Размещение горожанв пространстве социальных связей

О. С. ЧЕРНЯВСКАЯ РАЗМЕЩЕНИЕ ГОРОЖАН

В ПРОСТРАНСТВЕ СОЦИАЛЬНЫХ СВЯЗЕЙ

Ключевые слова: городская идентичность, социальная интеграция, социальная активность, территориальные сообщества

Key words: urban identity, social integration, social activity, territorial communities

Размещение горожан в пространстве социальных связей и городская идентичность вызывают особый интерес по причине особенностей городской среды и городского образа жизни. Жизнь современного человека с тенденциями возрастающей мобильности и снижения роли физического пространства скорее препятствует формированию ясной территориальной идентичности, чем способствует этому процессу. В то же время очевидны положительные эффекты включенности в социальное пространство и наличия городской идентичности у резидентов как с точки зрения гармоничного и непротиворечивого социального самоопределения конкретного индивида, так и в ракурсе социальной, экономической, политической и других форм активности горожан, наличия дееспособного городского сообщества, готового к формулированию и отстаиванию собственных интересов и выстраивающего благоприятную среду жизни для развития своего города.

Выделим некоторые индикаторы включенности горожан в социальное пространство города, которые основаны на результатах нашего исследования, проведенного в Нижнем Новгороде в декабре 2011 г. Объем квотной выборочной совокупности составил 400 чел.

Городская социальная среда по своей природе очень разнообразна, социальные группы различаются по многим параметрам. В то же время в этом разнообразии можно найти возможность для конструирования процессов, основные цели которых — вовлечение современных людей в жизнь города и создание мотивации для участия в совершенствовании

ЧЕРНЯВСКАЯ Ольга Сергеевна, аспирант кафедры общей социологии и социальной работы Национального исследовательского Нижегородского государственного университета.

различных аспектов жизни своего города. Формально любой житель города идентифицируется (и самоопределяется) как таковой: статус резидента территории закрепляется названием, например, «нижегородец». Одновременно открытым остается вопрос о том, насколько высока эта идентичность в системе иерархии идентичности и, соответственно, как она влияет на установки и поведение самих нижегородцев.

О включенности индивида в группу, сообщество свидетельствует в первую очередь идентификация собственной личности с данной группой. Идентификация — один из важнейших механизмов социализации личности, проявляющийся в отождествлении индивидом себя с определенной группой или общностью (номинальной или реальной, большой или малой и др.). Она способствует активному освоению образцов и стереотипов поведения, свойственных членам этой группы, а также принятию в качестве собственных групповых норм, целей, социальных ролей, установок, идеалов. Современный человек имеет большое количество групп номинального присутствия и реального участия, территориальные сообщества — лишь часть его статусно-ролевой системы. При этом именно социальные контакты служат основой самоопределения человека, связи с той или иной социальной средой.

Для формирования общего коммуникативного пространства городского сообщества необходимо представление горожан об общности своих интересов, которые прямо следуют из интересов, устремлений города (поскольку городское сообщество — объединение, связанное единственным общим признаком — проживанием в городе).

Само название является одним из проявлений территориальной, городской идентичности. В исследовании это отслежено. Стоит отметить формальный характер статуса: чтобы стать его носителем, достаточно только проживать на территории города. Более информативным для нас оказалось отношение жителей к этому статусу, а также размещение его в иерархии других статусов горожан.

Другим значимым параметром в описании размещения горожан в пространстве современного города стала включенность в конкретные городские сообщества, т. е. более или менее организованные группы, выделенные на фоне других. Активная включенность в территориальные сообщества пред-

полагает членство в объединенных различными интересами группах и активное взаимодействие (частые контакты, потенциальная и реализуемая возможность совместного действия). Тесно с ним связан интерес к актуальным событиям и проблемам, разделение коллективных стремлений и принятие большей или меньшей ответственности за решение общих задач и происходящие события.

Эмоциональное отношение к городу проживания лежит в основном в зоне позитивных оценок. Нейтральным свое отношение к городу называет около 12 % жителей, неприязнь (и сильную, и умеренную) испытывает чуть более 1 %. В то же время умеренно позитивное отношение высказало больше половины (59,5 %), сильное — меньше половины (27,5 %). Эмоциональная привязанность вряд ли служит прямым показателем степени включенности в городское сообщество, но она связана с позитивным восприятием городской среды, что может отразиться на установках по отношению к проживанию в Нижнем Новгороде и проявлению гражданской и социальной активности.

На первом месте стоят социальные факторы: семейные отношения, дружеские связи, сложившаяся трудовая деятельность. Основной связью с городом служат семейно-родственные отношения, которые отметила почти половина опрошенных. Расположившиеся в долевом соотношении близко друг к другу чувства, которые можно было бы назвать патриотическими, эмоциональной привязанностью, представлены такими формулировками, как «место рождения», «родина», «любовь к городу». Для 30 % нижегородцев эти «привязки» к городу являются весьма существенными.

Одной из гипотез относительно оценки идентичности было то, что степень городской идентичности отразится в иерархии идентичностей горожан. Респондентам было предложено несколько социальных групп, с которыми они могут себя соотносить, и ранги в зависимости от того, частью какой группы они себя ощущают в большей или меньшей степени. Ранжировать предлагалось только те группы, идентичность с которыми актуальна для респондента. Полученные результаты имеют существенный разброс и информативность.

Лишь в небольшом количестве анкет проранжированы все пункты, поэтому интерес представляет, какие из них выбраны, а какие отсеяны опрошенными. Наиболее попу-

лярная группа, общность с которой отмечают 91,3 % опрошенных, — «семья». Причем 66,8 % ставят ее на первое место в иерархии идентичностей. Такого единодушия не наблюдается ни по одной другой категории или рангу. Вторая по популярности группа, связь с которой отмечают 79,8 % опрошенных, — «нижегородцы». Из всего массива более 80 % испытывает в связи с этим позитивные чувства. В большинстве анкет этой группе присвоен ранг в пределах первых пяти позиций; 45 % опрошенных поставили идентичность «нижегородец» на 1-е, 2-е или 3-е место в иерархии. Оцениваем этот показатель как высокий.

Самоопределение в группе «русские» существенно для 74 % (в основном 1-е, 2-е и 4-е места). Дружеская группа является основой самоопределения для 73,2 %. Из всех опрошенных 39,2 % присвоили этой группе 2-й ранг, и это второй и последний пример весомого единодушного мнения в оценке рангов. Остальные группы названы гораздо реже: примерно по 37 % назвали в числе наиболее значимых группы людей, с которыми довелось учиться и с которыми они работают. Представителями профессионального сообщества считают себя 31,5 % жителей. Около 24 % набрали такие группы, как «люди моей культуры» и «люди моего статуса». Представители разделяемой субкультуры являются значимой группой для 20,5 % опрошенных. Распределение рангов непопулярных групп относительно равномерное.

Судя по результатам предварительного исследования методом частично формализованного интервью, ощущение причастности к группе «нижегородцы» проявлено слабо, требуются особые условия для его актуализации. По результатам качественного исследования видно, что вспоминают о наличии этого статуса или используют это самоназвание чаще всего при общении с людьми из других городов, при упоминании Нижнего Новгорода в центральных СМИ и обсуждении событий, проблем города, а также во время общегородских мероприятий. В массовом исследовании идентичность «нижегородец» актуализировалась самим фактом опроса по данной тематике. Несмотря на это смещение, результаты по этому пункту могут быть приняты в качестве вероятных тенденций.

Мы выделили группу людей, которые ставят свою идентичность «нижегородец» высоко в иерархии идентичностей

(с 1-го по 3-е место), для выявления у этой группы особых показателей относительно средних по выборке. В параметре «отношение к городу» принципиально отличных результатов не выявлено. Особенностью является отсутствие испытывающих негативные эмоции по отношению к городу (но этот показатель мал и по выборке в целом). На 5 % меньше доля жителей, которым свойственно нейтральное отношение; на 7 % больше доля испытывающих умеренную эмоциональную привязанность. Распределение ответов об ожиданиях касательно будущего Нижнего Новгорода схожи со средним распределением, при этом доля оптимистически настроенных людей выше средней, доля пессимистически настроенных — ниже.

Из тех, кто самоопределяется как «нижегородец», 70 % живут в городе с рождения, 13 % приехали в свое время в город работать, а 9 % — учиться. Зависимость этого параметра от давности проживания несущественная. Среди причисляющих себя к этой группе возрастной разброс значительный (от 15 до 18 %), возрастные категории представлены равномерно. Среди людей, избегающих самоназвания «нижегородцы», заметен контраст по возрасту. Молодыми людьми территориальная идентичность игнорируется чаще, чем людьми старшего возраста.

Среди жителей города с высоким рангом идентичности «нижегородец» 83 % испытывают положительные эмоции в связи с наличием этого статуса. Из людей, не вписывающих «нижегородцы» в структуру собственных идентич-ностей, 73 % могут сказать, что этот статус воспринимают позитивно. Статус «нижегородец» неприятен 14,5 % из тех, кто ставит его высоко в структуре собственных идентич-ностей, и 25,3 % из тех, кто не причисляет себя к своей территориальной социальной группе.

При соотнесении иерархического расположения идентичности «нижегородец» с установками в отношении дальнейшего проживания в Нижнем Новгороде выявляется предполагаемая закономерность. В среднем по массиву установка на то, чтобы покинуть город, свойственна 6 % опрошенных. В группе тех, для кого идентичность «нижегородец» располагается иерархически высоко (1—3 позиции), доля людей с такой установкой составляет 2 %, в группе, не выделивших эту идентичность, — 8 %. Тех, кто допускает возможность

переезда из Нижнего Новгорода, оказалось 19 %. В группе с высоким показателем городской идентичности оказались 16 %, в группе «ненижегородцев» — 22 %. Наконец, среди респондентов, не желающих покидать город, с идентичностью «нижегородец» выявлен 81 %; среди тех, кто не выделил эту идентичность, — 70 %.

Информированность об общественных объединениях (официальных и неофициальных), а также участие в них низки по всей выборке. Совсем не интересуется городскими событиями более 5,0 % тех, кто не выделяет в структуре идентичности роль «нижегородец», и 0,6 % тех, для кого эта идентичность является одной из главных. Знание истории города у жителей, вписывающих себя в группу «нижегородцы», на 4—6 % лучше, чем у тех, кто не испытывает общности с нижегородцами.

В среднем участие в городских мероприятиях редко (около 5 %), еще реже — проявление собственной инициативы. Кроме того, из тех, кто имеет опыт проявления инициативы в актуализации проблем различного уровня (чаще это касалось благоустройства двора и жилых зданий), многие не планируют делать это в дальнейшем. Объяснением служит тщетность попыток (или минимальный эффект), а порой и негативные последствия при большом количестве затраченных усилий и времени.

В ходе исследования респондентам предлагалось ответить на вопрос «Если Вам хотелось бы в большей степени влиять на жизнь города, то назовите основную причину, которая этому препятствует?». Наряду с такими формулировками, как «нет времени», «не тот возраст», «нет знаний», «ленюсь», «это не мое», собравшими в среднем по 5 %, более четверти ответов посвящено ощущению собственного бессилия: «мое мнение не столь важно», «все равно ничего не изменится», «нет доверия к властям», «мешает чиновничий бюрократизм», «мнение людей никого не интересует».

На фоне такого восприятия не столь удивительна слабая интеграция нижегородцев для представления собственных интересов в различных аспектах жизни, проявленная в низком уровне задействованности в территориальных сообществах. Объединение в деятельные сообщества — характеристика развитого гражданского общества, инициативности в формулировке, актуализации и поиске путей решения

интересующих вопросов (от влияния на формирование бюджетов или на решение о строительстве крупных объектов до строительства детской площадки во дворе).

В группе отметивших идентичность «нижегородцы» как свойственную для себя интерес к городским проблемам и происходящим в городе событиям выше, чем в среднем по выборке. Обсуждение нижегородских новостей в кругу семьи свойственно для 72 % из них, в кругу друзей — 68 %, на работе (учебе) — 48 %, в Интернете — 4,4 %. В то же время обсуждение новостей в группе самостоятельно не причисляющих себя к нижегородцам менее активно: 66 % — в семье, 48 % — с друзьями, 53 % — на работе (вероятно, не всегда они являются теми, кто предлагает эту тему для обсуждения), 2,5 % — в Интернете.

Под городскими сообществами в исследовании понимались добровольные объединения, членами которых становятся жители Нижнего Новгорода. Для помощи и разъяснения вопроса проводились примеры: нижегородские бизнесмены, нижегородские автолюбители, нижегородские общественные и благотворительные организации, туристические клубы, театральные мастерские, нижегородские художники, нижегородские собаководы, городские интернет-сообщества и пр.

В исследовании не имел значения официальный или неформальный статус сообщества, характер деятельности или цели его существования. Описание разнообразия городских сообществ может стать предметом отдельного исследования. В данном случае самоопределение в качестве члена той или иной группы, которая осознается респондентом как группа, важно с точки зрения количества и разнообразия социальных связей, в которые он включен добровольно и намеренно и которые обусловлены его социальной активностью (помимо минимальной). Так, группы «семья», «близкие друзья», «коллеги», хотя и требуют некоторых усилий для сохранения членства и субъективного восприятия причастности, очерчивают узкий круг минимальных социальных контактов. Причем включение в группу «коллеги» в большинстве случаев является лишь следствием решения выбора траектории профессионального развития.

Самостоятельное объединение, взаимная коммуникация людей в связи с разделением того или иного интереса служат примером самоорганизации, социальной активности,

каналом расширения социальных связей. Вне зависимости от наличия или отсутствия официального статуса группы она может выполнять такие функции, как взаимопомощь, информационный обмен, организация мероприятий, защита собственных интересов и пр. С точки зрения социальной интеграции значение участия жителей номинальной группы «нижегородцы» в реальных социальных объединениях велико.

Среди участников городских сообществ выявлена доля жителей, готовых критиковать городскую среду. Возможно, участие в городских сообществах заставит более критично относиться к проблемам городской среды, например, потому, что повышается уровень информированности. В здоровой политической ситуации это не должно рассматриваться в качестве угрозы. Это может повысить активность в выдвижении предложений в той или иной сфере, мотивировать к участию в создании более благоприятной жизненной среды.

В настоящее время в городе существует довольно много сообществ, объединенных различными интересами. Одни из них ориентируются на совместную активную деятельность или взаимопомощь, другие — на обмен информацией. Сообщества требуют различной степени включенности, активности и ответственности от своих участников.

Известных нижегородцам городских сообществ существенно больше, чем сообществ, в которые они включены. Число тех, кто смог привести примеры известных городских сообществ, невелико. Максимальное число (всего в 8,3 % анкет) упоминаний получила группа сообществ «ветераны труда», объединившая в себе упоминания о конкретных примерах различных производственных предприятий города. В действительности попадание в эту группу не зависит от социальной активности и стремления к объединению, разделения интересов. Членство носит формальный характер, включение в группу происходит автоматически для работников предприятий.

Известной популярностью пользуются не конкретизированные, но упомянутые сообщества: «нижегородские автомобилисты», «нижегородские интернет-сообщества», «нижегородские собаководы». Если сгруппировать упоминания о сообществах ветеранов ВОВ, Афганской войны и чеченского конфликта, то получим относительно значимую долю — 5,2 %.

Большинство интернет-сообществ появилось благодаря электронной коммуникативной площадке сайта nn.ru, широко известной интернет-пользователям Нижнего Новгорода. В ряде случаев отмечается роль социальной сети «ВКон-такте». Есть ряд примеров мероприятий, организованных благодаря этим площадкам, но в большей степени они выполняют функцию информационного обмена.

Примечательно выделение групп «сормовичи» и «автозаводцы». Представители других районов ни разу не были названы в качестве городского сообщества. Эти районы города действительно имеют внутреннюю сплоченность благодаря нескольким факторам. Во-первых, это явно обозначенные и многофункциональные центры. Среди остальных только в Нижегородском районе явно присутствует центр, но его характер отличается: центр Нижегородского района является центром (историческим, культурным, деловым, торговым, образовательным, развлекательным) всего Нижнего Новгорода. Но наибольшее значение он имеет для жителей верхней части города.

Во-вторых, для Автозаводского и Сормовского районов характерна некоторая автономность (а с ней и самоопределение). Это особенно заметно, например, во время празднования Дня города. Наблюдая за празднованием этой даты в разных районах города несколько лет подряд (посещение в течение дня праздничные площадки разных административных районов), мы отметили три наиболее значимые из них. Первая — центральная площадь перед Нижегородским кремлем (пл. Минина и Пожарского), а две другие — в Автозаводском и Сормовском районах. Кстати, на этих праздниках слова «автозаводцы» или «сормовичи» употребляются не реже, чем «нижегородцы». Для жителей других районов таких названий не существует.

В-третьих, Автозаводский и Сормовский — районы структурообразующих предприятий, больших производств. Приокский район тоже вмещает в себя ряд заводов, но это небольшие предприятия со специализацией «электроника». Заводы нижней части города — гиганты, на которых работают члены многих семей, проживших здесь не одно поколение.

В-четвертых, географически эти районы удалены от «официального» центра города, расположенного в верхней части, они строились как относительно целостные поселе-

ния для рабочих заводов. Это обусловило и внутреннюю необходимость создания богатой инфраструктуры: хозяйственной, культурно-развлекательной и пр. (в отличие от других районов города). Нередко можно слышать «легенды» о сормовичах или автозаводцах, никогда не покидавших свой район. Для жителей верхней части города эти районы остаются неизведанной зоной. Разобщенность верхней и нижней части города часто упоминалась в ответах респондентов на вопрос об отрицательных чертах Нижнего Новгорода.

В числе опрошенных ничтожна доля нижегородцев, непосредственно включенных в городские сообщества. Самая большая доля (она составляет лишь 3 %) приходится на сообщества «ветераны труда» нескольких заводов. Более интересны в рамках нашей проблематики интернет-сообщества (2 %).

Социальная среда Нижнего Новгорода, согласно результатам исследования, представляет сейчас слабую основу интеграции. Идентичность «нижегородцы», вероятно, имеет характер самоназвания, нежели включенности в сообщество. Разобщенность жителей и ограниченность лишь ближайшим окружением подтверждает традиционное мнение относительно разобщенности горожан. Однако большое количество имеющихся сообществ можно рассматривать как тенденцию к формированию более разнообразной сети связей. Представляется, что главным фактором поддержки формирования такой сети могут служить электронные коммуникативные площадки.

Поступила 12.09.12.