Отсутствие судебного акта по тождественному иску как предпосылка права на предъявление иска

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 11. ПРАВО. 2009. № 5

Р.Ю. Банников, аспирант кафедры гражданского права и процесса

Воронежского государственного университета*

ОТСУТСТВИЕ СУДЕБНОГО АКТА ПО ТОЖДЕСТВЕННОМУ

ИСКУ КАК ПРЕДПОСЫЛКА ПРАВА НА ПРЕДЪЯВЛЕНИЕ ИСКА

В статье рассматривается правило исключительности судебных решений и судебных определений, автор предлагает свое понимание данного правила, дает свою классификацию судебных определений и предлагает варианты усовершенствования гражданского процессуального законодательства России.

Ключевые слова: исключительность судебных решений; судебные определения; классификация судебных определений; Гражданский процессуальный кодекс РФ.

The article examines the rule of oneness of judicial decisions and judicial decrees. The author suggests his own comprehension of the rule, gives his own classification of judicial decrees and offers the ways of improving the avil procedure legislation of Russia.

Keywords: oneness of judicial decisions; judicial decrees; classification of judicial decrees; Civil Procedure Code of the Russian Federation.

Правило недопустимости принятия нескольких судебных решений по одному и тому же материальному требованию появилось еще в Древнем Риме. Разрешенный судом спор не мог быть вторично предметом судебного рассмотрения. Если вопреки этому предъявлялся новый иск, против него давалось exceptio rei iudicatae, т.е. возражение, что дело уже было разрешено судом1. По этому поводу юрист Гай отмечал: «Ведь дело, по которому один раз произведено было разбирательство, в силу самого закона не могло впоследствии рассматриваться вновь» («Nam qua de re actum semel erat de ea postea ipso iure agi non poterat»)2. Квинтилиан передал это правило в следующей формулировке: «bis de eadem re ne sit actio» («дважды по одному делу недопустим иск»)3. Следует иметь в виду, что по римскому праву иск являлся средством для получения решения суда.

Из римского права указанное правило перешло сначала в европейскую, а затем и в отечественную процессуальную науку. Проблемой невозможности вторичного рассмотрения тождественного дела занимались видные дореволюционные ученые К.Н. Анненков, А.Х. Гольмстен, К.И. Малышев, советские ученые-процессуалисты С.Н. Абрамов, М.Г. Авдюков и др.

Процесс обновления законодательства, начатый в 1991 г., мало повлиял на рассматриваемое правило и оно продолжает играть важную

* ryslan@icmail.ru

1 См.: Новицкий И.Б. Основы римского гражданского права: Учебник. М., 2000. С. 39.

2 См.: Римское частное право: Учебник / Под ред. И.Б. Новицкого, И.С. Перетерского. М., 2002. С. 68.

3 Там же. С. 69.

7 *

101

роль в процессуально-правовом регулировании, поскольку процессуальное право обладает большей стабильностью, чем материальное. Несмотря на то что действующий АПК РФ4 (2002 г.) уже третий (после 1992, 1995 гг.) по счету, а в 2002 г. был принят и новый ГПК РФ5, общие положения, содержащиеся в данных кодексах, остались неизменными. Немаловажное влияние на современную процессуальную науку в данной ситуации продолжает оказывать и советская процессуальная доктрина.

Правило недопустимости принятия нескольких судебных решений по одному делу следует из сопоставления норм: п. 2 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ (судья обязан отказать в принятии искового заявления в случае, если имеется вступившее в законную силу решение суда по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям или определение суда о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска или утверждением мирового соглашения сторон); абз. 3 ст. 220 ГПК РФ, п. 2 ч. 1 ст. 150 АПК РФ (основания для прекращения производства по делу); ст. 198 ГПК РФ, ст. 170 АПК РФ, определяющих содержание судебного решения (в нем должны быть отражены наименование сторон по делу, требование истца к ответчику, обстоятельства дела и т.д.); ч. 2 ст. 209 ГПК РФ, ст. 180 АПК РФ о законной силе судебного решения; ч. 1 ст. 6 ФКЗ РФ «О судебной системе РФ»6, ст. 13 ГПК РФ, ст. 16 АПК РФ об обязательности и неукоснительности исполнения вступившего в законную силу постановления суда; гл. 39, 40, 41, 42 ГПК РФ и гл. 34, 35, 36, 37 АПК РФ об обжаловании судебных постановлений.

Далеко не все судебные разбирательства заканчиваются принятием решений. Так, в Российской Федерации количество вынесенных решений составляет от 70 до 90 % от общего числа проведенных процессов7, остальные 10—30 % разбирательств оканчиваются различного рода определениями. Поэтому понимание указанного правила как невозможности принятия дублирующего решения суда устарело и нуждается в корректировке. Безусловно, данный вопрос по большей части является теоретическим и для практики имеет лишь опосредованное значение. Тем более, что вынесение некоторых определений влечет за собой наступление таких же процессуально-правовых последствий, как и принятие решений (в частности, невозможность вынесения по делу нового итогового судебного акта). Однако на практике это приводит к «размыванию» границ между судебными решениями и определениями ввиду возможности разрешения последними материально-правовых вопросов. Так, в соответствии с

4 Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24 июля 2002 г. № 95-ФЗ // СЗ РФ. 2002. № 30. Ст. 3012.

5 Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14 ноября 2002 г. № 138-ФЗ // СЗ РФ. 2002. № 46. Ст. 4532.

6 Федеральный конституционный закон Российской Федерации «О судебной системе Российской Федерации» от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ // СЗ РФ. 1997. № 1. Ст. 1.

7 См.: КудрявцеваЕ.В. Гражданское судопроизводство Англии. М., 2008. С. 95.

ФЗ РФ «О несостоятельности (банкротстве)»8 при рассмотрении дел о банкротстве ряд требований материально-правового характера разрешается арбитражными судами в форме определений (п. 5 ст. 15, п. 3 ст. 48, п. 4 ст. 71, п. 6 ст. 100)9. По мнению некоторых авторов, такие определения имеют сложную правовую природу, являясь с внешней стороны (по форме) определениями, а внутренне (по содержанию) — решениями10. На наш взгляд, сложившаяся ситуация является результатом четкого следования правилу недопустимости принятия по одному материальному требованию двух судебных решений. В то же время в законодательстве наблюдается и противоположная тенденция — к принятию по одному делу нескольких решений. В соответствии с п. 1 ст. 352 КТМ РФ11 суд может посредством вынесения промежуточного решения постановить об уплате спасателю авансом суммы исходя из обстоятельств конкретного дела.

Согласно ч. 1 ст. 13 ГПК РФ, решения и определения являются формами судебного постановления. На практике суды не видят большой разницы в том, закончилось ли рассмотрение дела принятием решения или же вынесением определения. Так, разд. 5 приказа Судебного департамента при Верховном суде РФ от 1 июня 2007 г. № 70 «Об утверждении перечня документов федерального суда общей юрисдикции с указанием сроков хранения»12 устанавливает, что судебные дела об обращении взыскания на имущество супругов подлежат хранению в районном суде в течение 10 лет (п. 70), судебные дела об устранении препятствий в проживании — в течение 5 лет (п. 99) независимо от того, каким конкретно судебным актом разбирательство по ним было закончено.

Стоит сразу оговориться, что в гражданском процессе родовым понятием в отношении всех актов судов общей юрисдикции является понятие «судебное постановление» (ст. 13 ГПК РФ)13. В арбитражном процессе применяется понятие «судебный акт» (ст. 15 АПК РФ)14. Спор между сторонниками этих двух понятий лежит за рамками нашего исследования. Важным является не конкретная формулировка понятия, а его наличие. Именно использование АПК и ГПК РФ родовых понятий «судебный акт» и «постановление» дает основание для выделения общих признаков

8 Федеральный закон Российской Федерации «О несостоятельности (банкротстве)» от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ // СЗ РФ. 2002. № 43. Ст. 4190.

9 См.: ОсокинаГ.Л. Гражданский процесс. Особенная часть. М., 2007. С. 223.

10 См.: Синякина А.М. Процессуальные особенности рассмотрения арбитражным судом дел о несостоятельности (банкротстве): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004. С. 12.

11 Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации от 30 апреля 1999 г. № 81-ФЗ // СЗ РФ. 1999. № 18. Ст. 2207.

12 Приказ Судебного департамента при Верховном суде Российской Федерации «Об утверждении перечня документов федерального суда общей юрисдикции с указанием сроков хранения» от1 июня 2007 г. № 70 // СПС «Гарант» (док. не опубл.).

13 См.: Загайнова С.К. Судебные акты в механизме реализации судебной власти в гражданском и арбитражном процессе. М., 2007. С. 87.

14 Там же. С. 94.

всех актов судов — решений, определений и др. Так, по мнению С.К. За-гайновой15, судебные акты: носят обязательный характер, представляют собой акты правоприменения, выносятся в особом порядке, характеризуются подробной регламентацией формы, структуры, содержания, имеют особый характер проверки и отмены и т.д.

Акты судов после истечения установленного срока вступают в законную силу (auctoritas rei judicatae, res judicata). Законная сила судебного акта представляет собой совокупность его свойств, обеспечивающих стабильность подтвержденных судом фактов и правоотношений, а также защиту нарушенных (оспоренных) субъективных прав и законных интересов лиц. К числу таких свойств относятся: неизменность, неопровержимость, исключительность, преюдициальность, обязательность, исполнимость акта суда16. Свойство исключительности означает невозможность повторного обращения в суд с тождественным требованием и повторного его рассмотрения и разрешения судом17. Между тем суды не только постановляют решения и определения о прекращении производства по делу, влекущие невозможность повторного разбирательства дела, но и выносят другие определения, не имеющие характера исключительности. При этом такие определения, являясь судебными постановлениями, также вступают в законную силу. Поэтому, полагаем, основу рассматриваемого правила составляет не только законная сила судебных актов.

Не следует отождествлять судебные решения и определения еще и потому, что приведенные признаки характеризуют лишь одну сторону этих судебных актов — процессуально-правовую.

Принятием решения дело (спор) разрешается по существу (ч. 1 ст. 194 ГПК РФ, ч. 1 ст. 167 АПК РФ). Судебному решению присущ универсальный характер правоприменения: оно принимается при точном соблюдении норм процессуального права и в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к правоотношению (п. 2 постановления Пленума Верховного суда РФ «О судебном решении»18). Таким образом, решение суда представляет собой акт примене-

19

ния норм как процессуального, так и материального права .

Напротив, судебными определениями дело не разрешается по существу (ч. 1 ст. 224 ГПК РФ): они выносятся по отдельным, частным вопросам, требующим разрешения в ходе судебного разбирательства (ч. 1

15 См.: Загайнова С.К. Теоретические проблемы характеристики судебных актов в гражданском и арбитражном процессе // Проблемные вопросы гражданского и арбитражного процессов / Под ред. Л.Ф. Лесницкой, М.А. Рожковой. М., 2008. С. 334—355.

16 См.: Осокина Г.Л. Указ. соч. С.276.

17 Там же. С. 280.

18 Постановление Пленума Верховного суда Российской Федерации «О судебном решении» от 19 декабря 2003 г. № 23 // Бюл. Верховного суда РФ. 2004. № 2. С. 2—5.

19 См.: Осокина Г.Л. Указ. соч. С. 218.

ст. 184 АПК РФ). Поэтому определения, в отличие от решений судов,

20

являются актами применения только норм процессуального права .

Сущность судебных определений раскрывается возможностью их обжалования: последнее отдельно от решений возможно в случаях, прямо предусмотренных законом, или когда определения преграждают дальнейшее движение дела (ч. 1 ст. 331, ч. 1 ст. 371 ГПК РФ, ч. 1 ст. 188 АПК РФ). Самостоятельное обжалование иных определений не допускается.

Так, постановлением Федерального арбитражного суда Уральского округа от 25 декабря 2002 г. по делу № Ф09-2704/02-АК определение Арбитражного суда Свердловской обл. от 30 октября 2002 г. оставлено без изменения, а кассационная жалоба — без удовлетворения, поскольку нормами АПК РФ не предусмотрено обжалование определения о назначении предварительного судебного заседания и такое определение в принципе не может препятствовать дальнейшему движению дела21. 19-й апелляционный арбитражный суд определением от 26 июля 2006 г. по делу № А36-1607/2006 возвратил апелляционную жалобу заявителю на том основании, что АПК РФ не предусматривает обжалование определений о назначении дела к судебному разбирательству22. Постановлением Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 12 ноября 2004 г. по делу № А56-24052/04 определение апелляционной инстанции Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской обл. было оставлено без изменения, а кассационная жалоба — без удовлетворения, поскольку обжалование определения об отказе в удовлетворении ходатайства о прекращении производства по делу не предусмотрено АПК РФ23.

Отметим, что определения о назначении предварительного судебного заседания и об отказе в удовлетворении ходатайства о прекращении производства по делу не препятствуют дальнейшему движению дела. Полагаем, что основной функцией судебных определений является способствование движению дела (или, наоборот, пресечение данного движения). Поэтому представляется неверным придание судебным определениям несвойственного им материально-правового содержания.

Любая попытка «приравнять» судебные определения к решениям безосновательна еще и потому, что в законе отсутствует указание на это. Например, в п. 2 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ между словами «решение» и «определение» суда о прекращении производства по делу стоит разделительный союз «или». Но в таком случае понимание рассматриваемого правила выглядит еще более логичным и обоснованным.

20 Там же. С. 219.

21 Постановление федерального арбитражного суда Уральского округа от 25 декабря 2002 г. по делу № Ф09-2704/02-АК // Архив ФАС Уральского округа.

22 Определение Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26 июля 2006 г. по делу № А36-1607/2006 // Архив 19-го арбитражного апелляционного суда.

23 Постановление федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 12 ноября 2004 г. по делу № А56-24052/04 // Архив ФАС Северо-Западного округа.

Между тем представляется непонятным, почему закон устанавливает единые правовые последствия решения и определения суда о прекращении производства по делу.

Так, согласно п. 2 ч. 1 ст. 134, абз. 3, 4, 5 ст. 220 ГПК РФ, п. 2, 4 ст. 150 АПК РФ, суд обязан отказать в принятии искового заявления, прекратить производство по делу, если имеется вступившее в законную силу решение суда по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям или определение суда о прекращении производства по делу в связи с отказом истца от иска или утверждением мирового соглашения сторон.

Думается, ответ состоит в следующем. Указанные последствия являются процессуально-правовыми и сводятся к констатации судом отсутствия у лица права на предъявление иска, которое, как известно, представляет собой субъективное процессуальное право и возникает при наличии «предпосылок права на иск». Учение о предпосылках было разработано М.А. Гурвичем. Под предпосылками он понимал «условия (правовые состояния и факты), от которых зависит возникновение и сохранение права на разрешение судом спора»24. Одной из таких предпосылок является отсутствие решения либо определения суда о прекращении производства по делу по тождественному иску. Именно этим обстоятельством объясняется включение указанных судебных актов в одну процессуальную норму: в данной конструкции законная сила судебных актов играет вспомогательную роль. Для того чтобы порождать правовые последствия, решения и определения судов должны вступить в законную силу. Поэтому не исключительность в смысле свойства законной силы судебного акта, а исключительность в смысле отсутствия у лица права на предъявление иска в суд позволяет выделить определения о прекращении производства по делу из общей массы судебных определений.

Вместе с тем следует заметить, что в подобной трактовке не теряется значение элементов иска. Тождество судебных актов определяется совпадением заявленного иска с иском, уже рассмотренным судом по существу. Для этого необходимо индивидуализировать иск, т.е. отличить один иск от другого. Средствами такой индивидуализации служат составные части, элементы иска (предмет и основание).

В науке гражданского процессуального права существует множество классификаций судебных определений, выполненных в различных целях.

Так, К.С. Юдельсон подразделял определения в зависимости от их содержания на: 1) подготовительные; 2) заканчивающие производство в суде без разрешения спорного правоотношения по существу; 3) заканчивающие производство в суде с разрешением вопроса по существу, но без вынесения судебного решения; 4) особые, которые выносятся по

24 Гурвич М.А. Право на иск. М., 1949. С. 53—54.

вопросам, имеющим значение с общественной и государственной точки зрения и выходящим за пределы спорного правоотношения25.

Любое деление судебных определений носит теоретический характер и, следовательно, имеет право на существование. К тому же К. С. Юдельсон выделял указанные виды определений, исходя из советского процессуального законодательства, поэтому представляется неправильным заявлять о том, что данная им классификация определений не соответствует действующему законодательству (определениями дело не разрешается по существу — ч. 1 ст. 224 ГПК РФ). Однако судебное разбирательство не сводится лишь к подготовке и окончанию процесса.

Д.М. Чечот выделял четыре вида судебных определений: подготовительные, пресекательные, заключительные и частные (особые)26. Пресе-кательные определения либо препятствуют возникновению процесса (отказ в приеме искового заявления к производству суда), либо препятствуют движению процесса, который может быть продолжен в последующем (приостановление производства по делу), либо прекращают процесс в силу того, что он возник без законных оснований (прекращение производства по делу). Заключительные судебные определения — это определения о прекращении производства по делу.

На наш взгляд, в «дроблении» судебных определений о прекращении производства по делу на пресекательные и заключительные нет необходимости, ведь определения, завершающие процесс, также препятствуют движению дела.

Г.А. Жилин выделяет следующие виды судебных определений: подготовительные; пресекательные (препятствуют возникновению процесса или заканчивают производство по делу); заключительные (завершают процесс)27.

С предложенной классификацией трудно согласиться потому, что она не позволяет отделить определения о прекращении производства по делу от определений об оставлении заявления без рассмотрения (ст. 222—223 ГПК РФ, ст. 148—149 АПК РФ), о возвращении искового заявления (ст. 135 ГПК РФ, ст. 129 АПК РФ), оставлении его без движения (ст. 136 ГПК РФ, ст. 128 АПК РФ) и др.

Для целей настоящего исследования мы предлагаем следующую классификацию судебных определений:

1) определения, обеспечивающие нормальный ход процесса; подготовительные определения являются частью судебных определений, обеспечивающих нормальный ход процесса;

25 См.: Юдельсон К.С. Основные задачи и формы деятельности суда первой инстанции в советском гражданском процессе // Краткая антология уральской процессуальной мысли. Екатеринбург, 2004. С. 60.

26 См.: Чечот Д.М. Постановления суда первой инстанции по гражданским делам / Чечот Д.М. Избранные труды по гражданскому процессу. СПб., 2005. С. 277—279.

27 Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред. Г. А. Жилина. М., 2006. С. 445.

2) определения, окончательно преграждающие движение дела (судебные определения о прекращении производства по делу, об отказе в принятии искового заявления к производству). Данные определения констатируют отсутствие у лица права на предъявление иска в суд;

3) определения, временно преграждающие движение дела (судебные определения об оставлении заявления без рассмотрения, возвращении искового заявления, оставлении его без движения). Выделение таких определений основано не на отсутствии у лица права на предъявление иска, а на ненадлежащей реализации (осуществлении) этого права.

Вынесение определения об отказе в принятии искового заявления, как и определения суда о прекращении производства по делу, влечет невозможность повторного обращения заявителя в суд с тождественным иском. Поэтому указанные судебные определения относятся к одной группе определений, окончательно преграждающих движение дела. Однако в законодательстве это прямо не отражено. В связи с этим представляется необходимым внести изменения в п. 2 ч. 1 ст. 134, абз. 3 ст. 220 ГПК РФ, добавив к судебному определению о прекращении производства по делу определение об отказе в принятии искового заявления к производству суда. Соответственно понимание рассматриваемого правила должно быть уточнено — «об одном и том же требовании не может быть вынесено: 1) двух судебных решений; 2) судебного решения и определения, окончательно преграждающего движение дела; 3) двух судебных определений, окончательно преграждающих движение дела».

На практике часто возникает ситуация, когда лицо, участвующее в деле, заявляет несколько раз одно и то же ходатайство (об отводе судьи, о назначении судебной экспертизы и т.д.), а суд несколько раз выносит определения об отказе в удовлетворении данного ходатайства. С одной стороны, в процессуальных кодексах нет количественного ограничения реализации права на заявление ходатайств. Указанные судебные определения не являются определениями, окончательно преграждающими движение дела, поэтому они могут выноситься несколько раз. С другой стороны, подобные действия лица, участвующего в деле, влекут затягивание судебного разбирательства и, следовательно, представляют собой злоупотребление процессуальными правами.

Список литературы

1. Гурвич М.А. Право на иск. М., 1949.

2. Загайнова С.К. Судебные акты в механизме реализации судебной власти в гражданском и арбитражном процессе. М., 2007.

3. Кудрявцева Е.В. Гражданское судопроизводство Англии. М., 2008.

4. Осокина Г.Л. Гражданский процесс. Особенная часть. М., 2007.

Поступила в редакцию 05.03.09

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 11. ПРАВО. 2009. № 5

ЛЕВ НИКИТОВИЧ ШЕСТАКОВ

На рассвете последнего дня весны этого года остановилось сердце нашего Учителя, замечательного, доброго душой человека, настоящего университетского профессора — профессора не по званию, а, что более важно, по духу — Льва Никитовича Шестакова, заведующего кафедрой международного права юридического факультета МГУ.

Льву Никитовичу, рожденному в конце 30-х гг. ХХ в. в Курской области, довелось в полной мере на себе испытать тяготы, выпавшие на первые послевоенные поколения. Это и горе утраты близких (отец Никита Степанович Шестаков погиб на фронте в первые дни войны), и оккупация, и военная разруха, и голодные послевоенные годы.

Но, как свойственно тому поколению наших отцов и дедов, эти трудности сделали их не только терпеливыми и терпимыми в быту, но и целеустремленными и требовательными в том, что касалось Дела, которому они отдавали жизнь. Для тех, кто выбрал своей стезей науку, путь к ней был не так прост. В то время сначала знакомились с жизнью (кто в армии, кто на производстве) и потом, уже имея этот опыт, осознавая свои интересы и устремления, поступали в вуз, затем по распределению попадали на практическую работу. И только тогда и для тех, кто обладал стремлением к научной деятельности, открывалась возможность прикоснуться к науке. Возможно, поэтому счастье узнавать новое, подлинное научное любопытство и пытливость ценились столь высоко!

Так и Лев Никитович Шестаков, окончив школу, поступил в Одесское мореходное училище, ходил на судах дальнего плавания Черноморского морского пароходства. Эта работа, конечно же, расширила кругозор молодого человека. Она же заронила в его душу любовь к морю, которая сделала затем морское право его любимой темой в курсе международного права. Возможно, эта морская служба и привела его в большую науку международного права.

В 1958 г. Лев Никитович сделал для себя очень важный выбор в жизни, поступив на юридический факультет Московского университета. Хотя по его окончании он некоторое время работал в органах прокуратуры и в системе Министерства внешней торговли СССР, с 1970 г. Лев Никитович - аспирант юридического факультета МГУ, а с 1972 г. уже и на преподавательской работе — ассистент, старший преподаватель, доцент.

Говоря о Льве Никитовиче, нельзя не упомянуть и имя его Учителя, уважение к которому Лев Никитович передал и нам, своим ученикам, — Григория Ивановича Тункина. Именно Григорий Иванович руководил написанием кандидатской диссертации Льва Никитовича на актуальную и поныне тему — «Нормы jus cogens в современном международном пра-