Роль новых стандартов банковской надежности в обеспечении развития российских компаний инновационного типа

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2012 ^ Том 10 № 1 Часть 3

РОЛЬ НОВЫХ СТАНДАРТОВ БАНКОВСКОЙ НАДЕЖНОСТИ В ОБЕСПЕЧЕНИИ РАЗВИТИЯ РОССИЙСКИХ КОМПАНИЙ ИННОВАЦИОННОГО ТИПА

ШЕЛЕПОВ В.Г.,

докторант,

Ростовский государственный университет путей сообщения,

e-mail: vlad_11111@mail.ru

Статья посвящена актуальным проблемам развития инновационно ориентированного производства в России в свете принятия стандартов банковской надежности, предусматриваемых соглашением Базель III. В статье анализируются основные положения новых стандартов капитала и ликвидности, приводится оценка их влияния на стратегию российских банков, детерминируются необходимые изменения в риск-менеджменте банков, исследуется релевантность стратегий обеспечения банковской надежности и инновационного развития.

Ключевые слова: банки; Базель III; риск-менеджмент; надежность банка; стратегия банка; инновационный бизнес; поддержка инновационного развития.

The article is devoted to the contemporary issues of development of innovative oriented manufacturing in Russia in regard of acceptance of bank reliability standards which are provided by the agreement of Basel III. The article analyzes some conceptual issues of new standards of capital and liquidity, estimates their influence on a strategy of Russian banks, determines some necessary changes in risk-management of banks, and investigates the relevance of a strategy of bank reliability's maintenance and innovative development.

Keywords: banks; Basel III; Risk-Management; Reliability of a Bank; Strategy of a Bank; Innovative Business; Support of Innovative Development.

Коды классификатора JEL: G21, G32.

Управление кредитным портфелем банка является наиболее значимым компонентом в банковском стратегическом менеджменте, поскольку оказывает влияние на надежность, доходность и ликвидность банка. Финансовые институты, согласно рекомендациям Базель II, могут создавать собственные внутренние рейтинговые системы для оценки кредитоспособности клиентов. Однако, для формирования представления о реальном уровне кредитоспособности, банкам следует изыскивать инновационные инструменты, поскольку искажения финансовой информации, оппортунизм инсайдеров и контрагентов увеличивают операционные риски банка, что в конечном итоге негативно сказывается на его надежности.

Совершенствование системы управления качеством активов банка становится приоритетной задачей и в связи с введением соглашения Базель III. В действительности, текст документа был представлен руководящему Комитету Совета по финансовой стабильности, возглавляемому руководителем Банка Италии Марио Драги, а затем ратифицирован G20 в Сеуле. В соглашении предусматривается сохранение минимального требования для общих активов на уровне 8% от активов, оцениваемых как рискованные, но при этом повышается уровень капитала первого порядка (так называемый Core Tier 1) с 2 до 4,5%, а также Tier 1 (хорошее качество активов плюс субординация обязательств) — с 4 до 6%. Кроме того, чтобы избежать циклических эффектов, возможных с Базелем II, он также вводит «буфер» в размере 2,5% — то есть дополнительный буферный капитал для покрытия возможных потерь. Вступление документа в силу будет происходить постепенно: с 1 января 2013 до 1 января 2019 гг.

Новые правила призваны повысить качество, устойчивость и прозрачность капитальной базы (capital base — суммы банковского капитала первого порядка и приемлемого капитала второго порядка), а также увеличить долю покрытых рисков в структуре капитала. Основные положения рассматриваемого предложения перечислены в табл. 1.

© В.Г. Шелепов, 2012

РОЛЬ НОВЫХ СТАНДАРТОВ БАНКОВСКОЙ НАДЕЖНОСТИ В ОБЕСПЕЧЕНИИ... 47

Таблица 1

Основные положения новых стандартов капитала и ликвидности, предусматриваемые Базель III [2]

Регулятивный элемент Предложенное требование

Более высокое требование к минимальному размеру капитала первого порядка Коэффициент достаточности капитала первого порядка: увеличивается с 4 до 6% Коэффициент будет установлен на уровне в 4,5% с 1 января 2013 г., 5,5% с 1 января 2014 г. и 6% с 1 января 2015 г. Преобладание обыкновенного собственного капитала достигнет 82,3% от капитала первого порядка, включая буфер консервации капитала

Новый буфер консервации капитала Предназначен для покрытия убытков, возникающих в периоды финансовой и экономической напряженности Банки будут обязаны поддерживать буфер консервации капитала на уровне в 2,5% для того, чтобы выдержать предстоящие периоды напряженности, путем доведения суммарного требования к обыкновенному собственному капиталу до 7% (4,5% — обыкновенный собственный капитал и 2,5% — буфер консервации капитала) Буфер консервации капитала должен соотноситься исключительно с обыкновенным собственным капиталом Банки, не располагающие буфером консервации капитала, станут объектом ограничения в выплатах дивидендов и бонусов, а также обратном выкупе акций

Контрцикличный буфер капитала (countercyclical buffer) Контрцикличный буфер капитала в рамках 0—2,5% от обыкновенного собственного капитала или иного капитала, способного полностью покрыть убытки, будет имплементирован с учетом национальных факторов В случае введения его в оборот, данный буфер будет расширять буфер консервации

Более высокое требование к минимальному размеру обыкновенного собственного капитала первого порядка Требование к обыкновенному собственному капиталу первого порядка: увеличивается с 2% до 4,5% Коэффициент будет установлен на уровне в 3,5% с 1 января 2013 г., 4% с 1 января 2014 г. и 4,5% с 1 января 2015 г.

Стандарт ликвидности Коэффициент краткосрочной ликвидности (LCR или Liquidity Coverage Ratio): для обеспечения достаточно высокого уровня ликвидности ресурсов, необходимых для выживания в течение одного месяца при развитии ситуации по стрессовому сценарию. Вводится с 1 января 2015 г. Коэффициент чистого стабильного финансирования (NSFR или Net Stable Funding Ratio): предназначен для повышения эластичности на долгосрочную перспективу при помощи создания дополнительных стимулов для банков финансировать свою деятельность из более стабильных источников на постоянной структурной основе Дополнительная система мониторинга ликвидности осуществляется в отношении несогласованности по срокам, концентрации финансирования и ликвидных необремененных активов

Отношение капитала к заемным средствам Дополнительный 3% не основанный на риске коэффициент капитала к заемным средствам, предназначенный для поддержки вышеуказанных мер Ввод в действие без прекращения функционирования заменяемой системы в период 2013-2017 гг.; переход к Компоненту 1 с 2018 г.

Минимальный уровень совокупного коэффициента достаточности капитала Остается на уровне в 8% Добавление буфера консервации капитала увеличивает совокупную сумму капитала, которым должен обладать банк, до 10,5% от взвешенных по риску активов, 8,5% из которого должен составлять капитал первого порядка Инструменты капитала второго порядка станут сбалансированными; капитал третьего порядка будет постепенно ликвидирован

Исходя из новых требований Базель III, банкам придется увеличивать размер отчисляемого капитала: Core Tier 1 составит 7%, Tier 1 — 8,5% и базовый капитал — 10,5%.

На данном этапе ЦБ РФ планирует продолжать работу только по реализации положений, предусмотренных Базелем II, а именно [3]:

• в рамках реализации положений Первого компонента Базеля II в области применения усовершенствованных подходов к оценке кредитного риска, основанного на внутрибанковских оценках (Internal RatingsBased Approach, IRBподход), в 2011-2013 гг. будет проводиться работа по формированию нормативной базы, регламентирующей методологию расчета достаточности собственных средств (капитала) с использованием IRBподхода, а также требований к внутрибанковским рейтинговым системам;

• в рамках реализации положений Второго компонента «Надзорный процесс» Базеля II предстоит разработать нормативные акты Банка России, определяющие минимальные требования по организации внутрен-

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2012 ^ Том 10 № 1 Часть 3

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2012 ^ Том 10 № 1 Часть 3

48

В.Г. ШЕЛЕПОВ

них процедур кредитных организаций по оценке достаточности собственных средств (капитала) с учетом всех существующих рисков.

В любом случае, управление качеством активов банка становится основополагающей задачей для коммерческих банков, при этом немаловажным условием является обеспечение доходности, поскольку наращивание резервных фондов потребует от банка увеличения доходности по операциям.

Недавнее исследование, проведенное на примере американских и европейских банков, показало, что 90% опрошенных банков после кризиса потеряли максимум 24% на рискованных кредитах, в то время как около 79% потерь пришлись на рыночные риски. Теперь внутренние модели банков показывают, что в то время как капитал, необходимый, чтобы справиться с рыночным риском, составляет менее 30%, еще 40% составляют средства, направляемые на борьбу с кредитными рисками, и в среднем это слишком много.

В Италии, например, по данным анализа Keefe, Bruyette & Woods, проведенного на моделях, измеряющих дистанцию между текущим регулятивным капиталом и ожидаемыми требованиями к капиталу, в 2012 г. прогнозируется необходимость вливания капитала в размере 4,89 млрд евро для банка Intesa Sanpaolo, 4,63 млрд — для Monte dei Paschi, 4,06 млрд — для Unicredit, 3 млрд — для Banco Popolare, до всего лишь 450 млн для Ubi и 32 млн — для Credem [1].

Те банки, которые нуждаются в большей докапитализации, будут вынуждены существенно сокращать выплаты дивидендов в течение нескольких лет либо финансировать увеличение капитала за счет акционеров. Маловероятно, что последние, испытавшие снижение доходности из-за резкого снижения рентабельности в ходе финансового кризиса и рецессии, будут готовы согласиться с понижением дивидендов. Исходя из этого, у банков остается единственный гарантированный рычаг управления рентабельностью — сокращение расходов, в частности, организационных расходов. Организационные расходы могут быть редуцированы за счет снижения количества привлекаемого живого труда и за счет увеличения доли электронного банкинга.

Развития новых технологий требует и управление кредитным портфелем. Использование внутренних рейтинговых систем в банках должно быть ориентировано на совершенствование методик отбора и на снижение уровня риска по портфелю, поскольку у банков, ввиду необходимости докапитализации, повышается восприимчивость как к кредитным рискам, так и к рыночным рискам.

Корректный выбор заемщика из группы потенциальных является основной задачей при формировании кредитного портфеля банка. Существующие механизмы оценки рисков кредитоспособности используют формализованные схемы и группы методик экспертных оценок. Опыт кризиса 2008 г. показал несостоятельность этих методик в части оценки действительного уровня риска по клиентам: риски, вмененные банкам, оказались гораздо шире прогнозируемых за счет кумуляции, что поставило под угрозу функционирование национальной банковской системы в целом.

Современные банковские системы риск-менеджмента ориентированы на учет, анализ и прогнозирование следующих типов рисков следующими инструментами:

• рыночного риска: модели расчета Value-at-Risk; ковариационный метод расчета VaR, метод исторических симуляций, геометрическое броуновское движение, моделирование методом Монте-Карло, сценарные подходы, методология RiskMetrics;

• кредитного риска: кредитные рейтинговые системы, методология CreditMetrics, структурная модель Мерто-

на, пороговые модели, смешанные модели (модель сокращенной формы и методология CreditRisk+);

• операционного риска: базовый индикаторный метод, стандартизированный метод и метод расширенных измерений;

• странового риска: модель кредитных рейтингов.

Все эти методы используют аппарат математической статистики. Однако в данном исследовании особый интерес представляют методы оценки внутреннего кредитного риска, формируемого на основе уровня кредитоспособности заемщика, имеющие в своей основе нечеткую логику.

Задачей банков в ближайшее время может стать система выбора наименее рискованного объекта из числа инновационно-ориентированных предприятий. Для банка такая система — это система выбора объекта для кредитования. При рассмотрении заявки на кредит, следует оценивать как предприятия, так и собственные риски.

Каждый объект обладает рядом параметров — кеК (К — множество параметров предприятия). Эти параметры позволяют оценивать риск. Множество рисков разделяются на подмножества.

Принадлежность к тому или иному параметру оценивается через функцию представления

К=

Итоговый риск вычисляется как сумма рисков:

R=min{^1

Определение нестандартных ситуаций, нужно проводить через а-срез:

Rh={кеК \ц

Общепринятые модели анализа риска кредитоспособности опираются на математический аппарат экономе-

трики и математической статистики. Однако следует отметить, что установление жестких уравнений корреляции и регрессии на основе использования усредненных значений не может быть однозначно оправдано при анализе социально-экономических явлений. Н. Талеб в своей работе обращает внимание на то, что использование усреднен-

РОЛЬ НОВЫХ СТАНДАРТОВ БАНКОВСКОЙ НАДЕЖНОСТИ В ОБЕСПЕЧЕНИИ... 49

ных показателей более чем оправдано для анализа физических и материальных параметров, но не оправдано для социально-экономических явлений.

Поддерживаем мнение Талеба о том, что изменение среднестатистического значения по выборке в рамках физических параметров среды находится в рамках допустимой погрешности, однако это не относится к явлениям социально-экономическим. Автор обращается к примеру случайного выбора 1000 человек и нахождения среднего показателя их роста и веса. Добавление к выборке одного элемента, резко отличного от среднестатистического (например, человека с очень высоким ростом) не изменяет кардинально величины показателя среднестатистического роста. Если же эту самую выборку анализировать на предмет среднедушевого дохода, то добавление к выборке человека со сверхдоходами (Талеб предлагает ввести в выборку Гейтса Б. — основателя компании Microsoft), то значение среднестатистической величины для данной выборки, во-первых, резко изменится, а во-вторых, не будет отражать действительного уровня реальных доходов первоначальной 1000 человек [5].

Используя выводы Н. Талеба, можно заключить, что использование усредненных значений оправдано лишь в том случае, когда предел изменения средней величины стремится к какому-либо фиксированному значению, объективно ограниченному в своем значении. При анализе виртуальных величин неравенство между ними может быть таково, что один единичный пример может дать непропорционально большую прибавку к совокупности или к сумме. То есть если исследовать такие явления, как доход, финансовые потоки, уровень ликвидности и рентабельности или любые иные виртуальные явления, не имеющие объективных ограничений в своей величине, то следует всегда иметь в виду, что появление в исследуемой среде явления с новыми параметрами, сильно отличными от среднестатистических, может кардинально изменить представления о допустимых уровнях значений критериев, получаемых в процессе их анализа.

Например, банк, анализируя кредитоспособность контрагентов (потенциальных заемщиков — юридических лиц) принимает за нормативные величины среднеотраслевые значения показателей ликвидности, управления активами, уровня долговой нагрузки и т.д. Однако в свете вступления России в ВТО, нельзя исключать появление в отраслях более сильных игроков, чьи финансовые показатели будут на порядок выше, нежели чем у российских предприятий. Перед банками в ближайшее время станет сложная проблема: занижать требования к уровню финансового состояния заемщиков, повышая свои риски, но поддерживая национальных производителей, либо повышать требования, снижая риски и работая с более сильными иностранными акторами, однако ставить под угрозу дефицита ликвидности отечественных производителей.

Дело в том, что обеспечение потока дохода банков может идти в разрез со стратегией инновационного развития российской экономики, т.к. открытие рынков, в конечном итоге, ставит в невыгодное положение национальных производителей. Но именно отечественные производители формируют основную налоговую базу, являющуюся источником пополнения бюджета. Таким образом, запланированный до 2013 г. [4] ВВП может быть обеспечен только при наличии релевантной налоговой базы. При потере конкурентоспособности национальными акторами, в свете вступления в ВТО, налоговая база будет сокращаться (в результате вымывания национальных производителей с рынка). С этих позиций, перед государством становится новая задача институционального моделирования позитивного взаимодействия государства, банков и российских производителей в направлении обеспечения благоприятных условий для инновационной трансформации национального производства.

Государственная поддержка необходима в прямой или опосредованной форме, поскольку для развития бизнеса вообще и инновационного в частности, необходима эффективная институциональная матрица, позволяющая компаниям функционировать с достаточной нормой прибыли. Государство может поддерживать непосредственно компании, а может давать преференции их контрагентам (банкам, страховым компаниям, лизинговым компаниям). Это позволит увеличить производство внутреннего валового продукта и сформировать базис для дальнейшего развития реального сектора экономики, ориентированного на инновационную деятельность (рис. 1).

Гранты Венчур Лизинг Кредит Вид финансирования

Рис. 1. Концептуальная схема поддержки финансовых партнеров инновационного бизнеса

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2012 ^ Том 10 № 1 Часть 3

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2012 ^ Том 10 № 1 Часть 3

50

В.Г. ШЕЛЕПОВ

Инновационный бизнес следует поддерживать, начиная с этапа запуска производства. На этом этапе государство может осуществлять субсидирование первого взноса. Далее, в рамках получения кредита, государство может использовать налоговые инструменты для стимулирования контрагентов инновационных компаний.

ЛИТЕРАТУРА

1. Базель-3: еще одно несчастье для банков и предприятий? [Электронный ресурс] — URL:http://buh7.ru/ articles/125 от 11.08.2010.

2. Базель III — новые стандарты капитала и ликвидности / Проект World Business Law [Электронный ресурс] — URL: http://www.worldbiz.ru/analytics/detail.php?ID=1505 от 02.06.2011.

3. Мероприятия Банка России по совершенствованию банковской системы и банковского надзора в 2011 г. и на период 2012-2013 гг. // Вестник Банка России: Нормативные акты и оперативная информация ЦБ РФ. 2010. № 67.

4. Нестеренко Т.Г. О перспективной бюджетной политике / Официальный сайт Министерства финансов РФ/ Пресс-служба Минфина России [Электронный ресурс] — URL: http://www.minfin.ru/ru/press/speech/index. php?id4=13854.

5. ТалебН.Н. Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости / Пер. с англ. В. Сонькина, А. Бердичевского, М. Кости-оновой, О. Попова. Под ред. М. Тюнькиной. М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2012. С. 72-75.