляет нынешняя формулировка. Отсюда возникает проблема в квалификации, то есть перед правоприменителем встает вопрос, считать ли выпуск продукции, не отвечающей требованиям безопасности, оконченным преступлением либо покушением на него?

На наш взгляд, решение должно заключаться в том, чтобы на законодательном уровне включить в объект рассматриваемого преступления еще и финансово-экономические интересы конкретной личности, государства (о которых гово -рилось выше), а также предприятий, которые несут финансовый ущерб (убытки), перерабаты -вая поступившую к ним продукцию (в виде по -луфабрикатов или незавершенного производства), не отвечающую требованиям безопасности.

Следствием этого должно стать введение дополнительного квалифицирующего признака в ч. 2 ст. 238 УК РФ, а именно размера материального вреда, причиненного выпуском товаров и про-

дукции, а также оказанием услуг, не отвечающих требованиям безопасности.

Кроме того, на законодательном уровне должно быть дано разъяснение понятиям «товар» и «продукция», которые должны, во избежание путаницы, соответствовать основным понятиям экономической теории и гражданского законодательства.

ЛИТЕРАТУРА

1. Мокринский С. Озорство и хулиганство.

— М.: Юрид. лит., 1980. — С. 5.

2. Уголовное право России. Части Общая и Особенная / под ред. А.И. Рарога. — М.: ПРОСПЕКТ, 2010. — С. 62—67; 516—517.

3. Комментарий к Уголовному кодексу РФ /

под ред. Н.А. Овчинникова. — М.: Экзамен,

2007. — С. 687.

4. Сердинов Ю.А. Борьба с отмыванием капиталов и финансированием международного терроризма // Банковское дело. — 2003. — № 6. -С. 34—38.

5. О техническом регулировании: Федеральный закон от 27 декабря 2002 года № 184-ФЗ // Консультант Плюс: Версия Проф..

6. Котлер Ф. Основы маркетинга. — М.: Бизнес-книга, 1995. — С. 37.

7. Дмитриев О.Н., Ковальков Ю.А. Эффективные технологии маркетинга / О. Н. Дмитриев,

— М.: Машиностроение, 1994. — С. 73—75.