Словарная статья: текст или дискурс?

выборов рассказывали, но многие не поверили. Волгоград его выбрал. А что в итоге? Обоср...сь на всю страну (Листовка С. Аллахвердиева от 23.04.07). Использование мнений избирателей, на наш взгляд, - одно из наиболее сильных диффамационных средств воздействия, поскольку оценку дают не сами конкурирующие претенденты, а такие же избиратели.

В заключение отметим, что креолизо-ванные газетные тексты доказали нашу гипотезу об общем низком уровне экологичности (этичности) стиля ведения предвыборной агитации в анализируемой нами кампании. Большое количество обвинений, угроз, прямых и косвенных негативных оценок деятельности и качеств претендентов, оскорбительные рисунки и коллажи - все это показатели стилевых преференций претендентов, каждый из которых потенциально мог бы отвечать за физическое, ментальное и эмоциональное здоровье волгоградцев.

Использование диффамационных вербальных и иконических средств не только самими претендентами и их пиар-группами, но и избирателями может свидетельствовать об общем уровне экологии волгоградского предвыборного газетного коммуникативного пространства как крайне низком и должно провоцировать лингвистов вырабатывать способы противостояния его загрязнению.

Литература

1. Анисимова, Е.Е. Лингвистика текста и межкультурная коммуникация (на материале креолизованных текстов): учеб. пособие для студ. фак. иностр. яз. вузов / Е.Е. Анисимова. М.: Академия, 2003.

2. Елина, Е.А. Вербальные интерпретации произведений изобразительного искусства. Номинативно-коммуникативный аспект / Е.А. Елина. Саратов, 2002.

3. Карасик, В.И. Языковые ключи / В.И. Карасик. Волгоград: Парадигма, 2007.

4. Козлов, Е.В. Комикс как явление лин-гвокультуры: знак - текст - миф / Е.В. Козлов. Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2002.

5. Плотников, Б.А. Семиотика текста: Параграфемика: учеб. пособие / Б.А. Плотников. Минск: Вышэйшая школа, 1992.

6. Романов, А.А. Политическая лингвистика: функциональный подход / А.А. Романов. М. - Тверь: ИЯ РАН: ТвГУ, 2002.

7. Ушакова, Т.Н. Слово в действии. Интент-анализ политического дискурса / Т.Н. Ушакова, Н.Д. Павлова. СПб.: Алетейя, 2000.

8. Шаховский, В.И. Категоризация эмоций в лексико-семантической системе языка /

В.И. Шаховский. М.: Изд-во ЛКИ, 2008.

М.В. РЕЗУНОВА

СЛОВАРНАЯ СТАТЬЯ: ТЕКСТ ИЛИ ДИСКУРС?

Поставлена важная проблема - место словарной статьи в структуре языковых образований, к которым мы относим текст и дискурс.

В середине прошлого века в научное знание было введено понятие «дискурс», до сих пор не полностью изученное, не имеющее четкого однозначного определения.

Относительно недавно появилось понятие «лексикографический дискурс». Как отмечает профессор А.Л. Голованевский, лексикографический текст как вариант научного текста совпадает с лексикографическим дискурсом, разновидности которого, в свою очередь, определяются лексикографическим жанром [3: 9].

Элементарная единица лексикографического дискурса - словарная статья, в которой дается дефиниция слова. «В их толковании бывает заложено гораздо больше изобретательности и науки, чем в пе-реярлычивании согласно лингвистической моде давно всем известных банальных грамматических истин» [5: 20].

Термин «лексикографический дискурс» нередко встречается в работах исследователей лексикографических материалов, что свидетельствует о его вхождении в лингвистический обиход. Однако наряду с этим термином употребляются такие словосочетания, как дискурсивный характер словаря, дискурсивная модель словаря, материал словарной статьи называется текстом, в толковом словаре также выделяют лингвокультурологический, идеологический дискурс. Это обусловлено отсутствием научного обос-

© Резунова М.В., 2008

нования данного лингвистического термина. Поэтому, на наш взгляд, необходимо рассмотреть словарную статью сквозь призму двух понятий: текст и дискурс.

В труде И.Р. Гальперина «Текст как объект лингвистического исследования» текст определяется как «произведение речетворческого процесса, обладающее завершенностью, объективированное в виде письменного документа произведение, состоящее из названия (заголовка) и ряда особых единиц (сверхфразовых единств), объединенных разными типами лексической, грамматической, логической, стилистической связи, имеющее определенную целенаправленность и прагматическую установку» [2: 18].

В данном определении четко выделяются такие признаки-критерии текста, как завершенность, письменная форма, наличие заголовка, ряда связанных сверхфра-зовых единств, целеполагание и прагматическая установка. Однако, по мнению Е.С. Кубряковой, «про целый ряд текстов можно сказать, что они так и не были завершены авторами и остались незаконченными», что «наряду с письменными текстами можно... выделить и тексты устных выступлений... а также тексты, записанные на звукозаписывающей аппаратуре и предназначенные для прослушивания», что «далеко не у всех текстов есть заголовки», «не все тексты могут быть представлены в виде последовательности сверх-фразовых единств» [6: 72].

В этом отношении за основу категории текста целесообразно принять понимание текста как «информационно самодостаточного речевого сообщения с ясно оформленным целеполаганием и ориентированного по своему замыслу на своего адресата». Под информационной самодостаточностью Е.С. Кубрякова понимает такой критерий текста, который порождает впечатление его содержательности, смысловой завершенности и прагматической целостности, под адресатностью -наличие ориентации на определенный круг людей [6: 74].

Исходя из этого, материал любой лексикографической статьи является текстом, т. к. основное предназначение толковых словарей - передача читателю, пользователю словаря максимальной информации о слове.

Теперь рассмотрим категорию дискурс в отношении к термину текст. Четкого и общепризнанного определения дискурса не существует. Его рассматривают с позиций прагмалингвистики, формально или структурно ориентированной лингвистики, социолингвистики и т. п.

Поэтому дискурс определяется как интерактивная деятельность участников общения, обмен информацией, оказание воздействия друг на друга, использование различных коммуникативных стратегий, их вербальное и невербальное воплощение в практике общения; как существенная составляющая социокультурного взаимодействия, характерные черты которого - интересы, цели и стили; как актуально произнесенный текст (Т. ван Дейк), как язык выше уровня предложения или словосочетания (М. Stubbs), эквивалентно понятию «речь», т. е. как любое конкретное высказывание; единица, по размерам превосходящая фразу; воздействие высказывания на его получателя с учетом ситуации высказывания (в рамках прагматики); беседа как основной тип высказывания; употребление единиц языка, их речевая актуализация; социально или идеологически ограниченный тип высказываний; теоретический конструкт, предназначенный для исследования условий производства текста (П. Серио); как два или несколько предложений, находящихся друг с другом в смысловой связи (В.А. Звегин-цев); как связный текст в совокупности с экстралингвистическими - прагматическими, социокультурными, психологическими и другими факторами; текст, взятый в событийном аспекте; речь, рассматриваемая как целенаправленное, социальное действие, как компонент, участвующий во взаимодействии людей и механизмах их сознания (когнитивных процессах) (Н.Д. Арутюнова), как текст плюс ситуация (H. Widdowson, J. Ostman, T. Vir-tanen) и др. [7: 86 - 90].

Однако, несмотря на такое разнообразие взглядов на сущность дискурса, во всех из них прослеживается одна и та же тенденция, а именно - связь текста и дискурса. Эти понятия неразрывны: текст представляет собой «тело», языковой материал дискурса, дискурс невозможен без текста. С когнитивной и языковой точек зрения понятия дискурса и текста связа-

ны причинно-следственной связью: текст создается в дискурсе и является его детищем [6: 78].

Возникает вопрос: всякий ли текст является дискурсом? Ответ утвердителен, если текст является конечным итогом социально ориентированной и социально обусловленной, т.е. дискурсивной коммуникативной деятельности.

Что касается словарной статьи толкового, а в особенности авторского словаря, то дефиниция слова - это творение автора словаря. Никакое значение не свойственно слову изначально, неизменно и абсолютно. Слова приобретают значение лишь благодаря их употреблению и пониманию в конкретных ситуациях. Поэтому, прежде чем приступать к формулировке дефиниции, лексикографу необходимо ознакомиться со всеми многочисленными случаями употребления слова. Так, В.И. Даль в «Напутном слове» к своему Толковому словарю живого великорусского языка отмечал, что «... при объяснении и толковании избегались сухие бесплодные определения, порождение школярства, потеха зазнавшейся учености, не придающая делу никакого смысла» [4, I: XXII].

Для более четкой формулировки значения слова и представления его синтаксических отношений с другими словами в контексте в словарную статью нередко включаются иллюстративные примеры (цитата, предложение из картотеки примеров, подходящий авторский пример). Так, в Толковом словаре живого великорусского языка В.И. Даля языковые иллюстрации представлены пословицами, поговорками, прибаутками, загадками, в Толковом словаре русского языка под редакцией Д.Н. Ушакова иллюстрации представлены цитатами из художественных произведений, политической литературы и газет середины XX в., а также примерами, составленными автором, в однотомном Толковом словаре русского языка

С.И. Ожегова и Н.И. Шведовой иллюстрации даются в виде коротких фраз или словосочетаний, в том числе в форме пословиц, поговорок, крылатых, обиходных и образных выражений и т. д.

В авторских словарях, в отличие от толковых, значения слов выявляются непосредственно из текстов одного автора. А поэтический и прозаический текст ав-

тора представляет собой сложную систему текстов. И такую же сложную систему отражает тот иллюстративный материал, который подтверждает значения каждого авторского слова. И если согласиться с цитированными выше словами Е.С. Кубря-ковой, что «текст создается в дискурсе», то система текстов-иллюстраций авторского словаря должна базироваться и соответственно отражать систему дискурсов этого автора.

С этой точки зрения авторские словари еще не исследовались, хотя предпосылки такого подхода намечаются. Так, готовящийся в Институте русского языка РАН под руководством Ю.Н. Караулова «Словарь языка Достоевского» является не чем иным, как дискурсивным лексикографическим изданием. Это же можно сказать и о других авторских словарях: «Поэтический словарь Ф.И. Тютчева», «Словарь языка А.А. Дельвига», «Словарь языка А.И. Полежаева».

В заключение можно сказать, что есть все основания рассматривать словари, прежде всего авторские и толковые, как тексты и дискурсы. Любая дефиниция по существу является текстом. Система объединенных по определенным критериям дефиниций выступает в качестве дискурсов. Эту систему задает автор словаря литературного языка или отражает как уже заданную, но не выявленную.

Литература

1. Арутюнова, Н.Д. Дискурс / Н.Д. Арутюнова // Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990. С. 136 — 137.

2. Гальперин, И.Р. Текст как объект лингвистического исследования / И.Р. Гальперин. М., 1981.

3. Голованевский, А.Л. Концепт «слово» в религиозном, лексикографическом и художественном дискурсе / А.Л. Голованевский // Русское слово в языке и речи: докл. на обще-рос. конф. Брянск, 2000.

4. Даль, В.И. Толковый словарь живого великорусского языка / В.И. Даль. М., 1994.

5. Девкин, В.Д. Лексикография: проклятый жанр / В.Д. Девкин // Лексика и лексикография: сб. науч. тр. М., 2000.

6. Кубрякова, Е.С. О тексте и критериях его определения / Е.С. Кубрякова // Текст. Структура и семантика. М., 2001. Т. 1.

7. Макаров, М.Л. Основы теории дискурса / М.Л. Макаров. М., 2003.