Проблема идентичности в условиях массовой культуры

КУЛЬТУРОЛОГИЯ. ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК №1 (95) 2011

УДК 008

Р. Н. ИВАНОВ

Омский государственный университет путей сообщения

ПРОБЛЕМА ИДЕНТИЧНОСТИ В УСЛОВИЯХ МАССОВОЙ КУЛЬТУРЫ

В статье обозначены проблемные аспекты конструирования идентичности при современном доминировании массовой культуры в мире, а также потерянность идентификационных характеристик в условиях возникновения множественности субкультур. Ключевые слова: массовая культура, идентичность, субкультура, виртуальность, традиционализм.

Сегодня массовая культура выступает как средство реализации не столько гедонистических и рекреационных, сколько идентификационных и адаптационных стратегий.

Проблема идентификации человека относится к одной из главных проблем современного общества, столкнувшегося с неизбежностью и остротой их решения в глобальном масштабе. Современные глобальные проблемы есть лишь следствие, логическое продолжение глубокой структурной несогласованности человеческой субъективности, кризиса его идентичности.

Границы пространств идентичностей не являются постоянными, они двигаются и меняются. Для отдельного человека это означаетутрату определенности большинства категорий и ценностей. В условиях плюрализма, фрагментарности, децентрации массовой культуры, на фоне многообразия сообществ и дробления национального пространства задача определения своей позиции осложняется появлением новых категорий, групп и идентичностей. Даже вопрос о прирожденных статусах, таких как раса, этничность, пол, считавшихся еще недавно неизменными, стал неопределенным. Фрагментированное общество становится похожим на мозаику: многообразие этносов, языков, государств, форм проявлений и территориальных устройств, религий, культур, национальных и местных традиций, образов жизней и стилей поведения.

Представления человека о себе «рассыпаются на ряд моментальных снимков, каждый из которых должен вызывать в воображении, нести и выражать собственное значение, чаще не зависящее от соседнего кадра, чем связанное с ним» [1]. Единственное, что можно признать, как сказал И. Валлерстайн, «мы живем во вселенной неопределенности, единственным величайшим достоинством которой является постоянство этой неопределенности» [2]. Человеку остается только подвергать все сомнению, когда распадаются или переопределяются системы общностей с устойчивыми ценностями и нормами, когда связи между ними ослаблены. Эпизодичность становится принципом восприятия действительности и образом жизни индивидов. Разнообразные жизненные события и ситуации, в которых участвует современный индивид, не способствует достижению идентичности как устойчивого внутреннего состояния. В то время как немаловажным для человека является именно ощущение и осуществление личного тождества и непрерывности бытия.

На фоне ускорения социокультурного развития, всеусложняющейся дифференциации, постоянных

инноваций различных сфер жизни общества, поиски идентичности охватывают все социокультурное пространство. Подобные поиски являются попыткой очертить границы своего существования, поисками форм, смыслов, оснований дальнейшей перспективы для человека. В ситуации диалектического сосуществования в современном обществе элитарной и массовой культуры идентификация приобретает новые очертания.

«Полувиртуальность» социокультурного существования современного человека становится нормой социальной жизни, а массовая культура позволяет чувствовать себя в «кипящем котле глобализующегося мира» компетентно и комфортно.

Размытость образа человека для массового сознания часто обнаруживается не на поверхности сознания. Невозможность определения центра бытия и, как следствие, достижения внутренней устойчивости компенсируется многообразными способами, например, поиском острых ощущений. Этой цели могут служить агрессия, развлечения, приключения, которые, взаимодействуя с иным, отрицая иное, позволяют на время почувствовать себя.

Культура настоящего — это набор пульсирующих с разной частотой и интенсивностью явлений: на месте одного тут же возникает другое, что-то сохраняется, а что-то не оставляет следов, что-то же обретает устойчивую культурную форму, переходит в ритуал, наследуя избранной традиции. В культурном поле идет непрерывная работа по переработке фрагментов — образцов; на это всякий раз указывает то, как составляется в ту или иную эпоху общая картинка.

Когда распадается традиционная система ценностей, следствием этого становится распад общепризнанных ценностей и кризис идентичности. Распад происходит на уровне не только коллективного, но и индивидуального сознания. Согласно сложившимся в психологии представлениям, «Я — концепция» — это образ, который каждый человек имеет о себе самом. Однако этот образ создается не самим человеком, а другими, в данном случае социальной группой, представлением о которой человек является. Следовательно, это проекция представления о конкретном человеке, сложившегося в групповом сознании. Распадается общество, распадается и группа, занимающая в этом обществе определенное место. Следствием этого является распад «Я — концепции» человека.

В некоторых концепциях идентичность означает не что иное, как сохранение унаследованной контек-стуальности и выражает неудовольствие последствиями, результатами модернизации. В других целевых

установках и фракциях идентичность понимается как самосуществование и достижение полного согласия с самим собой при сохранении возможности во всякое время быть также совершенно другим.

Что же происходит с идентичностью в современном мире? Как показывает анализ Бергера и Лук-мана, «растет общее осознание релятивности всех миров, включая и свой собственный, который теперь осознается, скорее, как один из миров, а не как Мир. Вследствие этого собственное институциональное поведение понимается как «роль«, от которой можно отдалиться в своем сознании и которую можно «разыграть под манипулятивным контролем» [3].

Человеческое «Я» состоит из множества «Я — образов», каждый из которых соответствует определенному аспекту внешней реальности и внутренней индивидуальности человека, но лишь они вместе, складывая свои картины мира в единую картину, создают полноценную человеческую личность. Одним из следствий признания неуниверсальности классических идеологий в условиях постмодерна стала деконструкция и упразднение идеологий. Постмодернизм сам по себе есть именно ситуация конца идеологического, а вовсе не некий новый концепт. Происходит распад социальных связей и институтов, способных помочь индивиду обрести свою идентичность. Место общностей органического типа занимают общности механические, почти случайные, «толпообразные». Это трудовой коллектив на высоко индустриализированном производстве, поток пассажиров, покупателей и т.д.

А. Б. Гофман отмечает, что массовая культура — это особое состояние культуры в кризисный период общества, когда развивается процесс распада ее содержательных уровней [4]. Поэтому массовая культура часто принимает формальный характер. Функционируя, она лишается сущностного содержания и, в частности, традиционной морали. Сейчас массовая культура проникает практически во все сферы жизни общества и формирует свое единое семиотическое пространство.

Другая, не менее значимая характеристика массовой культуры — эскейпизм, т.е. бегство от реальности в мир фантазий и грез. Эту черту отмечают многие исследователи. Так, в частности, В.П. Шестаков считает, что именно благодаря эскейпизму массовая культура осуществляет подмену, или выражаясь языком психоанализа, компенсацию реальности миром обманчивых и утешительных иллюзий [5]. В нем ищут рассеивание, но не концентрацию, развлечение, но не образование.

Некоторые теоретики массовой культуры полагают, что под её влиянием изменяется система ценностей: стремление к занимательности и развлекательности становится доминирующим. К негативным моментам, связанным с влиянием массовой культуры на общественное сознание, относят также и то, что массовая культура основывается не на образе, ориентированном на реальность, а на системе имиджей, воздействующих на бессознательную сферу человеческой психики.

Утративший ценностную трансцендентноэкзистенциальную «центровку» человек не знает, что ему делать, с легкостью меняет поверхностные ориентиры с одних на другие, отдаваясь течению моды. Подобная неприкаянность и потерянность, — главная причина агрессивности людских «стай». Публика ищет фантазии, романтику, эмоции, возбуждение, действие, которых ей так не хватает в скучных размеренных буднях. Богатство и власть приобретаются

взамен на иллюзии, фантомные переживания, в конечном счете — ложь и обман. Типичными примерами и яркими проявлениями массовой культуры являются мода, реклама, развлекательный кинематограф, популярная музыка с установками на сексуальность и успех.

Программирует личность культура, создающая реальность, которую человек часто просто не может избежать. Сегодня жители городов оказываются в совершенно чуждой социальной и эмоциональной ситуации. Вместо дружбы или вражды с соседями, случайные отношения. Человек становится индивидом, не имеющим прочных связей и основ своей собственной идентичности. Персонифицированные связи заменяются обезличенными, анонимными и функциональными.

Создание массовой культуры виртуализирован-ной надстройки над реальностью, выступающей в качестве ее суррогата, естественно, не является безболезненным. Все иное, — а, по сути, это вся реальность пребывания, — не попадает в заданную размерность. В отличие от массового индивида, индивидуализированная личность не предполагает слитности и нераз-личенности ни с родом, ни с массой, но мыслится как самостоятельно действующий агент, обладающий не только известной автономией от общества и свободой, но и несущий за свои действия персональную ответственность.

«Генеральная» идеология современной массовой культуры, тяготеющей к глобализму, предполагает относительную свободу выбора между различными субкультурами. Однако сам выбор сделан быть должен, ибо без знаков принадлежности к той или иной «референтной группе» вход в социум строго воспрещен. Чтоб быть «собой» субъект может выбирать систему самоописания, но вообще отказаться от нее ему строго воспрещается.

Конкретные идеологии более не способны с прежней легкостью создавать системы самоописания абсолютного масштаба. Действительно, ограничение субъективности единственно возможной моделью самоописания происходит именно через приобщение к той или иной идеологии. Последнее, явно или неявно, чаще всего бывает насильственным, ибо выражается в требовании ограничения сознания. А поскольку самоидентичность невозможна без идеологически обусловленного самосознания, человек всегда делит мир на «своих» и «чужих», «правильное» и «неправильное». Потребность отдельного человека и общества в целом в различных субкультурах исчезнет лишь, если будет преодолена вера в абсолютную ценность «моего Я» и порождаемые ей агрессия, корысть, насилие, тревога и бесконечное страдание.

Истинное положение вещей состоит в том, что видимость самотождественности — это иллюзия, имманентная самой жизни, культурно-антропологическое a priori, разделяемое огромным количеством людей в их повседневной жизни. Для человека нет предмета менее понятного и вместе с тем более важного и привлекательного, чем его собственное «Я».

Глубочайший антропологический смысл в феномене идентификации, заключается в том, что, повторяя в себе чье-то бытие, совпадая с ним в собственном воображении, я насыщаю его дополнительной энергией, которая возрастает пропорционально количеству уподобляющихся. В итоге появляется некое виртуальное энергетическое образование, гарантирующее выживание отдельной особи лишь в обмен на ее энергию или подчинение ее поведения общей модели. И каждый человек повторяет это эволюционное

ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК №1 (95) 2011 КУЛЬТУРОЛОГИЯ. ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ

КУЛЬТУРОЛОГИЯ. ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК №1 (95) 2011

свершение: у ребенка нет выбора — социализироваться или нет, усваивать матрицу «Я» или оставаться свободным от самоидентичности. Сказать «Я» — означает выразить согласие на власть «Другого», который является условием моего выживания, тогда как непризнание «Другого», отчуждение от мира других равносильно смерти.

Свое самоопределение человек обретает лишь посредством связей. Массовая культура связала человека с миром в целом. Она дала человеку возможность узнать то, чего он, ограниченный физическими условиями пространства и времени, ни при каких обстоятельствах не мог знать раньше. Мир как целое перестал быть для человека туманным образом или логической конструкцией. Он явился ему на экране суммой живых картинок и заговорил на разных языках, изменив его представление о пространственно-временных связях: пространство и время предстали перед ним как нечто относительное, подвижное, шаткое, плавающее, лишенное постоянных измерений. Последовательность и сорасположенность событий перестали быть значимыми, события оказалось возможным располагать в каком угодно, произвольном порядке. Далекое массовая культура сделала близким, то, что когда-то было и по законам физики необратимо, она может многократно возвращать, каждый раз делая его одним из моментов в сумме моментов «теперь».

Лишая человека чувства укорененности в пространстве и времени, массовая культура включает его в игровую ситуацию, уничтожающую разницу между игрой и реальностью. Т ем самым она иллюзорно компенсирует ему реальную ограниченность, и прежде всего — подчиненность монотонности жизни.

Результатом является замыкание человека в мире потребительских ценностей «краткосрочной перспективы». Выдвижение на первый план культуры игры-зрелища идет в паре с уменьшающимся значением труда. С массовой культурой связана новая идеология счастья. Счастье как особое эмоциональное состояние оказывается легко моделируемым, а соответст-

венно — транслируемым и усваиваемым. Массовая культура освобождает особые психические механизмы человека. Она предлагает не только более интенсивную жизнь, но и другую.

Счастье, которое предлагает массовая культура, заменяет религиозное понятие спасения, через которое человек реализует свое стремление к вечности. Счастье — это религия современного человека, его символ веры. Это религия, которая не имеет своих жрецов, ее существование носит технический характер. Это религия земли, и отсюда вытекает ее специфическая иллюзорность. Свобода, которую дарит массовая культура современному человеку, не освобождает его от мифов, она придает им новый вид. Это своего рода оборонительная свобода. В ее основе — переворачивание ценностей. Массовая культура провозглашает первенство того, что актуально, над тем, что вечно, того, что лежит на поверхности, над тем, что есть сущность.

Библиографический список

1. Бауман, З. Индивидуализированное общество / З. Бауман. — М., 2002. - 109 с.

2. Валлерстайн, И. Конец знакомого мира. Социология XXI века / И. Валлерстайн. — М., 2004. — 332 с.

3. Бергер, П. Идентичность. Избранные произведения. / П. Бергер, Т. Лукман. — Ростов н/Д., 1997. — 577 с.

4. Гофман, А. Б. Мода и люди: новая теория моды и модного поведения / А. Б. Гофман. — М., 1994. — С. 17

5. Шестаков, В. П. Мифология XX века: Критика теории и практики буржуазной «массовой культуры». / В. П. Шестаков. — М., 1988. — С. 124.

ИВАНОВ Роман Николаевич, аспирант кафедры «Связи с общественностью».

Адрес для переписки: e-mail: romshow@mail.ru

Статья поступила в редакцию 25.06.2010 г.

© Р. Н. Иванов

Книжная полка

Межкультурная коммуникация в условиях глобализации : учебное пособие / В. С. Глаголев [и др.]. - М. : Проспект, 2010. - 216 с. - ISBN 978-5-392-01686-0.

Издание, подготовленное авторами МГИМО, посвящено исследованию межкультурной коммуникации в условиях глобализации. В книге на интересных и актуальных примерах рассматривается международный опыт современной геополитики и дипломатии. Основное внимание уделяется проблемам конфликтологии — возникновению и урегулированию конфликтных ситуаций с помощью диалога. Учебное пособие будет полезно широкому кругу специалистов-международников: политологам, журналистам, лингвистам-переводчикам, юристам, экономистам, работникам в сфере международного туризма.

Кравченко, А. И. Культурология : учебное пособие для вузов / А. И. Кравченко. - 10-е изд. - М. : Академический проект, 2010. - 496 с. - ISBN 978-5-8291-1195-3.

В учебном пособии рассматриваются предмет, метод и функции культуры, основные школы культурологии, освещаются проблемы структуры и динамики культуры, межкультурного общения, развития и формирования субкультур, виды и формы культуры (народная, массовая, элитарная). Отдельный раздел посвящен изложению истории мировой культуры с древности до наших дней. Для специалистов в области культурологии, преподавателей и студентов непрофильных вузов.